- Сергей Александрович, хотелось бы уточнить, на каком основании вы находитесь в этой квартире и как давно?
- Сегодня приехал... А собственно - почему Вы интересуетесь?
- Расскажем, не волнуйтесь. Сначала ответьте на мой вопрос, - довольно-таки жёстко сказал Порохня.
- Сегодня... Точнее - прилетел. Наш самолёт посадили в Нижнем Новгороде вместо Москвы, а так как все полёты отменены, предложили самостоятельно добираться в любом направлении. А так как с профессором Желябиным мы давние знакомые, он мне на какое-то время позволил остановиться у себя.
- И у Вас сохранился билет?
- Конечно, я всегда сохраняю авиабилеты, - и достал посадочный талон до Москвы, полученный в аэропорту испанской Севильи, - Вот, пожалуйста!
Старший оперуполномоченный майор внимательно осмотрел талон, а затем ещё раз изучил мои паспорта - и российский, и заграничный - после чего спросил:
- А Вы в курсе, что профессор Желябин сегодня убит и в настоящее время его труп находится во дворе дома? Буквально сейчас тело осматривают наши эксперты?
Учитывая, что меня видели местные жители, и это, конечно, рано или поздно, будет достоянием оперативников, я сразу понял, что отпираться бессмысленно:
- Да, знаю! Минут пятнадцать - двадцать назад я выходил во двор и видел... машину скорой помощи.
- И, тем не менее, Вы буквально пару минут назад сказали, что не понимаете, в чём дело...
Пытаясь выглядеть совершенно спокойным, хотя внутреннее волнение переполняло меня, ответил:
- Понимаете, увидев его труп, я просто-напросто растерялся. Как говорится, посетил знакомого... Ну и решил свалить от греха подальше, - честно признался, - Я же не каждый день с подобным сталкиваюсь и не знаю, что предпринимать в подобных случаях... Ну и, конечно, никак не хотелось объясняться с представителями вашей профессии, тем более - что и сказать-то мне нечего.
- Вы думаете - нечего? - сверля меня пронизывающе-сканирующим взглядом, сказал капитан, - Лично я так не думаю. Впрочем, Ваши мотивы я понимаю... Но и Вы, вероятно, должны понимать, что прямо сейчас должны будете поехать с нами для более подробного разговора.
- Понимаю, - обречённо ответил я.
- Вот и хорошо...
Как говорится, если судить по только что произнесённым словам, - "мы нашли понимание друг у друга".
Всё-таки я "вляпался"! Ну и что теперь делать? Говорил же себе - валить надо из квартиры... Так нет же - новости посмотреть захотелось. Да и Кристина опять же... Надеялся, что вернётся.
Эх, женщины, одни беды от вас!
***
С Кристиной мы познакомились где-то около двух лет назад. Точнее, познакомились гораздо раньше, когда она пришла устраиваться в подконтрольный мне отдел снабжения (я тогда ещё занимал весьма "скромную" должность заместителя генерального директора по развитию) на должность менеджера, а вот отношения завязались летом прошлого года, как раз незадолго перед моим карьерным взлётом до председателя правления...
И тогда, прошлым летом, выглядела она ещё моложе и фигуркой походила, скорее, на семнадцатилетнюю школьницу, чем на взрослую и замужнюю женщину.
Правда, как мне стало известно - в любой конторе, на любом заводе есть люди, которые всё про всех знают. Именно такие люди донесли до меня информацию, что брак моего начальника, трещавший "по всем швам", всё-таки распался.
Более "плотное" наше знакомство случилось незадолго перед моим назначением на высшую должность в нашем холдинге по производству особо прочной полиэтиленовой плёнки, когда я решил перед августовским советом директоров провести свой законный отпуск на турецкой ривьере. Причём, в одиночестве.
Случилось так, что моя жена неожиданно отказалась от этой поездки, хотя, заранее уже и детей пристроили - отправили к тёще в Коломну до конца лета, и путёвки в лучший отель Антальи приобрели, и пляжными обновками чемодан набили, хотя было понятно, что уже на месте, на турецких развалах, вот этого добра будет с избытком...
Однако, как бывает, вмешался случай... Вечером, перед поездкой, жене позвонила её младшая сестрёнка сорока лет от роду и с горючими слезами начала умолять приехать к ней срочно, потому что "муж загулял и вот-вот дело к разводу". А ей и деваться-то некуда - детей у них нет, а квартира в Питере добрачная, матери мужа принадлежит.
Так что без старшей сестры - ну никак. Ведь ей, младшенькой-несчастненькой, если что, просто на дверь укажут, и поддержать её, горемычную, просто некому. Да и вообще...
Короче, жена с самого утра помчалась к любимой сестрёнке в Питер, на поезде, а я с небольшой сумкой - мне и такой хватит, а с женой пришлось бы три чемодана тащить - в аэропорт на чартерный рейс.
И, надо же такому случиться, в очереди на регистрацию столкнулся с Кристиной. И, что удивительно, она тоже летела одна, хотя изначально планировалось, что отправятся на отдых с мужем - как последний шанс ради сохранения рушащейся семьи. Но муж, сначала согласившийся и собравший чемодан, также накануне "впал в отказ", заявив, что "любит другую женщину, и ничего с этим поделать не может". И Кристина улетала в растерянных чувствах...
Вот и встретились в аэропорту "Домодедово" два одиночества.
В очереди регистрации она окликнула меня:
- Сергей Александрович! Здравствуйте! Я Кристина Желябина из отдела снабжения. Помните меня? Мы с Вами беседовали, когда я устраивалась на работу.
- Да, припоминаю Вас...
- А Вы тоже летите?
- Ну да...
- И тоже в Анталью?
- Собственно как и все на этом самолёте...
Такой вот полуюмористический разговор состоялся, весьма полезный в том смысле, что нужно было как-то преодолеть скуку ожидания.
Чуть позднее, дабы как-то скрасить целый час до вылета, пили кофе, и, конечно - и, этого следовало ожидать - прозвучал элементарный вопрос: "А почему же такая красивая девушка путешествует в полном одиночестве?".
Кристине пришлось на ходу придумывать, что так получилось и что муж "прилетит позже". Хотя так и подмывало самой спросить - а почему это сам Сергей Александрович жену с собой не взял? - но как-то не решилась.
Потом был долгий перелёт. И, несмотря на то, что в билетах значились посадочные места практически противоположные - одно ближе к пилотской кабине, другое в хвосте самолёта - разместились на соседних креслах. Ведь есть такое искусство - "договориться со всеми, чтобы все остались довольны", и я, без ложной скромности скажу, имею в этом деле, пусть не чёрный, но коричневый пояс - точно.
Потом, увы, пришлось расстаться - разные отели, разные пляжи, разные дни и ночи, забронированные на отдых. Но что-то такое кольнуло и оставило в памяти это маленькое происшествие.
Вскоре после возвращения "домой" пригласил Кристину на беседу. Правда, далеко не сразу... Потому что почти сразу после моего выхода на работу в нашей конторе события стали "очень круто вариться". Неожиданно на прежнего председателя совета директоров со всех сторон вдруг "спустили всех собак": сначала поставили вопрос о досрочном прекращении полномочий, а потом возбудили сразу два уголовных дела по фактам злоупотреблений. И всё это очень и очень не понравилось инвесторам и главным акционерам. Так что уже на ближайшем заседании правления был избран новый, ничем не запятнанный председатель совета директоров - то есть я.
И, встав у руля, я начал формировать вокруг себя новую команду. Вот - в частности - на должность своего секретаря-референта пригласил Кристину Желябину, пообещав её более высокую зарплату и более интересную работу, чем в отделе снабжения.
И она согласилась. А что бы не согласиться? Тем более, в её жизни как раз началась некая вынужденная перезагрузка - муж-таки ушёл к другой, точнее она ушла, потому что квартира при всех раскладах оставалась за мужем, как добрачная, ну а совместно нажитое имущество только предстояло разделить.
Неприятная, надо сказать, ситуация. Во всех отношениях... И, чтобы разрешить её - эту ситуацию - требовался "рыцарь на белом коне", которым стал, конечно же, я. Ведь это я предложил ей в качестве бонуса временно, на месяц, пока не найдёт съёмную квартиру, занять одну из комнат гостевого дома компании. И, как вы понимаете, от этого предложения она не смогла отказаться.
Надо сказать, что как секретарь-референт Кристина показала себя на высшем уровне - кто бы мог подумать, но это так. Графики встреч и планы дня она оформляла ещё до моего прихода в кабинет, сама же на своём рабочем месте появлялась за час, а то и за полтора до начала смены. Её элегантный и безупречный внешний вид вызывал восхищение всех, кто заходил в приёмную, и вовсе не удивительно, что все окружающие мужики мне завидовали.
При этом они ещё не знали, да и знать не имели такого права, что вне работы, когда я попадал в её съёмную квартирку, которую я ей, кстати, и нашёл, и аренду оплачивал за счёт собственных средств, - из внешне элегантного и умного референта на работе она трансформировалась либо в дикую тигрицу, либо в скромную золушку, либо в дурочку - "полную блондинку". И зависело это исключительно от моего настроения. Причём, её образ "полная блондинка" нравился мне больше всего, и я даже уверовал, что такая она и есть - настоящая.
Она оказалась весьма талантливой актрисой, и весьма искушённой в постели. А мне последнего так не хватало дома, где всё более фригидную жену больше интересовали то вазочки-занавесочки, то школьные успехи деточек, то ещё что-нибудь, но не потребности мужа-добытчика... Так что неудивительно, что каждый остался при своём.
Как же всё это было давно... Хотя, на самом деле было так недавно...
И почему-то о Кристине сейчас я думал больше, чем о семье, которая осталась где-то там, за непроходимой преградой. Я почему-то вдруг сразу уверовал, что Москвы больше нет - ещё вчера она стояла и фактически управляла половиной мира, а сегодня вдруг исчезла со всех радаров. Мгновенно... По щелчку какого-то высшего существа, способного вот так "испарить" не только отдельно взятый огромный город, но и всю планету.
При этом я "успокаивал" себя "пониманием", что исчезнув вот так - "в одно мгновение" - жена и близнецы не страдали от боли и безысходности, а что предстоит мне и прочим оставшимся в живых - надо ещё посмотреть. Не будет ли как в рукописи богослова инока Дамаскина сказано, что "живые будут завидовать мёртвым"? Посмотрим...
Погрузившись в неудобную машину-зекавозку, в которую меня пригласил капитан Порохня, я непрестанно размышлял - правильно ли сделал, что не рассказал оперативнику о том, что в квартире покойного ныне профессора я был не один. С прелестной девушкой, которая вдруг неожиданно и бесследно исчезла. В конце концов, решил, что о ней рассказывать не стоит. А то ведь возникнет ещё больше вопросов. А мне бы на предыдущие ответить.