Сорино Сони Ро : другие произведения.

Играя в Ямакуму Дзёка. - 6 - Голоса птиц

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Несколько образных и забавных историй для легкого чтения и умственного удовольствия. История шестая, о том, как что-то, что слышишь только ты, могут слышать и все другие. История, в которой мастер Ямакума Дзёка помог прекрасной незнакомке спрятать нечто страшное глубоко внутри. А с тем, что спрятано внутри приходится жить... или не жить.

  
  
  
  Играя в Ямакуму Дзёка.
  
  
  
  Несколько образных и забавных историй для легкого чтения и умственного удовольствия.
  
  
  
  История шестая: Голоса птиц.
  
  
  
  
  «Ями, смотри, облака порхают в окнах! Ями, посмотри, как красиво!»
  
  
  Синее-синее небо...
  
  Такое синее, что было больно глазам...
  
  Бездонная синева...
  
  В ней чайки словно застыли на своих местах...
  
  Голодная..., такая голодная синь..., высасывавшая душу..., дыхание забиравшая..., такая глубокая и чистая, что слепли глаза. Опустошались. А вместо них оставались лишь кровавые впадины.
  
  А дальше...
  
  А еще выше...
  
  Континенты белых облаков громоздились над океаном.
  
  И в окнах...
  
  В окнах...
  
  Откуда здесь окна?
  
  И еще... Откуда здесь веселый голос маленькой девочки?
  
  Такой веселый, что плакать хочется.
  
  
  
  –Ями, смотри, смотри, смотри, облачка! И птички! Так много птичек!
  
  –Здесь нет никаких птичек, Саюри. Ну разве, что чайки в небе.
  
  –Их не видно братик, но они так громко щебечут. Так громко, что я почти тебя не слышу!
  
  
  
  На влажном пирсе стояла маленькая девочка в кимоно белого цвета с роскошными цветами. Она махала рукою невидимым птичкам в небе. А впереди простирался бескрайний океан, над которым, медленно и величаво, проплывали континенты белых облаков.
  
  Дзёка, мальчик лет двенадцати, с трудом оторвал свой задумчиво-восторженный взгляд от отражения неба в окнах припортовых домов. В его глазах все еще плыли облака, когда он посмотрел на маленькую девочку, – черный силуэт на фоне синей бездны, – и в потемневших зрачках промелькнула тревога.
  
  –Птички? – прошептал он.
  
  
  
  *
  
  
  
  –Мастер Дзёка? Мастер?
  
  Ямакума Дзёка очнулся и осмотрелся с некоторым удивлением, словно забыл где находился и зачем.
  
  –Мастер?
  
  Он глянул вперед, – или лучше сказать снизу вверх? – будто на самом деле выглядывал в солнечный круг из черной ямы. Столик. Белая скатерть. Белая чашка на блюдце. Чуть дальше еще одна. Женщина в красивом платье и в шляпке с дымчато-белой вуалеткой.
  
  –Да, извините, задумался, – услышал он свой голос, затем увидел свои руки, плотные манжеты с овальными запонками, бледные жилистые запястья и с трудом расцепившиеся пальцы. – Так много окон...
  
  –Что, мастер? – переспросила прекрасная незнакомка, немножко отпрянула и тоже осмотрелась. – Окна?
  
  Площадь. Фонтан с мраморными бортами в центре. Несколько беспечно прогуливавшихся пар. Дети в красивых костюмчиках с шариками на ниточках. А по краю площади... Окна, окна, окна, в которых отражалось синее небо. И облака.
  
  –А ведь правда, – прошептала она. – Окна, как зеркала, отражают небо. Столько раз бывала здесь, но только сейчас заметила. – Под короткой, легкой вуалеткой расцвела добрая улыбка. – Все же, хорошо, что я обратилась к вам. Мне легко с вами. Безо всяких причин. Просто.
  
  –И это несмотря на то, что вы знаете, кем я являюсь? – Дзёка все еще выглядывал из черной ямы своих воспоминаний. Он все еще отстраненно наблюдал за тем, как его собственные руки взяли трубку с тонким длинным мундштуком, большой палец попробовал упругость набивки, затем правая рука взяла зажигалку... – За вас попросили очень влиятельные особы. И мне пришлось задержаться в Галентвейрене еще на день, ради вас.
  
  –Но порекомендовал обратиться к вам именно мастер Ван Крид. Вы знакомы с ним?
  
  –Кукольник из Стокванхейма? – тонкие бледные губы выдули тонкую сиреневую струйку табачного дыма. Зажигалка тяжело легла на стол. – Слышал краем уха.
  
  –Так странно, – теперь под колыхавшейся на теплом ветру вуалеткой появилась задумчивая улыбка. – А он сказал, что из всех известных ему мастеров, только вы в силах понять мою проблему и помочь. Неужели это не так?
  
  –Голоса? – мастер Дзёка взял чашку и отпил глоток остывшего кофе. Затем поискал глазами гарсона. Здесь был всего один и он как раз обслуживал пожилую пару за крайним столиком.
  
  –Мастер Ван Крид любезно согласился... – незнакомка раскрыла свою белую сумочку и вынула из нее крохотную деревянную музыкальную шкатулку, размером со спичечный коробок. Она положила шкатулочку на стол и подвинула ее в сторону мастера. – Он записал это.
  
  Дзёка взял коробок, нажал на небольшой выступ и приложил к уху.
  
  –Это... Я не знаю, как назвать это явление... – она запнулась, затем вынула из сумочки чистый носовой платок с капелькой духов и смяла его. Смяла изо всех сил, до белых суставов. При этом улыбка не сходила с ее лица. – Так вот, это явление преследует меня уже три месяца. Едва я собираюсь заснуть, как сразу, раздается это... В любой комнате или доме, где бы я не находилась. Понимаете, мастер? Я не сплю уже три месяца... – незнакомка опустила голову. – Это очень тяжело. Поверьте.
  
  А Дзёка слушал. И даже несмотря на легкий шум летнего ветерка в кронах лип, что росли в небольшом парке неподалеку. Несмотря на детский смех и плеск фонтана... Если бы и вы прислушались, то услышали бы странные звуки, раздававшиеся из коробочки возле уха мастера.
  
  То ли это были вопли сумасшедших.
  
  То ли завывания ведьм, сгоравших на кострах.
  
  То ли смех гиен.
  
  –Мои родные уже сторонятся меня, – невесело усмехнулась женщина. – Наверное думают, что я проклятая. Мастер Ван Крид согласился остаться со мной в одну из ночей, чтобы записать эти шумы на магнитный носитель. И вот... Что вы по этому поводу думаете, мастер Дзёка?
  
  –Ангельский язык, который мы люди называем яаратом, имеет два диалекта, – никконец вздохнул, убрал шкатулку от уха и нажал на выступ. Странные и пугающие звуки сразу затихли. Он положил шкатулку на стол перед собой и посмотрел на незнакомку. – Человек не в силах, как понимать, так и выносить оба. Потому что один из диалектов человеческое ухо воспринимает, как отталкивающий и свербящий птичий щебет. А второй... – никконец показал мундштуком трубки на шкатулку.
  
  –Это ангельские голоса? – прошептала женщина, и еще сильнее сдавила платок. – Эти ужасные вопли от которых стынет кровь в жилах... ангельский диалект?
  
  –В чистом виде. То, что мы слышим в реальной жизни, когда и если сталкиваемся с ангелами, не что иное, как внушение. Они завораживают нас, чтобы мы не убегали прочь с криками от звуков их речи. Согласитесь, в этом искусстве они весьма и весьма преуспели.
  
  –Ангельская речь...
  
  –Иногда некоторые из людей будто бы просыпаются, ангельская ворожба исчезает и эти несчастные превращаются в подобие радиоприемников. Только ловят они не волны, а ангельские сути, которые носятся по воздуху подобно привидениям, и буквально пропитывают своими голосами наш мир. Заворожить таких людей заново не получается и они обречены всю оставшуюся жизнь слышать вокруг себя отталкивающий клекот или ужасающий вой. Так что... – мастер развел руками. – Я не смогу вам помочь. Извините.
  
  –Я понимаю, – рука ослабла, пальцы разжались и измятый платок упал на синеватую брусчатку. Никконец проследил глазами за тем, как усиливающийся ветер, теперь уже с явно различимыми нотами приближающейся дождевой влаги, сначала шевельнул шелковый комочек, затем подхватил и у нес его куда-то в сияющее пространство площади. – Я понимаю. Но... Поймите и вы меня. У меня есть дочка. Замечательная, красивая девочка шести лет. Я не хочу, чтобы она боялась меня. Не хочу, чтобы слышала это. И я не знаю, как мне поступить дальше.
  
  –Впрочем, некоторый выход есть, – никконец выдохнул дым и положил свою трубку с крохотной круглой чашечкой для табака на бортик пепельницы. Затем он вынул из внутреннего кармана некий кожаный футлярчик круглой формы. Раскрыв его, мастер показал женщине то, что лежало на синей бархатной подстилке.
  
  –Что это? – женщина чуть подалась вперед, рассматривая небольшой аппарат с тонкой прозрачной трубочкой и золотой спиралькой. – Эта штука похожа на слуховой аппарат. Такой был у моей бабушки.
  
  –Я называю это заглушкой. После вчерашнего телефонного разговора, в котором вы в общих чертах описали свою проблему, я подготовился к сегодняшней встрече.
  
  Мастер подвинул коричневый футлярчик ближе к ней.
  
  –Что-то тревожно мне... – незнакомка протянула руку к футляру, но коснуться его не решилась.
  
  –Если вы наденете этот аппарат на правое ухо, то все ваши родные и близкие больше никогда не услышат страшных звуков. Но вы...
  
  –Я... – прошептала она, не отводя глаз от футляра.
  
  –Будете слышать клекот и вой не только когда засыпаете, а круглосуточно. Каждую секунду вашей жизни.
  
  Мастер взял свою трубку и затянулся ароматным дымком. Он разглядывал красивую незнакомку, о которой его попросили, чтобы мастер даже не пытался узнавать ее имя. И просили за нее вовсе не люди.
  
  –Это сложно, – Дзёка поймал взглядом гарсона и показал на свою чашку, тот кивнул и направился к столику с кофейником на подносе. Вернувшись глазами к даме, мастер грустно усмехнулся. Она все еще задумчиво рассматривала аппарат в футляре. – Таких, как вы, людей слышащих истинный яарат, я встречал в своей жизни лишь пару раз. И оба раза все закончилось плохо. Наверное, это тяжело слышать нечеловеческие, противоестественные нашей природе звуки, и не иметь возможности даже просто их заглушить.
  
  –Ради дочки, – тихо сказал дама и, наконец, подвинула футляр к себе вплотную. – Ради того, чтобы не потерять ее...
  
  –Вы, должно быть, много общаетесь с ангелами... - Дзёка замолчал, потому что к столику подошел гарсон. Он наполнил чашку мастера, поглядел на полную чашку дамы, затем поклонился и отошел. Дзёка рассматривал женщину, которая не отпила из своей чашки и одного глотка. Затем, чуть тише, закончил свою мысль: – Раз уж за вас просили такие высокие особы.
  
  –Да, – тяжело выдохнула она и отвернулась. Теперь она рассматривала детей, что бегали вокруг фонтана. Солнце сверкало и будто стреляло ослепительными вспышками в прохладных струях. – Скорее всего, в этом дело. Я слишком долго и слишком... – она запнулась и взялась за горло, будто вдруг ей стало трудно дышать. Мастер обратил внимание на кольцо с большим изумрудом. – Когда они хотят общаться с людьми или не просто общаться, они умеют завораживать.
  
  –Зато теперь вы кое-что поняли, – мастер Дзёка допил кофе в два глотка и выбил трубку об стеклянный бортик пепельницы. – Как и я, когда-то.
  
  Незнакомка посмотрела на мастера с удивлением.
  
  –Вы тоже слышите это?
  
  -Нет, я не восприимчив к ангельским голосам, как и большинство людей, но... – Дзёка посмотрел на детей. Девочка в красивом платье с бантом на спине шла по широкому борту фонтана, а мальчик, видимо старший брат, держал ее за руку, чтобы та не пошатнулась и не упала в воду. – Одна маленькая девочка... самый дорогой моему сердцу человечек... слышала эти проклятые звуки. Круглые сутки. И все, что я смог сделать для нее, это придумать заглушку, чтобы посторонние люди не чурались ее. Знаете, у меня врожденный талант к тонкой механике. Я спрашивал своего мудрого сенсея, как помочь Саюри, чтобы она так не мучилась от бесконечного птичьего клекота? А он говорил лишь, отстань от меня, Дзёка, со своими глупыми вопросами. Пусть привыкнет или умрет.
  
  –Так жестоко...
  
  –Я очень хотел помочь этой маленькой девочке, которая, когда смеялась, светилась, как солнышко, – мастер опустил голову и посмотрел на сцепившиеся пальцы рук. – Я проводил с ней много времени, долго-долго держал за руку по ночам, вытирал горячечный пот со лба. И знаете... Она почти справилась.
  
  –Почти? – прошептала женщина.
  
  –То, что случилось с ней потом, не имело никакого отношения к ангельским голосам. Но я до сих пор ненавижу птиц. И когда слышу веселый щебет, то представляю себе огромный морской пирс, континенты белых облаков над ним и маленькую девочку, которая машет руками синему-синему небу и кричит: «Ями, смотри, какое большое небо! И так много птичек! Так много, так громко! Ями!» Хотя на самом деле в небе кружилось лишь несколько чаек.
  
  Тонкая ладонь незнакомки накрыла окаменевшие руки мастера Дзёка.
  
  –Мастер, – только и сказала она. А больше и не нужно было слов.
  
  И еще час в уличном кафе за столиком с белой скатертью сидели мужчина никконец и женщина в шляпке с белой вуалеткой. Они просто молчали и, возможно, думали каждый о своем. Они просто смотрели на детей, что резвились возле фонтана, на парк и на окна, в которых отражалось синее-синее небо с континентами белых облаков.
  
  
  
  
  Конец шестой истории.
  
  
  
  
  Сони Ро Сорино (2013)
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"