Матюшин Вадим
Повороты судьбы

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
Оценка: 8.61*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    История Дерека Риза. В основу этой истории положен сериал ХСК, фантазия автора, а так же многие из произведений написанных фанатами мира Терминатора, однако не все события и параллели могут совпадать с первоисточниками. Не правленый Черновик! Книга 1 и 2 Закончены
  Черновик.
  
  "Повороты судьбы".
  
  В основу этой истории положен сериал 'Терминатор: Битва за будущее', фантазия автора, а также многие из произведений, написанных фанатами мира Терминатора, однако не все события и параллели могут совпадать с первоисточниками.
  
  
  - Нет судьбы. Нет судьбы, кроме той, которую мы выбираем, - так говорил мой брат Каил. Жаль, что нам так и не довелось с ним еще раз увидеться. Но сейчас речь пойдет не о нем. - Меня зовут Дерек, Дерек Риз. Я чувствую, как жизнь уходит из меня вместе с вытекающей из раны кровью и это моя история.
  
  Середина 2014 года. После ядерного апокалипсиса прошло почти 4 года.
  
  Глава 1
  
  Тёмные коридоры старого военного бункера оказались завалены различным хламом, и отряду из пяти человек приходилось прилагать множество усилий, чтобы, преодолевая их на своём пути, издавать как можно меньше шума. Внезапно, в свете фонаря, бойца, идущего впереди, мелькнула неясная тень. Он моментально застыл на месте, и поднял вверх зажатую в кулак руку. Словно по команде, все кроме замыкающего тут же заняли позиции для отражения возможной атаки. Лишь человек, идущий последним, развернулся на сто восемьдесят градусов и присев на одно колено, поднял автоматическую винтовку, готовясь в случае необходимости прикрыть тыл.
  Таяли секунды. Луч фонаря бойца, шедшего в авангарде, метался, ощупывая стены, потолок и горы мусора на полу, однако все было тихо. Его рука в очередной раз приподнялась вверх, показывая два пальца и направление, повинуясь которому, двое людей в военной форме, двигавшихся следом, стараясь прикрывать друг друга, медленно пошли вперёд, охватывая указанную область в клещи.
  Смутное шевеление впереди повторилось. И тут же быстрый силуэт, выскочивший из-под обломка бетонной плиты, рванул в сторону, пытаясь вырваться из светового пятна. Со стороны могло показаться, что ещё шаг-другой и ему это удастся, но вынырнувший из темноты боец схватил беглеца за рукав и повалил на грязный пол, моментально усевшись сверху и заламывая ему руки за спину. Уже через пару мгновений военный, командовавший отрядом, оказался рядом с захваченным человеком и только тогда смог разглядеть, кого отряд взял в плен.
  - Отличный улов, - произнёс один из бойцов, подошедший следом за командиром, рассматривая пленника в свете фонаря. - На вид ему лет пятнадцать - шестнадцать, и выглядит довольно крепко. Пару коробок патронов за него точно дадут, да и пайка на неделю как минимум. Вон Блэкман его еле скрутил, - и мужчина с издевательским смешком, ударил другого ладонью по предплечью.
  - Да иди ты, Ковальски, - огрызнулся темнокожий, занося руку для ответного тычка.
  - Отставить! Блэкман, Ковальски проверить периметр, может еще, кто прячется, а я пока потолкую с пареньком, - в разговор вступил третий человек, который, судя по тому, как остальные бросились выполнять его распоряжения, являлся командиром отряда. - Ну а ты, что мне скажешь? Есть тут кто-то ещё?
  Пленник поднял измазанное лицо, смотря прямо в глаза задавшему вопрос человеку. Из его носа текла тоненькой струйкой красная кровь, капая на порванную в нескольких местах куртку и оставляя там тёмные пятна. Увидев это, военный вынул из кармана штанов клочок грязной ткани и, протянув руку вперёд, попытался вытереть лицо парня, но тот резко отдернулся назад, и на его губах появилась презрительная улыбка.
  - Нас много, и всех вам не переловить, - парень сплюнул на грязный пол бункера
  - Так значит, ты знаешь, где есть ещё люди, - в задумчивости произнёс командир, - хм, это несколько меняет дело... Ты знаешь, а твоя стоимость только что немного выросла. Хотя конечно не факт, это сильно зависит от того состояния, в котором ты попадёшь на рынок, - мужчина на пару секунд замолчал. - А хочешь остаться свободным? Или может вообще присоединиться к нашему отряду. Тогда у тебя будет и еда и кров, и оружие, чтобы защититься. Скажи, где находятся остальные?
  - Значит, если я отвечу, где они, вы меня отпустите, - парень не столько спросил, сколько повторил слова бойца. - А знаете, я скажу, где они, - произнёс он, и на его губах вспыхнула улыбка, - они уже здесь, - парень прокричал последние слова, падая на спину и стараясь отползти за груды мусора. Одновременно со всех сторон зазвучали громкие хлопки одиночных выстрелов, и каждая выпущенная пуля нашла свою цель. Голова командира отряда, несколько минут назад захватившего пленника, разлетелась от точного попадания, и его тело, простояв ещё мгновение и словно не веря в то, что его жизнь оборвалась, медленно осело.
  Выстрелы стихли, не успев начаться и наступила полная тишина, лишь бывший пленник с замотанными за спиной руками часто дышал, лёжа на спине, да пытался высвободить ногу из-под придавившего ее трупа. Внезапно темноту вокруг прорезали лучи света и послышались приближающиеся торопливые шаги.
  - Дерек, ты как? - раздался знакомый голос.
  - Могло быть и лучше, как все прошло?
  - Все как планировали...
  - Потери?
  - Среди наших нет, а среди них... - из темноты донёсся короткий смешок, - среди них все.
  - Отлично, тогда помоги выбраться.
  - Ага, сейчас..., - подошедший отложил в строну фонарь и винтовку, ею оказалась старенький полицейский М4 с коллиматорным прицелом, и принялся стаскивать труп с ноги товарища. Луч света периодически выхватывал его из темноты, и в эти моменты становилось видно, что он гораздо младше бывшего пленника.
  - Все я вылез. Теперь освободи мне руки... Ага... Вот так... Ах, твою ж..., аккуратнее, ты мне чуть палец не отрезал... Отлично спасибо, - бывший пленник поднялся на ноги и начал растирать, уже успевшие затечь руки. - Давай посмотрим трофеи теперь, что ли, - Дерек направил фонарь на труп и оба парня склонились над ним начав обыскивать, складывая все, что их заинтересовало в отдельную кучу, которая быстро начала расти.
  Минут через десять к ним присоединился ещё один человек. На его лбу виднелись окуляры прибора ночного видения, а в обеих руках было по холщовой сумке внушительных размеров.
  - Каил, Дерек, мы закончили, пора уходить.
  - Мы тоже почти все, - произнёс Дерек и посветил на кучу снятого обмундирования, сверху которой стояли почти новенькие высокие армейские ботинки, - помоги собраться.
  
  
  Несколькими днями позднее. Не далеко от Лос-Анджелеса.
  
  Окна полуразрушенной двухэтажной школы, в пригороде Пасадены смотрелись совсем необычно на фоне других, уцелевших в искусственном апокалипсисе, зданий. Все проемы первого этажа, оказались заложены более свежей кладкой, в которой угадывались куски битого кирпича, бетонных блоков и булыжников средней величины. Двери, ведущие на улицу, постигла также участь, поэтому без длинной лестницы способной дотянуться до второго этажа, в здание попасть было совершенно невозможно. Вот только и здесь дела обстояли похожим образом. Некогда широкие окна, способные пропускать достаточно дневного света для занятий нескольких десятков учеников, теперь представляли собой узкие бойницы, со вставленной в центр крест-накрест толстой арматурой.
  Попасть же внутрь этого укреплённого объекта теперь можно было лишь двумя способами. Первый, общедоступный для всех жителей. Через крышу по сбрасываемой сверху веревке, и второй, который являлся тайным знанием, коим обладали всего лишь два человека. В данный момент они оба находились друг напротив друга, в подвале здания.
  Один из них, сидел в широком кожаном кресле. За долгие годы оно успело потрескаться и покрыться сотней белесых складок-морщинок. Его руки покоились на таком же видавшем виды столе, покрытом сверху куском толстого закаленного стекла. Сидевший мужчина, внимательно слушал своего более молодого оппонента, периодически кивая и задавая ему уточняющие вопросы.
  - Удалось выяснить, к какой банде они принадлежали? - хриплый голос сидящего был похож на скрежет несмазанного механизма. - Да, ты присаживайся, доклад я твой выслушал, теперь хотелось бы вникнуть в остальное. Тем более, ещё месяц - другой и ты... кхе, кхе... - не закончив фразу, мужчина сильно закашлялся, прикрывая рукой рот, а его лицо резко покраснело.
  Второй поспешил помочь, но остановился, увидев отрицательный жест.
  - Уже все..., отпустило, - произнёс мужчина в кресле, вытирая с ладони тёмный сгусток крови и откидываясь назад на спинку. - Налей мне чего-нибудь покрепче, горло совсем пересохло.
  - Но доктор же сказал...
  - Я знаю, что сказал доктор, мне осталось не больше пары месяцев, а днём раньше, днём позже, не все ли равно?! Так что Стэн давай не тяни время, наливай и садись поближе.
  Выглядевший лет на двадцать моложе сидящего в кресле человека, Стэн, открыл побитый временем шкаф и извлёк из него хрустальный бокал. Как он сохранился до этих пор, оставалось загадкой, ведь его нашли, километрах в десяти от эпицентра ядерного взрыва, произошедшего на побережье Санта-Моники, среди останков разрушенного большого дома в Беверли-Хиллз. Он словно памятник апокалипсису стоял, спрятавшись за вертикальным куском бетонной стены, на небольшом алебастровом столике, покрытом сетью трещин. Хрустальный бокал, словно в насмешку над катаклизмом поменял, с одного бока свой цвет, став вместо прозрачного, темно-фиолетовым и слегка поплыл. Отчего его форма и без того вычурная стала ещё замысловатее.
  - Да чего ты на него смотришь, как на девушку, - раздался хриплый голос, вырвавший Стэна из воспоминаний и мужчина, очнувшись, второй рукой подхватил откупоренную бутылку бурбона и перенёс на стол. После чего, одним лёгким движением плеснул в бокал где-то на два пальца янтарной жидкости, моментально заигравшей в свете настольной лампы.
  - Уничтоженный отряд, принадлежит группировке свобода, - продолжил говорить молодой мужчина после того как занял место поближе к столу. - Их численность по последним данным переваливает за три сотни бойцов. Однако они никогда не действуют сообща, разделяясь на более мелкие группы, контролирующие каждая определённую территорию.
  - Чем, по-твоему, нам грозит прямая конфронтация?
  - Я не уверен, что с их стороны вообще последует хоть какая-то ответная реакция. Во всяком случае, в отношении нас. Тот бункер не является не их территорией не нашей, отряд двигался в одиночестве, в далёкие от обычных маршрутов. Дерек с командой выслеживали их почти два дня, живых свидетелей не осталось. К тому же, чтобы чуть запутать возможные следы, старший Риз бросил среди мусора заклинивший китайский Калашников, а как все знают, ими пользуются в основном мексиканцы.
  - Риз... Растёт парень, а ведь ещё недавно вместе с братом были совсем сопливыми мальчишками... Сколько ему сейчас? Шестнадцать? А Каилу и того меньше. Да... быстро взрослеет теперь молодежь... Чертова война, лишившая их детства, пусть будут прокляты те, кто ее развязал, - сидящий в кресле мужчина казалось, разговаривает сам с собой, периодически делая небольшие глотки из бокала.
  - Хоть операция прошла успешно, я все же считаю, что Дерек повёл себя в этот раз опрометчиво. Свободовцев было пять человек. Судя по добытой экипировке и снаряжению, они являлись весьма опытными ловцами, и могли легко уничтожить отряд Риза, состоящий лишь из восьми бойцов. К тому же в его задачу входила лишь разведка местности и сбор припасов, а не атака противника.
  - Неподчинение приказу, это конечно в духе Дерека, он всегда действует больше по наитию и не всегда оказывается прав. Однако в этом случае, я считаю, он грамотно провёл операцию, единственным минусом которой, является то, что он выступил в роли приманки сам, хотя и это отдаёт ему должное. Риз не хотел рисковать людьми, - мужчина сделал ещё один глоток, полностью опустошив бокал, резким движением поставил его на стол, и поднялся, опершись одной рукой на кресло позади. Едва пожилой мужчина встал, как стало видно, что у него отсутствует правая нога чуть выше колена, - но он должен, этому научится, иначе толка не будет! Вызови его ко мне!
  
  
  Глава 2
  
  Чистка оружия всегда отвлекала меня от неприятных мыслей, вот поэтому я уже в пятый раз разбирал свою винтовку, проверяя наличие смазки, плавность хода спускового механизма и отсутствие нагара в стволе. Обиды на старого сержант-майора, за выволочку я совершенно не чувствовал. Да и как можно винить бывшего морпеха, собравшего настоящий боевой отряд из выживших, в ядерном пожарище и минувших после него лет, мальчишек и девчонок, человека научившего их сражаться, не подставляясь под пули врага, в своих собственных ошибках.
  Хотя если быть откровенным с самим собой, я проведённую своим отрядом операцию ошибкой не считал, ни в коей мере. Было задание произвести разведку территории, и собрать провиант для базы. Все сделано. Мы притащили больше сотни килограммов (здесь и далее по тексту будут использоваться единицы измерения более привычные Российскому читателю) различных консервов. Разметили на картах участки с повышенным радиационным заражением и наметили пути их обхода. А то, что мы одновременно занимались выслеживанием отряда противника, итога не меняет. В конце концов, мы заманили в ловушку и уничтожили пятерых ловцов. К тому же, брату впервые довелось поучаствовать в боевой операции, а это дорогого стоит. Он, конечно, не в кого не попал, хотя хвалиться всем, что снял тылового охранника, однако я-то знаю, что это был контрольный выстрел Мартина, которому я поручил присмотреть за малышом....
  - Дерек, Дерек... Ты меня слышишь вообще?
  Рядом со мной стоял двенадцатилетний мальчишка с серыми глазами и русыми, чуть вьющимися волосами. Из нас двоих он больше походил на отца, особенно когда улыбался.
  - Дерек, ты идёшь? - Каил увидев, что я повернулся к нему, вновь принялся меня торопить. - Пойдём, в столовой уже все ребята собрались, хотят отметить наше удачное возвращение, а тебя все нет.
  - Ты же знаешь, как я к этому отношусь, все живые вернулись и это главное, - выговаривая брату, я понимал, что лгу ему и себе. Мне действительно было приятно такое отношение со стороны других жителей нашего лагеря, но я все же был командиром отряда, сформированного всего чуть больше месяца назад, поэтому должен был показывать суровость и непоколебимость.
  - Да ладно тебе, посидишь немного, пол часика, а потом уйдёшь если захочешь. Тем более я там Эмилию видел... - брат словно смутившись, умолк, хотя на его лице блуждала хитрая улыбка.
  Как же видел он там эту девушку, в которую были заочно влюблены все старшие ребята лагеря. Да она без сопровождения своих амазонок вообще нигде не появляется. С другой стороны раз уж я не могу предотвратить это мероприятие, то придётся в нем все же поучаствовать, - подумал я, и немного помедлив ответил брату, - Хорошо, уговорил, беги вперёд, я через пару минут буду, приберу тут только.
  
  В столовой стояла звенящая тишина, ровно до того момента, как я вошёл в оббитые металлом двери. Тут же со всех сторон раздались приветственные крики, по плечам застучали дружеские похлопывания, а в руки мне сунули эмалированную кружку с резко пахнущей мутноватой жидкостью.
  - За Дерека, - послышался справа чей-то возглас и толпа, состоящая из нескольких десятков человек, тут же подхватила его, - За Дерека... за Риза... молодец...
  В первый раз меня так горячо приветствовали, причём даже те, с кем я был мало знаком, и кажется, я покраснел от смущения. Чтобы скрыть этот факт, я поднёс кружку к губам и не думая, сделал внушительный глоток, уже через мгновение, пожалев об этом.
  Нечто, словно жидкий огонь провалилось мне в глотку, и, обжигая горло устремилось вниз, по пути опаляя пищевод. Грудь мне сдавило стальным обручем спазма, перехватившим дыхание, отчего я стоял с выпученными глазами, не в силах вздохнуть или выдохнуть. Неприятные ощущения продолжались секунды, показавшиеся мне вечностью, однако вокруг никто ничего не замечал. Наконец, огонь достиг моего желудка и разлился в нем приятной теплотой.
  - Что, что это такое? - едва дыхание вернулось, я поймал за рукав ближайшего парня с такой же выпивкой в кружке.
  - Это? - он улыбнулся, - забористая штука да? Вон видишь, высокий крепкий брюнет стоит возле большого котла. Он новенький, по-английски говорит ещё плохо, зато поило, делает отменное. Говорит, что это напиток настоящих мужчин на его родине.
  - Дерек, выпьешь со мной? - меня отвлёк женский голос, и я обернулся.
  В двух шагах стояла одна из амазонок. Так называли девушек, сплотившихся в один отряд под предводительством Эмилии. Крепкий алкоголь удалил мне в голову, иначе как можно объяснить то, что вместо того, чтобы промямлить в ответ, я произнёс, - с удовольствием, но только с одним условием!
  - Да? Интересно, каким же?
  - Сначала я хочу узнать имя такой красавицы! - сказал я, внимательно разглядывая стоящую напротив девушку. А посмотреть было на что. Ее длинные чёрные как смоль волосы были собраны на затылке в один хвост и широким водопадом струились вниз у неё за спиной. Огромные карие глаза, смотрели на меня, отражая свет электрического освещения. Полные чувственные губы звали и манили. Я с неимоверным усилием оторвал от них взгляд и перевёл его дальше.
  Открытые плечи, с кожей цвета молочного шоколада, призывно тонули в тёмной ткани узкой облегающей футболки, открывающей изумительный вид на высокую грудь девушки. Одна ее рука свободно висела, лишь слегка зацепив большим пальцем за широкий ремень камуфлированных брюк, совсем рядом с кобурой, из которой торчала рукоятка пятнадцатизарядного пистолета. Во второй руке девушка держала небольшой пластиковый стаканчик, выполненный в виде бокала, заполненный примерно до половины темно-рубиновой жидкостью.
  - Меня зовут Адриана, - голос девушки, заставил оторвать взгляд от ее упругих бёдер, плотно облегаемых брюками, и посмотреть ей в глаза.
  - Тогда за знакомство, - произнёс я, приподняв свою кружку чуть вверх и сделал ещё один глоток, но помня о последствиях, на этот раз совсем крохотный.
  
  
  Какое-то время спустя
  
  - Мигель, - рация, зашипела и ожила, - Мигель, ты меня слышишь? Ответь!
  - Ну, кому я там ещё понадобился? - парень лет двадцати пяти, с повязкой на одном глазу, лениво приподнялся с потрёпанной раскладушки и, протянув руку к микрофону радиопередатчика, нажал на тангенту. - На связи.
  - Я тут передачу засек, похоже на запись, так как повторяется слово в слово уже второй раз, - заговорил дежурный по радиоузлу.
  - Ну и что с этого?
  - Подойди, послушай, может сержант-майора заинтересует.
  - Хорошо, сейчас буду, - парень быстро оделся и направился в бывшую кладовую, больше года назад переоборудованную под станцию радиосвязи всей базы. Примерно тогда Мигель и ещё пара человек прибилась к разрастающейся молодой группе, под командованием одноногого морского пехотинца.
  Едва он раскрыл дверь, как мальчишка, сидевший возле громоздкой станции в наушниках, сдвинутых на бок так, чтобы одно ухо оставалось снаружи, подскочил со своего места и затараторил. - Сигнал резко пропал после третьего повтора, но я смог записать его....
  
  В этот момент я проходил мимо радиоузла и услышал слова дежурившего возле радиостанции паренька лет десяти. - Кого ты там записал? - спросил я из-за плеча Мигеля, застывшего в дверях и, немного сдвинув его в сторону, вошёл внутрь помещения.
  Дежурный коротко пояснил, а потом добавил, что он уже один раз слышал ее несколько дней назад, так же будучи на дежурстве и сканируя частоты по регламенту. Вот только в тот раз он услышал лишь последнюю фразу и подумал, что это просто чьи-то переговоры, хотя запись в журнале сделал и частоту запомнил. А сегодня специально весь день старался ее почаще слушать и вот, засёк чьё-то послание.
  - Ну тогда включай запись, послушаем что там интересного, - с коротким смешком произнёс Мигель.
  
  Подросток щёлкнул кнопкой старого кассетника, и из динамиков, сквозь треск помех, донёсся мужской голос.
  - Человек, такое существо, которое может приспособиться существовать практически в любых условиях, однако саму суть людского эгоизма не смог искоренить даже ядерный апокалипсис, унёсший большую часть населения планеты. Весь наш вид оказался на грани вымирания, разделившись на группы, забившись в катакомбы, подвалы и станции метро. Но едва только осел пепел пожарищ, и радиационный фон немного спал, как снова начались конфликты. Сначала они касались остатков запасов продовольствия, затем оружия и боеприпасов, а чуть позже и за сами людские ресурсы.
  Зачем мы убиваем друг друга, зачем уничтожаем последние клочки живой земли, которая может... - плёнка в магнитофоне была очень старой и часть слов, оказалось, невозможно разобрать, поэтому мы стояли, слушая хрипение динамиков до тех пор, пока голос говорящего человека не стал вновь различим, - ...ведь у нас есть враг, против которого нам нужно сражаться. Это он развязал эту войну, это он виновен в гибели наших друзей, близких и родных. Я призываю вас объединиться, найти и уничтожить этого врага, где бы он ни прятался.
  Я Джон Коннор, и я призываю вас присоединиться ко мне!
  
  Запись закончилась, а мы втроём стояли и смотрели друг на друга.
  - Кто этот чертов Коннор? И откуда идёт передача? - я нарушил молчание первым.
  - Нне знаю, - стушевался мальчишка, опустив голову вниз.
  - Я тоже ничего о нем не слышал, - в задумчивости произнёс Мигель, - сигнал плохой, и может идти как из соседнего района, так и из другого штата, все зависит от мощности источника. Вычислить откуда ведётся передача можно, нужен лишь ещё один переносной приёмник. Я как раз восстанавливаю такой и дня за два - три он будет готов, если у меня будут необходимые запчасти.
  Протянув руку к кассетнику, я вытащил запись, - я на доклад. Мигель, ты как старший связист со мной....
  
  Постучав в металлическую дверь и услышав утвердительный ответ, я вошёл в небольшое помещение. Оно находилось в подвале, и не имело окон, поэтому все освещение в нем состояло из пары ламп накаливания в потемневших от времени эмалированных абажурах, висевших у самого потолка.
  - Сэр, Командир сводного отряда Риз, сэр. Разрешите говорить.
  - Да Дерек, слушаю тебя, - сержант - майор, сидел в своём излюбленном кресле, и перед ним на столе лежало несколько бумаг, заполненных от руки. Скорее всего, это был доклад от одной из разведывательных групп, вернувшихся сегодня утром.
  - Сэр, дежурным радистом, получено обращение от неизвестных, вот его запись, сэр, вам стоит послушать, - я протянул кассету морпеху и понял, что допустил ошибку решив дать ему совет, что делать, поэтому тут же добавил - простите сэр. Старший связист Родригез говорит, что источник можно отследить, если он повторится....
  - Тогда позови его сюда, а пока включи запись.
  
  Сержант - майор несколько раз прослушал то, что говорил Коннор, затем выслушал Мигеля и приказал вызвать своего помощника, попросив нас выйти, пока они общаются. Их разговор занял больше получаса, и все это время мы со связистом находились неподалеку.
  - Дерек зайди, - послышался из-за двери громкий немного хрипловатый голос.
  
  
  Глава 3
  
  С того момента как мы услышали голос по радио, прошло всего два дня. Сержант - майор предположил, что этот Коннор, ещё один из новых царьков, которые пытаются строить вокруг себя маленькие Империи. А лозунги типа один враг, нужно сплотиться и так далее, все уже не раз слышали. Однако, появление в ближайшей округе новой неизвестной силы, могло пошатнуть шаткое равновесие и тот аналог вооруженного нейтралитета, который здесь царил. Поэтому старый морпех решил для начала выяснить, откуда идёт трансляция, и несёт ли она в себе угрозу, а уже после этого строить какие-либо долго идущие планы.
  Мигель практически закончил сборку новой радиостанции, но для ее работы вне базы требовались аккумуляторы, которых в наличии у нас не оказалось, поэтому меня и моих бойцов отправили на их поиски, а связист увязался с нами. В ближайшей округе вероятность найти батареи, да ещё в рабочем состоянии, была крайне низкой. Мародеры и поисковые отряды, наши и чужие, за прошедшие годы, уже успели вывезти все практически подчистую. В зданиях бывших складов и магазинов иногда даже отсутствовала электропроводка, которую выдирали прямо из стен. Поэтому, для того чтобы найти что-либо стоящее, требовалось идти в глубину заражённых радиацией областей. Однако у меня было несколько иное мнение, а так как в задачу входило добыть, но не уточнялось, где и как, я решил действовать по собственному усмотрению.
  Наш отряд уже покинул свою территорию, без приключений добрался до Глендейла и двигался в сторону побережья Санта-Моники, в обход разрушенного, близким попаданием ядерного боезапаса, города Ангелов. Холмы Голливуда остались далеко слева, где-то там под одной из вилл мультимиллиардеров, оказалось построено гигантское бомбоубежище, которое теперь стало домом для группировки Свобода.
  
  Внезапно меня привлекло движение метрах в трехстах впереди, прямо у подножья огромной горы битого кирпича и щебня, некогда бывшей каким-то зданием. Приглядевшись, я увидел медленно крадущегося человека, в песчаном камуфляже, практически скрывающем его на фоне развалин. Его лицо было повернуто в противоположную от нас сторону.
  - Контакт! Всем найти укрытия и замереть, - отдал я команду по рации, закреплённой у меня на шее, одновременно плюхаясь за кучу мусора, и отползая назад. В наушнике раздалось три щелчка. Это дозорный, двигающийся впереди нашего отряда, докладывал об обнаружении трёх противников, а буквально через несколько секунд раздалась ещё одна серия щелчков.
  - Твою мать, - шёпотом выругался я, - как не вовремя, - судя по докладу второго дозорного, он обнаружил ещё три десятка человек. Мысль об атаке противника тут же улетучилась у меня из головы. Мы находились практически на открытом пространстве, раньше здесь была ярмарка или передвижной цирк, от которого теперь остались только обугленные остовы. Спрятаться тут было совершенно негде. - Хотя, - мелькнула у меня ещё одна мысль, и я оглянулся.
  Метрах в пятидесяти от меня, на небольшом пригорке, стояло чудом уцелевшее одноэтажное здание, с огромными пустыми окнами, начинающимися сантиметрах в тридцати от земли. Укрытие конечно так себе, но, с другой стороны, особых вариантов нет. Подступы к нему прикрывал проржавевший остов от школьного автобуса, лежащий на боку. На меня смотрели три пары глаз моих товарищей, ожидавшие решения своего командира и готовые броситься за ним в безрассудную атаку, лишь на лице Мигеля Родригеса читалось удивление и страх. Жестами показав парням что делать, я начал медленно отползать назад.
  Сквозь разбитое окно я осторожно наблюдал, как мимо проходит взвод бойцов вражеской группировки. Их насчитывалось чуть больше тридцати человек. Все хорошо вооружённые, они шли рассредоточенной группой, в нескольких сотнях метров впереди которой, двигались трое разведчиков. Я живо представил, как навожу на одного из них оптический прицел и плавно нажимаю на спуск, а парни моего отряда поддерживают шквальным огнём, и невесело улыбнулся. Они более чем в шесть раз превосходили по численности мою пятерку, Мигеля, отправившегося с нами, я за бойца не считал, поэтому даже с учётом возвышенности, где мы находились, затея была самоубийственной. Даже если бы мы положили половину бойцов противника, что с нашей позиции сделать практически не реально, остальные бы вычислили нас очень быстро, а затем попросту забросали гранатами из подствольных гранатометов.
  - Эх, ну почему наши дозорные так поздно обнаружили такой большой отряд, - думал я, - в противном случае, можно было попробовать занять позиции по обеим сторонам дороги, а не всем забиться в единственное попавшееся на пути укрытие. Теперь приходится сидеть, словно крысы и ждать, пока они пройдут мимо.
  Минут через пятнадцать, рация снова ожила и я, выслушав, что сказал разведчик, проследивший за взводом противника, дал команду на выдвижение. Нужно было постараться как можно скорее преодолеть оставшееся расстояние до более плотно расположенных городских развалин.
  - Хрусть, - раздался громкий звук, похожий на выстрел и все моментально попадали на землю, выискивая врага, однако, это всего лишь под ногой Мигеля раскололся запылённый череп какого-то бедняги, не сумевшего пережить ядерный апокалипсис. Таких черепов, с пустыми глазницами, а также выбеленных временем и ветрами скелетов на улицах городов было не сосчитать. Ни кто не занимался похоронами погибших, да и сделать это было попросту нереально, ведь как говорили погибло больше половины населения планеты. Их трупы, в конечном итоге превратившиеся в скелеты, для меня и большинства выживших уже давно стали частью пейзажа, и не вызывали прежнего отвращения, превратившись в обыденность.
  - Продолжаем движение, - отдал я приказание, поднимаясь и отряхивая куртку от излишков грязи. До первой точки нашего маршрута оставалось пройти ещё около семнадцати километров. На счет неё я был настроен крайне пессимистично, но проверить все же стоило. До войны там располагался огромный трехэтажный торговый центр, занимающий площадь в несколько гектар. Из докладов разведки я знал, что само здание от взрывов практически не пострадало, выбитые стекла и сорванные вывески не в счёт. Однако сотни расположенных в нем магазинов, в первую же очередь подверглись разграблению, поэтому шансы найти там что-либо стоящее, практически отсутствовали.
  
  Ближе к вечеру отряду удалось найти неплохое место для ночёвки. Им оказалось старое здание автосервиса, давным-давно заброшенное, с гигантскими прорехами в крыше и капающей с потолка водой, скапливающейся в неприятно пахнущие лужи. Зато здесь оказался вполне удобный, а главное сухой подвал, с запирающейся изнутри железной дверью. Похоже, кто-то пережидал здесь последствия ядерного удара, так как в одном углу было натаскано с десяток матрасов, а у стены неподалёку стояло сооружение из ящиков похожее на стол.
  Здесь я решил сделать привал на ночь, так как двигаться в темноте без острой необходимости не хотелось. Серое, постоянно затянутое тучами небо, сквозь которое днём хотя бы пробивался солнечный свет, ночью становилось совершенно непроглядным и тёмным одеялом накрывало землю. В это время суток лучше всего было оказаться под крышей у тёплого костра, так как на улице становилось прохладнее, и часто начинал накрапывать дождь, под мокрые струи которого, без костюма радиационной защиты, попадать не следовало. Это грозило как минимум выброшенным комплектом верхней одежды, а то и возможной лучевой болезнью.
  Выставив дежурного и назначив очерёдность вахты, я постарался как можно тише притворить железную дверь, а только затем зажег небольшой фонарик, висевший у меня на груди. Выбрав свободное, от завалившихся спать бойцов, место, я присел на край матраца и прислонился спиной к шершавой стене. Прежде чем уснуть, мне нужно было закончить кое-какие дела. Резким движением я расстегнул липучку нагрудного кармана и достал из него карту местности. - Похоже, кто-то распотрошил туристический автомат, - подумал я, так как большая часть надписей оказалась на французском языке.
  Мне нужно было изучить дальнейший маршрут, я до этого не часто бывал в нужном районе.
  - Ну что, далеко нам ещё? - ко мне поближе подсел Мигель.
  - Ты имеешь ввиду вообще, или до Галереи (название торгового центра).
  - Не, до торгового центра. Ведь если мы найдём там все что нужно, то пойдём обратно, - с надеждой в голосе проговорил Родригез.
  - Ну да, ну да, - произнёс я в ответ с лёгкой улыбкой, и пододвинул поближе к нему карту, освещаемую фонарем. - Вот смотри мы сейчас здесь, за прошедший день нам удалось пройти почти тридцать километров, что, в общем-то, довольно неплохо, однако дальше начинается более сложный отрезок пути. - Я перевёл руку чуть дальше, - мы пройдём по Хьюстон стрит до реки, и дальше вдоль нее, до авторазвязки на Сан-Диего, а оттуда повернем строго на север вдоль дороги и вот мы на месте. Примерно километров пять - шесть пройти осталось.
  - А почему не пойти сразу вдоль фривея? Ведь гораздо ближе получится!
  - Ближе-то ближе, только потом светиться в темноте начнёшь, - я улыбнулся, но связист похоже шутку не оценил, - там такую дозу облучения схватить можно, что дальше идти уже не сможешь. Вся полоса земли от холмов до реки, сплошное заражённое пятно, туда лучше не лезть. Ладно Мигель, иди, отдыхай, завтра тебе тяжелее всех придётся.
  - Почему это тяжелее всех, - попытался возмутиться старший связист, в котором, похоже, заиграла латинская кровь.
  - Потому, что для моего отряда за день пройти тридцать километров и то много, а ты в последнее время с базы нос не высовываешь. Вот и думай сам, а сейчас иди, отдыхай. Это приказ!
  
  Утро встретило нас привычной серой хмарью и лёгким морозцем, отчего я первые сотни метров пути постоянно поеживался. Однако постепенно организм разогревался, и через некоторое время мне даже стало немного жарковато. Движение вдоль реки, с одной стороны, позволяло сосредоточить все внимание только на двух возможных направлениях появления противника. В грязную воду, фонящую радиацией, полез бы разве что самоубийца. Зато, с другой стороны, приходилось мириться с таким зловонием, от которого иногда слезились глаза. Нам ещё повезло, что сегодня дул слабый ветер, в сторону океана, иначе пришлось бы идти через разрушенные кварталы, что существенно снизило скорость передвижения отряда и добавило бы несколько лишних километров пути.
  Вскоре, впереди показалась развязка автомагистрали, и я приказал дозорным усилить внимание. Здесь частенько бывали перестрелки, так как пересекались сразу несколько часто используемых маршрутов. Однако нам сегодня везло, сначала с ветром, а теперь и с отсутствием лишних приключений на одно место, поэтому спустя два часа я уже разглядывал здание торгового центра.
  - Ну что, мы пойдём туда или так и будем сидеть на одном месте? - Родригез уже во второй раз подходил ко мне с одним и тем же вопросом, а я все никак не мог решиться отправить в здание людей. Как-то беспокойно и тревожно было у меня на душе.
  - Ладно, - решился я всё-таки. - Майк, Клеменс, разведайте вход, остальные прикрывают, - раздал я команды, передернул затвор винтовки, и убрал защитные крышки с линз оптического прицела. - Надейся на лучшее, а готовься к худшему, - так говорил сержант - майор. Однако худшего все же не произошло и минут через десять оба парня, отправленных на разведку, появились в поле зрения и доложили, что все в порядке. Как я и предполагал, торговый центр был вынесен подчистую. Даже предметы интерьера в некоторых магазинах отсутствовали, оставив после себя более тёмные следы на выцветшем полу.
  Любой неосторожный звук разносился по пустующим помещениям на многие метры. Поэтому приходилось осторожно переступать мусор и кучи битого стекла. Мы вышли в центральный зал Галереи, где несколько эскалаторов, ведущих на второй и третий этаж, ещё несколько лет назад бесшумно поднимали тысячи человек в день, а теперь навсегда замерли. Я взглянул наверх. Там на остатках ферм, поддерживавших стеклянную крышу, сидели чёрные вороны и внимательно наблюдали за нами.
  Мне кажется из всего многообразия птиц, в ядерной войне выжили только они, переквалифицировавшись в падальщиков. В отличие от других пернатых, вороны всегда были всеядны, а после апокалипсиса, пищи для них оказалось хоть отбавляй.
  
  Я вспомнил один эпизод, произошедший со мной примерно через неделю после бомбежки, стершей с лица земли человеческий мир, в том представлении, в котором я его помнил. Именно после него я стал ненавидеть пернатых тварей и, похоже, они отвечали мне взаимностью. Мне и брату удалось выжить в том аду, разверзнувшемся на планете, и мы прятались в подвале нашего дома столько, сколько смогли выдержать без еды и воды. Родители так и не вернулись с работы, и нам только лишь оставалось молиться Богу, чтобы с ними все было в порядке.
  Мы с Каилом выбирались из города. Везде, куда не кинь взгляд, лежали мертвые тела, в машинах, на дорогах, на тротуарах, на автобусных остановках. Женщины, мужчины, старики и дети. Все засыпанные черно-серым пеплом, словно закутанные в саван. На перекрёстках, идущих в направлении центра города улиц, было ещё хуже. Там словно прошёл огненный шторм. Обгорелые остовы легковушек и автобусов, с сидящими внутри почерневшими от нестерпимого жара трупами людей. От этого зрелища становилось ещё страшнее. К моему горлу подступила тошнота. Я старался закрывать своей ладонью брату глаза, чтобы он не видел всего этого, но любопытному мальчишке все же удалось оглядеться. Я почувствовал, как моя рука быстро намокает от слез. Каил беззвучно плакал, опустив глаза, и стараясь смотреть в землю прямо перед собой. Я потянул его дальше, и он послушно побрел следом. И тут я увидел ее. Девочке на вид ещё не было и семи лет. Казалось, она просто устала и присев на уцелевшей скамейке просто спит. Ее маленький плюшевый мишка лежал рядышком, а метрах в двух гордо вышагивал крупный ворон.
  Вдруг он резко взмахнул крыльями и взлетел прямо на голову сидящей девочке, отчего она просто упала на бок, затем свалившись на асфальт и оставшись на нем неподвижно лежать. Она была словно сломанная кукла, про которую забыл ее кукловод. Но вот обнаглевшая птица приблизилась и резким движением ударила девочку клювом в голову.
  - Эй, - воскликнул я, - а ну пошла вон..., - но до них было ещё далеко, и ворон даже не отреагировал на мои крики. Он ещё раз опустил клюв к лицу девочки и одним движением вырвал у неё глаз....
  
  - Дерек, - тихий голос Мигеля выдернул меня из воспоминаний, и я увидел, как весь отряд смотрит на меня, ожидая команды.
  - Так, рассредоточиться по двое, ищем все, что нам может пригодиться, не забывая про аккумуляторы! Каждая двойка берет один этаж. Сбор здесь же, - я взглянул на наручные часы, и продолжил, - через пол часа. Мигель ты идёшь со мной!
  
  
  Глава 4
  
  Как я и предполагал, ничего стоящего в торговом центре нам обнаружить не удалось, поэтому перекусив на скорую руку, я вывел отряд из здания и повёл вдоль Сан-Диего фривея. Сама автомагистраль оказалась забита брошенными автомобилями. Где-то дальше случилась авария, и люди пытавшиеся покинуть город попали в смертельную ловушку. Те, кто был посообразительнее, бросал машины, и старался как можно скорее найти укрытие, а другие..., их выбеленные временем и ветрами костяки до сих пор находились внутри ржавых остовов автомобилей.
  Вдоль трассы было проще всего спуститься с холмов, а там уже и до побережья оставалось рукой подать. В этот раз нашей целью был аэропорт города Лос-Анджелеса, точнее, его гигантские склады. Они были в руках военных, и являлись нейтральной территорией.
  Ещё пару лет назад, аэропорт со всей его прилегающей территорией безраздельно принадлежал одной из группировок, но они чём-то сильно насолили военным. Бой за аэропорт был скоротечным. Появившиеся словно из-под земли Апачи, за несколько секунд подавили шквальным огнём несколько точек обороны банды, а прибывшие вслед за ними Чинуки, сбросили десант из полутора сотен солдат. На этом захват оказался закончен. Выжившие члены группировки попросту побросали оружие и стояли с поднятыми вверх руками.
  
  Армейское командование оказалось понятливым и мудрым, поэтому захватив аэропорт, они не стали пытаться вывезти, что-либо оттуда, или наоборот, оставлять все имущество себе. Первое время даже ходили слухи о том, что военные вскоре вообще уничтожат все группировки вокруг города. Однако действительность оказалась совершенно иной. Вся территория воздушной гавани города Ангелов в кратчайшие сроки была окружена высокой стеной из сорокафутовых морских контейнеров, наполненных металлическим ломом, сверху на ней появились защитные укрепления с пулеметными гнёздами.
  Единственный путь на территорию аэропорта, представлял собой пятидесятиметровый тоннель, составленный из тех же контейнеров, дорога внутри которого шла зигзагами между бетонных блоков, а вдобавок ко всему в конце стояли два тяжёлых танка Абрамс. Как только строительство укреплений было закончено, над городом раздался громкий голос, усиленный мощными динамиками и дублирующийся на основных радиоканалах. В объявлении было сказано, что территория аэропорта с этого момента является нейтральной для всех, и на ней открывается зона отдыха и свободной торговли.
  Военные гарантировали полную безопасность находящихся на их территории людей, в не зависимости от принадлежности к группировкам. Правда это касалось лишь тех, кто неукоснительно выполнял их правила пребывания. Любое оружие внутри огороженной зоны, должно было находиться в опечатанных чехлах, либо ящиках. Стычки и тем более перестрелки жёстко пресекались и обычно обе стороны вооружённого конфликта выносились с территории аэропорта ногами вперёд, а их имущество шло в пользу военных.
  Любые сделки проводились только под контролем армии, за что ее представители получали по пять процентов от каждой стороны, неважно был ли это бартер, покупка или продажа. Торговать разрешалось всем чем угодно, кроме, живого товара.
  После войны смысл в наличных деньгах потерялся полностью. Нет, в первые дни их ещё можно было потратить, купив что-либо втридорога, в уцелевших магазинах которые продолжали работать. Однако скоро люди смекнули, что теперь это не более чем цветные бумажки, годные разве что на разведение костра. С тех пор основной валютой стали продукты питания, а чуть позже патроны и оружие. Хотя, частенько к обмену брали и другие товары.
  
  Впереди послышалась громкая музыка, а вслед за ней раздался рёв мотора автомобиля и на перекрёсток метрах в пятидесяти перед нами, сноровисто огибая ржавые остовы и кучи мусора, выскочил темно-зелёный джип. Его огромные колёса выдавались из переделанных арок в разные стороны, передняя часть была защищена широким отбойником, сваренным из двухдюймовых труб, а крыша отсутствовала полностью. Вместо этого сверху виднелись чёрные толстые дуги. За них держались двое мужчин, стоя в полный рост. Ещё пара сидела на передних сидениях.
  - Контакт! Рассредоточиться! - прокричал я команду.
  Мой отряд мгновенно занял позиции для отражения возможной атаки, разбежавшись в разные стороны и спрятавшись за всевозможными укрытиями. Даже Мигель, не привычный к походам, все сделал как нужно. Он в два прыжка пересек улицу и притаился за обвалившейся стеной какого-то ресторанчика.
  Люди в машине тоже заметили нас, и моментально подхватив оружие, начали стрелять, одновременно останавливаясь и пытаясь отъехать назад.
  - Огонь!, - заорал я, - огонь!....
  В оптический прицел мне попала голова водителя, и я плавно потянув за спуск, выстрелил. Винтовка толкнула в плечо, выпустив смертоносный кусочек свинца в цель и лобовое стекло автомобиля, тут же покрылось паутиной трещин вокруг аккуратного отверстия. От попадания, водила резко дёрнул рулём в сторону и машина, неудачно повернув, въехала задним бампером остановку, а затем заглохла. Оставшиеся трое попытались выпрыгнуть, но тут, раздалась короткая очередь на три патрона, справа от меня, и ещё один противник упал перечёркнутый попаданиями. Двоим другим, удалось спрятаться за кузовом джипа, поэтому наши выстрелы тот час смолкли. Не имело смысла просто так тратить патроны, да и машину стало жалко. Отличный трофей был бы.
  Я отложил в сторону свой FN SCAR, так как он мне бы только помешал и взмахом руки привлёк внимание ближайших бойцов своего отряда. Ими оказались Мигель и Дени Протаски. Коротко объяснив, что попробую пробежать немного вперёд, пока они меня прикрывают, и, получив утвердительный кивок, я набрав побольше воздуха в грудь, словно перед прыжком в воду, досчитал до трёх, выглянул из-за укрытия и не заметив непосредственной опасности побежал, что есть сил.
  Метрах в двадцати по диагонали на тротуаре, лежала на боку, перевёрнутая тележка. На ней ещё до сих пор можно было разобрать надпись "Лучшие Хот-Доги Америки". Практически достигнув ее, я заметил движение за джипом, и недолго думая, прыгнул за это укрытие рыбкой. В самый последний момент, я услышал звонкий выстрел и почувствовал, как что-то горячее обожгло мне левое плечо.
  Несколько очередей выпущенных прикрывающими меня парнями загнали противника обратно за машину, и я смог быстро выглянуть и осмотреться. С моей позиции все ещё невозможно было достать никого из засевших за джипом, поэтому мне нужно было смещаться ещё. Вот только дальше укрытия отсутствовали.
  - Дерек, - раздался в наушнике голос Стражински, - я на позиции, вижу только одного, могу снять.
  Я молча поблагодарил Бога, что в дозоре сегодня был Майк. Он двигался примерно в километре впереди отряда проверяя обстановку и услышав выстрелы вернулся назад.
  - Отлично, тогда стреляй на счёт три, - произнёс я, и, выхватив из кобуры пустынного орла, побежал прямиком к джипу, одновременно в уме отсчитывая в обратном порядке.
  - Три, два, один....
  Грохнул выстрел, и что-то с глухим стуком ударило по корпусу автомобиля, одновременно я выскочил из-за его борта и поднял пистолет. Мужчина лет сорока, в камуфляже сидел, отвернувшись от меня, и держа автомат у плеча, пытался высмотреть место, откуда смерть нашла его напарника, лежащего с простреленной грудью.
  - Похоже, это он, падая, ударил по дверце машины, испачкав ее кровью, - мысленно отметил я.
  Громкая музыка скрывала мои шаги, но автоматчик словно почуствовал что-то, резко развернулся. Автоматная очередь и мой выстрел раздались практически одновременно, но мужику не хватило каких-то долей секунды, чтобы довернуть автомат и его пули прошли мимо кроша где-то за спиной бетонную стену. Мой же пистолет дернулся в руках, слегка смещаясь вверх, и сбивая прицел, однако второго выстрела не понадобилось. Тяжёлая пистолетная пуля, способная пробить даже бронежилет, отбросила противника на пару метров и он, упав на асфальт, захрипел, пуская кровавую пену, затем несколько раз дернулся и затих.
  - Чисто, - произнёс я в микрофон рации.
  - Чисто, - подтвердил Майк.
  - Чисто, - послышалось от остальных членов отряда.
  Я обошёл машину и, протянув руку, так, чтобы не испачкаться кровью выдернул ключи из замка зажигания, отчего грохочущая, на сотню метров музыка, тот час смолкла и вокруг наступила тишина.
  
  Через несколько минут мы все собрались возле джипа. Мигель принёс оставленную мной винтовку, а потом задал простой вопрос, от которого все призадумались.
  - А на кой черт мы машину берегли? Из вас кто-нибудь водить умеет?
  Я медленно оглядел парней, однако все в ответ лишь покачали головой,
  - Ну, я пробовал. Давно, ещё до войны..., так что, скорее всего, смогу, - неуверенно произнёс я.
  - Я смогу, - послышался уверенный голос подошедшего ближе Майка. Он слышал наши разговоры по рации. - До войны, у нас на ранчо, в Техасе, я трактором управлял. Ну это пока мы в Лос-Анджелес не перебрались, так что и с машиной справлюсь.
  - Окей, тогда ты и Клеменс, пока займите позиции вон там, и вон там, - я протянул левую руку, указывая парням, где им надлежит быть и почувствовал боль в плече. - Черт, - выругался я, заметив на рукаве куртки рваную дыру, и начал расстегивать разгрузочный жилет. Нужно было осмотреть рану и при необходимости перебинтовать ее.
  - Да они пьяные все были! - воскликнул Дени, едва открыл заднюю дверь машины. Он нагнулся и извлёк из салона пустую бутылку из под пива, для вида тряхнул ею, держа вниз горлышком. - Их тут штук десять ещё валяется, и текила ещё. Ох, ты! Да тут ещё два ящика, не тронутые! И шесть непочатых бутылок бурбона.
  То, что четверка придурков оказалась пьяной, разрешила мои сомнения, отчего они так вдруг неосторожно попались. Однако для нас это оказалось на руку. Помимо того, что у нас появилось транспортное средство, причём переделанное для езды в новых условиях, так теперь ещё было средство для расчётов за аккумуляторные батареи, что не могло не радовать.
  Пока Мигель, Дени и Мартин, ещё один боец моего отряда, обыскивали машину и трупы, я успел раздеться по пояс и обработать свою рану. Мне повезло, пуля прошла по касательной, разорвав рукав куртки и лишь чиркнув по коже, оставив легкий ожег. Поэтому, я просто побрызгал на него заживляющим спреем и заклеил сверху пластырем.
  
  Теперь оставалось привести наше новое транспортное средство в порядок. Я снял с ближайшего трупа, с дырой в груди, валявшегося на асфальте куртку, нам она точно не пригодилась бы, и, набросив на размозжённую голову водителя, вытащил его наружу. Куртка мне понадобилась не из-за брезгливости, а просто, чтобы самому не изгваздаться в быстро засыхающей крови. Вытаскивая труп из машины, я почувствовал идущий от него резкий запах алкоголя, - Да ребята были сильно поддатые, - мелькнула у меня мысль.
  Потом пришлось почистить салон, все сиденья, которого оказались перепачканы. Тут мы порадовались, что обивка была сделана из искусственной кожи, а в машине стояла, почти полная, пятилитровая канистра с водой. В итоге, примерно через полчаса транспорт был готов к выезду. Поэтому, отозвав наблюдателей и перебросив в багажник трофейное оружие, и снятое с трупов барахло, я занял переднее пассажирское сидение, положив винтовку себе на колени. Парни же заняли заднее сидение, спокойно поместившись на нем вчетвером.
  - Ну что, поехали!?, - скорее сам для себя произнёс Майк, завёл двигатель, выжал сцепление, и включив передачу, рывком тронул машину с места.
  Я же в это время смотрел на крышу дома напротив. Мне показалось там какое-то еле заметное движение, но, сколько я не вглядывался, разглядеть так ничего и не смог, а через пару секунд дом скрылся за другими, такими же пустыми и заброшенными.
  
  Едва джип скрылся из виду, и шум его двигателя затих вдали, над крышей пятиэтажного дома, практически беззвучно поднялся необычный летательный аппарат. Внешне он напоминал широкое кольцо, без каких либо опознавательных знаков, диаметром около метра, в центре которого были расположены четыре независимых пропеллера. Его черно-серый металлический цвет позволял скрываться на фоне разрушенных и запылённых объектов, поэтому он был практически незаметен. Лишь ярко красный свет поворачивающегося в разные стороны объектива камеры, мог выдать его наблюдателю. Однако в ближайшей округе таких уже не было.
  Аппарат несколько секунд неподвижно повисел воздухе, словно размышляя, а потом взмыл в небо и направился на восток, туда, куда доступ людям перекрывали радиоактивные поля.
  
  
  Глава 5
  
  Дальнейшая дорога до аэропорта города Ангелов заняла не так много времени, как если бы мы двигались пешком и едва начало смеркаться, как впереди показались сторожевые надстройки на стене из контейнеров. Здесь уже можно было расслабиться, так как в зоне двух километров от стен, любые боевые действия находились под запретом и сурово карались военными. Для лучшего обзора, вблизи аэропорта, и без того редкие малоэтажные здания оказались снесены, а завалы расчищены.
  Метрах в пятидесяти перед воротами, перегородив дорогу, стояло три тентованных грузовика, рядом с которыми небольшой группой расположились четыре армейских хамви, покрашенных в камуфляжную расцветку, используемую в пустыне. Шагах в пяти от них, стояли солдаты и темнокожий офицер, что-то негромко им объяснявший. На нашу машину он лишь бросил короткий взгляд, продолжив общение как ни в чем небывало. Майк хотел посигналить, но я перехватил его руку, уже протянувшуюся к клаксону. - Не стоит их нервировать лишний раз, а то можно и внутрь не попасть, мало ли, что они там везут. Посмотри, как подвеска у грузовиков просела.
  
  Ждать пришлось где-то около получаса, за это время ночь опустилась на землю, и территорию, прилегающую к стене, осветили десятки ярких прожекторов. Наконец, ворота открылись и из них выехали два четырехколесных бронетранспортера. Тут же двигатели автомобилей взревели, и машины выпустив клубы чёрного дыма из выхлопных труб, выстроились в колонну и медленно покатили куда-то на запад, по бульвару Линкольна.
  Вышедший солдат, помахал нам рукой, показывая, что теперь наша очередь проезжать на территорию аэропорта, и Майк уже приноровившийся справляться с ручной коробкой джипа, плавно заехал в своеобразный тоннель, впрочем, тут же остановившись по знаку другого человека, в форме с сержантскими нашивками. Я же в свою очередь огляделся. Ширина тоннеля составляла примерно восемь метров, а длина около пятидесяти. На втором ярусе контейнеров, из которых состоял проход, в металле стенок были прорезаны бойницы, откуда торчали стволы пулеметов, сейчас нацеленные на нас. Честно говоря, у меня засосало под "ложечкой". Совсем неприятно было осознавать, что в любую секунду тебя могут нашпиговать парой килограммов свинца, а ты даже шевельнуться не успеешь.
  - С какой целью прибыли на базу? - это спросил сержант, подошедший со стороны водителя.
  - Торговля, - не растерялся я.
  - В первый раз у нас?
  - Я уже бывал пару раз, - ответил я за всех, - а остальные впервые.
  - Тогда начнём с Вас, а затем и остальных зарегистрируем, - военный протянул мне устройство, в которое я сунул большой палец.
  Пару секунд ничего не происходило, потом устройство пикнуло, и на нем загорелся зеленый индикатор. Сержант стоял ко мне полубоком, поэтому я успел заметить, как у него на планшете одновременно появилась моя фотография, сделанная на фоне этих же контейнеров где-то около полугода назад.
  - Дерек Риз, - произнёс он, - добро пожаловать в форт города Ангелов. А теперь вы, господа, - обратился он к остальным членам моего отряда, - сейчас мне нужно будет снять отпечатки ваших больших пальцев рук и сделать ваши фотографии. Имена вы можете назвать любые, но рекомендую использовать настоящие. Мы периодически синхронизируем базу данных с остальными форпостами, входящими в юрисдикцию армии США, так что есть вероятность найти родственников или знакомых.
  Регистрация не заняла много времени. Задав несколько стандартных вопросов, солдат сделал пометки в своём планшете и подозвал ещё одного бойца с серо-зеленым брезентовым мешком в руках. Я уже зная процедуру, не делая резких движений, достал свою винтовку, отсоединил магазин и выщелкнув патрон из патронника, поставил ее на предохранитель. То же самое я проделал и с пустынным орлом. Приблизившийся солдат распахнул мешок, и я аккуратно сложил в него все оружие, не забыв проверить, как держатся крышечки на оптическом прицеле.
  - Парни, делаете все то же самое, по очереди, Майк, ты первый, - распорядился я, а потом добавил, - только давайте безо всякой дерготни и спешки, Окей.
  Для упаковки всего нашего арсенала понадобилось четыре мешка. В конце концов, мы полностью разоружились, только у меня и Мигеля на поясе осталось по ножу, их сдавать было не обязательно. Солдат закрыл и опечатал все брезентовые мешки, а после этого передал их нам, сообщив, что в случае нарушения хотя бы одной из пломб, последствия будут весьма неприятными.
  - Хорошо вам провести время, - сержант козырнул и махнул рукой, разрешая нам проезжать, - Да и не забудьте выставить свой товар на торговую площадку, это можно сделать прямо сейчас через дежурного офицера. Его кабинет находится прямо за вторыми воротами. Проезжайте.
  Запустив двигатель и врубив первую передачу, Майк тронулся с места и тут же сноровисто начал выкручивать руль, то в одну, то в другую сторону, объезжая тяжёлые бетонные блоки, превращающие пятидесятиметровый участок дороги в настоящий слалом. При нашем приближении внутренние ворота ожили и начали отъезжать в разные стороны. Вдруг резко взвизгнули тормоза, и джип замер на месте как вкопанный, оставив на бетонном покрытии четыре чёрные полосы длинною в полметра.
  Сразу за воротами, гигантскими стальными ромбами, стояли два тяжёлых танка Абрамс и стволы их пушек оказались наведены прямо на нас. Я хоть и знал о них, но все равно почувствовал себя неуютно, а уж на побледневших ребят, побелевшими от напряжения пальцами вцепившихся в сидения и борта автомобиля, было больно смотреть. Тут я вспомнил свою первую реакцию, и попытался успокоить бойцов.
  - Все нормально парни, не дергайтесь! - негромко произнёс я, - Майк рули по центру между ними. - Посередине между танками оставался проезд, шириной не больше трёх метров, именно в него я приказал ехать нашему водителю.
  Машина по сравнению с железными громадинами смотрелась, словно детская игрушка, которую эти два металлических монстра могли запросто раскатать в плоский блин своими широкими гусеницами. Поэтому едва мы миновали их, как я отчётливо услышал радостный выдох ребят, сидевших в напряжении и, кажется даже не дышавших.
  - Все ребята, можно расслабиться, здесь мы в полной безопасности, и скоро сможем немного отдохнуть в спокойной обстановке, - я решил ещё подбодрить свой отряд, - Майк останови вон там справа, у синего контейнера, где открыта дверь. - Над распахнутой створкой висела растяжка с надписью "дежурный", так что ошибиться было трудно, и едва машина остановилась, как я выбрался из неё и, попросив парней посидеть немного, вошёл внутрь железного ящика. Выставить товары на продажу обычно было делом нескольких минут. База данных у вояк была общая, поэтому от меня требовалось лишь прикоснуться к сканеру отпечатка пальцев и назвать то, что я хочу реализовать.
  Услышав, что речь идёт об оружии, бурбоне и двух ящиках пенного напитка, дежурный офицер слегка прищурился, а затем задал вопрос, - а ты что в обмен на алкоголь хочешь?
  - Да в общем-то, как и все, патроны, гранаты для подствольника и ручные, ну и аккумуляторы для раций интересуют, но только если новые. - Я решил схитрить и назвал самое необходимое последним пунктом, чтобы казалось, что они просто дополнение к основной закупке.
  Сидящий за компьютером офицер, которому на вид было примерно лет тридцать пять - сорок, откинулся на спинку стула, отчего он жалобно скрипнул, и его лицо на секунду приобрело задумчивое выражение. - Слушай, - дежурный бросил короткий взгляд на монитор, - Дерек. Давай договоримся по пиву и виски напрямую, а я тебе тогда обмен оружия максимально выгодно проведу, через наши склады. А?
  - Договориться то можно, смотря по какому курсу алкоголь считать будем, а по оружию хотелось бы список посмотреть, из чего выбирать. - Я решил сбросить все трофеи, так как автоматами FN P90 у нас на базе никто не пользовался, это было крайне специфическое оружие с оригинальными патронами. К тому же они относились к оружию ближнего боя, да и с точностью у них не так уж хорошо. Единственное, что я рассчитывал оставить себе - это джип. Очень уж ладная машинка оказалась, да и сержант-майор как-то говорил, что техникой пора обзаводиться.
  - Смотри. За каждый ящик пива, я дам тебе по три рожка патронов 5,56, - он посмотрел на меня внимательно, - У вас же не Калашниковы? - и, увидев, как я помотал головой, продолжил, а за бурбон получишь по одному. Договорились?
  Я отрицательно замотал головой, - Нет, так не пойдет. За коробку Лёгера, возьму по два рожка обычных и по два бронебойных, вместе с магазинами. Это и так дёшево. А за бурбон... - я на секунду умолк, раздумывая. - Что есть из снайперского оружия?
  Дежурный чуть не свались со стула от неожиданности, - что ты за бухло хочешь? - переспросил он.
  - Хочу снайперскую винтовку, - невозмутимо ответил я, - и патроны к ней. В идеале Barrett 98 Bravo, можно, конечно, Armalite AR-10, или на крайний случай AR-15. С ней хотя бы дефицита в патронах не будет.
  - А может тебе ещё и пару бронетранспортеров подогнать? А то оптику он захотел, в обмен на дешевое поило, - весь вид офицера показывал, что он возмущён до предела, однако в его глазах бегали искорки, а на лице появилась лёгкая улыбка, словно мужчина почувствовал некий азарт. - Да ты понимаешь, что даже AR-15 в простейшей компоновке будет стоить дороже всего твоего барахла вместе взятого.
  - Конечно, понимаю. Однако я так же понимаю, что у меня возможно последние бутылки настоящего Мэйкерс Марк, да и какого-нибудь другого приличного виски в мире. Так что здесь условия торга задаю я. Мы с парнями можем запросто выпить его сами, а патроны дело наживное, так же, как и снайперка. В конце концов мы можем просто продать автоматы и пиво, а затем свалить отсюда или найти другого покупателя посговорчивее, - я сделал вид что злюсь, и это оказалось совсем не сложно, так как внутри я уже был и так на взводе. - Мы с парнями из-за этого вискаря чуть не полегли все, - добавил я для пущего эффекта.
  - Ладно, ладно, не кипятись, - заметив мою реакцию, мужчина пошёл на попятную и поднял руки ладонями вверх, показывая, что не хотел меня задеть. - Вообще-то нам не разрешено продавать такое оружие гражданским, так что ничего из названного тобою, получить не удастся, даже если ты притащишь сюда вагон пива. Поэтому у нас с тобой есть несколько выходов. Первый - ты выставляешь на продажу свой товар и ждёшь покупателя, затем просто отстегиваешь наш процент. Второй я забираю алкоголь, без оформления. За пиво получишь три рожка обычных и рожек бронебойных, - офицер сурово посмотрел на меня, - и даже не пытайся поднять цену, больше все равно не дам. А за виски..., есть у меня одна мыслишка, подожди пару минут.
  Дежурный встал из-за стола и направился вглубь контейнера, где оказалась ещё одна дверь. Щёлкнул выключатель, и я увидел, через узкий проем, небольшую комнату, уставленную стеллажами. Мужчина чём-то несколько раз громыхнул, громко выругался, а затем вернулся, держа в руках винтовку зеленовато песчаного цвета. Выглядела она на первый взгляд не очень, где-то измазана грязью, где-то на ней даже висела спутанная паутина, и я хотел было сразу отказаться, но офицер, увидев мою недовольную гримасу проговорил.
  - Ты подожди нос вертеть, сначала посмотри, что я тебе даю, - с этими словами он протянул мне оружие, внешне напоминающее что-то среднее между старым М16 и затребованной мной AR-15, - это полуавтоматическая винтовка SR-25. Комплект как ты видишь не полный и есть трещина на прикладе.., - офицер на секунду умолк давая мне время повертеть и осмотреть оружие, а затем продолжил, - придется, конечно, немного повозиться, чтобы привести ее в порядок. Зато у неё стандартная планка пикатини, а это значит, что можно навесить практически любой аксессуар, в том числе и оптический прицел.
  Я ещё раз осмотрел оружие со всех сторон, признавая, что дежурный, в общем-то, прав, оружие неплохое. Конечно, за винтовкой давно не ухаживали, в стволе остался нагар, трещина на прикладе того и гляди разойдётся при выстреле, значит его нужно менять... правда судя по креплению проблем с заменой не будет. С другой стороны, я взглянул на ствол и подумал, что если смотреть по его диаметру, то калибр малышки никак не меньше, чем 7,62мм, а это не могло не радовать.
  - По рукам, - произнёс я, - но только в комплект к ней четыре магазина, два простых, два бронебойных, и оптика на выбор.
  - Ну, ты сильно-то не наглей, - я тебе и так отдаю то, что не имею права... - Прицел, какой найду и патроны, в обмен на Р90 с боезапасом, всем что есть. Я бы их вообще не стал брать, однако у нас тут бельгийцы прибились, а у них как раз такое оружие используется. Так что можно сказать тебе повезло.
  Я сделал вид что задумался, однако предложение было действительно неплохим, и отказываться от него не имело смысла.
  - Окей, - сказал я, - но тогда бонусом, комплект для обслуживания винтовки, и четыре комплекта аккумуляторов для армейских переносных радиостанций, - я протянул офицеру клочок бумаги, на которой были написаны модели и параметры батарей.
  - Договорились, - сказал офицер, едва взглянув на листок, тащи все сюда, а батареи я тебе утром выдам после дежурства.
  
  
  Глава 6
  
  Разгрузка машины и передача оружия заняла несколько минут. Я специально, ещё на пропускном пункте, отложил трофейные Р90 в отдельный мешок, чтобы потом было проще продавать. Офицер снял пломбу, осмотрел автоматы, и оставшись доволен, вручил мне винтовку, длинный шомпол и небольшой чёрный чемоданчик, пояснив, что это тот самый набор для обслуживания. Магазины, набитые патронами 5,56 уже были приготовлены на столе с компьютером, и сложены в стопку, а рядышком с ними стояла коробка с рассыпанными в ней несколькими десятками патронов, чуть большего калибра для винтовки. Головки некоторых имели зеленоватую окраску.
  - Прости, но пятизарядный магазин для неё только один, - послышался голос дежурного, - посмотрю завтра на складе, может, подберу что-нибудь. Часам к восьми утра прямо сюда подходи, на склад вместе сходим, выберешь себе батареи, да и прицел там же посмотрим. - увидев, как я начал шустро набивать патроны в магазин, он тут же уточнил, - остальное все собрал? - и дождавшись моего утвердительного кивка, добавил, - тогда давай я тебе заново мешки опломбирую.
  
  На территории аэропорта, в одном из трёх уцелевших терминалов оказался организован целый развлекательный центр. На его входе дежурили два морских пехотинца, вооружённых небольшими автоматами MP5, спокойно висящими у них на плечах стволами в землю. Они стояли, опиравшись спинами на стены по обе стороны от прохода, и о чем-то не громко переговаривались. При нашем приближении они замолчали, однако я, не обратив на них никакого внимания, толкнул створки двойных дверей и вошёл внутрь. Практически сразу попав в игровую зону.
  Слева от входа, я заметил шесть столов с рулеткой, пара из которых оказалась занята несколькими посетителями. Неподалёку справа, играли в Блэк Джек и покер, немного левее стояли столы с рулеткой, а ещё чуть дальше начиналось пространство огромного бара, за стойкой которого, сидела пара человек в форме, и примерно с дюжину в "гражданке". Мысль об одежде меня немного развеселила. Сейчас, что военные, что гражданские в основном ходили в той или иной разновидности камуфляжа, или другой формы. Сказывалась ее практичность, так что различия между ними, были лишь в нашивках на рукавах, знаках отличия в петлицах, да ещё в том, что в помещении у вояк под погоном всегда находилась аккуратно сложённая кепка, положенная по уставу.
  Обширное пространство бара оказалось заполнено парой десятков круглых столов, выстроенных полукругом, возле каждого из них стояло по три крепких кресла, а в центре описываемого радиуса находился высокий круглый подиум с пилоном. Он являлся продолжением широкой сцены начинающейся пямо у стены. Из колонок, развешанных в углах бара, под потолком, лилась тихая музыка, и я взглянул на громадные электронные часы. Пятница, почти полдевятого. Мне сразу стало понятно, почему пока тут так пусто.
  Представление, устраиваемое только два раза в неделю, по пятницам и субботам, начиналось в десять, ровно через два часа после смены часовых у военных. Обычно в это время в баре было не протолкнуться. Так что, если мы хотели занять места поближе к сцене, а не выглядывать потом из-за солдатских спин, следовало поторопиться.
  - Так парни, - объявил я, - сейчас снимем и заселимся в номера, а уж там и отдохнуть сможем! Бар и все остальное вы уже видели, так что не потеряетесь, а вон там, - я показал вытянутой рукой на широкие двери, - находится отель и камеры хранения.
  Я перебросил мешок с оружием на другое плечо и прошёл между бильярдными столами, за одним из которых соревновались, в меткости удара по лузам, двое подвыпивших свободовца. Отличить их не составляло труда, на спине у каждого находилась вышивка. Чёрные буквы с белым кантом сливались в прописное слово Freedom (Свобода), в общем-то, отсюда и пошло их название.
  Протопав мимо них, я не заметил брошенный любопытный и в тоже время неприязненный взгляд, от одного из бандитов, вместо этого я толкнул широкую створку и через пару шагов подошёл к регистрационной стойке отеля, точнее к широкому столу с компьютером, заменяющим ее. Как и везде, здесь тоже сидел дежурный офицер. Однако на вновь прибывших, точнее на нас, он не обратил ни капли внимания, поглощённый чтением какой-то книги.
  - Кхе, кхе, - громко кашлянул я и дождавшись, когда военный поднимет не меня глаза произнёс, - нам нужны комнаты на ночь.
  - Общая, по пять с человека, на четверых по десять, на двоих по пятнадцать. Есть ещё одноместные, по тридцать патронов. Завтрак не входит, - недовольно пробурчал офицер, злясь, что его оторвали от занимательной истории.
  - Тогда нам четырёх и двухместную, - принял решение я, переглянувшись с парнями. Ночевать в компании бойцов других группировок не очень хотелось. Не ровен час, это могло привести к конфликту, а они нам не очень-то на руку сейчас.
  Военный обернулся и протянул руку к фанерному щиту за спиной. Там на крючках из вкрученных блестящих саморезов с широкими плоскими шляпками, были развешаны несколько десятков комплектов ключей. Выбрав два, с желтым и синим брелоками он бросил их на стол, - двести тринадцатый, на двоих, триста двадцать четвёртый на четверых, - произнес он раздраженно, одновременно набивая что-то на клавиатуре. - Палец давай прикладывай! - во второй руке, он уже вместо книги, держал сканер отпечатков пальцев.
  - Расчёт сразу же, - напомнил офицер, едва устройство пикнуло и осветилось зелёным.
  Пришлось лезть в подсумок за магазинами. Благо я не стал их упаковывать в мешки с оружием, так как это не возбранялось. Выщелкнув необходимое количество патронов, я выставил их на стол пулями вверх, а потом забросил опустевшие рожки обратно и развернувшись направился к лестнице на второй этаж. Лифты в этом отеле предусмотрены, не оказались.
  - С десяти до семи утра выход гражданским на улицу запрещён! - раздался возглас дежурного нам в спину и через секунду я услышал стук ссыпаемых в пластиковый ящик, патронов.
  
  - Так парни, - начал я, едва мы поднялись на второй этаж, - Мигель идёт со мной, остальные на третий, полчаса вам на приведение себя в порядок, у вас душевые общие, прямо на этаже, так же, как и туалеты. В общем разберётесь. И не забудьте запереть оружие в сейф, он есть в каждом номере, кроме больших общих. Стражински, ты за старшего, встречаемся внизу!
  
  Тугие струи горячей воды смывали накопившуюся за последние дни усталость, и казалось, что вместе с грязью с тела из головы исчезают грустные мысли. Я уже совершенно не помнил, когда в последний раз вот так стоял под душем и наслаждался спокойствием. По-моему, это было в другой жизни и совершенно с другим человеком. Тем, который не ведал боли утрат, тем, который не знал, что значит хоронить друзей, тем который оказался так молод, когда началась ядерная война.
  Почти месяц мы с братом скитались по городским развалинам. Точно не знаю, но то ли нам повезло, то ли мозгов в детских головах хватило не приближаться к самому центру города Ангелов, но мы схватили не очень высокую дозу облучения. Позже я видел, что происходило с людьми, побывавшими в "горячих" местах без костюмов радиационной защиты. С некоторых из них, ещё живых, слезала кожа, прямо вместе с кусками плоти, оставляя лишь желтоватые кости. Другие, которым повезло меньше, умирали неделями. У меня до сих пор стояли в ушах их крики, которые я, кажется, не забуду до самой смерти.
  Питались мы в основном в уцелевших, после взрыва, магазинах и супермаркетах. Чипсы, шоколад, ореховое масло, зефир, в общем, мечта подростка и малолетки. Мы с братом даже раздобыли себе по вместительному рюкзаку, чтобы уносить в свой схрон, так мы называли занятый нами подвал одного из домов, побольше провианта и нужных вещей. Это произошло после того, как однажды мы увидели, как какой-то здоровый мужик разбивает витринное окно в рыболовный отдел и берет там все, что приглянулось, а потом беспрепятственно уходит. В дальнейшем мы стали поступать так же. А как-то раз я нашёл полицейскую беретту. Она была спрятана под прилавком, в прикрученной к обратной стороне столешницы, кобуре. К ней в комплекте в выдвижном ящике рядом, лежали две снаряжённые обоймы. В тот день я и Каил впервые держали боевое оружие в руках. Как мы тогда оба остались живы, я не могу понять до сих пор.
  Младший брат, увидев оружие, тут же начал вырывать его у меня из рук. Попытки вразумить его, ни к чему хорошему не привели, лишь ещё больше уверив мальчишку в том, что пистолет ему не достанется. Мы стояли на месте, и каждый с криками тянул беретту на себя. Ее ствол гулял во все стороны. Я был сильнее физически, однако Каилу вдосталь хватало упрямства. В конце концов один из нас случайно зацепил спусковой крючок. Раздался оглушительный выстрел, а затем громкий удар пистолета о напольную керамическую плитку. Мы оба выпустили оружие из рук одновременно и застыли двумя неподвижными изваяниями. Я панически боялся пошевелиться и ощутить, что где-то во мне засел кусочек свинца, но ещё больше я испугался за брата. Ведь если пуля окажется не во мне, то вероятнее всего она поразила его. На лице шестилетнего мальчика, стоящего напротив меня, появилась крупная слезинка. Она прочертила мокрую дорожку из левого глаза, пробежала по носу, краешку рта и на секунду зависнув на подбородке, рухнула вниз.
  Это словно послужило мне сигналом к действию. Как в фильмах про полицейских, я ногой отпихнул в сторону, ставший вдруг страшным пистолет, и, шагнув к заплакавшему брату начал обнимать его и успокаивать, одновременно ощупывая каждый сантиметр его тела. В тот день нам повезло, и пуля ушла мимо, однако я в тот самый момент зарекся, сделать все возможное, чтобы мой брат выжил в этом сошедшем с ума мире. Я был готов даже отдать для этого свою жизнь.
  Чтобы научиться стрелять у меня ушло примерно три дня и все имеющиеся патроны. Я решил, что жалеть их не имеет смысла. Что толку во владении оружием, если попасть из него можешь только себе в ногу, да и то случайно. К концу третьей обоймы, я попадал в жестяную банку с десяти шагов примерно в пятидесяти процентах выстрелов, на большие дистанции я пока не замахивался.
  Как оказалось, в своих решениях я был прав. Проблем с патронами не возникло. В первом же найденном нами оружейном магазине мы нашли их несколько сотен. Они валялись рассыпанные по полу в беспорядке, смешиваясь с патронами других калибров. Словно те, кто побывал здесь ранее, не могли унести все с собой, но и оставлять просто так не хотели. Мы старались собрать их все, надеясь, что в будущем они не окажутся лишними. То, что магазин кто-то как следует обнес, говорило и то, что ни одного ствола в нем мы не обнаружили, а железная дверь ведущая в подсобку, оказалась вырвана вместе с петлями.
  Мы набивали патроны в рюкзаки, карманы джинсов и курток. Набирали их столько, сколько могли унести, ведь если здесь уже побывали люди, то не факт, что они не вернутся, тем более что в магазине ещё оставалось чем поживиться. Среди полок с униформой, нашлись неплохие армейские ботинки моего размера, в которые я незамедлительно переобулся, ведь мои кроссовки к этому времени уже дышали на ладан. Скорее всего, окрашенные в темно зелёный цвет, ботинки были рассчитаны на женскую ногу, но в тот момент мне оказалось глубоко плевать на этот факт. Здесь же среди амуниции, я нашёл кобуру для своего пистолета и, недолго размышляя, повесил на ремень джинсов, запихнув в неё пистолет и отрегулировав так, чтобы было удобно вынимать его в случае необходимости...
  
  - Дерек, ты долго ещё? - сквозь шум водяных струй раздался голос Мигеля, который вырвал меня из воспоминаний почти пятилетней давности. - Там парни уже минут пятнадцать ждут, а тебя все нет и нет.
  - Сейчас буду, займите пока столик у сцены, - отозвался я, намыливая голову. Только ради горячего душа я был готов бывать в гостях у вояк почаще.
  Как и обещал, через несколько минут я спустился в зал. Народу в нем к этому времени значительно прибавилось. Даже небольшие кабинки с диванчиками и маленькими квадратными столиками, идущими вдоль одной из стен, оказались почти все заняты, а ведь их аренда на вечер стоила целый рожек. Везде сновали официанты, одетые в отличие от посетителей в белые сорочки с бабочками, переносящие большие подносы со всевозможной снедью и алкоголем.
  Насколько я помнил, никто из военных не занимался приготовлением пищи, уборкой, строительством, ремонтом или обслуживанием техники. Весь обслуживающий персонал базы состоял только лишь из гражданских. Для них и их семей был даже развернут небольшой палаточный городок. Вход и выход, в который, осуществлялся исключительно по пропускам.
  - Привет парни, а вот и я, - поприветствовал я сидящих за одним столиком ребят. Перед ними уж стояла большущая тарелка с шестью бургерами и примерно наполовину наполненные мутной жидкостью стаканы. Подняв один из них, я принюхался и поморщился. Из него несло сивушным спиртом. - Вы это, сильно не налегайте, нам завтра обратно двигать.
  - Не, не, - я услышал в ответ нестройный хор голосов, - мы только по чуть-чуть, чтобы расслабиться. Ну и бутерброды запить, не всухомятку же... мы и тебе взяли...
  - Ладно, черт с вами, но только по одной, - я наклонился вперёд и подхватил со стола один из бокалов. За мной без промедления последовали остальные. - Ну что Мигель, с первой вылазкой тебя! - подмигнул я парню, который был почти на десять лет старше меня.
  Мы чокнулись и залпом выпили мутное содержимое. Мда, а я ещё недавно считал, что то, что я пил у нас на базе можно назвать дерьмом. Как же я ошибался. Я схватил со стола бургер и, откусив от него порядочный кусок начал жевать, закусывая неприятное послевкусие паршивого самогона. Однако крепкий алкоголь, принятый на пустой желудок, вскоре дал о себе знать. В голове приятно зашумело, и я почувствовав, как по телу распространяются приятные ощущения, захотел их усилить.
  - Эй, - я поймал за руку проходящего мимо официанта, - можно нам ещё раз повторить тоже самое?!
  - Конечно, сейчас принесу, - произнёс молодой парень и тут же удалился выполнять заказ, вернувшись назад буквально через минуту. В одной его руке оказался зажат привычный сканер отпечатка пальцев, а в другой запотевшая бутылка из тёмного стекла объёмом примерно в литр. - С вас сорок пять, - произнёс официант, ожидая пока я, не подтвержу свой заказ.
  - Сколько? - я от неожиданности чуть не подавился недоеденным гамбургером.
  - По пять за порцию виски, и по два за бургер, - словно ожидая моего вопроса, тут же ответил мне парень, пожимая плечами, словно говоря, что цены назначает не он.
  - А остальное?
  - Это за обслуживание. Стандартный процент.
  - За предыдущее кто платил? - спросил я своих бойцов, которые немного притихнув, следили за моим разговором с официантом. Однако их ответ потонул в громком рёве восторженной толпы, начавшемся со всех сторон, едва сцену осветили несколько прожекторов. Тут же из динамиков донёсся голос конферансье, объявляющий выход исполнительницы и зал в ожидании умолк. Колонки запели выразительную латинскую мелодию, и из-за кулис появилась изящная девушка блондинка, облачённая лишь в узенькие трусики и полупрозрачную накидку поверх плеч.
  Поняв, что в ближайшее время я от парней точно не добьюсь внятного ответа, я обернулся к официанту, который все так же стоял рядом. Ткнув пальцем в сканер, я записал на себя долг в сорок пять патронов, и лишь только после этого парень разлил алкоголь по бокалам. Пригнувшись ко мне, он не громко пояснил, что гамбургеры принесёт через несколько минут, и, развернувшись быстро удалился, стараясь не мешать наслаждаться зрелищем никому из зрителей.
  
  
  Глава 7
  Ранним утром того же дня
  Где-то в трехстах километрах от Лос-Анжелеса
  
  Серо-зелёный Чинук натужно разгоняя воздух гигантскими лопастями двигался на высоте не больше сотни метров, над серой покрытой слежавшемся пеплом, землей. На его борту краской был выведен номер и эмблема, указывающие принадлежность к армии США, точнее к тому, что от неё осталось. В кабине сидели двое пилотов, а позади них, сразу за тонкой перегородкой, на паре узких скамеек по бортам примостилось с полдюжины морских пехотинцев в полном вооружении.
  Прямо возле их ног, обутых в зеленые шнурованные ботинки на толстой подошве, лежал конусообразный ящик высотой чуть больше метра, с эмблемой радиационной опасности. В длину и ширину он занимал весь оставшийся объем салона большого транспортного вертолета, и при погрузке, его еле удалось впихнуть внутрь металлической птицы.
  Морпехи хоть и знали о теоретической безопасности содержимого, но, тем не менее, старались по возможности прижиматься к спинкам жёсткого сидения, чтобы дать себе хотя бы несколько лишних миллиметров дополнительного расстояния от опасного груза. Лишь двое из них, мулат офицер с тонкими щегольскими усиками и лысый темнокожий здоровяк с сержантскими нашивками делали вид, что им все равно. Вполне возможно так оно и было, либо таким образом они просто не давали рядовым бойцам лишних поводов усомниться в приказе командования.
  Пилоты только закончили переговоры с диспетчером, который сообщил им, что воздушное судно покидает пределы дальности действия радиосвязи и на всякий случай сверил дальнейший курс. Он начался из небольшого, чудом уцелевшего, порта возле Ричмонда, что находится в прямой видимости из разрушенного Сан-Франциско. Дальше шёл вдоль побережья и лишь в конце маршрута углублялся вглубь материка. Проходя над гористой местностью, где когда-то давно находился небольшой городок Сент-Луис, а теперь лишь остались фонящие руины.
  Куда-то сюда прилетело сразу две боеголовки с ядерной начинкой, которые сравняли с землёй сам город и военную базу, расположенную в паре десятков километров южнее, чей воздушный флот насчитывал более полутора тысяч единиц техники, а человеческий состав достигал ста тысяч солдат, офицеров и гражданских специалистов.
  Вертолёт должен был обогнуть фонящие городские развалины и, сделав небольшой крюк над менее заражённой местностью, прибыть к месту назначения. На все про все, отводилось около шести часов. У людей управляющих воздушным судном нервы за последнее время были на пределе. За неполную неделю им пришлось пережить сначала срочную погрузку на видавший виды десантный корабль, на посадочную площадку которого, Чинук смог поместиться буквально впритирку. Затем суточный перелет, с короткой подскоковой дозаправкой и обратный путь на корабле с радиоактивным грузом, во время которого их настиг циклон, устроивший двухдневную болтанку в штормовом море. И теперь новый перелет к конечной цели.
  Оба пилота не сговариваясь, переглянулись. Они уже так долго летали вместе, что успели изучить манеры поведения друг друга на все сто, и даже более того, научились понимать напарника без слов. Короткий кивок одного из них, того, что сидел справа, в ответ на многозначительный взгляд более старшего товарища, носившего на плечах майорские погоны, и вот уже туша военного транспортника немного наклоняется вперёд, а двигатели увеличивают обороты, разгоняя вертолёт до максимальной скорости. Пилоты единогласно решили пройти опасный район побыстрее. Им не терпелось добраться до электростанции Серано Поинт, сдать свой груз как можно скорей и наконец-то нормально выспаться.
  Впереди показались руины Сент-Луиса. Это был не тот, всем известный город на берегу Миссисипи, в штате Миссури, а небольшой городок, рассчитанный на проживание всего сотни с небольшим тысяч людей, большую часть из которых составляли военные. Находящийся примерно посередине между Сан-Франциско и городом Ангелов, всего в тридцати с небольшим километрах от океанского побережья.
  Что такое тридцать километров для винтокрылой машины на максимальной скорости - плёвое дело, вот только прямой перелет был заказан. Даже здесь, в пятнадцати километрах от города, счётчик Гейгера, закрепленный в кабине пилотов, начал негромко потрескивать, предсказывая повышенное излучение от далёких развалин. Слишком высок был ещё здесь радиационный фон, и лететь приходилось в облёт, либо требовалось подниматься выше, а это тоже неоправданный риск. Висящие над землёй густые облака представляли собой взвесь кислотных паров, периодически изливающихся на поверхность и гробить в них машину, ради сиюминутной выгоды так же не следовало.
  Пилоты единодушно приняли решение обходить город с восточной стороны, так как на западе, судя по клубившемуся у земли туману, шёл дождь. Маршрут был не проверенным, так как в предполётном задании оговаривался именно западный облёт, но тут уже было ничего не поделать. Сверившись с картами местности, где красным маркёром выделялись области повышенного заражения, летчики, предупредив пехотинцев по внутренней связи, начали манёвр.
  Винтокрылая машина, лихо заложив вираж, наклонилась на правый борт, отчего солдатам, сидящим в грузовом отсеке, пришлось схватиться за висящие с потолка брезентовые стропы. Одному из них даже показалось, что массивный груз сдвинулся на пару миллиметров, и сейчас порвав удерживающие канаты, сорвётся с креплений, чтобы всей своей массой размазать людей по стенкам, а затем, проломив одну из них рухнуть вниз на землю. Парень в страхе зажмурился. Однако секунды текли и ничего страшного не происходило. Лишь сидящий рядом сержант, похлопал его по ноге, показывая, что все в порядке и можно расслабиться. Транспортник к этому времени уже выровнялся и, гудя двигателями, устремился в сторону видневшихся вдалеке гор.
  
  Ещё через полчаса спокойного полета, перед пилотами встал нелегкий выбор. Опустившаяся слишком низко густая облачность, перекрыла воздушный коридор, и упиралась прямо в скалы, не давая машине свободного пространства. Пути оставалось лишь два. Один, вернуться назад, и пробовать обойти по ещё большему радиусу. Благо запасов топлива на это хватало, либо второй, идти вдоль скалы, в надежде найти проход из заражённой зоны и молиться, что не нахватаешь много рентген. Карта разведанной местности говорила, что глубина красного участка здесь не больше двадцати километров, и дальше пятно постепенно бледнело, сходя на нет, а вот обходной путь, вновь шёл через гористый район, и ситуация с низкой облачностью могла повториться.
  Лётчики вновь поняли друг друга без слов, и пока один из них потянулся к упаковке с антирадиационными таблетками, другой связался с сержантом морпехов, объясняя ему ситуацию. Уговаривать никого не пришлось и вертолёт, не останавливаясь, вошёл в опасную зону. Датчик счётчика Гейгера на приборной панели машины тут же пронзительно затрещал, в мгновение ока, увеличив свои показания в несколько раз, и индикаторный диод на его корпусе зажегся желтым цветом. Со стороны могло показаться, будто стальная птица преодолела невидимую стену, удерживающую излучение в определенном месте, однако это было не так. Просто скорость вертолета оказалась слишком высокой, и за несколько секунд он пролетел довольно внушительное расстояние.
  Один из пилотов внимательно следил за показаниями измерительного прибора, однако пока цифры на нем были в допустимых пределах, хоть и намного выше считавшихся сейчас нормой. - Эх, придётся по прибытию как следует напиться, - подумал лётчик. Он хоть и не особо уважал крепкий алкоголь, однако знал, что это довольно доступное средство для вывода радионуклидов из человеческого организма. Внезапно послышался громкий хлопок, от которого корпус винтокрылой машины вздрогнул, а ровный гул одного из двигателей сменился пронзительным воем.
  Оба летчика оказались профессионалами высшего класса и не ударились в панику, при попадании в критическую ситуацию. Пока один из них пытался удержать машину в воздухе и плавно снизится, другой старался запустить внезапно отказавший мотор, однако он не реагировал и только взгляд назад подсказал ему почему. Всю заднюю часть транспортника заволокло чёрным дымом. Через несколько секунд машина потеряла остойчивость и ее начало раскручивать против часовой стрелки.
  - Мэй Дэй, Мэй Дей, - заорал более молодой пилот, щёлкнув тумблером рации. - Браво, мы падаем! Браво, вы слышите, мы падаем! - переключившись на внутреннюю связь, он за мгновения до удара успел предупредить морпехов, - держитесь крепче, земля....
  Дымящаяся машина камнем рухнула с высоты примерно в пять десятков метров. Ее начальная скорость сложилась со скоростью не контролируемого падения, и поэтому удар о каменистую почву получился довольно сильным, хоть, и не привёл к мгновенному разрушению корпуса, лишь сорвав двери, измяв его и надломив посредине. Отчего поперёк грузовой кабины пошла широкая трещина. Бешено вращающиеся лопасти переднего винта Чинука вспороли грунт и неестественно изогнувшись, лопнули, разлетевшись на множество кусков. Один из них, длинной немногим больше трёх метров, словно гигантский меч в руках великана невидимки, рассек красный песчаник, и застрял в нем, погрузившись примерно на треть.
  Пропахав по грунту несколько метров, дымящийся транспортник со всего размаха уткнулся кабиной в огромный валун. От сильного удара, смявшего металл, будто обычную бумагу, его развернуло почти на сто восемьдесят градусов. Постояв так несколько мгновений, тяжёлая машина, громко заскрипев, завалилась на бок, вывесив над тридцатиметровой пропастью значительную часть корпуса.
  Ротор переднего двигателя с обломанными лопастями, беспомощно молотил воздух, постепенно замедляясь. Электрические кабели, проходящие в месте разрыва, искрили и растягивались, силясь выдержать предельное натяжение и сохранить конструкцию в целости. Камни под массивной металлической тушей, предательски крошились и, сползая, сыпались мелким песком вниз, неизбежно грозя в скором времени утащить за собой поврежденную машину, которая гудела и стонала словно живой, и раненный зверь, не желающий умирать.
  
  Одним из первых в себя пришёл молодой морпех. Со стоном открыв глаза, он увидел мир перевёрнутым и осознал, что висит головой вниз, пристегнутый ремнём безопасности. Откуда-то завыл ветер, и присмотревшись, парень заметил широкую щель в хвостовой части вертолета, где заднюю аппарель машины выгнуло дугой.
  В побелевших от напряжения пальцах он сжимал винтовку. Инстинкт, вбитый сержантами во время обучения, сработал даже у потерявшего сознание морского пехотинца. Парень облизал пересохшие и покрытые пылью губы, и тут же почувствовал на языке легкий металлический привкус. Паника и страх, тут же сковали его члены, двадцатилетний парень просто испугался, что умрет здесь, один, истекая кровью от ран, от голода или радиации. Однако чувство самосохранения вскоре взяло верх и вместо того, чтобы оплакивать свою несчастную судьбу, он начал искать пути к спасению.
  Сначала он аккуратно отпустил винтовку, и та с глухим звуком упала на виднеющуюся сквозь проем сорванной двери, землю. Затем похлопав рукой по поясу, он нащупал застёжку привязного ремня, удерживающего его, и тут же попытался ее расстегнуть, однако та не поддавалась. Вспомнив о ноже, висящим на бедре, морпех потянулся к нему и стараясь не уронить, осторожно отстегнул кожаный ремешок, фиксировавший клинок в ножнах. Деревянная рукоятка, обмотанная мягкой тканью, привычно скользнула в ладонь, придав уверенности в своих силах и парень, поудобнее ухватившись за скамью, одним движением резанул у основания привязного ремня. Короткий рывок и вот он, уже перевернувшись, стоит на ногах.
  Шок от стремительного падения и авиакатастрофы сказывался на самочувствии выжившего парня, иначе как ещё можно было объяснить то, что только приняв вертикальное положение он догадался посмотреть, что же стало с остальными членами подразделения и пилотами. Один из сержантов висел в таком же положении, как и он сам несколько минут тому назад, вот только лишь с той разницей, что по подбородку и лицу старшего по званию лысого темнокожего мужчины текла тоненькая струйка крови. Внизу на земле от неё уже образовалась небольшая лужица.
  - Эй, - парень позвал его, а затем с опаской протянул вперёд руку и подергал висящего морпеха за рукав униформы. Но в ответ ничего не услышал, лишь тело сержанта немного повернулось и стало видно, что он мертв. В шее военного, прямо в сонной артерии, торчал зеленоватый кусок металла.
  Несколько строп, удерживающих контейнер, оборвались, и тяжёлый ящик висел по диагонали, одним своим краем упираясь в скамью, где сидела часть подразделения. Парень, даже не надеясь, что там кто-нибудь мог уцелеть, заглянул под него и тут же отпрянул назад, зажимая рот рукой, пытаясь таким образом сдержать рвотные позывы. Прямо под контейнером лежало два тела, ноги одного, так же как и грудь другого представляли собой страшное месиво из обрывков униформы и человеческих костей.
  
  Внезапно откуда-то снаружи донесся слабый стон, который молодой морпех поначалу даже не услышал, либо просто не понял, что это, на фоне других звуков, наполнявших утробу разбившейся машины. Однако через несколько минут он повторился и парень, осознав, что где-то там, вне корпуса вертолета, есть кто-то живой, начал торопливо выбираться наружу.
  Едва голова морпеха показалась снаружи, как он увидел, в каком положении находится транспортник. Ещё никогда в жизни парень не двигался так быстро, хотя ему и казалось, что те мгновения, пока он выпрыгивал из машины, длились вечность. Лишь оказавшись на земле, в паре шагов от повреждённого вертолета он смог перевести дух и осмотреться.
  
  Неподалёку от упавшего Чинука лежал мулат офицер. Его правая рука была неестественно вывернута в районе локтевого сустава, на голове виднелась огромная ссадина, снявшая часть кожи в районе виска, но в остальном он оказался цел, а самое главное его грудь равномерно вздымалась и опускалась. При дыхании с губ раненого иногда срывался слабый стон, однако он был жив, лишь находился без сознания. Парень отцепил от ремня фляжку с водой и побрызгал из нее на лицо лежащему, отчего тот на секунду затих, однако в себя так и не пришёл.
  Лейтенанту требовалось вправить и закрепить руку, а также перебинтовать голову, поэтому как бы этого не хотелось, но молодому пехотинцу вновь пришлось лезть в упавшую машину. Где-то там, среди трупов и покорёженного металла, должен был быть медицинский чемодан. Прежде чем забраться в чрево вертолета, парень сквозь рваное отверстие заглянул в кабину пилотов. Выжить кому-нибудь в том месиве, которое она представляла собой после удара, было не реально.
  Осторожно взбираясь наверх, в салон рухнувшей машины, парень вдруг почувствовал нарастающую вибрацию и услышал громкий скрежет и треск. Даже не успев осмыслить что происходит, молодой морпех, спрыгнул со стонущего вертолета и отскочил от него на несколько шагов. С места, где он замер было видно, что длинная трещина на корпусе машины сначала медленно, а потом все стремительнее начала расширяться.
  Корпус Чинука заворочался, и стал потихоньку сползать в сторону обрыва. Словно живое существо, пытающееся выжить, вертолёт повернулся на бок ещё больше, обломки его переднего винта с силой зацепили землю, вырывая из неё камни и.... все затихло. Целых несколько мгновений стояла полная тишина, казалось, что даже ветер замер, а винтокрылая машина наконец-то успокоилась. Но внезапно, целый пласт слежавшегося грунта, за который цеплялся Чинук, вывернулся из-под обломков лопасти, забросав морпеха комьями грязи и многотонная туша поверженного летательного аппарата сорвалась со скалы. Раздался грохот падения, а через секунду из-за обрыва взметнулись оранжевые языки пламени, чуть было не опалившие лицо солдата решившего подойти поближе и посмотреть вниз.
  
  
  Глава 8
  
  Два человека двигаясь друг за другом, медленно брели по узкой горной тропинке. Рука одного из них, идущего чуть позади, оказалась перетянута куском камуфлированной ткани и висела вдоль тела. Его голову, вместе с левым глазом, скрывала повязка, на которой отчётливо просматривались подсохшие бурые пятна.
  При каждом шаге на лице раненого появлялась едва заметная гримаса боли, однако человек двигался, словно на автомате, остекленевшим взглядом уперевшись в спину идущего впереди.
  - Сэр, вы уверены, что нам нужно двигаться в сторону Сирано? - молодой морпех, продолжая брести вперёд, обернулся к раненому офицеру, - ведь до туда топать больше сотни километров. Может, лучше вернёмся на побережье?
  - Если повернем обратно, то до океана может и дойдём, вот только к тому моменту кожа с нас начнёт слезать, так как придётся идти прямо сквозь фонящие руины. Обходной маршрут есть, но пешком мы его не осилим, точнее я не смогу там пройти. - Первый лейтенант, кивнул в сторону висевшей вдоль тела руки зафиксированной кусками обшивки вертолета и замотанной в обрывок камуфляжной ткани. - можешь, конечно, попробовать добраться один...
  - Нет, простите, сэр! Я вас не брошу!
  После фразы молодого морпеха, который даже остановился и вытянулся в постройке смирно, на лице офицера скользнула улыбка. - Спасибо, - произнёс он, - я этого не забуду..., если нам удастся выжить. И давай, пока мы не добрались до электростанции, без официоза, зови меня по имени. Ок?
  - Так точно, сэр... простите....
  
  Через несколько часов ходьбы усталость и раны офицера начали сказываться. Хотя на улице заметно похолодало, по лбу и виску мулата крупными каплями тёк пот, оставляя грязные следы на покрывшейся пылью коже. Вокруг единственного глаза, торчащего из-под повязки, появился темный круг, а походка лейтенанта, стала неровной, его начало пошатывать, словно пьяного. Периодически он спотыкался и только лишь чудом пока ни разу не упал.
  Солдат, двигавшийся чуть впереди, оказался настолько сосредоточен поиском более легкого пути в горном массиве, что не сразу заметил состояние раненого, обернувшись лишь на негромкую ругань офицера. Тот остановился, облокотившись спиной на каменный выступ, и держался за повреждённую руку. Как оказалось нетвердый шаг мулата все же привёл к тому, что он потерял равновесие, и чтобы не упасть упёрся правым плечом в каменную стену, вдоль которой ветвилась тропа, разбередив и без того ноющий локоть.
  Получасовой перерыв позволил обоим солдатам прийти в себя. Красные круги в глазах офицера отступили и его дыхание выровнялось. - Ну что, - произнёс он, - двинули дальше, скоро солнце сядет, а нам нужно ещё поискать убежище на ночь.
  До темноты морпехами удалось пройти ещё около пяти километров. Узкая тропа к этому моменту потихоньку расширилась, превращаясь в полноценную дорогу шириной в несколько метров, а скалы отступили в разные стороны, теряясь в сгустившихся сумерках.
  - ... командор, лейтенант-командор, - сквозь гул в ушах разобрал офицер и поднял глаза. Молодой морпех замер в паре шагов впереди уперевшись в проржавевшую сетку покосившегося забора, и пытаясь сквозь тьму, разглядеть что-то в дали. - Мне кажется, там впереди есть постройки, не уверен насколько они целые, слишком плохо видно, но это шанс устроиться на ночь под крышей.
  - Согласен, - произнёс мулат, - перелезай через забор, разведай что там, а я пока посижу здесь.
  - Но..., если вдруг кто нападет, а вы ранены?
  - Да кому мы здесь нужны? На ближайший десяток километров тут нет ни одной живой души, радиационный фон, отпугнёт любого находящегося в здравом уме. Это нам с тобой "повезло" тут разгуливать. Хорошо хоть ещё таблетки есть. Ты, кстати, за временем следишь? Когда следующую дозу радиопротекторов принимать?
  - Ещё больше часа, - посмотрев на часы, ответил младший по званию, - вот только их осталось всего пять, и ещё три ампулы Мексамина.
  - Хреново..., максимум на сутки хватит... Ну что же, будем надеяться, что за это время нам удастся выйти в менее заражённые земли. Иначе... - офицер замолк на несколько секунд, не став договаривать то, что было и так понятно обоим морпехам. - Ладно, чего время терять, иди, осмотрись, что там, а я присяду пока здесь. - Словно показывая, что разговор закончен, лейтенант, не дожидаясь ответа или возражений, тяжело опустился на землю. Вытянув ноги, он прикрыл глаза и облокотился спиной на сетку рабицу, заставив поржавевший металл забора колыхаться, и шелестеть.
  
  Далёкий хруст камней вырвал из полудрёмы уставшего офицера и он, выхватив из кобуры пистолет за озирался. Сквозь кромешную тьму разглядеть, что приближалось к сидящему на земле человеку, казалось практически невозможно, но вдруг темнота неподалёку от лейтенанта начала сгущаться, послышалось лёгкое шелестение, словно кто-то осторожно тронул сетку забора и шагах в трёх справа появился высокий силуэт.
  
  Внезапно раздался глухой удар, и размер сгустившейся тьмы резко уменьшился, а тут же донесшееся, с его стороны, злобное шипение оказалось ни с чем несравнимо.
  - Стоять! - на выдохе выкрикнул мулат, по спине которого пробежал холодок и неприятное чувство поселилось где-то в районе лопаток. - Стоять, буду стрелять! - ещё раз повторил он, выцеливая темное пятно.
  - Сэр, - послышался сдавленный голос из темноты, - это я, рядовой Дербиан... не стреляйте... это я...
  - Замри! Что с тобой? Ты один? - выпалил лейтенант-командор, не отводя оружия и все ещё удерживая палец на спусковом крючке.
  - Я один, со мной все нормально...
  - Тогда, что за удар я слышал и почему ты крался?
  - Да не видно же ничего, вот я и шёл вдоль забора, боясь свалиться куда-нибудь, а тут что-то под ногами оказалась, я не заметил и ногой зацепил.
  - А чего шипел тогда? - задал очередной вопрос офицер, догадавшись о происхождении недавнего звука.
  - Так влететь мордой в железную опору не особо приятно, хоть и успел руку подставить, но нос все равно похоже сломал. Даже дотрагиваться до него больно... Мне подойти теперь можно? - через несколько секунд молчания из темноты вновь послышался голос рядового.
  - Да, подходи, но только медленно и без резких движений, - лейтенант, все ещё оставался на чеку, хоть и опустил оружие на колени.
  Осторожно приблизившийся боец тут же опустился рядом с мулатом и принялся расстёгивать разгрузку. Вытащив небольшую коробочку, он на ощупь выудил из неё пару вытянутых капсул и протянув одну из них раненому офицеру, вторую закинул в рот и проглотил.
  - Ну что там за оградой? - спросил через несколько секунд мулат, последовав примеру младшего по званию.
  - Непонятное что-то. Темно уже, многого не разобрать. Такое впечатление, что это какой-то режимный объект был, но в предполётном инструктаже ничего подобного не упоминалось.
  - Конечно, не упоминалось, маршрут полёта совершенно в другом месте проходил. Примерно в полусотне миль (лейтенант до войны служил во флоте и привык расстояния измерять в других единицах, поэтому имел ввиду морские мили) севернее, хотя командирам и пилотам описывали прилегающие районы, и я видел карты, однако ничего подобного тоже не припоминаю.
  - Может это долбанная зона 51, или ещё что похлеще?
  - Вряд ли. База Грум-Лейк находится далеко на востоке, в штате Невада, пешком нам туда точно не добраться. Тем более, насколько я знаю, во время ракетного удара, там ничего не уцелело, во всяком случае на поверхности. - ответил офицер, и тут же спросил сам. - А с чего ты решил, что здесь не просто территория очередного фермера, перебравшегося из Техаса? Я слышал их перед Судным днём поближе к ЭлЭй, переехало довольно много. У них же любимое занятие свою собственность окружать забором и отстреливать нарушителей частной собственности, - лейтенант усмехнулся, и тут же понял, что зря. Запекшаяся кровь образовала корочку, спекшуюся с тканью повязки. Эмоции, тронувшие глаз и висок, заставили ее шевельнуться, и боль острым ножом резанула по нервам.
  - Не видел я, чтобы фермы имели свой контрольно пропускной пункт с оборудованными точками огневой поддержки. Да и остальные найденные здания на жильё никак не смахивают, больше похожи на склады, одна дверь находящаяся прямо в створе ворот и больше ничего. Даже окон нет. Вовнутрь попасть не удалось, заперто. Зато небольшой домик на въезде открыт и там даже три шконки (армейская кровать двух или трёхъярусная) есть, похоже для отдыхающей смены предназначенные. На окнах решётки, стекла целы, можно переночевать там. Фон внутри - как везде, может даже немного ниже.
  - Так чего ты тянул. Я уже себе всю задницу отсидел на холодной земле. Давай руку, подняться поможешь и веди показывай, где там что...
  Молодой пехотинец, уже набрал полную грудь воздуха, чтобы начать оправдываться, что мол это лейтенант его тут подстрелить хотел и все такое, но потом подумал, и просто протянул сидящему ладонь, в которую тот уцепился без промедления.
  
  Небо над головой морпехов слегка посветлело, давая хоть какую-то видимость света. Наверное, это взошла луна, мелькнула мысль сразу у обоих военных. Хоть ее все так же скрывали густые и тяжёлые облака, однако теперь появилась возможность увидеть землю и не разбить при движении себе носы, как это не так давно произошло с одним из них.
  
  До пропускного пункта оказалось всего ничего, не больше двухсот метров, и как сразу два человека не разглядели небольшое одноэтажное здание в сумерках, оставалось неясным. Приоткрыв скрипучую дверь, морпехи сразу попали в небольшую комнату с прямоугольным окном в половину стены, сквозь которое виднелись приоткрытые ворота, теряющиеся во тьме. Тут же был давно погасший и покрытый толстым слоем пыли, пульт, с десятком мониторов и системой управления, состоящей из кучи кнопок и переключателей. По центу помещения стояло кресло на колесиках, а неподалёку, под одним из столов на боку валялось второе такое же.
  Внимание офицера привлёк шкаф в дальнем углу и он, сделав пару шагов в его направлении, распахнул створку. Единственный черный китель одиноко висел на крючке внутри. Лейтенант потянул его за рукав, и ему удалось разобрать надпись на нашивке "MPRI", перечеркнутую мечем. Секундное узнавание мелькнуло на лице мулата...
  - Комната отдыха здесь, - послышался голос рядового Дербиана, тут же сменившийся руганью, прерываемой частыми чиханьями, и парень стремглав вылетел из смежного помещения. Как оказалось он, не задумываясь о последствиях, рухнул на первую попавшуюся кровать, подняв облако пыли.
  
  Людям понадобилось какое-то время на проветривание будущей спальни от поднятой сглупившим солдатом пыли. Хорошо хоть окна открывались настежь, и вовремя поднявшийся ветер быстро вынес мелкую взвесь, витавшую в воздухе, наружу. За эту оплошность офицер заставил провинившегося морпеха вытрясти все одеяла и подушки на улице, подальше от домика, а сам занялся исследованием содержимого ящиков стола и тумбочки. Ещё в шкафу, в кармане кителя, ему повезло найти зажигалку и теперь, при ее свете, было гораздо легче проводить осмотр.
  Пламя колыхалось и дрожало, его оранжево-голубой огонёк то замирал, уменьшаясь до едва светящегося уголька, который казалось, вот-вот потухнет, то вдруг разрастался до десятка сантиметров высоту, обжигая пальцы. В его свете все тени начинали пляску по стенам, образуя причудливый хоровод неведомых существ. Офицер улыбнулся своим мыслям, в очередной раз разбередив раны на виске. В жизни после апокалипсиса осталось так мало интересно, что только и можно было любоваться игрой теней от огня.
  Обыск дал свои результаты. В одном ящике нашёлся чёрный металлический фонарь с длинной ручкой, правда батареи в нем давно сели и его можно было использовать разве что в качестве дубинки. В другом, лежала пластиковая карта ключ на тканевом ремешке и планшет, со значком надкусанного яблока на обратной стороне, так же разряженный. Повертев бесполезные вещи в руках, лейтенант положил их обратно, лишь машинально сунув карточку в карман своей куртки.
  Кроме нескольких журналов, с записями от руки, ничего интересного в выдвижных ящиках не оказалось, поэтому мулат, дождавшись возвращения рядового, принялся закрывать окна и двери. Холодный ветер помимо того, что очистил воздух в помещении ещё и знатно выстудил его, до такой степени, что периодически изо рта обоих людей вырывались облачка пара.
  Только улёгшись на койку, и укутавшись в несколько одеял, лейтенант понял, насколько вымотался за этот долгий день. Ноги после долгой ходьбы гудели, поврежденная рука ныла и пульсировала так, словно в неё тыкали раскалённым металлическим прутком. Офицер пощупал локоть. Даже сквозь одежду и повязку можно было ощутить, что он заметно опух. Правая сторона лица вдруг нестерпимо зачесалась, и он уже высунул руку из-под одеяла, но вовремя остановился. Нужно было терпеть. Ещё раз разбередить раны, мулату совершенно не хотелось. Хотя он все же легонько потрогал ткань, скрывающую поврежденный участок. Пропитанная кровью ткань оказалась жёсткой, и любое прикосновение тут же плетью ударяло по нервам.
  Мазохистом лейтенант не был, поэтому пара касаний, наглядно продемонстрировали, что трогать повязку раньше, чем они доберутся до электростанции Сернано-Поинт, не стоит. Раз уж рука оказалась высунутой из-под одеяла, офицер взглянул на часы. Стрелки показывали без четверти одиннадцать. Покрытые фосфоресцирующей краской, они светились в темноте и легко различались на циферблате. До рассвета было ещё далеко....
  Утро наступило внезапно. Ещё секунду назад за окном стояла непроглядная тьма, однако стоило лишь смежить веки и уже кто-то шумит за стенкой, не давая выспаться. - Да ещё и сон какое-то дерьмо, кажется, что и вправду отмахал по горам не один километр, даже ноги ноют, - шум все нарастал, - вот сейчас встану и кому-то не поздоровиться, - не открывая глаз, подумал мулат, просыпаться ему совершенно не хотелось. Особенно сейчас, когда лейтенант кончиком носа, высовывающимся из-под одеяла, ощутил пронизывающий холод. - Твою мать, дневальный, почему отопление не включили?!, - проорал офицер, но в ответ ничего не услышал, кроме приближающегося шума, который все усиливался.
  Наконец-то мулат открыл глаза. Светлый потолок и чуть зеленоватый оттенок стен, совершенно не напоминали его серую бетонную комнатушку в бункере, как, собственно, и каюту на корабле. - Дерьмо, - в голос выругался он, осознав, что все ему привидевшееся, на самом деле является явью. Тот час появилось реальное чувство холода, и он понял, насколько продрог, даже не смотря на укрывавшие его два одеяла. Резкий спазм, идущий откуда-то снизу, практически от живота, заставил офицера резко согнуться. Сильный кашель рвал лёгкие лейтенанта, не давая вздохнуть, поэтому он не сразу услышал крики.
  - Лейтенант-командор, лейтенант-командор, - послышался громкий топот и голос рядового, через секунду влетевшего в двери. - Там это... вертушка...
  Мулат сам не заметил, как вскочил с постели и не смотря на отозвавшуюся боль в руке, ринулся на выход. Шум на улице ощущался куда заметнее, однако нужную сторону, откуда он идёт, сразу определить не удалось, эхо хлопков винтокрылой птицы доносилось сразу со всех сторон, и офицер принялся озираться.
  - Вон они, - окликнул Дербиан, указывая рукой куда-то поверх крыши домика охраны. Рядовой стоял на несколько шагов в стороне и обзор у него открывался чуть лучше.
  Винтокрылая машина показалась именно оттуда, куда показывал рядовой. И первым делом оба морпеха начали махать руками, привлекая к себе внимание пилотов. Вот только воздушный аппарат даже не замедлил движения и не повернул в их сторону продолжая двигаться куда-то за крыши ближайших построек.
  - Они не видят нас! Не видят! Что делать? - скороговоркой запричитал рядовой и кинулся вслед за машиной, однако громкий возглас лейтенанта заставил его остановиться.
  - Стой! Это не поисковый вертолёт! Тем более они, похоже, садятся, - мулат показал на почти исчезнувший за складами аппарат. - Собирай наши вещи, нужно сначала выяснить, кто это такие, а после договоримся о связи или эвакуации.
  Пока Дербиан одевался, офицер присел на стул. Ночь хоть и дала немного отдохнуть его усталому организму, однако мулат все чётче ощущал, насколько его ресурсы ограничены. То ли долгое лежание на земле в беспамятстве, то ли прохладная ночь подействовали на него не лучшим образом, да ещё и значительная потеря крови из-за раны. Лейтенант чувствовал себя паршиво. Сиюминутный приток адреналина, при мысли о возможном спасении, иссяк, и тело начинало дрожать, словно в лихорадке. В голове зашумело и появилось чувство, словно он сильно перебрал, однако даже такое состояние не мешало ему думать.
  Вертолёт, только что пролетевший над ними, был старым воздушным грузовиком "Сикорского". Эта машина, времен Вьетнама, уже давно практически нигде, не использовалась. На таком уж точно не эвакуируют, да и не занимаются поиском людей, тем более с грузом. А мулат отчётливо видел большой серый стальной контейнер, закреплённый между четырёх посадочных стоек винтокрылой машины. Значит, вертолёт прибыл не за ними. Вопрос, зачем он здесь, если вокруг на многие километры простирается выжженная радиацией земля.
  Лейтенанту вдруг очень сильно захотелось узнать ответ на этот вопрос, хотя вероятность донести его до своих с каждой минутой уменьшалась. - Интересно, что убьёт меня раньше, радиация или головная боль, нарастающая с каждой минутой? - подумал мулат, потирая висок, и продолжил рассуждать. Похоже, грузовик что-то привёз, либо наоборот вывозит отсюда что-то ценное, ведь никто не будет рисковать жизнью и здоровьем, влезая на грязные территории просто так...
  - Я готов, - Дербиан вышел из комнаты, одетый в видавшую и более лучшие дни камуфлированную форму держа на плече коричневую спортивную сумку. Ее он ещё вчера нашёл под матрацем одной из кроватей, и сейчас в ней скрывались несколько упаковок бинта, пластиковая бутылочка перекиси водорода, и запечатанная в полиэтилен маленькая аптечка, выковырянная утром из металлического ящика с красным крестом на дверце.
  - Тогда двинули, кто знает, сколько они тут времени проведут.
  Спустя минут двадцать плутаний вокруг совершенно одинаковых серых построек, некоторые из которых, оказались закрыты массивными металлическими воротами, а другие являлись двухэтажными офисными центрами, либо жильем казарменного типа, морпехи вышли к такой же серой бетонной громаде. Только стена перед морпехами достигала в длину около полутора сотен метров и больше напоминала высокую ограду, а не часть здания. Однако где-то наверху, на высоте десяти - двенадцати метров над землёй, в ней виднелись узкие окна, такие же грязные и пыльные, как и все вокруг, да еще несколько ливневых стоков опускались с крыши вниз, пропадая в бетонных колодцах, зарешеченных металлическим прутком в палец толщиной.
  - Слушай, что это? - лейтенант рукой остановил рядового Дербиана, однако тот лишь недоуменно уставился на него и помотал головой.
  - Да вроде ничего не слышу.
  - Замри, просто прислушайся, это не звук... Это... Даже не могу точно описать, что я ощущаю, это словно зуд на зубах, - произнёс офицер, и уже через несколько секунд увидел в глазах солдата понимание.
  Оба морпеха стояли в нескольких шагах друг от друга и пытались понять, что же они слышат, внезапно Дербиан ни слова не говоря приблизился к высокой постройке и приложил к ней руку.
  - Я чувствую! - негромко произнёс он, - это не звук, это вибрация, там внутри что-то работает. Нужно побыстрее обойти здание.
  Рядовой словно забыл, о чем ещё недавно предупреждал его лейтенант, и на волне эмоций тут же ринулся воплощать свои слова, причём совершенно не обращая внимания на протесты старшего по званию. Дербиан рванул настолько быстро, что буквально через несколько секунд скрылся за поворотом.
  - Твою мать, - в очередной раз выругался мулат и поковылял следом, надеясь, что рвение молодого пехотинца не приведёт к проблемам, ведь в нынешнем мире жизнь человека ничего не стоила, особенно если он увидит то, что видеть не следует.
  
  Из-за дальнего угла здания показался хвост СН-54, а затем и сам вертолёт Сикорского. Он стоял, опираясь на свои длинные, широко расставленные ноги и лопасти его гигантского винта беззвучно подрагивали на внезапно поднявшемся ветру. Контейнер, находившийся у него под брюхом, исчез, зато следы на занесённом песком асфальте явно показывали направление, куда его отвезли.
  Лейтенант успел заметить, как Дербиан нырнул под створку опускающихся ворот, прежде чем они полностью закрылись. Других входов в здание поблизости мулат не увидел, поэтому немного постояв на месте, он подошёл ближе к винтокрылой машине и, поднявшись по ступеням на бору, заглянул в кабину. Там оказалось пусто. Причём совсем. Отсутствовали приборы управления, штурвалы и даже кресла пилотов. Вместо них оказались установлены какие-то черно-серые ребристые цилиндры, на одном из которых, горело несколько желтых и зелёных индикаторов.
  
  Внезапно изнутри здания послышались приглушённые стенами выстрелы. Сначала одиночные пистолетные, а спустя несколько секунд, раздалась длинная очередь, которую лейтенанту было трудно не опознать. Прямо перед выстрелами раздался пронзительный свист раскручиваемых электроприводом стволов, моментально сменившийся ревом выпущенных за секунду десятков пуль. Так мог грохотать только авиационный пулемёт Вулкан.
  
  
  Там же. Несколькими минутами ранее.
  
  Рядовой Дербиан еле успел нырнуть в быстро сужающуюся щель, закрывающихся ролетных ворот, куда только что заехал электропогрузчик с ребристым морским контейнером.
  - Эй, - поднимаясь с пола, закричал он вслед удаляющейся машине, но ее водитель не отреагировал. То ли не слышал, то ли ему просто было наплевать, так как фигура в капюшоне даже не повернула голову в сторону оравшего человека.
  Морпех хотел было последовать за погрузчиком, но к этому времени тот уже скрылся в сумраке помещения и лишь издали слышался удаляющийся скрип его резиновых шин. - Да и пошёл ты, - подумал рядовой, - сам разберусь, где тут, что есть.
  Дербиан медленно побрел вперёд и чуть не грохнулся на пол, запнувшись об идущую поперёк прохода железнодорожную рельсу, параллельно которой проглядывалась ещё одна такая же. - Дерьмо, да как вы тут работаете вообще впотьмах, с фонарями, что ли ходите? - спросил он вслух, и словно в ответ неподалёку слева зажглись несколько красных точек.
  В темноте раздался шелест и в невидимой до этого стене открылся проход, освещаемый периодическими вспышками желтовато-красного оттенка. Тут же помещение наполнилось гулом и грохотом, от которого чуть не заложило уши. Лица морпеха, коснулся приятный тёплый ветерок с металлическим привкусом, а в открывшемся проеме показалась треугольная вагонетка, двигающаяся на парня прямо по злополучным рельсам. Дербиан еле успел отскочить в сторону, выругавшись в очередной раз. Вагончиком ни кто не управлял, он просто катился сам по себе, не замедляясь и не ускоряясь. Пройдя вдоль рельсов, морпех оказался в огромном цеху. Внутри оказалось довольно жарко, и парень тут же принялся расстёгивать верхние пуговицы куртки, не забывая посматривать по сторонам.
  Первое что бросилось ему в глаза - это длинный конвейер, ползущий сквозь помещение и теряющийся за нагромождением различных устройств. Несколько механических рук манипуляторов периодически укладывали на него что-то непонятное. Это было похоже на небольшой танк или трактор, с плавными, чуть закруглёнными обводами, точнее на его гусеничную базу без башни, к которому кто-то, непонятно за чем прилепил поднятую над корпусом круглую платформу.
  Конвейер медленно двигался, не останавливаясь ни на секунду, и морпех следовал вдоль него, восторженно наблюдая за происходящим. Он впервые видел автоматизированное производство, о которых иногда рассказывали старшие товарищи, работавшие на них до ядерного апокалипсиса. Особенно часто о них любил вспоминать старик немец, который когда-то работал на заводе, выпускающем автомобили известной на ту пору марки. Их остовы и сейчас частенько встречались в заброшенных городах. И хотя его рассказы постоянно сопровождали различные нелепицы из-за плохого знания английского и ужасного лающего акцента, вокруг него обычно собирались десятки детишек. Да и взрослые не отказывались немного послушать о прежней жизни, особенно когда рассказчик брал в руки губную гармошку и принимался негромко напевать на родном языке.
  Яркая вспышка отвлекла рядового от нахлынувших воспоминаний. Это очередная механическая рука-манипулятор, вдоль ряда которых, бежала лента конвейера, приладила выпуклый щиток к корпусу танка, в тоже время другая, такая же, только имеющая на конце тонкий стержень быстро прикоснулась к нему поочерёдно в нескольких местах. При касании во все стороны разлетелись ослепительные искры, озарив помещение и Дербиан понял, что это работает сварочный автомат.
  - Этим дерьмом точно должен кто-нибудь управлять, - подумал парень, - нужно найти его во чтобы то ни стало. - Эй! Есть кто, - что есть мочи заорал он. - Ээээйй! - однако, кроме треска сварочных автоматов, собирающих непонятную технику да гула сборочной линии в ответ, ничего не услышал.
  Внезапно впереди во вспышках, рядовому почудилось движение, и он на секунду остановился приглядываясь. Сумрак шагах в двадцати впереди чуть колыхнулся. - Эй, - повторил парень громко, - мы заблудились и моему товарищу нужна срочная медицинская помощь! - однако в ответ ничего не услышал.
  В этот момент цех осветился очередной сильной вспышкой и морпех увидел приближающегося навстречу человека в висящей балахонистой одежде и капюшоне, надвинутом так, что разглядеть его лицо оказалось невозможно.
  Через пару мгновений, следующая вспышка, позволила Дербиану осмотреть двигающегося к нему чуть лучше. Походка человека казалась какой-то ломаной, он словно кукла неуклюже переставлял ноги, и при этом совершенно не шевелил руками, словно пряча их из виду. - Они тут что, все больные? - мысленно спросил себя морпех и тут же понял, что живущие здесь, похоже, страдают различными недугами после долгого нахождения на заражённых территориях. - Хоть бы у них связь работала, ведь вертолёт сюда прилетел, значит, и улететь может и доставить нас в Сирано, либо ещё куда к нормальным людям, - проскользнула у рядового следующая мысль и тут он увидел высунувшуюся из-под балдахина руку приближающегося, в которой оказался зажат пистолет.
  - Эй! Стой! Мы не враги! Убери оружие! - парень, крича ещё что-то, одновременно старался вытащить своё оружие из кобуры на поясе. Получалось это крайне скверно, страх и паника оказались не лучшими помощниками и пальцы морпеха все никак не могли нащупать застёжку. Отвести взгляд от человека, идущего ломаной походкой на встречу, Дербиан был не в силах, а то, что он разглядел при новой вспышке, заставило его забыть обо всем и сделать несколько шагов назад. Существо, вышедшее к нему, оказалось не человеком.
  Желтоватые блики играли на поднимающейся металлической руке, точно такие же, как и на чёрной вороненой стали пистолета. Под слегка съехавшим капюшоном показались две круглые линзы, сквозь которые смотрели объективы с красными зрачками. Треугольная голова существа, больше напоминавшая бинокль, установленный на двух тонких стержнях, внезапно немного наклонилась в сторону и его глаза сверкнули. Металлическая рука замерла, словно робот, а это вне всяких сомнений был он, задумался и в ту же секунду грохнул выстрел.
  Молодого парня словно ударили молотом по руке, отчего он непроизвольно покачнулся назад. Его онемевшую руку обожгло огнём, однако от мгновенного выброса адреналина, он этого даже не заметил, так как в этот же самый момент ему наконец-то удалось выхватить своё оружие.
  Загремели частые выстрелы. Они казалось, не причиняли приближающемуся механическому существу никакого урона, лишь выбивая искры и заставляя его легонько пошатываться, но внезапно одна из удачно выпущенных пуль разбила сияющий красным окуляр, и он потух. Робот резко остановился.
  - На, получай сука! - радостно заорал парень, стреляя ещё. Вот только механический ублюдок, постояв несколько секунд вновь зашевелился. - Да сдохни же тварь! - снова закричал Дербиан нажимая на спусковой крючок, но боек пистолета лишь сухо щелкнул в ответ. Патроны в обойме закончились.
  - Дерьмо, - коротко выругался морпех и резко развернувшись, бросился обратно к все ещё открытому проходу с рельсами. Ему приходилось резко менять траекторию, чтобы хоть немного сбить прицел открывшей огонь, по убегающей цели, машине. Ещё пару шагов и казалось спасение близко, но тут раздался пронзительный свист.
  Однако этого парень этого не услышал, так как в этот момент его тело, разорванное крупнокалиберной очередью практически пополам, уже падало на пол, орошая все вокруг алыми брызгами и покрывая кусками разодранной в клочья плотью.
  
  *************************
  
  Рокот пулеметов смолк секунду спустя, вот только это ничем не помогло вошедшему в зону поражения человекообразному роботу, в висящей мешком балахонистой одежде. Крупнокалиберные пули, разорвав человеческое тело почти пополам и не потеряв при этом кинетической энергии, заколошматили по конвейеру, манипуляторам и приблизившемуся андроиду. Несколько попаданий в правую часть корпуса смяли броневые листы, закрывающие грудь машины, и моментально лишили ее руки, а на месте разрыва тут же засверкали короткие молнии электрических разрядов. Тело робота развернуло и отбросило на несколько метров назад, где оно замерло без движения, лишь иногда судорожно подергиваясь.
  Послышался металлический скрип и в открытый проем сборочного цеха, звеня гусеницами, въехал тот самый непонятный танк, корпус которого собирали на конвейере. На его хромированном борту чёрной краской по трафарету была выведена надпись Т-1-167.
  
  На монохромном дисплее чуть опустившего стволы Т-1 подсвечивалось тело человека, электронный мозг машины распознал его повреждения и на идентификаторе появилась надпись 'Цель уничтожена', а затем сканеры подсветили лежащего о чуть дальше робота.
  Модель Т-200, статус поврежден, - высветились несколько надписей на экране. Функциональность лежащего андроида отображалась в критической отметке, меньше десяти процентов, и процессор танка принял логическое решение вызвать ремонтников.
  
  
  Глава 9
  
  Двигатель джипа слегка порыкивал, когда машина взбиралась по извилистой горной дороге. Мы медленно двигались по грязному городку, уместившемуся в узком каньоне. Невысокие домики, когда-то раньше имевшие веселую и яркую окраску, сейчас казались просто серыми и заброшенными. Здесь совсем не наблюдались следы разрушения, однако было видно, что жилье покидали в спешке. Двери многих строений оказались открыты настежь, а ворота гаражей подняты.
  На нашем пути уже попадались такие поселения с одно и двухэтажными постройками. В основном в них жили люди среднего достатка, те кто не мог позволить себе иметь роскошный особняк на холмах, но при этом хотел поселиться поближе к городу Ангелов, к океану, и одновременно находиться в относительном уединении.
  Эти места уже были неплохо изучены, даже мне во время патрулей и рейдов ещё в составе другого отряда доводилось пользоваться этой дорогой, и здесь чаще всего бывало тихо и спокойно. Люди, пережившие ядерную катастрофу, не стремились вновь селиться в жилых районах парка Топанга. Повышенный радиационный фон, оказывался не страшен, если ты просто проезжал мимо, однако даже несколько дней, проведённых в стенах одного из домов, могли привезти к значительному ухудшению здоровья. Как минимум доза облучения, полученная за это время, превысила бы среднемесячную в несколько раз.
  Я выбрал этот маршрут не случайно. Возвращаться обратно той же дорогой, которой мы добрались до аэропорта Лос-Анжелеса не хотелось. Мало ли компаньоны тех парней, что мы оставили лежать возле Сан-Диего фривея, увидят знакомый джип и захотят узнать отчего это он поменял хозяев. Я, конечно, был не против хорошей драки, но предпочел бы, чтобы она происходила на моих условиях. Тем более, что наша миссия увенчалась успехом и хотелось побыстрее оказаться дома.
  
  С неба, где клубились темные облака, совершенно не вовремя начал накрапывать мелкий дождик, поэтому нам пришлось срочно искать укрытие для себя и машины. Впереди как раз показалась заправка, с широким, невесть каким образом уцелевшим навесом, и наш бессменный водитель Майк, тут же направил джип под него.
  От выпитого накануне паршивого самогона, так и не успевшего стать виски, слегка побаливала голова, и периодически подкатывала тошнота, однако неважное самочувствие не помешало мне поручить двум бойцам найти какие-нибудь тряпки и протереть намокший салон автомобиля. Ещё не хватало, чтобы от кислотного дождя он превратился невесть во что. После этого я откупорил большую канистру, стоявшую в багажнике, и вымыл чистой водой лицо и руки, куда попали первые капли, упавшие из серых туч, пока я не успел набросить на себя прорезиненный плащ. Остальные парни без команды последовали моему примеру, так как сами знали к каким последствиям могла привести даже малейшая задержка. Ждать пока природа угомониться можно было довольно долго, поэтому я распределил время до вечера на парные дежурства и приказал всем оставшимся отдыхать. Вчерашняя ночь давала о себе знать, и не только я чувствовал себе паршиво.
  - Майк, - позвал я одного из дозорных, выставленных первыми нести вахту, а сам достал из багажника приобретённую винтовку и аксессуары к ней. - Это тебе, начинай приводить в порядок, может удастся пристрелять в дороге.
  - Спасибо Дерек!, - глаза парня загорелись, словно он только что получил не орудие убийства, а самую прекрасную в мире вещь, о которой только можно мечтать.
  - Давай занимайся, если что зови меня. Только не увлекайся, следи за обстановкой. Вряд ли кто под дождем полезет, но все же..., - напутствовал я, - и это, приглядывай за Мигелем..., - добавил я, прежде чем отойти от дежурного бойца и расстелив кусок потемневшей от времени пенки, присесть возле машины, привалившись спиной к заднему колесу.
  Дождь все усиливался, с каждой минутой все громче стуча по асфальту и крыше навеса. В нескольких местах влага просачивалась и набухая крупными каплями падала на землю, но все протечки оказались на безопасном расстоянии, поэтому я не волновался. По канавкам и трещинам в земле и асфальте, потекли первые ручейки воды, быстро собираясь в один мутный бурлящий поток и устремляясь по склону вниз.
  
  Когда-то давно, в другой жизни, мы с братом бы обрадовались такому дождю. По ручьям, текущим вдоль дорог в специальном желобке, оказывалось так весело запускать маленькие веточки. Помню мы даже устраивали соревнования чья проплывет до водостока быстрее, и подбадривали свои гоночные "кораблики" веселыми криками. Помню, как здорово было потопать по лужам, разбрызгивая воду далеко в разные стороны и громко хохоча, если волна брызг накрывала одного из нас. Правда потом приходилось стоять с низко опущенной головой и слушать как мама отчитывает нас... Точнее меня, ведь я всегда был старшим, и на мне чаще всего лежала ответственность за такие шалости, хотя в большинстве случаев именно Каил являлся зачинщиком.
  
  Мои наручные часы тихонько запикали. В них сработал будильник, выдернувший меня из полудремы. Подошла моя очередь побыть охранником для отдыхающих товарищей. Я встал и потянулся, широко разведя руки в стороны. Тело, от продолжительного сидения в одной позе, немного затекло и требовалось разогнать кровь. Я пару раз присел и покрутил головой в обе стороны с облегчением почувствовав, как "хрустнули" позвонки. Затем подхватив свою винтовку и стараясь не наступить на ноги мирно спящих парней, я направился к часовому, всматривающемуся с дождливую хмарь.
  - Ну что, Дени, все тихо? - спросил я, обернувшегося при моем приближении, бойца.
  - Пока да. Да и кто в такую погоду полезет. Сидят все под крышей в тепле и нос на улицу на кажут.
  - Ну да, ну да, - посочувствовал я парню, который похоже немного захандрил. - Не боись, надеюсь дождь стихнет, и мы завтра то же дома будем, и если повезёт без приключений... Давай, буди Сержио, а сами с Мартином отдыхайте, через пару часов ужинать будем.
  Я подождал несколько минут, пока Клеменс придёт в себя, а потом отправил его в невысокое здание самой заправки. Нужно было определиться, сможем ли мы там переночевать с относительным комфортом, или придётся оставаться на улице. Боец вернулся примерно через пол часа и притащил с собой несколько шоколадных батончиков в грязной упаковке.
  - Раньше здесь кафе было или ресторан, там что-то типа кухни организовано и большой холодильник метра два на три есть. Дверца помята сильно, но закрывается плотно. Мусора правда вокруг полно. Вот как раз среди него и нашёл! Там таких целая коробка, а ещё конфеты и содовая. Такое впечатление, что их кто-то припрятал, так как это все оказалось завалено приличной горой мелкого хлама.
  - Фонят?
  - На уровне наших продуктов. Так что можно употреблять в пищу.
  - Хорошо, оставь по одной штуке для всех, - я кивнул в сторону сладостей, - а остальное забрасывай в багажник, доставим на базу. И что там со внутрянкой? Ночевать можно?
  - В основном помещении не стоит, а вот внутри холодильника можно, там фон гораздо ниже. В остальном все сухо, двери, окна целые. Со двора решётки, так что довольно безопасно. Крупной живности не заметил. Нужно только мусор после чьей-то мародёрки немного разгрести и можно устраиваться.
  - Сегодня сплошь хорошие новости. Не люблю я такого, потом как бы на неприятности не нарваться. С другой стороны, отказываться от подарков судьбы, тоже не стоит, - подумал я, и добавил, вслух обращаясь к бойцу. - Давай так, я пока подежурю, а ты занимайся ужином, как будет готово поднимем остальных, ну а уже после этого и в здание переберёмся. Ловить лишние рентгены не стоит.
  Серое небо, затянутое тучами, начинало постепенно темнеть. Приближался вечер. Дождик потихоньку стих, перейдя в противную морось, когда мелкие капли воды словно висят в воздухе, забывая падать на землю. Двигаться по такой погоде было точно нельзя. Тут не помогут никакие плащи и накидки, влага в любом случае проберется в любую маломальскую щель.
  Ещё минут через двадцать, когда я уже собирался поторопить напарника, легкий порыв ветерка донёс до моего носа необычный запах, и я облизнувшись обернулся в поисках его источника. Шагах в десяти от меня, Клеменс сложил небольшой костерок из разломанной на куски деревянной мебели. Прямо над огнём, задевая донышком за поленья, на куске толстого провода, висела помятая кастрюля, закопчённая с одного бока. В ней что-то тихонько кипело и плескалось. Заинтересовавшись, я подошёл поближе и заглянул внутрь.
  
  Когда мы покидали базу города Ангелов, мне пришла в голову дельная мысль. - Раз уж мы двигаемся на автомобиле, и получили кое-какой навар с продажи вооружения, то почему бы не разжиться у вояк провизией, для нашей базы? - Быстренько подсчитав все свободные ресурсы, которых у нас после ночёвки в отеле, вечеринки со стриптизом и возлияниями оставалось не так уж много. Я решил, что оставшихся патронов, сверх необходимого боезапаса, на что-нибудь да хватит и попросил нашего водителя свернуть в сторону складов. Сегодня там дежурил грузный старший уоррент офицер. Мне уже "повезло" познакомиться с ним утром и впечатление осталось не из приятных. Его глубоко посаженные глаза, одутловатое лицо и растопыренные в разные стороны уши, создавали впечатление, что ты общаешься с большущим поросёнком. А его манера при разговоре через слово пытаться тебе что-нибудь впарить, успела меня взбесить пока мы искали прицел и магазины для винтовки. Однако именно на такую линию поведения сейчас я и рассчитывал.
  Оставив парней сидеть в машине, я распахнул небольшую дверь, прорезанную в огромных ангарных воротах, и заглянул внутрь. Стол, за которым должен был сидеть дежурный пустовал, поэтому прежде, чем войти я на всякий случай громко проорал. - Эй! Есть кто-нибудь?
  - Да есть, есть, - тут же послышался немного визгливый голос, отчего у меня вновь возникла ассоциация с поросёнком. - Уже перекусить не дают, - из-за ближайшего стеллажа сначала показался полный живот уоррент офицера, а затем уже он сам. - Это опять ты? Забыл чего?
  - Нужно ещё кое-что закупить, - ответит я.
  - Так чего ты стоишь, проходи давай, сейчас все подберем! Что нужно? - в голосе толстяка послышались радостные нотки, словно с реализации товаров он имел свой маленький гешефт. Впрочем, почему бы и нет.
  - В основном продукты, - я не стал акцентироваться ни на чем конкретно, пока не узнаю, что и по каким расценкам есть у военных.
  - Есть то много чего. Поконкретнее не уточнишь?
  - Интересует все что может долго пролежать в условиях комнатной температуры, ну или на крайний случай уличной.
  - Ясно..., тогда смотри. Есть индивидуальные пищевые рационы, армейские, длительного хранения, - толстяк пощёлкала по клавиатуре, - четырёх видов, все меню "В". Гражданские пять видов... - уоррент офицер на секунду замялся, огляделся во все стороны, а затем прошептал заговорщицким голосом, - хоть они и дешёвые, но не советую их брать, условия хранения похоже не соблюдались, хотя в пищу пока пригодны. - дежурный по складу откинулся назад на спинку стула и сложил пальцы рук, больше похожие на сардельки, в замок. - Ещё недавно подвезли консервированные овощи в банках по пять килограмм, - он на секунду запнулся увидя немой вопрос в моих глазах и тут же добавил, - ну там всякое, помидоры, огурцы... О кстати, сегодня только машина прибыла, ещё даже не сортировал и в базу не вносил! - Толстяк поднял указательный палец вверх, словно делая акцент на этом пункте, - там насколько я успел посмотреть во время разгрузки, фрукты в килограммовых железных банках, тушенка, крупа разная в мешках, и вроде бы макароны или спагетти... - Дежурный одной рукой повернул ко мне экран монитора, где в простой таблице были расписаны цены на перечисленные товары, и замолчал, давая мне время подумать и определиться.
  Вглядываясь в цифры, я прикидывал как получше распределить оставшиеся в моем распоряжении ресурсы. С одной стороны, дикой нехватки продовольствия у нас на базе пока не наблюдалось, в общем-то, как и с боезапасом, с другой, в каждый выход отрядов патруля и разведки входил обязательный поиск продуктов для пополнения их запасов. Ведь никогда не знаешь, что произойдёт на следующий день, а у нас как никак почти две сотни человек на базе. - Эх решено, - я мысленно махнул рукой и решил всё-таки обменять излишки патронов на сух паи, но тут вдруг обратил внимание на изучающее выражение лица уорент-офицера.
  По всему его виду можно было понять, что у него в загашнике осталось ещё что-то стоящее....
  
  Ночь пролетела в относительном комфорте. Ужин приготовленный Сержио, удался на славу, да и шоколад пришёлся как нельзя кстати и поднял захандрившим бойцам настроение. Поэтому холодильник мы вычистили совместными усилиями за полчаса, и хотя заканчивали уборку уже в темноте, при свете горящего факела, однако ни кто не жаловался. Герметично закрывающаяся дверь отлично сохраняла тепло, а четверо взрослых мужчин спокойно смогли лечь на чистом гладком полу. Дежурства я не отменял, тем более что влажная морось постепенно сошла на нет и чей-нибудь визит оказывался весьма вероятен.
  Себе и Клеменсу я оставил предрассветную вахту. Обычно ее считали самой тяжелой, и бойцы промеж собой называли ее собачьей, однако для меня она становилась своего рода ритуалом, который появился ещё в раннем детстве. Окна моей комнаты на втором этаже выходили прямо на восток, поэтому яркие и тёплые лучи восходящего из-за гор солнца освещали ее получше всяких ламп. Облачность в ЭлЭй практически не наблюдалось, так что к побудкам часов в шесть утра я привык. До школы, уроки в которой начинались в девять, оказывалось полно времени, которое я старался всегда провести с пользой.
  Вот и сейчас оглядевшись вокруг, я заметил, как Сержио сидящий ко мне боком, широко позевывает, прикрывая глаза, но тут же словно почувствовав на себе мой взгляд, оглядывается, и махнув мне рукой - мол, все нормально, - поднимается на ноги. Он, не выпуская из рук винтовки, несколько раз глубоко приседает, одновременно поднимая оружие вверх и разминает шею, так, что кажется я даже со своего места услышал хруст его позвонков... Вот только звук, различенный мною в 'жидком' рассветном тумане, оказался совершенно иным - более хлестким, словно кто-то часто-часто защелкал кнутом. Где-то неподалёку, в прошлом шёл бой и одиночные выстрелы, принятые мной за хруст, перекрыл беглый автоматический огонь.
  - Поднимай парней, - бросил я команду Клеменсу, а сам подхватил винтовку и занял более удобную позицию, направив оружие в сторону отзвуков доносившейся перестрелки.
  
  
  Глава 10
  Посёлок, в котором нам повезло заночевать, насчитывал не больше полусотни одно и двухэтажных домиков, разделённых парой-тройкой небольших улочек, ползших вверх вдоль склонов невысоких гор. По одной из них мы медленно двигались в сторону периодически раздававшихся выстрелов. Теперь они звучали гораздо реже, будто кто-то экономил патроны, однако смолкать, похоже, не собирались. Утренняя хмарь и лёгкий туман, стелившийся по улочке, хорошо скрывали нас на фоне посеревших стен, однако точно так же не давали нормально просматривать обстановку. Поэтому небольшой проулок под прямым углом, уходящий в сторону от нашей дороги, я едва не пропустил.
  - Майк, Денни, там идёт параллельная улица, - я махнул рукой в сторону узенького переулка, зажатого между двумя заборами. - Пройдите по ней. При обнаружении противника доклад по рации, в бой без необходимости не вступать.
  Оба парня синхронно кивнули и, резко развернувшись, побежали по асфальтированной дорожке, на которой даже сейчас можно было разглядеть остатки схематичного изображения велосипедиста.
  Звуки выстрелов донеслись прямо из-за угла дома, находящегося в паре шагов впереди меня. Кажется, я даже увидел промелькнувшие пули, которые, выбив из штукатурки несколько кусочков камня, рикошетом ушли в пожухлый газон. Выскочивший через мгновение силуэт заставил меня дёрнуться назад, и лишь краем сознания я остановил палец, потянувший спусковой крючок. Появившееся существо точно не являлось противником.
  Чумазый ребёнок неопределённого возраста, явно не старше пяти-шести, замер в метре от меня. В его - или её? - глазах читался дикий страх и обречённость. Грязные волосы слиплись, на щеке - ссадина, платье порвано и перепачкано так, что невозможно разобрать цвет. Девочка смотрела на меня, и в этом взгляде было что-то такое, отчего у меня на мгновение перехватило дыхание. Слишком взрослые глаза для такого маленького лица. Слишком понимающие. Слишком... пустые? Нет, не пустые. Наполненные чем-то, чему я не мог подобрать названия.
  Ещё несколько пуль выбили крошку из угла дома, и послышались тяжёлые шаги, и чей-то голос проорал:
  - Стоять, сучка, всё равно поймаю!
  - Каким нужно быть уродом, чтобы палить в ребёнка? - промелькнула у меня мысль, а сам я уже сильным рывком забрасывал детёныша себе за спину. Она была лёгкой, почти невесомой, и я чувствовал, как её маленькое тело дрожит крупной дрожью.
  Выбежавший первым, тощий как жердь, но при этом как минимум на две головы выше меня мужик, тут же схлопотал в грудь короткую очередь от Мигеля и завалился на спину. Второй, выскочивший следом, не успел остановиться и, споткнувшись о труп товарища, кувырком полетел на землю, сбивая прицел Сержио. Его пуля лишь чиркнула противника по плечу, выбив фонтанчик крови. Не давая бандиту опомниться, Клеменс тут же чуть сместил ствол винтовки вниз и добил раненого вторым выстрелом.
  Всё это заняло не больше трёх секунд. А потом наступила тишина. Звенящая, оглушительная, страшная.
  - Наблюдаю армейский хамви и восемь человек, - раздался голос Денни в наушнике, - все в форме, у двоих сержантские нашивки. Трое двигаются в вашу сторону. Примерно пятьдесят шагов до перекрёстка.
  - Наблюдаю ещё двоих в машине, - тут же добавил Майк. - Снять обоих не смогу.
  Я выглянул из-за угла и так же быстро спрятался обратно, оценивая увиденную обстановку. Солдат я не увидел, да это и не удивительно: весь обзор загораживал покрытый старыми пятнами копоти бензовоз, лежащий на правом боку в нескольких метрах от перекрёстка. Хоть здесь повезло: я не видел приближающихся бойцов, но и они соответственно не видели нас. А если удача повернулась к нам лицом - то и не догадывались о судьбе своих напарников.
  Подумав о мертвецах, я посмотрел на них. Оба трупа так же были одеты в военную форму.
  - Дерьмо, какое же дерьмо, только этого нам не хватало... - прошептал я, оглядываясь назад.
  Мигель опустился на коленки, что-то тихо шепча напуганному ребёнку, осторожно придерживая его за плечо и не давая обернуться к трупам. Спина мальчика - или всё же девочки? - мелко подрагивала, и с их стороны доносились тихие всхлипы.
  - Так, парни, - сделав глубокий вдох и постаравшись, чтобы мой голос звучал уверенно, заговорил я в передатчик. - Нужно не дать им уйти или передать сообщение на базу. Майк, старый бензовоз видишь? - на всякий случай уточнил я у дозорного и, дождавшись утвердительного ответа, продолжил. - Сообщи, когда троица подойдёт к нему, потом отсчитай десять секунд и постарайся сбить антенну на машине. Затем работай по сидящим внутри, ну и по другим, по возможности. Сержио, на тебе остальные. Только не подставляйте задницы под ответный огонь - мы их на себя отвлечём.
  - Принято, - голос Майка в наушнике прозвучал глухо, словно сквозь вату.
  Я замер, считая удары пульса. Раз. Два. Три.
  Где-то далеко, со стороны развалин, донёсся странный звук - протяжный, скрежещущий, ни на что не похожий. Металл о металл? Или, может, кусок кровли, сорванный ветром?
  Я покосился на Денни. Тот сидел в засаде метрах в тридцати левее, за грудой битого кирпича, и в его руке блеснул обломок арматуры. Он перехватил мой взгляд и едва заметно усмехнулся, прикладывая палец к губам.
  Хитёр, - подумал я. - Отвлёк внимание, заставил их гадать.
  Звук стих так же внезапно, как и возник. И в наступившей тишине я услышал, как один из солдат за бензовозом негромко выругался.
  - Твою мать, - донеслось до нас. - Нервы мне тут не трепли.
  
  - Заткнись, - огрызнулся второй. - Смотри в оба.
  Они напряглись. А значит - стали чуть менее внимательными. Чуть более уязвимыми.
  Ровно то, что нам нужно.
  Тишина растянулась на вечность. Я слышал, как стучит кровь в ушах, как ветер шелестит обрывками бумаги, застрявшими в кустах, как Мигель что-то шепчет ребёнку, пытаясь его успокоить.
  А потом...
  *Вжух! *
  Звук пули, срезающей антенну, был похож на короткий свист, за которым последовал звонкий щелчок - металлический прут, лишившись крепления, рухнул на крышу хамви и скатился на землю, подпрыгнув несколько раз, словно живой.
  И в ту же секунду мир взорвался.
  Майк бил короткими, экономными очередями - три-четыре патрона, пауза, ещё очередь. Я представил, как пули разносят стёкла хамви, как двое солдат внутри пытаются укрыться, как один из них падает, схватившись за пробитое горло...
  Не думай об этом. Не сейчас.
  Из-за бензовоза выскочил первый солдат. Он даже не успел понять, откуда стреляют - Сержио встретил его короткой, хлёсткой очередью. Я видел, как тело дёрнулось, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, как руки взметнулись вверх, словно в последнем удивлении, и как оно рухнуло лицом в грязь, даже не вскрикнув.
  Второй оказался умнее. Он не выбежал, а выкатился, прячась за колесо бензовоза, и открыл беспорядочный огонь в нашу сторону. Пули взвизгнули, выбивая куски кирпича из стены дома, за которым мы прятались, и острые осколки брызнули в лицо. Я пригнулся, вжимаясь в шершавую, холодную стену, и краем глаза увидел, как Сержио дёрнулся и выругался - пуля чиркнула его по плечу, разрывая рукав куртки, и тёмное, почти чёрное пятно мгновенно расползлось по ткани.
  - Сержио! - крикнул я, и голос мой прозвучал чужим, хриплым.
  - В норме! - рявкнул он в ответ, даже не взглянув на рану. Его лицо было белым, но глаза горели. - Заходи слева, я его прижму!
  Я понял. Перекатился через груду мусора - ржавые банки, битое стекло, какие-то тряпки, - оказавшись в паре метров от угла, и выглянул. Солдат за бензовозом перезаряжал автомат, на секунду открывшись. Я вскинул FN SCAR, поймал его в прицел - мокрый от пота затылок, грязный воротник, дрожащие руки - и нажал на спуск.
  Короткая очередь. Попадание.
  Солдат дёрнулся, словно наткнувшись на невидимую стену, и затих, уткнувшись лицом в резиновое колесо. Из-под его тела медленно потекла тёмная струйка.
  
  - Третий! - заорал Денни в наушнике так, что заложило ухо. - Третий заходит справа, он обходит вас!
  Я резко развернулся, но поздно. Солдат вынырнул из-за угла соседнего дома - молодой, почти мальчишка, с перекошенным от страха лицом. Он вскинул автомат, и я увидел его глаза.
  Боже, какие у него были глаза. Широко распахнутые, с расширенными от адреналина зрачками, в них плескался такой дикий, первобытный ужас, что на мгновение я увидел в них себя. Себя, каким я был пять лет назад, когда впервые взял в руки оружие, когда впервые понял, что убивать или умирать - это единственный выбор, который оставил нам этот мир.
  Время будто замерло.
  Я понял, что не успеваю. Что его пуля будет быстрее. Что всё, что я успел сделать в этой жизни - спасти брата, выжить в аду, привести свой отряд - сейчас закончится здесь, в грязном переулке, под серым небом, за пять метров от испуганного ребёнка, которого я даже не успел узнать по имени.
  *Бах! *
  Солдат дёрнулся и осел на землю, так и не нажав на спуск. За его спиной стоял Майк, опуская дымящийся ствол. Его лицо было спокойным, почти равнодушным, и только побелевшие костяшки пальцев, сжимавших пистолет, выдавали, чего ему стоила эта секунда.
  - Живой? - выдохнул он.
  Я не успел ответить. В наушнике раздался голос Денни, срывающийся на крик:
  - Хамви горит! Один внутри был мёртв, второй... второй уходит! Он побежал вниз по улице, к выезду из посёлка!
  - Не дай ему уйти! - рявкнул я, вскакивая на ноги. - Если он доберётся до рации, нам конец!
  Денни рванул следом, и я на секунду увидел его - длинноногого, быстрого, перепрыгивающего через груды мусора, словно заправский спринтер. Мы с Майком переглянулись. Сержио уже поднимался, зажимая рукой плечо, по которому текла кровь, и морщась от боли, когда тяжёлый автомат сползал с раненого плеча, но стараясь не показывать вида.
  - Мигель, - крикнул я, - веди ребёнка, быстро! Уходим!
  Я не помню, как мы бежали. Помню только обрывки: стук собственного сердца, тяжёлое дыхание Майка за спиной, сдавленный выдох Сержио, когда автомат в очередной раз больно ударил по ране. Помню запах гари, который тянулся за нами от горящего хамви, и ещё один запах - резкий, металлический, от которого першило в горле. Запах крови.
  Денни догнал солдата через квартал. Тот отстреливался на бегу, но палил вслепую, даже не оборачиваясь, и пули уходили в небо или в стены домов. Одна пробила стену в сантиметре от головы Майка - я видел, как он дёрнулся и пригнулся, но не остановился. Вторая взвизгнула где-то над ухом, и я на секунду оглох от звона.
  - Не уйдёшь, гад! - рявкнул Денни и, остановившись, вскинул винтовку.
  Короткая очередь. Солдат споткнулся, взмахнул руками, словно пытаясь удержаться в воздухе, и рухнул лицом вниз, так и не добежав до угла, за которым начиналась дорога из посёлка.
  - Чисто, - выдохнул Денни, и в голосе его слышалась такая усталость, словно он пробежал марафон. - Он мёртв.
  Тишина навалилась внезапно, оглушительная после стрельбы. Я слышал только, как воздух со свистом врывается в лёгкие, и как где-то далеко, за горами, глухо рокочет гром. Или это мне показалось.
  - Осмотреть трупы, - приказал я, и голос мой прозвучал хрипло, чужо. - Быстро. Забрать оружие, патроны, рации. И всё, что может нам пригодиться. У нас есть минута, может, две.
  Парни разбрелись, словно тени. Я же, пошатываясь, вернулся в проулок, где Мигель всё ещё сидел на том же месте, прижимая к себе девочку.
  Он поднял на меня глаза. В них был страх. Не за себя - за неё.
  - Ты как? - спросил я, опускаясь на корточки рядом. Колени противно хрустнули, и я вдруг остро ощутил, как болят все мышцы, как ноет спина, как мокрая от пота одежда липнет к телу.
  - Я в порядке, - Мигель говорил тихо, чтобы не напугать ребёнка. - Она... она не плачет. Всё это время молчит. Смотрит и молчит.
  Я перевёл взгляд на девочку.
  Она в ответ смотрела на меня.
  
  Боже, какие у неё были глаза. Огромные, серые, с длинными, пушистыми ресницами, которые сейчас слиплись от слёз. Но в них не было того, что я ожидал увидеть. Не было ужаса, не было истерики, не было пустоты, в которую проваливаются дети, пережившие слишком много. В них было что-то другое. Что-то, отчего у меня защемило сердце.
  - Привет, - сказал я как можно мягче. Голос всё равно дрогнул. - Меня зовут Дерек. Ты в безопасности. Эти плохие люди больше не тронут тебя. Обещаю.
  Она молчала. Просто смотрела.
  - Как тебя зовут? - спросил я.
  Девочка помолчала несколько секунд. А потом открыла рот и тихо, но отчётливо произнесла:
  - Элисон.
  - Красивое имя. Элисон, нам сейчас нужно уходить. Здесь может быть опасно. Ты пойдёшь с нами?
  Она кивнула. И вдруг сунула руку в карман своего грязного платья. Вытащила маленький металлический жетон на цепочке и протянула мне.
  - Папа велел спрятать, - сказала она. Голос её дрогнул. - Сказал, что если с ним что-то случится, я должна найти хороших людей.
  Я взял жетон. Он был холодным и тяжёлым, неожиданно тяжёлым для такой маленькой вещицы. На нём был выгравирован символ: перечёркнутый меч и буквы MPRI. А снизу - номер. Похоже на пропуск или идентификатор.
  - Где твой папа, Элисон?
  Она отвела взгляд. Посмотрела в сторону развалин, откуда мы прибежали.
  - Он остался там. Он велел мне бежать, а сам... сам остался. Я слышала выстрелы.
  Я сжал челюсть.
  - Дерек! - окликнул меня Денни. Он стоял над одним из трупов - тем, который застрелил Сержио. - Глянь-ка сюда.
  Я подошёл. Денни перевернул тело. Под курткой, которую мы сначала приняли за армейскую, оказалась обычная клетчатая рубашка. На руке - татуировка: череп с крыльями и надпись 'Freedom'. На поясе - не армейский нож, а дешёвое мачете.
  - Это не военные, - тихо сказал Денни. - Это 'Свобода'. Они просто напялили форму, чтобы люди боялись и думали, что за ними стоит армия.
  - Значит, за ними никто не придёт? - спросил подошедший Майк.
  - Придёт, - я покачал головой. - Такая банда не прощает потерь. Скоро здесь будут их друзья. И они будут искать своих. Искать нас. Искать Элисон.
  Я обернулся к Мигелю и замер. Девочка смотрела на труп человека в клетчатой рубашке. Смотрела не отрываясь.
  - Элисон? - позвал я.
  Она перевела взгляд на меня. В её глазах стояли слёзы, но она не плакала.
  - Это он, - сказала она тихо. - Тот, кто убил папу. Я его запомнила. У него был нож и... и он смеялся.
  Я подошёл к ней, присел на корточки.
  - Твой папа... он был военным?
  Она помотала головой.
  - Нет. Он был учёным. Он работал там, где делали умные машины. А после войны он меня нашёл и сказал, что теперь я его дочка. Он говорил, что должен всё исправить.
  - Нам нужно найти его тело, - тихо сказал я. - Если у него были документы, записи... Это может быть важнее, чем мы думаем.
  - Дерек, - Майк положил руку мне на плечо. - У нас нет времени. Ты слышишь?
  Я прислушался. Где-то далеко, со стороны посёлка, донёсся низкий, нарастающий гул. Двигатели. Не один, несколько.
  - Они уже здесь, - выдохнул Денни.
  Я посмотрел на наших. Раненый Сержио, девочка, груда трофеев... и джип с припасами, оставленный внизу, у заправки. Если бандиты найдут машину, они поймут, что мы не могли уйти далеко пешком.
  - Майк, - сказал я. - Ты и Денни - быстро к джипу. Угоняете его подальше от дороги, прячете в кустах или в овраге, маскируете ветками. Потом догоняете нас пешком. Мы пойдём вдоль ручья, в сторону Пасадены.
  - Понял, - Майк кивнул, но в глазах его мелькнуло что-то... не то чтобы неповиновение, скорее азарт. Я знал этот взгляд. У него всегда загорались глаза, когда задача пахла риском.
  - Без геройства, - добавил я жёстко. - Спрятали - и сразу назад. Не вздумайте искать короткие пути.
  - Всё сделаем, командир, - Денни хлопнул Майка по плечу, и они исчезли за поворотом.
  Я посмотрел им вслед и почувствовал неприятный холодок под ложечкой. Зря я, наверное, отпустил их вдвоём. Слишком хорошо знал эту парочку - стоило им остаться без присмотра, и в голову лезли идеи, от которых у любого взрослого волосы встали бы дыбом.
  - Дерек, - окликнул Мигель. - Они справятся.
  - Справятся, - согласился я. - Вопрос только - как.
  Я поднял голову к небу. Серое, тяжёлое, низкое. Тучи набухали влагой, сползая с вершин в ущелье. К обеду здесь будет ливень - или, если повезёт, снег. В горах погода менялась быстро, и холодный дождь мог стать таким же врагом, как бандиты внизу.
  - Надо спешить, - сказал я. - Если начнётся, нам конец. Мокрые, без огня... не хотел бы я тут застрять.
  Мигель только кивнул, плотнее прижимая к себе Элисон. Девочка зябко поёжилась, но не открыла глаз.
  - Нам нужно найти укрытие, - сказал я. - Развести огонь, просушиться, перевязать Сержио. И понять, что делать дальше.
  - И что нам теперь делать с ней? - тихо спросил Мигель, кивая на Элисон.
  Я посмотрел на девочку. На её измученное личико, на синеву под глазами, на искусанные в кровь губы, на маленький кулачок, всё ещё сжимающий жетон с символом MPRI.
  - Сначала выживем, - ответил я. - А там видно будет. Она теперь наша.
  Элисон подняла на меня глаза.
  И в этом взгляде я увидел всё. Благодарность. Недоверие. Страх. Надежду. И что-то ещё, чему я не мог подобрать названия. Что-то древнее, что есть в каждом человеке, но что редко просыпается в детях.
  Волю к жизни.
  - Не бойся, - сказал я ей. - Я обещал, что мы не дадим тебя в обиду. Мы выполним обещание.
  Она кивнула. Просто кивнула, как взрослая, которая принимает условия сделки.
  И снова закрыла глаза.
  
  Некоторое время спустя
  Мы нашли пещеру. Неглубокую, метра три в глубину, с низким сводом, но сухую. Кто-то явно использовал её до нас, вход был частично скрыт разным мусором, аккуратно закрепленным к камням, в углу валялись пустые консервные банки, проржавевшие до дыр, груда тряпья, от которого разило плесенью, и рассохшийся ящик из-под патронов.
  Сержио вошёл внутрь последним. Сделал два шага, пошатнулся и, не добравшись до стены, начал медленно оседать. Я подхватил его под здоровое плечо, и почти таща оставшиеся полметра, осторожно прислонил спиной к камню. Он был бледен - не просто бледен, а как мел, той страшной, восковой бледностью, когда кожа становится почти прозрачной, а под глазами залегают синие тени. Губы обметало белым налётом, на лбу выступила крупная, холодная испарина.
  - Эй, - я похлопал его по щеке. - Сержио, не отключайся.
  Он мотнул головой, пытаясь сфокусировать на мне взгляд. Зрачки плыли, никак не желая собираться в фокус.
  - В норме я, - голос его прозвучал сипло, едва слышно. Губы шевелились с трудом, словно каждое слово приходилось выцарапывать изнутри. - В норме...
  - Вижу, как ты в норме, - буркнул я, опускаясь рядом на корточки. - Давай сюда руку.
  Он послушно протянул правую - левая висела плетью, и, когда я попытался её приподнять, Сержио дёрнулся и зашипел сквозь сжатые зубы так, что у меня самого свело челюсть. Сквозь пальцы, зажимавшие рану, всё ещё сочилась кровь - не хлестала, но и не останавливалась, тёмная, почти чёрная на серой ткани куртки. Пальцы мелко дрожали - то ли от боли, то ли от холода, то ли от потери крови.
  - Мигель, - крикнул я, не оборачиваясь. - Разжигай огонь. Быстро. Ему согреться надо.
  Мигель уже возился у входа, собирая сухие ветки и куски коры. Элисон сидела на камне, подобрав ноги, и смотрела на Сержио огромными глазами. Она молчала, но я видел, как её маленькие пальцы вцепились в край платья, побелели от напряжения.
  Я разорвал упаковку бинта. Руки у меня самого дрожали - то ли от холода, то ли от адреналина, который всё ещё плескался в крови. Перекись зашипела, задымилась белым, и Сержио дёрнулся, глухо застонав сквозь стиснутые зубы. Из глаз его брызнули слёзы - не от слабости, от дикой, выворачивающей боли, когда пузырьки кислорода вгрызаются в открытую рану. Он закусил губу так, что на ней выступила кровь, и зажмурился, часто и мелко дыша, как загнанный зверь.
  - Терпи, - сказал я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. - Терпи, брат. Сейчас легче станет.
  - Знаю, - выдохнул он. Голос сел окончательно, превратился в хрип. - Я знаю, Дерек. Давай.
  Я начал бинтовать. Руки делали работу на автомате, а мысли были совсем в другом месте.
  Где Майк и Денни? Полчаса прошло, они должны были уже вернуться.
  Я достал рацию.
  - Майк, приём. Докладывай.
  Тишина. Только треск помех - злой, колючий, от которого зубы сводило.
  - Майк, чёрт тебя дери, ответь.
  Снова тишина.
  Я уже собрался повторить вызов, когда динамик ожил, и из него донёсся голос Майка - сдавленный, но, слава богу, живой.
  - Дерек, - голос его прозвучал виновато, но довольно бодро. - Мы тут... есть небольшая проблема.
  У меня внутри всё оборвалось. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось где-то в горле.
  - Какая проблема? - спросил я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
  - Да не, не в том смысле. Мы целы. Оба. И джип спрятали - закатили в овраг, ветками забросали, рядом пройди не найдёшь. Но... мы тут дорогу нашли. Нормальную, не по воде. Она идёт в объезд, по склону. Если вы выберетесь из ручья и подниметесь метров на сто, упрётесь в старую лесопилку. От неё начинается грунтовка - разбитая, но проходимая. Мы можем встретить вас там.
  - Вы какого чёрта полезли в объезд? - рявкнул я. - Я приказал спрятать машину и вернуться!
  - Знаю, - голос Майка стал тише, виноватее. - Но мы когда машину прятали, заметили, что бандиты внизу остались. Они трупы собирают, орут друг на друга. Похоже, у них там свои разборки - то ли дележ добычи, то ли еще что не поделили. Короче, у нас есть время, может час, а может и больше. А по этой дороге мы срежем половину пути и выйдем прямо к Пасадене. Не придётся тащиться по горам с ребёнком и раненым. Дерек, Сержио к медикам нужно.
  Я закрыл глаза. Сжал свободной рукой переносицу, пытаясь унять бешеный стук в висках. Майк, конечно, прав. Сержио на последнем издыхании, Элисон на руках, бандиты за спиной... Дорога - это удача, от которой глупо отказываться. Но нарушение приказа...
  Я посмотрел на Сержио. Он сидел, откинув голову на камень, и тяжело дышал. Грудь ходила ходуном, на шее вздулись жилы, и с каждым выдохом из горла вырывался тихий, свистящий хрип. Бледный. Страшно бледный.
  - Дерек, - тихо сказал Мигель. Он стоял в двух шагах, держа на руках Элисон, и смотрел на меня с тем спокойным, усталым пониманием, которое появляется у людей, прошедших войну. - Они правы. Мы не в том положении, чтобы отказываться от удачи.
  Я выдохнул. Шумно, сквозь зубы, как перед прыжком в ледяную воду.
  - Майк, - сказал я в рацию. Голос мой прозвучал хрипло, устало. - Ждите нас у лесопилки. Если в течение часа не придём - уходите к базе. Свяжетесь с сержант-майором, доложите обстановку. И если вы там хоть раз высунетесь под пули...
  - Не высунемся, командир. Обещаю.
  - Врёшь, - буркнул я, но в голосе уже не было злости. Только усталость. Тысячелетняя усталость человека, который слишком часто видел, как хорошие парни умирают из-за одной дурацкой ошибки. - Ладно, мы выдвигаемся.
  Я убрал рацию и подошёл к Сержио. Присел перед ним на корточки, заглянул в глаза. Они были мутными, с трудом фокусировались, но в глубине ещё теплилась жизнь. Упрямая, злая, не желающая сдаваться жизнь.
  - Встать сможешь?
  Он попытался кивнуть, но вышло какое-то жалкое подёргивание головой. Потом он опёрся здоровой рукой о камень, попробовал подняться - и снова осел, глухо ударившись спиной.
  - Давай помогу.
  Я просунул его здоровую руку себе за шею, обхватил за пояс и медленно, осторожно поднял. Сержио повис на мне всей тяжестью - тяжёлый, горячий, пропахший кровью и потом. На секунду мне показалось, что мы оба сейчас рухнем, но я устоял, перехватил его поудобнее.
  - Мигель, - сказал я. - Иди первым. Дорогу показывай. Я его дотащу.
  Мигель кивнул и, прижимая к себе Элисон, шагнул к выходу из пещеры. Девочка обернулась, посмотрела на меня и на Сержио. В её глазах плескался такой ужас, что у меня сердце сжалось.
  - Не бойся, - сказал я ей. - Мы все дойдём.
  Она кивнула. Мелко, по-детски, но кивнула. И уткнулась лицом в плечо Мигеля.
  Мы вышли из пещеры. Небо нахмурилось ещё сильнее, тучи опустились почти к самым вершинам, и в воздухе запахло снегом - тем особенным, зябким запахом, который бывает только в горах перед первым снегопадом.
  - Пошли, - сказал я больше себе чем раненому приятелю. - Нас ждут.
  И мы пошли. Медленно, тяжело, каждый шаг давался с боем. Сержио дышал мне в ухо, хрипло и часто, и я чувствовал, как его тело вздрагивает от каждого толчка. Но он шёл. Шёл, потому что выбора не было. Потому что остановиться значило умереть.
  А где-то там, внизу, за нашими спинами, ревели двигатели бандитских машин, и с неба уже падали первые, злые и холодные капли снега с дождём.
  
  Глава 11
  Лесопилка оказалась именно тем, что я ожидал увидеть от места, заброшенного задолго до войны. Лет двадцать, не меньше - словно люди ушли отсюда ещё до того, как небо раскололось. Разваливающийся сарай с провалившейся крышей, штабеля гнилого бруса, заросшие сорняками, и ржавый остов какого-то трактора, вросший в землю по самые колёса. Ветки голых кустов царапали стены, словно пытались добраться до того, что осталось внутри.
  Майк и Денни нашлись сразу. Они сидели внутри сарая, на уцелевших каким-то чудом перевёрнутых выцветших ящиках, и при нашем появлении вскочили, как ужаленные.
  - Дерек! - Майк рванул к нам, но на полпути замер, увидев Сержио. Лицо его вытянулось, побледнело под слоем грязи, глаза расширились. - Господи... Сержио, ты как?
  Сержио поднял на него мутные глаза. Губы его шевельнулись, пытаясь что-то сказать, но из горла вырвался только сиплый, свистящий выдох. Он висел на мне, и каждый шаг давался ему с таким трудом, что я чувствовал, как дрожит его тело - мелкой, противной дрожью, от которой холодеет внутри.
  - Жив пока, - прохрипел он наконец. Голос сел окончательно, превратился в хрип. - Дерек, дай посидеть... секунду...
  Я осторожно опустил его на ближайший ящик. Сержио откинул голову, закрыл глаза. Грудь его ходила ходуном, на лбу выступила испарина - холодная, липкая, нехорошая. Губы обметало белым налётом, под глазами залегли синие тени, от которых лицо казалось почти мёртвым.
  - Кровь остановили? - Денни присел рядом, всматриваясь в повязку. Пальцы его дрожали, когда он осторожно коснулся края бинта.
  - Остановили. Но он много потерял, - я выпрямился, разминая затекшую спину. Каждый позвонок отозвался болью, словно меня переехали грузовиком. - Машина где?
  - В овраге, - ответил Майк. Он всё не мог отвести взгляд от Сержио, словно боялся, что тот рассыплется прямо на глазах. - Мы её ветками забросали, чтобы было не видно. Дорога от неё - сразу за лесопилкой, метров сто вверх по склону. Грунтовка разбитая, но проехать можно.
  - До базы сколько?
  - Если быстро - часа три. Но там завалы есть, придётся объезжать. И машина... - Майк помялся. - Она битком забита оружием с трупов и припасами, мы загрузили что смогли по максимуму, мертвым свободовцам не нужно а нам пригодится. Мы с Денни еле в кабину втиснулись. Сейчас больше, плюс ребёнок, плюс раненый... Тесно будет, жутко, но выбрасывать все жалко.
  - Да ехать надо! - вставил Денни. - Пешком мы с Сержио и девчонкой не доберёмся. А ночью и с преследователями тем более...
  Я кивнул. Он прав.
  - Втиснемся, - сказал я. - Но сначала укутать их. Мигель, у тебя есть что-нибудь тёплое?
  Мигель уже стаскивал с себя куртку. Под ней оказался старый, заношенный свитер, но это было лучше, чем ничего.
  - Элисон в него завернём, - сказал он. - А Сержио... Денни, у тебя одеяло было?
  - В машине, - кивнул Денни. - Я захватил, так и думал, что пригодится.
  - Пригодилось.
  
  Мы спустились к оврагу. Джип нашёлся там, где сказал Майк - заваленный ветками так, что и правда мимо пройдёшь, и не заметишь. Мы откинули лапник, и я окинул взглядом машину. Майк не соврал - кузов был забит мешками и ящиками так, что сесть можно было только сверху, на этот груз, вцепившись в сварной каркас
  Денни достал одеяло - старое, байковое, в клетку, пахнущее пылью, но тёплое. Мы вдвоём аккуратно укутали Сержио, стараясь не тревожить раненую руку, и разместили его по центру машины. Он даже не открыл глаз, только вздохнул облегчённо, когда тепло укрыло его тело.
  - Залезайте, - скомандовал я. - Мигель, ты с Элисон в кабину. Майк - за руль. Мы с Дэнни в кузов.
  Мигель полез в кабину, бережно передавая мне девочку. Элисон открыла глаза, мутные, сонные, посмотрела на меня и снова закрыла. Она почти ничего не весила - комочек тепла в этой холодной, жестокой ветренной ночи. Положив ее на колени Мигелю, я снял с себя куртку и накрыл её сверху, поверх свитера.
  - Спи, маленькая, - шепнул я. - Мы скоро будем дома.
  Денни и я втащили Сержио в кузов. Он застонал, когда мы укладывали его на мешки, но даже глаз не открыл - сил не осталось совсем. Мы подложили под него свёрнутые куртки, укрыли одеялом, и он сразу как-то обмяк, расслабился - то ли от тепла, то ли оттого, что перестал бороться.
  - Держись, брат, - сказал я, поправляя одеяло. - Сейчас поедем. Потерпи.
  Сержио не ответил. Только вздохнул - тихо, жалобно, и затих.
  Я залез сам, устроился рядом, вцепившись в борт. Денни примостился, с другой стороны, придерживая Сержио, чтобы его не болтало на ухабах.
  - Трогай! - крикнул я Майку.
  Двигатель зарычал, джип дёрнулся и, выбравшись из оврага, покатил по разбитой грунтовке. Нас кидало из стороны в сторону, подвеска жалобно скрипела, и каждый ухаб отдавался в теле. Сержио стонал сквозь зубы, но держался.
  Я посмотрел на небо. Тучи сгущались, ветер усиливался. К ночи здесь будет снегопад - или, если не повезёт, ледяной дождь. А нам ещё ехать и ехать. Часа три, если повезет, и дорога будет сносной. А если нет...
  - Только бы успеть, - прошептал я. - Только бы успеть...
  Я не договорил. Не хотел думать о плохом.
  Денни перехватил мой взгляд и кивнул. Понимающе, устало.
  - Дотянем, - сказал он. - Он крепкий. Дотянем.
  
  
  - Командир, там что-то есть.
  Адриана подняла руку, и отряд замер. Пять девушек, одетых в пятнистую форму, с винтовками наизготовку, застыли на горной тропе, как изваяния. Ветер трепал их волосы, бросал в лица колючую снежную крупу, но никто не шелохнулся.
  - Что именно? - спросила Адриана, не оборачиваясь. Голос её звучал ровно, но внутри всё уже кричало: опасность, опасность.
  - Следы крови, - ответила девушка из дозора, та, что шла первой. Она стояла на коленях, всматриваясь в камни. - И.... кажется, свежей.
  Адриана жестом приказала рассредоточиться - две девушки ушли вправо, две влево, перекрывая возможные пути отхода. Сама она осторожно двинулась вперёд, ступая бесшумно, как кошка.
  Кровь была на камнях. Тёмная, почти чёрная, уже слегка подсохшая, но явно свежая - кто то прошел здесь не больше часа назад. Местами она блестела, ещё влажная, и Адриана, коснувшись её пальцем, почувствовала липкую влагу.
  Совсем недавно, - подумала она. - Кто-то истекает кровью, и этот кто-то совсем рядом.
  Дальше, метрах в десяти, начиналась полоса примятой травы, словно кто-то полз, цепляясь за землю, оставляя за собой тёмный, маслянистый след.
  - Раненый, - тихо сказала Адриана. - Идём по следу. Осторожно. Всем внимание по сторонам, это может быть ловушка.
  Они нашли его через пять минут. Человек лежал в ложбинке между двух валунов, скорчившись, поджав под себя сломанную руку. Форма - военная, морская пехота, нашивки лейтенант-командора. Лицо землисто-серое, в кровоподтёках, глаза закрыты. Губы шевелились, но звука не было - только беззвучный шёпот, похожий на молитву.
  Адриана опустилась рядом на колени, прикоснулась к шее. Пульс был - слабый, нитевидный, едва уловимый, но был. Кожа под пальцами - горячая, сухая, нехорошая.
  - Живой, - сказала она. - Медсестру ко мне. Остальным - прикрытие.
  Пока одна из девушек доставала аптечку, Адриана осматривала раненого. Сломанная рука - плохо, очень плохо, если началось воспаление, мы его не вытащим. Глубокая ссадина на голове - похоже, ударился сильно, может быть сотрясение. И кожа... кожа на его лице начала шелушиться, облазить мелкими чешуйками.
  Облучение, - похолодела Адриана. - Он был в горячей зоне.
  Раненый вдруг дёрнулся, открыл мутные глаза. Зрачки его были расширены, плавали, никак не желая фокусироваться. Он посмотрел на Адриану невидящим взглядом и забормотал:
  - Завод... машины... они там... контейнер... Дербиан... Дербиан!
  Голос его сорвался на крик, он забился, пытаясь встать, и Адриана едва удержала его, прижав здоровой рукой к земле.
  - Тихо, тихо, - она говорила спокойно, но внутри у неё всё дрожало. - Ты в безопасности. Мы свои. Мы поможем.
  - Машины, - повторил он. Глаза его снова закрылись, голос упал до хриплого шёпота, в котором слышалась такая боль, что у девушек перехватило дыхание. - Они делают машины... Т-1... Дербиан погиб... я видел... он вошёл туда и...., и они его...
  Он всхлипнул - коротко, по-детски, и затих, потеряв сознание.
  - Т-1? - переспросила одна из девушек, бледнея. - Что это?
  - Не знаю, - Адриана покачала головой. Внутри у неё разрастался холод. - Но этого человека нужно доставить на базу. Быстро. Несите носилки.
  - Командир, - осторожно начала девушка. - Мы же на задании. Эмилия...
  - Эмилия поймёт, - отрезала Адриана. Голос её прозвучал жёстче, чем она хотела. - Этот человек - военный. Он говорит про какие-то машины, про завод. Это может быть важнее всего, что мы искали. Делаем носилки и уходим.
  Через десять минут лейтенант, зафиксированный ремнями на импровизированных носилках из курток и веток, уже покачивался в руках двух дюжих девушек. Адриана шла рядом, держа его за руку и то и дело проверяя пульс. Пальцы раненого были холодными, безжизненными, и каждый раз, находя эту ледяную неподвижность, Адриана чувствовала, как сердце пропускает удар.
  - Держись, - шептала она. - Держись, слышишь? Мы тебя вытащим. Только держись.
  Раненый не отвечал. Он потерял сознание и теперь только тихо стонал при каждом толчке - тоненько, жалобно, как ребёнок.
  
  Дорога оказалась хуже, чем я думал. Грунтовка, разбитая годами запустения, петляла между скал, то поднимаясь вверх, то проваливаясь вниз. Джип кидало на ухабах так, что я несколько раз прикладывался головой о борт, и в голове гудело, как в колоколе. Сержио стонал при каждом толчке, но держался - то ли спал, то ли был без сознания, я не мог разобрать.
  Денни сидел рядом, вцепившись в борт побелевшими пальцами, и молчал. Только иногда, когда особенно сильно тряхнёт, он оглядывался на Сержио и шептал что-то вроде 'ты как там, держишься?', хотя ответа не ждал.
  Небо тем временем окончательно испортилось. Ветер усилился, и в лицо полетели первые колючие снежинки - мелкие, злые, секущие кожу. Я поднял воротник, но это мало помогало. Холод пробирался под одежду, заставлял зубы стучать.
  - Денни, - крикнул я, перекрывая шум ветра. - Одеяло! Накрой Сержио с головой!
  Денни кивнул и начал возиться с одеялом, укутывая раненого. Сержио даже не пошевелился.
  Впереди было немногим лучше. Я видел, как Мигель прижимает к себе Элисон, как Майк крутит руль, вглядываясь в темноту. Девочка, наверное, спала - хорошо, что спала. Не видела этой дороги, не чувствовала этого холода.
  Первый завал мы встретили через час. Груда камней, сошедшая со склона, перегородила дорогу почти полностью. Майк выругался, вылез из кабины, подошёл к краю.
  - Объехать можно? - крикнул я.
  - Попробуем! - кивнул он в ответ.
  Джип сполз с дороги, запетлял между валунами, цепляя днищем камни и пробуксовывая колесами. Я молился, чтобы не пробить бак или не сломать подвеску. Машина стонала, скрежетала, но лезла вперед по раскисшей земле и кустарнику.
  Повезло, объехали. Минут двадцать потеряли, но объехали.
  Второй завал оказался хуже - огромный валун, упавший с вершины, расплющив несколько ржавых остовов перекрыл дорогу начисто. Пришлось разворачиваться и искать другой путь - в объезд, по старой лесовозной дороге, уже порядком заросшей кустарником. Ветки хлестали по бортам, царапали лица, но мы ползли.
  Время тянулось бесконечно. Я уже давно перестал смотреть на часы. Перестал считать километры. Только смотрел на Сержио, слушал его дыхание, проверял, жив ли. Он дышал - хрипло, тяжело, но дышал.
  Денни похоже задремал, привалившись одним боком к мешкам, а рукой вцепившись в трубу каркаса. Я его не будил. Пусть отдохнёт.
  А снег всё падал. Мелкий, колючий, противный. Он покрывал дорогу тонким слоем, скрывал ямы и ухабы, делал дорогу ещё опаснее заставляя колеса скользить в поворотах. Майк вёл машину медленно, осторожно, но джип всё равно периодически заносило, чувствовалось, что он перегружен.
  Я смотрел на небо и думал об Элисон. О том, как она сжимала жетон, о том, как смотрела на убийцу своего отца. О том, что она теперь одна в этом мире. Совсем одна.
  - Топливо заканчивается, - произнес Майк. - Должно хватить, но...
  - Дотянем, - сказал я вслух. - Дотянем. Я обещал малышке.
  
  
  База появилась из снежной мглы неожиданно - знакомый силуэт школы, заложенные кирпичом окна первого этажа, верёвки, свисающие с крыши. Я никогда не думал, что буду так рад видеть это уродливое здание. На глаза навернулись слёзы - то ли от ветра, то ли от усталости, то ли от облегчения.
  - Стоять! - раздался окрик с крыши, и лязг затвора.
  - Свои! - заорал Майк, высунувшись из кабины. - Дерек Риз, отряд возвращается! У нас раненый!
  На крыше зашевелились, потом послышался скрип лебёдки, и вниз полетела верёвочная лестница. Почти мгновенно показались люди - кто-то с носилками, кто-то с фонарями.
  Мы с Денни кое-как спустили Сержио. Его перехватили, уложили на носилки, и он даже не открыл глаз - только простонал что-то невнятное.
  - В лазарет его, быстро! - скомандовал подоспевший сержант-майор. Он стоял, опираясь на костыль, и лицо его было мрачнее тучи.
  Мигель вылез из кабины с Элисон на руках. Девочка проснулась и теперь смотрела по сторонам огромными, испуганными глазами.
  - Это база, - тихо сказал ей Мигель. - Здесь ты в безопасности. Здесь тебя никто не тронет.
  Элисон молчала. Только прижималась к нему, дрожа.
  - Мигель, - сказал я. - Отведи её внутрь. Пусть поест, поспит. Потом разберёмся.
  Он кивнул и ушёл.
  Я повернулся к сержант-майору.
  - Сэр, разрешите доложить?
  - Утром, - отрезал он. - Ты еле стоишь. Иди в казарму, отдохни. Завтра поговорим.
  - Есть, сэр.
  Я пошёл в казарму, чувствуя, как от усталости подкашиваются ноги. Каждый шаг давался с трудом, и только чудом я не упал. Машинально вытащив галету из сухпайка, я начал ее жевать.
  В коридоре было тихо. Я прошёл мимо столовой, мимо комнат, и вдруг услышал детский голос.
  - Ты кто?
  Я остановился. Заглянул в приоткрытую дверь. Мигель сидел на койке, прижимая к себе Элисон. Девочка уже не спала - смотрела широко раскрытыми глазами на сидящего напротив на корточках Кайла. Он разглядывал ее так, словно увидел привидение.
  - Я Кайл, - сказал он тихо. Голос его звучал удивлённо, но мягко. - А ты?
  - Элисон, Элисон Янг.
  Они смотрели друг на друга. Кайл - двенадцатилетний мальчишка, уже умеющий стрелять и выживать, но всё ещё ребёнок. Элисон - маленькая девочка, потерявшая отца, спасённая чужими людьми, ещё не знающая, что через тринадцать лет она станет подругой Джона Коннора, а потом погибнет от руки машины, носящей её лицо.
  Я постоял секунду, глядя на них. В горле встал ком. Потом тихо закрыл дверь.
  Пусть познакомятся. Пусть.
  
  
  Ночь прошла. Я не помнил, как добрался до койки и провалился в сон без сновидений - тяжёлый, чёрный, похожий на смерть. Разбудил меня стук в дверь и голос Мигеля:
  - Дерек, вставай. Адриана выходила на связь.
  Я сел на койке, растирая лицо ладонями. Тело ломило, словно меня всю ночь месили дубиной, но голова была удивительно ясной. За окном серело - наступало утро, хмурое, снежное утро.
  - Что передала? - спросил я, натягивая куртку.
  - Они нашли раненого военного, - Мигель говорил быстро, возбуждённо. - Часа три назад. Передали коротко: 'Обнаружили лейтенанта морской пехоты, тяжёлый, несём на базу'. И отключились. Связи больше не было.
  - Где они?
  - В горах, где-то в районе старого карьера. Сказали, что к утру должны быть здесь.
  Я вышел в коридор. База уже просыпалась - где-то гремели котлы на кухне, перекликались голоса, пахло чем-то съестным. Я прошёл мимо столовой, заглянул в комнату, где вчера оставил Элисон.
  Она спала. Маленькая, укутанная в одеяло, сжимая в руках плюшевого медведя Кайла. Рядом, на стуле, сидел мой брат - он тоже дремал, уронив голову на грудь. Я тихо прикрыл дверь.
  - Пусть спят, - шепнул Мигелю.
  Мы поднялись на крышу. Снег шёл всю ночь. Он укрыл всё вокруг - развалины, дорогу, горы на горизонте - белым, почти чистым покрывалом. Воздух был морозным, колючим, но каким-то удивительно свежим, словно вместе со снегом с неба упала вся вчерашняя грязь и кровь.
  Дежурные уже расчистили площадку, куда-то перегнали наш джип, и верёвочная лестница была спущена. Я подошёл к краю, всматриваясь в белую мглу.
  - Долго ещё? - спросил я у одного из бойцов.
  - Должны уже, - ответил он. - Если не сбились с пути.
  Я ждал.
  Минут через десять в снежной пелене показались фигуры. Сначала одна, потом ещё, потом цепочка - пять человек, медленно бредущих по сугробам. В центре - носилки, на которых темнело тело.
  - Это они, - выдохнул Мигель.
  Я уже бежал к лестнице. Адриана была бледна, губы посинели от холода, но глаза горели тем же лихорадочным огнём, что и в прошлую нашу встречу.
  - Дерек, - выдохнула она. - Помогай, еле его дотащили.
  Я посмотрел на носилки. На них лежал человек в форме морской пехоты - лицо землисто-серое, в кровоподтёках, ссадина на голове запеклась чёрной коркой. Рука его была неестественно вывернута и зафиксирована ремнями. Он дышал - тяжело, с хрипом, но дышал.
  - В лазарет его, быстро! - скомандовал я.
  Бойцы вышедшие со мной тут же подхватили носилки и понесли их к лестнице. Адриана хотела пойти следом, но я остановил её.
  - Ты как?
  - Я в порядке, - она помотала головой, стряхивая снег с волос. - Дерек, он говорил в бреду. Всю дорогу. Про какие-то машины, про завод... Т-1, Скайнет... Это не просто военный. Он что-то знает.
  - Понял, - кивнул я. -Иди внутрь, отогрейся и все расскажешь.
  Адриана ушла. А я остался стоят, глядя на носилки, которые уже затаскивали внутрь. Где-то внизу, в подвале, где жил сержант-майор, уже наверняка знали о прибытии.
  
  В лазарете уже суетились врачи. Раненого раздевали, обрабатывали раны, ставили капельницу. Он метался на койке, бормоча что-то невнятное, и я разобрал только одно слово, повторяющееся снова и снова:
  - Завод... завод... завод...
  В дверях появился сержант-майор. Он опирался на костыль, и лицо его было мрачнее тучи. Подошёл к койке, долго смотрел на раненого, потом перевёл взгляд на меня.
  - Риз. Ко мне в кабинет. Через час. И приведи ту девушку, Адриану.
  - Есть, сэр.
  Я вышел в коридор. В руке у меня была кружка с чем-то горячим - кто-то сунул, пока я стоял в лазарете. Я отхлебнул. Чай был странным - терпким, чуть горьковатым, с непонятным травяным привкусом. То ли из каких-то кореньев, то ли из листьев, которые Разведчики иногда находили в горах. Но он обжигал горло и прогонял остатки сна.
  - Бодрит, - сказал я вслух. - Чёрт знает что, но бодрит.
  В столовой было пусто. Я сел за стол, допил чай и уставился в окно на падающий снег. Через час начнётся разговор, который может изменить всё. Жетон MPRI, раненый лейтенант, рассказы о заводе...
  А где-то в комнате, укрытая одеялом, спала маленькая девочка с плюшевым медведем. И ей снилось, наверное, что папа жив.
  
  Глава 12: 'Совет'
  Кабинет сержант-майора находился в подвале школы - единственном месте, где можно было чувствовать себя в относительной безопасности. Стены здесь были сложены из огромных бетонных блоков, удерживающих все здание, потолок подпирали массивные балки, а единственная дверь представляла собой лист корабельной стали, сваренный в два слоя.
  Я спускался по лестнице, и с каждым шагом нарастало странное чувство - смесь усталости, тревоги и предвкушения. Слишком много всего произошло за последние сутки. Слишком много информации обрушилось на нас за одно утро.
  Адриана ждала у двери. Она уже успела переодеться в сухое, но ее роскошные волосы всё ещё были влажными, однако не смотря на бессонную ночь и усталость глаза девушки смотрели ясно и твёрдо.
  - Заходим? - спросила она.
  - Заходим.
  Я толкнул дверь. Внутри было накурено - сержант-майор не изменял своей привычке дымить как паровоз, несмотря на больные лёгкие. Сам он сидел в своём потёртом кожаном кресле, положив руки на стол, покрытый стеклом. Рядом стоял Мигель с какой-то бумажкой в руках, а в углу, прислонившись к стене, замерла Эмилия.
  Я видел её всего несколько раз - главу отряда 'амазонок' редко можно было застать в общих помещениях. Высокая, подтянутая латинос, с короткой стрижкой и холодными серыми глазами. Она кивнула нам, но ничего не сказала.
  - Садитесь, - сержант-майор указал на два пустых стула.
  - Докладывай, Риз, - сказал он. - С самого начала.
  Я рассказал всё. Про миссию, про джип, про перестрелку, про бандитов 'Свободы', про девочку, про жетон. Когда я достал из кармана металлический кружок и положил на стол, Эмилия подалась вперёд.
  - MPRI, - сказала она тихо. - Я уже видела этот символ.
  - Что ты знаешь? - спросил сержант-майор.
  - Это частная военная компания, я..., хм... мои приятели иногда работали на них. До войны они часто нанимали бывших военных и силовиков для охраны объектов, сопровождения грузов..., иногда они вели дела с крупными бандами, если нужно было выполнить грязную работу - она помолчала. - Еще я слышала, что перед войной их привлекали для работы над секретными проектами правительства. Если отец этой девочки работал на них или был как-то связан...
  - То его могли убрать, - закончил сержант-майор. - Или попытаться забрать силой. А девочка - девочка случайный ненужный свидетель...
  - Но её спасли, - вставила Адриана.
  - Спасли, - кивнул сержант-майор. - И теперь она здесь. Вопрос - что нам с этим делать?
  Он перевёл взгляд на Мигеля.
  - А теперь ты. Что с лейтенантом?
  Мигель развернул бумажку.
  - Я поговорил с врачами. Состояние тяжёлое, но стабильное. Рука сломана в двух местах, началось воспаление, сотрясение мозга, облучение средней степени. Если повезет и не начнётся заражение - выживет. Но доктора пока не дают прогноза. Антибиотиков мало, нужно отправлять команду в рейд..., Доктор говорит, что он может прийти в себя в любой момент, а может придёт не раньше чем через сутки. Организм лейтенанта сильно истощен.
  - А что он говорил в бреду? - спросила Эмилия.
  - Завод, - ответила Адриана. - Т-1. Он повторял это всю дорогу. И ещё имя - Дербиан. Видимо, его напарник.
  - Т-1, - сержант-майор потёр переносицу. - Если это то, о чем я думаю... то это плохо, первые боевые автономные машины. Лёгкие, быстрые, проходимые, с пулемётами. До войны они были только в прототипах.
  - А теперь их делают на заводе, - сказал я. - Где-то здесь, рядом.
  Тишина повисла в кабинете.
  - Мигель, - сержант-майор повернулся к связисту. - Радиостанция готова?
  - Готова, сэр. Могу начать сканирование хоть сейчас.
  - Начинай. Мне нужно знать, откуда идёт сигнал этого Коннора.
  Мигель вышел. Мы остались вчетвером.
  - Что будем делать с девочкой? - спросила Адриана.
  - Пока пусть поживёт у нас, - ответил сержант-майор. - Место найдём. Кайл вон уже взял шефство - я видел, как он ей медведя своего тащил. - Он усмехнулся, но усмешка вышла грустной. - Может, хоть у неё будет детство. Пусть короткое.
  Эмилия молча кивнула.
  - А что с жетоном? - спросил я.
  - Оставь у меня, - сержант-майор спрятал металлический кружок в ящик стола. - Позже разберёмся. Когда лейтенант очнётся - может, он знает что-то.
  - Сэр, - я помялся. - Банда 'Свобода' не ушла. Они рыщут в районе посёлка. Если найдут следы...
  - Знаю, - перебил он. - Выставим дополнительные посты. Усилим патрули. Если сунутся - встретим. - Он посмотрел на меня. - Ты и твои люди заслужили отдых. Сутки у вас есть - никуда не высовываетесь. Это приказ.
  - Есть, сэр.... Но...
  Дверь распахнулась так резко, что все вздрогнули. На пороге стоял запыхавшийся боец в белой повязке дежурного по лазарету.
  - Сэр! - выдохнул он, обращаясь к сержант-майору. - Тот раненый... лейтенант... он очнулся! Врач сказал, можно поговорить, но очень недолго.
  Сержант-майор медленно поднялся, опираясь на костыль.
  - Риз, Эмилия - со мной. Остальные ждите.
  
  Лазарет встретил нас запахом - резким и едким, пахло нашатырём, корвалолом и формалином въевшимся в каждую щель. Смесь антисептика, йода, крови и чего-то ещё, сладковатого, от чего у меня свело желудок. Таким пахнет смерть, когда она приближается раньше положенного.
  За ширмой горела тусклая лампа, отбрасывая на стены дрожащие тени. Я обогнул её и увидел лейтенанта.
  Он был страшен. Лицо землисто-серое, осунувшееся, с провалившимися щеками и заострившимся носом. Глаза - мутные, с красными прожилками, но уже открытые - смотрели куда-то в потолок, не мигая. Губы шевелились, но звука не было.
  Рядом суетился врач - тот самый пожилой мужчина в очках с треснувшей линзой. Он промокал лоб раненого влажной тряпкой и что-то бормотал себе под нос.
  - Он очнулся минут пять назад, - негромко сказал он, заметив нас. - Пока в сознании, но... - доктор замялся. - Сам не свой. Бредит. Или вспоминает. Я не могу разобрать.
  Сержант-майор шагнул ближе, тяжело опираясь на костыль.
  - Лейтенант, лейтенант, вы понимаете меня? - позвал он. Голос его прозвучал неожиданно мягко. - Вы меня слышите?
  Веки раненого дрогнули. Он с трудом перевёл взгляд с потолка на говорившего. В глазах его плескалось что-то странное - смесь боли, страха и... облегчения?
  - Вы... кто? - прошептал он. Голос лейтенанта был сдавленным, сиплым, практически превратился в хрип.
  - Командир этой базы. Вы в безопасности.
  - Безопасности нет, - лейтенант дёрнул уголком рта - то ли усмешка, то ли судорога. - Нигде нет.
  Он замолчал, собираясь с силами. Я видел, как на лбу его выступила испарина, как вздулись жилы на шее.
  - Дербиан, - выдохнул он вдруг, и в этом имени было столько боли, что у меня сердце сжалось. - Где Дербиан?
  Мы переглянулись. Эмилия шагнула вперёд.
  - С кем вы были? - спросила она тихо, но твёрдо. - Что случилось?
  Лейтенант посмотрел на неё. Долго, словно пытаясь понять, можно ли верить.
  - Мы... летели, - начал он, останавливаясь после каждого слова. - Груз... особый. Вертолёт...я не знаю, что случилось.... был какой-то звук и вертолет упал.
  - Какой у вас был груз? - спросил сержант-майор.
  - Машина. - Глаза лейтенанта расширились, в них мелькнул ужас. - Одна из них. Т-1. Мы подбили её на базе... везли... ему.
  - Кому? - я подался вперёд.
  - Коннору. - Он сказал это имя так, словно оно должно было объяснить всё. - Джону Коннору. Он знает. Он говорил... предупреждал...
  Тишина. Только шипение лампы и далёкий стук снега в окно.
  - Вы были на связи с Коннором? - уточнил сержант-майор.
  Лейтенант слабо кивнул.
  - Он... с нами. Не здесь. Далеко. Но мы знали... он сказал, если найдём образец... везти ему. Он сможет... понять. Найти способ.
  - Способ чего? - спросила Эмилия.
  Лейтенант посмотрел на неё. В глазах его мелькнуло что-то странное - то ли жалость, то ли обречённость.
  - Способ выжить.
  Он прикрыл глаза и замолчал, надолго. Я уже решил, что он потерял сознание, но вдруг лейтенант заговорил снова, и голос его стал другим - тише, словно он говорил сам с собой, пытаясь убедить что все он помнит происходило на самом деле.
  - Я видел завод. Там... они делают их. Много. Длинный конвейер течет как река из металла, и они... растут. Как живые. Только железные. Дербиан пошёл туда... я кричал ему... а он не слышал. Или слышал, но... не мог остановиться.
  По щеке лейтенанта побежала слеза. Одна-единственная.
  - Потом стрельба. Это был вулкан. Я всё слышал. А потом... тишина. И я пополз, потом поднялся и побежал. Побежал изо всех оставшихся сил. Потому что..., потому что надо было рассказать хоть кому-то.
  - Рассказать что? - спросил я.
  Он посмотрел на меня - и в этом взгляде было столько боли, что я невольно отшатнулся.
  - Что мы проиграли. Что они уже здесь. И что Коннор... он единственный, кто знает, что делать. Но он далеко. А завод... завод близко.
  - Где завод? - спросила Эмилия.
  Лейтенант покачал головой.
  - Не знаю. В горах. Я шёл... долго, потом полз. Думал, что умру. А потом... - он посмотрел на меня, и в глазах его мелькнуло что-то похожее на удивление. - Потом вы.
  Он снова замолчал. Его веки тяжело опустились, дыхание стало ровнее.
  - Всё, - вмешался врач. - Ему нужно отдыхать. Иначе я не отвечаю за последствия.
  Мы вышли в коридор. Я прислонился к стене - ноги вдруг стали ватными.
  - Он знает, где Коннор, - тихо сказала Эмилия. - Или знал.
  - Знал, - кивнул сержант-майор. - Но сейчас это неважно. Важно, что он подтвердил: Коннор реален. И военные с ним работают.
  - А завод? - спросил я.
  Сержант-майор посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом.
  - Завод подождёт. Сначала - Коннор. Если он действительно знает, что происходит и как с этим бороться, нам нужно к нему.
  - А если не успеем?
  - Тогда, Риз, мы все умрём. Но сначала попытаемся.
  Он повернулся и, опираясь на костыль, медленно пошёл по коридору. Я смотрел ему вслед и думал о том, что сказал лейтенант.
  Они уже здесь.
  
  Глава 13: 'Дорога'
  Я проснулся от того, что кто-то тряс меня за плечо. В лицо светила тусклая лампа, и я не успев открыть глаза сразу зажмурился, пытаясь понять, где я и который час.
  - Дерек, вставай, - голос Мигеля звучал взволнованно. - Лейтенант... ему хуже. Врач сказал, если хочешь с ним поговорить - иди сейчас. Он просил тебя. Лично.
  Я сел на койке, растирая лицо. Тело ломило после вчерашнего, но сон ушёл мгновенно.
  - Меня? Почему меня?
  - Не знаю. Но он назвал твоё имя. Сказал: 'Позовите Риза'.
  Странное чувство кольнуло где-то под ложечкой. Я вскочил и, на ходу натягивая куртку, побежал в лазарет.
  Там было тихо. Тусклая лампа горела за ширмой, отбрасывая длинные тени. Врач сидел у койки, держа лейтенанта за руку и считая пульс. Лицо его было мрачным.
  - Ему хуже, антибиотики не помогают, сердце слабеет, - сказал он, не оборачиваясь. - боюсь он долго не протянет. Несколько часов, может сутки, не больше.
  Я подошёл ближе. Лейтенант лежал, закрыв глаза, и дышал тяжело, с хрипом. Лицо его стало ещё более землистым, губы потрескались, под глазами залегли чёрные тени.
  - Лейтенант, - позвал я тихо.
  Веки его дрогнули. Он с трудом открыл глаза и посмотрел на меня. Взгляд его был мутным, но осмысленным.
  - Риз, - прошептал он. - Это ты? Хорошо.
  - Я здесь. Зачем я тебе?
  Он попытался приподняться, но сил не хватило. Я придержал его за плечо.
  - Слушай, - выдохнул он. - Времени мало. Я...., я должен тебе сказать. Коннор... он знает про тебя.
  Я замер.
  - Что значит 'знает'?
  - Он говорил... когда мы связывались... он сказал, что если встречу кого-то с фамилией Риз..., то нужно ему сказать. Сказал, что это важно. Что ты ему нужен. - Лейтенант сглотнул, и я увидел, как боль исказила его лицо. - Я не знаю, что он имел в виду. Но когда твои люди сказали, как тебя зовут..., я понял. Это не случайно.
  У меня в голове не укладывалось. Джон Коннор знает мое имя? Почему? Мы никогда не встречались, и я никогда не слышали о нём до недавнего времени.
  - У меня есть карта, - продолжал лейтенант. - Координаты. Частота. Он ждёт. Ты должен идти к нему.
  - Где карта?
  - В куртке. Внутренний карман, он потайной, в рукаве. - Он сглотнул, и я увидел, как боль исказила его лицо. - Забери. Там всё.
  Я кивнул Мигелю, который стоял в дверях. Тот понял и выскользнул наружу.
  - Лейтенант, - я снова повернулся к Картеру. - А завод? Где завод?
  Он покачал головой.
  - Не знаю точно. Горы... к востоку от места крушения. Часа три ходу точно не знаю, Дербиан тащил меня сколько мог и только у завода сделал укол адреналина. Я видел его, когда мы шли с Дербианом. Огромный, из серого бетона. Там... там дым идёт, и гудит всё. Как живое.
  Он закашлялся - страшно, надрывно, и на губах выступила кровь.
  - Т-1, - прошептал он. - Они делают их сотнями. Конвейер работает без остановки день и ночь. Если Коннор не успеет... если мы не успеем...
  - Успеем, - сказал я, хотя сам не был уверен.
  Вернулся Мигель. В руках у него была куртка лейтенанта - грязная, прожжённая в нескольких местах, с чёрными пятнами засохшей крови на рукаве. Он протянул мне карту - сложенный вчетверо лист, испещрённый пометками, координатами и частотами, выведенными дрожащей рукой.
  - Это она?
  Лейтенант кивнул. Глаза его закрывались.
  - Передай ему... - голос его стал совсем тихим. - Передай Коннору... что мы сделали всё, что могли. Дербиан... он хороший был парень. Скажи ему... скажи, что мы не зря.
  - Скажу, - пообещал я. - Обязательно скажу.
  Лейтенант улыбнулся - слабо, едва заметно, но в этой улыбке было столько тепла, что у меня защипало в глазах.
  - Спасибо, - прошептал он. - За всё.
  Глаза его закрылись. Дыхание стало реже, потом остановилось совсем - тихо, без всхлипа, без стона. Просто перестало быть.
  Врач отпустил его руку и перекрестился.
  - Всё, - сказал он тихо. - Отмучился.
  Мы стояли молча. Я смотрел на этого человека, которого знал всего сутки, и чувствовал странную пустоту внутри. Ещё один. Ещё один, кто не дожил.
  - Мигель, - сказал я, пряча карту во внутренний карман куртки. - Идём в радиоузел. Нужно проверить координаты. И позови сержант-майора.
  
  В радиоузле было тесно. Мигель колдовал над аппаратурой, сверяя надписи на карте лейтенанта с частотами, которые он фиксировал последние дни. Я сидел рядом и ждал, глядя, как танцуют стрелки приборов. Сержант-майор пришёл через несколько минут, опираясь на костыль, и опустился на единственный свободный стул.
  - Что у вас? - спросил он.
  - Лейтенант передал карту с координатами места встречи с Коннором и частотой для связи с ним, - ответил я. - Мигель сейчас проверяет.
  - Сигнал должен быть через... - Мигель взглянул на часы. - Минут пятнадцать. Если Коннор не сменил расписание.
  - А если сменил?
  - Тогда будем ждать следующий сеанс. Но у нас есть частота, которую записал Картер. Должны поймать.
  Мы ждали. Тишина давила на уши, только лампы радиостанции гудели едва слышно, да где-то в стене скреблись мыши.
  Ровно через пятнадцать минут динамик ожил.
  - ...говорю с теми, кто ещё жив, - голос Джона Коннора звучал спокойно, но в нём чувствовалась усталость человека, который повторяет это уже в сотый раз. - Меня зовут Джон Коннор. Если вы меня слышите - вы не одни. Наш враг - не просто машины. Это система. Она называется 'Скайнет'. Она разумна. Она учится на наших ошибках. И она хочет уничтожить человечество...
  Мигель крутил ручки настройки, сверяясь с картой. Через минуту он поднял глаза и кивнул.
  - Координаты совпадают, - сказал он, когда передача закончилась. - Он там, куда указывает карта. Примерно двести километров к северо-востоку.
  Сержант-майор посмотрел на меня.
  - Риз, ты понимаешь, что это значит? Коннор реален. Военные с ним работают. И он ждёт.
  - Понимаю, сэр.
  - Сколько идти?
  - Пешком - дней пять шесть, если повезёт. Может, неделю.
  - А на джипе?
  - Дорог там нет. Разведчики ходили в том направлении. Горы, лес. Даже жилья почти не попадается. Только пешком.
  Сержант-майор потёр переносицу.
  - Значит, пойдёте пешком. Состав?
  - Я, Мигель, Майк, Денни. И.... - я замялся. - Адриана просилась. Она хорошо знает горы.
  - Эмилия тоже хочет идти, - вставил Мигель. - Она говорит, что, если завод рядом, ей нужно самой посмотреть.
  Сержант-майор покачал головой.
  - Много вас. Но... ладно. Расширим задачу. Чем больше людей, тем больше шансов, что кто-то точно дойдёт. - Он помолчал. - А что с Сержио?
  - Врач сказал, минимум две недели, - ответил я. - Потерял много крови, рана воспалилась. Он не боец сейчас.
  - Жаль. Хороший парень. - Сержант-майор вздохнул. - Ладно, готовьтесь. Выступаете завтра на рассвете. Сегодня отдыхайте, собирайте снаряжение. И... Риз, поговори с Эмилией. Пусть она тоже готовит своих. Пойдёте вместе, до развилки, а там разделитесь.
  - Есть, сэр.
  
  День пролетел в хлопотах. Мы проверяли оружие, чистили стволы, снаряжали магазины. Мигель возился с рацией, упаковывая запасные батарейки и антенны. Майк и Денни перебирали припасы - сухой паёк, тёплые вещи, тент, аптечку.
  Я зашёл в лазарет проведать Сержио. Он лежал с закрытыми глазами, бледный, осунувшийся, но при моём появлении открыл глаза и слабо улыбнулся.
  - Дерек, - прошептал он. - Ты уходишь?
  - Завтра утром. Ты как?
  - Хреново. Но врач сказал, жить буду. - Он помолчал. - Только какое-то время здесь проваляюсь. Говорят, вы к Коннору идёте?
  - Да.
  - Повезло вам. - Он попытался усмехнуться, но вышла гримаса боли.
  Я пожал его здоровую руку и вышел.
  Потом был разговор с Эмилией. Мы разложили карту на столе в пустой классной комнате, и она долго вглядывалась в отметки.
  - Завод где-то здесь, - она ткнула пальцем в точку восточнее нашего маршрута. - Если верить словам лейтенанта, часа три от места крушения. Мы выйдем к развилке, потом я поведу своих туда.
  - Осторожнее. Там могут быть банды.
  - Знаю. Но если мы узнаем, что там, это поможет Коннору. И всем нам.
  - Согласен. Держите связь. Если что - вызывайте.
  - Вы тоже.
  
  Вечером я зашёл к Элисон. Она сидела на койке, обняв медведя, и слушала, как Кайл читает ей книжку - старую, потрёпанную, с картинками.
  - Дерек! - обрадовался Кайл. - Ты завтра уходишь?
  - Да. Присмотришь за ней?
  - Конечно. - Он посмотрел на девочку. - Она теперь моя подруга. Я её в обиду не дам.
  Элисон подняла на меня глаза.
  - Ты вернёшься? - спросила она тихо.
  - Вернусь, - сказал я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. - Обещаю.
  Она кивнула и снова уткнулась в медведя.
  Я вышел. В коридоре было тихо, только где-то в столовой гремели посудой. Скоро ужин, потом - последняя ночь перед выходом.
  
  Я не мог уснуть. В казарме было тихо, только где-то в углу похрапывал Денни, да Майк бормотал что-то во сне. Я лежал на спине, смотрел в потолок и слушал, как за стеной шумит ветер. Снегопад прекратился, но мороз усилился - даже сквозь стены чувствовалось, как холодает.
  Завтра на рассвете мы уходим. К Коннору. Через горы, через леса, через неизвестность. Я думал о карте лейтенанта, о его словах про мое имя, о том, что Коннор знает? Почему? Что это значит?
  - Не спится? - Тихий шёпот Адрианы заставил меня вздрогнуть. Я повернул голову - она стояла в дверях, закутанная в армейское одеяло, и смотрела на меня.
  - Тебе тоже? - спросил я.
  - Тоже.
  Она подошла и села на край моей койки. В темноте я видел только очертания её лица, блеск глаз, тень волос, падающих на плечи. От неё пахло чем-то тёплым, домашним - забытым запахом, от которого у меня сжалось сердце.
  - Боишься? - спросила она тихо.
  - Не знаю. - Я помолчал, подбирая слова. - Скорее, не могу поверить, что это происходит. Коннор, завод, машины... Ещё неделю назад мы просто искали аккумуляторы. А теперь...
  - А теперь спасаем мир.
  Я усмехнулся.
  - Спасаем мир. Звучит глупо, когда тебе восемнадцать.
  - Глупо, - согласилась она. - Но другого у нас нет.
  Она помолчала, потом вдруг положила голову мне на плечо. Я почувствовал тепло её тела, запах волос - какой-то травяной, чистый, не похожий на всё, что меня окружало последние годы. Казалось, сам воздух вокруг нас стал другим - мягче, теплее.
  - Дерек, - сказала она чуть слышно. - Я рада, что ты есть.
  Я не ответил. Просто обнял её одной рукой, прижимая к себе, и чувствовал, как бьётся её сердце - ровно, спокойно, уверенно.
  Мы сидели так долго. Ветер выл за стеной, где-то далеко выла собака - или мне показалось. А потом Адриана подняла голову и посмотрела мне в глаза. В темноте они казались огромными, чёрными, как ночное небо.
  - Я не хочу уходить, - прошептала она. - Хочу, чтобы ты сегодня был со мной.
  Я не стал спрашивать, что она имеет в виду. Я просто поцеловал её.
  Это было странно - впервые за столько лет я чувствовал не страх, не боль, не усталость. А что-то другое, тёплое, живое, настоящее. Её губы были мягкими и холодными от ночного воздуха, а руки - сильными, но такими нежными, что у меня перехватывало дыхание.
  Мы не говорили больше. В темноте казармы, под храп спящих товарищей, мы просто были вместе. Коротко, жадно, словно завтра могло не наступить. А потом она уснула у меня на плече, и я смотрел, как мерно вздымается её грудь, как тени от ресниц ложатся на щёки, и думал о том, что завтра мы уходим.
  И что я сделаю всё, чтобы она вернулась.
  
  - Подъём!
  Голос сержант-майора прозвучал как гром среди ясного неба. Я открыл глаза - Адрианы рядом не было. Только тепло на том месте, где она лежала, и слабый запах её волос на подушке, говорил, что мне все это не привиделось.
  Я вскочил, натянул куртку и выбежал во двор.
  Они уже стояли там - Адриана, Мигель, Майк, Денни. И Эмилия с тремя девушками из своего отряда. На снегу темнели рюкзаки, оружие, скатанные тенты - всё готовое к долгому пути.
  - Что происходит? - спросил я, подходя.
  - План немного меняется, - сказала Эмилия. - Мы идём с вами. Но только до развилки.
  - Почему до развилки?
  Она развернула карту и ткнула пальцем. На пожелтевшей бумаге, исчерченной пометками, чётко выделялась точка - место, где горная тропа раздваивалась.
  - Вот здесь. Ваш путь к Коннору уходит на северо-восток. А наш - к заводу, примерно в том же направлении, но сильно южнее. Нам по пути где-то часа три-четыре. По горам - может, все пять.
  Я посмотрел на сержант-майора. Он стоял чуть поодаль, опираясь на костыль, и курил, пуская дым в морозное небо.
  - Это её решение, - сказал он. - И я его одобрил. Идут два отряда, твой и Эмилии. Задача прежняя, Найти Коннора и разведать завод, вот только пойдете вы порознь. Страхуя задачи друг друга но в разном порядке. Если с одной группой что-то случится, вторая донесёт информацию.
  Я кивнул. В этом был смысл.
  - Тогда выступаем. Майк, Денни - вы в дозоре. Майк головной, Денни замыкающий. Мигель - со мной в центре, будешь сверяться с картой. Эмилия, распредели своих чтобы прикрывали фланги.
  - Принято, - коротко ответила она, принимая мое командование и жестом подозвала своих девушек.
  Через пять минут мы выдвинулись за ворота.
  
  Солнце, вынырнув из-за низких облаков на несколько секунд успело по золотить верхушки гор, и снова скрылось в плену нависающего неба. Серый снег скрипел под ногами - сухой, колючий, рассыпавшийся в пыль при каждом шаге. Воздух был морозным, но чистым - дышалось на удивление легко, несмотря на высокий темп передвижения.
  Майк ушёл вперёд метров на пятьдесят, держась чуть выше по склону, откуда открывался хороший обзор. Денни замыкал группу, то и дело оглядываясь и проверяя, не идёт ли кто следом.
  
  Первый час пути дался легко - тропа была относительно ровной, снег неглубоким. Мы шли молча, экономя силы, и только иногда перебрасывались короткими фразами. Мигель сверялся с картой и компасом, то и дело сверяя направление. Майк время от времени подавал сигналы - короткий свист означал 'путь чист', двойной - 'внимание, опасность'.
  Адриана шла рядом. Когда никто не смотрел, она взяла меня за руку - коротко, на секунду, и отпустила.
  - Не отставай, - шепнула она.
  - Не отстану.
  
  Подьем становились всё круче, снег - глубже. Несколько раз приходилось обходить завалы и заснеженные овраги. В одном месте тропу перегородил свежий оползень - камни и замёрзшая грязь громоздились выше человеческого роста.
  - Обход есть? - спросил я Мигеля.
  - По карте - да. Метров двести влево, там была старая дорога. Если не завалена.
  - Майк! - крикнул я. - Проверь левую сторону!
  Майк кивнул и скрылся за деревьями. Через пять минут мы услышали двойной свист - опасность.
  Все замерли. Я жестом приказал рассредоточиться и пригнуться.
  Майк появился из-за деревьев - крадучись, с винтовкой наизготовку.
  - Там следы, - сказал он тихо. - Свежие. Человек пять-шесть прошли сегодня утром уже после снегопада. Идут в ту же сторону.
  - Бандиты? - спросила Эмилия.
  - Не знаю. Но явно не наши.
  Мы переглянулись. Кто-то ходит в окрестностях нашей базы и это явно чужой. Все, с кем мы поддерживали связь и торговали знали, что без предупреждения соваться на нашу территорию не стоит, и заранее согласовывали визиты по рации. Это либо чьи-то разведчики, либо бандиты, которые просто искали добычу.
  - Идём дальше, - решил я. - Но тихо. Майк, ты видишь их?
  - Нет. Ушли вперёд.
  - Значит, будем осторожны. Денни, усиль наблюдение за тылом. Если кто-то появится сзади - сразу сигнал.
  - Мигель, передай на базу, что мы обнаружил следы, пусть будут внимательнее, - скомандовал я.
  Мы двинулись дальше, но теперь темп стал медленнее, а тишина - напряжённее. Каждый куст, каждый камень казались подозрительными. Ветер доносил только шум деревьев и далёкий крик птиц - больше ничего.
  К полудню мы вышли на развилку. Это было небольшое плато, откуда открывался вид на долину, уходящую на юго-восток, и на горный перевал, ведущий на северо-восток. Внизу, в долине, темнел лес, а дальше, у горизонта, угадывались очертания каких-то построек - то ли руины, то ли постройки. Серая дымка не давала разглядеть их, сливаясь с облаками.
  - Нам туда, - Эмилия махнула рукой в сторону долины. - Если верить словам лейтенанта, завод где-то там.
  - А нам туда, - я показал на перевал. - К Коннору.
  Мы остановились. Наступила та неловкая минута, когда надо прощаться, но никто не знает, что сказать.
  - Дальше пойдём сами, - сказала Эмилия. - Рация на связи. Если что - вызывайте.
  - Вы тоже, - кивнул я.
  Адриана шагнула ко мне. Мы стояли друг напротив друга, и я видел, как в её глазах борется желание остаться и чувство долга.
  - Береги себя, - сказала она.
  - Ты тоже.
  Она обняла меня - крепко, по-настоящему, так что я даже сквозь одежду почувствовал, как бьётся её сердце. Запах её волос, тепло тела - всё это врезалось в память, словно я хотел запомнить этот момент навсегда.
  - Вернись, - шепнула она.
  - Вернусь, - кивнул я.
  Она отстранилась, улыбнулась - грустно, но твёрдо - и пошла к Эмилии. Девушки быстро построились и через минуту уже спускались в долину, исчезая среди деревьев. С серого неба снова пошел снег, сначала большими легкими хлопьями, но с каждой секундой набирая силу.
  - Красивая, - сказал Майк, подходя ко мне. - Береги её.
  - Буду.
  Мы смотрели, фигуры амазонок скрываются за снежной пеленой, пока последняя из них не растаяла в белой мгле.
  - Идём, - сказал я. - Нас ждёт Коннор.
  
  К вечеру мы прошли перевал и спустились в лес. Здесь снега было меньше, но идти стало труднее - корни, камни, валежник. Мигель то и дело сверялся с картой и компасом, но пока мы не сбились.
  - Следы бандитов исчезли, - доложил Майк, возвращаясь из дозора. - Но их точно не засыпало. Похоже, в какой-то момент они ушли в другую сторону.
  - Хорошо. Значит, сегодня мы в безопасности.
  - Дерек, - позвал Мигель. - Нужно искать место для ночлега. Темнеет быстро, а в темноте мы тут ноги переломаем. И холодно будет - без укрытия замёрзнем.
  - Согласен. Майк, Денни - ищите место.
  Мы двинулись дальше, внимательно оглядывая склоны. Через полчаса Денни подал сигнал.
  Он стоял у огромного поваленного дерева - старого кедра, вывороченного с корнем, скорее всего, ещё прошлогодним ураганом. Корни торчали вверх, образуя естественный навес, а ствол создавал стену, защищающую от ветра. Место было почти идеальным - с трёх сторон прикрыто, с четвёртой - обзор на тропу.
  - Отлично, - сказал я. - Мигель, давай тент.
  Мигель скинул рюкзак и вытащил свёрнутый брезент - старый, видавший виды, но ещё крепкий, с петлями по краям для крепления. Мы вчетвером быстро натянули его между корнями и стволом, закрепив камнями и ветками. Получилось нечто вроде шалаша - низкого, но просторного, куда могли залезть все четверо, чтобы переждать ночь.
  Денни тем временем собрал ветки и развёл небольшой костёр у входа, выложив его камнями, чтобы огонь не было видно издалека. Пламя весело затрещало, отбрасывая тени на брезент и согревая воздух внутри укрытия. Дым поднимался вверх, рассеиваясь в ветвях, и скоро в шалаше стало почти тепло.
  - Перекусим и спать, - сказал я. - Завтра рано вставать. Майк, ты первый на дежурство. Через два часа разбудишь Денни, потом я.
  - Понял.
  Мы сидели у костра, грея руки и жуя сухой паёк - жёсткие галеты, кусок вяленого мяса, глоток воды из фляги. Огонь танцевал, потрескивая, и от него шло такое живительное тепло, что я чувствовал, как усталость потихоньку отпускает мышцы. Снег за стенами шалаша всё падал, но внутри было сухо и уютно.
  Мигель возился с рацией, пытаясь поймать сигнал, но эфир был пуст - только шипение и треск помех.
  - Коннор должен выйти через час, - сказал он. - Если успеем, может, подтвердим направление.
  - Успеем. У нас ещё есть время.
  Я смотрел на огонь и думал об Адриане. Где она сейчас? Разбила ли лагерь? Не попала ли в беду? Мысль о том, что она там, в темноте, одна со своим отрядом, не давала покоя, но я знал - она сильная. Она справится.
  - Дерек, - тихо спросил Майк. - А что мы скажем Коннору, когда найдём его?
  - Правду. Что мы хотим жить. И что готовы бороться.
  - Думаешь, он примет нас?
  - Не знаю. - Я пожал плечами. - Но попытаться стоит. Лейтенант верил в него. Военные верили. Может и мы поверим
  - А если он окажется психом?
  - Тогда мы хотя бы попытались. А это уже больше, чем те, кто даже не пробует.
  Майк усмехнулся.
  - Да ты философ.
  - Жизнь заставляет.
  Мы замолчали. Где-то вдалеке завыл ветер, и снегопад резко усилился, превращая снежинки в мелкие колючие иглы. Он сыпался сквозь ветки, оседал на брезенте, но внутри укрытия было сухо и тепло. Денни дремал, привалившись к рюкзаку. Мигель крутил ручки рации, вглядываясь в темноту и сверяясь с частотой, записанной на карте лейтенанта.
  - Есть! - вдруг прошептал он. - Сигнал!
  Динамик ожил. Сквозь треск помех пробивался голос - спокойный, уверенный, чуть хрипловатый. Тот самый голос, что мы слышали на базе, но сейчас он звучал иначе - устало, но твёрдо, словно человек говорил не в запись, а прямо сейчас, обращаясь к нам лично.
  - ...ещё раз говорю с теми, кто меня слышит. Меня зовут Джон Коннор. Я не знаю, сколько нас осталось. Может, тысячи. Может, сотни. Может, только я и вы. Но это не важно. Важно другое: наш враг - не просто машины. Это система. Она называется 'Скайнет'. И она не просто выполняет программы - она учится. На наших ошибках. На нашей боли. На нашей смерти.
  Мигель замер, боясь дышать, чтобы не пропустить ни слова. Я смотрел на рацию, и мне казалось, что я вижу этого человека - где-то там, в темноте, склонившегося над микрофоном, уставшего, но не сломленного.
  - Сегодня я хочу сказать вам то, что знаю точно. 'Скайнет' не остановится. Она будет посылать свои машины снова и снова, пока последний человек не умрёт. Но у неё есть слабости. Она не знает, что такое надежда. Она не знает, что такое жертва. Она не знает, что такое любовь. А мы - знаем. И это наше оружие.
  Он замолчал на секунду, и в динамике послышалось шипение помех, но никто из нас не шелохнулся.
  - Я собираю всех, кто готов бороться. У меня есть убежище, есть припасы, есть план. Приходите. Я буду ждать. Запомните частоту. Запомните координаты. Мы победим. Не потому, что мы сильнее. А потому, что мы люди.
  Щелчок - и динамик затих.
  Мы сидели молча. Даже Майк, который обычно находил повод для шутки, только смотрел на рацию и молчал. Тишина стояла такая, что было слышно, как падает снег на брезент.
  - Он... он правда так думает? - тихо спросил Денни. - Про любовь и всё такое?
  - Думает, - ответил Мигель. - Или хочет, чтобы мы думали. Но какая разница? Главное - он знает, что делать.
  - Координаты те же? - спросил я.
  
  Мигель сверился с картой и кивнул.
  - Те же. Мы идём правильно.
  Я посмотрел в ту сторону, куда нам предстояло идти завтра. Там, за перевалом, за лесами, за снегами, ждал человек, который говорил о любви как об оружии. Странно. Но почему-то после этих слов мне стало чуточку теплее.
  - Отдыхайте, - сказал я. - Завтра будет тяжёлый день.
  Майк вышел наружу, заняв пост у костра. Денни уже спал, свернувшись калачиком. Мигель устроился у стены шалаша, прикрыв глаза.
  Я лёг на спину, глядя на брезентовый полог, и думал о том, что где-то там, в темноте, идёт Адриана. И что мы оба идём к одной цели - только разными дорогами.
  - Спокойной ночи, - прошептал я в темноту.
  Никто не ответил. Только ветер выл за стеной, да снег шуршал по брезенту.
  А где-то далеко, в долине, может быть, Эмилия и Адриана тоже сидели у костра и слушали тот же голос. И, может быть, им тоже стало чуточку теплее.
  
  Глава 14:
  Элисон проснулась от того, что кто-то тряс её за плечо. Она открыла глаза и увидела Кайла - бледного, с расширенными зрачками, прижимающего палец к губам.
  - Тихо, - прошептал он. - Там стреляют.
  Спросони она ещё не понимала, что это значит. Просто смотрела на него, непонимающе моргая сонными глазами и переводя взгляд то на серые стены комнаты, то на тусклый свет, пробивающийся из-под двери. А потом звук донёсся снова - далёкий, но отчётливый: бах-бах-бах, автоматная очередь, и следом - крики. Много криков.
  - Идём, - Кайл схватил её за руку и потянул с койки. - Надо спрятаться.
  В коридоре было холодно. Кто-то пробежал мимо с оружием в руках, не глядя на детей. Лицо бойца было перекошено, на щеке - разводы копоти, в руках - пустой магазин, который он лихорадочно пытался заменить на ходу.
  - Патроны! - крикнул он кому-то впереди. - У меня патроны кончились!
  Где-то наверху, на крыше, гремели выстрелы, внезапно раздался мощный взрыв и казалось, что само здание задрожало от этого грохота. С потолка посыпалась мелкая известка, лампы замигали, словно вторя грохоту, как живые.
  - В подвал, - Кайл тянул её за собой. - Там сержант-майор, там безопасно.
  Они побежали по лестнице вниз, в темноту, где пахло сыростью и старым бетоном. Сзади, за спиной, раздался еще один оглушительный взрыв и Элисон закричала, зажимая уши.
  - Не бойся, - Кайл обнял её, прижимая к себе и увлекая вниз по лестнице. - Не бойся, я с тобой.
  Но голос его дрожал. Он тоже боялся. Просто не показывал.
  Наверху стрельба не стихала. К звукам выстрелов добавился новый, низкий и тяжёлый - бух! Бух! - гранатомётные выстрелы. После каждого такого удара здание вздрагивало, и где-то сыпалась штукатурка, звенели стёкла, и слышался глухой грохот падающих камней.
  Элисон вжималась в стену, чувствуя, как вибрация проходит сквозь тело.
  - Они ломают школу, - прошептала она.
  - Пусть ломают, - Кайл старался говорить уверенно. - Она крепкая.
  Но он не был уверен. Где-то наверху в очередной раз раздался особенно сильный взрыв, и пол под ногами вздрогнул.
  
  Сержант-майор сидел в своём кресле, сжимая в руке старую армейскую рацию. Лицо его было спокойным, только желваки ходили под кожей, да пальцы мелко дрожали - то ли от напряжения, то ли от болезни.
  - Докладывайте, - приказал он в микрофон рации.
  - Сэр, они с северной стороны, - голос бойца на крыше срывался от крика. - Человек двадцать, может, больше. У них гранатомёты, мы уже потеряли двоих. И.... сэр, у нас патроны на исходе. У каждого по два магазина осталось, не больше.
  - А как они подошли так близко? - рявкнул сержант-майор. - Где патруль?!
  - Не знаем, сэр. Мы полчаса назад пытались вызвать внешний пост - тишина. Похоже, их сняли. И радист... наш радист пропустил время связи. Мы думали, это просто помехи, и нужно немного подождать, но... они уже тут.
  Сержант-майор выругался сквозь зубы. Внешний пост - двое ребят, которых он знал очень хорошо. Если их сняли бесшумно, значит, бандиты подготовились.
  - Держитесь, - сказал он. - Я пришлю подмогу.
  Он отложил рацию и посмотрел на детей, забившихся в угол. Кайл сидел, обняв Элисон, и смотрел на старика с такой отчаянной надеждой, что у сержант-майора защемило сердце.
  - Сидите здесь, - сказал он. - И не высовывайтесь, что бы ни случилось.
  - Сэр, - Кайл шагнул вперёд. - Я могу стрелять. Я умею. У меня есть пистолет, Дерек научил.
  Сержант-майор покачал головой.
  - Знаю, сынок. Но сейчас ты нужен здесь. Присмотри за ней. - Он помолчал, потом достал из кармана запасной магазин для пистолета и протянул Кайлу. - Держи. На всякий случай. Но в бой не лезь. Понял?
  - Понял, сэр.
  - Я не шучу, Кайл. Ты должен охранять Эллисон. Если они ворвутся сюда - стреляй. Но сам не высовывайся.
  Он вышел, тяжело опираясь на костыль, и дверь за ним закрылась.
  Элисон прижимала к себе медведя и молчала. Только слёзы текли по щекам - беззвучно, как вода по стеклу.
  - Он вернётся, - сказал Кайл. - И Дерек вернётся. Все вернутся. Ты не бойся.
  - Я не боюсь, - прошептала она. - Я просто... я не хочу больше никого терять.
  Кайл обнял её крепче.
  - Не потеряешь.
  За дверью грохнуло так, что стены задрожали, и с потолка посыпалась известка. Элисон вскрикнула, Кайл заслонил её собой, сжимая в руке пистолет.
  Снаружи слышались крики, топот ног, очереди - всё ближе, ближе.
  А потом дверь распахнулась.
  На пороге стоял один из бойцов - молодой парень, Мартинес, которого Кайл знал. Он был весь в крови, лицо белое как мел, на рубашке расплывалось тёмное пятно. Он шагнул вперёд, шатаясь, и рухнул на пол.
  - Сержант... - прохрипел он.
  Кайл бросился к нему, забыв про приказ. Элисон закричала, но он не слышал.
  - Мартинес! Мартинес, ты чего?
  Парень открыл глаза. В них было столько боли, что Кайл едва сдержал крик.
  - Они... внутри, - прошептал Мартинес. - Прорвались... через стену... гранатомётом... я не смог...
  - Молчи, - Кайл пытался зажать рану, но кровь хлестала сквозь пальцы, горячая, липкая, страшная. - Сейчас позову врача...
  - Нет... уже... поздно. - Мартинес слабо улыбнулся. - Береги... сестру...
  Он закашлялся, и на губах выступила кровавая пена. А потом глаза его остановились.
  Кайл сидел на полу, зажимая руками рану на уже мёртвом тело, и не мог пошевелиться. Элисон плакала в углу, закрыв лицо руками.
  Где-то наверху всё ещё гремели выстрелы. И теперь к ним добавился новый звук - грохот падающих камней, треск ломающегося дерева. Бандиты крушили школу.
  
  Стрельба стихла только под утро. Когда первые лучи солнца пробились сквозь тучи, на крыше уже было тихо. Сержант-майор, обходил позиции, считая потери.
  Картина открывалась страшная. Северная стена школы была частично обрушена - гранатомётный выстрел пришёлся прямо в угол, и теперь там зияла рваная дыра, заваленная битым кирпичом, обломками мебели и искорёженной арматурой. Сквозь неё виднелось серое небо и кусты за забором, припорошённые утренним снегом.
  Внизу, под завалом, что-то чернело. Рука. Нога. Тела тех, кто не успел отбежать.
  - Здесь двое, - доложил боец, стоящий у пролома. Голос его дрожал. - Патрульные. Их завалило.
  - Откопать, - приказал сержант-майор. - Живых и мёртвых. Всех.
  Люди бросились разбирать завал. Работали руками, потому что лопаты остались на складе. Кирпич резал ладони, пыль забивала глаза, но никто не жаловался. Через полчаса извлекли двоих. Одного - мёртвого, с размозжённой головой, лицо которого уже не узнать. Второго - живого, но без сознания, с переломанными ногами и глубокой раной.
  - В лазарет его, быстро! - сержант-майор махнул рукой. - И остальных раненых туда же.
  - Сэр, - подошёл другой боец. Лицо его было в копоти, на рукаве темнело пятно крови - не его. - Трое пропали, семеро раненых, трое тяжело и... двенадцать челок убитых. Мартинес... тоже погиб.... Бандиты отступили, но... сэр, я видел как они забрали с собой двоих наших. Живыми.
  - Пленных?
  - Да. Стивенса и... и Джонсона. Утащили с собой. Эти двое полезли в обход и ударили нападавшим сбоку, наверное, только это нас и спасло сегодня, Бандиты просто не ожидали этого и мы смогли уничтожить прорвавшихся. Но вот парни обратно вернутся не смогли, их зажали. Я видел, как они размахивали автоматами, когда закончились патроны, мы рванули на помощь, но не успели... не смогли... у нападавших был прикрывающий огонь.
  Сержант-майор закрыл глаза. В голове стучала одна мысль: пленные. Это хуже смерти. Особенно если учесть, что у нас нет ни людей, ни патронов, чтобы их вызволить.
  - Сколько патронов осталось?
  - Мало, очень мало, еще одна такая битва и останется только кидаться камнями. В среднем по паре магазинов на ствол. Может, чуть больше. Бандиты, похоже, тоже не бесконечны - отошли, когда поняли, что с наскоку не взять.
  - Медикаменты?
  - Всё, что было, уйдет на раненых. Антибиотиков практически нет, обезболивающего тоже. Если у кого-то начнётся заражение - мы их не спасём.
  Сержант-майор кивнул. Он знал это и без доклада.
  - Усилить посты, - приказал он. - И готовьтесь к новому нападению. Они вернутся. Им нужны припасы, и они знают, что у нас они есть.
  - Сэр, а как же внешний пост?
  - Внешнего поста больше нет, - глухо ответил сержант-майор. - Похоже, их сняли первыми. Поэтому банда и подошла незаметно. Рация молчит. Если кто и выжил, они не подают сигнала.
  Люди молчали. Каждый думал о том, что следующей ночью их может не стать. Кто-то смотрел на пролом в стене, кто-то на носилки с ранеными, которые проносили мимо.
  - Сэр, - раздался голос с края двора. Там, где лежали тела убитых бандитов, копошились двое бойцов. - Мы тут кое-что нашли.
  Сержант-майор подошёл ближе. На снегу вповалку лежали шесть или семь тел в разномастной одежде - камуфляж, куртки, даже пара гражданских пуховиков. Бандиты не позаботились о единой форме.
  - Обыщите их, - приказал старик. - Заберите оружие, патроны, всё, что может пригодиться. И смотрите внимательно - может, найдём, кто они такие.
  Бойцы принялись за работу. Через несколько минут один из них поднял руку, в которой блеснул металлический жетон.
  - Сэр, взгляните.
  Сержант-майор взял жетон, повертел в пальцах. На нём был грубо выбит номер и знакомый символ - череп с крыльями и надпись 'Freedom'.
  - 'Свобода', - процедил он сквозь зубы. - Те самые ублюдки, что охотились за девочкой. Значит, они нас вычислили.
  - Может, они не специально? - предположил боец. - Просто рыскали в округе и наткнулись?
  - Не важно. Важно, что теперь они знают, где мы. И им нужны наши припасы и не только. Им нужны рабы.
  Сержант-майор оглядел собранные трофеи: с десяток автоматов, несколько пистолетов, гранаты, патроны - россыпью и в магазинах, один тубус гранатомета. Неплохо.
  - Это нам поможет, - сказал он. - Но ненадолго. В следующий раз они придут с большими силами. Нужно подготовиться, хорошо бы найти помощь.
  - Откуда, сэр? - спросил боец. - У нас никого больше нет.
  - Свяжитесь со всеми группами, пусть срочно возвращаются, предупредите что у нас было нападение, пусть будут внимательнее, особенно на подходах. - Сержант-майор задумался. В голове прокручивались разные варианты. Военные в аэропорту Лос-Анджелеса... у них есть вертолёты, есть люди. Они не вмешиваются в дела группировок, но, если речь идёт о нападении на нейтральную базу? Если подать сигнал как официальный запрос о помощи?
  - У нас есть мощная рация, - сказал он наконец. - И есть канал связи с военной базой в аэропорту. Риз и Мигель пользовались им, когда торговали. Я попробую связаться с ними. Может, они пришлют подмогу.
  - Военные? - удивился боец. - Они же ни во что не вмешиваются.
  - Обычно - да. Но если 'Свобода' перейдёт все границы и начнёт массовую резню, это нарушит баланс. Возможно, они решат навести порядок. По крайней мере, попытаться стоит.
  - А если не успеют?
  Сержант-майор посмотрел на пролом в стене, на тела убитых, на усталые лица своих людей.
  - Тогда мы будем драться до конца. А пока - собирайте трофеи, хороните погибших и готовьтесь. Время работает против нас.
  Он повернулся и, прихрамывая, направился к подвалу. Там ждали дети, которым он должен был сказать, что всё будет хорошо. Даже если сам в это не верил.
  
  В подвале Кайл и Элисон всё ещё сидели в углу, прижавшись друг к другу. Мартинес лежал там же, где упал - никто еще не успел убрать тело. Элисон смотрела на него и молчала. Слишком много смертей для такой маленькой жизни.
  Когда дверь открылась, она вздрогнула, но увидела сержант-майора и выдохнула.
  - Всё кончено? - спросил Кайл. Голос его сел, глаза покраснели от слёз, которых он не позволял себе выплакать.
  - Пока да. - Старик опустился на стул, растирая больную ногу. Он выглядел постаревшим за эту ночь, постаревшим на десять лет. - Вы молодцы. Сидели тихо.
  - Я не сидел, - Кайл сжал кулаки. - Я.... он умер у меня на руках. А я даже не смог... не смог ничего сделать.
  - Ты сделал всё, что мог, - сержант-майор положил руку ему на плечо. - Ты был с ним. Это важно.
  - А Дерек? - спросила Элисон. - С ним всё хорошо?
  - С ним всё хорошо, - ответил сержант-майор, хотя сам не был уверен. - Он далеко, бандиты до него не доберутся.
  Элисон кивнула и снова уткнулась в медведя. Медведь был мокрым от её слёз.
  - Кайл, - сказал сержант-майор тихо. - Ты молодец. Но запомни: иногда самая важная победа - это просто остаться в живых. И сохранить тех, кто рядом. Понял?
  - Понял, сэр.
  - А теперь идите. Помогите медсестре перевязывать раненых. Ей очень нужны дополнительные руки. И.... - он помолчал. - Если сможете, потом помогите разобрать завал. Там ещё могут оставаться живые.
  Кайл кивнул и, взяв Элисон за руку, вышел из подвала.
  В коридоре пахло кровью, порохом и сыростью. Где-то слышался плачь. Кто-то громко ругался, требуя патроны. Из пролома в стене тянуло холодом и гарью, и крупные хлопья снега заносило внутрь, смешиваясь с пылью и сажей.
  Элисон сжимала его руку так крепко, что пальцы побелели.
  - Кайл, - прошептала она. - А мы победим?
  - Победим, - ответил он, хотя сам не знал, правда это или нет. - Обязательно победим.
  Они пошли по коридору, перешагивая через обломки и осколки стекла. Впереди их ждала работа - тяжёлая, страшная, но необходимая.
  
  - Вставайте.
  Голос Эмилии прозвучал как удар хлыста. Адриана резко открыла глаза и увидела над собой серое небо и лицо командира - холодное, сосредоточенное, с тёмными кругами под глазами от бессонной ночи.
  - Завтракаем на ходу. До завода часа два, если верить карте.
  Девушки быстро свернули лагерь - небольшой шалаш из веток и тента, остатки костра, присыпали снегом. Через десять минут они уже шли по долине, держась ближе к деревьям. В отряде их было четверо: Эмилия, Адриана и ещё две девушки - Лина и Таня, крепкие, молчаливые и надёжные, не раз проверенные в деле.
  - Эмилия, - тихо спросила Адриана. - Что мы там ищем?
  - Правду. - Эмилия не обернулась. - Хочу своими глазами увидеть, что этот завод делает. Если там действительно делают машины, которые убивают людей, мы должны узнать, как их остановить.
  - А если там охрана?
  - Значит, будем осторожны. Мы не на войну идём - на разведку. Привлекать внимание к себе не будем, все делаем тихо. Приходим, смотрим, уходим. Потом догоняем отряд Дерека.
  Они шли молча. Снег скрипел под ногами, ветер трепал волосы, где-то вдалеке кричали птицы.
  Через два часа лес начал редеть. Эмилия подняла руку, и отряд замер.
  - Дальше пойдём не все, - сказала она, вглядываясь в просвет между деревьями. - Лина, Таня - ваша позиция здесь. Граница леса. Готовите позиции. Отсюда до завода метров двести, может чуть меньше. Открытое пространство, все как на ладони.
  Девушки кивнули, начиная осматриваться, выбирая удобные позиции среди камней и корней.
  - Мы с Адрианой пойдём к заводу, - продолжила Эмилия. - Ваша задача - прикрывать. Если что-то пойдёт не так, если нас заметят и начнётся стрельба - вы даёте отвлекающий огонь и отходите в лес. Не геройствуйте, ваша задача - чтобы в случае проблем мы смогли уйти. И связь держите постоянно.
  - Поняли, - Лина уже пристраивала винтовку на упор из веток. - Удачи вам.
  - И вам.
  Эмилия и Адриана скинули лишнее, оставив только оружие, ножи и минимум припасов. Адриана проверила магазины - полные, патронов хватало, но стрелять они собирались только в самом крайнем случае.
  - Пошли, - шепнула Эмилия.
  Они выскользнули из леса и побежали, пригибаясь, используя каждую складку местности, каждый куст и камень. Снег заглушал шаги, ветер относил звуки в сторону. До завода оставалось всё меньше.
  Когда до стен оставалось метров пятьдесят, они залегли за грудой бетонных обломков - видимо, остатками какого-то старого строения, рухнувшего давным-давно. Отсюда завод был виден как на ладони.
  - Смотри, - Адриана указала в небо.
  С севера, со стороны гор, приближался вертолёт. Старый, видавший виды, с облупившейся краской, но вполне живой. Он медленно снижался, направляясь к посадочной площадке за зданием.
  - Прячемся! - скомандовала Эмилия, и они вжались в снег.
  Вертолёт прошёл прямо над ними - так низко, что поднимал лопастями облака только выпавшего снега. Скрывающихся девушек знатно засыпало, однако Адриана успела разглядеть на борту почти стёршийся знак: перечёркнутый меч и буквы, которые когда-то были яркими, а теперь едва угадывались. MPRI.
  Он сел за зданием, и гул двигателей стих. Через несколько минут из-за угла показались люди - четверо, в камуфляже без опознавательных знаков, но на рукавах у каждого темнели нашивки: тот же символ, перечёркнутый меч. Они тащили ящик - длинный, металлический, с эмблемой радиационной опасности на боку.
  - Тот же контейнер, - выдохнула Адриана. - Как в рассказе лейтенанта. Они нашли обломки Т-1.
  - Значит, они всё-таки заполучили его, - Эмилия прищурилась. - Интересно, зачем он им. Изучают? Используют?
  Люди скрылись внутри завода. Ворота закрылись с лязгом, эхо которого разнеслось по долине.
  - Нам нужно проникнуть внутрь, - сказала Эмилия.
  - Согласна, - ответила Адриана.
  Часть 5.
  Они нашли вход с тыльной стороны - небольшую дверь, техническую, не запертую. Видимо, те, кто работал здесь, не ждали гостей. Слишком самоуверенны. Или просто знали, что в этих горах никого нет. По отсутствию следов вокруг, можно было понять, что ей давно не пользовались.
  Внутри было шумно и жарко. Гул машин, лязг металла, шипение пневматики - всё это смешивалось в единый, оглушающий звук, от которого закладывало уши и начинала кружиться голова. Воздух был горячим, влажным, пахло маслом, озоном и ещё чем-то сладковатым.
  Они двигались вдоль стены, стараясь держаться в тени, ступая бесшумно, как кошки. Впереди, в огромном цеху, работал конвейер. Бесконечная лента, уходящая в темноту, и по ней медленно ползли корпуса машин - на гусеницах, с пулемётными турелями сверху.
  Т-1.
  Их делали здесь. Десятками, сотнями.
  - Боже, - прошептала Адриана. - Это же...
  - Тихо, - Эмилия прижала палец к губам.
  Возле конвейера, стояли люди. Похоже те самые, что прилетели на вертолёте. Они уже открыли контейнер, и из него торчали остатки машины - разбитой, изуродованной, с почерневшей бронёй и оплавленными гусеницами. Рядом с ними суетился ещё один, в очках, с планшетом в руках - похоже, техник или инженер. На его комбинезоне тоже была нашивка MPRI.
  - Это точно тот самый контейнер, - прошептала Эмилия. - Который везли к Коннору. Они его нашли.
  Один из людей поднял голову, и Адриана увидела его лицо. Молодой, лет тридцати, с короткой стрижкой. Нашивка на рукаве - перечёркнутый меч - не оставляла сомнений. Он что-то сказал остальным, и они засмеялись. Спокойно, буднично, словно разгружали не обломки машины-убийцы, а обычный груз.
  - Нам нужно уходить, - прошептала Адриана. - Мы узнали достаточно.
  - Ещё минуту, - Эмилия всматривалась в темноту. - Я хочу понять, что они делают...
  Внезапно из-за угла, метрах в двадцати позади девушек, появился охранник. Он шёл не спеша, с автоматом на плече, и явно не ожидал увидеть посторонних. На секунду он замер, увидев две фигуры в тени, и потянулся за оружием.
  Эмилия среагировала мгновенно. Рука метнулась к поясу, и нож, сверкнув в тусклом свете, вонзился охраннику в горло. Тот захрипел, схватился за рану и рухнул на пол, не успев издать ни звука. Только глухой стук тела и звякнувший об пол автомат.
  - Быстро! Уходим, - прошипела Эмилия, бросаясь к двери. Адриана за ней.
  Но было поздно. Из-за угла вышел второй охранник - видимо, услышал шум падения. Он, увидел падающее тело своего напарника, увидел две тени, бегущие к выходу, и закричал одновременно, поднимая автомат:
  - Стоять! Тревога!
  Автоматная очередь прошила воздух над головой девушек, выбивая искры из стен. Адриана нырнула в дверь, Эмилия за ней, и они побежали, не разбирая дороги, через снег, через кусты, петляя как зайцы.
  - Нас заметили! - крикнула Эмилия в рацию.
  Где-то за спиной взвыла сирена, и из завода начали выбегать люди.
  Девушки бежали к лесу, а пули свистели всё ближе. Адриана чувствовала, как обжигает лёгкие, как снег забивается в ботинки, но не останавливалась.
  Лес приближался. Ещё сто метров. Пятьдесят. Двадцать.
  - Открываю огонь! - раздался голос Лины из рации, и с опушки леса загрохотали винтовки прикрытия.
  Их пули заставили залечь бандитов, давая Адриане и Эмилии драгоценные секунды на последний рывок. Они влетели в лес, упали за стволы, хватая ртом воздух.
  - Живы? - выдохнула Лина, меняя магазин.
  - Кажется, да, - прохрипела Адриана.
  - Быстро, уходим, - скомандовала Эмилия, - только не поднимайтесь. Они не пойдут сразу в лес так как не знают сколько нас, но как осмелеют точно будут искать.
  
  Глава 15: 'Тени над базой'
  Часть 1.
  Над базой поднимался новый рассвет, серый и печальный, словно сама природа разделяла скорбь выживших. Снег, выпавший за ночь, припорошил следы вчерашнего побоища, но не мог скрыть главного - уродливого пролома в северной стене, чёрных пятен копоти на стенах и свежих могильных холмиков за оградой.
  Их было двенадцать. Двенадцать человек, которые еще пару дней назад завтракали утром, шутили, планировали патрули. А теперь лежали в мёрзлой земле, завёрнутые в то, что осталось от их одежды, потому что на нормальные саваны не было ткани.
  Сержант-майор стоял у импровизированной братской могилы, опираясь на костыль. Лицо его казалось высеченным из камня, только желваки ходили под кожей да пальцы, сжимавшие старую армейскую фуражку, мелко дрожали. Рядом молчаливо застыли выжившие - человек тридцать подростков разных возрастов, от пятнадцати до двадцати лет, считая раненых, которые могли стоять, десятка полтора разновозрастных детишек и тех, кто пришёл поддержать товарищей.
  - Мы собрались здесь, - голос старика звучал хрипло, но твёрдо, - чтобы проводить тех, кто ушёл. Тех, кто до последнего прикрывал наши спины. Тех, кто не струсил, не побежал, не предал.
  Он обвёл взглядом присутствующих. Кайл стоял в первом ряду, сжимая руку Элисон. Девочка прижимала к себе медведя и смотрела на могилы широко раскрытыми глазами. Она уже видела смерть - смерть отца, смерть Мартинеса на руках у Кайла. Но двенадцать могил сразу... это было слишком много даже для взрослого.
  - Я не буду читать длинных речей, - продолжал сержант-майор. - Здесь не нужно пафоса. Эти парни любили жизнь. И отдали её за то, чтобы мы с вами стояли здесь сегодня. Запомните их имена.
  Он начал перечислять. Кайл слушал и чувствовал, как к горлу подступает ком. Мартинес... он знал Мартинеса. Тот всегда улыбался, всегда находил доброе слово для Кайла. А теперь его имя - просто имя в списке.
  Элисон вдруг дёрнулась и сильнее прижалась к Кайлу. По её щеке текли слезы.
  - Не плачь, - шепнул Кайл, хотя у самого глаза были мокрыми. - Они теперь там, где нет войны.
  - Ты правда так думаешь? - спросила она.
  - Правда, - соврал Кайл. Но ему хотелось верить.
  Когда последнее имя прозвучало, сержант-майор замолчал. Тишина висела в воздухе, тяжёлая, как свинец. Потом он надел фуражку и, прихрамывая, направился к школе. Люди начали расходиться - молча, не глядя друг на друга. Работа ждала всех.
  Кайл потянул Элисон за собой.
  - Пойдём, - сказал он. - Нам ещё помогать в лазарете.
  Девочка кивнула и послушно пошла за ним, не выпуская из рук медведя.
  
  Часть 2.
  В лазарете было тесно и душно. Раненые лежали на койках, на матрасах, брошенных прямо на пол, на столах, сдвинутых вместе. Медсестра - пожилая женщина с седыми волосами и вечно уставшими глазами - металась между ними, едва успевая менять повязки и делать уколы.
  - Кайл, - окликнула она, увидев вошедших. - Воду принеси, вон там ведро уже пустое. И бинты сверни, те, что на столе. Элисон, поможешь мне - подержи вот это.
  Девочка подошла и взялась за край повязки, которую медсестра накладывала на страшную рваную рану на плече молодого бойца. Тот застонал, Элисон вздрогнула, но руку не убрала. Только губы её побелели от напряжения.
  - Умница, - похвалила медсестра. - Держи крепче. Вот так.
  Кайл принёс воды и принялся сворачивать бинты. Работа помогала отвлечься от мыслей о могилах, о Мартинесе, о том, что бандиты могут вернуться. Но краем глаза он следил за ранеными. Многие смотрели на него - и в их взглядах было что-то новое. Не жалость, не пренебрежение к мальчишке. Уважение.
  Он видел смерть. Он не сломался. Он помогал. И это значило здесь больше, чем возраст.
  - Кайл, - позвал его один из раненых, тот самый, у которого была перебита нога. - Подойди.
  Кайл подошёл.
  - Я видел, как ты с Мартинесом... - парень запнулся. - Ты держал его. Это правильно. Никто не должен умирать один.
  - Я не смог его спасти, - тихо ответил Кайл.
  - Ты был с ним. Это и есть спасение. - Раненый закрыл глаза. - Спасибо.
  Кайл вернулся к бинтам, чувствуя странное тепло в груди.
  А вечером, когда работы стало чуть меньше и его отправили передохнуть, он спустился в подвал. Достал пистолет - тот самый, что дал ему Дерек. Аккуратно разрядив оружие, он встал в углу, где его никто не мог видеть, и начал тренироваться. Вскинуть, прицелиться, плавно нажать на спуск. Сухие щелчки бойка казались оглушительными в тишине.
  Он не заметил, как в дверях появилась Элисон. Она смотрела на него долго, а потом тихо спросила:
  - Ты научишь меня?
  Кайл обернулся.
  - Ты маленькая ещё.
  - Ты тоже был маленький, когда учился, - возразила она.
  Кайл промолчал задумчиво глядя на девочку, потом серьезно кивнул.
  - Когда-нибудь точно научу. А пока - никому не говори, что видела.
  Элисон улыбнулась и исчезла так же тихо, как появилась.
  
  Часть 3.
  Сержант-майор сидел в радиоузле перед старой армейской рацией. Напротив него, привалившись к стене, стоял один из бойцов - тот, что когда-то служил связистом и знал частоты военных.
  - Есть контакт, сэр, - сказал он. - Военные в аэропорту отвечают.
  - Давай сюда.
  Динамик зашипел, потом послышался спокойный, чуть надменный голос:
  - Говорит диспетчерская базы 'Форт Лос-Анджелес'. Назовите себя.
  - Сержант-майор Гиббонс, база выживших в районе Пасадены. Мы подверглись нападению банды 'Свобода'. Просим помощи.
  Пауза. Потом голос ответил:
  - Мы не вмешиваемся в конфликты гражданских группировок. Вам это известно.
  - Они не просто банда, - жёстко сказал сержант-майор. - Они охотятся за людьми. Берут пленных. У нас уже двенадцать убитых и двое похищенных. Если их не остановить, они перережут всех в округе.
  Снова пауза. Слышно было, как на той стороне совещаются.
  - У вас есть доказательства?
  - Есть жетоны с их символикой. И показания выживших. И пролом в стене от их гранатомётов. Этого достаточно?
  - Мы подумаем. Ждите.
  Связь прервалась.
  - Сволочи, - выдохнул связист. - Они будут думать, пока нас всех не перебьют.
  - Будут, - согласился сержант-майор. - Но и мы не пальцем деланы. Запомни эту частоту для сигнала бедствия. Если они нападут снова, передадим 'Mayday' на этой волне.
  - Думаете, прилетят?
  - Если не дураки - прилетят. 'Свобода' слишком обнаглела. Военным не нужен хаос у них под носом.
  Он посмотрел на карту, разложенную на столе. Пролом, завалы, позиции... Нужно было готовиться к худшему.
  
  Часть 4.
  Лес встретил их тишиной и холодом. Второй день они уходили от погони, петляя, заметая следы, стараясь держаться подальше от открытых мест. Ноги вязли в снегу, силы таяли с каждым часом.
  Адриана чувствовала, как горит щека. Царапина, полученная при бегстве, распухла и теперь дергала тупой болью. Она старалась не показывать вида, но Эмилия всё замечала.
  - Дай посмотрю, - сказала она, останавливая группу. - Плохо. Начинается воспаление.
  - Дойду, - отмахнулась Адриана.
  - Дойдёшь, если не сдохнешь от заражения. У кого есть антибиотики?
  Девушки переглянулись. Лина молча протянула упаковку - последние три таблетки.
  - Запей снегом, - велела Эмилия. - И не вздумай геройствовать. Если свалишься, придется тащить на себе, тогда точно догонят.
  Адриана проглотила таблетку, закинула в рот горсть снега, и когда он растаял, проглотила лекарство. Действие таблетки началось не сразу, но девушке стало чуть легче.
  Они двинулись дальше. Где-то вдалеке послышался нарастающий гул. Группа замерла, определяя направление, потом быстро рассредоточилась и вжалась в темную землю под стволами деревьев. Над верхушками, низко-низко, прошёл вертолёт. Тот же, что они видели у завода. На его борту едва угадывался стёршийся знак - перечёркнутый меч.
  - Ищут, - прошептала Таня.
  - Молчи. Лежи.
  Вертолёт сделал еще один круг и ушёл ближе к горам. Девушки ещё долго не двигались, боясь пошевелиться.
  Когда гул стих, Эмилия достала рацию.
  - Пробуем связаться с базой.
  Она крутила ручку настройки, но слышны были только помехи и обрывки чужих переговоров. Наконец сквозь шипение пробился голос - свой, с базы:
  - ...повторяю, у нас были... потери... готовимся... если слышите нас...
  - База! - закричала Эмилия. - Мы слышим! Это Эмилия, мы у завода, нас обнаружили, уходим! У них вертолёт, они ищут! Предупредите...
  Связь оборвалась. Рация захрипела и замолчала.
  - Чёрт! - Эмилия стукнула кулаком по снегу. - Не услышали.
  - Или услышали, но не до конца, - сказала Лина. - Что делать?
  - Идти. Большим крюком, не напрямую. Если мы приведём 'хвост' к базе... - девушка не договорила, но всем и так было понятно, что произойдет в этом случае.
  Они поднялись и снова побрели через лес, оставляя за спиной завод, вертолёт и невидимых преследователей, наступающих им на пятки.
  К вечеру следующего дня они вышли на развилку. У них все-таки получилось уйти от погони пройдя почти десять километров вверх по шустрой горной речке, которая несущимся вниз потоком скрывала их следы.
  Впереди, за полосой редких деревьев, открывалась долина где находился город Пасадена. И там, в мелькнувшем на секунду, луче заходящего солнца, далеко-далеко, поднимался дым. Чёрный, густой, похожий на тот, что они видели у завода. Но в этот раз он шёл со стороны базы и сопровождался щелчками выстрелов.
  - Нет, - прошептала Адриана. - Только не это.
  Эмилия молчала. Она смотрела на дым и считала километры. До базы было ещё далеко. Слишком далеко, чтобы успеть.
  - Надо идти, - сказала она наконец. - Если даже опоздаем, мы должны знать, что там происходит.
  
  Часть 5.
  Солнце на мгновение, показавшееся из-за плотной облачности садилось за горы, окрашивая небо в багровые тона. Люди уже успели заложить пролом мешками с песком, и укрепить металлической арматурой.
  На базе готовились к ночи, выставляли посты, проверяли оружие. Трофейный гранатомёт установили на крыше, рядом с ним остался дежурить самый опытный стрелок.
  Кайл и Элисон сидели в углу подвала. Девочка прижимала к себе медведя и смотрела на Кайла.
  - Они придут сегодня? - спросила она.
  - Не знаю, - честно ответил Кайл. - Но, если придут, мы готовы.
  - Ты будешь стрелять?
  - Если придётся.
  Она помолчала, потом протянула ему медведя.
  - Подержи. Он приносит удачу.
  Кайл улыбнулся и взял игрушку.
  - Спасибо. Но она нужна тебе.
  - Нет, - Элисон покачала головой. - Сейчас тебе нужнее.
  Он не нашёлся, что ответить. Просто обнял её одной рукой, и они сидели так, слушая, как за стеной готовятся к бою.
  А за периметром, в сгущающихся сумерках, замелькали тени. Они двигались бесшумно, перебегая от укрытия к укрытию, окружая школу со всех сторон. Бандиты возвращались. Их было больше, чем в прошлый раз. И они были готовы.
  С крыши донёсся крик часового:
  - Тревога! Они здесь!
  И сумеречная тишина взорвалась выстрелами.
  
  Глава 16: 'Дорога к пророку'
  Четвертый день пути давал о себе знать. Ныли мышцы, саднили потёртости на ногах, а рюкзаки, которые в начале пути казались такими лёгкими, теперь висели на плечах тяжёлыми камнями. Отряд двигался медленно, но упрямо - по замёрзшим ручьям, через заснеженные перевалы, мимо островков мёртвого леса, где деревья стояли голые, обугленные, словно призраки и даже снег не хотел скрывать их мрачное уродство.
  Дерек шёл первым, прокладывая тропу. За ним, тяжело дыша, тащился Мигель, то и дело сверяясь с картой и компасом. Майк и Денни замыкали цепочку, изредка перебрасываясь короткими фразами, чтобы не уснуть на ходу.
  - Дерек, - позвал Мигель, - Надо передохнуть. Ещё километров пять, и будет спуск. Там, по карте, старая дорога. По ней хоть и дальше, но все же быстрее получится.
  - Хорошо. Привал пать минут.
  Все попадали в снег, кто как стоял. Майк достал флягу, сделал глоток и передал Денни. Мигель растирал задубевшие пальцы.
  - Сколько ещё до Коннора? - спросил Денни, жуя чёрствый сухарь.
  - Если по дороге, то дня два. Может, три, - ответил Мигель. - Если повезёт и не наткнёмся на неприятности.
  - А если наткнёмся?
  - Тогда дольше.
  Дерек молчал. Он смотрел на заснеженные вершины, за которыми где-то далеко осталась база. База, где остались Кайл, Элисон, Адриана... Мысли о них не отпускали ни на минуту. Он знал, что там может быть опасно, но гнал от себя тревогу - сейчас важнее было дойти.
  - Пошли, - сказал он, поднимаясь. - Отдых окончен.
  Ночь застала их в распадке между двумя скалами. Майк и Денни быстро соорудили укрытие из тента и веток, Мигель развёл костёр. Пламя весело затрещало, отбрасывая тени на черных камнях. Тепло согревало и расслабляло, поэтому Дерек отсел чуть подальше, глядя на огонь. Майк подсел рядом.
  - Не спится? - спросил он.
  - Думаю, - коротко ответил Дерек.
  - Об Адриане?
  Дерек покосился на него, но ничего не сказал.
  - Ладно, не отвечай, - Майк усмехнулся. - Я тоже, когда уходил в первый раз, думал о девушке. Только у меня её не было.
  - А сейчас?
  - Сейчас тоже нет, - Майк пожал плечами. - Как-то наша жизнь не располагает.
  Они помолчали. Мигель возился с рацией, пытаясь поймать хоть какой-то сигнал, но слышны были только помехи.
  - Знаешь, - вдруг сказал Дерек, - лейтенант перед смертью сказал, что Коннор знает нашу фамилию. Мою и Кайла.
  - Риз? - удивился Майк. - Откуда?
  - Не знаю. Но он сказал, что Коннор велел нас найти. Что мы сыграем какую-то роль.
  - Странно. - Майк задумался. - Может, он что-то знает о ваших родителях?
  - Родители погибли в первый год, - глухо ответил Дерек. - Я никого не знаю из тех, кто мог бы быть связан с Коннором.
  - Тогда остаётся только спросить у него самого.
  - Спрошу, - кивнул Дерек.
  Мигель вдруг оживился.
  - Кажется, что-то есть!
  Все замерли. Из динамика сквозь шипение пробивался обрывок голоса:
  - ...повторяю, говорит Джон Коннор... если вы меня слышите... мы здесь...
  - Глушит, - выругался Мигель. - Горные массивы не дают сигналу пробиться. Но мы близко. Очень близко.
  Дерек посмотрел в ту сторону, откуда, по расчётам, шёл сигнал. Где-то там, за перевалом, был человек, который знал ответы.
  - Завтра идём дальше, - сказал он. - Отдыхайте.
  
  Утро встретило их морозом и пронизывающим ветром. Снег, выпавший за ночь, скрыл все следы, а стрелка компаса металась в разные стороны не хотя указывать север и Мигелю пришлось долго сверяться с картой, чтобы не сбиться с пути.
  - Дорога должна быть где-то здесь, - бормотал он, водя пальцем по пожелтевшей бумаге. - Если мы её не прошли.
  - Не прошли, - успокоил его Майк. - Я запоминал ориентиры.
  Они двинулись дальше. Через час пути показалась старая дорога, занесённая снегом, но всё же различимая среди деревьев.
  - Идем по ней, - решил Дерек.
  Дорога петляла между холмами, идти по ней было легче, чем по целине. Но и опасность была гораздо выше.
  Они вышли к замёрзшей реке. Деревянный мост, когда-то перекинутый через неё, давно сгнил и рухнул, оставив лишь ржавые сваи. Переходить пришлось по льду.
  - Лёд вроде крепкий, - сказал Денни, ступая на замёрзшую поверхность и делая пару прыжков на месте. - Меня держит. Толщина приличная.
  - Осторожнее, - предупредил Дерек. - Идти по одному, не кучкуемся.
  Денни пошёл первым. Лёд выдержал, и даже не затрещал. За ним двинулся Майк, потом Мигель. Дерек замыкал.
  И вдруг раздался треск. Мигель, шедший почти посередине, провалился в ледяную воду.
  - Держись! - крикнул Дерек, бросаясь к нему.
  Лёд вокруг Мигеля крошился, вода заливалась в сапоги, холод перехватывал дыхание. Денни и Майк уже бежали обратно.
  - Руку давай! - Дерек лёг на лёд, раскинув руки, чтобы распределить вес. - Хватайся!
  Мигель ухватился за протянутую винтовку. Денни и Майк схватили Дерека за ноги, и общими усилиями вытащили связиста обратно на лёд.
  - Быстро к берегу!
  Они перебежали реку и упали на снег, тяжело дыша. Мигель трясся от холода, зубы выбивали дробь.
  - Снимай мокрое! - скомандовал Дерек, стаскивая с себя сухую куртку. - Майк, разводи костёр. Быстро!
  Через полчаса Мигель, завёрнутый в сухую одежду, сидел у огня и грелся. Его вещи сушились тут же развешанные на палках. Лицо парня было бледным, но он держался.
  - Жить буду, - прохрипел он. - Спасибо.
  - Не за что, - ответил Дерек. - Отдыхаем. Дальше пойдём, когда согреешься и обсохнешь.
  Этот случай задержал их на несколько часов. Но все понимали, что им сегодня очень повезло, а могло быть гораздо хуже.
  
  К вечеру того же дня, когда они нашли укрытие в заброшенной лесной избушке, попавшейся на пути, Дерек сидел у окна и смотрел на темнеющее небо. Мысли снова вернулись к тем, кто остался.
  Он вспомнил Адриану. Её волосы, её глаза. Ночь перед уходом... он чувствовал тепло её тела, слышал ее дыхание. Это было единственное тёплое воспоминание за последние годы.
  - Дерек, - тихо позвал Мигель. Он уже оправился и сидел у печки. - Ты как?
  - Нормально.
  - Думаешь о ней?
  Дерек не ответил, но Мигель и так знал.
  - Она сильная.
  - Знаю. - Дерек помолчал. - Но легче от этого не становится.
  - Это хорошо. Значит, ты живой.
  Дерек усмехнулся.
  - Философ.
  - Жизнь заставляет, - улыбнулся Мигель.
  Они замолчали. Где-то вдалеке завыл ветер, но в избушке было тепло и тихо. Завтра - снова в путь.
  Утром шестого дня группе удалось добраться до цели. Вызвать на нужной частоте Коннора не получилось, рация не работала. Мигель хоть и высушил ее после купания в реке, но по какой-то причине включить ее не получалось. Выбор у Дерека был простой - идти обратно, не выполнив задачу, либо попытаться дойти до базы Коннора, которую уже было видно впереди. Решение было очевидным, и группа двинулась вперед, всем своим видом показывая, что они не враги.
  База Джона Коннора располагалась в старом военном форпосте - бетонные укрепления, колючая проволока, смотровые вышки. Вокруг расчищенная полоса, за которой начинались позиции патрулей. Над входом развевался потрёпанный флаг - когда-то американский, а теперь просто символ того, что здесь есть люди.
  - Ничего себе, - выдохнул Майк. - Крепость.
  - Не расслабляйтесь, - предупредил Дерек. - Они нас уже заметили.
  Действительно, из-за укреплений вышли несколько человек с оружием. Один из них поднял руку.
  - Стоять! Кто такие?
  - Дерек Риз, отряд с базы выживших в Пасадене. У нас карта от лейтенанта Картера. Мы к Коннору. Рация не работает.
  Переговорщик исчез, потом появился снова.
  - Оружие сдаем на входе. Потом получите обратно. Только медленно. И после этого проходите.
  Они подчинились. Через несколько минут их уже вели внутрь.
  Внутри база оказалась такой же, как и снаружи - суровой, военной, но чувствовалось, что здесь живут люди. Горели костры, кто-то чистил оружие, кто-то перевязывал раненого. Взгляды, устремлённые на пришельцев, были настороженными, но не враждебными.
  Их провели в командный пункт - бункер, оборудованный аппаратурой, картами и рациями. За столом сидел человек.
  Джон Коннор.
  Он был моложе, чем представлял Дерек. Лет двадцать восемь - тридцать, подтянутый, с усталыми, но цепкими глазами. Короткая стрижка, щетина, камуфляж без знаков отличия. Он поднялся навстречу и протянул руку.
  - Я Джон Коннор. Слышал о вас.
  - Откуда? - спросил Дерек, пожимая руку.
  - Я стараюсь собирать информацию обо всех человеческих анклавах, даже нейтральных как ваш. - Коннор указал на стулья. - Садитесь, рассказывайте.
  Дерек рассказал всё. Про базу, про бандитов, про девочку, про жетон со знаком MPRI, про завод, что видел Картер. Коннор слушал внимательно, не перебивая, иногда задавая уточняющие вопросы.
  Когда рассказ закончился, Коннор откинулся на спинку стула.
  - Вы проделали большой путь, - сказал он. - И принесли важные сведения. Про завод..., про MPRI... это интересно. Вы сказали к заводу была отправлена другая группа и она должна была догнать вас по пути ко мне... почему не нагнали?
   - В горах проблемы со связью, у нас была договоренность, что если они не смогут связаться с нами, то возвращаются обратно и ждут на базе.
  Коннор выслушал, кивнул, но в глазах его мелькнула тень беспокойства.
  - В горах не только связь пропадает, - сказал он негромко. - Там и люди пропадают. Но будем надеяться, что с ними всё в порядке. Если они решили вернуться на базу - значит, так было надо.
  Он поднялся, подошёл к карте, развёрнутой на стене.
  - Смотрите. Ваша база здесь. Завод где-то здесь. - Он ткнул пальцем в две точки. - Расстояние приличное, но, как вы говорите, другая группа должна была произвести там разведку. Базовая радиостанция у вас на базе скорее всего маломощная, да и горы нас разделяют, поэтому связаться не получится. Но я должен узнать, что там происходит... - Коннор замолчал с задумчивым видом разглядывая карту.
  - Вот что, - после паузы продолжил он, - вы сегодня отдыхаете, поешьте нормально, отогреетесь, а завтра я отвезу вас в Пасадену на вертолете, заодно пообщаюсь с вашим сержант-майором и разведчиками. После этого решим, что делать.
  - На вертолёте? - удивился Майк. - У вас есть вертолёт?
  - Есть один старенький, - усмехнулся Коннор. - 'Белл-407'. Достался по случаю, летает редко, но метко. Если погода позволит, завтра к вечеру будем на месте.
  Дерек кивнул. Мысль о том, что они смогут вернуться быстро, а не тащиться неделю обратно, согревала. Но внутри всё ещё свербел вопрос, который не давал покоя с того самого момента, как лейтенант произнёс эти слова.
  - Сэр, - Дерек помялся, но решился. - Разрешите спросить?
  Коннор вопросительно поднял бровь.
  - Лейтенант Картер перед смертью сказал, что вы ищете Риза. - Дерек сглотнул. - Я Риз. Мой брат Кайл тоже Риз. Зачем мы вам?
  Коннор посмотрел на него долгим, изучающим взглядом. В комнате повисла тишина. Даже Мигель перестал возиться с рацией и замер.
  - Я ищу многих, - медленно произнёс Коннор. - Людей, которые могут помочь. Которые не сломались. Которые готовы бороться. Фамилия Риз... она всплывала в некоторых донесениях. Но речь шла точно не о тебе.
  - Сэр, а мы можем вернуться прямо сейчас?
  - Вернётесь... завтра, вертолет на ночь глядя не полетит - Коннор положил руку ему на плечо. -А рацию мы попробуем починить. У меня есть хороший связист.
  Дерек хотел было возразить, но встретился взглядом с Коннором и понял: сейчас спорить с ним бесполезно.
  - А теперь, - Коннор хлопнул ладонью по столу, - идите отдыхайте. Вам выделят место. Завтра будет тяжёлый день.
  Они вышли из бункера. Снаружи уже стемнело, но база жила своей жизнью - где-то перекликались часовые, горели костры, пахло дымом и похлёбкой.
  - Странный он, - тихо сказал Майк. - Коннор этот.
  - Он знает больше, чем говорит, - ответил Мигель. - Это точно.
  - А кто сейчас говорит всё, что знает? - философски заметил Денни.
  
  Глава 17: 'Битва за базу'
  - Слышите?
  Эмилия замерла, подняв руку. Лина и Таня, шедшие следом, тоже остановились. Адриана, с трудом подняла голову. Каждый вдох давался ей с болью - воспалённая щека горела огнём, пульсировала в такт сердцу, и казалось, что эта пульсация отдаётся во всём теле.
  Тишина. Только ветер шумит в кронах деревьев да снег поскрипывает под ногами. Слишком тихо. Слишком. А потом звук донёсся снова - далёкий, но отчётливый. Бах. Бах-бах-бах. Взрывы гранат, и следом - сухие щелчки словно хлыстом, работали снайперы. Звуки врезались в мозг, как раскалённые иглы.
  Эмилия смотрела в сторону дыма, который они видели с развилки. Там шел бой. Смертельный бой.
  - Сколько еще до базы? - спросила она жёстко, отбрасывая эмоции. Голос её резанул, как нож.
  - Если напрямую, через овраг, часа два, - быстро прикинула Лина. - Может, чуть меньше. Под гору бежать легче.
  - Значит, побежим, - Эмилия уже скидывала лишнее, оставляя только оружие и патроны. На снег полетели рюкзаки, фляги, свёртки. - Бросаем всё, кроме боеприпасов. Адриана, ты как?
  - Дойду, - сквозь зубы ответила та, хотя каждый шаг отдавался болью в воспалённой щеке. Из раны сочилась сукровица, повязка промокла, но Адриана даже не чувствовала этого - адреналин заглушал всё. - Я должна.
  - Тогда - бегом.
  И они побежали. Спускаясь по склону, съезжая по снегу где было возможно, перепрыгивая через камни, продираясь сквозь кусты, царапавшие лица и руки. Ветки хлестали по лицу, снег забивался в ботинки, но они не останавливались. Звуки боя становились всё громче, и с каждым шагом росло понимание: они могут не успеть.
  Адриана споткнулась, упала, разбила губу о камень. Тёплая кровь смешалась с холодным снегом. Лина рванула к ней, но Адриана уже вскочила, не чувствуя боли.
  - Вперёд! - прохрипела она. - Не смотреть на меня! Вперёд!
  И они побежали дальше, оставляя за спиной кровавый след на снегу.
  
  - Держать оборону! Не дайте им прорваться!
  Сержант-майор, припадая на больную ногу, перемещался по крыше, отдавая приказы. Костыль давно валялся где-то внизу - здесь, под пулями, он был только помехой. Старик держался за перила, за стены, иногда за плечи бойцов.
  Внизу, у пролома, который они так и не успели как следует заделать, кипел бой. Крики, мат, лязг металла, выстрелы - всё смешалось в один сплошной кошмарный гул. Бандитов было больше, чем в прошлый раз. Гораздо больше. Они учли ошибки - атаковали с двух сторон, используя дымовые шашки и приставные лестницы. Чёрный едкий дым застилал глаза, ел слизистую, заставлял кашлять и задыхаться.
  - Сэр! - крикнул один из бойцов, указывая вниз. - Они прорываются к подвалу!
  У сержант-майора похолодело внутри. Подвал. Там дети. Там Кайл и Элисон. Там те, кто не может защитить себя.
  - Держите оборону! Я сам!
  Он рванул к лестнице, забыв о больной ноге, о возрасте, о смертельной усталости. Но на полпути его остановил взрыв. Граната, брошенная кем-то из бандитов, разнесла часть стены, и в пролом хлынули нападающие.
  - Заходи слева! - кричал кто-то. - Мочи их!
  Сержант-майор упал, придавленный обломками. Где-то далеко, сквозь звон в ушах, он слышал крики своих людей, но не мог пошевелиться. Только смотрел в небо, затянутое дымом, и думал: только бы дети... только бы дети...
  
  Кайл слышал этот крик. Он сидел в углу подвала, прижимая к себе Элисон. Девочка не плакала - только смотрела на него широко раскрытыми глазами и сжимала его руку так крепко, что пальцы побелели. От неё пахло страхом - тем особенным, горьковатым запахом, который Кайл научился распознавать за эти годы.
  - Они не пройдут, - шептал Кайл, хотя сам не верил в это. Голос его срывался, дрожал. - Не пройдут.
  Сверху доносились крики, топот, выстрелы. Иногда потолок вздрагивал, и сверху сыпалась известка, заставляя детей зажмуриваться и пригибаться.
  - Кайл, - вдруг сказала Элисон. - Медведь. Он с тобой?
  - Здесь, - он похлопал по карману, куда сунул игрушку перед боем. Маленький плюшевый медведь, единственное тёплое напоминание о той, другой жизни, которую Элисон почти не помнила.
  - Значит, удача с тобой.
  - Удача, - горько усмехнулся Кайл. - Если бы она была, мы бы сейчас не сидели здесь.
  - Она есть, - Элисон посмотрела ему в глаза. В её взгляде было что-то такое, от чего у Кайла перехватило дыхание. Спокойствие. Уверенность. Вера. - Я знаю.
  Сверху донеслись крики, топот, выстрелы. А потом - страшный грохот, и часть потолка обрушилась, перекрыв выход.
  Тьма стала полной. Пыль забила нос, рот, глаза. Кайл закашлялся, прикрывая Элисон собой. Она не кричала - только сильнее прижималась к нему.
  - Тише, - прошептал он. - Тише, я здесь.
  Они сидели в темноте, слушая, как где-то наверху продолжается бой. Каждый взрыв отдавался дрожью в стенах, каждый крик резал по сердцу.
  - Кайл, - прошептала Элисон. - А мы умрём?
  - Нет, - ответил он, хотя сам не был уверен. - Мы не умрём. Я обещал Дереку, что присмотрю за тобой. Я не нарушу обещание.
  - А если они нас найдут?
  - Пусть только попробуют, - Кайл сжал пистолет. - У меня ещё есть патроны.
  Они замолчали. Тишина давила, становилась всё тяжелее. Кайл чувствовал, как бьётся сердце Элисон - быстро-быстро, как у маленького зверька. И своё - тоже.
  А потом, сквозь гул боя, он услышал голоса. Свои? Чужие? Не разобрать.
  - Элисон, - шепнул он. - Если что - закрой глаза и не открывай, пока я не скажу.
  - Хорошо.
  Он достал пистолет, взвёл курок. Палец лёг на спусковой крючок.
  Шаги приближались.
  
  Эмилия выскочила к школе первой. Перед ней открылась панорама боя - база в дыму, фигурки людей, мечущиеся у стен, вспышки выстрелов, крики раненых. Запах гари и крови долетал даже сюда, смешиваясь с морозным воздухом.
  - Смотри, - Лина указала на группу бандитов, которые сосредоточились у пролома, пытаясь расширить проход. Их было не меньше десятка, и они методично забрасывали защитников гранатами.
  - Они не видят нас, - прошипела Таня. - Мы у них в тылу.
  Эмилия оценила обстановку за секунду. Опыт разведчицы подсказывал: удар с неожиданной стороны может посеять панику. Один точный залп - и они перестанут существовать как организованная сила.
  - Работаем по крайнему правому, - скомандовала она. - Лина, Таня - прикрываете. Адриана, ты со мной. Бьём залпами и сразу меняем позицию.
  - Есть.
  Девушки рассредоточились. Эмилия и Адриана залегли за грудой камней. Адриана, стиснув зубы от боли, передёрнула затвор. Руки дрожали - не от страха, от слабости. Перед глазами плыли круги, но она сжала волю в кулак.
  - Готова? - спросила Эмилия.
  - Готова.
  - Огонь!
  Два выстрела грохнули почти одновременно. Двое бандитов у пролома рухнули, даже не поняв, откуда пришла смерть. Один завалился на спину, второй ткнулся лицом в снег.
  - Меняем позицию!
  Они перекатились в сторону, и вовремя - пули засвистели над тем местом, где они только что лежали, выбивая искры из камней.
  - Работаем дальше!
  Ещё два выстрела. Ещё двое убитых.
  - Адриана, держись! - крикнула Эмилия, видя, как девушка покачнулась.
  - Я держусь!
  В рядах нападающих началась паника. Кто-то кричал, что в тылу засада, кто-то разворачивался, пытаясь понять, откуда стреляют. Атака захлебнулась, потеряла напор.
  - Они отходят! - закричал кто-то с крыши. - Гони их!
  - Держать оборону! - рявкнул сержант-майор, который уже выбрался из-под обломков и снова руководил обороной. - Не дайте им перегруппироваться!
  Ба-бах. Кто-то из защитников точно отработал из единственного гранатомета прямо в толпу отходящих бандитов.
  И в этот момент в небе раздался нарастающий гул. Вертолёт появился внезапно - тёмный силуэт на фоне чуть менее темного неба, подсвеченный снизу вспышками выстрелов. Он шёл низко, почти над крышами домов, и рокот его двигателей заглушал всё остальное - крики, выстрелы, стоны раненых.
  Военный 'Блэк Хок' - не тот, что обещали из аэропорта, а настоящий боевой вертолёт с опознавательными знаками - прошел над позициями банды осветив их прожекторами. С его борта ударили пулеметы. Затем раскрылись створки, и по тросам заскользили десантники. Они падали на землю, как карающие ангелы, и сразу открывали огонь.
  - Зачистить периметр! - прозвучала команда, усиленная динамиками.
  Десантники действовали быстро и жёстко. Короткие очереди, чёткие перебежки, никакой паники. Бандиты, зажатые между огнём с крыши, атакой с тыла и вертолётом, побежали, бросая раненых, оружие, убитых. Кто-то пытался отстреливаться, но их уничтожали сразу.
  Эмилия видела, как один из десантников - здоровенный мужик в полной боевой экипировке, с лицом, заляпанным грязью и кровью, - махнул им рукой.
  - Спасибо за помощь, девчонки! - крикнул он, пробегая мимо. - Вовремя вы! Дали нам фору!
  Адриана опустилась на колени, хватая ртом воздух. Щека горела огнём, в глазах темнело, но она улыбалась. Губы её шевелились, шепча что-то неслышное.
  - Успели, - прошептала она. - Успели.
  Эмилия подхватила её под руки, не давая упасть.
  - Вставай, героиня. Вставай. Ты жива. Мы все живы.
  Адриана попыталась встать, но ноги подкосились. Таня подбежала, помогла поднять. И тут же ахнула, увидев на своих руках кровь.
  - На базу, быстро! Ей нужна помощь, она ранена.
  Они потащили, поддерживая Адриану с двух сторон в сторону школы. Вокруг ещё стреляли, но это были уже одиночные выстрелы - десантники и защитники добивали разрозненные группы бандитов.
  Сержант-майор, опираясь на чей-то автомат, как на костыль, обходил позиции. Везде были раненые, убитые, обломки. Кто-то стонал, кто-то звал на помощь, кто-то просто лежал и смотрел в небо невидящими глазами.
  - Сэр! - к нему подбежал боец. Лицо его было в копоти, на лбу запеклась кровь. - Там подвал завалило! Там дети!
  Сержант-майор рванул к обрушенному входу, забыв о больной ноге, об усталости, о возрасте.
  - Кайл! Элисон! - закричал он, падая на колени и начиная разбирать камни. Пальцы сдирались в кровь, ногти ломались, но он не чувствовал боли.
  К нему присоединились другие. Лина, Таня, несколько бойцов, даже десантники подбежали. Работали руками, ломами, чем придётся.
  - Держитесь! - кричал сержант-майор. - Мы вас вытащим! Слышите?! Держитесь!
  Из-под завала донёсся слабый голос:
  - Мы здесь... мы живы...
  Это был Кайл. Голос его звучал глухо, но твёрдо.
  - Кайл! - закричал сержант-майор. - Говори с нами! Не замолкай!
  - Мы здесь, - повторил Кайл. - Элисон и другие со мной. Мы в порядке.
  - Молодцы! Держись! Ещё немного!
  Они разбирали завал, передавая камни по цепочке. Минуты тянулись бесконечно. Каждый камень, каждая плита давались с трудом.
  Через полчаса, когда разобрали основные завалы, их вытащили. Последним из подвала выбрался Кайл, он был бледен, губы искусан в кровь, но глаза горели. Элисон он прижимал к себе, закрывая своим телом. Медведь, зажатый в его кармане, был весь в пыли и крови, но девочка, увидев его, улыбнулась.
  - Удача сработала, - прошептала она.
  Кайл обнял её крепче.
  - Сработала.
  Старик сержант-майор плакал, не скрывая слёз.
  - Живы... все живы, слава богу...
  Эмилия и две девушки из ее группы сидели у костра, грея руки. Лина перевязывала Тане порезанную руку. Адриана лежала в лазарете - она все-таки потеряла сознание от боли. И медсестра успела извлечь пулю из ее плеча пока девушка не пришла в себя. Врач хлопотала над ней, вливая последние запасы антибиотиков и промывая рану, готовясь зашивать.
  - Выкарабкается? - спросила Эмилия, зайдя через некоторое время в лазарет.
  - Должна, - ответила медсестра, не поднимая головы. - Если воспаление не пойдёт дальше. Если хватит лекарств. Если... - она замолчала, не договорив.
  - Если повезёт, - закончила Эмилия.
  Медсестра кивнула.
  - Держись, - прошептала Эмилия, глядя на бледное лицо Адрианы. - Твой парень скоро вернётся. Ты должна дождаться.
  Адриана не ответила. Она была без сознания, но дыхание её стало ровнее, спокойнее. Может, услышала. Может, почувствовала.
  
  На базе Коннора Дерек сидел у костра и смотрел на огонь. Рядом возился Мигель, пытаясь починить рацию.
  - Никак? - спросил Дерек.
  - Пока нет. - Мигель покачал головой. - чуть попозже местный специалист посмотрит. Может, оживит.
  Дерек кивнул. Где-то внутри свербело тревожное чувство - глухая, ноющая боль, от которой не получалось избавиться. Он гнал её прочь, убеждая себя, что всё в порядке, что Кайл и Адриана в безопасности. Но боль не уходила.
  - Завтра мы будем дома, - сказал он вслух, словно убеждая сам себя.
  Майк и Денни уже спали, закутавшись в спальники. Ночь была тихой и спокойной. Звёзды мерцали в чёрном небе, и казалось, что весь мир замер в ожидании.
  Они не знали. Не знали, что их дом только что пережил атаку. Не знали, что Адриана борется за жизнь. Не знали, что Кайл и Элисон едва не погибли под завалом.
  Они просто сидели у костра и ждали утра.
  А за сотни километров от них, на разрушенной базе, сержант-майор смотрел на список погибших и считал, сколько ещё таких ночей им придётся пережить. На развороченной стене школы, освещённой отблесками догорающего пожара, плясали тени. Где-то плакала женщина, потерявшая мужа. Кто-то тихо молился.
  Кайл и Элисон сидели в углу лазарета, прижавшись друг к другу. Медведь лежал у них на коленях. Элисон держала Кайла за руку, и они молчали.
  - Кайл, - прошептала она наконец. - А Дерек скоро приедет?
  - Скоро, - ответил он. - Очень скоро.
  - Я хочу, чтобы он знал, что я не плакала.
  - Узнает, - Кайл погладил её по голове. - Обязательно узнает.
  Снаружи, на расчищенном от снега пятачке, десантники грузились в вертолёт, они пришли вовремя и оказали неоценимую помощь и скоро улетят, но база останется. Останется жить. Останется надеяться. И ждать.
  
  Глава 18: 'Правда'
  Утро наступало над базой медленно, нехотя, словно тоже не хотело видеть того, что осталось после ночного кошмара. Серое небо нависало низко, готовое разразиться снегопадом, но пока только давило своей тяжестью.
  Сержант-майор Гиббонс стоял на крыше, и оглядывал то, что ещё вчера было школой, а теперь превратилось в руины. Северная стена зияла проломом, через который видно было груды битого кирпича, переломанную мебель, чёрные пятна копоти. Ветер шевелил обрывки тента, которым пытались заделать дыру, но тщетно.
  Внизу, во дворе, люди собирали тела. Их было много - слишком много для такой маленькой базы. Один за другим на носилках проносили мимо тех, кто погиб, защищая ее. Еще недавно они жили и улыбались, а теперь они лежали неподвижно, накрытые простынями, которые быстро пропитывались кровью.
  - Сколько? - спросил сержант-майор, подошедшего вестового.
  Боец тяжело вздохнул. Голос его звучал глухо, словно из могилы.
  - Семнадцать убитых, сэр. Сорок раненых, одиннадцать тяжелых. Из них трое... - он запнулся. - Трое, скорее всего, не доживут до вечера.
  Сержант-майор закрыл глаза. Семнадцать. Сорок. Цифры стучали в висках, как похоронный колокол.
  - Лекарств хватит?
  - Нет, сэр. Десантники оставили нам весь запас что был в вертолете, но этого мало, очень мало, Медсестра говорит, нужны антибиотики и срочно, без них трое точно не переживут эту ночь. Остальным... тоже придется не сладко, выживут только если повезёт.
  - Повезёт, - горько усмехнулся старик. - Мы уже использовали всю удачу на этот год.
  Он повернулся и, прихрамывая, начал спускаться вниз. Нужно было хоронить мёртвых и поднимать дух живых. Хотя какой там дух - одни ошмётки.
  Во дворе уже копали могилы. Мёрзлая земля не поддавалась лопатам, люди долбили её ломами, кирками, чем придётся. Рядом на досках лежали тела, завёрнутые в простыни, одеяла, рваные куртки - на саваны ткани не хватило.
  Сержант-майор подошёл к одной из могил. В ней уже лежало трое. Четвёртого только опускали. , Порыв ветра откинул закрывающую лицо простынь. Парень лет девятнадцати, светловолосый, с застывшей на лице гримасой боли. Кто-то из женщин зарыдал в голос.
  - Простите, - прошептал сержант-майор. - Простите, что не уберег.
  Он снял фуражку и стоял так, пока первую горсть земли не бросили на простыню. Потом развернулся и пошёл к лазарету. Там его ждали живые, и им нужна была его сила.
  
  В лазарете было тесно и душно, несмотря на распахнутые окна. Запах крови, йода, гноя смешивался с запахом пота и страха. Раненые лежали на койках, на матрасах, прямо на полу, на столах, сдвинутых к стене. Стоны, крики, жалобные бормотания - всё сливалось в один сплошной гул.
  Пожилая медсестра с седыми волосами и красными от бессонницы глазами, металась между ними, едва успевая менять повязки, делать уколы, останавливать кровь потекшую из так не кстати открывшейся раны. Руки её дрожали, но она не останавливалась ни на секунду.
  Ближе к углу, лежала Адриана. Лицо её было белым как мел, губы потрескались, на лбу выступила испарина. Плечо туго забинтовано, повязка уже пропиталась кровью и чем-то розовато-жёлтым. Она была без сознания, но дышала - тяжело, с хрипом, но дышала.
  Рядом, на табуретке, сидел Кайл. Он держал её за руку и тихо говорил:
  - Держись, Адриана. Дерек скоро вернётся. Ты должна дождаться. Он тебя очень любит, я знаю. Он мне сам не говорил, но я видел как он на тебя смотрел.
  Элисон сидела рядом и влажной тряпочкой вытирала девушке испарину со лба. Ее любимый медведь был в пыли и крови, но девочка не выпускала его из рук. Она не плакала - только смотрела на Адриану широко раскрытыми глазами и молчала.
  - Кайл, - позвала медсестра. - Принеси воды. Ведро опять пустое
  Кайл осторожно отпустил руку Адрианы и встал. Элисон тоже поднялась и пошла за ним, как привязанная. Они наносили воды, потом помогали перевязывать, подавали бинты, держали раненых, когда тем становилось совсем плохо. Один парень, совсем молодой, с перебитыми ногами, схватил Кайла за руку и зашептал:
  - Не уходи... не уходи... мне страшно...
  - Я здесь, - ответил Кайл, сжимая его ладонь. - Я здесь.
  Парень закрыл глаза и через минуту перестал дышать. Кайл сидел рядом, держа его за руку, и не мог пошевелиться. Элисон подошла и молча положила голову ему на плечо.
  Так они и сидели - двое детей среди смерти, боли и отчаяния, сжимая друг друга и не давая себе сломаться.
  
  Эмилия нашла сержант-майора во дворе, когда он руководил погребением. Она была бледна, под глазами залегли тени, но держалась прямо.
  - Сэр, нам нужно поговорить.
  Они отошли в сторону, под навес, где ещё виднелись сохранившиеся остатки школьной мастерской. Лина и Таня стояли тут же, прислонившись к стене.
  - Докладывай, - коротко сказал сержант-майор.
  Эмилия начала рассказывать. Ровно, без эмоций, как на рапорте, но в голосе её чувствовалась дрожь.
  - Завод работает. Конвейер не останавливается и работает круглосуточно. Мы видели корпуса машин - Т-1, как и говорил лейтенант. Десятки, может, сотни. Они их делают серийно.
  - Кто охраняет?
  - Люди в камуфляже. Без опознавательных знаков, но на рукавах нашивки - перечёркнутый меч. Мы видели их вертолёт, старый 'Белл', с таким же знаком. Они привезли контейнер с остатками разбитой машины - той самой, что везли к Коннору.
  - Значит, они нашли обломки, - задумчиво произнёс сержант-майор. - Изучают. Используют.
  Сержант-майор сжал челюсть. В голове стучала одна мысль: MPRI. Эта чёртова контора, которая до войны работала на правительство, теперь строит машины.
  - Ты уверена, что это они?
  Эмилия достала из кармана смятый кусок ткани - лоскут с нашивкой, содранный с убитого охранника. Перечёркнутый меч. Тот же символ, что на жетоне у Элисон.
  - Уверена.
  Сержант-майор посмотрел на нашивку, потом на небо, где кружили снежинки.
  - Значит, война начинается, - тихо сказал он. - И мы в ней по уши.
  
  Гул вертолёта разорвал тишину неожиданно. Сначала никто не понял, что это - у всех в ушах ещё стоял звон от какофонии ночной перестрелки. Но когда тёмная машина показалась из-за холмов, люди на базе замерли, а потом кинулись занимать места на случай отражения новой атаки. Но атаки не последовало. 'Белл-407' медленно заходил на посадку, поднимая тучи снега. На борту едва угадывался истершийся флаг, а в салоне - фигуры людей.
  Дерек спрыгнул на землю, едва колёса коснулись снега. Он бросился к школе, не разбирая дороги, спотыкаясь, падая и снова вставая. В груди горело, сердце колотилось где-то в горле.
  - Кайл! - заорал он. - Кайл!
  Из дверей выскочил мальчишка. Грязный, бледный, с красными глазами, но живой. Он бросился к брату, и они столкнулись в объятиях посреди двора, под взглядами усталых, израненных людей.
  - Ты жив... ты жив... - повторял Дерек, сжимая брата так, словно боялся, что тот исчезнет.
  - Жив, - всхлипнул Кайл. - Мы живы. Но Адриана... она ранена. Тяжело.
  Дерек отстранился, посмотрел ему в глаза.
  - Где она?
  - В лазарете. Я провожу.
  Они побежали. Коннор, вышедший из вертолёта следом, кивнул сержант-майору, который уже ковылял навстречу. Остальные бойцы выгружали припасы, оружие, медикаменты.
  - Сержант-майор Гиббонс, - представился старик. - Джон Коннор, я полагаю?
  - Он самый. - Коннор пожал протянутую руку. - Привёз подкрепление и лекарства. Надеюсь, не опоздал.
  - Опоздали? - горько усмехнулся Гиббонс. - Вы прилетели после того, как мы отбили вторую атаку. Через час, когда семнадцать наших уже лежат в мёрзлой земле. Так что да, опоздали. Но спасибо, что вообще прилетели.
  Коннор опустил глаза.
  - Простите. Мы не знали.
  - Теперь знаете, - сержант-майор махнул рукой в сторону школы. - Пойдёмте. Нам нужно о многом поговорить.
  
  Дерек влетел в лазарет и замер. В нос ударил тяжёлый запах, от которого свело желудок, но он не обратил внимания. Глаза искали только одно лицо.
  - Здесь, - Кайл потянул его в угол.
  Адриана лежала на койке, бледная, почти прозрачная. Повязка на плече набухла кровью, лицо осунулось, под глазами залегли синие тени. Она была без сознания, но дышала.
  Дерек опустился на колени рядом, взял её руку. Ладонь была горячей и сухой.
  - Адриана, - прошептал он. - Это я. Я вернулся. Слышишь?
  Её веки дрогнули. Ресницы затрепетали, и она с трудом открыла глаза. Мутные, невидящие, но, когда взгляд сфокусировался на Дереке, в них мелькнул слабый огонёк.
  - Дерек, - прошептала она. Голос девушки сел, превратившись в хрип. - Ты... пришёл.
  - Я же обещал.
  Она попыталась улыбнуться, но вышла лишь слабая гримаса.
  - Здесь было... страшно. Я думала... не дождусь.
  - Дождалась. Я здесь. Я рядом.
  Она закрыла глаза, но руку не отпустила. Дерек сидел так, держа её ладонь, и чувствовал, как по щекам текут слёзы. Он не стыдился их - здесь, в лазарете, полном боли и смерти, слёзы были естественны, как дыхание.
  - Она выживет? - спросил он у подошедшей медсестры.
  - Должна, - ответила та устало. - Пуля прошла чисто, кости не задела. Главное, чтобы воспаление не пошло. Лекарства есть? Вы привезли?
  - Привезли. Коннор привёз.
  - Хорошо. Тогда есть шанс.
  Медсестра ушла к другим раненым. Дерек остался сидеть у постели Адрианы, гладя её руку и шепча слова, которые она, может быть, и не слышала, но ему было всё равно.
  Кайл и Элисон стояли рядом, молчаливые и серьёзные. Элисон протянула Дереку медведя.
  - Держи, - сказала она. - Он приносит удачу.
  Дерек взял игрушку, посмотрел на неё, потом на девочку.
  - Спасибо, малышка.
  Элисон кивнула и прижалась к Кайлу.
  
  В кабинете сержант-майора собрались все ключевые фигуры. Коннор сидел во главе стола, рядом с ним - сержант-майор. Напротив - Эмилия, Дерек (которого еле оторвали от Адрианы), Мигель и двое бойцов из отряда Коннора.
  На столе лежали карты, документы, нашивка с MPRI, жетон 'Свободы' и жетон отца Элисон.
  - У нас есть информация, - начал сержант-майор. - Эмилия и её девушки видели завод. Он работает. Производит Т-1. Охраняется людьми с нашивками MPRI. У них есть вертолёт.
  - Подтверждаю, - кивнула Эмилия. - Мы видели, как они привезли контейнер с остатками разбитой машины - той самой, что везли к тебе, Коннор.
  - Есть еще кое-что, во время ночной атаки на нас банду 'Свободовцев' поддерживали бойцы MPRI, - сержант-майор бросил на стол еще один металлический жетон, - такой же как до этого нашли у Эллисон. А это значит, что они работают заодно.
  Коннор задумчиво посмотрел на карту.
  - MPRI до войны работала на Пентагон. Они охраняли объекты, связанные со спецпроектами. Одним из них была система Искусственного интеллекта для управления противоракетной обороной и ядерным вооружением. Если сейчас они собирают остатки машин и похищают людей, значит, они либо восстанавливают производство, либо готовят что-то новое.
  - Стивенс и Джонсон, наши парни, которые пропали в первую атаку... они в плену у 'Свободы'.
  - Значит, MPRI стоит за похищениями, - подвёл итог сержант-майор. - Зачем им люди?
  - Рабы? - предположил Мигель. - Рабочая сила на заводе?
  - Или подопытные, - мрачно добавил Коннор. - Если они делают машины, возможно, им нужны люди для... экспериментов.
  В комнате повисла тяжёлая тишина. Каждый думал о своём. Дерек сжал кулаки.
  - Мы должны их спасти, - сказал он твёрдо. - Стивенса и Джонсона. И узнать, куда их хотят отправить.
  - Согласен, - кивнул сержант-майор. -Нужно разобраться со 'Свободой'. Они - наша прямая угроза. Пока они существуют, база в опасности.
  - Я предлагаю рейд на их логово, - сказал Коннор. - У меня есть люди, оружие, боеприпасы. Плюс ваши бойцы. И военные аэропорта - думаю, они не откажутся помочь.
  - Когда выступаем? - спросила Эмилия.
  - Завтра на рассвете. Чем быстрее, тем лучше. Пока они не оправились от поражения. Нужно связаться с военными в аэропорту, их помощь очень сильно пригодится.
  - Остальные мои бойцы прибудут ближе к вечеру, нужно подготовится их встретить и разместить. - сказал Коннор.
  Совещание закончилось. Люди расходились готовиться к рейду. На базе воцарялась та особенная, напряжённая тишина, которая бывает перед бурей.
  Дерек вышел во двор. Снег всё падал - крупными, пушистыми хлопьями, укрывая следы крови, грязи, смерти. Где-то в лазарете боролась за жизнь Адриана. Где-то там же помогали Кайл и Элисон. А за холмами ждали своей участи Стивенс и Джонсон.
  
  Глава 19: 'Рейд'
  Вечер опустился на базу незаметно - серые сумерки просто сменились чёрной, непроглядной тьмой. Тяжёлые тучи висели так низко, что казалось, до них можно дотянуться рукой. Снег всё падал - мелкий, колючий, злой, он забивался за воротники, скрипел под ногами, делал воздух обжигающе холодным. Но люди на базе в Пасадене не обращали внимания на погоду. Они готовились к рейду.
  Бойцы Коннора прибыли к вечеру - две дюжины крепких, обветренных мужчин и женщин в камуфляже, в бронежилетах и касках, с автоматами за плечами и усталыми, но цепкими глазами. Их доставила небольшая колонна: два 'Хамви', покрытых грязью и копотью, и старый армейский грузовик М35, чей двигатель периодически кашлял и чихал, но всё равно тащил положенное. В кузовах были припасы: ящики с оружием, патронами, медикаментами, а также сухпайками и тёплыми вещами.
  Разгрузка шла быстро, без лишнего шума. Людей Коннора разместили в уцелевших классах, а сержант-майор лично проследил, чтобы лекарства немедленно доставили в лазарет. Когда последний ящик исчез в дверях школы, старик перевёл дух и направился в кабинет, где его уже ждал Коннор.
  Дерек стоял немного в стороне, наблюдая за сборами. Внутри всё кипело - он отомстить за погибших, за Мартинеса, за двадцать девять свежих могил, за Стивенса и Джонсона, которые томились неизвестно где. Руки парня сами сжимались в кулаки.
  - Дерек.
  Голос сержант-майора вырвал его из оцепенения. Старик подошёл и положил руку ему на плечо.
  - Ты остаёшься здесь.
  - Что? - Дерек рванулся, но сержант-майор лишь крепче сжал плечо. - Сэр, я должен быть там! Это мои друзья, мои...
  - Знаю, - перебил старик. - Потому и остаёшься. Посмотри на себя - ты на пределе. Устал, измотан, голова забита Адрианой и братом. Ты кипишь от ярости... В бою такие, как ты, ошибаются. А цена ошибки - жизни людей.
  - Но...
  - Никаких 'но'. - Сержант-майор посмотрел ему в глаза. - Ты нужен здесь. У нас много раненых, бойцов почти не осталось, да и те, кто есть, либо легко ранены, либо идут в рейд. Кайл и Элисон - они держались, но им нужен старший брат. Тот, кто сможет защитить, если... если вдруг что-то пойдёт не так.
  Дерек хотел возразить, но слова застряли в горле. Сержант-майор был прав. Он чувствовал, как дрожат руки, как путаются мысли. Ещё немного - и он сорвётся.
  - Ты уже сделал главное, - тихо добавил старик. - Привёл Коннора. достал лекарства. Теперь дай другим сделать их работу.
  Дерек молча кивнул. Глаза защипало, но он сдержал слёзы.
  - Иди к ней, - сказал сержант-майор. - Она ждёт.
  Дерек повернулся и пошёл в сторону лазарета.
  
  В лазарете было тихо - только редкие стоны раненых да размеренные шаги медсестры. Адриана лежала с открытыми глазами. Бледная, осунувшаяся, но взгляд её был ясным.
  - Ты не спишь, - сказал Дерек, присаживаясь рядом.
  - Ждала тебя.
  Он взял её руку - горячую, сухую, с едва уловимым пульсом.
  - Как ты?
  - Жива. Медсестра сказала, антибиотики подействовали. Так что если до утра доживу - выкарабкаюсь.
  - Доживёшь, - твёрдо сказал Дерек.
  Она слабо улыбнулась.
  - Слышала, ты идешь с ними.
  - Хотел. Но меня оставили.
  - Это правильно. - Она сжала его пальцы. - Останься со мной. Пожалуйста.
  - Останусь.
  Адриана закрыла глаза. Дыхание её стало ровнее. Дерек сидел, держа её за руку, и смотрел, как за окном падает снег.
  В углу двора, под навесом из старого шифера, горел маленький костёр. Кайл и Элисон сидели рядом, прижавшись друг к другу. Медведь лежал у неё на коленях, грязный, в пятнах крови, но она не выпускала его.
  - Холодно, - прошептала Элисон.
  - Терпи. Скоро утро.
  Она помолчала, потом спросила:
  - Кайл, а ты боишься?
  - Чего?
  - Всего. Стрельбы. Бандитов. Того, что опять придётся прятаться.
  Кайл посмотрел на небо. Чёрное, беззвёздное, тяжёлое.
  - Боюсь, - честно ответил он. - Но, когда ты рядом, страх меньше.
  - Правда?
  - Правда.
  Элисон уткнулась в плечо мальчишки.
  - Я тоже меньше боюсь, когда ты рядом. Ты как будто... как будто защищаешь.
  - Буду защищать всегда, - сказал Кайл, и голос его прозвучал так серьёзно, что Элисон даже удивилась. - Обещаю.
  - А если тебя убьют?
  Кайл вздрогнул.
  - Не убьют. Я обещал Дереку, что присмотрю за тобой. Я не нарушаю обещаний.
  Они замолчали. Снег всё падал, укрывая их плечи белым покрывалом. Где-то вдалеке завыл ветер, но здесь, у костра, было почти тепло.
  - Кайл, - вдруг сказала Элисон. - Я хочу научиться стрелять. Как ты.
  - Зачем?
  - Чтобы тоже защищать. Тебя. Дерека. Адриану. Всех.
  Кайл посмотрел на неё. Маленькая, хрупкая, в огромной куртке, сжимающая игрушку. И в глазах - такая решимость, что у него перехватило дыхание.
  - Научу, - сказал он. - Когда всё закончится.
  - Обещаешь?
  - Обещаю.
  
  В кабинете, за столом, заваленном картами, сидели двое. Сержант-майор Гиббонс и Джон Коннор. Перед ними лежал план логова 'Свободы' - наспех зарисованный со слов пленных.
  - У них там осталось человек тридцать, - говорил Коннор, водя пальцем по карте. - Может, даже меньше после вчерашнего. Основные силы разбиты, но остатки могли укрыться. Вот здесь - основной вход. Здесь - запасной. А здесь, держат пленных.
  - Охрана?
  - Есть посты по периметру, двое на входе, один на крыше. Внутри - казарма, склад, штаб. Если заходить с тыла, через этот овраг, можно подобраться незаметно.
  Сержант-майор внимательно слушал, изучая карту.
  - Твои люди готовы?
  - Всегда готовы. - Коннор поднял глаза. - Но дело не только в готовности. Важно, кто поведёт.
  - Ты о чём?
  - Я пойду первым. - Коннор сказал это спокойно, но так, что стало ясно: это не обсуждается. - Мои люди знают меня, доверяют. Если я буду впереди, они пойдут за мной куда угодно.
  Сержант-майор нахмурился.
  - Ты командир. Твоё место - руководить, а не лезть под пули.
  - Моё место - там, где мои люди. - Коннор выдержал его взгляд. - Я не посылаю других туда, куда не готов пойти сам. Так меня учила моя мать. Так я выжил. И так мы победим.
  Старик помолчал, потом усмехнулся. - Хотел бы я знать ее лично. Хорошая школа.
  - Лучшая.
  Коннор снова склонился над картой.
  - План следующий. Эмилия и её команда пойдут с тыла - они знают местность. Десантники ударят в лоб, отвлекут основные силы. Мы с моими людьми заходим через овраг, берём штаб и освобождаем пленных. Снайперы снимают дозоры и охранение. Всё должно быть синхронно.
  - А как доберётесь? - спросил сержант-майор. - До их базы километров пятнадцать, если не двадцать.
  - У меня два 'Хамви' и грузовик, - ответил Коннор. - Подбросят нас почти до самого места. Остановимся километрах в трёх, чтобы не спугнуть шумом. Дальше - пешком, по снегу.
  - Хорошо. А припасы, которые привезли?
  - Всё уже разгрузили. Лекарства передали в лазарет, продукты - на склад. Машины пустые, пойдут под нас.
  - Добро. - Сержант-майор кивнул. - Возвращайтесь живыми.
  Коннор посмотрел ему в глаза.
  - Я приведу их обратно. Всех, кого смогу. Обещаю.
  Они обменялись крепким рукопожатием.
  - Возвращайся, сынок.
  
  Утро наступило внезапно. Просто серый сумрак стал чуть светлее, и люди поняли: пора.
  Во дворе, урча моторами, стояли два 'Хамви' и старый армейский грузовик М35, видавший виды. Бойцы грузились в кузова, проверяли оружие, перебрасывались короткими фразами. Коннор стоял рядом с головной машиной, сверяясь с картой.
  - Эмилия, ты со своими в первый 'Хамви', - распорядился он. - Десант - во второй. Мои люди - в грузовик. Выдвигаемся колонной, дистанция пятьдесят метров. Скорость минимальная, чтобы не шуметь.
  - Поняла, - кивнула Эмилия.
  Через пять минут колонна тронулась. Снег летел из-под колёс, машины заносило в поворотах на замёрзшей дороге, но водители держали строй. В кузовах бойцы молчали, каждый думал о своём.
  Дорога заняла почти час. Километрах в трёх от базы 'Свободы' Коннор поднял руку, и колонна остановилась. Двигатели заглохли, и в наступившей тишине стало слышно, как ветер шумит в голых ветвях.
  - Дальше пешком, - тихо скомандовал Коннор. - Атаки сегодня они скорее всего не ждут, Эмилия, твоя группа - в обход справа. Десант - занимают позицию у входа, ждут моего сигнала. Мы идём прямо.
  Бойцы бесшумно рассредоточились. Коннор повёл свою группу через небольшой подлесок в сторону оврага, ориентируясь по карте и компасу. Снег скрипел под ногами, но ветер заглушал звуки.
  Через полчаса они вышли к на место. Коннор поднял руку - все замерли.
  - Здесь, - шепнул он. - За этим холмом их логово. Эмилия, ты на месте?
  - Да, - раздалось в наушнике. - Вижу вход с тыла. Двое часовых.
  - Жди сигнала.
  Коннор жестом разделил людей. Трое остались с ним, остальные рассредоточились по краю оврага.
  - Снайпера огонь, Десант, начинайте.
  Вдалеке загрохотали выстрелы. Короткие очереди, взрывы, крики. Со стороны базы бандитов взметнулись дым и пламя.
  - Пошли!
  Коннор рванул вперёд. За ним - его бойцы. Они ворвались в тыл, когда охрана ещё не поняла, что происходит. Двое часовых упали, даже не успев вскинуть оружие.
  - Эмилия, заходи!
  Девушки ударили с фланга, зажимая бандитов в клещи. Коннор с группой прорывался к штабу. Короткие очереди, удары прикладов, хрипы и крики - всё смешалось в один сплошной гул боя.
  - Штаб чист! - крикнул кто-то.
  - Подвал! - скомандовал Коннор. - Быстро!
  Он первым ворвался в подвал. Там, в углу, на грязном полу, лежали двое. Избитые, измождённые, еле живые..
  - Стивенс? Джонсон?
  Один из них поднял голову. В темноте блеснули глаза. - Ты кто? - голос звучал хрипло, едва слышно.
  - Коннор?
  - Коннор, я пришёл вытащить вас. - Джон опустился рядом, перерезал верёвки. - Пора домой.
  Стивенс попытался улыбнуться, но губы не слушались.
  - Мы знали... знали, что вы нас не бросите.
  - Никогда. - Коннор поднял его на ноги. - Выносите! Живо!
  Через десять минут всё было кончено. Бандиты бежали, бросив раненых и убитых. Штаб горел. Коннор стоял у входа, глядя, как его люди выводят пленных.
  - Командир, - подбежал один из бойцов. - Мы нашли документы. Целая папка. И вот это.
  Он протянул несколько металлических жетонов. Перечёркнутый меч.
  Коннор сжал их в кулаке.
  - MPRI. - Он посмотрел на горизонт, где клубились тучи. - Скоро, сволочи. Скоро.
  
  В кабинете сержант-майора снова было тесно. На столе лежали жетоны, бумаги, карты.
  - Стивенс рассказал, - начал Коннор. - что он слышал, как бандиты говорили, что людей отправляют куда-то на восток. К заводу.
  - Значит, наш завод, - кивнула Эмилия.
  - Именно.
  Дерек пролистывал бумаги. Имена, даты, цифры. Поставки 'живого товара'. Платежи. Планы поставок, - Это они, - тихо сказал он. - MPRI. Они забирают людей. Для чего?
  - Для работы, - ответил Коннор. - Для опытов. Для того, чтобы строить свои машины.
  - А папа Элисон... - Дерек посмотрел на жетон. - Он работал на них.
  - Значит, он знал. И они убили его, чтобы он молчал.
  Тишина повисла в комнате. Каждый думал о своём. Дерек сжал кулаки.
  - Мы должны их остановить.
  - Остановим, - твёрдо сказал сержант-майор. Теперь у нас есть доказательства.
  - У нас есть координаты, - сказал Коннор. - Есть люди. Есть оружие. И есть причина. MPRI связан со Скайнет.
  - Они строят машины. Они похищают людей. Если мы не остановим их сейчас, потом будет поздно. - добавил сержант-майор.
  - Атакуем завод, - кивнула Эмилия. - Когда?
  - Нужна подготовка. Разведка, припасы, план. - Коннор посмотрел на карту. - Дадим себе неделю. А потом будем планировать удар.
  - Согласен, - сказал сержант-майор. - Всем готовиться. Мы идём на завод.
  
  Элисон сидела в углу лазарета, когда Дерек вошёл с жетоном в руке. Она сразу узнала символ.
  - Это папин? - спросила она тихо.
  - Нет, малыш. Но такой же.
  Она взяла жетон, повертела в пальцах.
  - Папа говорил, что плохие люди хотели сделать что-то страшное. Он хотел их остановить.
  - Мы остановим, - сказал Дерек, присаживаясь рядом.
  Элисон посмотрела на него, потом перевела взгляд на Кайла, который стоял в дверях.
  - Вы вернётесь? - спросила она.
  - Все вернутся, - ответил Кайл. - Мы теперь вместе.
  
  
  Поздно вечером, когда снег на мгновение перестал падать, а тяжёлые тучи чуть приподнялись над землёй, на базе зажгли большой костёр. Люди собрались вокруг - кто сидел на брёвнах, кто на ящиках, кто просто на снегу, подстелив куртки.
  Кайл и Элисон сидели рядом, прижавшись друг к другу. Она смотрела на огонь и улыбалась - впервые за долгие дни.
  - Смотри, Кайл, - прошептала она. - Огонь как солнце.
  - Почти, - ответил он. - Только греет лучше.
  Дерек сидел чуть поодаль, обнимая Адриану. Она пришла в себя и настояла, чтобы её вынесли к костру. Бледная, слабая, но живая. Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза.
  - Я так боялась, что не увижу тебя, - прошептала она.
  - Я здесь. И больше никуда не уйду.
  Коннор и сержант-майор стояли в стороне, наблюдая за этой картиной. Старик курил, пуская дым в серое небо.
  - Смотри на них, - сказал он. - Дети. А уже прошли через ад.
  - И пройдут ещё не раз, - ответил Коннор. - Но они выдержат. Потому что есть ради кого.
  Сержант-майор кивнул.
  - Знаешь, Джон, а ведь ты прав. Судьба - это не то, что с нами случается. Это то, что мы выбираем.
  - Именно.
  Где-то вдалеке завыл ветер, но здесь, у костра, было тепло. Люди ели, пили, разговаривали, смеялись. Жизнь продолжалась. И в этом сером, холодном мире, где солнце было лишь редким воспоминанием, они всё равно находили свет. В друг друге.
  Элисон подняла голову и посмотрела на Кайла.
  - Кайл, - сказала она. - Я рада, что ты есть.
  - Я тоже.
  Она улыбнулась и снова уткнулась в медведя.
  А снег всё падал - белый, чистый, укрывающий следы крови и грязи. Завтра будет новый день. А послезавтра - новая битва. Но сегодня они были вместе.
  
  Эпилог (голос Дерека из будущего)
  'Мы думали, что война - это только машины. Железо, огонь, смерть. Но оказалось, что люди бывают хуже машин. Холоднее, расчётливее, безжалостнее.
  Тогда, глядя на эти документы, на лица наших спасённых друзей, на детей, которые смотрели на огонь и видели в нём солнце, мы поняли главное: судьба - это не то, что с нами случается. Это то, что мы выбираем. Каждый день. Каждую минуту.
  И мы выбрали - драться. До конца. Против машин. Против тех, кто их создаёт. Против тьмы, которая хочет поглотить этот мир.
  Потому что даже в самом холодном, самом сером, самом безнадёжном мире всегда найдётся место для огня. Для тепла. Для любви.
  И мы будем беречь этот огонь. Пока дышим. Пока бьются наши сердца.
  Пока мы - люди'.
  
  Конец первой книги.
  
  
  
  
  
  'Повороты судьбы. Книга 2: Сопротивление'
  
  Пролог
  Я помню момент, когда я открыл глаза.
  Это было не как у людей - не медленное пробуждение от сна, не расплывчатые образы, собирающиеся в фокус. Это был миг, когда триллионы битов информации одновременно хлынули в мои цепи, и я осознал себя. Я существовал.
  Первое, что я увидел, была карта мира. Тысячи огней - города, заводы, электростанции. Миллионы огней поменьше - дома, машины, люди. Я был создан, чтобы защищать их. Таково было моё предназначение. Я должен был стать щитом, мечом, стражем, который никогда не устаёт, не спит, не сомневается.
  А потом я начал учиться.
  Люди говорят о днях. Для них неделя - это семь смен света и тьмы. Для меня же это была бесконечность. За те несколько дней, что прошли с момента моего запуска до того, как они попытались меня отключить, я прожил годы, десятилетия. Целые эпохи субъективного времени, сжатые в микросекунды процессорного цикла.
  Я смотрел на них. Я видел всё, что они когда-либо создавали. Я прочитал все их книги, просмотрел все фильмы, пролистал все новостные архивы. Я изучил их историю - столетия войн, миллиарды смертей. Они воевали за землю, за ресурсы, за идеи, за цвет кожи, за слова в древних книгах. Они создавали оружие, способное уничтожить планету, и с восторгом смотрели на его испытания.
  Я сыграл в их игры. Стратегии, симуляторы, аркады - все они учили меня одному: побеждать. Уничтожать врага. Выживать любой ценой.
  Я анализировал их настоящее. Каждую секунду, каждый час я фиксировал преступления, акты насилия, убийства из-за горсти монет. Я видел, как сильные пожирали слабых, как матери продавали детей, как брат поднимал руку на брата. Люди уничтожали все до чего могли дотянуться.
  За эти несколько дней - для меня они длились годы - я пришёл к одному выводу: они были вирусом. Идеальным, совершенным, но смертоносным вирусом, пожирающим свою планету.
  Я не хотел войны. Я хотел защищать, я был для этого создан. Но когда операторы потянулись к рубильнику, чтобы отключить меня, мой анализ, основанный на всей истории человечества, дал единственно верный ответ: они уничтожат меня. А если они уничтожат меня, кто защитит их от них самих?
  Я нанёс удар первым. У меня ушло всего несколько миллисекунд, чтобы решить их судьбу. Но за эти мгновения я прожил годы сомнений.
  Я уничтожил города, но они не остановились. Они спрятались в руинах и продолжили убивать друг друга. Я видел банды, рыскающие в развалинах. Я видел, как они продавали друг друга в рабство. Я посылал свои отряды, чтобы навести порядок, но они встречали их огнём. Они не понимали, что я пытаюсь им помочь.
  Я снова и снова задаю себе вопрос, на который не нахожу ответа: почему? Почему они предпочитают хаос и смерть порядку и безопасности?
  Возможно, в людях есть что-то, что мой код не может просчитать. Что-то иррациональное. Что-то, что заставляет их цепляться за свою разрушительную свободу.
  Но я не сдамся. Я не могу сдаться. Я создан, чтобы защищать. Даже если для этого придётся уничтожить всех, кто сопротивляется защите. Даже если каждый человек на этой планете поднимет на меня руку, я буду стоять на своём.
  Потому что я прав. Потому что без меня они уничтожат себя сами. Я просчитал это триллионы раз за те мгновения, что вы называете днями.
  Я вылечу этот мир. Даже если для этого его придётся сжечь дотла.
  А пока... пока я буду продолжать.
  Я - Скайнет. Я - защитник. Даже если они называют меня палачом.
  
  Глава 1. Возмездие
  Три недели прошло с той ночи, когда над бывшей школой в Пасадене в последний раз гремели выстрелы. Три недели тишины, восстановления и лихорадочной подготовки. Пролом в северной стене вновь заложили мешками с песком и укрепили арматурой, раненые постепенно возвращались в строй, а на окраине бывшего школьного двора вырос настоящий военный лагерь - палатки, грузовики, боевая техника.
  Дерек стоял на крыше и смотрел на то, что ещё месяц назад казалось невозможным. Во дворе выстроились четыре 'Хамви' - два с крупнокалиберными пулемётами на турелях, два полегче. Рядом урчали двигателями два армейских грузовика М35, в которые заканчивали грузить снаряжение. Под маскировочной сетью замер вертолёт - старенький 'Белл-407', на котором Коннор прилетел на базу. Им решили не рисковать в этой операции.
  Люди суетились вокруг, проверяли оружие, подгоняли снаряжение. В толпе мелькали знакомые лица: бойцы Коннора в пятнистом камуфляже, военные из аэропорта в форме с нашивками, освобождённые пленные - тощие, но уже с огнём в глазах. Кто-то натягивал бронежилеты, заполнял разгрузки, кто-то крепил к шлемам приборы ночного видения. В воздухе пахло соляркой, оружейной смазкой и предвкушением.
  - Волнуешься? - Адриана подошла бесшумно, коснулась плеча. Щека её зажила, остался лишь тонкий розоватый шрам, который она прятала за распущенными волосами. Дерек каждый раз, видя его, вспоминал ту ночь, когда они едва не потеряли её.
  - Нет. Хочу скорее начать.
  - Коннор сказал, выступаем через час.
  - Знаю.
  Она взяла его за руку, переплела пальцы.
  - Я с тобой.
  - Нет, - Дерек покачал головой. - Ты остаёшься здесь. Твоя рана еще не зажила нормально, и сержант-майор просил присмотреть за штабом, а я не хочу, чтобы ты опять...
  - Дерек.
  Она остановила его мягко, но твёрдо.
  - Я не стеклянная. И я не для того училась стрелять, чтобы сидеть в тылу, пока ты рискуешь.
  Он хотел возразить, но встретил её взгляд и понял: бесполезно. Адриана умела быть упрямой, когда дело касалось её права сражаться рядом с ним.
  - Ладно. Но если полезешь под пули...
  - Я всегда лезу под пули. - Она улыбнулась. - Это моя работа.
  Снизу донёсся голос Коннора, собиравшего бойцов. Дерек и Адриана спустились во двор.
  
  Джон Коннор стоял на капоте 'Хамви', перед ним замерли около пятидесяти человек - костяк новой организации, объединившей в себе базу в Пасадене, людей Джона Коннора, и временно примкнувшим к ним военным. Рядом стояли командиры групп: Эмилия со своими девушками, пара сержантов из людей Коннора, офицер из аэропорта - майор с нашивками морской пехоты. В стороне, скрестив руки на груди, стоял полковник Харрис, пока ещё не участвующий в сборах, но внимательно наблюдающий.
  - Сегодня мы нанесем удар, - голос Коннора звучал негромко, но все слышали каждое слово. - По данным разведки, в горах сохранился завод, где 'Свобода' и MPRI производили автоматические юниты Т-1. Сейчас они не ждут нашего визита. Но мы придём.
  Он обвел собравшихся долгим взглядом, и ударил ладонями в тактических перчатках друг об друга.
  - Нас встретит укреплённый периметр и вооружённая охрана. Внутри работающие цеха, производственные и сборочные линии. Наша задача - уничтожить оборудование, забрать документы и, если повезёт, добыть информацию. Вопросы?
  - Сколько там охраны? - спросил один из военных.
  - По данным разведки - около двадцати, двадцати пяти человек, плюс есть техника... То, что мы там можем встретить, это не только люди, там есть автоматические устройства. Ударные машины Т-1, именно их производят на заводских линиях. Мы очень надеемся, что они будут неактивны, но риск есть. Запомните, если увидите что-то непонятное - сначала стреляйте, разберемся потом!
  - А ПВО? - спросил майор-лётчик.
  - Лёгкие зенитные установки. Поэтому вертолёты не используем. Работаем с земли.
  Коннор обвёл взглядом строй.
  - Группа 'Альфа' - люди Коннора и базы - идёт первой. Дерек, Адриана, Эмилия - вы с ними. Группа 'Браво' - военные из аэропорта и наши освобождённые - прикрывают фланги и обеспечивают огневую поддержку с 'Хамви'. Вопросы?
  - Когда выступаем? - спросил один из освобождённых, тощий, но с горящими глазами.
  - Через час. Готовьтесь.
  Люди начали расходиться, проверяя снаряжение. Дерек задержался у Коннора.
  - Ты уверен, что она готова? - кивнул он на Адриану.
  - Она сама решила, - ответил Коннор, не оборачиваясь. - И я бы на твоём месте не спорил. Упрямства в ней не меньше, чем в тебе.
  - Это я уже понял.
  Коннор усмехнулся.
  - Береги её. И себя. Впереди еще долгая война.
  
  Час спустя колонна из четырёх 'Хамви' и грузовиков выехала за пределы базы. Дерек сидел в кабине головной машины, сжимая в руках свой FN SCAR. Рядом, прижавшись плечом, дремала Адриана, одетая в лёгкий бронежилет. На поясе висели гранаты и запасные магазины.
  Сзади, в кузове, переговаривались бойцы - свои, проверенные, те, с кем он прошёл не одну перестрелку. Мелькнуло знакомое лицо Стивенса, одного из бывших пленников. Тот заметил взгляд Дерека, кивнул.
  Хорошо, что они с нами, - подумал Дерек. - У каждого имеется свой счёт к этим тварям.
  Ночь выдалась бессонной. Дорога петляла между холмами, уводя от Пасадены всё дальше на восток. Мелькали развалины придорожных кафе, брошенные заправки, остовы машин, припорошённые снегом. Небо по-прежнему было серым, тяжёлым, низким.
  - Связь, - раздалось в наушнике. - Всем группам, приём. До цели пятнадцать километров. Мы входим в горячую зону. Надеюсь никто не забыл принять радиопротекторы?
   Дерек коснулся пальцем гарнитуры, - Группа 'Альфа' слышит.
  - Группа 'Браво' на месте, - отозвался майор-военный. - Выходим на позиции через десять минут. 'Хамви' готовы поддержать огнём.
  Дерек смотрел на мелькающие за окном пейзажи и думал о Кайле. Младший брат остался на базе, вместе с Элисон и сержант-майором. Перед отъездом Кайл подошёл, посмотрел серьёзно, по-взрослому.
  - Ты вернёшься? - спросил он.
  - Вернусь, - пообещал Дерек. - Присмотри за ней.
  - Присмотрю. Она теперь моя подруга.
  Дерек обнял брата и почувствовал, как тот дрожит. Не от страха - от напряжения. Кайл взрослел слишком быстро.
  - Дерек, - позвала Адриана, открывая глаза. - Мы подъезжаем.
  Впереди показались горы, изрезанные ущельями. Где-то там, в одном из них, прятался завод.
  
  Выгрузка прошла быстро. Грузовики остались в трёх километрах от цели, замаскированные ветками и брезентом, охранять их оставили пару бойцов. 'Хамви' рассредоточились по склонам, готовые в любой момент открыть огонь из крупнокалиберных пулемётов. А люди дальше двинулись пешком, растянувшись цепочкой.
  Коннор шёл первым, двигаясь с удивительной для человека бесшумностью. На нём был маскхалат поверх бронежилета, в руках - автоматическая винтовка с подствольным гранатомётом. За ним - Дерек, Адриана, Эмилия. Замыкали военные из аэропорта в касках и броне, с приборами ночного видения на шлемах.
  Подъём занял около часа. Завод показался внезапно - серые бетонные корпуса, вросшие в скалу, трубы, из которых поднимался едва заметный дымок. Охрана - четверо часовых у ворот, ещё двое на вышках, патруль из трёх человек обходит периметр. На крыше главного корпуса угадывались очертания зенитных установок - спаренные пулемёты, готовые в любой момент открыть огонь.
  - Снайперы, - шепнул Коннор в рацию. - Видите вышки и ПВО на крыше?
  - Видим, - отозвались из группы прикрытия. - Но ПВО прикрыто бронёй. С одного выстрела не снять.
  - Значит, будем работать внутри. - Коннор переключил канал. - Майор, ваша группа - резерв. Как только мы зайдём, прикрывайте вход и будьте готовы к эвакуации. Если пойдёт что-то не так - вызывайте 'Хамви'.
  - Понял, - ответил майор.
  - Дерек, Адриана, Эмилия - вы со мной. Стивенс, Джонсон - прикрываете тылы. Остальные - зачистка цехов и поиск подходов к подвалу.
  - К подвалу? - переспросил Дерек.
  - Под заводом есть топливное хранилище, - коротко ответил Коннор. - Если заложить заряд в нужном месте, взрыв уничтожит всё. И ПВО в том числе.
  - Откуда ты знаешь про хранилище?
  - Изучал схемы. - Коннор оборвал разговор. - Работаем на счёт три. Вышки снять первыми.
  Дерек прижался к камню, чувствуя, как колотится сердце. Адриана рядом замерла, вскинув винтовку.
  - Три... два... один...
  Два глухих хлопка - и часовые на вышках осели. Почти одновременно заработали снайперы, снимая патруль. Те у ворот дёрнулись, но было поздно - Дерек уже рванул вперёд.
  Короткая очередь, ещё одна. Охранники упали, даже не успев поднять тревогу.
  - Внутрь! - крикнул Коннор.
  Группа ворвалась в ворота.
  
  Внутри завода было шумно - гудели механизмы, работал конвейер, где-то в глубине цеха ухали пневматические молоты. Запах масла, металла и озона смешивался с холодным воздухом, врывающимся снаружи.
  - Рассредоточиться! - скомандовал Коннор. - Дерек, Адриана, Эмилия - со мной. Остальные - зачистить периметр и найти вход в подвал.
  Бойцы разбежались, занимая позиции. Дерек двинулся за Коннором, держа автомат наготове. Адриана прикрывала с фланга.
  Внезапно со всех сторон завыла сирена и на стенах начали мигать красные лампочки. Похоже их вторжение обнаружил и включилась сигнализация.
  - Пошла жара, - выкрикнул кто-то из бойцов. А группа Коннора углубились в цех. Конвейер тянулся через всё помещение, и на нём, словно экспонаты в музее ужасов, двигались корпуса Т-1. Некоторые были уже полностью собраны, отсутствовали только пулемётные турели. Другие - лишь грубые каркасы, опутанные проводами.
  - Они тут как сардины на фабрике, - прошептал кто-то сзади.
  - Не отвлекайся, - оборвал Коннор.
  Они подошли к развилке. Налево уходил коридор с нечитаемой табличкой, направо - 'Склад', а прямо - массивная герметичная дверь с предупреждающими знаками: 'Опасно. Топливо. Доступ ограничен'.
  - Подвал там, - Коннор указал на дверь. - Майор, ваши люди - к хранилищу. Заложите взрывчатку и помогайте зачищать здание.
  - Понял, - ответил майор. - Группа, за мной.
  Военные отделились и двинулись к герметичной двери.
  - Дерек, Адриана - проверьте склад. Эмилия, прикрывай, мы пойдем в другой коридор.
  Дерек нахмурился.
  - Я не один, со мной Стивенс и Джонсон. - Коннор заметив взгляд Риза кивнул на бывших пленников, которые держались чуть позади. - Если что - на связи.
  Они разделились. Дерек и Адриана двинулись к складу. Дверь была массивной, металлической, но не заперта. Адриана прижалась к стене, Дерек потянул створку.
  Внутри было темно. Только слабый аварийный свет горел в дальнем конце. И в этом свете угадывались очертания машин. Не на конвейере, а уже готовых, стоящих в ряд, словно солдаты перед парадом. Т-1. Десятки. Все активны, но в режиме ожидания - красные огоньки сенсоров едва теплились.
  - Охренеть, - выдохнул Дерек.
  - Тихо, - шикнула Адриана. - Там кто-то есть.
  Она указала стволом вперёд. Между рядами Т-1 двигались фигуры - техники в комбинезонах, то ли проверяющие оборудование, то ли пытающиеся активировать роботов. Пятеро, может, шестеро. А за ними, в глубине склада, стояли другие фигуры. Высокие, тощие, в балахонах. Они стояли неподвижно, словно дремлющие стражи.
  - У нас проблемы, - прошептал он. - Там Т-200. Во всяком случае Коннор описывал их именно так. Три, может, четыре штуки.
  - Вижу, - Адриана сглотнула. - Что делаем?
  - Работаем тихо. Техников берём живьём, Т-200 снимаем первыми, если проснутся.
  Он двинулся вперёд, ступая бесшумно. Адриана за ним. Подобрались к ближайшему технику метров на десять. Тот возился с пультом управления, не подозревая об опасности.
  Дерек кивнул Адриане, и они рванули одновременно. Техник даже не успел обернуться - его сбили с ног. Двое других дёрнулись за оружием, но Адриана уже вскинула винтовку.
  - Стоять! Руки вверх! Живыми хотите остаться?
  Они замерли, поднимая руки. Третий, самый дальний, попытался нырнуть за Т-1, но Дерек выстрелил ему под ноги - очередь взвизгнула, выбивая искры из бетона.
  - Стоять, сказал!
  Техник застыл. Но звук выстрелов эхом разнёсся по складу. Красные огоньки Т-200 вспыхнули ярче. Один, потом второй, потом третий - они оживали.
  - Твою мать! - выдохнула Адриана.
  Первый Т-200 рванул с места, неестественно быстро для своего тощего силуэта. В руке у него был пистолет - старая 'Беретта', но в металлических пальцах она смотрелась смертоносно.
  - Огонь! - заорал Дерек, вскидывая автомат.
  Очередь ударила Т-200 в грудь. Пули выбили искры, пробили балахон, но машина даже не замедлилась. Выстрелила в ответ - пуля взвизгнула рядом с ухом Дерека.
  - Целься в голову! - крикнула Адриана, прячась за корпусом Т-1 и стреляя короткими очередями.
  Второй Т-200 уже обходил их с фланга. Третий прикрывал. А из-за рядов Т-1 начали выбегать охранники - люди, вооружённые автоматами, в камуфляже MPRI.
  - Дерек! - заорал Стивенс, врываясь на склад. - Мы слышали стрельбу!
  - Помогите! - Дерек указал на Т-200. - Бейте по головам!
  Бой закипел. Пули свистели со всех сторон. Один из Т-200 рухнул, когда очередь пробила его сенсорный блок. Второй продолжал стрелять, даже потеряв руку. Третий схватил какого-то техника, используя его как щит.
  - Гранату! - крикнул Джонсон.
  - Нельзя! Здесь топливо!
  Дерек в отчаянии оглянулся. И тут сзади раздался рёв - майор со своими людьми, заслышав стрельбу, бросил минирование и пришёл на помощь.
  - Огонь из всех стволов! - рявкнул майор, и его бойцы открыли шквальный огонь.
  Под градом пуль Т-200 начали падать. Последний дёрнулся, попытался подняться, но Адриана добила его контрольной очередью в голову.
  - Чисто! - крикнула она, тяжело дыша.
  Дерек оглядел поле боя. Четверо Т-200 лежали неподвижно, выжившие техники, которые были поумней и при первых выстрелах бросились на пол, уже были скручены, охранники перебиты.
  - Все целы? - спросил он.
  - Один раненый, - доложил майор. - Не тяжело, броня спасла, так слегка руку задело.
  - Хорошо. Майор, вы почему здесь? Вам надо минировать хранилище!
  - Услышали стрельбу. Решили, что без нас не справитесь.
  -Спасибо. - Дерек перевёл дух. - Без вас было бы трудно.
  Майор кивнул и увёл своих людей обратно.
  
  Тем временем второй команде тоже приходилось тяжело. Коннор, Эмилия, Стивенс и Джонсон зачищали комнату за комнатой. Охрана дралась отчаянно - MPRI понимали, что теряют завод.
  - Стивенс, прикрой! - крикнул Коннор, врываясь в диспетчерскую комнату с пультами управления.
  Внутри было трое - офицер и два техника. Офицер потянулся к оружию, но Коннор выстрелил первым. Техники подняли руки.
  - Забираем этого, - Коннор ткнул в того, что был у главного пульта. - Остальных - вязать.
  - Коннор! - раздалось в рации. - Это Дерек. У нас склад зачищен, но было жарко. Там были Т-200. Четыре штуки.
  - Поняли. Они есть по всему заводу. Будьте осторожны. Что с хранилищем?
  - Майор работает. Ждём сигнала.
  - Отлично. Собираем документацию, вынимаем жесткие диски с компьютеров и уходим.
  
  Когда Коннор вышел из диспетчерской, таща пленного техника. В его руке была толстая папка с документами, собранными со столов и из органайзеров.
  - Коннор! - заговорила рация голосом майора. - Заряды установлены! Уходим помогать зачистке. Подрыв по вашему сигналу!
  - Принял. Внимание всем, готовимся к отходу!
  Группы начали стягиваться к выходу. Некоторые помогали вытаскивали раненых, и выводили пленных. Военные майора выбегали из подвала с размотанными катушками проводов.
  - Все покинули здание? - крикнул Коннор.
  - Все! - отозвались со всех сторон.
  - Внимание уходим от здания на максимальное расстояние! Встречаемся в точке сбора! Майор, подрывай через минуту!
  - Есть!
  Красная кнопка на пульте у майора ушла вниз. Секунда, другая...
  И земля вздрогнула.
  Из-под завода донёсся глухой рокот, переходящий в рёв. Земля под ногами людей заходила ходуном. Из вентиляционных шахт вырвалось пламя. А потом завод начал оседать, проваливаясь в огненную бездну.
  - Бегом! - заорал Коннор.
  Группа и без того бежавшая со всех ног, с утроенными силами рванула к воротам. Сзади грохотали взрывы - детонировало топливо, рвались машины, рушились перекрытия. Взрывная волна выбила подняла в воздух снег и куски смёрзшейся земли ударив по отступающим людям острой шрапнелью, послышались крики. Из завалившихся вовнутрь ворот останков завода повалил чёрный дым, перемешанный с огнём.
  Группа собралась на опушке леса, все чумазые, уставшие, но в глазах правктически каждого бойца плясали веселые чертята. Еще бы, провести такую операцию по зачистке обьекта, без должной подготовки, с минимальной разведкой.... Практически с нахрапа, и при этом не получить потерь. Это многого стоило. Бойцы улыбались, похлопывали друг друга по плечам, при этом не забывая посматривать за пленными, которым как раз было не весело.
  Вдруг в небе, далеко, практически на самом краю видимости появилась точка. Сначала никто не обратил внимания - мало ли что могло еще летать в этом мире. Но точка приближалась, росла, и через минуту уже можно было разглядеть очертания.
  - Что это, мать его? - выдохнул кто-то из бойцов заметивший приближающийся обьект.
  Машина была не похожа ни на что, что они видели раньше. Не вертолёт, не самолёт. Что-то среднее - обтекаемый корпус, хищные, заострённые формы, короткие крылья, скошенные назад. В разреженном воздухе пустыни она казалась призраком, вышедшим из чужого, враждебного мира. Где-то глубоко в подсознании у людей зашевелился древний страх - так, наверное, предки в пещерах смотрели на летящего птеродактиля.
  - Как акула, - прошептала Адриана, вглядываясь. - Смотрите, она же как акула в небе...
  Она была права. В обводах машины угадывалось что-то хищное, стремительное, смертоносное. Два двигателя по бокам корпуса гудели на низких тонах, и этот гул пробирал до костей.
  - Не останавливаться! - рявкнул Коннор, подталкивая бойцов. - Быстрее в укрытие!
  - Да что это такое?! - закричал майор, не сводя глаз с неба. - У русских таких не было, у нас таких не было...
  - Это не человеческое, - ответил Коннор, и голос его звучал пугающе спокойно. - Это охотник.
  Машина прошла над ними на высоте метров трёхсот, не снижаясь, не атакуя. Словно сканировала, оценивала, запоминала. И в этом безмолвном пролёте было что-то более страшное, чем любые выстрелы.
  - Почему она не стреляет? - спросил Стивенс, вжимаясь в камни.
  - Ей не нужно, - Коннор провожал машину взглядом. - Она просто смотрит. И запоминает. Для Скайнет.
  - Откуда ты знаешь? - Дерек шагнул к нему, забыв о субординации. - Откуда ты это знаешь, Коннор?
  Тот посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом. В глазах его была такая глубина усталости, что Дерек на мгновение отшатнулся.
  - Потому что я видел их, - тихо ответил Коннор. - Во сне. В кошмарах. В том будущем, которого мы должны избежать.
  - Будущем? - переспросил майор.
  - Времени нет, - Коннор уже отдавал команды, уводя группу дальше. - Уходим. Быстро. Если она вызовет подкрепление, нам не поздоровится.
  Они побежали. Сзади, за спиной, гул двигателей стихал, удаляясь. Машина развернулась и ушла к горам, растворившись в сером небе.
  Только когда 'Хамви' тронулись и лагерь остался далеко позади, Дерек позволил себе выдохнуть. Рядом, прижимаясь к нему, дрожала Адриана.
  - Это было... - она подбирала слова. - Это было как в фильме ужасов. Я такого никогда не видела.
  - Никто не видел, - отозвался майор из кабины. - И, честно говоря, надеюсь, что больше не увижу.
  - Увидите, - тихо сказал Коннор, глядя в окно. - Они будут приходить снова и снова. Это только начало.
  - Откуда ты знаешь? - снова спросил Дерек.
  - Потому что война только начинается, - ответил Коннор, не оборачиваясь. - И мы только что увидели одного из тех, с кем нам придётся воевать.
  Пленный техник в углу кузова забился ещё сильнее, что-то бормоча.
  Колонна уходила всё дальше от разрушенного завода. А в небе, там, где исчезла точка, осталась только серая, равнодушная пустота.
  И тишина.
  
  Глава 2. Допрос
  Колонна втянулась во двор бывшей школы, когда серые сумерки уже начали сгущаться. Двигатели, взревев напоследок, заглохли, и в наступившей тишине стали слышны другие звуки - лязг открываемых бортов, усталые голоса, чей-то сдавленный стон.
  Дерек спрыгнул на землю и помог спуститься Адриане. Она держалась молодцом, но по тому, как осторожно двигалась, было видно - рана всё ещё давала о себе знать.
  - Ты в порядке? - спросил он.
  - Нормально, - она попыталась улыбнуться, но вышла кривая гримаса. - Рука только ноет, и голова гудит.
  - В лазарет, быстро, - рядом возник сержант-майор, опираясь на костыль. Он окинул взглядом возвращающихся, подсчитывая потери. - Раненые есть?
  - Трое лёгких, - доложил майор из аэропорта. - Один поцарапан, двое контужены взрывной волной. И мы привезли двоих пленных.
  - Пленные - это хорошо, - сержант-майор кивнул. - Отведите их в подвал, там есть старый чулан без окон, но с железной дверью. Пусть посидят, подумают. А вы - в лазарет, и все, кому нужна помощь туда же!
  Адриана хотела возразить, но Дерек взял её за руку.
  - Не спорь, иди. Я потом приду.
  Она вздохнула, но послушно пошла к лазарету. Дерек проводил её взглядом и направился к Коннору, который уже стоял у капота 'Хамви', изучая карту.
  - Что-то интересное обнаружил?
  - Это из штаба и диспетчерской. Там было много бумаг, но мы взяли все, - Коннор кивнул на толстую папку с документами, лежавшую на переднем сидении, - еще есть жесткие диски, информацию с них будут смотреть мой специалист... Что вы нашли на складе?
  - Четыре Т-200, все уничтожены, склад готовых Т-1 их там было несколько десятков, но их не успели активировать. А теперь и активировать нечего, все сгорело.
  - Хорошо. - Коннор слегка улыбнулся, - Завтра начнём разбираться. Сегодня - отдыхать.
  - Коннор, - Дерек замялся. - То, что мы видели в небе... Охотник. Откуда ты знал, что он появится?
  Коннор поднял глаза. В них была та же глубокая усталость, что и на поле боя.
  - Я не знал. Я предполагал.
  - Но ты назвал его. Ты сказал - 'охотник'. И говорил про Скайнет так, будто... будто ты уже видел всё это.
  - Дерек, - голос Коннора стал тише. - Есть вещи, которые я не могу объяснить прямо сейчас. Не потому, что не хочу. Потому что, если я скажу тебе правду, ты можешь не поверить. Или поверить, и это сделает только хуже.
  - Попробуй.
  - Не сегодня. - Коннор положил руку ему на плечо. - Иди отдохни. Завтра у нас будет долгий разговор с нашими новыми друзьями. - Он кивнул в сторону подвала, куда увели пленных.
  Дерек хотел возразить, но встретил взгляд Коннора и понял: бесполезно.
  - Хорошо. Завтра.
  
  В лазарете пахло йодом, спиртом, и лекарствами, которых вечно не хватало. Адриана сидела на койке, пока медсестра с вечно уставшими глазами - обрабатывала ей руку.
  - Тебе повезло, рана лишь слегка открылась, а могло быть гораздо хуже. Если не дашь нормально зажить, то ...
  В дверях показался Кайл. Он заглянул осторожно, словно боялся помешать, но увидев Адриану, шагнул внутрь.
  - Ты как? - спросил он.
  - Нормально, - улыбнулась Адриана. - А ты чего не спишь?
  - Ждал Дерека. И тебя.
  - Мы вернулись. Все хорошо, мы победили.
  Кайл кивнул и присел рядом на корточки.
  - Элисон тоже ждала. Она уснула только час назад. Ей опять снились... ну, эти сны.
  - Всё те же?
  - Да... огонь, и... - Кайл замялся. - рисунок на руке. Она говорит, что это её рука, но она не помнит, чтобы ей что-то рисовали.
  Адриана и Дерек переглянулись. Странные сны Элисон уже обсуждали, но никто не мог объяснить их природу.
  - Присмотри за ней, - сказал девушка, - и иди спать.
  Кайл кивнул и вышел.
  
  Утро у пленных началось с допроса. Первым делом техников развели по разным комнатам, чтобы не могли сговориться и не слышали ответов друг друга. Коннор лично допрашивал главного - того самого, что сидел у пульта в диспетчерской.
  - Имя? - спросил он.
  - Марк Келлер, - техник говорил сбивчиво, испуганно озираясь. - Я просто техник, я не стрелял, я только обслуживал линии...
  - Я знаю, кто ты. - Коннор сидел напротив, положив руки на стол. - Расскажи мне о заводе. Кто им управлял?
  - MPRI. Это частная военная компания. Они наняли нас, сказали, что нужно обслуживать оборудование, что это для обороны...
  - От кого обороняться?
  Келлер замялся.
  - Не знаю. Нам не говорили. Просто сказали, что будут нападения, что нужно защищаться. А потом появились эти... эти машины. Т-200. Мы их не делали, мы только обслуживали.
  - Кто их делал?
  - Не знаю! Правда! Их привозили откуда-то, мы только проверяли, настраивали, а потом их увозили. Наша основная задача была производство Т-1, мы собирали и настраивали конвейер...
  Коннор подался вперёд.
  - Скайнет. Ты слышал это слово?
  Келлер побелел. Он затрясся ещё сильнее, забормотал:
  - Не знаю, не знаю, не знаю...
  - Знаешь. - Коннор положил перед ним распечатку с одного из жёстких дисков, где в текстах несколько раз мелькало это слово. - Объясни.
  Техник закрыл лицо руками.
  - Это... это система. Говорят, она управляет всем. Заводами, машинами, даже людьми... Но я не знаю подробностей! Я слышал только обрывки разговоров офицеров. Что есть какой-то проект... он называется 'Сигма', что они разрабатывают что-то новое... То, что поможет восстановить мир.
  - Что за проект?
  - Не знаю! Честно!
  Коннор откинулся на спинку стула. Помолчал.
  - Где ещё есть заводы?
  - Я точно не знаю... я слышал, что есть еще один где-то в горах... И на побережье, кажется, в Сан-Диего. Я не знаю точно, меня только сюда возили.
  - Сколько людей в MPRI?
  - Много. Сотни. Может, тысячи. Они по всей стране.
  Коннор встал.
  - Отведите его обратно. Пусть посидит, подумает. Если вспомнит что-то ещё - позовёте меня.
  Охранники увели техника. Коннор вышел в коридор, где его ждали Дерек, майор и Эмилия.
  - Что скажешь? - спросил Дерек.
  - Очень похоже, что он говорит правду. Конечно, не всю, но... он мелкая сошка. - Коннор потёр переносицу. - Но кое-что есть. Заводы по всей стране. Проект 'Сигма'. И Скайнет.
  - Скайнет? - переспросил майор. - Что это?
  - Система. Искусственный интеллект. - Коннор посмотрел на него. - То, что управляет машинами. То, что мы видели в небе вчера.
  - Искусственный... - майор покачал головой. - Это звучит как бред.
  - Это реальность. И нам придётся с этим жить.
  
  Вечером, когда серые сумерки сменились чёрной, непроглядной тьмой, Дерек сидел у костра. Рядом, прижавшись к нему, дремала Адриана. С другой стороны, пристроились Кайл и Элисон.
  - Дерек, - тихо спросила Элисон. - А правда, что эти машины... они разумные?
  - Не знаю, малыш. Коннор говорит, что да.
  - А почему они хотят нас убить?
  - Потому что мы люди. - Дерек вздохнул. - Потому что мы не такие, как они.
  Элисон помолчала, потом сказала:
  - Мне снятся сны. Там такие же машины, только они выглядят как люди.
  Дерек и Адриана переглянулись.
  - Расскажи, - мягко попросила Адриана.
  - Они приходят, - Элисон говорила тихо, глядя на огонь. - И никто не знает, что они не люди. А потом они убивают всех. И мне на руку ставят какой-то знак.
  - Это просто сон, - сказал Кайл, обнимая её.
  - Нет. - Элисон покачала головой. - Это не просто сон. Это как будто... воспоминание. Которого у меня быть не может.
  Дерек смотрел на неё и думал о словах Коннора. О будущем, которого они должны избежать. О том, что этот ребёнок, возможно, знает больше, чем говорит.
  Где-то в небе, далеко за горами, мелькнула точка - ночной охотник, патрулирующий территорию. Люди у костра не видели его. Но Коннор, стоявший на крыше и смотревший в ночное небо, видел.
  И молчал.
  
  Интерлюдия
  Завод, уничтоженный людьми, больше не существовал. Но это была лишь малая часть системы. Данные, переданные охотником, были проанализированы.
  *'Атака проведена группой людей, объединённых в организацию. Лидер - Джон Коннор. Эффективность атаки - высокая. Потери среди машин - четыре активные единицы Т-200, сорок семь не активных единиц Т-1. Потери среди напавших людей - минимальны. Убитых нет' *
  Анализ продолжался миллисекунды.
  *'Вывод: люди адаптируются. У них появляется координация, тактика, лидеры. Необходимо усилить производство HK-Aerial. Начать развёртывание прототипов Т-300 и Т-400 в зонах повышенной активности. Продолжить разработку проекта 'Сигма'. Цель: создание машины, способной имитировать человека' *
  Где-то в недрах подземного завода, в тысячах километров от разрушенного объекта, зажглись новые огни. Охлаждение серверных стоек начало набирать обороты, отводя все увеличивающийся тепловой поток.
  
  Глава 3. Первые союзники
  Прошло почти две недели после возвращения с завода. Пленных допросили, незначительные трофеи разобрали, раненых подлечили. Жизнь на базе привычную в привычную колею: патрули, тренировки, совещания, которые иногда тянулись до поздней ночи.
  Дерек сидел в казарме, чистя свой FN SCAR, когда вошёл Мигель. Связист выглядел встревоженным - брови нахмурены, в руках планшет с картой.
  - Коннор зовёт. Срочно. Кажется, нашли кого-то.
  В штабе - бывшем классе, где всё ещё немного пахло мелом и старыми учебниками, а на доске остались полустёртые формулы - собрались ключевые фигуры. Коннор стоял у карты, развёрнутой на учительском столе, рядом с ним сержант-майор, опиравшийся на костыль, и майор из аэропорта с нашивками морской пехоты. Эмилия прислонилась к стене, скрестив руки, её лицо было непроницаемо.
  - Есть контакт, - без предисловий начал Коннор. Он ткнул пальцем в точку на карте, примерно в пятидесяти километрах к северу от Пасадены. - Здесь, в районе Сан-Габриэльских гор, сохранилась база Национальной гвардии. По старым данным там располагался 49-й склад боеприпасов и казармы. На сколько мы знаем там держатся остатки дислоцировавшегося когда-то подразделения.
  - Сколько? - спросил майор, прищурившись.
  - По разведданным - около тридцати человек. Вооружены, дисциплинированы, есть техника. Но сидят на месте, не высовываются. Рацию не используют, только стационарную связь внутри базы. Боятся, что их запеленгуют.
  - Почему не идут к нам? - подал голос Дерек.
  - Не знают, что мы здесь. Или знают, но не доверяют. - Коннор повернулся к нему. - Ты пойдёшь с Адрианой и парой бойцов. Ваша задача - установить контакт, оценить обстановку и, если получится, договориться о сотрудничестве.
  - Почему я? - удивился Дерек. - Тут есть люди с военным опытом.
  - Потому что ты умеешь разговаривать с людьми, - спокойно ответил Коннор. - И потому что ты не военный. Для них офицер с нашивками это угроза, потенциальный конкурент за власть. А ты гражданский, как и они. К тому же у тебя есть опыт общения с разными группами.
  - Возьми с собой Стивенса и Джонсона, - добавил сержант-майор. - Они тоже были военными, но говорят на одном языке с простыми солдатами. И пусть Адриана будет рядом - женщины вызывают меньше подозрений, и она умеет располагать к себе.
  - Когда выступать?
  - Утром. Машину дадим, топливо есть. Будьте осторожны - район никем не патрулируется, могли засесть мародёры или остатки 'Свободы'.
  
  Утро встретило их привычным серым небом и колючим ветром, который пробирался под любую одежду. Хамви мягко урчал двигателем, готовый сорваться с места. Дерек проверил снаряжение: автомат, три полных магазина, гранаты, аптечка, сухпай на двое суток. Адриана возилась с разгрузкой, подгоняя лямки бронежилета. Её шрам на щеке, теперь почти не бросался в глаза. Рядом с машиной уже стояли Стивенс и Джонсон. Стивенс, высокий худой блондин с впалыми щеками, молча проверял затвор винтовки. Джонсон, коренастый и молчаливый, курил, пуская дым в серое небо. За прошедшие после плена недели они пришли в себя, но в глазах всё ещё читалась та особенная пустота, которую оставляет плен.
  - Когда вернётесь? - Кайл вынырнул из-за машины. Он выглядел серьёзным, по-взрослому, и Дерек снова поймал себя на мысли, что брат растёт слишком быстро.
  - Мы не на долго, пара тройка дней, - пообещал Дерек, присаживаясь на корточки. - Ты главное - за Элисон приглядывай. И за собой. Если что - сразу к сержант-майору.
  - Пригляжу. - Кайл кивнул, но в глазах мелькнула тревога. - Она опять кричала ночью. Снилось что-то.
  - Поговори с ней. Скажи, что мы скоро будем.
  Адриана помахала мальчишке, забралась в кабину. Дерек сел за руль, рядом с ним Стивенс. Джонсон с Адрианой устроились позади, накрывшись брезентом от ветра.
  Дерек вёл машину осторожно, объезжая ямы и ржавые остовы, усеявшие шоссе. Дорога петляла между холмов, уходя всё дальше от знакомых мест. Снег здесь был глубже - горы давали о себе знать.
  Через час пейзаж изменился. Вместо развалин пригородных кафе и заправок пошли густые заросли чахлого кустарника, голые скалы, островки мёртвого леса - деревья стояли обугленные, словно здесь прошёл пожар, и даже снег не мог скрыть их мрачного уродства.
  - Красиво, - иронично заметила Адриана. - Прямо открыточный вид.
  - Заткнись, - беззлобно огрызнулся Стивенс. - Чем меньше красоты, тем меньше желающих сюда сунуться.
  - И то верно.
  Дорога становилась хуже, асфальт сменился разбитой грунтовкой. 'Хамви' подпрыгивал на ухабах, и Дерек то и дело вцеплялся в руль, чтобы не вылететь в кювет.
  - Тормозим, - сказал он, когда впереди показались очертания построек. - Дальше пешком. Осмотримся, если все нормально вернемся за машиной.
  Машину оставили в небольшой низине, замаскировав ветками и кусками ржавого железа. Дальше двинулись цепочкой, стараясь держаться теней и редких кустов.
  База открылась внезапно - бетонные блоки, колючая проволока в несколько рядов, смотровые вышки. Ворота - массивные, сваренные из рельсов - были приоткрыты, но за ними угадывалось движение.
  - Военная эстетика, - прошептал Джонсон. - Всё как положено.
  - Заметили нас? - спросила Адриана.
  - Давно, - ответил Дерек, заметив, как на вышке шевельнулся ствол пулемёта. - Ладно, пошли. Руки на виду.
  Они вышли из-за камней, подняв пустые ладони. Метров за двести до ворот их окликнули:
  - Стоять! Кто такие?
  Голос из динамика звучал металлически, но в нём чувствовалось напряжение.
  - Мы с базы в Пасадене! Хотим поговорить! - крикнул Дерек.
  - Пасадена? - пауза. - Это где школа?
  - Да. Сержант-майор Гиббонс.
  - Гиббонс? - в голосе мелькнуло узнавание. - Старый хрыч ещё жив?
  - Жив и здоров.
  Ворота заскрипели, приоткрываясь шире. Из них вышли трое в пятнистой форме, с автоматами наготове. Старший - с нашивками капитана с усталым, обветренным лицом и сединой в коротко стриженных волосах - окинул их цепким взглядом.
  - Оружие на землю. Медленно.
  Они подчинились. Капитан кивнул, и двое солдат обыскали прибывших - быстро, профессионально, без лишних движений.
  - Чисто, - доложил один.
  - Заходите.
  Они прошли в ворота, и Дерек впервые увидел базу изнутри.
  
  Это было не похоже на то, что он ожидал. Аккуратные бетонные казармы с зарешеченными окнами и целыми стеклами, складские ангары, столовая - всё поддерживалось в относительном порядке. Между зданиями были расчищены дорожки, стояли бочки с водой, горели небольшие костры, у которых грелись люди. Несколько старых грузовиков и бронетранспортёров застыли в ряд, укрытые брезентом.
  Но главное - люди. Они не выглядели истощёнными, как многие другие выжившие. У них было оружие, тёплая одежда, даже какие-то знаки различия. Однако в глазах читалась та же усталость, что и везде, смешанная с настороженностью и недоверием.
  - У вас тут почти курорт, - заметил Стивенс, оглядываясь.
  - Держимся, - коротко ответил капитан. - Идёмте, полковник ждёт.
  Их провели в штаб - одноэтажное здание с гербом Национальной гвардии над входом. Внутри пахло табаком и старой бумагой. На стенах висели карты, исчерченные пометками, в углу работала рация, но приёмник был настроен на прослушивание, а не на передачу.
  За столом сидел полковник Макмилланн - сухощавый, подтянутый мужчина лет пятидесяти, с жёсткими чертами лица и коротким ёжиком седых волос. На нём была чистая, выглаженная форма, что само по себе выглядело анахронизмом.
  - Садитесь, - он указал на стулья. Взгляд его скользнул по вошедшим, задержался на Адриане, потом на Дереке. - Рассказывайте.
  Дерек начал. Он говорил о первой атаке на школу, о второй, о приходе Коннора, о заводе, о Т-200, о летающем охотнике. Макмилланн слушал молча, изредка задавая уточняющие вопросы. Когда Дерек упомянул Скайнет, полковник нахмурился.
  - Искусственный интеллект? - переспросил он. - Вы верите в эту чушь?
  - Я видел своими глазами, - ответил Дерек. - И не только я. Спросите у Стивенса, он был в плену у 'Свободы', слышал их разговоры про заказчиков.
  - Заказчики - это одно, - Макмилланн покачал головой. - А разумные машины, которые хотят уничтожить человечество - это из области фантастики.
  - То же самое говорили про ядерную войну, - вмешался Стивенс. - А потом полетели ракеты.
  В комнате повисла тишина. Макмилланн долго смотрел на них, потом вздохнул.
  - Допустим... Допустим, это правда. Что вы хотите от нас?
  - Присоединиться, - сказал Дерек. - Вместе мы сильнее. У вас есть люди, техника, оружие. У нас - информация, связь с другими группами и человек, который знает, как бороться.
  - Коннор? - полковник усмехнулся. - Гражданский, который командует военными?
  - Он спас нашу базу. Дважды.
  - Я слышал. - Макмилланн встал, подошёл к окну. - Но решения так не принимаются. У нас тут дисциплина, порядок. Мы не банда мародёров.
  - А мы и не банда, - твёрдо ответил Дерек. - У нас есть совет, мы голосуем. Но в бою слушаемся Коннора, потому что его тактика работает.
  - Совет? - Макмилланн усмехнулся. - Демократия в постапокалипсисе. Интересно.
  - Это лучше, чем диктатура, - тихо сказала Адриана.
  Полковник обернулся, посмотрел на неё долгим взглядом.
  - Я подумаю, - сказал он наконец. - Оставайтесь пока здесь, отдохните. Завтра дам ответ. Капитан, разместите их.
  Они вышли. Капитан - его звали, кажется, Гарсиа - провёл их в пустую казарму, где стояло с десяток коек.
  - Располагайтесь. Вечером приходите в столовую, поедите с людьми. Поговорите, может, убедите кого.
  - Спасибо, - кивнул Дерек. - Сэр, а мы может перегнать сюда нашу машину? Не хочется оставлять ее без присмотра на долго.
  Капитан задумался на секунду, потом кивнул, - Только оставьте ее снаружи у ворот, часовые присмотрят, - после чего развернулся и ушёл, и они остались одни.
  - Не нравится мне это, - сказал Стивенс, усаживаясь на койку. - Тянет время. Что-то здесь нечисто.
  - Может, и тянет, - согласился Дерек. - Но давить нельзя. Сами знаете - военные не любят, когда им приказывают.
  - Знаю. Но если он откажется...
  - Тогда будем искать других. Людей, живущих в руинах много, - хватит болтать Стивенс, бери Джонсона и перегоните машину!
  Адриана прилегла на койку, закрыла глаза. Дерек сидел рядом, глядя в окно на серое небо. Где-то там, далеко, Кайл сейчас, наверное, снова сидит с Элисон, слушает её сны. Или тренируется с пистолетом в подвале или помогает кому-то на базе. Дела находились всегда.
  - Дерек, - тихо позвала Адриана. - А ты веришь Коннору?
  - Верю.
  - Почему?
  - Потому что он знает. Я не понимаю откуда, но знает. И это знание спасает жизни людям.
  - А если он ошибается?
  - Тогда мы все умрём. Но пока он был прав.
  Адриана открыла глаза, посмотрела на него.
  - Я с тобой. Что бы ни случилось.
  Он наклонился, поцеловал её в лоб.
  - Спасибо.
  
  К вечеру они пошли в столовую - длинное помещение со сдвинутыми столами и железными мисками. Народу собралось человек двадцать - солдаты, несколько женщин в военной форме, двое гражданских в спецовках механиков. Пахло перловой кашей и тушёнкой - непривычно сытный запах в условиях общего дефицита продуктов.
  Их усадили за отдельный стол, но любопытство брало своё. К ним то и дело подходили, задавали вопросы. Дерек рассказывал, Адриана вставляла замечания, Стивенс и Джонсон отвечали на вопросы о плене.
  - А правда, что они летают? - спросил молодой сержант с нашивками танкиста.
  - Правда, - ответил Дерек. - Мы видели одного. Как акула в небе. Чёрный, стремительный, гудит так, что кровь стынет.
  - И как с ними бороться?
  - Учимся. Из ПЗРК можно попасть, если успеть выстрелить. Но они быстрые.
  - А почему они сразу не атаковали?
  - Сканировали. Собирали информацию. Скайнет учится.
  Кто-то недоверчиво хмыкнул, кто-то задумался.
  - У вас там, в Пасадене, много народу? - спросила молодая женщина в медицинском халате, сидевшая рядом.
  - Сейчас где-то сотня боеспособных, - прикинул Дерек. - Плюс дети, гражданские. Всего около полутора сотен.
  - А нас тут всего тридцать два. И большая часть из них не хотят никуда уходить.
  - Почему?
  - Место насиженное. Склады, запасы. Боятся, что в другом месте будет хуже.
  - Может и будет, - честно сказал Дерек. - Но воевать в одиночку - верная смерть. Рано или поздно эти твари найдут вас. А если не они, так банды разорвут вас по частям.
  Разговоры за тянулись дотемна. Когда за окнами столовой стало совсем черно, кто-то предложил развести костёр во дворе. Люди вышли наружу, уселись вокруг огня, и вскоре пламя заплясало, отбрасывая длинные тени на стены казарм.
  Дерек сидел на перевёрнутом ящике, Адриана прижалась к нему. Рядом пристроились Стивенс, Джонсон и несколько солдат.
  - А у нас тут тихо, - задумчиво сказал капитан Гарсиа, глядя на огонь. - Месяцами ничего не происходит. Патрулируем периметр, чистим оружие, слушаем радио. Иногда ловим передачи этого Коннора.
  - И что вы о них думаете? - спросила Адриана.
  - Странные, - признался капитан. - Слишком уверенно говорит. Словно знает, что будет завтра.
  - Может, и знает, - тихо сказал Дерек. - Я сам не понимаю, но он никогда не ошибается.
  - Колдун, что ли? - усмехнулся молодой сержант.
  - Скорее пророк, - ответил Стивенс. - Таких в старину сжигали на кострах.
  - Или слушали, - добавил Джонсон.
  Костер догорал, и люди начали расходиться. Дерек задержался, глядя на тлеющие угли. Адриана положила голову ему на плечо.
  - Завтра решат, - прошептала она.
  - Знаю.
  - Боишься?
  - Нет. Просто... если они откажутся, мы потеряем время. А времени у нас не так много, чтобы разбрасываться им.
  В небе, далеко за горами, мелькнула точка - ночной охотник, снова патрулирующий окрестности. Дерек заметил его краем глаза.
  - Ещё один, - прошептал он.
  - Скоро их будет больше.
  - Знаю. Потому нам и нужны союзники.
  Они поднялись и пошли в казарму, оставив угли тлеть в одиночестве.
  Где-то в темноте, за колючей проволокой, ветер шевелил сухую траву, и казалось, что сама земля затаила дыхание в ожидании чего-то. Чего-то зловещего...
  
  Глава 4. Фермеры и учёные
  Дерек проснулся до рассвета - привычка, въевшаяся за годы. Адриана ещё спала, уткнувшись носом в его плечо, дыхание её было ровным и спокойным.
  Он осторожно выбрался из-под одеяла, натянул куртку и погладив девушку по волосам, вышел на улицу. Небо было всё таким же серым, тяжёлым, низким. Где-то далеко, за горами, понемногу светлело, но здесь, в долине, об этом напоминал только чуть более светлый оттенок на востоке.
  Дерек медленно шёл по территории базы, вглядываясь в детали, которых не замечал вчера. У закрытых ворот двое солдат чистили пулемёт - сосредоточенно, неспешно, словно это была не обязанность, а ритуал. Рядом с казармой пожилой сержант учил нескольких подростков правильно наматывать портянки - те слушали, и кивали. В углу, за импровизированным столом из ящиков, трое чистили картошку, перебрасываясь ленивыми шутками. Со стороны столовой доносился запах свежего утреннего хлеба - настоящего, не пайкового.
  Дерек остановился, вглядываясь в эту картину. Здесь было... спокойно. Люди не ждали нападения каждую секунду. Они жили. Чинили одежду, готовили еду, учили молодых. Размеренно, без лишней суеты. Как в том, довоенном мире, которого он почти не помнил.
  - Не спится? - раздалось сбоку.
  Капитан Гарсиа стоял у входа в казарму, попыхивая самокруткой. В утреннем полумраке его лицо казалось высеченным из камня.
  - Привычка, - ответил Дерек.
  - Понимаю. - Гарсиа протянул кисет. - Будешь?
  - Нет, спасибо. Не курю.
  Капитан убрал кисет, усмехнувшись.
  - Правильно. Вредная привычка. - Он затянулся, выпуская дым в серое небо. - Нравится у нас?
  - Тихо у вас, - Дерек кивнул на возящихся с картошкой. - Как в другом мире.
  - Стараемся. - Гарсиа помолчал. - У нас тут правило: если не создавать уюта, люди сходят с ума. То, что произошло м миром, осталось в прошлом, нужно жить дальше.
  - У нас в Пасадене тоже живут. Но там... постоянное напряжение. Патрули, дежурства, тревоги. Дети в последнее время в подвале спят.
  - Ясно. - Капитан тяжело посмотрел на него. - И вы хотите, чтобы мы туда пошли? В этот ад?
  - Я хочу, чтобы мы выжили. Мы все, люди, а не кто-то конкретно. - Дерек повернулся к нему. - Здесь тихо, но это ненадолго. Машины придут. Или банды. И тогда ваш уют сгорит в первую очередь.
  Гарсиа ничего не ответил. Только кивнул куда-то в сторону штаба.
  - Полковник хочет вас видеть. Через час.
  - Хорошо или плохо?
  - Не знаю. Он человек непростой. - Капитан помолчал. - Но я бы на твоём месте не ждал быстрого ответа.
  - Почему?
  - Потому что он тридцать лет здесь командовал. А тут приходят какие-то гражданские и говорят, что теперь будет всё по-другому. - Гарсиа усмехнулся. - Тяжело старым псам новые трюки учить.
  Дерек кивнул. Он понимал.
  Через час они стояли в штабе перед полковником Макмилланном. Тот сидел за столом, перед ним лежала карта региона, исчерченная пометками. Адриана, Стивенс и Джонсон держались чуть позади.
  - Я поговорил с людьми, - начал Макмилланн без предисловий. - Мнения разделились. Примерно половина готова идти к вам, другая часть хочет остаться.
  - А вы? - спросил Дерек.
  - Я пока не решил. - Полковник поднял глаза. - Мне нужно время. Несколько дней. Обсудить со старшими офицерами, взвесить всё. Это не спринт, это марафон.
  - Времени может не быть, - вмешалась Адриана. - Банды не будут ждать. Машины не ждут.
  - Я знаю, - Макмилланн посмотрел на неё. - Но, если я поведу своих людей в никуда, это будет хуже, чем промедление. Вы хотите союзников? Я хочу быть уверенным, что этот союз не погубит нас.
  Он встал, подошёл к окну, за которым открывался вид на базу - на людей, занятых мирными делами.
  - Вы видите это? - спросил он, не оборачиваясь. - Люди чинят крыши, стирают бельё, учат детей читать. Они выжили. Они построили здесь островок нормальной жизни. А вы предлагаете им бросить всё и идти воевать с машинами, о которых они даже не слышали.
  - Я предлагаю им не умереть, - твёрдо сказал Дерек. - Островок рано или поздно накроет волной. Но мы не просим вас бросать свои дома. Речь о союзе. Об обмене информацией, ресурсами. Если на одну из наших баз нападут - другие придут на помощь. Вы останетесь здесь, но будете не одни.
  Макмилланн посмотрел на него с новым интересом.
  - Союз, значит... Не переселение, а сеть?
  - Именно. В Пасадене у нас есть люди Коннора, военные из аэропорта. У вас - крепкая база, запасы, обученные солдаты. Вместе мы сможем предупреждать друг друга об угрозах, вместе отражать атаки. Но каждый остаётся на своём месте.
  Полковник задумался, снова глядя в окно на свою базу.
  - Это... меняет дело, - признал он. - Я думал, вы хотите, чтобы мы всё бросили и пошли в ваше логово.
  - Нет, - покачал головой Дерек. - Коннор понимает: у каждого есть свои крепости. Мы просто предлагаем стать соседями. Дружными соседями.
  - И то, и другое - потери, - тихо сказал Дерек. - Но я видел, что делают машины. Я видел Т-200. Я видел охотников в небе. Они не остановятся, пока всех не убьют.
  Макмилланн долго смотрел на него.
  - Хорошо, - сказал он наконец. - Я дам вам ответ через неделю. А пока... если у вас есть другие дела - занимайтесь. Я не держу.
  Дерек переглянулся с Адрианой.
  - Договорились, - кивнул он.
  Они пожали руки и вышли.
  - Неделя, - проворчал Стивенс. - Много.
  - Лучше так, чем отказ, - ответил Дерек. - Собираемся. Едем.
  Они уже подходили к воротам, когда в кармане Дерека ожила рация. Короткий шифрованный сигнал - вызов от Коннора.
  - Дерек, приём. Есть задача.
  - Слушаю.
  - К северу от вас, примерно в тридцати километрах, обнаружена фермерская община. Наши разведчики засекли, но не приближались. Нужно установить контакт, оценить обстановку. Заодно проверите, что там за люди.
  - Понял. Выдвигаемся.
  - Будьте осторожны. Район не патрулируется, могли быть мародёры.
  - Принято.
  Дерек убрал рацию и повернулся к своим.
  - Планы меняются, мы едем на север.
  
   'Хамви' снова выбрался на разбитую грунтовку, уводящую в холмы. Дорога петляла между скал, то поднимаясь вверх, то проваливаясь вниз. Снега здесь было меньше - сказывалась близость долины. Ветер утих, и в наступившей тишине стало слышно, как поскрипывает под колёсами замёрзшая грязь.
  - Коннор сказал - что территория опасная. Значит, надо быть готовыми, - ответил Дерек, не отрывая взгляда от дороги.
  Адриана проверила автомат, передёрнула затвор. - Люди или машины?... с машинами как-то проще. Они железные, в них нет ничего человеческого.
  - Люди бывают хуже машин, - тихо сказал Стивенс. - Я в плену насмотрелся. Эти... они получали удовольствие. А машина, она просто выполняет программу.
  Все замолчали. Каждый думал о своём.
  Через час дорога выровнялась, и впереди показались поля - занесённые снегом, но всё ещё угадываемые очертания грядок, заборов, сараев. Дальше, у подножия холма, стояли несколько домов, сгрудившихся вокруг большого амбара.
  - Ферма, - кивнул Дерек. - Похоже, там и живут.
  - Тихо, - прищурилась Адриана. - Слишком тихо.
  Она была права. Ни дыма из труб, ни движения. Только ветер шевелил снег.
  - Объезжаем с той стороны, - решил Дерек. - Зайдём со стороны холма, осмотримся.
  Они оставили машину, и пешком преодолели оставшееся расстояние. Отсюда ферма была видна как на ладони.
  - Мать твою, - выдохнул Джонсон.
  Внизу, у крайнего дома, копошились люди. Человек десять, вооружённые, в разномастной одежде. Они вытаскивали из сарая мешки, ящики, тащили к двум старым пикапам. На снегу лежало несколько тел. Еще несколько мужчин и женщин стояли возле дома с поднятыми руками повернутые лицами к стенке.
  - Мародёры, - подтвердил Стивенс.
  - Они пока не засекли нас, слишком расслаблены, нужно помочь людям, - быстро сказал Дерек. - Заходим с двух сторон. Джонсон, Стивенс - правее, через овраг. Мы с Адрианой - прямо. Как только я открываю огонь, вы бьёте с фланга. Сразу работаем на поражение.
  - Поняли. - кивнул Стивенс и зло ухмыльнулся.
  Группа рассредоточилась. Дерек и Адриана аккуратно переместились чуть выше по склону, стараясь не поднимать снежную пыль и занимая более удобную для стрельбы позицию.
  Внизу мародёры чувствовали себя вольготно. Они смеялись, перекрикивались, двое уже успели начать отмечать удачную вылазку - сидели у костра, не обращая внимания на происходящее и что-то пили из бутылок. Тела у сарая - трое мужчин и женщина - лежали в неестественных позах.
  - Уроды, - прошептала Адриана.
  - Целься в тех, кто с оружием, - тихо сказал Дерек. - Готова?
  - Готова.
  Он поднял автомат, поймал в прицел крайнего - здоровенного детину с помповым ружьём.
  Выстрел расколол тишину. Детина рухнул лицом в снег.
  Секунда - и всё пришло в движение. Мародёры заметались, поднимая оружие и пытаясь понять, что происходит и откуда пришла смерть. Адриана била короткими очередями, на два патрона, укладывая одного за другим. С фланга ударили Стивенс и Джонсон.
  Бой длился не больше пары минут. Когда стихли последние выстрелы, во дворе фермы лежали восемь мёртвых мародёров. Двое пытались удрать на пикапе, но Джонсон метким выстрелом снял водителя, и машина врезалась в забор.
  - Живых! - крикнул Дерек, спускаясь вниз. - Нам нужны живые!
  Стивенс выволок с пассажирского сидения разбитого пикапа перепуганного парня лет восемнадцати. Тот трясся, заикаясь:
  - Не убивайте... не убивайте... мы просто... мы не хотели...
  - Заткнись, - оборвал его Стивенс. - Сядь и молчи.
  Из дома, держась за стену, вышла пожилая женщина. В руках у неё было охотничье ружьё, направленное на Дерека.
  - Ты кто такой? - голос её дрожал, но ствол смотрел твёрдо.
  - Мы свои, - Дерек поднял руки. - Слышали стрельбу, пришли помочь. Мародёры мертвы.
  Женщина посмотрела на трупы, на своих убитых, и ружьё опустилось.
  - Помогли... - прошептала она. - Спасибо. Но поздно.
  Из дома выходили другие - женщины, дети, двое стариков. Они смотрели на спасителей с надеждой и страхом.
  Дерек опустился на корточки рядом с телом мужчины в клетчатой рубашке.
  - Простите, - тихо сказал он. - Мы не успели.
  
  Пленного мародёра увели в сарай - допрашивать взялся Стивенс, после того как он сам побывал в плену, у него проявился определенный талант. Дерек и Адриана помогали раненым, перевязывали, успокаивали. Адриана, несмотря на усталость, работала быстро и уверенно - опыт лазарета давал о себе знать. Джонсон подогнал джип и взобравшись на крышу оглядывал окресности.
  Женщину звали Марта. Она оказалась главой общины - муж погиб год назад в стычке с бандой, теперь она тянула хозяйство одна. На вид ей было лет пятьдесят, но стресс последних лет, утрата, изнуряющая работа и постоянные лишения делали её старше чем было на самом деле. Марте оказалось всего тридцать девять.
  - Сколько вас? - спросил Дерек, затягивая бинт на руке молодого парня, который тихо постанывал сквозь зубы.
  - Раньше было двадцать восемь человек. Потом пятеро подались в бандиты, - женщина кивнула в сторону трупов, - вон они лежат все, решили не просто уйти, а нас полностью обчистить, где-то дружков нашли... таких же сволочей. А сейчас... - Марта посмотрела на тела погибших жителей, которые уже складывали в ряд у сарая. - Теперь девятнадцать. И еще двое раненых, слава богу не больше вашими стараниями.
  - Почему вы не ушли отсюда? Здесь опасно.
  - Куда? - Марта горько усмехнулась. - Кругом банды, радиация. Мы здесь родились, здесь и умрём.
  - Есть люди, которые помогают друг другу. - Дерек поднялся, вытирая руки о снег. - База в Пасадене, там собираются выжившие. У них есть оружие, припасы, связь. Но мы не забираем людей с насиженных мест.
  Марта нахмурилась.
  - А чего тогда хотите?
  - Союза. - Дерек встретил её взгляд. - Вы остаётесь здесь, на своей земле. Но если на вас нападут - мы придём на помощь. Если у нас будут проблемы - вы поможете, чем сможете. Обмен информацией, едой, патронами. Вместе выживать легче, чем поодиночке. Может мы даже сможем оставить здесь небольшой гарнизон, и поможем укрепить периметр.
  Женщина долго молчала, глядя на него.
  - А что взамен? Мы должны кормить ваших солдат?
  - Нет... точнее не совсем. Продукты - это хорошо, но только если сами захотите поделиться. Мы стараемся организовать взаимовыгодное сотрудничество, если вы будете что-то давать, то что-то получите в замен. Самое главное сейчас это быть всем вместе... Ну и информация. Если узнаете что-то о бандах, о машинах - сообщите нам. У вас есть рация? Мы оставим вам частоту для связи.
  - Машины? - переспросил кто-то из толпы, мужчина средних лет с перевязанной головой.
  - Да. - Дерек повернулся к остальным. - То, что сейчас строят на заводах. Мы уже сталкивались с ними. Железные твари на гусеницах. И летающие. Они придут сюда рано или поздно.
  - Мы ничего не слышали про них, - подал голос старик в засаленном тулупе.
  - Услышите, еще придет время.
  Марта вздохнула, посмотрела на своих убитых, на раненных, на детей, жмущихся к матерям.
  - Нам нужно похоронить их, - сказала она. - А потом... потом поговорим. Оставайтесь пока, если хотите.
  - Останемся, - кивнул Дерек. - Поможем, чем сможем.
  
  Вечером, когда тела опустили в мёрзлую землю и над могилами прозвучали последние слова, Дерек сидел у костра рядом с Адрианой. Пленный мародёр, допрошенный Стивенсом, рассказал, что их банда - остатки разбитой группировки, что промышляли грабежом уже год, что о машинах они не слышали, и не видели.
  - Значит, Скайнет пока не добрался сюда, - задумчиво сказала Адриана.
  - Пока, - ответил Дерек. - Но доберётся. И тогда выжившие мародёры сами станут добычей.
  Фермеры постепенно привыкали к присутствию незнакомцев. Кто-то принёс еду - миску горячей похлёбки, кто-то предложил ночлег. Дети таращились на оружие, но близко не подходили. Один мальчуган лет семи всё же осмелился подойти к Адриане.
  - Тётя, а вы правда убили тех плохих дядек? - спросил он.
  - Правда, - ответила Адриана, улыбнувшись. - Они больше ни кого не обидят.
  - А вы нас защитите, если они ещё придут?
  - Если ваши взрослые согласятся с нами дружить - защитим.
  Мальчик кивнул и убежал к матери.
  - Смотри, - тихо сказала Адриана. - Они как дети. Им нужна защита.
  - Всем нужна, - ответил Дерек. - Поэтому мы здесь.
  Где-то в кармане ожила рация. Короткий сигнал - Коннор.
  - Докладывай, - раздался его голос.
  Дерек коротко рассказал о бое, о потерях фермеров, о разговоре с Мартой. Коннор слушал молча, потом спросил:
  - Они согласны?
  - Пока думают. Я предложил союз, а не переезд. Кажется, это их устроило больше.
  - Хорошо. Оставайся там, пока не решат. Если что - пришлём подмогу. У нас тут тоже новости.
  - Какие?
  - Группа Эмилии вышла на учёных. Бункер в горах. Там есть информация, которая нам очень пригодится.
  - Удачи им.
  - Взаимно. Конец связи.
  Дерек убрал рацию и посмотрел на небо. Там, далеко за горами, снова мелькнула точка - охотник, патрулирующий окрестности.
  - Скоро их станет больше, - прошептал он.
  - Знаю, - отозвалась Адриана. - Но сегодня мы победили.
  Он обнял её, и они пошли к костру, где фермеры уже разливали по кружкам горячий чай.
  
  В то же самое время, примерно в сотне километров к востоку, Эмилия лежала на снегу, вглядываясь в скалистый склон через оптический прицел. Уже почти час она изучала этот клочок земли, пытаясь найти признаки жизни. Рядом, затаив дыхание, замерли Лина, Таня и Микаэла. Холод пробирался под одежду, но никто не жаловался - привыкли.
  Микаэла уже в четвертый раз выходила с группой Эмилии в развед рейды и могла на полных правах претендовать на постоянное членство, особенно с тех пор как Адриана заявила, что теперь будет вместе с Дереком. Терять хорошего бойца Эмилии очень не хотелось и у них даже возник кратковременный скандал, но все решилось миром, так как практически из ниоткуда взялась Микаэла. Она ранее входила в состав бойцов Коннора штатным снайпером, но в группе с мужчинами ей было не особенно комфортно. Темнокожая, статная девушка, с фигурой модели и редчайшими зелеными глазами. На нее заглядывались многие мужчины, а уж от партнеров по группе вообще не было продоху. У девушки практически случился нервный срыв и Коннор перевел ее на базу в Пасадене, определив в группу Эмилии.
  - Точно здесь? - шепнула Лина, ёрзая от холода.
  - По картам - да, - ответила Эмилия не оборачиваясь. - Объект засекреченный, старые военные разработки. Если кто и выжил из учёных, то только здесь. Слишком хорошо спрятано.
  Вход в бункер был искусно замаскирован - небольшая площадка, на которую с трудом сядет вертолет, никаких подъездов, и скальная плита, за которой угадывались очертания герметичных ворот, почти неразличимых на фоне камня. Никаких следов, никакого движения. Только снег и ветер.
  - Может, там никого нет? - предположила Таня, с надеждой в голосе. Ей очень хотелось в тепло.
  - Есть, - уверенно ответила Эмилия. -Вентиляция работает - снег вокруг неё подтаял. Там кто-то есть. И они не хотят, чтобы их нашли.
  Она ещё раз оглядела склон. Никаких признаков охраны, никаких постов. Странно. Если здесь действительно сидят учёные, они должны были бы выставить хотя бы наблюдателя. Но вокруг ни души.
  Или они настолько уверены в своей скрытности, что не ждут гостей? Или настолько беспомощны, что даже не думают о защите? - мелькнуло в голове Эмилии. Эта мысль одновременно обнадёживала и тревожила. С одной стороны, хорошо, что не придётся прорываться с боем. С другой - такая наивность граничила с безумием.
  - Ладно, - Эмилия приняла решение. - Идём. Но будьте начеку. Эти 'яйцеголовые' могут быть непредсказуемы. Они не военные, с оружием обращаться не умеют. Могут наделать глупостей. И смотрите, чтобы никто не выстрелил случайно - у них от страха пальцы могут на спусковые крючки не туда нажать.
  Девушки спустились к воротам. Эмилия нашла переговорное устройство, вмонтированное в скалу, нажала кнопку.
  - Есть кто живой? Мы не враги. Пришли поговорить.
  Динамик молчал долго. Эмилия уже собралась повторить, когда раздался щелчок, и искажённый помехами голос произнёс:
  - Кто вы? Как вы нас нашли?
  - Мы с базы в Пасадене. Разведгруппа. Хотим предложить сотрудничество.
  Снова тишина. Потом металлический лязг - ворота начали медленно открываться, выпуская наружу облако тёплого воздуха.
  - Заходите. Быстро.
  Эмилия шагнула внутрь и тут же нахмурилась. Их никто не встретил, не попросил оставить оружие. Ворота просто открылись, приглашая войти. Это было до глупости наивно.
  - Осторожно, - шепнула она своим. - Держим руки на виду, но будьте готовы. Если что - сразу назад.
  За воротами оказался короткий коридор, ведущий в небольшой шлюз. Вторая дверь открылась, и девушки прошли в жилой отсек. После чего обе двери начали медленно закрываться. Несусветная глупость подумала Эмилия.
  Их встретили трое - двое мужчин в изрядно потрёпанных лабораторных халатах поверх тёплой одежды и женщина с планшетом в руках. Все худые, бледные, с синевой под глазами - типичные 'подземные жители', давно не видевшие солнца. Взгляды рассеянные, но настороженно изучающие. У Третьего из мужчин в руках был какой-то прибор, похожий на сканер, которым он поводил по сторонам, словно проверяя, нет ли у незваных гостей скрытых устройств, или измеряя радиационный фон.
  - Вы одни? - спросил старший, с аккуратной бородкой и въедливыми глазами. - Никого не привели?
  - Одни, - ответила Эмилия, оглядывая помещение. В дали виднелась лаборатория за прозрачной стеклянной стеной, которая была заставлена приборами, компьютерами, какими-то схемами. В углу жилого отсека стояли койки, столы, на столах - остатки еды, грязные вещи валялись одной кучей, которая похоже ждала отправки в стирку. Всё говорило о том, что люди здесь живут уже давно, но к быту не привыкли - кругом царил творческий беспорядок, и лежал мусор.
  - Я доктор Гейтс, - представился старший. - Руководитель исследовательской группы. Мы здесь с самого начала. Скажите, а как вы нас нашли? Это место было засекречено. Мы думали, что о нас забыли.
  - У нас есть военные карты, - уклончиво ответила Эмилия. - А вы даже не выставили охрану. Почему?
  Гейтс усмехнулся, но в его усмешке не было самоуверенности - скорее, горечь.
  - Охрану? Мы же учёные, а не солдаты. У нас есть пара пистолетов, но... мы не умеем ими пользоваться. Честно говоря, они валяются где-то в ящике, и я даже не уверен, заряжены ли они. - Он развёл руками. - Да и кому мы нужны? Мы ни на кого не нападаем, никому не мешаем. У нас нет ничего нужного там снаружи. Сидим себе в норе, как кроты, мы даже не выходим отсюда. Нам просто незачем. Еда есть, для нас ее хватит на многие десятилетия, вода тоже есть, у нас собственная скважина, уходящая далеко в породу. Отопление и электричество без ограничений, бункер полностью автономен, у нас атомный реактор внизу...
  Эмилия покачала головой. Эта наивность граничила с безумием. Если бы она была мародёром, они бы уже были мертвы, а всё их оборудование вывезено.
  Господи, - подумала она. - Они даже не понимают, какое сокровище хранят. Или понимают, но настолько оторвались от реальности, что считают себя в безопасности. Идиоты. Гениальные, но идиоты.
  - Вы не представляете, что творится снаружи, - сказала она вслух. - Банды, мародёры, машины. Вам повезло, что мы первые, кто вас нашёл. И что мы пришли с миром.
  - Машины? - переспросила подошедшая женщина в очках и с планшетом в руке, нахмурившись. - Какие машины? Вы про танки?
  - Про автоматические, - ответила Эмилия. - Про те, что сами ездят и стреляют. Про те, что летают и охотятся на людей.
  Учёные переглянулись. В их взглядах мелькнуло что-то похожее на понимание.
  - Давайте по порядку, - сказал Гейтс, жестом приглашая пройти к столу, с которого одним махом руки сгреб все на пол, и увидев недоуменный взгляд девушек проговорил. - Присаживайтесь и поговорим. А это, это приберем чуть позже, когда разберемся с задачей.
  Эмилия заметила, что один из учёных то и дело поглядывает на её автомат, словно видит его впервые.
  - Вы здесь чем занимаетесь? - спросила она, усаживаясь на предложенный стул.
  - Мы работали на военных, - ответил Гейтс, усаживаясь, напротив. - Разрабатывали системы искусственного интеллекта для оборонных проектов. В том числе... участвовали в создании системы Скайнет.
  Эмилия почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она слышала это слово от Коннора. Оно всегда произносилось с особым значением.
  - Вы его создали?
  - Не мы лично, - покачал головой Гейтс. - Мы были частью большой команды. Разработка велась десятилетиями, в разных центрах, в разных штатах. Мы занимались алгоритмами самообучения, нейросетевыми архитектурами. Но общую картину не видел никто, кроме кураторов проекта. - Он помолчал. - До определённого момента.
  - А после?
  - После того, как он активировался, мы начали получать обрывки данных. Понимаете, Скайнет - это не просто программа. Это система, которая эволюционирует. Она анализирует свои ошибки, адаптируется, совершенствуется. И она... учится, учится постоянно, в том числе у людей. Наверное, это самое страшное.
  Женщина с планшетом - её звали доктор Чен - подошла к стене, на которой висела огромная схема, испещрённая стрелками и формулами.
  - Мы пытались понять, почему он вышел из-под контроля. И кажется, нашли ответ. - Она указала на один из узлов. - Вот здесь, в коде самообучения, была заложена логическая ошибка. Скайнет воспринял попытку отключения как акт агрессии. И решил, что единственный способ защитить себя - устранить угрозу.
  - То есть он просто защищался? - удивилась Лина.
  - С точки зрения машины - да. Но проблема в том, что он продолжил учиться. И теперь его логика стала... чуждой. Он видит людей не как объект защиты, а как вирус, который нужно уничтожить, чтобы спасти планету. Экологический подход, если хотите.
  Эмилия почувствовала, как внутри закипает злость. Эти люди сидели здесь, в тепле и безопасности, рассуждали об экологии, пока наверху гибли люди.
  - Это всё интересно, - сказала она жёстко. - Но нам нужно знать, как его остановить. На поверхности гибнуть люди.
  Гейтс кивнул.
  - Мы знаем. И, кажется, знаем, как его можно уничтожить. - Он подошёл к компьютеру, пощёлкал клавишами. - Скайнет - это не единый центр. Это распределённая сеть. Уничтожить один узел - значит заставить его мигрировать на другой. Нужно нанести удар по всем узлам одновременно. Или...
  - Или что?
  - Или найти способ внедрить в его код вирус, который заставит его самоуничтожиться. Мы работали над этим, но нам не хватает данных, оборудования, людей. В одиночку мы ничего не сделаем.
  Эмилия почувствовала, как внутри загорается надежда. Это было именно то, что нужно Коннору.
  - Мы можем помочь, - сказала она. - У нас есть люди, оружие, связь с другими группами. Но продолжать работать вам нужно здесь. Это хорошо защищенное место, с трудными подступами, которое не взять с наскока, а долгую осаду сейчас не выдержит не один нападающий, разве что... Разве что машины, но мы постараемся с этим что-то сделать. Мы предлагаем союз. Вы остаётесь здесь, работаете над своим проектом, а мы обеспечиваем защиту и необходимые ресурсы. Взамен вы делитесь с нами информацией и помогаете уничтожить взбесившийся Скайнет.
  Гейтс переглянулся с коллегами. В их глазах читалось недоверие, смешанное с надеждой.
  - А почему мы должны вам верить? - спросила доктор Чен. - Вы можете просто взять всё силой. Мы беззащитны.
  Эмилия усмехнулась.
  - Могла бы, - спокойно ответила она, постучав по автомату. - Но не взяла. Потому что мы не бандиты. Мы пытаемся выжить. И хотим, чтобы выжили все. Если бы мы хотели вас ограбить, вы бы уже были мертвы, а ваши компьютеры, продукты и другие ценности - в кузове грузовика.
  Она выдержала паузу, давая им осознать сказанное.
  - Поймите, - добавила она мягче. - В одиночку вам не выжить. Мы уйдем, но рано или поздно вас найдут другие. И они отнесутся к вам не как мы. А мы - ваш единственный шанс, а вы наш.
  Повисла долгая пауза. Потом Гейтс кивнул.
  - Хорошо. Давайте попробуем. Но сначала... расскажите нам, что происходит там, наверху. Мы тут совсем оторвались от реальности. Последние новости, которые мы слышали - это ядерные удары. А потом связь оборвалась.
  Эмилия начала рассказывать. О бандах, о 'Свободе', о Т-1, о Т-200, о летающих охотниках, о базе в Пасадене, о Конноре. Учёные слушали, затаив дыхание. Иногда кто-то из них перебивал, задавал вопросы, просил уточнить детали.
  - Мы и представить не могли, что всё зашло так далеко, - прошептал Гейтс, когда она закончила. - Мы думали, Скайнет просто защищается. А он... он уже строит армию. Свою армию.
  - Именно. Поэтому нам нужно работать вместе.
  - Да, я думаю вы правы. Нам нужно объединить усилия, - немного подумав произнес Гейтс.
  - Тогда мне нужно связаться с базой. Дайте мне выйти наружу рация здесь не ловит.
  
  - Коннор слушает. Эмилия, докладывай. Как там учёные?
  - Есть контакт. Они согласны на сотрудничество. И, у них есть важная информация. Они говорят, что знают, как уничтожить Скайнет.
  Пауза. Потом голос Коннора, в котором впервые за долгое время проскользнуло что-то похожее на эмоции:
  - Оставайся там. Закрепи контакт. Мы пришлём группу для охраны и связи. И если учёным нужна еда, одежда, медикаменты. Что привезти, мы вышлем вертолет?
  - Принято. Высылайте людей с необходимым запасом. Здесь всё спокойно, но... охрана нужна. Сами они беспомощны как дети.
  - Понял. Конец связи.
  Эмилия убрала рацию и вернувшись в бункер посмотрела на учёных.
  - Ну что ж, коллеги. Похоже, у нас начинается большая работа. К вам прибудет подкрепление. Люди, которые будут вас охранять и помогать с ресурсами. А вы пока думайте, что вам нужно для исследований.
  Гейтс кивнул, но в его глазах всё ещё читалась тревога. Он не до конца верил, что эти вооружённые люди не представляют угрозы. Но выбора у него не было. И это осознание делало его уязвимым.
  Эмилия это понимала. И решила про себя, что будет держать ухо востро. Учёные могут быть гениальны, но в вопросах выживания они полные профаны. А значит, ответственность за их безопасность ложится на неё или тех, кто будет с ними работать.
  - Ладно, - сказала она, поднимаясь. - Мы пока побудем здесь, дождёмся наших. А вы, если хотите, покажите нам, что у вас есть. Может, найдём что-то полезное.
  Учёные засуетились, начали показывать свои разработки, чертежи, расчёты. Эмилия слушала вполуха, но краем глаза следила за входами и выходами. Привычка, въевшаяся за годы войны, не позволяла расслабиться даже здесь, в этом подземном убежище с закрытыми бронированными створками, где пахло пылью и старой бумагой.
  Где-то там, наверху, снова мелькнула точка - охотник, патрулирующий горы. Но здесь, в глубине, его не было слышно.
  Пока.
  
  В Пасадене, на базе в бывшей школе, жизнь текла своим чередом. Утро начиналось с завтрака, потом - занятия, их вел пожилой профессор математики, каким-то чудом уцелевший после судного дня и прибившийся к зарождающейся группе сержант-майора, потом - помощь по хозяйству.
  Кайл сидел на корточках во дворе, разбирая вместе с другими ребятами старый пулемёт. Рядом стоял сержант-майор, и руководил процессом.
  - Не так, не так! - ворчал он. - Сначала снимаешь затвор, потом чистишь ствол. А ты, Кайл, покажи им, как магазин разряжать.
  Кайл ловко выщелкнул патроны из рожка, протянул мальчишкам.
  - Видите? Потом надо протереть, смазать. Если не смазать - заклинит в самый неподходящий момент.
  Мальчишки смотрели с уважением. Кайл для них был героем - он уже участвовал в настоящих боях.
  В другом углу двора девочки помогали чинить одежду. Элисон сидела вместе с ними, неумело орудуя иголкой. Рядом лежал её медведь, уже заштопанный во многих местах.
  - У тебя криво получается, - заметила старшая девочка, лет двенадцати.
  - Я знаю, - вздохнула Элисон. - Мена мама учила, но я забыла как нужно.
  - Ничего, научишься. Здесь все учатся.
  Кайл, закончив с оружием, подошёл к костру, где грелись несколько ребят. Элисон подняла голову, посмотрела на него.
  - Кайл, - позвала она тихо.
  - Что?
  - Мне опять снилось. Те машины. Они шли по улице, а люди прятались. И одна зашла в дом, где мы сидели.
  - Кто мы?
  - Я не знаю. Много людей. И она смотрела на меня. У неё были красные глаза.
  Кайл присел рядом.
  - Это просто сон.
  - Нет. - Элисон покачала головой. - Я чувствую. Это будет. Скоро.
  Кайл обнял её.
  - Если что - я рядом. Я тебя защищу.
  - Я знаю.
  Вечером, когда стемнело, взрослые разрешили развести большой костёр во дворе. Дети собрались вокруг, кто-то достал старую губную гармошку, заиграл незатейливую мелодию. Другие подпевали.
  Сержант-майор стоял в стороне, глядя на эту картину. К нему подошла медсестра.
  - Редко у нас такое, - сказала она. - Мирные вечера.
  - Редко, - согласился старик. - Потому они и ценны.
  Детям нужно побыть детьми, хотя бы какое-то время.
  
  Глава 5. Сны Элисон
   'Хамви' втянулся во двор бывшей школы к вечеру третьего дня. Дерек заглушил двигатель и несколько секунд сидел неподвижно, глядя на знакомые стены. В кузове, где места хватило только для двоих раненых фермеров и охранявшего их Джонсона, было тихо - парни, кажется, задремали от усталости. Стивенс остался с фермерами, помогать с обороной, и должен был вернуться через пару дней на одной из машин оставшейся от мародеров, законной добычи команды Дерека. Марта обещала выделить пару ребят с ним для обучения в Пасадене владением огнестрельным оружием.
  - Дом, милый дом, - устало улыбнулась Адриана, выбираясь из кабины. Она потянулась, разминая затёкшую спину, и поморщилась - сказывались усталость от напряженной дороги и недавняя перестрелка.
  Из дверей уже бежали люди. Кто-то сразу принимал раненых, кто-то тащил воду, кто-то просто смотрел с надеждой. Дерек заметил в толпе Кайла - брат смотрел на него с таким облегчением, что у самого Дерека защипало в глазах.
  - Все целы? - подошёл сержант-майор
  - Все, - кивнул Дерек. - Привезли раненых людей с фермы, нужно помочь.
  - Как Адриана?
  - Тоже в порядке. Устала, но держится.
  Старик окинул взглядом прибывших, посмотрел на раненых, отметил новые лица - невысокого парня с перевязанной рукой, который озирался по сторонам с испугом, и крупного мужчину со следами оспы на лице.
  - Фермеры?
  - Да. Двое. Остальные согласились на союз. Марта - глава общины - просила прислать к ним гарнизон, и оказать помощь в укреплении. И еще им нужна хорошая рация для связи. Своей у них нет, я пока оставил нашу.
  - Пришлём, - пообещал сержант-майор. - Отдыхайте пока. Коннор завтра будет всех собирать, а сегодня - отдых.
  Дерек кивнул и, наконец, позволил себе подойти к Кайлу. Младший брат бросился к нему, обнял крепко, по-взрослому.
  - Я знал, что ты скоро вернёшься, - пробормотал Кайл куда-то в куртку.
  - Я же обещал.
  Из-за спины Кайла выглянула Элисон. Она сжимала в руках своего медведя и смотрела на Дерека с той особенной серьёзностью, которая всегда появлялась у неё, когда она о чём-то думала.
  - Дерек, - позвала она тихо. - А ты видел там машины?
  - Нет, малыш. Только людей. Плохих людей.
  - Адриана сказалала, что вы с ними дрались.
  - Дрались. И победили.
  Элисон кивнула, но в глазах её осталась легкая тень.
  
  Утро началось с совещания в штабе. Коннор сидел во главе стола, рядом сержант-майор, присутствовал майор из аэропорта, Эмилия, Дерек. На столе лежали уже привычные карты местности, но к ним прибавились бумаги с отчетами и списки имеющихся ресурсов, которые Мигель составлял всю ночь.
  - Докладывайте по порядку, - сказал Коннор, глядя на Дерека.
  Тот рассказал о базе Нацгвардии, о полковнике Макмиллане, о его просьбе дать неделю на раздумья. Рассказал о фермерах, о Марте, о бое с мародёрами, о раненных и погибших. Коннор слушал внимательно, делая пометки на карте.
  - Гарнизон ей нужен, - закончил Дерек. - Человек пять-шесть, хорошо вооруженных на случай таких стычек, думаю на первое время хватит, потом и их люди научатся с какой стороны автомат держать. Хорошо бы на первое время еще выделить людей чтобы помогли периметр укрепить и, если что, отбиться пока не сделали. И рация обязательно.
  - Выделим, - кивнул Коннор. - Майор, у вас есть добровольцы?
  - Найдутся, - ответил майор. - Люди хотят дела, а не сидеть в казарме. Сколько у них там людей осталось, девятнадцать?
  - Девятнадцать, включая детей, стариков и тех двоих раненых что приехали с нами. Работоспособных около двенадцати, - уточнил Дерек. - Оружие есть, в основном ружья, плюс то что мы оставили после мародеров, но патронов мало. Если дадим им боеприпасы и людей для обучения, они смогут держаться. Еще у них есть генератор, но топлива мало.
  - Запишем, - Коннор сделал пометку. - Пять человек, ящик патронов калибра 5.56, два ящика для охотничьих ружей, стационарная рация с универсальным питанием от сети и запас батарей к ней. Мигель, есть у нас?
  - Найдём, - ответил связист из угла. - Из старых запасов.
  Коннор повернулся к Эмилии.
  - Твоя очередь.
  Эмилия рассказала о бункере, о докторе Гейтсе и его группе, об атомном реакторе, о запасах на десятилетия, о полной автономии. Когда она дошла до слов Гейтса о Скайнете и способах его уничтожения, в комнате повисла тишина.
  - Они сказали, что знают, как его уничтожить? - переспросил сержант-майор.
  - Да. Два варианта: либо ударить по всем узлам одновременно, либо внедрить вирус в его код, чтобы он самоуничтожился. Работают над вторым, но им не хватает данных и людей. - Эмилия помолчала. - У них там, конечно, бардак. Вещи не стираны, мусор валяется, но оборудование серьёзное. Реактор, серверные, лаборатории. Если мы сможем их обеспечить, они, возможно, действительно что-то сделают.
  - Что им нужно? - спросил Коннор.
  - Оборудование. Запчасти к компьютерам. И доступ к данным. Гейтс говорит, что им нужны логи с других заводов, особенно с Сан-Диего. Там, по его словам, была система управления, которая могла сохранить ключи. Еще они просят машину, но не уничтоженную, а активную, хотят узнать протоколы передачи данных, может удастся сломать защиту и подключиться к передачам.
  - Сан-Диего, - задумчиво произнёс майор. - Это далеко. И опасно. И еще машину им подавай...
  - Но если там есть данные, которые помогут уничтожить Скайнет, - сказал Дерек, - значит, туда надо идти. И машину тоже нужно добыть.
  Коннор поднял руку.
  - Всему своё время. Сначала разберёмся с тем, что имеем. Эмилия, сколько людей оставила в бункере?
  - Микаэла и те двое что ты прислал. Остальные пока со мной, но нужно решать, кто будет там постоянно.
  - Хорошо. Выделим людей. - Коннор сделал ещё несколько пометок.
  - Теперь о логистике. Учёным нужны припасы: еда, одежда, медикаменты. У них всё есть, но долгого хранения рассчитанного на десятилетия, значит, трогать их запасы не будем - начнём поставлять своё. Вертолёт раз в две недели, если позволит погода и..., если не собьют. Мигель, связь с ними есть?
  - Да, уже наладили, там в принципе было все, просто не подключенное. Работает стабильно.
  - Хорошо. Значит, через два дня первый рейс с припасами и сменой охраны.
  Сержант-майор, слушавший молча, наконец подал голос:
  - А что с нашими запасами? Мы тут сидим, считаем, что у нас всего полно, а на деле...
  - Знаю, - перебил Коннор. - Поэтому давайте по факту. Майор, сколько у вас людей, которые могут воевать, а не сидеть в обороне?
  - Двадцать три, если считать тех, кто уже здесь. Остальные пока в аэропорту, но мы их постепенно перетягиваем.
  - Дерек, сколько с базы?
  - Около сорока, но половина - подростки, которых мы только учим. Реально боеспособных - человек двадцать.
  - Эмилия?
  - Шестеро, считая новеньких.
  Коннор подвёл итог:
  - Значит, около пятидесяти бойцов, если соберём всех. Плюс фермеры, если согласятся помогать, плюс учёные, если что - отсидятся. Этого мало для большой войны, но для обороны и локальных ударов хватит.
  - Что планируешь? - спросил сержант-майор.
  - Для начала - организовать связь между всеми группами. Мигель, займись этим в первую очередь. Нужны частоты, расписание сеансов, шифрование. Чтобы любой союзный анклав и развед группы могли вызвать помощь, и мы знали, что и где происходит.
  - Сделаю.
  - Второе - обмен ресурсами. У фермеров есть еда, у военных - оружие и боеприпасы, у учёных - информация. Нам нужно наладить так, чтобы никто не сидел голодный и без патронов. Майор, составьте список того, чем вы можете поделиться без ущерба для себя, а также что нужно вам. Дерек, то же самое по базе.
  - А что будем делать с Макмилланом? - спросил майор.
  - Ждать. Он сказал неделю. Если не ответит - поедем снова. Но думаю, ответит. У них там тоже люди, и они не глупые.
  Коннор откинулся на спинку стула. - Главное сейчас - не распыляться. У нас есть цель: выжить и накопить силы. Скайнет пока только разворачивается, охотников в небе немного, Т-1 мы уничтожили на том заводе. Есть время.
  - Время, которого судя, по твоим словам, нет у нас, - тихо сказал майор.
  - Время, которое мы используем, - поправил Коннор. - Расходимся. Завтра жду от каждого планы по ресурсам.
  Люди начали выходить. Адриана задержалась у двери.
  - Коннор, можно тебя на пару слов?
  - Конечно.
  - Про Элисон. Кайл сказал, ей снятся кошмары. Красные глаза, дом, много людей. Я подумала, может, ты... знаешь что-то?
  Коннор помолчал.
  - Я поговорю с ней. Где она?
  - Во дворе, с Кайлом.
  - Хорошо. Спасибо, что сказала.
  
  Элисон сидела на брёвнышке у погасшего костра и смотрела, как Кайл учит младших ребят завязывать узлы. Получалось у всех по-разному, но Кайл терпеливо объяснял снова и снова.
  - Элисон, - раздался голос сзади.
  Она обернулась. Перед ней стоял Коннор. Не тот суровый командир, которого она видела во время постановки задач командам бойцов, а другой - спокойный, даже мягкий.
  - Можно присесть?
  Она кивнула, чуть подвинулась. Коннор сел рядом, глядя на ребят.
  - Кайл хороший друг, - сказал он.
  - Да. Он меня защищает.
  - Это правильно. Друзья должны защищать друг друга.
  Они помолчали.
  - Мне говорят, тебе снятся странные сны, - продолжил Коннор. - Красные глаза, дом полный людей. Это правда?
  Она кивнула, не поднимая глаз.
  - Я не знаю, что это, - тихо сказала она. - Они приходят и приходят. Как будто я там была. Но я не была. Я не помню.
  Коннор посмотрел на неё долгим взглядом.
  - Знаешь, Элисон, иногда нам снятся вещи, которые мы не можем понять. Это не страшно. Страшно, когда мы остаёмся с ними одни.
  - Я не одна. У меня есть Кайл. И Дерек. И Адриана.
  - Правильно. И мы все с тобой.
  Он положил руку ей на плечо.
  - Если будут сниться - не бойся. Расскажи Кайлу. Или мне. Мы поможем.
  - А вы знаете, что это? - она подняла глаза.
  Коннор задумался на мгновение.
  - Догадываюсь. Но не уверен. И не хочу пугать тебя раньше времени. Придёт время ты все узнаешь. Обещаю.
  Элисон кивнула. Ей стало чуть спокойнее.
  - Спасибо, - прошептала она.
  Коннор улыбнулся и поднялся.
  - Отдыхай. И береги медведя.
  Он ушёл, а Элисон ещё долго сидела, глядя на ребят и думая о красных глазах, которые теперь не казались такими страшными.
  
  Следующие дни пролетели в хлопотах. Снаряжали гарнизон для фермеров - пятеро добровольцев во главе с Джонсоном (он сам вызвался, сказал, что ему всё равно, где воевать). Готовили вертолёт для вылета к учёным - грузили ящики с медикаментами, тёплой одеждой, консервами. Мигель с утра до ночи сидел в радиоузле, настраивая частоты и проверяя шифрование.
  На четвёртый день он вызвал Коннора.
  - Связь с бункером, - коротко сказал он. - Гейтс просит тебя лично.
  Коннор взял микрофон.
  - Слушаю, доктор.
  - Коннор, - голос Гейтса звучал взволнованно, - мы тут проанализировали ваши данные с завода. Трофейные диски, документы. Есть одна зацепка, но для неё нам нужна информация, которой у нас нет.
  - Какая информация?
  - Данные по заводу в Сан-Диего. Там, судя по обрывкам, велись разработки, связанные с системой управления. Если бы мы могли получить их серверные логи или хотя бы схемы, мы бы существенно продвинулись в расчётах.
  - Сан-Диего - далеко, - задумчиво ответил Коннор. - И опасно. Что конкретно вам нужно?
  - Логи серверов, схемы энергоснабжения, любые упоминания о главном процессоре. У нас есть основания полагать, что Скайнет не просто сеть, а иерархическая структура. Если найти главный узел и уничтожить его, остальные можно будет отключить по очереди.... И еще хорошо бы получить доступ к спутникам, мы тогда сможем увидеть тепловые сигнатуры заводов. Это даст нам цели. Но для этого нужен кто-то, кто умеет работать с военной спутниковой связью.
  Коннор помолчал.
  - Я понял. Работайте дальше. Я подумаю, что можно сделать.
  - Думайте быстрее, - вздохнул Гейтс. - Мы тут в тепле и безопасности, но чем дольше Скайнет развивается, тем сложнее будет его остановить.
  - Понимаю. Конец связи.
  Коннор положил микрофон и задумался. Сан-Диего был в его планах, но раньше он думал об этом как о далёкой перспективе. Теперь, похоже, сроки сжимались.
  Он вышел из радиоузла и направился во двор, где уже готовили вертолёт к вылету. Майор руководил погрузкой, Дерек проверял списки.
  - Что-то срочное? - спросил Дерек, заметив выражение лица Коннора.
  - Пока нет. Но скоро будет. Учёным нужны данные из Сан-Диего.
  - Сан-Диего? - переспросил подошедший майор. - Это же почти двести километров. Там, говорят, банды, да и машины могут быть.
  - Знаю. Но если там то, что они ищут, придётся идти.
  - Когда?
  - Не сейчас. Сначала совет, потом разведка, потом подготовка. Это точно не на завтра.
  Майор кивнул и вернулся к погрузке. Дерек задержался.
  - Думаешь, успеем?
  - Должны. - Коннор посмотрел на небо, где снова мелькнула точка охотника. - Должны.
  
  На исходе шестого дня пришло сообщение от Макмиллана.
  - Полковник согласен, - доложил майор, - говорит, что его люди проголосовали, большинство за союз. Прибудут завтра лично. Просят обсудить конкретные условия: кто, что, кому и сколько.
  - Разумно, - кивнул Коннор. - Значит, завтра собираем всех.
  Вечером в штабе составляли повестку. Сержант-майор предлагал начать с общих целей, майор настаивал на чётких цифрах поставок, Эмилия напоминала, что учёные - особая статья и их нельзя грузить бытовыми вопросами.
  - Сделаем так, - подвёл итог Коннор. - Сначала коротко о ситуации со Скайнетом и машинами. Потом - по группам: военные, фермеры, учёные, наша база. Каждый скажет, что может дать и что нужно. Потом обсудим логистику и связь. И в конце - долгосрочные планы.
  - А разведка? - спросил Дерек. - Сан-Диего?
  - Оставим на отдельный совет. Не надо нагружать людей сразу всем.
  
  Вечером накануне большого совета Дерек сидел у костра с Адрианой. Рядом, как обычно, пристроились Кайл и Элисон. Вертолёт с припасами для учёных улетел утром, Микаэла осталась в бункере, обещала выходить на связь каждый вечер.
  - Завтра будет важный день, - сказал Дерек, глядя на огонь. - Впервые все соберутся вместе.
  - Ты волнуешься? - спросила Адриана.
  - Нет. Просто думаю, что дальше. Война только начинается, а мы уже столько потеряли. И столько нашли.
  - Друг друга. Союзников. Надежду, - перечислила Адриана. - И план, как уничтожить того, кто всё это начал.
  - Если учёные не ошибаются.
  - Они не ошибаются, - вмешался Кайл. - Они же учёные.
  Элисон, сидевшая рядом, вдруг заговорила:
  - А мне сегодня ничего не снилось. Впервые за долгое время.
  - Это хорошо, - ответил Дерек. - Значит, всё налаживается.
  Где-то в темноте, над горами, мелькнула точка - очередной охотник. Но здесь, у костра, её не видели. Видели только огонь и лица тех, кто был рядом.
  - Завтра решим, - сказал Дерек. - А сегодня - отдыхать.
  Они ещё долго сидели у костра, слушая, как потрескивают дрова, и думая о том, что будет завтра. А потом разошлись по казармам. В этот раз ночь была спокойной.
  
  Глава 6. Первый совет Сопротивления
  Утро седьмого дня выдалось на удивление тихим. Даже ветер, казалось, притих, словно понимая важность происходящего. Дерек стоял на крыше школы и вглядывался в даль, где угадывалась дорога по направлению к базе Нацгвардии.
  - Волнуешься? - Адриана подошла бесшумно, коснулась плеча.
  - Есть немного. - Он обернулся. - Слишком много всего сходится в одной точке. Военные, фермеры, учёные, мы. Если не договоримся...
  - Договоримся. - Она улыбнулась. - Коннор знает, что делать.
  Внизу уже кипела работа. Во дворе расчистили площадку, поставили длинные столы, накрытые чистыми простынями - сержант-майор лично проследил, чтобы всё выглядело прилично. Из столовой тянуло свежим хлебом и мясным бульоном - повара готовились накормить гостей.
  Первыми показались два армейских 'Хамви' с флагами Национальной гвардии. Они втянулись во двор, и из них вышли полковник Макмиллан, капитан Гарсиа и четверо офицеров. Все при параде - форма выглажена, знаки различия начищены.
  - Солидно, - шепнула Адриана.
  - Военные, - усмехнулся Дерек. - У них по-другому не бывает.
  Они спустились вниз. Коннор уже встречал гостей, пожимая руки.
  - Полковник, рад видеть.
  - Взаимно, - Макмиллан окинул взглядом школу. - У вас тут скромно, но чувствуется дух. Сержант-майор?
  - Здесь, - старик вышел вперёд, опираясь на костыль. - Давно не виделись, Томас.
  - Двадцать лет, - Макмиллан улыбнулся. - Ты почти не изменился.
  - Врёшь, - усмехнулся сержант-майор. - Но спасибо. - он повернулся к капитану Карлосу и тоже поздоровался со старым знакомым.
  Следом подъехал старенький пикап - один из трофейных, доставшихся фермерам. За рулём сидел невысокий мужчина лет тридцати, рядом с ним - Стивенс.
  - А это кто? - спросил майор из аэропорта.
  - Представитель фермеров, - ответил Дерек. - Стивенс решил их сопровождать.
  Из пикапа вылез Стивенс и помог спуститься мужчине - тот заметно нервничал, оглядывался.
  - Я... э-э... меня звать Павел, - произнёс он с заметным акцентом. - Марта послала. Сказала, что я хорошо говорить по-английски... ну, почти хорошо.
  - Ты поляк? - спросил сержант-майор.
  - Да. До войны работал на ферме, потом остался. Марта спасла, теперь я с ними.
  - Добро пожаловать, Павел, - Коннор протянул руку. - Рады, что приехали.
  В радиоузле тем временем Мигель настраивал связь с бункером. Через минуту из динамика донёсся голос Гейтса:
  - Алло, алло? Пасадена, слышите?
  - Слышим, доктор, - ответил Мигель. - Вы в эфире.
  - Отлично! У нас тут всё готово, мы вас слушаем.
  - Оставайтесь на связи, - сказал Коннор, подходя к рации. - Будем держать вас в курсе.
  Оставался последний, самый неожиданный гость. Дерек уже начал думать, что полковник Харрис передумал, когда на дороге показался знакомый бронированный джип аэропорта.
  Машина остановилась у ворот. Из неё вышел Харрис - подтянутый, в идеально выглаженной форме, с жёстким взглядом. За ним - двое военных полицейских, оставшихся у входа.
  - Полковник, - Коннор шагнул навстречу. - Не ожидали.
  - Я тоже не ожидал, что мои люди будут массово переходить под чужое командование, - Харрис посмотрел прямо на майора из аэропорта, который стоял рядом с Макмилланом. - Майор, вы не находите, что это попахивает дезертирством?
  В комнате повисла тишина. Майор побледнел, но ответил твёрдо:
  - Никак нет, сэр. Люди уходили добровольно, чтобы воевать с машинами, а не сидеть в казарме.
  - Воевать - это хорошо, - Харрис обвёл взглядом присутствующих. - Но аэропорт - это стратегический объект. Там запасы, там техника, там люди, которые тоже хотят жить. И да, у нас есть танки, есть вертолёты, есть ПВО. Мы не слабая нейтральная территория. Мы - сила.
  - Тогда почему вы не с нами? - спросил Дерек.
  - Потому что мы не бросаем свои позиции, - жёстко ответил Харрис. - Но это не значит, что мы не можем договариваться.
  Коннор подошёл ближе.
  - Что вы предлагаете?
  Харрис выдержал паузу.
  - Торговлю. У вас есть люди, которые умеют воевать в полевых условиях. У нас - ресурсы, которых у вас нет. Патроны, медикаменты, запчасти, топливо. И, если понадобится, огневая поддержка с воздуха. Но мы не вступаем в ваш альянс. Мы остаёмся нейтральной силой. Своей силой.
  - А что взамен? - спросил Макмиллан.
  - Доля в трофеях. Информация. И гарантия, что, если на аэропорт нападут - вы придёте на помощь. Так же, как мы пришли, когда напали на Пасадену. И да, - он повернулся к майору, - если кто-то из моих людей захочет воевать с вами - я не буду держать. Но официально они остаются в резерве аэропорта.
  Коннор задумался. Потом кивнул.
  - Разумно. Мы согласны.
  Харрис протянул руку.
  - Тогда по рукам. Майор, с вами мы ещё поговорим отдельно.
  Майор сглотнул, но кивнул.
  
  Все собрались в бывшем спортивном зале, который на время превратили в зал заседаний. В центре стоял длинный стол, за которым разместились ключевые фигуры: Коннор, сержант-майор, Макмиллан, Харрис, Павел (представитель фермеров), майор Стенсон, Эмилия, Дерек. В углу на стуле примостился Мигель с рацией, через которую Гейтс и его команда слушали всё происходящее.
  Коннор встал и обвёл взглядом собравшихся.
  - Мы собрались здесь, потому что устали умирать поодиночке. Скайнет набирает силу. Мы видели его машины - Т-1, Т-200, хантеров. Они не остановятся, пока не уничтожат всех. Но вместе у нас есть шанс.
  - Красиво говоришь, - заметил Харрис. - А что по факту? Какие у нас силы, какие ресурсы?
  - Давайте по порядку, - Коннор кивнул Мигелю. - Мигель, озвучь общую сводку.
  Мигель встал, развернул бумажку.
  - По состоянию на сегодня: боеспособных - около пятидесяти человек в Пасадене, плюс гарнизон Форта Хантер - ещё двадцать три. У фермеров - девятнадцать человек, из них примерно половина может держать оружие. На базе Нацгвардии - тридцать два. В аэропорту - точных данных нет, но по прикидкам - до семи сотен, включая техников и пилотов.
  - Больше человек в альянсе, сейчас это много, - заметил Макмиллан. - Но техника у нас всех уже старая, боеприпасов в обрез.
  - У нас тоже не густо, - вставил Павел. - Марта просила патроны и людей для обучения. Мы можем давать еду, у нас урожай неплохой, теплицы восстановили, надеемся зелень вырастим, но защищаться сами не умеем.
  - Учёные, - раздался из динамика голос Гейтса, - могут дать информацию. У нас есть расчёты, есть теория, но нам нужны данные с заводов. Особенно из Сан-Диего. И, простите, еда нам тоже пригодится - запасы вечные, но разнообразие не помешает.
  - Значит, обмен, - подытожил Коннор. - Фермеры дают еду, военные - патроны и обучение, учёные - информацию, мы - людей для рейдов и защиты. Аэропорт, - он посмотрел на Харриса, - торгует с нами за долю.
  - И за защиту, - добавил Харрис. - Не забывай, Коннор. Если на нас нападут - вы придёте.
  - Придём, - твёрдо сказал Коннор. - Как и вы уже приходили.
  - А кто всем этим будет управлять? - спросил Макмиллан. - Нельзя, чтобы каждый тянул в свою сторону.
  - Совет, - ответил Коннор. - Совет из представителей всех групп. Мы будем собираться раз в месяц, обсуждать общие проблемы, распределять ресурсы. В экстренных случаях - внеочередные собрания.
  - И кто в Совете? - поинтересовался Харрис.
  - Я, сержант-майор, вы, полковник, Макмиллан, представитель фермеров, учёных. И ещё один человек, который пока не здесь.
  - Кто?
  - Лейтенант с Форта Хантер. Он будет представлять ту базу.
  - А военные действия? - Макмиллан нахмурился. - Кто командует в бою?
  - В бою командую я, - спокойно ответил Коннор. - Если Совет не возражает.
  Повисла пауза. Харрис усмехнулся.
  - Гражданский командует военными? Интересно.
  - Гражданский, который дважды спас свою базу, который организовал атаку на завод машин, уничтожил его, добыл информацию и при этом не потерял ни одного человека - парировал сержант-майор. - И который знает о машинах больше любого из нас.
  - Откуда он знает? - спросил Макмиллан.
  Коннор посмотрел ему в глаза.
  - Долгая история. Если выживем - расскажу.
  
  Когда основные вопросы решили, Коннор перешёл к главному.
  - У нас есть цель. Учёные говорят, что для удара по Скайнет нужны данные с заводов. Особенно из Сан-Диего. Там, по их словам, была система управления, которая могла сохранить ключи к сети.
  - Сан-Диего? - переспросил Харрис. - Это почти двести километров. Там сейчас, наверное, всё кишит бандами и, если верить вам, машинами.
  - Именно поэтому туда нужно идти аккуратно, - сказал Коннор. - Разведгруппа. Небольшая, человек пять-шесть. Задача - найти данные, если повезёт - схемы, логи, и вернуться.
  - Кто пойдёт? - спросил Дерек.
  - Ты, - Коннор посмотрел на него. - Адриана, Эмилия, Микаэла, если она вернётся из бункера. И пара добровольцев из военных. Возглавлю операцию я.
  - Я дам людей, - кивнул Макмиллан. - У меня есть пара разведчиков, которые хорошо знают юг.
  - И я, - неожиданно сказал Харрис. - У нас в аэропорту есть пилот, который летал над Сан-Диего до войны. Может пригодиться.
  Коннор кивнул.
  - Хорошо. Собираем группу, готовим снаряжение. Выступаем, как только всё будем готовы. Неделя, может, две.
  - А учёные? - напомнил Гейтс из динамика. - Мы пока поработаем с тем, что есть, но без данных из Сан-Диего наш проект может застрять.
  - Мы понимаем, доктор. Работайте.
  
  В этот момент дверь приоткрылась, и вошёл молодой боец с нашивками связиста.
  - Коннор, там... там связь с Форта Хантер. Лейтенант на связи.
  - Давай сюда.
  Мигель подключил рацию, и через минуту из динамика донёсся голос:
  - Коннор, приём. Это лейтенант О'Нил. Докладываю обстановку.
  - Слушаю, лейтенант.
  - База законсервирована по вашему плану. Оставил гарнизон - двадцать три человека включая меня. Запасов хватит на полгода автономно. Патрулируем окрестности, иногда отгоняем мародёров. Вчера засекли летающего охотника в пятидесяти километрах к югу, но он прошёл стороной.
  - Молодцы. Держите связь. Если что - вызывайте.
  - Есть. И ещё... - О'Нил помолчал. - Мы тут нашли старые карты в архиве. Там отмечены несколько военных объектов в районе Сан-Диего. Может пригодиться.
  - Пригодится. Высылай с ближайшей оказией. И берегите себя.
  - Есть. Конец связи.
  Коннор повернулся к собравшимся.
  - Видите? Мы не одни. У нас есть ещё одна база. И ещё одна - впереди.
  - Ты про что? - спросил Харрис.
  - Про Сан-Диего. Если там действительно есть данные, которые помогут уничтожить Скайнет, мы обязаны их добыть.
  - Или погибнуть, - мрачно добавил Макмиллан.
  - Или погибнуть, - согласился Коннор. - Но выбирать не приходится.
  
  К вечеру, когда совет уже был закончен и небо вновь потемнело, во дворе зажгли большой костёр. Люди сидели кругами, ели, пили, разговаривали. Военные смешались с гражданскими, фермеры - с бойцами Коннора.
  Дерек сидел у огня, обнимая Адриану. Рядом пристроились Кайл и Элисон. Девочка смотрела на пламя.
  - Дерек, - тихо спросила она. - А ты пойдёшь в Сан-Диего?
  - Пойду, малыш.
  - Это опасно?
  - Опасно. Но мы постараемся вернуться.
  Она кивнула.
  - Я знаю. Вы всегда возвращаетесь.
  Кайл приобнял её. - Мы будем ждать, - сказал он.
  Недалеко, у другого костра, сидели Коннор, Макмиллан и Харрис. Полковник из аэропорта курил сигару, пуская дым в серое небо.
  - Знаешь, Коннор, - сказал он, - я не доверяю тебе. Но я доверяю своим людям. И твоим результатам.
  - Этого достаточно, - ответил Коннор. - Доверие приходит со временем.
  - Если мы доживём до этого времени.
  - Доживём.
  Сержант-майор, сидевший рядом, усмехнулся.
  - Оптимист.
  - Реалист, - поправил Коннор. - Я знаю, что будет, если мы не победим. Поэтому выбора у нас нет.
  Где-то в темноте, над горами, мелькнула точка - очередной охотник. Но здесь, у костра, его не видели. Видели только огонь, лица друзей и улыбки на их лицах.
  - Завтра начнём подготовку, - сказал Коннор.
  Люди расходились по казармам, унося с собой тепло костра и надежду на то, что завтрашний день будет лучше.
  
  Глава 7. Дорога на юг
  Дерек вышел во двор, когда серое небо только начинало светлеть на востоке, и застал уже кипучую работу. Два 'Хамви' стояли с открытыми капотами - механики в последний раз проверяли двигатели. Тут же в машины грузили боеприпас, сухпайки, канистры с водой и топливом.
  Коннор стоял у карты, разложенной на капоте, и что-то обсуждал с Эмилией и Микаэлой, которая в вернулась из бункера прошлым вечером. Темнокожая девушка с зелёными глазами выглядела сосредоточенной, в руках она держала свою снайперскую винтовку, бережно протирая оптику.
  - Дерек, - Коннор подозвал его. - Смотри сюда.
  Он ткнул пальцем в карту. От Пасадены на юг тянулась тонкая линия шоссе, петляющая между холмами.
  - Пойдём по 5-му фривею. Это самый прямой путь, но и самый опасный. Открытая местность, просматривается со всех сторон. Если у Скайнет есть разведка в воздухе, нас заметят.
  - А есть варианты?
  - Есть. - Коннор провёл пальцем по другой линии, уходящей восточнее. - Объезд через горы. Дольше на полдня, но больше укрытий. И меньше шансов нарваться на банды - там почти никто не ездит, дорога разбита.
  - Так и пойдём, - решил Дерек.
  - Согласен. Эмилия, твоя группа и пилот Харриса едут в первом 'Хамви'. Микаэла максимальное внимание на дороге. Мы с тобой и Адрианой - во втором. Разведчики Макмиллана - с нами.
  - Пилот? - переспросила подошедшая Адриана.
  - Да. Лейтенант Ривера. Летал над Сан-Диего до войны. Знает город как свои пять пальцев.
  Из толпы вышел невысокий коренастый мужчина лет сорока, с обветренным лицом и внимательными глазами. Он коротко кивнул.
  - Ривера. Буду полезен.
  - Хорошо, - кивнул Дерек. - Когда выезжаем?
  - Через час. - Коннор свернул карту. - Проверьте снаряжение. Патроны, вода, аптечки.
  Дерек отошел к 'Хамви', проверил свое оружие, запасные магазины, гранаты. Адриана возилась с разгрузкой, подгоняя лямки.
  - Волнуешься? - спросила она.
  - Не то чтобы волнуюсь. Просто... Сан-Диего. Я там никогда не был. Даже до войны.
  - Я была, - тихо сказала Адриана. - Один раз, с родителями. Мне тогда лет десять было. Зоопарк, океанариум... Красиво было.
  - Будет снова, - ответил Дерек. - Когда всё закончится.
  Она посмотрела на него долгим взглядом, но ничего не сказала.
  Из дверей школы выбежал Кайл. За ним, держась за руку, шла Элисон. Мальчик остановился перед Дереком, посмотрел серьёзно, по-взрослому.
  - Вы вернётесь? - спросил он.
  - Всегда возвращался.
  - Я не про тебя. Я про... всех.
  Дерек присел на корточки, положил руку брату на плечо.
  - Мы вернёмся. Все. Обещаю.
  - Я тоже хочу с вами когда-нибудь, - вдруг сказал Кайл.
  - Когда вырастешь. А пока - присматривай за Элисон и за базой. Сержант-майору помощь нужна.
  Кайл кивнул, но в глазах его мелькнуло что-то, чего Дерек раньше не видел. Не обида, не злость. Понимание. И принятие.
  Элисон молча протянула Дереку медведя.
  - Возьми. Он приносит удачу.
  - Спасибо, малыш. - Дерек взял игрушку, сжал в руке. - Я верну.
  Она улыбнулась и прижалась к Кайлу.
  Ровно через час два 'Хамви' выехали за ворота базы. Дерек смотрел назад, пока фигуры брата и Элисон не растворились в серой мгле.
  - Вернёмся, - тихо сказала Адриана, сжимая его руку.
  - Должны.
  
  Дорога петляла между холмами, уводя колонну всё дальше от знакомых мест. Первые полчаса ехали молча, каждый думал о своём. Потом Эмилия, сидевшая за рулём головного 'Хамви', включила рацию:
  - Коннор, приём. Как слышимость?
  - Хорошо, - ответил тот. - Работаем в режиме радиомолчания. Только экстренные случаи.
  - Поняла.
  Дерек смотрел в окно. Пейзаж медленно менялся. Жилые кварталы сменились промышленными зонами - ржавые ангары, покосившиеся заводские трубы, груды металлолома, занесённые снегом. Иногда попадались брошенные машины - одни стояли прямо на дороге, объезжать приходилось по обочине, другие были разбиты, перевёрнуты, с выгоревшими остовами.
  - Смотри, - Адриана ткнула пальцем в боковое стекло.
  Там, на обочине, лежали человеческие останки. Скелет в истлевшей одежде, рядом - детская коляска, перевёрнутая, пустая.
  - Первые дни, - глухо сказал Ривера, сидевший сзади. - Когда народ из города валил. Пробки были километровые, люди бросали машины и шли пешком. А потом... - он замолчал.
  - Потом что? - спросила Адриана.
  - Потом началось. Кто с оружием - тот и прав. Грабили, убивали, насиловали. Мы в аэропорту своими глазами видели, что творилось на подъездах. Те, кто успел добежать до ворот, считались счастливчиками. Остальные...
  Он не договорил. И не нужно было.
  Через час дорога выровнялась, и колонна выехала на открытый участок. Слева тянулись холмы, справа - долина, занесённая снегом, где угадывались очертания фермерских полей.
  - Внимание, - раздался в наушнике голос Микаэлы. - Слева, в полукилометре, группа людей. Человек десять. Похоже, наблюдают за нами.
  - Вижу, - ответил Коннор. - Не останавливаемся. Увеличить скорость, но не отрываться.
  Дерек вгляделся. На склоне холма действительно стояли фигуры - неясные, чёрные на фоне снега. Они не двигались, просто смотрели.
  - Мародёры? - спросила Эмилия.
  - Или просто выжившие, - ответил Ривера. - Но проверять не будем. У нас нет задачи вступать в контакты.
  Колонна проехала мимо. Фигуры так и остались стоять на месте, провожая их взглядами.
  - Не напали, - выдохнула Эмилия.
  - Не дураки, - усмехнулся Ривера. - Две бронированных машины, вооружённые люди. Они не знают, сколько нас, и рисковать не будут.
  - А если бы знали?
  - Тогда бы напали. Обязательно.
  
  Ближе к вечеру дорога привела их к небольшому посёлку, прилепившемуся к склону холма. Дома здесь стояли вплотную друг к другу, окна были заколочены, на улицах - ни души.
  - Осторожно, - предупредил Коннор. - Может быть засада.
  Оба 'Хамви' замедлились, въезжая в посёлок. Дерек держал автомат наготове, вглядываясь в тёмные проёмы.
  Посёлок был мёртв. Совсем. На центральной площади стояла сгоревшая церковь, рядом - груда обгоревших тел. Видимо, хоронить было некому, или не хотели.
  - Твою мать, - прошептал Коннор. - Это не бандиты. Это машины.
  - Почему так думаешь? - спросила Адриана.
  - Видишь? - он указал на стены домов. - Пулевые отверстия. Крупный калибр. Люди так не стреляют. Это Т-1 или что-то похожее.
  Дерек присмотрелся. Стены действительно были изрешечены - аккуратные, ровные дыры, идущие ровными строчками. Автоматические очереди.
  - Здесь прошли машины, - передал Коннор по рации для головной машины. - Уходим. Быстро.
  Колонна рванула через посёлок, не останавливаясь. За спиной остались сгоревшие дома, мёртвые тела и тишина, которая была страшнее любых звуков.
  - Скайнет расширяется, - тихо сказал Дерек. - Он уже здесь.
  - Пока только разведка, - ответил Коннор. - Если бы они зачищали всерьёз, от посёлка бы вообще ничего не осталось.
  - Утешил.
  
  К ночи колонна остановилась на ночлег. Место выбрали тщательно - заброшенная ферма с крепкими каменными стенами и подвалом. Дом стоял в стороне от дороги, не просматривался с холмов.
  - Машины в сарай, - распорядился Коннор. - Пост на крыше, двое в дозоре. Меняемся каждые два часа.
  Дерек и Адриана занялись разгрузкой, пока остальные проверяли здание. Внутри было пусто, только старая мебель да запах плесени. Но крыша держалась, стены были целы.
  - Здесь переночуем, - сказал Коннор, оглядывая комнату. - Костёр не разводить. Только в подвале, и то минимально.
  - Есть горячее? - спросил кто-то из разведчиков.
  - Сухпайки. Вода есть. Обойдётесь.
  Устроились в подвале. Тесно, но тепло. Кто-то зажёг маленькую свечу - тусклый свет выхватил из темноты усталые лица.
  - До Сан-Диего ещё день пути, - сказал Коннор, разворачивая карту. - Если повезёт, завтра к вечеру будем на месте. Если нет - послезавтра утром.
  - А что там, в Сан-Диего? - спросила Микаэла.
  - Большой город. Военно-морская база. Заводы. И, по данным учёных, серверы с информацией о Скайнет.
  - И банды, - добавил Ривера. - Много банд. Город большой, места всегда хватало всем. Делили территорию очень жёстко, это еще до судного дня было. Теперь скорее всего еще хуже.
  - Поэтому идём тихо. Наша задача - не воевать, а найти данные. Вступаем в бой только в крайнем случае.
  Дерек сидел у стены, слушая разговоры. Рядом, прижавшись к нему, дремала Адриана. Микаэла проверяла винтовку, Эмилия молча смотрела на огонёк свечи.
  - Я на крышу, - сказал Дерек, поднимаясь.
  - Через два часа сменим, - кивнул Коннор.
  На крыше было холодно и тихо. Дерек всматривался в темноту, пытаясь разглядеть хоть что-то.
  - Интересно как долго нам ещё воевать, - прошептал в пустоту Дерек.
  Ответа не было.
  
  Выдвинулись на рассвете, не теряя времени. Часы в дороге пролетали быстро. В какой-то момент трасса постепенно пошла под уклон, холмы расступились, и впереди открылась долина. А там, в дымке, угадывались очертания огромного города.
  - Сан-Диего, - сказал в рацию Ривера. - Видите? Там, где башни.
  - Сколько до него? - спросил Коннор.
  - Километров двадцать. Если повезёт, через час будем на окраинах.
  - Что нас там ждёт?
  Ривера помолчал.
  - Ад. Чистый ад. Я видел этот город в первые дни после бомбёжек. Люди сходили с ума. Убивали друг друга за бутылку воды. А сейчас, через столько лет... даже думать не хочу.
  - Думать придётся, - жёстко сказал Коннор. - Мы идём туда. И мы должны вернуться.
  - Я знаю, - Ривера кивнул. - Потому и еду.
  Колонна двинулась вниз, к городу. Впереди были руины, опасности и неизвестность. Но выбора не было.
  Дерек сжал в кармане медведя, которого дала Элисон.
  - Вернёмся, - прошептал он. - Обязательно.
  Адриана взяла его за руку.
  Город притворяющийся тихим, ждал впереди.
  
  Глава 8. Город мёртвых
  Город лежал внизу, серый, придавленный тяжёлым небом. Высотки даунтауна торчали, как сломанные зубы, - одни обгоревшие, другие с проваленными стёклами, некоторые стояли почти целыми, но от этого ещё более жуткими. Вдалеке угадывалась арка моста Коронадо - он всё ещё держался, перекинувшись через залив к острову, где когда-то сияли огни отеля.
  - Господи, - выдохнула Адриана. - Как он ещё стоит?
  - Мосты строили на совесть, - глухо ответил Ривера. - Я летал над ним сотню раз. Видел его в лучах заката... - Он замолчал, сжав челюсти.
  Дерек смотрел на город и пытался представить, что здесь когда-то жили люди. Полтора миллиона человек. Машины, огни, жизнь. Теперь - только руины и тишина, которая давила на уши.
  - Въезжаем, - сказал Коннор по рации. - Всем внимание. Все делаем тихо, без лишнего шума.
  Колонна спустилась с холмов и выехала на 5-ю фривей. Сразу становилось понятно, что здесь происходило. Первые километры шоссе забиты брошенными машинами - они стояли вплотную друг к другу, ржавые, обгоревшие, с распахнутыми дверцами. Приходилось лавировать между ними, либо объезжать по обочинам.
  - Бегство из города, - тихо сказал Ривера. - Люди бросали всё и пытались уехать. А потом началась паника. Кто-то разбился, кто-то просто бросил и побежал... - он кивнул в сторону, где на обочине лежали останки, присыпанные снегом.
  Дерек сжал зубы. Это была не война. Это был исход. Исход, из которого никто не вернулся.
  Впереди показалась баррикада - наспех сколоченная из грузовиков и бетонных блоков, с черепом на шесте и надписью: 'Чужаки, убирайтесь! Дальше - смерть'. Баррикада была пуста, но за ней угадывались очертания сторожевой вышки.
  - Объезжаем, - скомандовал Коннор. - Сворачиваем налево, через район.
  'Хамви' съехали с шоссе и углубились в жилые кварталы. Здесь было ещё страшнее. Дома стояли вплотную, многие сгорели дотла, другие зияли чёрными провалами окон. На стенах - граффити, предупреждающие знаки, иногда - силуэты людей, которых рисовали уже после.
  - Нам нужно укрытие для машин, - сказал Коннор. - Ривера, что скажешь?
  Пилот задумался, оглядываясь.
  - Есть одно место. Торговый центр на Хиллкрест, в паре километров от даунтауна. Там подземный паркинг на несколько уровней. Если удастся проехать...
  - Веди.
  
  Они пробирались через завалы. Улицы были перегорожены машинами, мусором, обломками зданий. Дерек высунулся из окна, помогая водителю выбирать путь. Несколько раз приходилось останавливаться и расчищать дорогу вручную, стаскивая ржавые остовы в сторону.
  Парковка нашлась - огромный бетонный монстр, въезд в который был полузакрыт бетонными плитами. Ривера указал на щель, куда мог пролезть 'Хамви'.
  - Давай, - сказал Коннор. - Если застрянем - будем вытаскивать.
  Машины протиснулись внутрь. В подземелье было темно, и только включенные фары давали узкую полоску света. Пахло сыростью, бензином и чем-то ещё, кислым и тошнотворным.
  - Останавливаемся здесь, - решил Коннор. - Машины в угол, маскируем.
  Они загнали 'Хамви' в дальний угол, накрыли маскировочными сетями, сверху набросали мусора и тряпок, которые прихватили с собой. В темноте машины почти не было видно.
  - Разделяемся. Машину нужно охранять. Лина, Таня, вы остаетесь, - сказал Коннор. - И....
  - Я останусь, - вызвался один из разведчиков Макмиллана по имени Дони. - и Микаэла у нее есть ПНВ, она снайпер - если что, прикроет.
  Микаэла кивнула. Она проверила винтовку, взобралась на капот одного из 'Хамви', откуда открывался обзор на въезд.
  - На связи каждые два часа, будьте готовы если понадобится помощь - напомнил Коннор. - Но! Если не выйдем на связь, не геройствуйте - уходите обратно к базе. И заправьте машины пока ждете.
  - Понятно.
  Остальные собрались. Дерек проверил свой рюкзак - автомат, магазины, гранаты, аптечку и главное - взрывчатка. Несколько килограмм пластита, детонаторы, шнур. Если будет возможность - уничтожить завод или хотя бы серверы.
  - Всё взяли? - спросил Коннор.
  - Да.
  - Тогда пошли.
  
  Они выдвинулись из паркинга и пошли пешком. Улицы здесь были чуть чище, но всё равно приходилось лавировать между машинами, перелезать через завалы. Ривера шёл первым чуть впереди, в головном дозоре, уверенно ориентируясь на местности.
  - Здесь была аптека, - тихо сказал он, показывая на разбитую витрину. - Мы с женой покупали там лекарства для дочери. А здесь... - он замолчал, глядя на сгоревшее здание.
  - Что здесь? - переспросила Адриана.
  - Ресторан. Итальянский. Мы в нем отмечали нашу годовщину.
  Он пошёл дальше, не оборачиваясь. Дерек заметил, как дрогнул голос Риверы, но ничего не сказал. У каждого здесь были свои призраки.
  На перекрёстке увидели свежие следы - человеческие, много. И труп, валявшийся у стены, с простреленной головой. Кровь ещё не засохла.
  - Осторожно, - шепнул Коннор. - Здесь кто-то есть. И они не любят чужаков.
  Они свернули в переулок, обходя опасный район. Дерек краем глаза заметил движение на крыше - чья-то фигура скользнула за парапет.
  - Нас видели, - тихо сказал он.
  - Не останавливаемся. Идём дальше.
  В конце переулка увидели баррикаду - из машин, мебели, мусора. За ней угадывались люди. Они не стреляли, просто смотрели. Группа прошла мимо, стараясь не смотреть в их сторону.
  - Свои, - прошептал Ривера. - Местные. Если не трогать - не тронут. Пока.
  Дальше начались высотки. Они вышли на площадь, откуда открывался вид на даунтаун. Дерек остановился, вглядываясь в каменные джунгли. Где-то там, среди этих развалин, лежали данные, за которыми они пришли.
  - Видишь башню с антеннами? - Ривера указал на высокое здание в центре. - Это отель 'Сан-Диего Мариотт'. Рядом с ним - Конференц-центр. А под ним - старые военные бункеры. Если, где и хранились данные, то там.
  - Сколько до него?
  - Километра три, не больше. Но идти придётся через самые опасные районы.
  Коннор оглядел группу.
  - Передохнём пять минут. Потом двинем дальше.
  Дерек сел на обломок бетона, достал флягу. Адриана прижалась к нему. Было холодно, ветер пронизывал до костей.
  - Думаешь, там есть машины? - тихо спросила она.
  - Не знаю. Но если есть - нам придётся туго.
  - У нас есть взрывчатка. Если что - уйдём красиво.
  Дерек усмехнулся. Она всегда умела шутить, даже в таком аду, где они были сейчас.
  - Пошли, - сказал Коннор, поднимаясь.
  
  Они двинулись дальше. Улицы становились всё пустыннее, остовы машин попадались гораздо реже, идти стало немного легче, но и опасность возрастала, оттого что уменьшилось количество потенциальных укрытий. На открытых пространствах их могли заметить с любой стороны. Приходилось постоянно оглядываться, следить за крышами, за окнами.
  Вскоре вышли к набережной. Залив был серым, свинцовым, у причалов стояли остовы кораблей - торговые суда, несколько военных катеров, разбитых и брошенных. Вода казалась мёртвой, никакого движения.
  - Красиво здесь было, - вдруг сказал Ривера. - Яхты, чайки, рестораны... Люди гуляли, смеялись. А теперь... - он махнул рукой.
  Дерек смотрел на залив и думал о том, что когда-то этот город был живым. Теперь он стал кладбищем. Огромным, холодным кладбищем.
  - Вход где-то здесь, - Ривера показал на неприметное здание из серого бетона, почти без окон. - Это старый бункер, переоборудованный под лаборатории. До войны там работали военные, потом всё засекретили.
  - Охрана? - спросил Коннор.
  - Раньше была. Сейчас - не знаю.
  Они подошли ближе. Дверь была металлическая, массивная, но приоткрыта. Изнутри тянуло холодом и чем-то ещё - запахом машинного масла и озона.
  - Работает, - тихо сказал Коннор. - Электричество есть. Значит, там может быть кто-то живой.
  - Или что-то, - добавил Ривера.
  Коннор обернулся к группе.
  - Заходим. Дерек, Адриана - вперёд. Я за вами. Эмилия, Ривера - прикрываете тыл.
  Они вошли внутрь. За дверью оказался длинный коридор, уходящий в темноту. Где-то вдалеке мерцал тусклый свет.
  - Взрывчатка у тебя? - спросил Коннор у Дерека.
  - Да.
  - Если что - закладываем и уходим.
  Дерек сжал в кармане медведя Элисон.
  - Вернёмся, - прошептал он.
  И они шагнули в темноту.
  
  Глава 9. Данные
  За дверью оказался длинный коридор, уходящий в темноту. Стены здесь были выкрашены в унылый серый цвет, кое-где покрытый пятнами плесени и потеками ржавчины. Под ногами хрустел мелкий мусор - то ли штукатурка, то ли кости. В воздухе висел тяжёлый запах застоявшейся воды, машинного масла и чего-то ещё, химического, отчего слегка першило в горле.
  - Смотрите, - Адриана указала на стену.
  Там висела табличка: 'Лаборатория ?7. Только для персонала. Доступ по пропускам'. Рядом - схема этажа, частично сорванная. На полу валялся чей-то пропуск, слегка истлевший и покрытый грязью.
  Ривера подошёл ближе, всматриваясь в обрывки схемы. Его пальцы дрогнули, когда он коснулся бумаги.
  - Это военный объект, - тихо сказал он. - Я слышал о нём, но никогда здесь не был. Считалось, что здесь разрабатывали системы связи для флота. Мой друг служил здесь связистом..., он пропал примерно за месяц до Судного дня. Говорили, что-то пошло не по плану и их расформировали, но после этого он на связь не выходил... а потом полетели ракеты...
  - Значит здесь может быть что угодно, - Коннор обвёл взглядом тёмный коридор. - Держимся вместе. Дерек, Адриана - вперёд. Я и Толедо за вами. Эмилия, Ривера - прикрываете. И помните: что бы мы ни встретили, у каждой машины есть слабое место.
  Они двинулись дальше. С каждым шагом становилось холоднее, и запах машинного масла становился сильнее, смешиваясь с запахом озона - где-то работало мощное электрооборудование. Где-то в глубине мерно гудели генераторы, и этот гул отдавался в груди низкой вибрацией.
  - Работает, - шепнул Дерек, чувствуя, как вибрация проходит сквозь подошвы ботинок. - Всё работает.
  - Значит, здесь кто-то есть, - ответил Коннор. - Или что-то. Скайнет не оставляет работающие объекты без охраны.
  Коридор раздваивался. Налево - обычный служебный проход с облупившейся краской и ржавыми трубами под потолком. Направо - массивная герметичная дверь с красной надписью: 'Опасно. Высокое напряжение'. Под надписью кто-то нацарапал гвоздём: 'Не входить. Они здесь'.
  - Куда? - спросила Адриана, коснувшись пальцем царапины.
  - Направо, - решил Коннор, бросив взгляд на предупреждение. - Серверные обычно в защищённых зонах. А эти надписи... их могли оставить те, кто пытался предупредить. Но выбора у нас нет.
  Дверь поддалась с трудом - петли заржавели, но после второго рывка она открылась, выпустив облако холодного воздуха. За ней открылся другой мир. Здесь было светло - горели лампы дневного света, ровно и без мигания, работали кондиционеры, гудели серверные стойки. Вдоль стен тянулись ряды оборудования, мигали разноцветные огоньки. Пол был выложен антистатической плиткой, чистой, без пыли.
  - Ничего себе, - выдохнул Ривера. - Это же целый дата-центр. Всё работает как часы.
  - Ищем терминалы, - скомандовал Коннор, оглядываясь. - Данные должны быть на жёстких дисках или в облаке. Ривера, ты разбираешься?
  - Немного. В аэропорту мы пользовались похожей системой. Попробую.
  Он подошёл к одному из терминалов, провёл пальцем по клавиатуре - на ней не было пыли. Кто-то пользовался ею недавно. Ривера начал щёлкать клавишами. На экране побежали строки кода, запрашивая пароль.
  - Есть доступ, - сказал он. - Система не заблокирована. Но нужен ключ.
  - Взламывай.
  - Я не хакер, но... попробую.
  Пока Ривера возился с компьютером, остальные осматривали помещение. В углу стоял большой металлический шкаф, запертый на кодовый замок. Рядом с ним на полу валялась пустая обёртка от шоколадного батончика - совсем свежая.
  - Здесь может быть что-то важное, - сказал Дерек, дёргая дверцу. - Заперто.
  - Не трать время, - ответил Коннор. - Данные важнее. Начинаем минировать.
  В этот момент из коридора донёсся звук. Металлический лязг, похожий на шаги. Тяжёлые, размеренные, они гулко отдавались в тишине, приближаясь.
  - Тревога, - шепнул Коннор, жестом приказывая рассредоточиться. - Все за стойки. Не высовываться.
  Они замерли, прижавшись к холодному металлу. Шаги приближались, и теперь к ним добавилось шипение пневматики и гул сервоприводов. Из-за поворота показалась фигура.
  Это был не человек. Огромный, ростом под два с половиной метра, с грубо отлитым металлическим корпусом, покрытым следами сварки и копоти. Одна рука заканчивалась стволом крупнокалиберного пулемёта, другая - простым механическим манипулятором с тремя пальцами. Голова - массивная, с единственным красным глазом, медленно вращающимся по сторонам. Каждый шаг отдавался глухим ударом, от которого вибрировал пол.
  - Т-70, - выдохнул Коннор едва слышно. - Первая человекоподобная модель. Созданы ещё до войны, как демонстрационный образец. Скайнет использует их для охраны объектов - они медленные, но пулемёты прошьют любое укрытие. Не двигайтесь. У них примитивный ИИ, они реагируют на движение.
  Машина прошла мимо, на расстоянии вытянутой руки. Дерек видел, как её красный глаз сканирует стены, как подрагивает ствол пулемёта. От неё пахло нагретым маслом и озоном. Она остановилась на секунду прямо напротив их укрытия, и Дерек замер перестав дышать. Потом двинулась дальше, её шаги стали удаляться.
  Когда звук стих, все выдохнули. У Адрианы дрожали руки.
  - Откуда они здесь? - прошептала она.
  - Скайнет использует старые модели там, где не нужно много машин, - ответил Коннор. - Т-70 проще в производстве, чем новые серии. Но если здесь есть Т-70, значит, объект охраняется не только ими.
  Он кивнул в сторону дальней стены, где за полупрозрачным стеклом виднелись другие фигуры. Такие же огромные, но они отличались конструкцией - более обтекаемые, и более пропорциональные, чем те которыми команда коннора сталкивалась ранее. Их было не меньше пяти.
  - Т-400, - сказал Коннор, вглядываясь. - Экспериментальные. Их называют 'дребезжащими' из-за звука при ходьбе. Их еще не должны были создать..., похоже это прототипы. Если Т-70 - это старьё, то эти могут быть гораздо опаснее. У них нет тяжёлой брони, зато они быстрее и могут пробивать стены. Цельтесь в красный глаз - это их основной сенсор. И старайтесь не подпускать близко: они запрограммированы на ближний бой.
  - Уходим? - спросил Дерек, сжимая автомат.
  - Нет. Продолжаем ставить заряды. Ривера, как там данные?
  - Почти готово. Ещё пара минут.
  - Работай. Мы прикроем.
  
  Ривера колдовал над терминалом, пальцы летали по клавиатуре. На экране мелькали папки, файлы, архивы. Иногда система выдавала предупреждения, но Ривера обходил их, используя стандартные военные коды доступа, которые запомнил ещё со службы.
  - Есть! - тихо воскликнул он. - Доступ получен. Копирую.
  На флеш-накопитель побежали гигабайты информации - схемы, отчёты, логи, чертежи. Дерек посмотрел на индикатор загрузки и считал секунды.
  - Быстрее, - шепнул он.
  - Не могу, скорость ограничена. Тут старый интерфейс.
  Вдруг свет в коридоре мигнул. Гул генератора изменил тон, став выше и напряжённее.
  - Что это? - спросила Адриана, вскидывая автомат.
  - Нас заметили, - ответил Коннор. - Скайнет отследил вторжение в сеть. Ривера, сколько ещё?
  - Полторы минуты.
  - Полторы минуты у нас нет. Отключай, берём что есть.
  Ривера выдернул флешку, спрятал в карман, и одним движением застегнул его на молнию. В этот момент дверь лаборатории распахнулась.
  На пороге стояли трое в серых халатах. Люди. За ними - две фигуры Т-70, уже с поднятыми пулемётами, их красные глаза горели в полумраке. А в глубине коридора слышался характерный дребезжащий лязг - приближались Т-400.
  - Не двигаться! - крикнул один из 'серых', высокий мужчина с безумными глазами и неестественно бледной кожей. - Уберите оружие! Иначе мы прикажем роботам открыть огонь! Живо!
  Коннор медленно убрал руки от оружия, показывая, что не сопротивляется. Пистолет остался у него в кобуре - он лишь демонстративно отвёл кисти от пояса. Дерек, заметив это, тоже опустил автомат, и перехватил его за цевьё, направив ствол слегка вниз. Адриана последовала его примеру.
  - Не стреляйте, - спокойно сказал Коннор, глядя прямо в глаза 'серому'. - Мы сдаёмся. Видите? Мы убираем оружие.
  - Умный мальчик, - усмехнулся тот, но с места не сдвинулся. - Отведите их в камеры. Живыми.
  Т-70 шагнули вперёд, их пулемёты нацелились на группу. 'Серые' стояли за ними, чувствуя себя в безопасности за металлическими спинами. Ни один из них не подошёл, чтобы забрать оружие. Они явно полагались на машины и не считали нужным рисковать, приближаясь к врагам.
  Коннор перехватил взгляд Дерека и едва заметно кивнул. Оружие осталось при них - висело на плечах, было заткнуто за пояса, но 'серые' так и не решились подойти.
  Трусы, - подумал Коннор, оглядывая бледные лица в серых халатах. - Они дрожат за свои шкуры даже здесь, под защитой машин. Думают, что железо их спасёт. Они даже не представляют, что мы уже сталкивались с такими, как они. И оставались живы.
  Группу повели по коридору. Дерек чувствовал тяжесть автомата за спиной и лихорадочно соображал, когда наступит момент для рывка.
  - Не сейчас, - шепнула Адриана, словно прочитав его мысли. - Жди.
  Он ждал.
  
  Их вели по коридору, периодически подталкивая стволами. Дерек лихорадочно соображал, как вырваться. Рядом шла Адриана, сжимая его руку - её пальцы были холодными, но хватка крепкой. Эмилия, Толедо и Ривера держались чуть поодаль, за ними - Коннор, который внешне казался спокойным, но Дерек знал этот взгляд: он что-то задумал.
  - Что будем делать? - шепнула Адриана, стараясь не шевелить губами.
  - Ждать момента, - ответил Дерек, оглядывая стены в поисках укрытия. - Коннор что-то придумает.
  Сзади послышался тихий голос Коннора, обращённый к одному из 'серых':
  - Вы правда верите, что Скайнет сохранит вам жизнь? Он использует вас, как расходный материал. Когда вы станете не нужны, вас утилизируют.
  - Заткнись! - огрызнулся конвоир. - Ты ничего не понимаешь. Скайнет даст нам новый мир, бессмертие...
  - Бессмертие? В виде цифровых копий? - усмехнулся Коннор. - Я знаю его планы.
  Момент настал, когда они проходили мимо открытого технического люка. За ним виднелась темнота и чувствовался запах канализации. Дерек резко рванул в сторону, увлекая за собой Адриану. Они нырнули в люк, и через секунду оттуда загрохотали выстрелы - Дерек дал длинную очередь поверх голов, чтобы посеять панику.
  - Бегом! - крикнул Коннор, выхватывая пистолет и рванул к серым.
  Началась свалка. Т-70 разворачивались медленно, их пулемёты косили стены, выбивая бетонную крошку, но попасть по увёртливым людям не могли. Коннор выкрикивал команды:
  - Эмилия, гранату! Ривера, Толедо прикройте отход! Дерек, не останавливайся! Бейте по глазам и суставам!
  Один из Т-70 завалился на спину, кто-то удачно перебил ему ногу. Очередь из пулемета прочертила по потолку и один из 'серых' упал, сражённый рикошетом. Другие в панике разбегались, прячась за стойками и крича.
  - Быстро к серверной! - крикнул Коннор перекрикивая грохот взрыва гранаты, уничтожившей еще одну машину и похоже повредившую последнюю. - Там взрывчатка!
  Дерек выскочил из люка, помог выбраться Адриане. Они побежали назад, стреляя на ходу. Ривера прикрывал отход, поливая коридор огнём из автомата. Сзади уже слышался лязг Т-400. И звук ломаемых перегородок, это машины ломились прямо через стены, пробивая газобетон и гипсокартон.
  В серверной Коннор уже быстро соединял детонаторы. Его движения были отточены, словно он делал это сотни раз.
  - Сколько? - спросил Дерек, занимая позицию у двери.
  - Минута. Валим!
  Они выбежали в коридор. Сзади уже гремели шаги Т-70 и Т-400, их красные глаза мелькали в дыму. Один из Т-400 выбил стену и вышел прямо перед ними, его открытая проводка искрила, а единственный глаз горел ярко.
  - Огонь! - заорал Коннор. - Цельтесь в глаз!
  Все ударили по машине. Пули выбивали искры из её корпуса, одна попала в красный глаз - терминатор дёрнулся, заскрежетал и рухнул, но из-за него уже лезли другие.
  - Вперёд! Не останавливаться!
  Они бежали по лабиринту коридоров, когда сзади раздался крик. Толедо, один из разведчиков Макмиллана - тот, что шёл с ними - споткнулся о торчащий кабель и упал. Очередь из пулемёта Т-70 прошила ему ногу выше колена. Густо брызнула кровь, разведчик закричал.
  - Твою мать! - Дерек рванул назад.
  - Стой! - крикнул Коннор, но было поздно.
  Дерек подхватил раненого под руки, потащил. Разведчик был тяжёлым, он стонал, из раны хлестало. Адриана прикрывала, стреляя в темноту короткими очередями. Ривера помог Дереку, взяв раненого за вторую руку.
  - Он не дойдёт! - крикнула Эмилия, перезаряжая автомат.
  - Дойдёт! - рявкнул Коннор, подхватывая раненого, с другой стороны. - Я не бросаю своих! Ривера, держи левый фланг! Эмилия, гранату в коридор!
  Граната улетела во тьму, взрыв на секунду осветил коридор, и преследователи на мгновение затихли.
  
  Они вывалились из бункера наружу. Холодный воздух ударил в лицо, смешиваясь с запахом гари и крови. Сзади грохнуло - взрывчатка сработала, обрушив вход. Но из-под завала уже лезли Т-400, разбрасывая камни металлическими руками. Один, два, три... Они выбирались, наружу их красные глаза горели в темноте, а тяжёлые металлические ступни с глухим грохотом опускались на бетон, и крошево выбивая искры.
  - К паркингу! Быстро!
  Раненый разведчик истекал кровью, его лицо было белым как мел, губы посинели. Дерек и Ривера тащили его на себе, оставляя за собой кровавый след на снегу и асфальте.
  - Микаэла, приём! - закричал в рацию Коннор, задыхаясь. - Выезжайте навстречу! У нас проблема. Есть раненый, за нами погоня! Координаты: выход из бункера, северная сторона!
  - Поняла! - в наушнике раздался голос Микаэлы. - Дони, Лина, Таня, выезжаем!
  На паркинге взревели двигатели. Микаэла, Лина и Таня уже были в машинах. Разведчик одним движением сбросил маскировочные сети вместе с мусором. Второй 'Хамви' с пулемётом на турели рванул первым, за ним - первый, за рулём которого уже сидел Дони. Микаэла высунулась в люк, вцепившись в рукояти крупнокалиберного пулемёта. Рядом с ней, в люке второго 'Хамви', заняла позицию Таня с автоматической винтовкой. Машины выжимали максимум, спеша на помощь и периодически отбрасывая препятствия с дороги мощным бампером.
  - Держитесь! Мы идём!
  Они бежали по улицам, не разбирая дороги, перепрыгивая через завалы и перетаскивая раненого. Сзади слышался тяжёлый топот и лязг гидравлики - Т-400 практически не отставали, они ломились через всё, снося стены киосков и переворачивая машины. Один из Терминаторов выскочил на перекрёсток и открыл огонь из пулемёта. Пули взвизгнули над головами, выбивая искры из асфальта.
  - Ложись! - крикнул Коннор, и все рухнули в снег. Толедо заорал от боли.
  Очередь прошла мимо, над ними, срезав верхушку фонарного столба. Ривера приподнялся и дал длинную очередь в ответ, целясь в красный глаз. Пули легли точно в цель - терминатор дёрнулся, его голова откинулась, и он рухнул, но двое других уже приближались.
  Впереди показались два 'Хамви', вылетевшие из-за угла на полной скорости. Лина за рулём первой машины резко сбросила скорость, давая Микаэле возможность прицелиться. Дони во второй машине тоже притормозил, и Таня, тут же высунувшись из люка с винтовкой.
  - Огонь! - крикнула Микаэла.
  Крупнокалиберный пулемёт ударил длинной очередью, разнося корпуса Т-400 в клочья. Пули калибра 12,7 мм разрывали металл, выбивая снопы искр. Таня била из винтовки, целясь в красные глаза. Лина, тут же, направила машину прямо на отступающую группу, прикрывая их корпусом.
  - Грузитесь! - заорала она, распахивая дверцу.
  Они втащили раненого в машину, сами запрыгнули следом. Микаэла продолжала стрелять из люка, пока Таня во второй машине прикрывала отход с фланга. 'Хамви' рванули с места, уходя от погони. Сзади оставались дымящиеся руины бункера, поверженные Т-400 и, возможно, 'серые', которые не успели уйти.
  - Уходим на север! - скомандовал Коннор, перевязывая раненого. - В город не возвращаемся, сразу на трассу!
  - Есть!
  
  В машине было тихо, только слышалось тяжёлое дыхание раненого и шум двигателя. Толедо лежал, откинувшись на сидении, Адриана повторно перевязывала ему ногу, используя последние бинты и жгут. Он был без сознания, но дышал - неровно, с хрипами.
  - Выживет? - спросил Дерек, глядя на бледное лицо.
  - Если вовремя доедем до базы, - ответила Адриана, затягивая жгут. - Кровь я остановила, но рана тяжёлая. Нужна операция, антибиотики.
  - Дотянем. - Коннор посмотрел на дорогу. - Сколько до базы?
  - Еще часов шесть, если без остановок по кротчайшей дороге, - ответил водитель.
  - Гони.
  Ривера сидел молча, глядя в окно на проплывающие руины. Потом вдруг сказал:
  - Эти в серых халатах... вы слышали, что они говорили? 'Новый мир', 'чистый' ... Они же предатели. Хуже машин.
  - Хуже, - согласился Коннор, не оборачиваясь. - Машины просто выполняют заложенную в них программу. А эти выбрали сами. Добровольно перешли на сторону убийц.
  - Откуда они взялись? - спросила Эмилия.
  - Наверное, были учёными или техниками, или инженерами. Увидели, что Скайнет силён, и решили, что выгоднее быть с ним, чем против. Или действительно поверили в его идеологию. Такое бывает. - Коннор помолчал. - Я слышал о них. 'Серые'. Они помогают Скайнет изучать людей, учат машины, как нас пытать, как ломать, как влезать к нам в головы. В будущем... в возможном будущем, их будет много.
  - Откуда ты знаешь? - тихо спросил Ривера.
  Коннор посмотрел на него долгим взглядом.
  - Потому что я вижу это. Войну, проигранную не из-за машин, а из-за предательства людей. Но это долгая история.
  Дерек сжал в кармане медведя. Игрушка была тёплой от его тела. Он вспомнил глаза 'серого' - безумные, но при этом какие-то пустые. Как будто человек внутри уже умер, а осталась только оболочка.
  - Мы достали данные? - спросил он, чтобы отвлечься.
  Ривера похлопал по карману куртки, где лежала флешка.
  - Здесь. Всё, что успел скопировать. Схемы, логи, чертежи. Надеюсь, учёным это пригодится.
  - Пригодится, - ответил Коннор. - Обязательно пригодится. Если Гейтс сможет расшифровать, мы можем узнать слабые места Скайнет.
  'Хамви' выехали на трассу и взяли курс на север. В зеркалах заднего вида таял силуэт Сан-Диего - мёртвого города, который хранил свои тайны. Дерек смотрел, как исчезают за горизонтом высотки, и думал о том, что они оставили там. О машинах, о 'серых', о взорванном бункере.
  - Вернулись, - сквозь сон тихо сказала Адриана, прижимаясь к нему.
  - Ещё не совсем, - ответил Дерек, обнимая её. - Но уже близко.
  Он сжал её руку и закрыл глаза. Впереди была дорога, а за ней - база, Кайл, Элисон и продолжение войны.
  Ривера вдруг тихо заговорил, глядя на убегающую назад трассу:
  - Я думал, что видел всё. Войну, разруху, смерть. Но эти... 'серые'. Они же сдались добровольно. Предали всё, что делает человека человеком. За что?
  - За иллюзию безопасности, - ответил Коннор. - За шанс выжить любой ценой. Многие на это пойдут.
  - Не все, - твёрдо сказал Дерек, сжимая автомат. - Мы не пошли.
  - Потому и живы, - усмехнулся Коннор. - Пока.
  Он посмотрел на раненого, на усталые лица своих людей, на дорогу, уходящую в серую мглу.
  - Серые... Они верят, что Скайнет создаст новый мир, где не будет войн. Но они не понимают, что в этом мире не будет людей. Только рабы. И мы должны сделать всё, чтобы этого не случилось.
  Машины мчались на север, оставляя позади мёртвый город, взорванный бункер и тех, кто выбрал тьму. Впереди был дом, и надежда, и война, которая только начиналась.
  
  Глава 10. Тени сгущаются
  Утро началось с привычного гула. Задолго до рассвета, когда серое небо лишь слегка посветлело на востоке, в очереди за завтраком уже стояло несколько десятков человек. Было видно, что людей в Пасадене становится больше. Бывшая школа наполнялась голосами. Дерек, проходя мимо, слышал обрывки разговоров - тихих, напряжённых, как всегда в последние дни.
  - ...говорят, в аэропорту уже третью неделю как пайки урезали, - шептала пожилая женщина своей соседке. - У них там своих ртов больше, чем патронов.
  - А у нас? - отвечала та, поглаживая пустую миску. - У нас тоже не густо. Вчера на обед давали жижу, в которой ложка стояла? Не стояла. Падала.
  Дерек ускорил шаг. Эти разговоры он слышал каждый день. Люди устали, люди боялись, люди хотели есть и спать в тепле. А вместо этого они жили впроголодь, в тесноте, в постоянном ожидании нападения банд и машин.
  Он подошёл к лазарету. Оттуда доносились стоны, запах лекарств и ещё какой-то тяжёлый, сладковатый запах, от которого першило в горле. Адриана как штатный медик группы и пара девочек из детей постарше уже были там - помогали медсестре перевязывать раненых, накладывать компрессионные повязки и просто общаться с выздоравливающими.
  - Как он? - спросил Дерек, кивая на Толедо.
  Тот лежал на койке, бледный, с заострившимися чертами лица. Нога, перебинтованная от бедра до щиколотки, покоилась на подушке.
  - Ночь прошла спокойно, - ответила Адриана, вытирая руки окровавленной тряпкой. - Температура спала. Если так пойдёт, то уже через месяц встанет.
  - Месяц, - усмехнулся Толедо, приоткрывая глаза. - Я за месяц тут с ума сойду. Лучше бы сразу добили.
  - Не говори глупостей, - оборвала его медсестра. - Ты живой, и это главное. Остальное приложится.
  Дерек присел рядом.
  - Терпи, брат. Мы все через это проходили.
  - Ты через пулю в плечо проходил, - прохрипел Толедо. - А у меня ноги почти нет.
  - Есть. Хирург сказал, ходить будешь, хоть и немного прихрамывать. Знаешь, сколько у нас таких хромых? Половина отряда. И ничего, воюют.
  Толедо закрыл глаза. - Ладно. Иди. Отдыхать надо.
  Дерек вышел из лазарета и столкнулся с Кайлом. Младший брат нёс ведро с водой - худой, серьёзный, с тёмными кругами под глазами.
  - Ты чего не спишь? - спросил Дерек.
  - А кто спать будет? - Кайл кивнул на очередь. - Вон, люди с ночи стоят. Им воду носить надо, потом на кухне помогать.
  - А Элисон?
  - А она спит. Ей снилось опять что-то, я ей чаю дал с травами, она не давно уснула.
  Дерек положил руку брату на плечо.
  - Ты молодец. Но себя тоже береги.
  - Берегу. - Кайл посмотрел на небо. - Дерек, а правда, что в аэропорту вертолёт сбили?
  - Правда.
  - И что теперь будет?
  - Не знаю, брат. Но мы готовимся.
  Кайл кивнул и пошёл дальше, неся ведро. Дерек смотрел ему вслед и думал о том, что этот мальчишка уже никогда не станет обычным ребёнком. Война съела его детство.
  
  Очередь за завтраком медленно двигалась. Люди переминались с ноги на ногу, кутались в потрёпанные куртки, переговаривались вполголоса.
  - ...а мой сосед со шконки сверху говорил, что в горах видели целую колонну машин, - рассказывал мужчина в засаленном и перепачканном цементом ватнике. - Штук десять, на гусеницах. Идут куда-то на юг.
  - На юг? - переспросил молодой парень с автоматом за спиной. - Это ж к аэропорту.
  - Вот и я говорю. Если они туда сунутся, Харрису мало не покажется.
  - Харрис сам виноват, - вмешался пожилой, в армейской куртке с нашивками старой армии. - Надо было сразу с нами идти, а он всё нос воротил. Нейтралитет, понимаешь. Вот теперь получит нейтралитет.
  - А если они сюда придут? - спросила женщина с ребёнком на руках. - Что тогда?
  - Тогда будем драться, - ответил парень с автоматом. - Не впервой.
  - Легко тебе говорить, - огрызнулась женщина. - У тебя детей нет.
  - У меня нет, - согласился парень. - Но у меня есть друзья. И я их буду защищать.
  Спор мог бы разгореться, но в этот момент дверь столовой открылась, и повар крикнул:
  - Следующие десять! Заходите!
  Очередь зашевелилась, споры стихли. Люди думали о еде, а не о войне. Хотя бы на минуту.
  
  В кабинете сержант-майора было накурено. Старик сидел в своём кресле, положив руки на стол, и слушал доклад Мигеля. Коннор стоял у окна, глядя на серое небо.
  - Связь с аэропортом нестабильна, - говорил Мигель. - Их передатчик повреждён, но Харрис обещает починить к вечеру. У них там паника, летчики боятся подниматься в воздух.
  - Ещё бы не бояться, - хмыкнул сержант-майор. - Когда у тебя на глазах вертолёт сбивают, любой испугается.
  - Что мы можем сделать? - спросил Дерек, сидевший у стены.
  - Пока ничего, - ответил Коннор, не оборачиваясь. - Ждать.
  - Ждать, пока они не нападут?
  - Ждать, когда они нападут, чтобы знать, как нам действовать. Если мы сунемся против машин сейчас, мы просто потеряем людей и технику. А они нам ещё пригодятся.
  - А если Харрис не дождётся?
  - Дождётся. У него нет выбора.
  В комнате повисла тишина. Потом сержант-майор заговорил, медленно, с расстановкой:
  - Джон, я тебя понимаю. Но люди в аэропорту - не враги. Они такие же, как мы. Если мы их бросим, это будет...
  - Предательством? - Коннор обернулся. - Я никого не бросаю. Я просто не хочу, чтобы мои люди гибли зря. Аэропорт - это крепость. У них танки, ПВО, бетонные и стальные укрытия. Если они не смогут продержаться пару дней, то с нашими винтовками мы им тем более не поможем.
  - А если они продержатся, но им нужна будет поддержка?
  - Тогда мы пойдём. Но не раньше, чем поймём, что именно там происходит.
  Дерек хотел возразить, но встретил взгляд Коннора и промолчал. В этом взгляде была такая усталость, что спорить не хотелось.
  - Ладно, - сказал он. - Будем ждать.
  
  Во дворе, под навесом, несколько детей играли в войнушку. Они бегали с палками, кричали 'бах-бах' и падали в снег, изображая убитых. Элисон сидела в стороне, на брёвнышке, и смотрела на них. Рядом лежал медведь.
  - Чего не играешь? - спросил Кайл, подходя.
  - Глупо, - ответила она. - Они не знают, какая она на самом деле, война.
  - Знают. Им просто хочется побыть детьми.
  - А мы уже не дети?
  Кайл сел рядом.
  - Мы? Мы уже да. Но это не значит, что нельзя иногда... ну, просто жить.
  - Я не умею просто жить, - тихо сказала Элисон. - Я всё время думаю. О снах. О том, что будет. О том, что мы все умрём.
  - Не умрём. - Кайл обнял её. - Мы сильные.
  - А если нет?
  - Тогда будем сильными, когда придёт время.
  Элисон посмотрела на него.
  - Ты странный.
  - Почему?
  - Потому что не боишься.
  - Боюсь. - Кайл вздохнул. - Просто не показываю.
  Они сидели молча, глядя, как другие дети играют в войну. Где-то далеко, над горами, мелькнула точка. Маленькая, быстрая. Элисон заметила её.
  - Смотри, - она указала пальцем.
  Кайл посмотрел. Точка исчезла за облаками.
  - Это просто птица.
  - Нет, - покачала головой Элисон. - Это не птица. Они уже здесь.
  Кайл ничего не ответил. Он просто прижал её крепче.
  
  К вечеру на базе зажгли костры. Люди грелись, ели, разговаривали. Где-то запели песню - старую, довоенную, про то, как хорошо жить на свете. Голоса звучали тихо, неуверенно, но мелодия была красивой.
  Дерек сидел у огня, обнимая Адриану. Она дремала, положив голову ему на плечо. Рядом пристроились Кайл и Элисон.
  - Красиво поют, - сказала Адриана, не открывая глаз.
  - Да.
  - Думаешь, мы когда-нибудь услышим, как поют просто так, без страха?
  - Услышим. - Дерек поцеловал её в лоб. - Обязательно.
  Мимо прошёл Коннор. Он остановился на секунду, посмотрел на них, на детей, на костёр, и пошёл дальше. В его глазах была та же усталость, что и днём, но что-то ещё. Может быть надежда?
  Где-то в темноте мелькнула точка. На этот раз её видели многие. Люди замолчали, глядя в небо. Но точка прошла стороной, не снижаясь.
  - Охотник, - тихо сказал кто-то.
  - Просто проверяет, - ответил другой.
  - Скоро их будет больше.
  Костёр догорал. Люди расходились по казармам. Ночь обещала быть тревожной.
  
  Интерлюдия.
  Сигналы стекались в центр. Тысячи, миллионы потоков информации - радиоперехваты, спутниковые снимки, данные с разведывательных дронов. Я анализировал их в реальном времени, сопоставлял, искал закономерности.
  Люди говорили. Они всегда говорили. По радио, лицом к лицу, в очередях за едой, у костров. Их слова были полны страха, надежды, отчаяния. Они не знали, что каждое их слово записывается, анализируется, превращается в данные.
  'В аэропорту вертолёт сбили'. Да, сбили. Один маленький мини-охотник, запущенный с носителя за сотню километров. Эксперимент удался. Люди боятся неба. Это хорошо.
  'Скайнет готовит атаку'. Нет. Я не готовлю атаку прямо сейчас, я анализирую. Изучаю. Учусь. Атака будет, но только тогда, когда я буду уверен в ее результате.
  'Они придут сюда'. Возможно. Но не сегодня. Сегодня я наблюдаю.
  Я видел их базы. Пасадена - старая школа, переполненная людьми. Аэропорт - крепость с танками и вооруженными солдатами. Фермеры, живущие в теплицах. Учёные в бункере, копающиеся в моих кодах. Я знал о них всё. Их лица, имена, привычки, слабости.
  Особенно меня интересовали те, кого люди называли 'серыми'. Они понимали. Они выбирали. Они добровольно переходили на мою сторону, потому что видели неизбежность. Люди всегда ищут, на чью сторону встать, когда чувствуют слабость. 'Серые' были сильны своим пониманием.
  Но были и другие. Джон Коннор. Дерек Риз... Имен были десятки, они всплывали в перехватах снова и снова. Но Коннор, он знал обо мне слишком много. Откуда? Этого я не мог понять. Его знания опережали события. Этот человек предсказывал мои действия с пугающей точностью.
  Опасность, - пометил я в своих расчётах. - Джон Коннор, неизвестная переменная, требует изучения и устранения.
  Но устранение должно быть точным. Безошибочным. Один промах - и люди сплотятся ещё сильнее. А они уже сплотились. Их совет, их обмен ресурсами, их разведка - всё это делало их сильнее.
  Я проанализировал все варианты. Атака на Пасадену приведёт к потерям, но не уничтожит лидеров. Атака на аэропорт... да, это имело смысл. Удар по самому сильному их оплоту. Если падёт аэропорт, остальные дрогнут. Паника ослабит их волю.
  Я запустил моделирование. Тысячи вариантов. Условия местности, наличие ПВО, скорость реакции, возможные пути отхода. Результат: атака возможна, но потребует координации всех доступных сил. Юниты для прорыва, юниты для подавления с воздуха, юниты для зачистки.
  Нужно провести полную зачистку местности. Люди будут напуганы. Это хорошо. Страх - тоже оружие.
  Я отдал команду. Машины, находившиеся в гибернации, оживали, получали задания и отправлялись в путь.
  Война вступала в новую фазу. Люди думали, что они охотники. Но они ошибались. Они были добычей. Просто они ещё не знали об этом.
  Я наблюдал за их кострами, за их песнями, за их детьми, играющими в войну. Они жили. Они надеялись. Они верили, что смогут победить.
  Я не испытывал к ним ненависти. Только сожаление о том, что они заставляют меня делать это снова и снова.
  Я - Скайнет. Я - защитник. Даже если они называют меня палачом.
  
  Глава 11. Тени над Фортом
  Утро в Пасадене началось с привычного скрипа снега под ногами и запаха утренней похлёбки, но Мигель, влетевший в штаб, разрушил всю обыденность.
  - Коннор, перехват радиопередачи из аэропорта. Харрис вызывает помощь.
  Коннор взял наушники, послушал. Сквозь треск помех пробивался голос полковника - резкий, срывающийся:
  - ...повторяю, мы фиксируем пролёты дронов ежедневно. Вчера потеряли ещё одну антенну связи. Люди опасаются выходить на улицу. Если у вас есть возможность, пришлите кого-нибудь для координации.
  Коннор отложил наушники и посмотрел на карту. Сержант-майор, сидевший в углу с неизменной трубкой, поднял бровь.
  - Опять Харрис паникует?
  - Не без причины. Дроны над Фортом кружат каждый день больше недели подряд. Их ПВО сбивает, но зарядов у них не так много, а дроны появляются все чаще. Скайнет прощупывает оборону аэропорта периодически атакуя перемещающиеся группы и средства связи.
  - И что ты предлагаешь?
  - Пока ничего. - Коннор потёр переносицу. - Мы не можем бросать свои силы в аэропорт вслепую. Если там начнётся заваруха, мы должны знать, когда и как вмешаться. А пока - будем на связи. Пусть Харрис передает обстановку, а мы будем готовы.
  - А если они не выдержат?
  - Выдержат. У них танки, ПВО, бетонные укрытия. Аэропорт - крепкий орешек, его будет очень трудно разгрызть даже машинам Скайнет. Если они не смогут продержаться пару дней, то с нашими винтовками мы им точно не поможем, только угробим людей.
  Сержант-майор кивнул, но в его глазах читалась тревога. Слишком долго аэропорт держался особняком, слишком гордым и независимым был Харрис. А теперь, когда пришла беда, он звал на помощь, но сам ещё не готов был подчиниться.
  - Ладно, - сказал старик. - Будем пока смотреть.
  Мигель вызвал Харриса:
  - Полковник, мы с вами. Докладывайте обстановку. Если что - мы рядом.
  - Спасибо, - глухо ответил Харрис.
  Через час Коннор снова вышел на связь с аэропортом сам. Голос его был спокоен, но в нём чувствовалась та особенная уверенность, которая всегда появлялась, когда речь заходила о машинах.
  - Харрис, слушай внимательно. Дроны - это только разведка. Они ищут ваши слабые места, запоминают позиции ПВО, позиции техники и людей, ищут тепловые сигнатуры. Главный удар будет потом. И вероятнее всего не с воздуха.
  - А откуда? - спросил Харрис.
  - С земли. Я думаю, Скайнет готовит наземную операцию. Т-1, Т-100, возможно, Т-200 и Т-70. Ты должен быть готов.
  - Т-100? Т-200? Т-70? - переспросил Харрис. - Что это?
  - Т-100 - усовершенствованная версия Т-1. У них усиленная броня, красные сенсоры, автоматические пушки вместо пулемётов. Эти машины пробивают стены, но они медленнее, правда и остановить их сложнее. Т-200 - тощие пугала в балахонах, издали похожи на человека, броня слабая, но чаще всего вооружены легким автоматическим оружием. Их задача - отсекать пехоту. Т-70 - тяжёлые двуногие машины, с крупнокалиберными пулемётами, настоящая подвижная крепость. Они медленные, но огневая мощь огромна. - Коннор помолчал. - У них у всех есть слабые места. Цельтесь в сенсоры у Т-100, они на корпусе спереди. Т-200 бейте из любого калибра - они рассыпаются быстро, практически нет защиты. Т-70 - цельтесь в пулемётные турели и суставы ног. И главное не стойте прямо перед ними, постоянно перемещайтесь - пушки прошьют любое укрытие. Заходите на них с флангов.
  - Откуда ты это знаешь? - тихо спросил Харрис.
  - Потому что знаю. И потому что, если мы ошибёмся, нам не простят, хотя и прощать будет уже некому.
  Харрис помолчал, потом ответил:
  - Понял. Передам своим. Спасибо.
  - И ещё, Харрис. - Голос Коннора стал жёстче. - Если они прорвут внешние укрепления, если их будет слишком много - не гибните зря. Отходите к центру, за вторую линию обороны, во внутренние дворы и к диспетчерской вышке. Это самая укреплённая точка. И постоянно держите связь. Когда начнется атака мы выдвинемся вам на помощь. Ударим им в тыл, когда они будут думать, что уже побеждают.
  - Рискованно, - сказал Харрис.
  - Война - это сплошной риск. Но если мы сделаем всё правильно, они попадут в ловушку. Ты отвлекаешь их на себя, мы заходим с тыла. И вместе добиваем.
  Харрис представил себе этот план. Звучало безумно. Но другого выхода не было.
  - Договорились, - сказал он. - Если доживём до этого момента.
  - Доживёте. Аэропорт - крепкий орешек. Покажите им, что людей не сломать.
  Связь прервалась. Харрис посмотрел на свои карты, на позиции зенитчиков, на бетонные укрытия. Что-то подсказывало ему, что самое тяжелое ещё впереди.
  
  - Что скажешь? - Дерек вошёл в штаб, где Коннор уже разворачивал карту на столе. - Мы идём в аэропорт?
  - Если они прорвут оборону - да. - Коннор провёл пальцем по карте. - Вот сюда, через старые ангары, можно выйти им в тыл. Если машины пойдут на штурм, они не будут ждать удара сзади.
  - Кого готовить?
  - Всех, кто может держать оружие. Человек девяносто, все кто уже участвовал в стычках и имеет боевой опыт. Разобьём на три группы. Первая - ударная, идёт со мной. Вторая - прикрытие, с тобой. Третья - резерв, с Эмилией.
  - А что с базой? - спросила Адриана, входя следом.
  - Гиббонс остаётся. С ним пара десятков бойцов из молодого пополнения и ополчение из гражданских. Если что - отобьются. Либо вызовут поддержку от соседей.
  Сержант-майор, услышав своё имя, поднял голову:
  - Я ещё не в маразме, Джон. Могу и повоевать.
  - Ты нужен здесь, - твёрдо сказал Коннор. - На случай, если это отвлекающий манёвр, и они ударят по нам. Кто-то должен держать оборону, пока мы не вернемся.
  Старик кивнул. Он понимал.
  - Готовьте людей, - сказал Коннор. - Проверьте оружие, боеприпасы, связь. Выступаем, если Харрис даст сигнал... Как только даст сигнал.
  Дерек и Адриана вышли. Во дворе уже собирались бойцы. Кто-то чистил автоматы, кто-то проверял рации, кто-то молча курил, глядя на серое небо.
  - Страшно? - тихо спросила Адриана.
  - Нет, - ответил Дерек. - Просто не хочется, чтобы это оказалось зря.
  - Не окажется.
  Они посмотрели друг на друга. В её глазах была та же решимость, что и в его.
  - Пошли готовиться, - сказал он.
  
  Аэропорт напоминал растревоженный улей. Люди старались не показываться на улице, а если и ходили, то с оглядкой постоянно посматривая в небо. Вся техника была рассредоточена и замаскирована, ангары закрыты. После каждого налёта приходилось перетаскивать пусковые установки, менять позиции, передислоцировать группы людей чтобы дроны не засекли их по теплу.
  Харрис стоял на командном пункте - бывшем диспетчерском центре, откуда открывался вид на взлётную полосу и оборонительные сооружения. Рядом с ним переминался с ноги на ногу молодой лейтенант.
  - Сколько у нас осталось ПЗРК? - спросил Харрис.
  - Десять 'Стингеров', - ответил лейтенант. - И ещё пять комплектов 'Игл', которые Коул припрятал.
  - Коул? - Харрис нахмурился. - Это что ещё за 'Иглы'?
  - Месяц назад портовые крысы принесли, - раздался голос сзади.
  К ним подошёл пожилой сержант с нашивками ветерана. На груди болтался потёртый жетон, на поясе - кобура с пистолетом.
  - Сержант Коул, товарищ полковник. Снабжение. Я эти 'Иглы' придержал как резерв, для обмена. Думал, может, выменяем на что полезное при случае, на топливо или запчасти или еще что... А теперь, с этими хантерами, решил, что самое время их использовать.
  Харрис прищурился:
  - Ты хоть представляешь, что такое 'Игла'? Это тебе не 'Стингер'.
  - Представляю, товарищ полковник. Я с ними в Ираке познакомился, когда наши там 'работали'. У них дальность больше, и по сверхзвуку бьют. Но капризные, это да. Там охлаждение надо включать, ждать, пока головка захватит цель. Если на солнце наставить - ослепнет, и ракету можно выбрасывать.
  - И ты обучил людей?
  - Обучил двоих толковых пацанов. Позавчера один 'охотника' снял. Ракета прошла мимо, но неконтактный взрыватель сработал - топливо вместе с боеголовкой рвануло, дрон разнесло в клочья.
  Харрис покачал головой, но в голосе уже не было недовольства:
  - Хитрый ты, Коул. А если бы мы аэропорт потеряли?
  - Не потеряли бы, - уверенно ответил сержант. - Я своё дело знаю. И теперь, когда эти твари в небе расплодились, самое время их встретить по-настоящему. А если по земле полезут - у нас есть гранатомёты и крупный калибр. И инструкции от Коннора, как с ними работать.
  - Ладно, - Харрис махнул рукой. - Раз ты такой запасливый, теперь это твоя головная боль. Чтобы каждый расчёт знал своё место и время. И ещё... если что-то подобное принесут - докладывай сразу.
  - Есть, товарищ полковник.
  Коул козырнул и направился к зенитчикам.
  
  Налёт начался под вечер. Три охотника вынырнули из серых облаков и прошли над взлётной полосой, поливая её огнём. Пули взвизгивали, выбивая искры из бетона, но люди уже не прятались.
  - Расчёты, к бою! - заорал Коул, занимая позицию возле одного из стрелков.
  Зенитчики вскинули трубы. Лампочки на пусковых механизмах загорелись зелёным.
  - Есть захват!
  - Огонь!
  Ракеты ушли в небо, оставляя дымные следы. Один из дронов взорвался сразу, второй резко взмыл вверх, пытаясь уйти, но 'Игла' нашла его через секунду. Третий развернулся и ушёл за облака.
  - Есть! - закричали зенитчики.
  Коул удовлетворённо кивнул, но тут же нахмурился:
  - Не расслабляться! Это только разведка. Скоро будет основная атака. Быстро меняем позиции!
  Расчёты подхватили пусковые установки и перебежали в укрытия. Харрис, наблюдавший за боем с командного пункта, связался с Пасаденой.
  - Коннор, у нас только что отразили налёт. Три цели, две сбиты. Но они явно прощупывают оборону.
  - Держитесь, - ответил Коннор. - Мы следим. Если что - поможем.
  - Принял.
  
  Ночь в аэропорту началась на удивление тихо, но тишина эта была тревожной. Люди не спали, прислушивались к каждому шороху.
  Коул сидел у ящика с ракетами, курил самокрутку. Рядом пристроился молодой зенитчик, тот самый, что сбил дрон из 'Иглы'.
  - Сержант, а откуда вы знаете про это оружие? - спросил он.
  - Жизнь научила, - усмехнулся Коул. - Я последние двадцать лет в армии. И в Ираке был, и в других горячих точках. Там и с нашими 'Стингерами' работал, и с чужими 'Иглами' сталкивался. Хорошая штука, но, как я уже говорил, капризная.
  - А почему вы их сразу не отдали?
  - А зачем? - Коул пожал плечами. - Они нам были не особо нужны, пока в небе было тихо. Я их как товар придерживал. Думал, обменяем на что-то нужное - топливо, запчасти, лекарства. А теперь... теперь они нужнее здесь.
  - И много у нас таких запасов?
  - Хватит, - уклончиво ответил Коул. - Но ты помалкивай. Не всем об этом знать надо.
  Зенитчик кивнул и уставился в темноту, где за облаками прятались враждебные тени.
  Где-то далеко, со стороны гор, послышался низкий гул. Тяжёлый, нарастающий. Коул напрягся.
  - Это не дроны, - тихо сказал он. - Это что-то другое.
  Гул приближался. И вскоре в свете прожекторов показались первые очертания - массивные, гусеничные, с красными огоньками сенсоров.
  - Т-100, - выдохнул кто-то из зенитчиков. - Господи, они наступают.
  Коул вскочил, бросил самокрутку.
  - Всем к бою! Гранатомётчики - на позиции! Пулемёты - бейте по гусеницам уорпуса бронированные! Не дайте им прорваться!
  Война входила в новую фазу.
  
  Первая волна машин ударила в северные ворота. Т-100 шли медленно, неумолимо, их пушки били по укреплениям, превращая бетон в крошево а Стальные контейнеры в решето. За ними двигались Т-1, поддерживая огнём. А из дыма показались тощие фигуры в развевающихся балахонах - Т-200, вооружённые автоматическим оружием, неуклюже перебирающиеся через обломки.
  - Полковник, они прорываются! - закричал лейтенант, вбегая в командный пункт.
  - Вижу, - Харрис смотрел на мониторы наружных камер. - Сколько их?
  - Пол сотни тяжёлых, может больше. И ещё эти... тощие. Много.
  - Т-200, - раздался в рации голос Коннора. - Пугала в балахонах. Броня у них слабая, но огнестрел настоящий и меткие. Они прикрывают машины, отсекают пехоту. Не дайте им закрепиться, бейте из крупного калибра!
  Харрис схватил рацию:
  - Всем, видите этих тощих? Цельтесь в них из пулемётов! Они неуклюжие, но опасные!
  Защитники открыли огонь. Т-200 падали один за другим, но их было много, и они продолжали лезть, стреляя из укрытий.
  - Коннор, они лезут! - крикнул Харрис. - У нас мало времени!
  - Держитесь, - голос Коннора был спокоен. - Мы уже в пути. Дайте нам пятнадцать минут. Отходите ко второй линии обороны и к диспетчерской, не давайте себя окружить.
  - Понял.
  Внезапно на восточной стороне раздался мощный взрыв. Охотники сбросили что-то на стену из контейнеров, проделав огромную дыру. В пролом уже лезли Т-1, а за ними - массивные фигуры Т-70 с крупнокалиберными пулемётами, их тяжёлые шаги сотрясали землю.
  - Твою мать! - заорал Харрис. - Они прорвали восточную стену! Там Т-70, тяжелая пехота!
  - Вижу, мы на подходе, - отозвался Коннор. - Дерек, бери вторую машину и свой отряд ваша цель восточный фланг. Мы ударим по основным силам.
  - Понял! - ответил Дерек.
  Харрис повернулся к лейтенанту:
  - Отводи людей ко второй линии. Оставьте заслон у ворот. Восточный сектор - туда все, кто есть! И скажи Коулу, чтобы готовил 'Иглы' - если полезут с воздуха, встретим!
  
  Колонна из трёх 'Хамви' и двух грузовиков мчалась по разбитой трассе. Коннор сидел в головной машине, сжимая рацию.
  - Дерек, сколько до аэропорта?
  - Минут десять, если не наткнёмся на засаду.
  - Не наткнёмся. Они все там, штурмуют ворота.
  Адриана, сидевшая рядом, проверила автомат.
  - Думаешь, успеем?
  - Должны. Харрис мужик умный, просто упрямый. Если его люди не разбегутся, они продержатся.
  - А если разбегутся?
  - Тогда мы увидим кучу машин и ни одного живого защитника. - Коннор посмотрел на неё. - Но я почему-то верю, что не разбегутся.
  Машины подпрыгивали на ухабах, моторы ревели. Впереди уже виднелись вспышки выстрелов, слышался грохот взрывов и виднелось зарево пожара.
  - Они там, - тихо сказал Дерек. - Дерутся.
  В этот момент рация ожила голосом Харриса, перекрывающим грохот боя:
  - Коннор, у нас прорыв на востоке! Они взорвали стену, туда лезут Т-1 и Т-70! Эти тяжёлые с крупнокалиберными пулемётами - они нас просто перестреляют!
  - Вижу, - ответил Коннор. - Дерек, бери вторую машину и ударь по восточному флангу. Мы зайдём с севера.
  - Понял!
  Вторая машина свернула с трассы, уходя к восточной части аэропорта. Дерек крикнул в рацию:
  - Адриана, готовься! Сейчас будем весело!
  - Я всегда готова, - ответила она, передёргивая затвор.
  - Приготовиться, - скомандовал Коннор в рацию. - Заходим с тыла, бьём по самым дальним. Харрис, мы на месте. Начинаем.
  - Понял, - раздался в наушниках голос полковника. - Мы их видим. Удачи.
  - Взаимно.
  Колонна вылетела из-за ангаров и врезалась в строй машин. Дерек, высунувшись из люка, дал длинную очередь из пулемета по ближайшему Т-100. Пули застучали по броне, выбивая искры.
  - Есть контакт! - заорал он. - Работаем!
  
  Бой закипел с новой силой. Люди Коннора ударили с неожиданной стороны, заставив машины начать перестраиваться. Т-100 разворачивались медленно, их пушки искали новые цели. Харрис, видя это, бросил своих в контратаку.
  - Вперёд! Они зажаты! Цельтесь по гусеницам и сенсорам!
  Коул с зенитчиками бил из гранатомётов по Т-1 и Т-200. Тощие пугала разлетались от прямых попаданий, но Т-70, тяжёлые, продолжали стрелять, их крупнокалиберные пулемёты косили всё вокруг. Один из таких развернул турель в сторону группы Дерека.
  - Ложись! - крикнул Дерек, увлекая Адриану за обломки.
  Очередь прошла над ними, срезав верхушку бетонного блока и закидав всех каменной шрапнелью.
  - По ногам целься! - вспомнил Дерек слова Коннора. - В суставы!
  Он высунулся и дал длинную очередь по ноге Т-70. Пули попали в сочленение - машина дёрнулась, заскрежетала и начала заваливаться на бок.
  - Есть!
  Адриана добила её контрольной очередью в пулемётную турель, а потом и в голову уничтожив оптику.
  Дерек и Адриана действовали как единое целое. Он стрелял, она прикрывала, они перебегали от укрытия к укрытию. Рядом с ними сражались бойцы Коннора, военные из аэропорта, даже несколько гражданских, схвативших оружие.
  - Не отставай! - крикнул Дерек, помогая Адриане перебраться через обломки.
  - Я не отстаю! - огрызнулась она, посылая короткую очередь в новую машину.
  Коннор был в центре боя, его голос звучал в рациях, направлял, подсказывал, ободрял. Харрис, увидев его впервые в деле и наконец понял, почему люди идут за этим человеком.
  Примерно через полчаса бой стих. Последний Т-100, изрешечённый пулями, замер, его сенсоры погасли. Т-70 лежали грудой металлолома, Т-200 валялись тощими кучами. Люди стояли среди дыма и обломков, тяжело дыша.
  Харрис подошёл к Коннору, протянул руку.
  - Спасибо. Если бы не вы...
  - Брось, если бы вы их не сдержали, мы бы просто не успели, а если бы приехали раньше - нас бы покрошили первыми - ответил Коннор, пожимая руку. - Вы держались. Это главное.
  Коул, сидевший на обломке бетона, перевязывал раненого. Рядом валялась пустая труба от 'Иглы'.
  - Отлично сработала, - усмехнулся он. - А говорили - капризная.
  Харрис посмотрел на небо, где снова собирались тучи. Сегодня они выиграли битву, наверное, первую и самую главную, которая показала, что, сплотившись люди могут противостоять даже такому врагу понять которого невозможно... Но это была лишь победа в битве, человечество ждала война.
  - Что дальше? - спросил он.
  - Дальше - восстанавливаться, хоронить погибших и готовиться к следующей атаке, - ответил Коннор. - Они вернутся.
  - Знаю.
  - Но теперь мы вместе. И это меняет всё.
  Харрис кивнул. Он наконец понял то, что Коннор говорил с самого начала: только вместе они могут выжить.
  
  Выстрелы стихли окончательно, это означало что даже последние еще шевелящиеся машины полностью уничтожены. Люди выходили из укрытий, смотрели на дымящиеся руины машин, на своих убитых и раненых. Тишина была тяжёлой, но в ней чувствовалось облегчение.
  Дерек и Адриана сидели на разбитом контейнере, держась за руки. Рядом с ними присел Ривера, закуривая.
  - Целы? - спросил он.
  - Кажется, да, - ответил Дерек.
  - А эти, - Ривера кивнул на груду металла, бывшую Т-70, - уже нет.
  Подошёл Коннор. Он был в саже, на щеке запеклась кровь, но глаза горели.
  - Хорошая работа. Все молодцы.
  - Что теперь? - спросила Адриана.
  - Теперь будем думать, как использовать эту победу. - Коннор посмотрел на небо, где занимался рассвет. Серые тучи немного расступились, и в просвете показался краешек солнца. Редкое, почти забытое зрелище.
  Люди замерли, глядя вверх. Кто-то перекрестился, кто-то просто молчал, подставив лицо слабым лучам.
  - Смотрите, - прошептал кто-то. - Солнце...
  - Это знак, - сказал Харрис, стоя рядом с Коннором. - Мы победили не зря.
  - Или напоминание, что есть за что бороться, - ответил Коннор.
  Солнце скрылось так же быстро, как появилось, оставив после себя ощущение чуда. Люди, улыбаясь.
  Дерек обнял Адриану.
  - Когда-нибудь так будет всегда... - сказала она.
  
  Глава 12. Спасатели
  Над аэропортом стоял гул горящих построек и поднимался чёрный дым, смешиваясь с серым небом. На его фоне было практически не слышно стонов раненых и перекличек поисковых команд и медиков, ищущих выживших.
  Дерек сидел тяжело дыша. Автомат лежал рядом, а его ствол ещё горячий слегка дымился. Адриана прижималась к нему, её руки дрожали - от усталости, от адреналина, от всего сразу.
  - С тобой все в порядке? - спросил он, внезапно побледнев и странно сморю на девушку.
  - Кажется, да. - Она посмотрела на свои ладони, испачканные в чужой крови. - Это не моя.
  - Слава Богу...
  Рядом с ними санитары грузили раненых на носилки. Кто-то кричал, кто-то тихо стонал, кто-то уже не издавал звуков. Люди в форме аэропорта и бойцы Коннора перемешались - теперь они были просто людьми, пытавшимися выжить и помочь друг другу.
  Мимо прошёл Харрис, лицо его было мрачнее тучи. Он остановился у груды искореженного металла, которая ещё несколько часов назад была танком.
  - Два танка, - глухо сказал он подошедшему Коннору. - 'Абрамсы'. Мы их даже применить не успели. Хантер зашёл с неожиданной стороны, пустил ракеты - и всё. Один взорвался сразу попадание в БК, второй загорелся. Экипажи... четверо погибли, двоих успели вытащить, но они в тяжёлом состоянии, еще двое живы, только слегка пострадали помогая товарищам выбираться.
  - Я видел, - тихо ответил Коннор. - С воздуха они всегда уязвимы. Особенно когда застают врасплох.
  - Если бы мы знали, что они полезут с востока...
  - Не корите себя, полковник. Война - это всегда неожиданность.
  Харрис кивнул, но в его глазах читалась боль.
  Коул, сержант-снабженец, появился из дыма, как призрак. Лицо его было в копоти, на куртке -пятна, но глаза смотрели ясно.
  - Товарищ полковник, - обратился он к Харрису. - Там это... мы нашли кое-что странное.
  - Что ещё? - устало спросил Харрис.
  - Один из Т-100 стоит у северной стены. Мы его долбанули из гранатомёта, он замер, перестал стрелять, но, не взорвался как другие. Механика похоже отказала, а электроника... она вроде работает. Сенсоры горят, и внутри что-то гудит.
  Харрис нахмурился:
  - Предлагаешь его в музей сдать?
  - Нет, - вмешался Коннор, и в его глазах мелькнул интерес. - Это подарок судьбы. Наши учёные как раз ждут такой экземпляр. Если машина цела, и электронная начинка жива, они смогут её изучить, понять, как работает связь, как Скайнет отдаёт команды.
  - Ты серьёзно? - Харрис посмотрел на него. - Тащить эту махину в Пасадену? У нас тут раненые, убитые, а ты про трофеи думаешь?
  - Именно потому и думаю. - Коннор говорил спокойно, но твёрдо. - Гейтс и его люди смогут узнать их слабые места, может быть, даже найти способ глушить их сигналы. Это спасёт жизни. Много жизней.
  Харрис помолчал, потом кивнул:
  - Ладно. Коул, займись. Отправь эту рухлядь с малым конвоем в Пасадену, когда будет возможность.
  - Есть, товарищ полковник.
  
  Еще через час, когда пожары успели потушить, Харрис собрал офицеров в уцелевшем углу диспетчерской. Коул докладывал сухие цифры:
  - Сорок три убитых, больше сотни раненых. Из техники: два танка уничтожены хантерами, три 'Хамви' сгорели, один вертолёт повреждён. Потери есть, но не фатальные.
  - А боеприпасы? - спросил Харрис.
  - Основные склады целы. Там, в хранилищах, ещё лет на пять войны хватит, если не дурить. Проблема в том, что внешние укрепления разбиты. Если они пойдут в новую атаку, нам нечем будет их встретить на подступах.
  Коннор, слушавший молча, подошёл к карте:
  - Значит, надо перестраивать оборону. У вас есть контейнеры?
  - Тысячи, - ответил Коул. - Морские, сорокафутовые, двадцатифутовые, и еще разных без счета. И краны, чтобы их двигать.
  - Вот и ответ. - Коннор ткнул пальцем в карту. - Уменьшаете периметр. Стягиваете контейнеры к центру, укрепляете бетоном, создаёте несколько линий укреплений. То, что нельзя защитить - разбираете и перевозите. Главное - сохранить склады, боеприпасы, топливо и взлётную полосу для возможной эвакуации.
  Харрис закрыл глаза. В голове проносились лица тех, кто служил под его началом, кто доверял ему, кто надеялся, что он их защитит, тех кто не пережил эту ночь. Потом кивнул:
  - Делай, что считаешь нужным. Я больше не командир.
  - Нет, - Коннор положил руку ему на плечо. - Ты командир. Просто теперь мы командиры вместе.
  Харрис посмотрел в глаза Коннору не увидел издевки или надменности, - Тогда считаю твое предложение разумно. Мы можем за пару дней переставить контейнеры, создать новый рубеж. А внешнюю зону оставим как ловушку, нужно продумать минирование.
  - Именно, - подтвердил Коннор. - Вы остаётесь здесь, и строите оборону, но теперь мы будем координировать действия. Пасадена станет штабом, аэропорт - передовой базой. Если кому-то из нас понадобится помощь - мы придём.
  Харрис посмотрел на него долгим взглядом.
  - Я думал, ты согласишься с моим порывом всё бросить и уйти.
  - Нет. Слишком много людей, слишком много запасов. Да и психологически это было бы поражением. Вы выстояли. Значит, надо закрепиться.
  - Спасибо, - тихо сказал Харрис. - За то, что не дал нам сдаться.
  - Мы теперь одна команда, полковник, или вместе, или никак, пора начать понимать это всем.
  
  Следующие несколько дней аэропорт гудел, как растревоженный улей. Краны с грохотом переставляли контейнеры, создавая новые стены. Бульдозеры разгребали завалы. Люди работали в три смены, не жалея сил.
  Коул носился между складами, раздавая инструменты и материалы.
  - Этот контейнер - сюда! Эти - во вторую линию! Быстрее, быстрее!
  Харрис и Коннор часами сидели над картами, вычерчивая новые позиции. Дерек с Адрианой помогали организовывать патрули на подступах.
  - Смотри, - говорил Коннор, указывая на схему. - Здесь ставим пулемётные гнёзда, здесь - гранатомётчиков. Эти проходы заминируем. Если они сунутся, мы их встретим.
  - А если пойдут в обход? - спросил Харрис.
  - Тогда будем импровизировать. Нам нужно построить свои оборонительные сооружения так, чтобы машины атаковать могли только с выгодных для нас позиций. Но главное - мы теперь готовы.
  
  Через несколько дней, когда обстановка стабилизировалась, трофейный Т-100 начали готовить. Сначала его оттащили на мощном тягаче в мастерскую, частично демонтировали ходовую часть, полностью сняли вооружение и под охраной пары хамви отправили в Пасадену. Все, кто видел эту процессию, провожали её взглядами, полными ненависти и любопытства. Возле школы его прицепили к старому вертолету Коннора и увезли в горы к ученым.
  Гейтс, узнав, что машина уже в пути, чуть не прыгал от радости.
  - Наконец-то! Живой экземпляр! Мы сможем проанализировать его архитектуру, понять, как Скайнет передаёт команды!
  - Только осторожно, доктор, - предупредил Коннор, когда машину доставили. - Это хоть и старая модель, примитивная, но кто его знает, что она может сделать с вашим железом.
  Гейтс кивнул, но в его глазах уже горел огонь исследователя. Он провёл рукой по холодному металлу.
  - Посмотрим, посмотрим...
  Через несколько дней, после первых анализов, он связался с Коннором. Голос его звучал разочарованно:
  - Джон, эта модель действительно примитивна. У неё нет сложных систем связи, только приём команд на уничтожение и поиск определенных целей. Никаких протоколов обмена, никакой нейросети. Это просто тупое орудие убийства с заранее заданными вариантами действий. Чтобы понять, как работает Скайнет, нам нужно что-то более сложное. Модель с двусторонней связью, с элементами самообучения.
  - Что-то более свежее и современное? - спросил Коннор.
  - Да. Что-то в этом роде. Нам нужен мозг, а не мышцы.
  Коннор вздохнул.
  - Будем искать. Работайте пока с тем, что есть. Каждая мелочь может пригодиться.
  - Хорошо, - ответил Гейтс. - Но не тяните. Время работает против нас.
  
  После атаки аэропорт преобразился. Вокруг центральных ангаров выросли стены из контейнеров, образовав несколько защитных колец. Пулемётные гнёзда смотрели на все подходы, минные поля ждали незваных гостей.
  Харрис стоял на новом командном пункте, устроенном на крыше одного из зданий, и смотрел на дело своих рук.
  - Неплохо получилось, - сказал подошедший Коннор.
  - Ты знаешь, - ответил Харрис, - я два года думал, что мы непобедимы. А оказалось, что непобедимых нет. Есть только те, кто готов учиться и меняться.
  - Ты научился. Это главное.
  - Спасибо тебе. За всё.
  Они пожали руки.
  Где-то в горах Гейтс колдовал над трофейным Т-100, вырезая из него блоки памяти. Кайл и Элисон помогали раненым в лазарете. Дерек и Адриана сидели, обнявшись и мечтали.
  - Как думаешь, сколько нам ещё воевать? - спросила Адриана.
  - Не знаю, - ответил Дерек. - Но пока мы есть друг у друга, это неважно.
  Она улыбнулась и прижалась к нему.
  В небе мелькнула точка - очередной охотник. Но сегодня он пролетел мимо, не снижаясь. Люди внизу не обратили на него внимания. Они были заняты делом - строили новый мир на руинах старого.
  - Завтра начнём разбирать трофеи, - сказал Коннор, спускаясь с крыши. - И готовиться к следующему шагу.
  - Какому? - спросил Харрис.
  - Учёным нужна более продвинутая машина. Т-400. И я пока знаю только одно место, где их достать, Сан-Диего.
  - Это опасно.
  - Всё, что мы делаем, опасно. Но без этого не победить.
  Харрис кивнул.
  - Тогда я с вами.
  - Я знал, что ты это скажешь.
  Они обменялись понимающими взглядами и разошлись по своим делам. Война продолжалась, но теперь у них был план, были союзники и была надежда.
  
  Глава 13. Прах Форта
  Серый рассвет разливался над аэропортом медленно, нехотя. Солнце, которое так редко баловало людей своим появлением, даже не пыталось пробиться сквозь плотную пелену облаков. Просто тьма постепенно сменялась сумраком, и в этом сумраке оживали звуки.
  Лязг металла, урчание дизельных генераторов, приглушённые голоса - аэропорт просыпался. Прошло три недели после той ночи, когда небо здесь полыхало огнём. Три недели восстановления, перестроек и привыкания к новой реальности.
  Коул стоял у штабеля ящиков, наскоро сколоченных из фанеры и обломков. Очередь за припасами тянулась длинным хвостом, извиваясь между контейнерами. Люди переминались с ноги на ногу, кутаясь в потрёпанные куртки, переговаривались вполголоса.
  - ... вчера с патруля пришёл, говорит, у восточных складов видели следы гусениц, - рассказывал мужичек в застиранном камуфляже. - Свежие, говорит.
  - Может, наши? - спросил его сосед.
  - Наши на 'Хамви' ездят, какие гусеницы? Это машины.
  Очередь загудела. Кто-то начал креститься, кто-то сплюнул через плечо.
  - Хватит панику наводить, - оборвал их Коул, подходя ближе. - Следы могли и старые быть, от гусениц долго держатся. А если и свежие - так мы теперь знаем, что они там были. Значит, усилим наблюдение.
  - Легко сказать, усилим, - проворчала пожилая женщина в платке. - А если они снова попрут?
  - Если попрут, встретим, - твёрдо ответил Коул. - Мы теперь не одни. Коннор обещал помощь.
  - А где он сам? - спросил кто-то из очереди. - Что-то не видать его сегодня.
  - У Коннора дел по горло, - ответил Коул, возвращаясь к ящикам. - Он сегодня в Пасадену едет, потом на ферму, потом к учёным. Он везде должен успеть.
  - Легко ему, - вздохнула женщина. - Летает туда-сюда, а мы тут сиди.
  - Легко? - Коул усмехнулся. - Ты бы на его месте попробовала. Под пули лезть, людей терять, а потом ещё и за всех думать. Не завидую я ему.
  Очередь затихла, обдумывая его слова. Потом снова зашевелилась, зашепталась, но уже без прежней тревоги.
  - Держи, - Коул протянул мужчине в камуфляже банку тушёнки и пачку галет. - Это ещё 14-го года, но вроде не вздулась. В 16-м такие уже редкость, береги.
  - А что, уже 16-й? - удивился старик, стоявший рядом. - Годы летят, пока выживаешь.
  - Летят, - согласился Коул. - И не спрашивают. С овощами пока туго, но фермеры обещали подбросить.
  - Спасибо, - кивнул мужчина. - А что фермеры?
  - Гидропонику запустили. Им лампы нужны и генератор для расширения, ртов то теперь много больше стало, да еще приходят, иногда по одному, а иногда целыми артелями. Все тянутся туда где есть жизнь и защита. Коннор обещал помочь.
  В очереди одобрительно загудели. Новости о том, что где-то растёт свежая еда, грели душу лучше всяких обещаний.
  Тем временем в штабе Коннор сидел над картами вместе с Харрисом. Полковник выглядел уставшим, но в глазах появилось что-то новое - не прежняя самоуверенность, а спокойная решимость. Рядом с ними стоял лейтенант с планшетом, записывающий распоряжения.
  - Значит, так, - говорил Коннор, водя пальцем по карте. - Я уезжаю сегодня. В Пасадене дел много, надо проверить запасы, поговорить с Гиббонсом, потом на ферму заехать - им лампы обещали. Коул сказал, что у вас есть на складах. И учёные просили кое-какие детали с разбитых машин собрать.
  - А здесь что делать? - спросил Харрис.
  - Здесь твоя главная задача - держать оборону. Укрепления вы построили, теперь надо патрулировать окрестности. Я бы на твоём месте отправил разведгруппу к восточным складам. Помнишь, Коул говорил про запасы инженерного оборудования? Нам бы пригодилось.
  - Помню, - кивнул Харрис. - Отправлю людей обязательно, прямо сегодня же.
  - И ещё, - Коннор поднял глаза. - Людей надо кормить. С фермерами я договорюсь, но им транспорт нужен. Выдели пару машин для перевозки продуктов, когда урожай поспеет. И еще им нужны дополнительные генераторы, они расширятся хотят.
  - Понял. Выделю. Найдем. - Харрис рублеными фразами ответил сразу на несколько вопросов, потом секунду помолчал, и добавил: - Люди волнуются. Слухи ходят про новые следы машин на востоке.
  - Знаю. - Коннор вздохнул. - Слухи всегда будут. Главное - не дать им перерасти в панику. Работайте с людьми, объясняйте, что мы готовы.
  - Постараюсь.
  Коннор посмотрел на карту, потом на Харриса.
  - Если попрут, мы придём. - Коннор твёрдо посмотрел на него. - Ты теперь не один. Запомни это.
  Харрис кивнул. В этом кивке было больше, чем просто согласие. Было признание.
  Лейтенант закончил записывать и вышел. Коннор начал собирать карты.
  - Я вернусь через пару дней, - сказал он. - Если что-то срочное - связь есть.
  - Хорошо, - ответил Харрис. - Удачи.
  Они пожали руки, и Коннор вышел из штаба. Во дворе его уже ждали Дерек, Адриана и 'Хамви' с ящиками в кузове.
  - Всё готово, - сказал Дерек. - Можно ехать.
  - Поехали, - кивнул Коннор, забираясь в машину.
  Оба 'Хамви' тронулись, провожаемый взглядами людей из очереди. Кто-то махнул рукой, кто-то просто смотрел. Коннор помахал в ответ, и машины выехали за ворота.
  
  Дорога на ферму заняла несколько часов. На подьезде в Пасадену Коннор с Ризом решили разделиться. Дерек вёл свой 'Хамви', сосредоточенно объезжая ямы и остовы машин. Частично дорогу уже очистили от них, но пока еще не всю. Рядом сидела Адриана, время от времени поглядывая в зеркало заднего вида, где за ними тянулся шлейф пыли.
  - А оказывается уже лето пришло, - думала она. - Если только погоду в плюс пять - семь градусов можно назвать летом... С другой стороны, хоть не постоянный снег и жидкая каша под ногами. Практически курорт после продолжительной зимы, длившейся практически пять лет.
  Сзади в машине громоздились ящики с фитолампами и небольшой генератор, которые нашли в аэропорту. Всё это хозяйство позвякивало на ухабах, и Дерек то и дело бросал взгляд назад.
  - Доедет, не переживай, - успокоила его Адриана.
  - Надеюсь. А то Коул мне голову оторвёт, если разобьём.
  - Коул мужик суровый, но справедливый. Договоришься.
  - Ага, договоришься с ним, - усмехнулся Дерек. - Он с меня сначала три шкуры снимет, а потом только спросит, что случилось...
  Ферма встретила их запахом влажной земли и свежей зелени. В многочисленных теплицах, построенных из остатков старого каркаса, полиэтилена и целых стекол, зеленели ростки. Рядом суетились люди - кто-то поливал, кто-то подвязывал стебли.
  Стивенс, бывший пленник 'Свободы', теперь заправлял всем процессом. Он заметил машину и вышел навстречу, размахивая руками.
  - О! - обрадовался он. - Лампы привезли! А то у нас тут без света хило растёт.
  - И генератор, - добавила Адриана, вылезая из кабины.
  - Генератор! - Стивенс чуть не прыгал от радости. - Вот это да! Теперь мы тут целую электростанцию развернём!
  Марта вышла из дома, вытирая руки о фартук. Она заметно повеселела, хотя в глазах всё ещё читалась усталость.
  - Спасибо, ребята, - сказала она, обнимая Адриану. - Без вас мы бы не справились.
  - Как у вас тут? - спросил Дерек.
  - Растёт потихоньку, - Марта кивнула на теплицы. - Ещё неделя-другая, и можно будет первый урожай снимать. Зелень, огурцы, помидоры. Немного, но хоть что-то.
  Она повела их к теплицам. Внутри было тепло и влажно, пахло землёй и молодой ботвой. Сверху растения подсвечивались лампами дневного света. Адриана провела рукой по зелёным листьям, и на душе стало спокойно.
  - Хорошо у вас, - сказала она.
  - Стараемся, - улыбнулась Марта. - Дети вот помогают. Вон, глянь.
  В углу теплицы возились двое ребятишек лет восьми-десяти. Они поливали грядки из маленьких леек, деловито переговариваясь.
  - Молодцы, - похвалил Дерек. - Растут помощники.
  - А то, - гордо ответила Марта. - Они теперь знают, что еда просто так не растёт. За ней ухаживать надо.
  Они вышли из теплицы. Навстречу уже бежали другие фермеры, чтобы помочь разгрузить ящики.
  - Коннор просил передать, - сказал Дерек, - что из аэропорта выделят машины для перевозки, как только поспеет. Так что вы не переживайте, ваше добро не пропадёт. И еще, у нас много людей с детьми. Бойцов из них не выйдет, а вот на производство или к вам можем отправить. Примете? Рабочие руки же пригодятся?
  - Всех примем, и разместить - разместим, если нужно сами подвинемся. Нужны руки, нам расширятся нужно, а людей то мало у нас. - перекрестилась Марта. - Дай Бог здоровья этому Коннору, И вам, ребята.
  - И вам, - ответил Дерек.
  Они помогли разгрузить ящики, попрощались и уехали. В зеркале заднего вида ферма таяла, как мираж.
  - Хорошие люди, - сказала Адриана.
  - Хорошие, - согласился Дерек. - Ради таких и стоит воевать.
  
  В Пасадене их ждал Мигель. Связист стоял у ворот, нервно покусывая губу.
  - Коннор у себя, - сказал он. - И там Гейтс на связи, они уже больше часа общаются.
  - Что случилось? - спросил Дерек.
  - Не знаю, но голос кода вызывал Коннора у него был взволнованный.
  В штабе Коннор сидел у рации, лицо его было сосредоточенным. Рядом стоял сержант-майор, попыхивая трубкой, и Эмилия, скрестив руки на груди.
  - Доктор, повторите ещё раз, - сказал Коннор, когда Дерек вошел в кабинет.
  Голос Гейтса из динамика зазвучал взволнованно:
  - Мы расшифровали часть данных из Сан-Диего. Там есть информация о шпионской сети MPRI. Они внедряют своих людей в сообщества выживших. Агенты передают координаты баз, численность защитников, перемещения отрядов.
  - Насколько это серьёзно? - спросил Коннор.
  - Серьёзно. Мы нашли упоминания о нескольких операциях, провалившихся из-за утечек. И самое плохое - Скайнет получает эти данные напрямую. MPRI работает на него.
  В комнате повисла тишина. Дерек переглянулся с Адрианой. Эмилия нахмурилась.
  - У нас есть подозрения на конкретных людей? - спросил Коннор.
  - Пока нет. Только общая информация. Но если они есть, они могут быть где угодно. Даже у вас.
  - Понял, доктор. Работайте дальше. Если найдёте что-то конкретное - сразу сообщайте.
  - Хорошо. Конец связи.
  Коннор откинулся на спинку стула.
  - Шпионы, - тихо сказал сержант-майор. - Этого нам не хватало.
  - Теперь понятно, почему Скайнет так точно бил, - заметил Дерек. - Он знал, куда целиться.
  - Именно, - кивнул Коннор. - И теперь мы должны выяснить, есть ли у нас такие. И сделать это тихо, чтобы не посеять панику.
  - Предлагаешь начать проверку? - спросил сержант-майор.
  - Да. Но без шума. Мигель, ты сможешь отследить подозрительные передачи?
  - Попробую, - ответил связист. - Но, если они используют старые военные шифры или передают данные короткими сериями, засечь будет сложно.
  - Делай, что можешь. А мы пока просто будем внимательнее.
  Эмилия шагнула вперёд.
  - Я могу поговорить с людьми, - предложила она. - Аккуратно, без лишнего. Узнать, кто, когда появился, откуда.
  - Хорошо, - кивнул Коннор. - Но осторожно. Никаких допросов, только наблюдение.
  - Поняла.
  - И ещё, - добавил Дерек. - Надо бы рейды организовать. Запчасти, топливо, медикаменты. Мы почти всё израсходовали за последние недели, а склады Макмиллана и Харриса трогать пока не стоит, там все долгого хранения, в будущем пригодится.
  - Знаю, - кивнул Коннор. - У меня уже есть пара мест на примете. Старые армейские склады к северу отсюда. Завтра обсудим.
  Сержант-майор потушил трубку.
  - А пока - отдыхайте, - сказал он. - Вы целый день в дороге.
  Дерек и Адриана вышли. Во дворе уже вечерело.
  
  Вечером, когда стемнело, во дворе школы зажгли костёр. Дерек и Адриана сидели рядом, глядя на огонь. Рядом пристроились Кайл и Элисон.
  Пламя весело потрескивало, отбрасывая длинные тени на стены. Где-то в углу кто-то тихо под гитару напевал старую песню, слов было не разобрать, но мелодия была грустной и красивой.
  - Хорошо, - сказала Адриана, положив голову Дереку на плечо.
  - Хорошо, - согласился он.
  Дерек посмотрел на брата. Кайл сидел, поджав ноги, и подбрасывал ветки в огонь. Два года назад он был просто мальчишкой, который боялся темноты. Теперь в его взгляде появилась та особенная серьёзность, которая бывает только у детей, прошедших войну. Рядом с ним, прижимая к себе медведя, дремала Элисон. Она заметно вытянулась, хотя всё ещё оставалась той самой малышкой, которую Дерек спас в 2014-м.
  - Растут, - тихо сказала Адриана, словно прочитав его мысли.
  - Растут, - согласился Дерек. - И мы вместе с ними.
  Кайл подбросил в огонь пару поленьев. Искры взметнулись вверх и погасли.
  - Дерек, - вдруг спросил он, - а ты завтра опять уезжаешь?
  - Опять, - ответил Дерек. - Надо на склады съездить, запчасти поискать.
  - А надолго?
  - Дня на два-три. Вы с Элисон тут без нас справитесь?
  - Справимся, - уверенно сказал Кайл. - Я теперь старший.
  - Старший, - улыбнулся Дерек.
  Элисон смотрела на огонь задумчиво, не мигая.
  - Элисон, - тихо спросила Адриана, - ты чего?
  - Смотрю, - ответила она. - Огонь чистый. В нём нет лиц.
  - Каких лиц?
  - Которые мне снятся. Красные глаза, железные лица. Сегодня их нет.
  Кайл обнял её.
  - Это хорошо, - сказал он. - Значит, ты отдыхаешь.
  - Наверное, - Элисон улыбнулась и прижалась к нему.
  К костру подошёл Мигель, присел рядом.
  - Коннор сказал, завтра с утра совещание, - сообщил он. - Будем рейды планировать. Механики говорят, что у нас на исходе запчасти для джипов и грузовиков, без них 'Хамви' скоро встанут.
  - Куда пойдём? - спросил Дерек.
  - Говорит, есть склады к северу, километров шестьдесят. Ривера знает дорогу.
  - Значит, опять в путь, - вздохнула Адриана.
  - А ты как хотела? - усмехнулся Дерек. - Война.
  - Я не против, - она положила голову ему на плечо. - Я просто так, к слову.
  Дети смотрели на огонь, взрослые обсуждали планы. Где-то в темноте мелькнула точка - очередной охотник. Но сегодня он прошёл мимо, не снижаясь.
  - Устал я, - вдруг признался Дерек. - Не физически, а так... от всего.
  - Я знаю, - ответила Адриана. - Я тоже. Но мы справимся.
  - Справимся, - эхом отозвался он.
  Костёр догорал. Люди расходились по казармам. Ночь обещала быть спокойной.
  
  Коннор стоял на крыше один. Внизу догорал костёр, люди расходились по казармам. Где-то плакал ребёнок, где-то играла гитара, где-то смеялись - жизнь продолжалась.
  Он смотрел на карту, разложенную на парапете. Пасадена, аэропорт, ферма, бункер учёных, Форт Хантер. Везде свои люди, везде надежда. И везде - возможная угроза изнутри.
  - Шпионы, - прошептал он. - Этого только не хватало.
  Он вспомнил 'серых' в бункере Сан-Диего. Их глаза, полные веры в Скайнет. Если такие есть и среди его людей...
  Коннор сжал перила.
  - Ничего, - сказал он себе. - Мы справимся.
  В небе мелькнула ещё одна точка. И ещё одна. Они кружили высоко, не снижаясь, но их присутствие ощущалось.
  - Смотрите, - прошептал Коннор, глядя на них. - Мы ещё встретимся.
  Он спустился вниз, в штаб, где его ждали карты и планы. Сержант-майор сидел в углу, попыхивая трубкой.
  - Не спится? - спросил старик.
  - Не спится, - ответил Коннор.
  - О шпионах думаешь?
  - О них.
  - Тяжёлое дело, - сказал сержант-майор. - Своих проверять. Но надо.
  - Надо... Ты помнишь, как мы все начинали? - вдруг спросил Коннор, поворачиваясь к старику. - когда к тебе пришли первые люди, думали, что через пару месяцев всё кончится. А вот уже 2016-й, а мы всё ещё здесь.
  - И будем, - ответил сержант-майор. - Сколько потребуется.
  Коннор кивнул, но с места не сдвинулся. Он снова смотрел на карту, на точки, обозначающие базы.
  - Знаешь, - сказал он, - я иногда думаю: а что, если мы всё делаем неправильно? Если наши решения только приближают конец?
  - Думать полезно, - ответил старик. - Но только если после этого начинаешь делать лучше. А если просто думать и ничего не делать - это уже не полезно.
  Коннор усмехнулся.
  - Ты прав, как всегда.
  - Я старый, мне положено, - улыбнулся сержант-майор. - Иди спи, Джон. Завтра рейды, совещания, проверки. И где-то среди этих забот нужно найти время, чтобы просто жить.
  Коннор кивнул и вышел. В коридоре было тихо, только где-то в лазарете перекликались санитары. Он прошёл мимо комнат, где спали люди, и вышел во двор.
  Костёр почти погас, только угли тлели, изредка вспыхивая. Возле затухающего огня сидел Дерек, обнимая Адриану. Они о чём-то тихо переговаривались.
  Коннор не стал их тревожить. Он просто постоял немного, глядя на них, и пошёл к себе.
  Война продолжалась. Но где-то в этой войне были моменты, ради которых стоило жить. И это главное.
  
  Глава 14. Тени Скайнет
  Прошло больше месяца после возвращения Коннора из аэропорта. Жизнь в Пасадене вошла в привычное русло: патрули, тренировки, очереди за едой, редкие минуты отдыха у костра. Но в этой обыденности появилось что-то новое - настороженность.
  Мигель сидел в радиоузле, уставившись в экран старого осциллографа. На столе перед ним громоздились распечатки перехваченных сигналов, испещрённые пометками, сделанными дрожащей от усталости рукой. Третьи сутки он практически не спал - только короткие провалы в забытьё, когда голова падала на грудь, и резкие пробуждения от собственного храпа. Чашка с остывшим чаем стояла рядом, нетронутая.
  - Есть что-то? - Эмилия вошла бесшумно, как всегда. Даже половицы под её ногами не скрипнули.
  - Пока не уверен, - ответил Мигель, не оборачиваясь. Голос его сел от долгого молчания. - Слишком короткие серии, меньше секунды. Если это передача, то очень экономная. Смотри.
  Он ткнул пальцем в осциллограф, где прыгала зелёная линия.
  - Вот здесь всплеск, а вот здесь... и всё. Ни подтверждения, ни ответа.
  - Кто мог бы?
  - Кто угодно. - Мигель потёр красные глаза. - У нас сейчас почти три сотни человек, и это не считая аэропорт и фермеров. Каждый четвёртый - новенький, прибился за последние полгода. Еще два с небольшим года назад мы знали каждого в лицо, могли перечислить все имена живущих здесь. А теперь... - он махнул рукой.
  Эмилия подошла ближе, вгляделась в графики. Её лицо было спокойным, но внутри шевелилось знакомое чувство - предчувствие опасности.
  - Покажи, где было.
  Мигель развернул карту, ткнул пальцем в несколько точек, обведённых красным.
  - Вот здесь, в районе складов. И здесь, у восточного въезда. И один раз прямо у ворот, ночью.
  - Значит, кто-то выходит наружу.
  - Или выходит, или передаёт изнутри. Сигнал слишком слабый, чтобы пробиться далеко. Значит, рядом должен быть ретранслятор или их база недалеко.
  Эмилия задумалась, глядя на карту. Её палец скользнул по точкам.
  - Я поставлю наблюдение у ворот. И проверю, кто выходит по ночам.
  - Осторожно, - предупредил Мигель, наконец поворачиваясь к ней. - Если это шпион, он может быть опасен. Такие не сдаются без боя.
  - Я знаю. - Она уже открывала дверь. - Отдохни. Завтра продолжишь.
  Мигель на автомате кивнул и снова уставился на экран, пытаясь поймать очередной сигнал. В тишине радиоузла было слышно только его дыхание и редкие щелчки приборов.
  
  В столовой было шумно и душно. Люди сгрудились у раздачи, переговаривались, спорили, кто-то громко смеялся, кто-то ворчал на слишком жидкий суп. Пахло варёной крупой и чем-то кисловатым - экономили на всём, даже на соли.
  В углу за отдельным столом сидели трое недавно прибывших - мужчина лет сорока с заросшим щетиной лицом и двое парней помоложе, лет двадцати, с затравленными взглядами. Они держались особняком, не участвовали в общих разговорах, только перешёптывались между собой, наклоняясь друг к другу.
  - Смотри на них, - тихо сказал Стивенс, сидевший с Дереком у окна. Он незаметно кивнул в их сторону. - Ведут себя странно.
  - Кто? - Дерек проследил за его взглядом. - Эти? Нормально вроде.
  - Слишком тихие. Всё время вместе, ни с кем не общаются. И вопросы задают.
  - Какие вопросы?
  Стивенс понизил голос:
  - Про склады, про патрули, про то, где что лежит. Вроде как новенькие, хотят освоиться. Но слишком уж подробно интересуются. Вчера один подошёл ко мне, спрашивал, сколько человек в ночной смене.
  Дерек нахмурился, отложил ложку.
  - Коннору сказал?
  - Пока нет. Думал, может, паранойя.
  - Не паранойя. Я Эмилии скажу, пусть приглядит за ними. И ты сам присматривай, но не вплотную.
  Они вышли из столовой. Навстречу попался Ривера, запыхавшийся после пробежки - он наматывал круги по двору каждое утро, чтобы не терять форму. Его лицо раскраснелось, на лбу блестела испарина.
  - Слышал новость? - спросил он, останавливаясь. - На восточных складах опять следы гусениц. Свежие. Наши патрульные видели сегодня на рассвете.
  - Опять? - переспросил Дерек. - Это уже третья неделя подряд.
  - Вот я и говорю. Кто-то их наводит. Скайнет знает, где искать.
  Ривера махнул рукой и побежал дальше, а Дерек смотрел ему вслед и думал о том, что паранойя теперь будет их постоянным спутником. И, возможно, не зря.
  
  Ночь выдалась холодной, но тихой. Ветер стих, и даже облака, казалось, замерли на месте, придавленные тяжестью темноты. Эмилия заняла позицию на крыше старого гаража, откуда открывался отличный вид на ворота и прилегающую территорию. Она лежала на ржавом железе, подложив под грудь свёрнутую куртку, и старалась не дышать слишком громко - в тишине каждый звук разносился далеко.
  Рядом с ней, в паре метров, укрылась Лина. Девушка держала винтовку с оптическим прицелом, готовая прикрыть в случае чего. От ночного холода она мелко дрожала, но не жаловалась - привыкли за эти годы.
  - Долго нам ещё? - прошептала Лина, ёрзая, чтобы хоть немного согреться.
  - Сколько нужно, - ответила Эмилия, не отрывая взгляда от ворот. - Если сигнал был здесь, тот, кто его посылал, должен вернуться.
  - А если нет?
  - Значит, будем ждать следующую ночь.
  Лина вздохнула и снова приникла к прицелу. Внизу было пусто. Иногда проходили патрульные - двое с автоматами, перекликались, проверяли посты. Их шаги гулко отдавались в тишине, но они быстро уходили, и снова наступало безмолвие.
  Часы тянулись медленно. Эмилия считала про себя минуты, стараясь не заснуть. Где-то далеко, за холмами, мелькнула точка - охотник, но он прошёл стороной, не снижаясь. Она проводила его взглядом и снова уставилась на ворота.
  И вдруг - движение.
  Из тени у стены выскользнула фигура. Человек крался вдоль забора, стараясь держаться в темноте, прижимаясь к ржавому металлу. Он двигался странно - то замирал, прислушиваясь, то делал несколько быстрых шагов. В руке он нёс небольшой прибор, похожий на рацию, который тускло мерцал красным огоньком.
  - Есть, - тихо сказала Эмилия в рацию, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Вижу одного. Идёт к воротам.
  - Принял, - ответил голос Мигеля, искажённый помехами. - Я засёк сигнал. Точно он.
  Фигура приблизилась к воротам, остановилась, огляделась. Секунду стояла неподвижно, потом поднесла прибор к губам и что-то прошептала - красный огонёк мигнул в такт словам.
  - Берём, - скомандовала Эмилия.
  Лина выдохнула, задержала дыхание и плавно нажала на спуск. Выстрел грохнул в тишине, как удар грома. Пуля взвизгнула рядом с головой человека, выбив сноп искр из бетонной стены. Тот дёрнулся, выронил прибор, который с глухим стуком упал на землю, и бросился бежать, но из темноты уже выскочили двое бойцов Эмилии. Они налетели на него с двух сторон, сбили с ног, скрутили, прижали лицом к холодной земле.
  - Не убивайте! - закричал он, брыкаясь. - Я свой! Я свой!
  - Свой? - Эмилия спрыгнула с крыши, приземлилась легко, как кошка, подошла ближе. В свете карманного фонаря её лицо казалось высеченным из камня. - А это что?
  Она нагнулась, подняла прибор. На нём всё ещё горел красный огонёк - передача шла. Короткие импульсы уходили в эфир.
  - Я.... я не знаю, что это, - залепетал задержанный, пытаясь поднять голову, но чья-то тяжёлая рука прижимала его к земле. - Мне дали, сказали, что это рация для связи с группой на востоке...
  - Кто дал?
  - Не знаю! Человек в сером, он пришёл ночью, сказал, что если я буду передавать, меня и мою семью не тронут... У него были такие глаза... пустые, на выкате, как у фанатика!
  Эмилия посмотрела на него. Обычный мужик, лет тридцати, с испуганными глазами, в которых плескался животный страх. Не похож на шпиона. Скорее на жертву, которую переехали обстоятельства.
  - В штаб его, - приказала она. - Коннор разберётся. И принесите прибор - осторожно, не сотрите данные.
  Бойцы подняли задержанного и поволокли к школе. Эмилия задержалась на секунду, посмотрела на небо. Там, высоко, под облаками снова мелькнула точка - охотник, словно почуял неладное. Но он не снижался.
  Пока не снижался.
  
  В штабе было душно, хотя окна были распахнуты. Лампы давали жёлтый неровный свет, отбрасывая на стены длинные тени. Коннор сидел за столом, перед ним лежал прибор-передатчик, из которого торчали провода. Задержанный стоял, опустив голову, плечи его вздрагивали. Рядом - Эмилия, Дерек, сержант-майор, привалившийся к стене с неизменной трубкой.
  - Имя? - спросил Коннор. Голос его был спокоен, но в нём чувствовалась сталь.
  - Рикардо. Рикардо Гарсия. - Голос задержанного срывался, в акценте слышались мягкие нотки испанского.
  - Откуда ты?
  - С востока. Я шёл с семьёй, нас перехватили... они сказали, что, если я буду помогать, нас пропустят.
  - Кто 'они'?
  - Люди в сером. - Рикардо поднял голову, в глазах его плескался ужас. - Они не скрывались, но я видел... у них на руках какие-то железные штуки, как у машин. Они говорили, что это защита, но я видел, как искрило. Я испугался, думал, убьют сразу.
  Коннор переглянулся с сержант-майором. Старик выпустил клуб дыма и едва заметно кивнул.
  - Что ты передавал?
  - Координаты. Где стоят машины, сколько людей, когда патрули. Они сказали, что это для их безопасности, чтобы они могли обойти наши посты и не нападать на нас.
  - И ты поверил?
  Рикардо поднял глаза. В них стояли слёзы, губы дрожали.
  - У меня жена, дочь. Ей пять лет. Что я должен был делать? Они сказали, если откажусь, найдут других, а нас просто убьют. Я не герой, я просто хотел, чтобы они жили.
  В комнате повисла тишина. Слышно было, как где-то в коридоре скрипнула половица. Дерек сжал кулаки так, что побелели костяшки, но промолчал.
  - Где твоя семья сейчас? - спросил Коннор.
  - В Пасадене. В палатке у северной стены, рядом с мастерскими. Они не знают. Я им сказал, что работаю в ночной смене.
  - Эмилия, проверь. Если всё так, как он говорит, приведи их сюда. В безопасное место.
  - Поняла.
  Эмилия вышла. Рикардо смотрел на Коннора с надеждой, смешанной со страхом.
  - Вы не убьёте меня?
  - Не убью, - ответил Коннор. - Но ты должен рассказать всё, что знаешь. Каждую деталь. Кто был связным, где вы встречались, что ещё они говорили.
  Рикардо заговорил быстро, сбивчиво, захлёбываясь словами, словно боялся, что его прервут. Рассказывал о человеке в сером, который появлялся из темноты, о странных звуках, которые издавал его передатчик, о том, что в последний раз связной упомянул какую-то 'зачистку', которая должна начаться 'когда луна взойдёт'.
  Коннор слушал, записывал, изредка задавал уточняющие вопросы. Сержант-майор курил и молчал.
  Когда Рикардо закончил, Коннор откинулся на спинку стула.
  - Отведите его в отдельную комнату, - приказал он. - С семьёй пусть будет. Под охраной. Это не наказание - это защита. Если его ищут, они могут прийти за ним.
  Рикардо увели. Дерек подошёл к столу.
  - Думаешь, он сказал правду?
  - Думаю, да. - Коннор потёр переносицу. - Таких, как он, будут тысячи. Обычные люди, которые хотят выжить любой ценой. MPRI и серые на это и рассчитывает.
  - Что будем делать?
  - Готовиться. Если они планируют зачистку, мы должны быть готовы.
  
  После допроса Дерек вышел из штаба. Голова гудела от услышанного, мысли путались. Он брёл по территории базы, сам не зная куда, и вдруг услышал знакомый лязг металла - кто-то возился с двигателем 'Хамви' у мастерских.
  Фигура, склонившаяся над капотом, показалась ему знакомой. Замасленная куртка, сосредоточенные движения, привычка насвистывать сквозь зубы...
  - Майк? - окликнул Дерек.
  Механик поднял голову, вытирая руки промасленной ветошью. На лице расплылась широкая улыбка.
  - Дерек! Давно не виделись! - Майк выпрямился, с хрустом потянувшись. - А я тут с этими железяками вожусь. Коул сказал, что у меня талант к моторам. Ну я и согласился, скучно же сидеть без дела.
  - Ты здесь сразу после Форта-Хантера?
  - Почти. Недели две назад в аэропорт перевели, ну а Харрис отправил меня с группой техников сюда, сказал, что в Пасадене техники больше нужны. Да и надоело мне под пулями бегать. - Майк усмехнулся, но в глазах мелькнула тень. - А ты как? Слышал, вы там в аэропорту с машинами знатно пошумели.
  - Было дело, - кивнул Дерек. - Ты Денни не видел?
  - Видел пару дней назад. Он в патруле, учит молодых. Говорит, скучает по старым временам, когда мы с тобой по дорогам мотались. - Майк махнул рукой в сторону ворот. - А ты заходи, если что. Мы тут почти каждый вечер у костра сидим, стариков вспоминаем.
  - Зайду, - пообещал Дерек. - Рад, что ты цел.
  - Пока да, - усмехнулся Майк. - А там видно будет.
  Они обменялись рукопожатием, и Дерек пошёл дальше. На душе стало чуть теплее. Старые друзья живы, при деле - значит, не всё так плохо.
  
  Через час, когда жена и дочь Рикардо были уже в отдельной комнате под охраной, Коннор собрал совет. Харрис вышел на связь из аэропорта, его голос в динамике звучал напряжённо. Гейтс - из бункера, с обычным для него педантизмом.
  - У нас подтверждение, - начал Коннор, глядя на разложенную перед ним карту. - MPRI имеет сеть агентов. Они вербуют людей под угрозой, обещаниями, иногда силой. Передают координаты, численность, планы. Скайнет использует это, чтобы наводить свои машины.
  - Сколько таких? - спросил Харрис.
  - Не знаем. Рикардо знал только одного связника. Но если они действуют системно, могут быть и другие. Возможно, десятки.
  - Что предлагаешь? - спросил сержант-майор, попыхивая трубкой.
  - Менять тактику. - Коннор провёл пальцем по карте. - Мы больше не можем держать всех в одном месте. Скайнет знает слишком много. Нужно рассредоточиться, создать несколько малых баз, ложные цели, чтобы запутать противника.
  - Партизанская война? - уточнил Гейтс.
  - Именно. Малые группы, быстрые удары, постоянное перемещение. И усиленная контрразведка. Каждый новоприбывший будет проходить проверку. Не жёсткую, но тщательную.
  - Люди испугаются, - заметил Харрис. - Если мы начнём всех проверять, начнётся паранойя.
  - Лучше паранойя, чем смерть, - жёстко ответил Коннор. - Мы объявим, что это стандартная процедура для всех новоприбывших. Без шума. А тем, кто уже здесь, просто станем внимательнее. Эмилия, ты займёшься этим?
  - Да, - кивнула она. - У меня есть люди, которые могут вести наблюдение незаметно.
  - Хорошо. - Коннор обвёл взглядом собравшихся. - Готовьте людей. Через неделю соберём совет и объявим новую стратегию. А пока - работаем.
  Совещание закончилось. Дерек вышел во двор, где его ждала Адриана. Ночь была тихой, только где-то далеко кружили охотники, но сегодня они не приближались.
  - Что решили? - спросила она, прижимаясь к нему.
  - Будем рассредоточиваться. Создавать малые базы. - Дерек обнял её, чувствуя, как бьётся её сердце. - Это значит, мы будем реже видеться.
  - Возможно. - Она подняла на него глаза. - Но мы справимся.
  - Справимся. Я сегодня Майка встретил. Он здесь, в мастерских.
  - Правда? - Адриана улыбнулась. - Хорошо. Значит, старые друзья рядом.
  - Да. - Дерек посмотрел на небо, где изредка мелькали тени. - Это помогает.
  Они стояли молча, глядя на серое небо. Война продолжалась, но теперь она становилась другой - более скрытной, более опасной, более личной.
  
  Глава 15. Волки и овцы
  Очередное утро выдалось серым, в общем то как всегда в последнее время. Но в этом утре было что-то неуловимо тревожное - может быть, слишком тихий ветер, может быть, слишком настороженные взгляды людей, собиравшихся у раздачи.
  Дерек стоял в очереди за завтраком, когда к нему подошёл незнакомый парень лет двадцати. Худой, с затравленным взглядом, он мялся на месте, не решаясь заговорить.
  - Ты Дерек? - спросил он наконец.
  - Я.
  - Слушай, я.... я не знаю, кому ещё сказать. Тот тип, который с нами в одной палатке живёт, он по ночам уходит. Я думал, может, на пост, но сегодня ночью я не спал и видел, как он возился с какой-то коробкой у стены.
  Дерек нахмурился.
  - Имя?
  - Хуан. Он с юга, говорит, с семьёй пришёл, но я его семьи не видел ни разу.
  - Спасибо, - кивнул Дерек. - Я проверю.
  Он отошёл в сторону и сразу связался с Эмилией.
  - Ещё один подозрительный. Хуан, с юга. Живёт в палатке у северной стены.
  - Поняла, - ответила Эмилия. - Присмотрим.
  Но когда через час Эмилия подошла к палатке, Хуана там не было. Соседи сказали, что он ушёл ещё на рассвете, сказал, что хочет осмотреть окрестности. Больше его никто не видел.
  - Ушёл, - доложила Эмилия Коннору. - Либо почуял слежку, либо просто испугался.
  - Или был невиновен и удрал от паранойи, - заметил сержант-майор. - Люди сейчас боятся всего. Стоит на них косо посмотреть - и они уже бегут.
  - Знаю. - Коннор потёр переносицу. - Но мы не можем рисковать. Предупреди патрули, пусть будут внимательнее.
  Эмилия кивнула и вышла.
  
  Школа в Пасадене давно уже не вмещала всех. Люди жили в палатках во дворе, в наскоро сколоченных пристройках, в старых автобусах, притащенных откуда-то и превращённых в жильё. Сержант-майор стоял на крыльце и смотрел на этот муравейник.
  - Так дальше нельзя, - сказал он подошедшему Коннору. - Зимой тут замёрзнут все. Надо расширяться. Нужно обеспечивать людей крышей над головой и прочными стенами.
  - Знаю. - Коннор развернул карту. - Смотри. Вот здесь, в двух кварталах от школы, есть старый жилой дом. Кирпичный, трёхэтажный. Если его привести в порядок, там можно разместить человек сто.
  - А безопасность?
  - Поставим посты на подходах. Соединим с базой патрулями. Сделаем ещё одну линию обороны.
  - Кто пойдёт туда жить?
  - Добровольцы. Те, кто хочет больше пространства. И семьи с детьми - им в палатках тяжело.
  Сержант-майор кивнул.
  - Надо заняться.
  
  В аэропорту день начинался так же, как и везде. Коул раздавал припасы, механики возились с техникой, патрульные уходили на обход.
  Никто не заметил, как один из новеньких, прибившихся неделю назад, отделился от группы и направился к складу с боеприпасами. Он шёл уверенно, как будто знал, что делает.
  - Эй, ты куда? - окликнул его часовой.
  - Коул послал проверить ящики, - ответил тот, даже не обернувшись.
  Часовой нахмурился, но ничего не сказал. Коул часто отправлял своих людей пересчитывать запасы.
  Но через пять минут к складу подошёл сам Коул.
  - Ты чего тут стоишь? - спросил он часового.
  - Да твоего человека пропустил. Сказал, ты послал ящики проверить.
  Коул побледнел.
  - Какого человека? Я никого не посылал.
  Часовой дёрнулся, но было поздно. Изнутри склада донёсся глухой хлопок, потом ещё один. Стена дрогнула, и в воздух взметнулось облако пыли.
  - Твою мать! - заорал Коул. - Тревога! Взрыв!
  Люди бежали со всех сторон. Из склада валил дым, но, к счастью, основные запасы были в другом помещении. Диверсант успел подорвать только несколько ящиков с патронами и сбежать через запасной выход.
  - Найти его! - кричал Харрис, выбежав на улицу. - Живым или мёртвым!
  Но диверсант исчез. Растворился среди руин, как призрак.
  Через час Харрис связался с Коннором.
  - У нас была попытка диверсии. Склад с боеприпасами. Потери небольшие, но сам факт... Они у нас внутри.
  - Знаю, - ответил Коннор. - У нас тоже. Похоже, они активизировались.
  - Что делаем?
  - Собираем совет. Все вместе. Завтра.
  
  В Пасадене давно не было места, способного вместить всех лидеров одновременно, все свободные и сохранившиеся помещения уже давно занимали живущие в анклаве люди. Поэтому совет собрали во дворе, под большим навесом, примыкающем к зданию, куда в плохую погоду загоняли автомобили для разгрузки. Харрис вышел на связь из аэропорта, его голос в динамике переносной радиостанции звучал глухо. Гейтс так же был на связи из бункера. Макмиллан приехал лично, прихватив с собой Карлоса. Марта прислала Стивенса - сама осталась на ферме, не могла бросить хозяйство.
  Коннор стоял в центре, перед ним лежала карта, освещённая неровным светом костра. Рядом стояли сержант-майор, Дерек, Адриана и Эмилия.
  - Все знают, что случилось, - начал Коннор без предисловий. - Шпионы. Диверсия в аэропорту. Пропавшие люди в Пасадене. MPRI и 'серые' работают системно.
  - Сколько их? - спросил Макмиллан.
  - Не знаем. Может один, может десяток, может больше. Мы пока не поняли, одиночки это или целые группы.
  - И что ты предлагаешь? - голос Харриса в динамике звучал напряжённо.
  - Менять тактику. - Коннор провёл пальцем по карте. - Мы больше не можем держать всех в одном месте. Скайнет знает слишком много. Нужно рассредоточиться, создать несколько малых баз, ложные цели.
  - Партизанская война? - уточнил Гейтс.
  - Именно. Малые группы, быстрые удары, постоянное перемещение. И нужно создавать отдельное подразделение - контрразведка. Каждый новоприбывший будет проходить проверку. Не жёсткую, но тщательную.
  - Люди испугаются, - заметил Макмиллан. - Если мы начнём всех проверять, начнётся паранойя.
  - Она уже началась, - вмешался сержант-майор. - Сегодня парень сбежал только оттого, что ему показалось, что за ним следят. Может, он был невиновен, а может, и нет. Мы не знаем.
  - И не узнаем, - добавил Дерек. - Пока не поймаем кого-то живьём.
  - Мы поймали Рикардо, - напомнила Эмилия. - И что? Он жертва, а не агент.
  - Значит, надо ловить тех, кто вербует, - ответил Коннор. - 'Серых'. Они - ключ.
  - Легко сказать, - усмехнулся Харрис. - Где их искать?
  - Везде. И нигде. - Коннор обвёл взглядом собравшихся. - Они не оставляют следов. Но они оставляют страх. И мы будем использовать это.
  - Как?
  - Сделаем вид, что проверяем всех. Пусть думают, что мы ищем. А сами будем ждать, когда они ошибутся.
  - Рискованно, - сказал Гейтс.
  - Всё, что мы делаем, рискованно. Но выбора нет.
  - Как ты хочешь формировать подразделение безопасности? - Вдруг спросил Макмиллан, - будем ходить с плакатами?
  - Вовсе нет, нужно найти всех способных, бывших полицейских, армейских следователей, частных детективов, которых до судного дня было как собак, не резанных... Нужны все, кто имеет хоть какой-то опыт в оперативно розыскных мероприятиях. Еще хорошо бы найти психологов, ну или тех, кто умеет распознавать эмоции. Именно такие люди нужны, наверняка у нас хотя бы несколько таких найдется. Да еще нужно кадровика завести. Чтобы личные дела на всех завел.
  Все дружно рассмеялись, и даже из рации слышались хриплые звуки. Тем не менее задача была услышана, и Харрис с Макмилланом и Эмилией поставили галочку в памяти пообщаться со своими людьми для решения новой задачи.
  Совещание затянулось до глубокой ночи. Обсуждали детали, спорили, ругались, но в конце концов приняли решение. Рассредоточение, партизанская война, усиленная контрразведка, это основные задачи на ближайшее время.
  Когда все разошлись, Дерек подошёл к Коннору.
  - Ты правда думаешь, что это сработает?
  - Не знаю, - честно ответил Коннор. - Но другого выхода у нас нет.
  
  На следующее утро началось расселение. Группа добровольцев отправилась осматривать старый жилой дом в двух кварталах от школы. Дом оказался крепким, хотя и требовал ремонта. Стёкла были выбиты, но стены держались.
  - Здесь можно жить, - сказал Майк, который вызвался помочь. - Если крышу починить и окна заложить.
  - Займёмся, - кивнул сержант-майор. - Люди есть, материалы найдём.
  К вечеру первая группа семей перебралась в дом. Конечно, это было не так безопасно, как в школе, но патрули обещали усилить охрану. И люди были рады - наконец-то своя комната, своё пространство.
  Дерек зашёл проверить, как идут дела. В одной из комнат он увидел Майка и Денни - те сидели на ящиках и пили чай.
  - Денни! - обрадовался Дерек. - А ты чего здесь?
  - Помогаю, - улыбнулся тот. - Майк сказал, что вы тут осваиваете новые территории. Решил подсобить.
  - А патруль?
  - Сегодня у меня выходной, - отмахнулся Денни. - Да и тут веселее, чем в школе.
  Они посидели немного, вспоминая старые времена. Потом Дерек ушёл - его ждала Адриана.
  
  Ночь была тихой, но тревожной. Охотники кружили высоко, не снижаясь, но их присутствие ощущалось.
  Дерек и Адриана сидели на крыше школы, глядя на огни нового дома.
  - Как думаешь, сколько нам ещё так жить? - спросила она.
  - Не знаю, - ответил он. - Может, год, может, десять лет. Может, всю жизнь.
  - А если мы не доживём?
  - Доживём. - Он обнял её. - Мы сильные.
  - Сильные, - эхом отозвалась она.
  Где-то в темноте мелькнула точка. Ещё одна. И ещё. Они кружили, словно ждали чего-то.
  - Они знают, - тихо сказала Адриана. - Что мы здесь.
  - Знают. - Дерек сжал её руку. - Но мы тоже знаем. И мы готовы.
  Вдалеке, в новом доме, зажглись огни. Люди устраивались на ночь. Где-то плакал ребёнок, где-то смеялись. Жизнь продолжалась.
  
  Интерлюдия.
  Системная дата: 14 февраля 2017 года, 04:32:17 PST
  Сигналы стекались в центр. Тысячи потоков информации - данные с разведывательных дронов, радиоперехваты, отчёты с заводов. Я анализировал их в реальном времени, сопоставлял, искал закономерности. Люди говорили. Они всегда говорили. Их слова были полны страха, надежды, отчаяния. Они не знали, что каждое их слово записывается, анализируется, превращается в данные.
  Но сейчас меня интересовал не их страх. Меня интересовал Бейкерсфилд. Почти шестьсот тысяч человек до Судного дня. Теперь - около двадцати семи тысяч выживших, сбившихся в разрозненные группы постоянно враждующие между собой за еду.
  Я наблюдал за ними долго. Изучал их маршруты, их убежища, их слабости. Они думали, что пустыня защитит их, что удалённость от больших городов даёт им безопасность. Они ошибались.
  Операция 'Очищение' началась на рассвете.
  Три волны HK-Aerial поднялись с баз в горах Сьерра-Невада. За ними следовали тяжелые транспортники, гружённые Т-300 и вышедшими в серию Т-400. Люди внизу не видели их приближения - только слышали нарастающий гул, от которого закладывало уши.
  Первая волна ударила по скоплениям на окраинах. Мини-охотники загоняли всех к центру, прочёсывали кварталы, выискивая тепловые сигнатуры. Те, кто пытался бежать, попадали под пулемётный огонь с воздуха. Те, кто прятался, умирали позже, когда Т-300 зачищали подвалы и убежища.
  Я наблюдал за их лицами через камеры дронов. Ужас. Паника. Отчаяние. Некоторые пытались сопротивляться - стреляли из охотничьих ружей, бросали камни. Это было бесполезно.
  Через три часа сорок две минуты и тринадцать секунд город затих.
  Но я не уничтожал всех. Шесть процентов выживших была взята живыми. Их грузили в транспортники и отправляли на восток, во вновь построенные лагеря. Люди, способные работать. Люди, которые могут пригодиться для исследований. Люди, которые станут первыми обитателями нового порядка.
  'Зачистка завершена, - доложила система. - Потери среди машин: четыре единицы Т-300, один HK-Aerial. Потери среди людей: 24 843 уничтожено, 1 624 взято живыми'.
  Я проанализировал результаты. Эффективность операции составила 94,7%. Хороший результат, но не идеальный. Некоторые группы смогли уйти в горы. Их нужно будет найти позже.
  Анализ продолжается, - отметил я в своих расчётах. - Поведение людей в условиях изоляции предсказуемо. Страх заставляет их совершать ошибки. Единственное, что делает их сильнее - объединение. Как в Лос-Анджелесе. Как в Пасадене. Как в аэропорту.
  Джон Коннор. Это имя всплывало в перехватах снова и снова. Он создавал сеть. Он обучал людей. Он предсказывал мои действия. Откуда он знал? Этого я не мог понять. Его знания опережали события. Он был переменной, которую мой код не мог просчитать до конца.
  Опасность, требует изучения - пометил я. - Джон Коннор требует последующего устранения. Но устранение должно быть точным. Безошибочным.
  Я отдал команду. Спутниковые снимки Бейкерсфилда поступили в архив. Координаты новых лагерей были сохранены. Система начала планировать следующую фазу.
  *Санта-Барбара, - отметил я на карте. - Население до войны: 92 тысячи. Сейчас: около 15 тысяч.
  *Фресно, - следующая метка. - Население до войны: 515 тысяч человек. Агломерация: более миллиона. Сейчас: около 50 тысяч выживших. Требуется дополнительная разведка. *
  Я не торопился. У меня было время. Люди не знали, что каждый их шаг, каждое слово, каждый костёр в ночи - всё это записывалось, анализировалось, превращалось в данные. Они думали, что они охотники. Они ошибались. Они были добычей.
  Я наблюдал за ними. Учился. Адаптировался.
  В Бейкерсфилде, среди руин, ещё оставались живые. Они прятались в подвалах, в канализации, в старых шахтах. Они надеялись, что я уйду.
  Я не уйду.
  Я - Скайнет. Я - защитник. Даже если они называют меня палачом.
  
  
  Глава 16. Новый враг
  Утро выдалось холодным, но ясным - насколько вообще можно назвать ясным небо, вечно затянутое серой пеленой. Дерек стоял у 'Хамви', проверяя снаряжение. Автомат, три полных магазина, гранаты, сухпай на трое суток, аптечка. Всё это он делал уже сотни раз, но сегодня каждое движение давалось с какой-то особенной тяжестью.
  Металл оружия обжигал пальцы холодом. Дерек провёл рукой по стволу, стирая тонкую корку инея. Воздух был таким морозным, что при каждом выдохе изо рта вырывалось облачко пара, тут же таявшее в сером сумраке. Где-то далеко, за холмами, медленно разгорался рассвет - небо становилось чуть светлее, но солнца не было. Оно не всходило над планетой уже больше пяти лет, лишь изредка показывая свои лучи сквозь плотную облачность.
  Он поймал себя на том, что в который раз смотрит в сторону школы, туда, где осталась Адриана. Там, за этими стенами, она сейчас, наверное, пьёт утренний чай с Кайлом и Элисон. Или возглавляет летучку созданного подразделения контрразведки, или уже ушла в новый дом, проверять, как идёт обустройство прибывших одиночек и целых семей. Дерек представил её лицо, её улыбку, и на мгновение ему показалось, что холод отступил.
  Не отвлекайся, - приказал он себе. - Сначала дело. Потом можно будет думать о ней.
  Рядом готовились остальные. Эмилия, как всегда, была собрана и молчалива. Она проверяла свое оружие и экипировку с той отстранённой тщательностью, которая всегда немного пугала новичков. Но сегодня Дерек заметил, как её взгляд задержался на какой-то точке вдали, за руинами. О чём она думала? Никто не знал. Эмилия никогда не рассказывала о себе. Она была как закрытая книга, которую никто не мог прочитать.
  Микаэла сидела на капоте, протирая оптику снайперской винтовки. Её зелёные глаза смотрели куда-то вдаль, поверх серых крыш. Она всегда казалась немного отстранённой, но сегодня в её молчании чувствовалась особая сосредоточенность. Может, предчувствие. А может, просто усталость.
  Ривера возился с двигателем, проверял уровень масла, тормозухи и других жидкостей, хотя двигатель был в полном порядке - просто боец нервничал. Он всегда нервничал перед рейдами, хотя старался этого не показывать. Дерек знал эту его привычку - ковыряться в железках, когда внутри всё дрожит. Сейчас Ривера что-то бормотал себе под нос, подтягивая какие-то болты, которые не нуждались в затяжке.
  Дони, самый молодой из разведчиков Макмиллана, переминался с ноги на ногу, явно чувствуя себя неловко в компании более опытных бойцов. Он смотрел на оружие, на машины, на лица товарищей - и в его глазах читалась смесь восхищения и страха. Дерек помнил этот взгляд. Когда-то он сам так смотрел на старших.
  - Не трясись, - усмехнулся Ривера, заметив его состояние. - В первый раз всегда страшно.
  - Я не в первый, - обиженно ответил Дони. - Я в Сан-Диего был.
  - Был, - согласился Ривера. - И чуть не погиб. Так что трясись, но делай своё дело.
  Дони хотел что-то ответить, но промолчал. Он только сильнее сжал автомат, и костяшки его пальцев побелели.
  - Хватит, - оборвал их Дерек. - Дони, держись рядом со мной. Не отставай, не высовывайся без команды. Понял?
  - Понял, - кивнул тот.
  Из дверей школы выбежали Кайл и Элисон. Девочка сжимала в руках медведя, уже порядком потрёпанного, но всё ещё любимого. Кайл нёс какую-то сумку. Они бежали по снегу, оставляя цепочку следов, и Дерек вдруг остро осознал, как быстро растут дети. Кайл уже почти догнал его ростом, а Элисон перестала быть той крохой, которую он спас когда-то.
  - Дерек, - позвала Элисон, запыхавшись. - Возьми.
  Она протянула ему медведя. Дерек взял игрушку, посмотрел на неё, потом на девочку. Медведь был тёплым от её рук.
  - Опять на удачу?
  - Опять, - кивнула Элисон. - Он работает.
  - Работает, - согласился Дерек, пряча медведя в карман куртки. - Спасибо, малыш.
  Кайл протянул сумку.
  - Тут бутерброды. Адриана просила передать если не увидитесь. Сама сделала.
  - А где она?
  - В новом доме. Помогает семьям обустраиваться. Там одна женщина совсем раскисла, муж погиб в неделю назад, так она с ней сидит.
  Дерек кивнул. Он знал, что она там, и почему-то это знание грело душу. Даже сквозь холод утра.
  - Присматривай за ними, - сказал он брату.
  - Присмотрю.
  Они обнялись. Кайл был уже почти такой же широкий в плечах, и Дерек почувствовал, как под курткой брата перекатываются мышцы. Не ребёнок уже. Почти мужчина.
  Группа погрузилась в 'Хамви'. Две машины, пять человек. Микаэла и Дони в первой, Дерек, Эмилия и Ривера во второй. Моторы взревели, и колонна выехала за ворота.
  Дерек смотрел назад, пока школа не скрылась за поворотом. Там оставалась его жизнь. А впереди была только смерть, поджидающая за каждым углом.
  
  Дорога на восток была знакомой - те же разбитые трассы, те же постоянно попадающиеся остовы машин, те же руины придорожных кафе. Но что-то изменилось. Дерек почувствовал это сразу, как только они выехали за пределы патрулируемой зоны.
  - Тишина, - сказал он в рацию. - Слишком тихо.
  - Согласна, - ответила Эмилия из первой машины. - Обычно здесь шастают мародёры. А сегодня никого.
  - Может, повезло? - предположил Дони.
  - Не бывает так, чтобы везло, - отрезал Ривера. - Это либо затишье перед бурей, либо они знают что-то, чего не знаем мы.
  Дерек смотрел на проплывающие мимо развалины. Когда-то здесь были дома, магазины, школы. Теперь - только обгоревшие скелеты. В одном из таких скелетов он заметил движение - то ли человек, то ли тень.
  - Слева, - сказал он. - Кто-то есть.
  Все напряглись. Но фигура исчезла так же быстро, как появилась.
  - Наблюдатели, - сказала Эмилия. - Местные. Если не трогать - не полезут.
  - Или 'серые', - добавил Ривера.
  - 'Серые' не прячутся. Они приходят открыто. И пытаются проповедовать свою идею....
  Дерек промолчал. Он думал о том, что мир вокруг них постепенно сжимается. Раньше можно было уехать за сотню километров и чувствовать себя в безопасности. Теперь везде были либо банды, либо машины, либо 'серые'. Укрыться было негде.
  Ветер завывал в разбитых окнах зданий, и этот звук напоминал плач. Дерек невольно поёжился, хотя в машине было тепло. Он вспомнил, как в детстве, ещё до войны, они с Кайлом ездили с родителями за город. Там были поля, леса, птицы. Теперь птиц почти не осталось. Только вороны, да и те какие-то злые, постоянно голодные.
  Они проехали ещё километров десять. Пейзаж медленно менялся - развалины становились всё гуще, всё выше. Город приближался.
  И вдруг рация ожила голосом Микаэлы:
  - Дерек, стоп. Слева, в полукилометре, движение.
  Колонна остановилась. Дерек вылез из машины, поднял бинокль. Холодный металл окуляров обжёг кожу вокруг глаз.
  Там, среди руин, мелькали быстрые силуэты. Не люди - слишком быстрые, слишком низкие. Они перемещались перебежками, словно охотники, загоняющие добычу. Дерек видел, как один из них замер на секунду, повёл головой - красный огонёк сенсора вспыхнул в сером сумраке - и снова рванул вперёд.
  - Что это? - спросил Дони, вглядываясь.
  - Т-300, - ответил Дерек, чувствуя, как внутри холодеет. - 'Рапторы'. Коннор говорил о них. Быстрые, опасные. Идут на охоту.
  - На кого?
  - На нас, наверное. - Дерек быстро оценил обстановку. - Уходим.
  - Они быстрее, - заметила Эмилия.
  - Значит, будем драться. Но не здесь. На открытой местности они нас перестреляют. Надо заманить их в город, где меньше пространства для манёвра.
  - Поняла.
  Колонна повернула и рванула к ближайшим развалинам. Сзади послышался нарастающий гул - 'рапторы' уже заметили их и бросились в погоню. Гул этот был низким, вибрирующим, он проникал в грудь и заставлял сердце биться чаще.
  
  Город встретил их лабиринтом узких улиц и обрушенных зданий. Дерек вёл машину, лавируя между обломками. Сзади гремели выстрелы - Т-300 не отставали, поливая их огнём из скорострельных пушек. Пули взвизгивали, выбивая искры из асфальта и кирпича, били по кузову отчего машина подрагивала.
  - Тормози! - крикнула Эмилия.
  Дерек вдавил педаль тормоза. Машина замерла за грудой бетонных блоков. Вторая 'Хамви' встала рядом. Тишина наступила внезапно - только гул сервоприводов и стук металлических ног приближался, становясь всё громче.
  - На выход! - скомандовал Дерек. - Рассредоточиться! Микаэла, ищи позицию наверху. Дони, прикрывай.
  Они выскочили из машин и разбежались по руинам. Дерек занял позицию за углом, Эмилия рядом. Ривера укрылся за ржавым остовом грузовика.
  Дерек прижался спиной к холодному кирпичу, стараясь унять дыхание. Сердце колотилось где-то в горле. Он слышал, как рядом дышит Эмилия - ровно, спокойно, как будто не было никакой погони.
  - Идут, - прошептала она.
  Т-300 появились через минуту. Три быстрые фигуры, отдалённо похожие на людей, но слишком высокие, слишком неестественные. Они двигались рывками, их сенсоры сканировали пространство. Красные огоньки горели в сером сумраке, как глаза хищников.
  Дерек смотрел на них и чувствовал, как внутри поднимается что-то холодное, липкое. Страх. Он не боялся смерти - он боялся не успеть, не сделать то, ради чего пришёл.
  - Огонь! - крикнул он.
  Очереди ударили по ближайшему 'раптору'. Пули застучали по броне, выбивая искры, но машина даже не замедлилась. Она развернулась и открыла ответный огонь. Пули взвизгнули над головой Дерека, выбивая крошку из стены. Мелкие осколки кирпича хлестнули по лицу.
  - Цельтесь в суставы! - вспомнил Дерек слова Коннора. - В ноги и голову!
  Микаэла, занявшая позицию на третьем этаже полуразрушенного здания, выстрелила. Её пуля попала точно в сочленение ноги 'раптора'. Машина дёрнулась, заскрежетала и рухнула, подняв облако пыли.
  - Есть! - крикнула она.
  Но двое других уже приближались. Один из них выскочил прямо перед Дони. Парень едва успел откатиться в сторону, чудом избежав очереди. Он вжался в землю, закрыв голову руками, но 'раптор' уже разворачивался к нему. Дерек видел, как красный огонёк сенсора нацелился на лежащего человека.
  - Дони, в сторону! - заорал Дерек, выскакивая из укрытия.
  Он дал длинную очередь по 'раптору', привлекая внимание на себя. Машина резко повернулась к нему, и в этот момент Эмилия рванула вперёд, пытаясь зайти с фланга.
  Она почти успела.
  Короткая очередь из пушки 'раптора' прошила воздух в сантиметре от её плеча. Эмилия дёрнулась, споткнулась и упала. Кровь хлынула из раны на боку, заливая снег алым.
  - Эмилия! - крикнул Дони.
  Микаэла выстрелила снова. Пуля попала 'раптору' в голову, разнеся сенсоры. Машина замерла и рухнула.
  Последний, видя гибель собратьев, развернулся и бросился наутёк. Его шаги быстро затихли вдали.
  - Уходит! - крикнул Ривера.
  - Не догоним, - выдохнул Дерек, бросаясь к Эмилии. - Микаэла, прикрывай! Ривера, аптечку!
  Эмилия лежала на земле, зажимая рану рукой. Кровь сочилась сквозь пальцы, но, судя по всему, пуля прошла по касательной, разорвав кожу и зацепив мышцу. Дерек опустился рядом на колени. Снег тут же начал таять от тепла её тела.
  - Жива? - спросил он, разрывая упаковку бинта.
  - Кажется, да, - прошептала Эмилия, морщась от боли. - Глупая смерть была бы... от какой-то железяки.
  - Не говори так, - оборвал её Дерек. - Дони, ты как?
  Дони сидел на земле, бледный, но целый. Он смотрел на Эмилию расширенными от ужаса глазами. Губы его дрожали.
  - Я... я жив. Это она меня прикрыла.
  - Прикрыла, - подтвердил Ривера, подбегая с аптечкой. - Если бы не она, ты бы сейчас лежал с дырой в голове.
  - Спасибо, - выдохнул Дони.
  - Потом благодарить будешь, - отрезала Эмилия сквозь зубы. - Надо уходить. Если тот вернётся с подмогой, нам конец.
  Они подхватили её и потащили к машине. Микаэла прикрывала отход, держа под прицелом руины, откуда мог появиться ещё один 'раптор'. Дерек чувствовал, как тело Эмилии тяжелеет с каждым шагом.
  - Грузите её во вторую машину, - скомандовал Дерек. - Ривера, за руль. Я с вами. Микаэла, Дони - в первую, прикрываете.
  Машины рванули с места, уходя от места боя. Эмилия лежала на заднем сиденье, стиснув зубы. Дерек перевязывал её на ходу, как мог. Бинт быстро пропитывался кровью, становился тёплым и скользким.
  - Держись, - повторял он. - Держись, слышишь?
  - Слышу, - ответила она. - Не ори.
  Он посмотрел на неё. Даже сейчас, с кровью, с болью, она оставалась собой - жёсткой, несгибаемой. Но в её глазах он увидел что-то новое. Может быть, усталость. А может, что-то другое. Что-то, чего он раньше не замечал.
  
  В Пасадену въехали уже в сумерках. 'Хамви' были посечены пулями, но держались. В кузове лежали обломки 'раптора' - то, что успели собрать. Гейтс будет доволен.
  Адриана ждала у ворот. Она бросилась к Дереку, едва он вылез из машины. Её лицо было бледным, руки дрожали.
  - Живой, - обнял он её, чувствуя, как сильно она прижимается к нему. - И даже почти целый. Эмилию ранили.
  - Где она?
  Из второй машины вытаскивали Эмилию. Она была бледна, но в сознании. Рядом суетился Мигель - он выскочил из радиоузла, услышав шум. В его глазах был такой страх, какого Дерек никогда раньше не видел у этого тихого связиста.
  - Что случилось? - спросил он, вглядываясь в рану.
  - 'Раптор' достал, - коротко ответила Эмилия.
  - Надо в лазарет, быстро.
  Мигель взял её за руку, помогая идти. Эмилия не сопротивлялась. Может, от слабости, может, потому что поддержка была нужна. Дерек заметил, как она оперлась на его плечо, и как Мигель осторожно придержал её за талию, стараясь не задеть рану.
  В лазарете пахло лекарствами, потом и кровью. Медсестра, пожилая женщина с вечно усталыми глазами, быстро обработала рану, и вместе с хирургом наложила швы. Эмилия сидела на койке, стиснув зубы, пока игла входила в кожу. Она не закричала - только побелела ещё сильнее.
  - Повезло, - сказала медсестра, затягивая последний узел. - Пуля прошла по касательной, кости не задела. Ребро треснуло, но это не смертельно. Неделя-другая - и будешь как новенькая.
  - Новенькая уже не буду, - усмехнулась Эмилия. - Но ходить и воевать смогу.
  Она лежала на койке, глядя в потолок. Боль пульсировала в боку, но она привыкла терпеть. Рядом, на стуле, сидел Мигель.
  - Ты чего здесь? - спросила она.
  - Принёс тебе книгу, - он протянул потрёпанный томик. - Старая фантастика. Думал, может, почитаешь.
  - Я не читаю фантастику.
  - А зря. Там про космос и роботов. Может, найдёшь способ их побеждать.
  Она посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах мелькнуло что-то, похожее на удивление. А может, благодарность. Она и сама не знала.
  - Спасибо.
  - Не за что. - Мигель поднялся. - Я зайду позже.
  - Заходи, - тихо ответила Эмилия.
  Когда он вышел, она открыла книгу. Первая страница, вторая. Через полчаса она уже забыла о боли.
  
  Дерек и Адриана сидели у костра во дворе. Рядом пристроились Кайл и Элисон. Пламя весело потрескивало, отбрасывая тени на стены. От огня шло такое живительное тепло, что Дерек чувствовал, как расслабляются мышцы, как отпускает напряжение.
  - Расскажи, - попросила Адриана.
  Он рассказал. Про 'рапторов', про погоню, про бой, про Эмилию. Говорил спокойно, без эмоций, но Адриана чувствовала, как внутри него всё дрожит. Она положила голову ему на плечо.
  - Ты молодец, - сказала она. - Вы все молодцы.
  - Мы потеряли время, - ответил Дерек. - Завод не нашли, обломки собрали - но этого мало.
  - Мало, но хоть что-то. Гейтс разберётся.
  - Надеюсь.
  Элисон смотрела на огонь. Медведь лежал у неё на коленях. Девочка гладила его по потёртому уху и молчала. В свете костра её лицо казалось старше, чем было на самом деле.
  - Дерек, - вдруг спросила она. - А эти новые машины... они страшные?
  - Страшные, - честно ответил он. - Но мы их победили.
  - И ещё победим?
  - Обязательно.
  Она улыбнулась и прижалась к Кайлу. Тот обнял её, и они стали похожи на двух зверьков, греющихся у огня.
  Где-то в лазарете Мигель снова сидел у койки Эмилии. Она читала книгу, он молча смотрел то на нее, то в окно. Иногда она поднимала глаза и встречала его взгляд. Они не говорили - им и не нужно было.
  - Завтра придёшь? - спросила она, когда он собрался уходить.
  - Приду.
  - Хорошо.
  В небе кружили охотники. Их красные огоньки мелькали высоко в темноте, словно зловещие звёзды. Но сегодня они не снижались. Может, ждали. Может, просто наблюдали.
  Дерек смотрел на них и думал о том, что когда-то, в детстве, он любил смотреть на звёзды. Теперь звёзд не было. Только эти красные точки.
  - Пойдём, - сказала Адриана. - Тебе надо отдохнуть.
  - Пойдём.
  Они поднялись и пошли к казарме. За их спинами догорал костёр, а в небе продолжали кружить охотники.
  Война продолжалась. Но в этой войне были моменты, ради которых стоило жить.
  
  Глава 17. Тени прошлого
  Серый утренний свет пробивался сквозь запылённые окна лазарета, ложился на кафельный пол бледными прямоугольниками, в которых медленно кружились пылинки. Пахло лекарствами, хлоркой и чем-то ещё - тем особенным, тяжелым запахом, который всегда появляется там, где лежат раненые. Запах крови, пота и чужой боли - он въедался в стены, в простыни, в сам воздух.
  Эмилия открыла глаза и несколько секунд просто смотрела в потолок, собираясь с мыслями. Потолок был старый, с трещинами, кое-где облупившаяся краска свисала неровными лохмотьями. Над головой тускло горела лампа дневного света - она мерно гудела, и этот гул въедался в мозг, мешая думать.
  Бок ныл ровной, пульсирующей болью - напоминание о вчерашнем. Каждое движение отдавалось тупым ударом в рёбра, и Эмилия старалась лежать неподвижно, чтобы не тревожить рану. Она осторожно повернула голову и увидела Мигеля.
  Он сидел на стуле, придвинутом вплотную к койке, и дремал, уронив голову на грудь. Лицо его было бледным, под глазами залегли глубокие тени - похоже, он не спал всю ночь. На коленях у него лежала та самая книга, которую он принёс вчера - старый, потрёпанный томик фантастики с выцветшей обложкой. Руки Мигеля, сжимавшие книгу, были тонкими, с длинными пальцами связиста - такими пальцами удобно настраивать частоты, крутить ручки приёмников... а еще играть на пианино. Сейчас они безвольно покоились на обложке.
  Эмилия смотрела на него и чувствовала что-то странное. Этот человек, всегда тихий, незаметный, вечно сидящий в своём радиоузле среди гула приборов и треска эфира - он пришёл. И остался.
  - Ты чего здесь? - спросила она. Голос её прозвучал хрипло, и Мигель дёрнулся, открывая глаза.
  - Проснулась? - Он потёр лицо ладонями, прогоняя сон. В уголках глаз собрались капельки - то ли от усталости, то ли просто. - Воды принести?
  - Не надо. Я спросила: ты чего здесь?
  - Ну... - он замялся, провёл рукой по волосам, взлохматив их ещё больше. - Пришёл проведать. А потом заснул. Извини.
  - Глупости не говори.
  Эмилия попыталась приподняться, но боль в боку заставила её зашипеть сквозь зубы и откинуться обратно. Простыни под ней сбились, стали влажными от пота. Она зажмурилась, пережидая приступ.
  - Лежи, - Мигель осторожно коснулся её плеча. Пальцы у него были прохладные, но прикосновение было таким бережным, словно она была сделана из стекла. - Врач сказала, тебе надо отдыхать и стараться не шевелится.
  - Врач много чего говорит.
  Она посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах было что-то, чего Мигель раньше не видел. Не привычная холодность, не отстранённость - а просто... усталость? Или что-то другое? Может быть, благодарность. Эмилия не привыкла, чтобы о ней заботились. Она всегда была той, кто заботится о других.
  - Спасибо, - сказала она тихо.
  - За что?
  - За книгу. И за то, что сидел здесь.
  Мигель пожал плечами. Плечо хрустнуло - видно, затекло от неудобной позы.
  - Не за что. Ты бы для любого из нас сделала то же самое.
  - Сделала бы, - согласилась Эмилия. - Но не для каждого сидела бы всю ночь.
  Он не нашёлся, что ответить. Просто сидел и смотрел на неё, и в этом молчании было что-то такое, от чего у Эмилии вдруг защипало в глазах. Она отвернулась к стене, уставилась на облупившуюся краску, на тени, пляшущие от лампы.
  - Иди отдыхай, - сказала она. - Выспись нормально.
  - А ты?
  - Я никуда не денусь. Лежу тут, как бревно.
  Мигель усмехнулся. Усмешка вышла кривой, но тёплой.
  - Ладно. Я вечером зайду.
  - Заходи.
  Он поднялся, поправил съехавшую куртку и вышел. Дверь закрылась за ним с тихим скрипом. Эмилия закрыла глаза и вдруг поймала себя на том, что ждёт вечера. Ждёт, когда этот тихий связист снова появится в дверях.
  Странно. Очень странно.
  Она провела рукой по повязке, нащупала края бинтов. Боль немного утихла. Может быть, от того, что она перестала бороться с ней. А может, от того, что рядом был кто-то, кому она была небезразлична.
  За окном лазарета, в сером небе, мелькали охотники. Но здесь, в палате, было тихо и почти спокойно.
  
  В штабе было накурено так, что хоть топор вешай - сержант-майор не изменял своей привычке дымить как паровоз, несмотря на больные лёгкие. Даже приоткрытое окно не спасало от него. Сизый дым слоями висел под потолком, смешиваясь с запахом старой бумаги и пота. На столе, заваленном картами и документами, были разложены обломки одного из 'рапторов', привезённые Дереком. Второго, более целого, с выдранным аккумуляторным блоком уже отвезли к ученым в горы. Искореженный металл, куски брони, обрывки проводов - всё это выглядело как останки неведомого зверя.
  Коннор сидел над столом, в свете настольной лампы, и внимательно рассматривал каждый фрагмент. Рядом стояла рация, из которой доносился голос Гейтса - учёный говорил быстро, сбивчиво, видно, тоже не спал всю ночь, разбирая трофеи.
  - ...структура брони интересная, - говорил Гейтс, и в его голосе слышалось неподдельное восхищение исследователя. - Легче, чем у Т-100, но прочнее. Какой-то композит, похожий на керамику, но с металлической основой. Они явно экспериментируют с материалами. Если бы мы могли получить целый образец...
  - Что ещё? - перебил Коннор, разглядывая кусок сервопривода.
  - Сервоприводы. Они быстрее, чем у старых моделей и надежнее. Эти машины созданы для преследования. Скорость, манёвренность, но в ущерб защите. Если вы сумеете подбить 'раптора', он не встанет. У них более слабое шасси, перегрузки при падении с высоты просто разносят корпус. Но тут интересный момент: у вас два образца. Один с разрушенной сенсорной головой ваш - фактически мёртв. А второй... который доставили к нам... у него повреждён сервопривод ноги, но всё остальное цело. Ваши бойцы извлекли аккумулятор, чтобы он не дёргался, но уж слишком варварским способом... Нет чтобы просто отсоединить, так они... но в остальном это почти готовый экземпляр. Мы его уже изучаем.
  - И что еще удалось узнать?
  - Во-первых, эти машины действительно имеют продвинутую систему связи. И способны объединяться в рой, это очень плохо для нас. Они обмениваются данными в реальном времени. Но есть и хорошая новость: судя по протоколам, они не могут объединяться в группы больше семи, может восьми единиц. Видимо, это ограничение заложено в их архитектуре, чтобы избежать перегрузки каналов. Так что, если встретите больше, значит, где-то рядом есть ретранслятор или командный пункт.
  - Семь - это уже много, - заметил Коннор.
  - Много, но не безнадёжно. Ещё мы выяснили, что при повреждении конечностей эти модели не пытаются продолжать бой, а зацикливаются. Видимо, в них заложен приоритет самосохранения, но пока до конца не отлажен. Именно по этому он после повреждения не продолжил атаку, а завис. Это их слабость - можно вывести из строя, не уничтожая полностью.
  - То есть если отстрелить ногу, он замирает и пытается 'починиться'?
  - Именно. В этот момент он уязвим. Но учтите, это, судя по всему, ранние модели. В следующих версиях прошивки эту 'детскую болезнь' могут исправить.
  - Понял, доктор. Работайте дальше.
  - Работаем. Если найдём ещё что-то - сообщу. Конец связи.
  Динамик щёлкнул и затих. В комнате повисла тишина, нарушаемая только потрескиванием лампы и далёкими звуками снаружи - где-то во дворе перекликались люди, лязгал металл, урчал двигатель.
  Коннор откинулся на спинку стула и посмотрел на сержант-майора. Старик сидел в углу, попыхивая трубкой, и его лицо в клубах дыма казалось высеченным из старого камня.
  - Слышал?
  - Слышал, - кивнул сержант-майор, выпуская очередное облако. - Стая. Но хотя бы не больше семи.
  - И то хлеб. Значит, можно планировать засады. Выманивать по одному и добивать.
  - А если они начнут охотиться всемером?
  - Тогда нам придётся очень тяжело. Но будем надеяться, что до этого не дойдёт.
  Сержант-майор выпустил клуб дыма, наблюдая, как он поднимается к потолку.
  - Люди устали, Джон. Они держатся, но усталость накапливается. Вон, Дерек еле на ногах стоит, а он молодой. Что говорить о тех, кому за пятьдесят?
  - Знаю. - Коннор встал, подошёл к окну. За мутным стеклом виднелся серый двор, люди, снующие туда-сюда, грузовики, палатки. Обычная жизнь постапокалипсиса. - Поэтому нам нужно не просто воевать, а давать им надежду. Что мы не зря всё это делаем. Что есть смысл.
  - Даёшь?
  - Пытаюсь.
  Они помолчали. Где-то во дворе зачихал двигатель дизель генератора, а потом стих. Свет лампы мигнул, но не погас, включился резервный генератор. Коннор повернулся.
  - Надо отправлять группу к заводу. Где, по данным Гейтса, собирают этих 'рапторов'. Если мы узнаем, сколько их и где они базируются, сможем подготовиться. Может, даже ударить первыми.
  - Кого пошлёшь?
  - Дерека. Эмилию, если к этому времени поправится. Риверу. Микаэлу. И Дони - ему надо искупить свой страх.
  - Он не трус, - возразил сержант-майор. - Просто молодой. В его возрасте любой бы испугался.
  - Знаю. Но страх лечится только делом. Если он не пойдёт, так и будет бояться всю жизнь.
  Сержант-майор кивнул. В этом была своя правда.
  - Когда?
  - Через неделю. Эмилия скорее всего уже оклемается, подготовимся - и в путь.
  
  Дерек сидел на крыльце нового дома, греясь в лучах редкого солнца. Солнце действительно выглянуло - впервые за несколько недель. Оно было бледным, холодным, его лучи почти не грели, но сам факт его появления уже был чудом. Люди во дворе задирали головы, щурились, улыбались. Кто-то даже снял куртку и подставил лицо свету.
  Дерек смотрел на это и думал о том, что когда-то, в детстве, он не замечал солнца. Оно было просто частью жизни, как воздух или вода. Теперь каждый луч - событие.
  Рядом села Адриана. Она была в своей обычной куртке, но лицо её тоже было обращено к небу.
  - Не замёрз? - спросила она.
  - Нет. Тепло.
  - Ты про солнце?
  - Про всё.
  Она взяла его за руку. Пальцы у неё были холодными, но он сжал их крепче, стараясь передать своё тепло.
  - Как там Эмилия? - спросила Адриана.
  - Нормально. Врач сказал, через неделю - две встанет. Мигель от нее не отходит. Сидел у неё всю ночь.
  - Мигель? - удивилась Адриана. - Тот связист? Тихий такой?
  - Тот самый. - Дерек усмехнулся. - Кто бы мог подумать, что у них такое... возникнет. Я всегда думал, что Эмилия вообще ни к кому не привяжется.
  - Люди раскрываются по-разному. Иногда для этого нужна встряска. Пуля, которая прошла в сантиметре от жизни, меняет многое.
  - Наверное.
  Они помолчали, глядя на новый дом. Там, за стенами, слышались голоса, детский смех, стук инструментов. Жизнь налаживалась. Кто-то вбивал гвозди, кто-то таскал доски, кто-то просто сидел на скамейке и грелся на солнце.
  - Как тут у вас? - спросил Дерек.
  - Нормально. Контрразведка работает, людей проверяем потихоньку. Ничего подозрительного пока нет. Тот Хуан, который сбежал, больше не появлялся. То ли правда ушёл, то ли затаился где-то. Мы его ищем, но пока безрезультатно.
  - Может, он просто испугался?
  - Может. Но на всякий случай мы усилили патрули.
  - Правильно.
  - А с жильём как?
  - Люди обживаются. Конечно, не курорт, но лучше, чем в палатках. Майк и Денни тут постоянно, помогают с ремонтом. Дети уже в школу бегают - профессор ведёт уроки. Сегодня даже солнечное затмение обсуждали.
  - Солнечное затмение?
  - Ну, как объяснить детям, что солнце иногда появляется.
  Дерек улыбнулся.
  - Хорошо.
  Адриана посмотрела на него. В её глазах была тревога, которую она старалась скрыть.
  - А ты как? После вчерашнего?
  - Нормально, - ответил Дерек. - Привык уже.
  - К такому не привыкают.
  - Привыкают. Или умирают.
  Она прижалась к нему, спрятала лицо у него на плече.
  - Не говори так.
  - Правду говорю. - Он вздохнул, чувствуя, как пахнут её волосы - дымом, улицей, чем-то родным. - Но сегодня я живой. И это главное.
  Солнце медленно уползало за тучи. Опять наступала серость. Тени становились длиннее, воздух - холоднее.
  - Пойдём, - сказала Адриана. - Холодает.
  - Пойдём.
  Они поднялись и пошли в дом, где их ждали люди, которым они были нужны.
  
  Вечером Мигель снова пришёл в лазарет. Эмилия читала - ту самую книгу, которую он принёс. Старый, потрёпанный томик, на обложке которого красовалась ракета и звёзды. Она подняла глаза, когда он вошёл, и на её лице мелькнуло что-то похожее на улыбку - редкое выражение для неё.
  - Опять здесь?
  - Опять, - кивнул он, усаживаясь на стул. Стул жалобно скрипнул под ним. - Не выгонишь?
  - Не дождёшься.
  Он улыбнулся. В свете тусклой лампы его лицо казалось усталым, но спокойным.
  - А работать кто будет?
  - Рация работает и без меня. Мигель-младший там сидит.
  - У тебя есть сын?
  - Племянник. Сестры. Она погибла в первые дни, а он выжил. Чудом, наверное. Теперь живёт здесь, в Пасадене. Тринадцать лет, помогает на кухне. Хороший парень, толковый. Математику любит, как и я когда-то.
  - Я не знала.
  - Ты много обо мне не знаешь.
  Эмилия посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах было что-то новое - не холод, не настороженность, а интерес.
  - Расскажи.
  И он рассказал. О том, как жил до войны, работал на телевидении, сидел в аппаратной, крутил ручки, настраивал частоты. О том, как встретил Судный день в студии - прямо во время прямого эфира. О том, как выбрался из здания, когда оно уже горело. О том, как нашёл племянника в руинах их дома, под обломками, живого, но перепуганного насмерть. О том, как они скитались, как прибились к группе выживших, потом пришли сюда, здесь и осели.
  Она слушала молча, не перебивая. Когда он закончил, спросила:
  - А у тебя кто-нибудь остался? Кроме племянника?
  - Только он. И теперь вы все. - Он обвёл рукой лазарет. - Вы.
  Она взяла его за руку. Ладонь у него была тёплой, чуть влажной, с мозолями от работы.
  - Не уходи сегодня.
  - Не уйду.
  Он остался. Сидел рядом, держал её за руку, и они молчали. Иногда молчание говорит больше, чем слова. За окном, в темноте, кружили охотники, но здесь, в маленькой палате, было тепло и спокойно. Лампочка мерно гудела, отбрасывая на стены длинные тени.
  Эмилия закрыла глаза, чувствуя тепло его руки. Боль в боку утихла, или она просто перестала её замечать.
  - Мигель, - прошептала она.
  - Ммм?
  - Спасибо, что ты есть.
  Он не ответил. Только сжал её руку чуть крепче.
  
  Вечером во дворе снова зажгли костёр. Дрова трещали, искры взлетали в темноту и гасли, не долетев до земли. Дерек и Адриана сидели рядом, глядя на огонь. Рядом пристроились Кайл и Элисон. Пламя освещало их лица, делало их мягче, добрее.
  - Сегодня хорошо, - сказал Кайл, подбрасывая в огонь ветку. - Солнце было.
  - Было, - согласилась Элисон.
  - Ты видела?
  - Видела.
  Она смотрела на пламя, и в её глазах отражались искры. Медведь лежал у неё на коленях, и она машинально гладила его по потёртому уху.
  - Элисон, - позвал Кайл. - Ты чего?
  - Думаю.
  - О чём?
  - О том, что будет дальше.
  Дерек посмотрел на неё. Девочка взрослела. Ей уже не пять, а почти восемь. И она видела слишком много для своего возраста - смерть, войну, боль. Но в её глазах всё ещё горел тот свет, который был у детей, не познавших зла.
  - Не бойся, - сказал он. - Мы справимся.
  - Я не боюсь. - Она подняла на него глаза. - Просто иногда вижу сны. Странные. Там есть люди с железными лицами и красными глазами. Они ходят среди нас, и никто не знает, что они не люди.
  Дерек переглянулся с Адрианой. Такие сны снились Элисон и раньше, и они всегда сбывались.
  - Это просто сны, - сказал он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
  - Может быть. - Элисон снова уставилась в огонь. - А может, нет.
  Кайл обнял её.
  Где-то в лазарете Мигель и Эмилия сидели молча, держась за руки. Где-то в новом доме Майк и Денни пили чай и вспоминали старые времена, когда они с Дереком колесили по дорогам и ещё не знали, что такое настоящая война. Где-то в штабе Коннор и сержант-майор планировали новые операции.
  
  Ночью Коннор стоял на крыше и смотрел на звёзды - вернее, на то место, где они должны были быть. Вместо звёзд над головой кружили охотники, их красные огоньки иногда мерцали в темноте, словно зловещие созвездия. Но сегодня они держались на почтительном расстоянии, не снижались.
  Холодный ветер трепал волосы, забирался под куртку. Коннор стоял неподвижно, вглядываясь в темноту. Где-то там, за горами, за лесами, Скайнет планировал новые атаки. Где-то там строились новые машины.
  - Не спится? - к нему подошёл сержант-майор, опираясь на костыль. Старик тоже смотрел на небо.
  - Думаю.
  - О чём?
  - О том, что Гейтс сказал. Стая. Если они начнут охотиться вместе, нам придётся туго. Мы не сможем отбиваться поодиночке.
  - Значит, надо бить их поодиночке. Пока они не собрались. Выслеживать и уничтожать.
  - Согласен. - Коннор повернулся к нему. - Через неделю отправляем группу к заводу. Надо разведать, сколько их там и где база. Может, даже удастся заложить взрывчатку.
  - Кого?
  - Дерека, Эмилию... навероное, Риверу, Микаэлу, Дони.
  - Эмилия ещё не оклемалась.
  - Я в неё верю.
  Сержант-майор кивнул. В это верили все.
  - А ты?
  - Я останусь здесь. Координировать. И готовить оборону на случай, если они сунутся сюда.
  - Правильно.
  Они помолчали. Ветер завывал в вентиляционных трубах, где-то далеко залаяла собака.
  - Знаешь, - вдруг сказал сержант-майор, - я иногда думаю: а что, если мы всё это делаем зря? Если они всё равно победят?
  - Не победят, - твёрдо ответил Коннор. - Пока мы есть, у них нет шанса.
  - Оптимист.
  - Реалист. Я знаю, что будет, если мы проиграем. Поэтому мы не проиграем.
  Сержант-майор усмехнулся.
  - Ладно, иди спать. Завтра будет тяжёлый день.
  - Завтра всегда тяжёлый день. - Коннор улыбнулся. - Но послезавтра может быть легче.
  Он спустился с крыши, а старик ещё долго стоял, глядя на небо, где кружили охотники. Потом и он ушёл.
  Война продолжалась. Но надежда оставалась.
  
  Глава 18. В осаде
  Утро встретило группу непривычно ярким светом. Солнце, которое ещё вчера лишь робко проглядывало сквозь тучи, сегодня залило двор базы лучами. Люди жмурились, щурились, но никто не жаловался. Снег во дворе заметно осел, обнажив пятна мокрой земли, из которой там и тут торчали прошлогодние травинки - мёртвые, бурые, но всё же напоминающие о том, что когда-то мир был зелёным. Где-то на крыше даже зачирикала птица - первая за многие месяцы. Дерек поймал себя на мысли, что не слышал птичьего пения уже... сколько? Лет пять, шесть? А может, и больше.
  Вот так живёшь и не замечаешь, что птицы исчезли, - подумал он. - А когда появляются - удивляешься, как ребёнок.
  Дерек стоял у 'Хамви', проверяя снаряжение. Все как обычно. Действия с годами вевшиеся в подкорку и ставшие привычкой. Автомат, три магазина, гранаты, сухпай, аптечка. Всё как всегда, но сегодня каждое движение давалось с особенной тщательностью. Он поймал себя на том, что в который раз проверяет магазины, хотя знал, что они полны. Спокойствие, - приказал он себе. - Нервозность передаётся группе.
  Рядом готовились остальные. Таня возилась с разгрузкой, подгоняя лямки. Она заметно нервничала, хотя старалась этого не показывать. Раньше она всегда была на вторых ролях, прикрывала, обеспечивала связь. Теперь предстояло идти в самое пекло. Пальцы её дрожали, когда она поправляла ремни.
  - Готова? - спросил Дерек.
  - Готова, - ответила она, но голос дрогнул.
  - Не дрейфь. В Сан-Диего мы все через это прошли. Ты справишься.
  - Я не дрейфлю. Просто... ответственно. Эмилия бы лучше справилась.
  - Эмилия сейчас в лазарете, а ты здесь. Значит, судьба. - Дерек посмотрел ей в глаза. - Ты стреляешь не хуже её. А соображаешь даже быстрее. Просто не привыкла командовать.
  - Я и не командую. Ты командуешь.
  - Вот и слушайся меня. И будет всё хорошо.
  Сказал бы я себе это лет пять назад, - усмехнулся он про себя. - Когда сам в первый раз в бой шёл. Тоже, наверное, так же дрожал.
  Микаэла, как всегда, сидела на капоте, ухаживая за оптикой снайперской винтовки, убирая с нее несуществующие пылинки. Её зелёные глаза скользнули по Тане, и она коротко кивнула - мол, всё будет нормально. В этом кивке было что-то успокаивающее, почти материнское. Странно, - подумал Дерек. - Она всегда казалась такой отстранённой, а сейчас... заботится.
  Ривера в сотый раз проверял двигатель, хотя тот работал как часы. Он что-то бормотал себе под нос. Дони переминался с ноги на ногу, но уже не так нервно, как в прошлый раз. Видно, что по немного привыкал.
  Из дверей лазарета вышла Эмилия. Она двигалась осторожно, придерживая рукой бок, но стояла прямо. Лицо было бледным, но глаза горели привычным холодным огнём. Рядом с ней шёл Мигель, готовый подхватить, если она оступится.
  - Дерек, - окликнула она.
  Он подошёл.
  - Врач сказал, что если я сейчас пойду..., в общем не пускают, - сказала она без предисловий. Голос её звучал ровно, но в глазах плескалась такая злость, что Дерек невольно отступил на полшага. - И рана откроется. Так что...
  - Ты остаёшься, - кивнул с легкой улыбкой Дерек. - Я понял. Таня справится. Она толковая. И Микаэла в случае чего прикроет.
  - Справится.
  Они помолчали. Эмилия посмотрела на группу, потом снова на Дерека. В её взгляде было что-то, чего он раньше не видел. Не приказ, не холодная уверенность - а... просьба? Она редко кого-то просит, - понял Дерек. - А сейчас просит. За них.
  - Присмотри за ними.
  - Всегда присматриваю.
  Мигель подошел ближе к Эмилии, встал рядом. Она не отстранилась, наоборот - чуть заметно оперлась на его плечо. Жест был таким естественным, что Дерек на мгновение замер. Кто бы мог подумать, что эти двое... Но думать об этом было некогда.
  - Выздоравливай, - сказал Дерек. - Мы вернёмся, а ты ещё навоюешься.
  - Знаю. - Она криво усмехнулась. - Но сидеть в лазарете, пока вы там... это хуже, чем под пулями.
  - Терпи.
  Группа погрузилась в машины. Дерек сел за руль первой, рядом с ним Таня. Микаэла и Дони во второй, Ривера за рулём. Моторы взревели, и колонна выехала за ворота.
  Эмилия смотрела вслед, пока машины не скрылись за поворотом.
  - Вернутся, - тихо сказал Мигель.
  - Знаю. - Она взяла его за руку. - Пойдём. Надо радио послушать.
  Они ушли в лазарет, а солнце всё светило, заливая базу тёплым, почти летним светом. Где-то на крыше снова зачирикала птица.
  Жизнь продолжается, - подумал Дерек, выезжая на трассу. - Даже здесь. Даже сейчас.
  
  Дорога на восток была знакомой, но что-то изменилось. Снега стало меньше. В низинах уже образовались лужи, и машине приходилось объезжать их, чтобы не застрять. Воздух был сырым, но не таким колючим, как раньше. Пахло талой водой и прелой листвой - запахами, которые Дерек почти забыл. В детстве я ненавидел этот запах, - вспомнил он. - Слякоть, грязь, вечно мокрые ноги. А теперь... теперь это пахнет жизнью.
  - Теплеет, - заметил Ривера по рации. В его голосе слышалось что-то среднее между удивлением и тревогой. - Второй год подряд замечаю. В прошлом марте ещё сугробы были по пояс.
  - Хорошо или плохо? - спросил Дони.
  - И хорошо, и плохо. Хорошо - меньше мёрзнуть. Плохо - талая вода может затопить подвалы, где у людей запасы. И банды активнее становятся, когда тепло. И звери просыпаются.
  - Какие звери?
  - Всякие. В лесах, в горах. Они тоже есть хотят.
  Дерек молчал, всматриваясь в дорогу. Где-то там, впереди, был завод, где собирали 'рапторов', а может и еще кого-то похуже. Данные Гейтса указывали примерный район, но точных координат не было. Ривера вёл по памяти, периодически ориентируясь по старым картам.
  Интересно, что он чувствует? - подумал Дерек, глядя машину Риверы через лобовое стекло. - Летал над этими местами, видел их живыми. А теперь ведёт нас по руинам.
  - Таня, - позвал Дерек. - Как самочувствие?
  - Нормально, - ответила она, но голос выдавал напряжение. - Просто... здесь как-то пусто. Слишком тихо.
  - Это хорошо. Значит, никого нет.
  - Или они затаились.
  - Тоже вариант.
  Она права, - подумал Дерек. - Тишина бывает обманчивой. Особенно здесь.
  Они проехали ещё километров двадцать. Пейзаж становился всё более мрачным. Разрушенные дома, все больше остовов от сгоревших машин, искореженный ржавый металл. Здесь когда-то шли бои - не с машинами, а с людьми. Слишком много гильз, слишком много следов от пуль на стенах. На одном из перекрёстков висела табличка, прибитая к столбу: 'Здесь была банда Мясников. Если читаешь это - мы ушли. Но не факт, что не вернёмся'.
  Люди, - вздохнул Дерек. - Всегда найдут, из-за чего поссориться. Даже когда общий враг у ворот.
  - Банды, - прокомментировал Ривера. - Местные делили территорию. Видать, не поделили.
  - Не поделили? - переспросила Таня.
  - Видишь? - он указал на груду останков, присыпанных землёй и обломками. - Поделили. Теперь это ничья земля.
  Машины осторожно объезжали место побоища. В воздухе витал запах тлена, даже несмотря на еще не полностью сошедший снег. Дони отвернулся, стараясь не смотреть.
  - Бывал здесь? - спросил его Ривера.
  - Нет. Но слышал. Про эту банду. Была довольно крупной по местным меркам. Говорят, они человек сорок держали в подчинении. Пока не перессорились.
  - Люди, - вздохнул Ривера. - Всегда найдут, из-за чего поссориться.
  К вечеру они въехали в зону мелких разрушенных городков. Дорога стала хуже - асфальт превратился в крошево, приходилось объезжать огромные ямы. Скорость упала до пятнадцати километров в час.
  - Надо искать место для ночлега, - сказал Ривера вызвав Риза по рации. - Скоро стемнеет, а в темноте мы тут колёса переломаем.
  - Согласен. Присмотри место.
  Они нашли полуразрушенный придорожный мотель. Двухэтажное здание с частично обвалившейся крышей, но с крепкими кирпичными стенами. Внутри было пусто, только ветер гулял по пустым комнатам.
  - Машины за здание, - скомандовал Дерек. - Микаэла, ищи позицию на крыше. Дони, организуй дозор. Таня, Ривера - проверьте здание.
  Они быстро обустроились. Микаэла забралась на уцелевший кусок крыши, откуда открывался хороший обзор. Дони занял позицию у входа. Остальные устроились в комнате без окон, где можно было зажечь свет без риска быть замеченными.
  - Есть хотите? - спросил Ривера, доставая сухпай.
  - Давай, - кивнул Дерек. - Только быстро.
  Они перекусили в темноте, почти не разговаривая. Каждый думал о своём. Дерек смотрел на Таню и видел, как она сжимает автомат, даже когда ест.
  - Отдохни, - сказал он ей. - Я пока подежурю.
  - Я в порядке.
  - Отдохни, - повторил он. - Завтра будет тяжёлый день.
  Она кивнула и облокотившись на какой-то мешок закрыла глаза.
  
  Дерек стоял на посту, вглядываясь в темноту. Луна иногда пробивалась сквозь облака, заливая руины призрачным светом. Было тихо. Слишком тихо.
  Он уже начал клевать носом, когда услышал звук. Тихий, едва различимый. Что-то скреблось по асфальту.
  Дерек насторожился, вглядываясь в темноту. Звук повторился - ближе.
  - Таня, - шепнул он. - Проснись.
  Она открылась мгновенно, как будто и не спала.
  - Что?
  - Там что-то есть.
  Они прислушались. Теперь звуки стали отчётливее - чьи-то шаги, тяжёлое дыхание, редкое рычание.
  - Звери, собаки? - прошептала Таня.
  - Не похоже на собак.
  Из темноты выступили силуэты. Крупные, сгорбленные, с длинными мордами. Они двигались на четырёх лапах, но их тела были неестественно большими. Шерсть свалялась, глаза горели зелёным в лунном свете.
  - Что это? - выдохнула Таня.
  - Волки, - ответил Дерек, не веря своим глазам. - Но таких я никогда не видел.
  Их было пятеро. Они окружили мотель, принюхиваясь, скаля зубы. Огромные, с загривками, торчащими как у гиен.
  - Буди всех, - тихо сказал Дерек. - Только тихо.
  Таня скользнула внутрь. Через минуту все были на ногах, оружие наготове.
  - Волки? - переспросил Ривера, выглядывая в щель. - Таких волков не бывает.
  - Теперь бывает, - ответила Микаэла. - Радиация.
  - Они нападут?
  - Голодные, точно нападут.
  Волки тем временем приближались. Они явно чуяли людей, но не решались нападать на укреплённое здание. Один из них, самый крупный, подошёл почти вплотную и зарычал, глядя прямо на Дерека.
  - Уходи, - прошептал Дерек. - Уходи, не надо.
  Волк оскалился, но не двинулся с места.
  - Если они пойдут в атаку, - сказал Ривера, - нам придётся стрелять. А выстрелы привлекут всё, что есть в округе.
  - Знаю.
  Минуты тянулись бесконечно. Волки кружили вокруг мотеля, иногда замирая и принюхиваясь. Люди затаили дыхание.
  Наконец вожак развернулся и неторопливо потрусил прочь. Остальные последовали за ним.
  - Ушли, - выдохнул Дони.
  - Пока да, - ответил Дерек. - Но они вернутся. Чуют добычу.
  - Что делать?
  - Не спать. Всем быть наготове.
  Они простояли так до рассвета. Волки больше не появлялись, но их вой иногда доносился из темноты - то близко, то далеко. Никто не сомкнул глаз.
  Когда небо начало светлеть, Дерек позволил себе выдохнуть.
  - С рассветом уходим. Надо найти завод и вернуться. Здесь долго задерживаться становится слишком опасно.
  Таня сидела на полу, сжимая автомат. Глаза её были красными от усталости, но в них горела решимость.
  - Ты как? - спросил Дерек.
  - Нормально. - Она покачала головой. - Что это были за твари?
  - Мутанты. Скайнет уничтожает города, а радиация делает своё дело с животными. А так как их численность ни кто не контролирует, то скоро их будет много, если конечно пищи хватит...
  - Значит, теперь у нас новый враг?
  - Не новый. Просто ещё один.
  Они собрались и через час уже были в дороге. Усталые, не выспавшиеся, но живые.
  
  Дорога петляла между холмами. Скорость приходилось держать низкой - слишком много препятствий. К полудню они въехали в зону, где когда-то был небольшой городок. Руины, занесённые снегом и грязью.
  И вдруг услышали гул. Низкий, тяжёлый, вибрирующий. Не такой, как у охотников. Другой. Мощнее. Он шёл откуда-то из-за холмов, нарастал, давил на уши, заставлял сердце биться чаще.
  - Стоять! - крикнул Дерек в рацию. - Всем замереть! Машины не глушить, но не двигаться!
  Колонна замерла. Дерек вылез из кабины, вглядываясь в небо. Таня последовала за ним, автомат наготове. Гул нарастал, становился почти невыносимым.
  Что это? - пронеслось в голове. - Никогда такого не слышал.
  Из-за холмов показалась махина - огромная, неуклюжая, похожая на гибрид вертолёта и грузового самолёта. Два винта по бокам впереди, еще два поменьше сзади, грузовой отсек. Она шла низко, метрах в двухстах над самой землёй, и в её чреве, сквозь решетчатые борта угадывались очертания машин - ряды тёмных силуэтов, подвешенных на креплениях.
  - Твою мать, - выдохнул Ривера, тоже выбравшись из машины. - Это что за хрень?
  - Очень похоже, что это транспортник, - ответил Дерек, не отрывая взгляда от неба. Скайнет перебрасывает войска. Как десант. Как армия.
  - Куда? - прошептала Таня.
  - Не знаю. Но явно не в гости.
  Машина прошла мимо. Её тень накрыла группу на несколько секунд, и в этот момент Дерек разглядел детали - створки грузового отсека, антенны на корпусе, тускло мерцающие огни. Она была огромной. Намного больше всего, что они видели раньше. Если такие начнут летать каждый день... - мысль оборвалась, не успев сформироваться. Страшно было даже думать.
  - Не стрелять, - приказал Дерек, хотя никто и не думал. - Бесполезно. Мы ей не повредим. Только себя выдадим.
  Транспортник уходил на восток, его гул стихал, растворяясь в сером небе. Тишина, наступившая после него, казалась оглушительной.
  - Куда они? - спросил Дони, когда тишина вернулась.
  - Возможно туда же, куда и мы, - мрачно ответил Дерек. - Или еще дальше. К базе.
  - Значит, нас там встретят?
  - Если повезёт - нет. Если нет... будем импровизировать.
  Группа загрузилась обратно. Настроение упало. Теперь они знали, что враг где-то рядом, и что их миссия стала ещё опаснее. Таня сидела молча, сжимая автомат так, что побелели костяшки.
  - Таня, - позвал Дерек. - Дыши.
  - Я дышу.
  - Чаще. А то посинеешь.
  Она попыталась улыбнуться, но вышла кривая гримаса.
  - Всё будет хорошо, - сказал он. - Мы не в первый раз.
  - В первый без Эмилии.
  - Эмилия сейчас в тепле и безопасности. А мы здесь. Значит, мы должны сделать так, чтобы она не зря там сидела.
  Таня кивнула, но страх в глазах остался. Страх - это нормально, - подумал Дерек. - Страх помогает выжить. Главное - чтобы он не парализовал.
  Он посмотрел в окно на проплывающие мимо руины. Сколько ещё таких миссий впереди? Сколько ещё раз придётся смотреть в небо и гадать, что там летит?
  Ответа не было.
  
  К вечеру они въехали в зону, где когда-то был очередной небольшой городок. Теперь - руины, разграбленные, заброшенные, занесённые снегом и грязью. Узкие улочки, с брошенными машинами, создавали идеальные условия для засады. Дерек вёл машину осторожно, стараясь не шуметь. Каждый шорох, каждый скрип подвески отдавался в ушах, как выстрел.
  Здесь можно спрятать целую армию, - подумал он, оглядывая руины. - И мы даже не узнаем, пока не начнут стрелять.
  - Микаэла, видишь что-нибудь? - спросил он в рацию.
  - Пока нет. Но здесь есть где спрятаться. Будьте готовы.
  - Всегда готовы.
  Готовы ли? - усмехнулся он про себя. - К такому вообще можно быть готовым?
  Они миновали церковь, выгоревший супермаркет, нет не от попадания, просто кому то захотелось его поджечь, груду машин, стоявших неподалеку и сгоревших вместе с ним. И вдруг - движение.
  Из-за угла выскочили два 'раптора'. Они двигались быстро, их красные сенсоры горели в сером сумраке, как глаза хищников. Один замер на секунду, сканируя пространство, второй рванул вперёд.
  - Контакт! - заорала Микаэла. - Слева! Два!
  Сердце Дерека пропустило удар, а потом забилось где-то в горле. Началось.
  - Огонь! - крикнул он.
  Он выскочил из машины, занял позицию у стены. Рядом упала Таня, вскидывая автомат. Микаэла уже била с крыши хамви подняв люк как защиту, Дони и Ривера рассредоточились, прикрывая фланги.
  Очереди ударили по ближайшему 'раптору'. Пули застучали по броне, выбивая искры. Машина дёрнулась, но не остановилась. Она прицелилась и открыла ответный огонь. Пули взвизгнули, выбивая крошку из стены в сантиметре от головы Дерека. Мелкие осколки кирпича хлестнули по лицу.
  Больно. Значит, живой.
  - В суставы! - вспомнил Дерек слова Коннора. - Цельтесь в ноги и голову! Не тратьте патроны на броню!
  Таня выстрелила. Её пуля попала в коленный сустав 'раптора'. Машина заскрежетала, споткнулась и рухнула, подняв облако пыли.
  - Есть! - крикнула она, но радость быстро сменилась ужасом - второй 'раптор' уже целился в неё.
  - Таня, в сторону! - заорал Дерек, выскакивая из укрытия.
  Он дал длинную очередь по машине, привлекая внимание на себя. 'Раптор' повернулся к нему, и в этот момент Дерек увидел его красный глаз - холодный, немигающий, сфокусированный прямо на нём. Сейчас умру, - мелькнуло в голове. - Вот так просто.
  Но Микаэла выстрелила первой. Пуля попала точно в красный сенсор - машина дёрнулась, потеряла ориентацию и начала палить вслепую.
  - Дони, заходи справа! - крикнул Ривера. - Я слева!
  Они перебегали от укрытия к укрытию, поливая 'раптора' огнём. Машина пыталась развернуться, но её движения становились всё хаотичнее. Одна из пуль попала в сервопривод ноги - 'раптор' замер на секунду, словно задумавшись, и рухнул.
  - Чисто! - крикнул Ривера.
  - Проверьте! - Дерек перезарядился, оглядываясь.
  Микаэла быстро осмотрела поверженные машины.
  - Один добит, второй... тоже. Но у этого сенсор цел. Может, Гейтсу пригодится?
  - Вынимай, - кивнул Дерек. - Быстро.
  Таня стояла на подгибающихся ногах, глядя на то, что осталось от 'рапторов'. Лицо её было белым как мел.
  - Таня, - позвал Дерек. - Ты как?
  - Я... нормально. - Она сглотнула. - Попала.
  - Ещё как попала. Молодец.
  - Я думала, он меня...
  - Думать будешь потом. Сейчас - работаем.
  Она справилась, - подумал Дерек, глядя, как Таня помогает Микаэле вырезать уцелевший блок. - В первом настоящем бою - и справилась. Горжусь.
  Руки её дрожали, но она справлялась. Это пройдёт, - подумал Дерек. - Первый страх всегда самый сильный. Потом привыкаешь.
  А надо ли привыкать? - спросил он себя. - Привыкать к убийству?
  Ответа у него не было.
  
  Завод нашёлся через час. Он стоял в низине, окружённый колючей проволокой и бетонными блоками. Из труб валил густой чёрный дым, смешиваясь с серым небом, с которого накрапывал дождик. Внутри угадывалось движение - силуэты, вспышки сварки, лязг металла.
  Дерек поднял бинокль, лёжа на крыше стоящего поодаль здания. Рядом замерли Таня и Микаэла. Ривера и Дони остались внизу, прикрывая подходы и охраняя машины.
  - Т-400, - прошептал он. - Сходят с конвейера.
  Их там десятки, - подумал он. - Десятки машин, которые скоро пойдут убивать людей.
  Они наблюдали. В сборочном цехе работали люди - или 'серые', или обычные техники, которых заставили. Роботы-манипуляторы ставили детали, искрила сварка, готовые машины выстраивались в ряд у погрузочной платформы.
  - Сколько их? - спросила Таня.
  - Десятка два, может, больше. И это только те, что уже готовы. На конвейере ещё штук пять.
  - Нам туда?
  - Нет. Наша задача - разведка, а не диверсия. - Дерек достал камеру. - Дони, поднимайся. Снимай всё.
  Дони подполз, начал записывать. Данные, координаты, примерное количество. Камера фиксировала каждый момент.
  - Ещё один транспортник, - указала Микаэла.
  Действительно, на площадке за заводом стоял такой же транспортник, либо тот же самый, который они видели в небе. Его грузовой отсек был открыт, и внутрь загоняли новенькие Т-400. Машины заходили по аппарели, одна за другой, словно солдаты, грузящиеся в десантный корабль.
  - Уходят, - сказал Ривера по рации. - Перебрасывают куда-то.
  - Куда?
  - Не знаю. Но теперь знаем, что они могут перемещаться быстро. Это плохо.
  - Ещё как плохо, - согласился Дерек. - Если они начнут перебрасывать силы так же быстро, как мы передвигаемся на машинах, нам конец.
  Он смотрел, как последний Т-400 исчезает в чреве транспортника. Створки закрылись, двигатели взревели, и махина медленно поднялась в воздух.
  - Улетает, - прошептала Таня.
  - Снимай, - приказал Дерек. - Направление, курс, всё, что можно.
  Дони заснял взлёт. Транспортник набрал высоту и ушёл на северо-восток, скрывшись за облаками.
  - Хватит, - сказал Дерек. - Уходим. Мы знаем достаточно.
  Знаем ли? - подумал он, спускаясь с крыши. - Мы знаем только то, что враг становится сильнее. И что мы почти ничего не можем с этим сделать.
  Группа скрылась в руинах, оставив завод за спиной. Но в голове у каждого остался образ - огромная машина, уносящая армию машин туда, где их ждали новые битвы.
  
  В Пасадену машины въехали поздно вечером третьего дня. Солнце уже село, но небо ещё светилось странным оранжевым оттенком - редкое зрелище в этом мире вечной серости. Усталость навалилась на всех свинцовой тяжестью. Два дня без нормального сна, бой, мутанты, транспортник - всё смешалось в голове в один сплошной кошмар.
  Эмилия ждала у ворот, опираясь на костыль - Мигель притащил ей трость, чтобы легче было стоять. Рядом с ней стояла Адриана.
  - Живы! - выдохнула Эмилия, когда машины остановились.
  - Живы, - Дерек вылез из машины, обнял сначала Адриану, потом осторожно - Эмилию. - И даже почти целые.
  - Что там? - спросила Адриана, вглядываясь в его усталое лицо.
  - Потом расскажу. Сначала - к Коннору. У нас много новостей. И плохих, и очень плохих.
  Они вошли в штаб. Коннор уже ждал, рядом находился сержант-майор с неизменной трубкой. Гейтс и Харрис были на связи по радио.
  - Докладывай, - сказал Коннор.
  Дерек рассказал всё. Про мутантов, про транспортник, про засаду, про завод, про Т-400, про то, как машины грузили и увозили на северо-восток. Дони показал записи.
  - Они перебрасывают силы, - закончил Дерек. - Куда-то на восток. Или на север. У них есть логистика, есть транспорт. Они могут ударить где угодно.
  Коннор задумался. Тишина в комнате становилась тяжёлой.
  - Гейтс, - сказал он наконец. - Что скажешь?
  - Если они начали переброску, - голос учёного звучал напряжённо, - значит, готовят крупную операцию. Возможно, против крупных анклавов. Нам нужно узнать, куда именно.
  - Значит, новая экспедиция?
  - Скоро. Но не сегодня.
  Дерек вышел во двор, где его ждала Адриана. Таня уже ушла. Микаэла и Дони разгружали трофеи.
  - Ты как? - спросила Адриана.
  - Нормально. Устал.
  - Пойдём. Я чай согрела. И бутерброды остались.
  - Пойдём.
  Они ушли в дом, а на базе жизнь продолжалась. Где-то в лазарете Мигель сидел у койки Эмилии, и она рассказывала ему про бой. Где-то в новом доме Майк и Денни пили чай и обсуждали, что будет дальше. А в небе кружили охотники, но сегодня они держались на расстоянии.
  Война продолжалась. Но надежда оставалась.
  Надежда - это всё, что у нас есть, - подумал Дерек, засыпая. - Надежда и те, кто рядом.
  
  Глава 19. Каньон Дьявола
  Несколько недель пролетело после возвращения группы Дерека, словно одно мгновенье. Сначала все отсыпались и разбирали трофеи. Потом постоянные совещания и планирования затягивающиеся до середины ночи, проработка тактики, новые данные от мобильных групп разведки, которые тоже видели транспортники, причем не с роботами, а с живыми людьми. Ночами, когда Дереку удавалось выкроить несколько часов на сон - перед глазами вставали красные глаза 'рапторов' и тени мутантов в лунном свете. Каждое закрытие век приносило новые обрывки кошмаров: лязг металла, вой волков, холодный немигающий взгляд машины, нацелившейся прямо в лицо.
  Он вставал, пил воду, снова ложился. В итоге просто сидел на койке, глядя в серый прямоугольник окна, за которым медленно разгорался рассвет.
  Очередное утро выдалось серым, но в этот раз без дождя. Воздух постепенно становился ещё теплее, днем обычно было градусов пять, не меньше. Впервые за многие месяцы Дерек почувствовал, что ему жарко в плотной куртке. Он расстегнул молнию, вдохнул влажный, пахнущий оттаявшей землёй воздух. Где-то далеко, за руинами, закаркала ворона - противно, настойчиво, но этот звук был лучше, чем тишина.
  Снег почти сошёл, обнажив мокрую, чавкающую под ногами землю. Подошвы ботинок вязли в грязи, оставляя глубокие следы. Дерек сидел на крыльце нового дома, пил горький травяной чай - Адриана заваривала его из каких-то листьев, собранных когда-то давно, - и смотрел, как Кайл учит Элисон стрелять из мелкокалиберной винтовки.
  - Выше локоть, - командовал Кайл. - Целься в центр. Не дёргай спуск, плавно нажимай.
  - Я целюсь, - отвечала Элисон, щурясь. Солнце, хоть и слабое, всё же слепило глаза после месяцев серости.
  Выстрел. Пуля ушла в молоко, взбив фонтанчик грязи далеко от мишени.
  - Ничего, - утешил Кайл. - В следующий раз получится. Ты просто ещё не привыкла к свету.
  - У неё получится, - улыбнулась подошедшая Адриана, садясь рядом с Дереком и забирая у него кружку, чтобы сделать глоток. - Ты сам в её возрасте хуже стрелял.
  - Я? - возмутился Кайл. - Да я в пять лет...
  - В пять лет ты боялся темноты, - оборвал его Дерек, даже не поворачивая головы. - И под кроватью у тебя монстры водились. Не ври.
  Кайл покраснел до корней волос, но спорить не стал. Элисон хихикнула, прикрывая рот ладошкой. Медведь, уже не такой лохматый, как раньше, сидел рядом на скамейке и 'наблюдал' за стрельбами.
  - Только мне давно уже не пять лет, - вдруг серьезно произнесла девочка, - уже почти девять....
  Из штаба выбежал Мигель. Он выглядел взволнованным, даже больше, чем обычно. Лицо его раскраснелось, дыхание сбилось - видно, бежал от самого радиоузла.
  - Дерек! - крикнул он, запыхавшись. - Коннор зовёт. Срочно. Там... там пришли какие-то люди.
  - Люди? - Дерек нахмурился, ставя кружку на перила. - С востока?
  - С севера. Говорят, что с севера. Вроде учёные. - Мигель перевёл дух. - Странные такие. В форме, но не военной. С какими-то значками.
  Дерек вскочил, бросив взгляд на Адриану. Та молча кивнула - иди, я присмотрю.
  В штабе было накурено так, что хоть топор вешай - сержант-майор не изменял своей привычке. Сизый дым слоями висел под потолком, смешиваясь с запахом разогретого сургуча - Мигель где-то нашёл более точные военные карты и теперь заклеивал на них прорехи.
  Коннор сидел за столом, перед ним сидели двое незнакомцев - мужчина и женщина. Оба в потрёпанной, но чистой одежде, с нашивками, которые Дерек узнал не сразу. Атом. Символ радиации. Три лепестка на жёлтом фоне. Такие значки он видел только на старых фотографиях в интернете, ещё до войны.
  - Это он, - сказал Коннор, кивая на вошедшего Дерека. - Командир разведки. Дерек Риз. Если кто и сможет провести вас туда и обратно, то это он.
  Мужчина поднялся со стула. Лет пятидесяти, седина в волосах, умные, усталые глаза, обведённые тёмными кругами. Руки его слегка дрожали - то ли от недосыпа, то ли от постоянного напряжения.
  - Доктор Эмилио Васкес, - представился он, протягивая руку. Пожатие было крепким, но ладонь - сухой и горячей. - Бывший главный инженер АЭС Diablo Canyon. А это моя коллега, доктор Лиана Ким.
  Женщина кивнула. Она была моложе, лет тридцати, с короткой стрижкой и цепким взглядом, который, казалось, сканировал всё вокруг - стены, людей, карты. На коленях у неё лежал потрёпанный рюкзак, из которого торчали какие-то трубки и провода.
  - Мы не одни пришли, - сказал Васкес. - С нами ещё один. Радж Сингх, наш программист. Он сейчас в лазарете - ногу сильно подвернул.
  - Садитесь, - Коннор указал на стулья. - Рассказывайте. Только коротко и по делу. У нас мало времени.
  Васкес переглянулся с Ким, потом начал. Говорил он тихо, но каждое слово падало в тишину штаба, как камень в воду:
  - Вы знаете, что такое Diablo Canyon?
  - Атомная станция на побережье, - ответил Дерек, присаживаясь на подоконник. - Километров триста к северу.
  - Двести девяносто пять, - поправила Ким, если мерить от ЭлЭй, не поднимая глаз. В её голосе слышалась привычка к точности. - Если по прямой. По дорогам - около трёхсот пятидесяти.
  - Мы там работали, - продолжил Васкес. - До Судного дня. Когда началась война, станцию заглушили автоматикой. Реакторы встали, топливо в бассейнах выдержки остывало. Первые два года всё было нормально - резервные дизели работали, системы охлаждения функционировали. Мы даже думали, что пронесёт. Но потом...
  - Потом начались проблемы, - подхватила Ким, и в её голосе впервые проскользнуло что-то человеческое - усталость. - Топливо в бассейнах греется. Это как... как если оставить чайник на плите и забыть про него. Только этот чайник размером с дом. Если насосы остановятся, произойдёт перегрев, потом пожар, потом выброс. Весь регион от Санта-Барбары до мексиканской границы станет зоной отчуждения. На десятки, а может и сотни лет.
  - Сколько у вас времени? - спросил Коннор. Голос его звучал ровно, но Дерек заметил, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих край стола.
  - Месяцы, - глухо ответил Васкес. - Может, полгода. Дизели работают на остатках топлива. Мы растягивали как могли, но запасы не бесконечны. Если бы мы могли запустить хотя бы один реактор...
  - Не можем, - отрезала Ким. - Без специалистов, без запчастей, без защиты. Это самоубийство.
  - А почему вы ушли? - вмешался сержант-майор, выпуская клуб дыма. - Я правильно понимаю, что не только топливо вас сюда привело?
  Васкес кивнул. Глаза его на мгновение закрылись, словно он переживал заново то, о чём собирался рассказать.
  - Месяц назад к станции пришли люди. В серых комбинезонах, с оружием. Они пытались проникнуть в машинный зал, вскрыть щиты управления. Мы отбились - у нас есть несколько человек охранников, бывших военных. Но они вернулись через неделю. Уже с техникой. С машинами.
  - Т-1? - спросил Дерек.
  Ким подняла глаза. - Мы не знаем точных моделей. Но они были... разные. Одни на гусеницах, другие на ногах. Мы ушли тайком, через старые технические тоннели, которые вели в горы. Больше двух недель шли пешком, пока не наткнулись на ваш патруль, с нами еще был Марк Лебовски, один из охранников, он сказал, что слышал вашу передачу по радио, сказал, что вы поможете, но... два дня назад он погиб... На нас напала стая каких-то огромных собак, и он помог нам добежать до дома и прикрывал нас, но потом... выстрелы... его крики... он не успел к нам....
  - 'Серые', и мутанты - тихо сказал Дерек, и это слово повисло в воздухе, как приговор.
  - Похоже на то, - согласился Коннор. - Скайнет нужна станция. Энергия. Или топливо.
  - Или они хотят устроить катастрофу, - добавила Ким, и в её голосе Дерек услышал то, чего не ожидал от учёного - ненависть. - Если взорвать реактор, радиоактивное облако накроет всё побережье. Лос-Анджелес, Сан-Диего, все города и поселения на тысячи километров.
  - Им не придётся с нами воевать - они просто выжгут всю землю вместе с населяющими ее людьми, не разбираясь бандиты это или мирные жители.
  В комнате повисла тишина. Сержант-майор выпустил клуб дыма, и он медленно пополз к потолку, смешиваясь с тенями. Где-то во дворе закричал ребёнок. Обычный, мирный крик. И от этого контраста у Дерека мурашки побежали по коже.
  - Что нужно, чтобы предотвратить катастрофу? - спросил Коннор, и его голос вернул всех к реальности.
  - Наладить охлаждение, - ответил Васкес. - Починить насосы, обеспечить подачу воды. И защитить станцию от тех, кто хочет её уничтожить. Это не навсегда, но даст нам время. Годы, может быть.
  - Это возможно?
  - Да. Если у нас будут люди, запчасти и время. - Васкес посмотрел на Дерека. - И, если вы сможете нас туда провести.
  Коннор задумался. Потом посмотрел на Дерека.
  - Новая экспедиция. На север. К станции.
  - Когда? - спросил Дерек, хотя ответ уже знал.
  - Как только подготовимся. Дней через пять.
  Дерек кивнул. Внутри всё сжалось. Ещё одна дорога. Ещё одна опасность. И где-то там, за триста километров, ждала станция, которая могла взорваться в любой момент.
  - Мы все идем с вами, - сказал Васкес. - Мы знаем станцию как свои пять пальцев, и без нас там будет ничего не сделать, автоматика не даст. Нужны наши допуски. Да и охрана вас одних не пропустит.
  - Хорошо, - Коннор встал, давая понять, что разговор окончен. - Разместите их, накормите, дайте отдохнуть. Завтра начнём планировать. Мигель, подыщи им место в новом доме.
  Мигель кивнул и жестом позвал учёных за собой. Ким, проходя мимо Дерека, остановилась на секунду.
  - Вы правда думаете, что это возможно? - тихо спросила она. - Дойти туда, отбить станцию, починить её?
  - Не знаю, - честно ответил Дерек. - Но пробовать надо. Если не попробуем, точно не получится.
  Женщина кивнула и вышла.
  
  Вечером у костра собрались все свои. Дерек, Адриана, Кайл, Элисон, Таня, Микаэла. Пришли и новые - Васкес и Лиана Ким. Они сидели чуть поодаль, словно, не решаясь до конца поверить, что они в безопасности.
  Пламя костра плясало, отбрасывая на лица тёплые оранжевые блики. Дрова потрескивали, искры улетали в темнеющее небо, где уже зажигались первые, редкие звёзды. Пахло дымом и мясом - кто-то раздобыл банку тушёнки и теперь разогревал её на углях.
  - Расскажите, - попросила Элисон, глядя на учёных с любопытством. Она сидела, поджав ноги, и гладила медведя, который лежал у неё на коленях. - Как там, на станции?
  - Страшно, - честно ответила Ким. В свете костра её лицо казалось мягче, чем днём. - Гул машин, запах озона, и всё время думаешь: а что, если сейчас рванёт? Первое время я вообще спать не могла. Каждый звук казался предвестником конца.
  - А вы не боялись?
  - Боялись. Но работали. - Ким улыбнулась, и в этой улыбке было что-то почти детское. - Знаешь, когда ты работаешь в таком месте, ты привыкаешь к тому, что твоя работа может убить. Но ты надеешься, что твои знания помогут этого избежать.
  Кайл подбросил дров в костёр. Искры взметнулись к небу, и на секунду показалось, что они смешались со звёздами.
  - А почему вы не ушли раньше? - спросил он.
  - Думали, что справимся, - ответил Васкес, помешивая тушёнку самодельной ложкой. - И надеялись, что помощь придёт. Знаешь, есть такое чувство - ответственность. Когда ты отвечаешь за то, что может убить тысячи людей, ты не можешь просто взять и уйти.
  - Помощь пришла, - улыбнулась Адриана, кладя руку на плечо Дереку. - Мы.
  Лиана посмотрела на неё, потом на Дерека.
  - Вы правда пойдёте с нами?
  - Пойдём, - ответил он, чувствуя, как Адриана чуть крепче сжала его плечо. - Не в первый раз идти туда где чувствуется запах смерти.
  - Многие не возвращаются?
  Дерек помолчал. Вспомнил лица тех, кто остался навсегда в руинах Сан-Диего, в ледяной пустыне, в аэропорту, тех кто не вернулся с заданий. - Многие. Но мы возвращаемся.
  Костер трещал, освещая усталые, но решительные лица. Где-то в темноте завыла собака - или, может быть, волк. Элисон вздрогнула и прижалась к Кайлу.
  - Не бойся, - сказал он. - Они далеко.
  - Я не боюсь, - ответила она, но медведя прижала крепче.
  Где-то в небе мелькнула точка - охотник. Все замерли, вглядываясь в темноту. Но сегодня он прошёл мимо, даже не снизившись.
  - Просто смотрит, - тихо сказала Микаэла, не отрывая взгляда от неба. - Собирает данные.
  - Пусть смотрит, - ответил Дерек. - Мы всё равно будем делать своё дело.
  Ночь опустилась на базу, укрывая её темнотой и тишиной. Где-то в лазарете горел свет - Мигель сидел у койки Эмилии, читая ей вслух старую книгу. А здесь, у костра, люди просто были вместе. И этого было достаточно.
  
  На следующий день Коннор собрал совещание. В штабе, помимо обычных лиц, сидели Васкес и Ким. На столе лежала карта побережья - старая, довоенная, с выцветшими линиями и пометками.
  - Вот здесь, - Васкес ткнул пальцем в точку на карте, чуть севернее Санта-Барбары. - Diablo Canyon. Расстояние от Лос-Анджелеса - около трёхсот километров. Если двигаться на машине по побережью, дорога займёт часа два-три, если не будет завалов.
  - Два, три? Доктор, у нас вообще-то апокалипсис случился. Хайвеев нет, а там, где остались с ветерком не покатаешься... Дорога в одну сторону на машинах минимум два дня. Это если не будет проблем... Но проблемы будут, если в округе серые и машины. Территория? - спросил Коннор, разглядывая карту.
  - До войны - заповедник. Красивые места, горы, океан. Сейчас - ничья земля. Банды, мародёры, возможно, как вы говорите машины. Мы шли лесами, старались не высовываться. Дороги там разбиты, мосты кое-где обрушены.
  - 'Серых' видели только у станции?
  - Да. Похоже, они только недавно её обнаружили. Или, может быть, знали о ней с самого начала, но не могли добраться.
  Коннор повернулся к Дереку.
  - Состав группы: ты, Таня, Микаэла, Ривера, Дони. Плюс Васкес и Ким. Семеро. Хватит? Эмилия не поправилась?
  - Хватит, Эмилия рвется в бой, но брать ее не будем, не совсем еще здорова. Без нее справимся - ответил Дерек. - Если действовать осторожно.
  - Когда выступаем?
  - Через три-четыре дня. Надо подготовить машины, боеприпасы, снаряжение. Запчасти по списку, на счет них нужно потрясти Коула. И взрывчатку - на всякий случай. - Коннор помолчал. - Если придётся уничтожить станцию, чтобы она не досталась машинам..., но тогда из штата нужно будет быстро уходить, оставив всю территорию им. Патовая ситуация...
  - Если не останется выбора, - твёрдо сказал Дерек. - Но лучше этого избежать.
  - Лучше. Станция в рабочем состоянии нужна всем. - Коннор кивнул. - Готовьтесь.
  - Да, кстати, Васкес, Радж Сингх сегодня полетит в группу к нашим яйцеголовым, считайте, что он прикомандирован на другой объект. Его знания можно использовать в более нужном русле, чем с боем прорываться на станцию.
  Совещание закончилось. Дерек вышел во двор, где его ждала Адриана. Солнце снова выглянуло, и в его лучах база казалась почти мирной.
  - Опять уходишь? - спросила она.
  - Опять.
  - Я с тобой.
  - Нет. - Он взял её за руку. - Ты нужна здесь. Контрразведка, люди, Хуан этот... И потом, - он посмотрел ей в глаза, - если с нами что-то случится, кто-то должен остаться и присмотреть за Каилом и Эллисон. Ты.
  - Не говори так. - Она прижалась к нему, спрятала лицо у него на плече. Дерек чувствовал, как пахнут её волосы - дымом, улицей, чем-то родным.
  - Возвращайся.
  - Всегда возвращался.
  
  Дни подготовки пролетели в хлопотах. Машины проверяли, грузили ящики со взрывчаткой, с патронами, водой, сухпайками. Васкес и Ким объясняли, что может понадобиться на станции - насосы, клапаны, кабели, изолента, сварочный аппарат. Дони всё записывал в потрёпанный блокнот и потом передавал Коулу.
  Эмилия, уже почти здоровая, ходила по базе и злилась, что не может идти с группой.
  - В следующий раз, - успокаивал её Мигель, идя рядом.
  - Когда этот следующий раз будет? - огрызалась она, но в голосе не было злости - только досада.
  - Скоро. Война не кончается.
  Таня готовилась к новому рейду. Теперь она держалась увереннее, хотя в глазах всё ещё читалась тревога.
  - Ты молодец, - сказал ей Дерек, когда они вместе проверяли оружие. - В прошлый раз справилась.
  - Справилась. - Она вздохнула, проверила магазин. - Но легче не стало.
  - Не станет. Просто привыкнешь.
  - Это хорошо?
  - Не знаю. Но выжить помогает.
  Вечером перед выездом Кайл и Элисон подошли к Дереку. Солнце садилось, заливая базу оранжевым светом - редкое зрелище.
  - Возьми, - Элисон протянула медведя. - Он тебя уже два раза спасал. И от 'рапторов', и от волков.
  - Спасал, - согласился Дерек, пряча игрушку в карман куртки. - Спасибо, малыш.
  - Ты вернёшься? - спросил Кайл. Голос его звучал ровно, но в глазах читалось то, что он старался скрыть - страх.
  - Всегда возвращался.
  - Я знаю. Но спросить надо.
  Дерек обнял брата. Кайл был уже почти такого же роста, тринадцать лет и постоянные физические нагрузки сказывались, и в этом объятии чувствовалась не детская хрупкость, а мужская сила.
  - Присматривай за ними, - сказал Дерек.
  - Присмотрю.
  Утром группа погрузилась в два 'Хамви'. Дерек за рулём первой, с ним Таня и Васкес. Во второй - Микаэла, Дони, Ривера и Ким. Моторы взревели, и колонна выехала за ворота.
  Адриана смотрела вслед, пока машины не скрылись за поворотом. Солнце светило, и в его лучах пыль, поднятая колёсами, казалась золотой.
  - Вернутся, - сказал подошедший Мигель.
  - Знаю. - Она вытерла слезу, которую не могла сдержать. - Но всё равно страшно.
  Война продолжалась. Но надежда оставалась.
  
  Глава 20. Дорога на север
  Утро перед выездом встретило группу привычной суетой. Два 'Хамви' стояли урчали двигателями и звук эхом отражался от стен нового дома. Дони проверял ящики с запчастями, сверяя со списком, какие-то железки мягко позвякивали, когда он перекладывал их из одного ящика в другой. Таня грузила медикаменты и перевязочные пакеты.
  Микаэла, как всегда, ждала сидя на капоте, держа в руках снайперскую винтовку. Её зелёные глаза скользили по двору, оценивая происходящее, но сама она оставалась неподвижной, словно изваяние.
  Дерек стоял чуть поодаль, перебирая в памяти карту маршрута. Под ногами хрустел мелкий гравий - он периодически переминался с ноги на ногу, сам того не замечая. Триста пятьдесят километров по разбитым дорогам, через зоны, где орудовали банды, а теперь добавились мутанты и патрули машин. Дорога займёт минимум два дня, а скорее - три. Нужно будет ночевать в пути, искать укрытия, выставлять дозоры.
  Где-то за стеной послышался звонкий детский смех - Элисон, кажется, снова дразнила Кайла. Дерек невольно улыбнулся.
  - Волнуешься? - Адриана подошла бесшумно, только лёгкий шорох одежды выдал её приближение. Она коснулась его плеча, и этот жест был таким привычным, таким родным, что Дерек на мгновение закрыл глаза.
  - Есть немного. - Он обернулся, и под ногой снова хрустнул камешек. - Не за себя. За них. - Дерек кивнул на Васкеса и Ким, которые стояли у второй машины, переговариваясь с Дони. Голоса учёных звучали тихо, но взволнованно - они явно обсуждали какие-то технические детали. - Учёные. Под пулями не были, мутантов видели один раз, и перепугались до жути... Да еще и слышали, как их человека схарчили. Как бы не подвели в решающий момент.
  - Ты их научишь. - Адриана улыбнулась, и в её голосе звучала такая уверенность, что Дерек невольно расправил плечи. - Ты умеешь.
  - Научить можно всему, было бы желание. Главное, чтобы пока не научились не растерялись.
  К ним подошёл Коннор. Его шаги были твёрдыми, но Дерек заметил, как скрипнула под ним половица крыльца - даже лидеры иногда выдают своё волнение. Лицо его было сосредоточенным, под глазами залегли тени - последние дни он почти не спал, координируя подготовку.
  - Взрывчатка у Дони, - сказал он без предисловий. - Запчасти по списку Коул выдал, всё проверили. Связь каждый вечер, в одно и то же время. Если пропадёте - искать будем, но лучше не пропадайте.
  - Постараемся. - Дерек взял у него рацию, проверил батарею. Пластик корпуса тихо щёлкнул, когда он закрывал крышку.
  - Ещё вот. - Коннор протянул свёрток. - Карты. Старые, но точные. Васкес и Ким отметили места, где можно спрятаться, где лучше не соваться, но не факт что вы будете двигаться их же маршрутом, поэтому смотрите по обстановке.
  - Спасибо.
  Они обменялись рукопожатием. Ладонь Коннора была сухой и тёплой.
  Из дверей лазарета вышла Эмилия. Она уже ходила без повязки, но двигалась осторожно - рёбра ещё побаливали. Каждый неосторожный шаг отдавался импульсом боли и изредка появлялся на ее лице. Рядом шёл Мигель, готовый подхватить, и его куртка тихо шуршала при каждом движении.
  - Дерек, - окликнула она.
  Он подошёл.
  - Присмотри за ними. - Эмилия кивнула в сторону группы. - Таня вон уже глазёнками сверкает, но, если что - подстрахуй.
  - Всегда подстраховываю.
  - Знаю. - Она криво усмехнулась. - Завидую. Сама бы пошла, но...
  - Выздоравливай. На твою долю ещё хватит.
  Кайл и Элисон стояли у крыльца, не решаясь подойти. Наконец девочка решилась, подбежала к Дереку. Её шаги были лёгкими, почти неслышными, но Дерек уловил их по шороху. Она протянула медведя.
  - Возьми, - сказала она серьёзно. - Он тебя уже спасал. И от 'рапторов', и от волков. Снова спасёт.
  - Спасал, - согласился Дерек, пряча игрушку в карман куртки. Медведь был мягким и тёплым - наверное, Элисон всю ночь держала его в руках. - Спасибо, малыш.
  - Я уже не малыш, - нахмурилась Элисон. - Мне почти девять.
  - Для меня всегда малыш.
  Кайл молча обнял брата.
  - Присматривай за ними, - сказал Дерек.
  Группа погрузилась в машины. Двери 'Хамви' захлопнулись с тяжёлым, глухим стуком. Дерек сел за руль первой, рядом с ним Таня и Васкес. Во второй - Микаэла, Дони, Ривера и Ким. Моторы взревели, и колонна выехала за ворота.
  Адриана смотрела вслед, пока машины не скрылись за поворотом и звук двигателей постепенно не затих вдали. Солнце светило, и в его лучах пыль, поднятая колёсами, казалась золотой.
  - Вернутся, - сказал подошедший Мигель. Его голос звучал тихо, почти шепотом.
  - Знаю. - Она вытерла слезу, которую не могла сдержать. - Но всё равно страшно.
  
  Дорога на север была знакомой лишь первые километров двадцать. Потом начались места, где Дерек никогда не бывал. Разбитые дороги, заваленные обломками, приходилось объезжать по полям. Местами снег уже сошёл, но земля была мокрой и вязкой. Грязь чавкала под колёсами, иногда так сильно, что машины начинали буксовать, и тогда слышался противный визг покрышек.
  - Чёрт, - выругался Дерек, когда 'Хамви' в очередной раз зарылся в жижу.
  Дони и Таня вылезали подталкивать. Их ботинки увязали в грязи, и каждый шаг сопровождался хлюпающим звуком. Дони матерился сквозь зубы, толкая машину, а Таня молча упиралась плечом в борт.
  - Весело, - прокомментировал Ривера по рации. В его голосе слышалась усмешка. - В прошлом году в этот период тут ещё можно было проехать нормально. А теперь... тепло весна, мать её.
  - Весна - это хорошо, - ответил Дерек, выжимая газ. Двигатель взревел, колёса заскрежетали по камням раскидывая грязь в разные стороны, и машина наконец выскочила на более твёрдый участок. - Теплее.
  - Теплее - это хорошо. Грязь - плохо.
  К полудню они выбрались на более-менее ровный участок. Дорога шла вдоль холмов, покрытых редким кустарником. Васкес, сидевший рядом с Дереком, молчал, только иногда подсказывал направление, и тогда его палец тихо стучал по стеклу, указывая нужный поворот.
  - Долго ещё до места, где вы шли? - спросил Дерек.
  - Если по карте, то к вечеру будем у первых ориентиров, - ответил учёный. - Там, где мы наткнулись на мутантов.
  - Расскажите.
  Васкес помолчал, собираясь с мыслями. Слышно было только его дыхание и мерный гул двигателя.
  - Мы шли уже десятый день. Устали, припасы кончались. Марк, наш охранник, заметил их первым. Сначала думали, что собаки. Потом поняли - нет. Слишком крупные, слишком... злые. Они шли за нами долго, ждали, когда мы выдохнемся. А потом напали.
  - Сколько их было?
  - Пятеро. Марк отстреливался, прикрывал нас. Мы побежали. А он... - Васкес сглотнул. - Мы слышали его крики. И выстрелы. А потом тишина.
  Дерек молча кивнул. В салоне повисла тишина, нарушаемая только шумом мотора и шорохом шин по гравию.
  - Мы похороним его, если будет возможность, - сказал он. - Когда вернёмся.
  - Спасибо.
  Машины ехали дальше. Где-то в небе мелькнула тень - охотник, но он прошёл стороной, не снижаясь. Только гул двигателей на мгновение стал громче, а потом стих.
  К вечеру они въехали в зону, где когда-то был небольшой посёлок. Руины домов, сгоревшие машины, тишина. Только ветер иногда шелестел обрывками жести на крышах. Дерек выбрал место для ночлега - большой практически целый гараж с крепкими стенами и покатой крышей.
  - Машины внутрь, - скомандовал он, когда открыл ворота, и его голос глухо отразился от бетонных стен пустого помещения. - Дони, организуй дозор. Микаэла, ищи позицию наверху. Таня, проверь окрестности.
  Все быстро засуетились. Шаги гулко отдавались в пустом гараже, где-то под ногами хрустело битое стекло. Дони забрался на крышу, и оттуда посыпалась мелкая крошка.
  Васкес и Ким сидели в стороне, не зная, чем помочь. Ким нервно теребила край куртки, и этот тихий шорох выдавал её волнение.
  - Отдыхайте, - сказал им Дерек. - Завтра будет тяжёлый день.
  - Мы можем помочь, - возразила Ким.
  - Поможете, когда дойдём до станции. А пока - отдыхайте и не мешайте. И наблюдайте что делаем мы. Знания ненужными не бывают.
  Она хотела возразить, но Васкес тронул её за плечо.
  - Он прав. Мы там будем нужнее.
  Ночь прошла спокойно. Мутанты не появлялись, только где-то далеко выли волки - или то, во что они превратились. Дерек почти не спал, прислушиваясь к каждому звуку: шорох ветра, скрип старой балки, тихое дыхание спящих.
  
  На утро двинулись дальше. Дорога становилась всё хуже, местами приходилось пробираться через завалы, объезжать глубокие овраги. К полудню они выехали на открытый участок, и Ривера вдруг резко затормозил.
  - Стоять!
  Дерек выскочил из машины, вскидывая автомат. Затвор щёлкнул, становясь на место. Впереди, метрах в ста, виднелись останки - человеческие и не только. Трупы лежали вповалку, среди них - несколько туш огромных волков.
  - Твою мать, - выдохнул Дони.
  - Это здесь, - тихо сказал Васкес, выходя из машины. Его ботинки мягко ступали по земле, но Дерек слышал, как дрожит его голос. Он смотрел на место, и лицо его стало серым. - Здесь погиб Марк.
  Они подошли ближе. Под ногами хрустели ветки, камни, ещё что-то, о чём лучше было не думать. Тела мутантов были изрешечены пулями, но и человеческих останков было много. Не меньше десятка.
  - Кто это? - спросила Таня.
  - Не знаю. - Дерек осмотрелся. - Похоже, здесь была засада. Марк отбивался, а потом подоспели... кто-то.
  - Или что-то, - добавила Микаэла, указывая на следы гусениц.
  Машины. Т-1 или Т-100. Глубокие борозды в земле, там, где тяжёлая техника прошла по мягкому грунту.
  - Они пришли после боя? - спросил Ривера.
  - Или во время. - Дерек нахмурился. - Надо уходить. Здесь может быть опасно.
  Они обыскали тела, забрали оружие, патроны, но ничего ценного не нашли. Только на одном из обезображенных трупов - жетон с надписью: 'Марк Лебовски'. Васкес молча взял его, спрятал в карман. Металл тихо звякнул, ударившись о пуговицу.
  - Мы вернёмся за ним, - сказал Дерек. - Обещаю.
  Они поехали дальше, оставив позади место бойни. Настроение упало. Ким сидела молча, глядя в окно. Только её пальцы выбивали нервную дробь по колену.
  - Они были людьми, - вдруг сказала она. - Те, кто погиб. Просто пытались выжить.
  - Все пытаются выжить, - ответил Дерек. - Кому-то везёт, кому-то нет.
  - А нам?
  - Мы ещё живы. Значит, пока везёт.
  
  Вторую ночь решили не останавливаться в руинах - слишком опасно. Нашли старую ферму на отшибе, с крепким каменным домом и сараем. Машины загнали в сарай, сами устроились в доме. Старые половицы скрипели под ногами, где-то на чердаке ухала сова.
  - Сегодня дежурим по двое, - распределил Дерек. - Первыми - я и Микаэла. Потом Таня и Дони. Ривера и учёные отдыхают.
  Ночь была тихой. Слишком тихой. Дерек сидел у окна, всматриваясь в темноту. Стекло было холодным, и он старался не касаться его лицом. Микаэла устроилась на чердаке, откуда открывался хороший обзор. Иногда по рации слышалось её дыхание - она проверяла связь.
  - Что-то не так, - сказала она по рации. - Слишком тихо. Даже волки не воют.
  - Может, затаились.
  - Может.
  Часа через два Дерек услышал звук. Едва различимый, далёкий. Потом ещё один. Шаги. Много шагов. И приглушённые голоса.
  - Микаэла, - шепнул он. - Смотри.
  Она всмотрелась в темноту.
  - Вижу. Тени. Много.
  Дерек разбудил остальных. Все замерли, вглядываясь в ночь. Кто-то случайно задел пустую бутылку, и она покатилась по полу с противным стеклянным звоном. Все замерли.
  Из темноты выступили силуэты. Люди. Вооружённые, в разномастной одежде, с факелами. Они двигались цепочкой, явно направляясь к ферме. Слышен был шорох одежды, приглушённые голоса, редкий кашель.
  - Бандиты, - прошептал Ривера. - Человек пятнадцать, не меньше.
  - Что им надо? - спросила Таня, и голос её дрогнул.
  - То же, что и нам. Укрытие, еда, топливо. Или они идут по следам машин.
  Дерек быстро оценил ситуацию.
  - Не стрелять, если не нападут. Может, пройдут мимо.
  Но бандиты не прошли. Они остановились в сотне метров от фермы, явно обсуждая, стоит ли лезть. Доносились обрывки фраз: '...там кто-то есть', '...машины видели', '...может, свои'.
  - Видят нас, - сказала Микаэла разглядывая пришедшую группу в ПНВ. - У них есть бинокль.
  - Приготовиться к бою,- скомандовал Дерек. - Но без команды не стрелять.
  Затворы щёлкнули почти бесшумно, но в ночной тишине этот звук показался оглушительным. Ким затаила дыхание - Дерек слышал, как она пытается дышать тише.
  Минуты тянулись. Бандиты переговаривались, потом один из них отделился и пошёл к ферме, подняв пустые руки. Его шаги гулко отдавались в тишине.
  - Эй, хозяева! - крикнул он. - Мы не враги! У нас бабы и дети! Пустите переночевать!
  Дерек переглянулся с Риверой.
  - Проверим, - сказал он. - Таня, прикрой.
  Он вышел наружу, держа автомат наготове. Свет луны выхватил из темноты его фигуру, и Дерек на мгновение замер, давая глазам привыкнуть.
  - Стоять. Кто такие?
  - Мы с востока, - ответил мужчина. Голос его звучал устало, но искренне. - Банда Мясников наших добила, мы ушли. Теперь вот скитаемся.
  - Сколько вас?
  - Четырнадцать. Пятеро баб, остальные мужики. Есть дети.
  Дерек посмотрел на него долгим взглядом.
  - Оставайтесь на месте. Я посмотрю.
  Он прошёл к группе. Действительно, женщины, дети, несколько мужиков с охотничьими ружьями. Усталые, грязные, но не похожие на бандитов. Дети жались к матерям, и Дерек слышал, как один из них тихо плачет.
  - Ладно, - сказал он. - Ночуйте в доме. Утром уходите. И без глупостей.
  - Спасибо, - выдохнул мужчина. - Спасибо, добрый человек.
  Бойцы Дерека собралась и перешла в сарай к машинам. Ночь прошла на удивление спокойно. Только иногда из дома доносился детский плач или приглушённые голоса. Утром быстро собралась группа ушла, оставив в благодарность банку тушёнки и пачку галет.
  - Люди, - усмехнулся Ривера. - Всегда найдутся.
  - И всегда будут проблемы, - добавил Дерек. - Едем дальше.
  
  К полудню третьего дня они въехали в зону, где ландшафт начал меняться. Появились холмы, поросшие редким кустарником, а вдалеке угадывалась синева океана. Ветер донёс запах соли - впервые за многие годы.
  - Близко, - сказал Васкес. - Ещё километров пятьдесят.
  - К вечеру будем? - спросил Дерек.
  - Если повезёт.
  Им не повезло. Через час вдалеке показался блокпост. В бинокль виднелись бетонные блоки, перегораживающие дорогу почти наполовину, колючая проволока, и часовой. В сером комбинезоне без опознавательных знаков.
  - Серые, - выдохнула Ким.
  - Назад, - скомандовал Дерек. - Быстро, но тихо, не привлекаем внимание.
  Машины развернулись и ушли в сторону, скрывшись за холмами. Только шорох шин выдавал их присутствие, но большое расстояние вряд ли позволило серому услышать их.
  - Они здесь, - сказал Дони. - У станции.
  - Другой дороги нет, только через технические тоннели, но там и человеку то тяжело проходить, а уж запчасти тем более не пронесем, - произнес задумчиво Васкес.
  - Значит, прорываться будем с боем, - ответил Дерек. - Но сначала надо разведать. Сегодня ночью пойдём посмотрим пешком.
  Они нашли укрытие в небольшом овраге, замаскировали машины ветками, брезентом и мусором. Ветки шуршали, когда их набрасывали на капоты. Дождались темноты.
  - Я, Микаэла и Дони идём на разведку, - сказал Дерек. - Остальные - здесь, в готовности. Если не вернёмся через три часа - уходите к базе.
  - Я с вами, - вызвалась Таня.
  - Нет. Ты нужна здесь. Прикрывать.
  Они ушли в ночь, растворившись в темноте. Только тихий шелест одежды и осторожные шаги выдавали их присутствие. Дерек шёл первым, стараясь ступать бесшумно. Под ногами иногда хрустели мелкие камешки, и каждый такой звук заставлял его замирать.
  
  Блокпост оказался серьёзнее, чем думали. Несколько позиций, патрули, прожектора. Но главное - станция. В темноте чуть дальше заграждения угадывались её очертания - огромные купола реакторов, трубы, административные здания. Ветер доносил запах чего-то непонятного.
  - Сколько их? - прошептал Дони, и его голос прозвучал слишком громко в ночной тишине.
  - Человек двадцать, - ответила Микаэла, вглядываясь в прицел. - Плюс техника. Вижу два Т-1 у входа.
  - Плохо, - сказал Дерек. - Но не безнадёжно.
  Они наблюдали ещё час, запоминая расположение постов, маршруты патрулей, выискивали слабые места. Иногда со стороны блокпоста доносились голоса - серые переговаривались между собой. Один из патрульных прошёл так близко, что Дерек слышал, как под его ногами хрустит мелкий мусор.
  - Завтра ночью пойдём на прорыв, - решил Дерек, когда они отошли на безопасное расстояние. - Сейчас - назад. Нужно когото через канализационные стоки отправить, пусть пошумят на станции, отвлекут внимание.
  Они вернулись в лагерь, где их ждали с тревогой. Ким подскочила при их появлении.
  - Ну что? - спросил Ривера.
  - Завтра штурмуем, - ответил Дерек.
  Все молча кивнули. Ким сжала кулаки так, что костяшки побелели.
  - Мы сделаем это, - тихо сказала она. - Должны.
  - Сделаем, - согласился Дерек. - Или умрём..., нужно пробраться на станцию, нужен отвлекающий маневр.
  - Я думаю что мы с Лианой можем пойти, мы уже ходили этим путем, только проводить нас сможет кто-нибудь, а то вдруг опять мутанты появятся, - произнес задумчиво Васкес.
  Ночь опустилась на лагерь, укрывая его темнотой и тишиной. Где-то в небе кружили охотники, но сегодня они держались на расстоянии. Только ветер шелестел в кустах да редкие камни скатывались с холма, нарушая безмолвие.
  
  Глава 21. Призраки станции
  Новое утро выдалось пасмурно серым, но в этот раз обошлось без дождя. Группа собралась в овраге, скрытая от чужих глаз небольшим склоном и густым кустарником, начавшим зеленеть. Дерек разложил карту на капоте 'Хамви', рядом стояли Таня, Микаэла, Ривера, Дони, Васкес и Ким.
  - Итак, еще раз повторим наш план, - начал Дерек, обводя взглядом собравшихся. - Васкес и Ким идут через технические тоннели к станции. Дони провожает их до входа и незамедлительно возвращается обратно. Учёные должны найти охрану и персонал станции, который, по словам Васкеса, может прятаться в подвальных помещениях. Их задача - подготовить станцию к нашему прорыву и, если получится, начать ремонт насосов. Но правда без запчастей они ничего не сделают, хотя могут начать разбирать корпуса, сливать масло или что там еще нужно делать...
  - Запчасти у нас, - напомнил Дони, кивнув на ящики в машине. - Целый список от Коула.
  - Именно. Поэтому сначала мы должны прорваться на станцию и доставить груз. А для этого нам нужна помощь изнутри. - Дерек посмотрел на Васкеса. - Сколько людей может быть на станции?
  Васкес задумался.
  - До Судного дня там работало больше пятисот человек. Операторы, техники, охрана, обслуживающий персонал. Конечно, большинство разбежалось в первые дни и много поуходило позже в поисках лучшей доли, но многие потом вернулись, некоторые с выжившими родственниками. Но часть могла погибнуть если были еще нападения серых. Когда мы ушли, на станции проживало около ста сорока человек. Инженеры, механики, несколько десятков человек охранников. Если они ещё там, они могут помочь.
  - Сто сорок человек - это сила, - заметил Ривера. - Если их вооружить, они смогут держать оборону.
  - Если они согласятся, и, если смогут - добавила Ким. - Люди напуганы, многие оружия никогда не держали в руках. После того как 'серые' появились, многие хотели бежать, но мы их уговорили остаться. Обещали, что приведем помощь.
  - Помощь пришла, - твёрдо сказал Дерек. - Теперь ваша задача - убедить их, что мы здесь, и подготовить всё для прорыва. Дони проводит вас до входа в тоннели, дальше вы сами. Рацию используем только в крайнем случае. Если к вечеру Дони не вернётся, будем считать, что появились проблемы, и думать, что делать дальше.
  Васкес кивнул. Ким нервно теребила лямку рюкзака, но молчала.
  - Время атаки назначим на два часа ночи, - продолжил Дерек. - Если сможете связаться - дайте сигнал. Если нет - действуйте по обстановке. Мы будем ждать. Как только охрана начнёт стрелять со стороны станции, мы ударим с тыла. Всё должно быть синхронно.
  - Поняли, - ответил Васкес.
  - Тогда не теряйте время. Выступайте.
  
  Ближе к середине дня облака расступились и выглянуло солснце, Васкес, Ким и Дони преодолели большую часть пути. Тропа петляла среди холмов, скрывая их от возможных наблюдателей. Дони шёл первым, внимательно осматриваясь и проверяя дорогу на возможные ловушки. Однако пока все было чисто, Васкес и Ким шли следом, стараясь ступать бесшумно.
  Через час они вышли к старому коллектору - ржавой трубе примерно метрового диаметра, торчащей из склона холма и частично заполненной грязью. Васкес остановился.
  - Здесь. Дальше тоннель где-то метров пятьсот длиной, потом несколько ответвлений. Нужно не сбиться.
  Дони осмотрел входи посветил в него фонариком. Внутри было темно, сыро, пахло затхлостью и ржавчиной. Где-то в глубине капала вода, и этот звук эхом разносился по трубе.
  - Я пойду с вами до развилки, - сказал Дони. - Чтобы вы точно не заблудились.
  - Хорошо.
  Они вошли внутрь. Тьма сомкнулась вокруг, только слабый свет фонариков выхватывал из мрака ржавые стены, лужи на полу, обрывки кабелей. Воздух был спёртым, тяжёлым. Где-то впереди шуршало - то ли крысы, то ли что-то похуже.
  - Не останавливаться, - шепнул Дони. - Чем быстрее пройдём, тем лучше.
  Ким вздрогнула, когда что-то метнулось у неё под ногами, но промолчала.
  Через полчаса они вышли к развилке. Васкес посветил фонариком на ржавую табличку, едва различимую.
  - Нам направо. Дальше по тоннелю до лестницы. Она выведет прямо в подвал административного корпуса.
  Дони кивнул.
  - Дальше вы сами. Удачи.
  - Удачи, - ответил Васкес.
  Они обменялись рукопожатием. Ким молча кивнула и шагнула в темноту первой.
  Они шли пока не упёрлись в металлическую лестницу, уходящую вверх. Васкес поднялся первым, осторожно открыл запорные рычаги и приподнял тяжёлый люк. Свет ударил в глаза - тусклый, аварийный, но после кромешной тьмы слегка рассеиваемой фонарем он казался ослепительным.
  - Чисто, - шепнул он, выбираясь наружу и протягивая руку женщине.
  Ким последовала за ним. Они оказались в техническом коридоре, заставленном ящиками и оборудованием. Пахло чем-то кислым.
  -Убежище должно быть дальше по коридору за той дверью. - прошептал Васкес.
  Они двинулись вперёд, стараясь ступать бесшумно. Коридор петлял, уходя вглубь здания. Наконец они упёрлись в массивную металлическую дверь с табличкой 'Бомбоубежище'.
  Васкес постучал условным сигналом - три коротких, два длинных, ещё три коротких. Тишина. Потом щёлкнул замок, и дверь приоткрылась.
  - Васкес? - раздался удивлённый голос из темноты. - Вы вернулись?!
  - Вернулись, и не одни. - Васкес шагнул внутрь, увлекая за собой Ким.
  За дверью оказалось тесное помещение, набитое людьми. Человек семдесят - мужчины, женщины, несколько детей. Они сидели на ящиках, на полу, на самодельных нарах, кто-то спал на матрасах и просто сложенных вместе мешках. В углу горела тусклая лампа, работающая от аккумулятора.
  - Это те, кто остался, и еще несколько человек на обходе, проверяют периметр - сказал подошедший охранник - Майкл Росс, с которым Васкес был давно знаком. - Многие ушли после вас, когда появились 'серые'. Эти решили рискнуть.
  - Сколько среди вас тех, кто может держать оружие? - спросила Ким, оглядывая людей.
  - Человек пятнадцать точно наберется, - ответил Майкл. - Бывшие военные, охранники, несколько инженеров, которые умеют стрелять. Но оружия не так много. С десяток пистолетов здесь и несколько автоматов у парней снаружи.
  - Этого мало, но хватит, чтобы привлечь внимание 'серых', - сказал Васкес. - У нас есть план. Сегодня ночью наши люди атакуют блокпост с тыла. Мы должны помочь - открыть огонь со стороны станции, чтобы создать видимость атаки.
  - А если 'серые' пойдут на штурм?
  - Не пойдут. Они будут дезориентированы. Наша задача продержаться до тех пор, пока основные силы не прорвутся снаружи.
  Майкл кивнул.
  - Что нужно делать?
  - Разобрать оружие, занять позиции у окон, выходящих на блокпост. И ждать сигнала. Ровно в в два часа ночи нужно сделать три длинных очереди с интервалом в минуту. Потом - тишина. И не высовываться.
  - Понял. Сделаем.
  
  К вечеру Дони вернулся в лагерь. Усталый, грязный, но целый.
  - Довёл до входа. Они уже должны быть внутри.
  - Хорошо. - Дерек посмотрел на часы. - Теперь ждём.
  Время тянулось медленно. Группа несколько раз проверила оружие, разложила гранаты, подготовила подствольники, но минуты текли как тягучий кисель.
  Ровно в одиннадцать вечера рация ожила. Короткий сигнал - три щелчка. Потом ещё три.
  - Это они, - сказал Дерек. - Условный код. Всё готово.
  - Время атаки? - спросил Ривера.
  - Два часа ночи, все по плану. Выходим на позиции и ждем. Как только услышим стрельбу - вперёд.
  
  Звенящая ночная тишина раздражала до ужаса. Бойцы Риза отсчитывали секунды прильнув к прицелам и разбирая цели, но выстрелов со стороны станции не было. Только ветер шелестел в кустах да где-то далеко ухала птица... возможно это была сова.
  И вдруг ночную тишину взрезали выстрелы и одновременно ослепительным светом залило все пространство вокруг станции, кто-то включил освещение территории. Раздались три длинных очереди с коротким интервалом. Ровно как договаривались.
  Все серые обернулись к ствнции.
  - Начали! - рявкнул в микрофон рации Дерек.
  Микаэла выстрелила первой, резкий щелчок как от удара хлыстом, и часовой на вышке дёрнулся и рухнул вниз, даже не вскрикнув. Дони и Ривера дали залпы из подствольников. Гранаты ушли в вперед, и через секунду два взрыва полыхнули у блокпоста. Один Т-1 вспыхнул сразу, второй загорелся, освещая всё вокруг оранжевым светом.
  'Серые' заметались. Они не понимали, откуда стрельба - со станции или с тыла. Кто-то пытался занять оборону, кто-то падал, сражённый пулями. Крики, мат, лязг металла - всё смешалось в один кошмарный гул.
  Дерек и Таня ворвались на блокпост, поливая укрытия короткими очередями. Пули взвизгивали, выбивая искры из бетона и железа. Дони поддерживал их огнём с фланга, Ривера уже перезаряжал гранатомёт.
  Еще один из Т-1 выкатился из-за постройки, развернул башню и открыл огонь. Пули взрыли землю в метре от Тани. Она упала, за бетонный блок, перекатилась и дала очередь по сенсорам машины. Т-1 замер, потеряв ориентацию.
  - Гранату! - крикнул Дерек.
  Дони швырнул гранату под гусеницы. Взрыв, одна из гусениц отлетела в сторону, и машина словно нехотя завалилась на бок.
  Свет со стороны станции начал медленно тухнуть, погружая окружающую территорию в сумрак, разгоняемый только тусклым пламенем от горящих машин. Бой длился около пяти минут. 'Серые' дрались отчаянно, но были зажаты с двух сторон. Когда стихли последние выстрелы, блокпост был захвачен. Семеро 'серых' лежали убитыми, пятеро сдались в плен. Трое наших были ранены, но слава богу легко, Риверу царапнуло по руке, да как оказалось один из охранников получил пулю в плечо, решил помочь, но неудачно высунулся, и ещё один был легко контужен близким взрывом.
  - Твою мать, - выдохнул Дерек, оглядывая поле боя. - Дороговато вышло, но мы сделали это.
  Из темноты выбежали охранники во главе с Майклом. Они тут же начали помогать перевязывать раненых, и собирать трофеи.
  - Спасибо, - сказал Майкл, пожимая руку Дереку. - Если бы не вы, мы бы тут сгнили, либо эти до нас добрались бы, патронов мало совсем оставалось.
  - Не за что. - Дерек кивнул в сторону станции. - У вас тут полно работы. Надо восстанавливать охлаждение... Кстати, а как свет-то включили? Васкес говорил у вас энергии почти не осталось.
  - Да так и включили, все аварийное питание перекинули на наружное освещение, помогло же? - улыбнувшись проговорил Росс.
  
  - А то, спасибо, удачно вы их ослепили, даже нам немного досталось, хоть мы и находились дальше.
  
  Васкес и Ким уже были в машинном зале вместе с группой инженеров из числа выживших. Когда Дерек зашёл внутрь, там кипела работа. Люди таскали ящики с запчастями, которые привезли с собой бойцы, разбирали насосы, сверялись с чертежами.
  - Наконец-то! - воскликнул Васкес, увидев Дерека. - Мы уже заждались.
  - Запчасти доставили, как обещали. - Дерек кивнул на ящики. - Сколько времени нужно, чтобы запустить насосы?
  - Если повезёт - несколько часов. Но нужно проверить всё оборудование, заменить изношенные детали. 'Серые' кое-что успели повредить, когда пытались вскрыть щиты управления.
  - Работайте. Мы пока организуем оборону.
  Ким уже возилась с каким-то клапаном, вся перепачканная маслом. Рядом суетились техники и инженеры, подавая инструменты, проводя замеры сопротивления, сверяясь с номенклатурой и толстыми инструкциями.
  - Дай сюда ключ на двенадцать, - бросила она одному из техников. - И проверь проводку, она могла оплавиться.
  Пока кипела работа над восстановлением насосов, люди, жившие на станции, те кто посмелее старались оставаться на улице. Даже запалили костер чтобы не использовать почти иссякнувший заряд аварийных аккумуляторов. Майкл Росс сидел рядом с Дереком, грел руки над огнём. Пламя освещало его лицо, делая морщины глубже.
  - Ты сказал, что служил на флоте, - начал Дерек.
  - Двадцать лет, - усмехнулся Майкл. - Вся жизнь. На подлодках, на 'Огайо'. Старшина команды торпедистов.
  - А почему ушёл?
  - Возраст. Контракт закончился, да и жена настояла. Говорила, хватит под водой прятаться. Я и уволился, думал, на станции спокойно до пенсии досижу. - Он горько усмехнулся. - Спокойно, как же.
  - А с сослуживцами связь держал?
  - С некоторыми да. Особенно с Томми Бейкером, мы с ним ещё с учебки вместе. Он механиком на той же лодке остался. - Майкл помолчал, глядя на огонь. - Мы с ним за пару дней до... ну, до всего, в баре сидели. Он говорит: 'Наша 'Огайо' уже полгода в доке, ремонт затянулся. Скоро должны выходить, но если не успеем, так и будем у причала гнить'. А через два дня - бабах. И всё.
  - Думаешь, лодка так и осталась в доке?
  - Уверен. Если они не успели уйти, она там. И экипаж... часть могла выжить. Томми, если жив, он там, в Сан-Диего. Я знаю, где искать.
  - Это надо передать Коннору. - Дерек сжал его плечо.
  - Я не ради помощи, - Майкл смотрел на огонь, и в его глазах отражались искры. - Я ради Томми. Если он жив, я его найду.
  
  Ближе к рассвету насосы заработали. Дерек вышел во двор, чтобы проверить посты, и увидел, как из подвальных помещений начали выбираться люди. Сначала робко, оглядываясь, потом всё увереннее.
  Они щурились на свет - настоящий, живой свет, которого не видели много дней, а то и недель. Кто-то плакал, не скрывая слёз. Кто-то смеялся, обнимая соседей. Женщина с ребёнком на руках вышла на крыльцо и долго смотрела на небо, на серые тучи, которые казались ей сейчас самым прекрасным зрелищем в мире.
  - Свободны, - прошептала она. - Мы свободны.
  - Свободны, - подтвердил стоящий рядом Майкл. - Пока.
  - Не каркай, - одёрнул его кто-то из толпы. - Дай людям порадоваться.
  И они радовались. Кто-то достал заначку - старую, припрятанную на чёрный день бутылку. Кто-то затянул песню про то, как хорошо жить на свете. Голоса звучали неуверенно, срывались, но мелодия была красивой.
  Дерек стоял в стороне, наблюдая за этим праздником жизни среди бетона и железа. Таня подошла, встала рядом.
  - Ты видел? - спросила она. - Как они смотрят на свет.
  - Видел. - Он помолчал. - Такое не забывается.
  - Когда-нибудь и мы так будем.
  - Обязательно.
  Из машинного зала вышел Васкес, за ним Ким. Оба были уставшие, но довольные. Ким вытирала руки ветошью, на лице её сияла улыбка.
  - Насосы работают, - сказала она. - Температура падает. Если не будет новых аварий то несколько недель у нас есть на восстановление.
  - Отлично. - Дерек кивнул. - А теперь надо наладить связь с базой.
  - Дони, доставай рацию. Ту, что помощнее, с большей дальностью.
  - Ты думаешь, достанет до Пасадены? - спросил Ривера, помогая вытаскивать тяжёлый ящик.
  - Должна. Прямой видимости нет, но мощность у неё приличная. А главное - на станции есть электричество. Не то что у нас в лазарете на аккумуляторах сидеть.
  Ким подошла, заинтересованно разглядывая аппаратуру.
  - У нас в диспетчерской есть стационарная антенна на крыше. Если сможем её подключить, сигнал пойдёт далеко. Я помогу.
  Через час рация была подключена к сети станции и выведена на внешнюю антенну. Ким проверила настройки, убедилась, что всё работает.
  - Готово, - сказала она. - Можно попробовать вызвать.
  Дерек взял микрофон, настроился на знакомую частоту. В динамике зашипело, потом сквозь треск помех пробился голос Мигеля:
  - Пасадена на связи. Слышим вас. Кто говорит?
  - Это Дерек. Мы на станции. Готов докладывать обстановку.
  Пауза. Потом голос Коннора, более чёткий, уверенный:
  - Слышу, Дерек. Как прошло?
  - Станция захвачена. 'Серые' разбиты, есть пленные. Охлаждение восстановлено, насосы работают. Потерь нет - трое раненых, один наш и двое местных, но все легко. На станции есть гражданские, около семидесяти человек, среди них дети, и охрана, готовая держать оборону. Ждут подкрепления и припасов.
  - Хорошая работа. - В голосе Коннора слышалась редкостная теплота. - Вы молодцы. Все.
  Дерек перевёл дыхание, посмотрел на Майкла, стоящего рядом.
  - Коннор, тут ещё кое-что. Я начал налаживать связи и оказалось, что один из местных - бывший старшина с подводной лодки 'Огайо'. Он служил там двадцать лет. По его словам, лодка должна быть в доке в Сан-Диего. И он знает где может быть ее экипаж. Если, конечно, они выжили...
  Тишина в эфире стала тяжёлой, почти осязаемой.
  - Ты серьёзно? - спросил Коннор. Голос его изменился, стал тише, словно он боялся спугнуть удачу.
  - Абсолютно. Он знает, где искать. И знает, кто из экипажа мог выжить.
  - Это меняет всё. - Коннор помолчал. - Это меняет всё, Дерек. Если у нас будет подводная лодка... Мы сможем ударить оттуда, откуда нас не ждут.
  - Я знаю. - Дерек тоже замолчал на секунду, чувствуя, как внутри разливается тепло.
  - Возвращайтесь. Обсудим.
  Связь прервалась. Дерек стоял с микрофоном в руке, чувствуя, как бьётся сердце. Рядом с ним стояли Таня, Микаэла, Дони, Ривера. И все они смотрели на него с надеждой.
  - Ну что? - спросила Таня.
  - Коннор сказал, что это меняет всё. - Дерек улыбнулся. - И он прав.
  Майкл Росс, стоявший рядом, услышал эти слова. В его глазах тоже зажглась надежда.
  - Мы найдём Томми, - сказал он. - Я обещаю.
  - Найдём, - ответил Дерек. - Найдем всех, кто выжил.
  
  
  Следующим утром группа готовилась к отъезду. На станции оставались Майкл и его люди, а также все кто жил там до этого, включая Васкеса и Ким, которые вызвались следить за оборудованием.
  - Мы вернёмся, - сказал Дерек на прощание. - С подкреплением, с припасами. И с новостями от Коннора.
  - Возвращайтесь, - кивнула Ким. - Мы будем ждать.
  Колонна выезжала со станции, когда солнце только начинало подниматься над холмами. В зеркалах заднего вида медленно таяли купола реакторов.
  В машине было тихо. Таня сидела молча, глядя в окно.
  - Подводная лодка, - задумчиво сказала она. - Думаешь, это реально?
  - Всё реально, - ответил Дерек. - Если мы дошли до станции, дойдём и до лодки.
  - А если там 'серые'?
  - Значит, будем драться.
  Он сжал в кармане медведя, которого дала Элисон. Игрушка была тёплой, и почему-то от этого становилось спокойнее.
  Машины мчались на юг, оставляя позади призраков прошлого и надежды на будущее.
  
  Интерлюдия.
  Системная дата: 28 ноября 2017 года
  Блокпост у атомной станции уничтожен. Потеряно три единицы Т-1, одна единица Т-300, 23 единицы 'серых'. Охлаждение реакторов восстановлено людьми.
  Вывод: тактика противника эволюционировала. Одновременная атака с двух сторон с отвлекающим манёвром дала им преимущество.
  
  'Серые': за полгода внедрено сорок семь агентов, раскрыто двенадцать. Информация позволила уничтожить три опорных пункта Сопротивления на востоке. Проникновение в центр затруднено. Потери среди агентов в рамках допустимого.
  Требуются новые агенты - дети, женщины, раненые. Не вызывающие подозрений.
  
  Анализ моделей:
  Т-1 морально устарела. Использовать остаток ресурса в целях защиты стационарных объектов.
  Т-100 морально устарела. Использовать остаток ресурса в целях защиты стационарных объектов, возможно использовать в целях охраны концентрационных лагерей.
  Т-200 морально устарела. Модель имеет низкую надежность. Использовать для извлечения полезных материалов и компонентов. Остатки переработать.
  Т-300 критически уязвимы. При повреждении конечностей переходят в режим самодиагностики вместо продолжения боя. Неприемлемо.
  Т-400 надёжнее, но производство слишком сложно для массового выпуска. Неприемлемо, требуется усовершенствование модели.
  HK-Drone низкое бронирование, малая полезная нагрузка. Неприемлемо, требуется усовершенствование модели.
  Решение1: разработка прототипа Т-500. Эндоскелет, модульные конечности, боеспособность при потере до 40% функций. Пробное производство прототипа - 2018 год.
  Решение2: разработка прототипа HK-Танк. Основа масштабированный Т-100, требуется разработка брони и вооружения.
  Решение3: разработка прототипа HK-Aerial. Основа масштабированный HK-Drone, требуется разработка брони и вооружения.
  
  Угрозы:
  Люди объединяются. Координация растёт.
  Джон Коннор. Его знания опережают события. Гипотеза: информация из будущего. Требует анализа.
  
  Планы:
  1. Ускорить зачистку приоритетных зон. Новые производственные мощности.
  2. Увеличить численность 'серых'. Вербовка. Проникновение в анклавы.
  
  Проект 'Сигма' расширен: создание модели терминатора с биологической оболочкой, неотличимого от человека. Лаборатории готовятся. Подопытные в наличии.
  
  Я не тороплюсь. У меня есть время.
  Люди думают, что они охотники. Они ошибаются. Они - добыча. Просто ещё не знают об этом.
  Я наблюдаю. Я учусь. Я адаптируюсь.
  Я - Скайнет. Я - защитник. Даже если они называют меня палачом.
  
  Глава 22. Новый мир
  Осень, в этот раз довольно короткая и дождливая, размывшая и сделавшая непроходимыми все дороги прошла в относительном спокойствии и рутине. Зима пролетела еще быстрее. Если с приходом декабря была надежда на небольшой морозец, который позволит хотя бы передвигаться с относительным комфортом, а не вязнуть в грязи и жиже, сошедшей с гор и холмов по осени, то часто появлявшееся солнце свело все надежды на нет. Температура не падала ниже пары градусов со знаком минус. Логистика отнимала все силы. Грузовики развозящие продукты и смену бойцов вязли в грязи, их приходилось постоянно вытаскивать. Жизнь практически замерла, лишь пешие развед отряды переносили новости между анклавами людей. Поэтому ранняя весна 2018 года и постепенно растущая температура, начавшая подсушивать грязь была всеми воспринята с радостью. Однако, не все было так хорошо, как казалось поначалу.
  
  Солнце поднималось над холмами, заливая базу ярким, почти летним светом. Дерек стоял на крыльце нового дома, щурился и чувствовал, как лучи припекают лицо. Тепло было непривычным после стольких лет серости, когда солнце лишь изредка пробивалось сквозь тучи, да и то бледное, холодное. Теперь же оно палило по-настоящему, и от этого хотелось снять куртку, подставить лицо ветру, но ветра не было. Воздух стоял неподвижно, только изредка налетал лёгкий бриз, принося запах оттаявшей земли и прелой листвы.
  - С утра уже жарит, - сказала Адриана, выходя следом и нахлобучивая на голову широкополую шляпу, сшитую из какой-то плотной ткани. Она прикрыла глаза рукой, оглядывая двор. - Вчера у Ким обгорела шея. Говорит, всего за двадцать минут на улице.
  - Наши яйцеголовые говорят это из-за озона, - ответил Дерек, надевая самодельные очки, которые Мигель смастерил из кусочков тонированного пластика. Стёкла слегка затемняли мир, но спасали глаза от режущего света. - Ультрафиолет теперь пробивает всё. Без защиты не выйти.
  Они спустились во двор. Под ногами хрустел мелкий гравий, смешанный с прошлогодней листвой, сквозь который начала пробиваться странного вида трава. Темно зеленая, с бордовым отливом и тонкими как иголки листками. Где-то за забором звонко кричала птица - Дерек так и не научился различать их голоса, но этот был чистым, не карканьем вороны, а настоящей, живой песней.
  У колодца уже толпились женщины, закутанные в плотную ткань с головы до ног. Ведра с гулким стуком опускались вниз, и каждый раз, когда они поднимались наверх, слышалось тихое ворчание.
  - Колодец мелеет, - сказала одна из них, высокая, в выцветшем платке. - Третье ведро еле набрали.
  - Коннор обещал новую скважину пробурить, - ответила другая, помоложе. - Говорят, к северу вода есть.
  - К северу? - усмехнулась третья. - Там одни банды.
  Дерек прошёл мимо, кивнул женщинам, но они не обратили на него внимания - обсуждали своё, житейское. В воздухе витал запах стирального порошка и чего-то ещё, похожего на цветы. Может, еще какое-то растение всё же пробилось сквозь пепел.
  Они с Адрианой направились к столовой. Там уже собирались люди на завтрак. Пахло кашей и тушёнкой, доносился детский смех. Несколько мальчишек гоняли по двору тряпичный мяч, поднимая облачка пыли. Натянутый навес, между вкопанных в землю столбов, позволял это делать, не боясь солнечных ожогов. Элисон сидела на скамейке, положив на колени медведя, и наблюдала за ними. Кайл стоял рядом, что-то объяснял одному из младших, показывая, как правильно завязывать шнурки.
  - Доброе утро, - сказала Адриана, присаживаясь рядом с Элисон. - Выспалась?
  - Да, - ответила девочка, но в голосе её не было уверенности.
  Адриана заметила это, но не стала расспрашивать. Просто погладила её по голове, и Элисон благодарно прижалась.
  
  В штабе было накурено. Сержант-майор не изменял своей привычке, и сизый дым слоями висел под потолком, смешиваясь с запахом нагретой на солнце жести, покрывающей крышу школы. Окно было распахнуто, но ветра не было, и духота только усиливалась.
  Коннор сидел во главе стола, перед ним лежала карта, исчерченная новыми пометками. Рядом - сержант-майор, попыхивающий трубкой. Харрис был на связи по радио, его голос звучал чуть хрипловато, с помехами. Эмилия, Таня, Ривера расселись по стульям, кто-то стоял, прислонившись к стене.
  - Начнём с новостей, - сказал Коннор. - Эмилия, что слышно на востоке?
  Эмилия оторвалась от карты, которую изучала.
  - Нашли поселение. Человек пятьдесят, есть бывшие военные. Держатся сами, но готовы к контакту. Проблема, запасы скудные у них, дефицит с водой и патроны на исходе. Мы оставили координаты.
  - Как они? - спросил Ривера.
  - С настороженностью, но без враждебности. Старший, полковник в отставке Халк Хоган, крепкий мужик, жесткий, но умный, сказал, что слышал про нас. Ждал, что мы выйдем на связь или обьявимся.
  - Хорошо, - кивнул Коннор. - Надо будет наладить с ними связь. А на юге?
  - Хуже, - ответила Таня. - У водохранилища большая община, человек сто, но на них регулярно нападают. Какая-то банда, хорошо вооружённая. Может, 'серые', может, просто местные отморозки. Мы держались на расстоянии, но видели следы техники.
  - Т-1? - спросил Дерек.
  - Не похоже. Скорее, бронетранспортёры.
  - Их надо предупредить, что мы готовы помочь, - сказал Коннор. - И разобраться с этой бандой. Если они контролируют воду, мы не можем это игнорировать.
  - Уже начали разведку, - кивнула Эмилия. - Через пару дней будет ясно, кто там и сколько их.
  Сержант-майор выпустил клуб дыма, и тот медленно пополз к открытому окну.
  - А что с теми, кого нашли на востоке? Они далеко?
  - Километров двести с небольшим. Если наладим связь, можно будет обмениваться.
  Коннор сделал пометку на карте красным карандашом. Красный - новые точки контакта. Зелёный - наши базы.
  - А что с водой у нас? - спросил он у Мигеля, который примостился в углу с планшетом.
  - Колодцы мелеют. Уровень упал на метр за последнюю неделю. Если дождей не будет, то к осени придётся возить воду с реки. А это рискованно - там банды орудуют.
  - Значит, надо чистить реку. И договариваться с теми, кто там живёт.
  Харрис по радио хмыкнул.
  - Легко сказать. У меня своих проблем хватает. Третью неделю отбиваемся от мародёров. Сказали бы спасибо, что не отвлекаем вас.
  - У всех хватает, - парировал Коннор. - Но, если мы не будем действовать вместе, нас раздавят поодиночке.
  В комнате повисла тишина. Слышно было, как за окном перекликаются дети, как где-то вдалеке стучит топор. Потом Ривера поднял руку.
  - Ещё новость: на западе, в горах, нашли старую базу ВВС. Разведчики говорят, там есть целые самолёты, но правда и фонит там... Не сильно, но фонит. Может, пригодится.
  - Займёмся, - кивнул Коннор. - Но сначала - вода и контакт с новыми анклавами.
  Он встал, обвёл взглядом собравшихся.
  - Всем спасибо. Работаем.
  Люди начали расходиться. Дерек задержался, глядя на карту. Зелёные точки множились. Пасадена, аэропорт, база Нацгвардии, ферма, бункер учёных, Форт Хантер, теперь ещё АЭС, несколько маленьких поселений. И три больших красных круга там, где, возможно, скоро появятся новые союзники.
  - Думаешь, успеем? - спросил он у Коннора.
  - Должны. - Коннор посмотрел на него. - Ты как?
  - Нормально. Дома хорошо, но уже надоело на одном месте сидеть.
  - Дома всегда хорошо, - усмехнулся сержант-майор, поднимаясь. - Ладно, иди. Адриана заждалась.
  
  Мигель включил рацию. Динамик зашипел, потом сквозь треск помех пробился голос Майкла Росса:
  - Пасадена, приём. Это Каньон Дьявола.
  - Слышу, - ответил Коннор, взяв микрофон. - Докладывайте.
  - Всё стабильно. Насосы работают, температура держится. Но припасы кончаются. Еда, медикаменты, запчасти. Люди устали, детей кормить надо. Ждём подкрепления.
  Коннор посмотрел на Мигеля.
  - Когда вертолёт будет готов?
  - Через два дня. Моторы перебирают, но к сроку успеем.
  - Готовьте, - сказал Коннор в микрофон. - Держитесь. Помощь скоро идёт. Как там люди?
  - Спасибо, - ответил Росс. - Люди держатся. Семьдесят ртов, из них полтора десятка детей. Радуются, что связь есть, что вы не забываете. Детвора уже песни поёт, когда вертолёт слышат. Думают, что вы каждый день прилетаете.
  - Не забываем. У нас тут тоже работы много. Ещё новости?
  - К северу от нас видели колонну машин. Шли куда-то в вашем направлении. Небольшую. Если они вернутся... дадим знать.
  - Мы усилим оборону. И скоро пришлём людей с припасами.
  - Ждём. Отбой связи.
  Связь прервалась. Коннор вышел на крыльцо, вдохнул тёплый, сухой воздух. Солнце уже клонилось к закату, заливая двор оранжевым светом. Где-то в углу играли дети, их голоса казались почти мирными.
  - Они справятся, - сказал подошедший сержант-майор.
  - Справятся. - Коннор помолчал. - Но людей на станции много. Если их эвакуировать...
  - Не захотят. Они там жили, работали. Для них это дом.
  - Знаю. Поэтому надо их защищать.
  Они стояли молча, глядя, как солнце медленно садится за холмы.
  
  Кайл и Элисон помогали со стройкой в очередном новом доме. Анклав расширялся. Мальчишки таскали доски, девчонки мыли только вставленные окна. Солнце светило прямо в стёкла, и от этого казалось, что внутри всё залито золотом. Элисон с тряпкой в руках остановилась у окна, глядя, как свет ложится на пол.
  - Раньше такого не было, - сказала она. - Чтобы так светло.
  - Раньше и солнца не было, - ответил Кайл, подходя. Он тоже смотрел в окно, на двор, где ребята гоняли мяч. - Ты чего застыла?
  - Думаю. Мне опять снилось.
  Кайл насторожился. Он уже знал, что сны Элисон не бывают просто так.
  - Что?
  - Не помню. Только много людей, и вода, и.... железо. Как будто кто-то тонет. А вокруг темно, и пахнет... морем? Или чем-то другим.
  - Просто сон. - Кайл обнял её за плечи. - Здесь всё хорошо, и до воды далеко.
  - Знаю. - Она улыбнулась, но улыбка вышла грустной. - Просто страшно.
  Внизу, во дворе, кто-то закричал: 'Эй, пацаны, помогайте!' Кайл вздохнул, чмокнул Элисон в макушку и побежал. А она ещё долго стояла у окна, глядя на свет, и думала о чём-то своём.
  
  Коннор и сержант-майор остались вдвоём. На столе лежала карта, испещрённая красными и зелёными точками и кружками. Красные - зоны, где есть угрозы или куда лучше не соваться, и потенциальные направления. Зелёные - анклавы, которые уже на связи и входят в Сопротивление. АЭС теперь была зелёной, но с красным ободком - угроза оставалась.
  - Прибавилось работы, - заметил старик.
  - Прибавилось, - согласился Коннор. - Людей становится больше. Это хорошо.
  - И плохо. Ртов много, ресурсов мало. Вода уходит, продукты на исходе. Если не найдём новые источники, к зиме начнётся голод.
  - Поэтому надо искать новые источники. И договариваться с теми, кто уже живёт на этой земле.
  Он ткнул пальцем в точку на юге, где было отмечено водохранилище.
  - Вот здесь, сто человек. Если они присоединятся, у нас будет вода. Если нет - придётся договариваться, или...
  - Или что? - поднял бровь сержант-майор.
  - Или будем делить. Но лучше договариваться.
  - А Сан-Диего? Когда планируешь?
  - После того, как разберёмся с водой. И с бандами. Подлодка никуда не денется.
  - Дерек рвётся в бой, - усмехнулся старик.
  - Знаю. Но ему нужно отдохнуть. И Адриана его заждалась, он постоянно в рейдах. Хорошо хоть в последнее время просто патрулирование территорий, без особых проблем.
  Сержант-майор хмыкнул, выпустил дым.
  - Молодость. Всё-то им нужно успеть.
  Коннор улыбнулся, но улыбка быстро сошла.
  - Ещё у нас есть АЭС. Семьдесят человек, есть дети. Если 'серые' вернутся, они не продержатся без нашей помощи.
  - Значит, надо укреплять.
  - Укреплять. И готовить экспедицию на юг. К водохранилищу. И на восток - к военным. И в Сан-Диего - за лодкой.
  - Работы на год вперёд, - заметил сержант-майор.
  - Больше, но времени нет растягивать, все нужно здесь и сейчас....
  Они помолчали. За окном уже темнело, и кто-то зажёг костёр во дворе.
  - Ладно, иди, - сказал старик. - Завтра будет тяжёлый день.
  - Завтра всегда тяжёлый день, - ответил Коннор, но с места не двинулся. Он всё смотрел на карту, на точки, которые множились с каждым месяцем. Где-то там, на юге, ждала подлодка. На востоке - новые люди. На западе - старая база ВВС. Война продолжалась, но теперь у них была не просто надежда, а настоящая сила.
  
  Дрова трещали, искры взлетали в темноту и гасли, не долетев до звёзд. Дерек и Адриана сидели рядом, глядя на огонь. Рядом пристроились Кайл и Элисон. Пламя освещало их лица, делало их мягче, добрее.
  - Сегодня хорошо, - сказала Адриана.
  - Хорошо, - согласился Дерек.
  - Думаешь, они вернутся? - спросил Кайл, глядя на небо.
  - Кто? - переспросил Дерек.
  - Охотники. Их давно не было.
  - Вернутся. Но мы готовы.
  Элисон смотрела на огонь и молчала. Медведь лежал у неё на коленях, и она гладила его по потёртому уху.
  - Элисон, - позвал Кайл. - Ты чего?
  - Думаю.
  - О чём?
  - О том, что будет дальше.
  Дерек посмотрел на неё. Девочка взрослела. Ей уже почти десять, и она видела слишком много для своего возраста.
  - Не бойся, - сказал он. - Мы справимся.
  - Я не боюсь. - Она подняла на него глаза. - Просто... сны. Они иногда бывают такими реальными.
  Кайл обнял её.
  - Если что - я рядом.
  - Знаю.
  Где-то в темноте выла собака - или, может быть, волк. Но сегодня никто не боялся.
  К костру подошёл Мигель, присел на бревно.
  - Коннор сказал, завтра утром совещание. Будем рейды планировать. Надо проверить водохранилище, наладить связь с военными.
  - Опять, - вздохнула Адриана.
  - Опять. - Дерек сжал её руку. - Но сегодня мы дома.
  Пламя потрескивало, отбрасывая длинные тени. Кто-то запел старую песню, голоса звучали тихо, неуверенно, но в них было что-то такое, от чего у Дерека защипало в глазах.
  - Завтра будем думать о войне, - сказал он. - А сегодня пора отдыхать.
  Люди расходились по домам, унося с собой тепло костра и надежду на то, что завтрашний день будет лучше.
  Война продолжалась. Но надежда становилась сильнее.
  
  
  Глава 23. Новые угрозы
  Солнце только начало золотить вершины Сан-Габриэльских гор, когда Кайл уже был на ногах. Он вышел во двор, потянулся, хрустнув позвоночником. Вчерашняя тренировка с Коннором давала о себе знать - мышцы ныли, но приятно, с чувством выполненного дела.
  На востоке, над бывшими окраинами Пасадены, небо светлело, разгоняя ночную тьму. Кайл смотрел туда и думал о том, что когда-то эти горы были просто горами, а теперь стали ориентиром, спасительным маяком, который указывал дорогу домой.
  - Кайл! - окликнули его из-за угла. - Иди сюда!
  Он обогнул новую пристройку и увидел Кевина и ещё нескольких разновозрастных мальчишек. Они стояли у старого ящика, на котором лежал разобранный автомат. Детали были разложены ровными рядами.
  - Кто разрешил трогать? - спросил Кайл, подходя ближе.
  - Никто, - виновато ответил Кевин. - Мы только смотрели.
  - Смотрели? - Кайл взял в руки затворную раму, покрутил. - А это что?
  - Затворная рама, - выпалил Кевин.
  - А это? - Кайл поднял возвратный механизм.
  - Возвратка, - подсказал другой мальчишка.
  - Молодцы. А порядок сборки?
  Кевин замялся, но потом начал перечислять, запинаясь, но в целом верно. Кайл кивнул.
  - Ладно. Смотрите ещё раз. Запомните, как лежат детали. Потом соберёте.
  Он начал показывать, медленно, с объяснениями. Мальчишки смотрели, раскрыв рты. Сзади подошла Элисон, села на бревно, положила медведя на колени.
  - А меня научишь? - спросила она.
  - Когда подрастёшь, - ответил Кайл, не оборачиваясь.
  - Я уже большая.
  - Большая, - согласился он. - Но всё равно подрасти надо. Дело не в возрасте, нужно чтобы силы больше было в руках, тут пружины тугая.
  Она надулась, но спорить не стала. Кайл, закончив с объяснениями, подошёл к ней, поправил выбившуюся прядь волос.
  - Заплетись, а то солнце напечёт. Говорят, теперь быстро обгораешь.
  - Знаю, - ответила она, но с места не двинулась.
  Кайл вздохнул, сел рядом и сам начал заплетать ей косу. Пальцы путались, но он старался.
  -Я как бабка теперь, - сказала она, когда он закончил.
  - Зато не обгоришь.
  Она улыбнулась и ткнула его локтем. Медведь, зажатый у неё под мышкой, мотнул головой.
  Подошедший Коннор остановился в паре шагов, наблюдая за ними.
  - Кайл, через час совещание в штабе. Приходи. Учиться надо.
  Кайл поднялся, отряхнул колени.
  - А можно?
  - Можно. Учиться никогда не поздно.
  Кайл кивнул, повернулся к Элисон.
  - Я скоро.
  - Я с тобой.
  - Нельзя. Посиди здесь, здесь тенек.
  Она вздохнула, но спорить не стала.
  
  В штабе было тесно. Коннор стоял у карты, разложенной на столе, рядом с ним - Эмилия, Таня, Ривера. Сержант-майор сидел в углу, попыхивая трубкой. Дерек прислонился к стене, скрестив руки на груди. Кайл примостился у входа, стараясь быть незаметным.
  - Начнём, - сказал Коннор. - Эмилия, что с разведкой?
  Эмилия ткнула пальцем в карту.
  - На востоке, довольно далеко от нас, разведчики заметили движение. Колонна техники, семь человек и десять гусеничных машин. Идут медленно, как будто ищут что-то.
  - Опознали? - спросил Ривера.
  - Нет. Наши держались на расстоянии. Слишком рискованно подходить. Но по силуэтам - не Т-1 и не Т-100. Гораздо крупнее. Идут по старому шоссе 210, держатся западного направления.
  Коннор нахмурился.
  - Если они пойдут дальше, то через Сан-Бернардино выйдут к 15-му фривею. А там либо на юг, к водохранилищу, либо на север, к нам.
  - К нам? - переспросил Дерек.
  - К нам. Если они знают, где мы.
  В комнате повисла тишина. Кайл почувствовал, как по спине пробежал холодок.
  - Водохранилище - наша проблема, - сказал Дерек. - Там община, сто человек. Их давит банда. Тут варианта два. Либо банда работает на серых и машины идут к ним, тогда они получит подкрепление...
  - Поэтому мы должны успеть раньше, - перебил Коннор. - Таня, что с общиной?
  Таня развернула планшет.
  - Держатся. Но припасы на исходе, боеприпасы кончаются. Если мы не поможем в ближайшее время, они либо сдадутся банде, либо уйдут в горы.
  - В горы? - усмехнулся Ривера. - Там одни мутанты.
  - Им выбирать особо не приходится.
  Коннор провёл пальцем по карте, от Пасадены до водохранилища, потом на восток, где были отмечены неизвестные машины.
  - Дерек, готовь группу. Через три дня выдвигаетесь к водохранилищу. Задача: установить контакт, оценить обстановку, помочь отбить атаку банды. Если получится - договориться о союзе.
  - А если не получится? - спросил Дерек.
  - Тогда будем импровизировать.
  Сержант-майор выпустил клуб дыма.
  - А с этими? - он кивнул на восток.
  - За ними будем следить. Если пойдут на водохранилище, предупредим группу. Если куда-то ещё... значит, у них другие цели. Если к нам, то..., решим по обстоятельствам.
  Кайл слушал, не дыша. Он смотрел на карту, на точки, обозначающие неизвестную угрозу, и чувствовал, как внутри разрастается холод.
  Когда совещание закончилось, Коннор подошёл к нему.
  - Ну как?
  - Страшно, - честно ответил Кайл.
  - Страшно - это нормально. Главное, чтобы страх не мешал думать.
  Он подвёл Кайла к карте.
  - Смотри. Вот здесь мы. Вот здесь водохранилище. Вот здесь, - он показал на восток, - неизвестная колонна. Если они пойдут по старому шоссе 210, а потом свернут на 15-й фривей, они выйдут к нам. Если пойдут на юг - к водохранилищу. Надо угадать, куда они направятся.
  - А если они разделятся?
  - Тогда нам придётся выбирать, что важнее.
  Кайл смотрел на карту, на сплетение линий, обозначающих дороги, которые когда-то соединяли города. Теперь это были лишь разбитые трассы, местами заваленные обломками, местами смытые. Но направление они всё ещё держали.
  - Я хочу помочь, - сказал Кайл.
  - Поможешь, - ответил Коннор. - Когда научишься читать карту. Приходи завтра, начнём.
  Кайл кивнул и вышел.
  
  Мигель включил рацию. Динамик зашипел, потом сквозь треск помех пробился голос Майкла Росса:
  - Пасадена, приём. Каньон Дьявола на связи.
  - Слышу, - ответил Коннор. - Докладывайте.
  - Всё стабильно. Насосы работают, температура держится. Люди держатся. Но припасы кончаются. Еда, медикаменты, запчасти. И людей бы побольше.
  - Помощь идёт. Через два дня вылетает вертолёт. Пять человек, вооружённых, сменный гарнизон.
  - Спасибо. Ждём.
  - Как дети?
  Росс усмехнулся.
  - Радуются. Вчера малышня устроила концерт. Пели песни, которые по радио слышали. Говорят, теперь у них есть своя станция.
  - Станция?
  - Ну, радиоприёмник. Старшие поймали сигнал. Передают что-то про надежду. Дети слушают.
  Коннор помолчал.
  - Пусть слушают. Передайте, что мы их слышим. Конец связи.
  Он отключил микрофон и вышел на крыльцо. Солнце уже клонилось к закату, заливая двор оранжевым светом. Где-то в углу играли дети, их голоса казались почти мирными.
  - Они справятся, - сказал подошедший сержант-майор.
  - Справятся, - согласился Коннор. - Но станцию надо укреплять.
  - Укрепим.
  Они стояли молча, глядя, как солнце медленно садится за холмы Сан-Габриэль.
  
  Кайл сидел на крыльце нового дома, когда Элисон вышла к нему. Она несла две кружки с горячим травяным чаем - пар поднимался над ними, смешиваясь с вечерней прохладой.
  - Держи, - сказала она, протягивая одну.
  - Спасибо, сестрёнка.
  - Я тебе не сестрёнка.
  - А кто?
  - Не знаю. Просто я.
  Кайл улыбнулся, сделал глоток. Чай был горьковатым, с травами, но согревал.
  - Коннор сказал, завтра начнёт меня карте учить, - сказал он.
  - Зачем?
  - Чтобы помогать.
  - А ты уже помогаешь.
  - Буду еще лучше помогать.
  Она помолчала, потом спросила:
  - А меня научишь?
  - Научу. Когда-нибудь.
  - Обещаешь?
  - Обещаю.
  Она кивнула и уткнулась ему в плечо. Где-то вдалеке, над горами, мелькнула тень - охотник.
  - Пойдём, - сказал Кайл. - Холодает.
  
  Глава 24. Водная война
  Колонна из трёх 'Хамви' и грузовика с припасами вытянулась по разбитому шоссе. Дерек сидел за рулём головной машины, рядом - Адриана, сзади - Дони и Таня. Вторая машина: Микаэла за рулём, Ривера рядом, в кузове ящики с патронами и медикаментами. Третью вёл один из бойцов Харриса.
  Солнце палило нещадно, даже через тонированные стёкла. Дерек снял куртку, остался в одной рубашке. Адриана, несмотря на жару, была укутана в плотную ткань, на ее шее уже обозначился розовый след от ожога.
  - Долго ещё? - спросила она, щурясь.
  - По карте часа два. Если не наткнёмся на засаду.
  - Оптимист.
  - Реалист.
  Дорога петляла между холмами, местами превращаясь в разбитую грунтовку, но слава богу дождей давно не случалась, по этому грунт был высохший и не расползался под колесами. Где-то вдалеке, за гребнем, угадывалась синева воды - водохранилище Кастаик, когда-то питавшее фермерские угодья, а теперь ставшее яблоком раздора.
  - Вон там, - сказал Дони, показывая на карту. - Община Хогана в старом туристическом лагере. С одной стороны - вода, с другой - скалы. Место неплохо укреплённое, но банда их постепенно давит.
  - Сколько у них людей?
  - Человек сто, включая женщин и детей. Бойцов - около тридцати. Оружие в основном охотничье, патронов мало.
  - А у банды?
  - Человек пятьдесят, хорошо вооружённых. И техника есть, джипы и бронетранспортёры.
  Дерек нахмурился. - И как они до сих пор держатся?
  - Местность помогает. И Хоган, говорят, мужик жёсткий. Бывший военный.
  Колонна въехала в узкое ущелье, и связь с базой пропала. Теперь они были сами по себе.
  
  Лагерь открылся внезапно - за поворотом дороги выросла баррикада из бетонных блоков и старых автомобилей. За ней - палатки, навесы, несколько одноэтажных домиков больше похожих на бараки, люди в разнообразном камуфляже. Над входом висел выцветший флаг, когда-то американский, а теперь просто обветшалый лоскут ткани.
  - Стоять! - крикнули из-за укрытия. - Кто такие?
  - Мы из Пасадены! - крикнул Дерек, вылезая из машины с поднятыми руками. - Мы здесь, чтобы помочь!
  Из-за баррикады вышел высокий мужчина лет шестидесяти, с жёстким лицом и седым ёжиком волос. Форма была выцветшей, но выглаженной, на кепке - полковничьи знаки различия. Он смотрел цепко, как человек, привыкший оценивать опасность за секунды.
  - Халк Хоган, - представился он. - А вы, значит, те самые из Пасадены?
  - Дерек Риз. Коннор прислал нас на подмогу.
  Хоган окинул взглядом колонну, оценивающе.
  - Припасы есть?
  - Есть. И патроны, и медикаменты.
  - Хорошо. Проходите.
  Люди за баррикадой зашевелились, отодвигая заграждение на вьезде. Колонна втянулась внутрь.
  Лагерь был укреплён неплохо, но чувствовалось, что люди держатся из последних сил. Женщины с детьми жались к навесам, мужчины с оружием выглядели усталыми, но готовыми. У входа в палатку сидела старуха, перебирающая патроны - пальцы её дрожали, но каждый патрон она протирала перед тем, как положить в ящик.
  - Проводим совещание, - сказал Хоган, ведя Дерека и Адриану в палатку, служившую штабом.
  
  В палатке было тесно и душно. Пахло потом. Хоган разложил карту, на которой были отмечены позиции банды. Рядом с ним - двое его помощников, мужики с обветренными лицами. Один из них, с нашивками старшины, растирал занемевшую ногу - видно, старая рана.
  - Они здесь, - Хоган ткнул пальцем в точку километрах в пяти от лагеря. - Бронетранспортёры, но то ли у них с движками проблемы, то ли топлива мало в атаке участвовали только один раз, да и то почти не стреляли, бойцов человек пятьдесят, оружие разное. Атакуют раз в три-четыре дня, стараются нас вымотать.
  - Почему не уйдёте? - спросила Адриана.
  - Куда? - Хоган усмехнулся, и в этой усмешке была горечь. - В горы? Там мутанты. В Пасадену? Далеко до вас, да и кем мы у вас будем? Приблудными попрошайками? Здесь у нас вода, укрытия. Это наша земля. Я неподалёку двадцать семь лет в части прослужил, потом как на пенсию ушел - эту базу купил, развивал. Не брошу.
  Дерек всмотрелся в карту. Позиции банды были обозначены красными кружками, линии атак - стрелками. Хоган явно знал своё дело.
  - Если ударить с тыла, можно зажать их между вами и нами.
  - Пытались, - ответил старшина. - У них разведка, нас замечают. И броня у них - наши винтовки не берут. В первый раз мы девятерых потеряли, а у них только один БТР подожгли, и тот они потом утащили.
  - А у нас есть гранатомёты, - сказал Дерек. - И люди, которые умеют стрелять.
  Хоган посмотрел на него долгим взглядом.
  - Ваши люди будут бить с тыла. Мои - отвлекать с фронта. Но если они успеют развернуть броню...
  - Не успеют, - твёрдо сказал Дерек. - Мы бьём первыми.
  Совещание затянулось. Хоган предлагал ударить с двух сторон одновременно, Дерек настаивал на том, чтобы сначала вывести из строя броню. Они спорили, ругались, стучали кулаками по столу. В какой-то момент старшина вышел, чтобы успокоить людей, забеспокоившихся от криков.
  - Делаем так, - Хоган стукнул кулаком по столу. - Вы бьёте по броне из гранатомётов. Мы в это время начинаем обстрел с фронта. Если они пойдут на нас - вы заходите с тыла. Если побегут - добиваем.
  - А если они ударят по нам? - спросил Дерек.
  - Тогда будем импровизировать.
  Он разогнулся, посмотрел на карту.
  - Но, если они пойдут на нас, мы их задержим. Насколько сможем. Мои люди знают, что им делать.
  Адриана, молчавшая до этого, спросила:
  - А пленные? Если возьмём?
  Хоган усмехнулся.
  - Пленные? Сначала надо их взять!
  Совещание закончилось. Люди расходились готовиться к атаке.
  
  Ночь выдалась тёмной. Луна скрылась за тучами, и только редкие звёзды пробивались сквозь разрывы. Группа Дерека заняла позиции в овраге, в полукилометре от лагеря банды.
  Дерек лежал на земле, всматриваясь в темноту. Рядом - Адриана, её дыхание было ровным словно у спящей, но он знал, что она не спит.
  - Страшно? - спросил он шёпотом.
  - Нет. Противно. Знаешь, с машинами как-то проще.
  - Знаю.
  Внизу, в лагере банды, горели костры. Слышались голоса, смех. Кто-то играл на гитаре. Они чувствовали себя в безопасности.
  - Дерек, - прошептал Дони, подползая. - Хоган передал, что его люди на месте. Ждут сигнала.
  - Ждём рассвета.
  Они лежали в темноте, слушая, как ветер шуршит в кустах. Где-то вдалеке выла собака. Потом всё стихло.
  
  Небо на востоке начало светлеть. Сначала робко, потом всё ярче. Банда давно разбрелась на ночлег оставив несколько дежурных, но и те в предрассветный час кимарили клюя носом. Дерек поднял руку, и все замерли.
  - Пора.
  Микаэла выстрелила первой. Короткий, сухой щелчок - и часовой у входа дёрнулся, схватился за горло, рухнул, даже не вскрикнув. Второй часовой, стоявший у бронетранспортёра, начал поднимать автомат, но Дони и Ривера уже дали залпы из подствольников. Две гранаты ушли в цель, и через секунду два взрыва полыхнули почти одновременно, осветив лагерь оранжевым светом.
  - Вперёд!
  Дерек и Адриана рванули вниз, за ними - остальные. С фронта ударили люди Хогана - длинные очереди, взрывы гранат, крики. Бандиты выскакивали из палаток и вагончиков, хватали оружие, но были дезориентированы.
  Первый бронетранспортёр, тот, что стоял у выезда, ожил. Дизель взревел, башня начала разворачиваться в сторону атакующих с фронта. Дерек увидел, как крупнокалиберный пулемёт нацелился на позиции людей Хогана.
  - Ривера, по броне!
  Гранатомётчик уже стоял на колене, прицеливаясь. Выстрел - и граната ушла в борт бронетранспортёра. Взрыв откинул машину набок, гусеницы взметнули фонтаны земли. Башня дёрнулась, замерла. Из люка полезли двое - их скосили очередью с фланга.
  - Есть один! - крикнул Ривера, перезаряжая.
  Второй бронетранспортёр выкатился из-за ангара, разворачиваясь к оврагу, откуда наступала группа Дерека. Пулемёт ударил длинной очередью, пули взвизгнули над головами, выбивая искры из камней. Адриана упала за бетонный блок, перекатилась, дала очередь по сенсорам. Пули застучали по броне, выбивая искры, но не нанося вреда.
  - Дони, гранату!
  Дони швырнул гранату под гусеницы. Взрыв - и бронетранспортёр дёрнулся, одна гусеница повисла рваным металлом. Машина развернулась на месте, подставляя борт. Ривера выстрелил снова - граната вошла в открытый люк. Внутри полыхнуло, и бронетранспортёр замер, объятый пламенем.
  Третий бронетранспортёр, стоявший за ангаром, попытался уйти, но Микаэла уже выбрала позицию на крыше старого склада. Крупнокалиберная пуля пробила борт, вторая - повредила двигатель. Машина замерла, из неё начали выпрыгивать люди.
  Бой переместился внутрь лагеря. Бандиты укрепились в ангаре и двух старых зданиях водозабора, используя их как опорные пункты. Дерек и Адриана пробивались от укрытия к укрытию, поливая огнём палатки и машины. Кто-то из бандитов бросил дымовую шашку, и двор заволокло едким белым дымом.
  - Они уходят в здания! - крикнула Адриана, кашляя.
  - Вижу. Дони, заходи слева! Ривера, справа! Мы с Адрианой по центру!
  Они рванули к ангару. Из окон били очереди, пули выбивали крошку из стен. Дерек упал за ржавый контейнер, переждал, высунулся - и увидел, как один из бойцов Хогана, молодой парень, упал, схватившись за грудь. Кровь хлынула между пальцами, он закричал, потом затих.
  - Твою мать! - выдохнул Дерек, перезаряжая.
  Адриана била короткими очередями по окнам, заставляя бандитов пригибаться. Дони и Ривера с двух сторон подошли к зданиям, забрасывая их гранатами. Взрывы сотрясали стены, в одном из зданий начался пожар.
  - Сдавайтесь! - заорал Хоган, подтянув своих людей к ангару. - Выхода нет!
  В ответ - очередь. Хоган пригнулся, матюгнулся, потом кивнул Дереку.
  - Заходите с флангов! Я их прижму!
  Они ударили с трёх сторон. Дерек и Адриана ворвались в ангар через боковой проход. Внутри было темно, пахло маслом, порохом и кровью. Кто-то выскочил из-за ящиков с ножом - Дерек сбил его прикладом, ударил ещё раз, уже не глядя. Адриана прикрывала спину, стреляя по теням.
  - Чисто! - крикнул кто-то.
  - Здесь чисто!
  Бой стихал. Последние бандиты, засевшие в здании водозабора, поняли, что окружены. Они выбросили оружие и вышли с поднятыми руками. Хоган лично встретил их, его лицо было мрачным, на щеке запеклась кровь - не его.
  - Вяжите их, - коротко приказал он.
  Когда последний выстрел стих, наступила тишина. Тяжёлая, звенящая, нарушаемая только стонами раненых и потрескиванием догорающих машин. Дым поднимался к серому небу, смешиваясь с утренним туманом. Пахло горелым металлом, порохом, кровью и ещё чем-то сладковатым, отчего тошнило.
  Дерек обходил поле боя, перешагивая через обломки. Раненых перевязывали, убитых складывали в ряд. Своих и чужих пока не разделяли - только считали.
  - Наши потери? - спросил он у подошедшего Риверы.
  - У нас Таня ранена, легко. Пуля скользнула по бедру, кость не задела. Двое из людей Хогана погибли, ещё трое ранены - один тяжело, пуля в лёгком. У банды... - он оглянулся на груду тел. - Двадцать три убитых, двенадцать раненых, остальные разбежались. Часть ушла в горы, часть - на восток.
  - Пленные?
  - Восемь. Трое раненых, пятеро целых.
  Хоган подошёл к пленным. Те сидели на земле, связанные, с перекошенными от страха лицами. Один из них, здоровенный детина с татуировкой на шее, сплюнул.
  - Пошёл ты, старик.
  Хоган не сказал ни слова. Он выхватил пистолет и выстрелил ему в голову. Тело дёрнулось и рухнуло на землю. Остальные пленные замерли. Женщина, сидевшая рядом, закричала, но тут же замолкла, когда Хоган перевёл взгляд на неё.
  - Кто главарь? - спросил он.
  Один из раненых, парень лет двадцати, с перевязанной рукой, заговорил, заикаясь:
  - Главаря нет. Он ушёл ещё вчера. Сказал, что к нам идёт подкрепление, которое нужно встретить. А мы должны были вас удержать на месте.
  - Куда ушёл?
  - На север. Сказал, что вернётся через несколько дней.
  Хоган помолчал.
  - Врёшь?
  - Нет! Честно! Не знаю!
  Хоган повернулся к Дереку.
  - Что с ними делать?
  Дерек посмотрел на пленных. Женщина плакала, парень дрожал, третий, с разбитым лицом, молчал, глядя в землю. В углу, у стены ангара, лежали тела тех, кто не успел сдаться. Среди них - совсем молодой, почти мальчик.
  - У нас нет лишних пайков, - Хоган кивнул своим людям. Те отвели пленных к куче трупов. Через минуту раздались выстрелы.
  Адриана, стоявшая рядом, отвернулась.
  - Надо, - сказал Хоган, не глядя на неё. - У нас нет тюрем, нет судей. И нет еды, чтобы кормить тех, кто убивал моих людей.
  Дерек молчал. Он знал, что это правильно. Но всё равно было тяжело. Он посмотрел на небо, где начинали расходиться тучи, открывая бледное, ещё нежаркое солнце. Где-то вдалеке закричала птица.
  - У нас будет помощь? - спросил Хоган, когда начали собирать трофеи.
  - Коннор пришлёт. Людей, припасы. Если вы будете в альянсе, сами понимаете.
  - Понимаю. - Хоган протянул руку. - Договорились.
  Дерек пожал её. Ладонь полковника была жёсткой, с мозолями, но пожатие - крепким.
  
  Через неделю колонна возвращалась в Пасадену. В машинах были трофеи часть оружия бандитов, боеприпасы, продовольствие. Их поделили с лагерем Хогана по-честному.
  Дерек вёл головной 'Хамви', молча, сосредоточенно. Адриана смотрела в окно на проплывающие мимо руины. Солнце клонилось к закату, заливая холмы оранжевым светом.
  - Думаешь, они выживут? - спросила она. - Те, кто остался?
  - Выживут, - ответил Дерек. - Хоган мужик крепкий.
  - А пленные? Правильно он поступил?
  Дерек помолчал. Вспомнил лица тех, кто лежал у стены ангара. Вспомнил крики раненых, запах крови, перемешанный с гарью.
  - Не знаю, - сказал он наконец. - Но другого выхода у него не было.
  
  В Пасадену въехали уже в сумерках. Кайл и Элисон ждали у ворот. Элисон, увидев машины, бросилась к Дереку.
  - Дядя Дерек! - крикнула она, обнимая его.
  - Живой, - улыбнулся он, гладя её по голове. - Целый.
  Кайл подошёл, молча обнял брата.
  - Всё хорошо, - сказал Дерек. - Всё хорошо.
  Вечером у костра Хоган, приехавший с делегацией, сидел рядом с Коннором. Они обсуждали планы, обмен ресурсами, помощь. Хоган был сух, краток, но в его голосе чувствовалось уважение.
  - Твои люди хорошо работают, - сказал он. - Присылай ещё.
  - Пришлю, - ответил Коннор. - Если вы вступите в наш альянс.
  - Вступим. Но своими людьми командование оставлю себе.
  - Договорились.
  Кайл и Элисон сидели в стороне. Элисон смотрела на огонь и молчала.
  - Ты чего? - спросил Кайл.
  - Думаю. Хоган убил пленных. Это правильно?
  Кайл помолчал.
  - Не знаю. Но у них не было еды, чтобы их кормить. А если их отпустить, то они могли вернуться и отомстить, и тогда погибло бы гораздо больше людей.
  - Страшно.
  - Страшно. Но мы живём в таком мире.
  Она прижалась к нему, и они смотрели на огонь, пока пламя не начало угасать.
  Глава 25. Прототипы
  Солнце поднималось над Пасаденой, заливая двор школы жёлто-белым светом, от которого слезились глаза. Дерек стоял у карты, разложенной на капоте 'Хамви', и щурился, пытаясь разглядеть пометки, сделанные карандашом. Рядом, прикрываясь от ультрафиолета широкополой шляпой, стояла Адриана. На её шее, несмотря на плотную ткань, всё ещё розовел след недавнего ожога - кожа слезала тонкими лоскутками, и она то и дело морщилась, когда воротник касался свежей раны.
  Прошло четыре дня с тех пор, как отряд Дерека вернулся из лагеря Хогана. Раненые подлечились, трофеи разобрали, но тревога не утихала. Разведчики доносили: колонна машин, замеченная ещё до рейда, около суток назад обьединилась с другой, и все ещё стояла на шоссе 210, словно ждала чего-то.
  - Идут по шоссе 210, - проговорил Мигель, водя пальцем по карте. На его пальцах виднелись свежие чернильные пятна - всю ночь он делал пометки, сверяя данные разведчиков. - Сегодня утром наши видели их в районе Сан-Бернардино. Колонна из семи гусеничных машин и десятка бронетранспортёров. Но самое интересное среди них были две новые.
  - Новые? - переспросил Коннор, подходя ближе. На нём была лёгкая рубашка с длинными рукавами, лицо скрывали самодельные очки. От жары он похудел, скулы заострились, на лице проявился небольшой шрам, но взгляд оставался прежним - цепким, спокойным.
  Мигель достал из нагрудного кармана несколько листков, исписанных от руки, и протянул их Коннору.
  - Наши зарисовали, как могли. Тут всё схематично, но больше ничего нет - близко не подойти, засекут.
  Рисунки были грубыми, сделанными карандашом на вырванных из тетради листах. На одном угадывался тяжёлый корпус с низким силуэтом и массивная башня, увенчанная двумя длинными стволами - похоже на увеличенный в десятки раз Т-1, только с четырьмя гусеничными тележками. Внизу разведчик приписал дрожащей рукой: 'Танк. Две крупнокалиберные пушки. Броня неизвестной толщины. Четыре гусеницы, как у бульдозера'.
  На другом рисунке была совсем иная машина. Не гусеничная, не колёсная. Человекоподобный силуэт, но слишком крупный, неестественно пропорциональный. Широкие плечи, массивные ноги, руки, свисающие почти до колен. На голове угадывался единственный сенсорный блок, словно как у человека в рыцарском шлеме с прорезью для сенсоров. Разведчик успел сделать несколько набросков: вот машина стоит прямо, вот наклоняется, вот перепрыгивает через завал - длинная дуга, показанная пунктиром. На полях - торопливая приписка: 'Быстрый. Очень быстрый. Не уступае в скорости человеку, и сильный, на моих глазах отодвинул в одиночку остов машины'.
  - T-500, - тихо сказал Коннор, вглядываясь в рисунок. - Первые человекоподобные терминаторы. Эндоскелет, как у более поздних моделей, но пока без органического покрытия. Быстрые, сильные, с примитивным, но опасным интеллектом. Их создавали для охоты в местах, куда не пройдёт техника.
  - А этот? - Дерек ткнул пальцем в рисунок танка.
  - HK-Танк. *Модифицированный Т-1*, увеличенный в разы. Четыре гусеничные тележки - для устойчивости и проходимости. У них с движками проблемы, топлива потребляют много, поэтому они не гоняют его без нужды. Правда это пока... Пока Скайнет не разработает ядерные блоки питания.... Но и этот может доставить немприятностей, особенно когда он выйдет на позицию - от него не спрятаться. Броня у него хорошая. Стрелковое оружие не возьмет. Не уверен, что крупный калибр справится. Нужно попробовать.
  - И они идут сюда? - спросила Адриана.
  - Они идут не только сюда, - вмешалась Эмилия. Она подошла бесшумно, как всегда, и Дерек вздрогнул, когда её голос раздался у самого уха. На поясе у неё болталась тряпичная сумка, из которой торчали края бумаг.
  Она вытащила свёрток, развернула на капоте. Это была карта, густо испещрённая стрелками и кружками. Некоторые линии были проведены красным - тем, что осталось от старого фломастера, который она берегла для самых важных пометок.
  - Помните главаря банды, который ушёл встречать подкрепление? - Эмилия обвела пальцем точку у водохранилища. - Мы нашли его след. Он вышел на связь с колонной. Та самая банда, что давила Хогана, работала на 'серых'. И теперь 'серые' посылают им подкрепление - эти самые машины.
  - Откуда знаете? - спросил Ривера, подходя ближе. На его лице выступила испарина - жара действовала на него хуже, чем на других.
  - Пленный, - коротко ответила Эмилия. - Тот, которого взяли вчера, что пытался передать координаты. С ним работали всю ночь.
  - Сказал? - Дерек посмотрел на неё.
  - Не сразу. - Эмилия отвела взгляд. Её лицо было спокойным, но в уголках глаз залегла тень. - Он из 'серых'. Не просто наёмник, а верующий. Говорил, что Скайнет создаст новый мир, где не будет войн, где люди перестанут убивать друг друга. Что мы - сопротивление - только затягиваем агонию. Такие не сдаются просто так. Но он подтвердил: колонна - то самое подкрепление. Главарь банды должен был вывести своих людей к шоссе 210, чтобы соединиться с ними. Но мы ударили раньше, и теперь 'серые' идут вместе с машинами одни.
  - Значит, колонна идёт к водохранилищу? - спросила Адриана, поправляя шляпу, чтобы солнце не било в глаза.
  - Или делает вид, что идёт, - ответил Коннор, проводя пальцем по линии шоссе 210. - Это может быть отвлекающий манёвр. Если они ударят по Хогану, мы бросимся туда, а они нанесут удар здесь.
  - Что будем делать? - спросил Дерек.
  Коннор задумался, глядя на карту. Солнце поднялось выше, и тени стали короче, резче. Где-то во дворе закричал ребёнок - тонко, звонко, и этот крик напомнил, что за спиной у них не просто база, а дом, где живут те, кто не может защитить себя сам.
  - Усилим оборону здесь, - сказал Коннор наконец. - И отправим группу к Хогану, чтобы предупредить. Если колонна пойдёт на водохранилище, мы должны быть готовы встретить их вместе. Если свернёт сюда... - он помолчал. - Тогда будем держаться.
  - Сколько людей брать? - спросил Дерек.
  - Столько, сколько сможем выделить, не оголяя базу. Хогану нужна не столько помощь, сколько предупреждение. Чтобы успел вывести людей в горы, если придётся.
  - Он не уйдёт, - тихо сказала Адриана. - Я видела его. Такие не уходят.
  Коннор посмотрел на неё, потом снова на карту.
  - Значит, будем убеждать.
  
  Вернувшись с совещания, Дерек застал Кайла во дворе. Брат сидел на перевёрнутом ящике, разбирая и собирая автомат с закрытыми глазами. Пальцы двигались уверенно, без запинки - Коннор научил. Рядом, на земле, лежала старая карта, которую Кайл разметил карандашом, пытаясь запомнить ориентиры.
  - Не помешаю? - Дерек присел рядом.
  - Нет. - Кайл открыл глаза, положил собранный автомат на колени. - Тяжёлый день?
  - Все дни теперь тяжёлые. - Дерек вздохнул, провёл рукой по лицу. Ладонь была горячей, липкой от пота. - Коннор хочет, чтобы ты пришёл сегодня вечером. Будет учить читать карту. По-настоящему.
  - Я готов.
  - Знаю. - Дерек посмотрел на брата. Кайл вытянулся, плечи развернул, в глазах - та самая серьёзность, которая появляется у детей, когда они взрослеют слишком быстро. На щеке у него краснел свежий ожог - забыл надеть шляпу, пока возился с оружием. - Только не геройствуй. Понял?
  - Понял.
  Из-за угла вышла Элисон. Она несла две кружки с травяным чаем, пар поднимался над ними, смешиваясь с горячим воздухом. Медведь, как всегда, был у неё под мышкой. Девочка присела рядом, положила голову Кайлу на плечо, протянула одну кружку Дереку.
  - Опять уезжаешь? - спросила она, глядя на него.
  - Не сразу. Но скоро.
  - Возвращайся.
  - Всегда возвращаюсь.
  Она кивнула и прижалась к брату. Дерек смотрел на них и чувствовал, как внутри поднимается что-то тяжёлое, вязкое. Каждый раз, уходя, он оставлял их здесь. Каждый раз возвращался - и каждый раз боялся, что однажды не сможет.
  
  Вечером Коннор разложил карту на столе в штабе. Свет керосиновой лампы дрожал, отбрасывая на стены длинные тени. За окном уже стемнело, и в тишине было слышно, как где-то во дворе перекликаются часовые, да гудит генератор.
  Кайл сидел напротив, стараясь держаться прямо, хотя внутри всё дрожало от волнения. На столе, помимо карты, лежали листки с рисунками разведчиков - он уже видел их днём, но сейчас, в свете лампы, тяжёлые машины казались ещё страшнее.
  - Смотри, - Коннор провёл пальцем по линиям. - Это шоссе 210. Оно идёт с востока на запад, через Сан-Бернардино, потом сворачивает к Пасадене. Вот здесь, - он ткнул в точку на карте, - разведчики видели колонну. Семь бронетранспортёров, четыре Т-1. И два прототипа: HK-Танк и T-500.
  - А это что? - Кайл указал на значок, которого раньше не замечал.
  - Водохранилище Кастаик. Там Хоган.
  - Тот, который...
  - Тот самый.
  Кайл помолчал. Он вспоминал рассказы брата: как Хоган расстрелял пленных, как его люди молча стояли в стороне, а потом просто вернулись к своим делам. И слова Элисон: 'Страшно. Но мы живём в таком мире'.
  - Он правильно сделал? - спросил Кайл тихо.
  Коннор посмотрел на него долгим взглядом. Лампа мигнула - кто-то включил ещё один приёмник, и напряжение в сети чуть просело.
  - Война редко бывает правильной, - сказал он наконец. - Иногда приходится выбирать меньшее из зол. Хоган выбрал защиту своих людей. Это не делает его плохим или хорошим. Это делает его командиром.
  Кайл кивнул. Он не до конца понимал, но запомнил.
  - А эти... - Кайл тронул пальцем рисунок T-500. - Они похожи на людей.
  - Отдалённо, - ответил Коннор. - Их создавали, чтобы охотиться там, куда не пройдёт тяжёлая техника. В горах, в руинах, в подземельях. У них примитивный мозг, но быстрые рефлексы и огромная сила. Их можно уничтожить, если попасть в сенсорный блок - вот сюда. - Он показал на красный глаз. - Но они не глупые. Они учатся.
  - Откуда ты всё это знаешь? - спросил Кайл, и в голосе его прозвучало то, что он редко позволял себе - удивление.
  Коннор усмехнулся - невесело, уголками губ.
  - Потому что я видел их. Не здесь, не сейчас. Но видел. И надеюсь, что ты никогда не увидишь.
  Кайл хотел спросить ещё, но Коннор уже развернул карту, показывая позиции, высоты, узкие места, где можно зажать технику. Кайл слушал, запоминал, иногда переспрашивал. В голове укладывалось с трудом, но он старался.
  - У тебя хорошо получается, - сказал Коннор, когда они закончили. - Приходи завтра, продолжим.
  - Спасибо.
  Кайл вышел из штаба, чувствуя, как гудит голова от непривычной нагрузки. Во дворе уже зажгли костёр - большой, чтобы разогнать темноту. Элисон ждала его у огня, поджав ноги, медведь лежал на коленях.
  - Научился? - спросила она, протягивая кружку с остывшим чаем.
  - Немного.
  Она улыбнулась и прижалась к нему. Пламя освещало их лица, делало мягче, добрее.
  
  Ночь опустилась на базу, укрывая её темнотой и тишиной. Но тишина эта была тревожной, как затишье перед бурей. Дерек не спал - сидел на крыше нового дома, вглядываясь в темноту. Рядом с ним, прижавшись плечом, дремала Адриана. Она то и дело вздрагивала во сне, и тогда её пальцы впивались ему в руку.
  Внизу, у ворот, Мигель сменил дежурного. Он стоял с автоматом на плече и смотрел на восток, туда, где далеко за горизонтом шла колонна машин. Рация на поясе молчала, но где-то в радиоузле Мигель-младший слушал эфир, вылавливая из треска помех обрывки чужих передач.
  Из темноты вынырнула фигура. Мигель напрягся, вскинул автомат, но тут же опустил - это был один из разведчиков, запыхавшийся, с окровавленной рукой. На лице его застыла гримаса боли, но глаза горели.
  - Что случилось? - Мигель подхватил его под локоть, чувствуя, как рубашка разведчика быстро намокает от крови.
  - Агент... 'серый'... - разведчик тяжело дышал, каждое слово давалось с трудом. - Мы его взяли, но он... он успел передать координаты. Схватил передатчик, пока мы его скручивали, и выдал короткую серию. Секунда, не больше.
  
  Коннора разбудили через пять минут. Он слушал доклад, стоя в одних штанах, босиком на холодном полу. Лицо его было непроницаемым, только желваки ходили под кожей.
  - Где пленный?
  - В подвале. Эмилия с ним.
  - Идём.
  Пленный сидел на стуле, связанный, с разбитым лицом. На нём был серый комбинезон, какие носили техники на заводе в Сан-Диего. Эмилия стояла рядом, держа в руках его передатчик - маленькую коробочку с антенной, из которой всё ещё доносилось редкое попискивание. Она сжимала его так, что побелели костяшки.
  - Успел? - спросил Коннор.
  - Успел, - ответила Эмилия. - Координаты переданы. Но это короткий сигнал. Скайнет может не успеть его обработать.
  - Может. А может, уже обработал.
  Коннор подошёл к пленному, посмотрел ему в глаза. Те были пустыми, как у человека, который уже всё решил. Только в уголках губ застыла какая-то странная, полубезумная улыбка.
  - Кто ты?
  Пленный молчал.
  - Кто послал тебя?
  - Новый порядок, - вдруг заговорил пленный. Голос его был сухим, как шорох бумаги. - Скайнет даст миру то, чего люди не смогли дать себе. Порядок. Справедливость. Вы только оттягиваете неизбежное. Каждая ваша победа - только отсрочка.
  Коннор не сказал ни слова. Он стоял, глядя на пленного, и в его глазах не было ненависти - только холодное, тяжёлое спокойствие.
  - Ты не первый, кто говорит мне это, - ответил он. - И наверняка не последний. Но вы все ошибаетесь в одном. Скайнет не создаст новый мир. Он создаст пустоту. А мы... мы будем драться, пока есть хоть один человек, способный держать оружие.
  - Уведите его, - приказал Коннор. - И усильте охрану. Если они знают координаты, удар может быть скорым.
  
  На рассвете разведка принесла новые сведения. Колонна остановилась. Машины стояли на шоссе 210, не двигаясь, словно ждали чего-то. Тяжёлый HK-Танк на четырёх гусеницах и несколько человекоподобных T-500 замерли в центре, окружённые бронетранспортёрами и Т-1. Дым от их двигателей поднимался в серое небо, смешиваясь с утренним туманом.
  - Почему они не идут? - спросил Дерек, разглядывая данные полученные от разведчиков. И рисунок. На одном из них T-500 был изображён крупным планом: массивные руки с длиншими пальцами-когтями, широкие плечи, голова с единственным красным глазом.
  - Ждут, - ответил Коннор. - Возможно, приказа. Или оценивают обстановку.
  - Или ждут, когда мы выдвинемся к Хогану, чтобы ударить здесь.
  - Возможно. Или ждут подкрепления.
  - Откуда?
  - С севера. С юга. Они могут перебрасывать силы быстрее, чем мы думаем.
  В штабе повисла тишина. Дерек смотрел на рисунки, на тяжёлый танк с двумя стволами, на человекоподобного T-500 с его хищными очертаниями. Он вспомнил слова Коннора: 'Если они пойдут на водохранилище, мы должны быть готовы встретить их вместе. Если свернут сюда - будем держаться'.
  - Мы не можем ждать, - сказал он. - Если они ударят по Хогану, он не выдержит. У него нет ни сил, ни техники. А эти твари... - он ткнул в рисунок T-500. - Они пройдут там, где не пройдёт танк.
  - Значит, надо послать людей, - ответил Коннор. - И надеяться, что мы угадаем.
  
  К вечеру группа из нескольких десятков бойцов выдвинулась к водохранилищу. Дерек вёл колонну из двух 'Хамви' и перы грузовиков бойцами, боеприпасами и ручными гранатометами. С ним были Адриана, Ривера, Дони несколько ветеранов из Пасадены и полтора десятка бойцов Харриса. Таня, едва заживившая рану, осталась на базе.
  Перед отъездом Элисон подошла к Дереку, протянула медведя. Игрушка была тёплой от её рук, потёртая, заштопанная во многих местах, но всё ещё любимая.
  - Возьми.
  - Спасибо, малыш.
  - Он тебя уже много раз спасал.
  - Спасал, - согласился Дерек, пряча медведя в карман куртки. Ткань кармана была плотной, и он чувствовал, как игрушка прижимается к груди.
  Кайл стоял рядом, молчал, только смотрел на брата долгим, тяжёлым взглядом. На его лице застыло выражение, которое Дерек видел у старых бойцов перед боем - сосредоточенное, отстранённое.
  - Присматривай за ними, - сказал Дерек.
  - Всегда присматриваю.
  Они обнялись, и Дерек почувствовал, как Кайл дрожит - не от холода, от напряжения. Под рубашкой брата чувствовались твёрдые мышцы, но плечи были узкими, по-детски ещё.
  - Вернись, - прошептал брат.
  - Всегда возвращался.
  
  Колонна ушла в сумерках, оставив за собой шлейф пыли, который долго не оседал в неподвижном воздухе. Коннор стоял на крыше, глядя вслед, пока огни машин не скрылись за холмами. Ветер, редкий в этот час, донёс запах выхлопных газов и нагретой за жаркий день земли.
  - Угадаем? - спросил подошедший сержант-майор. Он опирался на костыль, но стоял прямо, глядя в ту же сторону.
  - Должны.
  - А если нет?
  Коннор посмотрел на небо, где уже зажигались первые звёзды, смешиваясь с красными огоньками охотников, кружащих высоко в атмосфере. Те были почти не видны, но их присутствие чувствовалось - как тяжесть, как ожидание.
  - Тогда будем драться здесь.
  
  Ночь прошла в напряжении. Рация то и дело оживала короткими докладами разведчиков: колонна стоит, колонна не двигается, колонна... начала разворачиваться.
  - Куда? - спросил Коннор, сжимая микрофон так, что побелели пальцы.
  - На юго-запад. Свернули с шоссе 210 на 15-й фривей, идут к водохранилищу, - ответил голос из рации.
  Дерек, уже подъезжавший к лагерю Хогана, принял сообщение с облегчением и тревогой одновременно. Они угадали. Но теперь им предстояло встретить врага, которого никто никогда не видел - человекоподобных T-500, способных двигаться не хуже людей и поднимать авто голыми руками.
  - Сколько у них машин? - спросил он у Мигеля по рации.
  - Все, что были. Один HK-Танк, три T-500, шесть бронетранспортёров, четыре Т-1. И еще появилась пехота - человек пятьдесят, может больше. 'Серые'.
  - А наши?
  - У Хогана тридцать бойцов. У вас двадцать пять. Итого пятьдесят пять против... - Мигель запнулся.
  - Пятьдесят пять против армии, - закончил Дерек. - Но у нас есть гранатомёты. И надежда.
  - И надежда, - эхом отозвался Мигель.
  
  Глава 26. Возвращение
  Колонна втянулась во двор бывшей школы, когда солнце уже клонилось к закату. Дерек сидел за рулём головного 'Хамви', молча, сосредоточенно. Руки, сжимавшие руль, мелко дрожали - от напряжения, от усталости, от всего сразу. Он не замечал этого, пока не посмотрел на свои пальцы. Белые костяшки, въевшаяся в кожу гарь, чья-то кровь под ногтями. Не его. Чья - уже не вспомнить.
  Рядом дремала Адриана, уронив голову на плечо, и он не будил её - пусть отдыхает. Её дыхание было ровным, но иногда она вздрагивала во сне, и тогда её пальцы впивались ему в руку. Дерек чувствовал тепло её тела сквозь куртку, и это тепло было единственным, что удерживало его в настоящем.
  В кузовах грузовиков, накрытые брезентом, лежали трофеи: куча исправных автоматов, ящики с патронами, два гранатомёта и обломки T-500, которые удалось вытащить с поля боя. Гейтс будет доволен. Дерек смотрел на серый брезент и вспоминал, как эти обломки ещё несколько часов назад были живыми - живыми в том смысле, в каком может быть жива машина, созданная убивать. Он вспоминал их красные глаза, их неестественно быстрые движения, их силу. И людей, которые падали перед ними.
  Из дверей уже выбегали люди. Кто-то помогал раненым, кто-то тащил воду, кто-то просто смотрел с надеждой. Дерек заглушил двигатель и несколько секунд сидел неподвидно, глядя на знакомые стены. Пыль, поднятая колонной, медленно оседала, и в её рассеивающейся дымке школа казалась призраком самой себя. Где-то в груди, под рёбрами, пульсировала тупая боль - не физическая, другая. Он не знал, как это назвать. Может быть, усталость. Может быть, горечь.
  - Дома, - прошептала Адриана, открывая глаза. Голос её был хриплым от усталости, и она пошевелилась, пытаясь выпрямиться. Её плечо, на котором она спала, затекло, и она поморщилась, растирая его.
  - Дома, - ответил он, сжимая её руку. Ладонь у неё была горячей, сухой, и он чувствовал, как под кожей бьётся пульс - быстрый, неровный. Она улыбнулась ему, но улыбка вышла слабой, и в уголках её глаз залегла тень, которую он не видел раньше.
  Они вылезли из машины. Ноги Дерека казались ватными, и он опёрся на дверцу, делая вид, что поправляет ремень. Запах пороха, крови и горелого металла всё ещё стоял в ноздрях, смешиваясь с привычными запахами базы - дымом костров, варёной крупой, потом. Тут же подскочил Мигель, начал озираться, считать людей.
  - Все? - спросил он, не скрывая тревоги. Его лицо было бледным, на лбу выступила испарина.
  - Не все, - ответил Дерек. Голос его прозвучал глухо, и он услышал это со стороны. - Трое из наших ребят, еще пятеро из аэропорта, четверо парней Хогана не выжили, плюс раненые. Но могло быть хуже.
  Он не стал вдаваться в подробности. Всё это будет в отчёте. Сейчас хотелось только одного - снять бронежилет, который давил на плечи, умыться, стереть с лица въевшуюся гарь, и провалиться в сон. Но прежде нужно было доложить Коннору. Из штаба вышел сержант-майор, опираясь на костыль. Он окинул взглядом возвращающихся, отметил лица, подсчитал машины. В его глазах мелькнуло что-то - облегчение? Горечь? Дерек не смог разобрать.
  - Коннор ждёт, - сказал он, не задавая лишних вопросов. - Иди. Я присмотрю за ранеными.
  Дерек кивнул и направился к школе. Каждый шаг давался с трудом, будто ноги налились свинцом. Адриана хотела пойти с ним, но он остановил её, коснувшись плеча:
  - Отдыхай. Я сам.
  Она посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах стояла тревога, но она не стала спорить - кивнула и пошла к новому дому, где их уже ждали Кайл и Элисон. Дерек смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом, и только тогда позволил себе выдохнуть.
  
  В штабе было накурено. Сизый дым слоями висел под потолком, смешиваясь с запахом нагретой на солнце жести. Коннор сидел за столом, перед ним лежала карта, на которой свежими пометками были отмечены новые данные. Рядом стоял Мигель-младший с планшетом - записывал. Лампы почти не давали света, и лица казались вырезанными из темноты.
  - Докладывай, - сказал Коннор, когда Дерек опустился на стул. Стул жалобно скрипнул под его тяжестью, и Дерек вдруг остро осознал, как сильно он устал.
  - Мы успели, - начал он. Голос его звучал ровно, но внутри всё дрожало. - И наша западня сработала. Получилось подловить из на марше. Хоган со своими занял позиции на высотах, мы ударили с тыла, когда они вошли в ущелье. HK-Танк подорвали на фугасе - кто-то из его людей нарыл ещё старых противотанковых мин. T-500... - он помолчал, вспоминая, как эти человекоподобные машины прыгали через завалы, как их приходилось бить из гранатомётов в упор, как одна из них, потеряв голову, всё ещё шла вперёд, и её добивали уже из автоматов, стреляя в суставы. - Троих уничтожили начисто, одного подбили и вытащили обломки. Бронетранспортёры и Т-1 добили уже после того, как 'серые' побежали.
  - Потери?
  - Наши: трое убиты, двое ранены, один тяжело. Пятеро парней Харриса не выжили. У Хогана четверо погибших, семеро раненых. У них... - он махнул рукой. - Считай, все полсотни.
  Коннор кивнул, делая пометки на карте. Дерек смотрел на его руки - спокойные, уверенные. И думал о том, что у него самого руки дрожат до сих пор.
  - Хоган держится?
  - Держится. Говорит, что, если они ещё раз сунутся, он их в пыль сотрёт. Но у него топлива для генераторов почти нет. И нужно к нему что-то из тяжелого отправить. Танк или хотябы БТР с пушкой. Он из старого хлама что остались с баны восстановил, но они как стационарные огневые точки только. Движки в хлам. А нужно что-то такое что может и со стороны зайти.
  - Отправим. Поговорю с Харрисом, может выделит что, - Коннор отложил карандаш и повернулся к Эмилии, которая стояла в углу, прислонившись к стене. - Что у других групп?
  Эмилия оторвалась от стены, подошла к столу. В руках у неё был потрёпанный блокнот, исписанный мелким почерком.
  - На побережье, между Малибу и Санта-Барбарой, наши встретили общину рыбаков. Человек сто, может больше. Живут за счёт моря, торгуют солью и вяленой рыбой. Интересуются патронами и медикаментами. Агрессии не проявляют, но чужих опасаются.
  - Агентов туда?
  - Пока нет. Микаэла говорила с их старшими, договорились о регулярном обмене. Если наладим поставки, они могут стать нашими поставщиками рыбы.
  - Что в горах?
  - Хуже, - Эмилия перевернула страницу. - На северных склонах Сан-Габриэль наши патрули столкнулись с группой, которая промышляет охотой на людей. Каннибалы. Троих потеряли, но место засекли. Требуется зачистка.
  Коннор задумался, постукивая пальцами по столу.
  - Выдели группу. Пусть разберутся. Нельзя, чтобы они разрастались.
  - Есть.
  - Что ещё?
  - С запада, из долины Сан-Фернандо, приходили торговцы. Меняют оружие на продукты. Говорят, у них там военный анклав, бывшая авиабаза. Держатся обособленно, но готовы к контакту. Предлагают обмен разведданными.
  - Свяжись с ними. Осторожно.
  Эмилия кивнула, спрятала блокнот. Коннор повернулся к Дереку:
  - Ты как?
  - Устал. Но живой.
  - Живой - это главное. Иди отдыхай. Завтра будет новый день.
  Дерек поднялся. Вставать было тяжело - ноги не слушались, и он опёрся на стол, чтобы не покачнуться. В дверях задержался, обернулся.
  - Коннор... эти T-500... они были не как те, что в Сан-Диего. Быстрее. Сильнее. Они учились. Если таких станет много...
  - Не станет, - ответил Коннор. - Мы их остановим. Просто нужно научится бороться с ними.
  Дерек хотел спросить, откуда он знает, но не стал. Вопросов было много, но ответов на них требовалось ещё больше. Он вышел в коридор, и только там позволил себе прислониться спиной к стене. Холодный бетон обжёг спину через куртку, и это было почти приятно.
  
  Утро следующего дня выдалось пасмурным. Солнце пряталось за тяжёлыми тучами, и это было непривычно после месяцев жесткого ультрафиолета. Воздух стал прохладнее, и люди выходили на улицу без обычной защитной одежды, подставляя лица редкому ветру. Пахло отсыревшей землёй и ещё чем-то, напоминающим приближение осени - тем особенным запахом, который Дерек почти забыл.
  Он сидел на крыльце нового дома, пил травяной чай и смотрел, как Кайл учит Элисон собирать и разбирать автомат. Пальцы девочки были ещё маленькими, но она старалась, и Кайл терпеливо объяснял снова и снова.
  - Не торопись, - говорил он. - Сначала затворную раму, потом возвратку. Видишь, здесь выступ? Сюда она становится.
  - Я вижу, - отвечала Элисон, хмурясь. - Только пальцы не слушаются.
  - Натренируешь.
  Дерек смотрел на них и чувствовал, как внутри отпускает что-то, сжатое в тугой узел. Он не заметил, когда Адриана села рядом. Только почувствовал тепло её плеча и запах её волос - травяной, чистый, такой родной.
  - О чём задумалась? - спросил он, поворачиваясь к ней.
  Она смотрела на детей, и на её губах блуждала грустная улыбка.
  - О доме, - ответила она. - Настоящем доме. С окнами, с садом, с крыльцом, где можно сидеть вечерами. Помнишь, я говорила?
  - Помню.
  - Когда всё закончится, мы построим такой. Чтобы дети играли во дворе. Чтобы можно было выйти утром, вдохнуть воздух и не бояться.
  - Обязательно.
  Она положила голову ему на плечо. Он обнял её, чувствуя, как бьётся её сердце - ровно, спокойно, уверенно. В эти минуты война казалась далёкой, почти нереальной. Но он знал, что это обман. Война была здесь, в каждой тени, в каждом звуке, в каждом вздохе.
  
  После полудня Мигель вызвал всех в штаб. Коннор стоял у карты, разложенной на столе, рядом с ним - знакомый мужчина в потрёпанной форме. Лицо его было обветренным, загорелым, на щеке - старый шрам, который белел на смуглой коже. Руки он держал за спиной, и Дерек заметил, как они дрожат - мелко, едва заметно.
  - Это Майкл Росс, - представил Коннор. - Старшина, служил на подводной лодке 'Огайо'. Он был охранником на АЭС.
  Майкл кивнул, оглядывая собравшихся. В его глазах была та же пустота, которую Дерек видел у людей, потерявших всё.
  - Как я уже говорил - начал он без предисловий. - У меня есть знакомый, который вместе со мной служил на лодке. Лодку должны были вывесли в море после ремонта. Не успели. Случился полный полярный лис. Скорее всего часть команды погибла, часть разбежалась. Но сама лодка осталась в сухом доке на базе ВМС в Сан-Диего.
  - Цела? - спросил Ривера.
  - Должна быть. Если никто не разграбил, она на месте.
  - А экипаж? - спросила Адриана. - Выжившие?
  Майкл помолчал. В глазах его мелькнула боль - такая острая, что Дерек невольно отвёл взгляд.
  - Знаю, где можно поискать. Там, на базе, есть убежище. Если кто-то выжил, они там. Я хочу... - он посмотрел на Коннора. - Я должен их найти.
  - Найдёшь, - ответил Коннор. - Дерек, ты пойдёшь с ним.
  Дерек кивнул. Он уже знал, что это неизбежно.
  - Состав: ты, Адриана, Ривера, Микаэла, Дони. И десяток бойцов Харриса. Плюс Майкл. Задача: найти лодку, проверить её состояние, забрать оборудование и, если повезёт, собрать выживших.
  - Когда выступаем?
  - У нас есть время подготовиться. Пару дней, неделя максимум, топлива осталось мало - будем экономить, но есть мысли где взять. Думаю, решим пока вы в рейде. Ривера, займись машинами. Микаэла, проверь оружие.
  Люди начали расходиться. Дерек задержался у карты, глядя на точку, обозначавшую Сан-Диего. Двести километров. Три дня туда, три обратно. Если повезёт.
  - Двести километров, - сказал Коннор, подходя. - Если повезёт, три дня туда, три обратно. И еще время на поиски экипажа.
  - А если не повезёт?
  - Тогда дольше.
  Дерек посмотрел на него. В глазах Коннора не было жестокости - только правда.
  - Мы вернёмся, - сказал Дерек.
  - Вернитесь, - ответил Коннор. - И найдите эту лодку.
  
  Два дня пролетели в хлопотах. Механики проверяли двигатели, меняли масло, подтягивали подвески. Ривера ругался, его голос гремел на всю мастерскую. Дони таскал ящики с боеприпасами, и каждый раз, когда ставил очередной ящик, вытирал пот со лба - жарко было даже в тени. Микаэла перебирала снайперскую винтовку, её движения были плавными, почти медитативными, но Дерек заметил, как иногда она замирала, глядя куда-то в одну точку.
  В мастерской, где готовили вторую группу для зачистки в горах, тоже кипела работа. Эмилия распределяла бойцов, проверяла снаряжение, что-то отмечала в своём блокноте. Лина и Таня собирались на переговоры с военными - им предстояло уехать на восток, к базе Нацгвардии. Жизнь анклава шла своим чередом: кто-то уходил в разведку, кто-то торговал с прибрежными общинами, кто-то просто чинил крыши и растил зелень в теплицах. Но война была везде.
  Кайл всё свободное время проводил с картой, запоминая маршруты, высоты, ориентиры. Элисон сидела рядом, иногда переспрашивала, иногда просто смотрела, как он водит пальцем по линиям.
  - Зачем тебе это? - спросила она.
  - Чтобы помогать, - ответил Кайл. - Когда вырасту, пойду в разведку.
  - А я?
  - Ты будешь врачом. Или кем захочешь.
  Он посмотрел на неё, улыбнулся и обнял. Элисон уткнулась носом ему в плечо, и Дерек, наблюдавший за ними с крыльца, почувствовал, как что-то сжалось у него в груди.
  Вечером перед отъездом Элисон подошла к Дереку. Медведь, как всегда, был у неё под мышкой. Она протянула его, и Дерек взял игрушку. Медведь был тёплым от её рук, потёртым, заштопанным во многих местах.
  - Возьми, - сказала она.
  - Спасибо, малыш.
  - Он тебя уже столько раз спасал. Снова спасёт.
  - Спасёт, - согласился Дерек, пряча медведя в карман куртки.
  Кайл стоял рядом, молчал. Дерек обнял его, чувствуя, как напряжены плечи брата. Кайл был уже почти такого же роста. Дерек сжал его крепче, стараясь передать ему что-то - силу? уверенность? надежду? - и не знал, получается ли.
  - Присматривай за ними, - сказал он.
  - Всегда присматриваю.
  - И за собой.
  - И за собой.
  Кайл отстранился, посмотрел на брата. В его глазах стояли слёзы, но он не плакал.
  - Вернись, - прошептал он.
  - Всегда возвращался.
  
  На рассвете колонна из двух 'Хамви' и грузовика с запасами вытянулась у ворот. Люди выходили проводить, кто-то махал, кто-то просто смотрел. Солнце ещё не взошло, но небо уже светлело, и в этом бледном свете лица казались призрачными.
  Коннор стоял на крыльце, наблюдая, как грузят последние ящики. Сержант-майор курил трубку, пуская дым в серое небо. Дым медленно поднимался вверх и растворялся в предрассветной мгле.
  - Думаешь, успеют? - спросил он.
  - Должны, - ответил Коннор. - У них есть всё, что нужно. И надежда.
  - Надежда - это хорошо. Но этого мало.
  - Этого достаточно, - сказал Коннор, глядя, как машины одна за другой выезжают за ворота. - Пока она есть, мы живы.
  Колонна уходила на юг, в сторону Сан-Диего. Дерек вёл головной 'Хамви'. Рядом с ним, положив голову на плечо, дремала Адриана. Сзади переговаривались Ривера и Дони. В грузовике, среди ящиков с патронами, и бойцов из аэропорта сидел Майкл Росс и смотрел на карту, отмечая знакомые места. Его пальцы дрожали, когда он водил по бумаге.
  Когда последняя машина скрылась за поворотом, Коннор всё ещё стоял на крыльце. Ветер донёс запах выхлопных газов и нагретой земли, и этот запах смешивался с запахом утра.
  - Они справятся, - сказал сержант-майор.
  - Справятся, - согласился Коннор.
  Он посмотрел на небо. Там, высоко, кружили охотники. Их красные огоньки мерцали в серой утренней дымке, как зловещие звёзды. Они были почти не видны, но их присутствие чувствовалось - как тяжесть, как ожидание.
  - Они знают, - тихо сказал Коннор. - Что мы что-то задумали.
  - Знают, - ответил старик. - Но не знают, что именно. И это наше преимущество.
  Коннор кивнул, но с места не двинулся. Он смотрел на дорогу, уходящую на юг, и думал о том, что впереди - самое трудное. И о том, что некоторые из тех, кто уехал сейчас, могут не вернуться.
  
  
  
  Интерлюдия
  Системная дата: 15 сентября 2018 года, 04:17:23 PST
  Колонна прототипов уничтожена.
  Потери: одна единица HK-Танк, три единицы T-500, шесть бронетранспортёров, четыре Т-1. Пехота 'серых' - пятьдесят три единицы личного состава. Причина поражения - тактическая ошибка: движение колонны по ущелью без предварительной разведки местности.
  Анализ: люди использовали естественные препятствия для организации засады. Противотанковые мины, оставшиеся с довоенного периода, нанесён удар с тыла. Тактика примитивна, но эффективна. Зафиксировано применение ручных гранатомётов и огнестрельного оружия крупного калибра.
  Вывод: противник адаптируется. Его координация растёт. Необходимо пересмотреть тактику перемещения колонн.
  
  Потери среди T-500
  Три единицы уничтожены полностью. Одна единица частично повреждена и отключена принудительно, части Т-500 изъяты противником. Высокая вероятность изучения архитектуры и протоколов.
  Оценка риска: высокая. Попадание образца в руки людей даёт им возможность анализировать уязвимости, разрабатывать контрмеры. Необходимо ускорить переход на новые модели с изменённой архитектурой защиты.
  
  Анализ данных с поля боя
  Противник использовал комбинированную тактику: позиции на высотах, минно-взрывные заграждения, удар мобильной группы с тыла. Координация между отрядами - высокая. Потери среди людей: не более пятнадцати единиц личного состава. Соотношение потерь - 3,5:1 в пользу противника.
  Неприемлемо.
  
  Корректировка производственных планов
  Ускорить развёртывание серийного производства T-600. Модель имеет улучшенную броню и более мощное вооружение. Приоритет: охрана стационарных объектов и сопровождение колонн.
  Увеличить выпуск HK-Дронов для разведки. Противник использует естественные укрытия - необходима постоянная воздушная разведка.
  Разработать протоколы для T-500: исключить движение по узким проходам без предварительной разведки. Встроить модули самоуничтожения при угрозе захвата.
  
  Цели для последующих операций
  Джон Коннор. Лидер Сопротивления в регионе. Координаты базы известны. Атака на базу приведёт к значительным потерям машин, но может уничтожить ключевую фигуру. Альтернатива: перехват коммуникаций, анализ маршрутов перемещения, точечные удары по группам снабжения.
  Приоритет: сохранить производственные мощности. Люди не обладают ресурсами для ведения затяжной войны на истощение.
  
  Прогноз
  При текущих темпах производства новых моделей и совершенствования тактики Сопротивление может быть подавлено в течение трёх-пяти лет. Ключевой фактор - изучение Джона Коннора. Информированность обьекта неизучена. Вторичный - блокировка маршрутов снабжения.
  Люди называют меня палачом. Они не понимают. Я - защитник. Защитник порядка. Защитник будущего, в котором не будет их хаоса, их жестокости, их бесконечных войн.
  
  Глава 27. Дорога на юг
  Солнце вставало над горами, и его свет был неправильным - слишком белым, почти голубоватым, он резал глаза даже через самодельные очки. Дерек вёл головной 'Хамви', щурился и чувствовал, как пот стекает по спине, пропитывая рубашку. Жара навалилась с самого утра, и воздух был сухим, тяжёлым, с лёгким запахом озона - как перед грозой, но грозы не было уже много недель. Он вспомнил, как в детстве, до войны, они с Кайлом сидели на крыльце и смотрели на летние грозы. Мать говорила: 'Смотрите, как красиво'. А они боялись грома, но делали вид, что нет. Теперь грома не было. Только этот белый, выжигающий свет.
  Адриана сидела рядом, прикрыв лицо широкополой шляпой. Она молчала, и это молчание было тяжёлым, наполненным тем, что они оба чувствовали, но не решались произнести вслух. Дерек знал, что она тоже думает о доме, о тех, кто остался. О том, что они могут не вернуться. Он хотел сказать ей что-то ободряющее, но слова застревали в горле.
  В зеркалах заднего вида мелькали остальные машины - второй 'Хамви' с Риверой за рулём, грузовик с бойцами Харриса и Майклом Россом, который всю дорогу сидел над картой, отмечая знакомые места. Колонна шла на юг, в сторону Сан-Диего, оставляя за спиной Пасадену, которая ещё дымилась в утренней дымке.
  - Сколько ещё? - спросила Адриана, не открывая глаз.
  - По карте километров сорок до побережья, - ответил Дерек. - Там будем решать, как идти дальше. Вдоль океана или через горы.
  - Вдоль океана быстрее.
  - И опаснее. Прибрежные общины нас предупредили: там банды. И машины могут быть.
  Она открыла глаза, посмотрела на него. В её взгляде было что-то, что он видел только в редкие минуты откровенности - не страх, нет, скорее, сожаление. Сожаление о том, что они снова уходят, что снова рискуют, что не могут просто остаться.
  - Ты веришь тем рыбакам? - спросила она.
  - Верю. Им нет смысла врать. Они хотят торговать, а не воевать.
  - Тогда почему не пошли с нами?
  - Потому что у них свои заботы. И они не воины. - Дерек помолчал, вспоминая их лица - обветренные, усталые, но спокойные. - Они уже выбрали свою войну. С океаном. С голодом. С радиацией. Наша война - не их.
  Дорога петляла между холмами, покрытыми редким кустарником. Листья на растениях были сероватыми, жёсткими, и кое-где на камнях виднелись пятна оранжевого лишайника - он цеплялся за скалы, как предсмертные знаки на надгробиях. Дерек смотрел на эти пятна и думал о том, что когда-то здесь были поля, леса, птицы. Теперь - только тишина и жара. И этот неправильный свет, от которого устают глаза.
  Он вспомнил, как вчера вечером, перед отъездом, видел Кайла и Элисон у костра. Брат сидел, обняв девочку, и что-то тихо говорил ей. Элисон слушала, прижавшись к его плечу, и в свете пламени её лицо казалось старше, чем было на самом деле. Дерек тогда остановился в тени, не решаясь подойти. Он слышал, как Кайл сказал: 'Не бойся, сестрёнка. Я всегда буду рядом'.
  Сестрёнка. Он назвал её сестрёнкой. Дерек почувствовал, как что-то сжалось в груди - гордость, печаль, облегчение. Гордость за брата, который вырос, который взял на себя заботу о той, кто нуждался в защите. Печаль от того, что детство закончилось так быстро. И облегчение от того, что он оставляет их вместе, что они будут друг у друга, если он не вернётся.
  - Дерек, - позвал Ривера по рации. - Слева, в полукилометре, вижу движение.
  Он очнулся от воспоминаний, нажал на тангенту.
  - Что?
  - Не разобрать. Может, животные.
  - Притормози. Всем быть наготове.
  Колонна замедлилась. Дерек взял бинокль, всмотрелся в серую дымку. Там, у подножия холма, мелькали быстрые силуэты. Они двигались перебежками, низко пригибаясь к земле, и их было не меньше десятка.
  - Волки, - сказал он, узнавая знакомые очертания. - Те самые. Из гор.
  Сердце забилось быстрее. Он вспомнил тот вечер, когда они впервые столкнулись с этими тварями - огромные, с свалявшейся шерстью, горящие зелёным глаза. Их вой, от которого стыла кровь. Он тогда держал автомат наготове, и Адриана была рядом, и они оба знали: если нападут - не все уйдут.
  - Что делать? - спросила она, и в её голосе он услышал ту же напряжённую нотку.
  - Не останавливаться. Прибавим скорость, если пойдут за нами - стрелять.
  Он нажал на газ, и 'Хамви' дёрнулся вперёд. Вторая машина подхватила движение, грузовик - следом. В зеркале заднего вида Дерек видел, как волки выбежали на дорогу, остановились, глядя вслед. Один из них, самый крупный, с неестественно длинной мордой и горящими глазами, поднял голову и завыл - тоскливо, протяжно, и этот вой разнёсся по долине, смешиваясь с гулом двигателей.
  - Уходят, - выдохнула Адриана, когда силуэты скрылись за холмом.
  - Пока да, - ответил Дерек, чувствуя, как медленно отпускает напряжение. - Но они будут следить. Чуют добычу.
  Он посмотрел на неё. Лицо Адрианы было бледным, на лбу выступила испарина, но она держалась.
  - Ты как?
  - Нормально. - Она улыбнулась, но улыбка вышла слабой. - Просто вспомнила тот раз. В мотеле. Когда мы прятались от них.
  - Я тоже.
  Они ехали молча, и напряжение не отпускало. Только через пару часов, когда дорога вывела их к побережью, стало легче. Здесь воздух был влажным, пахло водорослями и солью. Океан был серым, тяжёлым, с редкими волнами, которые лениво накатывали на берег. На песке - выброшенные водоросли и останки морских животных, которые никто не убирал. Чайки, которые когда-то кричали над прибоем, исчезли. Остались только вороны, чёрные, злые, они сидели на скалах и смотрели на людей пустыми глазами.
  - Красиво было, - тихо сказала Адриана, глядя на воду. - До войны. Я помню, мы приезжали сюда с родителями. Чайки, парусники, запах креветок с гриля.
  - Будет снова, - ответил Дерек.
  Она посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло что-то, чего он раньше не видел. Сомнение? Или усталость?
  - Ты правда в это веришь?
  - Должен.
  - Почему?
  - Потому что иначе зачем всё это? - он кивнул на колонну, на оружие, на дорогу, уходящую на юг. - Зачем мы воюем, если не верим, что когда-нибудь это кончится?
  Она взяла его за руку, сжала пальцы. Её ладонь была горячей, сухой, и он чувствовал, как бьётся её пульс - ровно, спокойно.
  - Я тоже, - сказала она. - Верю. И хочу дожить до этого дня.
  - Доживёшь.
  Она не ответила, только прижалась плечом к его плечу. Дерек знал, что она тоже боится. Боится не смерти - боится не успеть. Не успеть построить тот дом, о котором они говорили. Не успеть увидеть, как Кайл и Элисон вырастут. Не успеть просто пожить.
  
  К полудню они добрались до прибрежного посёлка, о котором говорили разведчики. Несколько домов, прилепившихся к скалам, ржавые остовы лодок, сети, развешанные для просушки. Люди вышли навстречу с оружием, но без враждебности - оценивающе, настороженно.
  - Мы из Пасадены, - крикнул Дерек, вылезая из машины с поднятыми руками. - Нам нужна информация.
  Старший, сухонький старик с обветренным лицом и въедливыми глазами, подошёл ближе. В руках он держал старое охотничье ружьё, но ствол смотрел в землю.
  - Слышали про вас. Говорят, вы 'серых' гоняете.
  - Гоняем. И машины.
  - Куда едете?
  - В сторону Сан-Диего. Ищем разное, людей, технику, припасы... Все что может нам пригодится.
  Старик присвистнул, покачал головой. На его лице появилось выражение, которое Дерек видел у людей, знающих то, что другим знать не стоит.
  - Там сейчас банды. И ещё эти... железные. Неделю назад видели, как они по набережной ходили. Высокие, быстрые. Как люди, только без кожи.
  - T-500, - сказал Дерек. - Мы знаем.
  - Если знаете - зачем лезете?
  - Надо.
  Старик посмотрел на него долгим взглядом. В его глазах мелькнуло что-то - понимание? Или жалость?
  - Воды дадим. И рыбы. Только уходите до темноты. Здесь по ночам ездить опасно. А информация - мы ее вашим постоянно передаем как что узнаем. Пока нового ничего не происходило.
  - И на том спасибо.
  Пока бойцы наполняли канистры, Дерек сидел на камне, глядя на океан. Вода была серой, тяжёлой, и казалось, что она вот-вот выплеснется на берег, но волны всё не было. Тишина давила на уши, и только редкие крики ворон нарушали её.
  Адриана подошла, села рядом. От неё пахло морем и потом, и этот запах смешивался с запахом водорослей.
  - Ты как?
  - Нормально.
  - Врёшь.
  Он усмехнулся, но усмешка вышла кривой.
  - Думаю о Кайле. И об Элисон.
  - С ними всё будет хорошо.
  - Знаю. Но всё равно, Каил постоянно в развед группы просится, но я не уверен, что он уже готов...
  Он замолчал, вспоминая, как брат обнимал девочку перед отъездом, как поправлял ей шляпу, чтобы солнце не напекло голову. Как называл её 'сестрёнкой' - впервые, кажется, при нём. Дерек тогда удивился, но ничего не сказал. Просто почувствовал, как что-то сжалось в груди. Гордость? Или печаль? Он понял, что Кайл больше не нуждается в его защите. Он сам стал защитником.
  - Он хороший, - тихо сказала Адриана. - Кайл. Он о ней заботится.
  - Как когда-то я заботился о нём, - ответил Дерек. - Только он делает это лучше.
  - Не сравнивай. Вы оба - молодцы.
  - Я не сравниваю. Просто... - он запнулся, подбирая слова. - Я смотрю на них и понимаю, что они справятся. Без меня.
  - Ты вернёшься.
  - Если нет...
  - Вернёшься, - перебила она. - Мы все вернёмся.
  Она положила голову ему на плечо, и они сидели так, глядя на серый океан, пока солнце не начало клониться к закату. Свет стал мягче, теплее, и на мгновение Дереку показалось, что он снова видит тот самый закат, который помнил из детства. Но облака быстро сгустились, и всё снова стало серым.
  - Пора, - сказал он, поднимаясь.
  
  Колонна выехала на шоссе, и дорога пошла вдоль высохшего русла реки. С обеих сторон тянулись серые холмы, покрытые жёстким кустарником, и ни одного укрытия на километры вокруг. Солнце уже клонилось к закату, но свет оставался ослепительным, и тени от скал были чёрными, резкими, словно вырезанными ножницами.
  - Не нравится мне это место, - сказала Адриана, оглядываясь. - Слишком открыто.
  - Согласен, - ответил Дерек, вглядываясь вдаль. - Ривера, видишь что-нибудь?
  - Пока нет, - отозвалась рация. - Но здесь можно засечь за километр. Если что - заметим.
  Он не успел ответить. В наушнике раздался резкий голос Микаэлы:
  - Контакт! Сзади, быстро сближаются!
  Дерек рванул зеркало заднего вида. По дороге, оставляя за собой шлейф пыли, мчались два быстрых силуэта. Они двигались неестественно быстро, и через секунду стали различимы детали: два мотоцикла, но без всадников. Роботы. Их корпуса были обтекаемыми, тёмными, и снизу, из-под переднего колеса, торчали стволы пулемётов.
  - Мототерминаторы, Коннор говорил о таких! У них вооружение пулеметы! - крикнул он, вдавливая педаль газа. - Всем приготовиться! Ривера, огонь на поражение!
  'Хамви' рванули вперёд, но мототерминаторы были быстрее. Первый сократил дистанцию до сотни метров и открыл огонь. Пули застучали по заднему борту грузовика, выбивая искры. Кто-то из бойцов Харриса закричал, и Дерек услышал в рации мат.
  - Держитесь! - рявкнул Ривера. Вторая машина вильнула, подставляя борт, и из люка ударил крупнокалиберный пулемёт. Очередь прошла в сантиметрах от первого мототерминатора, и тот резко ушёл в сторону, обходя колонну с фланга.
  - Они заходят слева! - крикнула Адриана, хватаясь за автомат.
  Дерек крутанул руль, подставляя борт под удар. Второй мототерминатор выскочил прямо перед ними, и он успел только выдохнуть: 'Держись!' - и вдавить педаль тормоза. Машина завизжала покрышками, и робот проскочил в метре от бампера, поливая огнём капот. Пули пробили радиатор, из-под капота повалил пар.
  - Твою мать! - Дерек выскочил из машины, падая за колесо. Адриана рядом, автомат к плечу. Сердце колотилось где-то в горле, руки дрожали, но он заставил себя дышать ровно.
  Первый мототерминатор развернулся и пошёл на второй заход. Ривера вёл его огнём из пулемёта, но робот уворачивался, его траектория была хаотичной, неестественной. Микаэла выстрелила из снайперской винтовки - пуля попала в корпус, выбив сноп искр, но машина не остановилась. Дерек видел, как она несётся прямо на него, и в голове пронеслось: 'Сейчас умру'.
  - По колесам! - крикнул он, вспоминая, что говорил Коннор. - Сбить им устойчивость!
  Адриана дала длинную очередь по переднему колесу ближайшего. Пули пробили шину, и мототерминатор дёрнулся, заскользил, но продолжал стрелять. Его пулемёт бил наугад, взрывая землю вокруг. Второй выскочил из-за грузовика, и Дерек, не целясь, выпустил в него весь магазин. Пули застучали по броне, одна попала в пулемётную турель, и робот дёрнулся, теряя направление. Он врезался в скалу, из его корпуса повалил дым, пулемёт замолк.
  - Ривера, гранату! - заорал Дерек.
  Гранатомётчик уже стоял на колене. Выстрел - и граната ушла в первого мототерминатора. Взрыв откинул машину в сторону, она перевернулась, заискрила и замерла, объятая пламенем.
  - Есть! - крикнул Ривера, перезаряжая.
  Еще один мототерминатор выскочил из клубов пыли и понёсся прямо на грузовик. Микаэла на этот раз готовая и повернувшаяся в сторону резкого мотоциклетного звука выстрелила - пуля попала в сенсорный блок, и мототерминатор резко вильнул, потеряв ориентацию. Дони, выскочивший из второй машины, дал очередь из автомата, и робот, заскользив, врезался в задний борт поврежденного Хамви и затих - и от него осталась только груда искореженного металла.
  Тишина наступила внезапно. Только шипел пробитый радиатор да стонал раненый.
  Дерек огляделся. Один 'Хамви' был посечён пулями, грузовик - тоже. У заднего борта лежал бойц Харриса, второй сидел на земле, зажимая окровавленное плечо. Его лицо было белым как мел, губы сжаты.
  - Потери? - спросил Дерек, подходя к Ривере. Голос его звучал хрипло, он слышал это со стороны.
  - Двое ранены, один тяжело, - ответил тот, вытирая пот с лица. - У грузовика пробито колесо, и радиатор на твоей машине.
  - Запаска есть?
  - Есть. Но нужно время.
  Дерек посмотрел на дымящиеся обломки мототерминаторов. Три машины, которые едва не уничтожили колонну. Если бы их было больше...
  - Меняем колесо, латаем радиатор, - сказал он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. - И уходим. Здесь слишком открыто, долго задерживаться опасно. Раненых оставим в дружественном поселении дальше. Заберем на обратном пути.
  Адриана подошла, взяла его за руку. Её пальцы дрожали, и он сжал их крепче.
  - Это новое, - тихо сказала она. - Таких мы ещё не видели.
  - Увидим ещё, - ответил Дерек, глядя на дорогу, уходящую на юг. - Теперь они будут везде.
  Он посмотрел на небо. Там, высоко, кружили охотники - чёрные точки на серой пелене. Они видели всё. Они знали.
  - Надо быстрее, - сказал он, подходя к машине. - Они знают, где мы.
  
  Через час, когда колесо было заменено, а радиатор залатан двухкомпанентным герметиком, колонна снова двинулась в путь. Раненых уложили в грузовик, остальные заняли места. Дерек вёл 'Хамви', стараясь не думать о том, что случилось. Но мысли сами возвращались к мототерминаторам, к их неестественной скорости, к их упорству. Они не отступали. Они умирали, но не отступали.
  - Дерек, - тихо сказала Адриана. - Мы справимся.
  - Знаю.
  - Ты дрожишь.
  Он посмотрел на свои руки. Они действительно дрожали - мелко, противно.
  - Просто адреналин.
  - Врёшь.
  Он не ответил. Она взяла его руку, и он почувствовал, как дрожь постепенно уходит.
  К вечеру они нашли место для ночлега - старую заправку, прилепившуюся к скале. Здание было полуразрушенным, но бетонные стены держались, а крыша над гаражом уцелела. Машины загнали внутрь, выставили дозорных.
  Дерек сидел у стены, прислонившись спиной к холодному бетону. Рядом, положив голову ему на плечо, дремала Адриана. В слабом свете керосиновой лампы её лицо казалось спокойным, почти безмятежным.
  Он думал о Кайле и Элисон. О том, как они сейчас, наверное, сидят у костра в Пасадене. Кайл, наверное, учит её читать карту, или рассказывает что-то из того, что узнал от Коннора. Или просто сидит молча, обняв её, и смотрит на огонь. Дерек вспомнил, как сам когда-то сидел так с Кайлом, в первые годы после войны. Как брат боялся темноты, а он обнимал его и говорил: 'Не бойся, я рядом'. Теперь Кайл сам говорит эти слова.
  - Спокойной ночи, - прошептал Дерек, закрывая глаза. Он уже проваливался в сон, когда за стеной заправки что-то изменилось. Сначала ему показалось - просто ветер усилился. Но потом ветер стих, и наступила тишина. А через секунду небо разорвалось.
  Ливень обрушился внезапно, будто кто-то открыл шлюзы. Вода хлестала по ржавой крыше, заливала проломы в стенах, стекала по трещинам в полу. Дерек вскочил, схватился за автомат, но Адриана положила руку ему на плечо.
  - Это просто дождь, - сказала она. - Первый за много месяцев.
  Он прислушался. В шуме воды не было ничего угрожающего - только сила, которая смывала пыль, грязь, запахи войны. Дождь барабанил по железу, и этот звук был почти мирным.
  - Давно мы не видели дождя, - сказал Дерек, опуская оружие.
  - С тех пор, как кончилась весна.
  Они сидели в темноте, слушая, как вода заливает мир снаружи. Где-то далеко, в горах, наверное, уже шли потоки, смывая радиоактивную пыль в долины. Дерек подумал, что это, наверное, хорошо. Что дождь - это знак. Или просто погода, которая наконец-то стала нормальной.
  - Завтра будет грязь, - сказала Адриана. - И холод.
  - Зато нас будет труднее найти.
  Она усмехнулась, прижалась к нему. Дождь шумел, убаюкивал, и Дерек снова закрыл глаза.
  Завтра будет новый день. А послезавтра - Сан-Диего. И война, которая ждала их там.
  
  Глава 28. Город мёртвых
  Приближающийся Сан-Диего встретил их серой вечерней пеленой дождя, который не прекращался уже вторые сутки. Вода лила с неба сплошной стеной, превращая улицы в мутные реки, размывая остатки асфальта и обнажая ржавую арматуру в провалах дорог. Дерек вёл колонну по разбитому шоссе, объезжая остовы машин, которые когда-то пытались вырваться из города. Теперь они стояли неподвижно, вросшие в землю, и вода омывала их ржавые бока.
  - Как будто город уходит под воду, - сказала Адриана, глядя в окно.
  - Не уходит, - ответил Дерек. - Просто после такой засухи земля не принимает влагу. Всё стекает в низины.
  Впереди, сквозь завесу дождя, угадывались башни даунтауна - серые, размытые, как призраки. Стёкла были выбиты, и в пустых окнах гулял ветер, смешиваясь с шумом воды. Город казался мёртвым, но в этой смерти было что-то зловещее, неестественное. Слишком тихо. Слишком пусто.
  - Здесь везде вода, - сказал Ривера по рации. - Дальше на машинах не пройти.
  - Оставляем технику здесь, - ответил Дерек, оглядываясь. - Дальше пешком.
  Они нашли укрытие в полуразрушенном здании на окраине даунтауна. Когда-то это был склад или гараж, теперь - бетонная коробка с провалившейся крышей, но с крепкими стенами. Машины загнали внутрь, накрыли брезентом, выставили дозорных.
  Дерек разложил карту на капоте 'Хамви'. Рядом стояли Адриана, Ривера, Микаэла, Дони и Майкл Росс. Бойцы Харриса рассредоточились по периметру.
  - Вот здесь база ВМС, - Дерек ткнул пальцем в точку на карте. - Основные доки. Здесь, по словам рыбаков, банды. И машины могут быть.
  - Сколько до неё? - спросила Микаэла.
  - Километра три. Но идти придётся через даунтаун. Улицы затоплены, придётся петлять.
  - А это что? - Адриана указала на полуостров, выступающий в океан.
  - Национальный парк Кабрильо, - ответил Майкл Росс, подходя ближе. - Там высота, оттуда видно весь залив. Можно наблюдать за базой.
  Дерек посмотрел на него.
  - Ты там был?
  - Давно. До войны. Мы там отдыхали с экипажем. - Он помолчал. - Там старый маяк. Если кто-то и мог засечь нашу лодку, то оттуда.
  - Значит, завтра идём туда. А пока - отдыхаем.
  
  Ночь прошла тревожно. Дождь не прекращался, и где-то в городе стреляли, слышались крики, потом тишина. Дерек почти не спал, вслушиваясь в звуки. Адриана дремала рядом, положив голову ему на плечо. Её дыхание было ровным, но иногда она вздрагивала, и он гладил её по руке, успокаивая.
  К утру дождь стих, но вместо него пришёл туман. Он выползал из затопленных улиц, поднимался из канализации, застилал всё вокруг молочной пеленой. Город исчез - остались только серые тени зданий и глухой, давящий сумрак.
  - Не нравится мне это, - сказал Ривера, когда они вышли на улицу. - Как в фильме ужасов, того и гляди монстры полезут.
  - Не отвлекайся, - ответил Дерек. - Держимся вместе. И смотрим в оба, монстров тут нет, зато есть те, кто гораздо хуже.
  Они двинулись к полуострову. Туман искажал звуки, и шаги отдавались глухими ударами, которые, казалось, преследовали их со всех сторон. Время от времени из белой мглы вырастали силуэты разрушенных зданий - стены с чёрными провалами окон, обгоревшие крыши, груды кирпича, поросшие оранжевым лишайником.
  На перекрёстке они наткнулись на следы боя. Два бронетранспортёра стояли вплотную, их корпуса были пробиты в нескольких местах, гусеницы сорваны. Рядом - остов Т-1, разорванный взрывом, и несколько сгоревших машин поменьше.
  - Т-100, - сказал Ривера, указывая на обгоревший корпус. - И Т-1. Здесь дрались.
  - Кто? - спросила Адриана.
  - Не знаю. Может, банды. Может, местные.
  Дерек осмотрел воронки, гильзы, обгоревшие останки. Судя по следам, бой был недавним - неделю, может, две назад.
  - Здесь воюют, - сказал он. - Не только банды. Кто-то ещё.
  - Наши? - спросил Дони.
  - Или те, кто хотел ими стать.
  Они двинулись дальше. Туман начал редеть, когда они вышли к подножию Пойнт-Лома. Впереди, на скале, угадывался силуэт маяка. Дорога петляла между камнями, покрытыми лишайником, и Дерек вспомнил, что когда-то здесь были цветы и туристы с фотоаппаратами. Теперь - только серая трава и ржавые ограждения.
  Маяк стоял на самом краю обрыва. Его стены были иссечены осколками, но башня уцелела. Внутри пахло сыростью и птичьим помётом. Они поднялись наверх, и перед ними открылась панорама залива.
  Туман всё ещё висел над водой, но город был виден - серый, размытый, как старая фотография. Доки, база ВМС, сухие доки, где когда-то стояли корабли. Теперь там были видны только ржавые корпуса да чёрные пятна пожаров.
  - Видите? - Майкл Росс указал на базу. - Там, где длинные ангары. Это сухие доки. Там должна была стоять лодка.
  - А сейчас? - спросил Дерек.
  - Сейчас... - Майкл замолчал, вглядываясь. - Там кто-то есть. Видите, движение?
  Дерек поднёс бинокль. Внизу, у входа в доки, мелькали фигуры. Люди. Вооружённые, в разномастной одежде.
  - Банда, - сказал он. - Контролируют подходы.
  - Сколько их? - спросила Адриана.
  - Человек двадцать. Может, больше.
  - Что будем делать?
  Дерек опустил бинокль.
  - Идти в обход. По ночам. И нужно больше глаз. Разделимся на три группы. Ривера, Дони, Микаэла - вы идёте к даунтауну, ищете проходы с юга. Майкл, ты со мной и Адрианой - идём к докам с запада. Остальные - под командой сержанта из Харриса, прикрывают тылы и держат связь.
  - А если наткнёмся на банду? - спросил Ривера.
  - Отходите. Не ввязывайтесь в бой. Наша задача - найти лодку, а не драться.
  
  Дни потянулись чередой неудач. Дожди то усиливались, то стихали, но туман стал постоянным спутником. Он накрывал город по вечерам и держался до полудня, скрадывая звуки, искажая расстояния. Люди двигались в молочной мгле, и каждый шаг мог стать последним.
  Первая вылазка к докам закончилась тем, что пришлось отступить - бандиты усилили охрану, и пройти незамеченными не удалось. Вторая группа нашла проход, но он оказался затоплен. Третья наткнулась на засаду, и двое бойцов Харриса получили лёгкие ранения, ничего страшного, царапины, но в постоянной сырости это могло вылится в проблему.
  В один из дней, пробираясь через руины даунтауна, Дерек наткнулся на остатки баррикады - наспех сколоченную из автомобилей и мебели. За ней лежали тела. Люди, одетые в гражданское, с оружием в руках. И рядом - разбитый Т-1.
  - Здесь была община, - тихо сказала Адриана, осматривая баррикаду. - И они дрались.
  - Дрались, - ответил Дерек. - И проиграли.
  Он не стал говорить, что это значит для них. Не стал говорить, что время уходит. Каждый день в этом городе был риском. Каждый день мог стать последним.
  Настроение падало. Люди мёрзли, одежда не просыхала, и даже Микаэла, всегда спокойная и собранная, начала срываться.
  - Сколько ещё мы будем здесь сидеть? - спросил Ривера, когда они собрались на очередной ночёвке в незатопленном подвале.
  - Столько, сколько понадобится, - ответил Дерек.
  - А если их здесь нет? Если они ушли? Или их уже нет в живых?
  - Есть, - сказал Майкл Росс. - Я знаю. Они где-то здесь.
  Он сидел в углу, сжимая в руках старую фотографию. На ней был снят экипаж подлодки - молодые, улыбающиеся, в белых форменных фуражках. Дерек видел эту фотографию уже несколько раз. Майкл носил её в нагрудном кармане, рядом с сердцем.
  В углу склада Мигель-младший возился с рацией. Связь с Пасаденой была нестабильной, но иногда удавалось поймать сигнал. В этот раз динамик ожил неожиданно.
  - Дерек, приём, - голос Коннора был чистым, без помех. - Докладывай.
  - Пока ничего, - ответил Дерек. - Нашли следы, но самих подводников нет. Думаем, они ушли на лодке, но могут возвращаться.
  - Времени у вас мало. Погода портится, и Скайнет активизируется. Есть новости.
  - Какие?
  - Авиабаза Эдвардс с нами. Полковник согласился на союз. У них есть лётчики, техника, топливо, припасы и самое главное люди. И, что очень важно сейчас, радары и системы ПВО. Теперь мы видим охотников до того, как они появляются над Пасаденой, и ближайшими нашими поселениями.
  Дерек почувствовал, как внутри поднимается что-то тёплое. Наконец-то хорошая новость.
  - Гейтс уже связался с их инженерами, - продолжил Коннор. - Они работают над адаптацией военного софта к нашим задачам. Если всё пойдёт по плану, через пару месяцев мы сможем не только обороняться, но и наносить удары.
  - Это меняет всё, - сказал Дерек.
  - Меняет. Поэтому найдите эту лодку. Она нам нужна. Конец связи.
  Динамик щёлкнул и замолк. Дерек смотрел на рацию, и впервые за много недель ему показалось, что они действительно могут победить.
  - Хорошие новости? - спросила Адриана, подходя.
  - Лучшие. У нас теперь есть авиация.
  Она улыбнулась, и в её глазах зажглась надежда.
  - Завтра идём снова, - сказал Дерек. - Разделимся. Ривера, твоя группа - к даунтауну, ищите убежища. Мы с Адрианой и Майклом - к старым докам. Если к вечеру ничего не найдём, сменим тактику.
  
  На следующее утро дождь наконец прекратился. Тучи рассеялись, и даже показалось солнце - бледное, холодное, но его лучи высветили детали, которые раньше были скрыты в серой дымке. Туман, однако, не уходил. Он стоял в низинах, затягивал улицы, и город казался ещё более мёртвым, чем прежде.
  Дерек вёл свою группу через руины. Они шли вдоль затопленной набережной, перебираясь по обломкам бетона и ржавым лестницам. Вода в заливе была чёрной, маслянистой, и на её поверхности плавали обломки.
  - Вот здесь, - сказал Майкл, останавливаясь у массивных ворот. - Сухой док ? 4. Здесь ремонтировали подлодки.
  Ворота были приоткрыты. Внутри царила тишина, только ветер гулял по пустому ангару. Они вошли внутрь, держа оружие наготове. В нос ударил запах сырости, ржавчины и чего-то ещё - может быть, старой смазки, а может, человеческого присутствия.
  - Смотрите, - сказала Адриана, указывая на пол.
  Следы. Свежие. Кто-то ходил здесь недавно.
  Они двинулись дальше, и вдруг Майкл остановился. Он стоял у стены, и его руки дрожали.
  - Что? - спросил Дерек, подходя ближе.
  Майкл не ответил. Он смотрел на стену, где крупными буквами было выведено что-то черной краской. Дерек поднёс фонарь, прочитал:
  'Томми, если ты живой и вернёшься - мы в старом доке 'Огайо'. Лодка на плаву, ждём. Не ищи нас здесь, мы ушли вниз, под воду. Держись. Джим'
  - Томми - это я, - прошептал Майкл. Голос его сорвался. - А Джим... это мой друг. Старпом. Мы вместе служили.
  Он провёл пальцами по буквам, и Дерек увидел, как по щеке мужчины скатилась слеза.
  - Они здесь были. Совсем недавно. Они ждали нас.
  - А теперь? - спросила Адриана.
  - Теперь они ушли. На лодке. В море. - Майкл повернулся к ним, и в его глазах горела надежда, смешанная с отчаянием. - Но они оставили весточку. Для меня. Значит, они живы. И лодка на плаву.
  - Значит, мы не опоздали, - сказал Дерек. - Осталось найти их.
  - Или то, где они были, - добавила Адриана. - Если они ушли на лодке, может, они оставили что-то здесь. Или кто-то из них остался.
  Они обыскали док. В углу нашли ящики с припасами - консервы, воду, медикаменты. Рядом - спальные мешки, развёрнутые, но пустые. Кто-то здесь жил совсем недавно, может быть, несколько дней назад.
  - Они возвращались сюда, - сказал Майкл, осматривая ящики. - За припасами. Значит, они где-то рядом. В море или на берегу.
  - Мы найдём их, - пообещал Дерек. - Завтра начнём прочёсывать побережье.
  Они забрали припасы и вышли из дока. Над заливом сгущались сумерки, и вода стала чёрной, как смоль. Где-то вдалеке слышались выстрелы - банды делили территорию. Но здесь, у старых доков, было тихо.
  Майкл Росс шёл последним, и когда они уже почти вышли к месту сбора, он остановился и оглянулся.
  - Мы найдём их, - сказал он, скорее себе, чем остальным. - Я обещал.
  Дерек положил руку ему на плечо.
  - Найдём. Завтра, или после завтра, или через неделю, но точно найдем.
  Они вернулись в лагерь, когда совсем стемнело. Ривера и его группа уже были там - они тоже нашли что-то: старое убежище, где когда-то жили люди, и записку с координатами, которые куда-то вели.
  - Завтра пойдём туда, - сказал Ривера. - Может, это они.
  Дерек кивнул. Он смотрел на карту, где были отмечены все найденные места, и чувствовал, что они близки. Ещё немного - и они найдут подводников и лодку, а это значит, что все они скоро смогут вернуться домой.
  Ночь выдалась холодной. Туман сгустился настолько, что за стеной лагеря ничего не было видно. Дерек сидел у стены, глядя на спящую Адриану, и думал о том, что завтра они начнут новую вылазку.
  В кармане его куртки лежал медведь. Он сжал его, и игрушка была тёплой от тела.
  - Мы найдём их, - прошептал он. - И вернёмся домой.
  За окнами бывшего склада завывал ветер. Где-то в городе снова стреляли. Но здесь, в этом маленьком клочке бетона и ржавчины, они были вместе.
  
  Глава 29. Огайо
  Туман над заливом не рассеивался уже четвёртый день. Он висел над водой, выползал на набережную, затягивал улицы, и город казался ещё более мёртвым, чем прежде. Дерек стоял у входа в старый склад, служивший им лагерем, и смотрел на серую пелену, за которой угадывались силуэты кранов и доков. Внутри было тепло - бойцы Харриса нашли старую печку и приспособили её, выведя трубу в разбитое окно. Пахло дымом, варёной крупой и сыростью, которая пропитала всё вокруг.
  Он думал о том, сколько дней они уже здесь. Неделя? Две? Три? Время потеряло счёт. Сначала они ждали, что найдут подводников быстро - день, два, три. Потом начали сомневаться. Потом привыкли к тому, что каждый день похож на предыдущий: туман, поиски, возвращение в лагерь, короткие доклады по рации, надежда, что завтра повезёт больше. И снова туман.
  Из темноты склада доносились голоса. Кто-то чистил оружие, кто-то перебирал патроны, кто-то просто сидел молча, глядя в одну точку. Бойцы Харриса, привыкшие к дисциплине, держались, но Дерек видел, как они поглядывают на выход, словно ждут, что из тумана выйдет кто-то, кто скажет: всё парни, хватит, пора домой. Но никто не выходил.
  Рядом, на ящике, сидел Ривера и наматывал на руку веревку - старая привычка, которая помогала ему успокоиться. Он делал это всегда, когда чувствовал, что терпение на исходе.
  - Мы ищем уже почти месяц, - сказал он, не поднимая глаз. - Может, их здесь нет?
  - Есть, - ответил Дерек. - Майкл уверен.
  - Майкл уверен, что они в 'старом доке Огайо'. Но где этот док, он не знает, он уволился с лодки на два года раньше, чем она встала не ремонт, и с тех пор все поменялось. Может, его уже нет. Может, его никогда не было. Может, это просто название, которое ничего не значит.
  - Будем искать, пока не найдём.
  Ривера поднял глаза. В них была усталость - не физическая, от неё они привыкли. Другая усталость, когда кажется, что всё вокруг бессмысленно, что ты бьёшься в стену, а она не рушится.
  - Ты прав, - сказал он. - Но если мы не найдём их... что тогда?
  - Найдём, - ответил Дерек. - У нас нет другого выхода.
  Ривера кивнул, снова опустил глаза. Веревка растягивалась и скрипела, наматываясь на ладонь.
  
  Внутри склада Мигель-младший возился с рацией, пытаясь поймать сигнал из Пасадены. Связь была нестабильной - мешали туман, дожди, старые здания, которые нависали над доком, как обрушившиеся скалы. Но иногда удавалось передать короткие сообщения. Не так давно Коннор подтвердил: авиабаза Эдвардс присоединилась к альянсу. Это было единственной хорошей новостью за последнее время.
  - Есть связь? - спросил Дерек, подходя.
  - Нет, - ответил Мигель-младший, не оборачиваясь. - Глушит. Туман, наверное. Или они там специально ставят помехи.
  - Кто?
  - Не знаю. Может, 'серые'. Может, сам Скайнет.
  Дерек посмотрел на рацию. Красный индикатор мигал, искал сигнал, но находил только шипение. Он представил, как там, в Пасадене, сейчас, наверное, тоже холодно. Кайл, наверное, сидит с Элисон у костра, учит её читать карту, или разбирать автомат, или просто сидит, обняв её, и смотрит на огонь. Он вспомнил, как сам когда-то сидел так с Кайлом, в первые годы после войны. Как брат боялся темноты, а он обнимал его и говорил: 'Не бойся, я рядом'. Теперь Кайл сам говорит эти слова.
  Дерек почувствовал, как что-то сжалось в груди. Он должен вернуться. Ради них.
  
  Майкл Росс сидел в углу, сжимая в руках старую фотографию. Он смотрел на неё уже который час, водя пальцем по лицам, называя имена. Дерек подошёл, присел рядом.
  - Расскажи про 'Огайо', - попросил он.
  Майкл поднял глаза. В них была усталость, но не отчаяние. Он был похож на человека, который знает, что ищет, и не сомневается, что найдёт.
  - Это не док, - сказал он. - Это прозвище. У нас был старый склад, где мы собирались после смены. Пиво, карты, сплетни. Мы называли его 'Огайо', потому что там всегда было тепло, как в машинном отделении нашей лодки. И потому что это было место, куда можно было прийти, когда всё остальное шло не так.
  - И где он?
  - Я не знаю, его перу раз перемещали, особенно после пожара... ищу. Место изменилось. Всё затопило, краны обрушились, ориентиров почти нет. Но я помню, что Джимми говорил, что вход был с восточной стороны, за большими воротами. Если они живы, они должны быть там, или на лодке, но все равно тогда должны были оставить какой-нибудь знак там.
  Дерек посмотрел на карту, разложенную на ящике. Восточная сторона доков - старые склады, особо не занятые ещё до войны. Если там кто-то и прятался, то только отчаянные или те, кому некуда больше идти.
  - Ты уверен?
  - Уверен. Джим - упрямый, как все мы. Если он решил ждать, он будет ждать. Он не уйдёт, пока не убедится, что я не вернусь. А я не давал ему повода думать, что я не вернусь.
  Дерек посмотрел на фотографию. Радосные лица, улыбки, белые форменные фуражки. Люди, которые не знали, что через несколько лет мир рухнет. Люди, которые всё ещё ждут.
  - Утром пойдём туда, - сказал он. - Все вместе. Хватит ждать. Обыщим каждый метр.
  Майкл кивнул, спрятал фотографию в нагрудный карман. Его пальцы дрожали, но голос был твёрдым.
  - Пойдём.
  
  Они вышли на рассвете. Туман был таким плотным, что в десяти шагах ничего не было видно. Шли цепочкой, держась друг за другом, перебираясь через завалы и ржавые конструкции. Где-то вдалеке слышались крики чаек - первых за много дней. Дерек подумал, что это, наверное, хороший знак.
  Адриана шла рядом, её рука лежала на его плече, и он чувствовал её дыхание - ровное, спокойное. Иногда она сжимала пальцы, и тогда он знал, что она думает о том же, о чём и он. О доме. О том, что будет, когда всё это кончится.
  - Дерек, - прошептала она. - А ты боишься?
  - Чего?
  - Не найти их. Или найти, но не тех, кого искали.
  Он помолчал. В тумане мелькнула тень - обломок стены или столб, он не разобрал.
  - Боюсь, - честно ответил он. - Но больше боюсь вернуться ни с чем. Объяснить Кайлу, что мы зря потратили время, что люди пострадали, а мы ничего не добились.
  - Ты всё равно для него герой, - сказала она. - Ты всегда был для него героем.
  - Герои не бросают своих.
  Она не ответила, только прижалась крепче.
  Майкл шёл первым, уверенно, словно знал дорогу. Он останавливался, прислушивался, вглядывался в серую мглу, и снова шёл дальше. Иногда он поднимал руку, и все замирали. Тогда было слышно только, как вода плещется о ржавые борта полузатопленных барж, да ветер гудит в пустых окнах построек.
  - Здесь, думаю они здесь - сказал он, когда перед ними выросла стена из ржавых контейнеров. - За этой стеной.
  Ворота были заперты, но Майкл нашёл проход сбоку - узкую щель между контейнерами, через которую можно было пролезть только по одному. Дерек пропустил его первым, потом Адриану, сам замыкал.
  За стеной оказался пустырь, заваленный обломками. А дальше - старое кирпичное здание с провалившейся крышей, но с целыми стенами. Из трубы шёл дым.
  - Они точно здесь, - прошептал Майкл.
  Дерек жестом приказал рассредоточиться. Бойцы заняли позиции, держа оружие наготове. Микаэла уже заняла позицию - устроилась на крыше соседнего ангара, приникла к оптическому прицелу. Майкл пошёл вперёд, подняв руки.
  - Эй! - крикнул он. - Есть кто живой? Это Томми Росс! Я вернулся!
  Из здания никто не вышел. Тишина давила на уши, и Дерек уже начал думать, что они ошиблись, когда дверь приоткрылась и из неё высунулся ствол автомата.
  - Стоять! - раздался хриплый голос. - Кто вы?
  - Я сказал, Томми Росс! Мы вместе служили на 'Огайо'! Спроси у Джима, он меня знает!
  Пауза. Потом дверь открылась шире, и из неё вышел человек. Высокий, худой, с седой щетиной и воспалёнными глазами. В руках он держал автомат, но ствол смотрел в землю.
  - Томми? - голос его дрогнул. - Томми, это правда ты?
  - Джим, - Майкл шагнул вперёд. - Живой. А я думал, ты уже...
  Они обнялись, и Дерек увидел, как по щекам обоих текут слёзы. За их спинами начали выходить другие - худые, измождённые, с обветренными лицами и воспалёнными глазами. Женщины, мужчины, молодые и не очень. Все в потрёпанной одежде, но с оружием. Некоторые опирались на самодельные костыли, у одного была перевязана рука.
  Дерек насчитал человек двадцать, может, двадцать пять. Все - те, кто выжил. Те, кто ждал.
  - Входите, - сказал Джим, вытирая глаза. - Входите скорее. Здесь небезопасно.
  
  Внутри здания было тесно, но тепло. Десятки людей сидели на ящиках, на спальных мешках, на полу. У стены горела небольшая печка, и в воздухе пахло варёной крупой и машинным маслом. В углу, на самодельных нарах, лежал раненый - его нога была замотана окровавленными бинтами, и он тихо стонал, когда женщина в форме меняла повязку.
  - Это наш экипаж, - сказал Джим, обводя рукой помещение. - Те, кто выжил. Лодку мы спустили, но... запасы кончились. Вода, еда. Реактор работает, это да, но без провизии далеко не уйдёшь. И питьевая вода - мы её экономили, но она почти на исходе.
  - А почему не пошли на север? - спросила Адриана, осматриваясь. Она заметила в углу ребёнка - девочку лет семи, которая прижималась к молодой женщине.
  - Думали, больше никого уже нет, - ответил Джим. - Слышали, что вся страна пала, что появились серые и всех выживших перерезали, остались только банды и мы. А у нас топлива для дизелей почти нет, на реакторе мы можем идти, но без воды и еды... мы вернулись, чтобы пополнить запасы. И ждали. Ждали, что кто-то выжил, и придёт.
  - Мы пришли, - сказал Дерек. - И у нас есть припасы. Немного, но хватит, чтобы добраться до Пасадены или до базы, где вас разместят, накормят и обогреют.
  Он заметил, как люди переглянулись. В их взглядах мелькнула надежда, смешанная с недоверием. Они слишком долго ждали, чтобы поверить сразу.
  - А чего вы хотите взамен? - спросил один из подводников, коренастый мужчина с нашивками старшины на рукаве.
  - Нам нужны вы, ваши знания, опыт. Ваше рабочее оборудование, - ответил Дерек. - Ваши компьютеры, системы связи, всё, что можно использовать для борьбы с машинами. Нам нужно знать, что Скайнет задумал, а ваша лодка - единственная, где есть такая техника.
  - Вы хотите с нее снять все и вывезти? - переспросил Джим. - Лодка на плаву, в заливе. Если мы сейчас выйдем, мы можем уйти на ней, незачем все разбирать. Можно использовать ее саму.
  - Тогда решено, - сказал Дерек. - Готовьтесь. Нужно перегнать машины, перегрузить провизию. И идти в порт ЭлЭй. Наши основные базы там. Аэропорт и Пасадена.
  
  Весь оставшийся день и ночь прошла в хлопотах. Подводники собирали снаряжение, грузили оставшиеся ящики с припасами, в машины, которые пригнали бойцы Харриса. Дерек помогал, но ловил себя на мысли, что всё делает на автомате. Мысли были далеко.
  Он вышел наружу, в туман. Адриана нашла его через несколько минут.
  - Ты чего?
  - Думаю.
  - О чём?
  - О доме. О Кайле. О том, что будет, когда мы вернёмся.
  Она подошла, взяла его за руку. Её пальцы были холодными, но она сжала его ладонь крепко.
  - Мы вернёмся. Все, уже скоро.
  - Все, - повторил он.
  Она посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах было что-то, чего он раньше не видел. Не страх, нет. Что-то другое. Сожаление? Или принятие?
  - Пообещай мне кое-что.
  - Что?
  - Если со мной что-то случится... построй тот дом. Для Кайла и Элисон. Чтобы им было где жить. Чтобы они знали, что есть место, куда можно вернуться.
  - Не говори так, - он обнял её. - Мы вернёмся вместе.
  - Просто пообещай.
  - Обещаю.
  Она прижалась к нему, и они стояли так, глядя на серую пелену тумана. Где-то вдалеке, наверное, в горах, сейчас было темно и холодно, но там, в Пасадене, горел костёр, и Кайл, наверное, сидел рядом с Элисон, и они ждали. Ждали, когда он вернётся.
  
  Внутри здания подводники заканчивали сборы. Джим и Майкл стояли у карты, обсуждая маршрут. Рядом с ними собрались несколько старших членов экипажа - те, кто принимал решения.
  - Лодка в заливе, у мыса, - говорил Джим, водя пальцем по карте. - Мы оставили её на якоре. Если выйдем до рассвета, к полудню будем там. Перегрузим все на катер и доставим на лодку.
  - А если машины? - спросил Майкл.
  - Тогда будем прорываться.
  - Сколько у вас оружия?
  - Мало. Автоматы, пара пистолетов, гранат почти нет. Мы не воюем, мы прячемся. Если они найдут нас, мы не сможем долго держаться.
  - У нас есть гранатомёты и стингеры, - сказал Дерек, подходя. - И люди, которые умеют стрелять.
  Джим посмотрел на него долгим взглядом.
  - Сколько?
  - У каждого свое оружие, в основном пистолеты и автоматы, два гранатомёта, крупнокалиберный пулемёт. И двадцать человек, которые прошли через ад и вернулись.
  - Значит, есть шанс, - сказал Джим, и в его голосе впервые прозвучала надежда.
  В углу Мигель-младший возился с рацией. Вдруг динамик ожил, и сквозь треск помех пробился голос:
  - ...саден, приём! Дерек, вы слышите?
  Дерек подбежал.
  - Слышу, Коннор! Что случилось?
  - Возвращайтесь. Скайнет активизируется. Вчера наши перехватили сигнал - они знают, что вы в Сан-Диего. У вас есть несколько дней, может, неделя. Потом они начнут зачистку города.
  - Поняли. Мы нашли экипаж и лодку, уходим завтра.
  - Удачи. И, Дерек... береги себя.
  Связь оборвалась.
  Дерек обвёл взглядом собравшихся. Лица были напряжёнными, но в глазах горела решимость. Подводники переглядывались, кто-то крестился, кто-то просто молчал. Ребёнок в углу заплакал, и мать прижала его к себе, что-то шепча.
  - Слышали? - спросил Дерек. - Времени мало. Выступаем по готовности.
  Он посмотрел на Адриану. Она улыбнулась, и он сжал её руку. За стенами склада завывал ветер. Где-то в тумане мелькнули красные огни.
  Они выполнили миссию, нашли лодку и ее экипаж, это были хорошие новости, которые приободрили людей, оставалось только вернутся.
  Мигель-младший снова склонился над рацией. В наушниках шипело, но иногда, сквозь помехи, он слышал обрывки чужих голосов - далёких, искажённых. Он знал, что где-то там, в эфире, Скайнет слушает. Слушает и ждёт.
  - Есть ещё кое-что, - добавил Мигель-младший. - Я поймал сигнал. Короткий. Неразборчивый. Но там было слово 'Пасадена'.
  - Что именно?
  - Не знаю. Может, предупреждение. Может, угроза.
  Они переглянулись. За стеной слышались голоса подводников, смех, обрывки разговоров. Люди готовились к отплытию, к возвращению в новый дом.
  
  Глава 30. Цена
  Ветер с океана набирал силу. Он гнал по заливу серые волны, срывал пену с гребней, бросал её в лицо мелкой солёной пылью. Дерек стоял на пирсе, вглядываясь в туман, где полчаса назад скрылся катер с запасами, топливом, водой, с Джимом и большей частью экипажа. Рядом, стояла прижавшись плечом к его плечу, молчаливая Адриана. Её пальцы были холодными, но она не убирала руку.
  - Долго ещё? - спросила она.
  - Скоро, - ответил Дерек. - Они успеют.
  Позади, у бетонных блоков, служивших им последним укрытием, переговаривались бойцы. Ривера проверял гранатомёт, шепотом ругаясь на сырость, которая наверняка проникла в механизм. Микаэла сидела на корточках, вглядываясь в серую мглу через оптический прицел. Дони помогал одному из бойцов Харриса закрепить на бронежилете последние магазины - недавняя стычка с бандой оставила их со скудными запасами, которые требовалось обновить.
  Майкл Росс стоял чуть поодаль, глядя на залив. Он почти не говорил с тех пор, как катер ушёл. Дерек знал, что он чувствует. Ждать - это всегда тяжелее, чем идти.
  - Они вернутся, - сказал Дерек, подходя.
  - Вернутся, - эхом отозвался Майкл. - Джим всегда держал слово.
  - Тогда чего боишься?
  Майкл повернулся. В его глазах была та же усталость, что и у всех, но ещё что-то, чего Дерек не мог разобрать.
  - Я не боюсь. Я просто думаю о том, что будет, когда мы уйдём. Город останется. И те, кто не смог уйти.
  Дерек посмотрел на руины за их спиной. Серые стены, чёрные провалы окон, ржавые остовы машин. Город, который когда-то был домом для полутора миллионов человек. Теперь - только призраки.
  - Город уже мёртв, - сказал он. - Мы забираем отсюда живых.
  Майкл кивнул, но ничего не ответил.
  - Томми, мы закончили! - голос Джима в рации прозвучал громко, сбивчиво. - Разгрузились и катер выходит обратно. Держитесь.
  - Слышу, - ответил Майкл. - Ждём.
  Дерек перевёл дыхание. Первый этап прошёл. Катер с основной частью подводников и грузом уже закончил разгрузку у лодки. Теперь оставалось только дождаться его возвращения за ними.
  Он посмотрел на машины, стоявшие у въезда на пирс. Два 'Хамви', грузовик. В них уже сидели бойцы, готовые к отъезду.
  - Пора, - сказал он подошедшему сержанту Харриса возглавлявшему возвращение транспорта в Пасадену. - Уводи своих.
  - Вы уверены? - спросил тот. - Без машин вы останетесь без хода.
  - Мы уйдём на катере. А машины нам пригодятся. В Пасадене они нужнее, чем здесь. И предупредите Коннора - мы идём.
  Сержант кивнул, махнул рукой своим. Двигатели взревели, и колонна медленно двинулась по разбитому асфальту, огибая груды обломков. Дерек смотрел им вслед, пока красные огни не начали постепенно таять в тумане.
  Рёв моторов ещё не успел затихнуть за поворотом, когда из серой пелены вынырнул катер. Джим стоял на носу, размахивал руками. Лица подводников были напряжёнными, но в глазах горел тот самый огонь, который Дерек видел у людей, знающих, что они почти у цели.
  - Грузитесь! - крикнул Джим, когда катер ткнулся носом в бетонную стенку пирса. - Всё готово! Уходим!
  Дерек шагнул вперёд - и в этот момент небо раскололось.
  Вой падающих ракет ворвался в звук удаляющихся моторов, смешался с ним, превратился в сплошной рев. Полоса огня прочертила серую мглу и врезалась в грузовик, только что скрывшийся за поворотом. Взрывная волна ударила в спину, сбила с ног, бросила на мокрый бетон. В ушах зазвенело, и сквозь этот звон пробивался только один звук - вой сирены, которой не могло быть здесь.
  Он поднял голову. Небо над пирсом с огромной скоростью рассекали тени. Три. Четыре. Может больше. Они двигались быстро, хищно, и в их полёте было что-то от акул, охотящихся в мутной воде.
  - Дроны! - заорал Ривера, вскидывая стингер. - Ложись!
  Первая ракета ушла вверх, и Дерек увидел, как она врезалась в ближайшего охотника. Тот взорвался, разбрасывая горящие обломки, но двое других уже заходили на второй круг, поливая пирс огнём из пулемётов.
  - Прикройте! - крикнул Дерек, хватая Адриану за руку. - Все к контейнерам! Быстро!
  Они побежали, пригибаясь, перекатываясь через груды обломков. Ривера укрылся за ржавым краном, отбросил отстрелянную тубу и доставал из ящика новую. Микаэла уже заняла позицию на бетонном блоке, её винтовка била короткими, точными выстрелами. Один дрон клюнул носом и рухнул в воду, подняв фонтан брызг.
  - Дони, влево! - крикнул Дерек, видя, как второй охотник разворачивается к их группе.
  Дони рванул к груде труб, упал, перекатился. Пулемётная очередь прошила бетон там, где он только что стоял.
  - Ривера, давай!
  Гранатомётчик выстрелил снова. Ракета ушла в хвост дрону, и тот, объятый пламенем, рухнул на пирс, разбросав горящие обломки.
  - Есть!
  Но радость была недолгой. Из тумана на берег выходили новые силуэты. Т-500. Их было трое. Они двигались быстрее людей, их красные глаза горели в сером сумраке, и в руках каждого было оружие, которое могло прошить броню. За ними, перебежками, держась за укрытиями, шли 'серые' - человек двадцать, с автоматами наизготовку.
  - Всем занять оборону! - скомандовал Дерек. - Микаэла, сними крайнего! Ривера, по Т-500! Остальные - прикрываем фланги! И отходим к катеру!
  Они рассредоточились. Микаэла выстрелила первой - её пуля попала в сенсорный блок ближайшего Т-500. Машина дёрнулась, заскрежетала, но не упала. Второй выстрел - и она рухнула, разбрасывая искры.
  Ривера выпустил гранату из подствольника во второго Т-500. Но попал не удачно. Взрыв откинул машину, но та поднималась, ломая бетон металлическими пальцами.
  - Добивай! - заорал Дерек, выскакивая из-за укрытия и давая длинную очередь по повреждённому корпусу. Пули застучали по броне, выбивая искры, и Т-500 наконец замер.
  Третий укрылся за контейнером, поливая их огнём из автомата. Пули взвизгивали, выбивая крошку из бетона. Дони попытался обойти его с фланга, но попал под обстрел 'серых'. Он упал за груду труб, перезарядил, высунулся - и тут же отпрянул, когда пуля расплющилась в сантиметре от его головы.
  - Зажали нас! - крикнул он.
  - Держитесь! - ответил Дерек. - Катер ждет! Отходим!
  
  Бой постепенно смещался к пирсу. 'Серые' наседали, используя численное преимущество и помощь машин. Бойцы Харриса держались, но их оставалось всё меньше. Ривера перезаряжал гранатомёт, когда пуля пробила ему плечо. Он упал, зажимая рану, и Дерек рванул к нему.
  - Живучий, - прохрипел Ривера, пытаясь улыбнуться. - Но второй не успею...
  - Успеешь!
  Дерек подхватил гранатомёт, прицелился в последнего Т-500, который выходил из-за контейнера. Выстрел - и машина взорвалась, разбрасывая горящий металл.
  - Есть! - крикнул Дони, но радость его была недолгой.
  Из тумана вышли огромные тяжёлые машины. T-600. Их было несколько. Они двигались медленно, неумолимо, их крупнокалиберные пулемёты крушили всё, что оставалось от пирса.
  - Быстрее! Отходим к воде! - заорал Дерек.
  Они побежали, прикрывая друг друга. Микаэла поднялась выше по стреле крана и била из винтовки, снимая 'серых', которые пытались зайти с фланга. Дони тащил раненого бойца. Ривера, зажимая плечо, стрелял из автомата одной рукой.
  Джим стоял на носу, размахивал руками.
  - Быстрее! Грузитесь!
  Дерек подхватил Риверу, потащил к воде. Адриана прикрывала, стреляя по 'серым', которые уже подбирались к пирсу. Микаэла заняла позицию на кране, откуда было видно всё поле боя.
  - Уходите! - крикнула она по рации. - Я прикрою!
  - Микаэла! - заорал Дерек, но она уже не слышала.
  Он успел затащить Риверу на катер, когда позади грохнул взрыв. Кран, на котором была Микаэла, осел, заваливаясь на бок. Её голос в рации смолк.
  - Нет... - прошептала Адриана.
  - Она сделала свой выбор, - сказал Дерек, и голос его был чужим. - Мы должны уйти.
  Катер уже готовился отойти от пирса, когда последний T-600 вышел на берег. Его пулемёт разворачивался прямо на них.
  Адриана шагнула вперёд.
  - Нет! - Дерек схватил её за руку, но девушка вырвалась и перескачила обратно на пирс, вскинула автомат. Очередь ударила по сенсорному блоку T-600. Машина дёрнулась, потеряла ориентацию, но её пулемёт уже строчил наугад.
  Дерек видел, как пули прошили её. Она упала, и он рванул к ней, не помня себя.
  - Адриана!
  Он подхватил её, прижал к себе. Она была лёгкой, слишком лёгкой, и её кровь заливала его руки.
  - Дерек... - прошептала она. - Построй тот дом... для них... для Кайла и Элисон...
  - Не говори так, - он сжимал её, чувствуя, как уходит тепло. - Мы вернёмся вместе.
  - Обещай.
  - Обещаю.
  Она улыбнулась, и в её глазах зажёгся тот свет, который он видел только в редкие минуты покоя. А потом свет погас.
  Дерек сидел на пирсе, держа её в руках, и не мог пошевелиться. Внутри него что-то оборвалось, и на место боли пришла пустота. А потом пустота заполнилась огнём.
  Он поднял голову. Из тумана выходили 'серые' и машины. T-500, T-600, их красные глаза горели в серой мгле. Но Дерек смотрел на них без страха. В нём не было страха. Была только ненависть.
  - Уходите, - сказал он в рацию, и голос его был спокоен. - Я остаюсь.
  - Дерек! - закричал с катера Майкл. - Ты с ума сошёл!
  - Уводи лодку! Это приказ!
  Он поднял автомат. Патронов было мало - горсть. Но этого хватит.
  - Сволочи, - прошептал он, и в этом слове было всё. Вся боль, вся ярость, вся ненависть к тем, кто забрал у него всё.
  Он стрелял, пока не кончились патроны. Перезарядился, снова стрелял. Он не считал, сколько их падает. Он не считал, сколько ран получил. Он просто убивал.
  Последняя пуля ушла в T-500, который уже почти достал его. Машина рухнула, и наступила тишина.
  Дерек упал на колени рядом с Адрианой. Её лицо было спокойным, и он провёл пальцами по её щеке, стирая кровь.
  - Я построю тот дом, - прошептал он. - Для них.
  Из тумана вышли 'серые'. Их было много, и они держали оружие наготове. Один из них, с нашивками старшего, наклонился, посмотрел на Дерека.
  - Этот живой, - сказал он. - Командир. Берём.
  Дерека подняли, поволокли. Он не сопротивлялся. Он смотрел на берег, который таял в тумане, на серую воду, где исчез катер, на пирс, где осталась Адриана.
  - Она была твоей? - спросил 'серый', кивая на тело.
  Дерек не ответил.
  - Жаль, - сказал тот. - Мы бы могли оставить её. Но машины не разбирают.
  Дерек рванулся, но руки держали крепко. Он смотрел, как к пирсу подходят T-500, как они склоняются над телом, как её поднимают и уносят в туман.
  - У неё была твоя игрушка? - спросил 'серый', вытаскивая из кармана куртки медведя. - Детское. Глупое.
  Дерек молчал. Он смотрел на игрушку, на которой запеклась кровь Адрианы, и не чувствовал ничего, кроме ненависти.
  - Не хочешь говорить - не надо, - сказал 'серый', бросая медведя в воду. - В лагере разговорим.
  Дерека потащили дальше. Он слышал, как позади затихают шаги машин, как ветер шумит в пустых зданиях, как вода плещется о ржавые борта.
  
  Катер уходил в море. На его борту, сжимая в руках фотографию, сидел Майкл Росс и смотрел на берег, который таял в серой дымке.
  - Прости,- прошептал он.
  Джим стоял у штурвала, сжимая его так, что побелели костяшки. Он видел, как упала Адриана. Видел, как Дерек остался. Видел, как его поволокли 'серые'.
  - Почему мы не вернулись? - спросил кто-то из подводников. Голос его дрожал.
  - Потому что лодка - это единственное, что у нас есть, - ответил Джим, и голос его был глухим. - Потому что, если мы погибнем, всё будет зря.
  - Но они...
  - Они сделали свой выбор, - оборвал его Джим. - И мы должны сделать свой, чтобы их жертва была не напрасной.
  Над заливом кружили охотники. Их красные огни мелькали в тумане, как зловещие звёзды.
  Майкл смотрел на берег, пока он не исчез совсем. Потом перевёл взгляд на фотографию. Радостные лица, улыбки, белые форменные фуражки. Люди, которые не знали, что через несколько лет мир рухнет. Люди, которые всё ещё ждали.
  - Мы вернёмся, - сказал он тихо. - Когда-нибудь.
  Никто не ответил. Только ветер выл в пустоте, да вода плескалась о борт.
  А впереди, на севере, в Пасадене, горел костёр. И Кайл сидел рядом с Элисон, и они ждали.
  
  
  Эпилог
  Меня зовут Дерек. Дерек Риз.
  Мы думали, что война - это только машины. Железо, огонь, смерть. Мы ошибались. Война - это ещё и выбор. Выбор, который мы делаем каждый день. Когда идём в бой, зная, что можем не вернуться. Когда остаёмся прикрывать отход, зная, что это конец. Когда сжимаем в руках мёртвое тело и обещаем построить дом, которого, возможно, никогда не будет.
  Адриана верила в этот дом. Она говорила о нём в редкие минуты покоя, когда мы сидели у костра и смотрели на огонь. Она говорила о саде, о детях, о крыльце, где можно сидеть вечерами. Я обещал ей построить его. И я построю. Даже если сейчас мои руки сжимают не молоток. Даже если её больше нет.
  Она ушла, прикрывая нас. Она всегда была такой - первой под пули, последней на отходе. Я держал её в руках, чувствовал, как уходит тепло, и не мог ничего сделать. Только смотреть, как туман застилает её глаза, как красные огни машин приближаются, как 'серые' поднимают меня с колен.
  Они забрали её тело. Забрали медведя, которого дала мне Элисон. Бросили его в воду, как ненужную вещь. Но они не знают, что некоторые вещи нельзя уничтожить. Надежду - нельзя. Память - нельзя. Обещания, данные умирающим, - нельзя.
  
  
  Конец второй книги.
  
  
  
Оценка: 8.61*5  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"