Аннотация: Дети из разных стран попадают в неизвестное место, где их сознания переносятся в сознание солдат, участвующих в боевых действиях в зоне проведения СВО. Рассказ буквально интерпретирует концепцию скрытого ребёнка, таящегося в душе каждого взрослого.
То, что всё это происходит по-настоящему, а не какой-то розыгрыш со стороны взрослых или тупой челлендж, Матвей понял сразу. Если у него и были сомнения, то только первые пару часов пребывания здесь. После, - они все автоматически отпали. Впрочем, как и у всех остальных ребят очутившихся тут.
Инопланетяне подкупали своей честностью и открытостью. Они не сюсюкули и не пытались специально подбирать слова, а разговаривали как обычно взрослые разговаривают между собой. И пусть Матвей не знал значения многих слов, общий смысл сказанного легко доходил до его мозга. Это было похоже на разговор с папой, только папа старался разъяснять каждое непонятное слово, но общий результат был одинаковый, - Матвей всё прекрасно понимал.
Честность инопланетян не вызывала никаких сомнений. На их уровне развития им просто нечего было скрывать, - это они так сами говорили. И даже лица они скрывали для чистоты эксперимента, чтобы не навредить психике испытуемых, а если уж кому-то так сильно хотелось взглянуть на их обличие, в качестве последнего желания разрешалось и это. А ещё они отвечали на любые вопросы, - что как бы уже тоже говорит само за себя! И они никогда не уставали и не раздражались. Даже папа иногда уставал от его вопросов, а инопланетяне нет, хотя конечно их и в разы больше.
В общем, инопланетяне изучали человечество, как сами люди наблюдают, например, за животными, в их естественной среде обитания. Причём изучали уже довольно давно, - не меньше двух тысяч лет точно. И вроде бы, уже изучили всё что можно и программа была практически завершена, но оставались ещё какие-то вопросы по-поводу смерти человека, в самом широком понимании этого понятия. Как человек умирает? Мгновенный это переход или бесконечный? Почему разные люди умирают по разному? Одни до ужаса боятся смерти, а другие принимают её со смирением. Одни готовы ради сохранения жизни отдать всё что угодно, другие жертвуют своей добровольно. А так как сейчас на Земле началась очередная большая война, а как всем известно где война там и смерть, инопланетяне посчитали это благоприятным моментом чтобы возобновить исследования.
Это только то, что Матвей успел запомнить, на самом деле там миллион вопросов для изучения, вплоть до квантовой вероятности внепространственного перехода души, но это уже совсем заумная фигня, которую могут понять только большие ученые. Правда, что интересно, пока инопланетянин говорил, абсолютно всё казалось просто и понятно. Но сейчас Матвей не смог бы объяснить и половину того, что рассказывал инопланетянин, даже под угрозой смерти... Невеселая шутка, если учесть цель, с которой они все тут находятся...
Поскольку они ничего не скрывали, этот момент также был объяснён достаточно подробно. Правила были просты до безобразия и их мог понять даже детсадовец. А Матвей, между прочим, в этом году пошёл в первый класс. Правда успел отучиться только две недели, после чего, прямо по дороге со школы, и попал сюда, но это не важно, возраст то не поменялся. Короче, у всех был шанс вернуться домой, надо только чтобы твоя команда победила. А если ты сам десять раз побеждаешь соперника в индивидуальной дуэли, тебя тоже отпускают. Правда, своим уходом ты автоматически ослаблял свою команду, но лично Матвею на это было бы плевать, он бы не задумываясь вернулся домой, вот только вряд ли ему это когда-то светит...
Всех возвращают в тоже место и в ту же минуту, в которую их забрали. Бывают, правда, небольшие смещения в несколько часов, но это, как говорили сами инопланетяне, неизбежные риски временных перемещений, из-за беспрерывных флуктуаций квантового поля Вселенной.
Команд было много. Что-то около пятидесяти или шестидесяти. Инопланетяне называли точное число, но Матвей не запомнил. Точно больше, чем групп в его бывшем детском саду. В группы набирали детей от пяти до десяти лет включительно, так как по словам инопланетян, в этом возрасте ребёнок уже имеет почти все черты взрослого человека, сформировавшееся сознание, но при этом сохраняет пластичность ума, а "мозги" ещё не забиты глупыми стереотипами и догмами. В одной команде находилось от пятнадцати до двадцати человек. Количество тоже от чего-то зависело, но поскольку число человек напрямую не влияло на шансы победить, ибо групповые турниры были редкостью, это было не важно.
По каким только признакам инопланетяне их не разделяли! В одной группе были одни китайцы, таких групп, кстати, было больше всего, во второй одни негры, в третьей - белые, в четвёртой одни девочки, в пятой - мальчики, в следующей- христиане, в другой - мусульмане, ну и так далее, - всех не упомнишь. Потом шли разделения по странам. Не по всем, а по наиболее представительным в геополитическом плане на современной Земле.
Естественно, по первости Матвей хотел попасть в команду России и даже обижался, что его забросили не пойми куда. Но потом инопланетянин ему всё понятно объяснил. Их команда называлась Интернациональной или коротко "Интер", и была даже круче, потому что в неё входили представители со всей Земли. Действительно, у них в команде были и китаец и негр, и мусульмане и буддист, и девочки, и по возрастам тоже все разные. Как сказал сам инопланетянин, их группа похожа на СССР, а Матвей точно знал, так как папа об этом много говорил, что СССР был намного больше и сильнее России. И пусть СССР давно развалился и их команда не представляла реальной силы на Земле, это не имело никакого значения, - правила едины для всех. Вот и здесь, они занимали место выше России и шли на пятой строчке общего рейтинга, а Россия только на девятом.
Сейчас на первом месте шли ДЕВОЧКИ! И это не шутка, если что! Матвей, да и остальные парни, в начале удивлялись этому факту, думали что инопланетяне им подыгрывают. Но после личной встречи в коридоре, по дороге в столовую, Матвей на личном опыте убедился в их силе и полной безбашенности. Одна девочка так сильно приложила его об стену, что он чуть не потерял сознание, и если бы не инопланетянин, наверное вообще бы убила. А самое обидное, сделала она это ПРОСТО ТАК, чтобы показать всем свою силу и превосходство над мальчиками. Матвей даже не смотрел на неё. Одним словом, команда девочек не просто так занимала первую строчку рейтинга, они были абсолютно дикими и непредсказуемыми.
На втором месте были Китайцы, - те которые представляли именно свою страну. На третьем мусульмане, потом американцы и потом их команда. Дальше шли арабы, евреи и негры, в отличие от китайцев, эти наоборот не представляли каких-то отдельных стран и входили в команды по цвету кожи и ещё каким-то признакам. И только потом шла Россия.
То есть их команда была существенно выше и шансы на возвращение домой соответственно тоже. Это не могло не радовать, хотя радоваться особенно и нечему, - победить девочек и китайцев нереально, а десять индивидуальных побед, лично для него, ещё больше нереально.
Другое дело Мазид. Он являлся самым опытным бойцом в их группе. У него уже было восемь побед и никто не сомневался, что он добьётся ещё двух. Само собой, все в команде завидовали ему, но вслух ничего не говорили. Мазид был лыс и смугл, будто провёл всё лето на даче или на пляже. Несмотря на низкий рост, - ниже только сам Матвей да ещё парочка человек, он отчего-то казался старше остальных. Хотя на самом деле ему исполнилось только девять лет, а в их в команде были и десятилетки. Он почти никогда не улыбался, но при этом, если смотреть ему только в глаза, наоборот, казалось что он всё время весело ухмыляется. А ещё он очень много всего знал, как папа, а может быть даже больше.
Мазид являлся неофициальным лидером команды. Существовал, конечно и официальный лидер, - долговязый мальчик из Франции Раян. Но в их команде, опять же по причине отсутствия групповых турниров, эта должность ровным счётом ничего не значила. Хотя в других группах имелись командиры и они обладали не иллюзорной, а вполне реальной властью. Они строили свою команду, к примеру для похода в столовую, указывали где кому сидеть, стоять, чем заниматься, давали наставления перед боем и так далее. Но в их команде сложилась такие отношения, и Матвей был этому рад. Возможно, если совместных групповых турниров станет больше, а с учётом того что война на Земле не собиралась заканчиваться, такое могло произойти в любой момент, роль лидера в команде существенно возрастёт, но пока было так.
Мазид сам подошёл к Матвею на третий день его пребывания в этом месте. Из первого дня он вообще почти ничего не помнил, всё прошло как в тумане, да и второй, честно говоря, тоже. До этого Матвей практически ни с кем не общался. Не то чтобы он был каким-то букой, и не хотел с кем-нибудь подружиться, но что в детсаду, что в школе, с друзьями у него как-то не ладилось. Матвей чаще играл один, из-за чего он больше любил наблюдать и обследовать всё в одиночестве. Вот и в тот день он исследовал игровую, в которой они проводили больше всего времени. Надо сказать, что компоновка комнат была очень похожа на детсадовские группы: спальня, туалет, самая большая комната - игровая. Ну и конечно, две отдельные комнаты с постоянно закрытыми дверями, где проводились "занятия". Одна маленькая, - одиночная, и большая, - для групповых состязаний.
Комнаты выглядели совершенно обычно, - "по-земному". Матвей очень тщательно искал, но не нашёл никаких особенностей, которые говорили бы о том, что всё это построили инопланетяне. Стены как стены, выкрашены в светло-зелёный цвет, с весёлыми рисунками мультяшных животных и растений, белый потолок, деревянный пол. Единственное, что выдавало ненормальность обстановки вид из окон. Их было ровно четыре, тоже кстати совершенно обычных пластиковых, и за каждым один и тот же вид на дерево во дворе, только в разное время года. За одним всегда зима, за вторым, - весна, ну и так далее.
Эта странность, естественно, по первости привлекала всех новичков. Не стал исключением и Матвей. Он в очередной раз сидел на подоконнике у окна, с видом на вечную зиму. Там как раз пошёл снег и белые хлопья обильно сыпали с невидимого неба, заслоняя обзор и прилипая к раме с другой стороны. Матвей пытался найти малейшую трещинку куда можно было бы засунуть, например линейку, когда сзади незаметно подошёл Мазид. Некоторое время он тоже смотрел в окно, а потом уселся рядом:
- Я думаю, мы не на космическом корабле, как здесь все говорят, - проговорил он без каких-то предисловий. - На самом деле это какое-то подземелье. Большая пещера. Я видел такие дома. И, инопланетяне эти, - обычные роботы.
Матвей лишь неопределённо хмыкнул и пожал плечами.
- А это, - Мазид кивнул на вид за окном. - Голограмма. Хотя надо признать качественная.
Он снова вперил свой взгляд в падающий снег.
- Ты русский, - без вопросительных интонаций произнёс он.
Матвей замешкался. Во-первых, он всё время забывал, что все ребята здесь из разных стран, так как все они разговаривали на чистейшем русском языке, хотя остальные утверждали, что всё как раз наоборот, и все общаются на языке их страны. Во-вторых, в их семье никто никогда не говорил какой они национальности. В детсаду и школе им рассказывали, что в России живёт много народов, но все они называются россияне. Хотя логично предположить, что раз у него мама русская и папа русский, значит он и сам русский.
- Да, - негромко ответил Матвей, качнув головой.
- Русские хорошие, - задумчиво сказал Мазид, погружаясь в воспоминания. - Они освободили нашу страну от террористов и спасли меня и мою маму от смерти. Я из Сирии. У нас была война и если бы не русские военные, то нас бы всех убили.
Матвей не знал, что на это сказать. По-честному, он даже не знал где это. Хотя он знал много стран. В их с братом комнате висела большая карта мира, и папа часто показывал, где какая страна находится. Но вот о такой стране, - Сирия, - он не слышал. Поэтому он просто промолчал.
- Меня зовут Мазид, - тем временем продолжал Мазид.
Он протянул Матвею руку.
- Матвей, - ответил Матвей, пожимая протянутую руку. Подумал, добавлять ли что он из России, но резонно решил, что это глупо, по всей видимости, Мазид и так это знает.
- Матвей, я хочу тебе помочь. Ты ещё не был на испытаниях, - без всякого перехода быстро заговорил Мазид. - Сегодня у вас будет первая тренировка. Будь осторожен. Я знаю, пришельцы вас уже проинструктировали, а всё что они говорят навсегда остается в мозгу. Но этого может быть недостаточно. Помни! Всё происходит взаправду. Нас в действительности подселяют в голову к реальным людям. Тебе может показаться, что ты в игре и всё понарошку, из-за этого многие начинают делать глупости. Но как вас предупреждали, если умрешь там, умрешь и здесь, по-настоящему! Хоть это пока и тренировка, правила те же самые. Можно погибнуть и на тренировке. А если и не погибнуть, то покалечиться. Если там тебе оторвёт руку, здесь тебе её, конечно, никто отрывать не будет, но она со временем высохнет сама. Не говоря уже о том, что боль от таких травм просто ужасная
Матвей вспомнил, что видел таких ребят в других группах.
- Я понял, - кое-как выдавил он из себя.
Мазид убедился, что Матвей действительно воспринял его слова и продолжил свой инструктаж:
- Ещё! Ты не будешь управлять человеком, как каким-нибудь роботом. Даже не надейся! Это совершенно другое! Мы отвечаем в основном за эмоции людей. Поэтому если ты посреди боя захочешь убежать и спрятаться, у тебя ничего не выйдет. Многое зависит от силы воли того человека, с которым происходит сопряжение, но даже самый слабовольный боец, не сразу поддается эмоциям, хотя бы потому, что боится наказания со стороны командиров и старших товарищей. Конечно, если всё время будешь ныть и плакать, то рано или поздно у твоего бойца тоже случится нервный срыв, он забьётся в какую-нибудь канаву и начнёт рыдать. Я видел подобное не раз.
Мазид ненадолго замолчал, видимо вспоминая что-то. Матвей в это время всеми силами пытался справиться со своим страхом. Не в коем случае не показать, как сильно он боится, чтобы его не посчитали трусом и слабаком.
- Поэтому держи себя в руках, не реви и не плачь, - снова заговорил Мазид. - Я уверен, ты справишься! Ты же русский! Запомни! Только в случае когда ваши желания совпадают, ваши действия становятся наиболее эффективными. Потому внимательно слушай что тебе говорят, выполняй все приказы. Можно вообще ничего не делать, только наблюдать со стороны. Это самый простой путь и многие так и поступают. Но такие бойцы долго не живут, у них развивается чувство апатии или по-другому, - безразличия. Им становится всё равно на свою и чужую жизни. Какое-то время это помогает. Но конец всегда один, - такой боец быстро находит свою смерть.
Мазид хотел сказать что-то ещё, но в этот момент в игровую зашёл инопланетянин, - куратор их группы. Поскольку все инопланетяне носили одинаковую одежду: неизменный белый халат, белые штаны и белые тапочки, - как у медсестёр. А также непроницаемую шлем-маску, наподобие тех, которыми пользуются шпажисты на соревнованиях (пару лет назад они с папой смотрели Олимпиаду и Матвей запомнил их одеяние). Отличить их можно было только по голосу, но Матвею казалось, что он уже научился узнавать их "воспитателя", до того, как тот заговорит.
- Ребята, строиться, - коротко сказал инопланетянин и встал посреди комнаты.
Все дети молча бросили свои занятия и двинулись к середине игровой, выстраиваясь в шеренгу по росту. Каждый заранее знал своё место, поэтому никакой толкотни, как на уроках физкультуры, не было и в помине. Матвей вместе с Мазидом также соскочили с подоконника и заняли свои места в строю.
Что неизменно поражало Матвея, так это то, что в строю все всегда стояли ровно и прямо, никто не разговаривал, не смеялся и не делал какую-нибудь другую глупость. А с высоты своего житейского опыта Матвей знал, что такие люди всегда найдутся. В любом коллективе будет человек, который не может простоять спокойно и пяти минут, не отчебучив очередную, как ему кажется, оригинальную шутку. Но здесь все стояли смирно, даже те кто в обычной жизни был весьма непоседлив. А тот удивительный факт, что никто не плачет и не проситься домой, Матвей списывал на нежелание показаться трусом и слабаком в глазах других. По крайней мере, у него было именно так.
- Сегодня у нас пройдёт первая тренировка для новичков, - произнёс куратор, когда построение закончилось. - Все правила вам уже были озвучены вчера, поэтому предлагаю пройти в комнату номер два, для групповых занятий.
Инопланетянин начал перечислять имена и названные ребята, всё также молча, без пререканий и истерик, по очереди подходили к закрытой двери комнаты номер два. Услышав своё имя Матвей незаметно вздрогнул, но тут же собрался и встроился в новую колонну. Всего получилось шесть человек, пять мальчиков и одна девочка. Девочку, кстати, звали Оля и она тоже была из России, как она сама говорила из Подмосковья. Но после того происшествия в коридоре столовой, Матвей немного опасался всех девочек. Да, конечно, она в их команде, но кто знает, что у неё на уме. Был ещё Заур, но и с ним общение изначально не задалось. Хотя Заур не был новичком и первым подошёл знакомиться, когда узнал что Матвей тоже из России. Заур спросил Матвея из какого он региона, тот ответил, что живёт в Новосибирске. Потом Заур сказал откуда сам, но Матвею название этого региона ничего не говорило, он понял только, что Заур кавказец. Поняв данный факт и то, что Матвей слишком мал, чтобы быть ему полезным, Заур сразу потерял к нему всяческий интерес.
Уже во время этого короткого разговора стало понятно, что друзьями им не быть. В силу своего возраста Матвей не мог внятно сформулировать причину возникшей взаимной неприязни. Но будь он немного постарше, наверняка сказал бы, что Заур очень заносчивый и надменный.
Инопланетянин разрешил остальным разойтись по своим делам и подойдя к их группе, открыл перед ними дверь. Комната оказалась похожа на кабинет врача, белые стены, потолок и даже пол. Сходство усиливали множество кресел, расставленных вдоль стен, похожих на стоматологические, только более удобных и с боковой поддержкой. Большинство ребят сразу присмирело, с опаской оглядываясь по сторонам. Матвей не боялся врачей, и стоматологов в частности, но ему было страшно от самого факта ожидания неизвестности впереди.
Матвей не хотел умирать.
- Можете занимать любое место, - проговорил инопланетянин, указывая рукой в белой матерчатой перчатке на ближайший ряд кресел.
Дети, не спеша, начали расходиться по комнате, подходить к креслам, осматривая и ощупывая их словно в мебельном магазине. Матвей двинулся в самый дальний угол и тоже, не удержавшись, потрогал мягкую обшивку кресла. Поверхность была невероятно мягкой и приятной на ощупь, как шерсть маленького котёнка.
- Можете усаживаться, - напомнил о себе пришелец.
Матвей вскарабкался на кресло, немного повозился, ища наиболее удобное для себя положение и улёгся, откинув голову назад. Только сейчас он заметил закрепленный на подголовнике шлем. Матвей понял, почему сразу не увидел его. Шлем был полностью зеркальным и сливался с окружающим пространством. Поскольку сейчас он находился прямо перед глазами, Матвей видел на его изогнутой поверхности, своё искажённое лицо, с расширенными от страха глазами.
- Надеваем шлемы, - мягко проговорил инопланетянин. - Не бойтесь. В настоящий момент они отключены, с вами ничего не произойдет.
Сердце в груди стучало с такой скоростью, что Матвею казалось, будто промежутки между ударами отсутствуют вовсе, в ушах стоял один бесконечный гул.
Трясущимися руками Матвей взял в руки шлем и кое-как водрузил его на голову, в процессе несколько раз неудобно замяв одно ухо. Вспомнилось как мама часто поправляла ему уши, чтобы они не заминались под тёплой шапкой-ушанкой, аккуратно проводя ладонями под шапкой, когда он зимой одевался в детсад. Он наяву почувствовал прикосновение нежных маминых пальцев. Очень сильно хотелось плакать, но слёз не было.
Внутри шлем оказался прозрачным, это немного отвлекло Матвея от грустных мыслей. Он с интересом покрутил головой и поводил глазами по сторонам, убеждаясь, что может беспрепятственно смотреть в любую сторону.
- Ребята, желаю всем удачи, - вкрадчиво произнёс инопланетянин.
- Желаю удачи, сынки, - не стандартно закончил полковник свою речь перед строем вновь прибывшего в воинскую часть личного состава.
Уже в конце построения Макару внезапно стало плохо. Неожиданно закружилась голова, а земля под ногами поплыла удаляясь, словно он за пару секунд вырос на метр с лишним. Собственное тело стало каким-то не родным, в один момент он почувствовал себя непропорционально большим и сильным. Ощущения были донельзя странными. Испугавшись, что сейчас грохнется в обморок, Макар ненадолго закрыл глаза и попытался успокоиться. Сосчитав до десяти, он выровнял дыхание. Открыл глаза. Вроде бы помогло, только ощущение большого роста ещё сохранялось. Чувствуя себя глупо, он всё же посмотрел по сторонам, - нет, он не стал на две головы выше других людей. Всего лишь игры подсознания.
Крайние подразделения уже ушли с плаца. Наконец дошла очередь и до них. После общего сбора командиры взводов повели свои подразделения получать оружие. Поскольку времени на раскачку не было, тренировочные стрельбы должны были начаться сегодня, точнее прямо сейчас.
Макару казалось, что он служил в армии сто лет назад. Как неожиданно выяснилось, к его тридцати с небольшим годам, многое из армейского уклада жизни уже успело позабыться, но что хорошо, - вспоминалось всё тоже очень легко.
После получения оружия, рота выдвинулась на полигон. Как и во времена его армейской юности, во время марш-броска, чтобы отвлечься от физических нагрузок, Макар старался размышлять о чём угодно, лишь бы не думать об усталости. От армейской службы мысли сами собой унеслись ещё дальше, сначала в студенческие, а потом и вовсе в школьные годы. Не с того ни с сего вспомнилась мама, накатила меланхолия и тоска по дому, в которой ему, возможно, уже не суждено вернуться. К горлу подкатил комок.
"Да, что же со мной происходит?! Хватит!" - мысленно одернул себя Макар. Сначала на плацу, теперь, здесь! Что-то рано он расклеился! Прошло лишь пару дней после того как его призвали. Понятно, что сейчас он проходит точку невозврата. Чтобы не случилось дальше, с этого момента его жизнь уже никогда не будет прежней. В любом случае, оттуда он вернётся (если вернётся) другим. Страшно! Безусловно страшно! Макар, всегда умел признаваться самому себе в собственных слабостях. Но это не значит, что надо уже сейчас ложиться и помирать! Такой настрой только ускорит негативный исход!
Размышляя подобным образом, Макар сумел взять себя в руки и к моменту, когда они добрались до места, полностью взбодрился.
Матвей будто просыпался ото сна. На какое-то время он полностью стал Макаром, слившись с ним в единое целое. А поскольку "объём" сознаний был далеко не равный. Правильней будет сказать, что его сознание просто растворилось в другом, более мощном и большом. Сейчас он словно выплывал на поверхность огромного водоёма, только не разом и целиком, а очень медленно и по частям. Вернее сказать, его силой вытаскивали и собирали личность заново, ясное дело кто. Само понимание этого процесса, также приходило извне. Но никаких неприятных ощущений он при этом не испытывал, похоже на пробуждение после тяжелой болезни, но только никакой боли нет.
По мере приближения к полигону, Матвей всё больше и больше осознавал себя и когда они прибыли на место, окончательно восстановился, вспомнив кто он и где.
Мазид был полностью прав. Никаким "роботом" тут и "не пахло". Он был и собой и Макаром одновременно. Описать эти ощущения другому человеку, не испытавшему подобное на себе, решительно невозможно. Единственная, наиболее близкая ассоциация, - глубоко "уйти в себя", - когда о чём-нибудь очень сильно задумаешься, но при этом продолжаешь выполнять какие-нибудь монотонные действия "на автомате". Главная разница в том, что Матвей не мог по собственной воле выйти из этого состояния и всегда оставался "внутри себя".
В принципе, Матвей чувствовал, что тоже может управлять их общим телом. Но поскольку он постоянно находился "в себе", скорость и отклик мышц на его желания был ослаблен и заторможен раза в два. Ну и, как предупреждал Мазид, всё зависело от силы воли сопряженного с тобой человека. Например, если сейчас Матвей очень сильно захочет остановиться, вряд ли у него это получится. Поскольку Макар очень мотивирован, после утреннего происшествия на плацу и пытается доказать, прежде всего самому себе, что может справиться с любыми трудностями. Максимум чего можно добиться такими действиями: либо бег просто замедлится, либо же, что вероятнее всего, они начнут запинаться, возможно даже упадут, но Макар тут же поднимется и более Матвей уже ничего не сможет сделать.
Подводя итог, можно сказать, что Макар лучше и полнее контролировал тело, но зато Матвей "видел" все его мысли и мог управлять эмоциями, что несомненно круче. В то время как Макар даже не подозревал о его присутствии. В целом, Матвею даже нравилось в этом теле. Быть взрослым, большим и сильным, в этом несомненно имелись свои плюсы.
Матвея так и подмывало проверить границы собственных возможностей. Казалось, возьми он сейчас автомат за ствол и сможет переломить его об колено. Но он помнил слова Мазида и старался не совершать глупостей. Внимательно слушая, что ему говорят и делая всё, что делает Макар, вернее сказать вместе с ним.
На полигоне им раздали патроны, - по три полных рожка. И наконец-то началось самое интересное. На некоторое время Матвей даже забыл, где он находится и для чего. Он был взрослым и держал в руках настоящее оружие! Что может быть круче! Конечно, в реальности, стрелять из настоящего автомата оказалось намного сложнее нежеле в компьютерных играх. При длинных очередях, приклад довольно чувствительно ударял в плечо, а ствол автомата всё время норовило увести вправо и вверх. Но Матвей вместе с Макаром постепенно учились и, в принципе, у них неплохо получалось. Вернее сказать, по-настоящему учился только Матвей, Макар же вспоминал старые навыки, а вместе с ним "вспоминал" и Матвей.
Далее, после отработки навыков боевой стрельбы, следовала тренировка по метанию гранат.
Ещё во время инструктажа, Матвей почувствовал странное беспокойство. Весь его азарт и восторг от стрельбы внезапно улетучились, растворились без следа. Он словно заново осознал, всю серьёзность происходящего. Это не игра, всё взаправду! В его руках настоящее оружие из которого убивают.
Капитан, руководивший их тренировкой, предупредил, что из трёх гранат две учебные, а одна боевая. Соответственно, нужно быть предельно осторожными. На этих словах, страх о котором Матвей на время забыл, вернулся к нему с новой силой. Он, вместе с Макаром, заметил, что и остальные люди в строю также присмирели, внимательно слушая и наблюдая за действиями инструктора.
Капитан назвал первую фамилию и из строя вышел совсем молодой парень. Если Макар правильно помнил, - его звали Данис. В какой-то момент, пока тот шёл к окопу, они встретились с ним взглядом, и Матвея словно ударило током. Каким-то шестым чувством он понял, что это один из них, - "внутри" призывника находится такой же "подселенец", как он сам. И более того, Матвей не понимал как, но он точно знал и ни капельки в этом не сомневался, что это Данияр из Казахстана.
Но что ещё было также совершенно очевидно, без задействования каких-либо сверхъественных сил, - он очень сильно боялся. Уже когда он кидал первые учебные гранаты, стало ясно, что добром это не кончится. Матвей даже отсюда видел, как у того дрожат руки. "Да, что он в армии не служил что ли?!" - Матвей услышал как Макар ругается про себя. - "Или он всю службу только кусты красил, да дорожки подметал!". Но, в отличие от Макара, Матвей точно знал, что дело не в том служил этот парень или нет, а в том, что ребёнок внутри него очень сильно напуган. Положение усугубил и капитан. Начав злиться на нерасторопность и непонятливость подчиненного, тот принялся кричать на него, от чего парень ещё больше разволновался.
Складывалось впечатление, что капитан намерено подначивает непутевого бойца, иначе объяснить его действия никак не получалось. Ибо закономерный итог подобных действий казался очевидным для всех, кроме самого капитана. Именно так рассуждал про себя Макар, и именно это и произошло в следующую секунду. Из-за того что, от страха мобилизованный солдат чересчур крепко сжимал гранату в руке, он слишком поздно разжал побелевшие от напряжения пальцы, практически просто отпустив её в воздухе, на излёте своего замаха. Из-за чего граната, по отвесной траектории упала вниз, уткнувшись в бруствер окопа и, крохотную долю секунды полежав на месте, медленно покатилась по пологому склону вниз.
Видимо, капитан действительно этого ждал, потому что ещё до того как граната коснулась земли, скомандовал: "Ложись!". А сам бросился к замершему на месте бойцу, вероятно намереваясь отдёрнуть его на себя, подальше от эпицентра взрыва.
Дальнейшее Матвей уже не видел, поскольку Макар незамедлительно лёг на землю, прикрыв голову руками.
Раздался взрыв.
С замиранием сердца Макар приподнялся на руках и заглянул вглубь окопа, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь поднявшуюся в воздух пыль и дым. Поскольку со дна окопа не доносилось никаких криков, можно было предположить два крайних варианта. Но и Матвей и Макар, до последнего верили в положительных исход. Ведь капитан успел добежать до бойца прежде чем прозвучал взрыв. Макар, а вместе с ним и Матвей, даже заметили как тот схватил мобилизованного за рукав и потянул на себя. Но реальность безжалостно разрушила их надежды. Ещё до того как видимость полностью восстановилась они увидели поднятый вверх окровавленный обрубок руки.
Следовало отвернуться, перестать смотреть на это ужасное зрелище. Но страшная рана наоборот словно магнитом притягивала к себе взгляды окружающих, в том числе и их.
Волна страха и ужаса захлестнула его в одного мгновение. Матвей впал в шоковое состояние. Сам он, конечно, об этом не знал, в этот момент он вообще ничего не знал и не понимал. Он разом забыл кто он и где находится, его словно парализовало и он не мог оторвать взгляд от хлещущей из обрубка руки крови. Единственное оставшееся у него желание, было закричать во весь голос, но и этого он не мог сделать, будто кто-то сопротивлялся и не давал открыть рта, а горло сжали сильные руки.
Но в итоге, эмоциональная волна поднявшаяся откуда-то из глубин его сущности, как ядерный взрыв смела все заслоны на своём пути. И, когда крик наконец то вырвался наружу, Матвей очнулся в своём кресле. Первым его желанием было бежать, но какая-то мягкая сила придавила его к креслу и не давала сдвинуться с места. Немного побарахтавшись, поплакав и покричав, он быстро выдохся и почти сразу почувствовал как невидимая сила ослабевает. Поняв что нужно просто не двигаться какое-то время, Матвей замер. Но его терпения хватило секунд на пять, возможно он мог бы пролежать и дольше, если бы не непрекращающийся крик. Несмотря на прозрачный шлем, источник крика Матвей увидеть не мог, поскольку видимость ему загораживало соседнее кресло. Хотя он уже и так догадывался, кто это кричит и почему.
К счастью, этих секунд вполне хватило. Матвей осторожно поднял правую руку и не встретил никакого сопротивления. Быстро стянув с головы шлем он соскочил с кресла и осторожно обошёл соседнее кресло. Вокруг уже собрались ребята, которые освободились раньше него. На белоснежном полу валялся Данияр. Он уже почти успокоился, лишь изредка всхлипывал, а может просто потерял голос, но продолжал со всей силы сжимать, побелевшими от напряжения пальцами левой руки, предплечье абсолютно невредимой правой руки. На кристально чистом полу не было ни капли крови.
Инопланетянин-куратор также стоял рядом. Матвей не смог вспомнить находился он здесь изначально или незаметно подошёл позже. Только сейчас до него стали долетать слова инопланетянина, произносимые обычным ровным голосом, как у учителя в школе:
- Как мы и говорили, согласно правилам все повреждения, полученные вами в ходе проведения эксперимента, будут проецироваться и на ваши настоящие тела здесь. Реакцию на что, вы и можете наблюдать сейчас у вашего товарища. Однако, первые визуальные последствия данной травмы проявятся и будут видны вам лишь через двадцать четыре земных часа. Также, напоминаю, что смерть сопряженного с вами в эксперименте человека, незамедлительно приведёт к вашей смерти и здесь.
Мы хотим, чтобы вы понимали, что это делается не для того чтобы причинить вам боль, а чтобы у вас появилась дополнительная мотивация находить решение тех задач, которые возникают у вас в ходе проведения эксперимента. Помогать сопряженным с вами людям выжить, дабы достичь максимальной эффективности и идеального сопряжения.
Все дети внимательно слушали инопланетянина и даже Данияр перестал всхлипывать и стонать, устало уставившись в потолок.
- Чтож, на сегодня эксперимент окончен, - продолжил инопланетянин, - можете идти отдыхать. Но не забудьте умыться, так как скоро ужин.
Ребята молча двинулись к выходу. Словно сомнамбула Матвей поковылял на негнущихся ногах вслед за всеми. И только Данияр так и остался лежать на полу, но Матвей услышал как инопланетянин обращается к нему:
- Данияр, ты тоже можешь идти в комнату отдыха. Не переживай твое тело, за исключением правой руки до того места где она была оторвана у сопряженного с тобой человека, абсолютно здорово. Тебе ничего не угрожает. С каждым часом боль будет становиться менее интенсивной пока не исчезнет совсем, но твоя рука перестанет двигаться, тебе придёться с этим смириться.
Данияр, что-то тихо ответил, но Матвей не разобрал слов. Уже выходя из комнаты он увидел как Данияр неуклюже пытается встать опираясь только на левую руку, в то время как правая висела неживой плетью. Матвей поспешно отвернулся.
На выходе его уже ждал Мазид.
- Я знал, что ты справишься, - одними глазами улыбнулся Мазид.
Матвей лишь молча кивнул, соглашаясь.
Следом появился Данияр. Взоры всех ребят обратились на него, но он ни на кого не глядя, по-прежнему сжимая, пусть и не так сильно, недействующую руку, побрёл через всю комнату к большому дивану. Остальные поспешно раступались переде ним, освобождая путь.
- Как? - коротко спросил Мазид.
- Граната, - в тон ему ответил Матвей, скривившись от неприятных воспоминаний.
Он внезапно посмотрел на Мазида другими глазами.
- Откуда ты знал?! - неожиданно выпалил Матвей.
- Что? - не понял Мазид.
- Что кому-то оторвёт руку!
Мазид опустил голову:
- Я не знал. С новичками такое постоянно происходит, очень редко когда все возвращаются целыми.
Почему-то Матвей сразу ему поверил. Ничего не ответив, он пошёл на "своё" место, - в угол рядом с диваном. Усевшись прямо на мягкий и тёплый пол, Матвей откинулся на спинку стоявшего рядом дивана и вытянул ноги, устало закрыв глаза. Совсем как папа, когда приходил вечером домой с работы.
- Я говорю правду, - Мазид стоял рядом. - Я не шпион.
- Я верю, - просто ответил Матвей, не открывая глаза.
Мазид понимающе кивнул, но не стал больше ничего говорить и отошёл в сторону. Матвей был благодарен ему за это. В голове царила звенящая пустота.
Как и сказал куратор, через некоторое время прозвучал короткий сигнал извещающий о начале ужина. Ребята начали строиться в колонну. Матвей нехотя поднялся и занял своё место, стараясь не смотреть на Данияра.
Зашёл инопланетянин.
- Молодцы, ребята, - похвалил он их отряд за быстрое построение. - Идёмте на ужин.
Они вышли в широкий коридор и направились в столовую.
Из остальных комнат уже выходили другие группы. Матвей скривился, - слева показалась команда Украины. А чуть впереди шла команда России. Сейчас снова начнётся!
Разумеется, все команды, мягко говоря, недолюбливали друг друга. Но то, как украинцы ненавидели русских, не поддавалось никакому объяснению. Вот и сейчас не успела украинская команда ещё полностью выйти в коридор, как в сторону России понеслись крики и оскорбления. Никогда в своей жизни Матвей не слышал таких грязных и страшных слов. А он, несмотря на свой возраст, умел материться. В школе, в разговоре с пацанами, они иногда употребляли матерные словечки, да и опять же, в Интернете блогеры также часто использовали нецензурные слова. Но здесь, дело было даже не в самих словах, а в том ЧТО именно украинцы желали русским. Даже просто слушать всё это было до крайности не приятно. И с каждым разом они придумывали какую-то новую мерзость, будто упражняясь в злом остроумии.
Нередко такие перепалки заканчивались потасовками, в которых участвовали почти все члены обеих команд. И это притом, что официально драки между командами были строго запрещены. Но почему то, в такие моменты, кураторы всегда оказывались где-то в стороне и не сразу успевали разнять всех дерущихся, хотя в остальное время им прекрасно удавалось предотвращать разного рода конфликты ещё до того как они начинались. Будто они читали мысли. Хотя кто их знает, может и читали.
Но пожалуй самое отвратное, лично для Матвея было то, что украинская команда каким-то образом поимённо знала всех ребят родом из России и в их команде, и во всех других тоже. Поэтому им тоже часто прилетало, пусть и в меньшей степени.
- Эй, русня, вы ещё не все передохли?!! - криво улыбаясь, оглушая, во весь голос прокричал большой и толстый паренёк из украинской команды.
В его сторону понеслись ругательства, но тот ещё больше заулыбался и подбадриваемый другими участниками своей команды, продолжил кричать:
- Ну ничего! Скоро ЗСУ вас всех перебьют! Мой батько рассказывал как они каждый день давят и рвут на части танками руснявых солдат!
Кто-то из российской команды всё-таки не выдержал и бросился с кулаками на толстого мальчика. Но тот, естественно, ожидал этого и, не смотря на свои габариты, ловко увернулся в сторону, из-за чего бежавший на него парень пролетел мимо и со всего маху врезался в стену. На подмогу ему уже бежали другие ребята из российской команды, включая нескольких девочек, но впереди всех, словно вынырнувший из ниоткуда ураган, сметая всех на своём пути, несся Мазид.
Где-то позади заулюлюкали американцы подбадривая украинскую команду. По большому счёту, им было плевать и на тех и на других, так как сами они никогда не вмешивались, но им нравилось наблюдать за подобными зрелищами.
Кураторов, как обычно, рядом не оказалось. Матвей приподнялся на носочки ища глазами "своего" куратора. Тот вместе с украинским куратором уже двигался в их сторону, но почему то был сильно впереди всей группы, хотя ещё несколько секунд назад шёл буквально в двух шагах от них. И конечно, в этот момент к нему подбежал мальчик из украинской команды, который с первого дня его невзлюбил. Он был одного роста с Матвеем и даже чем-то похож на него самого. Но по честному, это ничего не решало, Матвей никогда в своей жизни по-настоящему не дрался и не умел этого делать. Максимум что он делал, - пару раз боролся с одноклассниками и то не всерьёз.
- Что вылупился, ватник?! - грубо проговорил украинец и пока Матвей соображал как бы "пожестче" и погрубее ответить, тот со всей силы ударил его кулаком в живот. - Получай, грёбанный орк!
Внутри будто разожгли костёр. Весь воздух разом вылетел из лёгких, а вот вдохнуть его обратно Матвей уже не смог. Он понял что задыхается. Заваливаясь на пол, сквозь туманную пелену Матвей увидел подошедшего куратора, и только тогда дыхание словно разблокировали. Что было дальше он уже не видел, глаза заволокло слезами.
Очнулся Матвей за столом с ложкой в руке. Как он здесь оказался и что было после того как он упал на пол, Матвей не помнил совершенно. Словно он телепортировался во времени. Он с недоумением уставился на ложку с какой-то кашей. Есть не хотелось совсем. Либо он наелся пока был в бессознательном состоянии, либо из-за всего произошедшего у него просто пропал аппетит. Мама часто так говорила.
Так и не донеся ложку до рта, Матвей положил ей обратно в тарелку и посмотрел по сторонам. Напротив сидел Мазид и ещё один мальчик из их команды. Нижняя губа у Мазида слегка припухла, но он не обращал на это никакого внимания. Судя по всему ужин уже заканчивался, так как многие уже доели и теперь ждали команды куратора, чтобы встать из-за стола.
И действительно, через пару минут куратор скомандовал, что можно идти в свою группу. Их команда не сговариваясь одновременно встала из-за столов. Матвей также поднялся со своего места, замешкавшись лишь на пару секунд.
Всё оставшееся до отбоя время Матвей проходил как во сне, никого и ничего не замечая. Что-то во всем этом было неправильное. Откуда столько ненависти? Конечно, Матвей знал, что на Украине идёт война, папа не раз об этом рассказывал, да и в школе они рисовали рисунки и писали письма российским бойцам на фронт. Но разве он лично сделал кому-то из них плохо? Почему они хотят не просто победить в войне, допустим, убить всех российских солдат на поле боя и снова отвоевать свою страну, а уничтожить всех русских людей поголовно, даже тех кто не воюет, включая женщин, детей и стариков? При том, судя по тем страшным словам, что они кричат в сторону российской команды, они хотят не просто убить всех русских, так сказать, победить в честном поединке. Но как можно сильнее помучить, поиздеваться, причинить как можно больше боли и страданий, не только солдатам воюющим на войне, но и их близким, - родителям, детям, жёнам, словно какие-то маньяки.
Вдобавок, вспомнилось и вчерашнее происшествие с девчоночьей командой. Там вообще полная дичь! С ними даже никто не воевал и они ненавидели его и других парней, просто потому что они родились мальчиками!
С одной стороны понятно, - все они соперники. А здесь идёт жестокое соревнование, где на кону твоя жизнь. Но ведь инопланетяне никому специально не приказывали ненавидеть своих противников. Матвей ни разу не слышал от их куратора подобных речей и он был уверен, что и в других группах никто не призывает никого убивать и ненавидеть. Ведь правила едины для всех, а инопланетяне никогда не врут.
Матвей был уверен, что не уснет этой ночью, но как только все улеглись, он почти сразу отключился.
С утра он долго не мог понять где находится, и почему ночует в детсаду. Но потом всё вспомнил и конечно сильно расстроился. К счастью, завтрак прошёл без происшествий. Круторы зорко следили за всеми, а украинской команды вообще не было видно.
Почти сразу после завтрака куратор объявил о продолжении соревнований. К своему удивлению, Матвей даже не испугался, а наоборот где-то глубоко в душе был рад, что вновь очутится на Земле, пусть и не в своём теле. Да, конечно, все эти так называемые соревнования, смертельно опасны, можно умереть, покалечиться и так далее. Но одновременно, по своему было интересно и если вести себя аккуратно, то велика вероятность, что всё будет хорошо.
А в том что сегодня его снова выберут, Матвей даже не сомневался. И когда куратор назвал его имя, он не вздрогнул, а спокойно поднялся и занял своё место в строю. Сегодня для испытания набирали как молодых, так и опытных бойцов, среди которых оказался и Мазид. Сам не зная почему, Матвей был рад этому обстоятельству. Последней в строй встала Оля.
- Что ж, ребята, - начал инопланетянин. - Как видите, сегодня наши новички отправляются на испытания вместе с более опытными членами команды. И я хочу обратиться именно к ним, - он сделал небольшую паузу. - Несомненно, в первую очередь, вы все бьетесь за себя лично, чтобы поскорее оказаться дома с вашими родными и близкими. Тем не менее, вы не просто так объединены в команды, как показывают наши расчёты, совместные действия людей, почти в любых обстоятельствах, увеличивают шанс на конечный успех более чем в два раза. Посему, хоть вы и вольны поступать как сами сочтёте нужным, я прошу более опытных ребят, по мере своих сил и возможностей, помогать нашим новичкам.
Кто-то из опытных бойцов молча кивнул, но большинство осталось стоять неподвижно.
- А теперь прошу проходить во вторую испытательную комнату, - инопланетянин открыл двери.
В помещении ничего не изменилось и Матвей хотел занять "своё" место, но его опередила Оля. Он обижено посмотрел на неё, но ничего не сказал. Пришлось карабкаться на соседнее кресло. Теперь всё выглядело не таким страшным как в первый раз. Матвей не дожидаясь команды куратора надел шлем и вновь удивился его полной прозрачности. Он повертел головой, быстро осматривая устраивающихся ребят, чтобы успеть до того как их "вырубят". И всё же небольшой мандраж давал о себе знать, - руки и ноги немного подрагивали. Он напряг мышцы, но дрожь от этого только усилилась.
- Всем удачи, - проговорил своё традиционное пожелание инопланетянин. - Погружаемся.
https://vk.com/club236689927