Лазарев Андрей Вениаминович : другие произведения.

Стена. (одинадцатая глава)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:

  Глава 11.
  Ахмед.
  
  Митька успел вылезти из окна и соскочить на самый край платформы. Еще немного и ему пришлось бы прыгать на землю, а так как веревку сильно болтало, он мог бы действительно оказаться под колесами. Но всё обошлось и он спокойно шел по перрону. В сумерках никто даже не заметил откуда он взялся. Зайдя в громадное здание Московского вокзала, он медленно шел вдоль витрин многочисленных магазинчиков, обдумывая с чего бы начать поиски Рахиль. Около одного магазинчика, прямо на полу, прислонясь спинами к стене сидело семь пацанов. В центре возвышался парень лет 14-ти, 15-ти кавказского типа. Злым, цепким и властным взглядом он оглядывал свою команду и всё вокруг. По правую и левую сторону от него сидели пацаны поменьше, возраста Митьки. Все они как бы нехотя, равнодушно посматривали то туда, то сюда. Неряшливо, как попало одетые с чумазыми лицами, они как будто походили на цыганят попрошаек, но кое где торчащие белые лбы, из под вязанных грязных шапочек, тонкие прямые носы и светлые глаза, выдавали в них белых питерских мальчиков, никак не относящихся к смуглокожему племени.
  Не вдаваясь в подробные умозаключения, всё это Митька понял скорее интуитивно, проходя мимо. Его заинтересовала эта живописная группа. Он остановился чуть в стороне, чтобы не привлекать их внимание и делая вид, что рассматривает витрины, с любопытством наблюдал за ними. Ему нужна была некоторая пауза. Да он спешил, но в мозгу его не было конкретного плана , как найти любимую. Можно было пойти туда, где всё случилось, можно было пытать стену вопросами, но он не был уверен, что первое бы принесло результаты, а второе было слишком опасным. Он не мог позволить себе рисковать, и вновь оказаться на больничной койке, время было бы безвозвратно упущено. А он физически ощущал, что его катастрофически мало. Избегая этой неопределенности он пытался переключиться на что-нибудь другое и наблюдение за этой пацанской бандой очень подходило для этой цели.
  Митька продолжал внимательно изучать ребят. Несколько минут прошли молча, по шпионски, но тут глаза лидера группировки встретились взглядом с Митькой. Несколько секунд они изучали друг друга. В глазах кавказца светилось и подозрение, и презрение, и ненависть одновременно. Но главное в этом взгляде была угроза, угроза и еще раз угроза. Но Митька спокойно выдержал этот взгляд, мысли его по прежнему крутились вокруг Рахиль и этот наглый пацан ему был абсолютно по барабану. Пацан уже было порывался встать и выяснить, кто это там такой любопытный, но мимо проходила пара пассажиров, которая моментально привлекла его внимание.
  Солидный дядя с брюшком, в дорогой кожаной куртке и кепке, с барсеткой в одной руке и с автомобильной магнитолой в другой, сопровождал не молодую, но усиленно молодящуюся даму, в роскошном норковом манто, с какой то дорогущей сумочкой из модного бутика.
  Она усиленно кривляла бедрами и посматривала по сторонам на людей, с надменным видом, как на лакеев. А на молодых людей мужского полу, улыбаясь поглядывала так , как будто говорила, - Ах мои милые безобразники, вы что не видите что ваша мечта, ваша роскошная женщина наконец осчастливила вас своим присутствием, бегите же ко мне мои котики.
  При этом взгляд дамы резко менялся на скучающий и презрительный, как только она оборачивалась к своему сопровождающему. - Сергусиг ты опять притащил меня в этот сарай чуть ли не за сутки до отхода поезда. Что прикажешь делать приличной даме в таком сраче.
  - Римусик, - вторил ей с раздражением мужчина, - до отхода 40 минут, через 10 минут посадка. Ты же знаешь что я не люблю опаздывать. Господи когда ты уже уедешь, - и мужчина с досадой сплюнул в сторону.
  - Вот я так и знала, что ты меня хочешь сбагрить и развлекаться со своими девками по баням.
  - Да это ты курица из своих салонов не вылазишь, а мне не до девок, мне работать надо. Пойдем вон в кафешки посидим, по рюмочке выпьем.
  И они зашли в маленькое тесное кафе на четыре столика. Дамочка подозрительно осмотрела сиденье стула, прежде чем сесть и взяв со стола салфетку тщательно вытерла его. Наконец водрузившись на стул, закинув ногу на ногу, подперев одной рукой голову, а вторую изящно отставив в сторону с растопыренными пальчиками, она приняла позу скульптурной композиции под названием "Ах куда я попала, но впрочем все любуйтесь пока я тут".
  - Сергунчик, мне мартини, а себе возьми кифирчик, - и она потрепала, наклонившегося к ней мужчину по щеке, мелко захихикав, - ути мой маленький старикашечка, нам же надо чтобы ты сегодня хорошо попукал, а то газы поднимут давление. - Мужчина с раздражением отвел в сторону её холеную ручку. - Смотри за вещами дура. - и бросив перед ней на столик, барсетку и магнитолу, вразвалочку направился к барной стойке.
  Тем временем банда пацанов быстра приходила в движение, как батальон спешно разворачивающийся на поле боя, готовясь к атаке. Казалось всё было распланировано и отрепетировано заранее по многу раз и каждый знал свою роль на зубок. Первым вскочил их вожак - кавказец и неожиданно откуда не возьмись перед ним возник милиционер. - Ну всё братве хана, - подумал Митька, но не тут то было. Он потрепал подростка за ухом и в этот момент Митя с удивлением заметил, как тот положил что то в карман мелиционеру и кивнул в сторону кафешки, что то говоря при этом. Мент нехотя бросил взгляд в том же направлении и напоследок погрозив пальцем пацану, спокойно направился по своим делам.
  Дальше события разворачивались со стремительной скоростью. Двое самых грязных и несчастных на вид пацана бросились к двери кафешки. Двое других встали по бокам от этой самой двери, чтобы их не видно было изнутри и двое оставшихся побежали через весь зал заняв пост около двух разных выходов из вокзала. Все это они делали абсолютно молча, подчиняясь кивкам головы своего лидера.
  На каждом из пацанов была одета грязная, большая на два-три размера куртка. Они бегали по вокзалу, напоминая чумазых нахохлившихся воробьев. Прохожие сначала обратившие внимание на эту возню и не увидевшие в ней ничего страшного, спокойно продолжили свой путь.
  Итак двое оборванцев вбежали в кафе и сразу же подскочили к даме в норковом манто. Встав перед ней на колени они жалобно заныли прося милостыню.
  Дама вначале скривив недовольную мордочку, неожиданно вспомнила недавний благотворительный вечер посвященный сбору средств для детских домов, где её заклятая соперница, жена начальника её мужа, щеголяла в роскошном платье и бриллиантах, а она как дура оделась совсем скромно, по случаю. И эта сучка имела еще наглость кидать в корзинки со сборами средств пятитысячные купюры, а она только тысячные. Вспомнив всё это она сменила выражение личика на умильно доброе и потянулась к сумочке. В этот момент её окликнул муж торопливо рассчитывающейся за выпивку и подозревая неладное, - Немедленно гони эту шалупонь. - Но дамочка только отмахнулась пухлой ручкой и уже протянула несколько мелких монет одному из мальчиков. Он сделав вид что боится отполз немного назад не взяв деньги.
  - Ну что ты дурашка не бойся этого дядю, бери денежку. - и она немного привстала со стула чтобы дотянуться до мальчика. И началось. Второй пацан моментально выбил стул ногой из под дамы, сделав подсечку ей самой. В момент её бесславного падения, он ловким движением сорвал с неё манто и сумочку. Первый пацан также быстро схватил со стола барсетку и магнитолу. И они оба понеслись с бешенной скоростью к выходу.
  Им вдогонку, дама заверещала как резаный поросенок, а солидный мужчина издав звериный рык с моментально налившимися кровью выпученными глазами, бросился за пацанвой.
  Двое воришек стремглав проскочив двери кафешки и по дороге пряча награбленное в больших полиэтиленовых пакетах, а их в полах развивающихся курток, уже бежали к своим корешам на противоположенной стороне зала, причем в разные стороны. Даже если мужчина нагнал бы одного, второй удрал бы непременно.
  Но как только обиженный, разъяренный Сергунчик выскочил из дверей кафе, на его пути, как бы случайно оказался один из поджидавших пацанов. Митька, увлеченный происходящим, даже не заметил как и когда они успели преобразиться. Оба они щеголяли в модных чистеньких курточках. Этакие холеные, невинные пай мальчики. Сергунчик уже не в силах развернуть свое массивное тело, орал и матерился чтобы пацан отошел, но тот с криком на весь вокзал- Ой дяденька не бейте меня, я вас боюсь. - закрыл голову руками и резко опустился на колени. Набегающий мужик споткнулся о пацана и всей своей массой грохнулся о каменный пол. От страшной боли, трехэтажные маты полетели из мужика с утроенной силой.
  Откуда не возьмись появился давешний милиционер, группа зевак столпилась вокруг. Какая то сердобольная старушка подошла к всхлипывающему мальчику и успокаивала его, гладя по головке.
  - Так граждане кто может пояснить, что здесь произошло, - обращался милиционер к окружающей толпе и к вставшему с пола мужчине.
  - Да этот кабаняра налетел на бедного мальчоначку. Я уж думала убьет сердечного - встряла в разговор старушка, обихаживающая мальчика.
  Поглаживая ушибленную руку и бок, возмущенный мужик опять разразился бранью и матом - Командир, да я пальцем не трогал этого сопляка он сам мне в ноги кинулся.
  - Меня и мою жену обокрали. Я за ворами бежал, а тут этот щуренок откуда не возьмись.
  - Так гражданин попрошу не выражаться. Сейчас разберемся кто кого здесь обокрал.
  К рыдающему мальчику подбежал второй, такой же ухоженный пацан, как две капли воды похожий на первого.
  Он обнял и тоже принялся успокаивать плачущего мальчика. - Дяденька пожалуйста, - обратился он к милиционеру, - это мой братик родной. Мы уже на поезд опаздываем. Нас мама зовет. Отпустите нас.
  - Да, да, да бегите, бегите ребятишки - успокаивая, похлопал милиционер мальчика по плечу и слегка подтолкнул его в спину, предлагая уходить.
  - Господь с вами сердечные, - тихо молвила старушка, перекрестив их напоследок.
  Тут из дверей кафешки, шатаясь на толстых ножках вывалилась дамочка вся в слезах и подтеках обильной туши на лице. Она шла прихрамывая, почесывая ушибленный зад. - Сергууууунчик, - рыдая причитала дамочка, - там же все было, все: загранпаспорт, билеты, путевка, деньги, кредитки. Как же я в Италию поеду? - опять зарыдала женщина.
  - Да какая на хрен Италия. Что ты с голым задом туда поедешь. Сейчас в ментовку заявление пишем, а потом домой. Вот тебе и всё Италия и Венеция и прочая Греция. Допрыгалась коза. - с раздражением выпалил Сергунчик.
  - Сергууууунчик, - продолжала боязливо ныть женщина, - у меня там бумажечка в сумочке была с пинкодом кредитки, чтоб не забыть.
  Мужчина заскрежетал зубами и бессильный стон вырвался из его груди, - О боже какая же ты дура, - заорал он на жену.
  - А много ли на карточке? - вскользь спросил милиционер.
  - Десять тысяч евро. Ыыыыы. -отвечала женщина рыдая и размазывая по лицу потоки туши.
  Мимолетная радостная улыбка озарила лицо миллионера, ой то есть, милиционера, но тут же исчезла за серьезной миной.
  -Мент срочно сотик дай позвонить в банк, карту заблокировать. - обращался мужик к милиционеру.
  - Гражданин я вас последний раз предупреждаю не обзываться, а то арестую за оскорбление при исполнении,
  сейчас дойдем до отделения, оттуда и позвоните. Будьте любезны следовать за мной. - и он , как можно более медленно направился вперед, сопровождаемый матюгами и рыданиями, послушно трусящих за ним вслед, обокраденных хозяев жизни.
   По ходу милиционер заскочил в платный туалет, бросив на бегу потерпевшим, - Подождите пять минут. Нужда она знаете ли везде застанет, даже на месте преступления. - Запершись в кабинке, он быстро выхватил из кармана сотовый, набрал номер и скоренько, радостно затараторил, - Ахмедушка, ты? Слухай сюды, на нас сегодня удача прет тараном. У этой бабы яги гребанной, в сумочке кредитка и там же бумажка с пинкодом. На карте десять тысяч еврейчиков. Быстро дуй к ближайшему банкомату обналичивай. Уже! Да ты моя умница. Так через час встречаемся в нашем месте. Если, что ты меня знаешь, из под земли достану. Чего, чего? Еще поводить? Не вся сумма? К другому банкомату?. Хоре, сделаем. - и милиционер быстро выскочил к обокраденным.
  - Ну шош вы женщина всё плачете и плачете. Такая право хорошенькая, миленькая и все изводитесь. Всё найдем, всех поймаем. Следуйте за мной граждане. - и он опять медленно вразвалочку направился вперед.
  За всеми этими событиями Митя не заметил, как кто то подошел сзади и тыкнул его кулаком в бок. Это был один из тех оборванцев, что грабили женщину, но уже умытый причесанный и прилично одетый. Не зная, очень трудно было сопоставить его с тем чумазым, что десять минут назад спер барсетку и магнитолу. Митя повернулся к нему лицом и сразу узнал. - Чо надо, ворюга? - Но пацан не обратил на это, никакого внимания. Казалась он стоял возле Мити совершенно случайно и даже смотрел в сторону, продолжая тихо говорить, еле шевеля губами. - Концерт понравился? А за билет то ты не заплатил. Пойдем выйдем на пять минут. - и пацан снова тыкнул его слегка кулаком, как бы приглашая пойти в нужном направлении.
  - Ты что ли с меня деньги за билет будешь брать? Задохлик хренов. - и Митька смерил пацана презрительным взглядом. Это моментально вывело из себя, действительно хиленького и худенького мальчика. Он зло сверкнул глазами на Митьку и до боли сжал свои кулачки. Как видно этого слабенького мальчика часто унижали сверстники и он переживал это очень сильно. Но встретившись с самоуверенным, ехидным Митькиным взглядом он сразу осекся, вновь отведя глаза в сторону. Но кто то подошел сзади и продолжил диалог. - Сам пойдешь, или как? - и он почувствовал, как в правый бок ему уперлось, что- то острое наподобие шила. Он так же понял, не оборачиваясь, каким-то шестым, непонятным для него пока, чувством, что сзади стояли двое пацанов, и второй держа руку в кармане, тоже сжимал, что то, типа заточки.
  Как не странно это его абсолютно не взволновало, не посеяло в его сердце панику, более того он был абсолютно спокоен и даже мысленно стал рисовать как он резко повернувшись, выбивает шило у первого и не дав второму опомнится, бьет его в кадык и тот захлебываясь кровью от сломанного горла, падает и мучительно умирает у него в ногах. Но эти жестокие мысли испугали самого Митьку и он тут же нарисовал мысленно другой сценарий боя, вполне безопасный для пацанов. Он силился понять откуда у него появилось всё это. Мучительно вспоминая где он приобрел свои новые способности, он усиленно морщил лоб.
  Стоящий рядом Ангел, только блаженно улыбался. Он с явной гордостью смотрел на своего ученика. - Нет, нет, нет Дмитрий, я же говорил тебе ты никогда не вспомнишь обо мне и о том что было с нами, но когда надо всё придет, ты применишь всё , чему я тебя учил. А эти мальчики не враги тебе, ты это знаешь. Не делай им ничего плохого, это всего лишь заблудшие души. - И он нарисовал на лбу Дмитрия крест и дружески пожал плечо. - Иди с богом.
  Всё это в мгновение пролетело сквозь душу и мысли Мити. Он очнулся от свежего, легкого ветерка коснувшегося лба и плеча и моментально понял, как контролировать и распоряжаться своими новыми силами.
  - Ну что же пацаны, выйдем. Познакомимся поближе.
  Только ты свою тыкалку то, убери, а то еще сам наткнешься.
  Митькина самоуверенность и бесстрашие удивили пацанов и даже внушили боязливое уважение. Шило сзади исчезло и его слегка толкнули сзади в плечо, - Иди вперед за "Окурком", он покажет куда. - слегка дрожащим голосом произнес пацан сзади. И Митька безропотно пошел за тощим костлявым мальчишкой. Его длинная вытянутая как дыня голова с торчащими наверху черными волосиками, действительно напоминала маленький окурок.
  Митька улыбнулся. Его разбирало любопытство, что же будет дальше. Через какое то время они оказались на улице возле вокзала. Было уже очень темно, фонари еле, еле выхватывали из темноты отдельные куски пространства. Не далеко у стены находился банкомат и чуть в стороне опершись спинами о стену стояло трое подростков, покуривающих сигареты и не спешно беседующих о чем то. На лица их были надвинуты капюшоны от легких нижних курток, и рассмотреть их было совершенно не возможно, но в самом высоком Митька сразу признал кавказца.
  - Вот, привели красавчика. - заговорил пацан, стоящий за Митькой. - Смелый такой. Крутой. Ну прямо боюсь ой, ой , ой. - в присутствии своего босса пацан снова осмелел и говорил нагло и самоуверенно.
  Кавказец быстро подскочил к Митьке, схватил его за куртку и с силой сжав в кулаке, подтянул его к себе. Их лица оказались рядом, в каком то сантиметре друг от друга. Неистовые глаза кавказца сверкали испепеляя Митьку насквозь. - Ты кто? От Сявы? Сучонок. Сява уже свое получил, сейчас и ты получишь.
  Митька спокойно без малейших эмоций выдержал, этот злобный, презрительный взгляд и уже хотел оторвать от себя руку кавказца, но неожиданно тот сам отпустил его, услышав сзади чей то голос.
  Один из пацанов только что подскочил к ним. Весь запыхавшийся, несколько мгновений он не мог вымолвить не звука, но затем заговорил. - В квартале отсюда нашел. Побежали, быстрее, покажу.|
  Уже на бегу кавказец крикнул своим напарникам. - Держите его, не отпускайте. Если будет рыпаться, рвите на части. Мока, ты за старшего. - И они исчезли в ночи вместе с пацаном.
  Оставшиеся пятеро ребят обступили Митьку со всех сторон. Но он и не думал убегать, опершись спиной о стену и скрестив руки на груди, он обвел их ироничным взглядом и слегка ухмыльнулся. Круглолицему, плотному пацану, очевидно, это и был Мока, не понравилось такая наглость. - Че скалишься, гавна кусок. Сейчас размажем по стенке. - и он замахнулся нагой, пытаясь пнуть Митьку. Он моментально перехватил её в воздухе и высоко дернул вверх, и Мока не удержавшись со всего маха грохнулся о тротуар спиной, испачкав, в липкой черной грязи и свою замечательную курточку и джинсики.
  В мгновение все оставшиеся пацаны выхватили из карманов все свое вооружение, обступив Митьку плотным кольцом. - Тихо, тихо мальчики, спокойно, - Митька опять отошел к стене и оперся на нее спиной. - расслабьтесь и получайте удовольствие. - И улыбающийся Митька показал рукой на барахтающегося в грязи Моку. - Мока сегодня слегка подмока.
  Взбешенный мальчишка, наконец поднялся и чертыхаясь, и матерясь бросился к Митьке, но его перехватили двое других. - Постой ты. Ахмеда надо подождать. - Успокаивали они Моку.
  - Порву сука, порву на куски. Ахмед придет вместе порвем. - бессильная злоба исказила лицо мальчика и вдруг он неожиданно зарыдал. - Меня отец убьет за куртку. -Закрыв лицо, чтобы никто не видел его слез, он продолжал угрожать Митьке. - Убью гад, убью пи..р. -Не прекращая рыдать, постоянно повторял он.
  Окружающие пацаны с ненавистью смотрели на Митьку. Всем им хотелось отомстить за унижение друга, но никто уже не решался трогать его. Они просто следили за ним напряженными взглядами, ловя каждый жест и предвкушая тот момент, когда Ахмед разберется с этим наглецом. Время тянулось медленно и нудно. Мальчики окружившие Митьку немножко расслабились. Мока вообще стоял в стороне, отвернувшись от них, напряженно всматриваясь в темноту, и с нетерпением ожидая Ахмеда. Митьке стало скучно и не интересно, и вдруг в голове его блеснула мысль, а не поиграть ли ему своими новыми способностями, как мускулами, так чисто для разминки.
  Сверхбыстрым круговым движением ноги он выбил все колюще-режущие предметы у всех четырех пацанов, и такими же быстрыми подсечками, и захватами, повалил их всех и сложил как поленицу дров одного на другого, прижав эту стопку тел сверху коленом. Не дав опомниться, обернувшемуся на шум Моке, он вскочив одной ногой на пацанов, второй хлестко, но осторожно ударил Моку по лицу. Но, все таки он не рассчитал. Мока, потеряв от удара сознание, опять плюхнулся в грязь. Митька, испуганный, быстренько подскочил к нему, перетащил и положил сверху на стопку пацанов. Немного похлопав его по щекам, он привел Моку в чувство. Самый нижний в куче пацан умолял выпустить его, иначе он задохнется под грудой тел. Митька разобрал их на пару и тройку , поставил их друг к другу спинами, связал им руки между собой их же куртками и поставил около стены. - О, так вы мне больше нравитесь. - заключил он потирая руки. Он был горд собой необыкновенно. - Ты нас, что ментам сдашь - спросил мрачным голосом один из пацанов.
  - Да нужны вы мне больно. Просто так, для вас же безопасней, а то опять за отвертки хвататься будете.
  - Подождем немного вашего Ахмеда. Мне с ним поговорить надо. Он же всяких уличных хорошо знает.
  Может даже тех, кто людей ворует.
  - Он тебе падла нечё не скажет. Он тебя уроет гад. - вставил Мока, зло сплюнув кровавую слюну от разбитой губы.
  Наконец из темноты возник Ахмед в сопровождении мальчишки. Несколько мгновений, открыв рты, они молча наблюдали за представшей перед ними картиной. Опомнившись Ахмед быстро стал озираться по сторонам и всматриваться в темноту, надеясь обнаружить тех кто скрутил всю его шайку. Он не мог поверить, что всё это сделал один Митя. Убедившись, что поблизости никого нет, он властно крикнул, прибежавшему с ним мальчику, - Чича развяжи их, быстро, - а сам подскочил к Митьке, - ну где твои попрятались? Они что, совсем бараны. Понимать надо. Я здесь хозяин. Весь вокзал мой. - он говорил с небольшим акцентов, в темноту для невидимых слушателей и затем с силой пихнул Митю руками в плечи. Митька подался назад, но устоял. Их уже обступили со всех сторон освобожденные пацаны, образовав круг. К Ахмеду подошел Мока и некоторое время, что то шептал ему на ухо. Ахмед рассмеялся, и презрительно показывая пальцем на своих пацанов, зло заговорил, - Он вас всех как девочек, как баб один скрутил?
  Этот задохлик, вас? Щенки сопливые. Смотрите теперь, как я его в бараний рог буду крутить. - Пацаны вокруг радостно и одобрительно загудели.
  - Ну что дерьмак молись, сейчас я тебя буду на куски рвать.
  Скинув с себя куртку и передав её Моке, Ахмед встал перед Митей в боевой позе. Его решительный и жестокий взгляд уперся прямо в спокойные, чуть насмешливые глаза Мити и моментально преобразил мальчика, он весь подобрался и сжался, как пружина, как тигр перед прыжком, энергия заклокотала в мышцах, готовая выплеснуться наружу и смести всё на своем пути. Взгляд стал таким же жестким, непроницаемым, не чего не выражающим взглядом воина, готового на всё и еще раз на всё. Ахмед заметил эту перемену, но это нисколько не поколебало его решительности, только тень удивления и даже уважения к храброму мальчишке промелькнула во взгляде. Он бросился вперед в полной уверенности , что сметет эту мелюзгу одним махом. Митька же испугался, да, да, но не за себя, а за этого горячего кавказского паренька. Он прекрасно сознавал насколько жестоко и страшно его второе я, которое только что вытеснило его же самого из его тела, и завладело им беспредельно. Он силился вернуться назад, силился перехватить контроль, но все было бесполезно.
  Дальше он действовал, как автомат, как страшная машина.
  Он видел себя , как бы со стороны. Вот он отступает в сторону от несущегося на него парня и одновременно хватает его за руку и натягивает его на себя используя его же инерцию, при этом обрушивая удар правой ноги прямо в область солнечного сплетения. Как в замедленной съемке Митька видит, как парень задыхаясь начинает скрючиваться и падать вниз, а навстречу его переносице уже летит страшный удар локтем. Митька, как на картинке видит, что будет потом, через несколько мгновений. Удар будет такой силы, что часть кости черепа отломится и впечатается в мозг и кавказский парнишка умрет моментально. И вот уже у гроба стоит пожилой мужчина с седой бородой. Его глаза на посеревшем от горя лице скорбно смотрят на мертвое лицо сына. Рядом плачет старуха убитая горем и две маленькие девочки с испуганными, бледными лицами удивленно смотрят на старшего брата. Дикий вопль от увиденного разрывает душу Мити и он ценой неимоверных усилий отпихивает в сторону свое страшное я и тормозит свой чудовищный удар, сбрасывая его силу до минимума. И все таки, локоть дробит переносицу, превращает нос с горбинкой в сплошное кровавое месиво.
  - Я успел, я успел, я спас его - с облегчением повторял Митя, а побледневшие, испуганные, замершие вокруг пацаны с ужасом смотрели на него как на безумного. Митька весело подпрыгивал рядом с их задыхающимся товарищем. Кровавые пузыри лопались на губах Ахмеда, который хрипел и стонал, пытаясь вздохнуть. Митька опустился на колени рядом с ним. Он как бы машинально надавил на какую то точку на груди парня и тот наконец задышал. Всё еще лежа навзничь, Ахмед повернул голову и глаза их снова встретились. На этот раз он смотрел на Митю спокойно, без ненависти и презрения, серьезно и вдумчиво изучая его, и с удивлением видя в глазах его боль и сострадание и даже некоторую виноватость.
  - Прости меня. Очень больно? - спрашивал Митя участливо, наклоняясь к своему бывшему врагу. - Я не хотел сделать ничего плохого не тебе, не твоим пацанам. - И он протянул Ахмеду руку, чтобы помочь встать.
   Ахмед привстал на локтях - Я не девочка, чтобы меня жалеть. Я мужчина. И если я не мертв, я встану сам. - он замолчал на некоторое время продолжая изучать Митю. После долгой паузы его голос вновь разорвал пространство и Митя даже вздрогнул от неожиданности. - Кто ты такой? Откуда взялся. Я никогда раньше не видел таких. Ты как будто не отсюда, с другой планеты.
   Митька улыбнулся. - Да ну брось ты. Я такой же, как любой из твоих пацанов.
  - Нет. Ты не похож не на них, не на меня. Ты другой совсем. - Ахмед привстал, оставаясь сидеть на грязном тротуаре. Неожиданно для себя Митька наклонился и сел рядом с ним. Он сидел и молчал глядя куда то в пространство и улыбка озаряла его лицо. Ахмед смотрел на него сбоку не решаясь нарушить тишину. Митя повернул голову и глаза их снова встретились. - Ты прав я с другой планеты. Нас было там всего двое, я и она. Митя вынул из кармана помятую фотографию Рахиль и протянул ему.
   Ахмед осторожно взял фото и долго смотрел на него. Набежали мальчишки и тоже столпились вокруг. Громким гортанным возгласом Ахмед шуганул их, и они разбежались. - Очень красивая. Это твоя женщина?
   Митька улыбнулся. - Она не женщина, она девочка.
  - Если она твоя, а ты её, она когда-нибудь будет и твоей женщиной. Что случилось на вашей планете?
  - Она исчезла. Никто не знает где она, и что с ней случилось. И я упал с нашей планеты, сюда в этот город. Я должен найти её в течении 3-х недель. Иначе. Нельзя иначе. Понимаешь, нельзя. Помоги мне найти её. - Три недели всплыло в мозгу Мити, помимо его воли. Он просто знал, что надо успеть за три недели и всё.
  - Помогу. Я вижу ты настоящий мужик. Ты мне теперь как брат. - и Ахмед сжал руку Мити в своей руке.
  - Если ты поможешь найти её, ты будешь мне больше чем брат. - Мальчики наконец поднялись с тротуара, все грязные и мокрые.
  - Эй Кузнечик, быстро притащи мне и эээ...., как тебя звать?
  - Митя, Дмитрий.
  - И Мите, сухую одежду. - к Ахмеду подскочил шустрый, юркий парнишка и понесся куда то, исполнять приказ.
  - Она хоть и грязная снаружи кажется. Но это мы специально так её разукрасили, чтоб на цыган походить, а так она нормальная, - объяснял он Митьке в ожидании одежды.
  - Да понятно, понятно, я уже видел ваш камуфляж.
  - А у тебя есть где жить? - продолжал Ахмед.
  - Есть, но сейчас туда нельзя. Мне могут помешать искать её.
  - Ну вот и пойдем со мной. У нас место есть в одном подвале. Там и лежанки есть. В общем жить можно. Мне с таким носом тоже домой соваться не стоит, а то отец еще добавит. Хоть отдохнут от меня, ругать будет некого. Там с тобой всё и обсудим чего и как. - нос у Ахмеда продолжал сочиться кровью, которую он постоянно вытирал, подсунутым кем то из пацанов платком.
  - Это здорово. То, что мне как раз сейчас нужно. Обязательно пойдем.
   Им принесли замызганные куртки, которые они с удовольствием переодели, сняв свои, промокшие.
  Повернувшись к пацанам Ахмед строгим, уверенным тоном прокричал, - Так, теперь все по домам. Чича поменяйся курткой с Мокой, а то его дома отец убьет, а так скажет, что с приятелем перепутал. А ты Чича скажешь матери, чтобы постирала. Она у тебя добрая. А мы с Митькой затарчим в тарчиле. Вам туда не соваться, встречаемся завтра здесь в одиннадцать. Всем понятно?
  Митя подошел в плотную к Моке - Пацан ты меня извини, что я тебе куртку попортил.
  Мальчик смущенно опустил голову. - Да ладно проехали. А покажи мне, ну это, твою. - Митька улыбнувшись протянул ему фотографию Рахиль. Мока долго рассматривал фото. - Да, очень красивая. - и обращаясь уже к Ахмеду, добавил. - А можно мне с вами, я бы тоже искал её.
  - Домой я сказал. - и подошедший Ахмед дал легкий подзатыльник Моке.
   Недовольный, неуклюжий мальчишка, нехотя поковылял прочь, на ходу пытаясь застегнуть маленькую Чичену куртку и бурча еле слышно, - Я всё равно её тоже буду искать. - И вдруг обернувшись крикнул Митьке. - А ты правда с другой планеты? - Ахмед и Митя захохотали.
  - Иди давай а то тебя папаша точно прибьет, космонавт - крикнул ему вдогонку Ахмед. Подожди пять минут я сейчас бабла мусаряге отстегну, это быстро здесь за углом, и тогда уже погоним, угу. - продолжал Ахмед обращаясь уже к Мите. Он забежал за угол, где его уже поджидал давешний милиционер с вокзала. А Митька остался его ждать, подсматривая и подслушивая из за угла.
  - Ну ты где там скочешь, злой чечен, супермен. - подхихикивая обратился милиционер к Ахмеду. - Пол дня ужо жду тя тута. Еврики все заснял?
  - Все до копья. Пришлось три банкомата обегать.
  - У ты моя умнечка. Чеченушка ты мой золотой. Вот теперь тебя люблю я, вот теперь тебя хвалю я, постовому Алексею, ты гаденыш угодил. Давай быстро мне восемь штук и разойдемся.
  - Да ты гонишь мент. Мы и так тебе 60 процентов отдавали. А теперь ты совсем приборзел. Восемьдесят тебе подавай. - возмущенно сверкая глазами кричал Ахмед.
  - Ну-ка мне тут цыц черножапня хренова. Я за всю вашу шарашку отдувайся перед клиентами, перед начальством, и ты мне еще чебурек будешь условия ставить. Да я вас сопляки враз пересажаю, а потом будете в колонии от скуки друг другу попки развальцовывать. Быстро деньги дал. - лицо милиционера от крика и возмущения приобрело явно выраженный красный цвет и даже с переходом в легкую синеву.
  - На живоглот. - зло сплюнув Ахмед отсчитал и сунул в хищную ручку милиционера, названную сумму.
  - Вот так то оно лучше. Да, и не забудь Ахмедушка, когда за всё остальное у барыг бабки получите, мне принесть долю. Ух ты, мой золотой. Я же тебя люблю дурачок. Ты же мне как сын родной. - и он радостно приобнял Ахмеда за плечи, заметив разбитый нос. -О, это кто тебя так? Может помощь нужна? Мы быстро твоего обидчика в отделении дубьем по почкам так отходим, что кровью ссать будет. Уж чего, чего а это мы умеем.
  - Ладно отвали, сам разберусь. Бабло получил. Всё, мне бежать пора. - Ахмед сбросил руку милиционера со своего плеча, презрительно посматривая на него исподлобья.
  - Ох какие мы гордые. Смотри не засветись нигде, а то тебя за жопу возьмут и меня прихватят, и рот на замке держи. - кричал милиционер в спину убегающему Ахмеду, провожая его взглядом полным ненависти и презрения. - Сопляк, - продолжал он про себя, - я бы тебя сам голыми руками задавил, если бы ты мне не нужен был. Больно много ты знаешь обрек хренов.
  Ахмед забежал за угол, обнял Митьку за плечо и быстро увлекая за собой, повел его в темноту ночи.
  -Что же ты с таким гавном, с таким дядя-Бориком работаешь. - возмущенно спрашивал Митя.
  - С каким Бориком? Эту мусорню Алешенькой кличут. Да среди мусаров других и нету. Все такие. А если заведется какой, слышал, дубьем по почкам, и на тот свет.
  - Да не правда, есть наверное и хорошие. Только им наверное тяжело среди такого гавна плавать.
  - Эх ты мусор, мусоренок. Был ты мусором с пеленок, - неожиданно весело запел Ахмед.
  - Да ты у нас еще и поэт, - засмеялся Митька.
  - Ну продолжай давай рифму. У меня нечо в голову не идет, - обращался Ахмед к Митьке весело улыбаясь
  - А когда на пенсию провожал народ, получился славный мусоропровод, - вдруг выдал Митька. И пацаны дружески обнявшись и покатываясь со смеха быстро зашагали вперед.
  Через некоторое время они благополучно добрались до тайной коморки в подвале. Бомжацкая гостиница была оборудована по последнему слову бомжацкой техники. Там была батарея парового отопления, бак с водой, чайник, посуда, небольшая плита, туда провели электричество. Две кровати, стол, стулья, шкаф, две тумбочки плотно стояли в притирку друг к другу еле умещаясь в маленькой квадратной комнатушке. Комнатушка была вырыта подзем лей, и попасть в нее можно было сверху через неприметный лаз, закрытый деревянной крышкой с металлическим кольцом. Сверху крышка была завалена всяким мусором. Можно было пройти сверху по люку и так ничего и не заметить. Ахмед аккуратно раздвинул мусор в стороны, поднял за кольцо крышку люка и опершись о локти повис посередине образовавшегося проема, подмигнув Митьке он быстро нырнул вниз в темноту. Через несколько мгновений от туда раздался его голос. - Сейчас подожди свет включу и лестницу подставлю, а то еще ноги сломаешь. - Через несколько мгновений зажглась довольно яркая лампочка, осветившая убогое жилище и показались края приставной лестницы. Митя быстро спустился вниз, а Ахмед с трудом опустив и развернув лестницу, в тесном помещении, засунул ее под кровать. Затем с помощью веревки, привязанной к крышке люка, закрыл его, потянул еще за несколько веревок, свисающих с потолка, - Это, чтобы мусором сверху люк прикрыть, для маскировки, эти веревки привязаны к кускам мусора. - Пояснил он, удивленно наблюдающему за ним Мите. В довершении всего он поднял квадратный кусок войлока и закрыв люк с обратной стороны, прикрепил его специальными винтовыми зажимами к потолку. - А это чтобы свет наружу не пробивался. - Продолжал пояснять свои действия Ахмед.
  - Здорово здесь у вас все оборудовано. Неужели сами всё смастерили? - восхищенно спрашивал Митя.
  - Да ты чо. Мы чо больные. Нет, это от одного местного бандюгана, крутого, торчилово осталось. Они с другим бандюганом чего то не поделили и тот к нему киллеров подослал, ну а он в этом торчилове хавался, со своим охранником. И никто об этом месте кроме их двоих не знал. А потом один раз они выползли наружу от сюда, в город , их сразу и пришили. Вот это местечко осталось ничейным и никому неизвестным.
  - А ты то откуда узнал, если никому, а? - недоверчиво поглядывая на Ахмеда, спрашивал Митька.
  - Это я через одну бабенку прознал, она им сюда харчи носила, звонила по их указке, корешу ихнему, ну и так обслуживала по своим делам, - при этих словах Ахмед мелко захихикал. - Я с ней случайно познакомился в парке. Она поддатая была, привела меня сюда. Ну и всё остальное. Дома у нее муж вечно пьяный. Бьет её. А как мужик уже давно никакой. Она постоянно от него с фингалами ходит. Вот с тех пор я здесь иногда зависаю и с Клавочкой общаюсь. Её Клавочкой зовут. Не че кстати тетка. Тридцать лет, а заводная будь здоров. Она кстати сегодня заявится. Через часик примерно. Если хочешь можешь с ней тоже пообщаться, ну это, сам знаешь. Я не жадный. - Ахмед смущенно опускал вниз глаза, стараясь не смотреть прямо на Митю. - Сам понимаешь любовь любовью, но и это иногда тоже надо, ну там отдохнуть, расслабиться. - окончательно смутившись серьезного взгляда Мити, Ахмед оборвал разговор на полуслове. - Ладно замяли. Кстати дай-ка я ей звякну. Чтоб в аптеку зашла, чё недь для носа купила.
  Митька не очень четко понимал и осознавал все намеки Ахмеда, но смутно догадывался о чем идет речь.
  Ему неожиданно вспомнились ночи проведенные в комнате, которую они снимали у старухи, и период когда та уезжала к своей сестре на месяц. Почти каждый день, поздно, около 12 ночи, приходил ненавистный ему Дядя Борик.
  Мать заранее, за два, полтора часа укладывала его спать. Обычно, перед сном они болтали обо всем на свете, но в эти дни мать была особенно не разговорчива и как ему казалось старалась виновато отвести взгляд в сторону. Чтобы окончательно не смущать её Митя принимал её игру, молча укладывался и отворачивался к стенке. Но он не спал, душу его разрывало не с чем не сравнимое унижение и обида за мать. В положенное время к матери приходил гость, свет гас, был слышен только шепот и противный, ехидно-надменный тихий смешок Дяди Борика. Потом начинались пыхтение, сопение, скрип кровати. Митька лежал как взведенная пружина на своей кровати. Казалось, намекни она полу звуком, полу жестом, что не хочет продолжать этого дальше и он как раненный зверь бросился бы и разорвал бы этого гада на куски. Но она молчала и всё новые и новые волны унижения, захлестывали душу мальчика. Он забывался тяжелым, бездонным сном, только тогда, когда наконец всё затихало.
  - Может быть я тогда лучше пойду, ты здесь со своей Клавочкой оставайся - былые воспоминания, вызвали очень неприятные чувства у Митьки.
  - Да ты чо. Куда ты пойдешь? Я с ней по быстрому. Да и нам одной кровати хватит. А ты на второй отдыхай. Если стесняешься к стенке отвернись.
  Последняя фраза особенно покоробила Митьку. - Нет уж я лучше пойду.
  - Да ты чо братан, она же просто телка для перепихона. Полчаса и мы начнем с тобой кумекать че и как на завтра.
  Я тебя не пущу, ты мне брат теперь, когда я еще такого пацана встречу. - И Ахмед вскочил и загородил путь Мите. - Ну ладно только давай по быстрому, - послышались шаги каблуков, и Митька нехотя завалился на кровать и отвернулся к стене, как назло перед Митькиными глазами висело маленькое зеркальце, в котором видна была вся комната. И мальчишеское любопытство приковало к нему взгляд.
  Ахмед быстро выключил верхний свет оставил маленький тусклый ночничок. К своему стыду Митька, с еще большим вниманием и цепкостью стал вглядываться в зеркальце.
  Ахмед сбросил с себя всю верхнюю одежду, оставшись в одних широченных трусах, которые уже изрядно оттопыривались впереди, он быстро и нервно бегал из угла в угол маленькой комнатки, с нетерпением прислушиваясь к приближающимся шагам. На конец сверху послышалась возня, крышка люка открылась, Ахмед уже подставил лестницу и держал её, поджидал внизу. Показались спускающиеся полненькие ножки и бедра, обтянутые черными чулками в крупную сетку. Замшевая, светло коричневая юбка, слегка прикрывала крупный зад, спускающийся женщины. Под юбкой виднелись большие дыры на чулках. - Ну что заждался мой джигитик. Я по телефону правильно поняла, что мы сегодня втроем будем, - грубоватый пропитой, прокуренный голос, как то не вязался с ласковыми словечками, произносимыми дамой. - Ух ты мой козлик не терпеливый, - посматривая вниз, со смешком произносила дама гортанным громким голосом.
  - Тихо ты дурёшка. Мы с тобой только вдвоем будем, мой друг устал, спит. Ахмед схватил большой зад женщины, задрал юбку вверх и принялся жадно целовать большие белые, голые ягодицы, спускающиеся вниз. Женщина опять громко зычно загоготала. - Сейчас мой миленький, сейчас мой сладенький. А может он все таки будет, я втроем хочу. - в комнатке резко пахнуло винным перегаром. Клавочка, не успев спуститься вниз, осталась без юбки, быстро стянутой Ахмедом вниз. - Нет, я сказал. Только мы. Опять поддатая, - быстро говорил Ахмед, поднимая её руки и стаскивая ей кофточку. Черный бюстгальтер тоже не долго сдерживал мощный напор большой Клавочкиной груди. Через несколько секунд Ахмед уже повалил ее на кровать не снимая чулочков плотно охватывающих пышные бедра. И ягодицы Ахмеда методично задвигались, то сжимаясь, то разжимаясь, а скрип кровати заглушали громкие вздохи и стоны Клавочки. Жадно досмотрев до этого места, Митька усилием воли все таки заставил себя закрыть глаза. Но фантазии мальчишки было не остановить и подтверждаемые ярким звуковым сопровождением, они рисовали в его мозгу очень соблазнительные сцены. Впервые в жизни он ощутил мужское напряжение и последующую за ним разрядку. После этого ему сразу стало противно и мерзко. Он ощущал себя предателем по отношению к Рахиль, но мысленно увидев её лукавую улыбку и взгляд, он понял что этот бесенок, всего лишь посмеялся бы над ним, но не осудил, и он моментально провалился в глубокий сон, утомленный многочисленными, необычными событиями этого насыщенного дня.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"