Поэт - тот, кого читают люди, обычно не читающие стихов.
(Александр Твардовский, запись в дневнике )1
Читателя волнует лишь то произведение, в котором богатое содержание облечено в соответствующую ему форму.
(Михаил Исаковский"О поэтическом мастерстве")
Уж коль ворона белой уродится,
Не дай ей Бог, чтоб каркать на народе.
(Перефразированные строки из стихотворения Беллы Ахмадулиной"Завидна мне извечная привычка...")
Главный или даже единственно ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ мотив таланта - самореализоваться. Ну и флаг ему в руки. Но коль ты родился, скажем, гениальным поэтом и написал "Конец прекрасной эпохи",2то, убедившись, что способен создавать шедевры, прячь их в стол и гордись собой ПРО СЕБЯ. "Не соблазняй малых сих", - заповедал Христос.
Однако трудно наступить на горло собственной песне. Если такое и случается, то лишь когда джинн уже выпущен из бутылки.3 Вдобавок печальный пример не усваивается другими. Но и это не всё: большинство творцов отвергают свою вину за то, что их открытия, изобретения или сочинения принесли вред обществу.
Упомянув произведение Бродского, попробуем разобраться, в чём его опасность, взяв в помощь очень толковую статью Алексея Токарева "Конец прекрасной эпохи": о чем писал Бродский, о чем поет Васильев?",4вместе с тем не удержавшись от язвительного замечания: это перевод с русского на русский.
Но сначала приведём полный текст стихотворения (потом для удобства повторим его отдельными строфами непосредственно в местах их разбора).
"Потому что искусство поэзии требует слов, я - один из глухих, облысевших, угрюмых послов второсортной державы, связавшейся с этой, - не желая насиловать собственный мозг, сам себе подавая одежду, спускаюсь в киоск за вечерней газетой.
Ветер гонит листву. Старых лампочек тусклый накал в этих грустных краях, чей эпиграф - победа зеркал, при содействии луж порождает эффект изобилья. Даже воры крадут апельсин, амальгаму скребя. Впрочем, чувство, с которым глядишь на себя, - это чувство забыл я.
В этих грустных краях все рассчитано на зиму: сны, стены тюрем, пальто; туалеты невест - белизны новогодней, напитки, секундные стрелки. Воробьиные кофты и грязь по числу щелочей; пуританские нравы. Белье. И в руках скрипачей - деревянные грелки.
Этот край недвижим. Представляя объем валовой чугуна и свинца, обалделой тряхнешь головой, вспомнишь прежнюю власть на штыках и казачьих нагайках. Но садятся орлы, как магнит, на железную смесь. Даже стулья плетеные держатся здесь на болтах и на гайках.
Только рыбы в морях знают цену свободе; но их немота вынуждает нас как бы к созданью своих этикеток и касс. И пространство торчит прейскурантом. Время создано смертью. Нуждаясь в телах и вещах, свойства тех и других оно ищет в сырых овощах. Кочет внемлет курантам.
Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав, к сожалению, трудно. Красавице платье задрав, видишь то, что искал, а не новые дивные дивы. И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут, но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут - тут конец перспективы.
То ли карту Европы украли агенты властей, то ль пятерка шестых остающихся в мире частей чересчур далека. То ли некая добрая фея надо мной ворожит, но отсюда бежать не могу. Сам себе наливаю кагор - не кричать же слугу - да чешу котофея...
То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом, то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом. Да и как не смешать с пьяных глаз, обалдев от мороза, паровоз с кораблем - все равно не сгоришь от стыда: как и челн на воде, не оставит на рельсах следа колесо паровоза.
Что же пишут в газетах в разделе "Из зала суда"? Приговор приведен в исполненье. Взглянувши сюда, обыватель узрит сквозь очки в оловянной оправе, как лежит человек вниз лицом у кирпичной стены; но не спит. Ибо брезговать кумполом сны продырявленным вправе.
Зоркость этой эпохи корнями вплетается в те времена, неспособные в общей своей слепоте отличать выпадавших из люлек от выпавших люлек. Белоглазая чудь дальше смерти не хочет взглянуть. Жалко, блюдец полно, только не с кем стола вертануть, чтоб спросить с тебя, Рюрик.
Зоркость этих времен - это зоркость к вещам тупика. Не по древу умом растекаться пристало пока, но плевком по стене. И не князя будить - динозавра. Для последней строки, эх, не вырвать у птицы пера. Неповинной главе всех и дел-то, что ждать топора да зеленого лавра".
Каждое слово в отдельности, даже амальгама и кумпол, понятно, а составленные из них предложения - нет. Но автора упомянутой статьи это не смутило, и он взялся растолковать, что же сказал Бродский, и как следует понимать его аллюзии. Правда, предварил своё исследование очень уместным и вразумительным замечанием (обращаю внимание: чтобы можно было отличать цитаты из стихотворения от цитат из статьи, первые выделены жирным шрифтом - А.У.):
"...Серьезная литература порой непроста для интерпретации, и если в авторской песне мы всегда можем объяснить ускользающий смысл текстов причудой рокера-стихоплета, то со стихами классиков этот фокус не сработает. Давайте взглянем на текст стихотворения Иосифа Бродского "Конец прекрасной эпохи" (написанное в 1969 году), ... попробуем разобраться в сложных авторских образах...".
В этом замечании ключевым словом является слово ПОРОЙ. Оно говорит, что "серьёзная литература" бывает не только "непростой для интерпретации", заумной, но и понятной без "перевода", толкования, расшифровки. Тогда, может, гениальность есть СОЧЕТАНИЕ серьёзности и ясности (простоты)?
Разбор 1-й строфы
"Потому что искусство поэзии требует слов, я - один из глухих, облысевших, угрюмых послов второсортной державы, связавшейся с этой, - не желая насиловать собственный мозг, сам себе подавая одежду, спускаюсь в киоск за вечерней газетой".
По мнению автора статьи, странное, на первый взгляд, стихотворение Бродского в действительности даже имеет "сюжет... [причём] в самом очевидном смысле этого слова". Он "строится на описании маленького путешествия [его лирического героя]: из дома к газетному ларьку" за "вечерней газетой". Но газета ему нужна не для того, чтобы удовлетворить праздный обывательский интерес, а "потому что искусство поэзии требует слов". Оказывается, "любое произведение искусства всегда представляет собой отклик....На чужую идею, на произошедшее событие; поэт, лишенный информации извне, невольно начинает сжигать сам себя, оказываясь в тупике собственных мыслей и переживаний. Вероятно, именно об этом говорит Бродский, когда признается, что "не желает насиловать собственный мозг".
Примечание 1
А вот другой поэт не боялся себя сжигать:
"Светить всегда, светить везде, до дней последних донца,
Светить - и никаких гвоздей!..".
Итак, лирический герой, не желая сжигать себя, идёт за "дровами". Но ведь они нужны только затем, чтобы сгорая, дать тепло и СОГРЕТЬ. Однако в данном случае погреться могут не все, а лишь те, кто способен постичь мысли и переживания истопника - сами или с помощью переводчика. Вот такой клуб избранных.
Что ж, делать нечего, дабы получить свою толику тепла, обратимся к переводу (или, скорее, расшифровке) текста Бродского.
"Второсортная держава"- это, как считает Токарев, "еврейская нация", к которой принадлежит и Бродский.
"Еврейская проблема" открыла Нашу эру.5За казнь Своего Сына Бог наказал евреев, изгнав из Земли Обетованной6 руками внешних завоевателей,7и рассеял по земле. Но не только. Он наделил их особенными умом и талантами, которые стали предметом зависти других народов и мотивом для гонений потомков Иакова.8Попытка людей отменить бессрочное наказание, как сегодня стало ясно, не увенчалась успехом. Государство Израиль ("второсортная держава", претендующая на место среди первых стран мира) вынуждено существовать во враждебном окружении, а отравленное дыхание вовсе не умирающего антисемитизма чувствует каждый еврей, где бы он ни был.
Разбор 2-й строфы
"Ветер гонит листву. Старых лампочек тусклый накал в этих грустных краях, чей эпиграф - победа зеркал, при содействии луж порождает эффект изобилья. Даже воры крадут апельсин, амальгаму скребя. Впрочем, чувство, с которым глядишь на себя, - это чувство забыл я".
"Поэт способен на поразительные в своей глобальности обобщения: действительно, описывая всего лишь один-единственный дворик, Бродский делает его эмблемойвсех "этих грустных краев", суть которых заключается в бесконечном повторе, двойничестве... В таком мире бесконечных отражений сложно увидеть себя настоящего, что необходимо для поэтической рефлексии (...термине, обозначающем прислушивание художника к самому себе...) - поэтому Бродский словно бы обрывает свою речь, признавая, что не помнит чувства, "с которым глядишь на себя".
По мне, так эта "расшифровка" ясности не прибавила. Наверное, тут был нужен более искусный дешифровщик. Скажем, как полицейский комиссар из рассказа Карела Чапека "Поэт".
Это история о поэте, ставшем свидетелем, говоря современным языком, дорожно-транспортного происшествия, в котором автомобиль, сбив на перекрёстке женщину, скрылся. На расспросы полицейского комиссара о марке машины, её цвете и номере герой рассказа не смог сказать ничего вразумительного. Однако он вспомнил, что под впечатлением от увиденной трагедии написал стихотворение. Вот оно:
"Дома в строю темнели сквозь ажур,
Рассвет уже играл на мандолине.
Краснела дева. В дальний Сингапур
Вы уносились в гоночной машине.
Повержен в пыль надломленный тюльпан.
Умолкла страсть. Безволие... Забвенье.
О, шея лебедя! О грудь! О барабан!
И эти палочки - трагедии знаменье!".
При дальнейших расспросах поэт так объяснил свои ассоциации: в Сингапуре живут малайцы, у которых коричневый цвет кожи; на шею лебедя похожа цифра 2, на женскую грудь - цифра 3, а нижняя часть цифры 5 напоминает барабан, верхние же её штрихи - барабанные палочки. Полицейский комиссар оказался умным человеком, он не пренебрёг такими странными показаниями, и в результате виновника ДТП разыскали. Действительно, его автомобиль был коричневого цвета и имел номер 235.
Вместе с тем признаем, что метафора луж-зеркал остроумна, правда, только сама по себе. Да, установленные под определёнными углами друг к другу зеркала множат изображение предмета, но в чём суть ироничного намёка на изобилие? Если это об "эпохе повального дефицита" в СССР, то я жил в то время и не припомню ничего, что можно уподобить обману зрения. Полки магазинов просто были пусты, и никакие зеркала их не наполняли.
Утверждение о сложности "в ... мире бесконечных отражений ... увидеть себя настоящего" тоже непонятно. Зеркала, если, конечно, они не кривые, как в аттракционе "Комната смеха", дают изображение предмета точно такое, какой он есть. Забыть же чувство, "с которым глядишь на себя", не означает ли потерю интереса к собственной внешности или даже личности? Но тогда всего лишь"оборвать свою речь" на полуслове недостаточно,тут надо бежать в поликлинику.
Разбор 3-й и 4-й строф
"В этих грустных краях все рассчитано на зиму: сны, стены тюрем, пальто; туалеты невест - белизны новогодней, напитки, секундные стрелки. Воробьиные кофты и грязь по числу щелочей; пуританские нравы. Белье. И в руках скрипачей - деревянные грелки.
Этот край недвижим. Представляя объем валовой чугуна и свинца, обалделой тряхнешь головой, вспомнишь прежнюю власть на штыках и казачьих нагайках. Но садятся орлы, как магнит, на железную смесь. Даже стулья плетеные держатся здесь на болтах и на гайках".
"Следующие две строфы представляют собой эмблематическое описание окружающего мира и всей страны. Здесь автор делает акцент на двух чертах: холод и статика. Важно, что эти характеристики видятся Бродскому исторически обусловленными: с расчётом на холодное время года возводят даже стены, а буквально стальная статика проявляется из поколения в поколение - как политический режим, как база экономической политики, как основа производства".
Это говорит не поэт, а его ОБИДА, поэтический же талант выступает в качестве её подельника, создавая яркие и неожиданные образы. Такое случалось и прежде даже с великими. Вспомним, например:
"Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ".
Примечание 2
В отличие от Лермонтова "Солнце русской поэзии" не опустился до обиды, хотя подвергался преследованиям не меньше него. Пушкин обошёлся изящной иронией:
"Онегин, добрый мой приятель, Родился на брегах Невы, Где, может быть, родились вы Или блистали, мой читатель; Там некогда гулял и я: Но вреден север для меня".
И холод у нас не только суровое время, когда можно замёрзнуть до смерти:
"Степь да степь кругом, Путь далек лежит, В той степи глухой Умирал ямщик. И, набравшись сил, Чуя смертный час, Он товарищу Отдавал наказ:
...Про меня скажи, Что в степи замерз...".
Зима доставляет и радость:
"Кабы не было зимы В городах и сёлах Никогда б не знали мы Этих дней весёлых".
"Пуританские нравы"тоже выдумка Бродского. Тому доказательство - солёные, охальные, бесстыдные до непристойности частушки и шутки, увы, являющиеся исконной частью нашего фольклора. См.. например, сцену со скоморохом (Ролан Быков) в фильме "Андрей Рублёв".9 И сегодня они в ходу:
"Тракториста полюбила
И. как водится, дала -
Три недели сиськи мыла
И соляркою ссала".
Это рудимент язычества, которое является переходной формой поведения от не знающей стыда естественности животных к человеческой морали. Провальной попыткой возвращения к нему на следующем витке спирали прогресса стало искусство эпохи Возрождения. То, что в язычестве было почти детской непосредственностью (маленькие дети не стесняются наготы), в последующие времена, включая наше, оказалось развратом. Враньё, что созерцание (в действительности РАЗГЛЯДЫВАНИЕ) античных статуй или полотен Тициана и Рубенса вызывает только эстетические чувства. Если обследовать человека в этот момент, хотя бы измерив кровяное давление и частоту пульса, безусловно, будет выявлено ВОЗБУЖДЕНИЕ.
А якобы "исторически обусловленной" неподвижности ("статике") противостоит образ Руси как необгонимо несущейся Птицы-тройки.
Да и штыки и казачьи нагайки в начале XX века, равно как болты и гайки плетёных стульев в его конце, власть в России не спасли.
Разбор 5-й строфы
"Только рыбы в морях знают цену свободе; но их немота вынуждает нас как бы к созданью своих этикеток и касс. И пространство торчит прейскурантом. Время создано смертью. Нуждаясь в телах и вещах, свойства тех и других оно ищет в сырых овощах. Кочет внемлет курантам".
"Здесь звучит несколько мыслей, достаточно характерных для Бродского. Прежде всего - трагический разлад человека и природы: не умея понять язык природы (образ немых, но знающих цену свободы рыб), человек выстраивает свой мир, назначая всему цену и вешая на все подряд ярлыки, имеющие смысл только в этой абсурдной "рыночной" системе. Получается, что не живой мир диктует свои исконные правила человеку, но, напротив, человек подчиняет себе природу, искажая ее - и вот уже птицы выстраивают свой распорядок, ориентируясь не на биологический ритм, а на точное время, которое отбивают куранты Спасской башни".
Эта трактовка первых трёх и последней строк строфы вроде бы понятна, хотя, если вспомнить Библию, разве не ТАК и было задумано?
"И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и зверями], и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле".
...И стало так. И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма"10 (выделено мной - А.У.).
А вот 4-я и 5-я строки этой строфы нуждаются в комментарии.
Утверждение Бродского, что "время создано смертью" - неверно. И время, и смерть появились ВМЕСТЕ в результате грехопадения. До ТОГО, в раю, где находились Адам и Ева, во времени нужды не было. "Счастливые часов не наблюдают". И пращуры могли бы быть вечно счастливыми, если бы не совершили рокового проступка.
Примечание 3
Правда, есть мнение по поводу пребывания их в раю, грехопадения и изгнания, коренным образом отличающееся от общеизвестного. Его высказал Исаак Сирин:11
"Толкуя библейский рассказ о проклятии Богом Адама и Евы за совершенный ими грех и об изгнании их из рая, Исаак Сирин говорит о том, что установление смерти и изгнание были совершены под видом проклятия, однако в самом этом проклятии было скрыто благословение:
"Как Он установил для Адама смерть под видом приговора за грех и как посредством наказания Он выявил наличие греха, хотя само наказание не было Его целью, точно так же Он показал, будто смерть была установлена для Адама как возмездие за его ошибку. Но Он скрыл Свою истинную тайну, и под образом чего-то устрашающего Он спрятал Свое предвечное намерение относительно смерти и Свой мудрый план относительно нее: хотя смерть может быть поначалу устрашающей, позорной и трудной, тем не менее в действительности это - средство перенесения нас в тот восхитительный и преславный мир... Когда Он изгнал Адама и Еву из рая, Он изгнал их под личиной гнева... Но во всем этом уже присутствовало домостроительство, совершенствующее и ведущее все к тому, что изначально являлось намерением Создателя. Не непослушание ввело смерть в дом Адама, и не нарушение заповеди извергло Адама и Еву из рая, ибо ясно, что Бог не сотворил их для пребывания в раю - лишь малой части земли; но всю землю должны были они покорить... Даже если бы они не нарушили заповедь, они все равно не были бы оставлены в раю навсегда".12
Есть замечания и к комментарию статьи Токарева к двум вышеуказанным строкам.
"Парадокс "время создано смертью" ярко отражает пессимизм стоической философии Бродского: перефразируя поэта, можно сказать, что жизнь существует потому, что она конечна, а любое начало имеет ценность лишь в контексте неизбежного конца. Смерть неизбежно присуща материальному миру".
Здесь точность при выражении мысли изменяет автору.
Во-первых, не случись грехопадения, жизнь вполне существовала бы бесконечно. Таков был первоначальный ПЛАН.
Во-вторых, НАЧАЛО ценно не неизбежностью конца, а переходом от небытия к бытию со всеми его ощущениями.
В-третьих, слова "время создано смертью" (на самом деле связь времени и смерти - см. выше) означают, что бессмертную жизнь бессмысленно измерять часами, годами и веками. После Второго пришествия Христа, Воскресения мёртвых, Всеобщего (Страшного) суда и Конца физического мира именно такая жизнь и наступит:
"Смерть потеряет свою силу: "Последний же враг упразднится - смерть... Тогда сбудется слово написанное: поглощена смертьпобедою". "И времени уже не будет" - прекратится ощущение его течения".13
О том же говорится и в "Пророчестве св. Иоанна Богослова об упразднении земного времени":14
"Когда времени не будет? Ответ: когда наступит вечность. Или жизнь будущего века, о которой говорится в 12 члене Символа веры.15 Это произойдет в самом конце времен: после Второго Пришествия Христова. После Армагеддона, конца лжепророка, антихриста и диавола. Это произойдет, когда небесный град Иерусалим снизойдет с неба, подобно украшенной невесте, от Бога. Когда тварное (сотворенное) время (как и тварное пространство) уступит место нетварной Вечности".
В-четвёртых, смерть не была присуща материальному (земному) миру, она вошла в него происками Дьявола:
"Бог создал человека для нетления и соделал его образом вечного бытия Своего; но завистью диавола вошла в мир смерть...".16
Сверхавангардная17 метафора "сырых овощей" осталась в статье без расшифровки. Попробуем сделать это сами, объяснив её другой более известной метафорой "Человек есть то, что он ест",18 которая имеет физическое объяснение. Жизнь - это "способ существования белковых тел...",19 а молекулы белков производятся из веществ (аминокислот20), получаемых с пищей.
Разбор 6-й строфы
"Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав, к сожалению, трудно. Красавице платье задрав, видишь то, что искал, а не новые дивные дивы. И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут, но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут - тут конец перспективы".
"...Мысль о том, что "жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав, к сожалению, трудно" можно подтвердить каким угодно примером из жизни творческих людей советской эпохи... Но нет: внезапно выясняется, что проблема возвышенного нрава заключается в том, что любое плотское влечение неизбежно приводит к одному и тому же (угадайте, к чему), но никак не к "дивным дивам". Этот эпизод кажется особо важным: Бродский, рисуя крайне минорную картину действительности, не считает корнем всех зол социально-политический строй. Дело в самом человеке - да больше того! - в мироустройстве".
"Возвышенный нрав" не ко двору в любую эпоху, поэтому его обладателей во все времена считали белыми воронами и соответственно к ним относились. Так что сожалеть им надо о своей натуре. Они не подходят миру, а не он им.
Задрать женщине платье и "дивные дивы" - это не сочетаемые действия, как, например, "Садитесь жрать, пожалуйста".21
Бродский не первый, кто с разочарованием говорит о мироустройстве, обманывающем ожидания.
Вспомним натуралистическое до мерзости простонародное выражение о женщинах: у всех у них "вдоль, а не поперёк".
А, например, у Юрия Полякова это разочарование скрыто под сарказмом:22
"...Первый поцелуй... должен обещать такое, от чего твоё немало повидавшее и поимевшее на своём веку тело вдруг начинает мальчишески трепетать в надежде на небывалое. Неважно, что в итоге ты получаешь бывалую женскую плоть, в той или иной степени натренированную в любовных содроганиях...
Первый поцелуй должен быть... ничем не намекающим на суровую реальность биологического соития".
В изначальном мироустройстве у человека отсутствовало чувство стыда: "И были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились".23 Это предполагает и отсутствие чувства красоты и её противоположности безобразности ("Что естественно, то не безобразно") по крайней мере применительно к физиологии. ВСЁ было "хорошо".24
Совершив грехопадение, Адам и Ева познали добро и зло: "И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания".25 При этом они должны были увидеть (а мы, их потомки, видим) внешнюю отвратительность полового акта, даже в деталях сходного у людей и животных.
Примечание 4
Однако заметим, что даже самые отталкивающие моменты полового акта ТЕХНОЛОГИЧЕСКИ необходимы. Без них он невозможен.
"Открывшиеся" глаза, приобретённая способность видеть то, что не положено, превратили человека в "корень всех зол". Он вознамерился переделать мир под себя, чему способствовали свобода и излишество возможностей, данные человеку изначально. Вот это и есть порок мироустройства.
Примечание 5
Разумеется, здесь речь идёт не обо всём, а только о "цивилизованном" человечестве.
"...Фамилия Лобачевского появляется в тексте неслучайно: именно Николай Лобачевский создал геометрическую теорию, предполагающую возможность пересечения двух параллельных прямых. Но вне зависимости от того, сквозь какую научную и философскую оптикучеловек пытается взглянуть на реальный мир, в самых простых вещах [он] остается бессилен. Так страсть снова и снова оборачивается лишь плотским наслаждением, и именно в этом "конец перспективы", которую образуют две линии женских ног, в этой безнадежности стать выше того, что окружает тебя, чем ты сам себя окружаешь. Любовь, традиционно являющаяся в искусстве возможностью сбросить груз земных тягот, у Бродского оказывается столь же тяжелой и обыденной".
Спорные оценка и вывод.
Страсть при половых отношениях ничем иным, кроме как плотским наслаждением (причём только в случае удачного исхода), обернуться и не может. Она представляет собой лишь средство приведения соответствующих органов в "рабочее" состояние и поддержание их в нём. Это антипод нежности, нежная страсть - нонсенс. А плотское наслаждение - мотив для возбуждения страсти. Всё вместе есть исполнительный механизм функции РАЗМНОЖЕНИЯ, одной из ключевых функций живого организма. Никакая "перспектива" здесь не нужна. То, что люди контрацепцией исключают из данной природной цепи её конечный элемент, ограничиваясь получением удовольствия, непринципиальная деталь.
Любовь совсем другая, невещественная материя. Для этого чувства перспектива как ВИД ВДАЛЬ не бессмысленна и возможна. А страстная любовь ещё один нонсенс.
Примечание 6
"Нежная страсть" и "страстная любовь" могут и не быть нонсенсом, если слова страсть и страстная означают не плотский характер чувства, а просто его сильную степень.
И вовсе не бессилен человек "в самых простых вещах". Есть путь монашества, решающий проблему страсти и избавляющий от самого желания "стать выше того, что окружает тебя, чем ты сам себя окружаешь", не говоря уже о безнадёжности (унынии). Причём этот путь равно пригоден как для простых людей, так и для интеллектуалов.
Разбор 7-й и 8-й строф
"То ли карту Европы украли агенты властей, то ль пятерка шестых остающихся в мире частей чересчур далека. То ли некая добрая фея надо мной ворожит, но отсюда бежать не могу. Сам себе наливаю кагор - не кричать же слугу - да чешу котофея...
То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом, то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом. Да и как не смешать с пьяных глаз, обалдев от мороза, паровоз с кораблем - все равно не сгоришь от стыда: как и челн на воде, не оставит на рельсах следа колесо паровоза".
"...Две строфы (7-я и 8-я - А.У.) объединены идеей эмиграции. Эти строки достаточно прозрачны, но хочется остановиться на словах "то ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом"... Важно..., что поэт, говоря о "месте ошибки" указывает именно на свою голову - это не столько вариация на тему "горя от ума", сколько снова снятие ответственности за болезненное состояние с окружающего мира. Бродский не перекладывает, ... вины с больной головы на здоровую и наоборот, но четко осознает ту ответственность, которую несет каждый человек за свои мысли и за то, что творится в его голове".
Да нет, и здесь есть материал для дешифровки.
Почему поэт не может уехать за границу? Только ли из-за воспрепятствования властей? (Хотя в конце концов его принудительно высылают из страны). Или всё-таки что-то удерживает его на Родине? И это не долг и не какие-либо обязательства, поскольку противиться отъезду ДОБРАЯ фея, желающая своему подопечному блага и уверенная в невозможности этого на чужбине. (Ироничный смысл слова добрая следует исключить, поскольку тогда оно должно было быть в кавычках).
Загадочна предпоследняя строчка 7-й строфы. Почему - кагор, церковное вино, используемое при причастии? Неужели в таком причудливом виде пришла мысль о монашестве (см. выше), к тому же сразу в статусе иерарха, у которого есть слуги? Если же нет, то состояние душевной маеты можно было выразить проще, например, так: "Со стаканом беседую под овощное рагу".
Насчёт ответственности ЧЕЛОВЕКА за свои мысли (комментарий 8-й строфы) автор статьи, что называется, "заблудился в трёх соснах". Чем человек осознаёт свою ответственность и берёт её на себя? Только мозгом, головой, т.е. той же своей частью, где мысли и рождаются. Человек как ЛИЧНОСТЬ и есть мысли в его голове. Оценка одних мыслей, включая признание их ошибочными, осуществляется другими мыслями, которые и сами могут быть ошибочными. Вот так человек устроен (подробнее об этом см. мою миниатюру "Каша в голове?" - А.У.). И когда собственный ОТК26 не справляется, на помощь приходит цензура, т.е. мысли ДРУГИХ людей.
Уподобление виска месту ошибки [в тексте], думаю, правильнее толковать требованием радикальности необходимого исправляющего действия. Пуля в висок действительно решает навсегда любые проблемы.
Строки со 2-й по 6-ю говорят о том, что Бродский всё-таки не хотел уезжать в эмиграцию, считая это недостойным (стыдным). Вместе с тем поэт горько замечает: видимого следа от такого поступка не останется, уезжай он хоть на корабле, хоть на поезде; о нём просто забудут.
Разбор 9-й строфы
"Что же пишут в газетах в разделе "Из зала суда"? Приговор приведен в исполненье. Взглянувши сюда, обыватель узрит сквозь очки в оловянной оправе, как лежит человек вниз лицом у кирпичной стены; но не спит. Ибо брезговать кумполом сны продырявленным вправе".
"А девятая строфа возвращает нас из мира абстракций к художественной конкретике. Лирический герой наконец-то покупает газету и ПЕРВОЕ (выделено мной - А.У.), на что наталкивается его взгляд - раздел "Из зала суда"... Мне кажется достаточно интересным финал этой строфы: ...убитый человек не спит, ибо сны вправе брезговать продырявленным "кумполом"(головой - А.У.)... Здесь слышится ужас, который наводит мысль о насилии и смерти: человек лишается снов (на метафорическом уровне - материи высокой, души) и навсегда остается просто телом с простреленным "кумполом"...".
Здесь и в тексте Бродского, и в тексте комментария к нему допущена НАТЯЖКА. Не зная возраста автора статьи, не могу сказать, захватил ли он то время советского периода, когда в газетах действительно публиковались сообщения, скажем так, специфического характера.
Примечание 7
Помню объявления о предстоящих разводах в нашей районной газете. Это был воспитательный момент. Разводы осуждались, и "разводящиеся трудящиеся" - вспомним миниатюру Райкина "Из жизни многожёнцев" - предавались публичному позору (кстати, видео этой миниатюры есть в Интернете).
Но Бродский жил в то время. И, конечно, знал, что такого рода информация, в том числе из зала суда и о приведении в исполнение приговоров, печаталась в ПОДВАЛАХ последних страниц газет. (Вот и персонаж Райкина, взяв в руки газету, бегло просматривает 1-й страницу и разворот - 2-я и 3-я страницы, - остановившись только на 4-й, причём именно на нижней части, где и читает о "разводящихся трудящихся"). Потому маловероятно, что лирический герой поэта сразу и случайно наткнулся в газете на сообщение о расстреле. Он ЭТО ИСКАЛ, т.к. допускал возможность самому "прославиться" подобным образом.
Насильственная смерть, если она ЗАКОННА, ужасна лишь своим внешним воплощением. Ужасно видеть человека с простреленной головой. Но это физиологическая реакция. Лишение жизни, к примеру, жестокого убийцы или педофила, изнасиловавшего трёхлетнюю девочку,27 которая умерла от кровопотери, должно вызывать чувство УДОВЛЕТВОРЕНИЯ. Не мстительной слепой радости, а убеждённости в справедливости крайней меры наказания.
Теперь насчёт снов. Они ведь бывают и страшными. Что неправильного в том, если бы такие сны навечно поселялись в "продырявленных кумполах" изуверов? Кстати, души преступников в аду мучаются воспоминаниями о совершённом их носителями зле. Это сродни снам.
Разбор 10-й и 11-й строф
"Зоркость этой эпохи корнями вплетается в те времена, неспособные в общей своей слепоте отличать выпадавших из люлек от выпавших люлек. Белоглазая чудь дальше смерти не хочет взглянуть. Жалко, блюдец полно, только не с кем стола вертануть, чтоб спросить с тебя, Рюрик.
Зоркость этих времен - это зоркость к вещам тупика. Не по древу умом растекаться пристало пока, но плевком по стене. И не князя будить - динозавра. Для последней строки, эх, не вырвать у птицы пера. Неповинной главе всех и дел-то, что ждать топора да зеленого лавра".
"В последних двух строфах все уверенней звучит голос мрачного философа, который словно бы забирает себе насмешливые интонации, необходимые для того, чтобы подвести итог стихотворению, обобщить настроения и мысли. Итак, парадоксальным образом зоркость этой "прекрасной эпохи" вырастает из слепоты прежних времен. Хорошо, но о каких люльках идет речь? Признаюсь: это - одно из самых сложных мест стихотворения, объяснение которому нашел знаменитый филолог Лев Лосев. По мнению ученого, это отсылка к XII главе гоголевского "Тараса Бульбы": в разгар сражения Тарас теряет курительную трубку, но решает ее поднять ("Стой! выпала люлька с табаком..."), из-за чего попадает в плен и погибает. Бессмысленная, всеобщая жесткость, безрассудство и неуместная героика, неизбежно приводящая к новым и новым жертвам, описанные у Гоголя, являются теми чертами, которые сформировали нынешнюю "прекрасную эпоху".
"Достаётся от Бродского и Рюрику - первому новгородскому князю, прародителю царской династии Романовых. "Жалко, блюдец полно, только не с кем стола вертануть", говорит Бродский, желая метафизической встречи с Рюриком: "вертеть стол" на жаргоне спиритов обозначает вступить в контакт по астральной связи, призвать духа. Но и этого Бродскому мало: "не князя будить - динозавра" нужно, чтобы разобраться в причинах нынешней "зоркости к вещам тупика", то есть стагнации. Получается, что не только в нежелании смотреть "дальше смерти" (то есть жить не только текущим днем, но и думать о наследии для последующих поколений) заключается проблема "прекрасной эпохи". Трагизм ситуации мыслится Бродским, скорее всего, более глобально: это не национальная, но, вероятно, цивилизационная катастрофа, ошибка в изначальном выборе пути развития человека, результатом которой становятся пробитые кумполы, выпавшие из люлек, ожидающие топора неповинные поэты".
Вот чем обернулось познание добра и зла для человечества - уходом с пути УГОТОВАННОГО безопасного развития и вступлением на путь САМОРАЗВИТИЯ, на котором гарантий безопасности уже нет. Люди бездумно распорядились данной им свободой, соблазнившись её возможностями. Она оказалась спичками в руках несмышлёных детей.
Мы не знаем, каким бы сегодня был мир, не соверши Адам и Ева грехопадения. Однако кое-что можем предположить.
Не случилось бы революций - поспешность природе не свойственна.
Не появились бы технологии двойного характера - полезные и потенциально опасные одновременно.
Не возникли бы дошедшее до абсурдности всевластие материального и потребительство как его апогей
И, думаю, не рождались бы белые вороны, гении, т.е. люди с чрезмерными способностями, позволяющими им открывать, создавать и творить преждевременное и запретное.
Но возникает вопрос: не получилось ли бы так, что образ жизни всего человечества остался бы тогда первобытным, схожим с образом жизни теперешних народов, сохранивших жизненный уклад своих далёких предков?
Можно сказать уверенно - НЕТ. Образ жизни ныне живущих аборигенов некоторых районов Африки, Латинской Америки, Австралии и Северной Евразии также представляет собой следствие ПОВРЕЖДЁННОСТИ МИРА грехопадением, имевшим глобальный характер, и потому тоже несёт на себе следы этой катастрофы. Без неё разделения образа жизни людей на первобытный и цивилизованный не произошло бы, онтологически28 он остался бы единым, различаясь лишь элементами, обусловленными различиями условий среды обитания. Хотя и этим различиям неоткуда взяться: природные условия на всей земле до рокового проступка пращуров были оптимальными для жизни её обитателей.
Примечание 8
В приведённой цитате автор статьи, рассуждая о результатах "цивилизационной катастрофы", прерывает их перечисление ожиданием топора неповинными поэтами. А ведь Бродский сказал и о другой возможности - о лавровом венке как награде, символе славы. И он получил такую награду - Нобелевскую премию, что тоже можно считать одним из результатов указанной катастрофы: Нобелевка давно перестала быть наградой за достижения, ценные для всех людей, превратившись в средство международной политики.
"Конец прекрасной эпохи" - это стихотворение, в котором банальный сюжет - прогулка за газетой, - разрастается в размышление о судьбе страны, о судьбе художника, о судьбе всего человеческого мира. Мне хочется попробовать ответить на вопрос (он терзает и меня) - чем так хорошо это стихотворение Бродского? Попробую сказать так: поэт точно отмечает детали, до боли знакомые всем нам, начиная от луж и заканчивая криминальной хроникой..., емко и в то же время иронично, тем самым, не давая патетике затупить остроту мысли, выражает мысли, которые роятся в голове у каждого думающего человека (что делать с любовью, со страной, да, черт подери, с самой этой жизнью?)".
Это верно - в "Конце прекрасной эпохи" говорится о важных вещах. Но так, что понять их могут очень немногие "думающие". (Впрочем, и большинство из них гонят "роящиеся" мысли прочь, поскольку те "некомфортны", беспокойны и мешают предаваться наркомании потребительства). У Бродского получается, как с рыбами, знающими истину, однако не способными её сообщить из-за немоты (точнее сказал Маршак: "Разевает щука рот, / А не слышно, что поёт");29 хотя он и не нем, да что толку: язык белых ворон не понятен без перевода. К тому же он и не стремится быть понятым, видимо, полагая, "имеющий уши, услышит". Прав Твардовский, сказавший о нём: "Парнишка, вообще говоря, противноватый, но, безусловно, одарённый, м. б., больше, чем Евтушенко с Вознесенским вместе взятые".30
"...Бродский не дает однозначных ответов (да это невозможно в принципе!) - но предоставляет нам инструментарийдля самостоятельного поиска решений этих задач. Когда я говорю об инструментарии, я говорю об умозаключениях, об идеях, об эмоциях, наконец! - о всем том, что необходимо каждому человеку, который не желает насиловать собственный мозг и нуждается в собеседнике. Во внимательном, ироничном, мрачном и бесконечно умном собеседнике, которым и является для своего читателя Бродский".
Может быть, именно в уходе от ответов на самим же поставленные вопросы и состоит опасность поэзии Бродского. Смутив нас, "малых сих", он предоставляет нам "инструментарий", не заботясь о том, способны ли мы им пользоваться без вреда для себя и окружающих. До чего мы додумаемся, и не опять ли это спички в детских руках? Что же до него как собеседника, то на примере лирического героя "Конца прекрасной эпохи" мы убедились: для беседы с ним нужен переводчик. Также неизвестно, когда насилие над мозгом будет сильнее: при самостоятельном размышлении над трудными вопросами или при беседе с "ироничным, мрачным и бесконечно умным собеседником" Бродским через посредство его стихов.
"...Лосев (биограф Бродского - А.У.)писал, что "среди ленинградской интеллигенции утвердилось социально-психологическое объяснение того, почему жертвой показательных репрессий был выбран Бродский. Оно сводится к тому, что сработало некое "коллективное бессознательное" государства, учуявшего опасность в том уровне духовной свободы, на который Бродский выводил читателя даже аполитичными стихами. Его "стихи описывали недоступный для слишком многих уровень духовного существования... [они утоляли] тоску по истинному масштабу существования".31
Эту мысль можно выразить короче: своими стихами Бродский ПРОВОЦИРОВАЛ читателей на недовольство властью, делал то, от чего предостерегал апостол Пётр:
"Итак будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро, - ибо такова есть воля Божия, чтобы мы, делая добро, заграждали уста невежеству безумных людей, - как свободные, не как употребляющие свободу для прикрытия зла, но как рабы Божии. Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя почитайте".32
В заключение приведём ещё один образчик "серьезной литературы, [которая] порой непроста для интерпретации". Но без расшифровки, предоставляя читателю возможность самому найти его толкование в Интернете.
"Родитель-хранитель-ревнитель души, что ластишься чудом и чадом? Усни, не таращь на Луну этажи, не мучь Александровским садом.
Москву ли дразнить белизною Афин в ночь первого сильного снега? Мой друг, твое имя окликнет с афиш из отчужденья, как с неба.
То ль скареда-лампа жалеет огня, то ль так непроглядна погода, Мой друг, твое имя читает меня и не узнает пешехода.
Эй, чудище, храмище, больно смотреть орды угомон и поминки. Блаженная пестрядь, родимая речь - всей кровью из губ без запинки.
Деньга за щекою, раскосый башмак в садочке, в калине-малине. И вдруг ни с того ни с сего, просто так, в ресницах - слеза по Марине...".
(Белла Ахмадулина "Москва ночью при снегопаде").
________________________
1 См. Не Тёркиным единым. Хлёсткая цитата Твардовского... |
5 Наша эра (Новая эра) - современная система счисления; за начальный момент отсчёта взято Рождество Христово (см. "Краткую Российскую энциклопедию")
6 Земля обетованная - земля, по которой, с благословения Божьего, странствовал Авраам, выйдя от родства и из дома отца, и которую Бог обещал дать в наследие будущему народу, образованному из его потомков
11 Исаак Сирин - христианский писатель-аскет, епископ Ниневии в Церкви Востока, жил в Ассирии и Сирии во второй половине VII века (см. "Исаак Сирин - Википедия")
15 Символ веры - краткое изложение христианских догматов, безусловное признание которых православная и католическая церкви предписывают каждому христианину (см. "Краткую Российскую энциклопедию")
16См. Библия, Ветхий Завет, Книга Премудрости Соломона, 2, 23, 24
17Авангард (то же, что авангардизм) - условное наименование художественных движений и объединявшего их умонастроения художников 20 в., для которого характерны стремление к коренному обновлению художественной практики, разрыву с её устоявшимися принципами и традициями, поиски новых, необычных средств выражения формы и содержания произведений. Принципы авангардизма восприняли также литературно-художественные течения... (см. "Краткую Российскую энциклопедию")
18Цитата из рецензии немецкого философа Людвига Фейербаха на книгу философа и физиолога Якоба Молешотта "Популярное учение о питательных продуктах"
19Цитата из определения жизни, данное Энгельсом в работе "Анти Дюринг"
20Незаменимые аминокислоты - необходимые аминокислоты, которые не могут быть синтезированы в том или ином организме. Для разных видов организмов список незаменимых аминокислот различен. Все синтезируемые в клетках белки собираются из 20 базовых аминокислот, только часть из которых может синтезироваться организмом. Невозможность сборки определённых белков организмом приводит к нарушению его нормальной работы, поэтому необходимо поступление незаменимых аминокислот в организм с пищей.
Незаменимыми для взрослого здорового человека являются 8 аминокислот: валин, изолейцин, лейцин, лизин, метионин, треонин, триптофан и фенилаланин; также часто к незаменимым относят гистидин (F V T W M L I K H). Для детей незаменимым также является аргинин.
6 других аминокислот (R C G Q P Y) считаются условно незаменимыми в питании человека, что означает ограниченные возможности их синтеза в зависимости от состояния организма, например у новорождённых и больных людей.
5 аминокислот (A D N E S) - заменимые у человека, это означает что они могут синтезироваться в достаточных количествах в организме.
21Цитата из фильма "Джентльмены удачи"
22Роман "Козлёнок в молоке"
23См. Библия, Ветхий Завет, Бытие, 2, 25
24"И увидел Бог, что это хорошо" (см. Библия, Ветхий Завет, Бытие, 1, 8, 12, 18, 21, 25, 31)
25См. Библия, Ветхий Завет, Бытие, 3, 7
26ОТК - отдел технического контроля - А.У.
27Был такой случай в нашем райцентре - А.У.
28Онтологический - касающийся всеобщей основы, принципов бытия, его структуры и закономерностей