- Вставай, Лети, - негромко прозвучал женский голос. Грубый и хриплый. Но всё равно тёплый. - Он тебя зовёт.
Девушка, приоткрыв глаза, инстинктивно отпрянула назад. Но чересчур быстро упёрлась в угол каморки.
- Не бойся, это я, - с мягкой улыбкой проговорила женщина. - Мастер послал за тобой, Летиция.
- Что? Когда? - девушка приходила в себя, растерянным взглядом смотря на женщину. - Сколько времени? Уже ночь?
- Нет, только вечер.
Девушка тяжело вздохнула.
- Я устала, Аманда, - негромко произнесла Летиция, поджав ноги и натянув дырявое одеяло к самому подбородку. - Устала не спать по ночам. Устала прислуживать и угождать. Устала терпеть.
Вместо ответа Аманда осторожно коснулась синяка на щеке девушки. Затем она пальцами смахнула выступившие слёзы с лица Летиции.
- Ты должна терпеть. Мастер обещал, что до конца года отпустит тебя.
- Я не выдержу! Это ещё столько дней! И ночей! - Летиция сжала тугой ремень на шее. Сдавила его, словно желая сдёрнуть и порвать. Но это не сотрёт того, что грубо выбито под ним на коже.
Аманда мягко взяла её за ладонь и отвела руку.
- Ты справишься. Ты сильная.
- Была бы я сильной - давно прыгнула в воду, - Летиция встала, отстраняя руку Аманды.
Девушка, накинув старый, в многочисленных латках плащ, согнувшись, следом за Амандой вышла из своей каморки - никому не нужного уголка в глубине нижней палубы.
Аманда словно нерешительно остановилась.
- Я дойду сама. Отдыхай, - усталым голосом сказала Летиция, укутавшись в плащ и немного дрожа телом. Даже не от холода. От самой мысли, что опять идти к старику... Хозяину. Девушка представила, как его грубые, тяжёлые руки вновь коснутся её, и невольницу передёрнуло.
- Терпения тебе, Лети. Когда-нибудь этот мерзкий старик получит то, что заслужил, - подбодрила Аманда, натянуто улыбнувшись.
Девушка, обречённо кивнув, направилась к верхней палубе, невольно заглядывая в приоткрытые двери: в других каютах одни артисты играли в карты, другие болтали, третьи просто дремали под какофонию вторых. Каюты матросов располагались особняком, но с них доносилось куда больше шума и хохота. Видать, при прошлой стоянке они запаслись горячительным с запасом.
Из одной каюты вышел матрос и, покачиваясь в такт волнам, пошёл навстречу Летиции.
- А ну кыш, малявка, кораблю нужно срочно сбросить балласт, - человек медленно поднял руку и неуклюже помахал ей, словно разгоняя перед собой воду.
Летиция, ускоряя шаг, юркнула между матросом и стеной, быстро дойдя до лестницы и поднимаясь на палубу.
От морского бриза веяло холодом. Хотя уже была весна и зимние морозы давным-давно отступили. На западе солнце всё ниже и ниже опускалось к горизонту. Девушка немного постояла под последними лучами, стараясь хоть немного согреться. Но нужно идти.
Летиция, пройдя к корме, робко постучала в красивую дверь с изящной гравировкой. Каюта мастера. Хозяина театра "Зазеркалье" и корабля "Мираж".
- Входи, - донёсся до девушки спокойный голос.
Зайдя в просторную каюту, Летиция бегло взглянула по сторонам. На долю секунды её взгляд задержался на приоткрытой ширме, за которой виднелась роскошная кровать. Сердце девушки сжалось, и она быстро перевела взгляд на мастера, стараясь прогнать нахлынувшие неприятные мысли. Странно, сколько раз она тут была, но каждую прошедшую ночь помнит, как в тумане.
Мастер что-то писал, сидя за столом, на котором нестройными стопками лежали книги и бумаги, освещённые слабым светом свечей. Хозяин был зрелым мужчиной, чьи годы жизни хоть и клонились к закату, но время так и не смогло испортить ни его гордой осанки, ни добавить лишнего веса или чахлости тела. Только белые волосы, как и коротко подстриженная седая борода говорили о десятках прожитых лет. Закрыв глаза на седину, хозяин театра выглядел лучше, чем многие, кто на десятилетия был младше его.
Мастер поднял голову. На девушку смотрели синие, почти тёмные глаза, в которых нельзя было ничего понять. Взгляд, который одновременно обвораживал и пугал.
- Подойди, Летиция, - строго произнёс мужчина, не вставая из-за стола, но аккуратными движениями откладывая бумаги в сторону.
Летиция, ничего не ответив и покорно потупив взгляд, повиновалась.
- Ближе.
Летиция подошла.
- Развернись.
Девушка, не поднимая головы и не находя в себе сил как-либо ослушаться, послушно повиновалась. В уголках глаз снова стало мокро.
- Сними плащ.
Летиция дрожащей рукой расстегнула застёжку на горле, и тяжёлая ткань упала к ногам.
- Теперь платье.
- Мастер, умоляю, - взмолилась девушка, - не надо... пожалуйста.
- Сними платье, - в голосе хозяина зазвучали стальные нотки, и Летиция не нашла в себе сил, чтобы противиться приказу.
Её рука снова коснулась плотно охватывающему шею кожаному ремню с грубым знаком, будь он трижды проклят!, а потом девушка непослушными, дрожащими пальцами начала одну за одной расстёгивать пуговицы платья.
Одежда, легко скользя по гладкой коже, спала на пол, и девушка ощутила, как её ударил крупный озноб.
Летиция буквально почувствовала, как мастер пробежал глазами по её телу. Этот пожирающий, изучающий взгляд она запомнила хорошо. С тех пор, как полгода назад её выкупили у предыдущих хозяев.
Будь это всё проклято! И жизнь, и мастер, и театр! Ненавижу!
Спины коснулась ладонь мастера. Девушка напряглась и сжалась, но неожиданно приятное тепло расползлось по позвоночнику, очень быстро достигая шеи и головы, на мгновение закружилась голова, из груди вырвался вздох, она резко развернулась и...
...со всей силой обняла мастера.
- Рид, дорогой! - Летиция покрыла лицо мужчины короткими поцелуями и, как маленькая девочка, юрко прыгнула тому на колени, обвив шею руками и прижавшись всем телом к человеку.
- И хватит меня проклинать, - устало проговорил мастер, пытаясь мягко освободить голову из плена девичьих рук. - Каждый раз одно и то же.
- Хватит читать мои мысли!
- А я и не читаю, у тебя на лице всё написано.
- Прости, пожалуйста, дорогой, - взмолила Летиция, - другая "я" иначе не может. Ей страшно и противно. Она ненавидит тебя и всю свою жизнь. И тебя половина театра за мои страданья ненавидит!
Девушка уткнулась носом в шею мужчины, вдыхая его запах и наслаждаясь каждым вздохом.
- Ну это не так плохо, - совершенно не смутился Рид. - Пусть ненавидят меня, но жалеют тебя. Это роль меня вполне устраивает.
- А меня нет, - надула губки девушка. - Ты не заслужил этого!
- Люди любят против кого-то одного объединяться и его презирать. И лучше это буду я.
Летиция сильнее прижилась к мастеру.
- Почему нет пути, чтобы быть счастливыми и не страдать? - мечтательно произнесла девушка.
- Увы, но другой путь я не нашёл. Так что потерпи ещё немного.
- О да! - воскликнула Летиция. - До Первоцвета осталось немного. Ещё какая-то неделя-вторая! И можно будет не таиться и не прятаться!
Мужчина промолчал, оставив свои безуспешные попытки вызволиться, и начал гладить спину девушки. Идиллия продолжалась несколько минут.
- Ладно, слезай с меня, - наконец сказал Рид. - Давай заниматься. Время не стоит на месте.
- Что будем сегодня делать?
- Огонь.
- Опять он? - Летиция скривилась, но слезать с коленок и не думала. - Может лучше что-то другое? У меня он не получается!
- Надо, девочка, надо. Умение контролировать огонь - важный навык.
- В будущем придётся тушить пожары? - улыбнулась девушка.
- Вполне возможно, - без улыбки ответил мастер. - Вчера Эланор зажгла слишком яркий огонь.
- Ты это видел?
- Нет, но почувствовал. Даже если и не хотел бы. Упёртая девочка, не послушала меня. Пора её брать под крыло. Надеюсь, ей хватит благоразумия сдаться С.О.Н.
- Но она же будет в Первоцвете, когда и мы?
- Да, но только вот каким путём - я не знаю.
- Я скоро начну ревновать тебя к другим девушкам! - Летиция легонько укусила мастера за шею.
- Ладно. Хватит дурачиться. Успеем ещё, - Рид снова попробовал отстранить девушку, но та крепко обнимала.
- А может мне очень сильно хочется подурачиться, - игриво ответила Летиция, проведя рукой по груди Рида. Даже сквозь плотную рубашку она ощущала, какое сильное у него тело. На откуп годам мастер отдал только цвет волос.
- Нужно заниматься делом, Летиция, - со вздохом поражения напомнил он.
- А может всё-таки подурачиться? - с жаром проговорила девушка, ловкими пальчиками расстёгивая рубашку на Риде.
Мастер лежал на кровати, читая книгу и иногда посматривая на девушку, которая сидела за столом, держа ладони вокруг свечи и сосредоточенно гляда на пламя. Летиция была обнажена, и волосы цвета вороньего крыла спадали набок, скрывая грудь. Рид вздохнул и снова перевёл взгляд на книгу.
Внезапно Летиция хлопнула ладошкой по столу.
- Не получается! - воскликнула она.
- Получится, - бросив быстрый взгляд, ответил пожилой мужчина. - Я же видел. Не пытайся подстроить магию под пламя, делай наоборот. Окружи огонь силой, сделай её эластичной, обволакивающей, а потом сжимай. Так ты сможешь контролировать пламя.
- Сказать просто... - Летиция, небрежно откинув волосы с плеча, снова уставилась на огонь. Обнажилась упругая грудь девушки.
- А сделать всё равно надо, - со вздохом ответил Рид, возвращаясь к чтению.
Воцарилась тишина. Потом её нарушил очередной удар ладошки по столу. Рид даже не стал поднимать взгляд.
- К чёрту этот огонь! Всё равно ничего не выходит! Я годами буду учиться!
- Ты спешишь?
- Нет...
- И огонь учит концентрации. Тебе она не повредит. И не только в магии.
Девушка недовольно фыркнула.
- Через пару дней выступление в Хафуте. Ты все свои реплики выучила? - с укором спросил Рид.
- Конечно, - ответила девушка. - Не веришь - можешь прийти на репетицию.
- Воздержусь. Когда я сижу с вами на них - сразу половина труппы тушуется и забывает слова.
- Надо просто быть добрее. Мягче.
- Не хочу. Я уже в том возрасте, когда поздно подстраиваться под других людей.
- Это отговорка! - возмутилась Летиция.
Мастер не ответил. Девушка не стала спорить дальше.
- И ещё одно, - спустя некоторое время произнёс мастер строгим голосом. - В Первоцвете - никаких самоуправств и глупостей. Дальше корабля или меня - ни на шаг.
- Почему?
- Потому что там есть то, чего следует остерегаться. Даже мне.
- Тебе? Есть кто-то сильнее тебя? - задумчиво спросила Летиция, держа руки над пламенем свечи.
- Не знаю, - признался Рид. - И совершенно не хочу проверять. Но лучше остерегайся нынешнего короля.
- Маркелла Рисата? - девушка удивлённо посмотрела на мастера. - Это он такой сильный? Он маг, как и его отец?
Рид покачал головой.
- Нет, на нём дар оборвался. Но он хранит тайну отца. Я уверен, что Федорик ему показал.
- Что показал?
- Силу, которая не укладывается ни в одни правила и законы.
- А это как?
- Не важно. Просто не делай никаких глупостей, - мастер сурово на неё взглянул. - Поняла?
- Поняла, - протянула Летиция. - Не ребёнок же.
- Рано ты себя взрослой возомнила. Занимайся, почему бросила?
- Не хочу. У меня не получается.
- Успех состоит из усердия и таланта. Последнее в тебе ярче, чем в любом из нас. Никто тебе не ровня. Так что осталось дело за усердием.
Девушка вздохнула.
- Лучше бы эта кровь Ушедших что-то более полезное оставила, - тихо пробурчала она.
- Летиция!
Девушка отвернулась и не ответила. Рид вернулся к чтению. Прошло ещё минут пятнадцать-двадцать.
Мастер поднял взгляд: Летиция сумела отделить огонёк от свечки и поднять его в воздух на высоту ладони.
- Молодец. А теперь попробуй медленно увеличить пламя. Только осторожно.
Парящий огонёк начал рывками увеличиваться в размерах, пока не достиг размера блюдца, но, внезапно, при очередной пульсации потух прямо в воздухе.
- Не удержала, - огорчённо произнесла девушка. - Зажги мне ещё.
- Нет, хватит на сегодня, уже поздно, тебе отдохнуть надо, - Рид приподнялся, рыская взглядом по раскиданной по полу одежде. - Да и я устал, пожалей старика.
- Ты не старик. И я не хочу уходить, - Летиция жалобно посмотрела на мастера. - Не хочу в свою конуру, не хочу снова тебя ненавидеть. Я же тебя люблю.
Девушка стрелой выскочила из-за стола и прильнула к пожилому мужчине в крепком объятии.
- Я тебя тоже люблю, - произнёс чуть погодя мастер, ласково, но настойчиво отстраняя девушку. - Потерпи чуть-чуть. Побудь ещё в тени ненависти. Пусть все видят меня, но не обращают внимания на тебя.
- Это, наверное, дико бесит - видеть будущее, - Летиция развернулась и принялась поднимать с пола одежду. - И ты никогда не говоришь, что произойдёт! Даже то, что будет с нами! - воскликнула она.
- Я ещё не решил, это дар или всё-таки проклятье, - Рид поднял с пола плащ девушки и протянул его Летиции. - Если я скажу тебе, что будет, то вдруг этого уже не станет? Будущее переменчиво.
- Тебе нужно устроиться учителем философии, - буркнула девушка.
- Может ещё успею, - мастер кисло улыбнулся. - Оставлю театр тебе, а сам уйду читать лекции в Академии. Любопытно будет глянуть, что деканы сотворили с Белой школой за десять лет, - мастер вопросительно глянул на девушку: - Пора. Готова?
- Ненавижу прощаться, - раздосадованно произнесла Летиция, повернувшись лицом к Риду и держа одежду в охапке на груди. Девушка закрыла глаза. - Ударь меня.
- Может обойдёмся сегодня без этого?
- Невольнице положено быть обиженной и забитой, - равнодушно произнесла девушка. - А то никто не поверит.
Несколько секунд стояла тишина.
- Прости, - отстранённым тоном произнёс мастер и резко ударил Летицию по лицу ладонью.
Тонкой струйкой брызнула кровь из разбитой губы.
Рид дёрнул рукой в непроизвольном желании приложить её к ране, но девушка умудрилась перехватить его руку в воздухе.
- Не надо. Так будет достоверней, - в спокойном голосе Летиции прозвучали твёрдые нотки. - До завтра, дорогой. Я буду терпеть.
Девушка повернулась к нему спиной и выжидательно замерла.
- До завтра, - тихо ответил мастер.
Девушка почувствовала, как Рид нежно коснулся её спины. Как по телу расползлась чужая сила, только уже холодная, колючая, неприятная. Она словно вбирала, поглощала в себя всё тепло, что было внутри Летиции. И прятала его. Даже от неё самой.
Мужчина медленно убрал руку. На секунду пальцы дрогнули - и кончики остались касаться нежной кожи, будто не могли оторваться. Но Рид всё же их отдёрнул.
И в тот же момент Летицию пробрала крупная дрожь, она резко развернулась и уставилась на Рида, инстинктивно прикрываясь комком одежды. Девушка сделала маленькие шажки назад, словно перед ней стоял не человек, а монстр. С удивлением коснулась разбитой губы. Её руки затряслись. На глазах заблестели слёзы.
Мастер отвернулся, чтобы не видеть её взгляд.
Если он ошибся, и это всё понапрасну - он себе не простит.
- Одевайся и убирайся, - холодно скомандовал Рид.