Аннотация: У каждой кошки, даже самой бродячей, должен быть свой дом и свой хозяин. Дом она себе уже выбрала, а вот приручать её тебе придется самостоятельно.
Кошка.
Я не знаю, как изменится твое лицо,
Когда ты повернешься ко мне спиной,
Подари мне желание быть просто рядом с тобой...
Ночные снайперы - Ты
Больше всего на свете тебе хочется сравнить её с кошкой. Во всяком случае по твоей квартире она передвигается именно как кошка: лениво и грациозно огибает раскиданные по всюду предметы интерьера и быта. Ты говоришь всем, что это творческий беспорядок, желая лишь, чтобы от тебя отстали, но на самом деле это самый настоящий бардак, и ей этот бардак, как ни странно, нравится. Она садится на диван, утопает в многочисленных подушках, которые ты так любишь, и, чуть склонив голову к груди, наблюдает за тем, как ты работаешь... Привыкнуть к этому взгляду невозможно, а вот разучиться без него жить - вполне.
Ты любишь её так сильно, что тебе страшно. От такой любви либо умирают, либо сходят с ума, а ты боишься и того и другого, потому что в обоих случаях останешься без неё. Ты ревнуешь её ко всему подряд и даже к воздуху, потому что он ближе, значительно ближе к ней, чем ты. И невыносимо думать о том, что он, в отличие от тебя, ей жизненно необходим.
Но пока ты думаешь об этом, она незаметно подкрадывается сзади, обнимает тебя со спины и, положив подбородок тебе на плечо, спрашивает:
- Как думаешь, мне пойдет пирсинг на языке?
Ты представляешь её с пирсингом, понимаешь, что это будет последняя капля, и быстро-быстро мотаешь головой. А она тем временем дышит тебе куда-то в ухо и все тем же звенящим в общей тишине шепотом интересуется:
- У тебя новый шампунь? Мне нравится. Кстати, я не буду делать пирсинг, - и, резко развернув кресло так, чтобы оказаться лицом к тебе, добавляет, - только ради тебя.
Её улыбка - как наркотик. Умереть можно как от передозировки, так и от ломки. Только вот тебе все чаще кажется, что твой случай именно второй, потому что от первого она тебя старательно оберегает.
Я слышу шепот её губ, тонкий запах духов,
Я слышу шорох платья и звуки шагов.
Когда она спит, я слышу, то, что ей снится,
Я даже слышу, как она поднимает ресницы.
Если вдруг она в подушку ночью тихо заплачет,
Я сосчитаю, сколько слез от меня она прячет.
А сейчас её нет, она куда-то ушла.
И ничего не происходит.
Тишина...
Dolphin - Тишина.
И все-таки она кошка. Она уходит, когда ей вздумается, и возвращается абсолютно неожиданно. И ты не сомневаешься, что однажды обязательно заметишь у неё два напряженно торчащих черных ушка и длинный, гибкий хвост. Иногда ты представляешь, как бы этот хвост мог обмотаться вокруг твоей руки... И каждый раз тебе кажется, что она обязательно рассмеялась бы в этот момент. Кошки ведь всегда получают то, что хотят. Правда, думать о том, что она хочет именно тебя, на твой взгляд, значит слишком преувеличивать свое место в её жизни. Но думать сейчас можно обо всем, что угодно, а тем не менее факт остается фактом: её нет, она опять куда-то ушла от тебя, и квартира совсем тихая и пустая, и её здесь катастрофически не хватает, без неё здесь все не так, и даже разбросанные вещи вызывают раздражение и парадоксальную для тебя мысль о том, что надо бы прибраться, и ты невольно вспоминаешь чье-то мудрое изречение, гласящее, что человек, у которого есть кошка, возвращается не в дом, а домой.
Она очень любит твои волосы. Ей доставляет огромное удовольствие перебирать их, вдыхать их запах, пропускать сквозь пальцы... И раньше тебя это злило и раздражало, а сейчас даже нравится, но ты все равно бурчишь, правда уже чисто для вида. По традиции. О, как она любит всяческие традиции. Только с тобой у неё их с десяток. А ведь в её жизни явно есть и другие. При слове "другие" тебя снова охватывает чувство ревности, и ты впервые думаешь о том, что она твоя. Хочет она этого или нет!
А после этой мысли ты долго куришь, уставившись на что-то в окне, без единой мысли в голове.
В квартире пусто. Тебе больно. Кошки дома нет.
***
Она объявляется на рассвете, снимает в полутьме коридора туфли на устрашающей шпильки и, увидев тебя, обессилено опускается на пол, прислоняясь к стенке. Слабо улыбнувшись, спрашивает:
- У нас есть что-нибудь перекусить?
И от этого "у нас", у тебя затмевает рассудок, ты садишься рядом и целуешь её, жадно, голодно... И она отвечает, и даже почти ничего не соображая, ты чувствуешь её полуулыбку- полуухмылку. Длинный гибкий хвост обвивается вокруг твоего сердца...
У каждой кошки, даже самой бродячей, должен быть свой дом и свой хозяин. Дом она себе уже выбрала, а вот приручать её тебе придется самостоятельно.
Все ушли, остались двое в мире самых чокнутых людей.