Жизнь удалёнщиков из Валиной избушки по-прежнему пестра событиями. Мона и Кржиштоф тоже не отстают от них: теперь у них есть престижная работа в далекой Неваде - надо только добраться до места и осмотреться. Студентка Вера летит за ними следующим рейсом.
Оказывается, релокации еще не кончились: персонажей растаскивает по миру - и похоже, уже навсегда - какая-то тайная движущая сила. Наверное, это Провидение...
Мона и Кржиштоф после работы в пятницу отправляются в деревушку под Клином, чтобы встретиться с тамошним батюшкой. На ночевку они попадают в домик, населенный удалёнщиками...
- Лобстеры не рептилии, - уточнил я. - И они занимаются янтарем с Балтики - так что скоро стану тебя одаривать: как только найду где у них склад... В уголках рта у нее появилось подобие улыбки. - Ну, может это и к лучшему... - непонятно проговорила она. - И что? Так-таки только один янтарь? - Нет конечно, - радушно возразил я. - Еще перламутр - ну, который из мидий. Спермацет из китов... В общем, "дары моря". - Звучит соблазнительно, - улыбнулась Зинаида.
Такие вещи Хромов ощущал остро, даже графично, и если кому-либо эти нелепости не были заметны... - таких он считал счастливчиками, которым хоть брызнь в глаза - всё божья роса...
Рассказчик проводит ночь в увеселительных заведениях своего родного города Гамбурга. Его впечатления можно назвать "страшными" - да так оно и есть на самом деле. И в этом - вехи времени.
Поместье во Франции. Его владелец-художник принимает у себя гостя. Две юные весталки - компаньонки хозяина - загорают и купаются. Но вот гостю приходит в голову хитроумный план...
- Это у тебя-то слёзы?! - ухмыльнулся он. - Может просто аллергия на пыльцу? - Это у тебя на пыльцу... дурак. Кстати, никому из маститых такого сроду не удавалось - вызвать у меня слезы. Ни Кафке долбаному, ни Прусту, ни Набокову
Договор с полигоном Неваде внезапно оказывается расторгнутым. Мона и Кржиштоф летят в Москву, Вера с Ефимом остаются в Лас-Вегасе. И тут от шейха приходит предложение...
"Ну вот и еще одна оказалась в конце концов там, где ей быть и положено", - подумал про себя автор, когда услышал про новость с Мирандой. Признаться, он чувствовал себя довольным: его доморощенные предвиденья подтвердились.
На радиоканале один за другим появляются неожиданные посетители, геккон отправляет Светлану и Алика в автошколу, а Насте наконец приходит время рожать.
В избушке удалёнщиков репетируют драму Шекспира. Но драмы разворачиваются одна за другой и помимо сцены: сам собой в домик возвращается израненный неразменный козёл, попадает в беду Натан Мудрый, бежит из погреба муниципальный служащий, а главное - Марс стронулся со своей орбиты. И известный миллиардер тут не при чём.
Герои "Повести без названия" снова с нами: Алик летит со Светланой на Азоры, в Париже они встречают Жанетту, и герою удается еще пройти первичные тесты в Иностранный Легион. Но и по возвращении в Питер жизнь продолжает предлагать им сюрпризы и нештатные ситуации.
Время перемен: Света уезжает к мужу в Швейцарию, Алика назначают на ее место заведующим, одна за одной увольняются его сотрудницы, и наконец Настя решает вернуться из Владивостока домой, в Питер.
Жизнь у Светы, Алика, Хромова и прочих персонажей бьёт ключом - одна перемена сменяется другой, как бы сами собой рождаются дети, мужчины, как им и положено, испытывают судьбу, женщины заботятся об очаге. Конца этому не предвидится...
Рассказчик, служащий редакции небольшого развлекательного журнала в немецком городке Бейцене, решается на брак со своей давнишней приятельницей. Однако их обоих подстерегает неожиданное...
- А мы их сперва напугаем! - ни мгновения не задумываясь отвечает Медуза. - Разошлем листочки, что мол тогда-то туда-то явиться с вещами. Запас еды на три дня и всё такое... А потом мы подъедем на бусике и всех их спрячем. Ты умеешь водить автобус? - Не знаю... - отвечаю я неуверенно. - А что там водить? Завел мотор и едешь себе... - Вот видишь, - восклицает Медуза, - как всё чудесненько складывается!
Работник архива и преподаватель русского языка без конца попадает в истории с соседями, знакомыми и просто с чужими людьми. Однако история с его ученицей - владелицей конезавода - оказывается по-настоящему серьезным испытанием.
До домика удалёнщиков под Клином неожиданно добирается похититель Миранды, служащий ратуши Клегг - у тут же оказывается запертым в погребе со съестными припасами. А затем Мону Лизу и Кржиштофа навещает в его московской квартире миллиардер Маск.
- Гром и молния... - вдруг проговорила Ванесса не своим голосом, замирая на стуле. - Громовая погода. - И добавила, секунду подумав: - Доннерветтер... - Ты что? - поинтересовался я. - У тебя глюки? - Ваджо... - медленно произнесла она, с тупым выражением глядя перед собой. - Что ваджо? - не понял я. - Ва-ад-жо... ва-ад-жо... - раздельно и внятно повторила Ванесса, а потом глаза ее закатились и она медленно поползла со стула на пол - я едва успел ее подхватить.
Глюоны с соседнего с областным городом ракетного полигона странно действуют на местное население. Власти рекомендуют закрывать форточки. Героя рассказа тем временем накрывает чувство к красавице Айгуль, для которой глюоны, однако, не сделали исключения...
Мона Лиза с ребенком и матерью благополучно покидают охваченную восстанием Асмэру, Слава с Серёжей празднуют окончание строительства коттеджа, квадробер Оксана получает полставки лаборанта в морге у Тимоши - жизнь продолжается. Даже мечта Моны о собственном заводике вот-вот осуществится.
События и встречи сменяют друг друга как в калейдоскопе - и вот Алик снова летит в Париж. Его сопровождает сильфида Анастасия. Сбудется ли предсказание Златы Лилиной?
У персонажей романа время релокаций: Мона в Эритрее, в Асмэре, Ефим и Вера в Неваде, Слава с Серёжей целые дни проводят на стройке коттеджа. Но в течение пары недель всё меняется... и даже козёл-трансформер выстреливает наконец в небо свою маскировочную сеть.
Спички из карельской березы теперь необходимо упаковывать в пленку, и герой отправляется в командировку на заводик в Болотин. Но всё не так просто - комадреха уже вышла на след.
Илья Муромец работает на стадионе "Динамо". Он работает и у себя дома - "на печи", как он выражается, Самсон же работает только на стадионе. "Самсон, зэ риэлтор", - представляется он, когда видит незнакомых.
События сменяют друг друга пёстрой лентой: нога у Алика постепенно срастается, Зиновьева предлагает ему сделку с реинкарнацией, а затем его вызывают к геккону - и назначают заведующим эфиром.