Лиасент сидел на стуле напротив пленника. Тот был перемотан бинтами и привязан к грубой кровати. Лекари честно потрудились, чтобы его жизнь не закончилась раньше срока. А стражники - чтобы не дёргался при этом.
- Что вам ещё надобно, кошмарята? - хрипло проговорил пленник. - Всё, что знал, я ещё вчера вам и королевским псам рассказал, - мужчина смачно сплюнул на пол.
Капитан молчал. Вчерашний горе-нападавший упорно утверждал, что он всего лишь исполнял приказы главного. Салага. Пленник харкал слюной и криво лыбился: сказали - рыскать среди вещей учёного - он аккуратно бумажечки от стопки к стопочке перекладывал. Даром, зад ими только не подтирал. А чё, хорошая работа. Жопа не на холоде, по морде никто не дубасит. Раскладывай себе спокойно, а золотишко или какую-нибудь звонкую монету, пока Сохатый не видит, можно и прикарманить. Порошка можно между делом нюхнуть. Красота же. А больше ничего не знал. Вообще.
Гроссмейстеры Цандер ва Бостен и Лукрецио Гютао тоже молчали. Оба расслабленно и спокойно стояли за спиной капитана, похожими презрительно-равнодушными взглядами смотря на бандита.
Хорошо им, нога не болит, можно и постоять.
Лиасент выдохнул. Ну что же, значит будет по-другому. Капитан нагнулся к сумке, достал увесистый свёрток и положил его перед лежачим пленником на небольшой, неказистый столик.
- Что ты, хромой, подарочки принёс? - оскалился бандит. - Ты это брось, не баба я тебе, лучше своей девке прибереги.
Лиасент не торопясь развернул свёрток и начал аккуратно выкладывать инструменты.
- Почему это я должен руки марать? - недовольно спросил инструктор, обращаясь к гроссмейстерам, по очереди доставая небольшую пилу, крюк, увесистый молоток.
- Твоя добыча - ты и раскалывай, - будничным голосом ответил ва Бостен.
- Его вообще девчонка подрезала, - парировал Лиасент.
- Ну не звать же на допрос кадета, - вставил Гютао. - Тем более, она всё равно была на твоём попечении.
- Эй-эй-эй, господа легавые! Я же всё рассказал, головой клянусь! - быстро заговорил пленник. - Вы это бросьте! Так нельзя! Вы же по правилам должны усё делать!
Лиасент задумчиво достал ножницы и несколько раз ими клацнул.
- Точно! - воскликнул инструктор. - Дело говоришь. Перчатки же нужны. А то потом руки хрен отмоешь.
- Вы погодите, погодите! Я же выложил всё! Сохатый - атаман наш, сказал дом этого эрудита перерыть, рецепт дури искать, говорит, вдруг, приныкал он где его!
- А мог же всё по-человечески рассказать, - проворчал Лиасент, непонятно к кому обращаясь.
Капитан, взяв ножницы со стола, накинул на лицо пленника большую, грязную тряпку.
- Если не видеть, то будет не так страшно, - пояснил Лиасент. - Напомни, как тебя зовут?
- "Жмых". То есть Корней, с Ягодной улицы. Клянусь, так и есть! - из-под тряпки глухо промычал пленник.
- Так вот, "Жмых", - начал спокойно объяснять Лианор. - После того, как я отрежу "одно", мы начнём верить, что ты говоришь правду. А останется ли у тебя "второе" - уже будет зависеть от того, как ты будешь складно говорить. Ты понял?
- Да что резать? Что "одно", что "второе"!? - отчаянно закрутил головой пленник, начав дёргаться всем телом. Но ремни держали крепко.
- Может всё-таки начнём? Слишком много церемонимся с этим убогим, - недовольно произнёс ва Бостен.
Гютао, чуть полноватый, с залысиной, но великанского телосложения гроссмейстер, пожал плечами, сложив руки на груди:
- Согласен. Давайте побыстрее режьте, у меня ещё куча дел.
- Что режьте!? Вы чего надумали!? Совсем рёхнулись? - отчаянно завопил Корней, извиваясь словно змея. - Я всё сказал! Наша банда там же на Ягодной и хоронится. В подвале аптеки. Да и Аптекарь наш, свой! Атаман как порошка надыбает, через Аптекаря и толкает дурь. Клянусь!
- Не торопись. Мы начнём тебе верить чуть позже, потерпи, - напомнил ва Бостен. - Потерпи. Сильно больно не будет. Наверное.
- Может вы замолчите, чёрт подери? - ругнулся Лиасент. - Вы меня отвлекаете. Господа, - капитан повернул голову к двум стражникам, - держите его покрепче.
Подбежали охранники и с силой вдавили Корнея в койку. Один из них достал ещё длинных ремней.
- Ты не дёргайся, Жмых, - предупредил Гютао, - а то капитан лишние отрежет, и потом уже только тебя в этой жизни трахать будут.
Стражники, придавив своим весом пленника, стали привязывать его расставленные ноги к кровати. После, как Жмыха неподвижно зафиксировали, капитан ножницами начал резать его штаны.
- Суки! Уроды! Вы что творите!? Да я вас в землю зарою, поубиваю, все кишки выпущу! А-а-а-а! Мать вашу!
- Да что ты вопишь!? - возмутился Лиасент. - Ещё рано.
Металлические ножницы звонко брякнули об стол, и капитан взял скальпель.
Что девица на выданье завопил Жмых, когда его плоти коснулся холодный металл в самом беззащитном месте.
- Я всё скажу! Всё!
Рука Лианора замерла.
- Это Аптекарь с Сохатым придумали! Клянусь! Им надоело покупать порошок у Вонючих! Аптекарь под синькой предложил атаману самим дурь наварить! Клянусь! Не режьте там только ничего!
- Что за "Вонючие"? - спросил Лиасент.
- Так Аптекарь кличет тех, у кого дурь покупали!
- Ты же помнишь, что мы начнём тебе верить только после того, как отрежем "одно"? - мягко напомнил ва Бостен.
- Не надо, мамочкой клянусь, не надо! Как есть говорю! Аптекарь сам пытался, да не сдюжил порошок сготовить, поэтому предложил алхимика какого-нибудь заумного взять! И нашли не абы какого, а выходца с вшивой Академии! Этого Эйкоффа Фливеля!
- Режь, капитан, брешет эта скотина, - скомандовал Гютао.
- Та святую истину говорю! - завопил Жмых. - Этому Эйкоффу принесли порошок, Аптекарь с атаманом с ним долго судачили, да по рукам ударили. Ну и стал этот алхимик пытаться порошок состряпать.
- А зачем вы тогда его убили!? - спросил Лиасент и для эффекта чуточку надавил на скальпель.
- А-а-а-а! Стой, хромой, не режь! Не мы его убили, клянусь! - вопил Корней. - Мы к нему три дня назад зашли, проведать, за успех спросить, а вместо него только лужа крови растекается! Здоровенная, сука! Убили его! Но не мы!
- А кто тогда? - капитан отвёл руку со скальпелем.
- Атаман с Аптекарем начали нужных людей спрашивать, сплетни слушать, крысят по ямам расспрашивать, да вынюхали они, что это Вонючие прознали за алхимика, да и укокошили его! Видать перед смертью добряче отмутюжили, да и в канаве бросили! Типа, зырьте, что будет, ежели нос совать начнёте! Аптекарь вмиг бледный, что поганка стал, понял, что Вонючие на него скоро выйдут, да взял и тут же с города сдрыстнул. А Сохатый остался. Приказал все записи алхимика перерыть, покумекал, что может этот эрудит грёбанный порошок всё-таки сумел состряпать. Или близко подойти. Да не успели мы: ты, хромой, с девкой в дом завалился. Спалил нас. Ну а Сохатый решил, что раз кошмары на след взяли, то и сжечь всё к чертям собачьим.
Воины С.О.Н. молчали, обдумывая услышанное.
- Где эти "Вонючие" находятся? - серьёзным тоном спросил Гютао.
- Не знаю! На них только атаман знал, как выходить, и то, это они скорее на него выходили! Жизнью клянусь! Только не режь, а то и жить незачем будет!
- Надо брать атамана этого, - негромко произнёс ва Бостен. - Где искать - знаем.
- Он, как меня поймали, тут же свинтит! Зуб даю! Не дурак же! - быстро проговорил Жмых. - То, что взяли меня - скоро все в Нищем граде знать будут. И Вонючие тоже прознают! Они всегда всё знают, как будто им сами боги докладывают!
- Почему они "вонючие"? - поинтересовался Лиасент.
- Не знаю! Их так Аптекарь прозвал. Хвалился, что у него нюх натасканный, а от их вожака, говорил, смердит так, словно тот духи на рыбьей требухе наварил и с головой в них, как в дерьме обмазался.
- Знаешь, как их главаря зовут? - спросил ва Бостен. В его голосе звучал азарт. Как у гончей на охоте.
- Виктором кличут. Здоровый как бык, так говорили, сам в глаза не видел. Клянусь, всё, что знал сказал!
Наступила тишина. Жмых шумно дышал.
- Выдыхай, Корней, - произнёс ва Бостен. - Мы тебе, так и быть, досрочно поверим.
- Может всё-таки отрежем что-то? - недовольно проговорил Лиасент. - Зря я всё раскладывал что ли?
Инструктор коснулся плоти человека тупой стороной скальпеля и резко провёл, но тут же молнией отпрянул, на мгновение забыв про боль в ноге.
- Сука ты, Корней, - проворчал инструктор, обтряхивая руки. - Вот нахрена ты обоссался? Шуток что ли не понимаешь?
- Итого мы знаем чуточку больше, чем раньше, - Цандер ва Бостен обвёл взглядом гроссмейстера Лукрецио Гютао и молчавшего капитана Лисента. - Мы, наконец, нащупали ниточку. Виктор из "Вонючих". Есть имя, внешность и то, что он смердит.
- Но это сильно нам не помогает, - Гютао скрестил руки на груди. - Мы до сих пор не знаем, ни откуда они берут лунный порошок, ни где располагаются эти "вонючие".
- Но мы теперь знаем, у кого группировки покупают порошок. Так же мы в которой раз убеждаемся, что так просто его не синтезировать. И даже бандиты с улицы знают, где лучшие химики королевства, - ва Бостен кисло улыбнулся.
- В Академии, - мрачным голосом закончил Гютао.
- Мы должны дать указание тщательно проверять каждый обоз, каждого всадника, что идёт с Белой школы, - ва Бостен нахмурился.
- Такие действия только усилят вражду, - возразил Гютао.
- А разве не этого, Лукрецио, желает наш король? - ва Бостен безразлично вскинул руки. - Конфликт неизбежен.
- Не нам его ускорять, Цандер, не в нашей власти, - не согласился Гютао. - Выходец из Академии не смог воссоздать лунный порошок, так что наши обвинения против Белой школы не имеют никаких доказательств.
- В идеале надо проверить лаборатории самой Академии, - заговорил Лиасент, становясь на сторону ва Бостена.
- Они нас банально не пустят, - кивнув, угрюмо заметил Цандер.
- Это будет откровенная агрессия! - воскликнул Гютао. - Это будет война из-за каких-то пробирок и склянок! И без доказательств! И, повторюсь, даже учёный из Академии не смог синтезировать порошок!
- Но кто-то же создал этот наркотик, - произнёс ва Бостен. - Кто-то же смог.
- Вы слишком много о них переживаете, гроссмейстер, - негромко отметил Лиасент, прикрыв глаза и стараясь не обращать внимания на ноющую ногу. - Они этого не стоят. А вот если мы наведаемся с проверкой - это будет демонстрация силы. Я думаю, королю эта мысль придётся по душе.
- Я переживаю о королевстве, капитан, - глаза Гютао блеснули. - Поломать баланс сил - очень легко. А привести его в равновесие - куда тяжелее. Жаль, что Маркелл слушает советников войны, а не мира! А чтобы обвинять Академию, мы должны иметь на руках железные аргументы, и я таких не вижу!
Наступила тишина.
- Плохо, что картели уже прознали за наши действия. Мы лишаемся хоть какого-то фактора внезапности, - примирительно произнёс ва Бостен, сменяя острую тему. - И у нас нет особо вариантов. Надо немедля послать отряд, чтобы проверить место, что указал Корней. Может что-то найдём. Прости, - Цандер повернулся к Лиасенту, который устало сидел, вытянув левую ногу. - Но мы не можем отправить тебя на полевое задание. Сам понимаешь.
- У меня есть другая идея, чем себя занять, - проговорил Лиасент. - Возможно я проглядел зацепку, которая была у меня прямо под носом.
- И какая? - с неподдельным интересом спросил Гютао.
- Прошерстить записи этого Фливеля, - произнёс Лиасент и поднял взгляд на непонимающие лица гроссмейстеров. - Валея вытащила их из пожара. А раз их так старательно хотели сжечь, значит там есть что-то ценное. Может намёк, что поможет раскрыть происхождение порошка. Либо какая-то информация за этих "вонючих". Не знаю, но вдруг что-то найду. Нет. Я уверен, что найду. Я чувствую, что напал на след. Поэтому я - домой. Время не терпит. Думаю, за вечер и ночь я справлюсь.
- Его записи у тебя дома? - нахмурился ва Бостен.
- Мне дома легче работается.
- А девочка, кадет, что с тобой была, она записи учёного смотрела? - спросил Гютао.
Лиасент вместо ответа начал вытягивать непослушную ногу, даже не пытаясь утаить выражение лица от гроссмейстеров.
- Нет, - наконец ответил капитан. - Что она в них поймёт? Домой я её отправил. Хватит с неё приключений, - Лиасент чуть помедлил, задумавшись над словами. - В принципе, если не разберусь в записях сам, можно будет и её завтра привлечь. Две головы лучше, чем одна.
- А откуда этот алхимик мог знать что-то такое, что не рассказал Жмых? - недоверчиво спросил Гютао.
- Это хороший вопрос, гроссмейстер, - Лиасент задумчиво потёр небритый подбородок. - Надеюсь, я вскоре узнаю ответ.
Валея хлопотала на маленькой кухоньке, стараясь на огне камина приготовить хоть какую-то стряпню. Жаль, что она толком ничего не нашла из приправ: сыскала чуть тмина, перца, да высохшего чеснока. Худо-бедно, но что-то да выйдет. Девочка помешала густой суп в котелке и вновь вернулась к чтению дневника учёного. Там была куча химических формул, соединений, выводов, результатов, многое чего она не понимала, но она упорно читала. Но суть была ясна - у этого алхимика не получалось синтезировать порошок.
Раздался звук открываемого замка и Валея кинулась к двери.
- Я почти приготовила ужин, инструктор Лиасент! - девочка улыбнулась, несмотря на то, что губа всё ещё болела.
- Молодец, - устало произнёс Лианор, проходя в квартиру тяжёлой походкой. Капитан бессильно плюхнулся в кресло и закрыл глаза.
- Вам больно?
- Больно, чёрт подери, - глухо подтвердил Лиасент. - И, проклятье, нет сил терпеть. Так что, Валея, уйди, пожалуйста.
- Почему? Вы же сами сказали читать его записи!
- Есть две причины. И одна из них - обстоятельства изменились.
- Какие ещё обстоятельства?
- Валея. Уйди.
- Я хочу знать! Я же помогаю вам!
- Нет, чёрт подери! Ты мне не поможешь, а мир - это не сказочный роман, где девушки машут мечом, встречают рыцарей на белом коне, и в конце они вдвоём побеждают дракона!
- Я знаю, что мир злой и несправедливый. Не маленькая же! Но мама говорила, что надо среди этой грязи видеть и хорошее!
- И где в этой жизни что-то хорошее? - устало спросил Лиасент. - Где эта грёбанная справедливость, что я и дня не могу прожить, чтобы не терпеть боль!? Чёрт подери, Валея, мы не на уроке! Уйди, пожалуйста. Ради себя же.
- Нет, - насупилась девочка, сжав кулаки. - Я никуда не уйду, пока не узнаю в чём дело!
- Ну и чёрт с тобой! - ругнулся Лиасент и резко смахнул со стола разложенные записи и бумаги алхимика. - Сиди тогда и смотри на грязь!
Капитан достал из кармана драгоценную шкатулку, дрожащими руками отворил её, быстро сделал из бумаги скрутку и...
...и Валея белкой подскочила и вырвала это всё из рук Лиасента.
- Отдай! - ругнулся капитан и потянулся за девчонкой, но она ловко отскочила, спрятав коробочку за своей спиной. Свёрток бумаги упал на пол, рассыпая белое содержимое.
- Нет, так неправильно! - в уголках девичьих глаз навернулись слёзы. - Так только хуже! Вы должны бороться!
- Как я могу бороться, если эта боль сводит с ума! - зверем прорычал Лиасент. - Думаешь, если был выбор, я бы нюхал эту дрянь!? Считаешь, что я какой-то наркоман!?
- Но разве нет ничего другого? Какого-то лекарства, что уймёт боль?
- Я уже всё перепробовал! Ничего другое больше не берёт! А эта дрянь даёт хоть несколько часов покоя! Поэтому, чёрт подери, Валея, отдай! Да, я гроблю свою жизнь, да, я сам себя её лишаю, поэтому я стараюсь вас, молокососов, хоть чему-то научить, чтобы вы не повторяли моих ошибок!
Валея молчала, ярость бушевала внутри неё, но на щеках текли предательские слёзы.
- Валея, пожалуйста, отдай, - мягко произнёс инструктор. - Для меня это не наркотик, для меня это передышка перед неминуемым концом. Несколько часов тишины в войне, которую я давно проиграл.
- Это неправильно! Я найду как по-другому вас вылечить, обещаю! - протараторила она.
Но, зажмурившись, девочка протянула шкатулку. Сильная и грубая рука выхватила её.
- Ищи, раз делать нечего, - тихо прошептал Лиасент, не сводя глаз с шкатулки.
Валея отвернулась. Закрыла уши и глаза. Не видеть и не слышать. Это неправильно! Не может так человек страдать! Это несправедливо!
Она не услышала, не увидела, как инструктор шумно втянул порошок и блаженно откинулся на кресле.
Лиасент лежал, наслаждаясь отступающей болью, державшей ногу в безжалостной хватке. Ледяная волна накатывала, гася пожар в коленке. Иногда хотелось просто взять и отрезать ногу вместе со всей этой болью. Но кому будет нужен ещё больший калека? И как, и зачем ему дальше жить? И это останавливало.
Валея тихо стряпала еду, одновременно что-то читая. Точно. Она читает записи этого треклятого Фливеля, или Флавеля, или чёрт его подери как там его...
С трудом сфокусировав взгляд, Лиасент встал, хоть временно не боясь опираться на левую ногу. А время, проклятье, неумолимо шло. А наживка уже плавает по центру пруда.
- Сколько я был в беспамятстве?
- С полчаса, может с час, - безэмоционально ответила девочка.
- Тебе пора домой, Валея, - мягко произнёс он.
- И вы даже не спросите, нашли ли я что-то в записях этого дурацкого алхимика?! - девчонка обиженно, с горящими от злости глазами посмотрела на инструктора.
- И что ты нашла? - Лиасент вымученно улыбнулся.
- Читала записи в последнем дневнике. В нём уже за синтез наркотика. Но... - Валея огорчённо скривилась. - Но там одни заумные формулы, многие перечёркнуты или рядом стоит приписка: "не вышло". Ничего. Но я только половину прочла.
- Но ты молодец, - похвалил инструктор.
- Даже я слышу, сколько фальши в вашем голосе, - девчонка закрыла дневник и пристально посмотрела на Лиасента. - Что за "наживка"? Вы в бреду говорили, что наживка уже закинута.
- Вот чем плохо жить одному, - проворчал Лианор. - Не знаешь, что говоришь во сне.
- Что за "наживка", инструктор Лиасент? Скажите, прошу, я же хочу помочь...
- "Наживка" - это я, - Лианор натянуто улыбнулся. Обманывать или спорить не было сил. - Это будет славная рыбалка, но тебе на ней не место.
- Я не понимаю, - призналась девочка.
- Ни С.О.Н., ни городская стража не могу извести лунный порошок уже второй год. Твой пленник сказал, что "они всегда всё знают". И я зацепился за это, - капитан подошёл к Валее, стоявшей с кислой миной. - Есть только три человека в Первоцвете, которые всегда всё знают. Цандер ва Бостен, Лукрецио Гютао и Нади Вальден. Гроссмейстеры С.О.Н. Двоим из них я сегодня закинул наживку.
Валея с удивлением посмотрела на Лиасента.
- Это выстрел в темноту на интуицию. Но слова Гютао меня смутили, - Лианор опёрся об стену. - Он выгораживал Академию. Спорил, что им не создать лунный порошок. Старался говорить так, чтобы мы даже и не думали за эту возможность. Возможно, это всего лишь неудачная фраза. А, возможно, он сделал ошибку.
- Но они же гроссмейстеры...
- Они такие же люди как ты. И они так же способны творить ужасные и страшные вещи... как я. Поэтому ты должна уйти, Валея. Я установил им сроки. Если кто-то из гроссмейстеров предатель, то за мной сегодня придут.
- Я останусь с вами! Я помогу!
- Нет, Валея, - твёрдо произнёс Лиасент. - Здесь может быть слишком опасно. И они за тебя не знают. Это наше маленькое преимущество.
- Но я хочу помочь!
- И ты поможешь, Валея. Твоё задание будет не менее важное, чем моё.
Девочка подняла на него странный взгляд, в котором читалось нечто такое, что Лиасент не видел уже целый год.
- Беги к сержанту Бёрку, ему можно верить. Другим - ни слова. Джеймс говорил, что к ночи будет дома, - инструктор взял листок бумаги, нашёл карандаш. - Вот его адрес. Это Приозёрный район, возле Старого града. Беги и расскажи ему всё. Пусть соберёт свой отряд, кого сможет, и спешите сюда. Вы будете ловцами. Я - приманкой. Понятно?
Валея кивнула, взяла в руки бумагу.
- А если... - девочка запнулась. - Если они придут раньше? Или мы не успеем?
Капитан криво, самоуверенно улыбнулся.
- Сильнее меня в С.О.Н. никого нет, - произнёс Лиасент так, чтобы это звучало максимально убедительно. Лишь бы она поверила. - И забери записи этого Фливеля, - быстро добавил капитан, бросив быстрый взгляд на несколько книг и кипу бумаг. - Дневник, где за синтез порошка. Он может всё-таки пригодится.
Валея послушно кинулась подбирать бумаги с пола, вставляя их в дневник, который ранее читала.
- Но если со мной всё-таки что-то случится, - продолжал Лиасент, - то это будет значить только одно: либо Гютао, либо ва Бостен - предатель. Поняла?
Девочка снова кивнула, прижимая к груди книгу с торчащими вставками бумаги.
- И выше нос, воин С.О.Н. хватит сопли распускать! - Лианор потрепал волосы Валеи. - Всё-таки это выстрел в пустоту.
- Я сразу побегу к сержанту Бёрку! Обещаю, инструктор, мы успеем!
На этот раз Лиасент улыбнулся искренне.
Капитан с удовольствием ел густой, наваристый, сытный суп. Он даже и помыслить не мог, что из его скудных запасов можно что-то вкусное приготовить. Лиасент промокнул в похлёбке хлеб, откусил мякоть. Перевёл взгляд на часы, подсвечиваемые свечой. Ещё один час прошёл. Что они такие медленные-то? Или всё-таки интуиция его подвела? Ну и чёрт с ними тогда. В принципе, можно таким способом и маршала городской стражи проверить. Или капитана Альбена Россена. Этот по-любому данным-давно свою задницу продал. А суп всё-таки вкусный. Давно он с таким удовольствием не ел. Эх, если он сегодня не сдохнет, то надо будет попросить Валею ещё приготовить. Но это "если". И действительно, где их черти носят? Ещё часик-другой и эта проклятая боль вновь завладеет ногой. Тогда он точно не жилец. Интересно, что за приправы Валея кидала к мясу?
За окном барабанил дождь. Иногда громыхала молния. Но Лиасент краем уха всё-таки услышал, как скрипнули половицы.
И по двери, не церемонясь и не таясь, с силой ударили.