Сначала мне казалось странным изучать такой короткий и почти забытый кусок истории. Но чем дальше я копал, тем яснее понимал: для моих предков это была целая жизнь - со своими привычками, словами и правилами. В хрониках я встретил имена, похожие на наши семейные: Ама, Ру. Может, это просто совпадение, но я хочу верить, что они и правда жили в то время.
Описанные события, которые наши предки называли Когнитивной эрой, происходили в середине XXI века, между Третьей и Четвёртой мировыми войнами. В отличие от архаичной докогнитивной эпохи с её интернетом и внешними экранами, здесь уже были нейроинтерфейсы и зачатки Синаспейса. Но сохранилось мало источников: многое уничтожили войны, многое искажено. Из-за этого мы до конца не понимаем значения некоторых слов, а обычаи того времени кажутся нам странными.
Главной идеей общества в то время была модель Skills-Rules-Knowledge (SRK). Изначально разработанная инженером Йенсом Расмуссеном как когнитивная модель поведения оператора, в управленческих практиках она со временем превратилась в социальную лестницу: простые сотрудники должны были отрабатывать навыки (skills), менеджеры - следовать и писать правила (rules), а учёные-стратеги - владеть знанием (knowledge). Вместо развития мышления это закрепляло разницу между людьми и мешало им расти.
Люди тогда тесно взаимодействовали с искусственным интеллектом. Они учились у ИИ, а искусственный интеллект учился у них и у своих прежних версий. Получилась замкнутая петля, которую позже назвали коллапсом модели или "уроборосом данных": система питалась собственными результатами и становилась всё беднее и однообразнее. Всё это делало общество уязвимым.
Катастрофа Четвёртой мировой войны прервала этот процесс. После неё люди были вынуждены отказаться от примитивных схем вроде "идеальной фабрики" с её SRK-логикой. Поэтому сейчас Когнитивную эру изучают не только как эпоху новых технологий, но и как пример того, как общество может разрушать само себя.