Стырта Ирина Владимировна : другие произведения.

Е. Плужник: Я - скрипач в пивнушке "Mon Ami"

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:



Evgen_Pluzhnik_photo [unknown]

ЄВГЕН ПЛУЖНИК / ЕВГЕНИЙ ПЛУЖНИК

1898-1936

Перевод с украинского Ирины Стырты

Был то мальчик ласковый и тихий...

Тревожилась нежно: - Что бледен, сынок?...

Очень, знать, у него болело...

И вышел на поле, а поле - мертво...

Читаю Синклера, хожу на биржу наниматься...

Дикий сон мне каждой ночью снится...

Туман стеною. Часом загудит...

Сине море затянули туманы...

Теперь меня волнует мало...

Фридрих, ну, чем не Орфей ты...

Стала ночь над горами. Безмолвна...

Ночь... и лодка на лунных волнах...

Из сборника "Днi"(1926)

***
Був це хлопчик лагiдний i тихий,

Як сосновий у безвiтря лiс...
(Для якоїсь радостi i втiхи
Кожний з нас у днi прийшов i рiс).

А сiмнадцятий минув, зустрiнув
Наречену - кулю за Днiпром.
- Обертайся, земле, без упину!
Припасайте, припасайте бром!

Ах, цей хлопчик лагiдний i тихий,
Що над степом раннiй бiль простер!
(Для якої радостi i втiхи
Кожний з нас приходить i росте?)


***
Был то мальчик ласковый и тихий,
Как безветренный сосновый бор...
(Для какой-то ж радости, пойми-ка,
Каждый в дни свои из нас пришел).

А в семнадцать он невесту встретил -
Пулю за степями над Днепром.
Ты крутись без устали планета!
Запасайте, запасайте бром!

Ах, тот мальчик ласковый и тихий,
Что над степью боль свою простер!
(Для какой же радости, пойми-ка,
Каждый в дни свои из нас пришел?)


***
Питалась ласкаво: - Чом, синку, ти зблiд? -

А слiв не знайшов
I промовчав.
 - На пiвнiч,
   На пiвдень,
   На захiд,
   На схiд
Над трупами вигуки вовчi!

Безсило повiки на очi впадуть,-
Старечi до рук моїх губи...
А бачу -
Безкрая скривавлена путь...
  I трупи!
  I трупи...

- Матусю! Хто очi менi замiнив? -
Всмiхнеться, щоб слiз не побачив...
Сама - до вiкна, до неораних нив -
I плаче...

Далеке майбутнє! Скривавлену мить
Якими житами засiєш?
...Ой, мамо! Чого це так серце болить,
Що й ти не зiгрiєш!


***
Тревожилась нежно: - Что бледен, сынок? -
А слов не нашел
И встал молча.
 - На запад,
  На север,
  На юг,
  На восток
Над трупами выкрики волчьи!

Бессильные веки на очи падут, -
К рукам моим старые губы...
А вижу -
В даль кровью окрашенный путь...
  И трупы!
  И трупы...

- Маманя! Глаза мои кто заменил? -
Слезу за улыбкою прячет...
Сама же к окну, к запустению нив -
И плачет...

Грядущие дни! Искровавленный миг
Какими хлебами засеешь?
...Ой мама! Чего же так сердце болит,
Что даже и ты не согреешь!


***
Мабуть, дуже йому болiло:

Все облизував губи. Потiм затих.
Невеличке на розi тiло
Не спитають бiльш,- за яких!

Дуже просто. Гостренька куля
Заступила йому далечiнь.
- Серце днями собi намуляв,-
Спочинь!

Подивiться, кому кортiло
Подивитись за межi дат,-
Непотрiбне на бруцi тiло,
А над тiлом - плакат.


***
Очень, знать, у него болело:
Все облизывал губы. Потом затих.
На углу небольшое тело
Уже не спросят, - за каких!

Очень просто.Острая пуля
Заслонила ему все огни.
- Сердце днями себе намулил, -
Отдохни!

Посмотрите, кому кортело
Посмотреть за границы дат, -
На земле ненужное тело,
А над телом - плакат.

***
I вийшов на поле, а поле - мертве...
Тiльки на обрiї трьохрукий млин...
Вiд серця б щирого слова вiддерти -
Такий натомлений!
Один!
Один...

I впав навколiшки, i плакав ревно...
I чув, як лагiдно ростуть жита...
I болем спокою себе упевнив:
Криваво зрошена, зросте мета!

-О часе велетнiв! Прости утому
Менi, найменшому з твоїх синiв!
I, невiдомому в свiтах нiкому,
Менi день радiсний яснiв...
Яснiв...

- Дозволь, натомлений край поля згину!
I на обнiжковi простерся ниць.
I нiби поле все житами: - Сину,
I бiль натомлених - майбутня мiць!

***
И вышел на поле, а поле - мертво...
Трехрукий ветряк лишь вдали застыл...
Из сердца выдрать бы слова все твердо -
Такой измученный!
Один!
Один...

И пал на колени, и плакал много,
И слышал - нежные растут хлеба...
И болью отдыха надежде новой,
Кроваво вскормленной, учил себя.

- Отец, час гигантов! Прости усталость
Тому, кто был младшим из сыновей!
Мне доля темная в мирах досталась,
Но светлый день мой был ясней...
Ясней...

-Позволь усталому у поля сгинуть! -
Простерся без сил и - по телу дрожь.
И будто поле все хлебами: Сына!
И боль уставшего в грядущем мощь!"


***
Читаю Сiнклера й ходжу на бiржу працi.
А вирiс мрiйником серед гаїв на Пслi...
Та вiд минулого тiльки шкiльний Горацiй,
А про майбутнє - кiлька тисяч слiв.

Колись наважуся - заплющу серце й вуха!
Мета однакова - чи ця, чи та.
Ах, про майбутнє все я переслухав,
А про минуле все перечитав!


***
Читаю Синклера, хожу на биржу наниматься,
А рос мечтателем, где в рощах тонет Псел...
Но от прошедшего лишь гимназический Гораций,
Ну, а о будущем лишь пара тысяч слов.

Решусь вот как-нибудь - закрою сердце, уши!
Цель одинакова - иль ся, иль та.
Ах, я о будущем все переслушал,
И я о прошлом все перечитал!

Из сборника "Рання осiнь"(1927)

* * *
Дикий сон менi щоночi сниться:
Я - скрипаль в пивницi "Моn аmi",
Награю гостям такого Гриця,
Що нiхто й нiколи не умiв...

А вони, вигукуючи хрипко,
П"яно плачуть, всiх i все клянуть...
...Голоснiше вий, ледача скрипко,
Розливай гарячу каламуть!..

Але тихшi все й журнiшi звуки...
Все щирiшi рухи i слова...
Голови не слухаються руки,
Нижче й нижче никне голова...

I тодi п"яним потворним дивом
Вибухає iстина на мить,-
На руках, що держать кухлi з пивом,
Кров чиясь парує i кипить!

I все ширше шириться пивниця...
I пливуть в кривавiм туманi
Посинiлi передсмертнi лиця,
Плач i зойки - дикi i п"янi!

I в гуртi, мiж вбивникiв i трупiв,
Я, скрипаль з пивницi "Моn аmi",
Вию так в обличчя ночi глупiй,
Як нiхто й нiколи не умiв.


***
Дикий сон мне каждой ночью снится:
Я - скрипач в пивнушке "Mon Ami",
И гостям такого вжарил Гриця,
Что и черти б даже не смогли.

А они, охрипшие от крика,
Пьяно плачут, всех и вся клянут...
Громче вой, моя лентяйка скрипка,
Разливай горячечную муть!..

Но все тише, все печальней звуки...
Откровенней жесты и слова...
Головы не слушаются руки,
Ниже, ниже никнет голова...

И тогда хмельным уродским дивом
Вспыхивает истина на миг, -
На руках, что держат кружки с пивом,
Чья-та кровь курится и кипит!

Раздвигаются пивной границы...
И плывут в кровавый перезвон
Смертью обозначенные лица,
Пьяный крик их дик и иступлен.

И в компании убийц и трупов,
Я, скрипач в пивнушке "Mon Ami",
Вою так средь этой ночи глупой,
Что и черти б даже не смогли.


* * *
Туман стiною. Часом загуде
Лютiше вiтер, змиє коням гриви,-
Тодi кiльце намiтиться руде
Там, де пурнуло сонце в морок сивий.

I знову мжичить. Важчає сiряк,
У сон схиляє голову вiдлога...
Та конi пiд горбок не йдуть нiяк,-
Така важка, така грузька дорога!

Злiзаю з воза i одним плечем
Допомагаю коням з пiвгодини...
Не розбереш, що по виду тече:
Гарячий пiт чи дощовi краплини...

Таке безлюддя! Скiльки не гукай,-
Лиш пiд ногами стогне мокра глина...
А що, як справдi вся вона така -
Закохана в електрику країна?


***
Туман стеною. Часом загудит
Лютее ветер, смочит коням гривы, -
Тогда кольцо рудое заблестит
Там, где нырнуло солнце в морок сивый.

Вновь моросит. Все тяжелей сиряк,
И клонит голову ко сну видлога...
Но кони в горку не идут никак, -
Так трудна эта вязкая дорога!

Слезаю с воза и одним плечом
Коням помочь стараюсь, что есть силы...
Не разберешь, что по лицу течет:
Горячий пот иль капли дождевые...

Безлюдие, - кричи хоть до темна!
Лишь глина под ногами стонет вяло...
А вдруг и правда, что такая вся она -
Влюбленная в электрику держава?


* * *
Синє море обгорнули тумани,
В синiм морi анi хвилi, нi луни...
Тiльки тиша... Мертва тиша i туман,
Повнi тiней, небезпеки i оман...

Хто запевнить, що проясниться блакить,
Що Голландець у туманi не летить,-
Невидимий, невпiйманний корабель,
Чорний вiсник з невiдшуканих пустель,

Де все тиша... Мертва тиша й тумани,
Анi вiтру, анi хвилi, нi луни...


***
Сине море затянули туманы,
В синем море ни волны и ни луны...
Лишь безмолвие... Безмолвье и туман,
Полный теней, неизвестности и мар.

Кто уверит, что затеплится лазурь,
Что Голландец не несется в туче бурь,-
Неразгаданный, не знающий святынь,
Черный вестник из ненайденных пустынь.

Где безмолвие царит и туманы,
И ни ветра, ни волны и ни луны...


***
Тепер мене хвилює мало
Все те, що замкнено в слова;
Не зап"янiє, як бувало,
З дзвiнкої фрази голова.

Нi, все частiш кортить мовчати
Пiд шелест чуваних розмов
I вiрш, нудьгуючи, початий
Забути й не кiнчати знов...

Бо що тодi слова готовi,
Коли сприймаєш без кiнця
Все те, що не дається мовi
Й не потребує олiвця?


***
Теперь меня волнует мало
Все то, что замкнуто в слова;
Не опьянеет, как бывало,
От звонкой фразы голова.

Нет, чаще все хочу молчать я
Под шелест слышанных бесед
И стих, затеянный скучая,
Забыть и не кончать вовек...

Ведь что и впрямь язык готовый,
Когда так чувствует душа
Все то, что не дается слову
И не зовет карандаша?

Из сборника "Рiвновага"(1933)

* * *
Фрiдрiху, чим не Орфей ти?..
Клякнуть навколо ж усi,
Скоро вiзьмешся до флейти
Смерком у Сан-Су сi...

Нiжне яке piano!
Раз-два-три... раз-два-раз...
Вищим натурам лиш дано
Творчий пiзнати екстаз!

Слухай, Вольтере! Слухай!
Друг-бо твiй з тих музик,
Хто неслухняним вуха
Боляче скубти звик!

Чуєш, яке взяв forte?
Люди! Людцi... Людва...
...К чорту, Вольтере-чорте!
...Ать! Два!


***
Фридрих, ну, чем не Орфей ты?
Можешь весь мир потрясти.
Вот доберешься до флейты
Вечером в Сан-Суси...

Нежно твое пиано!
Раз-два-три... раз-два-раз...
Высшим натурам пристало
Творческий ведать экстаз!

Слушай, Вольтер же, слушай!
Друг твой и впрямь артист -
Так непослушным уши
Дергает - лишь держись!

Слышишь, отгрохал forte?
Люди! Людье! Людва!
К черту, Вольтер, жми чертом!
...Ать! Два!


* * *
                    В. Пiдмогильному

Стала нiч над горами. Затока
В безгомiннi сiрiм пригаса...
Лиш одна зоря, блiда й висока,
Маревнi вказує небеса...

Час спокою... а душа в тривозi...
О дитя налякане й слабе!
В тишi цiй, що стала на порозi,
Страшно їй пiдслухати себе!


***
                    В.Пидмогильному

Стала ночь над горами. Безмолвна,
Бухта серая вот-вот заснет...
Лишь звезда в высоте своевольно
Эфимерный метит небосвод...

Час покоя... а душа в тревоге...
О испуганное слабое дитя!
В тишине, что стала на пороге,
Страшно ей подслушивать себя!


***
Нiчь... а човен - як срiбний птах!..

(Що слова, коли серце повне!)
...Не спiши, не лети по сяйних свiтах,
Мiй малий ненадiйний човне!

I над нами, й пiд нами горять свiти...
I внизу, i вгорi глибини...
О, який же прекрасний ти,
Свiте єдиний!


***
Ночь... и лодка на лунных волнах!..
(Что слова в этот миг короткий!)
...Не спеши, не лети в слепящих мирах,
Моя малая утлая лодка!

Нас колышет сияние высоты...
И внизу, и вверху глубины...
О, какой же прекрасный ты,
Мир единый!



Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"