Эпизод 25

Оскар с нетерпением ждал этого момента. Он знал, что рано или поздно его позовут и попросят сделать то, что может сделать только он. И этот момент настал. Его вызвал Мастер и сказал:

- Бой еще не закончился, а Динара попала в окружение на наблюдательном пункте. Нужно снять ее с крыши. Лин сказал, что это сможешь сделать только ты. У нас остался только один почти целый флаер, распорядись им как следует, сынок

Болтун сам содрал с машины маскировку, загрузил топливо, проверил и смазал механизмы. Ребята в боевой раскраске хмуро наблюдали за ним. Когда он уже собрался сесть в кабину, один из них подошел и протянул руку.

- Я Буран. Спаси ее, брат.

Оскар ответил на рукопожатие и вдруг со всей ясностью ощутил серьезность и опасность своей миссии. Ему стало невероятно страшно, до того страшно, что он готов был бросить все и укрыться в одном из уютных и пыльных подвалов, где не слышны звуки войны. К чему бы это? - подумал Болтун, ощутив неприятный холодок в животе.

Он поднял машину в черное небо и повел в направлении, указанном Мастером. Здание, на котором располагался наблюдательный пункт Хороших людей, находился на другой стороне Центральной площади. Оно было третьим справа в ряду семи одинаковых цилиндрических строений Центра администрирования и координации Системы. Почти все цилиндры были разрушены, но два уцелели, и на крыше одного из них находилась бесстрашная девчонка.

Без особых приключений Болтун преодолел только половину пути, успешно убегая от ударов с земли. Едва машина оказалась на середине пепелища, прямо из черных туч вырвались несколько потрепанных и плохо залатанных аппаратов. Они кое-как держались в воздухе, но установленные на борту пушки, видимо, работали четко. Он еле успел увернуться от огненного луча и взмыл в высоту. Преследователи ринулись следом, но не тут-то было. Наивные, они не знали, с кем имеют дело. Оскар захохотал и заулюлюкал. Выделывая неописуемые фигуры, он бросил машину в сторону, потом вниз и снова вверх. У преследователей, вероятно, закружились головы. Два аппарата столкнулись и разлетелись на куски. Остальные спешно отстали. Оскар победоносно покружился перед поверженным противником, громко хохоча. Азарт вновь затмил страх.

Цилиндры Центра показались из-за дымящихся останков жилого массива и Болтун облегченно вздохнул. Вот и третий справа. Отлично. Сейчас он заберет девчонку и они вернутся.

Флаер завис над крышей, щетинящейся различными антеннами и датчиками дальней связи. И тут снова откуда не возьмись навстречу выскочил скособоченный полицейский катер.

- Черт! вскрикнул Болтун и схватился за руль, пытаясь уйти от столкновения.

Это ему удалось, однако хвост машины задел верхушку одной из антенн, и флаер завертелся вокруг своей оси, потеряв управление. Металл скрежетал о металл. Как не пытался Оскар вернуть машину в свое подчинение, ничего не вышло. Тогда он выбил ногой дверь и вывалился наружу.

Он едва не промахнулся. Повиснув на перилах над пустотой, он смотрел, как умирает последний летательный аппарат защитников человечества. Он проводил машину взглядом до самой земли и зажмурился, когда далеко внизу раздулось облачко серого дыма.

Все было кончено. Оскар хорошо это понимал. Обливаясь слезами, он вылез на крышу. Что теперь делать?

Из-за опоры самой крупной антенны показалась человеческая фигура. Это была Динара. Она сделала несколько шагов и застыла, не веря своим глазам.

- Ты?! - произнесла она с каким-то ужасом. - Почему?!

Оскар развел руками.

- Это был последний наш флаер Вообще-то я прилетел тебя спасать, но сама видишь

- Да, я вижу, - грустно сказала девушка и тоже развела руками. Ладно, что ж тут поделать. Идем, спрячемся. Не стоит торопить смерть. Вдруг случится какое-нибудь чудо.

Смерть. У Болтуна подкосились колени.

Они укрылись в нише, полной разноцветных проводов и блестящих контактов, выходящей на край крыши.

- Не бойся, тут все обесточено, - сказала Динара и нервно хохотнула: Смешно еще чего-то опасаться, находясь в таком положении Когда они пробьются, я прыгну. Можешь присоединиться ко мне. Здесь очень толстые люки из-за радиации. Они заблокированы, но эти уроды стреляют и скоро их пробьют. Они пробовали добраться с воздуха, но здесь столько антенн и проводов, что они побоялись.

Оскар сглотнул и спрятал ладони под мышками.

- А уйти отсюда никак нельзя?

- Нельзя, - отрезала всякую надежду девушка..

Болтуну захотелось завыть. Если бы рядом не было этой сумасшедшей и смелой девчонки, он именно так и поступил бы. Он поежился, подтянул колени к подбородку и обхватил их длинными руками.

Они посидели молча, прислушиваясь к глухим ударам, заставляющим вздрагивать, кажется, все здание.

- Сидим точно как в сериале "Крысы-мутанты", - глухо проговорил Оскар себе в колени.

- Это когда красный и оранжевый сидят на башне и готовятся прыгнуть? неожиданно поддержала разговор Динара. Интересный фильм.

Оскар обомлел.

- Как ты смотришь сериалы?

- А что, это плохо? - нахмурилась девушка.

- Да нет, просто не ожидал. Болтун оживился. А помнишь тот момент, когда оранжевый снимает форму и все вопят от ужаса?

- Еще бы! - Дельта хлопнула в ладоши. Здорово они это придумали. Все думали, на нем форма звездолетчика, а оказалось чешуя крысолова. Я не ожидала такого поворота.

- А я как раз ожидал! Я с самого начала сказал: что-то этот оранжевый темнит. Я поспорил с приятелями и выиграл отпуск за их счет.

Динара развернулась немного в его сторону. Темные растрепанные волосы липли к измазанному сажей лицу.

- А мне, знаешь, какой сериал больше нравится? "Серый карлик с Веги". Видел?

- Ха! Ты еще спрашиваешь! Да я его раз пять точно смотрел! Еще клевый фильм Галактика змей.

- Согласна, тоже неплохой сериал. Правда, они там что-то недоработали, как-то все путано. Кстати, я не видела последних серий. Чем там все закончилось?

- Никогда не догадаешься! Фу-фу перебила всех змей, а одна из них оказалась королем. И все! Война закончилась!

Динара погрустнела.

- Закончилась, - тихо проговорила она. - Да, интересно. Жаль, что мы умрем, а то ты пригласил бы меня в кино после войны.

У Оскара вновь защипало в носу. Он остановил дыхание, чтобы помешать слезам. Он впервые заметил, что у грозной Дельты такие красивые карие глаза. Как же он раньше этого не видел? И как она знает его любимые сериалы. Да, жаль, что они умрут.

Крыша сильно вздрогнула, и они испуганно посмотрели друг на друга.

- Между прочим.- Болтун облизал пересохшие губы. Между прочим, Мастер говорит, что человек живет много-много раз, и самое главное для его следующей жизни то, что он думает перед смертью.

- Ну и что? настороженно спросила Динара.

- Давай перед смертью думать о том, чтобы в следующей жизни встретиться и пойти в кино. Наверное, тогда тоже будут снимать сериалы.

- Давай будем думать. Динара вздохнула. Тогда еще подумаем о том, чтобы в той жизни не было войны. А то я снова окажусь на такой вот крыше. Она как-то виновато улыбнулась.

Болтун посмотрел на девушку с еще большим интересом.

- Ты что, любишь воевать? Война не для девчонок.

- Я не люблю воевать, - сказала Динара сердито, - но еще больше я не люблю несправедливость. Понял?

- А-а-а, - протянул Оскар. Да, несправедливость дело серьезное. - И зачем тебе эти заботы? Девчонки обычно интересуются другими вещами, например, магазинами или

- Я всегда была такой ненормальной.

- А я только сейчас стал таким. На К-16 я был совсем другим. Вспомнить стыдно. Я вообще был плохой, пока не стал Воином.

- Ты тоже Воин?

- А ты как думала!

- Честно? Я думала ты просто так, ну вроде меня.

- Это ты просто так?! Да кто тебе сказал, что ты просто так?! возмутился Оскар. Вон какую армию собрала, не каждый парень сумел бы! Ты смелая, ты не дрожишь, не бледнеешь, а я Если бы я не был черным, ты увидела бы, какой я трус!

- Ты не трус! так же горячо воскликнула Динара. Ты прилетел спасать меня. Ты же не виноват, что так получилось. Никто не хочет умирать, и я не хочу! Но так получилось, такая у меня судьба, и у тебя тоже!

Тут Оскар уже не смог сдержаться. Слезы хлынули ручьями. Все, что он мог сделать, это позорно отвернуться.

Динара дождалась, когда он успокоится и спросила:

- Значит, Мастер говорит: последняя мысль?

- Угу. Оскар втянул носом остатки слез и провел по лицу рукавом.

- То есть мы с тобой все-таки можем сходить в кино в будущей жизни? Тогда я буду думать об этом очень сильно.

- И я буду думать Да, неплохо было бы сходить на новую серию, потом прокатиться над городом, потом поесть мороженого. А?

- Да, мороженого в ресторане на воде на Острове.

- Он сгорел.

- Да? А мы его заново отстроим. Представь, сидим мы с тобой и

- и входит Буран.

- Кто-кто?

- Тот сердитый. Он ведь твой парень?

- Да нет, он просто мой хороший друг!

- Вот как! Я давно думал подойти к тебе и поболтать, но боялся, что он меня прибьет.

Динара засмеялась и хотела что-то сказать, но тут крыша вздрогнула в последний раз, и в ней образовалась рваная рана. Ее края разошлись, и оттуда повалили наружу страшные потные бритоголовые люди с оружием и искривленными от злости лицами. Их ноздри хищно шевелились, вынюхивая жертву.

- Мамочка - прошептала Дельта и закрыла лицо руками. Через мгновение оторвала ладони. Это все.

- Это все?.. повторил Оскар. Он схватил ее за руку. Постой! Неужели нет выхода? Так не бывает! Лин говорил, что выход есть всегда!

- Выход есть сдаться! Девушка вскочила на ноги, достала из кармана белый квадратик и проговорила в него что-то.

Их заметили, и страшные люди развернули к ним потные лица. Глаза горели злобой. Ее одной было достаточно, чтобы испепелить все вокруг. Они двинулись на с таким трудом доставшуюся добычу всей массой. Они очень долго трудились и очень устали, поэтому хотели побыстрее выполнить приказ и отправиться за наградой. Приказ был взять девчонку живой и невредимой, и это сильно осложнило выполнение задания. Но теперь все было кончено.

Оскар взглянул вниз. Высота была настолько головокружительной, что казалась бесконечной. Стоит ли бояться того, что не имеет конца? подумал он и удивился сам себе. Неужели эта мысль пришла в его пустую голову? Вот что значит общаться с доктором Лином и ему подобными.

Он почувствовал, как маленькая шероховатая ладонь сжала его руку.

- Значит, до встречи? - с нескрываемой надеждой спросила Дельта.

- Мастер так говорит, - на всякий случай уточнил Болтун. Ведь сам он мог и ошибаться.

Эпизод 26

Враги долго искали тела людей, но так и не смогли найти. Кому-то показалось, что они исчезли прямо в воздухе как раз в том месте, где были расставлены невидимые ловушки. Наблюдатели внизу видели, как Воины бросились с крыши, но почему они не долетели до земли, никто вразумительно объяснить не смог

Эпизод 27

Салам не мог понять, как это происходит. Человек только что сидел рядом с ним, они разговаривали, смеялись. И вдруг человека не стало. Оскара позвали в тот момент, когда он только начал захватывающий рассказ о своих приключениях на К-16. Салам остался ждать его. Прошло много времени, а он все сидел и сидел на одном месте, слушая грохот боя. Он не ощущал никакого беспокойства, потому что все мысли его были заняты минувшим сражением. Салам никак не мог поверить, что это был действительно он, тот человек, что так здорово сражался. А как же поэзия, звездные ночи у костра, тихие рассветы, цветы и журчание ручья? Как это могло сочетаться с тем, что он делал час назад? Что бы сказал Наставник, если бы видел его с огнеметом в руках и искаженным яростью лицом? От этих мыслей захватывало дух и горели щеки. В глубинной памяти звенели доспехи и мечи, ржали кони, гремели боевые барабаны. Он весь ушел в свои размышления, когда с неба упало:

- Наш Болтун погиб.

Это был доктор Лин. Он стоял над ним бледный и страшный как смерть. Доктор больше ничего не сказал и, шатаясь, побрел прочь. Салам, сам не зная почему, встал и пошел за ним. Он бездумно шел за Лином, пока не увидел сурового парня по прозвищу Буран, которого в стане защитников человечества побаивались и уважали. Буран громко рыдал, спрятав голову в коленях. Вокруг стояли в скорбном молчании Хорошие люди.

- Что случилось? спросил Салам.

- Дельта погибла, - сказали ему, - и ваш черный парень тоже. Он полетел ее спасать.

Полетел спасать так вот почему он потому что Дельта как же теперь

Он кинулся к тому месту, где ждал Оскара. Их с другом засуженный огнемет все еще лежал на земле. Салам подхватил оружие и, не говоря никому ни слова, побежал в сторону грохочущего сражения.

Он мчался, перепрыгивая через тела и камни, он торопился, боялся, что бой закончится без него и он не успеет отомстить. Боевые барабаны все яростнее отбивали дробь. Ну почему они отогнали врага так далеко, почему не подождали его!

Спускались сумерки. У подходов к Центральной площади стояли дозорные машины. Их прожектора крутились, освещая пространство. Военные увидели его и стали что-то кричать, делали знаки, что дальше идти нельзя. Салам только помахал им рукой. Он преодолел освещенное пространство и вновь оказался в сгущающихся сумерках. Впереди, за огрызками небоскребов во всю ширь горизонта, почти касаясь земли, висело тяжелое серое облако. Серая масса лихорадочно пульсировала, сверкала огнями выстрелов и паутиной огненных лучей, столбы оранжевого пламени лизали свинцовое небо. Земля дрожала и уходила из-под ног.

Салам остановился, чтобы перевести дух, вновь взял оружие наперевес и побежал дальше. Он выбрался из развалин площади и чуть не угодил под снаряд, взорвавшийся в нескольких метрах от него. Отброшенный ударной волной, он оказался на линии танкового заслона, выставленного на случай, если противник перейдет в контратаку. Гремели взрывы и команды. От шума в ушах Салам не различал слов. Он прижался к земле и пополз под машинами, рассчитывая таким образом пробраться в эпицентр сражения. У самого лица землю вспорол раскаленный луч, машина вдруг подпрыгнула и затряслась. Салам выкатился из-под колес. В ушах нестерпимо звенело.

- Мальчишка! услышал он сквозь звон. Там мальчишка!

Салам увидел бегущих навстречу и отчаянно машущих руками военных. Он растерянно завертелся на одном месте, не зная, что делать. Стоящие в заграждении машины зарычали и сдвинулись с позиций, отползая от огня.

- Убирайся оттуда! Убирайся!

Он метнулся в сторону от горящего танка, ударился о бронированный шишковатый бок другой машины, отлетел от него и еле успел проскочить перед носом очередного наползающего гиганта. Не помня себя от ужаса, он понесся за линию разграждения, автоматически продолжая сжимать свой огнемет.

Военные били по отступающему противнику с дальних позиций. Лазерные вспышки освещали темнеющее небо и поле боя, растянувшееся до самого Побережья. Большая часть темного войска, включая зомби, позорно бежала, но бритоголовые, взяв бронетехнику и артиллерию в свои руки, продолжали атаку. Очередная вспышка высветила позиции врага, и Салам понял, куда ему нужно. Он поднял огнемет на плечо и перебежками двинулся вперед, залегая за обломками и поваленными деревьями. Несколько раз пришлось переждать лучевые атаки, рядом упал, но не взорвался, угодив в лужу, газовый снаряд. Розовый шар шипел и вертелся в грязной воде. Салам смотрел на него как завороженный.

Огненный дождь немного ослабел, и Воин пополз дальше. На линии соприкосновения армий лоб в лоб бились машины, и ему пришлось снова залечь. Он до сих пор не видел такого боя. Страшные машины таранили друг друга, вставали на дыбы. На фоне пожарища начали вырастать жуткие силуэты, напоминающие гигантских пауков. Машины разворачивали коечности, клацали огромными клешнями, вставали на коленчатые конечности, крутили квадратными головами с оранжевыми глазами-люками. Стальные чудовища поливали друг друга огнем, хлестали гибкими лучами, скрежет металла заглушил все остальные звуки. Салам привстал и открыл рот, наблюдая за невероятным боем. За последние дни он повидал всякое, но поединок машин показался страшнее всего до сих пор пережитого.

Пока сражались машины, люди и орудия выжидали. Стемнело, а бой все продолжался. Наконец стальные чудовища, принадлежащие темному войску, начали сдавать позиции. Один из пауков вспыхнул и завалился на спину, запоздало выбросив из глаз оранжевые лучи. Оставшись в меньшинстве, вражеские монстры были отброшены и вскоре смяты и перекусаны жуткими клешнями. Салам услышал победоносный клич со стороны друзей защитников человечества. Через некоторое время он понял, что начинается атака. Сначала мимо него прогрохотали тяжелые танки, за ними следовала людская масса. Он побоялся вылезти из своего убежища сразу слишком уж быстро неслись люди и машины. Но запах победы щекотал и его ноздри, поэтому в конце концов он вышел и, волоча огнемет, побежал вслед друзьям защитников человечества. Он бежал и представлял, как будет косить бритоголовых направо и налево, приговаривая: Это за Оскара, это за Дельту, это за Мишу это за Наставника, это за мой дом, это за моих друзей, это за мои надежды, это за всех остальных

Пробегая мимо стальных чудовищ, Салам невольно замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.

Бой откатился в другую часть города и продолжал уходить к окраинам, а здесь было тихо. Пауки лежали на спине, раскинув уродливые конечности. Салам с опаской приблизился к одному из них и дотронулся до зазубренного края гигантской клешни. Осмелев, он поставил ногу на сгиб стальной конечности, подтянулся и понемногу двинулся вверх. Так он добрался до выпуклого пуза паука и встал на его вершину.

С высоты хорошо просматривались окраины площади и зарево уходящего к Побережью боя. Разрушенный город затаился в ночи. Наверное, среди изящных зданий и садов стальные монстры смотрелись бы странно, но сейчас они были гармоничной частью панорамы, штрихом, подчеркивающим ее пугающую естественность.

Салам вздохнул и опустился на корточки. Приложил ладони к металлу и почувствовал вибрацию в животе паука. Что-то там внутри все еще работало. Машины, как и люди, умирают в мучениях, подумал он. Какой-то упрямый и живучий чип терзает огромный организм, не давая ему успокоиться навсегда. Салам поймал себя на мысли, что думает о пауке как если бы это было живое существо. А что, может быть, в некоторой степени это и так. Наставник всегда говорил, что земные кошмары на самом деле - не плод человеческого воображения, а отражение чего-то, существующего реально, но где-то в другом, темном мире. Наверное, изобретая такие машины, люди не задумывались над тем, кто направлял их мысли, вызывая на свет из потусторонних миров образы чудовищ, воплощенные ими затем в стали и броне.

Послышалось шипение, и внизу живота монстра внезапно распахнулся люк. Оттуда повалил дым. Салам вскрикнул и отскочил назад, соскользнул с туловища и полетел вниз. Он ударился о землю, с кряхтением поднялся. В дымящемся люке показался бритоголовый. Человек, видимо, был ранен. Он еле двигался, вытаскивая свое тело из машины, стонал и хрипел. Выбравшись наполовину, он вывалился наружу и повис, зацепившись одеждой о зубец клешни. Салам метнулся к лежащему неподалеку огнемету, схватил его и забросил ремень на плечо. За Оскара, за Дельту, за надежды

- Помогите, - простонал человек.

Салам напрягся, прислушиваясь к себе. Он почему-то не слышал грохота боевых барабанов. Это было очень некстати. Конечно, он в любом случае не стал бы стрелять в беззащитного врага, но по крайней мере не испытывал бы к нему жалости, как сейчас. Эта жалость показалась ему ненормальной. Бритоголовый, наверняка, убил не один десяток его друзей и прикончил бы его самого, окажись он в такой ситуации.

- Помогите

Он забросил огнемет за спину и подошел к человеку. Тот приоткрыл глаза и взглянул на него с такой мольбой, что заныло сердце. Салам поднатужился и помог бритоголовому освободить одежду, а затем опуститься на землю. Человек дрожал от озноба, он был тяжело ранен, но у Салама не хватило бы сил протащить его не то что до Штаба, но даже на двадцать шагов. Все, что он мог сделать, это набросить на него свою бронекуртку и перетянуть ремнем бедро выше раны, чтобы остановить кровотечение. Раненый попросил воды. Воды у него не было. Он развел руками, сказал прости и пошел прочь.

Салам удалялся от стального паука в задумчивости, размышляя о мире и человечестве. Он шел, пока не услышал за спиной щелчок. Он обернулся. В лицо ему смотрело дуло пистолета. Он не испугался, он не поверил своим глазам. Как же так, ведь он помог этому человеку, был к нему милосерден, не добил, да еще перевязал его рану. Почему же он так поступает? Это неправильно, ведь Мастер говорит, что человек создан для добра, а Мастер не может ошибаться. И этот бритоголовый, наверное, тоже создан для добра. Почему же тогда он собрался стрелять ему в спину?

Салам смотрел на оружие и на человека и чуть не плакал от обиды. Он не пытался уклониться от выстрела, спастись, он был настолько потрясен, что не думал об опасности. И человек опустил пистолет. Готовое разродиться смертью дуло скользнуло по воздуху и ткнулось в землю. Бритоголовый отвел взгляд.

Салам развернулся и продолжил свой путь, утирая прорвавшиеся-таки слезы. Это была победа.

Эпизод 28

Эта ночь была еще темнее, чем вчерашняя. Звезды, густо разбросанные по небосводу, казались нарисованными. Черные вершины громоздились на фоне созвездий волнами окаменевшего шторма. Ветер гулял среди мертвых камней, заметая тропинки странного мира, в котором затерялись два человеческих существа.

Они устроились на ночлег там, где застали их ранние сумерки. Не отягощенные поклажей и мыслями о прошлом, они лежали во мраке, одни на всем белом свете. Холод ночи подползал к людям и испуганно замирал, не смея коснуться их тепла. Сана жалась к исхудавшей груди любимого, обнимала обеими руками его горячее тело под распахнутой курткой, вдыхала его запахи, и страх отступал. Сана улыбалась и еще крепче прижималась к нему. Там, под грубым свитером жила боль, она чувствовала ее и хотела забрать ее у него.

Эли целовал ее лицо, гладил ее волосы и плечи, медленно, задумчиво, будто во сне. Он был и рядом с ней, и где-то в других мирах.

- Эли, - позвала она.

- А?

- Ничего, я просто так Я хотела убедиться, что ты здесь.

- Я здесь, - сказал Элиот.

Небо заволокло дымчатой пеленой, звезды скрылись, и сверху посыпался мелкий колючий снег. Ветер прекратился. В неподвижном воздухе белые хлопья падали не спеша, кружились в медленном танце и ликовали, встречаясь с холодом камней.

Они остались лежать на земле, только накрылись с головой непромокаемыми термоодеялами. Искать убежище в таком мраке бесполезно. Горы были черны и неприступны, и вряд ли согласились бы пригреть людей на своей груди. Они обнимали друг друга и слушали, как шуршат по ту сторону пространства льдистые хлопья.

- У меня такое ощущение, что это конец мира, - прошептала Сана, - крайняя точка бытия, дальше ничего нет... совсем ничего. Мне кажется, что утро больше никогда не настанет. Будет вечная ночь и эти страшные звезды Мне страшно, Эли.

Элиот вздохнул и провел рукой по ее волосам.

- Эх, малышка Не стоит бояться. Через два дня наступит конец света, а мы с тобой в другом измерении, в стране, которой нет на карте. Здесь даже воздух другой и снег другой, и звезды. Так что если утро действительно не настанет, я этому не удивлюсь. Хотел бы я знать, что там на Земле сейчас творится

- Два дня! - с ужасом произнесла Сана. Всего два дня, а мы идем и идем, неизвестно куда! Эли, я боюсь, что мы потеряли направление.

- Может быть, и потеряли, - сказал он. Теперь уже ничего не поделать, мы сделали все, что могли, все, что было в наших силах. В конце концов, мы не боги, а люди. Но я ни о чем не жалею. Я рад, что в моей жизни все так получилось, что я прошел все это. Я правда рад этому. Пусть даже мы никогда не найдем это лучшее место на земле, уже то, что я имел отношение к этому Одним словом, я не зря прожил свою жизнь, потому что шел по этой дороге пусть даже за мечтой.

Сана потерлась щекой о его ладонь. Он лучший. Он самый лучший. Она тоже ни о чем не жалела и была благодарна судьбе за все, даже за пережитые ужасы.

- Эли, я думаю, твой друг Лин сделал правильный выбор. Ты лучший, ты настоящий Проводник.

Элиот ответил не сразу. Они полежали немного молча под все более тяжелеющим от снега одеялом, грея друг друга дыханием.

- Какой я к черту Проводник, - произнес он. Сказать по совести, это ни я вел вас, а ты вела всех нас. я просто иду за тобой.

- Не болтай глупостей, лучше обними меня покрепче, я совсем заледенела.

- Вот-вот, то-то и оно Я вообще не должен был к тебе прикасаться.

Сана резко отстранилась.

Потому что я клон?

- Нет, потому что ты ну, как это сказать ты неземная какая-то. Ведь я сразу что-то такое заметил, Лин научил меня чувствовать такие вещи. Я заметил, но постарался не обратить на это внимание кобель чертовый Клонирование в твоем случае тоже что-то вроде непорочного зачатия. Одним словом, ты не для меня, ты святая. Вот.

Сана отодвинулась от него еще дальше. То, что он говорил, напугало ее больше окружающей тьмы.

- Что ты говоришь?

- Да успокойся ты. Давай поговорим. Он снова привлек ее к себе и поцеловал в макушку. Ты сердишься на меня, хотя сама знаешь, что я прав. Если я ошибаюсь, то объясни мне, почему Верховный оставил свои вещи тебе? Ведь он сказал тебе, что они твои? Так? Признайся, сказал же? Почему тебя не забрал Пожиратель сущностей? Молчишь? То-то же. У меня еще много вопросов. Откуда ты знаешь то, что знаешь? Об этих вещах не пишут в книжках. Ты просто откуда-то все знаешь. Откуда? И еще этот меч как ты его выхватила! Я просто онемел! - Он сделал многозначительную паузу и сказал: - Я давно понял, что настоящий Проводник - ты, а не я. А я был нужен только для того, чтобы запутать врагов, принять огонь на себя. Одним словом громоотвод. Кто мог подумать, что удержать Вселенную должна такая маленькая хрупкая девчонка-клон, когда есть бравый здоровый парень, вроде меня! Знал бы Уга, кто на самом деле тут главный, он бы очень удивился Так что это не ты идешь со мной, а я иду с тобой. Наша встреча тоже не была случайностью. Наверху, наверное, знали заранее, что Лин именно меня отправит в Храм, поэтому подстроили все так, чтобы ты пошла со мной. Они не хотели рисковать тобой и отвлекли от тебя внимание. Только в одном они поступили нечестно они позволили, чтобы между нами установились, скажем так, неуставные отношения. Это было нечестно и жестоко с их стороны. Было бы лучше, если бы мы остались чужими людьми, просто друзьями Вот так вот Я никто. В принципе, я свою роль отыграл, так же, как Косичка. Путь кончается, я чувствую, что скоро конец, и туда ты пойдешь, наверное, без меня, мне там делать нечего. Я не говорю, что ты все знала и притворялась. Это они все так подстроили для полной конспирации.

Сана заставила себя дослушать до конца, не прерывая его. Он все-таки это сказал, он все-таки пришел к этому. Как она этого не хотела, как боялась! Она не сомневалась, что все не так, как он думает. Может быть, только совсем немного, только чуть-чуть.

- Эли, - сказала она, - я не знаю, с каких пор ты стал считать себя лишним, но эти мысли ослабили тебя, сломали твою волю. Возможно, это сделали наши враги. Они хотят заставить тебя сомневаться, сойти с пути, повернуть назад. Им нужно, чтобы ты был обижен, оскорблен, начал меня ненавидеть и усложнять нашу дорогу. Заметь, что-то похожее мы уже прошли. Ты говоришь, что это из-за Ке, но признайся, что дело не только в нем. Элиот промолчал. Да, я знаю такие вещи, о которых нигде не написано. Да, Верховный Хранитель оставил эти вещи мне. Мне неизвестно, почему все именно так. Не все можно объяснить, Эли, да и не нужно все пытаться объяснять. Само собой разумеется, что мы встретились не случайно. Не я пошла с тобой, и ни ты со мной, мы идем вместе, друг с другом. Мастера по Свету нашел ты, и Каменных победил ты, и много чего другого сделал ты, без тебя мы не дошли бы. Ну?

Элиот ответил не сразу.

- Ты, как всегда, права, - проговорил он нехотя, - дело было не только в Ке. Я старался гнать эти мысли, но они были. Да, они были, признаю.

- А как насчет любви? Ты жалеешь об этом, Эли? Тогда прости, что пристаю к тебе.

Она попыталась высвободиться из его объятий, но Элиот не позволил.

- Спокойно. Когда мы с тобой встретились, я много чего не понимал, если бы не Лин, я не вернулся бы тогда за тобой, побоялся бы. Понимаешь, я был славный малый, но слишком самодовольный и избалованный женским вниманием. Девчонки любят десантников. Если бы ты видела, с какими красотками я крутился. О-го-го! И тут появляется маленькая, вроде бы ничем не примечательная девочка с Юга, да еще клон, и ломает меня. Мужчинам выкинуть белый флаг всегда непросто. Я очень долго не хотел признаваться себе в том, что действительно люблю тебя, я старался думать, что мы с тобой просто хорошие друзья, что ты просто одна из моих девчонок. Мне нужно было пройти весь этот путь, чтобы признать себя болваном. И сегодня я признаюсь в этом. Я болван и я тебя люблю, моя маленькая умница. Прости, что не сказал тебе этих слов раньше.

Как хорошо, что здесь темно, подумала Сана, иначе он увидел бы ее лицо, такое, наверное, глупое и смешное от счастья. Признание было для нее полной неожиданностью. Она давно перестала на что-то надеяться и чего-то ждать. Она приучила себя к мысли, что является просто подружкой этого видного парня, иногда от нечего делать проявляющего к ней интерес. Будь они в другом месте, она давно распрощалась с ним, но здесь это было невозможно. Они делали общее дело, и личные отношения тут не играли никакой роли. Сана старалась не замечать мелочей, чтобы не сделать себе больно. А теперь Теперь она не знала, как себя вести.

- Надо стряхнуть снег, - сказала она прерывающимся от слез шепотом.

- Обязательно надо стряхнуть, засмеялся Эли

Они дружно взялись за одеяло и откинули его.

Интересно, который может быть час? подумала Сана. Снег продолжал падать, тихо, безмолвно, невесомо. Он уже покрывал все вокруг, и побелевшие склоны проступили сквозь мрак. Из-за туч на мгновение выглянул, подмигнул им и снова скрылся трогательный серп молодого месяца

Эли поймал ртом снежинку, подержал на языке и разочарованно причмокнул:

- Вода.

- А ты думал что?

- Ну, я думал все-таки такое место... - Он посмотрел вдаль долгим взглядом, потом с силой тряхнул одеяло, устроив маленькую пургу, и набросил ей на плечи. Замерзнешь.

Сана прислонилась к его боку, он обнял ее за плечи и спросил:

- Что будем делать?

- Может быть, пойдем дальше? неуверенно предложила она.

Эли наклонился, затолкал одеяло в рюкзак и закинул его на плечо, закусив губу от боли. Подумав, забросил на другое плечо Мастера по Свету.

Они успели сделать только несколько шагов - и горы ожили.

Все изменилось в одно мгновение. Упирающиеся в небо вершины вспыхнули красным и закачались, чертя в облаках огненные молнии. Каменные глыбы шевелились, будто великаны, очнувшиеся от долгого сна. Скалы сходили со своих мест, как памятники с постаментов, и становились существами с огненными гривами и бесформенными лицами и телами. Горы вновь обнажились, а белые покрывала, превратившись в потоки, побежали ручьями в маленькую долину.

Первой опомнилась Сана.

- Бежим! закричала она.

- Куда?! прохрипел Элиот.

- Я не знаю!.. Меч! Эли! Достань меч!

Эли вырвал Мастера по Свету из ножен и сжал дрожащими руками рукоятку. Клинок вспыхнул фиолетовым пламенем

- Что? Что дальше? Говори! Ты же все знаешь!

Сана молчала.

- Ну же!

- Я не знаю! сказала она и заплакала.

Гиганты с огненными волосами уже окружили долину плотной стеной и продолжали приближаться, тяжело переставляя каменные конечности, раскачиваясь и разбрасывая клочья красного огня. Глаза-пещеры холодно глядели на людей.

Может быть, это и есть Демон Гор, о котором говорила Матушка? лихорадочно думала Сана. Похоже на то. Матушка говорила, что им всем несдобровать, если Демон Гор проснется. Вот он и проснулся. Значит, они пропали, с таким противником им не справиться. Кто-то вызвал Демона на свет, освободил от оков строгого космического порядка, и теперь на карте появится новая горная система, но никто никогда не узнает, кто погребен под ней. Еще несколько минут и скалы сомкнутся.

Сверху со свистом упал клок крутящегося огня. Они не успели отскочить, и красная искра впилась в руку Эли, он закричал от боли и выронил меч. Сана тут же подхватила Мастера по Свету. На этот раз оружие показалось ей очень тяжелым, но она подняла его двумя руками, и клинок засиял еще ярче. Помоги нам, Мастер по Свету! - попросила она. Подскажи, что нам делать, пожалуйста! И Мастер по Свету вдруг рванулся из рук, увлекая ее за собой. Она пробежала несколько шагов, тут меч устремился вниз и рассек камни, прочертив пылающую линию. Сана еле поспевала за оружием, рисующим что-то на земле.

Наконец Мастер по Свету успокоился, потух и тихо прилег у ее ног. Сана распрямилась и ахнула. Они с Эли находились внутри круга, очерченного широкой полосой фиолетового пламени, вырывающегося из рассеченной земли. За пределами круга царила освещенная красными сполохами ночь, она продолжала надвигаться, ожившие горы сжимали пространство каменными телами. Но фиолетовое пламя отгоняло тьму. Тьма кидалась на людей как злая собака и отскакивала и скулила, обжигаясь, и бросалась вновь. Гиганты топтались вокруг, тяжелые шаги заставляли землю сотрясаться и гудеть. Они не могли перешагнуть черту и в ярости изрыгали кипящую лаву, которая застывала у границ спасительного круга.

Эли прижимал к животу обожженную руку, Сана держалась за его рукав. Они смотрели на поединок могучих сил этого мира. Они были никем в этом поединке, пылинками в космическом пространстве, не ведающими о сущности вещей. Им оставалось только наблюдать, оглохнув от скрежета и грохота, которыми был полом мир.

Предчувствуя поражение, Демон Гор изменил тактику, покинул гигантов и стал черным смерчем, изрезанным красными молниями. Гиганты тут же застыли и вновь превратились в мертвые скалы и холмы. Смерч набросился на фиолетовое пламя, энергии схлестнулись, и страшный звук пронзил пространство. Черный и фиолетовый вихри переплелись, скрутились в немыслимые узлы. Казалось, все силы добра и зла всех миров одновременно вступили в поединок, небо и земля горели, камни плавились и кипели.

Враг был силен, но и Мастер по Свету поработал на славу. Фиолетовое пламя теснило противника, опаляло и обездвиживало, разгораясь все ярче, и Демон отступил. Черный смерч втянул свои щупальца, ударился о землю и пополз по камням в самую глубокую пещеру. Сражение завершилось, и вновь воцарилась тишина ночи.

Эли сделал глубокий вдох и задержал дыхание на выдохе, ощутив что-то необычное. Что-то новое появилось в мире. Это была жизнь, она пришла вместе со звуками и запахами ожившей природы. Да, в воздухе запахло землей, снегом, морозом, остывающими камнями. Он не чувствовал этих ароматов уже очень давно. Эли еще раз глубоко вздохнул и взглянул на Сану. Она крепко держалась за его рукав, судорожно стиснув пальцы. Он осторожно освободил руку, обнял ее за плечи и почувствовал, как она дрожит.

- Поверить не могу, но все закончилось любимая, - шепнул он ей на ухо.

Сана подняла все еще полный испуга взгляд.

- А вдруг Демон Гор вернется, когда мы выйдем из круга?

- Демон Гор? Хм. Элиот Рамирес улыбнулся. - Демон Гор Пусть только попробует сунуться. - Он бережно поднял меч, поцеловал клинок и вложил в ножны. Так, для чего меч - ясно. А как насчет Талисмана?

Сана достала из внутреннего кармана куртки завернутый в фантик теплый камешек, подержала в кулаке возле уха и положила обратно.

- Его время еще не пришло, - сообщила она.

- Он сам тебе об этом сказал?

- Смейся сколько хочешь, но ты прав.

Они подошли к краю спасительного круга. Сразу за фиолетовой чертой начинались крутые склоны, вонзающиеся в ночное небо. Долина уменьшилась до размеров крошечного пятачка, на котором могли уместиться только они. Когда-нибудь его зальет водой или занесет ветром, с тоской подумала Сана.

Она слышала чье-то дыхания в глубинах черных пещер.

- Демон Гор где-то рядом, - сказала она и посмотрела на Эли. Но ведь нам нечего его бояться, правда?

Эпизод 29

Снова подъем, трудный, из последних сил. Горы немилосердны к людям, они нарочно сглаживают камни, ставят подножки, осыпаются, мешая восхождению. А до вершины еще так далеко, кажется, ноги перестанут двигаться, а руки, цепляющиеся за скалы, потеряют способность ощущать.

Черная пещера была неминуема. Они поняли это в самом начале подъема, но какая-то бесшабашная смелость и азарт заставили выбрать именно этот маршрут. Если уж новая встреча с Демоном Гор неизбежна, пусть она произойдет поскорее, чтобы весь дальнейший путь не пришлось оглядываться и вздрагивать при каждом шорохе.

Ноги то и дело съезжали с осыпающегося щебня. Им был усеян весь склон. Сана проползла на четвереньках еще немного и ухватилась рукой за острый камень у самого порога пещеры.

- Сделаем привал! крикнул снизу Элиот.

Она подтянулась и забросила туловище на карниз. На то, чтобы подтянуть ноги, сил не осталось. Помог поднимающийся следом Эли.

Они растянулись на горизонтальной поверхности, очень довольные собой. Из чрева пещеры тянуло ледяным сквозняком.

- Знаешь, что мне нравится больше всего? проговорил Эли. Больше всего мне нравится, что все это происходит на моих глазах, а я все еще в своем уме. Ты только подумай - живые скалы, ходячие камни Ты могла когда-нибудь себе такое вообще представить?

Сана хмыкнула и сказала:

- Скоро утро. Эту ночь мы пережили.

- На рассвете полезем дальше. Осталось пройти еще половину пути.

- Я думаю, мы можем сократить путь.

- Каким образом? Взлетим?

- Мы можем пройти через пещеру. Оттуда сквозит, значит, с обратной стороны есть выход.

- А как же этот, как его Демон?

- А мы его победим, - уверенно сказала Сана. Должны же наши испытания когда-нибудь закончиться.

- Ах испытания! Элиот поморщился. По-твоему, это нас так испытывают? Хороши шуточки А если бы мы погибли!

- Могли и погибнуть, - согласилась Сана. Но ты неправильно меня понял. Я не говорю, что кто-то специально напустил на нас Демона и поставил по результатам отметку. Я хочу сказать, что вся жизнь человека состоит из испытаний. Каждый шаг это испытание.

- По-моему, это кошмар.

- Почему кошмар? Наоборот, это прекрасно - чуять постоянное испытание, которое порождает чувство ответственности!

Эли с улыбкой взглянул на нее.

- Вот видишь, а потом ты говоришь, что я не прав.

- Не преувеличивай. Я не сказала ничего невероятного.

- Да, ничего невероятного, но никому другому это в голову не пришло бы. Подумать только! Так просто сказать Откуда ты взялась? С какой планеты?

- Не шути так, Эли, ты делаешь мне больно.

- Прости, не буду. Если хочешь идти через пещеру пойдем через пещеру.

- Тогда поднимайся, - скомандовала Сана.

Эли дивился своему настроению. Впервые за все их долгое путешествие в нем проснулся азарт и любопытство. Он не знал, что именно придавало ему больше уверенности собственная сила, волшебное оружие за спиной или эта маленькая девушка. Он совершенно не чувствовал страха или хотя бы просто тревоги. Пусть чудовища, пусть мрак, пусть самые крутые скалы и самые глубокие ущелья. Демон Гор? Пожалуйста! Хоть все демоны и черти на свете!

- Ты готов? спросила Сана.

Они шагнули в зев пещеры и остановились. Оттуда веяло ночными кошмарами. Казалось, там поджидают все страхи и ужасы Вселенной.

- Достань меч и держи перед собой, - шепотом сказала Сана.

Эли с радостью вынул Мастера по Свету из ножен, и тот брызнул фиолетовыми искрами.

Пещера пошла на спуск. Каменный коридор полого уходил вглубь горы, извиваясь как змея. Они спускались очень долго. Распоротая фиолетовым светом тьма расступалась перед ними и вновь смыкала ряды за спиной. По потолку и стенам двигались жуткие тени, легкие паучьи лапки касались лиц, что-то шелестело и скреблосьв темноте. Возможно, это им только казалось слишком напряжены были нервы.

Наконец спуск завершился и холодное дуновение, идущее из глубины пещеры, усилилось. Сана недоверчиво смотрела по сторонам. Неужели пещера кончается и они сейчас выйдут на волю? Нет, это не может быть так просто, размышляла она. Где трудности, опасности, препятствия? Да и никаких признаков выхода наружу нет, только сквозняк. А что, если она ошиблась, и то, что показалось ей сквозняком, на самом деле было дыханием?

Сана схватила Элиота за руку и рванула на себя. От неожиданности он чуть не выронил меч.

- Что?!

- Эли, он там! прошептала Сана. Он открыл свою пасть, и мы идем прямо туда!

Эли опустил руки, сжимающие оружие. Мастер по Свету ткнулся острием в камень и слегка приугас.

- В пасть? переспросил Элиот удивленно. А может мы уже вошли в нее? Что-то этот тоннель напомним мне толстую кишку.

- Я не шучу, - сказала Сана.

Эли вновь поднял меч. Стало светлее.

- Ты предлагаешь вернуться? спросил он..

- Нет, я только предупреждаю.

- Отлично, командир, в пасть так в пасть. После того, как я увидел ходячие горы, не осталось ничего, что может меня напугать.

- Тогда - вперед? Сана доверчиво прижалась к нему. Ты самый лучший.

Эли крепко сжал ее ладонь в своей, и они пошли дальше.

Каменный коридор то расширялся, то сужался, потолок то терялся в темноте, то нависал над полом, заставляя их ползти. Они упорно двигались вперед, не обращая внимание на черные тени, ползающие по стенам. Мастер по Свету разгонял мрак, и тени боялись приближаться. Они не заметили, как стены вдруг разошлись, и какое-то время еще шли, глядя себе под ноги, пока не поняли, что стало светло.

Источником света было золото. Оно лежало повсюду громадными кучами, им были полны огромные искусные сосуды, расставленные вдоль каменных стен. Горы драгоценных камней переливались всеми цветами радуги, под ногами лежали невиданные предметы и украшения, толстые книги в серебряных переплетах, невесомые ткани, расшитые чудесными птицами и цветами. Казалось, здесь собраны все сокровища мира. Сверкание сокровищ слепило глаза.

- Дешевый прием, - сипло произнес Эли, оправившись от шока. Они что же, думают, мы попадемся на эту удочку? Ничего себе испытание. За кого они нас принимают?

- Не знаю, но это здорово, - вздохнула Сана.

- Нравится? усмехнулся Элиот. Возьми что-нибудь на память, если хочешь.

- Нет, не хочу, я не люблю золото. Идем отсюда. Боюсь, мы опять угодили в какое-то другое измерение.

В следующем зале было совсем пусто и тихо. В третьем гулял ледяной сквозняк. Он тоскливо завывал в трещинах и разносил запах тления. Развивались висящие с потолка клочья толстой паутины, облепленной трупами чудовищных насекомых.

- Наверное, эта картина должна навести нас на философские размышления, - сказал Эли, посмеиваясь. Там сокровища, здесь могильный холод, а между ними пустота. Мол, такой путь проходит неразумный человечек, посвятивший себя не тем ценностям. Не оригинально. Не сомневаюсь, что в следующей пещере нас ждет трехглавый дракон или что-нибудь в этом роде. И какой кретин писал сценарий? Твой приятель Демон?

Трехглавого дракона в третьем зале не оказалось. Посреди пещеры стоял человек. Слишком большие странные глаза на слишком белом лице светились голубым, белые волосы, струящиеся по белому одеянию, касались пола. Человек стоял прямо и неподвижно, словно статуя, в круге бледно голубого света. Ноги его не касались земли. Человек был прекрасен и ужасен одновременно.

Эли выставил меч острием вперед и подтолкнул Сану себе за спину.

- Ты кто? выкрикнул он, желая взять инициативу в свои руки. Ты Демон гор? Мы тебя не боимся! Отойди! Дай дорогу!

Человек плавно поднял одну руку и раскрыл ладонь, в которой находился прозрачный шар. Внутри шара билось и клокотало нечто.

- Он здесь, ваш Демон гор, - произнес человек на всеобщем языке.

Сана робко выглянула из-за спины друга. Вот это да! Демон гор в крошечном шарике Какой же силой должен обладать этот человек, если ему удалось заточить столь могущественную стихию.

- Это вы его поймали? - спросила она восхищенно. Спасибо.

Эли облизал губы, перемялся с ноги на ногу и покрутил мечом, словно собирался продырявить незнакомца.

- Ладно, приятель, спасибо, что решил эту проблему, а теперь прости, но нам пора идти.

Человек плавно поднял вторую руку, раскрыв ее ладонью вверх.

- Это последний рубеж, - сказал он, глядя мимо них, поэтому я пришел встретить вас.

Эли и Сана переглянулись.

- Правда? воскликнул Элиот. Ну, тогда другое дело. Показывайте, где тут у вас Храм.

- К сожалению, я не могу показать вам дорогу, меня уже нет в этом мире.

Ребята снова переглянулись.

- Нет? удивился Эди. - Как же ты сцапал Демона гор?

- Это совсем не сложно. Демон гор это стихия, он не так страшен как Падший дух планеты, завладевший Храмом. Вы встретитесь с ним там, - человек махнул рукой, словно крылом, - и тут я вам не защитник. Падший дух порожден человеком, только сам человек может все исправить. Мы надеемся на вас

- Мы все сделаем, - сказала Сана. А что такое Центр Вселенной?

- Центр Вселенной это Центр Вселенной, - бесстрастно произнес светящийся человек и исчез.

Снова потемнело.

- Что это было? шепотом спросил Элиот.

- Это кто-то из Хранителей Братства, - сказала Сана и зажала рот ладонью, испугавшись собственных слов.

- Из кого?

- Из Хранителей Братства - пролепетала она. Господи

Эли довольно ухмыльнулся.

- Ага, а потом ты говоришь, что ты такая, как все. Откуда ты знаешь, что он из Хранителей Братства? Откуда ты вообще знаешь о Хранителях Братства?

Сана не находила слов для ответа. Она просто знала и все. Эти слова сами слетели с языка, она не прилагала к их рождению никаких мыслительных усилий. Хранители Братства

Она пошла вперед, чтобы Эли не видел ее слез. Ей было страшно, по-настоящему страшно, потому что она уже не знала, кто она на самом деле. Физически она продолжала ощущать себя обычным человеком, вернее, клоном человека, но в душе зародились сомнения. Откуда, откуда она знает о Хранителях Братства? Откуда пришло это словосочетание? Она никогда не слышала его и не читала об этом. Хранители Теперь Эли будет сторониться ее еще больше.

Элиот шел сзади и посвистывал.

- Ну ладно тебе, - сказал он наконец, стоит ли из-за этого расстраиваться? Хранители так Хранители. Почему бы и нет? Расскажи лучше, что ты о них знаешь.

Сана пробубнила, глядя себе под ноги и всхлипывая:

- Хранители Братства живут в Шамбале. Больше ничего не знаю.

- А что, очень даже интересно, - сказал Эли и шутливо подтолкнул ее в спину. Шамбала это куда уходят все наши добрые дела? Видишь, я все помню.

Они сделали еще шаг, и каменные стены вдруг исчезли, растворившись в океане света. Они зажмурились, закрыли лица руками, но ослепительное сияние проникало даже сквозь ладони и сомкнутые веки.

Когда жжение ослабло, Сана набралась храбрости и открыла глаза. Она боялась того, что может увидеть, но это были снова горы. Здесь сияло Солнце. Оно лениво поднималось из-за вершин, по одному расправляя свои лучики. Синие склоны проглядывали из медленно рассеивающегося утреннего тумана, белые облачка нежно жались к коричневым скалам. В высоком прозрачном небе парили большие птицы, поющие гимны утру. Им вторили существа, проснувшиеся на земле, и быстрая вода, грохочущая на дне прохладного ущелья. Мир был прекрасен и чист, наверное, таким его и задумал Создатель. Даже присутствие людей не нарушило всеобщей гармонии. Они тоже стали частью этого сияющего мира, чувствовали, как выпрямляются спины, наливаются силой тела, как душа освобождается от мертвых клеток. Сане казалось, что еще немного и она сможет взлететь над тропинкой белого песка, убегающей вверх по склону в синюю даль.

Эли стоял рядом, храня торжественное молчание. Он ждет, что я укажу, куда надо идти, - подумала Сана. Ей надоело бояться себя и она улыбнулась. Что ж, Эли ждет не напрасно, потому что она почему-то знает, куда ведет тропинка из белого песка.

Эпизод 30

Дон знал, что на этот раз он не виноват в провале наступления. Он сделал все, что мог, он шел в первых рядах, призывал, требовал, грозил, даже ушел с поля боя последним, но это не спасло ситуацию. Да, он все это знал, но все равно трясся от страха, ожидая прихода Скрыма. Операция была грандиозной и никак не должна была провалиться. И такой страшный финал! Хорошо еще, что у противника закончились боеприпасы, иначе от его армии не осталось бы и мокрого места. Он был вынужден с позором бежать и снова запереться в бункере, вместо того, чтобы водрузить знамя Отца на обрубке Государственной канцелярии, раздавить Воинов и развесить проклятых мальчишек и девчонок с разрисованными лицами вдоль дорог исчезнувшего города. Вот, что он должен был сделать, а вместо этого

Дон тихо завыл и еще сильнее вжался в свой темный угол. Он хотел превратиться в пустоту, чтобы Скрым не сумел его найти. Пропало бессмертие, пропало новое тело, корона и все прочее. Все пропало. До конца года почти ничего не осталось, а тут

- Но я ни в чем не виноват, - сказал себе Дон и поежился. Я ни в чем не виноват не виноват я Учителю не за что меня наказывать!

- Это точно, - послышалось откуда-то сбоку.

Дон боялся оглянуться. Он задрожал всем телом и наконец не выдержал и рухнул на пол.

- Учитель, прости, на этот раз я не виноват! завыл он.

Скрым усмехался, покачивая ногой. Он был очень озабочен.

- Ладно, хватит, сядь и слушай.

Дон послушно сел.

- Отец больше не рассчитывает на людей, - сказал Скрым. Он не может ждать и собирается взять дело в свои руки, но для этого ему нужен Воин, хотя бы один. Твоя армия сильна, но вы не сможете сломить их до конца года. Потом это уже не будет иметь значения. Война слишком затянулась, поэтому Отцу нужен Воин. Подумай об этом.

- Значит, я б-больше не нужен?.. пролепетал, холодея, Спаситель.

- Ты больше не нужен, - ухмыльнулся Скрым. Я уже говорил приведи пророка и получишь все, что хочешь.

- А мои прошлые з-заслуги?

- Отцу нужен Воин, - повторил учитель. Он уже получил достаточно испарений для того, чтобы его луч проник сквозь заслоны. Теперь ему нужен Воин.

- Что мне сделать? Пойти и привести его за руку? осмелел Дон.

Скрыму, кажется, было не до шуток.

- Да, - сказал он холодно и удалился, пройдя сквозь стену.

Эпизод 31

Оранжевый язычок свечи колыхался, разрывая мрак бункера и отражаясь в глазах склонившихся к нему людей.

- Какая сегодня тихая ночь, - шепотом произнесла Тина.

- Да, - согласилась Басанти, - после вчерашнего боя кажется, что все вымерло.

- Они просто не ожидали такого отпора, - сказал Николай. Они сидят сейчас в какой-нибудь своей дыре и думают, как лучше нас прикончить.

- И нам тоже надо подумать, - сказал Ананд. Но не о следующей атаке, а о том, что будет после войны. Он заметил, что в глазах друзей появилось недоумение. Да, я не оговорился именно после войны. Вы же не сомневаетесь, что она когда-нибудь закончится? Вот-вот. Воспользуемся тишиной и поговорим об этом. Кто знает, удастся ли нам еще вот так вот спокойно посидеть. Мы должны определить самые главные направления, по которым будет вестись работа после войны, и те из нас, кто останется, возьмут на себя всю ответственность за будущее. Да, именно так ответственность. Когда пройдет эйфория и улягутся страсти, люди увидят, во что превратился их мир, и чтобы начать жить заново потребуется много сил и терпения. Чтобы избежать хаоса, мы должны придумать план первоочередных мероприятий. Согласны?

- Есть вероятность того, что мы проиграем? спросил из темноты сидящий в стороне Лин.

- Нет, это исключено, - уверенно сказал Ананд. Мы победим, в этом нет никаких сомнений. Добро всегда побеждает, таков закон Космоса, и никто его пока не отменил. Победа, конечно же, достанется нам нелегко, но мы победим.

Доктор придвинулся к огню.

- Победа так победа. С чего начнем?

- Начнем с - Ананд осмотрелся. - Что-то не вижу Салама.

- У мальчика нервный срыв, - тихо объяснила Басанти. Столько потерь Я дала ему успокоительное, сейчас он спит.

- Бедный мальчик... Мы многих потеряли в этом бою. Вы все знаете о Динаре и Оскаре. А час назад солдаты принесли с поля боя тело своего командира. Он привел их сюда, чтобы спасти нас, и сам погиб. Это несправедливо, когда уходят такие люди, но - Ананд откашлялся, отгоняя подступившие слезы. - Ладно, продолжим разговор. В первую очередь я хочу, чтобы вы все послушали то, что рассказала мне Клара. Это невероятно, до того невероятно, что боишься верить. Пожалуйста, Клара, мы вас слушаем.

Полуспящая на груди лежащего пластом Дэвида Клара поднялась и протерла глаза. Она все еще не пришла в себя от стресса, пережитого из-за случившегося с любимым. Замедленность реакции пугала ее, несмотря на уверения Ананда, что с ней все в порядке.

- Мы с Дэвидом, - проговорила она, запнулась и начала с начала: - Мы с Дэвидом обнаружили очень древнюю систему коммуникаций, с помощью которой цивилизации Земли и других миров общались друг с другом. Никто не прерывал ее вопросами, и она продолжила: - В это действительно трудно поверить, и я сама не поверил бы, если бы не увидела своими глазами. Эта система действует на подпространственном уровне и, несмотря на древность, продолжает функционировать. По-видимому, питающая систему энергия продолжает поступать из источника, который, как кажется нам с Дэвидом, находится в каких-то высших, можно даже сказать божественных сферах. Представьте, цивилизации давно вымерли, а система действует. Мы немного попутешествовали по ней. Эти ощущения невозможно описать Как будто растворяешься, превращаешься в сгусток энергии, ты вроде есть, а вроде нет Я затрудняюсь подобрать подходящее определение. Система имеет множество выходов, что-то вроде станций. Ближайшая к нас станция находится под Старым городом. Мы видели и другие миры, многие из которых уже мертвы, наверное, миллионы лет. Интересна символика системы. Под Старым городом выход имеет вид символа Неба. Она подобрала ноги и выпрямилась. - Я сейчас объясню. Когда-то давно в прошлой своей жизни я занималась наукой и обнаружила наличие у живых существ очень тонкой энергии, которую назвала божественным началом. Это излучение имеет определенные вибрации и представляет собой закодированное послание какой-то шифр, заложенный в нас Создателем. Конечно, это чисто субъективное мнение, основанное на ощущениях, но мне почему-то кажется, что так оно и есть. Я изучила древние письмена и сумела вывести закономерность вибраций, представляющую собой синтез различных языков и видов письменности, причем диаметрально разных не только по географии, но и по хронологии. Я думаю, вибрации выражены очень древним языком, который знали во всей Вселенной. Его отголоски звучат в языке и письменности более поздних цивилизаций. К сожалению, у меня не было времени продолжить работу, мне помешали. Я успела расшифровать только одно слово Небо, а мой компьютер выдал его символическую форму, имеющую вид спирали, сужающейся кверху. Именно таким символом обозначен вход в систему под Старым городом. По нашим предположениям, остальные выходы обозначены другими символами открытого мною кода Если бы вы знали, что я испытала, увидев это Этот храм расположен в очень древнем археологическом слое. Он был обнаружен в первый раз триста лет назад. Ничего не поняв и испугавшись того, что невозможно объяснить, его снова закопали. Нам чудом удалось попасть туда, но случился обвал и вход опять стал недоступен. Так же недоступны другие входы, находящиеся на Земле. Нам удалось выбраться из системы только благодаря оползню, срезавшему полгоры на севере Европы. Это непостижимо. А сколько было других станций - на дне океана, в открытом космосе, на чужих планетах, даже обитаемых Никто не пользуется этой системой, никто не знает о ней ни в нашем, ни в других мирах. Тем не менее, она продолжает работать, и это потрясает меня больше всего. Это вдохновляет, это дает надежду, что мы еще можем все вернуть и исправить - Клара сглотнула подступивший к горлу ком. Ну, а потом мы направились на восток, видели во что превратились люди и города, повидали даже Пиратов и потусторонних чудищ и в конце концов оказались здесь. Вот так. Вот и вся наша невероятная история.

Дэвид посмотрел на любимую с обожанием и кивнул, подтверждая все, что она только что рассказала.

Никто не комментировал рассказ, потрясенные слушатели ждали, что скажет Мастер.

- Система все еще действует, торжественно произнес он. Хотел бы я это увидеть. Это самое невероятное из того, что я узнал за последнее время. Не могу даже представить себе ее. Выход в другие миры Ананд обвел взглядом друзей и остановился на Лине. Ну что, брат? Вот видишь, Они не забыли нас. Если Небо все еще горит, значит, дела Вселенной не так уж плохи. Значит, мы еще имеем шанс исправиться.

Лин мрачно отозвался:

- Все может быть.

- То-то же, - улыбнулся Ананд. А теперь, исходя из услышанного, мы должны разработать стратегию. К сожалению, храм под Старым городов перекрыт от нас обвалом, поэтому использовать как-то открытие наших друзей прямо сейчас мы не сможем, но после войны нам понадобятся союзники и сотрудники. Мы не знаем, в каком состоянии находятся эти миры, может быть, им понадобится наша помощь. Мы не должны позволять злу укорениться где-то. Это наша первоочередная задача. Далее. Те, кто останутся, должны помнить: необходимо избежать опасности превращения Учения братства в учение военного времени. Нужно показать людям, что единство и любовь необходимы не только для победы над врагом, но и для строительства нормальной человеческой жизни. Может быть, эта работа будет самой трудной.

Намного более простым мне видится восстановление материальной культуры, возрождение науки, городов, финансовой системы, космической инфраструктуры. Без этого всего не обойтись, это условия жизни, необходимые человеку. Мы должны вернуть все накопления научной мысли и направить ее в позитивное русло, даже военное производство. Нужно учитывать, что у Земли могут быть противники извне, не потусторонние, а существующие совершенно реально на физическом плане. Поэтому людям нужно оружие, но исключительно для обороны. Конечно же, экспериментам над живыми существами, я имею в виду мутацию и клонирование, будет положен конец. Есть много других областей, на которые можно направить способности наших ученых. Космические исследования должны продолжаться, но тоже в позитивном русле. Мы должны дружить с братьями по разуму, а не стараться нажить новых врагов. Бориан нам вполне достаточно. Наоборот, нужно искать союзников, расширять сотрудничество, начать диалог с Кочевниками. Я думаю, мы многому можем научиться у этого народа. Они очень мудры и чутки, поэтому не хотят иметь дело с людьми. Для того, чтобы заслужить доверие Кочевников, нам придется исправиться. Далее. Необходимо прекратить бездумную эксплуатацию ресурсов других планет. Я понимаю, что земные богатства не могут обеспечить всю Систему, но разработки должны вестись не варварскими, а научными методами.

- Вот именно, - сказал Лин. Надо заняться изучением форм жизни на тех планетах, где мы копаем, и спрашивать у них разрешения, прежде чем строить колонию. Конкретно на К-16 Я обещал им.

- На К-16? - переспросил Ананд, подумал немного и сказал: - Каждая форма жизни, в том числе непохожая на нас, достойна уважения и внимания.

- И еще, - продолжил Лин, - нужно закрыть все Заповедники и Инкубаторы.

- Да-да, это безобразие, - поддержала Тина. Эти тюрьмы надо ликвидировать, а их жителей, кто уцелел, развезти по домам и возместить моральный ущерб.

Николай хмыкнул:

- Моральный ущерб В каком, интересно, виде?

- По обстоятельствам, сказал Ананд. Именно возместить моральный ущерб и попросить прощения. Человечеству придется очень много у кого просить прощения. Мы столько натворили.

- Господин Ананд, по-моему, следует разобраться, наконец, с Пиратами, - подал голос Купер. В свое время я как дурак не уделил этой проблеме достаточно внимания.

- Обязательно. Когда мы ликвидируем их хозяев, они перестанут быть такими наглыми. Их поддерживают и всегда поддерживали те, с кем мы сегодня воюем. Мы решим эту проблему. Это будет не так сложно. Мы восстановим связь и мобилизуем всех специалистов, лучших из лучших, ученых, военных, инженеров, пилотов, специалистов вроде вас, Купер. Мы все сделаем.

Фатх Али поднял руку, прося слова. Ананд кивнул.

- Ананд, я стар, я прошел две войны, видел очень многое и совсем не разбираюсь в философии. Поэтому ты должен быть снисходителен к тому, что я сейчас скажу. Я думаю, что люди рано или поздно все равно начнут искать повод для драк, как бы прекрасна не была построенная тобою жизнь. Люди не смогут без этого, своим всеобщим братством ты лишаешь их смысла к существованию. Мы, конечно, победим, но когда все будет отстроено, восстановлено и поставлено на рельсы, люди заскучают. Я хочу сказать, что полное благополучие и равенство невозможно, оно недолговечно. Уверяю, большинство из тех, кто сегодня с нами, не думает ни о какой прекрасной жизни для все. Они думают о том, что вернут после войны то, что у них было, до последнего кирпича. Идеальный мир, какой хочешь построить ты, очень хрупок и никому, кроме дюжины людей, на Земле не нужен. Это утопия, о которой тысячи лет мечтали лучшие. Идея эта потому и прекрасна, что недостижима даже с точки зрения элементарной физики. Если ты захочешь полностью избавиться от зла, ты получишь обратное.

Фатх закончил свою речь и устало облокотился о стену. Она была сырой и холодной.

- Утопия, говорите? Ананд приподнял брови и прикрыл глаза. Утопия - Да, возможно, это утопия, но человек всегда должен стремиться к лучшему. Однако я не говорил о полной победе над злом. Я понимаю, что это невозможно. Вселенная построена на основе двух начал, тьма и свет всегда находились рядом. Я говорю о нейтрализации его влияния, подавлении, уменьшении его количества во Вселенной, об очищении кармы человечества, которому давно пора перейти на новый уровень. Само собой, когда-нибудь зло вновь начнет борьбу за души людей, но к тому времени они должны быть готовы дать отпор. А что касается скуки Я думаю, человечеству всегда будет, чем заняться. Вселенная бесконечна и возможности познания бесконечны. На познание себя и окружающего мира порой уходит целая жизнь. Тому, кто идет по пути познания, некогда скучать.

- Надеюсь, ты прав, Ананд, - прокряхтел Фатх Али. Прожив такую долгую и сумасшедшую жизнь, вроде моей, трудно сохранить веру в чудеса. Но я очень хочу, чтобы ты оказался прав, Ананд Чандран.

Эпизод 32

На рассвете с неба упал мертвый звездолет. Гигантская машина накрыла несколько высотных зданий, превратив их в пыль. Огромным металлическим жуком корабль лежал среди развалин, изъеденный коррозией корпус был изрядно побит.

Среди защитников Штаба нашлись специалисты, которые осмотрели судно. То, что доложили Ананду, очень его взволновало.

- Эта древняя развалина имеет на борту очень современный и очень мощный парализатор, - мрачно сообщил молодой одноглазый военный с повязкой через правую щеку. Он подключен к двигателям и сработает, как только они остановятся. Наше счастье, что при ударе о землю что-то внутри заклинило и двигатели заработали в холостом режиме, иначе мы все, не только в Штабе, но и на всем Побережье оказались бы в интересном положении.

- Удалить этот, как его парализатор невозможно? спросил Ананд. Он догадывался, каким будет ответ.

И точно, военный отрицательно покачал головой.

- Проклятье... Ананд поджал губы, потом сказал: - Теперь мне окончательно ясно, что мы нужны им живыми, иначе они сбросили бы эту штуку прямо на Штаб и раздавили нас в лепешку. Не понимаю только, для чего все это представление с кораблем?

Военный почесал в затылке.

- Мастер, это судно, по-моему, принадлежит Пиратам. Они используют старые военные корабли в своих пиратских целях. Они запускают их на автопилоте на торговые суда, дистанционно останавливают двигатели, парализатор срабатывает, выводя из строя находящихся на борту людей, и можно спокойно грабить.

- Сколько у нас времени?

- Немного.

- А сколько продлится паралич?

- Зависит от программы. От получаса до нескольких суток.

Ананд прикоснулся к холодной обожженной обшивке корабля и отдернул руку, ощутив каждой клеточкой вибрацию, сотрясающую громадину. Он резко развернулся к военному.

- Что же нам делать?

- Нужно увести корабль подальше отсюда, а лучше всего вообще убрать с Земли. Это оружие имеет очень большой радиус действия и дает тяжелый паралич, который не всегда проходит, - сказал одноглазый и добавил: - Но активного вещества практически нет.

- Можно достать нужное топливо сейчас?

- В этой неразберихе?! Парень развел руками. Ну, если суметь добраться до северных пригородов, если под рукой иметь крупнотоннажный грузовой транспорт, если резервный фонд Северного космопорта еще жив, если удастся запустить насос, если...

- Достаточно, - остановил Ананд. Я понял. Сколько у нас топлива в наличии?

- Почти ничего. Весь имеющийся запас может уйти на преодоление земного притяжения, и тогда сами понимаете, что случится.

Ананд прошелся вдоль корпуса, несколько раз стукнул по металлу кулаком. Он чувствовал притаившуюся внутри смерть.

- И какой мерзавец все это изобретает? проговорил он сквозь зубы. Хорошо. Мы сделаем следующее. Вы настроите автопилот и покажете мне, как все там контролировать до остановки двигателей.

Военный улыбнулся слегка снисходительно.

- Господин Ананд, это исключено. Во-первых, вы не умеет летать. Во-вторых, суда старого поколения требуют точных знаний. Такие не выпускаются лет десять. Это вам не универсальные современные корабли, которыми можно управлять по инструкции. Здесь нужно точно знать, какая кнопка для чего предназначена. Лично я этого не знаю.

- Неужели нет выхода? почти прокричал Ананд и впился взглядом в перевязанное лицо парня.

- Можно, - мрачно сказал тот. Вам нужен ветеран космофлота.

Ананд еще раз провел рукой по обшивке. Господи, ветеран космофлота... Это была проблема, большая проблема. Он никогда не имел дела с космической техникой, да и в космосе за всю жизнь бывал раз пять по делам Главного советника.

Фатх. Ему нужен Фатх. Конечно же, только Фатх разберется в этом.

- Пошлите за капитаном Фатхом Али. Только посекретнее, я не хочу, чтобы здесь собралась толпа.

Военный нахмурился.

- Господин Ананд...

- Пошлите за капитаном!

Они присели у корабля и стали ждать. Ананд обдумывал варианты и все больше убеждался, что никаких вариантов нет. Он попытался представить себя за штурвалом звездолета и понял, что это действительно исключено. Он совершенно не разбирался в звездолетах. По долгу службы он обязан был пройти курсы, где учили азам управления, но для этого времени так и не нашлось. Он вообще был не в ладах с техническим прогрессом. Ему с трудом удалось разобраться даже в системе связи собственного офиса.

Фатх пришел не один, за ним следовал настороженный Николай.

Капитан остановился перед летающей машиной и на глазах его навернулись слезы. Он молча поднимал и опускал руки, качал головой, губы его беззвучно шевелились. Наконец он обернулся к остальным и, словно оправдываясь, сказал:

- Я скучаю по звездам... Боюсь, вы не поймете меня.

- Боюсь, мне придется скучать по Земле, - проговорил Ананд.

- Что ты имеешь в виду? насторожился старик.

Ананд взял его под локоть и отвел в сторону.

- Капитан, на звездолете установлен какой-то парализатор, который сработает, как только остановятся двигатели. Его нужно увести подальше, и я собираюсь это сделать сам.

- Ты?! воскликнул Фатх Али.

- Ну, разумеется, с вашей помощью. Вы запустите судно на автопилоте и покажите мне, на что нажимать... Пока корабль в движении, эта штука не сработает.

Фатх внимательно выслушал и ничего не сказал.

- Давайте приступать, - неуверенно предложил Ананд.

Капитан сложил руки на груди, отступил на два шага и взглянул на него со стороны.

- Ананд, ты великий человек, но сейчас ты меня рассмешил. Ты знаешь, что такое космический корабль? Тогда прекратим этот разговор.

- Но, капитан...

- Это сделаю я.

Этого Ананд опасался больше всего. Он хотел возразить, но Фатх остановил его.

- Подожди. Я знаю все, что ты скажешь. Давай присядем. Они сели на землю. Я давно думаю о том, для чего попал в твою команду. Я старый, физически слабый человек, непригодный для рукопашного боя. Подожди, не перебивай. Теперь я понял, для чего я нужен. Это могу сделать только я. Только я. Корабль старый, и ни один из этих мальчиков с ним не справится. Он замолк, предоставив Ананду возможность что-нибудь сказать, но тот молчал, опустив голову. Ты понимаешь, что я прав. А насчет опасности... Он с блаженством улыбнулся. Я всегда мечтал закончить свою жизнь среди звезд. Моя жизнь уже заканчивается, и я рад, что получил возможность осуществить свою мечту. Как бы я хотел, чтобы ты понял меня. Но ты не поймешь, ты не был там, наедине с чужими мирами, среди горящих созвездий одно прекраснее другого... Это нельзя передать словами, это можно только почувствовать... Ну как, убедил я тебя?

Ананд сделал еще одну попытку:

- Капитан, после остановки двигателей вас парализует, и наши враги получат вас на тарелочке. Они охотятся за Воинами. Вы знаете об этом?

- Брось, - ухмыльнулся старик, - у тебя не найдется нужных аргументов. А у меня есть очень веский аргумент. Он подозвал военного и отобрал у него заряженный бластер. Я выйду за орбиту и сброшу остатки топливо. Эта процедура занимает ровно тринадцать секунд, за это время я успею расплавить себе мозги, чтобы они не достались мохнатым гадам.

Ананд поднял голову.

- Я боюсь, капитан, что так уйдут все и я останусь один. Я хочу избежать этой участи.

Фатх поморщился, по привычке захлопал по карманам в поисках сигарет, потом вспомнил, что последнюю выкурил еще до войны, и с досадой проговорил:

- Все бы отдал за одну затяжку

- Мастер, у нас мало времени, - напомнил одноглазый.

- Да, надо приступать, - сказал Фатх, поднимаясь. Только прошу, не говори нашим, что я не вернусь. Пусть они думают иначе, особенно Лин. Договорились? И еще, Ананд, желаю тебе дожить до твоего идеального мира. От души желаю.

Ананд молча отошел в сторону, предоставив старику возможность делать свое дело. Ему нечего было возразить. Он не хотел терять Фатха Али, но понимал, что кто-то должен был увести корабль. Может быть, этот подвиг был написал для старого капитана? Все в его команде имеют свою страницу в той книге, которую они сегодня пишут. Наверное, его, Ананда страница будет последней.

Фатх Али даже помолодел так просияло его лицо, когда рука коснулась поручня подъемника, ведущего к воздушным шлюзам звездолета. Он поднялся, исчез до пояса в чреве корабля, потом нагнулся и присел на трап.

- Пусть все уйдут как можно дальше, туда, за те развалины, - распорядился он. - А я посмотрю, умеет ли эта машина летать.

Ананд подошел к Николаю.

- Что происходит? требовательно спросил тот.

Ананд объяснил.

- Ясно, еще один уходит, - хрипло сказал Николай.

- Я этого не говорил. Ананд отвел взгляд.

- Все уйдут, я понимаю... Если бы не дети, я сам полетел бы с ним... Могу я хоть попрощаться со стариком?

- Не надо, он не хочет прощаний. Он хочет, чтобы вы думали, будто еще встретитесь. Делай вид, что это так. Я обещал ему.

Фатх спустился к ним очень довольный и возбужденный.

- Не думал, что еще когда-нибудь придется подержаться за штурвал, - сообщил он, опуская закатанные рукава.

- Можно лететь? спросил Ананд, проглотив ком.

- Можно, - весело сказал старик. Там активного вещества часа на полтора, просто подарок! Самое сложное прорваться через заслоны. Я проверил все закрыто, на радарах полная тишина, как будто мы остались одни во Вселенной. Он потер руки. А чего вы такие грустные? - Друзья промолчали. Жаль, что не могу пригласить вас с собой... Что ж, еще увидимся.

Сопровождаемый гробовым молчанием Фатх Али поднялся на борт. Он прошелся по отсекам, запуская системы и слушая сладостные звуки просыпающихся механизмов. Одноглазый сказал, что детонатор вмонтировал в навигационный пульт. Он осмотрел панель со всех сторон, но ничего приметного не нашел, кроме тоненького провода, выглядывающего из стыка приборов. Он не стал ничего трогать, упал в кресло, неторопливо пристегнулся и, щелкнув пальцами, запустил корабль.

- Что ж, полетели, птичка...

Судно взлетело очень аккуратно. Фатх был доволен. Он всегда считал, что старые суда имеют преимущества перед новыми машинами. Самое главное они сложны в управлении и недоступны дилетантам. Фатх Али был уверен, что дилетантам не место на дальних линиях, они только создают проблемы.

Внутренняя орбитальная трасса оказалась свободной. Он очень удивился, не встретил препятствий. Сигнальная система промолчала. Но через некоторое время на дисплее зажглась надпись, предупреждающая о приближении к силовому полю повышенной защиты. Ага, - подумал Фатх, - вот и мы. Он снизил скорость и повел корабль по внутренней орбите. Пока корабль скользил вокруг Земли, он думал, разглядывая в увеличитель мерцающие созвездия и ближайшие планеты Системы. Космос пустовал. В пределах видимости не было ни одного корабля, будто столетий космической эры не существовало в помине. Никакого движения, никакого сообщения. Наверное, так выглядело космическое пространство четыре сотни лет назад... Но самое странное, что все планеты были на одно лицо, подернутые сплошной дымной пеленой. Космос был мертв, он излучал ужас и смерть, и даже родные звезды смотрели на человека хищно и зло.

Фатх содрогнулся и отвернулся от экрана увеличителя.

Хотя космос не подавал признаков жизни, эфир продолжал жить. Пространство трещало и хрипело в наушниках. Фатх постучал пальцем по дисплею и включил внешнюю связь.

- Эй, кто-нибудь? Ау! Возмущения усилились, зеленые линии на дисплее преломились. Ага, так я не один? Эй, вы что, хотите, чтобы эта штука сработала прямо здесь? Треск прекратился. Знаете, что происходит при столкновении таких судов с силовым полем? Фатх раскинулся в кресле, закинул ноги на панель управления. Никогда еще он не чувствовал себя так хорошо. Он не был связан ничем, ни оставшейся позади жизнью, ни страхом перед неведомым будущим. Больше не нужно было беспокоиться о мелочах и даже о том, что когда-то казалось важным. Жизнь заканчивалась, и он совершенно не жалел об этом. Итак, вы не знаете? При столкновении повысится температура и давление в реакторе, произойдет торможение и остановка движущего механизма без его предварительного охлаждения. Даже если забыть о чертовом парализаторе, - о котором как раз не стоит забывать, - но даже если забыть о нем, одного этого взрыва будет достаточно, чтобы разложить пространство на молекулы и достать вас в вашем проклятом подпространстве, где бы вы не прятались. Ясно? Мне лично терять нечего, я пойду на таран. А вы подумайте, стоит ли превращаться в пыль накануне великой победы. Подумайте и дайте ответ.

В наушниках яростно затрещало, зеленые линии преломились по всей длине и заплясали. Это продолжалось минуты две, затем пространство вновь умерло. Фатх ждал. Интересно, где сейчас может находиться моя Антония? думал он, всматриваясь в черное небо. Хорошо бы, чтобы подальше отсюда. Какой маршрут был у Роби на этот раз? Кажется, он должен был взять груз свинца где-то на Периферии. Э-э-эх Антония, старушка моя, как ты там без меня? Надеюсь, Роби хорошо присматривает за тобой

Через час он понял, что ответа не будет. Волнение прошло как-то само собой.

- Что ж, такой конец намного приятнее дырки в голове, - проворчал старый капитан и глубоко вздохнул.

Прежде, чем пересечь внешнюю орбитальную трассу, он в последний раз взглянул на Землю. Его лицо исказила гримаса боли голубая планета была черна.

Эпизод 33

- И тогда Боженька сказал: ну все, хватит! Он спустился на Землю и наказал всех плохих людей, а хорошим дал вечную счастливую жизнь.

Купер закончил свой вдохновенный рассказ и с опаской посмотрел на детей, сидящих вокруг на разбросанных на полу матрацах. Дети слушали внимательно и серьезно.

- Дяденька, расскажи еще сказочку, - попросила тоненьким голоском курчавая смуглая девочка.

- Это не сказочка, деточка, - сказал Купер. Это все на самом деле.

- Правда? поразилась малышка. И Боженька снова придет?

- Он уже пришел и и скоро мы все его увидим.

- И сразу станет много-много игрушек?

Купер встретился глазами с Басанти и смущенно покашлял в кулак. Она улыбалась, наблюдая, как он общается с детьми.

- Да, деточка, и игрушек тоже, - сказал он и погасил свет. А теперь всем спать. После обеда надо отдыхать.

Дети послушно легли и натянули одеяла до подбородков. Их глазенки сверкали в темноте как огоньки. Басанти погрозила пальцем:

- А ну-ка, всем закрыть глазки!

Огоньки погасли. Басанти взяла Купера под руку, и они отошли в дальний угол подвала, где на столе лежала принесенная для них еда. Они провозились с детьми целый день, отмывали, переодевали, лечили и кормили. Их продолжали доставлять из разных частей города, раненых и напуганных, в некоторых еле теплилась жизнь.

- Почему вы смеетесь? спросил Купер. Скажите честно, я выгляжу смешно в этой роли?

- Нет, вы выглядите очень хорошо. Я думаю, как раз ваша прежняя роль была неудачной. Ешьте.

- Спасибо - Он взял бутерброд. И все же вы посмеиваетесь надо мной. Я же вижу.

- Я просто радуюсь за вас, - сказала Басанти. Ананд не рассказывал вам о вашей прошлой жизни?

- Я не верю в переселение душ, я католик, - сообщил Купер, откусил от бутерброда и спросил, как бы между прочим: - Ну, и кем же я был? Маньяком или Папой Римским?

Басанти понимающе улыбнулась.

- В своей предыдущей жизни вы были учителем в католической школе и во время Большой войны погибли вместе с детьми, которых пытались спасти из-под бомбежки.

- Правда? Он перестал жевать. Откуда вы знаете?

- Ананду рассказал о вас Учитель.

- М-м-м, - промычал Купер, качнув головой. - Странно.

- Что странно?

- Если следовать логике вашей теории перевоплощений, в этой жизни я должен был быть святым.

- Может быть, так оно и есть?

- Вы смеетесь надо мной?

- Так получилось, что вашей душе пришлось пережить еще одно испытание.

- Не понимаю.

- Что же тут непонятного? Вам было назначено испытание, и вы его прошли.

- Как же, прошел Госпожа Басанти, наверное, вы не все обо мне знаете. Я страшный человек, я делал ужасные вещи, я имел наглость считать себя посланцем Господа, и совершал свои злодеяния во имя Его.

- Вы заблуждались. Кто из нас не заблуждался.

- Но от ваших заблуждений, может быть, пострадали только вы, а от моих сотни. Я до сих пор не могу смотреть в глаза Лину и Тине. Если бы вы знали, что им пришлось пережить здесь, вот в этом здании Да и все, что сейчас происходит во всем виноват я, я взбудоражил людей, натравил их на Язычников, что-то выискивал, подтасовывал факты. Если бы не я, у вашего мужа не было бы сегодня столько врагов. Вы должны гнать меня отсюда, бросить на корм чудовищам. А вместо этого вы все улыбаетесь мне, будто ничего и не было. Уж лучше бы Лин ударил меня, чем так

- Ешьте-ешьте, - мягко сказала Басанти. Вам надо есть. Кто лучше вас присмотрит за этими малышами.

Купер снова зажевал. Басанти встала и стала осторожно пробираться между детьми, проверяя, все ли уснули.

- Госпожа Басанти. обратился к ней Купер, - все-таки мне что-то не все ясно насчет этой вашей теории переселения душ. Прошлая жизнь, будущая жизнь Это такой серьезный и, можно сказать, основополагающий принцип, определяющий судьбу. О нем хотя бы намеками должно было быть сказано во всех священных книгах. Почему в них не уминается реинкарнация? Наоборот, большинство религий отвергают эту теорию, считают ее неверной и даже вредной. Я до последнего времени тоже придерживался такого мнения, я тоже верил, что человек живет один раз и все свою жизнь он должен бояться кары небесной и готовить себе место в раю. Правда, теперь от всех моих представлений осталась пыль Мда Он подождал, пока она снова подсядет к нему, и сказал: - Как это объяснить? Этому должно быть какое-то объяснение.

- Я объясню вам, как сама это понимаю, только, пожалуйста, говорите потише. - Басанти приложила палец к губам и еще раз взглянула на спящих детей. Господин Купер, все священные Книги говорят об одном и том же, но каждая из них предназначена для своего времени, для определенной общины людей, ограниченной своим менталитетом, традициями и уровнем духовности. Для того, чтобы осознать путь совершенствования души, надо обладать расширенным сознанием. Поэтому о космическом в этих Книгах говорится очень туманно. Прежде чем так нагружать людей, нужно было объяснить им самые элементарные бытовые вещи. Человека легче заставить не воровать, запугав адом, чем какой-то там будущей жизнью, в которой он за свои нехорошие дела родится, например, без рук. Каждый считает, что в той жизни будет уже не он. Но закон сохранения энергии действует безотказно. Энергия сотворенного зла никуда не исчезает сама по себе и обязательно проявится в следующий раз, если человек не пожелает исправиться в этой жизни. Это нельзя назвать наказанием, это проявление закона справедливости.

- А мне кажется, что это не совсем справедливо, - заметил Купер. Преступление совершил данный конкретный человек, а страдать должен кто-то другой, рожденный через триста лет. Не правильнее было бы наказать его в этой жизни или отправить прямиком в ад?

- Через триста лет это будет не кто-то другой, а та же самая сущность, облаченная в другое физическое тело, со знанием дела объяснила Басанти. И человек будет переживать одну и ту же проблему при каждом новом рождении, пока не осознает, в чем заключается смысл его существования. А смысл этот заключается в развитии духа

Купер замотал головой, произнес б-р-р-р и сказал:

- Все равно не понимаю, для чего все это нужно. Человек не знает, почему мучается, он не помнит ни о какой прошлой жизни. Какой же смысл?

- Человеческие ценности не меняются, они и сегодня такие же, какими были тысячу лет назад. Для того, чтобы делать добро, совсем не обязательно знать о своих прежних жизнях. Понимаете, о чем я? Я говорю о свободе выбора. Она позволяет нам самосовершенствоваться, это очень важно. Каждый получает такой выбор. И человек должен сделать его без подсказки, независимо ни от чего, тем более от прошлого, потому что в новой жизни ему предоставляются новые условия, новый шанс, возможность все начать с начала. Понимаете? Прошлое определяет настоящее, но никак не будущее. Поэтому, именно поэтому, господин Купер, память о прошлых воплощениях закрыта. Не каждый способен адекватно отреагировать на такое знание. Большинство людей зациклятся на прошлом и будут действовать, исходя из него. Даже Ананд не знает своего прошлого. К чему это знание? Если душа воплощается в мире людей, значит, у нее остались долги, которые она должна отдать. Басанти вдохновенно улыбнулась: Или же для того, чтобы сделать этот мир лучше. Знаете, господин Купер, традиционно считается, что земное воплощение это тупик и темница для души, но Ананд думает иначе. Он считает, что это - еще один шанс сделать что-то хорошее. Он считает, что в этом заключается миссия каждого живого существа. Все мы рождены для лучших задач, а не для зла и страданий, поэтому мы должны использовать каждое мгновение своей жизни для выполнения этого задания и жить с радостью.

- Даже если жизнь собачья? - Купер испытующе посмотрел на женщину.

- Человек сам создает себе такую жизнь, - мягко сказала она, - он выбирает ее сам и сам же может все исправить, потому что он человек.

Купер опустил голову и задумался. В помещении стало совсем тихо, слышалось только сопение спящих детей. Басанти не мешала ему думать. Она бесшумно стряхнула крошки со стола и собрала остатки еды в пакеты.

Купер сквозь ресницы, так, чтобы не заметила Басанти, глядел на спящих малышей. Дашенька, Айша и Сюзанная, которая утверждает, что все будет хорошо, спали рядом, обнявшись как сестры. Даже дочь Ибрагима, этого мерзавца, здесь, а мой Феликс - кольнула мысль. Он горько усмехнулся ей и зажмурился: - Прости меня за все, Господи

Эпизод 34

Лин оплакивал Фатха молча. Никто не видел того катаклизма, который переживала его душа. Узнав о случившемся от Николая, он закрылся, спрятал далеко свое горе, чтобы никто, особенно Ананд, не смог догадаться о том, что творится у него внутри. А внутри у него пылало пламя, жестокий пожар пожирал его сердце, терзал разум и плавил оковы, сдерживающие зверя. Он должен был отомстить и ждал момента, когда никто не помешает ему осуществить задуманное, поэтому старался казаться спокойным и занятым каким-нибудь делом. В конце концов ему удалось усыпить бдительность ходившего по пятам Ананда и смешаться с толпой защитников, работающих на восстановлении укреплений. Он побродил вдоль баррикад некоторое время, раздумывая, как перебраться на ту сторону незамеченным. Ничего не придумав, он просто поднялся по камням и спрыгнул вниз с другой стороны.

Лин отряхнул ладони, отошел на несколько шагов, вспомнив о Тине и дочери, обернулся. Он подумал, что они поймут его когда-нибудь и простят за то, что не попрощался, уходя навсегда. Доктор Лин не сомневался, что не вернется, но он не мог допустить, чтобы очередь дошла и до них, он должен был остановить это.

День был душным. Неподвижный воздух, измотанный страшными ветрами декабря, отдыхал. Желтая гигантская клякса расползлась по небу от горизонта до горизонта. Она пульсировала, клубилась и выбрасывала протуберанцы, касающиеся уцелевших крыш. Последние мгновения уходящей в бесславии цивилизации Она уйдет, не оставляя следа, унеся с собой в небытие бессонные дни и ночи тех, кто думал о лучшей жизни для всех и был не понят. Разочарованный в своем творении Дух Вселенной, устав от тяжелых раздумий, опустит веки и заснет, и вместе с ним уснет на миллиарды лет все живое в бесчисленных мирах.

Что могут сделать несколько человек? Что?! думал Лин, все дальше уходя от Штаба. Он шел быстро, не оглядываясь. Если поторопиться, часа через три можно добраться до восточных окраин, а там до Старого города рукой подать. Нужно успеть, в его распоряжении чуть больше суток. Завтра все решится, и к этому времени он должен успеть что-то сделать. Ну что, что могут несколько человек? в отчаянии думал доктор Лин. Что они значат в этом океане хаоса? Они будут держаться до последнего, пока не останется никого, все уйдут по очереди, и враги будут праздновать победу, танцуя на их костях. Враги бесчисленны, а защитников Штаба скоро можно будет пересчитывать по пальцам. И никакой надежды на какую-либо помощь.

Лин уходил от Штаба и ощущал, что идет не один. Кто-то следовал за ним по пятам. Шпион или невидимый друг? Неважно. Он не боялся сейчас ни людей, ни зверей, ни потусторонних тварей, ни призраков. Он не боялся никого. Впереди цель, которую он достигнет во что бы то ни стало, и нет во Вселенной силы, способной ему помешать. Он пробирался сквозь руины великого города, раздирая в кровь руки и не обращая внимания на раны и ушибы. На улицах копошились люди. Они бродили как тени, искали что-то на пепелище, подбирали раненых, хоронили убитых прямо в развалинах, засыпая битым кирпичом. Он шел мимо них, они медленно поднимали головы, бессмысленно глядели вслед. Чем дальше от Штаба, тем явственнее становилось охватившее город безумие. Человекообразные твари и мало отличающиеся от них люди носились по улицам, стреляя в воздух, в почерневшие здания, в нависшее небо и друг в друга. Над головой парили стаи черных птиц. Толпы мародеров и сумасшедших, помешавшихся от горя или страха, шумно провожали человечество в последний путь.

Лин выбрался с территории административного центра и ускорил шаг. Дальше двигаться было легче, потому что ближе к окраинам оставалось больше уцелевших дорог. В небе, теряясь в тучах, поблескивал обрывок паутины воздушных магистралей. Несмотря на внешнее спокойствие, развалины пульсировали, генерируя страх, из окон зданий вытекали и расползались по улицам и площадям невидимые глазу черные потоки. Он чувствовал эти излучения, он погружался в них, потому что другого пути не было. Задыхаясь, он продолжал двигаться вперед, и жуткие картины агонии меняли одна другую. Считывая информацию, Лин понемногу сходил с ума. Он не мог отключиться от бесчисленных посылок, несущихся к нему со всех сторон, как он не старался, они лезли в уши, болезненно мелькали в мозгу яркими вспышками. Здесь были и призывы о помощи, и угрозы, и истерический хохот, и зловещая тишина. Это был голос того мира, к которому он неумолимо приближался и который ждал его, раскрыв объятия. Голос говорил, что Земля уже не принадлежит людям, что человеческая раса обречена, что все живое во Вселенной сдалось на милость Отца и ждет приговора, что все их жалкие усилия бесполезны и смешны. Лин не мог остановить этот поток и старался отвлекаться, сосредоточившись на цели. Он шел без отдыха, почти бежал. Злость, ненависть и жгучая жажда мести придавали сил. По дороге пришлось потратить немного энергии, чтобы смести со своего пути каких-то ползучих тварей и банду мародеров, но он быстро восстанавливал потери, вспоминая о Спасителе.

Он вышел к пригородной Станции раньше, чем рассчитывал. Сумерки только начали обволакивать все вокруг, и очертания предметов были слегка размытыми. Перебравшись через платформу и перевернутый туристический состав, Лин наконец позволил себе остановиться. Едва он прекратил движение, как ноги подкосились, он упал на опаленную траву и замер, раскинув руки и ловя ртом холодный воздух. Еще предстоит перейти поле, а там до Старого города рукой подать.

Лин сел, огляделся, вспоминая дорогу, по которой шел в тот раз от бункера. Кажется, надо взять правее. Да, точно, та унылая рощица была по правую руку. За ней десятиполосное шоссе, а дальше продолжение поля и скрытый в земле люк. Что делать, если люк закрыт? Постучать?.. Лин усмехнулся своей мысли и встал. Он был уверен, что стучать не придется, бункер будет открыт, потому что они знают, что он идет. Они ждут его, но это им не поможет.

Бункер действительно оказался открыт. Люк был слегка сдвинут. Лин некоторое время наблюдал за щелью издалека, укрывшись среди поваленных деревьев. Вокруг не было ни души, о пребывании здесь темного войска говорили только горы мусора, поседевший пепел потухших костров и исходящие от измученной земли черные пары.

Лин вышел из укрытия и твердым шагом направился к щели. Он заглянул внутрь. Далеко внизу перемигивались огни взлетно-посадочной полосы, бледно светилось пятно входа в подземный тоннель, матово отсвечивал металл. Лифт находился на другом конце и был недоступен. Лин вспомнил: скобы! На стене должны быть скобы. Он прополз вдоль черного полумесяца, щупая края горловины шахты. Вот она, верхняя скоба, холодная и шершавая. Не раздумывая о том, что ждет его внизу, он стал спускаться.

Внизу было также безлюдно, как и наверху. Никто не ждал его, не набросился из-за угла, из тоннеля тоже не доносилось никаких звуков, говорящих о присутствии людей или других существ. Лин снял ногу с последней скобы и остановился в нерешительности. Пришлось ждать, пока успокоится дрожь в теле. Он посмотрел вверх на полумесяц сумеречного неба. Может, вернуться, пока не поздно?

Он вошел в тоннель, шаги гулко звучали в тишине. На металлическом полу среди раскиданных повсюду коробок и каких-то приборов, вывалившихся из перевернутого контейнера, лежало несколько мертвых тел в желтых спецкостюмах. Подойдя ближе, Лин увидел, что внутри костюмов нет людей. Желтые каски аккуратно лежали рядом. В другом коридоре желтые костюмы рабочих были распяты на стенах. Лин ускорил шаг, стараясь не смотреть по сторонам. Этот маскарад, давящий на психику, был устроен специально для него. Хорошо же они подготовились. Снова мелькнула мысль: может быть, все же вернуться?

Он углублялся в недра бункера, не встречая никакого сопротивления. Он напряженно щупал тишину, надеясь уловить хоть что-то, и натыкался повсюду на какое-то поле, упруго отталкивающее его поисковые сигналы.

Коридоры закончились, и он вышел в огромный холл, освещенный большими белыми лампами. По стенам тянулась цепочка совершенно одинаковых круглых люков-дверей. Какой-то из них должен был вести в следующую секцию бункера. Лин не помнил это место. Он сосредоточился, стараясь настроиться на нужную информацию, но в эфире не ощущалось никакого движения, кроме слабых излучений, текущих сверху. Это была ловушка. Невидимая сеть шатром висела под потолком прямо у него над головой, силовое поле волновалось, перекатываясь волнами. Лин осторожно поднял глаза, потом повел ими из стороны в сторону. Он увидел, как дверь, через которую он вошел в холл, начала затягиваться толстым бронированным диском. Она закрывалась очень медленно, будто давая ему шанс. Лин спокойно наблюдал за движением диска, занимающего все большее пространство в проеме двери, и посмеивался. Неужели они думали, что он попытается бежать? Глупцы, он пришел сюда не для этого. Он готов к встрече. Чего же они медлят?

- Ну? насмешливо произнес он.

И тут все люки разом распахнулись. Несколько десятков черных бронированных пастей открылись, дохнув в лицо человеку холодным сквозняком. Пасти были пусты. Лин ожидал увидеть толпы самых жутких и опасных чудовищ, он был готов увидеть все, что угодно, но только не пустоту. Этого не может быть, - сказал он себе, напряг свое поле до предела и стал ждать, сжав кулаки и сосредоточив внимание на черных проемах. Сейчас они появятся, они должны появиться

Ничего не происходило. Лин взмок от напряжения, через некоторое время в конечностях появилась дрожь, и пришлось немного расслабиться. Сделав это, он почувствовало, что силовая ловушка значительно приблизилась. Черт! Как же он мог забыть о ней?! Он инстинктивно пригнулся и кинулся в сторону. Ударившись в невидимую стену, отпрянул, бросился на пол, надеясь выскользнуть из-под колпака снизу. Не получилось. Тогда он нанес несколько ударов по пустоте, попробовал разорвать преграду. Все было бесполезно, враждебное поле даже не шелохнулось. Ловушка уже захлопнулась и теперь неторопливо, как удав свою жертву, заглатывала человека. Лин не знал, что делать, он растерялся. Он вытянул руку, пробуя прозондировать колпак. Он вбирал в себя информацию и все больше понимал, что не знает, что это такое. Что-то странное, жгучее, немного вязкое, словно волнующееся жидкое желе. Хотелось погрузить в него палец, а затем положить в рот и проверить, каково оно на вкус.

Ловушка сжималась и внутри нее становилось все жарче и все труднее дышать. Суетиться было бессмысленно, поэтому он просто сел на пол и сложил руки на коленях. Нужно было поберечь силы для того, что ждало его впереди. Что с ним будет? Как его используют? Перепрограммируют? Для чего? Скорее всего, из него просто вытрясут душу, а тело бросят на корм зубастым птичкам или еще каким-нибудь тварям. Вряд ли его сразу убьют, а если и убьют, то так, что даже грешники в аду будут рыдать от жалости Кажется, эту фразу он слышал от Николая. Да, смешно

Из открытых дверей дуло все сильнее, откуда-то донеслись крики и плач. Кого-то мучили, и, кажется, это был ребенок. Он невыносимо визжал и плакал и звал маму. Лин зажал ладонями уши, но крик проникал в его мозг даже сквозь сомкнутые пальцы.

И тут он увидел человека. Невысокая нескладная фигура в серой военной форме вырисовывалась на фоне одного из открытых люков. Человек привалился к стене, сложил руки на груди и начал смеяться, заливаясь все громче и громче. Это был Дон.

Спаситель подошел поближе, продолжая рыдать от смеха и хлопая в ладоши. Он подпрыгивал, строил гримасы, улюлюкал. Лин наблюдал за ним и вдруг почувствовал радость от присутствия этого человека. Он был рад появлению Дона, страшно рад, потому что огонь внутри снова начал разгораться, а неуверенность и растерянность улетучились в один миг. Ненависть, злость и презрение к невзрачному человечку разжигали пламя лучше некуда. Чем больше хохотал Спаситель, тем сильнее становился огненный вихрь. Лин не шевелился, он ждал, когда напряжение огня дойдет до предела. Когда настал нужный момент, он протянул перед собой руки и одним усилием разорвал горящими пальцами невидимую преграду.

Он вырвался из безвоздушного пространства и с наслаждением вдохнул кондиционированный холодный воздух подземелья. Дон стоял в десяти шагах от него, закаменев в неестественной позе.

- К-к-ка-ак - пролепетал он.

- Как видишь.

Лин криво усмехнулся и стал приближаться. Спаситель беззвучно шевелил дрожащими губами, не двигаясь с места. Наконец из его глотки вырвался жуткий вопль, он шатнулся назад и с неожиданным проворством бросился к цепочке открытых люков. Он пробежался вдоль нее, словно что-то искал, и заскочил в одну из дверей.

Лин успел проскочить в закрывающийся люк и почти схватил Дона за одежду, но тот снова увернулся и нырнул в какую-то щель в стене. Из щели падала тусклая полоса света. Не задумываясь, Лин протиснулся в нее и чуть не упал, оказавшись на ползущем вниз эскалаторе. Фигура Дона виднелась в свете редких точечных ламп на середине длинной движущейся ленты, он неуклюже спускался, поминутно хватаясь обеими руками за поручни. Лин впился горящим от ненависти взглядом в спину Спасителя. Вначале он слегка подтолкнул его, и тот, решив, что снова потерял равновесие, навалился всем телом на поручень. Следующий толчок заставил Дона пригнуться к ступеням и взвыть от ужаса. Лин громко рассмеялся и, выбросив вперед руку, швырнул человека в сером вниз. Дон, кувыркаясь и вопя, скатился на нижнюю платформу и застыл, распластавшись на пупырчатом полу.

В два прыжка Лин оказался рядом с поверженным врагом, таким жалким, что противно было прикасаться. Он не имел желания продолжать разбираться с Доном, Спаситель перестал его интересовать.

- Эй, животное, поднимайся, поведешь меня в ваше логово, - холодно приказал он.

Дон заерзал, приподнял сначала зад, а затем, помогая себе руками, встал на четвереньки и задрал голову.

- Ты подохнешь, Язычник!

Лин нетерпеливо ухватил Спасителя за одежду и рывком поставил на ноги. Они стояли на дне узкого и бесконечно длинного цилиндра, по-видимому, вентиляционной шахты. По стенам цилиндра тянулись провода и трубы различного диаметра.

- Пошли! крикнул Лин.

- А мы уже пришли, Воин, - ухмыльнулся Спаситель.

Лин замахнулся, но рука его почему-то двинулась совсем в другую сторону, болтаясь, будто была подвешена на веревочке. Что за черт?.. Он рванул руку на себя, она болтнулась в противоположном направлении.

Дон рассмеялся.

- Ну что, как тебе это? Я специально завел тебя сюда, дурак! Ты попался! Попался! Это был мой гениальный план! Я чуть сам все не испортил, уж очень хотелось посмотреть на твои корчи! Ух-ха-ха-ха! Наконец-то я отличился! Теперь Отец вознаградит меня, ведь это я привел к нему тебя! Я! Я! Я!!

Лин хотел бы задушить невзрачного человечка, но тело не слушалось его. Оно было сжато тисками чужой воли, могущественной и страшной. Хохоча, Дон поднял палец вверх.

- Посмотри туда, Воин. Ты угодил прямо под луч Отца!

Лин не мог двинуть головой, принадлежали ему теперь только глаза. Он поднял их и зажмурился. В самом верху, там, где должно было находиться небо, виднелся расползающийся по стенкам красноватый туман, испускающий невыносимо жгучие лучи, разъедающие зрачки. Непонятная субстанция ползла вниз, и избежать встречи с ней, кажется, было невозможно.

Он опустил глаза. Дона в помещении уже не было. Где-то за спиной с шипением захлопнулась дверь, и он остался один, обездвиженный невидимой силой, в тишине, нарушаемой тихим гулом эскалатора.

Красный туман заполнил помещение. Вот и все, - успел подумать доктор Лин, прежде чем его тело начало плавиться, будто погруженное в ванну кислоты. Оно растворялось, становилось прозрачным, внутренности скукоживались, истончались кости. Едкая субстанция обволокла его полностью и пожирала, смаковала и переваривала живьем.

Человек не заметил, когда перестал существовать.

Эпизод 35

Дон шел по коридору, небрежно принимая поздравления. Браво! Слава Спасителю! Слава герою! - неслось со всех сторон. Он снисходительно улыбался и кивал головой, ощущая себя выше даже огромного Ибрагима, как тень следующего за ним. Он казался себе героем, даже больше, чем героем. Он чувствовал себя спасителем. А почему нет? размышлял он. Я рискнул собой во имя Отца. Если бы Язычник дотянулся до меня, то меня бы здесь не было. Но я это сделал, несмотря на опасность! Дона распирало от гордости, очень хотелось, чтобы сейчас появился Скрым. Пусть увидит, пусть пожалеет о своих словах и подзатыльниках. Ведь это он, Дон, не растерялся и придумал, как завести Язычника в новую ловушку. Он и сам не ожидал от себя подобной прыти. Поначалу он хотел просто сбежать, но вдруг вспомнил о шахте, через которую проникает луч Отца, и мгновенно принял решение.

Дон заперся в своей комнате, упал, не разуваясь, на кровать. Он должен был оправиться от пережитого потрясения. Все-таки это был жуткий момент, когда Язычник вырвался из ловушки и оказался прямо перед ним. Это кошмар, который будем ему сниться еще долго. Ну, да ладно, это уже прошло. Лучше подумать о том, что ждет впереди. Интересно, как его наградят? Скрым обещал бессмертие за пророка, но этот Язычник тоже важная птица, может быть

С шумом распахнулась запертая дверь, и вошел улыбающийся Скрым.

- Что ж, молодец! воскликнул он, остановившись возле кровати и почесывая мохнатое брюхо. Наконец-то ты порадовал меня, ученик! Молодец, что не растерялся. Скрым потер руки. Ну, можешь просить о награде.

- Верни мне Лилит, сказал ученик.

- Это невозможно. Хочешь чего-нибудь еще?

- Ты обещал бессмертие.

- Бессмертие? Я обещал его за пророка.

- Желтый Язычник не менее опасен!

- Но не он главный.

У Дона испортилось настроение. Получается, он напрасно рисковал? Он демонстративно отвернулся к стене и пробубнил:

- Больше мне ничего не нужно.

Скрым хохотнул и похлопал его по спине.

- Ладно, что-нибудь придумаем. Ты прав, желтый Язычник не менее опасен, да и каждый из Воинов как кость в горле. Может быть, ты получишь бессмертие.

Дон хотел заметить, что заслужил большего, но промолчал.

- А теперь подарок лично от меня, - торжественно произнес учитель. Можешь выбрать себе новое тело.

Дон подскочил.

- Любое?!

- Конечно, - снисходительно кивнул Скрым. Бессмертный правитель людей не должен выглядеть плохо.

- Хочу тело Ибрагима!

- Зачем тебе этот гигант? поморщился Скрым. У него искусственный желудок и больная печень. Предлагаю тебе его бывшего шефа.

- Купера? Не хочу, он лысый.

- Не Купера, его заместителя Николая. Хорош собой и в меру высок, и совершенно здоров. Хороший материал.

Дон удовлетворенно ухмыльнулся. Настроение вновь поднялось.

- Тогда надо дать распоряжение, чтобы с ним обходились аккуратно, - сказал он деловито. Я не хочу ходить в шрамах и протезах, хромать и косить.

Скрым рассмеялся, хлопнул его по колену и исчез.

Дон вновь прилег, но внутреннее возбуждение заставило его соскочить с постели и забегать по комнате. Усталости как ни бывало. Картины одна привлекательнее другой плыли перед глазами и кружили ему голову. Он видел сияющие горы золота, какие-то немыслимые крылатые троны, обнаженных пышногрудых наложниц, коленопреклоненные толпы и свое мужественное отражение в бесчисленных зеркалах своих бесчисленных замков.

Эпизод 36

- Не представляю, как можно отыскать в этом ужасе человека.

Салам смотрел в задымленную даль через защитные очки. Черная пыль разъедала глаза.

- Мда, - проговорил Николай. Боюсь, что это бесполезно. Скоро совсем стемнеет и у нас возникнут большие проблемы.

- Не надо было рассказывать ему о капитане, - сказал Купер. Мастер ведь просил об этом. Надо было что-нибудь придумать, когда он спросил.

- У Лина чутье, он все равно не поверил бы мне, если быв даже я сказал, что старик перегоняет флаер на соседнюю стоянку.

- Да, это тоже правильно.

Купер тяжело вздохнул, и, обойдя Николая, побрел впереди. Николай с тоской взглянул на его рванное пальто и отвел глаза.

Они перебрались на соседнюю улицу.

- Ничего не узнаю, - проговорил Купер. Что здесь было раньше?

- Теперь и не поймешь. Николай поворошил ногой мусор, отфутболил какой-то круглый предмет. Даже не верится Всего месяц назад здесь еще был город. Ты веришь в это, шеф?

Купер медленно покачал головой.

Пожары уже догорели и руины теперь остывали. Раскаленные добела камни посерели, а скрюченные огнем металлические конструкции покрылись инеем. На пепелище хозяйничали стаи жирных черных птиц. Они облепили развалины копошащимся ковром, склевывая мертвечину. Вспугнутые присутствием живых, они с громким клекотом взмыли вверх, не отлетая, однако, далеко от добычи.

- Никого и ничего, - сказал Николай. - По-моему, не стоит идти дальше, дальше то же самое. Руины и покойники.

Купер подкинул повыше висящее на плече оружие.

- Нет, обойдем еще те улицы.

Николай понимал бывшего шефа, он знал, отчего так горбится его спина, а глаза красны от бессонницы. Дело было не в докторе Лине. Купер воспользовался возможностью покинуть Штаб, чтобы продолжить поиски сына. Не встретив его среди живых, теперь он надеялся увидеть малыша хотя бы среди мертвых.

Показались люди. Они копошились в полумраке среди руин жилого дома, вытаскивая уцелевшие вещи. Рядом горел костер и горой лежала добыча - мебель, посуда, какие-то мелки предметы. Завидев их, люди столпились вокруг своих находок, заподозрив в приближающихся конкурентов, и не отводили бдительного взгляда до тех пор, пока они не свернули за переломленный буквой V оплавленный рельс воздушной дороги.

- Это разве люди? чуть не плача говорил Салам. Разве люди себя так ведут? Зачем они собирают эти вещи? Разве они не понимают Так нельзя, так не должно быть Они они животные они чудовища, даже хуже чудовищ

Они вышли на открытое пространство и поняли, что стоят на окраинах Центральной площади. Вдали в сером тумане просматривался уцелевший при взрыве литой постамент памятника Победы. Купер предложил пройти площадь по периметру и посмотреть, что к чему. Николай не хотел этого делать, но не спорил. Будучи отцом двоих детей, он без труда мог представить себя на месте Купера, поэтому был готов бродить по пепелищу хоть до конца света и лезть во все дыры. Кроме того, он втайне надеялся встретить где-нибудь Лизу. От риска и безумств удерживало только то, что сейчас рядом был Салам. Николай хотел вернуть мальчишку в Штаб живым.

Площадь была мертва, пока они шли к погружающемуся в сумерки постаменту. До памятника оставалось не более ста шагов, когда Салам заметил краем глаза какое-то движение - будто несколько черных теней мелькнули между обломками. Он застыл и выстрелил лучом фонаря вправо.

- Эй! - окликнул он друзей, ушедших вперед.

Купер немедленно сорвал с плеча автомат и прижал прикладом к животу.

- Ты что-то видел?

- Мне показалось - проговорил Салам дрожащим голосом.

Они прижались друг к другу спинами и стали настороженно оглядываться, шаря в пространстве фонарями. Развалины молчали и дышали кошмарами.

- Что-то мне это не нравится, - шепотом произнес Николай. - Придется возвращаться, доктора мы так не найдем, а сами попадем в историю. Я не хочу рисковать мальчишкой.

- Да, правильно, - согласился Купер.

- Я не мальчишка! сердито выкрикнул Салам.

Купер шикнул на него, и вдруг руки, сжимающие оружие, безвольно опустились, а автомат упал к его ногам. Он сразу весь обмяк, рот открылся и оттуда донеслось почти неслышное:

- Феликс?..

Толстый мальчишка стоял в нескольких шагах от них, и на губах его играла странная ухмылка. Ребенок щурился от ударившего в лицо света фонаря.

Господи, неужели это правда? подумал Николай и протер глаза. Его пробил озноб, словно он увидел привидение. Мальчик казался ненастоящим, слишком румяным и слишком спокойным.

- Сынок, - выдавил из себя Купер, сделав движение вперед, - сынок, ты узнаешь меня?.. Я твой папа

Феликс продолжал ухмыляться, глядя на них. Постепенно ухмылка превратилась в злобную гримасу. Ребенок поманил отца толстым пальцем и закатился в беззвучном смехе.

Николай не знал, что делать. Он ждал, что Купер сам что-то предпримет, бросится к мальчику, схватит его в охапку, отшлепает хорошенько и заберет с собой, но Купер стоял как парализованный. Он наклонился, подхватил автомат и сам сделал шаг в направлении розовощекого толстяка. И тут развалины ожили. Нечеловеческий вопль пронесся над пепелищем, и из-за постамента, с обеих его сторон, стали выплывать тени.

- Бритоголовые! закричал Николай. Уже не раздумывая, он подскочил к Феликсу, подхватил его под мышку и попытался передать отцу. Забирай сына и уходи! Уходите, я их задержу!

Купер странно взглянул на бешено отбивающегося ребенка. Потом внезапно схватился за оружие и ожесточенно вырвал из рук Николая.

- Нет, это я их задержу, а вы все уйдете, - сказал он спокойно, будто давно уже принял это решение и все обдумал. Ты уйдешь, Коля, и отведешь моего сына к Дэвиду, а я будут защищать ваш отход. У тебя уже есть двое детей, будет еще один. Ты же не против, друг мой?

Николай не знал, что ответить, он был потрясен до глубины души поведением бывшего шефа. Перед глазами стояли образы Сашеньки и Дашеньки, с которыми он мысленно уже простился. А ребенок в его объятиях бился отчаянно, хрипел и визжал, изо рта текла густая пена. Салам пытался помочь, хватая мальчишку за ноги, но тот вырывался. Тем временем черные тени, превратившиеся в людей, неторопливо приближались, обходя их с флангов.

- Уходите, - все так же спокойно сказал Купер, а я должен остаться. Если бы не Феликс, я бы давно покончил с собой. Теперь я могу спокойно и достойно умереть, зная, что мой сын спасен. - Он деловито проверил оружие и положил ладонь на пусковую кнопку. - Ты не поймешь меня, Коля, потому что не совершил столько мерзостей, сколько сделал я. Я все равно не смогу жить с этим, что бы там ни говорил Мастер, я не имею права находиться среди вас, мне не место в новом мире, который собирается построить Ананд Чандран. Видя, что друзья не двигаются с места, Купер вздохнул: - Иди, Коля, не мучайся, лучше подумай о своих детях. Неужели ты хочешь сделать их сиротами? Если ты погибнешь, у них никого не останется, опять же благодаря мне. Я хочу искупить свою вину перед тобой. Уходи, Коля, и прости меня за все. Обо мне не думай, клянусь самим Создателем, я наконец счастлив Уходи! Спасай моего сына!

Николай не двигался, пока вдруг не осознал, что если не поторопится, ребенку уже никто не поможет, даже Дэвид. Толстячок перестал дергаться, был мертвенно бледен.

- Скорее! крикнул он Саламу, и они бросились к краю площади.

Они преодолели руины с невероятной быстротой. Бритоголовые остались позади. От напряжения Николай взмок, капли пота бежали по лицу, одежда прилипла к телу. В висках гулко стучала кровь. Он старался не оглядываться. Он представлял себе человека в рваном пальто со страшным оружием в руках, спокойно выбирающего позицию для удара и безразличного к надвигающейся и окружающей его толпе безумцев. Но его сердце не сжималось от тоски - он чувствовал того человека и знал, что он действительно счастлив сейчас. Да, Купер счастлив, потому что получил возможность почувствовать себя живым перед тем, как уйти навсегда

Эпизод 37

- Помнишь ПТ-4? спросил знакомый голос.

Человек медленно разомкнул веки. Вокруг было черное небо, утыканное испуганными звездами. Только небо, ничего больше. Он висел в пространстве, не имея под собой никакой опоры. Он ничего не чувствовал и ни о чем не думал, в душе и мыслях царила пустота, такая же бесконечная, как это небо.

- Да-да, - вновь раздался знакомый голос, - это был я. Помнишь, что там случилось? Ты разрушил мой канал, над которым я очень долго работал. Я столько труда вложил в него, а ты взял и все испортил. Нет, я не говорю, что ты все это сделал специально, конечно же, ты не хотел меня обидеть! Ты просто застрял как кость в горле Но справедливость, как видишь, торжествует, и теперь я на Земле и человечки ждут не дождутся, когда я загляну к ним в гости Ну же, храбрый Воин, давай, взгляни на меня!

Человек хотел пошевелить руками, но не смог. Тело было вялым и слабым, как после тяжелой болезни. Он поднял глаза. Перед ним, подбрасывая на ладони звезду, стоял он сам. Он хотел закричать от ужаса, но не сумел сделать даже этого.

Двойник расхохотался, швырнул в него звездой, потом улегся на дорожку розоватой туманности и стал покачиваться на ней, как в гамаке.

- Ты знаешь, кто я.

- Отец, - беззвучно произнес человек.

- Правильно. Двойник покачивался, разглядывая свои ногти. Помнится, ты хотел узнать, кто сильнее, я или твои жалкие учителя? Не помнишь? Ну ладно, ладно, что вспоминать старое, я не в обиде. Да-да, я совсем не сержусь на тебя. Наоборот, я даже оказал тебе услугу я забрал твоего зверя. Ты же хотел избавиться от него? Заодно я прихватил то, что вы называете силой Воина. Это было нелегко, скажу прямо, пришлось потрудиться. Но ты у меня первый, дальше пойдет легко Мда Так что теперь ты самый обыкновенный человек, а доктором Лином буду я. Прости, так уж получилось. Благодаря тебе я получил возможность ненадолго спуститься в ваш гнилой мирок. Ненадолго, но мне этого времени хватит для того, чтобы решить проблемы самому, потому что все мои помощники оказались трусами и бездельниками. Ну ни на кого нельзя положиться! - Двойник приблизился, гигантскими прыжками преодолев немыслимое расстояние, зловеще навис над человеком. В глазницах и прорези рта сверкали холодные звезды. Зачем было так все усложнять? Для чего все это представление? Разве не было ясно, что люди на моей стороне? Только вы, горстка кретинов, боретесь со мной, все же остальные ждут меня. Меня! Они всегда были на моей стороне, но такие, как ты, всегда морочили им головы. Теперь все, представление окончено, ты выходишь из игры. Одного доктора Лина вполне достаточно.

Теперь все, - пронеслось в мозгу человека, - теперь все я выхожу из игры я должен умереть.

- Даже не надейся! воскликнул Двойник, картинно вскинув руки. - Прости, но этого я для тебя сделать не могу. Ты не умрешь, ты будешь мучиться и получать новости о своих дружках. А я пока займу твое место среди людей. Вы помешали мне, вы испортили все мои планы, но теперь я получил возможность расквитаться. Хочешь знать, что я сделаю? Двойник присел перед человеком, схватил за волосы и заглянул ему в глаза. - Сначала я пойду к нашей с тобой жене. Бедняжке пора узнать, что такое настоящий мужчина. Только представь, каково этой горячей красотке с таким импотентом как ты! Значит, я позабавлюсь с нашей женой, а потом заберу ее силу и, может быть, убью ее, или отдам Ибрагиму. Посмотрим, тут есть варианты. После этого я пойду к твоим дружкам и всех по одному высосу. Начну с Николая, почему-то он раздражает меня больше всех, затем придушу мальчишку с Юга, парочку придурков ученых, и так всех по очереди. Когда их сила станет моей, я смогу сквитаться и с пророком. Его я не стану убивать. Когда мы полностью раздавим вас, его обваляют в перьях и будут возить по планете, чтобы людишки имели возможность поплевать в лицо своему несостоявшемуся спасителю. А ведь какая была идея! М-м-м!.. Знаешь, кого я не трону? Твою дочь. Ее тело хранилище для одной из моих лучших помощниц. Моя помощница несет мое семя и посеет его в вашем мире, и все начнется заново. Я хотел быть уверенным, что ее будут беречь при любом исходе дела. Если бы ты не пришел сюда, я бы отступил в конце концов, но она осталась бы среди людей и действовал. Но ты пришел ко мне, храбрый Воин, ты пришел сюда своими ногами. Это было твоей ошибкой, а за ошибки приходится расплачиваться. И, между прочим, этот закон придумал не я, а твои хозяева. Теперь тебе придется жить, пока я не разрешу тебе умереть. Ты будешь мучиться, а больше всего от мысли, что ты во всем виноват, ты всех подвел. Он устало вздохнул и поднялся. - Прощай доктор Лин.

Двойник подтолкнул человека ногой, и тот полетел в черную пропасть. Головокружительное падение продолжалось бесконечность. Он падал с открытыми глазами, но ничего не видел вокруг.

Он упал в чужом мире, холодном и мрачном. Его заметили, и вопли ликования сотрясли мрачный мир до основания. Миллионы его обитателей сбежались отовсюду, столпились вокруг человека и стали хватать его и терзать. А потом подняли и понесли, перебрасывая друг другу. Когти, мохнатые морды, чудовищные пасти, паучьи лапки, звериные глаза Миры сменяли друг друга. Каждый новый был страшнее и мрачнее предыдущего, и вскоре толпа, сопровождающая опустошенного человека, разрослась до размеров Вселенной. Вся темная сущность пространства, заключающая в себе мириады существ, ликовала и пела гимны, торжествуя свою победу. Вселенная сотрясалась от топота и визга, планеты сходили со своих орбит, а звезды в ужасе срывались с небосвода и разбивались вдребезги.

И вдруг все замерло. Ликующая толпа остановилась. Маленькое пятнышко белого света оказалось на пути, совсем крошечное, но его невозможно было обойти или растоптать.

- Убирайся! завизжала мохнатая толпа.

- Я пришел за своим Учеником, - сказал Учитель О, - и не уйду без него..

- Убирайся!

- Я не уйду и не позволю пройти вам.

- Это наша добыча!

- Он не может быть вашей добычей, потому что его душа не принадлежит вам. У него забрали силу, но отобрать душу без его согласия не сможет никто.

- Хватит болтать, твое время закончилось! Теперь мы диктуем условия! Убирайся!

- Докажите, что это так, - спокойно сказал Учитель О и прочертил своим посохом в зловонной пустоте белую сияющую черту, протянувшуюся от одного края Вселенной до другого. Попробуйте преодолеть эту преграду. Если преодолеете, человек ваш.

Толпа возмущенно затопала, и Вселенная вновь затряслась от ужаса, когда мириады сущностей пришли в движение. Черная масса тяжело нахлынула, но отпрянула, обжегшись о луч Вечного Света. Тьма кидалась на препятствие снова и снова и каждый раз терпела поражение, оглашая пространство звериными воплями. Наконец она отползла и сжалась в мохнатый клубок, потеснивший созвездия.

- Ты не можешь вмешиваться! Это не по правилам! завибрировал клубок.

- Каждый Учитель имеет право один раз нарушить правила, когда это нужно Вселенной.

- Вы все равно ничего не добьетесь! Вы проиграли!

- Почему же тогда я здесь?

Черная масса взвыла, заклубилась и стала отползать, оставляя в пространстве склизкие следы.

Сотрясение миров прекратилось, планеты вернулись на свои орбиты, а Учитель и Ученик остались совсем одни в бесконечности, усеянной звездами.

Учитель О подошел к человеку и присед рядом с ним, приподнял его опустошенное тело и прижал к своей груди.

- Вставай, сынок, - сказал он, - вставай. Прости, что не могу помочь тебе в этом, к сожалению, я не всесилен. Только ты сам можешь найти в себе силы и подняться. Ты должен встать назло всем врагам, чтобы они не торжествовали победу, чтобы они поняли свое ничтожество и задрожали от страха. Они считают, что ты больше не поднимешься, ты и сам так думаешь. Ты думаешь, что все кончено, но это не так, мальчик Ван. Ты человек, а человеку дано многое, не сверхъестественное, но очень многое. Подумай, сынок, разве наша сила только в чудесах? Разве один только зверь заставлял тебя идти на подвиг и удерживал от дурных поступков? И разве только тот, кто умеет крошить взглядом камни, по-настоящему силен? Подумай, что есть истинная сила, которая удерживает нас на ногах, когда миры сотрясаются от ужаса и боли. Она заключена внутри каждого, она рождается вместе с нами, но не умирает, а остается в вечности, освещая мрак. Такова истина, мальчик Ван.

Космос затих, прислушиваясь к разговору, даже кометы притушили свои огненные хвосты, чтобы лучше слышать. С черного неба с тихим звоном сыпались осколки звездного света.

- Что придает нам силы? продолжал Учитель О, прижимая к груди Ученика. Знание, Любовь, Дружба. Разве тут есть что-то сверхъестественное? Когда мы любим, мы становимся героями, мы готовы на все и забываем о страхе. Ты счастливый человек. В этот мир приходило и бесследно покидало его немало тех, кто так и не сумел разбудить в себе этого чувства. Да, ты сделал ошибку, не послушав совета друга. Кто из нас н ошибался. Теперь ты должен думать не об этом. Вспомни о своей любимой, вспомни о друзьях, которые любят тебя и ищут сейчас, рискуя жизнью. Им грозит опасность. Пусть у тебя нет твоей невероятной силы, зато у тебя есть они. Ты должен встать ради них, сынок. И не жалей о звере. Ты и без него силен. Враги считают, что, завладев твоей силой, завладеют и силой Воинов. Они наивны в своих мечтах, потому что очень плохо знают людей. Они думают, что ты раздавлен, но я-то знаю, что ты поднимешься. Мы знаем, кто на что способен. Я знаю, на что способен ты, поэтому говорю: ты должен подняться, мальчик Ван! Вставай, тебя ждут твои друзья!

Учитель О говорил, и Ученик чувствовал, как пустота внутри него начинает понемногу заполняться. Тепло побежало по каналам тела, согревая оцепеневшие конечности, возвращая к жизни окаменевшее сердце и мозг Вставай, мальчик Ван, поднимайся, ты должен встать Ты должен Должен он должен его ждут он может он сделает потому что он не один на свете. не один не один

Тина!..

Эпизод 38

В широко открытые незрячие глаза ударил свет и доктор Лин увидел холодное утреннее небо. Тяжелый свинцовый туман полз по жухлой траве, разводя мутную сырость. В тумане бледно вырисовывался оголенный скелет Станции.

Он сделал вдох, и легкие сразу расправились, как паруса. Тело окоченело, но было живым. Пропитанная влагой и промерзшая одежда похрустывала корочкой льда. Он поднял руку и поднес к глазам, пошевелил посиневшими пальцами. Застрявшие между ними травинки упали на лицо. Я теперь обычный человек подумал доктор Лин. Такой же, как все Я ничего не умею и ни на что не гожусь Он тяжело перевернулся на бок и начал подниматься. Грязь была скользкой, но он все же поднялся, сделал последний рывок и выпрямил спину. Пошатываясь, он посмотрел по сторонам, и понятие обыкновенный человек впервые с полной ясностью вошло в его сознание. Он понял, что совершенно беззащитен перед злом, затаившимся в сыром тумане. Он ощутил всем сердцем тот ужас, который должен испытывать человек, оказавшийся в одиночестве среди врагов и не имеющий в себе зверя. Ощущение было настолько сильным, что Лин зажмурился и заслонился от невидимых опасностей рукой, словно мохнатые морды с окровавленными клыками уже лезли из тумана ему навстречу. Страх, ужас, дрожь в ногах, отказывающаяся мыслить голова А ведь он должен столько сделать, рассчитывая только на себя. Должен пересечь поле, пройти километры по открытому пространству, затем преодолеть опасные окраины, после чего начнется самое страшное кишащийф чудовищами и разбойниками центр Столицы Как же он жил до того, как пробудился зверь?..

Эпизод 39

Под утро Тине привиделся кошмар. Она находилась в темной комнате без окон и дверей. И множество черных рук тянулись к ней со всех сторон. Мужских волосатых рук с грязными нестриженными ногтями. Она металась от стены к стене, но руки уже хватали ее, цеплялись за волосы, срывали с нее одежду. Она проснулась от собственного крика и села на красном диване в маленьком офисе, который считала их с Лином комнатой. Постепенно дурнота отступила. Она увидела красный огонек прицела лежащего на столике у дивана заряженного бластера и успокоилась. Придя в себя окончательно, Тина потянулась к оружию и вдруг услышала, как кто-то из темноты произнес ее имя. Лин?.. Она неуверенно повернула голову.

Он стоял в двух шагах от нее, сложив руки на груди.

- Я не хотел тебя будить, - проговорил человек голосом Лина, - ты так крепко спала.

Лин! Он вернулся!

Тина сорвалась с дивана и бросилась ему на шею, с рыданиями прижалась к груди.

- Любимый, где ты был? Где ты пропадал? Мы уже оплакивали тебя А как волновался Ананд Ты бы знал, как он переживал!

- Успокойся, - сказал он и как-то непривычно жестко погладил по спине.

Тина сразу уловила незнакомое движение. Она прекрасно знала мужа и не могла ошибиться.. Наверное, ему пришлось много пережить, подумала она и потянулась губами к его губам, желая побыстрее согреть, отвлечь от страшных воспоминаний. Тут их глаза встретились, и Тина вздрогнула, чуть не провалившись в открывшуюся ей пустоту, и отпрянула.

- Что с тобой любимый? спросила она.

- Ничего, любимая, - ответил он, тесня ее к дивану. Со мной все хорошо, просто я очень хочу тебя. Прямо сейчас. Я схожу с ума по тебе! Иди ко мне! Я так люблю тебя! Иди, не бойся. Я же знаю, о чем ты мечтала, моя девочка

Тина не знала, что делать. Это был ее любимый муж, ее Лин, и в то же время какой-то другой человек. Внешне он совсем такой, но у него чужие глаза. Чужие глаза и чужие руки. Прикосновения любимого она узнала бы с закрытыми глазами. Может быть, в него кто-то вселился?

Он нетерпеливо толкнул ее на красный диван и навалился сверху. Тина была в таком ужасе и растерянности, что в начале не сопротивлялась. Она слушала его тяжелое незнакомое дыхание, уклоняясь от поцелуев, пока он грубо и торопливо раздевал ее. Она видела уже не его, а те самые волосатые руки, жадно тянущиеся к ней. Много рук

Наконец она опомнилась и стала вырываться, кусаясь и царапаясь. Мужчина похожий на ее Лина, был так же силен, как ее Лин, и все, что ей оставалось, это кричать и звать на помощь.

Человек был недоволен ее поведением.

- Что-то не так? говорил он угрожающе, продолжая свое дело. Разве ты сама не хотела этого, любимая? Нет? Значит, я ошибся дверью? Жаль, но уже поздно исправлять ошибку. Можешь кричать, здесь никого нет, никто тебя не услышит. Кричи, мне это даже нравится. Представляешь, что будет, когда

Дверь резко распахнулась кажется, ее выбили ногой. На пороге стоял Николай.

- Лин? произнес он то ли с радостью, то ли с ужасом, завидев воскресшего друга. Черт возьми доктор Лин, это ты? Где ты - Он перевел взгляд на Тину и смешался: - Ах, ну да, вы тут простите, ребята, я не знал я бродил тут и услышал крик я думал Еще раз извините. Потом поболтаем, Лин.

Тина с силой оттолкнула замешкавшегося двойника и бросилась к дверям, почти захлопнувшимся за Николаем.

- Коля!

Николай оглянулся. Тина налетела на него, с ходу заставила снять куртку и укуталась в нее. Он молча подчинялся, ничего не понимая. Потом она схватила его за руку и бегом поволокла прочь от страшного офиса.

- Это не Лин! коротко объяснила она.

У лестницы Николай остановил ее и помотал головой.

- Тина, так нельзя. Объясни.

- Это не Лин! повторила Тина.

- Кого же я видел там?

- Я не знаю, но это не мой муж! Это совсем чужой человек, претворяющийся Лином! Она перешла на шепот: - Или не человек!

- То есть как?

Они услышали, как в конце коридора открылась дверь, и одновременно обернулись, ощутив неприятный холодок. Не человек?..

Бледный рассвет уже немного прояснил ночную мглу и лился в коридор сквозь разбитые стены. В мутном свете они ясно увидели человека, стоящего в пасти распахнутой двери с заряженным бластером в руках. Красный огонек прицела хищно уставился прямо на них.

- Бежим! закричала Тина и рванула мужчину за собой.

Они пронеслись по лестнице на несколько этажей ниже, влетели в бронированный люк внутреннего корпуса и прижались к стене.

- В бластере только один заряд, - прошептала Тина. Надо заставить его использовать его здесь, где никого нет!

На лестнице было тихо. Тина лихорадочно вспоминала, есть ли еще какой-нибудь проход во внутренний корпус, кроме этого. Время шло, а никаких звуков снаружи не доносилось. Шаги раздались внутри бронированного коридора.

- Он внутри? прохрипел Николай. Как?!

Неторопливая поступь очень уверенного в своей силе человека громыхала в темноте, то ли справа, то ли слева, то ли за спиной. Эхо разносило шаги в пустом цилиндре глухого коридора. В какое-то невероятно крошечное мгновение полной тишины Николай уловил слабый щелчок пусковой кнопки и повалил Тину на пол, прикрыв ее собой. Смертоносный луч пронзил темноту и прочертил огненную борозду на стене в том месте, где мгновение назад находились их головы. Послышалось характерное громкое чмок, означающее, что оружие требует зарядки.

- А теперь бежим, - крикнул в ухо Тине Николай.

Они бросились прочь из внутреннего корпуса, захлопнув за собой люк, хотя понимали, что это не имеет смысла. Они побежали вниз и через два этажа увидели на темной лестнице человека, сидящего к ним спиной с опущенной головой. Его плечи вздрагивали. Они сразу поняли, кто это, и начали пятиться, но человек повернул к ним мокрое от слез лицо и произнес голосом Лина:

- Простите меня, я сам не знаю, что со мной Я сам не свой Они что-то со мной сделали я не понимаю, что делаю

- Лин? неуверенно позвал Николай. Это правда ты?

- Я, - ответил человек со слезами. Во мне что-то сидит и заставляет делать все это Они вселили в меня какую-то гадость, так же как в нашу дочь, Тина Простите меня, друзья

- Неправда! крикнула Тина и дернула Николая за руку. Он врет! Это не Лин! Что ты сделал с ним? Ты убил его?!

- Тина, подожди, - сказал Николай. Он спустился и приблизился к человеку. Расскажи, что с тобой случилось.

- Я пошел искать логово врагов, - охотно сообщил двойник, - и попал в ловушку. Что там со мной сделали, я не знаю. Я очнулся на улице у Штаба и пришел к жене, а какое-то чудовище, которое в меня посадили, заставило меня

- Заткнись! Тина топнула ногой. Ты не Лин, в которого вселилось чудовище, ты чудовище, принявшее облик моего мужа! Никто не знает его лучше меня, а я точно знаю, что ты не он. Никакие фокусы не сумеют обмануть любящую женщину, ты только прикоснулся ко мне, а я уже знала, что ты чужой! В нашу малышку вы тоже кого-то заселили, но я чувствую в ней своего ребенка, она живая, настоящая, а у тебя в глазах пустота. Коля, отойди от него!

Николай хотел заглянуть в глаза человека, похожего на Лина, но тот немедленно заморгал, будто смахивая слезы, и отвернулся.

- Ладно, пойдем к Ананду, - сказал Николай, с тревогой переглянувшись с Тиной, - там разберемся.

Человек послушно встал, не поднимая головы.

- Постой, - холодно произнесла Тина. Я знаю, что тебе нужно. Не зря же я половинка Лина. - Она заметила, что человек искоса поглядывает на нее, и усмехнулась: - У тебя ничего не выйдет. Твой план уже начинает рушиться. Признайся, я права? Разве ты хочешь идти к Ананду сейчас? Он сразу увидит, кто ты. Нет, тебе еще рано идти к Ананду, сначала ты должен набраться сил, чтобы справиться с ним.

Тина не сомневалась, что Николай не заметил этой желтой искры. Она даже обрадовалась, увидев, как в зрачках человека сверкнул и погас желтый огонь. Это избавило ее от последних сомнений. Перед ней не ее любимый мужчина.

- Я Лин, - сказал двойник. Сейчас мне надо отдохнуть, я слишком много пережил за эту ночь. А потом я докажу всем вам, что я тот самый, кем себя называю.

- И правда, Тина, что ты так, - проговорил Николай примирительно, - действительно, может, ему правда плохо, а мы тут Пошли, Лин, идем

Двойник встал, косо поглядывая на Тину.

Они спустились в подвал. Защитники человечества радостно приветствовали возвращение доктора. Тина смотрела в оба. Двойник шел впереди, не оглядываясь, но она чувствовала, что все его внимание сосредоточено на ней.

Двойник попросил возможности поспать. Ему выделили лучший угол в самом целом бункере, накормили, помогли устроиться и стали ходить на цыпочках и говорить шепотом, чтобы не мешать его отдыху.

Тина осталась возле человека, похожего на ее Лина. Она раздобыла заряженное оружие и положила на колени. Она сидела и пристально смотрела в лицо спящего. Он не спал, сквозь закрытые веки он смотрел на нее. Николай некоторое время стоял рядом.

- Я бы хотел, чтобы это был Лин, - проговорил он.

- Я тоже, но это не Лин, - сказала Тина.

- Может, не стоит оставаться с ним одной?

- Стоит.

Николай вздохнул:

- Тогда я пойду за Анандом.

Их оставили одних. Тина с нетерпением ждала этого момента. Увидев, что рядом никого нет, она уперла дуло тяжелого автомата в живот двойника и прорычала:

- Где мой Лин? Отвечай, или я продырявлю тебя!

Двойник не шевелился. Она пнула его ногой, заставив открыть глаза, заглянула в них и чуть не провалилась в черную бездну. Человек с невероятной силой вырвал у нее из рук автомат и разбил ударом о стену. Потом дотянулся до нее, железной хваткой вцепился в запястье и рванул женщину на себя.

- Ты, сука, думаешь, что ты такая умная?

- Где мой Лин? упрямо повторила Тина, кусая губы от боли. - Куда ты его подевал?!

Двойник расхохотался.

- Забудь о нем. Его больше не будет. А через пять минут не будет и тебя, сука. Только вот не знаю, сразу перегрызть тебе горло, или все-таки в начале поразвлечься?

- Решай скорее, пока я не перегрызла тебе горло! прошипела Тина.

Боль прибавила ей злости, а злость решительности. Она не была застигнута врасплох, как при первой встрече. Конечно, человек, похожий на Лина, обладал нечеловеческой силой, но и она тоже не настолько слаба, чтобы сдаться без боя. К тому же стоит ей закричать, как сюда сбежится вся их армия.

- Ты права, - сказал двойник, - мне точно надо поторопиться. Я уже выпотрошил твоего Лина, а теперь собираюсь сделать это с тобой.

- Попробуй! крикнула Тина и внезапно ударила мужчину костяшками пальцев прямо в глаз, а затем, не дав ему опомниться, вцепилась зубами в руку, сжимающую ее запястье.

Двойник взвыл от боли, оттолкнул ее и прижал руки к пострадавшему глазу.

- Сука!

- Ага, - издевалась Тина, наблюдая его мучения, - трудно быть человеком? Человеку бывает больно. Не знал об этом? Как ты выглядишь на самом деле? Сколько у тебя щупальцев? А хвост? Хвост у тебя тоже есть? И рога?

Рыча от бешенства, двойник бросился на нее, но Тина успела выскочить за дверь и обеими руками вдавила кнопку аварийной герметизации. Она яростно жала на нее до тех пор, пока овальный люк окончательно не врос в стену. Попробуй выбраться отсюда, урод, - подумала она с торжеством и со всех ног помчалась к лестнице. С верхнего яруса навстречу ей торопливо спускались Ананд и Николай, их сопровождала шумная толпа Хороших людей.

- Скорее! крикнула она. Я его заперла!

Тина свернула в нужный коридор и вдруг со стоном схватилась за голову. Идущая следом толпа тоже ахнула и остановилась.

В серой стене рядом с дверью зияла огромная бесформенная дыра.

Эпизод 40

Клара была благодарна Саламу за его помощь. Она ужасно себя чувствовала, что-то творилось с головой, одолевали невозможная сонливость и слабость. Она никогда не считала себя слабым человеком, но когда Хорошие люди принесли в бункер изувеченного Дэвида, она потеряла сознание, а очнувшись, поняла, что потрясение лишило ее сил. Нужно было работать, потому что ребята продолжали тащить из города в Штаб маленьких зомби. Дэвид не мог пошевелиться, и все приходилось делать ей самой. Хорошо, что Салам был рядом. Он не мешал, сидел молча и все время о чем-то размышлял. Кларе казалось, что этот мальчик понимает ее лучше других.

Ананд сказал, что Дэвид будет жить, но выздоровление затянется, потому что много серьезных внутренних повреждений. Мастер тоже делал все, что мог, Клара и не ожидала, что он поставит любимого на ноги, взмахнув одной рукой. Она была готова ухаживать за ним всю жизнь, если потребуется. Если бы только ни эта сонливость и слабость

Утром было немного пациентов всего пятеро детей. Она быстро справилась с вакцинацией, передала детей Басанти и стала ждать новой партии.

- Салам, если я засну, разбуди меня, когда Ананд придет делать перевязку, - попросила она.

- Я сам все сделаю, госпожа Клара, - сказал Салам. Он спас мою сестру, я сам все сделаю для него.

Клара устало улыбнулась серьезному парню, наклонилась над Дэвидом и поцеловала его в лоб. Он открыл глаза.

- Дорогая, когда будет перевязка, пожалуйста, не участвуй в этом. Я не хочу, чтобы тебе снова стало плохо. Салам поможет, а ты иди поболтай с Басанти. Тебе надо отвлекаться.

Клара погладила его руку.

- Я хочу, чтобы скорее настала сегодняшняя ночь и все закончилось, - сказала она.

- К сожалению, мне не доведется участвовать в последнем сражении. Дэвид вздохнул. А я воображал, как водружаю знамя победы над крепостью врага. Дорогая, ты можешь представить меня водружающим знамя победы над крепостью врага?

Клара снова поцеловала его в лоб и сказала:

- Ты уже водрузил свое знамя над крепостью врага, дорогой.

Тихо приоткрылась дверь. Никто не входил. Салам поднялся и пошел к двери, намереваясь ее закрыть, но в нескольких шагах остановился, изменившись в лице, а потом раскрыл объятия и бросился к входу.

- Доктор!

- Что он сказал? взволнованно спросил Дэвид. Это Лин вернулся? Да?

Салам втащил в комнату Лина. Тот вел себя немного странно, прятал глаза, жался, беспокойно оглядывался.

- Лин! воскликнул Дэвид, протянув к другу обе руки. Друг мой, какое счастье! Мы уже не надеялись тебя увидеть! Ну подойди ко мне, я сам не могу встать

Лин как-то странно сказал, глядя в сторону:

- Я сейчас Сейчас я вернусь... Мне только надо сказать кое-что Саламу. Прости, это очень важно и срочно. Салам, выйдем на минуту.

Салам с готовностью двинулся за доктором. Дверь захлопнулась.

Дэвид был радостно возбужден, безудержно говорил, ликовал, а Клара смотрела на закрывшуюся дверь и чувствовала нарастающую тревогу. Она не понимала, в чем дело. Что-то заставляло ее волноваться, переворачивая ее сердце. Наконец она не выдержала.

- Я сейчас, - быстро сказала она Дэвиду и пошла к двери.

В коридоре никого не было. Не понимая, почему это делает, Клара побежала к проходу в параллельный коридор, где располагались раненые. Здесь было шумно и людно. Она бежала, расталкивая людей, высматривая в толпе Лина и Салама. По пути вдруг вспомнила, что оставила Дэвида одного, и повернула назад. У поворота столкнулась с Тиной. Та сразу вцепилась в нее.

- К вам никто не заходил?

- Заходил Лин заходил.

- Это не Лин! Куда он пошел? Где он?

Клара похолодела. Не Лин Все-таки женская интуиция не подвела ее. Она почувствовала, что что-то не так. Не Лин А кто же тогда?.. Боже, так Салам же ушел с этим некто

- Салам! засуетилась она, не зная, куда бежать. Салам! Он увел Салама. И Дэвид там один.

- Дэвид один?!

Тина схватила ее за руку и они бросились в параллельный коридор.

Они опоздали. Дэвид лежал в луже крови среди содранных повязок и отключенных систем. У Клары подкосились ноги, она схватилась за стену и с рыданиями осела на пол.

Тина зажала рот ладонью и нерешительно приблизилась к неподвижному человеку.

- Дэвид?

Дэвид пошевелил губами, и обе женщины с криком кинулись к нему.

- Что происходит, дамы? донеслось из едва приоткрытых губ. Новое наступление?

- Лучше бы так, ответила Тина. Вместо Лина вернулся его двойник. Я не знаю, жив мой муж или нет, но это чудовище отобрало у него его силу и теперь пришло убивать нас. Она протянула Кларе автомат. Надо перевести Дэвида к остальным.

- Тина - произнесла Клара, дрожа, - а если Салам а если он уже его Прошло почти полчаса.

- Увидим. Ты посиди, я сейчас приведу людей. Если что стреляй, не задумываясь. Это не Лин, можешь мне поверить.

Пока Тина ходила за подмогой, Клара сидела, неотрывно глядя на дверь и сжимая дрожащими руками оружие. Дэвид не стонал, он страдал молча, но она слышала все его мысли и чувствовала его боль. Прошла целая вечность, прежде чем в комнату ворвались Ананд, Тина и десятка два молодых ребят. Ребята подхватили носилки с Дэвидом и вынесли.

- Так, Клара, бегите к моей жене, - распорядился Ананд, - заберите ее и тоже идите к Дэвиду. Николай сейчас в яслях, скажите ему, чтобы шел сюда, а в ясли отправьте побольше охраны. Надо держаться вместе. Идите, Клара. Автомат оставьте себе.

Клара выполнила все в точности, но из последних сил. Привела отряд вооруженных людей для охраны яслей, передала Николаю указание Ананда и, прихватив перепуганную Басанти, пошла в лазарет. Она присела возле постели Дэвида и не заметила, как отключилась.

Эпизод 41

- Никаких следов. - Николай разогнулся и сплюнул на пол. Как же мы не доглядели Потеряли парня, не найти теперь

- Не говори так, - строго сказал Ананд. Еще ничего неизвестно. Мы не обследовали самый нижний ярус.

- Он замурован.

- Ребята нашли засекреченный вход и снесли его. Там сыро, кое-где вода по колено. Наверное, от взрыва треснул фундамент и просочились грунтовые воды. Так что приготовьтесь.

- Если он убил Салама, я лично выпущу ему кишки, - проговорила сквозь зубы идущая впереди Тина.

Они стали спускаться, осторожно преодолевая скользкие от сырости ступени. Внизу горели, мигая, тусклые длинные лампы. Из глубины коридора слышался тихий шум просачивающейся воды. Вода крошечным ручейком струилась из трещины и неторопливо заливала подвал. Она была холодной и попахивала серой.

Ананд первым шагнул в воду и поднял оружие дулом вверх.

- На какой мы глубине? спросил он.

- А черт его знает, - сказал Николай. Не помню точно, но до ада, кажется, еще далеко.

Они медленно двинулись по коридору. Распахивая двери комнат, заглядывали внутрь. Обстановка помещений была почти нетронутой, горел свет, кое-где работали компьютеры, продолжающие выполнять какие-то довоенные задания. Если бы не вода по колено с плавающими по ней обрывкам бумаг, могло показаться, что работники просто ушли на обед и сейчас вернутся.

- Здесь находился отдел особо секретного наблюдения, - сообщил Николай, вытащив двумя пальцами из воды длинный лист бумаги. Здесь есть все и обо всех. Эх, Купер, Купер

Они искали, бродя в холодной воде, очень долго, но ничего не нашли.

- Бесполезно, - мрачно сказал Ананд. Если бы они пришли сюда, мы нашли бы хотя бы тело. Должны быть следы борьбы, кровь, наконец

- Салам! в отчаянии крикнула Тина. Салам!

Пустой коридор ответил множеством странных звуков, среди них не было человеческих голосов.

- Сала-а-м!! Салам, ты здесь?!

Потревоженная пустота вновь ответила громким ворчанием, но на этот раз людям показалось, что они услышали нечто похожее на стон.

- Откуда это? прошептал Николай. Кажется, вон там.

Они бросились в конец коридора, который обыскали ни один раз. Именно здесь из трещины сочилась вода. Они уперлись в стену и стали шарить по ней в надежде обнаружить какой-то тайный проход. Ничего не обнаружив, вновь принялись обыскивать близлежащие помещения. И в одном из них они вдруг обратили внимание на узкую металлическую дверцу автономной подстанции, которую раньше почему-то не замечали. Дверца была приоткрыта.

- Черт - проговорил Николай и зубами выдернул клапан блокировки огня на своем оружии. Я пойду первым.

Дулом он распахнул дверцу и одним прыжком оказался по пояс в воде в центре маленького помещения. Вокруг мигали приборы, тянулись по стенам вибрирующие кабели, подстанция работала вовсю. Но Салама видно не было.

Шумно заплескалась вода.

- Ну что? спросила Тина.

- Еще немного водички и тут все взорвется, - сказал Николай. Тогда нам всем наверху придется туго. Надо отключить станцию.

Подошел Ананд.

- Обследуем заново весь этаж, а потом отключим свет. Пошли.

Перед тем как ступить на оставшуюся под водой металлическую лесенку, Тина еще раз осмотрелась, покачала головой, подняла ногу и замерла.

- Мама - произнесла она. Господи я знаю, где он!

Мужчины снова шумно плюхнулись в оводу.

- Он внутри вон там, за проводами, я вижу, - сказала Тина и отошла в сторону. Только я не пойду Я боюсь это увидеть.

Ананд подошел к мерно гудящей решетчатой перегородке непонятного предназначения. За переплетением проводов трудно было что-то разглядеть. Он обогнул решетку, почти полностью погрузившись под воду, и, вынырнув с другой стороны, отпрянул и ударился в стену. Прямо перед ним висел вниз головой человек связанный по рукам и ногам, с мешком на голове. Собравшись духом, Ананд развернул человека лицом к себе и рванул мешок.

- Коля! Сюда!

Николай и Тина ринулись в воду.

Салама вынесли из подстанции и положили на стол, смахнув с него компьютеры и бумаги. Здесь его окончательно избавили от опутывающей тело клейкой ленты.

Пока Ананд осматривал мертвенно бледного парня, Николай бродил вокруг стола, отшвыривая попадающиеся на дороге предметы и что-то бормоча.

- Жив, - с облегчением выдохнул Ананд. - Нам повезло, что этот мерзавец садист. Он не убил его, рассчитывая, что мальчика изжарит замыкание. Хотел, чтобы он еще помучился. Что ж, спасибо.

- А как с этим ну, с этим? пробурчал Николай.

- Я думаю, он получил то, за чем охотился, сказал Ананд - Но это не главное. Главное, что мальчик жив, а сила у него и так есть. Я хочу, чтобы вы поняли одно: сила Воина дается сильным людям, а не кому попало.

Салам приоткрыл запавшие глаза и шевельнул синими губами, глядя на Тину:

- Это не доктор Лин

- Я знаю, братишка. - Тина отвернулась и быстро вышла из офиса.

Ее душили слезы. Да, это не Лин Она отошла подальше, прижалась щекой к стене и заплакала. Вот уже несколько часов она знает, что потеряла любимого, а времени поплакать до сих пор не было. Мальчик спасен, и теперь она может подумать о своем горе. Да, это не ее Лин, а ее Лин больше не вернется. Где он сейчас, в какой яме лежит замученный и растерзанный, один, без надежды на помощь? Может быть, он тоже еще жив, нужно только протянуть ему руку, а она даже не знает, где его искать!

- Идем, Тина. Ананд ласково обнял ее за плечи и увлек за собой.

Мокрые и усталые они покинули затопленный этаж в молчании. Салама нес на руках Николай.

Оставляя мокрые следы и волоча по полу ставшее почему-то очень тяжелым оружие, они добрели до лазарета. Их встретило странное молчание и недоуменные взгляды.

- А где Клара? спросила Басанти.

- Клара? Ананд с тревогой взглянул на мокрых друзей.

Басанти растерялась.

- Как, ведь она Пришел Николай, весь окровавленный, сказал, что для того, чтобы поймать псевдо-Лина, нужна сила еще одного Воина. Она даже оружие взяла. Он сказал - Она глянула на спящего Дэвида и тихо произнесла: Значит, это был не Николай?

- Почему никто не пошел с ними?

- Он сказал, что ты запретил, сказал, что обычным людям с ним не справиться Они ушли туда Ананд, что же делать? Ананд!

Басанти разрыдалась.

- Убью-ю! страшно закричала Тина и рванулась в сторону, куда указала Басанти.

- Стой! - Николай кинулся яза ней. Подожди меня!

Ананд остановил вызвавшихся идти на помощь Хороших людей.

- Нет, всем оставаться здесь, - сказал он. Смотреть в оба и никого не пропускать, даже Господа бога, пока он не докажет, что он действительно Господь Бог. Понятно? От этого чудовища можно ожидать чего угодно. Если кто-то из нас появится в одиночку, хватайте и вяжите. Мы вернемся все вместе. Мы вернемся, Басанти, - обратился он к заплаканной жене. Но ты не отходи отсюда ни на шаг. Хорошо? Ни на шаг!

Он снова поднял автомат и тяжело побежал за поворот.

На этот раз не пришлось долго гадать, куда идти. Стены коридора местами были прожжены лучом, словно кто-то стрелял по какой-то движущейся цели и промахивался. В одном месте на полу виднелись пятна крови. У лестницы валялся бластер, на этом следы заканчивались.

Они остановились, не зная, спускаться или подниматься.

- Наверх, - сказал Ананд. Вряд ли он пошел в подвал, он ведь думает, что мы еще там.

- Откуда нам знать, что он думает, - проворчал Николай.

- Надо постараться понять ход его мыслей, иначе он добьется своего. Теперь он заполучил четверых и нам следует его опасаться.

- Не понимаю, как ему удалось справиться с доктором, тихо, чтобы не слышала Тина, проговорил Николай. Наш Лин сам кого хочешь скрутит. Откуда он взялся?

- Не знаю. Ананд покачал головой. Есть силы, ждущие своего часа. Лин не послушал меня и полез в самое логово, а кто там его поджидал, я не знаю.

- Если Лин с ним не справился, то нам вообще крышка, - еще тише сказал Николай. Может, наш доктор все же выкрутился?

На лестнице послышались осторожные шаги.

- Прячьтесь! скомандовал Ананд.

Они шмыгнули в темный угол коридора.

Шаги стихли, а потом стали торопливо удаляться. Кажется, некто передумал спускаться, и снова воцарилась невыносимая тишина.

Нервы были на пределе.

- Я больше не могу, - сказала Тина и вырвалась из мужского окружения. Я иду наверх.

Она взбежала по лестнице, не дожидаясь мужчин. Чтобы не думать о Лине, ей нужно было что-то делать, бежать, кричать, стрелять, все, что угодно, лишь бы не оставалось времени на отчаяние.

Здесь был тупик. Короткий белый коридор, продырявленный по бокам несколькими круглыми люками, тянулся шагов на сорок. Потолок был продавлен, и сверху, сквозь уходящую на поверхность широкую трещину, просачивался слабый свет.

- Кунсткамера, - сообщил Николай. Он хотел добавить, что здесь Ибрагим держал Лина, но взглянул на Тину и сдержался.

- Кунсткамера, - повторил Ананд задумчиво. Потолок не обвалится нам на голову?

Все может быть, хотел сказать Николай.

- Может быть, - сказал он. Здесь вообще надо ходить осторожно, можно наступить на какую-нибудь змею с Альдебарана. Шеф собирал тут уродцев, у него даже борианин был. Живой экземпляр. Идите за мной.

Николай распахивал боксы и светил внутрь фонарем, укрепленным на стволе оружия. В темноте поблескивали паучьи глаза, что-то булькало, шуршало, скреблось о стекло, стучало по полу.

- А здесь находится плотоядный червь с какой-то хреновой планеты на Периферии, - предупредил Николай и усмехнулся: - Когда Купер доставал меня, я мечтал, чтобы шеф свалился в аквариум и червяк его сожрал.

- Клара там, - сказал Ананд. Мы уже знаем пристрастия этого негодяя, поэтому можем строить версии. Надеюсь, мы снова успели вовремя. Открывай.

- Зарядите свои пушки, они могут понадобиться, - посоветовал Николай.

Круглый люк с гудением заполз в стену.

Ананд перенес одну ногу через порог, и тут из глубины помещения навстречу выпрыгнули три ярко красных глаза. Он отпрянул и чуть не сбил с ног Тину.

- Назад! крикнул Николай и несколько раз выстрелил в темноту. .

Покрытая прозрачной чешуей огромная туша червя рухнула поперек входа. Тварь все еще дышала, со свистом вбирая остатки испарений искусственной среды родной планеты. Красные глаза на бугристой голове медленно затухали. Чтобы попасть внутрь, придется наступить на этот студень, - с отвращением подумал Николай. Придется.

- Клара! позвал он. Тишина. Николай оглянулся на стоящего за спиной Ананда. Я сам войду. Дай огнемет, если червяк уже поработал, лучше сжечь останки.

Ананд молча кивнул, а Тина зажала рот рукой и отступила к противоположной стене.

Николай заставил себя поставить ногу на спину твари и спрыгнул на пол, покрытый толстым слоем вонючей слизи. Клару он увидел сразу. Женщина лежала на боку, прикрученная все той же клейкой лентой к ножке впаянного в пол металлического столика, и смотрела на него широко открытыми глазами. Жива. Это хорошо. Николай перевел луч фонаря в другой конец помещения и все понял.

- Ананд, наш дружок снова просчитался! сообщил он весело. - Наверное, он очень торопится, поэтому не контролирует результаты своих опытов. Он перевернул аквариум, чтобы червяк сожрал Клару, а аквариум взял и придавил хвост червяка и не дал ему дотянуться до нее. Представляешь?

Он содрал опутывающую женщину клейкую ленту и помог ей сесть.

- Коля, я знала, что это не ты, - простонала Клара. Я специально пошла с ним, чтобы убить его, но его нельзя убить Он бессмертный!

Сказав это, она то ли заснула, то ли потеряла сознание. Голова ее упала ему на грудь.

Николай бережно взял Клару на руки, брезгливо морщась, перебрался через гигантского червя, и положил женщину на пол.

- Она жива, - сказал он, стряхивая с подошв прилипшую слизь. Господин Ананд, я хочу понять, что это за такая сила Воина, которая не дает нам возможности защитить себя? Для чего она вообще нужна?

- Потом поговорим об этом, Коля, - сказал Ананд.

- Нет, сейчас. До конца года осталось всего десять часов, а я так и не знаю, для чего я был нужен и что должен делать. Я мог быть самым обычным человеком и делать все то же, что делаю будучи Воином. Я не умею летать или рыгать огнем. Ничего не умею. В чем же моя сила?

- Твоя сила заключена в твоем духе, - сказал Ананд. Все было так задумано, чтобы к нужному сроку человечество погрязло в пороках и взаимной ненависти, не сопротивляясь своему перерождению. Так и случилось - человечество в основной массе духовно мертво, а преградить дорогу тьме может только дух. Воинам передан необходимый для противостояния и относительного равновесия заряд духа. Мы несем его за все человечество. Ты хочешь знать, почему именно мы? Этого я не знаю. Наши друзья выбирали тех, кто не способен на предательство, кто пойдет до конца и не сломается. Наше тело уязвимо, нас тоже можно убить. Пули от нас отскакивать не будут. Но сила Воина не умирает, она передается. С этой точки зрения Воины бессмертны, так как дух бессмертен. Они не могут убить Воина, именно поэтому оборотень пришел сюда. У них не осталось времени и надежды на людей.

- Может, тогда нам лучше всем покончить с собой, чтобы Воины переселились в кого-нибудь другого, не известного врагам? усмехнулся Николай. А что, это выход. Запутаем след. Ладно, это плохой юмор Все равно не понимаю. Например, Динара. Почему я Воин, а она - нет? Я считаю, что она была более достойна, чем я.

- Я не говорил, что число Воинов ограничено нами. Не сомневаюсь, что Динара была Воином и дух ее не ушел, а остался здесь. Кто-то другой сейчас несет ее силу. Также неотделимы от нас сила капитана, Купера, Оскара, Миши.

- А четверых, которых сожрали? криво усмехнулся Николай

- Я пока ничего не знаю, - сказал Ананд. Наш гость опасен. Это все, что я знаю.

Эпизод 42

Лин сделал несколько безуспешных попыток пробраться через улицу, еле спасся от погони и теперь сидел неподвижно в развалинах, позорно прячась от патрулирующих подходы к центру Столицы Пиратов и человекообразных мохнатых тварей. Кажется, люди и нелюди нашли общий язык Они ходили большими группами, веселились, дружно пили, пекли на кострах человеческие головы и ощипанных птиц, пытали пленных, насиловали пойманных в развалинах женщин, и при всем при этом не забывали глядеть в оба. Лин видел, как сменяются патрули, как ползут по улицам подходящие на помощь темным с других концов планеты черные танки и бритоголовые войска. Он несколько часов наблюдал за всем этим, но ничего не мог поделать, потому что стал обычным человеком, таким же, как миллионы других, кто прячется сейчас по щелям и подвалам, кусая губы от бессилия.

Подъехал транспортировщик, оттуда высунулось существо с птичьей головой и что-то заклекотало. Дозорные внимательно слушали, дожевывая свой обед и отхлебывая из бутылок. Воспользовавшись тем, что патрульные отвернулись, Лин перебрался на другое место, откуда лучше просматривалась улица. Сердце бешено стучало, в центре груди застрял камень, не дающий дохнуть. Вот он, страх, думал доктор Лин, теперь и он знает, что это такое. Настоящий животный страх, выворачивающий душу наизнанку.

Транспортировщик зарычал и двинулся дальше, окутав улицу клубами пыли. Пыльная завеса никак не рассеивалась. Дозорные кашляли, чихали, плевали вслед ушедшей машине.

Лин решил, что наступил хороший момент, чтобы пересечь улицу. Он выполз из-под обломков, перекатился к дороге и чуть не угодил в костер с догорающими кусками еды. От тухлого запаха мяса его замутило. Он ползком добрался до поваленного дерева и затаился за ним. Теперь оставалось преодолеть открытое пространство. Это было самой сложной частью операции. Лин отдышался, поглядывая сквозь щель на продолжающих ругать проехавшее начальство дозорных. Сосчитав до трех, он заставил себя подняться и броситься в сторону перекрестка. Его заметили в тот момент, когда он уже нырнул в развалины.

Поднялся шум, в спину метнулся огонь, но пламя только опалило камни. Лин не стал искать нового укрытия, он решил рискнуть, сразу уйти как можно дальше и запутать мчащихся следом чудовищ. Его догоняли крики и выстрелы, вопли, враги неумолимо приближались. В добавок ко всему в небе появился сплюснутый полицейский катер, откуда открыли огонь. Теперь уже нечего было и думать об убежище, оставалось только одно бежать. И он бежал, не чувствуя ног. Огрызки зданий бешено проносились мимо, он не помнил, как оказался на металлической трасе одного из внутренних транспортных колец, как преодолел его и вновь полетел по камням. С неба падал огонь, но поврежденная машина не могла держать ровный курс, и стрелок постоянно промахивался, устраивая каменные фейерверки. Вскоре погоня обросла новыми людьми и чудовищами. Лин не оглядывался, но ему казалось, что за ним бежит весь город.

Развалины неожиданно оборвались, и перед ним открылась широкая площадь, продырявленная множеством высохших белых фонтанов круглых, овальных, фигурных, замысловато переплетенных друг с другом. На некоторых красовались уцелевшие, но покрытые копотью изящные скульптуры. Лин остановился. Он не хотел этого делать, но ноги сами прекратили движение, коснувшись чудом сохранившихся в этом ужасе белых плит. Фонтанная площадь была изящна и трогательна, даже война обошла это место стороной, чтобы не нарушить его изящества и красоты. Не доставало только журчания воды, и можно было подумать, что на свете воцарился мир и покой. Лин смотрел, не веря своим глазам. Это чудо принадлежало не разрушенной Столице, а какому-то другому измерению. Почему я никогда не бывал здесь раньше? подумал он.

Белые плиты прожег сверкающий луч. Он опомнился и вновь бросился бежать. На этот раз двигаться было тяжело, но он мысленно повторял: Тина, Тина, Тина Нельзя расслабиться, нельзя сдаться, нельзя умереть, потому что чудовище, принявшее его облик, уже там, рядом с ней.

На краю фонтанной площади его попробовали окружить, но ему удалось опередить врагов и снова нырнуть в развалины до того, как бритоголовые замкнули цепь. На этом его силы закончились. Нога подвернулась, и он полетел куда-то вниз, больно ударился грудью и застонал, сцепив зубы. Все, больше не могу, - пронеслось в мыслях. Не могу не могу Наверху продолжалась погоня. Над головой гудели торопливые шаги, враги потеряли его из виду, но на всякий случай стреляли направо и налево. На него сыпался песок и камни, упирающиеся друг в друга ребром обломки трещали. Если они не перестанут топать, эта крыша рухнет и придавит меня, - подумал доктор Лин, но не стал ничего предпринимать, экономя силы.

Щель, через которую падал свет, загородило что-то темное, и в его неожиданное убежище по пояс просунулся человек. Мгновение они смотрели друг другу в глаза. Потом человек подался назад и открыл рот, намереваясь позвать остальных, но Лин опередил его, ухватил за одежду и рывком втащил под плиты. Он со всей ненавистью прижал брыкающегося человека лицом к земле и ударил ребром ладони по шее чуть ниже затылка. Бритоголовый дернулся и затих.

Человек занимал почти все пространство, и Лин задыхался. Он еле дождался, когда стихнет топот погони, и выбрался наружу. Качаясь и спотыкаясь, он поднялся на груду обломков и огляделся. Отсюда Штаба не было видно. Из-за низкого неба, готового рухнуть на землю, он не смог понять, где находится. Впереди улица была запружена искореженными механизмами. Неподалеку горел костер, у огня грели руки несколько Пиратов.

Он спустился и, больше не прячась, пошел к дороге. Таиться не было смысла, так как путь из окружения в любом случае пролегал отсюда. Собравшиеся у костра уставились на приближающегося человека, тупо хлопая глазами. Лин шел неторопливо. Он не представлял, что будет делать дальше. Ему необходимо было прорваться на соседнюю улицу, чтобы не застрять здесь до самого конца света. Это - главное. В конце концов, размышлял он, эти люди тоже не обладают сверхъестественными способностями и ничем не превосходят его, разница лишь в том, что их много, а он один.

Посмеиваясь, его взяли на прицел. Один из Пиратов, продолжая жевать, крикнул:

- Руки за голову, ноги расставить и целовать свою задницу! Выполнять!

Сейчас я поцелую, сейчас, все, что хочешь, поцелую, дай только подойти поближе, - думал доктор Лин, зверея.

- Куда это он прет? А ну-ка стой! Эй, стоять, кому сказано!

- Что я должен поцеловать? спросил он, подойдя вплотную к кричавшему громче других Пирату.

- Чего-чего? не понял тот.

Лин ударил человека в лицо. Были вещи, которые умел делать каждый желтый, которым учили в школе и для которых не требовалось волшебной силы. Пират кувыркнулся и завалился на спину, сбив с ног стоявших сзади. Не дав врагам опомниться, Лин выхватил из костра пылающую головню и со свистом завертел ею вокруг себя. У кого-то вспыхнула одежда, кто-то упал головой в лужу, чтобы затушить загоревшиеся волосы, кто-то вспомнил об оружии и пускал запоздалые очереди вслед уносящемуся со всех ног человеку.

- Я узнал его! Это тот самый Язычник! Держите его! Скорее вызывай наших!

Лин ворвался на кладбище механизмов, пробежал немного и рухнул на землю и распластался среди груд холодного железа. Он старался отдышаться и погасить раздирающий грудь огонь. Руки тоже горели от ожога. Погони не было. Пираты кричали и стреляли где-то за границами свалки, но не решались войти внутрь.

Наконец сердце начало остывать. То-то же, сказал доктор Лин свинцовому небу, до которого, подпрыгнув, мог дотянуться рукой. Он провел ладонью по лицу и подумал: Я уже иду, дождись меня. И смотри, не выкинь чего-нибудь, а то знаю я тебя.

Эпизод 43

Оборотень затаился. Этого Ананд опасался больше всего. Кем стало чудовище на этот раз? Оно могло превратиться в любого из защитников Штаба, могло усердно трудиться на возведении укреплений, стонать на койке в лазарете или сопеть среди спящих малышей в яслях. Оно могло быть где угодно и начать действовать в любой удобный для него момент.

Ананд бродил среди суетящихся в преддверии последнего боя людей и ловил себя на мысли, что не верит никому. Слушая доклад Бурана или разговаривая с женой, он думал: а вдруг это и есть тот самый..? Эта вынужденная подозрительность утомляла и выводила из равновесия. Он отключился от самой подготовки сражения, только бродил от баррикады к баррикаде и заглядывал в лица. Он должен был знать, откуда ждать очередного удара.

- Мастер! Буран преградил ему дорогу. Мастер, что с вами?

Рассказать ему? - подумал Ананд. Да, наверное, стоит, пусть тоже будет начеку. А вдруг перед ним не Он отогнал сомнение.

- Послушай, сынок. Среди нас находится оборотень очень страшной силы. Я не знаю, кем он является в данный момент, но он может превращаться в кого угодно. Он охотится на Воинов, ему нужна наша сила. Он уже получил силу четверых, поэтому надо быть очень осторожными и внимательными.

- Я понял, - сказал Буран сурово.

- Хорошо, а теперь скажи, что там у вас.

Наблюдатели видят активные приготовления по всему фронту. Мастер, а у нас даже укрепления не восстановлены.

- Это уже не имеет значения.

- Что не имеет значения, Мастер?

- Все наши укрепления.

- Тогда что имеет значение? - Парень посмотрел исподлобья. - У нас больше нет никакой защиты, почти не осталось боеприпасов и топлива для танков. У нас ничего нет.

- У нас есть дух, сынок.

- Вы думаете, этого будет достаточно, когда вся эта армия двинется на нас?

Ананд утвердительно кивнул.

- Ладно, пойду, - сказал суровый Буран, глядя себе под ноги.

Ананд взял парня за плечи, и ему вдруг показалось, что перед ним Миша. Такой же молодой и горячий, даже в чертах лица есть что-то общее.

- Миша, ты - начал он и опомнился: - Прости, я начал заговариваться... Нам надо продержаться во что бы то ни стало. Скорее всего, никто из нас не доживет до завтрашнего утра. Но ни это главное. Главное, чтобы это утро все-таки наступило. И ради этого нам придется сегодня постараться.

Буран вернулся на баррикады. До конца света оставалось шесть часов.

Эпизод 44

Рай был прекрасен, еще прекраснее, чем его представляли себе люди. В нем было много света и радости, но не было человека. Одинокая природа стояла нетронута.

Сана чувствовала, что слабеет. Путь завершался, вместе с ним завершались и ее силы. Наверное, я была создана только для того, чтобы дойти сюда, - размышляла она. Я дойду до цели, и меня не станет. Я знаю дорогу, я много чего знаю, не знаю только ничего о себе самой. Кто я? спрашивала она у прекрасных деревьев и облаков. Природа была безответна.

Сана часто оглядывалась. Прошедший путь манил ее и притягивал. Так много она оставила на дороге, через столько камней перешагнула. Она вспоминала все, что пройдено, всех, кто шел рядом, и, глядя в туманную даль, видела на тропинке знакомые очертания. Вот Юниус, добрый волшебник в смешном плаще, вон там сидит на камне и, облакотившись на клюку, провожает их взглядом Матушка. Чуть дальше ждет, прижимая к груди нечеловеческие руки и с мольбой распахнув нечеловеческие глаза, Верховный Хранитель. Рядом с ним Юко, цветок горит пламенем в ее черных волосах. Где-то вдали, в черной пасти сырого страшного ущелья, угадываются силуэты Учителя Сина и кого-то в зеленом парике. Но эти двое почти не видны, их лица смазаны и расплющены. И повсюду, на дороге, на склонах гор, везде бледно светятся и колышутся под ветром зыбкие фигуры Бессмертных. Они идут мимо призрачных попутчиков, и те тают, растворяются в тумане, бросая вслед прощальные взгляды. А впереди у большого валуна, перегораживающего дорогу, стоит Ке. Он, как всегда, хмурится и ворчит, но они не слышат его голоса. Косичка, друг, брат, человек Он ждет их, присоединяется к ним и идет рядом. Ке по-прежнему настороже, он зорко глядит по сторонам, оберегая их от нежданных врагов, и делает им знаки, мол, все спокойно. Они идут вместе, как прежде. Наверное, из-за поворота сейчас выскочит Тереза. Они ждут ее. Косичка украдкой поглядывает на нее и отводит глаза, если их взгляды встречаются, и она понимает, как же ей плохо и трудно теперь без него. Ей до боли не хватает его ненавязчивого присутствия, надежности, тишины Ну, где же наконец эта Тереза?..

Сана упала. Она хотела крикнуть, чтобы остановить Эли, но сил не хватило, и она улеглась на траву и закрыла глаза.

Эли не сразу заметил, что произошло, и продолжал идти вперед. Почему-то вдруг обернулся и вскрикнул. Сана чувствовала, каким ужасом наполняется его сердце. Он кинулся к ней, упал рядом, взял за плечи и помог сесть.

- Эли, я сошла с ума, - простонала Сана, - я видела их всех

- Кого?! испугался Элиот.

- Всех и Ке тоже. Он шел вместе с нами совсем как настоящий. Я могла даже дотронуться до него! Эли, мне так не хватает Ке

- Мне тоже, - сказал Элиот.

Сана крепко обняла его за шею.

- Эли, мне стало страшно. Что если это какой-то знак? Почему я их всех вдруг увидела? Они стояли на этой дороге, и там, и там

- Успокойся, если ты видела всех сразу, а тем более Ке, значит, это знак, причем хороший. Наш путь приближается к концу, и ничего страшного в этом нет. Наоборот, надо радоваться. Эли улыбнулся. Черт побери, неужели я говорю все это тебе? Обычно бывало наоборот. Помнишь, сколько раз ты вытаскивала меня из болота? Ты всегда находила нужные слова и всегда оказывалась права. Ну, вспомни, моя маленькая наставница. Неужели ты собираешься пасть духом? Что тогда делать мне? Я смотрю на тебя, стараюсь быть таким же сильным и упорным, хотя на самом деле хочется выть. Нет уж, ты не имеешь права раскисать, все это происходит благодаря тебе и держится на тебе. Это твоя работа, малышка, так что возьми себя в руки и поднимайся, у нас мало времени. Давай-давай, поднимайся.

Он поднял ее и бережно поставил на ноги. Сана со страхом взглянула через его плечо. Дорога была пуста. Она успокоилась и взяла его за руку.

Они пошли дальше через высокую траву, усыпанную фиолетовыми и желтыми цветами, вверх по склону.

- Много еще? спросил Элиот.

- По-моему, нет, - сказала Сана.

- А больше ничего не вспомнила? Что насчет Центра Вселенной? А Падший дух планеты?

- Нет, Эли, этого я не знаю. Честно. Я скажу, если вспомню.

Эпизод 45

Сана больше не боялась того, что всплывало в ее памяти, и отвечала на вопросы Эли спокойно. Они идут к цели, к Храму, посвященному крошечной песчинке, самому лучшему месту на Земле. Он должен быть там, по ту сторону зеленых гор. Глубинная память постепенно открывала свои секреты. Перед глазами всплывали давние картины, щемящие сердце. Она видела каменистый холм и приютившееся на его склоне скромное строения без росписей и колоколов. К Храму ведет узкая тропинка, пробирающаяся среди камней, а рядом журчит чистая вода, над которой после дождя стоит радуга. Здесь очень тихо, по ночам слышно, как звенит льющийся на землю хрустальный звездный свет. Внутри Храм так же скромен, как и снаружи. Только маленький алтарь, на который кладутся приношения души. Но по утрам, когда в окна заглядывает поздороваться Солнце, на стенах на несколько мгновений вдруг проявляются чудесные облики. Картины дальних миров чудесны и загадочны. Они вспыхивают и гаснут, оставляя в сердце сияющий след, который светит тебе всю жизнь даже в самой непроглядной тьме. Здесь никого нет, здесь никто не ходит, кроме чистого сердца...

- Тебе не кажется, что стало холодно? озабоченно произнес Элиот, остановившись на зеленой вершине.

Сана отключилась от воспоминаний и ощутила дуновение ледяного ветра. Он не тронул природу, но схватил за одежду людей. Мощный порыв ударил их в спину, желая сбросить с вершины. Они сопротивлялись ветру сколько могли, но в конце концов покатились по изумрудному склону, хватаясь за высокую траву и корни деревьев.

Они плюхнулись в ледяную реку. Небо было чистым, но в воде отражались гонимые ветром тревожные облака. Как странно, подумала Сана и дотронулась до воды рукой. Река тут же превратилась в болото, кишащее скользкими тварями. Она закричала и бросилась к Эли, выливающему воду из потрепанных ботинок.

- Эли, в этой долине живет Падший дух планеты! Я знаю!

Элиот прекратил вытряхивать воду.

- Падший дух убивает прекрасные идеи и начинания, - прокричала Сана, - он пожирает свет и превращает разум во врага сердца!

- Так, спокойно, - сказал Эли, торопливо обуваясь. Ты его видела?

- Не видела, я его почувствовала. Он там, он ждет нас!

- Что же такой гад делает в лучшем месте на Земле?

- Мы сами виноваты, Эли! Он порождение людей! Он живет в грязном болоте и не смеет показываться солнечному свету, но люди сами вызвали его и дали ему силу! Сана закрыла глаза и задрожала. - Мы забыли о главном, и дорога к Храму занесена пылью забвения, людям уже не найти ее не найти не найти

Элиот обнял ее и прижал к себе.

- Успокойся, малышка, успокойся, мы найдем дорогу и этому духу накостыляем, чтобы не селился, где не надо. Пошли.

Они снова двинулись в путь. Сану бил озноб. Она чувствовала себя страшно и неизлечимо больной. Силы уходили с невероятной быстротой. Она уже еле передвигала ноги, но боялась сказать об этом Эли. Он мог растеряться, ведь он так надеется на нее.

- Эли, он здесь, - проговорила она и опустилась на траву, - достань Мастера по Свету. Убей его, ЭлиТолько ты можешь. Ты человек.

Эли достал меч и растерянно огляделся. Он никого не видел. Все цветет, все радует глаз, на небе ни облачка. Как бы он хотел видеть окружающий мир, каким видит его Сана. Тогда он тоже почувствовал бы болотную сырость среди весеннего цветения природы, и знал, куда обратить свой клинок.

- Где он? спросил он.

- Он везде, - ответила Сана, тяжело дыша. Он во всей этой красоте, Эли. Он всегда путает людей, подставляя раскрашенных идолов вместо истины. Он преграждает дорогу к Храму

Элиот совсем растерялся и опустил меч.

- Как же я его убью?

- Вызови его на бой Эли

Элиот вдруг по-настоящему испугался. Сейчас она умрет, подумал он, холодея. Она уйдет и оставит его одного, слепого и ничего не понимающего.

- Ну, дух чертов, ты у меня попляшешь, - прорычал он, сжал рукоятку меча и взбежал на пригорок. Эй, мерзкая тварь, вылезай! Вылезай, поговорим!

Цветущая природа не ответила.

- Вылезай, кому говорю! Ты думаешь, что мы испугаемся и повернем обратно? Ха-ха! Смотри, куда я иду! Смотри!

Эли вошел в ледяную реку, перебрался на другой берег и демонстративно двинулся дальше, делая большие шаги. Он шел, готовый увидеть все, что угодно, самую жуткую тварь, самое кошмарное чудовище. Но навстречу ему никто не вышел.

- Эли, он уже около тебя! Берегись! Ты должен почувствовать его! прокричала Сана с другого берега.

Легко сказать, - подумал он, паникуя. Но надо попробовать. В конце концов, когда-то он умел это делать, просто давно не тренировался. Значит, он около меняУжас какой. Он собрался, прикрыл глаза и мысленно ощупал пространство. С первого раза ничего не получилось, истерически яркие пятна цветущих лугов и неестественно изумрудные горы так и лезли в голову, перебивая идущие извне посылки. Он усилием воли избавился от помех, сосредоточив все мысли на мече, фиолетовый силуэт которого видел даже с закрытыми глазами. Он действительно начал что-то чувствовать. Это что-то облепляло его со всех сторон. Тяжелое и сырое, оно было в каждой частичке пульсирующего пространства. Дух ничего не предпринимал, он, наверное, тоже изучал человека, дотрагивался до души холодными щупальцами и отдергивал их, обжигаясь. Дышал в лицо, заглядывая в глубину сознания. Он был осторожен.

Эли чувствовал все это и не шевелился, скованный ужасом. Если открыть глаза, все исчезнет, и мир снова станет зеленым и цветущим. Но это будет не настоящий мир.

- Я вижу тебя, - произнес Элиот. Отойди и дай нам дорогу.

Пульсация пространства усилилась. У человека бешено заколотилось сердце. Он крепче ухватил меч за рукоятку, хотел взмахнуть им и вдруг оказался в воздухе. Невидимая сила оторвала его от земли и бросила в пустоту. Кто-то держал его за ногу и тащил вверх. Он попробовал освободиться, но не тут-то было. Невидимка крепко держал его и бил о камни, словно хотел вытрясти его душу. И тут выпавший из рук Мастер по Свету вдруг взвился и принялся рубить пустоту, разбрасывая языки фиолетового пламени. Эли перехватил рукоятку, и теперь они вместе кромсали пульсирующее пространство, человек и его оружие.

Тиски разжались, и Элиот упал на землю. Мастер по Свету звякнул о камень. Но враг еще не был повержен. Эли продолжал его чувствовать. Он подобрал меч и снова ринулся в бой. Он не видел врага, только ощущал его пульсацию, и этого было достаточно. Он слышал, как трещит и расходится по швам пространство, что-то ломается, бешено сопротивляясь, уходит в небытие, открывая путь свежему воздуху. Он перестал мыслить, уйдя всем сознанием в яростный бой.

Мастер по Свету сам дал знать, когда все закончилось. Он успокоился и плавно заскользил по воздуху. Эли по инерции продолжал рубить и вдруг понял, что не чувствует сопротивления. Он повалился на траву и закричал:

- Победа-а-а! Победа!- И вдруг запнулся и вскочил.

Изумрудные луга и яркие поляны исчезали, смазывались и перекрашивались прямо у него на глазах. Он посмотрел под ноги, потом недоуменно взглянул на идущую ему навстречу через прозрачный поток Сану.

- Вот мы и пришли, Элиот Рамирес, - сказала она. В ее глаза снова вернулась жизнь. Это - лучшее место на Земле.

Эли огляделся и покачал головой. Да, лучшее место на Земле было прекрасно, но не той истеричной аляповатостью, а спокойствием, чистотой и скромным величием. Синие вершины гордо высились вокруг них. Казалось, горы склоняли головы и благодарили за избавление.

Эли отогнал видение и обнял Сану.

Эпизод 46

Николай не заметил, как подошла Тина. Он сидел в окне и смотрел на залитый черной краской город. Враги стянули к Штабу все свои силы, но почему-то не торопились наступать. В лагере шла неторопливая походная жизнь, со всех концов в черный океан вливались новые потоки, люди и техника продолжали и продолжали подходить. Куда же им столько? думал Николай. Против кого? Неужели враги ожидают встретить тут вооруженную до зубов армию? Смешно. Их разведка плохо работает, если это так. Он смотрел и недоумевал. Уже с имеющимися силами темные могли не оставить от Штаба камня на камня. Конец года приближается, а они что-то не торопятся, словно чего-то ждут. Чего?

- Коля! - услышал он и вздрогнул.

Тина появилась совершенно бесшумно. Ее глаза горели. Опять что-то задумала, - подумал Николай.

- Николай, я иду убирать Спасителя, - заявила Тина, - если хочешь, можешь идти со мной.

Николай спустил ноги с подоконника.

- Как это ты идешь убирать Спасителя?

- Ребята засекли его. Он здесь, в первых рядах наступления. На нем неоновый шлем победителя гонок. Идиот Ну как, идешь?

- Тина По-моему, ты повторяешь ошибку Лина, - сказал Николай. Нельзя туда идти. Наступление вот-вот начнется. И как ты собираешься его убрать?

- Из оружия, разумеется, - нетерпеливо произнесла Тина. Ну что, остаешься? Тогда я пойду одна.

- Тина, это неразумно.

- Неразумно сидеть и ждать, когда нас посадят на кол! выкрикнула женщина. Если они и выиграют, этот паук не доживет до своей победы! Мы все равно умрем, так не все ли равно, как именно!

Она развернулась и побежала к лестнице. Николай чертыхнулся, сполз с подоконника и пошел за ней.

Они вышли из здания не через подвал, а спустились вниз по груде обломков, окружающей Штаб. Тина не хотела, чтобы Ананд знал об их намерении. Николай считал это безумством, однако она была так решительно настроена, что переубедить ее не представлялось возможным. Он понимал, что Тина хочет отомстить за Лина, но это было такой же глупостью, как и попытка доктора отомстить за капитана. Последняя закончилась для всех большой проблемой, которую не может решить даже Мастер. Чем обернется эта? Хотя в одном она права дело идет к развязке и не исключено, что они проиграют этот последний бой. Почему бы не лишить Дона удовольствия наслаждаться победой

Тина неоднократно совершала вылазки в город с разведчиками, поэтому хорошо знала все закоулки развалин и самые удобные пути. Николай шел за ней, оглядываясь на Штаб, и чувствовал нарастающую тревогу. Они пробирались к вражескому стану очень быстро, перебегая от укрытия к укрытию. Наконец Тина залегла и стала наблюдать за позициями противника сквозь щель в треснувшей стене. Николай упал рядом, радуясь возможности отдышаться.

- Вон, смотри, - прошептала она и отползла от щели.

Николай выглянул и сразу увидел круглый неоновый шлем с красной стрелой. Действительно, разведчики не ошиблись.

- Но почему ты уверена, что это Спаситель? Мало ли какой идиот мог нацепить такой шлем?

- Уверена. Посмотри внимательно.

Николай придвинулся к щели поближе. Да, похоже, это Дон. Интересно, как она собирается его пристрелить? Прямо отсюда, или они поползут дальше? Не хотелось бы.

- Откуда будем стрелять? Он обернулся к ней и обомлел.

На него, злорадно посмеиваясь, смотрел Лин. Николай все понял, застонал и ткнулся лицом в землю. Двойник с ухмылкой наблюдал за ним.

- Женщины чувствуют лучше мужчин, произнес оборотень. С ними опасно иметь дело. Я явился к Тине в твоем обличии, но она сразу меня раскусила и снова сбежала. Сильная баба, мне понравилась играть с ней. Пожалуй, я не отдам ее Ибрагиму, лучше оставлю себе.

- Где Лин? спросил Николай.

- Не знаю. Он меня больше не волнует. Он вышел из игры, как и все вы. Из тех, кого я знаю, остались только женщины. Ты уже не в счет. К сожалению, некоторые из вас подохли раньше времени, и я не знаю, к кому перешла их сила, но это теперь не имеет значения. Я уже достаточно силен, чтобы справиться с пророком. А не станет пророка, разорвутся и все остальные связи. Так то.

- Не выйдет, - сказал человек. Не получится.

Он рванулся и попытался сбить двойника с ног, но тот с проворством зверя отскочил и, выбросив вперед раскрытую ладонь, со страшной силой отшвырнул человека от себя. Николай сделал еще одну попытку вцепиться в оборотня, но снова был отброшен с еще большей силой. На этот раз он влетел головой в стену и сполз на землю. Невидимая тяжесть навалилась сверху и сковала руки и ноги. Он не мог шевельнуться, и это привело его в неописуемый ужас.

Двойник вздохнул, отряхнул ладони и подошел к нему, наклонился.

- Не бойся, Воин, тебе не будет больно. Тебя не будут пытать и калечить, потому что твое тело обещано Дону в награду за его большие заслуги.

Оборотень громко клацнул зубами, с размаху запрыгнул на человека верхом и сжал его голову железными руками. Человек задохнулся и провалился во тьму. Он ничего не видел, но ощущал, что его, как сосуд с водой, медленно и мучительно опустошают, высасывают его душу, его внутренности и мозг. Еще немного и останется пустая оболочка, футляр, в который можно поместить что угодно.

Очнулся он от того, что его куда-то несли. Открыв глаза, он увидел идущего рядом Ибрагима.

- Осторожно! кричал тот кому-то. Аккуратнее, это подарок Спасителю! Кладите в транспортировщик и уберите с поля боя! Кому сказано осторожнее!

Снова наступила темнота, в которой бешено кружились неоновые шары с красными стрелами.

Эпизод 47

- Спаситель! Спаситель! К нам едет Спаситель!

Глашатай бежал впереди танка, расчищая дорогу. Люди и машины почтительно расползались, освобождая путь. Дон сидел на башне в неоновом шлеме победителя. Правой рукой он держался за ствол автомата, другая рука мужественно упиралась в бок. Дон смотрел вперед взглядом кормчего, ведущего корабль сквозь шторм. Он еще пребывал в старом теле, но уже не чувствовал себя прежним Доном. Ему казалось, что и подданные смотрят на него как-то по-иному. Может быть, он и вправду изменился?

- Слава Спасителю!

Ему помогли подняться на ноги, поддерживая под локти. Дон расправил плечи.

- Дети мои! выкрикнул он. Дети мои, скоро начнется решающее сражение, и я пришел сюда, чтобы быть рядом с вами! Сегодня мы очистим Землю от проклятых Язычников и откроем дорогу Отцу! Сегодня все решится, а завтра всех нас ждет совершенно новая жизнь, полная удовольствий! Вы победители, и вся эта планета - ваша! Делайте с ней, что хотите, как со шлюхой из барделя! Мы растопчем Штаб! Убивайте их, жгите, пейте их кровь! Они ваши! Мы устроим пир в их Штабе и будем купаться в их крови! Во имя Отца!

- Во имя Отца! заревела толпа.

Эпизод 48

- Не хочу показаться сентиментальным, но сегодня я должен признаться всем вам в любви. Я люблю вас, дорогие мои! Ананд сглотнул ком. Застывшая внизу людская масса не издала ни звука. Сегодня наш последний бой, и от нас зависит, каким будет завтрашнее утро человечества. Мы прошли большой путь и растеряли по пути многих друзей. Я готов поменяться с ними местами, но, к сожалению, подобный обмен невозможен. Они ушли, а у нас остается несколько часов на то, чтобы доказать право человеческой расы на существование! Если люди не смогут отстоять Свет, то для чего нужна такая цивилизация? Право на существование зарабатывается не количеством растерзанных врагов и жестоких побед, а количеством добра! Нам неоткуда ждать помощи. Я видел во сне, как умирают миры, я видел агонию нашей Вселенной. Но Земля все еще жива, и враги ничего не смогут с этим поделать. Мы здесь, мы во всеоружии, мы выстоим, и отсюда, с этого места Свет начнет свое новое восхождение! Большинство из нас не доживут до этого момента, но те, кто уйдут, будут помогать оставшимся своей молитвой на небесах. Мы все встретимся там, братья и сестры, и когда-нибудь вернемся в этот мир и узнаем друг друга. Но сегодня мы еще здесь, и мы должны собрать все силы и бороться, чтобы нам было куда возвращаться! Он замолчал, преодолел волнение и продолжил: - Вы будете вспоминать эти дни и рассказывать о них своим внукам. Здесь, на этом месте, будет воздвигнут Храм любви и согласия в память о тех, кто боролся за торжество Света, и каждый народ, представители всех рас Вселенной заложат в его основание свой камень! Я вижу этот Храм, он будет сиять ярче любого солнца! Ради этого мы сегодня здесь, ради этого погибли наши друзья! У нас есть целых четыре часа! Четыре часа! Судьбы мира могут решаться за минуту, а у нас таких минут больше двух сотен Вместе!

Толпа взорвалась и громыхнула громче тысячи снарядов:

- Вместе!

Эпизод 49

Танки взревели одновременно. Низкое небо всколыхнулось от разорвавшего пространство звука тысяч одновременно заработавших механизмов. Вслед за этим задрожала земля, возвещая о начале наступления. Последнюю атаку возглавляли машины. Они должны были взять противника в кольцо и обездвижить, загнать в угол, откуда его потом без труда достанут победители. Атака не могла затянуться, потому что защитники Штаба малочисленны и практически безоружны.

Механищзмы двигались в свете прожекторов четкими рядами, вспахивая развалины. За ними лениво следовали люди, предоставившие право на победу своим стальным воинам. В тылу шли приготовления к торжествам и массовым пыткам и казням, которые, по расчетам темного войска, должны были начаться очень скоро, еще до полуночи.

Машины сжимали кольцо, не встречая никакого сопротивления. Они подошли к укреплениям Штаба почти вплотную, и из-за баррикад неожиданно посыпались люди. Контратака защитников человечества была молниеносной и странной. Безоружные люди облепляли боевые машины, идущие впереди, закрывали смотровые окна, глаза орудий и приборов, и ослепшие танки неуклюже вертелись на месте, наезжая друг на друга. Возникшая толчея приостановила наступление. Машины, не сумевшие прорваться вперед из задних рядов, принялись палить по зданию и в считанные минуты разрушили его надземную часть окончательно. В ночное небо тяжело поползли клубы дыма. Тем временем контратакующие, прыгая по башням танков, перебирались к центру и вступали в рукопашный бой с живой силой противника. Темное войско не ожидало такого поворота. Пришлось срочно менять тактику. Вскоре все орудия были обращены внутрь, но не могли стрелять из-за давки и риска попасть по своим. В конце концов эпицентр сражения переместился от Штаба почти в самый тыл врага.

Ночные прожектора освещали поле неравной битвы, конец которой, казалось, был предрешен. Но те, кто находился в меньшинстве, не собирались сдаваться, они собирались биться до конца, повергая врагов в недоумение. Не понимая, почему победа не произошла в ожидаемые сроки, темные направили к Штабу разведчиков, которые должны были выяснить, в чем дело. Может быть, защитники человечества получили подкрепление? Или какое-то волшебство сила дает им упорство и силу? Разведчики вернулись и сообщили, что в здании остались только дети и раненые, а все, кто способен сражаться хотя бы зубами, включая женщин и стариков, находятся здесь.

Как не храбры были защитники человечества, их с каждой минутой становилось все меньше, и на втором часу сражения они были полностью окружены. И тогда над полем боя прогремели усилители: Достаточно, господа, достаточно. Война окончена. Поздравляю с победой. А ты, пророк, если не хочешь, чтобы твоих людей искромсали на твоих глазах, прикажи им прекратить сопротивление. Надоело.

Ананд взглянул на небо. Казалось, обладатель громового голоса, находится где-то там. Только что на его руках умер Буран, заслонивший его от огня, он был в шоке и плохо соображал. Что хочет от него этот странный голос? Почему он говорит, что война закончилась? Ведь они еще сражаются и будут сражаться столько, сколько потребуется Он медленно покрутил головой, глядя на дерущихся. Они Что осталось от его войска? Они продолжают биться и падают, повсюду тела его друзей, а он снова жив Вот храбрый мальчик Салам еле держится на ногах, а защищает его, своего Мастера Нет, так нельзя. Если он может кого-то из них спасти, он должен это сделать. Осталось не так много времени, если он отвлечет внимание на себя, эти ребята могу выжить.

Он бережно опустил Бурана на землю, потом выпрямился и поднял руку.

- Я согласен!

Сразу остановить сражение не удалось. Пока весть о том, что Мастер сдался, разошлась по всему полю боя, прошло еще полчаса. Ананд мысленно отсчитывал минуты.

Когда бой окончился, его людей сразу оттеснили от него, только Салам прорвался сквозь кордон, и они вдвоем остались стоять в окружении танков, нацеливших на них орудия.

Ананд не сомневался, что появится двойник. Он не ошибся. Танки зарычали и немного расступились, пропуская оборотня. Сейчас он снова был Лином.

- А ты, щенок, почему еще жив? спросил двойник, взяв Салама двумя пальцами за шиворот. А ну-ка, пошел отсюда.

- Нет! выкрикнул парень. Я не уйду!

Его стали оттаскивать, но он так яростно упирался, что оборотень махнул рукой:

- Ладно, оставьте его, пусть посмотрит на мучения своего Мастера вблизи.

Двойник обошел вокруг них, посвистывая, остановился перед Анандом.

- Знаешь, почему ты проиграл? спросил он дружелюбно. Потому что пока я работал, ты спал, пророк. Ты сам знаешь, что с людьми надо работать, их надо вести, постоянно показывать дорогу, поддерживать под локоток. А твои хозяева их бросили, оставили на произвол судьбы. Вы дали им свободу выбора, вот они и выбрали сами. Они выбрали меня. Чего же теперь обижаться? То, что предложил я, понравилось им больше. Эта кучка болванов, которая собралась вокруг тебя, состоит из неудачников. Те, кому удалось чего-то добиться в жизни, не пришли к тебе, им плевать на твои идеи. Конечно, я могу всего этого тебе не говорить, но я хочу, чтобы хотя бы перед концом ты избавился от своих заблуждений насчет людей. Они глупы, жадны и жестоки. Поверь мне, уж я-то их давно раскусил. Тебя послали на Землю, но не дали правильных инструкций. Надо было со мной посоветоваться, прежде чем придумывать какое-то Учение Братства. Прекрасные идеи, прекрасные Они давно устарели, пророк. Они неуместны. Когда люди сыты и одеты, им ничего больше не нужно. Понимаешь? Не могу не признать, что вы сражались храбро. Удивительно, как такая маленькая кучка людей могла столько времени морочить голову целой армии. Конечно, все дело в силе так зазываемых Воинов. Кстати, я скушал и Николая, остались две бабенки, но с ними я разберусь позже. Девчонка желтого пригодится мне самому, а твою пухленькую женушку я отдам солдатам. Прости, таковы правила игры, пророк. Он вздохнул, помолчал немного и покачал головой: - А как все красиво начиналось Сейчас уже поздно об этом говорить, но ты почти что победил меня, пророк. Если бы ни глупость твоего приятеля, меня бы сейчас здесь не было. Твои хозяева дали вам столько силы, что я никак не мог пробиться сквозь нее, хотя на моей стороне было почти все человечество, все звери и птицы. Да, все на моей стороне. Ты, наверное, уже догадался, что я тот самый Отец, на которого вся эта шушера работает. Благодаря силе твоего лучшего друга доктора я получил возможность материализоваться в вашем мире и устроить все свои дела. На людишек нельзя особенно рассчитывать в таких серьезных вопросах, они слишком трусливы. Вон сколько дней не могут взять один Штаб с жалкой горсткой защитников. Они и сейчас разбежались бы, если бы не я. Мда, это было роковая ошибка... Но она уже сделана. Теперь все мы с тобой уровнялись в силе и через - он оттянул рукав и взглянул на часы, - и через час и сорок пять минут я стану царем вселенной, и уж на этот раз я не позволю никому мешать мне. В моем мире не будет никакой свободы выбора. Вообще, люди в нынешнем их виде совсем мне не нравятся. Посмотри, что это за головы? Он пощупал свою голову, провел руками по телу. Что это за туловище? Как можно жить с двумя руками и одной головой! Согласен? Ничего, я это быстро поправлю. И я постараюсь дать тебе возможность все это увидеть. Скоро, совсем скоро, потерпи немного И прошу тебя, не обманывай себя пустыми надеждами. Никакой помощи с небес не будет. Они бросили вас, они ушли, впали в спячку. Понял? Мы все контролируем. Да, на Земле есть еще твои сторонники, но они прочно заблокированы, им перекрыты все дороги. Так что Давай присядем. Или ты собираешься стоять на ногах час и сорок пять минут?

- Уже тридцать пять, - медленно произнес Ананд. Ты болтал целых десять минут.

Двойник рассмеялся.

- Здорово ты это сказал, мне понравилось. Не напомнишь, сколько раз умирала человеческая цивилизация? Нет? На моей памяти раза три-четыре. Знаешь, почему это происходило? Потому что умирал дух планеты. Он и сейчас мертв, его умертвили сами люди, так что вам некого винить, ни небеса, ни меня. Пробудить его может только мировой катаклизм, что и происходило в конце каждого периода. Случался конец света и цивилизация прекращала свое существование. Потом появлялась новая, вначале прекрасная и духовная, которую рано или поздно постигала та же участь. А почему? Потому что просыпалась истинная природа человека и гадила на все это прекрасное и духовное. Видишь, пророк, и ради этой цивилизации ты так старался!

- Ты мне надоел, - сказал Ананд. Не боишься потерять время на болтовню?

- Все время принадлежит мне, - добродушно улыбнулся оборотень. Оно мое.

- Может быть, последние полтора часа.

Ананд сел на землю и скрестил ноги.

Эпизод 50

Николай задыхался от духоты. Все люки транспортировщика были задраены, и внутри стоял смрадный запах каленого железа, пота и спиртного. Снаружи грохотало. Машина вздрагивала от дальних разрывов. Наши бьются, - думал Николай, кусая губы, - а я тут валяюсь как бревно. Он не понимал, что с ним собираются сделать и для чего Спасителю понадобилось его тело. Может быть для пересадки органов? От этой мысли мутилось сознание и шевелились волосы на голове.

Люк распахнулся и внутрь ввалились трое военных. Машина заработала и поползла. Через некоторое время транспортировщик остановился, и военные выволокли его наружу. Он с наслаждением вдохнул пропитанный гарью ночной воздух и огляделся. Машина стояла у фосфорически поблескивающей в темноте огромной походной палатки. Там, где шел бой, горизонт окутывал бурый туман. Это было далеко. У Николая защемило сердце, и собственное положение показалось таким безнадежным, что хотелось зарыдать в голос. Он проглотил подступившие слезы, потому что из палатки появился Ибрагим.

- Ну что, добро пожаловать, шеф, - произнес он, промокая жирные губы салфеткой. Не представляешь, как тебе повезло. В твое вонючее тело собирается переселиться сам Спаситель.

У Николая подкосились ноги. Ухмыляясь, Ибрагим стал грубо щупать его, проверяя, все ли у него цело. Заставил открыть рот, проверил голову на вшивость, заглянул даже в ноздри и удовлетворенно похлопал по щеке.

- В порядке.

- А упаковка с бантиком? прохрипел Николай.

- Будет, все будет, - осклабился Ибрагим и сделал знак военным вести пленного в палатку.

Внутри палатки царил полумрак, горели свечи, на стенах, покачиваясь от сквозняка, висели плакаты с непонятными знаками. Горящие свечи источали одурманивающий аромат, и Николай почувствовал, что начинает засыпать.

Дон восседал в высоком кресле, по бокам стояли адъютанты и бритоголовые телохранители. Неподалеку сидело на полу отвратительное человекообразное существо, покрытое бурым мехом. Спаситель оглядел пленного с ног до головы и брезгливо сказал:

- Вымыть. Я не могу взойти на трон в таком виде. Они там в своем Штабе не моются. От него воняет. Вымыть! И поторопитесь! До коронации почти ничего не осталось!

Вновь оказавшись на воздухе, Николай немного пришел в себя. Он сидел в луже, а вокруг суетились бритоголовые, Ибрагим орал на всех, отдавая распоряжения. Николай все еще находился в полусне, и голоса доходили до него как сквозь вату. Он качался, готовый упасть в холодную лужу и заснуть. И вдруг выпрямился и широко открыл глаза. Он увидел на дороге размытую фигуру человека. Человек вышел из мрака и упорно шел посередине улицы в направлении палатки, держа руки в карманах. Свет прожектора упал ему на лицо. Это был доктор Лин. Николай почему-то сразу понял, что это настоящий Лин, а не оборотень. Что-то подсказало ему это. Друг выглядел ужасно, но был жив. Жив! И появился, как всегда, вовремя!

- Ли-и-ин! заорал Николай, собрав все свои силы. Ли-и-ин! Помоги! Сюда!

Лин, кажется, увидел его. Он замедлил шаги, а потом снова двинулся вперед, но ускоренным шагом.

- Ты думаешь, это твой дружок? Ошибаешься. Ибрагим посмеялся и распорядился: - После всего проведете общую дезинфекцию. На всякий случай.

- Лин! снова закричал Николай. Он был уверен, что не ошибается.

Его взяли под мышки и куда-то поволокли, а он упирался и продолжал кричать:

- Лин! Лин!

Бритоголовые смеялись над ним, пинали и тащили. Они веселились, пока подошедший человек вдруг не подпрыгнул и не ударил огромного Ибрагима ногой в солнечное сплетение. Тот согнулся пополам и беззвучно рухнул головой в грязь, так и застыв задом кверху. Бритоголовые открыли рты, подавившись своим смехом. Они выпустили Николая, и он плюхнулся в лужу. Теперь пришло его время смеяться. Охранники попятились, видя, что человек с искаженным яростью лицом движется на них. Никому из них не пришло в голову броситься к палатке, где находится ни о чем не ведающий Спаситель, предупредить его. Они просто сорвались с места и разбежались, унеслись в темноту.

- Ты знаешь, что я больше не Воин? спросил Лин.

- Ну и что, я тоже, - хохотнул Николай. Это как дочка, которая приходит к матери и говорит: Мамочка, я больше не девушка.

Лин приподнял уголки губ и серьезно сказал:

- Смешно.

Он развязал Николая и помог встать на ноги. Николай обнял друга.

- Спаситель говорит, что я воняю. Это правда?

- Ужасно воняешь, - сказал Лин и наконец улыбнулся и кивнул в сторону палатки: - Он там?

- Готовится к переходу в мое вонючее тело.

Лин направился к палатке. Николай схватил его за руку.

- Стой, ты теперь с ними не справишься! Там куча народу и еще какой-то мохнатый урод и всякие магические знаки на стенах. Тебя заколдуют.

Лин подумал немного, наклонился над лежащим в дурацкой позе Ибрагимом, пошарил по его карманам и достал оттуда пистолет.

- Возьми, Коля, ему он больше не пригодится.

Николай взял оружие. Это Лин, значит, нет смысла пытаться его отговорить. Все равно он сделает то, что собирается сделать, а он, Николай, опять пойдет за ним. Может быть, в такой ситуации правильнее было бы сесть на транспортировщик и рвануть отсюда на помощь друзьям, но Лин уже принял другое решение.

- Что с Тиной? спросил доктор самое главное.

- Тина пока цела, - сказал Николай, - но меня, Дэвида, Клару и Салама обчистили.

- Значит, он получил силу пятерых Воинов, - задумчиво произнес Лин. Это плохо. Теперь он сможет справиться с Анандом. Надо поторопиться. Сражение началось?

- Боюсь, оно уже закончилось. Кто он такой, этот вампир?

- Отец.

Николай открыл рот. Он был потрясен.

Он догнал Лина у самой палатки.

- Давай я войду первым, а то его сердце не выдержит двойной радости.

- Нет. Некогда.

Они одновременно откинули полы палатки и ворвались внутрь.

У Ибрагима всегда было отличное оружие, он любил оружие и умел выбирать его. Николай, почти не целясь, уложил бритоголовых телохранителей. Двое адъютантов сами бросились на пол, заложив руки за голову. Теперь путь к Дону преграждал только мохнатый. Он, как и Спаситель, был потрясен их приходом.

Лин поднял с полу неоновый шлем и раскрошил его ударом о колено. Дон вскочил на ноги и отбежал в дальний угол.

- Скрым, спаси меня! завопил он.

- Не бойся, - усмехнулся мохнатый, оправившись от неожиданности. Он уже не опасен, он ничего не может.

- А что можешь ты? процедил Лин. Покажи мне свои способности.

- Что ж, смотри.

Скрым провел по воздуху пальцем и нарисовал черную полосу. Полоса расширилась. Наверное, это была щель, ведущая в один из черных миров. Оттуда вырвался невидимый вихрь страшной силы, прошелся по палатке, срывая магические знаки, и вернулся обратно, засасывая все, что было внутри. В черную щель полетели застреленные телохранители, ковры, свечи, разлетевшийся в щепки трон. Адъютанты держались изо всех сил за каркас палатки, но ноги их болтались в воздухе. Николаю тоже пришлось вцепиться в металлический каркас. Только Лин продолжал стоять неподвижно. Смерч набрасывался на него снова и снова, рвал за одежду, но человек не шелохнулся. Щель затянулась.

Тот, кто назывался Скрымом, почесал мохнатое брюхо, нерешительно потоптался и исчез.

- Учитель! снова завопил Дон. Куда же ты? А я?!

- А ты пойдешь со мной, - сказал доктор Лин. На этот раз никто не утащит тебя сквозь стену.

Николай взял адъютантов на прицел, и те снова грохнули на пол лицом вниз.

- Вперед! заорал Лин таким страшным голосом, что Спаситель без лишних слов бросился к выходу.

За руль транспортировщика сел Николай. Он вел машину и недоверчиво поглядывал на Лина.

- Послушай, развей мои сомнения, - проговорил он наконец. - Как тебе удалось устоять? Если бы раньше, я бы понял, а теперь

- Я зацепился ногами, - сказал Лин.

- Что?

- Каркас пола из прутьев. Под коврами были прутья. А ты что подумал?

- Я подумал, что - Николай махнул рукой. Я просто идиот.

Транспортировщик ворвался в тыл темного войска. Враги отскакивали, недовольно гудели, но, замечая торчащую на башне голову Спасителя, расплывались в улыбке и уступали дорогу. Николай повел машину напрямик, надо было торопиться. Стрельбы нигде слышно не было. Похоже, сражение действительно завершилось. Лин разглядывал врагов в увеличитель и скрипел зубами от ярости.

- Коля, поверни направо, мне показалось, я вижу пленных, - сказал он, потом пнул Дона в бок и прорычал: - А ну улыбайся, скотина!.

Транспортировщик на полном ходу свернул направо.

- Спаситель! К нам едет Спаситель! слышались радостные возгласы.

За рядами походных палаток открылось хорошо освещенное пространство, до отказа забитое пленными. Люди сидели на земле с заложенными за голову руки, между ними ходили киберы с электрическими дубинками. В лагере царило буйное веселье. Темное войско уже отмечало победу. Люди и чудовища бродили в обнимку, орали песни и палили в воздух. Спешно сооружались какие-то конструкции, похожие на виселицы, разжигались костры.

- Там держат наших, - сообщил Лин, продолжая смотреть в увеличитель. Не думаю, что Ананд среди них, но мы должны освободить их.

- Отлично! Николай сдернул пломбу с панели управления огнем. Это было проще, чем возиться с кодами. Сейчас все сделаем.

Транспортировщик не вместился в просвет между палатками и подмял одну из них под себя. Враги засуетились, не понимая, что происходит. Из люка продолжала торчать улыбающаяся голова Спасителя, но машина вела себя странно.

- Огонь, скомандовал сам себе Николай

Бортовая пушка развернулась вокруг своей оси и прочертила огненную линию по цепочке вооруженной охраны. Бритоголовые попадали на землю. Поднялся шум, завопила сирена. Транспортировщик, рыча, перелетел на другую сторону загона для Хороших людей и полоснул белым лучом по шеренге киберов. Механизмы мгновенно обуглились и скукожились. Николай еще раз прошелся по краю загона, сметя остатки заграждения, и включил внешнюю связь.

- Ребята! Выходите, разоружайте их и ай да к Штабу! заорал он во всю глотку. Бой не закончился! Мастер в опасности! Вместе!

Пленные, кажется, только этого и ждали. С воинственным криком они набросились на охрану, в минуту смели ее и устремились к лагерю. Все произошло очень быстро. Пьяный лагерь даже не пытался сопротивляться. Люди и звери с трудом соображали и оставались лежать посреди дороги, втоптанными в грязь, так ничего и не поняв. Вырвавшаяся сила сметала все на своем пути.

Транспортировщик мчался впереди стихийной контратаки, а искаженное ужасом лицо Спасителя продолжало торчать из люка. По пути Хорошим людям удалось захватить несколько боевых машин, и теперь их атака напоминала настоящую войну, а не мятеж.

- Вперед! орал Николай. Вперед!