Риена
Пламя Чёрной Башни том 4 часть 2

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  Глава 31. Приглашение воздушных
  
  - Яньлин, тебя тут приглашают на открытие новопостроенной башни воздушных.
  
  Си Ень подал сыну роскошное приглашение - тяжёлый свиток на дорогой бумаге, с серебряной печатью и витиеватыми иероглифами.
  
  Яньлин провёл пальцами по письму, считывая энергию чернил.
  
  - Вместе с женой, - добавил Си Ень. - Очень вежливо.
  
  - Я бы хотел на это посмотреть, - Яньлин задумался. - Да и Жэньли никогда не была в башне родного источника.
  
  Он помолчал.
  
  - Только немного странно, что они не приглашают тебя.
  
  - Ну а вдруг я соглашусь? - Си Ень улыбнулся. - Они меня, знаешь ли, боятся. А ты менее страшный.
  
  - Я не очень понимаю, - Яньлин нахмурился. - Ты хочешь, чтобы я согласился, или не хочешь?
  
  - Это исключительно твоё решение, - Си Ень пожал плечами. - Если тебе любопытно - можешь слетать. Ты им помог распечатать этот источник. Они выражают благодарность. Прими её, если хочешь.
  
  - Если Жэньли согласится, я так и сделаю, - Яньлин кивнул.
  
  Он нашёл Жэньли в лечебнице. Она помогала Мэйлин разбирать травы - сортировала, связывала в пучки, раскладывала по полкам. При звуке его шагов подняла голову и улыбнулась.
  
  - Яньлин!
  
  - Маленькая птичка, - он подошёл и показал ей приглашение. - Смотри, что у меня есть.
  
  Жэньли взяла свиток и прочитала.
  
  - Воздушная башня? - её глаза загорелись. - Они приглашают нас?
  
  - Хочешь в гости к источнику твоей силы?
  
  - Я никогда не была у воздушного источника, - она прижала свиток к груди. - Никогда. Даже не думала, что когда-нибудь попаду туда.
  
  - Так хочешь?
  
  - Если мой муж согласен, - она улыбнулась, - я согласна.
  
  - Тогда идём собираться, - раздался голос Шаали.
  
  Она появилась рядом - в человеческом облике, с огненными глазами и решительным выражением лица.
  
  - Главное - выбрать подходящие наряды.
  
  Покои Яньлина и Жэньли превратились в поле битвы. Шаали металась между сундуками, доставая одежду, разглядывая, откладывая, снова доставая. Горы тканей росли на кровати - красное, чёрное, золотое, серебряное.
  
  - Нет, - она отбросила один халат. - Слишком простой.
  
  - Нет, - отбросила другой. - Слишком яркий.
  
  - Нет, - третий. - Неподходящий оттенок.
  
  Яньлин сидел в углу и вздыхал.
  
  - Шаали, - сказал он наконец. - Так как я не вижу, мне всё равно.
  
  Шаали замерла с мантией в руках и медленно повернулась к нему.
  
  - Тебе, - произнесла она ледяным тоном, - может быть, и всё равно. Но мне - не всё равно.
  
  - Но...
  
  - Я не допущу неподходящего вида, - она вернулась к сундукам. - Ты - помощник главы Чёрной башни. Сын Си Еня. Огненный принц. Ты будешь выглядеть соответствующе.
  
  - Шаали...
  
  - Не спорь со мной.
  
  Жэньли, сидевшая рядом с Яньлином, тихо хихикнула.
  
  - Не смейся, - Шаали бросила на неё строгий взгляд. - Тебя тоже касается. Ты жена огненного принца. Воздушная заклинательница в башне своего источника. Все будут смотреть на тебя.
  
  Жэньли перестала смеяться.
  
  Через час они были готовы. Яньлин был одет в чёрную мантию с огненной вышивкой - языки пламени поднимались от подола к плечам, золотые нити блестели в свете. Его волосы были уложены в сложную причёску, закреплённую шпильками с рубинами. Жэньли выбрала платье в цветах обоих источников - синее с серебром, но с огненными узорами на рукавах. Её коса была украшена той самой шпилькой, которую сделал для неё Яньлин.
  
  - Идеально, - Шаали удовлетворённо кивнула. - Теперь вы выглядите как подобает.
  
  - Наконец-то, - пробормотал Яньлин.
  
  - Я слышала.
  
  - Я знаю.
  
  В коридоре их встретили Си Ень и Мэйлин.
  
  Мэйлин окинула их взглядом - оценивающим, материнским.
  
  - Красивые, - сказала она. - Шаали постаралась.
  
  - Конечно, - Шаали приняла комплимент как должное.
  
  Мэйлин повернулась к мужу.
  
  - Зачем ты детей одних отпускаешь? - спросила она тихо.
  
  - Не одних, - Си Ень улыбнулся. - Шаали всегда с ними.
  
  - Шаали одна...
  
  - И я пошлю двух своих стражей пламени.
  
  Мэйлин замолчала. Стражи пламени - личная охрана главы, шестеро духов, невидимых большую часть времени. Они подчинялись только Си Еню и могли защитить от любой угрозы.
  
  - Они не узнают? - спросила она.
  
  - Нет, - Си Ень покачал головой. - Стражи будут невидимы. Но если что-то случится - они вмешаются.
  
  Мэйлин вздохнула.
  
  - Ладно, - она подошла к Яньлину и обняла его. - Будь осторожен.
  
  - Буду, мама.
  
  - И присматривай за Жэньли.
  
  - Буду.
  
  - И слушайся Шаали.
  
  - Мама!
  
  - Что? - она невинно улыбнулась. - Шаали мудрее тебя.
  
  - Это правда, - согласилась Шаали.
  
  Яньлин вздохнул.
  
  Си Ень обнял Жэньли.
  
  - Береги себя, - сказал он. - И его тоже.
  
  - Конечно, глава.
  
  - И возвращайтесь до вечера.
  
  - Обещаем.
  
  Они поднялись на крышу башни.
  
  Шаали превратилась в маленькую огненную ящерку и устроилась на плече Яньлина.
  
  - Я буду показывать дорогу, - сказала она. - Лети на северо-запад.
  
  - Готова? - Яньлин повернулся к Жэньли.
  
  - Готова.
  
  Огненные крылья развернулись за его спиной - яркие, пылающие. Он обнял Жэньли за талию и взмыл в небо.
  
  Внизу Си Ень и Мэйлин смотрели им вслед.
  
  - Они справятся, - сказал Си Ень.
  
  - Я знаю, - Мэйлин вздохнула. - Просто волнуюсь.
  
  - Ты всегда волнуешься.
  
  - Это моя работа.
  
  ***
  
  Воздушная башня стояла высоко в горах.
  
  Белые стены, серебряные шпили, флаги с символом ветра - спираль, уходящая в небо. Башня казалась невесомой, почти прозрачной, словно вот-вот взлетит.
  
  Яньлин и Жэньли приземлились на широкую площадку у главных ворот.
  
  Их уже ждали.
  
  Глава Воздушной башни Фэн Ли вышла вперёд и поклонилась.
  
  - Господин Яньлин, - её голос был мягким, как ветер. - Госпожа Жэньли. Добро пожаловать в башню ветров.
  
  - Благодарю за приглашение, глава, - Яньлин поклонился в ответ.
  
  - Это честь для нас, - глава улыбнулась. - Без вашей помощи эта башня не существовала бы.
  
  Она повела их внутрь.
  
  Башня воздушных была совсем не похожа на Чёрную. Здесь всё было лёгким, воздушным, пронизанным светом. Коридоры были широкими, потолки - высокими, окна - огромными. Везде чувствовалось движение воздуха - мягкое, едва уловимое. Жэньли шла рядом с Яньлином и не могла оторвать глаз от всего вокруг.
  
  - Это... - она искала слова. - Это прекрасно.
  
  - Нравится? - спросил глава.
  
  - Очень, - она улыбнулась. - Я никогда не думала, что увижу что-то подобное.
  
  Яньлин слушал и улыбался. Он не мог видеть красоту башни, но чувствовал её энергию - лёгкую, чистую, свободную.
  
  И по своей привычке он начал прислушиваться.
  
  - Здравствуй, - прошептал он тихо, обращаясь к башне. - Как тебе здесь?
  
  Башня откликнулась - не словами, но ощущениями. Радость. Благодарность. Молодость.
  
  Она совсем новая, - понял Яньлин. - Как ребёнок. Счастливый ребёнок.
  
  Потом они спустились к источнику.
  
  Зал источника был круглым, с куполом из прозрачного стекла. В центре - чаша, из которой поднимался столб чистого воздуха, сияющего серебристым светом.
  
  - Источник ветров, - глава остановился у входа. - Он помнит вас, господин Яньлин.
  
  Яньлин подошёл ближе и опустился на колени.
  
  - Здравствуй, - сказал он тихо. - Давно не виделись.
  
  Источник откликнулся - порывом тёплого ветра, который обвил Яньлина как объятие.
  
  Благодарю, - услышал он. - За свободу. За жизнь. За возможность быть.
  
  - Не за что, - Яньлин улыбнулся. - Я рад, что у тебя теперь есть дом.
  
  А это твоя жена? - источник потянулся к Жэньли. - Воздушная. Моя дочь.
  
  - Да, - Яньлин кивнул. - Это Жэньли.
  
  Жэньли шагнула вперёд - неуверенно, осторожно.
  
  - Здравствуй, - прошептала она.
  
  Источник обнял её - ветром, светом, теплом. Она почувствовала, как её собственная сила откликается, резонирует, поёт.
  
  - Ох, - она прижала руку к сердцу. - Это... это невероятно.
  
  Рад познакомиться, - сказал источник. - Добро пожаловать домой, дочь ветра.
  
  После источника был торжественный обед.
  
  Их усадили на почётные места - Яньлина справа от главы, Жэньли - слева. Столы ломились от угощений - лёгких, изысканных, под стать башне.
  
  Глава произнесла речь - о благодарности, о новом начале, о дружбе между башнями. Несколько раз упомянула Яньлина - "огненный принц", "освободитель источника", "друг воздушных".
  
  Яньлин улыбался и кивал, хотя внутри чувствовал себя неловко. Он не любил такое внимание.
  
  - Как тебе? - шепнула Жэньли.
  
  - Слишком много слов, - он улыбнулся. - Но еда хорошая.
  
  - Яньлин!
  
  - Что? Это правда.
  
  После обеда глава предложила показать им земли воздушного источника.
  
  Они летели над горами - Яньлин с Жэньли на огненных крыльях, глава и несколько заклинателей - на потоках ветра. Мир внизу был прекрасен - зелёные долины, серебряные реки, белые вершины.
  
  Яньлин не видел этого, но чувствовал - энергию земли, потоки силы, пульс жизни. И вдруг он почувствовал что-то другое. Тяжесть. Темнота. Боль.
  
  - Что это? - он остановился, зависнув в воздухе.
  
  - Что? - Жэньли посмотрела на него.
  
  Яньлин указал в сторону ущелья на границе владений воздушных.
  
  - Там, - сказал он. - Что там?
  
  Глава воздушных подлетела ближе.
  
  - Это... - она замялась. - Это граница с владениями земных.
  
  - Я чувствую что-то, - Яньлин нахмурился. - Что-то тяжёлое. Больное.
  
  - Там старые земли, - глава отвела глаза. - Ничего особенного.
  
  - Глава, - Яньлин повернулся к нему. - Я чувствую разлом. Глубокий энергетический разлом. Что там происходит?
  
  Глава молчала.
  
  - Это не моё дело, - добавила она наконец. - Земля принадлежит земным.
  
  - Но разлом на границе ваших владений.
  
  - Да, - глава кивнула. - Но мы... мы не можем ничего сделать.
  
  Яньлин смотрел на него - и понимал, что большего не добьётся.
  
  - Прошу прощения, глава, - сказал он. - Я обещал отцу вернуться до вечера. Нам пора.
  
  - Конечно, - глава кивнула с явным облегчением. - Конечно. Благодарю вас за визит.
  
  Они попрощались со всеми - вежливо, формально. И улетели.
  
  ***
  
  Чёрная башня встретила их закатом.
  
  Яньлин и Жэньли приземлились во внутреннем дворе. Шаали тут же приняла человеческий облик.
  
  - Иди к отцу, - сказала она Яньлину. - Я позабочусь о Жэньли.
  
  - Спасибо.
  
  Он поцеловал жену и направился в кабинет Си Еня.
  
  Си Ень поднял голову при звуке шагов.
  
  - Уже вернулись? - он удивлённо моргнул. - Я думал, вы останетесь до ночи.
  
  - Нет, - Яньлин вошёл и закрыл за собой дверь. - Мы вернулись раньше.
  
  - Почему? Вас плохо приняли?
  
  - Нет, - Яньлин покачал головой. - Приняли нас хорошо. Всё показали. Включая окрестные земли.
  
  Он помолчал.
  
  - Отец, у них там разлом.
  
  Си Ень замер.
  
  - Где? Какой разлом?
  
  Шаали появилась рядом - в человеческом облике, с серьёзным лицом.
  
  - Здесь, - она подошла к карте на стене и указала. - Здесь, на границе с владениями земных. Там глубокий энергетический разлом, глава. Возможно, углубившийся после пробуждения воздушного источника.
  
  Си Ень встал и подошёл к карте.
  
  - Они тебе его специально показали? - спросил он.
  
  Яньлин задумался.
  
  - Глава воздушных отговорилась, когда я спросил напрямую. Но... да. Они показали мне именно это место.
  
  Си Ень потёр висок.
  
  - Возможно, они просят помощи таким хитрым образом, - сказал он. - Как обычно. "Посмотрите, у нас тут какая-то гадость". А дальше приходится вмешиваться.
  
  - Ты думаешь, они хотят, чтобы мы...
  
  - Я думаю, они не знают, что делать, - Си Ень вздохнул. - И надеются, что я пойму намёк и приду на помощь. Без того, чтобы им пришлось просить напрямую.
  
  - Гордость?
  
  - Гордость, - он кивнул. - Страх показаться слабыми. Нежелание быть обязанными. Обычное дело.
  
  Он помолчал, глядя на карту.
  
  - Придётся разбираться, - сказал он наконец. - Завтра пошлю разведчиков. Узнаем, что там на самом деле.
  
  - Я могу...
  
  - Нет, - Си Ень покачал головой. - Ты сегодня достаточно сделал. Иди к жене. Отдыхай.
  
  - Но отец...
  
  - Это приказ, помощник, - Си Ень улыбнулся. - Иди.
  
  Яньлин вздохнул.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Но завтра я хочу знать всё.
  
  - Завтра узнаешь.
  
  Яньлин поклонился и вышел.
  
  Си Ень остался один - глядя на карту, на точку, которую отметила Шаали.
  
  Разлом, - думал он. - Ещё один разлом. Как будто мало было проблем.
  
  Он вздохнул и вернулся к столу.
  
  Ночь будет длинной.
  
  ***
  
  Поздно вечером Мэйлин зашла в кабинет главы.
  
  Си Ень сидел за столом, склонившись над картой. Свечи догорали, отбрасывая на стены дрожащие тени. Он не поднял головы при звуке её шагов - слишком погружённый в свои мысли.
  
  - Что случилось? - спросила Мэйлин.
  
  Он вздрогнул и посмотрел на неё.
  
  - Мэйлин. Я думал, ты уже спишь.
  
  - Я ждала тебя, - она подошла ближе. - Яньлин, кажется, обиделся.
  
  - Обиделся?
  
  - Жэньли мне рассказала, - Мэйлин села на край стола. - Ты сказал ему не вмешиваться и во всём разберёшься сам.
  
  Си Ень вздохнул.
  
  - Я сказал ему отдыхать. Это не то же самое.
  
  - Для него - то же самое.
  
  Она посмотрела ему в глаза.
  
  - В чём опять ты собираешься сам разбираться?
  
  - Пока ни в чём, - он покачал головой. - Пока это только подозрения.
  
  - Подозрения о чём?
  
  - Мэйлин...
  
  - Не увиливай.
  
  Он потёр виски и поморщился.
  
  - А Яньлин должен прекращать обижаться молча, - сказал он. - Если что-то не так - пусть говорит. Я не умею читать мысли.
  
  Мэйлин заметила, как он морщится.
  
  - Что такое? - она нахмурилась. - Опять голова?
  
  - Немного.
  
  Она встала и положила пальцы ему на виски. Тёплая золотистая энергия потекла от её рук, снимая боль, расслабляя напряжённые мышцы.
  
  - Спасибо, - Си Ень закрыл глаза и улыбнулся. - Ты лучшее лекарство.
  
  - А ты должен прекращать терпеть молча, - она продолжала массировать его виски. - Говоришь Яньлину не молчать, а сам что делаешь?
  
  - Это другое.
  
  - Это то же самое.
  
  Он не стал спорить.
  
  - Так в чём дело? - спросила Мэйлин. - Что Яньлин нашёл в воздушной башне?
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Расскажу, когда буду уверен, - сказал он наконец. - Пока это только... ощущения. Подозрения. Мне нужно проверить.
  
  - Как?
  
  - Завтра слетаю к Цзин Юю, - он открыл глаза. - Нам нужно кое-что обсудить. Кое-что проверить.
  
  Мэйлин убрала руки и посмотрела на него.
  
  - Опять секреты, - она вздохнула. - Ты и Юй, как всегда.
  
  - Не секреты, - он взял её руку. - Просто... я не хочу тебя пугать раньше времени. Может, это ничего. Может, я ошибаюсь.
  
  - А может, нет.
  
  - А может, нет, - он кивнул. - Поэтому мне нужно проверить.
  
  Мэйлин молчала, обдумывая его слова.
  
  - Ладно, - сказала она наконец. - Не посвящайте меня в свои тайны. Вы с Юем всегда так делали.
  
  - Мэйлин...
  
  - Но возьми Яньлина, - она перебила его. - Он считает, что ты ему не доверяешь. Что держишь его в стороне от важных дел.
  
  - Я доверяю ему.
  
  - Тогда покажи это, - она обняла его. - Возьми его с собой. Пусть видит, что ты относишься к нему как к настоящему помощнику. А не как к ребёнку, которого нужно защищать.
  
  Си Ень обнял её в ответ.
  
  - Ты права, - сказал он тихо. - Как всегда.
  
  - Конечно, я права, - она улыбнулась. - Я всегда права.
  
  - Не всегда.
  
  - Почти всегда.
  
  Он рассмеялся - тихо, устало.
  
  - Ладно, - он поцеловал её. - Возьму его. Завтра полетим к Юю вдвоём.
  
  - Хорошо.
  
  Мэйлин отстранилась и взяла его за руку.
  
  - А теперь пошли спать, глава, - сказала она. - Завтра будет долгий день.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Интуиция, - она потянула его к двери. - Пошли.
  
  Си Ень бросил последний взгляд на карту - на точку, отмеченную Шаали.
  
  Завтра, - подумал он. - Завтра разберёмся.
  
  И позволил жене увести себя.
  
  Глава 32. Визит к Цзин Юю
  
  На следующее утро Си Ень нашёл Яньлина в библиотеке.
  
  - Собирайся, - сказал он. - Полетим к Цзин Юю. Нужно обсудить этот разлом.
  
  Яньлин поднял голову от свитков.
  
  - Полетим? - он улыбнулся. - Никогда не летал с тобой.
  
  - Ну, к Юю можно, - Си Ень улыбнулся в ответ. - И я действительно никогда не летал с тобой. Пора исправить.
  
  Яньлин встал.
  
  - Ты же считаешь, что это несерьёзно. Что я должен отдыхать.
  
  - Я считаю, что мой помощник должен быть в курсе важных дел, - Си Ень посмотрел на него. - Так что предупреди жену и поднимайся на крышу. Я сделаю то же самое.
  
  Он подошёл к камину и протянул руку. Маленькая саламандра - Цзян Хуо - выскользнула из пламени и забралась по его руке, устраиваясь под одеждой.
  
  - Пойдём, - сказал Си Ень и вышел.
  
  Яньлин смотрел ему вслед и улыбался.
  
  Они встретились на крыше башни.
  
  Шаали, конечно, сидела у Яньлина на плече - маленькой огненной ящеркой. Си Ень стоял у края, глядя на горизонт.
  
  - Готов? - спросил он.
  
  - Готов.
  
  Они раскрыли огненные крылья одновременно - два пылающих силуэта на фоне утреннего неба. И взмыли в воздух.
  
  Яньлин не мог видеть, но чувствовал - отца рядом, его силу, его огонь. Они летели бок о бок, и это было... правильно. Как должно быть.
  
  Лунная академия раскинулась среди серебристых гор.
  
  Белые стены, синие крыши, башни, увенчанные лунными камнями. Всё здесь было пронизано мягким серебристым светом - даже днём.
  
  Цзин Юй ждал их на открытой террасе своих покоев.
  
  При виде двух огненных фигур, опускающихся с неба, он улыбнулся.
  
  - Какая честь, - сказал он. - Двое крылатых решили меня посетить.
  
  Он обнял сначала Си Еня - крепко, по-братски. Потом Яньлина - теплее, мягче.
  
  - Рад тебя видеть, серебряный, - Си Ень улыбнулся, но тут же нахмурился. - У тебя бледный вид. Опять видение?
  
  - Ничего интересного, - Цзин Юй отмахнулся.
  
  - Ну, как скажешь, - Си Ень внимательно посмотрел на него, но не стал настаивать. - А где твой змей?
  
  - Прячется, - Цзин Юй пожал плечами. - А ваша Шаали тоже?
  
  - С чего мне прятаться? - хмыкнула Шаали, появляясь в человеческом облике рядом с Яньлином.
  
  - Рад вас видеть, госпожа Шаали, - Ли Чжэнь появился рядом с Цзин Юем и поклонился.
  
  Шаали кивнула в ответ - сдержанно, но уважительно.
  
  - Вы же ко мне по делу? - спросил Цзин Юй. - Что мне принести?
  
  - Карту распределения сил и карту потоков, - сказал Си Ень.
  
  Цзин Юй кивнул и исчез в глубине покоев.
  
  Вернулся он через несколько минут - с двумя свёрнутыми картами и кувшином вина. Они устроились за низким столом на террасе, и Цзин Юй разлил вино по трём чашам.
  
  - Ты же знаешь, что я не пью, - сказал Си Ень.
  
  - Это вино ясности, - Цзин Юй улыбнулся. - От него не опьянеешь. Я хочу выпить с тобой. Ну и с Яньлином.
  
  Си Ень внимательно посмотрел на друга.
  
  - Хорошо, - сказал он наконец. - Под твою ответственность.
  
  Они подняли чаши и выпили.
  
  Вино было мягким, прохладным, с лёгким привкусом трав. Яньлин почувствовал, как в голове проясняется, как мысли становятся острее, чётче.
  
  - Хорошее вино, - сказал он.
  
  - Лунное, - Цзин Юй улыбнулся. - Моего собственного приготовления.
  
  Они занялись картами.
  
  Первой Цзин Юй развернул карту распределения сил - круг, разделённый на семь неравных секторов. Огонь занимал почти четверть, остальные стихии делили оставшееся пространство.
  
  - Ну что ж, - Си Ень провёл пальцем по карте. - Воздух действительно усилил свои позиции после пробуждения источника. Дело за водой и землёй. Когда они добавят свои башни, положение выравняется. Более-менее. И огненные не будут так преобладать.
  
  - И тогда вы построите новую башню, - Цзин Юй улыбнулся.
  
  - Это уж как Яньлин захочет, - Си Ень пожал плечами. - Теперь покажи карту потоков.
  
  Цзин Юй развернул вторую карту.
  
  Это была другая карта - не политическая, а энергетическая. Линии силы пересекали её, как реки, сходясь в узлах, расходясь в стороны. Яньлин провёл по ней пальцами, считывая информацию.
  
  - Смотри здесь, - Си Ень указал на границу между владениями воздушных и земных.
  
  Цзин Юй наклонился ближе и нахмурился.
  
  - Это разлом, - сказал он.
  
  - Яньлин там был, - Си Ень кивнул. - Он уже ощущается.
  
  - Да, - Яньлин подтвердил. - Энергия там изменена. Она тяжёлая. Неприятная. Как... как гниющая рана.
  
  Цзин Юй долго смотрел на карту.
  
  - Значит, там есть выход тьмы, - сказал он наконец. - Нельзя оставлять это без присмотра.
  
  - Я думаю попросить помощи у будущего зятя, - Си Ень откинулся назад. - Пусть тёмные проверят эту тьму. Они в этом разбираются лучше нас.
  
  - Что думаешь, Юй?
  
  - Звучит разумно, - Цзин Юй кивнул. - И пусть Звёздная башня говорит напрямую с Воздушной. Так те быстрее согласятся.
  
  - Почему? - спросил Яньлин.
  
  - Потому что воздушные боятся огненных, - объяснил Цзин Юй. - Но тёмных они не боятся. Тёмные... нейтральны. Им проще довериться.
  
  - Значит, так и сделаем, - Си Ень кивнул. - Поговорю с хранителем и Лисян.
  
  Он повернулся к Цзин Юю.
  
  - Не расскажешь, что ты видел, Юй?
  
  Цзин Юй молчал долго.
  
  - Нет, - сказал он наконец. - Не могу. Да это и не важно.
  
  Си Ень смотрел на него - внимательно, испытующе. Но не стал настаивать.
  
  - Ладно, - сказал он. - Как скажешь.
  
  Они выпили ещё по чаше вина.
  
  Разговор перешёл на другие темы - академия, ученики, новости из разных башен. Цзин Юй расспрашивал о Жэньли, о Лисян, о Мэйлин.
  
  Но Яньлин чувствовал - что-то было не так. Цзин Юй улыбался, шутил, но за этим скрывалась усталость. И что-то ещё - что-то, о чём он не хотел говорить.
  
  Видение, - подумал Яньлин. - Что он видел?
  
  Но спрашивать было бесполезно. Если Цзин Юй не хотел говорить - он не скажет.
  
  Наконец они попрощались.
  
  - Береги себя, серебряный, - Си Ень обнял друга. - И если что-то случится...
  
  - Ты узнаешь первым, - Цзин Юй улыбнулся. - Обещаю.
  
  - Дядя Юй, - Яньлин тоже обнял его. - Спасибо за вино. И за помощь.
  
  - Не за что, - Цзин Юй потрепал его по волосам. - Лети осторожно. И передай привет Жэньли.
  
  - Передам.
  
  Они раскрыли огненные крылья и взмыли в небо.
  
  Цзин Юй смотрел им вслед - двум пылающим фигурам на фоне синего неба. Ли Чжэнь стоял рядом, молчаливый и верный.
  
  - Ты не сказал им, - произнёс он тихо.
  
  - Нет, - Цзин Юй покачал головой. - Не сказал.
  
  - Почему?
  
  Цзин Юй долго молчал.
  
  - Потому что я не уверен, - сказал он наконец. - Потому что это может быть ничего. Просто кошмар.
  
  - А если нет?
  
  - Тогда они узнают, - он отвернулся от неба. - Когда придёт время.
  
  И ушёл в покои, оставив Ли Чжэня одного на террасе.
  
  ***
  
  Ли Чжэнь стоял на террасе и смотрел, как две огненные точки исчезают за горизонтом.
  
  Потом повернулся и вошёл в покои.
  
  Цзин Юй сидел у окна, глядя в никуда. Его лицо было бледным, осунувшимся. Серебряные волосы казались тусклыми в дневном свете.
  
  - У тебя было видение про него, - сказал Ли Чжэнь тихо. - Про твоего дорогого друга.
  
  Цзин Юй не ответил.
  
  - Поэтому ты его даже не записал, - продолжил Ли Чжэнь. - Хочешь сделать вид, что его не было.
  
  - Какой ты стал проницательный, - Цзин Юй наконец вздохнул. - Да. Я не могу даже думать про это.
  
  Он закрыл глаза и откинул голову назад.
  
  - Каждый раз, когда я пытаюсь вспомнить... - его голос дрогнул. - Каждый раз я вижу его лицо. Его огонь. И потом... темноту.
  
  Ли Чжэнь подошёл ближе. Его движения были бесшумными, плавными - как у змея, которым он был.
  
  - И ты ему не скажешь? - спросил он.
  
  - Нет, - Цзин Юй покачал головой. - Не скажу.
  
  - Почему?
  
  Цзин Юй открыл глаза и посмотрел на него.
  
  - Потому что его, знаешь ли, это не остановит, - он горько усмехнулся. - Си Ень никогда не отступал перед опасностью. Если я скажу ему, что видел его... - он запнулся. - Он просто пожмёт плечами и скажет "разберёмся".
  
  - И разберётся?
  
  - Может быть, - Цзин Юй отвернулся к окну. - А может, нет. Мои видения не всегда точны. Иногда они показывают то, что может случиться. Иногда - то, что случится, если ничего не изменить. Иногда - просто тени возможного.
  
  Он помолчал.
  
  - На это я и надеюсь. И на его непоколебимую уверенность в собственных силах.
  
  Ли Чжэнь сел рядом с ним.
  
  В человеческом облике он казался молодым - не старше двадцати пяти. Но его глаза были древними, как само время. Глаза существа, которое видело рождение и смерть империй.
  
  - Мне кажется, он всё и так понял, - сказал Ли Чжэнь. - Ты вёл себя очень странно. Даже для тебя.
  
  - Странно?
  
  - Вино ясности, - Ли Чжэнь перечислил. - Ты никогда не пьёшь с ним. Объятия - слишком долгие, слишком крепкие. Взгляды - слишком внимательные. Словно ты пытался запомнить его лицо.
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - И ты не стал настаивать, когда он спросил о видении, - продолжил Ли Чжэнь. - Обычно ты отшучиваешься. Сегодня ты просто сказал "не могу". Си Ень не глуп. Он заметил.
  
  - Тем лучше, - Цзин Юй вздохнул.
  
  - Лучше?
  
  - Если он понял, что я что-то скрываю, - Цзин Юй повернулся к нему, - он будет осторожнее. Внимательнее. Может быть, это спасёт ему жизнь.
  
  - А может быть, он придёт и потребует ответов.
  
  - Не придёт, - Цзин Юй покачал головой. - Он знает меня слишком хорошо. Знает, что я не скажу, пока не буду готов. И он уважает это.
  
  Ли Чжэнь молчал, обдумывая его слова.
  
  - Ты боишься, - сказал он наконец. Не вопрос - утверждение.
  
  - Да, - Цзин Юй не стал отрицать. - Боюсь.
  
  - Потерять его?
  
  - Я видел огонь, - Цзин Юй прервал его. - Огонь, который гаснет. И темноту, которая поглощает всё.
  
  Он закрыл лицо руками.
  
  - Я не могу потерять его, Ли Чжэнь. Не могу. Он мой брат. Моя семья. Единственный человек, который знает меня по-настоящему.
  
  Ли Чжэнь протянул руку и коснулся его плеча. Прикосновение было прохладным, успокаивающим. Лунная энергия потекла от него к Цзин Юю, снимая напряжение, унимая боль.
  
  - Ты не один, - сказал он тихо. - Я с тобой.
  
  - Я знаю.
  
  - И видения можно изменить. Ты сам это сказал.
  
  - Можно, - Цзин Юй опустил руки. - Иногда. Если знать, что именно нужно изменить.
  
  - Ты знаешь?
  
  - Нет, - он покачал головой. - Видение было... размытым. Неясным. Я видел только огонь. И темноту. И чувствовал... потерю.
  
  Он встал и подошёл к окну.
  
  - Может быть, это связано с разломом, - сказал он задумчиво. - С тем, что нашёл Яньлин. А может быть, нет. Может быть, это что-то совсем другое.
  
  - Что ты будешь делать?
  
  - Ждать, - Цзин Юй смотрел на горы. - Наблюдать. Искать знаки. И надеяться, что я ошибаюсь.
  
  - А если нет?
  
  - Тогда я сделаю всё, чтобы его спасти, - он повернулся к Ли Чжэню. - Всё, что в моих силах. И даже больше.
  
  Ли Чжэнь смотрел на него - на это бледное, измученное лицо, на эти глаза, полные страха и решимости.
  
  - Ты его любишь, - сказал он просто.
  
  - Как брата, - Цзин Юй кивнул. - Как единственного брата, который у меня когда-либо был.
  
  - Тогда он выживет, - Ли Чжэнь поднялся. - Потому что ты не позволишь ему умереть.
  
  - Надеюсь, - Цзин Юй вздохнул. - Очень надеюсь.
  
  Он снова сел за стол и посмотрел на карты, которые они изучали. Карта распределения сил. Карта потоков. Разлом на границе владений воздушных и земных.
  
  Что ты скрываешь? - подумал он. - Какую тьму ты прячешь?
  
  Ответа не было.
  
  Ли Чжэнь подошёл и встал рядом.
  
  - Что теперь? - спросил он.
  
  - Теперь я буду ждать вестей от Си Еня, - Цзин Юй свернул карты. - И молиться, чтобы мои видения были просто кошмарами.
  
  - А если нет?
  
  - Тогда я полечу к нему, - он посмотрел на Ли Чжэня. - И буду рядом. Что бы ни случилось.
  
  Ли Чжэнь кивнул.
  
  - Я полечу с тобой.
  
  - Я знаю, - Цзин Юй слабо улыбнулся. - Спасибо.
  
  Они стояли у окна, глядя на горы, на небо, на мир, который казался таким мирным.
  
  Но оба знали - мир обманчив.
  
  И тьма всегда где-то рядом.
  
  Глава 33. Разведка
  
  На следующее утро Си Ень вызвал Яньлина в свой кабинет.
  
  - Держи, - он протянул сыну запечатанный свиток. - Письмо для Чжоу Шэна.
  
  Яньлин взял свиток и провёл пальцами по печати.
  
  - Что в нём?
  
  - Официальная просьба о помощи, - Си Ень откинулся в кресле. - Но ты должен объяснить ему на словах. Про разлом. Про тьму, которую ты почувствовал. Про то, почему мы считаем, что именно Звёздная башня должна этим заняться.
  
  - Почему я?
  
  - Потому что ты был там, - Си Ень посмотрел на него. - Ты чувствовал эту энергию. Ты сможешь описать её лучше, чем любое письмо.
  
  Яньлин кивнул.
  
  - И заодно проведай Лисян и Ляньчжи, - добавил Си Ень. - Твоя мать волнуется. Хочет знать, как они там.
  
  ***
  
  Звёздная башня встретила его привычным холодом.
  
  Яньлин приземлился во внутреннем дворе и сразу почувствовал - здесь всё было другим. Тишина. Мягкий серебристый свет. Тени, которые двигались сами по себе.
  
  - Господин Яньлин, - к нему подошёл заклинатель тьмы. - Хранитель ждёт вас.
  
  - Благодарю.
  
  Его провели в кабинет Чжоу Шэна - тёмную комнату с высокими окнами, завешенными тяжёлыми шторами. Хранитель сидел за столом, и при виде Яньлина поднялся.
  
  - Яньлин, - он кивнул. - Рад тебя видеть.
  
  - Хранитель, - Яньлин поклонился и протянул свиток. - Письмо от моего отца.
  
  Чжоу Шэн взял свиток, сломал печать, прочитал. Его лицо оставалось невозмутимым, но Яньлин заметил, как чуть сузились его глаза.
  
  - Разлом, - сказал он. - На границе воздушных и земных.
  
  - Да, - Яньлин кивнул. - Я был там. Чувствовал его.
  
  - Расскажи.
  
  Яньлин рассказал. О визите в Воздушную башню. О том, как глава показывала им земли. О тяжёлой, гнилой энергии, которую он почувствовал в ущелье.
  
  - Это было... неправильно, - он искал слова. - Как открытая рана. Как что-то, что не должно существовать.
  
  - Тьма? - спросил Чжоу Шэн.
  
  - Я не знаю, - Яньлин покачал головой. - Я огненный. Я не разбираюсь в тьме. Но моя Шаали сказала - там глубокий энергетический разлом. Возможно, углубившийся после пробуждения воздушного источника.
  
  Чжоу Шэн молчал, обдумывая его слова.
  
  - Мой отец считает, что воздушные показали мне это место намеренно, - продолжил Яньлин. - Что они просят помощи, но не хотят просить напрямую.
  
  - Гордость.
  
  - Да.
  
  - И он хочет, чтобы Звёздная башня занялась этим.
  
  - Да, - Яньлин кивнул. - Цзин Юй согласен. Он сказал - воздушные боятся огненных, но тёмных не боятся. Вам будет проще с ними договориться.
  
  Чжоу Шэн усмехнулся - едва заметно.
  
  - Не боятся, - повторил он. - Интересная формулировка.
  
  - Он имел в виду...
  
  - Я знаю, что он имел в виду, - Чжоу Шэн поднял руку. - И он прав. Мы... нейтральны. В политике башен мы редко принимаем чью-то сторону.
  
  Он встал и подошёл к карте на стене.
  
  - Я пошлю разведчиков, - сказал он. - Мои заклинатели проверят этот разлом. Если там действительно выход тьмы - мы узнаем.
  
  - Спасибо, хранитель.
  
  - Не благодари, - Чжоу Шэн повернулся к нему. - Это в наших интересах. Тьма, которая выходит из-под контроля, опасна для всех. Даже для нас.
  
  После разговора с хранителем Яньлин отправился в лечебницу. Лисян нашлась там, где и ожидалось - склонившейся над пациентом. При звуке его шагов она подняла голову.
  
  - Яньлин! - её лицо озарилось улыбкой. - Ты прилетел!
  
  Она бросила работу и обняла его - крепко, радостно.
  
  - Мама волнуется, - сказал он.
  
  - Мама всегда волнуется.
  
  - И папа.
  
  - Папа никогда не признается, что волнуется, - Лисян рассмеялась. - Как ты? Как Жэньли?
  
  - Всё хорошо, - он улыбнулся. - А ты? Выглядишь усталой.
  
  - Работы много, - она пожала плечами. - Но теперь у меня есть Ляньчжи. Он очень помогает.
  
  - Где он?
  
  - В хранилище трав. Готовит зелья.
  
  Они нашли Ляньчжи в маленькой комнате, заставленной полками с травами.
  
  Он стоял у стола, сосредоточенно растирая что-то в ступке. При звуке шагов поднял голову - и его лицо озарилось улыбкой.
  
  - Яньлин!
  
  - Привет, - Яньлин улыбнулся. - Как ты тут?
  
  - Прекрасно, - Ляньчжи отложил ступку. - Правда, прекрасно. Работы много, но... мне нравится.
  
  - Выглядишь хорошо.
  
  - И чувствую себя хорошо, - он кивнул. - Здесь... здесь я на своём месте. Наконец-то.
  
  Они обнялись - коротко, тепло.
  
  - Лоу передаёт привет, - сказал Яньлин. - И грозится прилететь, если ты не будешь писать чаще.
  
  - Я пишу каждую неделю!
  
  - Он говорит - этого мало.
  
  Ляньчжи рассмеялся.
  
  - Скажи ему, что я скучаю. И что здесь действительно холодно. И тихо. Но мне нравится.
  
  Вечером они ужинали вчетвером - Яньлин, Лисян, Ляньчжи и Чжоу Шэн.
  
  Стол был накрыт в личных покоях хранителя - тёмная комната, освещённая мягким серебристым светом. Еда была простой, но вкусной.
  
  - Как мама? - спросила Лисян.
  
  - Волнуется, - Яньлин улыбнулся. - Как всегда.
  
  - А папа?
  
  - Работает. Как всегда.
  
  - А Жэньли?
  
  - Скучает по тебе. Как всегда.
  
  Лисян рассмеялась.
  
  - Передай ей, что я тоже скучаю. И что жду её в гости.
  
  - Передам.
  
  Чжоу Шэн молчал, наблюдая за ними. Его лицо было спокойным, но в глазах мелькало что-то тёплое.
  
  - Твой отец, - сказал он наконец, обращаясь к Яньлину. - Он хороший человек. Многие считают его демоном. Монстром. Разрушителем. Но он заботится о своих людях, - Чжоу Шэн кивнул. - И о тех, кто становится частью его семьи. Это... редкость. Среди глав башен.
  
  Яньлин не знал, что ответить.
  
  - Спасибо, - сказал он наконец. - За то, что приняли Лисян. За то, что делаете её счастливой.
  
  - Это она делает меня счастливым, - Чжоу Шэн посмотрел на Лисян. - Каждый день.
  
  Лисян покраснела и отвела глаза.
  
  На следующее утро Яньлин собрался улетать. Лисян, Ляньчжи и Чжоу Шэн провожали его во дворе.
  
  - Передай маме, что у нас всё хорошо, - сказала Лисян.
  
  - Передам.
  
  - И папе.
  
  - Передам.
  
  - И Жэньли. Скажи ей, что я жду в гости.
  
  - Обязательно.
  
  Она обняла его - крепко, долго.
  
  - Спасибо, что прилетел, - прошептала она. - Я скучаю по вам. По всем.
  
  - Мы тоже скучаем.
  
  Ляньчжи подошёл следующим.
  
  - Передай Лоу, что я напишу завтра, - сказал он. - Длинное письмо. С подробностями.
  
  - Передам.
  
  - И госпоже Мэйлин. Скажи ей, что я использую всё, чему она меня научила.
  
  - Она будет рада.
  
  Чжоу Шэн просто кивнул.
  
  - Лёгкого пути, - сказал он. - И передай отцу - мои разведчики вылетят сегодня. Через неделю у нас будут ответы.
  
  - Благодарю, хранитель.
  
  Яньлин раскрыл огненные крылья и взмыл в небо.
  
  ***
  
  Чёрная башня встретила его закатом. Он приземлился во дворе и сразу направился в покои родителей. Нашёл их на террасе - Си Ень и Мэйлин сидели рядом, глядя на звёзды.
  
  - Вернулся, - Мэйлин улыбнулась. - Как они?
  
  - Хорошо, - Яньлин сел рядом. - Все хорошо. Лисян передаёт привет. И Ляньчжи.
  
  - А хранитель? - спросил Си Ень.
  
  - Согласился помочь. Пошлёт разведчиков. Через неделю у нас будут ответы.
  
  - Хорошо.
  
  Они помолчали.
  
  - Знаешь, - Яньлин улыбнулся. - Тёмные на удивление неплохие родственники.
  
  - Неплохие? - Мэйлин приподняла бровь.
  
  - Чжоу Шэн... он не такой, как о нём говорят. Тихий. Спокойный. Заботится о Лисян. И он сказал...
  
  - Что сказал? - спросил Си Ень.
  
  - Что ты хороший человек, - Яньлин посмотрел на отца. - Что многие считают тебя демоном, но ты заботишься о своих людях. И что это редкость среди глав башен.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Вот видишь, - Мэйлин улыбнулась. - Даже хранитель тьмы это понимает.
  
  - Он просто хочет оставаться в хороших отношениях, - Си Ень отмахнулся.
  
  - Или он действительно так думает.
  
  - Или это.
  
  Они сидели втроём, глядя на звёзды.
  
  - Лисян счастлива там, - сказал Яньлин тихо. - По-настоящему счастлива.
  
  - Я знаю, - Мэйлин вздохнула. - Я вижу это в её письмах.
  
  - И Ляньчжи тоже. Он нашёл своё место.
  
  - Хорошо, - Си Ень кивнул. - Это хорошо.
  
  Они замолчали, наслаждаясь тишиной и теплом.
  
  ***
  
  Чжоу Шэн прибыл в Воздушную башню через три дня после визита Яньлина.
  
  Глава воздушных встретила его настороженно - но без страха. Тёмные действительно были нейтральны в политике башен, и это делало переговоры проще.
  
  - Хранитель, - глава поклонилась. - Чем обязаны?
  
  - Я слышал о вашей проблеме, - Чжоу Шэн не стал ходить вокруг да около. - О разломе на границе с землями земных.
  
  Глава воздушных побледнела.
  
  - Откуда вы...
  
  - Неважно, - Чжоу Шэн поднял руку. - Важно то, что я могу помочь. Если вы позволите.
  
  - Мы... мы не знаем, что с этим делать, - призналась глава наконец. - Наши заклинатели боятся приближаться. Там... там что-то есть. Что-то тёмное.
  
  - Именно поэтому я здесь, - Чжоу Шэн кивнул. - Тьма - моя стихия. Я разберусь.
  
  Вечером, в Звёздной башне, Чжоу Шэн собирал отряд.
  
  Лисян нашла его в кабинете, склонившимся над картой.
  
  - Я иду с тобой, - сказала она.
  
  Он поднял голову.
  
  - Нет.
  
  - Это не обсуждается, - она скрестила руки на груди. - Там может быть опасно. Тебе понадобится целитель.
  
  - Я возьму других целителей.
  
  - Ты возьмёшь меня, - её голос был твёрдым. - Я твоя жена. Я лучший целитель в башне. И я не собираюсь сидеть и ждать, пока ты рискуешь жизнью.
  
  Чжоу Шэн смотрел на неё - на её упрямое лицо, на её горящие глаза.
  
  - Лисян...
  
  - Не спорь со мной.
  
  Он вздохнул.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Но ты будешь держаться рядом со мной. Всегда.
  
  - Договорились.
  
  Ляньчжи появился в дверях через минуту.
  
  - Я тоже иду, - сказал он.
  
  Чжоу Шэн и Лисян одновременно повернулись к нему.
  
  - Нет, - сказали они хором.
  
  - Там может быть опасно, - добавила Лисян.
  
  - Ты не боевой заклинатель, - добавил Чжоу Шэн.
  
  - Я целитель, - Ляньчжи не отступил. - И я не буду лишним. Если кто-то пострадает - две пары рук лучше, чем одна.
  
  - Ляньчжи...
  
  - Лисян, - он посмотрел на неё. - Ты сама сказала - там может быть опасно. Тем более вам нужен второй целитель.
  
  Лисян открыла рот, чтобы возразить, но не нашла слов.
  
  - Он прав, - Чжоу Шэн вздохнул. - Если мы берём тебя, логично взять и его.
  
  - Но...
  
  - Я буду осторожен, - Ляньчжи поклонился. - Обещаю.
  
  ***
  
  На рассвете отряд вылетел к разлому. Десять заклинателей тьмы, двое целителей и хранитель.
  
  С высоты разлом выглядел как шрам на теле земли - глубокая трещина, уходящая в темноту. Края были неровными, обугленными. От него поднималось что-то - не дым, не пар, а что-то другое. Что-то неправильное.
  
  - Приземляемся, - скомандовал Чжоу Шэн.
  
  Они опустились на краю разлома.
  
  Ляньчжи сразу почувствовал это - тяжесть, давление, тошноту. Энергия здесь была... больной. Гнилой. Как описывал Яньлин - только хуже.
  
  - Не подходите к краю, - предупредил Чжоу Шэн. - Пока не проверим.
  
  Заклинатели тьмы рассредоточились, изучая разлом. Чжоу Шэн опустился на колени у самого края, вглядываясь в темноту внизу.
  
  - Глубокий, - пробормотал он. - Очень глубокий.
  
  Ляньчжи стоял в стороне, наблюдая. Он хотел подойти ближе, рассмотреть, понять. Но помнил своё обещание - быть осторожным.
  
  А потом земля под его ногами дрогнула. Он не успел ничего сделать. Не успел отступить, не успел крикнуть. Край разлома просто осыпался - и он полетел вниз.
  
  - ЛЯНЬЧЖИ!
  
  Крик Лисян был последним, что он услышал. Падение было долгим. Ляньчжи ударился о выступы, перекатился, снова упал. Пытался зацепиться за что-то, но руки скользили по гладкому камню. Наконец он рухнул на дно - жёстко, болезненно.
  
  Несколько мгновений он просто лежал, пытаясь дышать. Потом открыл глаза. Темнота. Полная, абсолютная темнота. Он не видел ничего - ни стен, ни неба над головой, ни собственных рук.
  
  Но он чувствовал. Чувствовал что-то рядом. Что-то огромное, древнее, голодное. Оно двигалось в темноте - медленно, неумолимо. Оно тянулось к нему.
  
  Нет, - подумал он. - Нет, нет, нет.
  
  Он попытался встать, но нога подвернулась - сломана или вывихнута, он не мог понять. Боль пронзила его, и он закричал. И что-то в темноте откликнулось. Холод. Ледяной, обжигающий холод коснулся его кожи. Проник под неё. Потёк по венам. Ляньчжи почувствовал, как что-то входит в него. Что-то чужое, неправильное. Что-то, что не должно существовать.
  
  А потом - голоса сверху.
  
  - ЛЯНЬЧЖИ! ГДЕ ТЫ?
  
  - Я ЗДЕСЬ! - закричал он. - Я ЗДЕСЬ, ВНИЗУ!
  
  Чжоу Шэн спустился первым.
  
  Он скользил по стенам разлома, используя тьму как опору. За ним - Лисян, держась за его руку. За ними - остальные заклинатели.
  
  Они нашли Ляньчжи на дне - бледного, дрожащего, с неестественно вывернутой ногой.
  
  - Ляньчжи! - Лисян бросилась к нему.
  
  - Я... я в порядке, - он попытался улыбнуться. - Просто нога...
  
  - Ты идиот, - Чжоу Шэн подошёл к нему. Его голос был ледяным. - Ты полный идиот. Что я сказал? Не подходить к краю. Что ты сделал?
  
  - Я не подходил, - Ляньчжи сглотнул. - Земля просто... осыпалась.
  
  - Ты должен был стоять дальше. Ты должен был быть осторожнее. Ты...
  
  - Чжоу Шэн, - Лисян положила руку ему на плечо. - Хватит.
  
  - Он мог погибнуть!
  
  - Я знаю, - её голос был мягким. - Но он жив. И ему нужна помощь, а не крики.
  
  Чжоу Шэн замолчал. Его руки дрожали - едва заметно, но Лисян видела.
  
  Он испугался, - поняла она. - По-настоящему испугался.
  
  Ляньчжи смотрел на хранителя - и чувствовал, как слёзы наворачиваются на глаза.
  
  - Простите, - прошептал он. - Простите меня. Я не хотел... я не думал...
  
  - Ты никогда не думаешь, - Чжоу Шэн отвернулся. - Как и все огненные.
  
  - Хранитель...
  
  - Хватит, - Лисян присела рядом с Ляньчжи. - Оба хватит. Дай мне посмотреть ногу.
  
  Она осмотрела его - быстро, профессионально. Нога была вывихнута, не сломана. Несколько ушибов, царапины. Ничего серьёзного.
  
  Но что-то было не так.
  
  - Ляньчжи, - она нахмурилась. - Ты чувствуешь что-то странное?
  
  - Странное?
  
  - В себе. В своей энергии.
  
  Он замер. Прислушался к себе.
  
  И почувствовал. Холод. Тот самый холод, который коснулся его в темноте. Он был внутри - глубоко, едва ощутимо. Но он был.
  
  - Что-то... что-то вошло в меня, - прошептал он. - Когда я упал. Что-то из темноты.
  
  Лисян побледнела.
  
  - Чжоу Шэн!
  
  Хранитель был рядом мгновенно.
  
  Он положил руку Ляньчжи на грудь и закрыл глаза. Его сила потекла внутрь - исследуя, ощупывая, ища.
  
  Долгая пауза.
  
  - Связь, - сказал он наконец. - Он связан с разломом.
  
  - Что? - Лисян вздрогнула.
  
  - Что-то из разлома... коснулось его. Оставило след. Как... - он искал слова. - Как нить. Очень тонкую, но прочную.
  
  - Это опасно?
  
  - Не знаю, - Чжоу Шэн покачал головой. - Пока - не знаю.
  
  Ляньчжи смотрел на них - испуганный, растерянный.
  
  - Что со мной? - спросил он тихо.
  
  - Разберёмся, - Лисян сжала его руку. - Обязательно разберёмся.
  
  Лисян встала и огляделась.
  
  - Раз уж мы спустились, - сказала она, - давайте хотя бы исследуем то, за чем пришли. Потом будем разбираться с остальным.
  
  Чжоу Шэн кивнул. Его лицо снова стало спокойным, собранным - лицо хранителя, а не испуганного мужа.
  
  - Она права, - сказал он. - За работу.
  
  Заклинатели тьмы рассредоточились по дну разлома. Чжоу Шэн медленно шёл вдоль стен, касаясь их руками, прислушиваясь к темноте. И чем дальше они продвигались - тем хуже становилось.
  
  Разлом расширялся. Стены покрывались трещинами - тонкими, как паутина, но их становилось всё больше. И из трещин сочилось что-то - тёмное, маслянистое, живое.
  
  - Здесь, - Чжоу Шэн остановился у одной из стен. - Смотрите.
  
  Лисян подошла ближе - и отшатнулась.
  
  Трещина в стене была большой - в человеческий рост. И за ней... за ней было что-то. Что-то, что двигалось. Что-то, что дышало.
  
  - Что это? - прошептала она.
  
  - Не знаю, - Чжоу Шэн покачал головой. - Но оно пытается выбраться.
  
  Энергия, исходящая из трещины, была... неописуемой. Ляньчжи чувствовал её - даже сидя в стороне с больной ногой. Она была тяжёлой, давящей, удушающей. Как будто само зло обрело форму и пыталось прорваться в мир.
  
  И что-то внутри него откликалось на эту энергию. Та нить, которую нашёл Чжоу Шэн. Она дрожала, вибрировала, тянулась к трещине. Как будто что-то по ту сторону звало его.
  
  Приди, - шептало оно. - Приди ко мне.
  
  - Нет, - прошептал Ляньчжи. - Нет.
  
  Он сжал кулаки и отвернулся.
  
  - Нужно запечатать, - сказал Чжоу Шэн. - Хотя бы временно. Пока мы не придумаем, как закрыть это по-настоящему.
  
  - Я помогу, - Лисян подошла к нему.
  
  - Огонь и тьма, - он кивнул. - Вместе мы сможем.
  
  Они встали по обе стороны от трещины. Чжоу Шэн поднял руки - и тьма потекла от него, густая, плотная. Лисян сделала то же самое - и огонь вырвался из её ладоней, яркий, горячий.
  
  Две силы сплелись - огонь и тьма, свет и мрак. Они обвились вокруг трещины, закрывая её, запечатывая. Что-то по ту сторону закричало - беззвучно, но оглушительно. Ляньчжи схватился за голову. А потом - тишина. Печать встала на место - чёрная с огненными прожилками. Она мерцала в темноте, удерживая то, что рвалось наружу.
  
  - Готово, - Лисян опустила руки. - На время.
  
  - На время, - Чжоу Шэн кивнул. - Но не навсегда.
  
  Он повернулся к остальным.
  
  - Этот разлом придётся закрывать по-настоящему, - сказал он. - И как можно скорее. То, что там - оно не будет ждать вечно.
  
  Они поднялись наверх - медленно, осторожно. Ляньчжи несли на руках - его нога всё ещё не работала. Он молчал, глядя в темноту внизу. И чувствовал. Чувствовал ту нить, которая связывала его с разломом. Чувствовал, как что-то по ту сторону ждёт. Наблюдает. Зовёт.
  
  Это ещё не конец, - понял он. - Это только начало.
  
  ***
  
  Си Ень и Яньлин прибыли в Звёздную башню на следующий день.
  
  Чжоу Шэн встретил их во дворе. Рядом с ним стояла Лисян, и при виде отца и брата она бросилась к ним.
  
  - Папа! Яньлин!
  
  Си Ень обнял её - крепко, молча. Потом отстранился и посмотрел на Чжоу Шэна.
  
  - Рассказывай, - сказал он. - Всё.
  
  Они собрались в кабинете хранителя.
  
  Чжоу Шэн развернул карту и начал объяснять - про разлом, про трещины, про то, что они нашли внизу. Про печать, которую они с Лисян поставили. Про то, что она не продержится долго.
  
  - Там что-то есть, - сказал он. - Что-то древнее. Что-то, что пытается выбраться.
  
  - Что именно? - спросил Си Ень.
  
  - Не знаю, - Чжоу Шэн покачал головой. - Моя тьма... она не узнаёт это. Это что-то другое. Что-то, чего не должно существовать.
  
  Яньлин слушал молча. Он чувствовал напряжение в комнате - страх, тревогу, решимость.
  
  - Как закрыть разлом? - спросил он.
  
  - Нужен ритуал, - ответил Чжоу Шэн. - Мощный. С участием нескольких стихий. Огонь, чтобы сжечь. Тьма, чтобы поглотить. И что-то ещё - чтобы запечатать навсегда.
  
  - Луна, - сказал Си Ень. - Лунная сила. Цзин Юй.
  
  - Возможно.
  
  - Не возможно, - Си Ень встал. - Точно. Я знаю его силу. Он может запечатать что угодно.
  
  Он помолчал.
  
  - Сколько времени у нас есть?
  
  - Неделя, - Чжоу Шэн нахмурился. - Может, две. Печать слабеет с каждым днём.
  
  - Тогда нужно действовать быстро.
  
  - Ещё кое-что, - Чжоу Шэн замялся.
  
  - Что?
  
  - Ляньчжи, - он вздохнул. - Когда он упал в разлом... что-то коснулось его. Оставило след.
  
  Си Ень нахмурился.
  
  - Какой след?
  
  - Связь, - Чжоу Шэн объяснил. - Тонкую, но прочную. Он теперь связан с разломом. Чувствует то, что там.
  
  - Это опасно?
  
  - Не знаю, - хранитель покачал головой. - Пока он в порядке. Но если разлом откроется полностью...
  
  Он не закончил. Не нужно было.
  
  - Где он сейчас? - спросил Яньлин.
  
  - В лечебнице. Лисян за ним присматривает.
  
  - Я хочу его видеть.
  
  - Потом, - Си Ень положил руку сыну на плечо. - Сначала - план.
  
  Они обсуждали долго.
  
  Ритуал. Участники. Место. Время. Защита для тех, кто будет проводить обряд. Защита для тех, кто будет охранять.
  
  - Мне понадобятся мои лучшие заклинатели, - сказал Си Ень. - И твои тоже, хранитель.
  
  - Они будут.
  
  - И Цзин Юй. Без него не справимся.
  
  - Я пошлю ему весть.
  
  - Не нужно, - Си Ень покачал головой. - Я сам с ним поговорю.
  
  Он встал.
  
  - Мы возвращаемся в Чёрную башню, - сказал он. - Нужно организовать подготовку. Через три дня вернёмся с отрядом.
  
  - Хорошо.
  
  Си Ень повернулся к Лисян.
  
  - Береги себя, дочь, - он обнял её. - И присматривай за Ляньчжи.
  
  - Буду, папа.
  
  Яньлин нашёл Ляньчжи в лечебнице.
  
  Тот лежал на кушетке, бледный, с перевязанной ногой. При виде Яньлина он попытался подняться.
  
  - Не вставай, - Яньлин присел рядом. - Как ты?
  
  - Нормально, - Ляньчжи слабо улыбнулся. - Просто... устал.
  
  - Я слышал про связь.
  
  Ляньчжи отвёл глаза.
  
  - Это моя вина, - прошептал он. - Я был неосторожен. И теперь...
  
  - Это не твоя вина, - Яньлин сжал его руку. - Земля осыпалась. Ты не мог это предвидеть.
  
  - Но хранитель сказал...
  
  - Хранитель испугался за тебя, - Яньлин улыбнулся. - Поэтому и кричал. Это не значит, что ты виноват.
  
  Ляньчжи молчал.
  
  - Мы разберёмся, - сказал Яньлин. - Закроем разлом. И разорвём эту связь. Обещаю.
  
  - Спасибо, - Ляньчжи наконец посмотрел на него. - Спасибо, старший брат.
  
  Си Ень и Яньлин улетели на закате.
  
  Лисян и Чжоу Шэн стояли на террасе, глядя им вслед.
  
  - Твой отец... - Чжоу Шэн начал. - Он собирается сам участвовать в ритуале. Это опасно.
  
  - Я знаю, - она повернулась к нему. - Нам нужен хороший план. Ты слышал это заявление отца? - она скрестила руки на груди. - Что он не позволит, чтобы кто-нибудь погиб?
  
  - Слышал.
  
  - Так это не образное выражение, - её голос стал жёстче. - Он всех выгонит и полезет сам. Не позволит никому рисковать. Будет стоять первым перед любой опасностью. Спорить с ним бесполезно, - продолжила Лисян. - Я пыталась. Мама пыталась. Яньлин пытался. Он не слушает. Он просто... делает.
  
  - И силой его не удержишь.
  
  - Нет, - она покачала головой. - Он глава Чёрной башни. Самый сильный заклинатель огненного источника. Силой его никто не удержит.
  
  Чжоу Шэн долго смотрел на неё.
  
  - Что ты предлагаешь?
  
  - Быть рядом, - она вздохнула. - Прикрывать его. Делать так, чтобы ему не пришлось жертвовать собой.
  
  - Это... не совсем план.
  
  - Это единственный план, который работает с моим отцом, - она грустно улыбнулась. - Поверь мне. Я знаю его всю жизнь.
  
  ***
  
  Чёрная башня встретила их ночью.
  
  Си Ень и Яньлин приземлились во внутреннем дворе - уставшие, молчаливые. И сразу поняли, что что-то не так.
  
  У входа в башню горели факелы. Стражи стояли навытяжку. А на ступенях...
  
  - Юй? - Си Ень замер.
  
  Цзин Юй стоял у входа, закутанный в серебряную мантию. Его волосы светились в лунном свете, глаза были спокойными и серьёзными.
  
  - Добрый вечер, - он улыбнулся. - Я вас ждал.
  
  - Как ты... - Си Ень поднялся по ступеням. - Я только хотел к тебе обратиться. За советом. А ты уже здесь.
  
  - Я знаю, - Цзин Юй кивнул.
  
  - Откуда?
  
  Цзин Юй не ответил. Просто смотрел на друга - долго, внимательно.
  
  - Я прибыл, чтобы быть рядом, - сказал он наконец. - И помогать. Всем, чем смогу.
  
  Си Ень открыл рот, чтобы что-то сказать, но Цзин Юй поднял руку.
  
  - Не спрашивай, - его голос был мягким. - Просто прими. Я здесь. Я никуда не уйду. До самого конца.
  
  Они стояли друг напротив друга - огонь и луна, два друга, прошедших через огонь и смерть.
  
  - Спасибо, - сказал Си Ень тихо.
  
  - Не за что, - Цзин Юй улыбнулся. - Это то, что делают братья.
  
  И обнял его - крепко, молча, как будто давая обещание.
  
  Глава 34. Разлом
  
  Кабинет главы Чёрной башни был освещён десятками свечей.
  
  Си Ень, Цзин Юй и Яньлин склонились над картами - старыми и новыми, энергетическими и географическими. На столе лежали свитки с описаниями древних ритуалов, схемы печатей, расчёты потоков силы.
  
  - Итак, - Си Ень провёл пальцем по карте. - Ритуал потребует трёх якорей. Огонь, тьма, луна. Я, Чжоу Шэн и ты, Юй.
  
  - Согласен, - Цзин Юй кивнул. - Но нам понадобится время на подготовку. Минимум три дня.
  
  - У нас есть неделя, - Яньлин добавил. - Может, две. Печать продержится.
  
  - Тогда действуем так, - Си Ень выпрямился. - Завтра я отправлю гонцов к земным и водным. Нам понадобится их поддержка для внешнего круга защиты. Через три дня...
  
  Дверь распахнулась.
  
  В кабинет влетел разведчик - запыхавшийся, с обожжёнными краями плаща.
  
  - Глава! - он упал на колени. - Разлом! Печать взорвана!
  
  Си Ень замер.
  
  - Что?
  
  - Белая башня, глава, - разведчик задыхался. - Мы видели их заклинателей. Они... они взорвали печать. Мы не успели предотвратить, не ожидали...
  
  - Что оттуда выходит?
  
  - Всё, глава. Оттуда лезет всё.
  
  Мир вокруг них взорвался.
  
  Си Ень отдавал приказы - быстро, чётко, без колебаний.
  
  - Яньлин, - он повернулся к сыну. - Бери отряд огненных. Лети к воздушным. Сдерживайте нечисть с их стороны, вместе с их заклинателями.
  
  - А ты?
  
  - Я лечу в Звёздную башню, - он уже двигался к двери. - Цзин Юй - со мной.
  
  В коридоре их догнала Мэйлин.
  
  - Что происходит? - её глаза были широко раскрыты.
  
  - Разлом взорвался, - Си Ень не остановился.
  
  - Я иду с тобой.
  
  - Нет.
  
  - Си Ень...
  
  - Нет, - он наконец остановился и повернулся к ней. - Но ты можешь пойти с Яньлином. Он собирает отряд и отправляется тоже. Там будут раненые. Им понадобится целитель.
  
  Мэйлин смотрела на него - долго, пристально.
  
  - Хорошо, - сказала она наконец. - Но ты вернёшься.
  
  - Я всегда возвращаюсь.
  
  Он поцеловал её - быстро, жёстко - и исчез в коридоре. Цзин Юй последовал за ним.
  
  Звёздная башня встретила их хаосом.
  
  Заклинатели тьмы сновали туда-сюда, готовясь к бою. Чжоу Шэн стоял посреди двора, отдавая приказы.
  
  - Хранитель, - Си Ень приземлился рядом с ним. - Печать сорвана.
  
  - Я знаю, - Чжоу Шэн был бледен. - Мои разведчики уже доложили.
  
  - Собирай отряд. Организуй защиту со стороны земных. Цзин Юй тебе поможет.
  
  - А ты?
  
  Си Ень не ответил.
  
  Его взгляд нашёл Ляньчжи - тот стоял в стороне, опираясь на костыль. Его нога всё ещё не зажила.
  
  Си Ень подошёл к нему.
  
  - Ляньчжи, - сказал он. - Пойдём.
  
  - Что? - Ляньчжи растерялся.
  
  - У нас много дел.
  
  И прежде чем кто-то успел опомниться, Си Ень взял его за руку и взмыл в небо.
  
  - Подождите! - крикнул Чжоу Шэн.
  
  Но они уже исчезли.
  
  Они опустились на возвышение недалеко от разлома.
  
  Отсюда было видно всё - чёрная трещина в земле, из которой поднималась тьма. Вспышки сражения по обе стороны. Крики, огонь, хаос.
  
  - Послушай меня, Ляньчжи, - Си Ень говорил мягко, но твёрдо. - Нам нужно закрыть разлом.
  
  - Как? - Ляньчжи смотрел на него широко раскрытыми глазами.
  
  - Будем действовать так, - Си Ень указал на разлом. - Я выжгу всю нечисть вокруг и поставлю временную печать. Ты спустишься вниз и будешь якорем. Мы вместе зашьём его. Ты будешь направлять потоки как нужно.
  
  - Я? Но я...
  
  - Ты связан с разломом, - Си Ень посмотрел ему в глаза. - Эта связь - не проклятие. Это инструмент. Ты чувствуешь его. Понимаешь его. Ты можешь направить энергию туда, куда нужно.
  
  Ляньчжи молчал.
  
  - Тебе нечего бояться, - продолжил Си Ень. - Ни одна тварь тебя не тронет. Я выжгу их всех. И никакая скверна не может коснуться огненных - а ты огненный, несмотря на своё мягкое пламя. Когда мы закончим, ты окажешься опять наверху.
  
  Ляньчжи сглотнул.
  
  - Я не боюсь, глава, - сказал он тихо. - Я сделаю всё, что смогу.
  
  - Я знаю, - Си Ень улыбнулся. - Поэтому я взял тебя.
  
  Он повернулся к разлому.
  
  - Теперь смотри. Когда две линии обороны будут готовы - начнём.
  
  Они ждали.
  
  С одной стороны разлома сражались огненные и воздушные - Яньлин вёл их, его огненные крылья пылали в темноте. С другой подходили тёмные и земные - Чжоу Шэн и Цзин Юй во главе.
  
  Медленно, неумолимо, они замыкали круг.
  
  - Всё, - Си Ень выпрямился. - Они готовы. Полетели.
  
  Он снова взял Ляньчжи за руку, и они взмыли в воздух.
  
  Разлом был ещё страшнее вблизи.
  
  Чёрная бездна, из которой поднималось что-то - тёмное, маслянистое, живое. Твари ползли по стенам, выбирались наружу, тянулись к небу.
  
  Си Ень не дал им шанса.
  
  Огонь вырвался из него - не обычное пламя, а что-то большее. Белое, ослепительное, всепожирающее. Оно обрушилось на тварей волной, сжигая их мгновенно, превращая в пепел.
  
  Ляньчжи почувствовал жар - невыносимый, но не обжигающий. Огонь Си Еня защищал его, окутывал, нёс.
  
  Они спускались в разлом. Стены мелькали мимо - чёрные, оплавленные. Си Ень выжигал всё на пути - каждую тварь, каждую тень, каждый намёк на скверну. Его лицо было сосредоточенным, напряжённым. Наконец они достигли дна.
  
  - Я оставлю тебя здесь, - Си Ень опустил Ляньчжи на камни. - Ничего не бойся. Направляй энергию, чтобы закрыть шов. Ты почувствуешь - куда и как.
  
  - А вы?
  
  - Я буду наверху, - он уже поднимался. - Держать барьер. И закрывать разлом снаружи.
  
  Он исчез - вспышкой огня, взмывшей вверх.
  
  Ляньчжи остался один.
  
  Наверху Си Ень работал.
  
  Он поставил барьер вокруг разлома - огненный, пылающий. Ничто не могло пройти сквозь него - ни внутрь, ни наружу.
  
  Потом он выпустил свою саламандру.
  
  - Цзян Хуо, - он коснулся её. - Помоги мне держать барьер, малышка.
  
  Саламандра засветилась - и начала расти. Больше, больше, пока не превратилась в огромного огненного дракона. Она обвилась вокруг барьера, добавляя свою силу к его силе.
  
  И Си Ень начал закрывать разлом. Он тянул энергию из источника - из своего источника, из огня, который горел в сердце Чёрной башни. Тянул её через себя и направлял в разлом, сшивая его, как рану. Боль была невыносимой. Но он не остановился.
  
  ***
  
  Мэйлин почувствовала это первой. Она была с армией огненных, помогала раненым, когда вдруг - боль. Не её боль. Его боль. Через связь, которая соединяла их души.
  
  Си Ень.
  
  Она бросила всё и побежала искать Яньлина. Нашла его у командного шатра - он отдавал приказы, координировал атаки.
  
  - Яньлин, - она схватила его за руку. - Ты знаешь, чем занимается твой отец?
  
  - Что? - он повернулся к ней.
  
  - Где он? Что он делает?
  
  - Я... я не знаю, - Яньлин нахмурился. - У меня не было времени думать об этом. Он сказал, что летит в Звёздную башню...
  
  - Он не в Звёздной башне, - Мэйлин сжала его руку сильнее. - Он где-то... там, - она указала в центр хаоса. - Я чувствую его. Ему плохо.
  
  - Мама...
  
  - Бросай всё, - её голос стал жёстким. - И неси меня к нему. Я знаю направление. Где-то в центре всего, конечно.
  
  - Там вокруг нечисть и кошмар!
  
  - Меня это не интересует, - её глаза горели. - Ты с Шаали очистите дорогу. Мой муж умирает. Я должна быть рядом.
  
  Цзин Юй понял это в тот же момент. Он сражался вместе с Ли Чжэнем - его лунные копья пронзали тварей, его змей разрывал их на части. Но что-то было не так.
  
  Я собирался остаться с Си Енем, - понял он. - А вместо этого я здесь. Как это случилось?
  
  Он нашёл Лисян - она исцеляла раненого заклинателя.
  
  - Лисян, - он опустился рядом с ней. - Я собираюсь найти твоего отца. Узнать, чем он занимается.
  
  Она подняла голову.
  
  - Я пойду с тобой.
  
  - Это опасно.
  
  - Это мой отец.
  
  Она встала и нашла Чжоу Шэна.
  
  - Я пойду с Цзин Юем, - сказала она. - Вернусь, как только смогу.
  
  Чжоу Шэн хотел возразить, но увидел её глаза - и промолчал.
  
  - Будь осторожна, - сказал он только.
  
  - Буду.
  
  Мэйлин, Яньлин и Шаали пробивались к центру. Шаали приняла боевую форму - огромная огненная ящерица, сжигающая всё на пути. Яньлин летел рядом, его крылья пылали. Мэйлин держалась за него, её глаза были закрыты - она следовала за связью, за болью, за своим мужем.
  
  - Там, - она указала. - Вижу барьер.
  
  Барьер был огромным - столб огня, уходящий в небо. Вокруг него обвился огненный дракон - Цзян Хуо в своей истинной форме.
  
  Они приземлились у края.
  
  - Мы не сможем вмешаться, - сказал Яньлин. Он видел структуру происходящего - сложную, идеальную, замкнутую. - Это замкнутая система. Если попробуем что-то сделать - только навредим.
  
  Мэйлин смотрела на барьер. Сквозь пламя она видела силуэт - её муж, стоящий над разломом, направляющий потоки энергии.
  
  - Я буду ждать, - сказала она тихо.
  
  - Шаали, - Яньлин повернулся к саламандре. - Защищай маму. Это приказ. Я должен вернуться к командованию.
  
  Шаали приняла человеческий облик. Её глаза горели гневом.
  
  - Мой господин сошёл с ума, - прошипела она. - Один? Ты полетишь один?
  
  - Я должен. А ты подчиняешься моему приказу.
  
  - Я тебе это припомню, Яньлин.
  
  - Хорошо, - он кивнул. - Потом ты мне это припомнишь.
  
  Он повернулся к матери.
  
  - Мама, я должен уйти.
  
  - Я понимаю, - Мэйлин обняла его. - Будь осторожен, Яньлин.
  
  - Буду.
  
  Он взмыл в небо и исчез.
  
  Шаали создала барьер вокруг Мэйлин - небольшой, но прочный. Они остались ждать.
  
  А потом рядом опустились Цзин Юй, Ли Чжэнь и Лисян.
  
  - Мэйлин, - Цзин Юй подошёл к ней. Его лицо было бледным, глаза - тёмными от гнева. - Как это ему вообще пришло в голову? Что он делает?
  
  Мэйлин не ответила. Она смотрела на барьер.
  
  Лисян оценила ситуацию - быстро, профессионально.
  
  - Это очень простой и действенный план, - сказала она. - Выжечь нечисть, поставить барьер, закрыть разлом изнутри и снаружи одновременно. Эффективно. Элегантно. И абсолютно нереально для простого заклинателя.
  
  Она подошла и обняла мать.
  
  - Он выдержит, - прошептала она. - Он же непобедимый глава Чёрной башни.
  
  Мэйлин молчала. Её руки дрожали.
  
  - Ему очень плохо, Лисян, - сказала она наконец. Её голос был едва слышен. - Очень. Я чувствую... он горит. Изнутри. Как будто весь огонь мира проходит через него.
  
  Лисян сжала её крепче.
  
  - Он справится, - повторила она. - Он всегда справляется.
  
  Но в её голосе не было уверенности.
  
  Только надежда.
  
  И страх.
  
  ***
  
  Яньлин вернулся на поле боя.
  
  Лоу нашёл его сразу - грязный, с мечом в руке, с кровью на щеке.
  
  - Что происходит? - он схватил Яньлина за плечо. - Куда ты дел Шаали?
  
  - Дал Шаали поручение, - Яньлин вырвался. - А у нас тоже много работы, чтобы отвлекаться.
  
  - Но...
  
  - Лоу, - Яньлин повернулся к нему. Его голос был жёстким. - Потом. Сейчас - бой.
  
  И бросился в гущу сражения.
  
  Лоу смотрел ему вслед - и впервые за долгое время не нашёл слов для шутки.
  
  Внутри разлома Ляньчжи делал невозможное. Он стоял на дне бездны, окружённый темнотой, и направлял потоки энергии. Та связь, которая казалась проклятием - теперь была его инструментом. Он чувствовал разлом как часть себя. Знал, куда нужно направить силу, чтобы края сошлись.
  
  Медленно, мучительно медленно, разлом начал закрываться. Ляньчжи поднимался - по мере того как шов затягивался под ним. Выше, выше. Стены сходились, темнота отступала.
  
  А наверху Си Ень горел. Он направлял энергию сверху - огромные потоки силы, проходящие через его тело. Каждая частица его существа была сосредоточена на одном - закрыть. Зашить. Запечатать. Боль была невыносимой. Но он не остановился. Наконец - последний шов.
  
  Ляньчжи увидел, как края разлома сходятся под его ногами. Как темнота исчезает. Как связь, которая тянула его вниз, рвётся - тихо, почти нежно.
  
  Он оказался на поверхности. Разлом исчез. На его месте осталась только ровная земля - выжженная, оплавленная, но целая.
  
  И тогда Си Ень упал. Его тело обмякло, глаза закатились. Цзян Хуо подхватила его - уменьшившись до размеров лошади, но всё ещё огромная. Она бережно опустила хозяина на землю.
  
  Барьер спал. Мэйлин бросилась вперёд. Она упала на колени рядом с мужем, обхватила его руками. Её золотая энергия вспыхнула - яркая, тёплая - и окутала их обоих плотным коконом.
  
  Цзин Юй рванулся следом, но Лисян схватила его за руку.
  
  - Нет, - она держала крепко. - Не мешай. Только мама. Они связаны. Даже я не пойду.
  
  - Но...
  
  - Не мешай, - она повторила. - Пожалуйста.
  
  Цзин Юй замер. Его руки дрожали.
  
  Лисян оставила его и подошла к Ляньчжи.
  
  Он стоял на коленях посреди выжженной земли и рыдал. Его плечи тряслись, слёзы текли по щекам.
  
  Лисян опустилась рядом и обняла его.
  
  - Ты молодец, - прошептала она. - Ты со всем справился. Не плачь.
  
  - Я... я думал... - он не мог говорить.
  
  - Всё хорошо, - она гладила его по голове. - Всё закончилось. Ты такой плакса.
  
  - Глава... он...
  
  - Он справится, - Лисян пропускала через него свою силу целительницы - мягкую, успокаивающую. - Всё будет хорошо. Обещаю.
  
  Ляньчжи продолжал плакать - но тише, спокойнее.
  
  А Шаали держала барьер вокруг них всех. Яньлин приказал ей защищать - и она защищала. Даже когда внутри всё кричало, что нужно быть рядом с господином.
  
  Две армии закончили уничтожать выползшую нечисть. Огненные и воздушные с одной стороны. Тёмные и земные - с другой. Они встретились у бывшего разлома - усталые, израненные, но живые.
  
  Яньлин и Лоу подошли к Лисян.
  
  - Что происходит? - Яньлин опустился рядом с ней. - Как отец?
  
  - Он и Ляньчжи закрыли разлом, - Лисян не отпускала Ляньчжи. - Отец отдал все силы. Но мама сейчас с ним, так что всё будет хорошо.
  
  Она посмотрела на брата.
  
  - Отпусти Шаали. И извинись.
  
  Яньлин повернулся к саламандре.
  
  - Шаали, - сказал он тихо. - Спасибо, что всех защитила.
  
  Глаза Шаали горели гневом.
  
  - Мой господин, - она смотрела на него мрачно. - Ты пошёл в бой без меня.
  
  - У меня не было выбора. Надеюсь, ты это понимаешь.
  
  - Я тебя уже просила, - её голос дрожал. - Ты можешь делать что угодно. Но никогда не приказывай мне оставить тебя.
  
  - Прости, - Яньлин опустил голову. - Я не мог иначе. Не мог оставить маму без защиты. И не мог остаться.
  
  - Хорошо, - Шаали наконец кивнула. - На этот раз я тебя прощаю.
  
  Яньлин выдохнул с облегчением.
  
  Чжоу Шэн подошёл к Лисян. Она подняла голову - и бросилась к нему. Обняла крепко, поцеловала.
  
  - Шэн, - она прижалась к нему. - У тебя всё хорошо? Как у нас дела?
  
  - У нас всё в порядке, - он обнял её в ответ. - Мы справились. Потери минимальны.
  
  - Шэн, - она отстранилась и посмотрела ему в глаза. - Мне придётся на время вернуться в Чёрную башню. Я не могу оставить родителей.
  
  - Я понимаю, - он кивнул.
  
  - Я вернусь, как только смогу, - она снова прижалась к нему. - Я буду скучать. Я уже скучаю.
  
  - Я буду ждать, - он обнял её крепче. - Не волнуйся. Делай то, что нужно.
  
  Золотой кокон вокруг Мэйлин и Си Еня наконец растаял. Лисян и Цзин Юй подошли к ним. Мэйлин рыдала, обнимая мужа. Си Ень был без сознания - бледный, неподвижный, но дышащий.
  
  - Если Мэйлин плачет, значит всё не так плохо, - тихо сказал Цзин Юй. - Когда всё плохо - она никогда не плачет.
  
  Лисян опустилась рядом с родителями и обняла их обоих.
  
  - У отца сильный жар, - она коснулась его лба и отдёрнула руку. - Нам нужно домой. И много льда.
  
  Она повернулась к Цзин Юю.
  
  - Дядя, твой змей отвезёт нас домой?
  
  - Конечно, - Цзин Юй кивнул. - Ли Чжэнь, отвези нас в Чёрную башню.
  
  Лунный змей появился рядом - огромный, серебристый. Он бережно подобрал их всех и взмыл в небо.
  
  ***
  
  Чёрная башня встретила их паникой.
  
  Стражи кричали, слуги метались, целители бегали туда-сюда. Весть о том, что глава без сознания, разнеслась мгновенно.
  
  Лисян пришлось взять всё на себя.
  
  - Приготовьте ванну со льдом, - приказала она первому попавшемуся слуге. - Быстро. В покоях главы.
  
  Слуга убежал.
  
  Она нашла Мэйлин - та всё ещё держала Си Еня за руку, не в силах отпустить.
  
  - Мама, - Лисян мягко коснулась её плеча. - Выпей это.
  
  Она протянула ей склянку с успокаивающим зельем.
  
  - Не хочу, - Мэйлин покачала головой.
  
  - Выпей, - Лисян настаивала. - Тебе нужны силы. Для него.
  
  Мэйлин посмотрела на неё - и выпила.
  
  Потом Лисян нашла Ляньчжи. Он сидел в углу, бледный, трясущийся. Она дала ему то же зелье.
  
  - Пей, - сказала она. - И отдыхай. Ты сделал невозможное.
  
  - Глава... он...
  
  - Выживет, - она сжала его руку. - Благодаря тебе. А теперь - пей.
  
  Он выпил.
  
  Жэньли нашлась в лечебнице - растерянная, испуганная.
  
  - Жэньли, - Лисян взяла её за плечи. - Мне нужна твоя помощь. Командуй здесь. Осматривай раненых. Делай что нужно.
  
  - Но я...
  
  - Ты справишься, - Лисян посмотрела ей в глаза. - Ты целительница. Действуй.
  
  Жэньли сглотнула - и кивнула.
  
  Яньлина Лисян выгнала из покоев отца.
  
  - Ты помощник главы, - сказала она. - Башня в панике. Иди. Командуй. Успокаивай. Делай свою работу.
  
  - Но отец...
  
  - Я за ним присмотрю. Иди.
  
  Яньлин посмотрел на неё - и пошёл.
  
  Цзин Юя она обнаружила в коридоре. Он сидел на полу, прислонившись к стене, и рыдал. Ли Чжэнь стоял рядом - беспомощный, растерянный.
  
  Лисян даже не удивилась.
  
  - Дядя, - она присела рядом с ним. - Выпей.
  
  Она протянула ему склянку.
  
  - Не хочу, - он покачал головой.
  
  - Выпей, - она настаивала. - Сейчас же.
  
  Он посмотрел на неё - красными от слёз глазами - и выпил.
  
  Лисян повернулась к Ли Чжэню.
  
  - Ты, - её голос стал жёстким. - Почему ты не можешь успокоить своего господина?
  
  - Я... я пытался...
  
  - Плохо пытался, - она встала. - Отведи его отдыхать. И не отходи от него ни на шаг.
  
  Ли Чжэнь кивнул и помог Цзин Юю подняться.
  
  Когда жар Си Еня начал спадать, Лисян приказала перенести его в их с Мэйлин покои.
  
  - Уложите его в постель, - сказала она слугам. - Осторожно.
  
  Потом она подошла к матери.
  
  - Мама, - она взяла её за руку. - Ляг рядом с ним. Отдохни.
  
  - Я не могу спать...
  
  - Просто ляг, - Лисян мягко подтолкнула её к кровати. - Я глаз с него не спущу. Обещаю.
  
  Мэйлин посмотрела на неё - измученными, красными от слёз глазами. Потом кивнула и легла рядом с мужем, не отпуская его руку.
  
  Через несколько минут она уснула.
  
  Лисян устроилась в кресле у кровати.
  
  Она была голодна. Страшно голодна. Когда она ела в последний раз? Она не помнила.
  
  Слуга принёс ей чай и печенье - без просьбы, просто потому что знал, что нужно.
  
  Лисян улыбнулась ему благодарно. И начала есть, не сводя глаз с родителей. Отец дышал ровно. Жар спадал. Мать спала рядом, держа его за руку.
  
  Всё будет хорошо, - думала Лисян. - Всё обязательно будет хорошо.
  
  Она откусила печенье и отпила чай.
  
  За окном светало.
  
  Глава 35. Утро после бури
  
  Лисян просидела всю ночь без сна.
  
  Она следила за дыханием отца, за его пульсом, за жаром, который медленно спадал. Проверяла мать - та спала беспокойно, вздрагивая, но не просыпаясь. Пила чай, чтобы не уснуть. Ела печенье, чтобы не упасть от голода.
  
  За окном темнота сменилась серыми сумерками, потом - розовым рассветом.
  
  И тогда Си Ень открыл глаза.
  
  - Отец, - Лисян подскочила к кровати.
  
  Он попытался подняться.
  
  - Даже не думай вставать, - она положила руку ему на грудь, останавливая. - Я обещала маме глаз с тебя не спускать. Вот и не спускаю. Только так я уговорила её отдохнуть.
  
  Си Ень посмотрел на спящую рядом Мэйлин. Его рука потянулась к ней - и нежно коснулась щеки. Мэйлин вздохнула во сне, но не проснулась.
  
  - Тогда расскажи, как у нас дела, - сказал он тихо.
  
  - Только после того, как я тебя осмотрю.
  
  - Со мной всё в порядке.
  
  Лисян посмотрела на него - долго, недоверчиво.
  
  - Ну да, - сказала она наконец. - Конечно. У тебя жар. Ты сжёг энергетические каналы. И умудрился использовать весь энергетический запас. Весь, отец. До последней капли. Она покачала головой.
  
  - А так - конечно. Ты потрясающе силён. Никто другой такого бы не выдержал. Буквально - не выдержал бы. Умер бы на месте.
  
  Она протянула ему склянку.
  
  - Держи. Пей. Я тебя даже магией лечить не могу - с обожжёнными каналами это опасно. Только зелья и время.
  
  Си Ень недоверчиво понюхал склянку.
  
  - Надеюсь, это не что-то усыпляющее, - сказал он. - Ты мне ещё должна всё рассказать.
  
  - Это обезболивающее, - Лисян вздохнула. - Тебе же очень больно. Не делай вид, что нет.
  
  Он посмотрел на неё - и не стал спорить. Выпил залпом.
  
  - Рассказывай, - сказал он нетерпеливо.
  
  Лисян села обратно в кресло.
  
  - А что рассказывать? - она пожала плечами. - В принципе всё хорошо. Все живы. Вы с Ляньчжи закрыли разлом. То, что оттуда выбралось - перебили. Армии вернулись в свои башни.
  
  Она помолчала.
  
  - Ты всех жутко напугал, - добавила она. - Мне пришлось полбашни поить успокаивающим зельем. И пинками отправлять исполнять свои обязанности.
  
  - Кого именно?
  
  - Всех, - она загнула палец. - Маму. Ляньчжи. Дядю Юя. Яньлина. Жэньли. Слуг. Стражей. Всех.
  
  - Юя?
  
  - Он рыдал в коридоре, - Лисян вздохнула. - Я нашла его там. Отругала его змея, что не может успокоить своего господина. Напоила зельем. Отправила отдыхать.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Кто сейчас управляет башней? - спросил он наконец.
  
  - Яньлин, - Лисян кивнула. - Он там изображает тебя. Надеюсь, он выдержит. А не закатит истерику в конце.
  
  - Яньлин не закатывает истерик.
  
  - Яньлин закатывает истерики внутри, - поправила она. - А потом выходит и делает что-то героическое и глупое. Как ты.
  
  Си Ень хмыкнул.
  
  - А кто в лечебнице?
  
  - Жэньли, - Лисян улыбнулась. - Она, конечно, не умеет командовать. Но хорошо организует своим примером. Работает больше всех - и остальные тянутся за ней.
  
  - Хорошо.
  
  Лисян помолчала.
  
  - Ты учти, отец, - сказала она наконец. Её голос стал серьёзнее. - На будущее. У тебя нет преемника в башне.
  
  Си Ень посмотрел на неё.
  
  - Яньлину нужно ещё лет двадцать, чтобы дорасти до полной вменяемости, - продолжила Лисян. - Я уже не часть этой башни - я принадлежу Звёздной. Остальные не представляют в роли главы никого, кроме тебя.
  
  Она наклонилась вперёд.
  
  - Ты перед следующим подвигом подумай об этом, - её голос был тихим, но твёрдым. - Подумай, что будет с башней, если ты не вернёшься. Что будет с мамой. С Яньлином. Со всеми нами.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Я не говорю, что ты не должен был делать то, что сделал, - добавила она. - Разлом нужно было закрыть. Но способ... - она покачала головой. - Ты мог попросить помощи. Мог подождать. Мог...
  
  - Не мог, - Си Ень перебил её. - Печать была сорвана. Оттуда лезло всё. Каждая минута - жизни.
  
  - Я знаю, - Лисян вздохнула. - Я знаю. Поэтому я не ругаюсь. Просто... прошу. Подумай. В следующий раз.
  
  - Подумаю, - он кивнул. - Обещаю.
  
  От их разговора Мэйлин проснулась. Она открыла глаза - и увидела Си Еня. Живого. В сознании. Смотрящего на неё.
  
  Сначала она разрыдалась.
  
  - Ты... ты... - она не могла говорить, слёзы душили её.
  
  - Я здесь, - он притянул её к себе. - Я в порядке. Я никуда не ухожу.
  
  Она рыдала у него на груди - долго, отчаянно. Всё напряжение последних дней выходило из неё слезами.
  
  Потом она подняла голову.
  
  И начала целовать его - лицо, глаза, губы, снова и снова.
  
  - Ты живой, - шептала она между поцелуями. - Живой. Живой.
  
  - Живой, - он улыбался. - Благодаря тебе.
  
  Она отстранилась. И её глаза вспыхнули гневом.
  
  - Ты! - она ударила его кулаком в плечо. - Как ты посмел!
  
  - Мэйлин...
  
  - Как ты посмел! - ещё удар. - Полезть туда один! Без поддержки! Без защиты!
  
  - Я...
  
  - Ты чуть не умер! - её голос дрожал от ярости. - Я чувствовала это! Каждую секунду! Как ты горишь изнутри! Как тебе больно! Как ты...
  
  Она снова ударила его - слабо, без силы.
  
  - Ты обещал, - прошептала она. - Обещал возвращаться. Всегда.
  
  - Я вернулся.
  
  - Едва, - она прижалась к нему. - Едва-едва.
  
  Лисян тихо встала.
  
  - Семейные разборки без меня, - сказала она и выскользнула из покоев.
  
  За дверью она прислонилась к стене и закрыла глаза.
  
  Усталость навалилась на неё - тяжёлая, давящая. Она не спала всю ночь. Не отдыхала с самого начала боя. Держалась на силе воли и чае.
  
  Но родители были живы. Отец очнулся. Мама ругалась на него - значит, всё будет хорошо.
  
  ***
  
  Мэйлин рыдала, уткнувшись в грудь мужа.
  
  Слёзы текли и текли - она не могла остановиться. Всё, что она сдерживала, пока он был без сознания, пока нужно было быть сильной, пока нужно было ждать - всё это выходило сейчас.
  
  - Если бы не твоя саламандра, - всхлипывала она, - которая держала тебя... я бы не смогла ничего сделать. Ничего. Ты был практически мёртв. Твоё сердце едва билось. Твоя энергия... её не было. Совсем.
  
  Си Ень молчал, гладя её по волосам.
  
  - Я чувствовала, - продолжала Мэйлин, - через нашу связь. Каждую секунду. Как ты угасаешь. Как огонь в тебе гаснет. Я думала... я думала, что не успею. Что потеряю тебя.
  
  Её голос сорвался.
  
  - Мне жаль, - тихо сказал Си Ень, обнимая её крепче. - Правда жаль. Я говорил, что связываться со мной - не лучшая идея.
  
  Мэйлин подняла голову и посмотрела на него - глазами, красными от слёз.
  
  - Ты ни о чём никогда не жалеешь, - прошептала она. - Ты делаешь что хочешь, и потом говоришь "мне жаль". Но ты не жалеешь. Ты бы сделал то же самое снова.
  
  Си Ень не стал отрицать.
  
  - А единственное, что успокаивало меня, - продолжила Мэйлин, - единственное, что помогало держаться... это знание, что из-за нашей связи, если ты уйдёшь - я уйду вместе с тобой.
  
  - Мэйлин...
  
  - Не смей умирать без меня, - она сжала его руку. - Слышишь? Не смей. Я не хочу оставаться одна. Не хочу жить без тебя.
  
  - Ты не будешь, - он поцеловал её в лоб. - Обещаю.
  
  - Твои обещания, - она горько усмехнулась. - Ты обещаешь возвращаться. И каждый раз возвращаешься едва живым.
  
  - Но возвращаюсь же.
  
  - Однажды не вернёшься.
  
  Он молчал. Не мог спорить.
  
  - Я жалею, что расстроил тебя, - сказал он наконец. - По-настоящему.
  
  Мэйлин смотрела на него - долго, пристально.
  
  - Смотри, что ты сделал, - она отвела волосы от лица и показала прядь. Серебряную, седую, резко выделяющуюся на фоне чёрных с золотым отливом волос.
  
  - Это... - Си Ень протянул руку и коснулся пряди.
  
  - Это появилось вчера, - Мэйлин кивнула. - Когда я ждала у барьера. Когда чувствовала, как ты умираешь.
  
  Она горько усмехнулась.
  
  - На твоей дурной голове - ни одного седого волоса. Ты сжигаешь себя изнутри, умираешь и воскресаешь, а волосы у тебя как у юноши. А я просто ждала - и поседела.
  
  Си Ень осторожно намотал прядь на палец.
  
  - Очень красиво, - сказал он тихо. - Серебро в золоте. Тебе идёт.
  
  - Си Ень!
  
  - Но если тебе мешает, - он улыбнулся, - это можно магически убрать. Лисян справится. Или любой целитель.
  
  Мэйлин молчала.
  
  - Пусть остаётся, - сказала она наконец. Её голос был мрачным. - Тебе в напоминание.
  
  - Как скажешь, - он притянул её к себе. - Только не плачь больше. Пожалуйста. Я не могу видеть твои слёзы.
  
  - Тогда не заставляй меня плакать.
  
  - Постараюсь.
  
  - Не постараешься, - она прижалась к нему. - Ты будешь делать то же самое снова и снова. Потому что ты такой. И я знала это, когда выходила за тебя. Но всё равно...
  
  - Всё равно вышла.
  
  - Всё равно вышла, - она кивнула. - Потому что люблю тебя. Несмотря ни на что.
  
  Он обнял её крепче.
  
  - И я тебя, - прошептал он. - Больше жизни. Больше всего.
  
  В дверь постучали.
  
  - Вы там помирились? - голос Лисян был нарочито весёлым. - Я принесла вам завтрак. И если вы не помирились - помиритесь быстрее, потому что каша остывает.
  
  Мэйлин рассмеялась - сквозь слёзы.
  
  - Входи, - сказала она.
  
  Лисян вошла с подносом. На нём - две миски каши, чай, фрукты, мёд.
  
  - Вот, - она поставила поднос на столик у кровати. - Простая еда. Отцу нельзя ничего тяжёлого. И маме тоже - после такого стресса.
  
  Она посмотрела на родителей - на отца, бледного, но живого, на мать, с заплаканными глазами и седой прядью в волосах.
  
  - Ну что, - она улыбнулась. - Вижу, что помирились. Хорошо. Теперь ешьте. Оба. Это приказ целительницы.
  
  - С каких пор ты приказываешь главе? - Си Ень приподнял бровь.
  
  - С тех пор, как глава лежит в постели и не может встать, - парировала Лисян. - Ешь, отец. Тебе нужны силы.
  
  Си Ень посмотрел на Мэйлин.
  
  - Наша дочь стала очень властной.
  
  - Наша дочь спасла эту башню от паники, - Мэйлин улыбнулась. - И заставила всех работать. Включая твоего лучшего друга.
  
  - Юй всё ещё здесь?
  
  - Спит, - Лисян кивнула. - Я его напоила успокаивающим. Он был... - она замялась. - Он очень за тебя переживал.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Ешьте, - повторила Лисян. - Я пойду проверю остальных. Если что-то понадобится - зовите.
  
  И вышла, тихо закрыв за собой дверь.
  
  Мэйлин взяла миску с кашей и протянула Си Еню.
  
  - Ешь, - сказала она. - Дочь права. Тебе нужны силы.
  
  - А ты?
  
  - И я поем, - она взяла вторую миску. - Вместе.
  
  Они ели молча, сидя рядом на кровати. Каша была простой, но вкусной. Чай - горячим и сладким.
  
  - Мэйлин, - Си Ень отложил миску.
  
  - Да?
  
  - Спасибо.
  
  - За что?
  
  - За всё, - он взял её руку. - За то, что ждала. За то, что не сдалась. За то, что ты рядом.
  
  Мэйлин смотрела на него - на его бледное лицо, на его уставшие глаза, на его улыбку.
  
  - Всегда, - сказала она. - Я всегда буду рядом. Даже когда ты делаешь глупости.
  
  - Особенно когда я делаю глупости.
  
  - Особенно тогда, - она улыбнулась. - Кто-то же должен тебя спасать.
  
  Он притянул её к себе и поцеловал - нежно, медленно.
  
  - Я люблю тебя, - прошептал он.
  
  - И я тебя, - она прижалась к нему. - Мой глупый, храбрый, невозможный муж.
  
  За окном светило солнце.
  
  Новый день начинался.
  
  ***
  
  Яньлин сидел в кабинете отца. За столом отца. На месте отца. С печатью отца под рукой. И его трясло. Он не показывал этого - лицо оставалось спокойным, голос ровным. Но внутри всё дрожало. Каждую секунду он хотел вскочить, выбежать, броситься в покои родителей, узнать - как отец? Очнулся? Жив?
  
  Но он не мог. Он был помощником главы. А сейчас - исполняющим обязанности главы. Башня смотрела на него. Ждала приказов. Ждала уверенности. И он давал им то, что они ждали.
  
  - Следующий, - сказал он.
  
  В кабинет вошёл разведчик - молодой, с обожжённым плащом.
  
  - Господин, - он поклонился. - Докладываю. Белая башня отводит войска к своим границам. Их потери - значительны. Наши наблюдатели насчитали около сорока погибших.
  
  - Хорошо, - Яньлин кивнул. - Продолжайте наблюдение. Докладывайте о любых перемещениях.
  
  - Слушаюсь.
  
  Разведчик вышел.
  
  Яньлин сжал руки под столом. Пальцы дрожали.
  
  Как отец? Очнулся ли? Жив ли?
  
  - Следующий, - сказал он.
  
  Лоу сидел в углу, быстро записывая всё происходящее. Он смотрел на Яньлина - и видел то, чего не видели другие. Напряжённую линию плеч. Побелевшие костяшки сжатых кулаков. Едва заметную дрожь в голосе. Яньлин держался. Но едва-едва.
  
  - Отчёт о разрушениях от восточного крыла, - Лоу протянул ему свиток.
  
  Яньлин взял, пробежал пальцами по строкам.
  
  - Три комнаты повреждены, - прочитал он. - Требуется ремонт крыши в казармах стражей. Запасы зелий истощены на треть.
  
  - Я уже составил список необходимых материалов, - Лоу подал ему другой свиток. - И запрос в башню целителей на пополнение запасов.
  
  - Хорошо, - Яньлин кивнул. - Отправь.
  
  Он потянулся к печати - и замер.
  
  Печать главы. Огненная саламандра на чёрном поле. Он использовал её десятки раз - но всегда от имени отца. По поручению отца. С разрешения отца.
  
  А сейчас отец лежал без сознания.
  
  Или уже нет? Может, он очнулся? Может, ему хуже?
  
  - Яньлин, - тихо сказал Лоу.
  
  Яньлин вздрогнул.
  
  - Что?
  
  - Печать.
  
  Он посмотрел вниз. Его рука зависла над свитком.
  
  - Да, - он прижал печать. - Да. Отправляй.
  
  Шаали стояла у окна в человеческом облике.
  
  Она не говорила ничего - просто была рядом. Её присутствие успокаивало. Немного.
  
  - Господин, - она повернулась к нему. - Прибыл посланник от воздушных.
  
  - Пусть войдёт.
  
  Посланник был молодым заклинателем - бледным, с синими прядями в волосах. Он низко поклонился.
  
  - Господин Яньлин, - его голос дрожал. - Глава Воздушной башни выражает глубочайшую благодарность. За помощь. За защиту. За... за закрытие разлома.
  
  - Передайте главе, что Чёрная башня рада была помочь, - Яньлин говорил ровно, спокойно. Как отец. - Мы союзники. Так и должно быть.
  
  - Глава также спрашивает... - посланник замялся. - Как здоровье господина Си Еня?
  
  Яньлин замер.
  
  Как здоровье отца? Я не знаю. Я сижу здесь и не знаю.
  
  - Глава восстанавливается, - сказал он. - Передайте это.
  
  - Слушаюсь, - посланник поклонился и вышел.
  
  Яньлин откинулся на спинку кресла. Его руки дрожали. Уже не скрываясь.
  
  - Яньлин, - Лоу подошёл ближе. - Может, перерыв?
  
  - Нет, - Яньлин покачал головой. - Сколько ещё ждёт?
  
  - Ещё пять посланников. Два отчёта. И командир стражей хочет доложить о потерях.
  
  Пять посланников. Два отчёта. Командир стражей. А он хотел только одного - узнать, как отец.
  
  - Зови следующего, - сказал он.
  
  Следующим был посланник от земных. Потом - от водных. Потом - ещё один отчёт о разрушениях. Потом - командир стражей с печальными вестями о троих погибших.
  
  Яньлин слушал. Кивал. Отдавал распоряжения. Прикладывал печать.
  
  И каждую секунду думал об отце.
  
  Очнулся ли? Жив ли? Что сейчас делает Лисян? Что делает мама?
  
  Он хотел встать. Выбежать. Узнать.
  
  Но не мог. Потому что отец бы не ушёл. Отец бы остался. Отец бы закончил все дела - и только потом позволил бы себе слабость. И Яньлин должен был сделать то же самое.
  
  - Это последний, - сказал Лоу, когда очередной посланник вышел.
  
  Яньлин не ответил.
  
  - Яньлин?
  
  - Да, - он встряхнулся. - Да. Хорошо.
  
  - Ты можешь пойти, - Лоу положил руку ему на плечо. - Я закончу с бумагами.
  
  - Нет, - Яньлин покачал головой. - Ещё отчёты. Ещё письма. Нужно написать Чжоу Шэну. И главе воздушных. И...
  
  - Яньлин, - Лоу сжал его плечо сильнее. - Хватит.
  
  - Я не могу...
  
  - Можешь, - Лоу присел рядом с ним. - Твой отец очнулся.
  
  Яньлин замер.
  
  - Что?
  
  - Лисян прислала весть, - Лоу улыбнулся. - Только что. Твой отец в сознании. Разговаривает с твоей матерью. Ест кашу.
  
  Яньлин смотрел на него - не веря.
  
  - Правда?
  
  - Правда.
  
  Что-то внутри Яньлина сломалось.
  
  Он закрыл лицо руками - и его плечи затряслись.
  
  - Эй, - Лоу обнял его. - Эй. Всё хорошо. Он жив. Он в порядке.
  
  - Я знаю, - голос Яньлина был глухим. - Я знаю. Просто...
  
  Он не мог объяснить. Не мог найти слова. Весь день он держался. Весь день играл роль отца. Весь день не позволял себе думать о худшем. А теперь - можно было отпустить. Шаали подошла и обняла их обоих.
  
  - Мой господин, - сказала она тихо. - Ты справился. Твой отец будет гордиться.
  
  - Он будет ругаться, - Яньлин рассмеялся сквозь слёзы. - За то, что я использовал его печать.
  
  - Он будет гордиться, - повторила Шаали. - Я уверена.
  
  Яньлин поднял голову.
  
  - Я хочу его видеть, - сказал он.
  
  - Тогда иди, - Лоу встал. - Я закончу здесь. Правда.
  
  - Но...
  
  - Иди, - Лоу улыбнулся. - Ты заслужил.
  
  Яньлин посмотрел на него - на друга, который был рядом весь этот безумный день. На Шаали, которая держала его, даже когда он приказал ей уйти.
  
  - Спасибо, - сказал он. - Вам обоим.
  
  И вышел из кабинета.
  
  ***
  
  Через несколько часов Лисян снова постучалась к родителям.
  
  - Входи, Лисян, - раздался голос отца.
  
  Она толкнула дверь - и замерла на пороге.
  
  Родители вовсе не отдыхали.
  
  Си Ень сидел на краю кровати, уже одетый в торжественные чёрные одежды с огненной вышивкой. Мэйлин стояла за ним, её пальцы ловко заплетали ему сложную причёску - ту самую, которую он носил на официальных приёмах.
  
  - Ах вот вы как, - мрачно сказала Лисян. - Отец. Как это понимать?
  
  - Я должен успокоить башню, - Си Ень не обернулся. - Люди волнуются. Им нужно увидеть своего главу.
  
  - Тебе нужен покой. И постельный режим. И...
  
  - Я не собираюсь заниматься делами, - он перебил её. - Просто покажусь. Несколько часов я выдержу.
  
  Он чуть повернул голову и улыбнулся Мэйлин.
  
  - А моя золотая госпожа мне поможет.
  
  Лисян повернулась к матери.
  
  - Мама! Скажи ему!
  
  - Я говорила, - Мэйлин спокойно продолжала заплетать волосы мужа. - Это бесполезно. Так что придётся помогать.
  
  - Но...
  
  - Лисян, - Мэйлин подняла голову. - Я знаю твоего отца тридцать лет. Поверь мне - спорить бессмысленно. Лучше помочь ему сделать это безопасно, чем смотреть, как он делает это один.
  
  Лисян открыла рот, чтобы возразить. Закрыла. Снова открыла.
  
  - Хорошо, - сказала она наконец. - Но сначала вы должны успокоить четырёх мужчин и двух духов.
  
  - Кого именно?
  
  - Всех, кто чуть не сошёл с ума от беспокойства, - Лисян скрестила руки на груди. - Я их приведу.
  
  И вышла, не дожидаясь ответа.
  
  Она вернулась через несколько минут.
  
  За ней шли Яньлин, Лоу и Шаали. Цзин Юй с Ли Чжэнем. И Ляньчжи - бледный, с красными глазами.
  
  Они вошли в покои - и замерли.
  
  Си Ень сидел в кресле у окна. Его волосы были уложены в сложную причёску, закреплённую шпильками с рубинами. Чёрные одежды с огненной вышивкой делали его похожим на того, кем он был - главу самой могущественной башни мира.
  
  Он всё ещё был бледным. И усталым. Но - живым. Несомненно живым.
  
  - Отец, - Яньлин сделал шаг вперёд.
  
  Потом ещё один.
  
  А потом упал на колени перед Си Енем и прижался к нему - крепко, отчаянно.
  
  - Яньлин, - Си Ень обнял его. - Ну что ты. Всё хорошо.
  
  Яньлин молчал. Его плечи дрожали.
  
  - Мне тут рассказали, - продолжил Си Ень, поглаживая сына по волосам, - что ты замечательный командир армии. И замечательный глава. Держал башню весь день. Принимал послов. Отдавал приказы.
  
  - Я этого не просил, - голос Яньлина был глухим. - И мне не понравилось.
  
  - Знаю, - Си Ень улыбнулся. - Мне тоже не нравилось. Поначалу.
  
  Он чуть отстранился и посмотрел сыну в лицо.
  
  - И тем не менее ты справился. И я рассчитываю, что ты потерпишь ещё несколько дней. Пока я не вернусь к делам.
  
  Яньлин сглотнул.
  
  - Я буду делать то, что нужно, - сказал он. - Столько, сколько нужно. Отец, можешь отдыхать.
  
  Он поднялся - медленно, с усилием.
  
  - Хороший мальчик, - Си Ень кивнул. - Я горжусь тобой.
  
  Лоу шагнул вперёд.
  
  - Мы очень волновались, глава, - сказал он. - Особенно Шаали. Вы же знаете, как она вас любит.
  
  - Попридержи язык, Лоу, - мрачно сказала Шаали. - Пока я его не обожгла.
  
  - Видите? - Лоу улыбнулся. - Она всегда так, когда волнуется. Угрожает меня зажарить.
  
  - Я не угрожаю. Я предупреждаю.
  
  - Шаали, - Си Ень посмотрел на неё.
  
  Она замолчала. Потом подошла ближе - медленно, неуверенно.
  
  - Я рада, что вы в порядке, глава, - сказала она тихо. - И моя младшая сестра молодец. Она вас удержала.
  
  Маленькая саламандра Си Еня - Цзян Хуо - выбралась из-под его одежды и устроилась на плече. Он погладил её, и она довольно застрекотала.
  
  - Она молодец, - согласился Си Ень. - Без неё я бы не справился.
  
  Цзин Юй стоял в стороне. Он смотрел на друга - живого, дышащего, улыбающегося - и не мог двинуться с места.
  
  - Юй, - Си Ень протянул к нему руку. - Иди сюда.
  
  Цзин Юй сделал шаг. Ещё один. А потом что-то в нём сломалось.
  
  - Ты жив, - прошептал он.
  
  Он обессиленно опустился рядом с Си Енем и уткнулся головой в его плечо.
  
  - Ну что ты, - Си Ень обнял его. - Хуже Яньлина.
  
  - Я не уверен, - голос Цзин Юя дрожал, - что смогу существовать в мире без тебя. Прими к сведению.
  
  - Приму, - Си Ень вздохнул. - Что мне остаётся.
  
  - Мой господин не находил себе места, - тихо сказал Ли Чжэнь. - Всю ночь. Весь день.
  
  - Ли Чжэнь, - Цзин Юй не поднял головы. - Помолчи.
  
  - Слушаюсь.
  
  Си Ень держал друга - крепко, надёжно. Как держал бы брата.
  
  - Я никуда не ухожу, - сказал он тихо. - Слышишь? Никуда.
  
  - Ты так говоришь каждый раз.
  
  - И каждый раз возвращаюсь.
  
  - Однажды не вернёшься.
  
  - Вернусь, - Си Ень улыбнулся. - Обещаю.
  
  - А ты что там прячешься, Ляньчжи? - Си Ень посмотрел в угол комнаты.
  
  Ляньчжи вздрогнул. Он стоял у двери, пытаясь слиться со стеной. Его глаза были красными, губы дрожали.
  
  - Иди сюда, - Си Ень поманил его.
  
  Ляньчжи подошёл - медленно, неуверенно. Остановился в шаге от кресла.
  
  - Глава, - его голос срывался. - Я...
  
  И слёзы хлынули.
  
  - Ну что ты, - Си Ень притянул его к себе и обнял. - Что ты плачешь?
  
  - Я думал... - Ляньчжи всхлипывал. - Думал, что вы... что я... что из-за меня...
  
  - У нас с тобой всё получилось, - Си Ень погладил его по спине. - Ты потрясающе направляешь потоки. Без тебя я бы не справился.
  
  - Но вы чуть не умерли!
  
  - Не умер же, - Си Ень улыбнулся. - Не плачь.
  
  - Я не буду, - Ляньчжи попытался вытереть слёзы. - Я не собирался. Эти глупые слёзы... они сами...
  
  - Знаю, - Си Ень кивнул. - Знаю. Всё хорошо.
  
  Он обнял Ляньчжи крепче.
  
  - Ты молодец. Настоящий герой. Я горжусь тобой.
  
  Ляньчжи рыдал у него на плече - открыто, не сдерживаясь. Все слёзы, которые он копил, пока ждал, пока боялся, пока не знал - выходили сейчас.
  
  Мэйлин стояла в стороне и смотрела на них.
  
  На мужа, который обнимал плачущего мальчика. На Цзин Юя, который всё ещё сидел рядом, не отпуская его руку. На Яньлина, который стоял рядом с Лоу и Шаали, и на его лице наконец появилось что-то похожее на покой.
  
  Вот она, - думала она. - Моя семья. Странная, сумасшедшая, огненная семья.
  
  Лисян подошла к ней.
  
  - Мама, - она тихо взяла её за руку. - Ты как?
  
  - Хорошо, - Мэйлин улыбнулась. - Теперь - хорошо.
  
  Она смотрела на мужа - бледного, уставшего, но живого.
  
  И седая прядь в её волосах казалась маленькой ценой за то, что он всё ещё был рядом.
  
  ***
  
  - Отец, - Лисян заглянула в покои. - Все собрались и ждут тебя.
  
  Си Ень поднялся из кресла.
  
  Это далось ему труднее, чем он показал - Мэйлин видела, как напряглись его плечи, как побелели костяшки пальцев, сжавших подлокотник. Но он встал. Выпрямился. И снова стал тем, кем был - главой Чёрной башни.
  
  - Тогда не будем заставлять их ждать, - сказал он.
  
  Он повернулся к Мэйлин и подал ей руку.
  
  - Пойдём, моя госпожа.
  
  Она вложила ладонь в его ладонь - и он притянул её к себе. Крепко. Властно. И поцеловал.
  
  Не быстро, не украдкой - а так, как целовал её в первые годы их брака. Глубоко, страстно, не обращая внимания на то, что вся комната смотрит.
  
  Лоу присвистнул. Шаали закатила глаза. Цзин Юй слабо улыбнулся. Ляньчжи покраснел до корней волос.
  
  Когда Си Ень наконец отпустил жену, Мэйлин была раскрасневшейся и слегка растрёпанной.
  
  - Си Ень, - прошептала она. - Все смотрят.
  
  - Пусть смотрят, - он улыбнулся. - И завидуют.
  
  Они вышли из покоев.
  
  Си Ень шёл медленно, но уверенно. Мэйлин держала его под руку - не поддерживая, но готовая поддержать в любой момент. За ними следовали остальные - Яньлин, Лоу, Шаали, Цзин Юй с Ли Чжэнем, Ляньчжи, Лисян.
  
  Коридоры башни были пусты - все собрались в главном зале.
  
  Когда они подошли к дверям, Си Ень остановился.
  
  - Готова? - спросил он Мэйлин тихо.
  
  - Всегда, - она сжала его руку.
  
  Двери распахнулись. Главный зал был полон. Заклинатели, стражи, слуги, целители - все, кто мог прийти, были здесь. Они стояли плотной толпой, их лица были напряжёнными, испуганными, полными надежды.
  
  И когда Си Ень появился в дверях - зал замер.
  
  Тишина была абсолютной. Ни звука, ни шёпота, ни вздоха.
  
  А потом кто-то закричал:
  
  - Глава жив!
  
  И зал взорвался. Крики, возгласы, рыдания. Люди бросались друг другу в объятия. Кто-то смеялся. Кто-то плакал. Кто-то просто стоял и смотрел на своего главу - живого, стоящего на своих ногах.
  
  Си Ень поднял руку.
  
  Тишина упала мгновенно.
  
  - Мои заклинатели, - его голос был ровным, спокойным. Голос главы. - Мои люди.
  
  Он обвёл взглядом зал.
  
  - Я знаю, что последние дни были тяжёлыми. Знаю, что вы волновались. Знаю, что многие из вас сражались и рисковали жизнью.
  
  Он помолчал.
  
  - Я горжусь вами. Каждым из вас. Вы показали, что Чёрная башня - это не просто камни и огонь. Это люди. Это семья. Это сила, которую невозможно сломить.
  
  Кто-то в толпе всхлипнул.
  
  - Разлом закрыт, - продолжил Си Ень. - Угроза устранена. Наши союзники - воздушные, земные, тёмные - сражались рядом с нами. И вместе мы победили.
  
  Он улыбнулся.
  
  - Да, мне пришлось немного вздремнуть после этого. Приношу извинения за беспокойство.
  
  По залу прокатился смех - нервный, облегчённый.
  
  - Но я здесь, - Си Ень выпрямился. - Я жив. И я никуда не ухожу.
  
  Он сжал руку Мэйлин.
  
  - Моя госпожа рядом со мной. Мои дети рядом со мной. Мои люди рядом со мной. И пока это так - Чёрная башня будет стоять.
  
  Тишина.
  
  А потом - рёв.
  
  Тысячи голосов, слившихся в один.
  
  - Да здравствует глава! Да здравствует Чёрная башня!
  
  Люди кричали, топали ногами, били кулаками в грудь. Огненные искры взлетали к потолку - не опасные, просто выплеск эмоций, радости, облегчения.
  
  Мэйлин смотрела на мужа.
  
  Он стоял прямо, его лицо было спокойным, уверенным. Никто не видел, как побелели его пальцы, сжимающие её руку. Никто не видел, как дрожат его колени.
  
  Только она.
  
  Ещё немного, - думала она. - Продержись ещё немного.
  
  Си Ень поднял руку, и крики стихли.
  
  - А теперь, - сказал он, - возвращайтесь к своим обязанностям. Башня не будет управлять собой сама. Мой сын Яньлин временно исполняет мои обязанности. Слушайтесь его, как слушались бы меня.
  
  Он посмотрел на Яньлина.
  
  - Я рассчитываю на тебя, помощник.
  
  - Да, отец, - Яньлин поклонился.
  
  - Все свободны, - Си Ень кивнул.
  
  Толпа начала расходиться - медленно, неохотно. Люди оглядывались на своего главу, словно боялись, что он исчезнет, если они отведут взгляд.
  
  Когда зал опустел, Си Ень позволил себе пошатнуться.
  
  - Держу, - Мэйлин подхватила его. - Держу.
  
  - Спасибо, - он прислонился к ней. - Кажется, я немного переоценил свои силы.
  
  - Немного? - Лисян подошла с другой стороны. - Отец, ты едва стоишь.
  
  - Но стою же.
  
  Цзин Юй подошёл и молча подставил плечо с другой стороны.
  
  - Идём, - сказал он. - Хватит геройствовать.
  
  - Юй...
  
  - Идём, - повторил Цзин Юй твёрже. - Ты сделал что хотел. Теперь - отдых.
  
  Они повели его обратно в покои - Мэйлин с одной стороны, Цзин Юй с другой.
  
  За ними шли остальные - молчаливые, усталые, но счастливые.
  
  Глава был жив.
  
  Башня стояла.
  
  Всё остальное можно было пережить.
  
  Глава 36. Возвращение домой
  
  - Мама, скажи честно, - Лисян нашла Мэйлин в коридоре у покоев главы. - Ты справишься, или мне задержаться ещё?
  
  Мэйлин посмотрела на дочь - на её усталое лицо, на тени под глазами.
  
  - Я справлюсь, - она улыбнулась и погладила Лисян по волосам. - Я вижу, ты хочешь вернуться к своему хранителю.
  
  Лисян опустила глаза.
  
  - Мои родители у меня на первом месте, - сказала она серьёзно. - Как бы мне ни хотелось вернуться.
  
  - Знаю, - Мэйлин обняла её. - Но мы в порядке. Правда. Твой отец упрямый, но он поправится. А я за ним присмотрю.
  
  Она отстранилась и посмотрела дочери в глаза.
  
  - Передай Чжоу Шэну, что он может тебя забрать. Всё хорошо. И Ляньчжи забери - ему нужно отдохнуть в тишине. Здесь слишком шумно для него сейчас.
  
  - Ты уверена?
  
  - Уверена, - Мэйлин кивнула. - Мы справимся. Лети домой, дочь.
  
  Лисян послала весточку Чжоу Шэну - маленькую огненную птичку, которая унеслась в небо.
  
  Потом пошла искать Ляньчжи. Нашла его в гостевых покоях. Он сидел у окна и смотрел на небо. При звуке её шагов повернулся.
  
  - Лисян?
  
  - Отвечай мне честно, - она села рядом с ним. - Ты хочешь вернуться со мной в Звёздную башню или остаться в Чёрной?
  
  Ляньчжи молчал.
  
  - Я... - он замялся. - Я не знаю. Здесь моя семья. Яньлин, Лоу, госпожа Мэйлин. Но...
  
  - Но?
  
  - Здесь слишком громко, - он опустил глаза. - Слишком много эмоций. Слишком много огня. После всего, что случилось... мне тяжело.
  
  - Тогда возвращайся со мной, - Лисян взяла его за руку. - В Звёздной башне тихо. Спокойно. Ты сможешь отдохнуть.
  
  Ляньчжи посмотрел на неё.
  
  - Правда?
  
  - Правда, - она улыбнулась. - Ты нужен мне там, младший брат. Кто ещё будет помогать в лечебнице?
  
  Ляньчжи улыбнулся.
  
  - Я вернусь с тобой, старшая сестра.
  
  - Хорошо, - Лисян кивнула. - Тогда собирайся. Прощайся. Я написала Шэну, чтобы он прилетел за нами.
  
  Лисян поднялась в кабинет главы.
  
  Там кипела работа. Яньлин сидел за столом отца, заваленным свитками и докладами. Лоу метался между ним и полками, таская бумаги. Шаали стояла у окна.
  
  - ...это уже третий запрос от водных, - говорил Лоу. - Они хотят знать, нужна ли ещё помощь.
  
  - Напиши, что мы благодарны и справляемся сами, - Яньлин не поднимал головы от свитка.
  
  - А земные спрашивают про компенсацию за разрушения на их границе.
  
  - Какие разрушения? Разлом был на границе воздушных и земных, не наших.
  
  - Они говорят, что огненные войска прошли через их территорию.
  
  - Мы спасали их земли! - Яньлин наконец поднял голову. - Какая компенсация?!
  
  - Ну, ты же знаешь земных...
  
  - Напиши им... - Яньлин замолчал, увидев Лисян в дверях. - Лисян?
  
  - Ты как? - она подошла ближе. - Справляешься?
  
  - Вроде бы да, - он вздохнул. - Хотя иногда хочется всё это поджечь.
  
  - Это называется "быть главой", - Лисян улыбнулась. - Ты когда последний раз спал? - она присмотрелась к его лицу.
  
  - Вот не начинай, - Яньлин поморщился. - А ты когда? Зато голодным меня не оставляют, - он кивнул на стол, где стояла тарелка с недоеденными пирожками. - Все чем-то пытаются накормить. Слуги, стражи, даже командир разведчиков принёс каких-то сладостей.
  
  - Это хорошо, - Лисян подошла и обняла его. - Я возвращаюсь в Звёздную башню. Береги себя, младший брат.
  
  - До свидания, старшая сестра, - Яньлин обнял её в ответ. Крепко, тепло. - Как только разгребу дела - прилечу в гости.
  
  - Жду.
  
  Она отстранилась и посмотрела на Лоу.
  
  - Присматривай за ним.
  
  - Всегда, - Лоу кивнул. - Счастливого пути, госпожа Лисян.
  
  Лисян спустилась в лечебницу. Там было людно - раненые после битвы, усталые целители, запах трав и зелий. Жэньли металась между пациентами, проверяя повязки, раздавая лекарства.
  
  - Жэньли, - Лисян окликнула её.
  
  Жэньли обернулась. Её лицо было усталым, но спокойным.
  
  - Лисян?
  
  - Я возвращаюсь в Звёздную башню.
  
  Жэньли подошла и обняла её.
  
  - Береги себя, старшая сестра.
  
  - А ты береги себя и Яньлина, - Лисян отстранилась и посмотрела ей в глаза. - У женщин нашей семьи тяжёлая обязанность - стараться сохранить мужчин живыми. Остановить их всё равно невозможно.
  
  Жэньли слабо улыбнулась.
  
  - Я заметила.
  
  - Но можно быть рядом, - продолжила Лисян. - Поддерживать. Лечить. Ругать, когда они делают глупости. И любить - несмотря ни на что.
  
  - Я буду, - Жэньли кивнула. - Обещаю.
  
  - Хорошая девочка, - Лисян поцеловала её в лоб. - До встречи.
  
  Потом она поднялась к родителям. Постучала в дверь - тихо, осторожно.
  
  - Входи, - раздался голос матери.
  
  Лисян вошла - и улыбнулась.
  
  Си Ень и Мэйлин сидели в кровати, обнявшись. Его голова покоилась на её плече, её пальцы перебирали его волосы. Они тихо разговаривали, улыбаясь друг другу.
  
  - Вы похожи на молодожёнов, - сказала Лисян.
  
  - Только с седой прядью, - рассмеялась Мэйлин, касаясь серебристой пряди в своих волосах.
  
  - Ну, это пикантная деталь, - Лисян улыбнулась. - Я пришла попрощаться. Возвращаюсь в Звёздную башню.
  
  Мэйлин протянула к ней руки.
  
  - Иди сюда.
  
  Лисян подошла и села на край кровати. Мэйлин обняла её - крепко, тепло.
  
  - Будь счастлива, - прошептала она. - И не забывай нас.
  
  - Вас забудешь, - Лисян вздохнула. - С вашими-то приключениями.
  
  - Лёгкой дороги, - Си Ень тоже обнял её. - И прилетай в гости. Чаще.
  
  - Прилечу, - она поцеловала его в щёку. - И ты тоже, глава. Поправляйся. И не расстраивай маму.
  
  - Постараюсь.
  
  - Не постараешься, - она покачала головой. - Но хотя бы попытайся.
  
  Они обнялись втроём - отец, мать, дочь. Семья, которая прошла через огонь и выжила.
  
  Когда с прощаниями было закончено, Лисян зашла за Ляньчжи. Он ждал её у дверей гостевых покоев - с небольшой сумкой, с бледным лицом, но со спокойными глазами.
  
  - Готов?
  
  - Готов.
  
  Они вместе поднялись на крышу башни. Чжоу Шэн уже ждал их. Он стоял на краю крыши, его тёмные одежды развевались на ветру. При виде Лисян его лицо - обычно бесстрастное - озарилось чем-то похожим на улыбку.
  
  - Шэн! - Лисян бросилась к нему.
  
  Он поймал её, обнял - крепко, молча.
  
  - Я так соскучилась, - она прижалась к нему. - Так соскучилась.
  
  - И я, - он коснулся губами её волос. - Моё солнце.
  
  Они стояли так несколько мгновений - просто держа друг друга. Потом Чжоу Шэн отстранился и посмотрел на Ляньчжи.
  
  - Готов вернуться домой?
  
  - Да, хранитель, - Ляньчжи кивнул.
  
  - Тогда полетели, - Чжоу Шэн подхватил Лисян одной рукой, Ляньчжи - другой.
  
  Крылья тьмы развернулись за его спиной - огромные, чёрные, мерцающие серебром.
  
  - Полетели домой, - он посмотрел на Лисян. - Огненная госпожа Звёздной башни.
  
  Она улыбнулась ему - счастливо, светло. И они взмыли в небо.
  
  Яньлин стоял у окна кабинета и смотрел, как три фигуры исчезают в ночном небе.
  
  - Они улетели, - сказал Лоу, подходя к нему.
  
  - Да.
  
  - Ты в порядке?
  
  Яньлин молчал.
  
  - Яньлин?
  
  - Да, - он наконец отвернулся от окна. - Да. Я в порядке. Давай закончим с земными.
  
  И вернулся к работе.
  
  За окном луна освещала мир серебристым светом.
  
  ***
  
  Чжоу Шэн приземлился на террасе Звёздной башни.
  
  Крылья тьмы сложились за его спиной и растаяли в ночном воздухе. Он осторожно опустил Лисян и Ляньчжи на каменные плиты.
  
  Звёздная башня встретила их тишиной. После шума и хаоса Чёрной башни эта тишина казалась почти осязаемой. Мягкий серебристый свет лунных камней. Прохладный воздух. Покой.
  
  Ляньчжи глубоко вздохнул.
  
  - Иди отдыхать, Ляньчжи, - сказала Лисян.
  
  - Я проверю, не нужна ли моя помощь в лечебнице, - он слабо улыбнулся. - А потом отдыхать.
  
  - Ляньчжи...
  
  - Я в порядке, старшая сестра, - он поклонился ей и Чжоу Шэну. - Правда. Мне просто нужно... сделать что-то полезное. Чтобы не думать.
  
  Лисян понимала. После всего, что он пережил - спуск в разлом, направление потоков, страх за главу - ему нужно было занять руки и разум чем-то простым, понятным.
  
  - Хорошо, - кивнула она. - Но не больше часа. Потом - спать.
  
  - Слушаюсь, - Ляньчжи улыбнулся и ушёл.
  
  Лисян повернулась к Чжоу Шэну.
  
  При свете лунных камней она наконец рассмотрела его - по-настоящему. Тёмные круги под глазами. Осунувшееся лицо. Бледная даже для хранителя тьмы кожа.
  
  - На что ты опять похож? - она обняла его. - Ты вообще спал?
  
  - Я не могу спать без тебя, - он пожал плечами, прижимая её к себе. - Пытался. Не получается.
  
  - Шэн...
  
  - Ты тоже выглядишь уставшей, - он коснулся губами её волос. - Очень уставшей.
  
  Лисян закрыла глаза, прижимаясь к нему.
  
  - Мне спать было некогда, - сказала она тихо. - Пришлось выводить всех из шока. Следить за происходящим. Командовать.
  
  Она помолчала.
  
  - В Чёрной башне к отцу относятся как к богу. Не в том смысле, что молятся на него и приносят жертвы, - Лисян слабо улыбнулась. - А в том, что считают его всемогущим. Всезнающим. Непобедимым. И любят его - по-настоящему, искренне.
  
  Она вздохнула.
  
  - И то, что он чуть не умер... привело их в шок. Они не могли поверить. Не могли принять. Некоторые просто стояли и смотрели в пустоту.
  
  - Но сейчас всё наладилось?
  
  - Да, - Лисян кивнула. - Все занимаются своим делом. Яньлин держит башню. Жэньли - лечебницу. А зная моего отца... - она улыбнулась. - Через несколько дней он вернётся к своим обязанностям и заставит всех забыть о том, что произошло.
  
  Чжоу Шэн молчал, держа её в объятиях.
  
  - Твой отец действительно совершил нечеловеческий поступок, - сказал он наконец. - Он же сам выжег всю нечисть в разломе. Поставил печать. Поставил барьер. Закрыл разлом. Всё это - одновременно. Один.
  
  - Я знаю.
  
  - Я не уверен, что смог бы повторить это, - его голос был тихим. - И я - хранитель тьмы.
  
  Лисян отстранилась и посмотрела ему в глаза.
  
  - Вряд ли кто-то думал, что он на это способен, - сказала она. - Вряд ли кто-то вообще думал, что такое возможно.
  
  Её голос стал жёстче.
  
  - Они думали ослабить башни. И у них почти получилось. Если бы отец погиб...
  
  Она замолчала.
  
  - Если бы отец погиб, - продолжила она тише, - Чёрная башня лишилась бы большей части своей силы. Не навсегда, но надолго. Яньлин ещё не готов. Преемника нет. Источник потерял бы своего главу - а это всегда удар.
  
  Она покачала головой.
  
  - Последствия могли быть страшными. Для всех башен. Для всего мира заклинателей.
  
  Чжоу Шэн смотрел на неё.
  
  - Ты говоришь как стратег, - сказал он.
  
  - Я исполняла обязанности главы каждый раз, когда отец покидал башню, - Лисян пожала плечами. - Многому научилась. Видеть картину целиком. Просчитывать последствия. Понимать, что стоит за каждым решением.
  
  Она вздохнула.
  
  - Но это понимание меня сейчас не радует. Потому что я понимаю также, что Белая башня - или кто бы ни стоял за этим - понимали то же самое. Они знали, что делали. Знали, чем рискуют. И всё равно сделали.
  
  - Война ещё не закончена, - тихо сказал Чжоу Шэн.
  
  - Нет, - Лисян покачала головой. - Не закончена. Но сегодня - сегодня я не хочу об этом думать.
  
  Чжоу Шэн взял её лицо в ладони.
  
  - Ладно, госпожа стратег, - он улыбнулся - едва заметно, но для него это было почти смехом. - Ты голодна. Ты хочешь спать. Так что пойдём тебя кормить и укладывать.
  
  - Нет, - Лисян попыталась возразить. - Я сначала должна проверить, что творится в лечебнице. И посмотреть отчёты. И...
  
  - Ничего там не творится, - Чжоу Шэн перебил её. - Всё под контролем. Мои целители справляются. Раненых немного. Всё может подождать тебя ещё день.
  
  - Но...
  
  - Лисян, - его голос стал мягче. - Ты не спала двое суток. Ты держала Чёрную башню. Ты заботилась обо всех. Позволь теперь мне позаботиться о тебе.
  
  Она смотрела на него - на его усталое лицо, на его чёрные глаза, полные нежности.
  
  - Ты тоже не спал, - сказала она тихо.
  
  - Тогда мы поедим и ляжем вместе, - он взял её за руку. - Идём.
  
  И Лисян с удовольствием подчинилась.
  
  Их покои были такими, какими она их оставила. Тёмные стены, серебристый свет, широкая кровать с чёрным пологом. Её вещи - на своих местах. Её книги - на полке. Её халат - на спинке кресла.
  
  Дом.
  
  Чжоу Шэн усадил её за стол и исчез - ненадолго. Вернулся с подносом - горячий суп, свежий хлеб, фрукты, чай.
  
  - Ешь, - он поставил поднос перед ней.
  
  - А ты?
  
  - И я, - он сел напротив. - Вместе.
  
  Они ели молча - слишком уставшие для разговоров. Суп был горячим и вкусным. Хлеб - мягким. Чай - сладким.
  
  Лисян чувствовала, как напряжение последних дней постепенно отпускает её. Плечи расслабились. Дыхание выровнялось.
  
  - Спасибо, - сказала она тихо.
  
  - За что?
  
  - За то, что ты есть, - она улыбнулась. - За то, что ждал. За то, что прилетел.
  
  - Я всегда прилечу, - он взял её руку. - Всегда буду ждать. Ты же знаешь.
  
  - Знаю.
  
  После еды Чжоу Шэн помог ей переодеться.
  
  Его руки были нежными, осторожными - расплетали её причёску, снимали тяжёлые одежды, надевали мягкую ночную рубашку. Лисян закрыла глаза и позволила ему заботиться о ней.
  
  Потом они легли - вместе, обнявшись.
  
  Кровать была мягкой. Подушки - прохладными. Тело Чжоу Шэна рядом - тёплым и надёжным.
  
  - Шэн, - прошептала она.
  
  - М?
  
  - Я люблю тебя.
  
  - И я тебя, - он поцеловал её в макушку. - Спи, моё солнце. Я рядом.
  
  Лисян закрыла глаза.
  
  И впервые за двое суток - уснула.
  
  Глубоко. Спокойно. Дома.
  
  Глава 37. Пять дней
  
  Си Ень проявлял чудеса благоразумия. Он не пытался встать раньше времени. Не порывался проверить отчёты. Не требовал доклада о состоянии дел. Не рвался в кабинет, не звал командиров, не диктовал распоряжений. Он просто лежал рядом с Мэйлин и позволял ей о себе заботиться.
  
  - Ты меня пугаешь, - сказала она на второй день.
  
  - Чем?
  
  - Своим послушанием, - она приложила ладонь к его лбу. - Ты точно не бредишь?
  
  Си Ень рассмеялся - тихо, чтобы не потревожить заживающие раны.
  
  - Я решил попробовать что-то новое, - он поймал её руку и поцеловал ладонь. - Говорят, это называется "слушать жену".
  
  - За тридцать лет брака - впервые?
  
  - Надо же когда-то начинать.
  
  Мэйлин не отходила от него.
  
  Она не спускалась в лечебницу. Не проверяла запасы. Не принимала учеников. Не разбирала травы. Только он. Только они вдвоём.
  
  Она меняла повязки - осторожно, нежно. Готовила отвары - сама, не доверяя слугам. Кормила его с ложки, когда он был слишком слаб, чтобы держать палочки. Читала ему вслух, когда он не мог уснуть. Просто сидела рядом, держа его за руку, когда не нужно было ничего делать.
  
  - Ты устанешь, - сказал он на третий день.
  
  - Не устану.
  
  - Мэйлин...
  
  - Я чуть не потеряла тебя, - её голос дрогнул. - Позволь мне... просто побыть рядом. Убедиться, что ты здесь. Что ты живой. Что ты дышишь.
  
  Он притянул её к себе.
  
  - Я здесь, - прошептал он ей в волосы. - Я живой. Я дышу. Благодаря тебе.
  
  Их никто не беспокоил. Это было странно. Непривычно. Почти невозможно.
  
  Обычно день главы начинался с доклада командира стражей. Потом - отчёты управляющих. Потом - прошения. Потом - споры между заклинателями. Потом - письма от других башен. Потом - ещё что-нибудь срочное, неотложное, требующее немедленного решения.
  
  Но сейчас - тишина. Никто не стучал в дверь с "простите, что беспокою, но...". Никто не присылал записок с "требуется ваше мнение по...". Никто не врывался с криком "неотложное дело!".
  
  - Они что, все умерли? - спросил Си Ень на четвёртый день.
  
  - Яньлин, - коротко ответила Мэйлин.
  
  - Что - Яньлин?
  
  - Он сказал, что если кто-то побеспокоит главу раньше, чем через пять дней, этот кто-то будет разбираться лично с ним, - Мэйлин улыбнулась. - А потом - с Шаали.
  
  - И что, все послушались?
  
  - Все, - она кивнула. - Даже командир стражей. Даже управляющий. Даже тот торговец, который три дня добивался аудиенции.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Наш сын, - сказал он наконец, - иногда бывает очень убедительным.
  
  - Весь в отца.
  
  На пятый день Мэйлин проснулась от того, что Си Ень перебирал её волосы.
  
  Утренний свет пробивался сквозь занавески. За окном пели птицы. В комнате пахло травами и теплом.
  
  - Доброе утро, - сказала она, не открывая глаз.
  
  - Доброе, - он поцеловал её в висок.
  
  - Как ты себя чувствуешь?
  
  - Хорошо, - он помолчал. - Правда хорошо. Впервые за пять дней - по-настоящему хорошо.
  
  Мэйлин открыла глаза и посмотрела на него.
  
  Цвет лица стал лучше. Глаза - яснее. Движения - увереннее.
  
  - Ты поправляешься, - она улыбнулась.
  
  - Благодаря тебе.
  
  - Благодаря твоему неожиданному благоразумию, - она приподнялась на локте. - Я до сих пор не могу поверить, что ты ни разу не попытался сбежать.
  
  - Я подумал... - он замолчал. - Что ты заслуживаешь мужа, который иногда слушает. Хотя бы иногда. Хотя бы когда чуть не умер.
  
  Мэйлин рассмеялась - тихо, счастливо.
  
  - Это самое романтичное, что ты мне говорил за последние десять лет.
  
  - Неправда. Я говорю тебе романтичные вещи постоянно.
  
  - "Мэйлин, где мой меч" - не считается.
  
  - А "Мэйлин, ты прекрасна, а теперь скажи, где мой меч"?
  
  Она ткнула его в бок.
  
  - Невыносимый.
  
  - Но ты меня любишь.
  
  - Люблю, - она наклонилась и поцеловала его. - Небеса знают почему, но люблю.
  
  Они лежали в тишине, слушая утренние звуки башни.
  
  - Пять дней, - сказала Мэйлин задумчиво. - Мы провели пять дней вдвоём. Практически не расставаясь.
  
  - Непозволительная роскошь.
  
  - Для главы и верховной целительницы - да, - она вздохнула. - Когда это было в последний раз?
  
  Си Ень задумался.
  
  - Когда Яньлину было три года. Он заболел, и мы оба сидели с ним неделю.
  
  - Это не считается. Мы не были вдвоём - мы были втроём.
  
  - Тогда... - он нахмурился. - Наше свадебное путешествие?
  
  - Которое длилось два дня, потому что тебя вызвали обратно?
  
  - Технически - два с половиной.
  
  Мэйлин покачала головой.
  
  - Тридцать лет, - сказала она. - Тридцать лет брака. И пять дней вдвоём - это рекорд.
  
  - Надо будет повторить, - Си Ень притянул её ближе. - Без части "чуть не умереть".
  
  - Договорились.
  
  Позже, когда солнце поднялось выше, в дверь осторожно постучали.
  
  - Войдите, - сказал Си Ень.
  
  Дверь приоткрылась. В щель просунулась голова Яньлина.
  
  - Пять дней прошли, - сказал он. - Я могу войти или вы хотите ещё?
  
  Си Ень и Мэйлин переглянулись.
  
  - Входи, - сказала Мэйлин.
  
  Яньлин вошёл - с подносом завтрака, с пачкой свитков под мышкой, с Шаали на плече в виде маленькой ящерки.
  
  - Как ты? - спросил он отца.
  
  - Лучше, - Си Ень сел в кровати. - Благодаря твоей матери и твоей... охране. Кто-то пытался пробиться?
  
  - Торговец. Управляющий. Командир стражей - трижды. Посланник от земных. И какой-то очень настойчивый проситель, который утверждал, что его дело не может ждать.
  
  - И?
  
  - Шаали показала ему зубы, - Яньлин улыбнулся. - Он решил, что может подождать.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Спасибо, - сказала она сыну. - За всё. За эти пять дней. За то, что держал башню. За то, что не дал никому нас побеспокоить.
  
  - Это меньшее, что я мог сделать, - Яньлин поставил поднос на стол. - После всего, что вы сделали для меня.
  
  Он помолчал.
  
  - Завтракайте. Отчёты могут подождать ещё час.
  
  И вышел, тихо прикрыв дверь.
  
  Си Ень смотрел на закрывшуюся дверь.
  
  - Он вырос, - сказал он тихо.
  
  - Давно, - Мэйлин кивнула.
  
  - Нет. Я имею в виду - по-настоящему вырос. Не просто стал старше или сильнее. Он стал... - Си Ень искал слово. - Стал тем, кем должен был стать.
  
  - Хорошим человеком?
  
  - Хорошим главой, - он покачал головой. - Когда-нибудь. Когда придёт время.
  
  Мэйлин взяла его за руку.
  
  - Не скоро, - сказала она твёрдо. - Очень не скоро.
  
  - Конечно, - он улыбнулся. - У меня ещё есть дела. И внуков надо дождаться.
  
  - Вот это правильный настрой.
  
  Они улыбнулись друг другу - и потянулись за завтраком.
  
  Впереди был ещё один день.
  
  Вместе.
  
  ***
  
  На шестой день Си Ень проснулся раньше Мэйлин.
  
  Он лежал, глядя в потолок, слушая её ровное дыхание. За окном занимался рассвет - небо окрасилось в розовые и золотые тона.
  
  Он чувствовал себя хорошо. По-настоящему хорошо. Раны почти не болели. Голова была ясной. Тело слушалось.
  
  И совесть не давала покоя.
  
  - Мэйлин, - он осторожно коснулся её плеча.
  
  - М-м? - она приоткрыла глаза.
  
  - Ты должна подумать о нашем сыне.
  
  Мэйлин моргнула, просыпаясь.
  
  - Что?
  
  - Яньлин, - Си Ень сел в кровати. - Ему приходится одному со всем справляться. Уже шесть дней. Это слишком много для него.
  
  - Он справляется.
  
  - Знаю, - Си Ень кивнул. - Но он не должен нести это бремя один. Не сейчас. Не когда я уже могу встать.
  
  Мэйлин села рядом с ним, внимательно глядя ему в лицо.
  
  - Ты уверен, что готов?
  
  - Да.
  
  - Си Ень...
  
  - Я не буду ничего делать сверх необходимого, - он взял её руки в свои. - Обещаю. Просто сяду в кабинете. Посмотрю отчёты. Поговорю с сыном. Никаких поединков, никаких полётов, никакой магии.
  
  Мэйлин молчала, изучая его глаза.
  
  - Месяц, - сказала она наконец.
  
  - Что?
  
  - Месяц без магии, - её голос стал твёрдым. - Вообще. Ни капли. Ни искры. Ни даже чтобы свечу зажечь.
  
  - Мэйлин...
  
  - Это не обсуждается, - она сжала его руки. - Твой контур восстанавливается. Если ты начнёшь использовать силу раньше времени - всё, чего мы добились за эти дни, пойдёт прахом.
  
  Си Ень хотел возразить. Хотел сказать, что месяц - это слишком долго. Что глава не может быть беспомощным целый месяц. Что враги могут воспользоваться его слабостью.
  
  Но посмотрел в её глаза - и промолчал.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Месяц.
  
  Мэйлин выдохнула.
  
  - Спасибо.
  
  - За что?
  
  - За то, что не споришь, - она наклонилась и поцеловала его. - Я начинаю привыкать к этому новому тебе.
  
  - Не привыкай слишком сильно, - он улыбнулся. - Это временно.
  
  Си Ень оделся сам.
  
  Впервые за шесть дней - сам выбрал одежду, сам завязал пояс, сам уложил волосы. Мэйлин сидела на кровати и наблюдала, готовая помочь, но он справился.
  
  Чёрные одежды с огненной вышивкой. Тяжёлый пояс с символом главы. Волосы собраны в высокий узел, закреплённый шпилькой из чёрного металла.
  
  Он посмотрел на себя в зеркало.
  
  Бледнее, чем обычно. Немного осунувшийся. Но спина прямая, плечи расправлены, взгляд твёрдый. Великолепный. Как всегда.
  
  - Ну? - он повернулся к Мэйлин.
  
  - Сойдёт, - она улыбнулась. - Для человека, который неделю назад чуть не умер.
  
  - Какой комплимент.
  
  - Не зазнавайся.
  
  Он шёл по коридорам башни.
  
  Стражи при виде него вытягивались в струнку. Слуги кланялись, украдкой улыбаясь. Заклинатели останавливались, приветствуя главу.
  
  Никто не говорил ничего лишнего. Никто не спрашивал о здоровье. Никто не выражал беспокойства.
  
  Но в их глазах Си Ень видел облегчение. Радость. Веру.
  
  Их глава вернулся. Всё будет хорошо.
  
  Кабинет главы встретил его запахом чернил и бумаги. Яньлин сидел за столом - за его, Си Еня, столом - и разбирал свитки. Лоу стоял рядом, сортируя документы на стопки. Шаали в человеческом облике расхаживала по комнате, время от времени заглядывая в бумаги.
  
  При звуке шагов все трое подняли головы.
  
  - Отец, - Яньлин встал. - Ты...
  
  - Доброе утро, - Си Ень вошёл в кабинет. - Хочешь продолжать быть главой?
  
  Яньлин моргнул.
  
  - Что?
  
  - Простой вопрос, - Си Ень подошёл к столу. - Ты справлялся шесть дней. Хочешь продолжать?
  
  Яньлин молчал мгновение - потом рассмеялся.
  
  - С огромным облегчением вернусь к роли помощника главы, - сказал он. - Если ты достаточно оправился.
  
  - Достаточно, - Си Ень кивнул. - Твоя мать запретила мне использовать магию месяц, но сидеть в кабинете и читать бумаги я могу.
  
  - Месяц? - Лоу присвистнул. - Госпожа Мэйлин не шутит.
  
  - Госпожа Мэйлин никогда не шутит, когда дело касается здоровья, - Шаали фыркнула. - Это все знают.
  
  Си Ень сел в своё кресло. Провёл рукой по подлокотнику. Знакомое ощущение - гладкое дерево, отполированное годами.
  
  - Введи меня в курс дел, - сказал он сыну.
  
  Яньлин сел напротив отца.
  
  - С чего начать?
  
  - С самого важного.
  
  - Хорошо, - Яньлин кивнул Лоу. - Первую стопку.
  
  Лоу подал ему несколько свитков.
  
  - Разлом закрыт, - начал Яньлин. - Полностью. Твоя печать держится. Барьер стабилен. Команда наблюдателей отправлена, докладывают каждый день - никаких изменений.
  
  - Потери?
  
  - Семеро погибших. Двадцать три раненых, из них пятеро - тяжело. Все в лечебнице, все идут на поправку.
  
  Си Ень кивнул. Семеро. Меньше, чем он боялся. Больше, чем хотел бы.
  
  - Дальше.
  
  - Другие башни, - Яньлин взял следующий свиток. - Звёздная - Чжоу Шэн прислал официальное письмо с благодарностью за помощь в закрытии разлома. Лисян и Ляньчжи вернулись туда, оба в порядке.
  
  - Белая?
  
  - Молчит, - Яньлин нахмурился. - Ни слова с момента событий. Это... странно.
  
  - Это настораживает, - поправил Си Ень. - Что говорят разведчики?
  
  - Шаали?
  
  Шаали подошла ближе.
  
  - Мои маленькие друзья летали к Белой башне, - сказала она. - Там тихо. Слишком тихо. Никаких собраний, никаких тренировок, никаких перемещений войск. Как будто они чего-то ждут.
  
  - Или готовятся, - добавил Лоу мрачно.
  
  - Или готовятся, - согласился Си Ень. - Продолжай наблюдение. Если что-то изменится - докладывай немедленно.
  
  - Слушаюсь, глава.
  
  Они работали до полудня. Свиток за свитком. Доклад за докладом. Прошение за прошением.
  
  Водная башня просила о встрече - хотели обсудить совместное патрулирование границ после событий с разломом. Земная башня выражала обеспокоенность - слишком много магических возмущений в последнее время. Воздушная башня присылала формальные соболезнования о погибших - холодно, вежливо, ничего не значащие слова.
  
  - Они все напуганы, - сказал Яньлин, откладывая очередной свиток. - После того, что ты сделал.
  
  - Напуганы?
  
  - Ты в одиночку закрыл разлом, который угрожал всему миру заклинателей, - Яньлин покачал головой. - Они не знали, что такое возможно. Теперь знают. И думают - если он может это, что ещё он может?
  
  Си Ень молчал.
  
  - Это хорошо или плохо? - спросил Лоу.
  
  - И то, и другое, - ответил Си Ень. - Страх удерживает от глупостей. Но страх также толкает на отчаянные поступки.
  
  - Как Белая башня?
  
  - Возможно.
  
  Яньлин потёр переносицу.
  
  - Что будем делать?
  
  - То же, что всегда, - Си Ень откинулся в кресле. - Защищать своих. Держать границы. Быть готовыми к худшему и надеяться на лучшее.
  
  Он посмотрел на сына.
  
  - Ты хорошо справился, - сказал он. - Эти шесть дней. Башня стояла. Люди были спокойны. Дела шли.
  
  Яньлин слегка порозовел.
  
  - Я просто делал то, чему ты меня учил.
  
  - Значит, я хорошо учил.
  
  Ближе к вечеру в кабинет заглянула Мэйлин.
  
  - Как вы тут?
  
  - Работаем, - Си Ень улыбнулся ей. - Без магии. Как ты и велела.
  
  Мэйлин окинула взглядом комнату - свитки на столе, уставших мужчин, Шаали, дремлющую в кресле в виде ящерки.
  
  - Ужин через час, - сказала она. - Всем. Без исключений.
  
  - Да, госпожа, - хором ответили Лоу и Яньлин.
  
  Мэйлин фыркнула и ушла.
  
  Си Ень смотрел ей вслед.
  
  - Отец? - Яньлин заметил его взгляд.
  
  - Ничего, - Си Ень покачал головой. - Просто думаю, как мне повезло.
  
  - С чем?
  
  - С ней. С тобой. Со всеми вами.
  
  Яньлин не нашёлся что ответить.
  
  Лоу деликатно отвернулся, делая вид, что очень занят сортировкой бумаг.
  
  Шаали приоткрыла один глаз, посмотрела на них - и снова закрыла.
  
  Глава Чёрной башни вернулся к работе.
  
  Всё было как должно быть.
  
  Глава 38. Нити
  
  Вечернее солнце окрашивало комнату в тёплые золотые тона. Яньлин лежал на кровати, закинув руки за голову. Жэньли устроилась рядом, положив голову ему на плечо. Её пальцы рассеянно перебирали складки его одежды.
  
  - Ты счастлив, - сказала она тихо. Не спросила - утверждала. Через их связь она чувствовала его эмоции так же ясно, как свои собственные.
  
  - Да, - Яньлин улыбнулся. - Отец в порядке. Мне больше не нужно играть роль главы. Я снова могу быть просто собой.
  
  - Тебе было тяжело?
  
  Он помолчал, подбирая слова.
  
  - Не так, как я думал, - признался он наконец. - Я справлялся. Принимал решения. Отдавал приказы. Люди слушались. Но... Это не моё место, - он повернул голову, хотя и не мог её видеть. - Это место отца. Его кресло. Его стол. Его башня.
  
  Жэньли молчала, слушая.
  
  - Я чувствую это, - продолжал Яньлин. - Прямо сейчас. Как рад источник, что его глава вернулся. Как радуется башня - каждый камень, каждая ступень, каждая стена.
  
  Его голос стал мягче.
  
  - Это ведь башня отца. У него её нити. Он связан с ней так, как я никогда не буду. Она откликается на его шаги. Она знает его настроение. Она... любит его, если башня может любить.
  
  - Может, - Жэньли улыбнулась. - Я чувствую её. Она тёплая. Живая.
  
  - И не только башня, - Яньлин сел, и Жэньли села рядом с ним. - Полная башня счастливых заклинателей. Ты чувствуешь? Они все... светятся. Готовы на всё ради своего главы.
  
  Он замолчал, прислушиваясь к чему-то, что могли слышать только его особенные чувства.
  
  - Иногда мне кажется, - сказал он тихо, - что он соединён нитями не только с башней, но и с каждым из них. С каждым заклинателем. С каждым стражем. С каждым слугой. Они все - часть чего-то большего. И он - центр этого.
  
  - А ты? - спросила Жэньли. - Ты тоже часть?
  
  - Я? - Яньлин улыбнулся. - Я его сын. Я не часть - я продолжение. Другая нить того же узора.
  
  Жэньли взяла его руку и переплела их пальцы.
  
  - Мне нравится быть частью этого узора, - сказала она.
  
  - Мне тоже нравится, что ты часть, - он поднёс её руку к губам и поцеловал. - Моя маленькая птичка.
  
  За окном садилось солнце. Башня дышала теплом и покоем.
  
  Всё было правильно.
  
  ***
  
  На следующий день Си Ень пришёл к покоям Цзин Юя.
  
  Он постоял у двери мгновение - прислушиваясь, собираясь с мыслями. Потом постучал.
  
  - Входи, - раздался знакомый голос.
  
  Си Ень вошёл.
  
  Цзин Юй сидел у окна, глядя на закатное небо. При звуке шагов он обернулся - и тут же отвёл взгляд.
  
  - Я, конечно, рад, что ты всё ещё в Чёрной башне, - сказал Си Ень, прислоняясь к дверному косяку. - Но ты что, избегаешь меня?
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - Юй?
  
  - Я очень виноват перед тобой, - сказал Цзин Юй наконец. Его голос был тихим, напряжённым.
  
  Си Ень непонимающе на него посмотрел.
  
  - Объяснишь?
  
  - У меня было пророчество о тебе, - Цзин Юй наконец поднял на него глаза. - И я тебе ничего не рассказал.
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Ты так выразительно на меня смотрел, - сказал он, пожав плечами, - что не нужно было слов. К тому же предложил выпить вместе. Я понял.
  
  - Я должен был тебя предупредить, - упрямо продолжал Цзин Юй. - Сказать прямо. Объяснить, что видел. Я подвёл тебя.
  
  - Юй...
  
  - А в бою, - Цзин Юй встал, отходя к окну. - Я не остался с тобой. Хотя должен был. Ты закрывал разлом один, а я...
  
  - У нас с тобой несовместимые энергии, - перебил Си Ень. - Лунная сила и огненная не сочетаются при таких ритуалах. Ты бы не смог помочь. Только помешал бы.
  
  - Не оправдывай меня! - Цзин Юй резко повернулся. В его серебряных глазах блестел гнев - но Си Ень видел, что этот гнев направлен внутрь, не наружу. - После того как я тебя бросил!
  
  - Ты помогал удерживать нечисть, - спокойно сказал Си Ень. - И был очень эффективен со своим змеем. Сколько тварей вы с Ли Чжэнем уничтожили? Сотню? Две?
  
  - Это не...
  
  - И вообще, - Си Ень скрестил руки на груди, - ты меня бросил, а теперь, значит, избегаешь и кричишь на меня. Я ведь так и обидеться могу.
  
  Цзин Юй осёкся.
  
  - Прости, - сказал он тише. - Мне очень стыдно.
  
  - Не прощу, - Си Ень покачал головой.
  
  - Что?
  
  - Не вижу повода, - он оттолкнулся от косяка и подошёл к другу. - Ты ни в чём не виноват, Юй. Не за что прощать.
  
  Цзин Юй смотрел на него - серебряные глаза в чёрные с огненными бликами.
  
  - Ты невозможный, - сказал он наконец.
  
  - Знаю, - Си Ень улыбнулся. - Пойдём.
  
  - Куда?
  
  - Выпьем. Вина Чёрной башни.
  
  Цзин Юй замер.
  
  - Ты же не пьёшь.
  
  - Ради тебя - выпью одну чашу.
  
  Они устроились в малой гостиной - той, где принимали только самых близких.
  
  Слуга принёс кувшин и две чаши. Си Ень сам разлил вино - тёмно-красное, с ароматом вишни и дыма.
  
  Цзин Юй смотрел на него.
  
  - Ты правда будешь пить?
  
  - Сказал же - одну чашу.
  
  Он поднял свою чашу. Посмотрел на тёмную жидкость внутри.
  
  Десять лет. Десять долгих лет он пил вино из черепа. Каждый вечер. Каждую ночь. Топя в хмеле боль и ярость, горе и вину.
  
  Он думал, что это череп Лян Хэ - человека, который убил его друга. Думал, что это справедливая месть. Думал, что так заглушит пустоту в груди, которая осталась после того, как связь с Сюаньчжи оборвалась.
  
  Потом он узнал правду. Узнал, что Цзин Юй жив. Узнал, что Лян Хэ не умер. Узнал, что все эти годы пил из черепа невинного человека.
  
  После этого он не мог смотреть на вино. Но сегодня - сегодня был особенный случай.
  
  - За что пьём? - спросил Цзин Юй, поднимая свою чашу.
  
  - За то, что мы оба живы, - сказал Си Ень. - За то, что ты здесь. За то, что всё позади.
  
  Они выпили. Вино обожгло горло - не неприятно, просто непривычно. Си Ень поставил пустую чашу на стол.
  
  - Вкусное, - сказал он. - Забыл, какое оно.
  
  - Ты правда не злишься на меня? - спросил Цзин Юй тихо.
  
  - Юй, - Си Ень посмотрел на него. - Ты мой друг. Мой брат. Моя семья. Я не умею на тебя злиться.
  
  - Даже когда я...
  
  - Особенно тогда, - Си Ень налил ему ещё вина. Себе не стал. - Ты был рядом. Ты сражался. Ты делал всё, что мог. Чего ещё я могу желать?
  
  Цзин Юй молчал, вертя чашу в руках.
  
  - Я так испугался, - сказал он наконец. - Когда увидел, что ты делаешь. Когда понял, что это может тебя убить.
  
  - Но не убило.
  
  - Но могло.
  
  - Могло, - согласился Си Ень. - Но не убило. Я здесь. Ты здесь. Мы оба живы. Разве это не главное?
  
  Цзин Юй поднял на него глаза.
  
  - Ты всегда так делаешь, - сказал он.
  
  - Как?
  
  - Делаешь так, что всё кажется простым. Понятным. Правильным.
  
  - Потому что оно и есть простое, - Си Ень пожал плечами. - Мы - семья. Семья не держит обид. Семья прощает. Семья любит - несмотря ни на что.
  
  Цзин Юй молчал долго.
  
  Потом улыбнулся - впервые за весь разговор.
  
  - Спасибо, - сказал он.
  
  - За что?
  
  - За то, что ты - это ты.
  
  ***
  
  Позже, в своих покоях, Цзин Юй сидел у окна.
  
  Ли Чжэнь обвился вокруг его плеч - огромный лунный змей принял форму серебристой ленты, почти невесомой. Его чешуя мерцала в лунном свете.
  
  "Мой господин наконец успокоился", - голос змея прозвучал в его разуме.
  
  Цзин Юй коснулся прохладной чешуи.
  
  - Да, - сказал он тихо. - Успокоился.
  
  "Помирился с Си Енем?"
  
  Цзин Юй задумался над ответом.
  
  - Скорее... примирился с собой, - сказал он наконец. - У Си Еня для членов семьи - за которого он почему-то считает и меня - нет ничего, кроме безграничной любви, - Цзин Юй закрыл глаза. - Он не умеет по-другому. Не знает, как держать обиду на тех, кого любит. Не понимает, зачем.
  
  "И это тебя успокоило?"
  
  - Это напомнило мне, почему я так дорожу его дружбой, - Цзин Юй улыбнулся. - Все эти годы. Все эти десятилетия. Он не изменился. Всё тот же буйный мальчишка, который чуть не убил меня при первой встрече, а потом лечил, извинялся и приносил пирожки.
  
  Ли Чжэнь издал звук, похожий на смех.
  
  "Он действительно приносил пирожки?"
  
  - Горячие. Из кухни Чёрной башни. Украл их, потому что не знал, как попросить.
  
  "Очень в его духе".
  
  - Очень, - согласился Цзин Юй.
  
  ***
  
  Си Ень поднялся на крышу башни, когда солнце уже село.
  
  Мэйлин была там - сидела на их любимом месте, у самого края, где открывался вид на весь мир. Маленький столик с чайником и двумя чашками. Мягкие подушки. Фонарь с огненным светом.
  
  - Я не думала, что ты сможешь выбраться из своих дел сегодня, - сказала она, не оборачиваясь.
  
  - Ничто не остановит меня от чаепития с любимой женой, - Си Ень опустился рядом с ней. - Ничто. Никогда.
  
  Мэйлин улыбнулась и налила ему чай.
  
  Они сидели в тишине, глядя на звёзды. Чай был горячим, ароматным - жасмин и мёд, её любимый.
  
  - Как Цзин Юй? - спросила Мэйлин.
  
  - Лучше, - Си Ень отпил из чашки. - Мы поговорили. Выпили.
  
  Мэйлин повернулась к нему.
  
  - Ты пил?
  
  - Одну чашу, - он пожал плечами. - Ради него.
  
  Она молчала, изучая его лицо.
  
  - Ты в порядке?
  
  - Да, - он кивнул. - Правда в порядке. Это было... правильно. Выпить с другом. Не из черепа. Не в одиночестве. Просто - выпить вместе.
  
  Мэйлин взяла его руку.
  
  - Я горжусь тобой.
  
  - За что?
  
  - За всё, - она переплела их пальцы. - За то, что ты такой. За то, что не держишь обид. За то, что любишь так сильно.
  
  Си Ень притянул её ближе. Она устроилась у него под боком, положив голову ему на плечо.
  
  - Яньлин счастлив, - сказала она. - Я чувствую это через связь.
  
  - Я тоже чувствую, - Си Ень улыбнулся. - Он сияет. И Жэньли рядом с ним сияет.
  
  - Они хорошо подходят друг другу.
  
  - Как мы.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Льстец.
  
  Они помолчали, слушая ночные звуки башни. Где-то внизу переговаривались стражи. Где-то смеялись молодые заклинатели. Где-то плакал ребёнок - и тут же затих, успокоенный матерью.
  
  - Лисян прислала весточку, - сказала Мэйлин. - Они с Ляньчжи добрались хорошо. Чжоу Шэн о ней заботится.
  
  - Хороший мальчик.
  
  - Ему уже тридцать, он хранитель Звёздной башни, - Мэйлин улыбнулась.
  
  - Для меня - мальчик, - Си Ень фыркнул. - Любой, кто ухаживает за моей дочерью - мальчик. Пока не докажет обратное.
  
  - Он доказал. Много раз.
  
  - Ну, может быть, - Си Ень неохотно согласился. - Может быть.
  
  Мэйлин улыбнулась и поцеловала его в щёку.
  
  Они допили чай в молчании. Потом Мэйлин налила ещё - себе и ему.
  
  - О чём думаешь? - спросила она.
  
  - О нас, - он смотрел на звёзды. - О нашей жизни. О том, как нам повезло.
  
  - Повезло?
  
  - Мы живы. Наши дети счастливы. Наши друзья рядом. Башня стоит. Источник горит.
  
  Он повернулся к ней.
  
  - Сорок лет назад я был разбитым, озлобленным человеком, который пил из черепа и завешивал зеркала. Я думал, что потерял всё. Что больше никогда не буду счастлив.
  
  - А теперь?
  
  - Теперь у меня есть ты, - он коснулся её щеки. - Дети. Друзья. Целый мир.
  
  Мэйлин накрыла его руку своей.
  
  - У меня тоже есть ты, - сказала она тихо. - И это - всё, что мне нужно.
  
  Они поцеловались - нежно, неторопливо.
  
  Над ними сияли звёзды.
  
  Под ними дышала башня.
  
  Вокруг них был мир - сложный, опасный, прекрасный.
  
  Но здесь, на крыше, в объятиях друг друга - они были дома.
  
  Глава 39. Политика и баланс
  
  Утро в кабинете главы начиналось как обычно.
  
  Си Ень сидел за столом, просматривая донесения разведчиков. Яньлин устроился напротив, разбирая прошения. Лоу сортировал свитки по степени важности. Шаали в облике девушки стояла у окна, время от времени поглядывая на своего господина.
  
  Тишину нарушало только шуршание бумаги и потрескивание огня в камине.
  
  - Отец, - голос Яньлина прозвучал негромко, но отчётливо. - Ты думаешь о чём-то неприятном. И у тебя начинает болеть голова.
  
  Си Ень поднял взгляд от свитка.
  
  - Позвать маму? - спросил Яньлин.
  
  - Не нужно маму, - Си Ень потёр виски. Головная боль действительно начинала пульсировать где-то за глазами. - Как ты вообще узнал, не видя лица?
  
  - По изменившимся энергетическим потокам, - Яньлин пожал плечами. - Когда ты напряжён, твоя энергия сжимается вот здесь, - он коснулся собственного лба. - И пульсирует. Это... довольно заметно.
  
  - Ничего от тебя не скроешь, - Си Ень откинулся в кресле.
  
  - Так о чём ты думал? - Яньлин отложил прошение. - Что-то с Белой башней?
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Да, - сказал он наконец. - Что ж, давай подумаем вместе.
  
  Лоу и Шаали подошли ближе - они давно привыкли участвовать в таких обсуждениях.
  
  - Мы не можем оставить без ответа действия Белой башни, - Си Ень сложил руки на столе. - Они открыли разлом. Выпустили нечисть. Чуть не уничтожили весь мир заклинателей. Это нельзя просто... забыть.
  
  - Согласен, - кивнул Яньлин. - Какой ответ предотвратит последующие разрушительные поступки золотых?
  
  - Вот именно, - Си Ень снова потёр виски. - Нужен такой ответ, который не просто накажет, но и предотвратит повторение.
  
  - И что ты придумал? - спросил Яньлин.
  
  Си Ень усмехнулся - невесело, почти хищно.
  
  - Можно вызвать главу золотых на поединок.
  
  Повисла тишина.
  
  - Не получится, - сказал Яньлин. - Он что, самоубийца - с тобой драться?
  
  - Вот я тоже думаю, что не получится, - Си Ень вздохнул с искренним сожалением. - А такой соблазнительный вариант. Быстро, эффективно, понятно всем.
  
  - И кроваво, - добавила Шаали.
  
  - Это входит в "эффективно", - Си Ень махнул рукой.
  
  Яньлин покачал головой.
  
  - Даже если он примет вызов - что дальше? Ты убьёшь главу Белой башни, и золотые окончательно возненавидят огненных. Мы получим не союзника, а вечного врага.
  
  - Знаю, - Си Ень кивнул. - Поэтому думаю дальше.
  
  Он встал и подошёл к окну. За стеклом расстилались земли Чёрной башни - деревни, поля, леса. Мирная картина, которую он поклялся защищать.
  
  - А если серьёзно, - сказал он, не оборачиваясь, - нам нужна вменяемая Белая башня. Не разрушенная. Сильная. И во главе совета башен.
  
  - И зачем нам такая радость? - спросил Лоу. - После всего, что они натворили?
  
  Си Ень повернулся к нему.
  
  - Для баланса сил, - сказал он. - И возвращения золотых на их место. Они вообще-то контроль и порядок. Не хаос и разрушение. Это... сбой. Отклонение от того, чем они должны быть.
  
  - А тогда мы займёмся хаосом и разрушением? - спросил Яньлин с лёгкой улыбкой.
  
  - Мы будем делать что хотим при любом раскладе, - Си Ень вернулся к столу. - Это привилегия сильных.
  
  - То есть нам нужен кто-то, обеспечивающий контроль, - Яньлин кивнул, - чтобы мы спокойно делали что хотим.
  
  - Именно.
  
  - Кто-то, кто будет следить за правилами, пока мы эти правила... творчески интерпретируем, - добавил Лоу.
  
  - Ты быстро учишься, - одобрил Си Ень.
  
  Шаали фыркнула.
  
  - Политика, - сказала она с отвращением. - Почему нельзя просто сжечь тех, кто мешает?
  
  - Потому что потом некому будет убирать пепел, - Яньлин улыбнулся ей. - И торговать с нами. И поддерживать равновесие. Мир устроен сложнее, чем хотелось бы.
  
  - Мир устроен глупо, - проворчала Шаали, но возражать не стала.
  
  Си Ень смотрел на сына.
  
  - Ты понимаешь суть, - сказал он. - Хорошо. Тогда вопрос: что будем делать?
  
  Яньлин задумался.
  
  - Нам нужен новый глава Белой башни? Или исправленный старый?
  
  - Новый был бы проще, - Си Ень покачал головой. - Но золотые не примут того, кого мы им навяжем. Они должны сами выбрать. Сами понять, что их путь ведёт в пропасть.
  
  - Это долго.
  
  - Это надёжно.
  
  Они помолчали.
  
  - Пойдём, - сказал Си Ень наконец, направляясь к двери.
  
  - Куда? - спросил Яньлин, поднимаясь следом.
  
  - Вытащим Юя из библиотеки и спросим, что он думает, - Си Ень открыл дверь. - Он знает золотых лучше нас. Он был одним из них.
  
  - Был, - повторил Яньлин тихо.
  
  - Был, - согласился Си Ень. - Но память осталась. И понимание. Нам это пригодится.
  
  Лоу и Шаали переглянулись.
  
  - Мы тоже идём? - спросил Лоу.
  
  - Идёте, - Си Ень кивнул. - Вы часть этого. Часть решения. Часть будущего.
  
  И они вчетвером вышли из кабинета - глава, его сын, верный помощник и огненный дух - искать мудрости у лунного заклинателя.
  
  ***
  
  Цзин Юя они нашли в библиотеке - как и ожидалось.
  
  Он сидел у окна, окружённый стопками книг и свитков. Ли Чжэнь дремал на спинке кресла, свернувшись серебристым кольцом. При звуке шагов Цзин Юй поднял голову.
  
  - Вся компания, - он окинул взглядом вошедших. - Что-то случилось?
  
  - Юй, - начал Си Ень, усаживаясь напротив него, - мы тут обсуждаем вопрос, что делать с Белой башней.
  
  Цзин Юй замер. Его лицо стало непроницаемым.
  
  - И до чего вы договорились? - он тяжело вздохнул.
  
  - Что поединка не выйдет, - Си Ень развёл руками. - Со мной никто драться не согласится. А жаль.
  
  - Действительно жаль, - Цзин Юй не улыбнулся.
  
  - А у тебя какие идеи?
  
  Цзин Юй отвернулся к окну. Его пальцы сжались на подлокотнике кресла.
  
  - У меня нет идей, - сказал он глухо. - Я не могу думать про Белую башню.
  
  Повисла тишина. Яньлин и Лоу переглянулись. Шаали застыла у двери.
  
  Си Ень смотрел на друга - на напряжённую линию плеч, на побелевшие костяшки пальцев.
  
  - Тогда помоги мне развить идею, - попросил он мягко.
  
  Цзин Юй не ответил.
  
  - Я думаю найти молодого заклинателя или заклинательницу в Белой башне, - продолжил Си Ень. - Того, кто хочет вернуть величие Белой башни разумным путём. Не войной. Не безумием. Порядком и справедливостью - тем, чем золотые должны быть.
  
  Он помолчал.
  
  - Этот заклинатель должен будет убедить башню и источник в своей правоте. И тогда они отвернутся от нынешнего главы. И тогда он сможет захватить власть и установить новый порядок.
  
  Цзин Юй медленно повернулся к нему. В его серебряных глазах было что-то, от чего Яньлин невольно отступил на шаг. Боль. Гнев. И старая, незажившая рана.
  
  - Этим заклинателем в молодости был я, - сказал Цзин Юй. Его голос был тихим, но каждое слово падало как камень. - У нас ничего не получилось. И очень плохо кончилось.
  
  Он встал - резко, так что Ли Чжэнь недовольно зашипел.
  
  - Десять лет в проклятом лесу, Си Ень. Десять лет медленной смерти. Разрушенная башня. Погибшие люди. Лян Хэ. Ты пил вино из черепа десять лет, думая, что я мёртв.
  
  Он сделал шаг к Си Еню.
  
  - И ты собираешься повторить попытку?
  
  - Мы тогда были молодые и глупые, - возразил Си Ень, не отступая. - А теперь - умудрённые опытом. В этот раз может получиться.
  
  - Может получиться? - Цзин Юй покачал головой. - Это не игра, Си Ень. Пожалей этого молодого заклинателя. Ты хочешь сломать ему жизнь так же, как сломали мою?
  
  - Юй...
  
  - Ты не умеешь строить коварные планы, - Цзин Юй отвернулся. - Ты прямой как меч. Ты не понимаешь, как работают интриги. Как предают те, кому доверяешь. Как рушится всё, что ты строил, из-за одного человека, который решил, что знает лучше.
  
  Его голос дрогнул.
  
  - Я не хочу, чтобы кто-то ещё прошёл через это. Не хочу.
  
  Яньлин не видел лица Цзин Юя, но чувствовал его боль - острую, живую, несмотря на прошедшие десятилетия.
  
  - Тогда помоги этот план разработать, - сказал Си Ень тихо.
  
  Цзин Юй обернулся.
  
  - Что?
  
  - Помоги, - Си Ень встал и подошёл к нему. - Ты знаешь, где мы ошиблись. Ты знаешь, что пошло не так. Ты знаешь Белую башню изнутри - её людей, её традиции, её слабости.
  
  Он положил руку другу на плечо.
  
  - Я не хочу ещё раз разрушать эту проклятую башню, - сказал он. - Один раз - это трагедия. Два раза - это уже закономерность. Я не хочу быть тем, кто дважды уничтожил Белую башню.
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - Помоги мне сделать это правильно, - попросил Си Ень. - Так, чтобы никто не пострадал. Так, чтобы молодой заклинатель, которого мы найдём, не повторил твою судьбу.
  
  - Ты просишь невозможного.
  
  - Я прошу тебя попробовать.
  
  Ли Чжэнь поднял голову и посмотрел на своего господина. Его золотые глаза мерцали в полумраке библиотеки.
  
  Цзин Юй закрыл глаза.
  
  - Мне нужно время, - сказал он наконец. - Подумать. Вспомнить. Понять, что можно сделать иначе.
  
  - Сколько?
  
  - День. Может, два, - Цзин Юй открыл глаза. - Я... попробую. Но ничего не обещаю.
  
  Си Ень сжал его плечо.
  
  - Спасибо.
  
  - Не благодари, - Цзин Юй покачал головой. - Пока не за что.
  
  Они вышли из библиотеки молча.
  
  В коридоре Яньлин тронул отца за рукав.
  
  - Ты знал, что так будет?
  
  - Догадывался, - Си Ень кивнул. - Белая башня - его старая рана. Она никогда не заживёт полностью.
  
  - Тогда зачем...
  
  - Потому что он единственный, кто может помочь, - Си Ень посмотрел на сына. - И потому что иногда нужно бередить старые раны, чтобы они наконец зажили правильно.
  
  Яньлин промолчал.
  
  Они шли по коридору - отец, сын, помощник и саламандра.
  
  За их спинами, в библиотеке, Цзин Юй сидел у окна и смотрел на небо.
  
  Вспоминал.
  
  ***
  
  На следующий день Цзин Юй пришёл в кабинет главы.
  
  Он вошёл без стука - привилегия, которой пользовались только самые близкие. Си Ень поднял голову от свитков. Яньлин и Лоу замерли, прервав работу.
  
  - Хорошо, - сказал Цзин Юй без предисловий. - Я поддержу твою идею.
  
  Си Ень откинулся в кресле.
  
  - Но у меня есть условие, - Цзин Юй подошёл к столу и сел напротив. - Золотого заклинателя будет искать Яньлин.
  
  Тишина.
  
  Яньлин повернул голову в сторону Цзин Юя, хотя и не мог его видеть.
  
  - Почему? - спросил Си Ень.
  
  - Он видит всех насквозь, - Цзин Юй кивнул в сторону Яньлина. - Буквально. Его дар позволяет ему читать людей так, как никто из нас не способен. Он поймёт, кто нам нужен. Почувствует, кому можно доверять. И сможет убедить этого человека действовать.
  
  Си Ень молчал, глядя на друга.
  
  - Ты хочешь, чтобы Яньлин исполнил мою роль в этой истории? - спросил он наконец.
  
  - Никто не может исполнить твою роль, - Цзин Юй улыбнулся, но в его глазах не было веселья. - Ты особый вид чудовища. Единственный в своём роде.
  
  - Польщён.
  
  - Это не комплимент, - Цзин Юй наклонился вперёд. - Я хочу понять, насколько далеко ты готов зайти.
  
  Их взгляды встретились - серебро и огонь.
  
  - Позволишь своему драгоценному сыну, которого ты оберегаешь больше всех, участвовать в этой авантюре? - голос Цзин Юя стал тихим, почти мягким. - Отправишь его в Белую башню - туда, где меня предали и заточили на десять лет? Рискнёшь им ради своего плана?
  
  Лоу затаил дыхание. Шаали, дремавшая на подоконнике, открыла глаза и уставилась на главу.
  
  Си Ень молчал долго. Он смотрел не на Цзин Юя - на Яньлина. На своего сына, который сидел неподвижно, ожидая решения отца. На его спокойное лицо, на руки, сложенные на коленях.
  
  - Яньлин взрослый человек, - сказал Си Ень наконец. Его голос был тяжёлым. - Если он согласится - я его не буду останавливать.
  
  Цзин Юй приподнял бровь.
  
  - Правда?
  
  - Ты прав, - Си Ень кивнул. - Он справится лучше всех. Лучше меня. Лучше тебя. Он... другой. Он умеет то, чего мы не умеем.
  
  Он повернулся к сыну.
  
  - А я позабочусь, чтобы с ним ничего не случилось.
  
  - Как? - спросил Цзин Юй. - Ты не сможешь быть рядом с ним в Белой башне. Не сможешь защитить его, если что-то пойдёт не так.
  
  - Смогу, - в голосе Си Еня зазвучала сталь. - Я глава Чёрной башни. У меня есть способы. Есть люди. Есть сила. Если кто-то тронет моего сына - я сотру Белую башню с лица земли. И в этот раз - не случайно.
  
  - Это не план, - Цзин Юй покачал головой. - Это угроза.
  
  - Это обещание.
  
  Они смотрели друг на друга.
  
  - Отец, - голос Яньлина прервал их молчаливый поединок. - Дядя Юй.
  
  Оба повернулись к нему.
  
  - Вы говорите обо мне так, будто меня здесь нет, - Яньлин улыбнулся. - Может, спросите, что я думаю?
  
  Си Ень и Цзин Юй переглянулись.
  
  - Что ты думаешь? - спросил Си Ень.
  
  Яньлин помолчал, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя.
  
  - Я думаю, что дядя Юй прав, - сказал он. - Я могу это сделать. Найти нужного человека. Понять, кому можно верить. Убедить действовать.
  
  Он повернул голову к отцу.
  
  - И я думаю, что ты прав тоже. Ты не оставишь меня без защиты. Ты никогда не оставлял.
  
  - Тогда ты согласен? - спросил Цзин Юй.
  
  - Да, - Яньлин кивнул. - Я согласен.
  
  Шаали зашипела - тихо, недовольно.
  
  - Господин...
  
  - Шаали, - Яньлин повернулся к ней. - Ты будешь со мной. Как всегда.
  
  - Это опасно.
  
  - Всё, что мы делаем, опасно, - он улыбнулся. - Но мы справляемся. Вместе.
  
  Лоу шагнул вперёд.
  
  - Я тоже пойду.
  
  - Лоу...
  
  - Не спорь, - Лоу скрестил руки на груди. - Куда ты - туда и я. Так было всегда. Так будет и сейчас.
  
  Яньлин покачал головой, но улыбка на его лице стала шире.
  
  Си Ень смотрел на них - на своего сына, на его верных друзей - и чувствовал странную смесь гордости и страха.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Тогда начнём планировать.
  
  Цзин Юй кивнул.
  
  - Начнём.
  
  Глава 40. Проверка
  
  - Юй, пойдём.
  
  Си Ень ворвался в покои Цзин Юя, когда за окном едва начинало светлеть.
  
  - Куда? Зачем? - сонный голос донёсся из-за полога кровати. - Ещё темно. Что горит?
  
  - Этими разговорами о прошлом ты раззадорил меня, - Си Ень подошёл к кровати и откинул полог. - Пойдём подерёмся. Позже у меня не будет свободного времени.
  
  Цзин Юй приподнялся на локте, щурясь от света.
  
  - Глава, - сказал он с тяжёлым вздохом, - ты знаешь, сколько лет я не участвовал в поединках?
  
  - Мне рассказывали, как ты сражался у разлома, - Си Ень ухмыльнулся. - А я всё пропустил. Пойдём, не прибедняйся.
  
  - Си Ень...
  
  - Я жду.
  
  Цзин Юй посмотрел на него - на горящие глаза, на нетерпеливую улыбку - и понял, что спорить бесполезно.
  
  - Хорошо, - он откинул одеяло. - Ты же не отстанешь. Дай мне полчаса проснуться.
  
  - Жду тебя в зале щитов, - Си Ень уже направлялся к двери. - Пойду вытащу Яньлина, он тоже давно со мной не тренировался.
  
  И исчез - со скоростью молнии.
  
  Цзин Юй смотрел на закрывшуюся дверь.
  
  - Он вообще не меняется, - сказал он Ли Чжэню, который поднял голову с подушки.
  
  "Сорок лет - и всё тот же", - согласился змей.
  
  - Ну что ж, - Цзин Юй встал. - Придётся вставать.
  
  ***
  
  Зал щитов был древним тренировочным залом Чёрной башни - огромным круглым помещением с высоким куполом, стены которого были покрыты защитными рунами. Здесь поколения огненных заклинателей оттачивали своё мастерство.
  
  Когда Цзин Юй вошёл, Си Ень уже ждал его в центре зала. Рядом стояли Яньлин, Лоу и Шаали.
  
  - Си Ень, - Цзин Юй остановился у входа, - ты ещё не до конца оправился после закрытия разлома. Может, перенесём это развлечение на потом?
  
  Ли Чжэнь обвился вокруг его плеч, поддерживая своего господина.
  
  - А то нас Мэйлин обоих убьёт, если узнает.
  
  - Я вполне оправился для дружеского поединка, - Си Ень улыбнулся. - А Мэйлин мы не расскажем.
  
  Цзин Юй окинул взглядом зал - старые камни, руны на стенах, следы прошлых сражений.
  
  - А этот зал выдержит? - спросил он с сомнением.
  
  - Его недавно обновляли, - Си Ень пожал плечами. - Должен выдержать. А нет - так снова обновим.
  
  Он повернулся к духам.
  
  - Шаали, Ли Чжэнь, сделайте там барьер для зрителей.
  
  Саламандра и змей переглянулись - и начали плести защиту вокруг края зала.
  
  - Я думал, что присоединюсь к вам, - сказал Яньлин.
  
  - Нет, - Си Ень покачал головой. - Сначала только мы вдвоём. А ты полюбуйся.
  
  - И до чего будем драться? - спросил Цзин Юй, снимая верхнюю одежду.
  
  - До признания поражения или полчаса, - Си Ень взмахнул рукой, и в воздухе появились большие песочные часы, светящиеся огненным светом. - Готов?
  
  Цзин Юй вошёл в круг. Серебристая энергия заструилась по его рукам.
  
  - Готов.
  
  - Тогда начнём.
  
  Си Ень перевернул песочные часы.
  
  Первый удар был огненным - яростный, стремительный. Цзин Юй отклонился, и пламя пронеслось мимо, врезавшись в защитные руны на стене.
  
  Лунная сила ответила - холодная, текучая. Серебристые копья устремились к Си Еню, но он развеял их волной жара.
  
  Они двигались по кругу - огонь и луна, старые друзья, знавшие друг друга так хорошо, что каждый удар читался заранее.
  
  Яньлин сидел за барьером, "наблюдая" своим особым зрением. Потоки энергии сплетались и расходились, сталкивались и отталкивались. Это было красиво - два мастера, танцующие танец разрушения.
  
  Лоу смотрел с открытым ртом.
  
  - Я и не знал, что дядя Юй так умеет, - прошептал он.
  
  - Он был первым учеником Белой башни, - тихо ответил Яньлин. - Лучшим из лучших.
  
  Двери зала распахнулись. Мэйлин стояла на пороге - с растрёпанными волосами и с яростью во взгляде.
  
  - Что здесь...
  
  Яньлин метнулся к ней, мягко, но настойчиво затащил за барьер.
  
  - Тише, мама, - прошептал он. - Не мешай.
  
  - Не мешать?! - Мэйлин смотрела на сражающихся. - Твой отец ненормальный! Лечить после этого я его не буду!
  
  - Мама...
  
  - И ты! - она повернулась к сыну. - Ты должен был его остановить! А не радостно смотреть на это... это безумие!
  
  - Я не мог его остановить, - Яньлин развёл руками. - Ты же знаешь отца.
  
  - И Цзин Юй не лучше! - Мэйлин всплеснула руками. - Взрослые мужчины! Главы! А ведут себя как мальчишки!
  
  В зале Цзин Юй отступил, тяжело дыша.
  
  - Всё, - сказал он. - Я сдаюсь.
  
  Си Ень замер с занесённой для удара рукой.
  
  - Но почему? Время ещё есть!
  
  Он опёрся о стену, и Яньлин заметил, как тяжело поднимается и опускается его грудь.
  
  - Пожалей мои старые кости, - Цзин Юй подошёл к нему и помог сесть на пол. - Хватит.
  
  Барьер опал.
  
  Мэйлин подошла к мужу - шаги её были твёрдыми, спина прямой.
  
  - Муж мой, - голос её был ледяным. - Ты в своём уме?
  
  Си Ень поднял на неё глаза - виноватые, но довольные.
  
  - Мэйлин...
  
  Но её строгости хватило ненадолго.
  
  Она опустилась рядом с ним, обняла, прижалась щекой к его плечу.
  
  - Очень больно? - спросила она тихо.
  
  - С тобой рядом? - он улыбнулся. - Вообще нет.
  
  - Врёшь, - она достала из рукава флакон. - Держи. Пей.
  
  Он послушно выпил обезболивающее зелье.
  
  - Я тебе что говорила? - Мэйлин отстранилась и посмотрела ему в глаза. - Месяц никакой магии! Ты знаешь, что такое месяц? Тридцать дней. Прошла всего неделя!
  
  - Извини, - Си Ень взял её руку. - Ты, конечно, была права.
  
  - Конечно, была!
  
  - Но я всё равно ни о чём не жалею.
  
  Мэйлин закрыла глаза, явно считая до десяти.
  
  - Ты огненный мальчишка, - сказала она наконец. - У Яньлина больше здравомыслия.
  
  Яньлин благоразумно решил в этот спор не вмешиваться.
  
  Но от Мэйлин досталось всем.
  
  Цзин Юю - за то, что пошёл на поводу у безумца.
  
  Яньлину - за то, что не сообщил ей немедленно.
  
  Шаали - за то, что она тут старшая и должна была остановить это безобразие.
  
  Лоу - просто за компанию.
  
  Ли Чжэню - за молчаливое попустительство.
  
  Но это ничуть не испортило настроение Си Еня.
  
  - Всё, - он поднялся, опираясь на стену. - Дела не будут ждать. Пойду сменю одежду и жду моих помощников в кабинете где-то через полчаса.
  
  Он подал руку Мэйлин.
  
  - Проводишь меня?
  
  Она взяла его руку - всё ещё сердитая, но уже смягчившаяся.
  
  И они вместе удалились в свои покои.
  
  ***
  
  Си Ень начал переодеваться.
  
  Снял испорченную тренировочную одежду. Достал чистые чёрные одеяния. Потянулся за поясом...
  
  И замер.
  
  Мэйлин, наблюдавшая за ним, увидела, как изменилось его лицо. Улыбка исчезла. Глаза стали тёмными, сосредоточенными. Плечи напряглись.
  
  - Мне твоё прошлое настроение больше нравилось, - сказала она тихо. - Даже когда ты глупо улыбался. Что случилось?
  
  Си Ень молчал, застёгивая пояс.
  
  - Дело в том, - сказал он наконец, - что ближайшее время... по твоим словам, как минимум месяц... я не смогу защищать вас и башню так, как привык.
  
  Мэйлин подошла к нему.
  
  - Ты поэтому устроил этот поединок? - спросила она. - Хотел проверить свои силы?
  
  Он не ответил. Но молчание было красноречивее слов.
  
  - Ну теперь я спокойна, - Мэйлин улыбнулась. - А то я испугалась, что мой муж развлекается. А он всё тот же мрачный параноик.
  
  - Мэйлин...
  
  - Что показала проверка?
  
  Си Ень сел на край кровати.
  
  - Если в ближайшее время кто-нибудь опять что-то выкинет - будет гораздо сложнее, - сказал он. - Я и получаса не продержался в дружеском поединке.
  
  Мэйлин села рядом. Взяла гребень и начала расчёсывать его волосы.
  
  - Ну знаешь, глава, - сказала она, собирая пряди в причёску, - ты глава. Вот и руководи. Ты же не только очень сильный. Ты ещё и очень умный заклинатель. И не один в этой башне.
  
  Её пальцы ловко укладывали волосы, закрепляли шпильками.
  
  - Вместе мы справимся.
  
  - Я боюсь, чтобы наши противники не использовали эту возможность, - сказал Си Ень.
  
  - Твои шпионы и птички сообщат тебе заранее, - Мэйлин закончила причёску и положила руки ему на плечи. - Ничего не изменилось. Ты по-прежнему глава. По-прежнему умён. По-прежнему окружён верными людьми.
  
  Си Ень повернулся к ней.
  
  - Когда ты успела стать такой мудрой?
  
  - Я всегда была мудрой, - она улыбнулась. - Ты просто не замечал.
  
  Он обнял её - крепко, отчаянно - и поцеловал.
  
  - Я пошёл, - сказал он, отстраняясь. - Пойду разбирать доклады от этих шпионов и птичек. Не хватало что-нибудь пропустить.
  
  - Иди.
  
  Он уже был у двери, когда обернулся.
  
  - Попробую вырваться и утащить тебя на обед, моя госпожа.
  
  - Буду ждать, мой господин.
  
  И он ушёл - глава Чёрной башни, временно лишённый своей силы, но не своей воли.
  
  ***
  
  Цзин Юй сидел у окна, прижимая к рёбрам компресс с целебными травами.
  
  Поединок оставил свои следы - ноющие мышцы, пара ушибов, усталость, которая ощущалась до костей. Но это была приятная усталость. Знакомая. Почти забытая.
  
  Ли Чжэнь обвился вокруг его плеч, его прохладная чешуя приятно холодила разгорячённую кожу.
  
  "Ты понял, зачем он это устроил", - это был не вопрос.
  
  - Да, - Цзин Юй закрыл глаза. - Понял. Он хотел проверить свои силы, - Цзин Юй откинул голову на спинку кресла. - После закрытия разлома... он не знает, на что способен. Не знает, сможет ли защитить башню, если что-то случится.
  
  "И что показала проверка?"
  
  - Что он слабее, чем привык быть, - Цзин Юй вздохнул. - Намного слабее. Я видел, как он двигался. Как дышал. Как уклонялся от ударов, которые раньше просто отбил бы.
  
  Он помолчал.
  
  - Он испуган.
  
  "Си Ень? Испуган?"
  
  - Не за себя, - Цзин Юй покачал головой. - За них. За Мэйлин. За детей. За башню. Он всю жизнь был щитом для тех, кого любит. А теперь этот щит треснул.
  
  Ли Чжэнь молчал, обдумывая слова господина.
  
  "Что ты будешь делать?"
  
  Цзин Юй открыл глаза и посмотрел на луну за окном.
  
  - То, что должен.
  
  ***
  
  Си Ень поднял голову от свитков, когда дверь открылась.
  
  - Юй?
  
  Цзин Юй вошёл - уже переодетый в чистые одежды, с аккуратно собранными волосами. Ли Чжэнь скользнул с его плеч и устроился на спинке кресла у камина.
  
  - Я думал, ты отдыхаешь, - сказал Си Ень.
  
  - Отдохну позже, - Цзин Юй сел напротив него. - Сначала хотел поговорить.
  
  - О чём?
  
  Цзин Юй смотрел на друга.
  
  - Я понял, зачем ты устроил этот поединок, - сказал он.
  
  Си Ень не ответил.
  
  - Ты хотел знать, на что способен. Хотел понять, сможешь ли защитить своих, если придётся. И теперь ты знаешь, что не сможешь, - продолжил Цзин Юй. - Не так, как привык. Не в одиночку.
  
  Си Ень отложил кисть.
  
  - К чему ты ведёшь?
  
  - К тому, что тебе не нужно быть одному, - Цзин Юй наклонился вперёд. - Я буду рядом. Сколько нужно.
  
  - Юй, ты собирался вернуться в Лунную академию...
  
  - Академия подождёт, - Цзин Юй покачал головой. - Там справятся без меня. Здесь - нет.
  
  - Я не просил...
  
  - Ты никогда не просишь, - Цзин Юй улыбнулся. - Это твоя проблема. Ты всегда пытаешься нести всё сам. Защищать всех в одиночку. Быть сильным за всех.
  
  Он встал и подошёл к окну.
  
  - Сорок лет назад мы хотели изменить мир вместе, - сказал он тихо. - Но всё пошло не так. Ты остался один. Десять лет нёс эту башню на своих плечах. Десять лет был один.
  
  Он повернулся к Си Еню.
  
  - Больше ты не будешь один. Я здесь. И я никуда не уйду, пока ты не восстановишься полностью.
  
  Си Ень молчал долго.
  
  - Спасибо, - сказал он наконец. Голос был хриплым.
  
  - Не за что благодарить, - Цзин Юй вернулся к столу. - Это называется "дружба". Ты же сам мне объяснял.
  
  Си Ень рассмеялся - тихо, но искренне.
  
  - Кажется, объяснял.
  
  - Вот и не забывай.
  
  Они сидели в тишине, каждый занятый своими мыслями.
  
  Потом Си Ень отложил свитки и достал чайник.
  
  - Чай?
  
  - С удовольствием.
  
  Си Ень заварил чай - простой, травяной, без изысков. Разлил по чашкам. Они пили молча, слушая потрескивание огня в камине.
  
  - Ты действительно думаешь, что план с Белой башней может сработать? - спросил Цзин Юй.
  
  - Думаю, - Си Ень кивнул. - Если мы всё сделаем правильно.
  
  - Яньлин справится?
  
  - Справится, - в голосе Си Еня была уверенность. - Он... особенный. Видит людей так, как мы не видим. Понимает их так, как мы не понимаем.
  
  - Он похож на тебя.
  
  - Нет, - Си Ень покачал головой. - Он лучше. Намного лучше.
  
  Дверь кабинета открылась.
  
  Мэйлин стояла на пороге - в домашнем халате, с распущенными волосами.
  
  - Я так и думала, - сказала она, глядя на мужа. - Поздний час, а ты вместо того, чтобы отдыхать...
  
  Она замолчала, увидев Цзин Юя.
  
  - О. Вы вдвоём.
  
  - Просто пьём чай, - Си Ень поднял чашку. - Присоединишься?
  
  Мэйлин окинула взглядом комнату - мирную обстановку, двух мужчин за чаем, потрескивающий камин.
  
  - Не обращайте на меня внимания, - сказала она, входя. - Если Си Ень даст мне свою саламандру, я устроюсь у камина. Давно я так не сидела в его кабинете.
  
  Си Ень улыбнулся.
  
  - Малышка Цзян Хуо, - позвал он тихо. - Иди к Мэйлин.
  
  Из-под его одежды выскользнула маленькая огненная ящерка. Она мигнула золотыми глазами, спрыгнула на пол и скользнула к камину.
  
  Там она остановилась - и начала расти.
  
  Маленькая ящерка превратилась в большое, тёплое существо размером с крупную собаку. Её чешуя мерцала оттенками красного и золотого. От неё исходило мягкое тепло - не обжигающее, а уютное, как от хорошо натопленной печи.
  
  Мэйлин опустилась на ковёр и оперлась на саламандру, как на большую подушку. Цзян Хуо довольно заурчала.
  
  - Хорошо, - Мэйлин закрыла глаза. - Как раньше.
  
  - Как раньше? - переспросил Цзин Юй.
  
  - Когда мы только поженились, - Мэйлин улыбнулась, не открывая глаз. - Я часто приходила сюда вечерами. Сидела у камина, пока он работал. Просто... была рядом.
  
  Си Ень смотрел на жену - на её расслабленное лицо, на мягкую улыбку.
  
  - А потом появились дети, - продолжила Мэйлин. - И дела. И обязанности. И времени стало не хватать.
  
  - Времени всегда не хватает, - тихо сказал Цзин Юй.
  
  - Да, - Мэйлин открыла глаза и посмотрела на него. - Поэтому нужно ценить такие моменты.
  
  Они провели вечер втроём.
  
  Си Ень и Цзин Юй тихо беседовали - о планах, о башнях, о прошлом и будущем. Мэйлин дремала у камина, прислонившись к тёплому боку Цзян Хуо. Ли Чжэнь свернулся на спинке кресла, его чешуя мерцала в отблесках огня.
  
  За окном светили звёзды.
  
  В камине потрескивал огонь.
  
  В кабинете главы Чёрной башни было тепло и спокойно.
  
  - Знаешь, - сказал Цзин Юй тихо, чтобы не разбудить Мэйлин, - иногда я завидую тебе.
  
  - Чему?
  
  - Этому, - Цзин Юй обвёл взглядом комнату. - Дому. Семье. Теплу.
  
  Си Ень посмотрел на спящую жену.
  
  - Ты тоже часть этого, - сказал он. - Ты же знаешь.
  
  - Знаю, - Цзин Юй кивнул. - Но это не то же самое.
  
  - Почему?
  
  - Потому что это твой дом. Твоя семья. Твоё тепло. Я только гость.
  
  - Ты не гость, - Си Ень покачал головой. - Ты брат. Ты семья. И этот дом - твой дом тоже. Всегда.
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - Спасибо, - сказал он наконец.
  
  - Не за что благодарить, - Си Ень улыбнулся. - Это называется "семья". Я же тебе объяснял.
  
  Цзин Юй рассмеялся - тихо, чтобы не разбудить Мэйлин.
  
  - Кажется, объяснял.
  
  - Вот и не забывай.
  
  Позже, когда свечи догорели и огонь в камине превратился в тлеющие угли, Си Ень осторожно поднял спящую Мэйлин на руки.
  
  - Я отнесу её, - сказал он Цзин Юю. - Спокойной ночи.
  
  - Спокойной ночи.
  
  Цзян Хуо уменьшилась и скользнула обратно под одежду хозяина. Ли Чжэнь обвился вокруг плеч Цзин Юя.
  
  Си Ень вышел, неся жену на руках.
  
  Цзин Юй остался один в тёмном кабинете.
  
  "Ты счастлив", - заметил Ли Чжэнь.
  
  - Да, - Цзин Юй улыбнулся. - Кажется, да.
  
  "Почему?"
  
  - Потому что я дома, - он встал и направился к двери.
  
  Глава 41. Торжественный приём
  
  На следующее утро Цзин Юй присоединился к постоянной компании в кабинете главы.
  
  Яньлин и Лоу уже были там, разбирая утреннюю почту. Шаали дремала на подоконнике в облике ящерки. Ли Чжэнь устроился на спинке кресла, которое теперь негласно считалось "креслом Цзин Юя".
  
  Си Ень сидел за столом - и излучал хорошее настроение. Подозрительно хорошее. Цзин Юй знал этот блеск в глазах друга. Этот изгиб губ. Это едва сдерживаемое возбуждение. Си Ень что-то задумал.
  
  - Ладно, - Цзин Юй сел в своё кресло и сложил руки на груди. - Рассказывай свою новую безумную идею.
  
  - С чего ты взял, что она безумная? - Си Ень изобразил невинность.
  
  - С того, что я знаю тебя сорок лет.
  
  Си Ень рассмеялся.
  
  - Мы устроим торжественный приём, - объявил он. - Отпразднуем успешное разрешение кризиса с разломом.
  
  - Приём? - Яньлин поднял голову от свитков. - Все главы башен здесь, у нас?
  
  - Разумеется.
  
  - Включая Белую?
  
  Си Ень улыбнулся - хищно, опасно.
  
  - Разумеется.
  
  Цзин Юй тяжело вздохнул.
  
  - Ты всё-таки собрался вызвать его на поединок.
  
  - Только словесный, - Си Ень откинулся в кресле. - Не могу себе отказать в таком удовольствии.
  
  - Ты ему так улыбнись - его инфаркт хватит, - Цзин Юй покачал головой. - И не только его.
  
  - Я не отвечаю за его душевное состояние, - Си Ень развёл руками. - А физически его никто не тронет. Гарантирую.
  
  - И для этого устраиваешь приём? - уточнил Цзин Юй. - Чтобы словесно помучить главу золотых?
  
  - Конечно не для этого, - Си Ень махнул рукой. - Это будет приятным дополнением.
  
  Он встал и подошёл к окну, глядя на земли Чёрной башни.
  
  - Главное - я давно не видел Мэйлин в роскошном платье.
  
  Яньлин фыркнул.
  
  - За одно, - продолжил Си Ень, загибая пальцы, - мы отблагодарим союзников. Посмотрим, чем занимаются водные. Проверим, идут ли Лисян цвета Звёздной башни, покажем наш новый зал приёмов, - закончил Си Ень. - И напомним всем, что Чёрная башня по-прежнему сильна.
  
  Лоу потянулся за чистым свитком.
  
  - И на когда нам нужны торжественные приглашения?
  
  - Сегодня и составим, - Си Ень вернулся к столу. - Приём через две недели. Этого времени достаточно, чтобы все успели добраться.
  
  Он повернулся к Шаали.
  
  - И Шаали, твоим подопечным нужны соответствующие наряды. Доверяю это тебе.
  
  Шаали открыла глаза и приняла человеческий облик.
  
  - Конечно, глава, - она поклонилась. - Яньлин будет великолепен.
  
  - И Лоу тоже.
  
  - И Лоу тоже, - согласилась Шаали, хотя по её тону было ясно, что Лоу - второстепенная задача.
  
  - Для тебя, Юй, уже всё готово, - Си Ень улыбнулся другу.
  
  Цзин Юй моргнул.
  
  - Что значит "готово"?
  
  - Я заказал тебе наряд.
  
  - Ты... - Цзин Юй замолчал, переваривая услышанное. - Ты не доверяешь моей способности выбрать одежду?
  
  - Ты не выберешь достаточно роскошную, - Си Ень пожал плечами. - Ты всегда выбираешь что-то скромное, неприметное. А на этом приёме ты должен сиять.
  
  - Сиять.
  
  - Именно.
  
  - И какова будет моя роль? - спросил Цзин Юй с обречённостью в голосе.
  
  - Конечно, быть рядом со мной с загадочным видом, - Си Ень улыбнулся. - Молчать. Смотреть на всех так, будто знаешь их тайны. Иногда слегка улыбаться.
  
  - Это всё?
  
  - Этого достаточно, - Си Ень кивнул. - Лунный заклинатель-ясновидец рядом с главой Чёрной башни. Пусть гадают, что мы замышляем.
  
  Цзин Юй потёр переносицу.
  
  - Мэйлин знает, что ей это всё организовывать?
  
  - Ну, дипломатическая часть на нас, - Си Ень развёл руками. - А ей останется только проследить за украшением зала и торжественным пиром.
  
  - Только, - Цзин Юй хмыкнул. - Посмотрим, что она скажет.
  
  - Она согласится.
  
  - Откуда такая уверенность?
  
  - Потому что я уже выбрал ей платье, - Си Ень улыбнулся. - И она его ещё не видела.
  
  Цзин Юй покачал головой.
  
  - Зачем тебе это, Си Ень? - спросил он серьёзно. - Правда зачем?
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Чтобы не заскучать, - сказал он. - И проверить, как обстоят дела. Увидеть всех глав в одном месте. Посмотреть, кто с кем разговаривает. Кто кого избегает. Кто нервничает.
  
  Он снова улыбнулся - но теперь в этой улыбке было что-то жёсткое.
  
  - И конечно, посмотреть на Мэйлин в платье, которое я выбрал.
  
  - Ты невозможен, - вздохнул Цзин Юй.
  
  - Знаю, - Си Ень сел за стол и взял кисть. - А теперь - за работу. Приглашения сами себя не напишут.
  
  ***
  
  Мэйлин узнала о приёме за обедом.
  
  Си Ень рассказывал об этом между блюдами - небрежно, словно речь шла о чём-то незначительном. Торжественный приём. Все главы башен. Через две недели. Дипломатическая часть уже продумана. А ей останется только...
  
  - Только? - Мэйлин медленно опустила палочки.
  
  - Проследить за украшением зала и торжественным пиром, - Си Ень невинно улыбнулся.
  
  Мэйлин смотрела на него.
  
  - Украшение зала, - повторила она. - Торжественный пир. На сколько человек?
  
  - Ну... - Си Ень задумался. - Главы всех башен с сопровождающими. Наши старшие заклинатели. Почётные гости. Человек двести, может, триста.
  
  - Триста.
  
  - Приблизительно.
  
  - Через две недели.
  
  - Да.
  
  Мэйлин закрыла глаза. Сосчитала до десяти. Открыла.
  
  - Муж мой, - сказала она очень спокойно, - ты понимаешь, что организация торжественного пира на триста человек требует как минимум месяца подготовки?
  
  - Я верю в тебя.
  
  - Вера - это прекрасно, - Мэйлин взяла чашку с чаем. - Но вера не закажет продукты, не наймёт дополнительных поваров, не украсит зал и не составит рассадку гостей.
  
  - Но ты справишься, - Си Ень накрыл её руку своей. - Ты всегда справляешься.
  
  - Это манипуляция.
  
  - Это правда.
  
  Мэйлин вздохнула.
  
  - И что ты мне за это должен?
  
  - Всё, что захочешь.
  
  - Я подумаю, - она отпила чай. - И это будет что-то существенное.
  
  - Договорились.
  
  Мэйлин покачала головой.
  
  - Ты невозможен.
  
  - Ты вторая, кто мне это сегодня говорит.
  
  - Дай угадаю - первым был Цзин Юй?
  
  - Как ты догадалась?
  
  ***
  
  За три дня до приёма Си Ень привёл Мэйлин в их покои, где на специальном манекене висело платье.
  
  Мэйлин замерла на пороге.
  
  Платье было... оно было...
  
  Чёрный шёлк, струящийся как ночное небо. Золотая вышивка - тонкая, изящная, изображающая языки пламени. Широкие рукава с золотой каймой. Высокий воротник, украшенный крошечными рубинами.
  
  - Это... - она не могла найти слов.
  
  - Примерь, - Си Ень стоял у двери, скрестив руки на груди.
  
  Мэйлин подошла к платью. Коснулась ткани - мягкой, невесомой.
  
  - Когда ты успел?
  
  - Заказал месяц назад, - Си Ень улыбнулся. - Ещё до всего этого. Хотел подарить просто так. А потом решил, что приём - идеальный повод.
  
  Мэйлин обернулась к нему.
  
  - Месяц назад?
  
  - Я давно хотел увидеть тебя в чём-то таком.
  
  Она смотрела на него - на его глаза, полные нежности и предвкушения.
  
  - Выйди, - сказала она. - Я примерю.
  
  - Я могу помочь...
  
  - Выйди.
  
  Си Ень рассмеялся и вышел.
  
  Когда он вернулся, Мэйлин стояла перед зеркалом.
  
  Платье сидело идеально. Чёрный шёлк подчёркивал золотой отлив её волос. Золотая вышивка перекликалась с искрами в её глазах. Рубины на воротнике мерцали в свете свечей.
  
  Она выглядела как императрица.
  
  - Ну? - её голос был неуверенным. - Что скажешь?
  
  Си Ень молчал.
  
  - Си Ень?
  
  Он подошёл к ней. Встал за спиной. Их глаза встретились в зеркале.
  
  - Ты прекрасна, - сказал он хрипло. - Самая прекрасная женщина во всех семи башнях.
  
  Мэйлин порозовела.
  
  - Льстец.
  
  Он наклонился и поцеловал её в шею. - Все будут смотреть только на тебя.
  
  - Они должны смотреть на главу.
  
  - Они будут смотреть на мою жену, - Си Ень улыбнулся. - И завидовать мне.
  
  Мэйлин повернулась к нему.
  
  - Ты специально выбрал такое платье, чтобы я затмила всех?
  
  - Конечно.
  
  - Это неприлично.
  
  - Это правильно, - он взял её руки. - Ты - госпожа Чёрной башни. Ты должна сиять ярче всех.
  
  Мэйлин покачала головой.
  
  - Тридцать лет, - сказала она. - Тридцать лет, а ты всё ещё умеешь меня удивить.
  
  - Я стараюсь.
  
  ***
  
  В покоях Яньлина царил хаос.
  
  Шаали расхаживала по комнате в человеческом облике, командуя слугами, которые вносили свёртки с тканями, коробки с украшениями, подставки для одежды.
  
  Яньлин сидел у окна с философским спокойствием на лице.
  
  Жэньли стояла посреди комнаты, прижимая к груди что-то невероятно красивое и явно очень дорогое.
  
  Лоу забился в угол и смотрел на происходящее с ужасом.
  
  - Это, - Шаали указала на Яньлина, - для моего господина.
  
  Она развернула свёрток. Чёрные одежды с алой вышивкой. Тяжёлый пояс с огненными рубинами. Накидка из тёмного шёлка, расшитая золотыми нитями.
  
  - Шаали, - сказал Яньлин, - мне всё равно. Я всё равно не вижу нарядов.
  
  - Зато все остальные видят, - отрезала Шаали. - И мой господин будет выглядеть лучше всех.
  
  - Я думал, лучше всех должна выглядеть мама.
  
  - Госпожа Мэйлин - отдельная категория, - Шаали отмахнулась. - Среди молодых - ты будешь лучшим.
  
  Яньлин вздохнул и не стал спорить.
  
  Шаали повернулась к Жэньли.
  
  - А это - для тебя.
  
  Жэньли развернула ткань, которую держала, - и её глаза расширились.
  
  Платье было небесно-голубым с серебряной вышивкой. Лёгкое, воздушное, как облако. Рукава украшены крошечными жемчужинами. Пояс - тонкий, изящный, с подвеской в форме птицы.
  
  - Это... это слишком, - прошептала Жэньли. - Слишком роскошное. Я не могу...
  
  - Можешь, - Шаали скрестила руки на груди. - Ты невеста моего господина. Ты должна выглядеть соответственно.
  
  - Но я...
  
  - Никаких "но", - Шаали подошла к ней. - Ты будешь прекрасна. И все увидят, какую женщину выбрал мой господин.
  
  Жэньли беспомощно посмотрела на Яньлина.
  
  - Не смотри на меня, - он улыбнулся. - С Шаали спорить бесполезно.
  
  - Именно, - Шаали кивнула и повернулась к последней жертве. - Лоу.
  
  Лоу вжался в угол.
  
  - Нет.
  
  - Что - нет?
  
  - Я это не надену, - он указал на свёрток, который Шаали держала в руках. - Что бы там ни было - нет. Я буду в чёрном. В тени. Как положено охраннику.
  
  - Ты не охранник, - Шаали развернула свёрток. - Ты друг и помощник наследника Чёрной башни.
  
  Наряд был тёмно-красным с чёрной отделкой. Не такой роскошный, как у Яньлина, но явно дорогой и явно заметный.
  
  - Нет, - повторил Лоу. - Категорически нет. Я буду выглядеть как... как...
  
  - Как человек, достойный стоять рядом с моим господином, - закончила Шаали. - Мои подопечные должны выглядеть лучше всех. Все трое. Без исключений.
  
  - Я не твой подопечный!
  
  - Ты живёшь в покоях моего господина, - Шаали подошла к нему. - Ты ешь за его столом. Ты спишь под его крышей. Ты - мой подопечный. И ты наденешь этот наряд.
  
  Лоу открыл рот, чтобы возразить, - и закрыл.
  
  Шаали умела быть очень убедительной.
  
  - Ладно, - буркнул он. - Но только на один вечер.
  
  - Разумеется, - Шаали улыбнулась. - На один вечер. А потом - на следующий приём. И на следующий.
  
  - Что?!
  
  Но Шаали уже отвернулась, отдавая распоряжения слугам.
  
  Яньлин тихо рассмеялся.
  
  ***
  
  Утром приёма Си Ень и Мэйлин были в своих покоях - уже одетые в торжественные наряды, но ещё не готовые до конца.
  
  Мэйлин стояла за спиной мужа, собирая его волосы в сложную причёску. Её пальцы ловко укладывали пряди, закрепляли шпильками из чёрного металла с рубинами.
  
  - Итак, - говорила она, работая, - глава водных прибудет первым. Он хочет обсудить торговое соглашение.
  
  - Пусть обсуждает, - Си Ень смотрел на своё отражение в зеркале. - Но не раньше, чем выпьет три чаши вина. Он становится сговорчивее после третьей.
  
  - Глава земных привезёт дочь.
  
  - Сватать хочет?
  
  - Похоже на то, - Мэйлин закрепила последнюю шпильку. - Намекал на союз семей.
  
  - Яньлин занят, - Си Ень покачал головой. - Жэньли ему вполне достаточно.
  
  - Я так и сказала. Но аккуратно.
  
  Си Ень встал и повернулся к жене.
  
  - Твоя очередь.
  
  Они поменялись местами. Теперь Мэйлин сидела перед зеркалом, а Си Ень стоял за её спиной, расчёсывая её волосы.
  
  - Глава воздушных, - продолжила Мэйлин. - Она благодарна за помощь с источником. Будет поддерживать нас.
  
  - Хорошо.
  
  - Глава Звёздной башни прибудет с хранителем и Лисян, - продолжила Мэйлин. - И Ляньчжи с собой возьмут.
  
  - Чжоу Шэн, - Си Ень кивнул. - Посмотрим, как он держится рядом с моей дочерью на официальном приёме.
  
  - Не пугай его.
  
  - Я? Пугать? - Си Ень изобразил невинность. - Никогда.
  
  - И главу Звёздной башни тоже не пугай.
  
  - Его я уважаю, - Си Ень улыбнулся. - Он единственный, кто сразу поддержал нас с разломом.
  
  Мэйлин фыркнула.
  
  Си Ень разделил её волосы на пряди, начал заплетать сложную косу.
  
  - И Белая башня, - сказала Мэйлин тише.
  
  - И Белая башня, - согласился Си Ень.
  
  - Что ты собираешься делать?
  
  - Ничего особенного, - он вплетал золотые нити в её косу. - Просто поговорю с ним. Улыбнусь. Спрошу о здоровье.
  
  - Си Ень.
  
  - Хорошо, - он вздохнул. - Я буду вежлив. Безупречно вежлив. Настолько вежлив, что он будет ждать удара каждую секунду.
  
  - Это жестоко.
  
  - Это справедливо, - Си Ень закончил косу и потянулся за украшениями. - После всего, что они сделали.
  
  Он выбрал шпильки - золотые, с рубинами и чёрным жемчугом. Начал закреплять их в волосах жены.
  
  - Главное - наблюдай, - сказал он. - Смотри, кто с кем разговаривает. Кто нервничает. Кто избегает кого-то.
  
  - Я знаю, - Мэйлин кивнула. - Не первый приём.
  
  - Не первый, - согласился Си Ень. - Но, возможно, самый важный.
  
  Он закрепил последнее украшение и отступил на шаг.
  
  Мэйлин встала и повернулась к нему.
  
  Они смотрели друг на друга - глава Чёрной башни в чёрных одеждах с алой вышивкой и его жена в чёрном платье с золотым огнём.
  
  - Готова? - спросил он.
  
  - Готова, - она взяла его за руку. - Пойдём произведём впечатление.
  
  Си Ень улыбнулся - той самой улыбкой, от которой у глав других башен холодел позвоночник.
  
  - С удовольствием.
  
  Глава 42. Начало
  
  Си Ень и Мэйлин вышли из своих покоев. Она держала его под руку - величественная, прекрасная, в чёрном шёлке с золотым огнём. Он шёл рядом - глава Чёрной башни в полном облачении, с короной из чёрного металла и алых рубинов. Слуги и стражи кланялись им, провожая восхищёнными взглядами.
  
  У покоев Цзин Юя они остановились. Си Ень постучал.
  
  - Входите, - раздался мрачный голос.
  
  Они вошли. Цзин Юй стоял у зеркала, разглядывая своё отражение с выражением человека, которого предали самые близкие люди. На нём были одежды из чёрного шёлка с серебряной вышивкой - лунные узоры струились по ткани, мерцая при каждом движении. Широкий пояс с лунным камнем. Накидка, расшитая серебряными нитями так, что казалась сотканной из звёздного света. В волосах - серебряные шпильки с жемчугом. Он выглядел как лунный бог, сошедший с небес.
  
  - За что? - спросил Цзин Юй, поворачиваясь к Си Еню. - За что ты это со мной сделал?
  
  - О чём ты?
  
  - Об этом! - Цзин Юй указал на себя. - Я похож на... на...
  
  - На могущественного заклинателя, каким ты и являешься, - закончил Си Ень.
  
  - Я похож на павлина!
  
  - Ты похож на лунного принца, - Мэйлин подошла к нему и поправила складку на накидке. - Этот наряд тебе очень идёт.
  
  - Мэйлин, не поддерживай его безумие!
  
  - Это не безумие, - она улыбнулась. - Это правда. Чёрный с серебром - твои цвета. Ты в них великолепен.
  
  - Есть ли у тебя совесть? - Цзин Юй повернулся к Си Еню.
  
  - Совесть? - Си Ень сделал вид, что задумался. - Была когда-то. Кажется, я её потерял лет сорок назад. Примерно тогда, когда познакомился с одним занудным золотым заклинателем.
  
  - Я не был занудой!
  
  - Ты отказался драться со мной при первой встрече. Это определение зануды.
  
  Цзин Юй открыл рот, чтобы возразить, - и закрыл.
  
  - Пойдём, - Мэйлин взяла его под руку. - Ты прекрасен. Смирись.
  
  Ли Чжэнь скользнул на плечи своего господина, его серебристая чешуя идеально сочеталась с нарядом.
  
  "Они правы", - заметил змей. "Ты выглядишь достойно".
  
  - Предатель, - буркнул Цзин Юй.
  
  Но позволил вывести себя из комнаты.
  
  ***
  
  Новый зал приёмов Чёрной башни был величественен. Высокие потолки, украшенные фресками с изображением огненных драконов. Колонны из чёрного мрамора с золотыми прожилками. Огромные окна, задрапированные тёмно-алым бархатом. Люстры из горного хрусталя, в которых горели магические огни - тёплые, золотистые.
  
  Длинные столы были накрыты чёрными скатертями с золотой вышивкой. Фарфоровая посуда, серебряные приборы, хрустальные бокалы. Вазы с огненными лилиями - редкими цветами, которые росли только вблизи огненного источника.
  
  Музыканты играли что-то негромкое, торжественное. Слуги в чёрных одеждах с алой отделкой стояли вдоль стен, готовые исполнить любое желание гостей.
  
  Си Ень, Мэйлин и Цзин Юй вошли в зал - и все разговоры на мгновение стихли. Глава Чёрной башни. Его жена. И лунный заклинатель-ясновидец. Трое, которые когда-то изменили мир.
  
  К ним присоединились остальные. Яньлин шёл уверенно, несмотря на слепоту - Шаали незаметно направляла его через их связь. Его чёрные одежды с алой вышивкой подчёркивали стройную фигуру. Огненные пряди в волосах были уложены в сложную причёску, украшенную рубиновыми шпильками. Он выглядел как молодой принц - красивый, опасный, недоступный.
  
  Жэньли держалась рядом с ним, её пальцы едва касались его локтя. В небесно-голубом платье с серебряной вышивкой она казалась облаком, случайно залетевшим в огненное царство. Её тяжёлая коса была украшена жемчужными нитями, а на шее висел медальон с воздушным камнем - подарок Яньлина. Она слегка дрожала.
  
  - Прекрати дрожать, - прошипела Шаали, идущая чуть позади в облике молодой девушки в алых одеждах. - Ты невеста наследника Чёрной башни. Веди себя соответственно.
  
  - Я стараюсь, - прошептала Жэньли.
  
  - Старайся лучше.
  
  Лоу замыкал процессию - в тёмно-красном наряде с чёрной отделкой. Его лицо выражало глубокое страдание.
  
  - И ты прекрати кривиться, - Шаали одарила его взглядом. - Ты выглядишь прекрасно.
  
  - Я выгляжу как идиот.
  
  - Ты выглядишь как подобает другу моего господина. Улыбнись.
  
  Лоу попытался улыбнуться. Получилось... не очень.
  
  - Ладно, не улыбайся, - сдалась Шаали. - Просто перестань выглядеть так, будто тебя ведут на казнь.
  
  ***
  
  Гости начали прибывать.
  
  Первыми пришли водные - делегация в синих и бирюзовых одеждах. Глава Водной башни Лань Юэ - высокая женщина с лицом холодным и прекрасным, как зимнее море - поклонилась Си Еню с достоинством. Но её глаза - на мгновение, всего на мгновение - расширились, когда она увидела его. Она знала. Все знали. Он закрыл разлом в одиночку. Он должен был умереть. А он стоял здесь - великолепный, сияющий, словно ничего не произошло.
  
  - Глава Си Ень, - её голос был как журчание ручья, но в нём слышалось что-то новое. Осторожность? Уважение? Страх? - Благодарим за приглашение.
  
  - Глава Лань Юэ, - Си Ень поклонился в ответ. - Чёрная башня рада видеть союзников.
  
  Мэйлин обменялась с ней несколькими словами о торговле и целебных водорослях, пока Си Ень уже переключал внимание на следующих гостей.
  
  Земные прибыли в зелёных и коричневых тонах. Глава Чжан Вэй - старик за семьдесят, но двигавшийся с уверенностью горы - остановился при виде Си Еня. Его кустистые брови поднялись.
  
  - Молодой Си Ень, - пробормотал он себе под нос, но достаточно громко, чтобы его свита услышала. - Упрямый, как скала. Смерть пришла за ним, а он её выгнал.
  
  Он привёз дочь, как и предупреждала Мэйлин. Миловидная девушка бросала на Яньлина любопытные взгляды.
  
  Яньлин этих взглядов не видел. Жэньли - видела. И перестала дрожать.
  
  Воздушные - в белых и серебристых одеждах - прибыли с благодарностью. Глава Фэн Ли, женщина неопределённого возраста с глазами цвета пасмурного неба, долго жала руку Си Еню. Её пальцы чуть дрожали.
  
  - Мы слышали, - сказала она тихо. - О том, что вы сделали. Один против разлома. Это...
  
  Она не закончила. Не нашла слов.
  
  - Мы делали то, что должно, - ответил Си Ень.
  
  Но улыбнулся - искренне, тепло.
  
  Лунная башня прибыла в серебре и белом. Глава Лунной башни Чжан Мингюэ - старик лет семидесяти, с длинной седой бородой и проницательными глазами, которые, однако, часто казались полуприкрытыми, задумчивыми - шёл медленно, опираясь на посох из лунного камня. За ним следовала небольшая свита - молчаливые, внимательные, как и подобало лунным. При виде Си Еня старик остановился. Его полуприкрытые глаза приоткрылись - и в них мелькнуло что-то похожее на изумление.
  
  - Глава Си Ень, - его голос был тихим, как шёпот ветра в ночном лесу. - Когда я услышал о разломе... о том, что вы сделали... я думал, что следующее приглашение от Чёрной башни будет на похороны.
  
  Зал замер.
  
  - Как видите, - Си Ень улыбнулся, - я решил немного подождать с этим.
  
  Чжан Мингюэ смотрел на него долго, изучающе.
  
  - Луна видит многое, - сказал он наконец. - Но даже луна не предвидела этого. Вы... удивительный человек, глава Си Ень.
  
  Он поклонился - глубже, чем требовал протокол.
  
  - Лунная башня рада видеть вас... живым.
  
  Цзин Юй, стоявший позади Си Еня, едва заметно кивнул своему формальному главе. Чжан Мингюэ ответил таким же незаметным кивком.
  
  Башня целителей прибыла в зелёных и золотых тонах - цветах жизни и исцеления. Глава башни целителей Юн Шэнь был очень стар - старше, чем кто-либо в зале, возможно, старше, чем сама Чёрная башня в её нынешнем виде. Его лицо было изрезано морщинами, как древняя кора, а волосы - белыми, как первый снег. Но его глаза... его глаза были живыми, яркими, полными света. Он шёл без посоха, без поддержки - медленно, но уверенно. За ним следовали ученики в одеждах целителей.
  
  При виде Си Еня он остановился. Его глаза - яркие, пронзительные - скользнули по фигуре главы Чёрной башни. Задержались на лице. На руках. На том, как Си Ень держит спину - идеально прямо, но с едва заметным напряжением.
  
  - Глава Си Ень, - он подошёл ближе и без церемоний взял его руку, проверяя пульс. - Позвольте старику...
  
  Си Ень позволил. Спорить с главой целителей было бесполезно.
  
  Юн Шэнь закрыл глаза, сосредоточился. Его пальцы - тонкие, узловатые, но твёрдые - лежали на запястье Си Еня. Когда он открыл глаза, в них не было удивления. Только понимание. И что-то похожее на печаль.
  
  - Вижу, - сказал он негромко. - Вижу.
  
  Он отпустил руку Си Еня и повернулся к Мэйлин.
  
  - А вы, госпожа, - его голос потеплел, - я вижу новую прядь в ваших волосах. Серебряную. Красивую.
  
  Мэйлин коснулась седой пряди.
  
  - Подарок от мужа, - сказала она с лёгкой иронией.
  
  - Подарок от любви, - поправил Юн Шэнь. - Я узнаю эти следы. Вы отдали ему часть своей жизненной силы. Это... редкий дар.
  
  Он поклонился ей - низко, с уважением.
  
  - Чёрная башня благословлена, - сказал он громче, для окружающих, - иметь такую госпожу.
  
  А потом добавил тихо, так, чтобы слышали только Си Ень и Мэйлин:
  
  - Нам нужно поговорить. Позже. Наедине.
  
  Потом прибыли тёмные. Делегация Звёздной башни вошла в зал как ночь, сошедшая на землю. Глава Звёздной башни Хэ Ли - пожилой мужчина с седыми волосами и живыми, острыми глазами - шёл впереди. За ним - хранитель Чжоу Шэн. И рядом с хранителем - Лисян.
  
  Си Ень замер. Его дочь была... ослепительной. Чёрное платье с серебряными звёздами, мерцающими при каждом движении. Волосы - с огненными прядями - уложены в сложную причёску, украшенную чёрными жемчужинами. На шее - ожерелье из звёздных камней, переливающихся тьмой. Она выглядела как ночное небо, в котором горит огонь.
  
  Чжоу Шэн шёл рядом с ней - в чёрных одеждах хранителя, с тенями, клубящимися у его ног. Его рука едва заметно касалась её спины. Его глаза - тёмные, бездонные - смотрели только на неё.
  
  - Отец, - Лисян поклонилась. - Мама.
  
  - Дочь, - Си Ень обнял её. - Тебе идут цвета Звёздной башни.
  
  - Я же говорила, - Мэйлин улыбнулась.
  
  За Лисян и Чжоу Шэном показался Ляньчжи - в тёмных одеждах, но с серебряной отделкой Звёздной башни.
  
  - Ляньчжи, - Яньлин повернулся к нему. - Рад тебя видеть.
  
  - И я тебя, - Ляньчжи улыбнулся. - Хотя ты меня не видишь.
  
  - Я чувствую твою энергию, - Яньлин усмехнулся. - Ты стал спокойнее.
  
  - Звёздная башня... успокаивает.
  
  И наконец - золотые. Делегация Белой башни вошла в зал. Глава Белой башни Цзэн Вэй - мужчина средних лет с жёстким лицом и холодными глазами - шёл впереди. За ним - свита в белых и золотых одеждах. При виде Си Еня он споткнулся. Буквально споткнулся - на ровном месте. Потому что человек, стоявший перед ним, не должен был стоять. Не должен был дышать. Не должен был существовать.
  
  Цзэн Вэй видел отчёты своих шпионов. Читал описания того, что произошло у разлома. Один заклинатель - пусть даже глава Чёрной башни - против силы, которая могла поглотить целый регион. Сожжённые каналы. Истощённый резерв. Потеря сознания. Он должен был умереть. А он стоял здесь - великолепный, грозный, с огнём в глазах и улыбкой на губах.
  
  Си Ень повернулся к ним. И улыбнулся. Это была особая улыбка. Улыбка дракона, который смотрит на добычу и решает - съесть сейчас или поиграть немного.
  
  - Глава Цзэн Вэй, - голос Си Еня был мягким, почти ласковым. - Как я рад вас видеть. В добром ли вы здравии?
  
  Цзэн Вэй побледнел.
  
  - Глава Си Ень, - он поклонился - чуть ниже, чем требовал протокол. - Благодарю за... приглашение.
  
  - Не стоит благодарности, - Си Ень положил руку ему на плечо. Дружески. Почти нежно. - Мы же все здесь друзья, не так ли? Союзники. Соратники.
  
  Цзэн Вэй сглотнул.
  
  - Конечно.
  
  - Прекрасно, - Си Ень улыбнулся ещё шире. - Тогда наслаждайтесь вечером. Еда превосходная. Вино - ещё лучше. И если вам что-нибудь понадобится... - он наклонился ближе, - только скажите.
  
  Цзэн Вэй кивнул и поспешил отойти. Его свита последовала за ним - бледные, напряжённые, ожидающие удара.
  
  Цзин Юй наблюдал за этим с невозмутимым лицом.
  
  - Ты наслаждаешься, - сказал он Си Еню тихо.
  
  - Безмерно, - согласился Си Ень.
  
  ***
  
  Когда приветствия были закончены, Си Ень собрал своих.
  
  - Расходимся, - сказал он негромко. - Пойду поговорю с главами. Мэйлин, возьми Жэньли и пообщайся с жёнами и дочерями. Покажи ей, как это делается.
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Жэньли, - она взяла девушку под руку. - Пойдём. Я познакомлю тебя с нужными людьми.
  
  Жэньли бросила на Яньлина беспомощный взгляд.
  
  - Иди, - он улыбнулся ей. - Мама о тебе позаботится.
  
  - Яньлин, - продолжил Си Ень. - Воспользуйся моментом. Присмотрись, есть ли среди золотых нормальные люди. И развлекайся тут с Лоу.
  
  - Понял.
  
  - Встретимся перед первым танцем.
  
  Яньлин кивнул и двинулся в сторону золотой делегации, Лоу - за ним.
  
  Шаали скользнула следом - незаметная, настороженная.
  
  - А мне какая роль уготована? - спросил Цзин Юй.
  
  Си Ень повернулся к нему.
  
  - Пойдёшь со мной, - сказал он. - Смотри, как ты умеешь. Будем пугать людей. Или не будем - по обстоятельствам.
  
  - Пугать людей, - повторил Цзин Юй.
  
  - Ты это умеешь, - Си Ень улыбнулся. - Загадочный лунный заклинатель с даром ясновидения. Стой рядом. Молчи. Иногда смотри на кого-нибудь так, будто видишь его судьбу.
  
  - Это манипуляция.
  
  - Это политика.
  
  Цзин Юй вздохнул.
  
  - Ладно, - сказал он. - Пойдём пугать людей.
  
  И они двинулись через зал - глава Чёрной башни и его лунный советник - а гости расступались перед ними, как волны перед кораблём.
  
  ***
  
  Первой на пути Си Еня оказалась Лань Юэ.
  
  Она стояла у окна с бокалом вина, её синие одежды струились как вода. При приближении Си Еня и Цзин Юя она повернулась - плавно, грациозно.
  
  - Глава Си Ень, - её голос был прохладным, как горный ручей. - И... - она чуть помедлила, глядя на Цзин Юя, - глава Лунной академии. Редко вижу вас вместе на официальных приёмах.
  
  - Особые обстоятельства требуют особых мер, - Си Ень взял бокал у проходящего слуги. - Как ваш новый источник? Прижился?
  
  Лань Юэ слегка напряглась.
  
  - Вы хорошо осведомлены.
  
  - Я стараюсь быть в курсе дел союзников, - Си Ень улыбнулся. - Это ведь мой сын помог вашим заклинателям договориться с духом воды.
  
  - Мы благодарны, - Лань Юэ склонила голову. - И готовы обсудить... взаимовыгодное сотрудничество.
  
  - Торговое соглашение?
  
  - Для начала.
  
  Си Ень отпил вина.
  
  - Слышал, ваши рыбаки жалуются на пиратов у южных берегов.
  
  Лань Юэ моргнула - единственный признак удивления.
  
  - Это внутреннее дело Водной башни.
  
  - Конечно, - Си Ень кивнул. - Но если вдруг вам понадобится помощь... огненные корабли очень эффективны против пиратов. Они имеют свойство... гореть.
  
  Повисла пауза.
  
  - Это предложение? - спросила Лань Юэ.
  
  - Это дружеский совет, - Си Ень улыбнулся. - Между союзниками.
  
  Цзин Юй молчал, глядя на Лань Юэ своими серебряными глазами. Не мигая. Не отводя взгляда.
  
  Лань Юэ поёжилась - почти незаметно.
  
  - Мы... обдумаем ваше предложение.
  
  - Не торопитесь, - Си Ень поклонился. - Наслаждайтесь вечером.
  
  Они отошли.
  
  - Она согласится, - тихо сказал Цзин Юй.
  
  - Знаю, - Си Ень усмехнулся. - Пираты - её головная боль уже три года. Она только искала повод попросить помощи, не потеряв лица.
  
  - И теперь ты дал ей этот повод.
  
  - Я дал ей возможность принять дружеский совет.
  
  Глава Земной башни Чжан Вэй сидел в кресле у камина - старый, величественный, как древняя гора.
  
  При приближении Си Еня он не встал. Привилегия возраста.
  
  - Молодой Си Ень, - его голос был низким, гулким. - Или мне теперь называть тебя "глава Си Ень"?
  
  - Как вам удобнее, почтенный Чжан Вэй, - Си Ень поклонился чуть глубже, чем требовал протокол. Уважение к старшим.
  
  - Садись, - старик указал на кресло напротив. - Ноги болят смотреть на тебя снизу вверх.
  
  Си Ень сел. Цзин Юй встал за его плечом - молчаливая серебряная тень.
  
  - Хороший приём, - Чжан Вэй отпил вина. - Хороший зал. Хорошее вино.
  
  - Благодарю.
  
  - Плохие времена.
  
  Си Ень не ответил. Ждал.
  
  - Разлом, - продолжил старик. - Золотые, потерявшие разум. Баланс сил, нарушенный так, что земля дрожит.
  
  Он посмотрел Си Еню в глаза - тяжёлым, оценивающим взглядом.
  
  - И ты. Один. Против всего этого.
  
  - Не один, - возразил Си Ень. - Со мной был Ляньчжи.
  
  - Мальчишка-целитель? - Чжан Вэй фыркнул. - Он направлял потоки. Ты нёс всю тяжесть. Не юли, молодой Си Ень. Я стар, но не глуп.
  
  Он отпил вина.
  
  - Ты должен был умереть. Любой другой умер бы. А ты стоишь здесь, сияешь, как будто на прогулку сходил.
  
  - Мне помогли.
  
  - Кто?
  
  - Моя жена. Мой источник. Моя саламандра. Моя семья.
  
  Чжан Вэй долго смотрел на него.
  
  - Вот, - сказал он наконец. - Вот это и пугает меня больше всего.
  
  - Что именно?
  
  - Ты не один, - старик покачал головой. - Ты - это целая... система. Семья. Источник. Духи. Союзники. Вы все связаны так, что я даже не понимаю, где кончается один и начинается другой.
  
  Он усмехнулся.
  
  - Убить тебя - невозможно. Тебя спасут. Ослабить - бесполезно. Тебя исцелят. Изолировать - глупо. У тебя слишком много тех, кто придёт на помощь.
  
  - Это плохо?
  
  - Это... необычно, - Чжан Вэй пожал плечами. - И да, это пугает. Особенно тех, кто привык к другим правилам.
  
  Он кивнул в сторону золотой делегации.
  
  - Они тебя боятся. Раньше - уважали и опасались. Теперь - боятся.
  
  - Пусть боятся.
  
  - Пусть, - согласился старик. - Страх - хороший поводок. Но не забывай: загнанная в угол собака кусается.
  
  Он поднял бокал.
  
  - За твоё здоровье, молодой Си Ень.
  
  - За мудрость старших, - Си Ень поднял свой бокал в ответ.
  
  Они выпили.
  
  Глава Лунной башни Чжан Мингюэ нашёл их сам.
  
  Он появился тихо, незаметно - как и подобало лунному. Его полуприкрытые глаза скользнули по Си Еню, задержались на Цзин Юе.
  
  - Племянник, - сказал он негромко.
  
  Цзин Юй поклонился.
  
  - Дядя.
  
  Это было формальное обращение - они не были родственниками по крови. Но в Лунной башне возраст и опыт создавали связи не менее прочные.
  
  Чжан Мингюэ повернулся к Си Еню.
  
  - Я наблюдал за вами весь вечер, глава Си Ень, - сказал он задумчиво. - И знаете, что я вижу?
  
  - Что?
  
  - Дракона, - старик улыбнулся. - Который притворяется человеком. И делает это очень убедительно.
  
  - Я не притворяюсь.
  
  - Конечно, нет, - Чжан Мингюэ кивнул. - Вы и есть человек. Но внутри вас... - он помедлил, подбирая слова, - внутри вас горит что-то, что человеческим быть не должно.
  
  Его глаза приоткрылись - и в них мелькнул лунный свет.
  
  - Луна видит многое, глава Си Ень. Она видит свет. И она видит тени. Вы... отбрасываете очень длинную тень.
  
  - Это угроза?
  
  - Это наблюдение, - Чжан Мингюэ покачал головой. - Лунные не угрожают. Мы... предупреждаем.
  
  Он помолчал.
  
  - Баланс нарушен. Огонь слишком силён. Это... беспокоит.
  
  - Я знаю, - Си Ень кивнул. - Мы работаем над этим.
  
  - Работаете?
  
  - Пробуждаем другие источники. Водный. Воздушный. Земной. Восстанавливаем равновесие.
  
  Чжан Мингюэ долго смотрел на него.
  
  - Удивительно, - сказал он наконец. - Большинство на вашем месте стремились бы сохранить преимущество. А вы... добровольно его отдаёте.
  
  - Я не хочу войны, - Си Ень пожал плечами. - Война - это смерть. Моих людей. Моих детей. Моих друзей.
  
  Он посмотрел через зал на Яньлина, который разговаривал с кем-то из молодых заклинателей.
  
  - У меня слишком много тех, кого я хочу защитить. Для этого нужен мир, а не война.
  
  Чжан Мингюэ кивнул - медленно, задумчиво.
  
  - Лунная башня, - сказал он, - будет помнить эти слова.
  
  Он поклонился и ушёл - тихо, незаметно, как и появился.
  
  - Он тебя проверял, - сказал Цзин Юй.
  
  - Знаю. И я прошёл проверку, - Си Ень усмехнулся. - Иначе он не ушёл бы так спокойно.
  
  Глава башни целителей Юн Шэнь сидел в окружении учеников - и явно скучал. При виде Си Еня его лицо просветлело.
  
  - Наконец-то! - он махнул рукой, отгоняя учеников. - Идите, идите. Мне нужно поговорить с главой Си Енем. О медицинских делах. Очень важных. Очень скучных для молодёжи.
  
  Ученики послушно удалились.
  
  Юн Шэнь подождал, пока они отойдут достаточно далеко. Потом его лицо изменилось - исчезла благодушная маска старого мудреца, появилось что-то жёсткое, острое.
  
  - Садитесь, - он указал на место рядом. - И не делайте вид, что всё в порядке. Я целитель. Меня не обманешь.
  
  Си Ень сел. Цзин Юй встал за его плечом.
  
  - Ваши каналы, - Юн Шэнь говорил тихо, но каждое слово падало как камень. - Сожжены и не полностью восстановлены. Может быть, никогда не восстановятся полностью.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Ваш резерв - треть от того, что было. Может быть, меньше. Вы держитесь на силе воли и на связи с вашей женой, которая питает вас своей энергией прямо сейчас, пока мы разговариваем. А внутри вас - страх.
  
  Си Ень напрягся.
  
  - Не отрицайте, - Юн Шэнь поднял руку. - Я слишком стар, чтобы тратить время на ложь. Вы боитесь. Не смерти - вы никогда не боялись смерти. Вы боитесь, что если что-то случится - прямо сейчас, на этом приёме, или завтра, или через неделю - вы не сможете защитить их.
  
  Он кивнул на зал - на Яньлина. На Лисян, стоящую рядом с Чжоу Шэном. На Ляньчжи, смеющегося с друзьями.
  
  - Вашу семью. Ваших детей. Всех, кого вы любите.
  
  Тишина.
  
  - Да, - сказал Си Ень наконец. Тихо. Почти шёпотом. - Да. Боюсь.
  
  Юн Шэнь кивнул.
  
  - Хорошо. Значит, вы не совсем безнадёжны.
  
  Он вздохнул.
  
  - А теперь о другом. О вашем сыне.
  
  - Что с Яньлином?
  
  - Он такой же, как вы, - Юн Шэнь покачал головой. - Абсолютно такой же. Я помню его в своей башне. Умирающего. Отчаявшегося. Отдавшего всё - до последней капли - ради источника, ради мира, ради каких-то высших целей.
  
  Его голос стал жёстче.
  
  - Чувство самосохранения. Слышали о таком? Это когда живое существо пытается выжить. Пытается не умереть. Пытается сохранить себя для тех, кто его любит.
  
  Он ткнул пальцем в грудь Си Еня.
  
  - У вас его нет. И у вашего сына - нет. Вы оба бросаетесь в огонь, не думая о последствиях. Вы закрыли разлом в одиночку - и чуть не умерли. Он посадил источник - и чуть не умер. Вы спасаете мир - и ломаете сердца тем, кто вас любит.
  
  Он посмотрел на Мэйлин.
  
  - Вы видели её седую прядь, глава Си Ень? Это не просто след исцеления. Это след ужаса. Она думала, что вы умираете. Она отдала вам часть своей жизни - буквально, не метафорически - чтобы вы дышали.
  
  - И маленькая воздушная девочка, - продолжал Юн Шэнь безжалостно. - Жэньли. Она тоже прошла через это. Когда ваш сын умирал в моей башне. Когда она заставляла его пить лекарства и жить.
  
  Он откинулся назад.
  
  - Вы, огненные, - он покачал головой. - Горите ярко. Сгораете быстро. И оставляете после себя пепел и разбитые сердца.
  
  - Что вы предлагаете? - спросил Си Ень. Его голос был хриплым.
  
  - Предлагаю? - Юн Шэнь фыркнул. - Я целитель, не чудотворец. Я не могу заставить вас беречь себя. Не могу вложить в вас инстинкт самосохранения, которого у вас никогда не было.
  
  Он помолчал.
  
  - Но я могу сказать вам правду. Ваше тело исцелится - со временем. Может быть, полностью, может быть, нет. Но это не главное.
  
  Он посмотрел Си Еню в глаза.
  
  - Главное - то, что вы делаете со своими близкими каждый раз, когда бросаетесь в смерть. Подумайте об этом. Не о себе - о них.
  
  Он встал.
  
  - А теперь идите. Изображайте несокрушимого главу. Пугайте врагов. Улыбайтесь союзникам. Делайте то, что должны.
  
  Он положил руку на плечо Си Еня - неожиданно мягко.
  
  - И берегите себя. Хотя бы немного. Хотя бы ради тех, кто вас любит.
  
  Си Ень кивнул. Встал. Его лицо снова было маской - спокойной, уверенной, грозной. Но Юн Шэнь видел то, что скрывалось за маской. Страх. Боль. И отчаянная, безумная любовь к тем, ради кого он был готов сгореть.
  
  Глава Воздушной башни Фэн Ли нашла их сама. Она возникла из ниоткуда - как порыв ветра, как дуновение. Её седые волосы развевались, хотя в зале не было сквозняка.
  
  - Глава Си Ень, - её голос был лёгким, почти неслышным. - Я хотела поблагодарить вас лично.
  
  - За что?
  
  - За источник, - она смотрела ему в глаза. - Вы не были обязаны помогать. Воздушные никогда не были вашими союзниками.
  
  - Баланс важнее союзов, - Си Ень пожал плечами.
  
  - Красивые слова, - Фэн Ли улыбнулась. - Но я видела, как ваш сын говорил с нашим источником. Как уговаривал его. Как обещал.
  
  Она наклонилась ближе.
  
  - Он пообещал построить башню для нового огненного источника. Того, который создал сам. Это правда?
  
  - Правда.
  
  - Почему?
  
  Си Ень молчал мгновение.
  
  - Потому что источник попросил, - сказал он. - А Яньлин не умеет отказывать тем, кто просит о помощи.
  
  - Даже если это стоит ему здоровья? Жизни?
  
  - Особенно тогда.
  
  Фэн Ли выпрямилась.
  
  - Воздушные будут помнить, - сказала она. - Мы платим долги.
  
  - Я запомню.
  
  Она кивнула и исчезла - растворилась в толпе, как туман на рассвете.
  
  - Она искренна, - тихо сказал Цзин Юй.
  
  - Знаю, - Си Ень кивнул. - Воздушные не умеют лгать.
  
  Глава Звёздной башни Хэ Ли стоял в тени колонны - старик с живыми глазами, наблюдающий за залом.
  
  - Глава Хэ Ли, - Си Ень подошёл к нему. - Благодарю, что приняли мою дочь.
  
  - Вашу дочь? - старик усмехнулся. - Она сама себя приняла. Мой хранитель только... направлял.
  
  Его глаза блеснули.
  
  - Хороший мальчик, этот Чжоу Шэн. Верный. Сильный. Немного... одержимый.
  
  - Одержимый?
  
  - Вашей дочерью, - Хэ Ли рассмеялся. - Он смотрит на неё так, будто она - единственный свет в его тьме. Это... мило. И немного пугающе.
  
  Си Ень проследил за его взглядом. Лисян разговаривала с кем-то из водных. Чжоу Шэн стоял рядом - чуть позади, чуть сбоку. Его глаза не отрывались от неё.
  
  - Он её защитит, - сказал Хэ Ли. - Любой ценой. Это хорошо для неё. И для Звёздной башни.
  
  - А для него?
  
  Старик пожал плечами.
  
  - Хранители тьмы не думают о себе. Это их природа. Они служат. Защищают. Горят - чтобы другие могли светить.
  
  Он повернулся к Си Еню.
  
  - Вы знаете это лучше других, глава Чёрной башни. Вы тоже горите - ради своих.
  
  Си Ень не ответил.
  
  - Ваш лунный друг, - Хэ Ли кивнул на Цзин Юя. - Он видит что-то. Сейчас. В этот момент.
  
  Си Ень повернулся к Цзин Юю.
  
  Тот стоял неподвижно, его серебряные глаза были устремлены куда-то вдаль. Сквозь стены. Сквозь время.
  
  - Юй?
  
  Цзин Юй моргнул. Вернулся.
  
  - Ничего, - сказал он. - Просто... отголоски.
  
  - Отголоски чего?
  
  - Будущего, - Цзин Юй покачал головой. - Или прошлого. Иногда сложно отличить.
  
  Хэ Ли смотрел на него с интересом.
  
  - Ясновидение - тяжёлый дар, - сказал он. - Видеть то, что другие не видят. Знать то, что другие не знают. И молчать - потому что слова меняют судьбу.
  
  - Вы понимаете, - тихо сказал Цзин Юй.
  
  - Я стар, - Хэ Ли улыбнулся. - Я понимаю многое. И молчу о большем.
  
  Глава Белой башни Цзэн Вэй избегал Си Еня весь вечер. Он перемещался по залу - от группы к группе, от разговора к разговору - но каждый раз, когда Си Ень приближался, находил повод уйти. Наконец Си Ень загнал его в угол. Буквально.
  
  - Глава Цзэн Вэй, - Си Ень встал перед ним, перекрывая путь к отступлению. - Мы так и не поговорили.
  
  Цзэн Вэй побледнел.
  
  - Глава Си Ень, - его голос был напряжённым. - Я... был занят.
  
  - Конечно, - Си Ень кивнул. - Столько людей, с которыми нужно поговорить. Столько дел. Я понимаю.
  
  Он сделал шаг ближе.
  
  - Но теперь вы свободны. И я свободен. Какое совпадение.
  
  Цзэн Вэй прижался к стене. Цзин Юй встал рядом с Си Енем - молчаливый, серебряный, смотрящий на главу золотых так, будто читал его судьбу.
  
  - О чём вы хотели поговорить? - выдавил Цзэн Вэй.
  
  - О будущем, - Си Ень улыбнулся. - О сотрудничестве. О... взаимопонимании.
  
  - Взаимопонимании?
  
  - Разумеется, - Си Ень наклонился ближе. - Мы же все хотим мира. Стабильности. Процветания. Не так ли?
  
  - Так.
  
  - Прекрасно, - Си Ень выпрямился. - Тогда у нас не будет проблем.
  
  Он помолчал.
  
  - Если, конечно, никто не будет делать глупостей. Открывать то, что должно быть закрыто. Выпускать то, что должно быть заперто.
  
  Цзэн Вэй сглотнул.
  
  - Я... мы... Белая башня не имеет отношения к...
  
  - К разлому? - Си Ень поднял бровь. - Конечно, нет. Кто бы мог подумать такое?
  
  Его улыбка стала шире.
  
  - Я уж точно не думаю. Я верю в невиновность Белой башни. Полностью. Абсолютно.
  
  Цзэн Вэй молчал.
  
  - Но знаете, - продолжил Си Ень задумчиво, - некоторые люди... менее доверчивы. Они задают вопросы. Ищут ответы. Копают.
  
  Он вздохнул.
  
  - Надеюсь, они ничего не найдут. Это было бы так... неприятно.
  
  - Глава Си Ень, - голос Цзэн Вэя дрожал, - если вы что-то хотите сказать...
  
  - Я? - Си Ень изобразил удивление. - Я ничего не хочу сказать. Я просто... беседую. Между друзьями.
  
  Он похлопал Цзэн Вэя по плечу.
  
  - Наслаждайтесь вечером, глава Цзэн Вэй. Еда превосходная. Вино - отличное. И музыка скоро заиграет для танцев.
  
  Он отошёл на шаг.
  
  - Кстати, - добавил он небрежно, - мой сын очень интересуется молодыми заклинателями Белой башни. Хочет познакомиться. Подружиться. Вы же не против?
  
  Цзэн Вэй открыл рот. Закрыл.
  
  - Нет, - выдавил он. - Конечно, нет.
  
  - Чудесно, - Си Ень улыбнулся. - Тогда до встречи.
  
  И они ушли - глава Чёрной башни и его лунный советник - оставив главу Белой башни прижиматься к стене с лицом человека, который только что посмотрел смерти в глаза.
  
  - Ты был жесток, - сказал Цзин Юй, когда они отошли достаточно далеко.
  
  - Я был вежлив, - возразил Си Ень.
  
  - Ты был вежливо жесток.
  
  - Это называется "дипломатия".
  
  Цзин Юй покачал головой.
  
  - Он теперь будет бояться собственной тени.
  
  - Хорошо, - Си Ень кивнул. - Пусть боится. Страх - отличный учитель.
  
  Он посмотрел через зал на золотую делегацию.
  
  - А теперь посмотрим, кого из них Яньлин найдёт достойным доверия.
  
  Глава 43. Два взгляда на мир
  
  Яньлин двигался через зал уверенно, словно видел каждый шаг. В каком-то смысле так оно и было. Энергетические потоки рисовали для него картину мира - яркую, живую, совсем не похожую на ту, что видели зрячие. Люди представали перед ним сгустками света и тени, пульсирующими контурами, в которых читались характер, намерения, даже скрытые мысли.
  
  Лоу шёл рядом, чуть позади - как и положено помощнику. Его глаза - обычные, человеческие - скользили по залу, отмечая детали, которые Яньлин не мог уловить: цвета одежд, выражения лиц, украшения и гербы.
  
  Вместе они составляли идеальную пару наблюдателей.
  
  - Справа от нас водные, - негромко говорил Лоу, почти не шевеля губами. - Пятеро. Все в синем, ткань какая-то блестящая, будто мокрая. Переливается при каждом движении. У одного на поясе морской змей из серебра - наверное, важный. Остальные держатся чуть позади него.
  
  - Их энергия плавная, - отозвался Яньлин так же тихо. - Перетекает как волны. Холодная, но не враждебная. Тот, что с серебряным змеем - у него контур мощнее других. Глубже. Старший боевой заклинатель, скорее всего. Много сражений за плечами.
  
  - Смотрит на нас.
  
  - Знаю. Его любопытство... - Яньлин чуть улыбнулся, - как рябь на воде. Поверхностное, но искреннее. Не враждебное. Он нас оценивает, но без намерения напасть.
  
  Они прошли мимо водных, обменявшись вежливыми поклонами. Яньлин поклонился точно в нужном направлении - Шаали незаметно направляла его через их связь, маленькая искра тепла за левым плечом.
  
  - Впереди земные, - продолжил Лоу, когда они отошли. - Их сложно не заметить. Все как глыбы - широкие, основательные. Одежды тяжёлые, много слоёв. Зелёное с коричневым, вышивка золотая - листья, корни, что-то такое. Та девушка, которая на тебя пялилась при входе - стоит рядом с отцом. Платье на ней самое богатое, камни какие-то в волосах. Яшма, кажется.
  
  - Её энергия... тяжёлая, - Яньлин задумался, прислушиваясь к тому, что видел без глаз. - Упрямая. Как скала, которая не собирается двигаться ни для кого. И она смотрит на меня снова?
  
  - Не отрываясь. Как будто ты - редкий минерал, который она хочет добавить в коллекцию.
  
  - Её интерес... - Яньлин поморщился. - Слишком настойчивый. Слишком... расчётливый. Как будто она пытается что-то доказать. Или получить.
  
  - Может, ей просто нравится твой наряд, - хмыкнул Лоу.
  
  - Лоу.
  
  - Ладно, ладно. Наверное, папа велел присмотреться к огненному наследнику. Выгодная партия и всё такое.
  
  - Жаль её разочаровывать.
  
  - Ты женат.
  
  - Именно.
  
  Они обогнули земную делегацию по широкой дуге, избегая необходимости вступать в разговор. Девушка проводила Яньлина взглядом - он чувствовал её внимание как давление на кожу, неприятное, но не опасное.
  
  - У колонны справа - воздушные, - Лоу понизил голос ещё больше. - Все такие... лёгкие. Будто вот-вот взлетят. Одежды белые с серебром, развеваются, хотя ветра нет. Как они это делают?
  
  - Воздушная магия, - Яньлин улыбнулся. - Они всегда окружены лёгким ветерком. Не специально - просто их природа.
  
  - Удобно. В жару особенно.
  
  - Их энергия похожа на Жэньли, - Яньлин улыбнулся шире, и в его голосе появилась нежность. - Та же стихия, те же потоки. Только... холоднее. Отстранённее. Жэньли теплее. Живее.
  
  - Ты всё к ней сводишь.
  
  - Она моя жена.
  
  - Это не повод говорить о ней каждые пять минут.
  
  - Это отличный повод.
  
  Лоу закатил глаза - жест, который Яньлин не мог видеть, но определённо чувствовал по лёгкому изменению в энергии друга. Раздражение, смешанное с весельем.
  
  "Мой господин невыносим", - проворчала Шаали в его сознании.
  
  "Ты тоже меня любишь", - ответил он мысленно.
  
  "К сожалению".
  
  У дальней стены зала расположилась делегация Звёздной башни.
  
  Они стояли чуть в стороне от остальных - как всегда. Тени клубились у их ног, сгущались в складках одежды, танцевали в углах, куда не доставал свет свечей. Даже яркие огни люстр словно избегали их, огибая тёмную группу, как река огибает камень.
  
  - Тёмные, - Лоу сглотнул. - Жуткие, если честно. Все в чёрном, глаза у некоторых... как провалы. Бездонные. Смотришь - и не понимаешь, что они думают. Лисян среди них как огонёк в ночи.
  
  - Её энергия яркая, - подтвердил Яньлин. - Огненная, тёплая, живая. Но с тёмными нитями теперь - переплетаются интересно. Она... впитывает их тьму. И отдаёт им своё тепло. Взаимообмен.
  
  - Чжоу Шэн рядом. Смотрит на неё. Всё время смотрит. Вообще не отводит глаз.
  
  - Его энергия... - Яньлин помолчал, подбирая слова. - Странная. Тьма, но не холодная. Не пустая. Он как... как щит вокруг неё. Барьер. Стена. Готов принять любой удар.
  
  - Романтично, - хмыкнул Лоу.
  
  - Это не романтика, - Яньлин покачал головой. - Это связь хранителя. Глубже, чем любовь. Древнее. Он действительно готов умереть за неё. Не задумываясь. Не колеблясь. Просто - шагнуть вперёд и принять смерть.
  
  Лоу замолчал, переваривая услышанное.
  
  Лисян заметила их и помахала рукой - яркий, радостный жест, совершенно не вписывающийся в мрачную атмосферу тёмной делегации. Яньлин помахал в ответ - точно в её направлении, хотя не мог видеть жеста.
  
  - Она счастлива, - сказал он тихо. - Её энергия... светится. Пульсирует. Раньше такого не было. Даже в детстве она была яркой, но не так. Теперь она... сияет.
  
  - Любовь, - Лоу пожал плечами. - Или Звёздная башня. Или и то, и другое.
  
  - И то, и другое, - согласился Яньлин. - Она нашла своё место. Своего человека. Свою судьбу.
  
  Делегация Белой башни держалась особняком. Они стояли плотной группой у дальней колонны - напряжённые, настороженные, готовые к атаке или бегству. Их белые и золотые одежды резко контрастировали с общей атмосферой праздника - слишком яркие, слишком чистые.
  
  - Вот и наша цель, - Лоу понизил голос до шёпота. - Все бледные. Все нервные. Стоят кучкой, как овцы перед волками. Глава только что говорил с твоим отцом и выглядит так, будто его призрак навестил. Или сам призраком стал.
  
  - Их энергия... - Яньлин нахмурился, вглядываясь в то, что видел без глаз. - Странная. Золотой источник даёт свет - яркий, чистый, сильный. Но они как... как погасшие свечи. Фитиль есть, воск есть, а пламени нет. Страх? Или что-то другое?
  
  - Страх, - уверенно сказал Лоу. - Я знаю, как выглядят испуганные люди. Видел достаточно. Они боятся. Не знаю чего - может, твоего отца, может, последствий того, что натворили - но боятся.
  
  Яньлин медленно двинулся к золотым.
  
  - Молодые, - сказал он. - Ищи молодых. Те, кто постарше - они уже... сформировались. Их страх и ненависть слишком глубоки. Слишком давние. А молодые могут быть другими.
  
  - Слева двое, - Лоу присмотрелся. - Примерно наш возраст. Парень и девушка, похожи - может, брат и сестра. Стоят чуть в стороне от остальных. Выглядят... менее напуганными? Скорее любопытными. Девушка что-то шепчет брату, кивает в нашу сторону.
  
  Яньлин повернулся к ним.
  
  - Их энергия светлее, - подтвердил он. - Чище. Меньше... тяжести. Меньше этого гнилого страха, который пропитал остальных. Они молоды - и ещё не успели испортиться.
  
  Они подошли ближе.
  
  - Добрый вечер, - Яньлин поклонился. - Я Яньлин, сын главы Чёрной башни. Это Лоу, мой друг и помощник.
  
  Молодые золотые переглянулись - быстрый взгляд, в котором читались удивление и осторожный интерес.
  
  - Цзинь Хуан, - представился парень. Высокий, с мягким лицом и внимательными глазами - тёмными, но тёплыми, без той пустоты, что Яньлин чувствовал в старших золотых. - Это моя сестра, Цзинь Мэй.
  
  Девушка поклонилась - грациозно, без страха, с лёгким любопытством во взгляде.
  
  - Мы слышали о вас, - сказала она. Голос у неё был мелодичный, приятный. - О том, что вы сделали для... для баланса. Для источников.
  
  - Надеюсь, хорошее? - Яньлин улыбнулся.
  
  - Разное, - честно ответил Цзинь Хуан. - Но больше хорошего.
  
  Лоу наблюдал за разговором, отмечая детали. Эти двое не дёргались при упоминании Чёрной башни. Не бледнели. Не искали глазами выход. Не прятали руки в рукава, готовясь к атаке. Они просто... разговаривали.
  
  - Хотите, покажу вам сад? Там прохладнее. И там растут цветы, которых нет больше нигде - огненные лилии, пламенные розы. Они не обжигают, просто светятся. - Предложил Яньлин.
  
  Цзинь Хуан заколебался, бросив взгляд в сторону своей делегации.
  
  - Наш глава...
  
  - Ваш глава сейчас занят, - Яньлин кивнул в сторону Цзэн Вэя, который всё ещё стоял у стены с видом загнанного зверя, промокая лоб платком. - А сад действительно красивый. Моя мать выращивает там травы - целебные. Она бы рада была показать их кому-то, кто интересуется.
  
  Молодые золотые снова переглянулись - дольше на этот раз, безмолвный разговор между братом и сестрой.
  
  - Хорошо, - сказала Цзинь Мэй наконец. - Показывайте.
  
  Они провели в саду почти полчаса. Ночной воздух был прохладнее, чем в зале, напоённый ароматами цветов. Огненные лилии светились мягким алым светом, создавая причудливые тени на дорожках. Где-то журчал фонтан - вода, нагретая огненным источником, поднималась паром в ночное небо.
  
  Яньлин рассказывал о башне - не о политике, не о силе, а о жизни. О том, как огненные цветы раскрываются только ночью, когда воздух прохладнее. О том, как источник поёт по утрам - тихо, почти неслышно, но если прислушаться... О том, как саламандры танцуют в огне, и это самое красивое зрелище в мире.
  
  Цзинь Хуан и Цзинь Мэй слушали - сначала настороженно, ожидая подвоха, потом с искренним интересом, забыв о страхах и предубеждениях.
  
  - Вы не такие, как говорят, - наконец сказал Цзинь Хуан. Они сидели на каменной скамье у фонтана, и его лицо было задумчивым. - Огненные, я имею в виду.
  
  - А какие мы по рассказам? - поинтересовался Лоу, который устроился на парапете, болтая ногами.
  
  - Жестокие. Вспыльчивые. Опасные. Готовые сжечь любого, кто встанет на пути.
  
  - Ну, опасные - это правда, - Яньлин усмехнулся. - Мы владеем огнём. Огонь опасен. Но жестокие... это зависит от того, что считать жестокостью.
  
  - А что вы считаете жестокостью? - спросила Цзинь Мэй. Её глаза - тёмные, с золотыми искрами - смотрели серьёзно.
  
  Яньлин помолчал, обдумывая ответ.
  
  - Предательство, - сказал он наконец. - Ложь. Использование тех, кто слабее. Удар в спину тем, кто тебе доверял. Это жестокость. Не сила. Не огонь. Не война, если она справедлива. А вот это - да.
  
  Цзинь Мэй опустила глаза.
  
  - Мы... не все в Белой башне согласны с тем, что делает наш глава, - сказала она тихо, почти шёпотом.
  
  - Знаю, - Яньлин кивнул. - Я вижу.
  
  - Видите? - Цзинь Хуан нахмурился. - Но вы же...
  
  - Не глазами, - Яньлин улыбнулся. - Я вижу энергию. Потоки. Правду и ложь. Страх и надежду. Ваша энергия... чистая. Светлая. Вы не носите в себе той тяжести, что носят другие в вашей делегации.
  
  Брат и сестра переглянулись.
  
  - Это... полезный дар, - сказал Цзинь Хуан осторожно.
  
  - Иногда, - Яньлин пожал плечами. - Иногда - проклятие. Видеть ложь в каждом слове, страх в каждом взгляде... это утомляет. Но чаще - благословение. Потому что позволяет находить тех, кому можно доверять.
  
  Он повернулся к ним - точно, словно видел их лица.
  
  - Вам, например.
  
  Цзинь Мэй покраснела. Цзинь Хуан отвёл взгляд.
  
  - Мы... - начал он.
  
  - Вам не нужно ничего говорить, - Яньлин покачал головой. - Не сейчас. Просто знайте - если вам когда-нибудь понадобится помощь... или убежище... или просто место, где можно дышать свободно... Чёрная башня открыта.
  
  - Спасибо, - сказала Цзинь Мэй наконец. Её голос дрожал. - Это... много значит.
  
  Они вернулись в зал, обменявшись обещаниями продолжить разговор. Не обязательствами - просто обещаниями. Маленькими семенами, которые могли вырасти во что-то большее.
  
  - Нормальные, - сказал Лоу, когда золотые отошли достаточно далеко. - Эти двое - нормальные. Не испорченные.
  
  - Да, - согласился Яньлин. - Запомни их. Они могут пригодиться. Или мы можем пригодиться им. В любом случае - это связь, которую стоит сохранить.
  
  Они снова бродили по залу - без цели, просто наблюдая. Музыка играла что-то негромкое, гости беседовали, слуги разносили вино и закуски.
  
  Лоу молчал какое-то время, потом хмыкнул.
  
  - Ладно, с политикой разобрались. Давай займёмся чем-то важным.
  
  - Например?
  
  - Определим самую красивую девушку на приёме.
  
  Яньлин остановился.
  
  - Лоу. Я женат.
  
  - И что?
  
  - И Жэньли - самая красивая.
  
  - Ты её даже не видишь!
  
  - Мне не нужно видеть, - Яньлин улыбнулся. - Я знаю. Я чувствую её. Каждый день. Каждую минуту. Её энергия - самая прекрасная вещь в мире.
  
  Лоу закатил глаза.
  
  - Это не считается. Ты предвзят.
  
  - Конечно, предвзят. Она моя жена.
  
  - Именно поэтому твоё мнение не засчитывается, - Лоу скрестил руки на груди. - А я могу составить независимое мнение. Объективное. Беспристрастное.
  
  - И каково твоё независимое беспристрастное мнение?
  
  Лоу огляделся по залу, делая вид, что тщательно оценивает каждую женщину. Водные - красивые, но холодные. Словно статуи изо льда. Смотреть приятно, прикасаться - замёрзнешь. Земные - слишком тяжёлые. Основательные. Надёжные, наверное, но не его вкус. Воздушные - слишком лёгкие, слишком эфемерные. Будто вот-вот растают в воздухе.
  
  Его взгляд остановился на Лисян. Она стояла рядом с Чжоу Шэном, смеялась чему-то, что он сказал. Чёрное платье с серебряными звёздами облегало её фигуру. Огненные пряди в волосах ловили свет свечей, вспыхивая алым и золотым. Её глаза - живые, яркие, полные жизни - сияли. Она была как костёр в ночи. Тёплая. Манящая. Опасная.
  
  - Лисян, - сказал Лоу. - Определённо Лисян.
  
  Яньлин поднял бровь.
  
  - Моя сестра?
  
  - А что? - Лоу пожал плечами, стараясь выглядеть невозмутимо. - Она красивая. Это объективный факт. Ничего личного.
  
  - Ладно, - сказал Яньлин задумчиво. - А как же моя мама?
  
  Он повернулся в направлении, где Мэйлин беседовала с какими-то женщинами. Даже не видя глазами, он знал, как она выглядит. Чувствовал её энергию - золотую, тёплую, мощную. Слышал её смех.
  
  - Твоя мама... - Лоу помолчал, подбирая слова. - Она вне конкурса.
  
  - Это как?
  
  - Она как небожители, - Лоу улыбнулся. - На неё нельзя смотреть как на обычную женщину. Это... неправильно. Кощунственно даже.
  
  Он посмотрел через зал.
  
  Мэйлин стояла среди группы женщин - прямая, в чёрном шёлке с золотым огнём. Её волосы - с седой прядью - были уложены в сложную причёску. Она улыбалась, говорила что-то, и женщины вокруг неё слушали, заворожённые.
  
  - Да, - согласился Яньлин тихо. - Небожительница. Это точно.
  
  Они помолчали.
  
  - Ладно, - Лоу встряхнулся. - Тогда среди смертных - Лисян. Это моё окончательное решение.
  
  - Запомню, - Яньлин усмехнулся. - И обязательно передам сестре.
  
  - Не смей!
  
  - Слишком поздно.
  
  - Яньлин!
  
  Но Яньлин уже шёл к следующей группе гостей, оставив Лоу догонять его и возмущаться.
  
  ***
  
  Мэйлин вела Жэньли через зал - неторопливо, уверенно, словно прогуливаясь. Но каждый её шаг был рассчитан, каждый поворот головы - продуман.
  
  - Первое правило, - говорила она негромко, так, чтобы слышала только Жэньли. Губы её едва шевелились, улыбка не сходила с лица. - Ты не просто невеста наследника. Ты госпожа Чёрной башни. Младшая госпожа, но госпожа. Это не титул - это суть. Ты должна нести это в себе.
  
  Жэньли кивнула, стараясь не дрожать.
  
  - Второе правило, - продолжила Мэйлин. - Улыбайся. Всегда. Даже если хочешь кого-то убить - особенно тогда - улыбайся.
  
  - А если...
  
  - Особенно если, - Мэйлин улыбнулась сама - мягко, тепло, так что никто бы не заподозрил, что она даёт наставления. Просто свекровь ведёт невестку, показывает гостей. - Улыбка - это оружие. Щит. Маска. Научись ею пользоваться, и ты сможешь пережить любой разговор.
  
  Жэньли попыталась улыбнуться. Вышло неуверенно.
  
  - Лучше, - одобрила Мэйлин. - Теперь - плечи назад. Подбородок выше. Ты воздушная заклинательница из башни целителей, невеста наследника Чёрной башни. Ты спасла жизнь члену нашей семьи. Ты имеешь право быть здесь. Больше права, чем половина этих людей.
  
  Жэньли расправила плечи, вспоминая ту ночь - темноту, страх, щупальце чудовища, направленное на Ляньчжи. Как она бросилась вперёд, не думая. Как закрыла его собой.
  
  Она выжила тогда. Выживет и сейчас.
  
  - Третье правило, - Мэйлин взяла её под руку - жест поддержки, но также и контроля. - Слушай больше, чем говоришь. Женщины любят рассказывать о себе - о детях, о мужьях, о хозяйстве. Дай им эту возможность, задавай вопросы, кивай в нужных местах - и они будут считать тебя умной собеседницей.
  
  - А если спросят обо мне?
  
  - Отвечай коротко и переводи разговор на них, - Мэйлин кивнула на группу женщин у фонтана. - Начнём с лёгкого. Жёны советников Земной башни. Они любят говорить о детях и садах. Ничего опасного.
  
  Женщины Земной башни были... основательными. Крепкие, широкоплечие, с руками, привыкшими к работе - не к вышиванию, а к настоящему труду. Их платья - зелёные и коричневые - были богато вышиты, но без излишеств. Практичная красота, как и они сами.
  
  - Госпожа Мэйлин! - старшая из них, женщина лет пятидесяти с добрым лицом и морщинками у глаз, поклонилась. - Какой чудесный приём! Мы так рады были получить приглашение!
  
  - Госпожа Чжан Хуа, - Мэйлин поклонилась в ответ. - Рада видеть вас в добром здравии. Как ваш муж? Его поясница всё ещё беспокоит?
  
  - О, вы помните! - женщина расцвела. - Да, немного беспокоит в дождливые дни. Ваш бальзам очень помогает!
  
  - Я пришлю ещё, - Мэйлин улыбнулась. - Позвольте представить - Жэньли, невеста моего сына.
  
  Женщины уставились на Жэньли с откровенным любопытством - не враждебным, скорее материнским.
  
  - Воздушная? - госпожа Чжан Хуа приподняла бровь. - Необычный выбор для огненного наследника.
  
  - Противоположности притягиваются, - Мэйлин улыбнулась.
  
  - Такая хрупкая, - другая женщина, помоложе, оглядела Жэньли с сомнением. - Такая тоненькая. Как она выдерживает жар Чёрной башни?
  
  Жэньли открыла рот - и вспомнила наставления. Коротко. Перевести на них.
  
  - Привыкаю, - сказала она и улыбнулась, надеясь, что улыбка выглядит естественно. - А ваши дети, госпожа? Я слышала, земные дети очень крепкие. Это правда?
  
  Женщина расцвела.
  
  - О, мой старший... - и она пустилась в подробный рассказ о достоинствах своего сына, его успехах в магии земли, его будущей невесте и планах на свадьбу.
  
  Мэйлин едва заметно кивнула Жэньли. Хорошо.
  
  Через четверть часа они знали всё о детях, внуках, садах и новом сорте тыкв, который вывели в Земной башне - огромные, с магически улучшенным вкусом, хранятся всю зиму.
  
  - Приятно было поговорить, - Мэйлин поклонилась на прощание. - Обязательно пришлите мне семена тех тыкв. Наш огненный климат им не повредит?
  
  - Нет-нет, они очень выносливые! - госпожа Чжан Хуа сияла. - И вы приезжайте к нам! Покажу вам наш сад! У нас такие розы...
  
  Когда они отошли, Жэньли выдохнула.
  
  - Это было... много.
  
  - Это было легко, - Мэйлин усмехнулась. - Земные - добрые, простые люди. Они говорят то, что думают, и думают то, что говорят. С ними не нужно играть в игры.
  
  Она сжала руку Жэньли.
  
  - Теперь - водные. Они сложнее.
  
  Женщины Водной башни стояли отдельной группой - холодные, прекрасные, отстранённые. Их платья струились как вода - синие, бирюзовые, с жемчужной вышивкой. Волосы были уложены в сложные причёски, украшенные морскими раковинами и кораллами. Они смотрели на мир с тем особым высокомерием, которое свойственно тем, кто считает себя выше других.
  
  - Госпожа Лань Сюэ, - Мэйлин поклонилась женщине в центре группы. Высокая, с острым лицом и глазами цвета зимнего моря.
  
  Та ответила - коротко, сдержанно, едва наклонив голову.
  
  - Госпожа Мэйлин. Ваш приём... впечатляет.
  
  В её голосе слышалось что-то - не враждебность, но и не дружелюбие. Оценка. Сравнение. Водные всегда сравнивали.
  
  - Благодарю, - Мэйлин не дрогнула под холодным взглядом. - Позвольте представить...
  
  - Воздушную девочку, которая каким-то образом оказалась невестой огненного наследника, - Лань Сюэ смерила Жэньли взглядом - медленным, оценивающим. - Мы слышали.
  
  Жэньли похолодела. Это было... грубо. Намеренно грубо.
  
  - Госпожа, - она поклонилась глубже, чем требовалось. - Я...
  
  - Она спасла жизнь члену нашей семьи, - спокойно сказала Мэйлин. - Ляньчжи. Вы, возможно, слышали о нём - бывший наследный принц, теперь целитель в Звёздной башне. Жэньли закрыла его собой от смертельного удара. Едва не погибла.
  
  Лань Сюэ моргнула - единственный признак удивления на её ледяном лице.
  
  - Это... не то, что нам рассказывали.
  
  - Люди часто рассказывают не то, что было на самом деле, - Мэйлин улыбнулась. - Но я была там. Я видела. Я исцеляла её раны. И я приняла её в семью с радостью - потому что она доказала свою преданность не словами, а делом.
  
  Повисла пауза. Другие водные женщины переглядывались - молча, но красноречиво.
  
  - Она храбрая, - наконец сказала Лань Сюэ. В её голосе появилось что-то новое - не теплота, но уважение. - Для воздушной.
  
  - Она храбрая для кого угодно, - поправила Мэйлин.
  
  Лань Сюэ посмотрела на Жэньли по-новому - не как на насекомое, а как на человека.
  
  - Расскажите, - сказала она. - Как это было?
  
  Жэньли растерялась.
  
  - Я... не люблю об этом говорить.
  
  - Почему?
  
  - Потому что я не думала о храбрости, - Жэньли подняла глаза, встречая холодный взгляд. - Я просто... не могла позволить ему умереть. Ляньчжи - мой друг. Мой названый брат. Он был беззащитен. Удар летел в него. Я... просто шагнула. Не было времени думать.
  
  Она замолчала, вспоминая - боль, темноту, страх, что не успеет.
  
  Лань Сюэ смотрела на неё долго. Потом - впервые за весь разговор - её губы тронула улыбка. Не тёплая, нет. Но - уважительная.
  
  - Это и есть храбрость, девочка, - сказала она. - Не думать. Просто делать то, что должно. Те, кто планирует героизм - редко совершают его на самом деле.
  
  Она повернулась к Мэйлин.
  
  - Хороший выбор. Для вашего сына.
  
  - Я знаю, - Мэйлин кивнула. - Благодарю.
  
  Женщины Воздушной башни порхали по залу как бабочки. Их белые и серебристые одежды развевались при каждом движении - даже когда они стояли на месте. Они смеялись - легко, звонко - и казались такими... невесомыми. Воздух вокруг них был прохладнее, свежее.
  
  - Жэньли! - одна из них, молодая девушка с серебристыми прядями в волосах, подбежала к ней. Её лицо сияло от радости. - Ты здесь!
  
  - Сяо Фэй? - Жэньли изумлённо моргнула. - Ты... ты из делегации?
  
  - Меня взяли в последний момент! - Сяо Фэй схватила её за руки, не обращая внимания на протокол. - Когда узнали, что ты будешь! Мы так волновались! После того, что случилось... после всего...
  
  Она осеклась, бросив виноватый взгляд на Мэйлин.
  
  - Это госпожа Мэйлин, - Жэньли поспешно представила. - Моя... - она споткнулась на слове "свекровь", - моя семья. Мама Яньлина.
  
  Сяо Фэй поклонилась - быстро, немного неуклюже, совершенно не по протоколу.
  
  - Госпожа! Простите, я не... я так обрадовалась, что...
  
  - Ничего страшного, - Мэйлин улыбнулась, и её улыбка была искренней. - Вы подруги?
  
  - Мы вместе учились, - Жэньли кивнула. - В башне целителей. На одном курсе.
  
  - Жэньли была лучшей! - выпалила Сяо Фэй. - На курсе травоведения! И в диагностике! И в энергетическом целительстве! Глава башни говорил, что у неё талант!
  
  - Сяо Фэй, - Жэньли порозовела.
  
  - Что? Это правда! Все так говорили!
  
  Мэйлин наблюдала за ними с интересом и теплотой.
  
  - Вы скучаете по ней? - спросила она.
  
  - Ужасно! - Сяо Фэй кивнула так энергично, что серебристые пряди взметнулись. - В башне целителей было без неё так скучно! И страшно! Особенно после... - она снова осеклась.
  
  - После чего? - мягко спросила Мэйлин.
  
  Сяо Фэй переглянулась с Жэньли - быстрый взгляд, в котором читалась неуверенность.
  
  - После того, как её похитили, - сказала она тихо. - Мы все так испугались. Никто не знал, что случилось, куда она пропала. А потом узнали, что она едва не умерла, и что её спас... ваш сын... и что они теперь...
  
  Она махнула рукой, не в силах подобрать слова.
  
  - Связаны, - закончила Жэньли. - Навсегда.
  
  - Это так романтично! - глаза Сяо Фэй заблестели. - Он правда провёл ритуал, чтобы спасти тебя? Отдал часть своей души? Прямо как в легендах?
  
  Жэньли кивнула, чувствуя привычное тепло в груди - там, где жила частичка Яньлина.
  
  - Он тебя любит, - уверенно сказала Сяо Фэй. - Так не делают для тех, кого не любят. Я читала об этом ритуале - он опасен, он мог убить его самого.
  
  - Я знаю, - Жэньли улыбнулась. - Я знаю.
  
  - Она приедет к нам в Воздушную башню, - уверенно заявила Сяо Фэй, обращаясь к Мэйлин. - Когда-нибудь. Покажет мужа. Мы все хотим его увидеть. Все девочки с курса.
  
  - Я передам приглашение, - Мэйлин улыбнулась.
  
  Они отошли к окну - передохнуть.
  
  Жэньли прислонилась к холодному камню и закрыла глаза. Ноги гудели от стояния, голова - от разговоров.
  
  - Устала? - спросила Мэйлин.
  
  - Немного, - Жэньли открыла глаза. - Это... сложнее, чем я думала. Все эти правила, улыбки, подтексты...
  
  - Со временем привыкнешь, - Мэйлин встала рядом, глядя в окно на ночной сад. - Я тоже когда-то была девочкой из маленького домика на краю леса. Не знала, как держать веер. Не умела кланяться по протоколу. Не понимала, зачем нужны все эти условности.
  
  Жэньли посмотрела на неё с удивлением.
  
  - Правда?
  
  - Правда, - Мэйлин усмехнулась. - Я была травницей. Бабушка учила меня собирать травы и варить отвары, различать растения и духов леса. А не вести светские беседы и ходить на приёмы.
  
  - Но вы так... уверенно... так естественно...
  
  - Тридцать лет практики, - Мэйлин пожала плечами. - И хороший учитель.
  
  - Глава?
  
  - Нет, - Мэйлин рассмеялась. - Си Ень - худший учитель светских манер из всех возможных. Он предпочитает запугивать, а не очаровывать. Его идея дипломатии - посмотреть на человека так, чтобы тот забыл, как дышать.
  
  Жэньли невольно улыбнулась, вспоминая взгляд главы Чёрной башни.
  
  - Тогда кто?
  
  - Цзин Юй, - Мэйлин посмотрела через зал на серебряную фигуру рядом с мужем. Они стояли у дальней стены, о чём-то беседуя с главой Лунной башни. - Он был первым учеником Белой башни. Знал все правила, все протоколы, все тонкости этикета. И он научил меня... не бояться.
  
  - Не бояться?
  
  - Не бояться быть собой, - Мэйлин повернулась к ней. - Это главный секрет. Ты можешь выучить все правила, все поклоны, все формулы вежливости. Но если ты боишься - если ты чувствуешь себя самозванкой - люди это чувствуют. И используют против тебя.
  
  Она взяла Жэньли за руку.
  
  - Ты - невеста моего сына. Ты спасла жизнь Ляньчжи, рискуя своей. Ты прошла через ад - похищение, ранение, едва не умерла - и выжила. Ты сильнее, чем думаешь. Сильнее, чем любая из этих женщин.
  
  Жэньли сглотнула.
  
  - Я... не чувствую себя сильной.
  
  - Это нормально, - Мэйлин сжала её руку. - Сила - это не отсутствие страха. Это способность действовать, несмотря на страх. Ты делала это раньше. Сделаешь снова.
  
  Она улыбнулась.
  
  - А теперь - золотые. Последнее испытание.
  
  Женщины Белой башни стояли отдельно от всех.
  
  Напряжённые. Настороженные. Готовые к атаке - или к бегству. Их белые и золотые одежды резко контрастировали с общей атмосферой праздника. Они не смеялись, не разговаривали - стояли молча, как солдаты перед битвой.
  
  Когда Мэйлин приблизилась, они сомкнули ряды - инстинктивно, защитно.
  
  - Рада приветствовать вас в Чёрной башне, - Мэйлин поклонилась, её голос был безупречно вежлив.
  
  Старшая из них - женщина с жёстким лицом и холодными глазами - поклонилась в ответ. Её движения были скованными, будто каждый жест стоил ей усилий.
  
  - Госпожа Мэйлин, - её голос был ледяным. - Благодарим за... гостеприимство.
  
  Последнее слово она произнесла так, будто оно было оскорблением. Повисла тишина.
  
  Жэньли почувствовала враждебность - густую, почти осязаемую, как туман. Эти женщины ненавидели их. Ненавидели и боялись.
  
  - Ваше платье прекрасно, - сказала Мэйлин как ни в чём не бывало. - Золотая вышивка - ручная работа?
  
  Женщина моргнула. Явно не ожидала такого.
  
  - Да, - сказала она после паузы. - Мастерицы из южных провинций.
  
  - У нас похожая техника, - Мэйлин указала на золотой огонь на своём платье. - Хотя узоры, конечно, другие. Огненные символы требуют особой нити.
  
  Разговор был... странным. Две женщины обсуждали вышивку, пока вокруг них клубилась ненависть и страх. Обсуждали ткани, красители, мастериц. Обменивались советами по уходу за шёлком.
  
  Жэньли наблюдала и медленно понимала. Это был поединок. Не на мечах - на словах. Не на силе - на выдержке.
  
  Мэйлин показывала, что не боится. Что может стоять рядом с врагами и говорить о пустяках. Что Чёрная башня настолько сильна, что может позволить себе милость. Может позволить себе относиться к золотым как к обычным гостям, а не как к предателям. И золотые это понимали.
  
  Их плечи постепенно расслаблялись. Их голоса становились мягче. Их взгляды - менее враждебными. Не дружелюбными, нет. Но уже не готовыми к немедленной атаке.
  
  - Ваша невестка, - наконец сказала старшая женщина, глядя на Жэньли. - Она воздушная.
  
  - Да.
  
  - Это... необычно. Для огненного наследника.
  
  - Любовь часто необычна, - Мэйлин улыбнулась.
  
  Женщина помолчала, изучая Жэньли взглядом - оценивающим, но уже не враждебным.
  
  - Мой племянник, - сказала она тихо, почти шёпотом. - Цзинь Хуан. Он говорил с вашим сыном сегодня. В саду. Он... - женщина колебалась, подбирая слова. - Он хороший мальчик. Добрый. Честный. Не такой, как... остальные.
  
  Женщина посмотрела на Мэйлин - долго, оценивающе. В её глазах что-то мелькнуло - надежда? Страх? Решимость?
  
  - Времена меняются, - сказала она наконец, ещё тише. - Не все в Белой башне... довольны тем, как идут дела. Не все согласны с... решениями, которые принимаются от нашего имени.
  
  Мэйлин молчала, давая ей договорить.
  
  - Если когда-нибудь... - женщина замолчала, словно испугавшись собственных слов. Потом продолжила, ещё тише: - Если когда-нибудь моему племяннику понадобится... друг. Не в Белой башне. Где-то, где его не будут судить за грехи предков.
  
  Мэйлин кивнула - медленно, понимающе.
  
  - Чёрная башня всегда открыта для достойных людей, - сказала она. - И мой сын умеет ценить настоящую дружбу.
  
  Женщина поклонилась - чуть глубже, чем раньше.
  
  - Благодарю за беседу, госпожа Мэйлин.
  
  - И вам спасибо, госпожа Цзинь Линь.
  
  Когда они отошли, Жэньли выдохнула.
  
  - Это было...
  
  - Неожиданно? - Мэйлин улыбнулась.
  
  - Она только что... попросила защиты? Для своего племянника?
  
  - Не защиты, - Мэйлин покачала головой. - Связи. Дружбы. Пути отхода. На случай, если что-то случится в Белой башне.
  
  - Но они же... враги?
  
  - Они люди, - Мэйлин посмотрела на золотую делегацию. - Не все золотые ненавидят нас. Не все согласны с тем, что делает их глава. Некоторые - как эта женщина - достаточно умны, чтобы видеть, куда дует ветер. И достаточно смелы, чтобы искать другие пути.
  
  Жэньли молчала, переваривая услышанное.
  
  - Политика, - сказала она наконец. - Это всё политика.
  
  - Это жизнь, - поправила Мэйлин. - Политика, любовь, страх, надежда - всё переплетено. Нельзя отделить одно от другого. Сегодня - враги. Завтра - союзники. Послезавтра - снова враги. Или друзья. Всё меняется.
  
  Она взяла Жэньли под руку.
  
  - Пойдём. Скоро первый танец. Нужно вернуться к нашим мужчинам.
  
  Жэньли позволила вести себя через зал.
  
  - Госпожа Мэйлин?
  
  - Да?
  
  - Спасибо, - Жэньли улыбнулась. - За урок. За всё.
  
  Мэйлин сжала её руку.
  
  - Первый из многих, - сказала она. - Добро пожаловать в семью, дочка.
  
  Глава 44. Танцы и пир
  
  Музыка изменилась. Негромкие переборы струн, сопровождавшие разговоры и приветствия, сменились торжественной мелодией - древней, величественной, той, что звучала в Чёрной башне только в особых случаях. Гости расступились, освобождая центр зала.
  
  Си Ень повернулся к Мэйлин и протянул руку.
  
  - Госпожа моя?
  
  Мэйлин вложила свою ладонь в его.
  
  - Господин мой.
  
  Они вышли в центр зала - вдвоём, под взглядами сотен глаз. Чёрный шёлк и золотой огонь. Алые рубины и лунные камни. Глава Чёрной башни и его жена - те, кто правил этим местом уже тридцать лет.
  
  Они встали друг напротив друга. Поклонились - он глубоко, с уважением, которое не было показным; она изящно, с грацией, которая давалась ей теперь легко, как дыхание.
  
  И начали танцевать. Это был старинный танец - медленный, церемонный. Шаги выверены веками традиций. Повороты предписаны древним протоколом. Каждое движение имело значение, каждый жест нёс смысл: вот так муж ведёт жену, вот так она доверяет его руке, вот так они кружатся вместе - единое целое.
  
  Но они танцевали его так, будто это был их личный разговор. Будто в зале больше никого не было. Си Ень вёл - уверенно, властно, так, как делал всё в жизни. Его рука на её талии была твёрдой, но нежной. Его глаза - тёмные, с огненными бликами - не отрывались от её лица. Мэйлин следовала - плавно, грациозно. Её платье струилось вокруг неё как живое пламя. Золотая вышивка вспыхивала при каждом повороте, ловя свет свечей. Они двигались как единое целое. Тридцать лет вместе. Тридцать лет - и каждый знал другого лучше, чем себя.
  
  - Ты прекрасна, - прошептал Си Ень так тихо, что слышала только она.
  
  - Ты уже говорил.
  
  - Скажу ещё тысячу раз. И ещё тысячу после этого.
  
  Мэйлин улыбнулась - той улыбкой, которую видел только он. Не госпожа Чёрной башни. Не верховная целительница. Просто женщина, которая любила и была любима.
  
  Музыка поднималась волнами. Они кружились - медленно, торжественно - и весь зал смотрел на них, затаив дыхание.
  
  Глава Белой башни побледнел ещё сильнее, глядя на эту демонстрацию силы и единства. Глава Водной башни чуть улыбнулась - холодно, но с уважением. Старый Чжан Вэй кивнул с одобрением, его кустистые брови поднялись. Чжан Мингюэ наблюдал с полуприкрытыми глазами, и в них мелькало что-то похожее на ностальгию. Юн Шэнь - древний глава целителей - улыбался, и в его ярких глазах стояли слёзы.
  
  А они - они просто танцевали. Для себя. Друг для друга. Забыв о политике, о врагах, о союзниках, о том, что Си Ень ещё не восстановился полностью, о страхах и тревогах. Просто муж и жена, которые любят друг друга уже тридцать лет. И будут любить ещё столько же и больше.
  
  ***
  
  Когда первый танец закончился, к ним присоединились другие пары.
  
  Лисян и Чжоу Шэн вышли на площадку - и зал снова затих. Они были... ослепительны. Лисян в чёрном платье с серебряными звёздами, которые мерцали при каждом движении. Её огненные пряди горели в свете свечей. Чжоу Шэн в чёрных одеждах хранителя, с тенями, клубящимися у его ног. Его лицо - обычно холодное и отстранённое - смягчилось, когда он смотрел на неё. Огонь и тьма. Свет и тени. Дочь Чёрной башни и хранитель Звёздной.
  
  Они поклонились друг другу - и начали танцевать. Это был другой танец. Не церемонный, а страстный. Не медленный, а стремительный. Музыка изменилась под них - или они изменили её, своей магией, своей связью. Тени Чжоу Шэна обвивались вокруг них, создавая причудливые узоры - то крылья, то спирали, то вихри, которые поглощали свет и тут же отпускали его. Огненные искры срывались с волос Лисян, вспыхивая в темноте маленькими звёздами, рождаясь и угасая в танце теней. Они двигались как... как поединок. Как бой. Как объяснение в любви. Всё это одновременно. Чжоу Шэн вёл её через тени - и она не боялась. Шагала в темноту, зная, что он не даст ей упасть. Лисян вспыхивала огнём - и он не отшатывался. Принимал её пламя, как принимал всё остальное. Они доверяли друг другу полностью, абсолютно. И это доверие было видно в каждом движении.
  
  - Красиво, - прошептала Жэньли, наблюдая за ними широко раскрытыми глазами.
  
  - Опасно, - поправил Яньлин. Его незрячие глаза были направлены на танцующих, но он видел то, чего не видели другие. - Чувствуешь? Их энергии переплетаются. Огонь и тьма - противоположности. Если бы они не контролировали себя...
  
  - Они контролируют.
  
  - Да, - он улыбнулся с гордостью. - Сестра всегда была сильной. А он... он любит её достаточно, чтобы научиться.
  
  Танец закончился - стремительно, как началось, - и зал взорвался аплодисментами.
  
  Лисян раскраснелась, её глаза сияли от возбуждения и счастья. Чжоу Шэн стоял рядом - бесстрастный внешне, как всегда, но его рука не отпускала её ладонь. И тени у его ног больше не клубились угрожающе - они мягко обвивали подол её платья, словно лаская.
  
  Си Ень наблюдал за ними с выражением человека, который не знает - гордиться ему или хвататься за меч.
  
  - Они хороши вместе, - тихо сказала ему Мэйлин.
  
  - Знаю, - он вздохнул. - Это и пугает.
  
  - Пугает?
  
  - Они оба готовы умереть друг за друга, - Си Ень покачал головой. - Я вижу это. Чувствую. И я не знаю, радоваться мне или бояться.
  
  Мэйлин сжала его руку.
  
  - Ты тоже готов умереть за меня, - сказала она тихо. - И я за тебя. Это пугает тебя?
  
  Си Ень посмотрел на неё - долго, внимательно.
  
  - Нет, - сказал он наконец. - Это... успокаивает.
  
  - Вот видишь.
  
  ***
  
  Яньлин отступил в тень колонны - туда, где энергии гостей были приглушённее, где можно было дышать. Жэньли последовала за ним, не задавая вопросов. Их связь пульсировала между ними, и она чувствовала его усталость.
  
  - Ты не хочешь танцевать? - спросила она, когда они устроились в уютном углу.
  
  - Танцы... - Яньлин поморщился. - Это для меня чересчур. Я не вижу партнёра - не так, как другие. Не вижу, куда ступать. Не вижу других пар, которых нужно избегать.
  
  - Шаали могла бы направлять тебя, - предложила Жэньли. - Как она делает обычно.
  
  - Могла бы, - он кивнул. - Но это... неправильно. Танец должен быть между двумя людьми, а не между человеком и его саламандрой. Я бы танцевал не с тобой, а... по подсказке.
  
  Жэньли молчала, понимая.
  
  - Иди, - Яньлин мягко подтолкнул её. - Потанцуй без меня. Ты любишь танцевать, я знаю.
  
  - Откуда?
  
  - Чувствую, - он улыбнулся. - Когда играет музыка, твоя энергия... светлеет. Становится легче. Ты хочешь двигаться. Твоё тело помнит танец.
  
  Жэньли покачала головой.
  
  - Нет.
  
  - Жэньли...
  
  - Я сказала - нет, - она взяла его за руку, сплетая свои пальцы с его. - Я не буду танцевать без тебя.
  
  - Это глупо.
  
  - Это моё решение.
  
  Яньлин вздохнул.
  
  - Ты упрямая.
  
  - Я твоя жена, - Жэньли сжала его руку крепче. - Если ты не танцуешь - я тоже не танцую. Если ты стоишь в тени - я стою рядом. Это то, что значит быть вместе.
  
  - Это...
  
  - Это называется "брак", - она улыбнулась. - Привыкай.
  
  Яньлин рассмеялся - тихо, но искренне.
  
  - Ладно, - он притянул её ближе. - Тогда давай хотя бы устроимся удобно.
  
  Они нашли уютный уголок у окна - с мягкой скамьёй и видом на танцующих. Жэньли села рядом с Яньлином, положив голову ему на плечо. Его рука обняла её за талию.
  
  - Расскажи мне, что видишь, - попросил он.
  
  Жэньли смотрела на зал - на цвета, движения, лица. На то, что он не мог видеть, даже с его особым зрением.
  
  - Твои родители танцуют снова, - начала она. - Госпожа Мэйлин смеётся чему-то, что сказал глава. Он улыбается так... так мягко. Я никогда не видела его таким. Он кажется... счастливым. Просто счастливым.
  
  - Он всегда такой рядом с ней, - Яньлин кивнул. - Всегда был. С тех пор, как я помню.
  
  - Лисян танцует с хранителем Чжоу Шэном. Снова. Он смотрит на неё так, будто она единственная в зале. Будто больше никого нет. Будто весь мир - это только она.
  
  - Это правда, - Яньлин улыбнулся. - Для него - только она. Его энергия... когда она рядом, она меняется. Становится теплее. Живее.
  
  - Водные танцуют... странно. Плавно. Будто плывут по воздуху. Их движения - как волны.
  
  - Их энергия такая же. Текучая. Холодная, но не враждебная.
  
  - Земные почти не танцуют. Стоят у стен и смотрят. Разговаривают между собой.
  
  - Им неловко, - Яньлин улыбнулся. - Земные не любят... лёгкость. Они предпочитают твёрдую почву под ногами. Танец для них - это слишком... воздушно.
  
  Жэньли прижалась к нему теснее.
  
  - Мне хорошо здесь, - сказала она тихо. - С тобой. Даже без танцев.
  
  - Мне тоже, - он поцеловал её в макушку. - Мне тоже.
  
  ***
  
  Лоу стоял у колонны и скучал.
  
  Яньлин ушёл с Жэньли - сидят там, в своём углу, воркуют. Ляньчжи танцует с какой-то девушкой из Звёздной башни. Все вокруг заняты - разговорами, танцами, интригами, политикой.
  
  А он торчит тут в дурацком красном наряде и не знает, куда себя деть.
  
  Шаали материализовалась рядом - бесшумно, как всегда. В своём человеческом облике она выглядела как молодая девушка в алых одеждах, с огненными глазами и точёными чертами лица.
  
  - Скучаешь? - спросила она.
  
  - Нет, - соврал Лоу.
  
  - Врёшь.
  
  - Ладно, да. Скучаю. Это всё... - он махнул рукой на зал, на танцующих, на политиков в их нарядах. - Не моё. Я не заклинатель. Не политик. Не дипломат. Я просто...
  
  - Друг моего господина, - закончила Шаали.
  
  - Да, - он вздохнул. - Просто друг.
  
  Шаали молчала, глядя на танцующих.
  
  - Мой господин отпустил меня, - сказала она. - Сказал, что Жэньли о нём позаботится.
  
  - И?
  
  - И мне тоже скучно, - она пожала плечами. - Я не люблю такие мероприятия. Слишком много чужих энергий. Слишком много ненужных разговоров.
  
  Лоу посмотрел на неё.
  
  Шаали в человеческом облике была... красивой. По-своему. Не той красотой, которую воспевают поэты - мягкой, нежной. Её красота была острой, опасной. Огненные глаза, в которых плясало пламя. Точёные черты лица, словно вырезанные из камня. Алое платье, которое казалось сотканным из самого огня.
  
  Безумная идея пришла ему в голову.
  
  - Хочешь потанцевать? - выпалил он прежде, чем успел себя остановить.
  
  Шаали повернулась к нему. Её брови - идеальные, огненные - поднялись.
  
  - Что?
  
  - Потанцевать, - Лоу почувствовал, как краснеет. Жар поднимался по шее, заливал щёки. - Ну, то есть... если хочешь. Не обязательно. Это глупая идея. Забудь. Я просто...
  
  Он уже собирался отвернуться и уйти - желательно куда-нибудь, где можно провалиться сквозь землю, - когда Шаали сказала:
  
  - Хорошо.
  
  Лоу замер.
  
  - Что?
  
  - Я согласна, - Шаали чуть улыбнулась - краешком губ. - Потанцевать.
  
  - Ты... серьёзно?
  
  - Я никогда не танцевала с человеком, - она пожала плечами. - За все тысячи лет. Интересно попробовать.
  
  Лоу сглотнул. Тысячи лет. Он пригласил на танец существо, которое было старше, чем история его народа.
  
  - Ладно, - он протянул ей руку, стараясь, чтобы она не дрожала. - Тогда... пойдём?
  
  Шаали вложила свою ладонь в его.
  
  Её кожа была горячей - почти обжигающей. Лоу вздрогнул, но не отдёрнул руку. Это было бы невежливо. И... он не хотел отдёргивать.
  
  - Я постараюсь не сжечь тебя, - сказала Шаали.
  
  - Я постараюсь не наступить тебе на ноги.
  
  - Договорились.
  
  Они вышли на площадку.
  
  Это был... странный танец. Лоу вёл - неуклюже, неуверенно, стараясь вспомнить те уроки, которые ему давали в Чёрной башне. Он учился танцевать, потому что Яньлин не мог, и кто-то должен был представлять их на официальных мероприятиях. Но он никогда не любил это занятие.
  
  Шаали следовала - плавно, грациозно. Как пламя, повторяющее движения ветра. Она чувствовала каждое его движение, предугадывала каждый шаг.
  
  - Ты напряжён, - заметила она.
  
  - Я танцую с огненным духом, - прошипел Лоу. - С древним, могущественным огненным духом. Конечно, я напряжён!
  
  - Расслабься. Я не кусаюсь.
  
  - Ты буквально кусалась на прошлой неделе!
  
  - Это было один раз, - Шаали фыркнула. - И ты украл моё пирожное.
  
  - Я думал, оно для всех!
  
  - Оно было моё. Моё личное пирожное. Я его охраняла.
  
  - Ты его положила на общий стол!
  
  - Чтобы показать всем, что у меня есть пирожное.
  
  Лоу открыл рот. Закрыл. Это была самая странная логика, которую он слышал. И это была Шаали. И тут он понял, что она смеётся. Шаали. Смеётся. Её губы дрожали от сдерживаемого смеха, огненные глаза искрились.
  
  - Что? - он уставился на неё.
  
  - Ничего, - она качнула головой. - Просто... давно не было так весело. Ты забавный, Лоу. Даже если ты украл моё пирожное.
  
  Лоу не знал, что на это ответить.
  
  Они продолжали танцевать - молча, неловко, но... как-то правильно. Её жар больше не обжигал - или он привык. Её шаги совпадали с его, несмотря на всю его неуклюжесть.
  
  В углу у окна Яньлин повернул голову в их направлении.
  
  - Что? - спросила Жэньли.
  
  - Лоу и Шаали, - он улыбнулся. - Они танцуют.
  
  - Серьёзно?
  
  - Их энергии... - Яньлин задумался, подбирая слова. - Странно переплетаются. Его - человеческая, тёплая, живая. Её - огненная, древняя, вечная. Но они... совпадают. Как-то. Как будто созданы быть рядом.
  
  Жэньли нашла их глазами. Лоу - красный от смущения, сосредоточенный, но улыбающийся. Шаали - невозмутимая внешне, но с тенью улыбки на губах.
  
  - Они милые, - сказала Жэньли.
  
  - Не говори им этого.
  
  - Почему?
  
  - Лоу умрёт от смущения, - Яньлин усмехнулся. - А Шаали притворится, что не понимает, о чём речь. И потом сожжёт что-нибудь.
  
  Жэньли рассмеялась и снова положила голову ему на плечо.
  
  Музыка играла. Пары кружились. И где-то в центре зала Лоу пытался не наступить на ноги древнему огненному духу, который - впервые за тысячи лет - танцевал с человеком.
  
  ***
  
  Цзин Юй нашёл Си Еня у дальнего окна - тот наблюдал за танцующими с видом полководца, обозревающего поле битвы. Даже на празднике он оставался главой, стратегом, человеком, который просчитывал каждый шаг.
  
  - Что у нас дальше? - спросил Цзин Юй, встав рядом.
  
  Си Ень повернулся к нему.
  
  - На сегодня остался только пир, - он улыбнулся. - Не могу же я оставить толпу заклинателей голодными. Голодные заклинатели - опасные заклинатели.
  
  - А завтра?
  
  - Завтра старшие поговорят о делах, - Си Ень загнул палец. - Торговые соглашения, границы влияния, распределение ресурсов. Скучно, но необходимо.
  
  - А младшие?
  
  - А младшие развлекутся поединками.
  
  Цзин Юй замер.
  
  - Поединками?
  
  - Дружескими, разумеется, - Си Ень махнул рукой. - Молодые заклинатели разных источников. Возможность показать себя. Завести знакомства. Выпустить пар.
  
  - Поединки молодых заклинателей разных источников, - медленно повторил Цзин Юй. - Огненные против водных. Золотые против тёмных. Земные против воздушных. Что может пойти не так?
  
  - Юй...
  
  - Тебе надоела целая башня, Си Ень? - Цзин Юй скрестил руки на груди. - Это же рецепт катастрофы.
  
  - Не драматизируй, - Си Ень отмахнулся. - Всё будет по правилам. Не в башне, а на открытой арене, со зрителями. Целители наготове. Судьи из разных башен. Никакой смертельной магии. Первая кровь или признание поражения - конец поединка. Заодно Яньлин сможет посмотреть, чего стоят молодые заклинатели разных башен. Те двое из золотых, с которыми он разговаривал - Цзинь Хуан и Цзинь Мэй. Интересно увидеть их в бою.
  
  Цзин Юй поднял бровь.
  
  - Яньлин будет участвовать?
  
  - Конечно.
  
  - Мне кажется, это несколько... нечестно для остальных.
  
  - Не преувеличивай, - Си Ень усмехнулся. - Там будет много молодых дарований. Все источники привели лучших. Земные - свою непробиваемую защиту. Водные - своих мастеров потоков. Воздушные - своих танцоров ветра. Тёмные - тех, кто умеет работать с тенями.
  
  Он улыбнулся - хищно, предвкушающе.
  
  - И я хочу посмотреть, как Яньлин будет останавливать Шаали.
  
  - Останавливать?
  
  - Она захочет вмешаться, - Си Ень пожал плечами. - Она всегда хочет вмешаться, когда ему грозит хоть малейшая опасность. А он должен научиться справляться сам.
  
  Цзин Юй покачал головой.
  
  - Ты же будешь обсуждать дела. Или собираешься смотреть поединки?
  
  - Посмотрю несколько, - Си Ень кивнул. - Особенно если Яньлин будет сражаться. Об остальных мне подготовят подробный отчёт.
  
  Он повернулся к залу, где танцы подходили к концу.
  
  - Пора. Пойдём приглашать гостей на пир.
  
  ***
  
  Двери в пиршественный зал распахнулись - и гости замерли на пороге.
  
  Зал был огромен.
  
  Потолок терялся в полумраке, поддерживаемый колоннами из чёрного мрамора с золотыми прожилками. Вдоль стен горели факелы - не обычным огнём, а магическим пламенем, которое меняло цвет от золотого к алому и обратно, создавая ощущение живого, дышащего пространства.
  
  В центре зала стоял главный стол - длинный, из тёмного дерева, покрытый чёрной скатертью с золотой вышивкой. За ним должны были сидеть главы башен и их ближайшие советники.
  
  Вокруг располагались столы поменьше - для делегаций каждой башни. Они были расставлены так, чтобы все видели главный стол, но при этом имели достаточно пространства для приватных разговоров.
  
  Посуда была из чёрного фарфора с золотым ободком - тонкая, изящная работа мастеров Чёрной башни. Кубки - из тёмного стекла, которое мерцало в свете факелов как жидкий огонь. Приборы - из серебра, с рукоятками в форме огненных саламандр.
  
  На столах уже стояли закуски - изящные, искусно выложенные. Маринованные овощи в форме цветов. Тонко нарезанное мясо, свёрнутое розочками. Креветки в золотистом соусе. Фрукты, вырезанные в форме драконов и фениксов.
  
  В углу зала музыканты играли что-то негромкое - не для танцев, а для фона. Мелодия была древней, торжественной, той, что звучала на пирах Чёрной башни сотни лет.
  
  Слуги в чёрных одеждах с алой отделкой стояли вдоль стен, готовые по первому знаку.
  
  - Впечатляет, - тихо сказал Цзин Юй, оглядывая зал.
  
  - Мэйлин постаралась, - Си Ень улыбнулся с гордостью. - За две недели. С нуля.
  
  - Ты ей должен.
  
  - Я ей должен много больше, чем за один пир.
  
  ***
  
  Си Ень занял место во главе стола.
  
  Мэйлин села по правую руку от него - там, где полагалось быть жене главы. Цзин Юй - по левую, как старейший советник и ближайший друг.
  
  Дальше - главы башен, в порядке старшинства.
  
  Чжан Вэй от земных - старейший из всех, гора в человеческом обличье, чьи кустистые брови двигались как живые существа.
  
  Хэ Ли от тёмных - с живыми глазами и острым умом, который скрывался за маской добродушного старика.
  
  Юн Шэнь от целителей - древний, как сама магия, чьё лицо было изрезано морщинами, как древняя кора, но глаза оставались яркими и живыми.
  
  Лань Юэ от водных - холодная и прекрасная, как зимнее море.
  
  Фэн Ли от воздушных - лёгкая, почти невесомая, с глазами цвета пасмурного неба.
  
  Чжан Мингюэ от лунных - старик лет семидесяти, с длинной седой бородой и полуприкрытыми глазами, который всё это время держался в тени, наблюдая больше, чем говоря.
  
  И в конце - Цзэн Вэй от золотых. Он сидел с видом человека, которого посадили на раскалённые угли и попросили улыбаться. Его место - последнее - было унижением, которое он не мог не заметить.
  
  За столами делегаций рассаживались остальные.
  
  Яньлин, Жэньли, Лоу и Шаали заняли места за столом огненных - рядом со старшими заклинателями башни.
  
  Лисян, Чжоу Шэн и Ляньчжи сидели с тёмными - Лисян между хранителем и названым братом, как связующее звено между мирами.
  
  Цзинь Хуан и Цзинь Мэй - за столом золотых, чуть в стороне от основной группы.
  
  ***
  
  Слуги внесли первую перемену.
  
  Суп из морских гребешков в бульоне из костей дракона - старинный рецепт, который готовили только для особых случаев. Бульон был прозрачным, золотистым, с тонким ароматом трав и чем-то ещё - чем-то древним и могущественным.
  
  - Кости дракона? - Лань Юэ приподняла бровь. - Настоящие?
  
  - Из наших запасов, - Си Ень кивнул. - Хранились триста лет. Я решил, что закрытие разлома - достойный повод.
  
  Лань Юэ отпила глоток - и её глаза чуть расширились от удивления. Она явно не ожидала такого вкуса.
  
  - Превосходно.
  
  - Благодарю.
  
  За столом огненных Лоу уставился на свою тарелку с подозрением.
  
  - Кости дракона, - прошептал он Яньлину. - Это вообще... нормально?
  
  - В Чёрной башне - да, - Яньлин улыбнулся. - Драконы были союзниками огненных. Когда они умирали естественной смертью, их кости передавались башне. Это честь, которую они нам оказывали. Не добыча.
  
  - А... - Лоу осторожно попробовал суп. И замер. - О. Ого.
  
  - Хорошо?
  
  - Это... - Лоу не мог подобрать слов. - Я никогда не ел ничего подобного. Как будто... как будто сила течёт по венам.
  
  Шаали фыркнула.
  
  - Конечно, не ел. Ты вырос в лесу.
  
  - Эй!
  
  - Это не оскорбление, - она пожала плечами. - Просто факт. В лесу не подают суп из драконьих костей.
  
  После супа подали рыбу. Карп, запечённый целиком в листьях лотоса. Мясо было нежным, сочным, с ароматом речных трав. Соус - сладковатый, с ноткой имбиря. Рыба была украшена так, что казалась живой - чешуя блестела, глаза смотрели.
  
  - Это для водных, - негромко объяснила Мэйлин Жэньли, которая сидела недалеко. - Карп - символ удачи в их культуре. Подать его целиком - знак уважения.
  
  Лань Юэ действительно выглядела довольной. Её холодное лицо чуть смягчилось.
  
  - Вы знаете наши традиции, госпожа Мэйлин.
  
  - Стараюсь, - Мэйлин улыбнулась.
  
  Следом за рыбой принесли утку - с хрустящей золотистой корочкой, тонко нарезанную так, что каждый кусочек был произведением искусства. К ней подавались тонкие блинчики, соус хойсин, зелёный лук и огурцы.
  
  Чжан Вэй одобрительно крякнул, отведав блюдо.
  
  - Настоящая, - сказал он. - Не та подделка, которую готовят в столице. Настоящая пекинская утка.
  
  - Наш повар родом из северных провинций, - Си Ень кивнул. - Он учился у мастеров много лет.
  
  - Хороший повар, - Чжан Вэй взял ещё кусок. - Очень хороший. Его бы в Земную башню.
  
  - Он предпочитает огонь, - Си Ень усмехнулся.
  
  Мясо подавали в нескольких вариациях.
  
  Говядина, тушённая в вине с пятью специями - нежная, тающая во рту. Свинина в кисло-сладком соусе - сочная, с хрустящей корочкой. Баранина с тмином и острым перцем - для тех, кто любит погорячее.
  
  - Это для огненных, - снова объяснила Мэйлин. - Мы любим мясо. Много мяса. Острого мяса.
  
  Жэньли смотрела на блюда с лёгким ужасом.
  
  - Я... не уверена, что смогу всё это съесть.
  
  - Не обязательно есть всё, - Мэйлин улыбнулась. - Попробуй понемногу. И ешь то, что нравится.
  
  - А что едят воздушные?
  
  - Скоро узнаешь.
  
  Действительно, следующим блюдом были облачные пельмени - невесомые, полупрозрачные, с начинкой из креветок и бамбука. Они буквально таяли во рту, оставляя нежное послевкусие.
  
  Жэньли попробовала - и её глаза загорелись.
  
  - Как дома, - прошептала она.
  
  Яньлин сжал её руку под столом.
  
  Часть девятая. Разговоры за столом
  
  Пока гости ели, за главным столом шли разговоры. Политика никогда не спит, даже на пирах.
  
  - Слышал, ваш сын нашёл общий язык с молодыми золотыми, - сказал Хэ Ли, глядя на Си Еня. - Цзинь Хуан и Цзинь Мэй. Я знал их деда. Хороший был человек. Честный.
  
  Цзэн Вэй дёрнулся.
  
  - Это было давно, - сказал он напряжённо. - Ещё до моего времени.
  
  - Конечно, - Хэ Ли улыбнулся мягко, но в его глазах блеснуло что-то острое. - Давно. Но кровь - не вода. И внуки иногда наследуют лучшие качества предков.
  
  Повисла неловкая тишина. Все поняли подтекст: лучшие качества, которые, возможно, не унаследовал нынешний глава.
  
  - Прекрасная утка, - вмешалась Фэн Ли, меняя тему. - Действительно прекрасная.
  
  - Благодарю, - Мэйлин кивнула, благодарная за смену направления разговора.
  
  - Завтрашние поединки, - Чжан Мингюэ впервые за весь вечер подал голос. Его тихий голос каким-то образом перекрыл все остальные. - Кто будет участвовать от огненных?
  
  - Мой сын, - Си Ень кивнул. - Яньлин. И несколько молодых заклинателей из башни.
  
  - Слепой заклинатель против зрячих, - Чжан Мингюэ чуть приоткрыл глаза. - Интересно.
  
  - Он видит больше, чем большинство зрячих, - Си Ень пожал плечами.
  
  - Знаю, - старик кивнул. - Именно поэтому - интересно.
  
  Юн Шэнь, который всё это время молчал, наслаждаясь едой, поднял голову.
  
  - Целители будут наготове? - спросил он.
  
  - Разумеется, - Мэйлин кивнула. - Я лично буду наблюдать. И Жэньли. И несколько старших целителей.
  
  - Хорошо, - старик кивнул. - Молодые заклинатели иногда... увлекаются.
  
  - Именно поэтому - правила, - Си Ень поднял кубок. - Первая кровь или признание поражения. Никакой смертельной магии. Судьи из разных башен.
  
  - И всё равно кто-нибудь сломает себе что-нибудь, - Юн Шэнь вздохнул с видом человека, который видел это тысячу раз. - Молодость. Горячая кровь. Желание доказать, что ты лучший.
  
  - Именно для этого и нужны целители, - Мэйлин улыбнулась.
  
  ***
  
  Последней переменой был десерт.
  
  Лунные пирожные с пастой из красных бобов - круглые, золотистые, с тиснёными узорами. Засахаренные фрукты - персики, сливы, груши, покрытые сверкающей глазурью. Желе из османтуса - прозрачное, благоухающее, тающее на языке. Рисовые шарики в сладком супе - мягкие, нежные.
  
  И главное блюдо - торт в форме Чёрной башни.
  
  Он был огромным - почти в локоть высотой. Чёрная глазурь, блестящая как обсидиан. Золотые украшения - окна, двери, руны. Маленькие огоньки из магического пламени на вершине, которые горели, не обжигая.
  
  - Это... впечатляет, - сказал Чжан Мингюэ, впервые за весь вечер проявив что-то похожее на удивление.
  
  - Наши кондитеры старались, - Мэйлин улыбнулась.
  
  Торт разрезали и раздали гостям. Внутри он оказался многослойным - шоколад, карамель, ягоды, крем. Каждый слой - другой вкус, другая текстура.
  
  Лоу съел три куска.
  
  - Что? - сказал он, поймав взгляд Шаали. - Я расту.
  
  - Ты растёшь в ширину, - она фыркнула.
  
  - Это мышцы!
  
  - Это пирожные.
  
  - Шаали!
  
  - Лоу.
  
  Яньлин тихо смеялся, слушая их перепалку. Жэньли прижималась к его плечу, и её тепло было лучше любого десерта.
  
  ***
  
  Когда десерт был съеден, Си Ень поднялся.
  
  Зал затих. Все взгляды обратились к нему - к человеку, который закрыл разлом в одиночку и выжил. К главе, который стоял здесь - великолепный, грозный - хотя должен был лежать в могиле.
  
  - Друзья, - его голос разнёсся по залу, сильный и уверенный. - Благодарю вас за то, что приняли наше приглашение. За то, что разделили с нами этот вечер.
  
  Он поднял кубок - тёмное стекло мерцало в свете факелов.
  
  - Мы прошли через многое. Все мы. Разлом. Нечисть. Потери. Но мы выстояли. Вместе.
  
  Его взгляд скользнул по лицам гостей - водных в их синих одеждах, земных в зелёном и коричневом, воздушных в белом и серебре, тёмных в чёрном со звёздами, лунных в серебре и жемчуге, целителей в зелёном и золотом. И золотых - в белом с золотой вышивкой, напряжённых, испуганных.
  
  - Пусть этот пир станет символом нового начала, - продолжил Си Ень. - Новых союзов. Новой надежды. Новой эры, в которой мы будем работать вместе - ради баланса, ради мира, ради будущего.
  
  Он улыбнулся.
  
  - За семь башен. За баланс. За будущее наших детей.
  
  - За будущее! - эхом отозвался зал.
  
  Все выпили.
  
  Си Ень сел и повернулся к Мэйлин.
  
  - Ты превзошла себя, - сказал он тихо, так, чтобы слышала только она.
  
  - Ты мне должен, - она улыбнулась.
  
  - Я знаю.
  
  Он взял её руку и поднёс к губам.
  
  - И я заплачу. С процентами.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  А за столами гости продолжали есть, пить и разговаривать - и впервые за долгое время в Чёрной башне царил мир.
  
  ***
  
  За праздничным столом Яньлин опустил голову на руки.
  
  Жэньли заметила первой. Она всегда замечала первой - их связь пульсировала между ними, передавая малейшие оттенки чувств.
  
  - Яньлин, - она наклонилась к нему, понизив голос до шёпота. - Что случилось?
  
  - Мне кажется, достаточно сегодняшнего праздника, - он не поднял головы. Его голос был усталым. - Я пересмотрелся на разнообразные энергии, и теперь у меня кружится голова.
  
  Жэньли поняла сразу. Сотни заклинателей. Семь разных источников. Водовороты энергий, переплетающиеся, сталкивающиеся, расходящиеся. Для того, кто видел мир как потоки силы - это было как смотреть на солнце слишком долго.
  
  Она обняла его - мягко, осторожно - и подняла вокруг них барьер. Воздушная магия была лёгкой, почти незаметной. Тонкая плёнка, отсекающая чужие энергии. Создающая маленький островок тишины посреди бушующего моря.
  
  - Так лучше? - прошептала она.
  
  Яньлин выдохнул. Его плечи расслабились.
  
  - Да, - он поднял голову. - Намного.
  
  - Пойдём домой.
  
  - Да, - он улыбнулся. - Пойдём домой.
  
  Лоу и Шаали уже стояли рядом - незаметно, как тени. Они всегда были рядом, когда нужно.
  
  Вчетвером они тихо покинули зал. Никто не заметил - или сделал вид, что не заметил. В Чёрной башне умели быть тактичными.
  
  ***
  
  Покои Яньлина и Жэньли встретили их теплом и тишиной.
  
  Огонь в камине горел ровно - Шаали позаботилась заранее. Свечи отбрасывали мягкие тени на стены. Синий полог с серебряными звёздами - подарок Шаали для Жэньли - мерцал в полумраке.
  
  Яньлин опустился на кушетку у окна.
  
  - Как же здесь хорошо, - сказал он, закрывая глаза.
  
  Здесь не было чужих энергий. Только знакомые, родные - Жэньли, Шаали, Лоу. Башня, пульсирующая глубоко внизу. Источник, поющий свою вечную песню.
  
  Жэньли села рядом, взяла его руку.
  
  - Как ты?
  
  - Всё уже прошло, - он улыбнулся, не открывая глаз. - Просто... устал. Слишком много всего.
  
  - Тогда я пойду сообщу твоим родителям, куда ты исчез, - сказал Лоу, направляясь к двери. - А то ещё поднимут тревогу.
  
  Он исчез за дверью прежде, чем кто-то успел возразить.
  
  Шаали устроилась у камина в облике маленькой ящерки - её любимая форма для отдыха. Огонь ласково лизал её чешую.
  
  Жэньли провела пальцами по волосам Яньлина.
  
  - Ты завтра участвуешь в поединках?
  
  - Разумеется, - он улыбнулся, всё ещё не открывая глаз.
  
  - Ты уверен? После сегодняшнего...
  
  - Это другое, - он накрыл её руку своей. - Поединок - это один противник. Одна энергия. Это просто. Это... отдых, по сравнению с сегодняшним вечером.
  
  Жэньли помолчала.
  
  - Будешь смотреть? - спросил он.
  
  - Буду наблюдать как целительница, - она улыбнулась. - Мама попросила меня помогать. Ну и конечно смотреть.
  
  Она сжала его руку крепче.
  
  - Ты же будешь осторожен?
  
  Яньлин повернул к ней лицо. Его незрячие глаза смотрели куда-то сквозь неё, но она знала, что он видит её - по-своему.
  
  - Это всего лишь дружеские поединки, - сказал он. - Что может случиться?
  
  - Дружеские поединки - они между друзьями, - Жэньли нахмурилась. - А ты будешь сражаться не с друзьями.
  
  - Не с врагами же.
  
  - С незнакомцами. Которые захотят доказать, что они лучше наследника Чёрной башни. Которые захотят унизить тебя - или впечатлить своих глав.
  
  Яньлин пожал плечами.
  
  - Пусть пытаются.
  
  - Яньлин!
  
  - Ты видела меня в настоящем бою, - он улыбнулся. - Кто может навредить мне на тренировочной арене?
  
  Жэньли отпустила его руку и скрестила руки на груди.
  
  - Яньлин, ты невозможен, - она покачала головой. - Ты прямо как твой отец.
  
  - Поддерживаю, - раздался голос Шаали от камина. - Невозможен.
  
  - И ты туда же, - Яньлин повернулся к саламандре.
  
  - Я всегда туда же, когда ты говоришь глупости, - Шаали приняла человеческий облик, огненные глаза сверкали в полумраке. - "Кто может навредить мне?" Много кто, мой господин. Особенно если ты будешь недооценивать противников.
  
  - Я не недооцениваю...
  
  - Недооцениваешь, - перебила Шаали. - Ты всегда недооцениваешь. Потому что ты сильный. А сильные часто забывают, что слабые могут быть хитрыми. Могут быть отчаянными. Могут быть готовыми на всё.
  
  Яньлин замолчал.
  
  - И Шаали, - сказал он после паузы. - Ты же не будешь вмешиваться?
  
  Шаали фыркнула.
  
  - Если тебе не будет ничего угрожать.
  
  - Шаали...
  
  - Я не обещаю, - она скрестила руки на груди, копируя позу Жэньли. - Ты мой господин. Моя обязанность - защищать тебя. Всегда. Везде.
  
  - Шаали, я не хочу приказывать, - Яньлин сел прямо, его голос стал серьёзным. - Но очень тебя прошу. Не вмешивайся. Как это будет выглядеть? Наследник Чёрной башни, которого защищает саламандра в дружеском поединке? Они скажут, что я слабак. Что без тебя я ничего не стою.
  
  - Это будет выглядеть как разумная предосторожность.
  
  - Это будет выглядеть как слабость, - поправил Яньлин. - И ты это знаешь. Ты знаешь, как работает политика. Как работает репутация.
  
  Шаали молчала.
  
  - Я справлюсь сам, - он протянул к ней руку. - Доверься мне. Пожалуйста.
  
  Шаали подошла и взяла его руку.
  
  - Тогда не подвергай себя опасности, мой господин, - сказала она тихо. - Потому что если ты заставишь меня выбирать между твоим приказом и твоей жизнью... я выберу жизнь. Всегда. Без колебаний.
  
  Яньлин сжал её пальцы.
  
  - Я знаю.
  
  Жэньли наблюдала за ними - за этими двумя, связанными узами глубже, чем кровь. Саламандра и её заклинатель. Защитница и тот, кого она защищает. Тысячелетний дух и мальчик, который стал её смыслом.
  
  - Я тоже буду рядом, - сказала Жэньли. - И если что-то пойдёт не так...
  
  - Ничего не пойдёт не так, - Яньлин улыбнулся. - Вы обе слишком волнуетесь.
  
  - Мы обе тебя любим, - ответила Жэньли. - Поэтому и волнуемся.
  
  Яньлин притянул её к себе.
  
  - Я знаю, - прошептал он. - И я люблю вас. Обеих. Больше всего на свете.
  
  Шаали фыркнула - но не отпустила его руку.
  
  И они сидели так - втроём - пока огонь догорал в камине и ночь опускалась на Чёрную башню.
  
  Глава 45. Поединки
  
  Арена для поединков располагалась за пределами башни - на широкой площадке, окружённой каменными трибунами.
  
  Утро выдалось ясным, солнечным. Лёгкий ветерок трепал знамёна семи башен, развешанные по периметру. Зрители занимали места - старшие заклинатели, молодёжь, слуги. Атмосфера была праздничной, возбуждённой.
  
  Яньлин стоял у края арены, ожидая своей очереди.
  
  Он сменил торжественные одежды на простые тренировочные - чёрные, с алой отделкой, удобные для боя. Волосы были собраны в высокий хвост. Шаали в облике ящерки сидела на его плече.
  
  - Нервничаешь? - спросил Лоу, стоящий рядом.
  
  - Нет, - Яньлин улыбнулся. - Предвкушаю.
  
  Первые поединки уже начались.
  
  Земной против воздушного - медленный, тягучий бой, где непробиваемая защита встречалась с неуловимой скоростью. Закончился ничьей - оба выдохлись раньше, чем смогли пробить оборону противника.
  
  Водная против тёмной - красивый, почти танцевальный поединок. Потоки воды сплетались с тенями в причудливые узоры. Победила водная - на полшага быстрее.
  
  Золотой против лунного - яркие вспышки света, серебряные молнии. Лунный победил - его щиты оказались крепче.
  
  - Смотри, - Лоу толкнул Яньлина локтем. - Тот золотой, Цзинь Хуан. Он следующий.
  
  Яньлин повернул голову, хотя не мог видеть.
  
  - Его энергия... спокойная. Уверенная. Он хорош.
  
  Цзинь Хуан вышел на арену против воздушного. Бой был коротким - золотой двигался быстро, точно, без лишних движений. Три удара - и воздушный признал поражение.
  
  - Очень хорош, - поправил себя Яньлин.
  
  ***
  
  - Яньлин из Чёрной башни! - объявил распорядитель.
  
  Яньлин шагнул на арену.
  
  И трибуны затихли.
  
  Он шёл уверенно - несмотря на слепоту, несмотря на незнакомую территорию. Шаали направляла его через связь, но со стороны казалось, что он видит каждый камень, каждую трещину.
  
  Чёрные одежды развевались на ветру. Огненные пряди в волосах вспыхивали на солнце. Его лицо было спокойным, почти безмятежным.
  
  - Красивый, - прошептала какая-то девушка на трибунах.
  
  - Это сын главы, - ответила её подруга. - Тот самый. Слепой.
  
  - Слепой? Но он...
  
  - Говорят, он видит энергию. И создал новый источник. И чуть не умер. Дважды.
  
  Шёпот пробежал по трибунам как волна.
  
  Яньлин остановился в центре арены и поклонился зрителям.
  
  - Против него - Лю Цин из Земной башни! - объявил распорядитель.
  
  Земной вышел на арену - крепкий, широкоплечий, с уверенной походкой.
  
  Они встали друг напротив друга. Поклонились.
  
  - Начинайте!
  
  Бой был коротким.
  
  Земной атаковал первым - каменные шипы вырвались из-под земли, целясь в Яньлина.
  
  Яньлин ушёл в сторону - плавно, легко. Взмахнул рукой - и огненный хлыст обвился вокруг шипов, превращая их в расплавленную лаву.
  
  Земной отступил, поднимая щит. Каменная стена выросла перед ним - толстая, прочная.
  
  Яньлин улыбнулся.
  
  Один удар - концентрированное пламя, раскалённое добела. Стена треснула. Второй удар - и она рассыпалась.
  
  Земной оказался на земле, с огненным клинком у горла.
  
  - Сдаюсь, - выдохнул он.
  
  Трибуны взорвались аплодисментами.
  
  - Яньлин из Чёрной башни - победа!
  
  Он поклонился противнику, помог ему встать.
  
  - Хороший бой, - сказал земной. - Ты быстрый.
  
  - Ты крепкий, - Яньлин улыбнулся. - В следующий раз будет сложнее.
  
  Они пожали друг другу руки - и земной ушёл, качая головой, но без обиды.
  
  Следующие поединки прошли так же быстро.
  
  Воздушный - три минуты. Яньлин просто не дал ему взлететь, окружив кольцом огня.
  
  Тёмный - пять минут. Тени пытались обвить Яньлина, но он сжигал их быстрее, чем они успевали сформироваться.
  
  Золотой - две минуты. Яньлин прошёл сквозь его световые щиты, как нож сквозь масло.
  
  - Он невероятен, - прошептал кто-то на трибунах.
  
  - Это нечестно, - буркнул другой. - Он же сын главы. Его учили лучшие.
  
  - Его учил сам глава, - поправил третий.
  
  ***
  
  - Яньлин из Чёрной башни против Хэ Юня из Водной башни!
  
  Яньлин вышел на арену в четвёртый раз.
  
  Его противник был молодым - примерно его возраста - с холодными голубыми глазами и спокойным лицом. Он двигался плавно, как вода.
  
  - Слышал о тебе, - сказал Хэ Юнь. - Говорят, ты непобедим.
  
  - Говорят много чего, - Яньлин улыбнулся. - Посмотрим, что правда.
  
  Они поклонились друг другу.
  
  - Начинайте!
  
  Хэ Юнь атаковал первым.
  
  Водяной хлыст - быстрый, гибкий - метнулся к Яньлину. Тот уклонился, ответил огненным ударом. Вода встретила огонь - и погасила его.
  
  Яньлин нахмурился. Он знал это. Знал, что вода гасит огонь. Но в пылу боя, после трёх лёгких побед... забыл.
  
  Хэ Юнь не дал ему времени на размышления. Водяные копья летели одно за другим - быстро, точно. Яньлин уклонялся, ставил щиты... Щиты, которые вода гасила. Он поднял огненную стену - Хэ Юнь просто прошёл сквозь неё, окутанный водяным коконом.
  
  Яньлин отступил, пытаясь перестроить тактику. Ему нужно было что-то другое. Не просто огонь - концентрированный жар. Испарить воду раньше, чем она достигнет цели.
  
  Но Хэ Юнь был быстрее. Водяной клинок прошёл сквозь ослабленный щит - и рассёк Яньлину предплечье. Кровь брызнула на камни арены. Хэ Юнь замер.
  
  - Он поднял руки, останавливая атаку. - Я... прости. Я не хотел...
  
  Яньлин посмотрел на свою руку. Рана была неглубокой, но кровоточила обильно.
  
  - Не за что извиняться, - сказал он спокойно. - Я сам виноват. Недооценил. Забыл базовые принципы.
  
  Он поклонился.
  
  - Признаю поражение.
  
  Трибуны загудели. Непобедимый сын главы - проиграл?
  
  Хэ Юнь подошёл к нему.
  
  - Ты уверен? Мы можем продолжить, когда тебя подлечат...
  
  - Нет, - Яньлин покачал головой. - Правила есть правила. Первая кровь - поражение.
  
  Он протянул здоровую руку.
  
  - Хороший бой. Ты меня удивил.
  
  Хэ Юнь пожал её.
  
  - Ты тоже, - он помолчал. - Ещё один поединок? Потом? Когда заживёт?
  
  Яньлин улыбнулся.
  
  - Договорились.
  
  ***
  
  Яньлин сошёл с арены, зажимая рану рукой. Шаали шла рядом - в человеческом облике, с непроницаемым лицом.
  
  - Спасибо, - сказал он тихо.
  
  - За что?
  
  - Что не вмешалась.
  
  Шаали фыркнула.
  
  - Решила, что тебе будет полезно.
  
  - Полезно проиграть?
  
  - Полезно вспомнить, что ты не бессмертен, - она посмотрела на него. - И что даже сын главы может ошибаться.
  
  Яньлин рассмеялся.
  
  - Жёстко.
  
  - Справедливо.
  
  Жэньли налетела на него как вихрь.
  
  - Что это было?! - она схватила его за раненую руку. - Ты же говорил, что будешь осторожен!
  
  - Я был осторожен...
  
  - Осторожен?! - её голос поднялся на октаву. - У тебя рука в крови!
  
  - Это царапина...
  
  - Это не царапина! - Жэньли потащила его в сторону целительского шатра. - Пойдём, я тебя залечу.
  
  - Жэньли, оно уже само заживает...
  
  - Само?!
  
  - Огненные быстро исцеляются, - Яньлин попытался освободить руку. - Правда, посмотри.
  
  Жэньли остановилась и посмотрела. Рана действительно затягивалась - медленно, но заметно. Кровь уже перестала течь.
  
  - Это... - она моргнула.
  
  - Я же говорил, - Яньлин улыбнулся. - Царапина.
  
  - Это была не царапина минуту назад!
  
  - А теперь - царапина.
  
  Жэньли смотрела на него - на его улыбку, на его спокойствие, на рану, которая исчезала на глазах.
  
  - Ты невозможен, - сказала она наконец.
  
  - Ты вторая, кто мне это сегодня говорит, - Яньлин притянул её к себе здоровой рукой. - Первой была Шаали.
  
  - Она права.
  
  - Знаю.
  
  Жэньли уткнулась лицом ему в грудь.
  
  - Я так испугалась, - прошептала она. - Когда увидела кровь...
  
  - Прости, - он обнял её. - Я правда не думал, что так получится. Недооценил водного.
  
  - Ты переоценил себя, - Жэньли подняла голову. - Ты так привык побеждать, что забыл, как проигрывать.
  
  Яньлин молчал.
  
  - Это был хороший урок, - сказала Шаали, подходя к ним. - Дорогой, но хороший.
  
  - Дорогой? - Яньлин поднял бровь. - Это царапина.
  
  - Это твоя гордость, - поправила Шаали. - А гордость заживает дольше, чем кожа.
  
  Яньлин не нашёл, что ответить.
  
  На арене продолжались поединки. Зрители кричали, аплодировали, спорили. Где-то в толпе Лоу рассказывал кому-то о том, как его господин "специально проиграл, чтобы дать водному шанс".
  
  А Яньлин стоял, обнимая жену, и думал о том, что иногда поражение учит больше, чем победа.
  
  ***
  
  Солнце поднялось выше, когда Яньлин снова вышел на арену.
  
  Рана на руке полностью зажила - остался только тонкий розовый шрам, который исчезнет через несколько дней. Но урок остался.
  
  Хэ Юнь уже ждал его в центре площадки.
  
  - Готов? - спросил водный.
  
  - Готов, - Яньлин улыбнулся. - В этот раз я не забуду, с кем сражаюсь.
  
  Хэ Юнь рассмеялся.
  
  - Посмотрим.
  
  Они поклонились друг другу.
  
  - Начинайте!
  
  В этот раз Яньлин не торопился.
  
  Он отступил назад, давая себе пространство. Не атаковал первым - ждал.
  
  Хэ Юнь нахмурился. В прошлый раз огненный был агрессивным, напористым. Сейчас - другой.
  
  Водный атаковал первым - тот же водяной хлыст, быстрый и гибкий.
  
  Яньлин не стал ставить щит.
  
  Вместо этого он шагнул в сторону - и ударил не по воде, а по воздуху вокруг неё.
  
  Жар. Концентрированный, раскалённый. Не огонь - именно жар.
  
  Водяной хлыст испарился, не долетев до цели.
  
  Хэ Юнь моргнул.
  
  - Хитро.
  
  - Учусь, - Яньлин улыбнулся.
  
  Бой изменился.
  
  Хэ Юнь больше не мог просто гасить огонь водой - Яньлин не давал воде даже приблизиться. Вокруг него висело марево раскалённого воздуха, в котором любая влага мгновенно превращалась в пар.
  
  Водный попробовал другую тактику - ледяные копья. Они были плотнее, держались дольше.
  
  Яньлин сжёг первое в полёте. Второе. Третье.
  
  Четвёртое он пропустил специально - и ушёл в сторону в последний момент, заставив Хэ Юня потерять равновесие.
  
  Огненный удар - не в водного, а под его ноги. Камни арены раскалились докрасна.
  
  Хэ Юнь отпрыгнул - и оказался именно там, где Яньлин хотел.
  
  Кольцо огня замкнулось вокруг него. Не обжигающее - просто стена пламени, отрезающая пути к отступлению.
  
  - Сдаёшься? - спросил Яньлин.
  
  Хэ Юнь посмотрел на огненное кольцо. Посмотрел на Яньлина. Улыбнулся.
  
  - Сдаюсь.
  
  Трибуны взорвались.
  
  Часть вторая. Знакомство
  
  - Хороший бой, - Хэ Юнь пожал Яньлину руку. - Совсем другой.
  
  - Ты меня многому научил в прошлый раз, - Яньлин улыбнулся. - Спасибо за урок.
  
  - Дорогой урок, - водный кивнул на его руку, где ещё виднелся след от раны.
  
  - Лучшие уроки всегда дорогие.
  
  Они отошли от арены вместе, пока следующая пара готовилась к бою.
  
  - Как ты это сделал? - спросил Хэ Юнь. - С жаром? Я думал, огненные могут только... ну, огонь.
  
  - Огонь - это не только пламя, - Яньлин пожал плечами. - Это тепло. Жар. Энергия. Мой отец учил меня, что настоящий мастер огня управляет температурой, а не просто бросается файерболами.
  
  - Умно.
  
  - Он умный человек.
  
  Хэ Юнь рассмеялся.
  
  - Глава Чёрной башни - "умный человек". Это... мягко сказано.
  
  - Он мой отец, - Яньлин улыбнулся. - Для меня он просто отец. Который иногда бывает невыносимым.
  
  - Все отцы иногда бывают невыносимыми.
  
  - Твой тоже?
  
  - О да, - Хэ Юнь закатил глаза. - Он хотел, чтобы я стал дипломатом. Представляешь? Я, который не умею держать язык за зубами.
  
  - Сочувствую.
  
  - А твой? Чего хотел от тебя?
  
  Яньлин помолчал.
  
  - Чтобы я жил, - сказал он наконец. - Долго. Это всё, чего он хотел.
  
  Хэ Юнь посмотрел на него - внимательно, серьёзно.
  
  - Я слышал истории, - сказал он тихо. - О том, что ты был болен. Что чуть не умер. Несколько раз.
  
  - Истории преувеличивают.
  
  - Правда?
  
  - Нет, - Яньлин улыбнулся. - Истории преуменьшают.
  
  Хэ Юнь моргнул.
  
  - Ты странный.
  
  - Мне говорили.
  
  - Мне нравится, - водный хлопнул его по плечу. - Давай ещё как-нибудь подерёмся. Без зрителей. Просто так.
  
  - Договорились.
  
  Лоу нашёл их у столика с напитками.
  
  - Познакомились? - он протянул Яньлину чашку с чаем.
  
  - Лоу, это Хэ Юнь, - Яньлин взял чашку. - Тот, кто меня порезал.
  
  - Я помню, - Лоу смерил водного взглядом. - Хороший удар был.
  
  - Спасибо, - Хэ Юнь не смутился. - Хотя я не хотел ранить. Просто... увлёкся.
  
  - Бывает, - Лоу пожал плечами. - Яньлин тоже увлекается. Постоянно.
  
  - Эй! - возмутился Яньлин.
  
  - Что? Это правда.
  
  Хэ Юнь рассмеялся.
  
  - Вы двое... вы друзья?
  
  - Он мой помощник, - сказал Яньлин.
  
  - Он мой господин, - сказал Лоу.
  
  Они переглянулись.
  
  - И друг, - добавили оба одновременно.
  
  Хэ Юнь покачал головой.
  
  - Странные вы, огненные.
  
  - Ты ещё Шаали не видел, - буркнул Лоу.
  
  - Кто такая Шаали?
  
  - Его саламандра, - Лоу кивнул на Яньлина. - Высший дух огня. Очень... заботливая.
  
  - Заботливая?
  
  - Она хотела вмешаться, когда ты его порезал, - объяснил Лоу. - Еле сдержалась.
  
  Хэ Юнь побледнел.
  
  - Высший дух... хотел вмешаться... в дружеский поединок?
  
  - Она очень заботливая, - повторил Яньлин с улыбкой.
  
  - Я рад, что она сдержалась.
  
  - Я тоже.
  
  ***
  
  После полудня объявили последний поединок дня.
  
  - Яньлин из Чёрной башни против Цзинь Хуана из Белой башни!
  
  Трибуны затихли.
  
  Это было... символично. Сын главы Чёрной башни против молодого золотого. После всего, что произошло между башнями.
  
  Яньлин вышел на арену.
  
  Цзинь Хуан уже ждал его - спокойный, собранный. Его золотые одежды сияли на солнце.
  
  - Наконец-то, - сказал золотой негромко. - Я ждал этого боя.
  
  - Я тоже, - Яньлин поклонился. - Покажи мне, на что способны золотые.
  
  Они встали друг напротив друга.
  
  - Начинайте!
  
  Цзинь Хуан был другим.
  
  Не как тот золотой, которого Яньлин победил за две минуты. Не как большинство золотых, которых он видел - напыщенных, самоуверенных, полагающихся на грубую силу света.
  
  Цзинь Хуан двигался как танцор. Его атаки были точными, экономными - ни одного лишнего движения. Световые клинки возникали и исчезали, не давая Яньлину предугадать следующий удар.
  
  Яньлин отвечал огнём - но золотой не пытался гасить пламя. Он уклонялся. Отступал. Контратаковал с неожиданных углов.
  
  Они кружили по арене - огонь и свет, алое и золотое.
  
  - Ты хорош, - сказал Яньлин, уклоняясь от очередного клинка.
  
  - Ты тоже, - Цзинь Хуан улыбнулся. - Но я лучше.
  
  Он атаковал - быстро, резко. Три удара подряд.
  
  Яньлин заблокировал первые два. Третий прошёл сквозь его защиту...
  
  И остановился в сантиметре от горла.
  
  - Сдавайся, - сказал Цзинь Хуан.
  
  Яньлин замер.
  
  Он мог бы продолжить. Мог бы попытаться вывернуться, контратаковать. Но...
  
  - Сдаюсь, - сказал он.
  
  Цзинь Хуан опустил клинок.
  
  - Хороший бой.
  
  - Очень хороший.
  
  Трибуны молчали.
  
  Сын главы Чёрной башни проиграл. Снова. На этот раз - золотому.
  
  Потом кто-то захлопал. Ещё кто-то. И ещё.
  
  Аплодисменты нарастали - не для победителя, не для проигравшего. Для боя. Для обоих.
  
  Яньлин и Цзинь Хуан поклонились друг другу.
  
  - Ты мог бы победить, - сказал золотой тихо. - Почему не стал?
  
  - Потому что ты был лучше, - Яньлин пожал плечами. - В этом бою. В этот момент.
  
  - Ты мог бы использовать больше силы. Я чувствовал - ты сдерживался.
  
  - Это дружеский поединок, - Яньлин улыбнулся. - Не война.
  
  Цзинь Хуан смотрел на него долго.
  
  - Ты не такой, как я думал, - сказал он наконец.
  
  - Какой я по-твоему?
  
  - Сын демона, - золотой не отвёл взгляда. - Так о тебе говорят в Белой башне. Сын демона, который разрушил нашу башню. Опасный. Безжалостный.
  
  - А теперь?
  
  - Теперь... - Цзинь Хуан помолчал. - Теперь я думаю, что слухи врут. Как обычно.
  
  Яньлин протянул руку.
  
  - Друзья?
  
  Цзинь Хуан посмотрел на его руку. На его лицо. На трибуны, где сидели золотые - напряжённые, настороженные.
  
  И пожал её.
  
  - Друзья.
  
  ***
  
  Вечером Яньлин сидел в своих покоях, анализируя прошедший день.
  
  Жэньли была рядом - читала свиток о целебных травах. Шаали дремала у камина. Лоу ушёл к Ляньчжи - обсудить поединки.
  
  - О чём думаешь? - спросила Жэньли, не отрывая глаз от свитка.
  
  - О золотых, - Яньлин откинулся на подушки. - О Цзинь Хуане.
  
  - Он тебя победил.
  
  - Да.
  
  - И ты не расстроен?
  
  - Нет, - Яньлин улыбнулся. - Я рад.
  
  Жэньли отложила свиток и посмотрела на него.
  
  - Рад, что проиграл?
  
  - Рад, что нашёл его, - Яньлин сел прямо. - Понимаешь... я искал среди золотых нормальных людей. Тех, с кем можно говорить. С кем можно... строить будущее.
  
  - И нашёл?
  
  - Нашёл, - он кивнул. - Цзинь Хуан и его сестра. Они другие. Не такие, как их глава. Не такие, как те, кто... - он замолчал.
  
  - Кто что?
  
  - Кто ненавидит нас просто потому, что мы огненные, - Яньлин вздохнул. - Белая башня... она больна. Страхом. Ненавистью. Старыми обидами. Но не все там такие.
  
  - И что ты собираешься делать?
  
  - Пока ничего, - он пожал плечами. - Просто... помнить. Что среди золотых есть те, кому можно доверять. Это важно.
  
  Жэньли подошла к нему и села рядом.
  
  - Ты думаешь о будущем.
  
  - Я наследник Чёрной башни, - Яньлин взял её руку. - Я должен думать о будущем.
  
  - Ты ещё не наследник.
  
  - Но буду, - он улыбнулся. - Когда-нибудь. Если доживу.
  
  - Яньлин!
  
  - Шучу, шучу, - он притянул её к себе. - Я собираюсь жить очень долго. И очень скучно. С тобой.
  
  - Скучно? - Жэньли фыркнула. - С тобой? Это невозможно.
  
  - Постараюсь.
  
  - Не старайся, - она положила голову ему на плечо. - Мне нравится, когда ты невозможен.
  
  Шаали открыла один глаз, посмотрела на них - и снова закрыла.
  
  Огонь в камине горел ровно.
  
  За окном садилось солнце.
  
  День поединков закончился.
  
  ***
  
  Вечером Яньлин поднялся в кабинет отца.
  
  Си Ень сидел за столом, просматривая отчёты о поединках. Цзин Юй устроился в своём кресле у окна, Ли Чжэнь дремал на его плече. Мэйлин разливала чай.
  
  - А, вот и наш герой дня, - Си Ень поднял голову. - Две победы, два поражения. Интересный счёт.
  
  - Поучительный, - поправил Яньлин, садясь напротив отца.
  
  - Поучительный, - согласился Си Ень. - Расскажи.
  
  Яньлин принял чашку от матери.
  
  - Водный меня удивил, - начал он. - Я недооценил. Забыл базовые принципы взаимодействия стихий. Вода гасит огонь - это же первое, чему учат.
  
  - И второй бой?
  
  - Учёл ошибки. Использовал жар вместо пламени. Испарял воду до того, как она могла меня достать.
  
  Си Ень кивнул с одобрением.
  
  - Хорошо. А золотой?
  
  Яньлин помолчал.
  
  - Цзинь Хуан... он другой. Не как остальные золотые. Он двигается как боец, а не как заклинатель.
  
  - Что это значит?
  
  - Большинство заклинателей полагаются на силу источника, - Яньлин поставил чашку. - Бросают заклинания, ставят щиты. Цзинь Хуан использует магию как продолжение тела. Каждое движение - и атака, и защита одновременно.
  
  - Как ты, - заметил Цзин Юй от окна.
  
  - Как я, - согласился Яньлин. - Поэтому он меня и победил. Мы слишком похожи, но он опытнее.
  
  Си Ень откинулся в кресле.
  
  - И какие выводы?
  
  Яньлин собрался с мыслями.
  
  - Белая башня больна, - сказал он. - Это очевидно. Страх, ненависть, старые обиды. Их глава смотрит на нас так, будто мы вот-вот его убьём.
  
  - Разумное опасение, - хмыкнул Си Ень.
  
  - Отец.
  
  - Продолжай.
  
  - Но не все там такие, - Яньлин наклонился вперёд. - Цзинь Хуан и его сестра Цзинь Мэй - они другие. Их тётя, госпожа Цзинь Линь, просила маму присмотреть за племянником. На случай, если он захочет сменить башню.
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Она боится за него. За них обоих.
  
  - Вот именно, - Яньлин посмотрел на отца. - В Белой башне есть люди, которые не согласны с политикой своего главы. Которые хотят мира. Которые могут стать... мостом.
  
  - Мостом?
  
  - Между нашими башнями, - Яньлин пожал плечами. - Война закончилась, но мир ещё не наступил. Нам нужны союзники внутри Белой башни. Люди, которым можно доверять.
  
  Си Ень смотрел на сына долго, молча.
  
  - Ты думаешь как глава, - сказал он наконец.
  
  - Я учусь.
  
  - У кого?
  
  - У тебя, - Яньлин улыбнулся. - Ты же сам говорил - наблюдай. Смотри, кто с кем разговаривает. Кто нервничает. Кто может быть полезен.
  
  Си Ень рассмеялся.
  
  - Хорошо, - он кивнул. - Продолжай наблюдать. И держи Цзинь Хуана близко. Такие люди - редкость.
  
  - Я знаю.
  
  Часть третья. Вопрос о водных
  
  Яньлин помолчал, вертя в руках чашку.
  
  - Отец, - сказал он. - Можно вопрос?
  
  - Спрашивай.
  
  - Почему ты не любишь водных?
  
  Си Ень приподнял бровь.
  
  - С чего ты взял?
  
  - Я видел, - Яньлин пожал плечами. - Как ты разговаривал с их главой на пиру. Вежливо, но... холодно. Не так, как с земными или воздушными.
  
  Си Ень переглянулся с Мэйлин.
  
  - Наблюдательный, - сказала она.
  
  - Он мой сын.
  
  - Так почему? - настаивал Яньлин. - Они вроде бы вполне ничего. Хэ Юнь - отличный боец. Честный. Прямой. Не пытался меня обмануть, не злорадствовал, когда ранил. Сразу остановился и извинился.
  
  - Молодой Хэ Юнь - не Водная башня, - сказал Си Ень.
  
  - А в чём разница?
  
  Си Ень вздохнул.
  
  - Водные... - он подбирал слова. - Они текучие. Во всём. Не только в магии.
  
  - Что это значит?
  
  - Это значит, что сегодня они твои союзники, а завтра - союзники твоего врага, - Си Ень скрестил руки на груди. - Они не предают - они просто... перетекают. Туда, где выгоднее. Где безопаснее. Где больше силы.
  
  Яньлин нахмурился.
  
  - Но это же...
  
  - Разумно? - Си Ень кивнул. - Да. Очень разумно. Именно поэтому они так опасны. Я не ненавижу водных. Я им не доверяю. Это разные вещи.
  
  - А Хэ Юнь?
  
  - Молодой Хэ Юнь - хороший мальчик, - Си Ень пожал плечами. - Честный. Прямой. Как ты сказал. Но он молод. Он ещё не научился быть водным по-настоящему.
  
  - Может, и не научится, - сказал Яньлин.
  
  - Может, - согласился Си Ень. - А может, через десять лет он станет таким же, как его отец. Или его глава. Вода принимает форму сосуда, в который её наливают.
  
  Яньлин молчал, обдумывая услышанное.
  
  - Но дружить с ним можно? - спросил он наконец.
  
  Си Ень улыбнулся.
  
  - Дружить - можно. Доверять безоговорочно - нет.
  
  - Ты вообще кому-нибудь доверяешь безоговорочно?
  
  - Твоей матери, - Си Ень посмотрел на Мэйлин. - Цзин Юю. Тебе. Твоей сестре.
  
  - Это всё?
  
  - Этого достаточно, - Си Ень вернулся к столу. - Настоящее доверие - редкость. Не разбрасывайся им.
  
  Цзин Юй кашлянул от окна.
  
  - Могу добавить, - сказал он. - Водные не злые. Они просто... другие. У них другая логика. Другие ценности.
  
  - Какие?
  
  - Выживание, - Цзин Юй пожал плечами. - Вода всегда находит путь. Обтекает препятствия. Просачивается в щели. Это не трусость - это стратегия. Они выживали тысячи лет, пока другие башни воевали и разрушались.
  
  - Звучит... мудро, - сказал Яньлин.
  
  - Звучит скользко, - поправил Си Ень. - Но Юй прав. Они не злые. Просто другие.
  
  Он посмотрел на сына.
  
  - Запомни это. Не все, кто не с тобой - против тебя. Но и не все, кто с тобой - за тебя. Мир сложнее.
  
  Яньлин кивнул.
  
  - Я запомню.
  
  Мэйлин подлила всем чаю.
  
  - Ты хорошо справился сегодня, - сказала она Яньлину. - Не только в боях. В наблюдениях тоже.
  
  - Спасибо, мама.
  
  - Но не переусердствуй, - она улыбнулась. - Ты ещё молод. У тебя есть время учиться.
  
  - Время - это роскошь, - сказал Яньлин. - Я научился это ценить.
  
  Мэйлин и Си Ень переглянулись.
  
  - Он точно твой сын, - сказала Мэйлин.
  
  - К сожалению, - вздохнул Си Ень.
  
  - Эй! - возмутился Яньлин.
  
  - К счастью, - поправился Си Ень с улыбкой. - Я хотел сказать - к счастью.
  
  Глава 46. После поединков
  
  - Сядь, - сказала Мэйлин тоном, не терпящим возражений.
  
  Яньлин сел.
  
  Они были в малой гостиной покоев главы - Мэйлин настояла на осмотре сына после разговора с Си Енем. "Два поражения за день - это повод проверить", - сказала она, и никто не посмел возразить.
  
  - Руку.
  
  Яньлин протянул руку - ту, которую порезал Хэ Юнь.
  
  Мэйлин осмотрела шрам - тонкую розовую линию, почти незаметную.
  
  - Зажило хорошо, - сказала она. - Чисто. Без следов.
  
  - Я же говорил.
  
  - Ты говорил "царапина", - Мэйлин подняла бровь. - Я видела эту царапину. Она была до кости.
  
  - Не до кости...
  
  - Почти до кости, - поправила Мэйлин. - Не спорь с целительницей.
  
  Яньлин замолчал.
  
  Мэйлин положила ладонь ему на грудь, закрыла глаза. Её золотая энергия мягко проникла в его тело, проверяя контуры, потоки, резервы.
  
  - Истощение среднее, - сказала она через минуту. - Не критичное, но заметное. Ты потратил много сил.
  
  - Четыре боя.
  
  - Пять, - поправила Мэйлин. - Ты дважды сражался с водным.
  
  - Второй был легче.
  
  - Второй был умнее, - она открыла глаза. - Ты использовал жар вместо пламени. Это требует больше контроля, но меньше силы.
  
  - Отец учил.
  
  - Знаю, - Мэйлин улыбнулась. - Он гордится тобой. Хотя никогда не скажет прямо.
  
  - Он сказал, что я думаю как глава.
  
  - Вот видишь.
  
  Мэйлин отняла руку и села рядом с сыном.
  
  - Сердце в порядке, - сказала она. - Контуры стабильны. Шрам от огненной нити держится.
  
  - Я знаю, мама.
  
  - Я знаю, что ты знаешь, - она погладила его по щеке. - Но я твоя мать. Мне нужно проверять.
  
  Яньлин накрыл её руку своей.
  
  - Спасибо.
  
  - Не за что, - Мэйлин встала. - А теперь иди отдыхать. Завтра последний день приёма.
  
  - Я знаю.
  
  - И постарайся больше не проигрывать.
  
  - Я постараюсь не участвовать.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Это было бы слишком просто.
  
  ***
  
  Яньлин вернулся в свои покои.
  
  Лоу ждал его - развалился на кушетке, жевал яблоко.
  
  - Ну как? - спросил он. - Мама отпустила?
  
  - Отпустила, - Яньлин сел рядом. - Сказала, что я в порядке.
  
  - Ты и так в порядке, - Лоу откусил ещё кусок. - Я же видел. Царапина.
  
  - Мама говорит - почти до кости.
  
  - Мамы всегда преувеличивают.
  
  Яньлин усмехнулся.
  
  - Ну, - Лоу сел прямо, - давай обсудим главное. Поединки.
  
  - Давай.
  
  - Ты был великолепен, - Лоу загнул палец. - Первые три боя - просто разгром. Земной даже не понял, что произошло. Воздушный пытался взлететь - ха! Тот первый золотой вообще позор своей башни.
  
  - А потом?
  
  - Потом ты расслабился, - Лоу нахмурился. - С водным. Думал, что он будет как остальные. А он оказался умный.
  
  - Я недооценил.
  
  - Ты зазнался, - поправил Лоу. - Разница есть.
  
  Яньлин промолчал. Лоу был прав.
  
  - Но второй бой с водным - это было красиво, - продолжил Лоу. - Ты его просто испарил. В смысле, его воду испарил. Он стоял такой растерянный... - Лоу рассмеялся. - Я чуть со скамьи не упал.
  
  - А бой с Цзинь Хуаном?
  
  Лоу помрачнел.
  
  - Этот был сложный.
  
  - Я проиграл.
  
  - Ты проиграл тому, кто был лучше, - Лоу пожал плечами. - Это не стыдно. Стыдно проигрывать тем, кто хуже.
  
  - Философ.
  
  Лоу бросил огрызок в камин. - Цзинь Хуан - хороший боец. Честный. Не пытался тебя обмануть или подловить. Просто был быстрее.
  
  - В этот раз.
  
  - В этот раз, - согласился Лоу. - В следующий - посмотрим.
  
  Он посмотрел на Яньлина серьёзно.
  
  - Ты нашёл себе достойных противников. Водный и золотой. Это хорошо.
  
  - Почему хорошо?
  
  - Потому что тебе не с кем тренироваться, - Лоу развёл руками. - Я не заклинатель. Ляньчжи - целитель. Лисян - твоя сестра, она тебя жалеет. А эти двое - не пожалеют.
  
  Яньлин задумался.
  
  - Ты прав.
  
  - Я всегда прав, - Лоу ухмыльнулся. - Просто ты редко слушаешь.
  
  ***
  
  Шаали вошла без стука - как всегда.
  
  - Мой господин, - она поклонилась. - Как ты себя чувствуешь?
  
  - Хорошо, - Яньлин улыбнулся. - Мама проверила. Всё в порядке.
  
  - Я знаю, - Шаали села напротив него. - Я чувствую через связь.
  
  - Тогда зачем спрашиваешь?
  
  - Вежливость.
  
  Лоу фыркнул.
  
  - С каких пор ты вежливая?
  
  - С тех пор, как научилась у людей, - Шаали одарила его взглядом. - Некоторые люди учат плохому. Например, воровать пирожные.
  
  - Это было один раз!
  
  - Три раза.
  
  - Ладно, три. Но они были очень вкусные!
  
  Яньлин поднял руку, прерывая перепалку.
  
  - Шаали. Твоё мнение о поединках?
  
  Шаали помолчала.
  
  - Ты был неосторожен, - сказала она наконец. - С водным. Ты забыл базовые принципы.
  
  - Я знаю.
  
  - Ты мог погибнуть.
  
  - Это преувеличение...
  
  - Нет, - Шаали покачала головой. - Водяной клинок мог попасть не в руку. Мог попасть в горло. Или в сердце. Ты был открыт.
  
  Яньлин замолчал.
  
  - Я сдержалась, - продолжила Шаали. - Как ты просил. Но это было... сложно.
  
  - Я благодарен.
  
  - Я знаю, - она вздохнула. - Ты сказал, что мне будет полезно. Что тебе будет полезно. Что это урок.
  
  - И?
  
  - И ты был прав, - Шаали скривилась, будто эти слова давались ей с трудом. - Урок был полезен. Для тебя. Для меня.
  
  - Для тебя?
  
  - Я поняла, что не могу защищать тебя от всего, - Шаали посмотрела ему в глаза. - Ты сам должен научиться. Я могу только... быть рядом.
  
  Яньлин протянул руку.
  
  Шаали взяла её - её пальцы были горячими, почти обжигающими.
  
  - Спасибо, - сказал он тихо.
  
  - Не благодари, - она сжала его руку. - Просто... будь осторожнее. В следующий раз.
  
  - Буду.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Шаали кивнула и отпустила его руку.
  
  - А бой с золотым? - спросил Лоу. - Что скажешь?
  
  - Цзинь Хуан - достойный противник, - Шаали пожала плечами. - Он победил честно. Это заслуживает уважения.
  
  - И всё?
  
  - И всё, - она посмотрела на Лоу. - Ты ожидал, что я буду злиться? Требовать реванша? Проклинать золотых?
  
  - Ну... да?
  
  - Я не ты, - Шаали усмехнулась. - Я умею проигрывать с достоинством. В отличие от некоторых.
  
  - Эй!
  
  - Ты проиграл Ляньчжи в шахматы и неделю с ним не разговаривал.
  
  - Это было другое!
  
  - Это были шахматы.
  
  - Он жульничал!
  
  - Он играл лучше.
  
  Яньлин откинулся на подушки и рассмеялся.
  
  Эти двое... они никогда не изменятся.
  
  ***
  
  Жэньли вернулась поздно.
  
  Она провела весь день в целительском шатре - перевязывала раны, снимала ушибы, успокаивала перевозбуждённых заклинателей. Поединки были дружескими, но синяков и ссадин хватало.
  
  Когда она вошла в покои, Яньлин уже дремал на кушетке. Лоу ушёл к себе. Шаали свернулась ящеркой у камина.
  
  Жэньли тихо села рядом с мужем.
  
  - Ты вернулась, - Яньлин открыл глаза.
  
  - Вернулась, - она положила голову ему на плечо. - Устала.
  
  - Много раненых?
  
  - Много глупых, - Жэньли вздохнула. - Один земной решил, что может остановить огненный шар голыми руками. Другой воздушный прыгнул с трибуны, чтобы лучше видеть, и сломал ногу. Золотая девушка упала в обморок от волнения - три раза.
  
  - Три раза?
  
  - Она болела за Цзинь Хуана, - Жэньли закрыла глаза. - Каждый раз, когда он атаковал - в обморок. Мы уже перестали её поднимать, просто клали подушку.
  
  Яньлин рассмеялся.
  
  - Бедная девушка.
  
  - Бедная я, - Жэньли потёрлась щекой о его плечо. - Знаешь, о чём я мечтаю?
  
  - О чём?
  
  - Чтобы это всё уже закончилось.
  
  Яньлин погладил её по волосам.
  
  - Завтра последний день.
  
  - Я знаю, - она вздохнула. - А потом гости разъедутся. И мы останемся одни. И будет тихо. И спокойно. И никаких поединков.
  
  - Тебе не понравились поединки?
  
  - Мне не понравилось смотреть, как тебя ранят, - Жэньли подняла голову. - Дважды.
  
  - Один раз.
  
  - Цзинь Хуан остановил клинок у твоего горла. Это считается.
  
  - Он бы не ударил.
  
  - Я знаю, - Жэньли снова опустила голову. - Но всё равно. Моё сердце остановилось в тот момент.
  
  Яньлин обнял её крепче.
  
  - Прости.
  
  - Не извиняйся, - она закрыла глаза. - Просто... давай завтра будет последний день. И потом - тишина.
  
  - Тишина, - согласился Яньлин. - Обещаю.
  
  - И никаких приключений.
  
  - Никаких приключений.
  
  - И никаких ритуалов.
  
  - Никаких ритуалов.
  
  - И никаких смертельных опасностей.
  
  - Жэньли...
  
  - Обещай.
  
  Яньлин помолчал.
  
  - Я постараюсь.
  
  - Это не обещание.
  
  - Это лучшее, что я могу дать, - он поцеловал её в макушку. - Ты же знаешь меня.
  
  - Знаю, - Жэньли вздохнула. - К сожалению.
  
  - К счастью.
  
  - К сожалению и к счастью одновременно, - она улыбнулась. - Ты невозможен.
  
  Они замолчали.
  
  Огонь в камине потрескивал. Шаали тихо посапывала. За окном садилось солнце.
  
  - Жэньли?
  
  - М?
  
  - Спасибо.
  
  - За что?
  
  - За то, что ты рядом, - Яньлин прижал её к себе. - За то, что ждёшь. За то, что мечтаешь о тишине.
  
  - Это эгоистично, - прошептала она.
  
  - Это любовь.
  
  Жэньли улыбнулась и закрыла глаза.
  
  Завтра - последний день.
  
  А потом - тишина.
  
  Хотя бы ненадолго.
  
  ***
  
  Утро последнего дня выдалось прохладным.
  
  Туман стелился по земле, окутывая башню призрачной дымкой. Слуги сновали по двору, грузя повозки, седлая лошадей, проверяя поклажу.
  
  Си Ень и Мэйлин стояли у главных ворот - в парадных одеждах, но без вчерашней роскоши. Рядом - Яньлин с Жэньли, Цзин Юй, Лисян с Чжоу Шэном.
  
  Делегации уезжали одна за другой.
  
  Первыми уезжали земные.
  
  Глава Чжан Вэй подошёл к Си Еню, опираясь на посох. Его движения были медленными, но уверенными - как всегда.
  
  - Хороший приём, - сказал он. - Хорошая еда. Хорошие поединки.
  
  - Благодарю, почтенный Чжан Вэй.
  
  - Твой сын, - старик кивнул на Яньлина. - Он проиграл дважды.
  
  - Да.
  
  - Это хорошо.
  
  Си Ень приподнял бровь.
  
  - Хорошо?
  
  - Молодые должны проигрывать, - Чжан Вэй усмехнулся. - Иначе как научатся? Победы учат гордости. Поражения учат мудрости.
  
  Он похлопал Си Еня по плечу - жест, который мог себе позволить только он.
  
  - Береги его. Он станет хорошим главой. Когда-нибудь.
  
  - Я не собираюсь умирать в ближайшее время.
  
  - Никто не собирается, - старик рассмеялся. - Но земля всех принимает. Рано или поздно.
  
  Он поклонился - коротко, по-стариковски - и направился к своей повозке.
  
  Его дочь задержалась на мгновение, бросив последний взгляд на Яньлина. Тот стоял рядом с Жэньли, держа её за руку.
  
  Девушка вздохнула и пошла за отцом.
  
  Глава Фэн Ли возникла перед ними как порыв ветра.
  
  - Глава Си Ень, - она поклонилась. - Госпожа Мэйлин. Благодарим за гостеприимство.
  
  - Благодарим за визит, - Мэйлин улыбнулась.
  
  Фэн Ли повернулась к Жэньли.
  
  - Дитя ветра, - сказала она мягко. - Ты нашла своё место среди огня. Это... необычно.
  
  - Я счастлива здесь, глава, - Жэньли поклонилась.
  
  - Вижу, - Фэн Ли чуть улыбнулась. - Твоя энергия... светится. Раньше такого не было.
  
  Она посмотрела на Яньлина.
  
  - Береги её. Воздушные хрупки - но без нас огонь не горит.
  
  - Я знаю, - Яньлин поклонился. - И я буду.
  
  Фэн Ли кивнула и исчезла - растворилась в утреннем тумане, как будто её и не было.
  
  Её делегация последовала за ней - белые и серебристые фигуры, скользящие над землёй.
  
  Лань Юэ подошла неторопливо, величественно.
  
  - Глава Си Ень, - её голос был холоден, как горный ручей. - Мы обдумали ваше предложение.
  
  - И?
  
  - Мы принимаем, - она чуть склонила голову. - Помощь с пиратами. В обмен на торговые льготы.
  
  - Договорились.
  
  Они обменялись поклонами - формальными, точными.
  
  Лань Юэ уже отвернулась, когда Хэ Юнь выступил вперёд.
  
  - Яньлин! - он подошёл к нему, улыбаясь. - Не забудь - мы договорились на ещё один поединок.
  
  - Не забуду, - Яньлин улыбнулся в ответ. - Приезжай, когда сможешь.
  
  - Обязательно, - Хэ Юнь протянул руку. - Было здорово. Правда.
  
  Яньлин пожал её.
  
  - Было.
  
  - И... - Хэ Юнь понизил голос. - Извини за руку. Ещё раз.
  
  - Уже забыл.
  
  - Врёшь.
  
  - Вру, - Яньлин усмехнулся. - Но не злюсь. Честно.
  
  Хэ Юнь рассмеялся и побежал догонять свою делегацию.
  
  Лань Юэ обернулась, посмотрела на сына - и на мгновение её ледяная маска дрогнула. Что-то мелькнуло в глазах. Удивление? Одобрение?
  
  Потом она отвернулась и ушла.
  
  Глава Лунной башни Чжан Мингюэ подошёл к Цзин Юю.
  
  Два лунных заклинателя стояли друг напротив друга - старик с проницательными глазами и мужчина с серебряными волосами.
  
  - Глава Цзин Юй, - Чжан Мингюэ поклонился. - Или вы предпочитаете "глава Лунной академии"?
  
  - Просто Цзин Юй, - он поклонился в ответ. - Я не глава башни.
  
  - Но могли бы быть, - старик улыбнулся. - Источник признал бы вас. Я чувствую.
  
  - Мне достаточно академии.
  
  - Знаю, - Чжан Мингюэ кивнул. - Вы мудрее, чем кажетесь.
  
  Он помолчал.
  
  - Ваши ученики... они хороши. Тот мальчик, который победил золотого в поединке - он ваш?
  
  - Лин Фэн, - Цзин Юй кивнул. - Да, мой ученик.
  
  - Пришлите его ко мне. На год. Я научу его тому, чему не учат в академиях.
  
  Цзин Юй приподнял бровь.
  
  - Это честь.
  
  - Это необходимость, - старик вздохнул. - Я стар. Мне нужны те, кто понесёт знания дальше. Ваш мальчик подходит.
  
  - Я передам ему ваше предложение.
  
  - Не предложение, - Чжан Мингюэ улыбнулся. - Приглашение.
  
  Он поклонился всем - медленно, церемонно - и ушёл, опираясь на посох.
  
  Юн Шэнь, глава башни целителей, подошёл последним из старших.
  
  Его древнее лицо было изрезано морщинами, но глаза оставались яркими, живыми.
  
  - Госпожа Мэйлин, - он поклонился ей. - Ваша лечебница превосходна. Я видел её вчера.
  
  - Благодарю, глава Юн Шэнь.
  
  - И ваша ученица, - он кивнул на Жэньли. - Она работала в целительском шатре весь день. Ни одной жалобы. Ни одной ошибки.
  
  Жэньли порозовела.
  
  - Я просто делала свою работу, глава.
  
  - "Просто", - Юн Шэнь усмехнулся. - Молодые всегда говорят "просто". А потом оказывается, что это "просто" спасло чью-то жизнь.
  
  Он повернулся к Яньлину.
  
  - Молодой господин. Как ваше здоровье?
  
  - Хорошо, глава.
  
  - Сосуд души стабилен?
  
  - Полностью восстановлен.
  
  - Хорошо, - Юн Шэнь кивнул. - Приезжайте ко мне. Через год. Я хочу посмотреть, как развивается ваш случай.
  
  - Случай?
  
  - Ритуал обратного рождения, - старик наклонился ближе. - Вы единственный, кто прошёл его за последние триста лет. Это... уникально. И требует наблюдения.
  
  - Я приеду, - пообещал Яньлин.
  
  - Хорошо, - Юн Шэнь выпрямился. - И возьмите с собой жену. Мне интересно посмотреть, как развивается ваша связь.
  
  Он поклонился и ушёл - медленно, но твёрдо.
  
  Делегация Звёздной башни задержалась дольше всех.
  
  Глава Хэ Ли разговаривал с Си Енем в стороне - о чём-то важном, судя по их лицам.
  
  А Лисян прощалась с семьёй.
  
  - Мама, - она обняла Мэйлин. - Я буду скучать.
  
  - И я, - Мэйлин прижала дочь к себе. - Приезжай чаще.
  
  - Постараюсь.
  
  - Не постарайся - приезжай, - Мэйлин отстранилась, посмотрела ей в глаза. - Ты всегда будешь нашей дочерью. Неважно, какие цвета ты носишь.
  
  Лисян кивнула, моргая.
  
  Потом повернулась к брату.
  
  - Яньлин.
  
  - Сестра.
  
  Они обнялись - крепко, молча.
  
  - Береги себя, - прошептала Лисян. - И Жэньли. И... всех.
  
  - Ты тоже, - Яньлин улыбнулся. - И присматривай за Чжоу Шэном. Он без тебя пропадёт.
  
  - Не пропаду, - раздался голос хранителя. Он стоял чуть позади, ожидая.
  
  - Пропадёшь, - сказал Яньлин уверенно. - Я вижу.
  
  Чжоу Шэн не стал спорить.
  
  Ляньчжи тоже подошёл - обнял Яньлина, потом Лоу, потом - неуверенно - Жэньли.
  
  - Спасибо, - сказал он. - За всё.
  
  - Не за что, - Яньлин хлопнул его по плечу. - Ты теперь часть семьи. Семья не благодарит.
  
  Ляньчжи улыбнулся - той мягкой улыбкой, которая появилась у него только после прихода в Звёздную башню.
  
  - Я буду писать.
  
  - Мы тоже.
  
  Глава Хэ Ли закончил разговор с Си Енем и подошёл к своей делегации.
  
  - Пора, - сказал он.
  
  Лисян бросила последний взгляд на родителей, на брата, на башню, которая была её домом двадцать четыре года.
  
  Потом взяла Чжоу Шэна за руку и пошла к повозкам.
  
  Тени сомкнулись вокруг них - и делегация Звёздной башни исчезла, растворилась в утреннем тумане.
  
  Делегация Белой башни уезжала последней.
  
  Глава Цзэн Вэй подошёл к Си Еню - бледный, напряжённый, но держащийся прямо.
  
  - Глава Си Ень, - он поклонился. - Благодарим за гостеприимство.
  
  - Благодарим за визит, - Си Ень улыбнулся - той самой улыбкой.
  
  Цзэн Вэй вздрогнул, но не отступил.
  
  - Надеюсь на... мирное сотрудничество, - выдавил он.
  
  - И я надеюсь, - Си Ень кивнул. - Очень надеюсь.
  
  Цзэн Вэй поклонился ещё раз и почти бегом направился к своей повозке.
  
  Но Цзинь Хуан и Цзинь Мэй задержались.
  
  - Яньлин, - Цзинь Хуан подошёл к нему. - Спасибо за бой. И за... разговор после.
  
  - Тебе спасибо, - Яньлин протянул руку. - За честность.
  
  Они пожали руки.
  
  - Я буду писать, - сказал Цзинь Хуан. - Если можно.
  
  - Можно.
  
  - И... - он понизил голос. - Если что-то случится... в нашей башне... можно обратиться к вам?
  
  Яньлин помолчал.
  
  - Можно, - сказал он серьёзно. - Всегда.
  
  Цзинь Хуан кивнул - быстро, благодарно.
  
  Цзинь Мэй поклонилась Жэньли.
  
  - Было приятно познакомиться, - сказала она. - Вы... не такие, как о вас говорят.
  
  - Слухи всегда врут, - Жэньли улыбнулась.
  
  - Не всегда, - Цзинь Мэй посмотрела на неё. - Иногда они преуменьшают.
  
  Она поклонилась ещё раз и побежала догонять брата.
  
  Госпожа Цзинь Линь - их тётя - задержалась у повозки. Посмотрела на Мэйлин. Кивнула - едва заметно.
  
  Мэйлин кивнула в ответ.
  
  Повозки тронулись.
  
  Золотая делегация уехала.
  
  ***
  
  Двор опустел.
  
  Туман рассеивался. Солнце поднималось выше. Слуги убирали следы отъезда - разбросанную солому, забытые вещи, отпечатки колёс на земле.
  
  Си Ень стоял у ворот, глядя вслед последней повозке.
  
  Мэйлин подошла и встала рядом.
  
  - Ну вот, - сказала она. - Закончилось.
  
  - Закончилось, - согласился Си Ень.
  
  - Как ты?
  
  - Устал, - он вздохнул. - Три дня политики. Три дня улыбок. Три дня... сдерживания.
  
  - Ты хорошо справился.
  
  - Я чуть не убил Цзэн Вэя. Дважды.
  
  - Но не убил.
  
  - Но хотел.
  
  Мэйлин рассмеялась и взяла его под руку.
  
  - Пойдём домой.
  
  Яньлин и Жэньли стояли чуть в стороне.
  
  - Всё, - сказала Жэньли. - Уехали.
  
  - Уехали, - согласился Яньлин. - Теперь будет тихо.
  
  Жэньли прижалась к нему.
  
  - Наконец-то.
  
  Яньлин обнял её и повёл в башню.
  
  Шаали и Лоу шли следом - молча, устало.
  
  Приём закончился.
  
  Гости разъехались.
  
  И в Чёрной башне наступила долгожданная тишина.
  
  Глава 47. Тихий вечер
  
  Покои наполнились золотистым светом заходящего солнца.
  
  Яньлин и Жэньли лежали в постели, укрытые лёгким одеялом. Три дня приёма вымотали обоих до предела - но сон не шёл. Слишком много впечатлений, слишком много лиц, слишком много слов.
  
  Жэньли устроилась у Яньлина под боком, положив голову ему на плечо. Его рука лениво перебирала её волосы - привычный жест, успокаивающий их обоих.
  
  - Ну что, младшая госпожа Чёрной башни, - Яньлин улыбнулся, - мама говорит, ты замечательно справилась.
  
  Жэньли фыркнула.
  
  - Если это значит, что я ходила по залу за твоей мамой, улыбалась и кланялась - то да, справилась. Наверное.
  
  Она вздохнула, уткнувшись носом ему в шею.
  
  - Но ты ещё помогала организовывать пир, - возразил Яньлин. - Лечила раненых после поединков. Мило разговаривала с гостями. Успокаивала нервничающих учеников. Следила, чтобы никто не напился раньше времени...
  
  - Я чуть не умерла от страха, муж мой, - перебила Жэньли.
  
  Яньлин приподнял бровь.
  
  - О, - протянул он с улыбкой. - Вижу, ты долго находилась рядом с мамой. Подхватила её любимое обращение к отцу.
  
  Жэньли рассмеялась - тихо, устало.
  
  - Твои родители потрясающие, - сказала она. - Действительно как пара из легенд. Когда они стоят рядом... я понимаю, почему о них столько историй рассказывают.
  
  Она помолчала, водя пальцем по его ключице.
  
  - А ты знаешь, что очень похож на своего отца?
  
  - Он такой же красивый, как я? - спросил Яньлин невинно.
  
  Жэньли прыснула.
  
  - Нет, - она ткнула его в бок. - Ты такой же красивый, как он. У вас даже улыбки одинаковые. Только у него в придачу есть несколько... убийственных. От которых люди умирают от страха на месте.
  
  - Хм, - Яньлин нахмурился. - Дай мне это осмыслить. "Красивый" - не то определение, которое обычно дают отцу. Обычно говорят "грозный". Или "могущественный". Или "тот, кого лучше не злить".
  
  - Всё это тоже, - согласилась Жэньли. - Но он правда красивый. Госпожа Лань Юэ смотрела на него так, будто хотела заморозить и забрать с собой как статую.
  
  Яньлин поморщился.
  
  - Пожалуйста, не рассказывай мне такое перед сном.
  
  - И твоя сестра тоже похожа на отца, - продолжала Жэньли, не обращая внимания. - Такая же высокая, такая же... величественная. Я рядом с ней чувствую себя ребёнком.
  
  - Ты самого подходящего размера, - Яньлин притянул её ближе. - Тебя очень удобно обнимать. И носить на руках. И прятать за спину, когда нужно. И...
  
  - Это очень удобно - иметь слепого мужа, - Жэньли улыбнулась, запуская пальцы в его волосы. - Что бы я ни сказала о себе, ты или не понимаешь, о чём я, или говоришь, что так даже лучше.
  
  - Потому что ты самая лучшая, - сказал Яньлин просто. - Это я знаю и не видя тебя.
  
  Жэньли замерла.
  
  - Яньлин...
  
  - Я серьёзно, - он повернулся к ней, обнимая обеими руками. - Я чувствую тебя. Твою энергию. Твоё тепло. То, как ты дышишь, когда счастлива. То, как твоё сердце бьётся быстрее, когда ты смущаешься.
  
  Его пальцы коснулись её щеки.
  
  - Вот как сейчас.
  
  - Я не смущаюсь, - соврала Жэньли.
  
  - Врёшь, - он улыбнулся. - Твои щёки горячие.
  
  - Это от огня.
  
  - Камин не горит.
  
  - От твоего огня.
  
  - А вот это уже ближе к правде.
  
  Жэньли рассмеялась и спрятала лицо у него на груди.
  
  - Ты невозможный.
  
  - Знаю.
  
  Они лежали молча, слушая тишину. После трёх дней шума, музыки, разговоров - тишина казалась почти осязаемой. Драгоценной.
  
  - Яньлин, - прошептала Жэньли.
  
  - М?
  
  - Спасибо.
  
  - За что?
  
  - За всё это, - она обвела рукой комнату. - За дом. За семью. За... за то, что я больше не одна.
  
  Яньлин крепче прижал её к себе.
  
  - Ты никогда больше не будешь одна, - сказал он тихо. - Я обещаю.
  
  Жэньли подняла голову и поцеловала его - нежно, мягко.
  
  - Я знаю, - прошептала она. - Я чувствую.
  
  Связь между ними пульсировала - тёплая, золотистая, живая. Два сердца, бьющихся в унисон. Две души, переплетённые навсегда.
  
  За окном садилось солнце. В покоях было тепло и тихо. И впервые за три дня они оба почувствовали, что можно просто... быть. Не улыбаться гостям. Не следить за каждым словом. Не держать спину прямо. Просто лежать, обнявшись. Просто дышать. Просто быть вместе.
  
  - Спи, маленькая птичка, - прошептал Яньлин, целуя её в макушку.
  
  - И ты, - она зевнула. - Мой огненный принц.
  
  Сон наконец пришёл - мягкий, глубокий, без сновидений.
  
  А Шаали, заглянувшая через час проверить их, только улыбнулась и тихо закрыла дверь.
  
  Пусть отдыхают.
  
  Они заслужили.
  
  ***
  
  Покои главы Чёрной башни погрузились в мягкие сумерки.
  
  Си Ень сидел у окна, позволив Мэйлин расплетать его волосы. Это был их ритуал - древний, как сама башня. Когда все дела завершены, когда двери закрыты, когда можно наконец снять маску главы и остаться просто... собой.
  
  Пальцы Мэйлин скользили по прядям - чёрным с огненными всполохами, - вытаскивая шпильки, распутывая узлы.
  
  - Три дня, - вздохнул Си Ень. - Целых три дня.
  
  - Ты справился.
  
  - Я чуть не убил Цзэн Вэя.
  
  - Но не убил.
  
  - Хотел.
  
  - Знаю, - Мэйлин улыбнулась, откладывая последнюю шпильку. - Я чувствовала. Каждый раз.
  
  Си Ень откинул голову назад, позволяя волосам свободно рассыпаться по плечам.
  
  - Как ты это выносишь? Чувствовать мой гнев?
  
  - Привыкла, - она наклонилась и поцеловала его в макушку. - За столько лет. И потом... твой гнев горячий, но чистый. Как пламя. Вспыхивает и гаснет. В отличие от холодной злости, которая тлеет годами, - Мэйлин обошла его и села напротив, на низкую скамью. - Такая разъедает изнутри. Твоя - нет.
  
  Си Ень смотрел на неё - на женщину, которая была рядом больше тридцати лет. На золотистые пряди в чёрных волосах. На тонкие морщинки у глаз - следы улыбок, а не горя. На руки целительницы - сильные и нежные одновременно.
  
  - Ты устала, - сказал он.
  
  - Не больше тебя.
  
  - Врёшь.
  
  - Вру, - она рассмеялась. - Ноги гудят. Спина ноет. И если я увижу ещё один церемониальный поклон - закричу.
  
  Си Ень протянул руку. Мэйлин вложила в неё свою ладонь и позволила притянуть себя ближе - на колени к мужу, как в молодости.
  
  - Помнишь наш первый приём? - спросил он тихо.
  
  - Когда ты представил меня как целительницу башни?
  
  - И как будущую жену.
  
  - Помню, - Мэйлин положила голову ему на плечо. - Я тряслась от страха. Все эти люди... все эти взгляды...
  
  - А теперь?
  
  - Теперь я знаю, что могу посмотреть на любого из них и он отведёт глаза первым.
  
  Си Ень рассмеялся - низко, довольно.
  
  - Моя грозная госпожа.
  
  - Твоя, - согласилась она. - Только твоя.
  
  Они сидели молча, глядя, как за окном догорает закат. Небо окрасилось в алые и золотые тона - цвета их источников, переплетённые воедино.
  
  - Лисян уехала, - сказала Мэйлин наконец.
  
  - Уехала.
  
  - Ты в порядке?
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Нет, - признался он. - Но буду. Она счастлива. Это главное.
  
  - Она похожа на тебя.
  
  - Все так говорят.
  
  - Потому что это правда, - Мэйлин подняла голову, заглянула ему в глаза. - Такая же упрямая. Такая же сильная. Такая же... готовая на всё ради тех, кого любит.
  
  - Это плохо?
  
  - Это прекрасно, - она коснулась его щеки. - И страшно. Одновременно.
  
  Си Ень повернул голову и поцеловал её ладонь.
  
  - А Яньлин? - спросил он. - Как он, по-твоему?
  
  Мэйлин задумалась.
  
  - Счастлив, - сказала она наконец. - По-настоящему счастлив. Впервые за... за всю жизнь, наверное.
  
  - Жэньли.
  
  - Жэньли, - согласилась Мэйлин. - Но не только. Он наконец... нашёл себя. Своё место. Перестал чувствовать себя сломанным.
  
  Си Ень кивнул.
  
  - Я видел его на поединках. Как он двигается. Как держится. Как улыбается. Он больше не боится, - Си Ень улыбнулся. - Раньше он всегда... сдерживался. Берёг силы. Помнил о приступах. А теперь...
  
  - Теперь он свободен.
  
  - Да.
  
  Мэйлин снова положила голову ему на плечо.
  
  - Знаешь, о чём я думаю?
  
  - О чём?
  
  - О внуках.
  
  Си Ень поперхнулся воздухом.
  
  - Что?
  
  - Внуки, - повторила Мэйлин невозмутимо. - Маленькие. С огненными прядями в волосах.
  
  - Мэйлин...
  
  - Что? - она подняла голову, глаза смеялись. - Тебе не хочется?
  
  - Хочется, - признал Си Ень. - Но... они же только поженились. Им по девятнадцать лет. Пусть сначала...
  
  - Поживут для себя?
  
  - Да.
  
  - Успеют, - Мэйлин махнула рукой. - Времени много. Я просто... думаю. Иногда.
  
  Си Ень притянул её ближе.
  
  - Я тоже, - признался он тихо. - Иногда представляю. Как буду учить их. Рассказывать истории. Показывать, как управлять пламенем.
  
  - Баловать.
  
  - Само собой.
  
  - Портить.
  
  - Это моё право как деда.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Бедные дети. У них не будет шансов вырасти нормальными.
  
  - Нормальные - это скучно, - Си Ень улыбнулся. - Пусть будут как мы. Немного сумасшедшие. Очень сильные. И бесконечно любящие друг друга.
  
  Мэйлин подняла голову и поцеловала его - долго, нежно.
  
  - Я люблю тебя, - прошептала она.
  
  - И я тебя, - он коснулся лбом её лба. - Каждый день. Каждый час. Каждый вдох.
  
  - Даже когда я ругаю тебя за то, что ты опять не спал?
  
  - Особенно тогда.
  
  - Даже когда я заставляю тебя пить горькие отвары?
  
  - Это уже сложнее.
  
  Мэйлин фыркнула и ткнула его кулаком в плечо.
  
  - Несносный.
  
  За окном зажглись первые звёзды. Си Ень встал, поднимая Мэйлин на руки.
  
  - Что ты делаешь? - она обхватила его за шею.
  
  - Несу тебя в постель.
  
  - Я могу дойти сама.
  
  - Можешь, - согласился он. - Но не будешь.
  
  - Почему?
  
  - Потому что я хочу нести тебя, - он улыбнулся - не грозной улыбкой главы, а той, другой, которую видела только она. - Мне можно?
  
  Мэйлин положила голову ему на плечо.
  
  - Тебе - всегда.
  
  Он понёс её к постели - бережно, как величайшую драгоценность.
  
  Потому что она ею и была.
  
  Его сердце. Его свет. Его дом.
  
  За все эти годы - ничего не изменилось.
  
  И ничего не изменится.
  
  Никогда.
  
  ***
  
  Дверь закрылась, и Цзин Юй наконец позволил себе выдохнуть.
  
  Покои для почётных гостей в Чёрной башне были роскошными - алые шелка, золотая вышивка, мебель из тёмного дерева. Всё кричало о богатстве и могуществе огненных. Всё было совершенно не в его вкусе.
  
  Он подошёл к зеркалу и посмотрел на своё отражение.
  
  Чёрный с серебром наряд, который выбрал для него Си Ень, сидел безупречно. Тяжёлый шёлк, серебряная вышивка в виде лунных цветов, пояс с нефритовыми подвесками. "Ты должен выглядеть как тот, кого я считаю равным себе", - сказал тогда Си Ень, и спорить было бесполезно.
  
  Цзин Юй устало покачал головой и начал раздеваться.
  
  Пояс. Верхняя мантия. Нижняя туника. Украшения. Шпильки из волос.
  
  Каждый слой - как снятая маска.
  
  Он достал из сундука свои вещи - простые серые одежды, мягкие от многочисленных стирок, без единого украшения. Надел их и почувствовал, как напряжение отпускает.
  
  Вот теперь он снова был собой.
  
  Тихий шорох за спиной - и в комнате появился Ли Чжэнь.
  
  В человеческом облике лунный змей выглядел как юноша лет двадцати - серебряные волосы, золотые глаза, тонкие черты лица. Те, кто видел их вместе впервые, часто принимали его за младшего родственника Цзин Юя.
  
  В руках Ли Чжэнь держал поднос с чайником и пиалой.
  
  - Свежий, - сказал он, ставя поднос на столик у окна. - Белый, как ты любишь.
  
  - Благодарю.
  
  Цзин Юй опустился на подушки и взял пиалу. Аромат чая - тонкий, едва уловимый - успокаивал лучше любых слов.
  
  Он сделал глоток и прикрыл глаза.
  
  - Хорошо, что всё закончилось, - пробормотал он. - Грандиозные задумки Си Еня... очень утомляют.
  
  Ли Чжэнь сел рядом - не на подушку, а прямо на пол, подобрав под себя ноги.
  
  - Но всё прошло успешно, ведь так?
  
  - Да, - Цзин Юй открыл глаза и улыбнулся. - Чёрная башня ослепила всех своим могуществом и роскошью. Именно этого Си Ень и добивался.
  
  - А ты?
  
  - Что - я?
  
  - Чего добивался ты?
  
  Цзин Юй помолчал, глядя в окно. Солнце уже село, и небо окрасилось в глубокий синий цвет. Первые звёзды проступали сквозь сумерки.
  
  - Я хотел увидеть, - сказал он наконец. - Понять. Кто чего стоит. Кто опасен. Кто может стать союзником.
  
  - И что увидел?
  
  - Многое, - Цзин Юй отпил ещё чаю. - Глава Белой башни слаб и напуган. Боится огненных до дрожи в коленях. Это... не очень хорошо.
  
  - Почему? Разве страх врага - не преимущество?
  
  - Страх делает людей непредсказуемыми, - Цзин Юй покачал головой. - Загнанный в угол зверь опаснее свободного. Цзэн Вэй может натворить глупостей, пытаясь... защититься от угрозы, которой нет.
  
  Ли Чжэнь склонил голову набок - жест, оставшийся от змеиной природы.
  
  - А остальные?
  
  - Земные надёжны, как всегда. Чжан Вэй мудр и не станет ввязываться в чужие конфликты. Водные... - Цзин Юй усмехнулся. - Лань Юэ холодна, расчётлива, но разумна. С ней можно иметь дело.
  
  - А её сын?
  
  - Хэ Юнь? - Цзин Юй улыбнулся теплее. - Хороший мальчик. Горячий, несмотря на водную природу. Он подружился с Яньлином - это... неожиданно. И хорошо.
  
  Ли Чжэнь кивнул.
  
  - Я видел их поединок. Водный ранил огненному руку.
  
  - И потом извинялся так, будто убил его любимую собаку.
  
  - У Яньлина нет собаки.
  
  - Это выражение, Ли Чжэнь.
  
  - А, - змей моргнул. - Человеческие выражения странные.
  
  Цзин Юй рассмеялся - тихо, устало.
  
  - Да. Странные.
  
  Он допил чай и поставил пиалу на поднос. За окном окончательно стемнело, и в комнате зажглись светильники - сами собой, повинуясь магии башни.
  
  - Ты хочешь домой, - сказал Ли Чжэнь. Не вопрос - утверждение.
  
  - Хочу, - признал Цзин Юй. - В академию. К ученикам. К тишине.
  
  - Но ты обещал остаться.
  
  - Обещал.
  
  Цзин Юй посмотрел в окно - туда, где за стенами башни раскинулся ночной сад.
  
  - Си Ень ещё не восстановился после разлома, - сказал он тихо. - Он думает, что никто не замечает. Скрывает усталость за улыбками и приказами. Но я вижу. Как он бледнеет к вечеру. Как опирается на стену, когда думает, что никто не смотрит. Как Мэйлин тревожится, хотя тоже делает вид, что всё в порядке.
  
  Ли Чжэнь помолчал.
  
  - Ты беспокоишься о нём.
  
  - Он мой друг, - Цзин Юй пожал плечами. - Единственный, кто остался со мной после... всего. Конечно, я беспокоюсь.
  
  - Тогда почему хочешь уехать?
  
  Цзин Юй долго не отвечал.
  
  - Потому что здесь слишком громко, - сказал он наконец. - Слишком ярко. Слишком много людей, эмоций, огня. Я... устаю от этого. Мне нужна тишина, чтобы восстанавливаться. А здесь её нет. Но я обещал, - Цзин Юй улыбнулся - И я останусь. Сколько нужно.
  
  Ли Чжэнь смотрел на него долгим взглядом золотых глаз.
  
  - Ты любишь их.
  
  - Люблю, - согласился Цзин Юй просто. - Они моя семья. Шумная, невыносимая, огненная семья. Иногда мне хочется сбежать от них на край света. А иногда... - он замолчал. - Иногда я понимаю, что без них мир был бы слишком холодным. Даже для лунного заклинателя.
  
  Он откинулся на подушки, глядя в потолок.
  
  - И потом... здесь есть свои преимущества.
  
  - Какие?
  
  - Яньлин, - Цзин Юй улыбнулся. - Он вырос таким... удивительным. Смотреть на него - радость. И Жэньли рядом с ним светится так, что хочется улыбаться.
  
  - А Мэйлин каждый вечер присылает тебе сладости.
  
  - И это тоже.
  
  - А Си Ень...
  
  - А Си Ень - это Си Ень, - Цзин Юй рассмеялся. - Невыносимый, самоуверенный, громкий... и лучший друг, какого только можно пожелать.
  
  Ли Чжэнь поднялся - текуче, плавно.
  
  - Тебе нужно отдохнуть.
  
  - Знаю.
  
  - Ляг. Я посторожу.
  
  - Здесь безопасно, Ли Чжэнь. Это Чёрная башня.
  
  - Всё равно посторожу, - змей посмотрел на него упрямо. - Это моя работа. И моё желание.
  
  Цзин Юй не стал спорить.
  
  Он лёг на кровать - слишком мягкую, слишком роскошную на его вкус - и закрыл глаза.
  
  Когда-нибудь он вернётся в академию. К своим ученикам, книгам, исследованиям. К серебряной тишине лунных залов.
  
  Но не сейчас.
  
  Сейчас он нужен здесь. Рядом с другом, который ещё не оправился. Рядом с семьёй, которая - пусть и не по крови - стала его собственной.
  
  И если честно...
  
  Если совсем честно...
  
  Ему не так уж хотелось уезжать.
  
  Ли Чжэнь свернулся у двери и его золотые глаза светились в темноте, охраняя сон хозяина.
  
  За окном светила луна.
  
  И в этой не совсем серебряной, не совсем тихой ночи Цзин Юй наконец уснул.
  
  С лёгкой улыбкой на губах.
  
  Глава 48. Возвращение в Звёздную башню
  
  Звёздная башня встретила их тишиной.
  
  После шума и роскоши Чёрной башни - после трёх дней приёмов, поединков и бесконечных разговоров - эта тишина казалась почти осязаемой. Мягкой, как бархат. Глубокой, как ночное небо.
  
  Чжоу Шэн первым спрыгнул с повозки.
  
  - Я проверю, что происходит в башне, - бросил он на ходу и исчез в дверях раньше, чем Лисян успела ответить. Она только покачала головой, глядя ему вслед.
  
  Ляньчжи стоял рядом - всё ещё в парадных одеждах, немного помятых после долгой дороги.
  
  Лисян улыбнулась. - Пойдём. Проверим лечебницу.
  
  - Прямо сейчас? В этом? - Ляньчжи указал на свой расшитый золотом халат.
  
  - Прямо сейчас. В этом.
  
  В лечебнице их обступили со всех сторон.
  
  - Госпожа Лисян вернулась!
  
  - Какой наряд! Какая красота!
  
  - Господин Ляньчжи, вы как принц из сказки!
  
  - Расскажите про приём! Правда, что там было семь перемен блюд?
  
  - А поединки? Правда, что молодой господин Яньлин дрался с водным наследником?
  
  Лисян терпеливо улыбалась, пытаясь пробиться к старшему целителю.
  
  - Всё в порядке? Срочная помощь не нужна?
  
  - Всё спокойно, госпожа, - старик махнул рукой. - Идите отдыхать. Вы только с дороги.
  
  - Но если что-то...
  
  - Ничего. Идите, идите.
  
  Их буквально выпроводили из лечебницы - мягко, но настойчиво.
  
  Ляньчжи шёл рядом, всё ещё немного ошеломлённый.
  
  - Они... очень заботливые.
  
  - Они считают нас детьми, - Лисян фыркнула. - Неважно, сколько нам лет и какие у нас заслуги. Для них мы всегда будем "молодой госпожой" и "молодым господином".
  
  - Это... приятно. По-своему.
  
  - Да, - она улыбнулась мягче. - По-своему.
  
  ***
  
  Покои Лисян были просторными, но не роскошными. Тёмное дерево, простая мебель, несколько свитков на стенах. Единственным украшением служили цветы - свежие, в простой керамической вазе. Кто-то из слуг позаботился, пока её не было.
  
  Лисян начала снимать торжественные одежды - слой за слоем, украшение за украшением. Три дня в этой красоте вымотали её больше, чем неделя работы в лечебнице.
  
  Дверь тихо скрипнула.
  
  - Глава сказал, что мы молодцы, - Чжоу Шэн вошёл и прислонился к косяку. - В башне всё спокойно. И отправил меня отдыхать.
  
  Он вздохнул - так, будто "отдыхать" было самым тяжёлым приказом в его жизни.
  
  - Вот и замечательно, - Лисян обернулась к нему. - Поможешь мне это всё снять?
  
  Чжоу Шэн подошёл и начал расстёгивать застёжки на её спине. Его пальцы - привычные к оружию, к древним свиткам, к тонкой работе хранителя - двигались осторожно, почти нежно.
  
  - Сколько здесь слоёв? - пробормотал он.
  
  - Четыре. Или пять. Я уже не помню.
  
  - Кто вообще придумал такую одежду?
  
  - Кто-то, кто никогда не носил её сам.
  
  Чжоу Шэн хмыкнул.
  
  Когда с её нарядом было покончено, настала его очередь. Лисян помогла ему снять тяжёлый церемониальный халат, расплести сложную причёску, убрать шпильки.
  
  Наконец они оба переоделись в простое - мягкий хлопок, никаких украшений, никакой вышивки.
  
  - Так лучше, - выдохнула Лисян.
  
  - Намного.
  
  Они сели у окна - вместе, обнявшись. Лисян прижалась к Чжоу Шэну, положив голову ему на плечо. Его рука привычно легла ей на талию.
  
  За окном простиралось ночное небо - бескрайнее, усыпанное звёздами. Звёздная башня получила своё имя не просто так - отсюда небо казалось ближе, чем где бы то ни было.
  
  - Моя госпожа голодна? - спросил Чжоу Шэн.
  
  Опыт научил его - Лисян часто забывала о еде, когда была занята или взволнована. А последние три дня она была и тем, и другим.
  
  - Я ещё не решила, - Лисян задумчиво смотрела на звёзды. - Пока мне хорошо.
  
  Она помолчала.
  
  - Мы дома, - сказала она тихо. - И у всех всё в порядке.
  
  - Да.
  
  - Я так рада, что мы побывали в Чёрной башне. Что я увидела родителей. Убедилась, что у отца всё хорошо. Что мама не слишком устаёт. Что Яньлин счастлив с Жэньли. Что дядя Юй рядом и присматривает за ними.
  
  Чжоу Шэн слушал молча, поглаживая её по спине.
  
  - А теперь я рада вернуться в Звёздную, - Лисян улыбнулась. - Удивительно... Это теперь для меня возвращение домой.
  
  - Удивительно? - он приподнял бровь.
  
  - Немного, - она подняла голову, посмотрела на него. - Я выросла в Чёрной башне. Думала, что всегда буду считать её домом. А теперь...
  
  Она обвела взглядом комнату - простую, тихую, свою.
  
  - Теперь дом здесь. Где ты. Где наша работа. Где люди, которые ждут нас в лечебнице и радуются, когда мы возвращаемся.
  
  Чжоу Шэн молча поцеловал её в макушку.
  
  - И здесь всё в порядке, - продолжала Лисян. - Башня стоит. Глава доволен. Пациенты выздоравливают. И ты рядом.
  
  Она снова прижалась к нему.
  
  - Что ещё нужно для счастья?
  
  Чжоу Шэн не ответил. Вместо этого он крепче обнял её и уткнулся носом в её волосы - пахнущие дорогой, дымом, немного - цветами из Чёрной башни.
  
  Они сидели так долго - в тишине, в темноте, в покое. Звёзды медленно двигались по небу. Где-то внизу башня жила своей ночной жизнью - тихой, размеренной, спокойной.
  
  И Лисян думала о том, как странно устроена жизнь. Она родилась от союза огня и золота - дочь главы Чёрной башни и золотой целительницы. Но источник выбрал её в огненные, и пламя стало её судьбой. Её первым воспоминанием было тепло отцовских рук и мягкий золотистый свет материнской улыбки. А теперь она нашла покой в тени. Рядом с человеком, который хранил древние тайны и читал звёзды. В башне, где тишина была не пустотой, а присутствием.
  
  - Чжоу Шэн, - позвала она тихо.
  
  - М?
  
  - Спасибо.
  
  - За что?
  
  - За всё это, - она обвела рукой комнату, окно, звёзды. - За дом. За покой. За то, что ты есть.
  
  Он помолчал.
  
  - Это я должен благодарить, - сказал он наконец. - За то, что ты выбрала меня. Из всех людей в мире.
  
  - Глупый, - она улыбнулась. - Разве я могла выбрать кого-то другого?
  
  - Могла. Ты - дочь главы Чёрной башни. Ты могла выбрать любого.
  
  - Я выбрала лучшего.
  
  Чжоу Шэн не нашёлся, что ответить. Он просто крепче обнял её и закрыл глаза.
  
  За окном сияли звёзды. В комнате было тихо и тепло. И больше им ничего не было нужно.
  
  Много позже, когда Лисян уже почти заснула, Чжоу Шэн осторожно поднял её и перенёс в постель.
  
  - Ты так и не поела, - прошептал он.
  
  - Завтра, - пробормотала она сонно. - Всё завтра.
  
  - Ладно. Завтра так завтра.
  
  Он лёг рядом, укрыл их обоих одеялом. Лисян сразу придвинулась ближе, устроилась у него под боком - привычно, естественно, как будто они делали это всю жизнь.
  
  - Спокойной ночи, - прошептала она.
  
  - Спокойной ночи, моя госпожа.
  
  - Лисян.
  
  - Спокойной ночи, Лисян.
  
  Она улыбнулась и закрыла глаза.
  
  Сон пришёл быстро - мягкий, глубокий, без сновидений.
  
  Сон человека, который наконец вернулся домой.
  
  ***
  
  Покои Ляньчжи в Звёздной башне были небольшими, но уютными.
  
  Тёмное дерево стен, мягкие подушки у низкого столика, свитки с целительскими записями на полках. И камин - настоящий, с живым пламенем, которое весело потрескивало, разгоняя ночной холод.
  
  Лисян поколдовала над каминами в их покоях ещё в первые дни - и у себя, и у Ляньчжи. Огненным было холодно и неуютно без живого пламени рядом, а Звёздная башня, при всех её достоинствах, была прохладной. Тёмные не нуждались в тепле так, как огненные.
  
  Ляньчжи переоделся в простую одежду - наконец-то избавился от тяжёлого парадного халата, от украшений, от всего этого великолепия, которое давило на плечи три дня подряд. Он сел у камина и прикрыл глаза.
  
  Спокойствие. Вот что давала ему Звёздная башня. То самое спокойствие, которого он не знал ни во дворце, ни даже в Чёрной башне - при всей любви к Яньлину и его семье. Там было слишком ярко, слишком громко, слишком... много всего.
  
  Здесь было тихо. Здесь можно было просто быть.
  
  В дверь постучали.
  
  - Ляньчжи? Можно к тебе?
  
  В покои заглянул Сюй Мин - молодой заклинатель Звёздной башни, ровесник Ляньчжи. Тёмные волосы с едва заметными фиолетовыми прядями, внимательные серые глаза. Они познакомились в первую неделю после приезда Ляньчжи и как-то сразу поладили.
  
  - Заходи, - Ляньчжи кивнул.
  
  Сюй Мин проскользнул в комнату.
  
  - Ты голодный?
  
  Ляньчжи открыл рот, чтобы сказать "нет" - и понял, что да, голодный. Очень. Он толком не ел с самого утра, когда они выехали из Чёрной башни.
  
  - Пойдём ужинать, - Сюй Мин улыбнулся. - Расскажешь нам про приём.
  
  В столовой было людно. Молодые заклинатели Звёздной башни собрались за длинным столом - человек десять или двенадцать. Когда Ляньчжи вошёл, все головы повернулись к нему.
  
  - О, вернулся!
  
  - Ляньчжи! Садись сюда!
  
  - Расскажи про приём!
  
  Его усадили на почётное место, подвинули миски с едой - рис, тушёные овощи, мясо в пряном соусе. Кто-то налил чаю.
  
  - Ну, как там было? - спросила Линь Фан, худенькая девушка с косой до пояса. - Правда, что Чёрная башня вся в золоте?
  
  - Не в золоте, - Ляньчжи улыбнулся. - Но красиво. Очень красиво. Алые шелка, огненные фонари, цветы везде...
  
  - А еда? - это уже Вэй Хао, круглолицый парень, который, кажется, думал о еде больше, чем о чём-либо ещё.
  
  - Еда была потрясающая. Семь перемен блюд на пиру. И каждое блюдо - произведение искусства.
  
  - Семь перемен! - Вэй Хао застонал от зависти.
  
  - А кто там был? - спросил Сюй Мин, садясь рядом. - Все главы?
  
  - Все, - Ляньчжи кивнул. - Глава Земной башни, почтенный Чжан Вэй. Глава Водной башни, госпожа Лань Юэ. Глава Воздушной...
  
  Он перечислял, отвечая на бесконечные вопросы. Кто как выглядел. Кто что сказал. Какие были наряды. Какие украшения.
  
  - А поединки? - спросил кто-то. - Ты участвовал?
  
  - Нет, конечно, - Ляньчжи покачал головой. - Я же целитель, не боец.
  
  - А кто участвовал?
  
  - Яньлин, - Ляньчжи улыбнулся, вспоминая. - Он дрался с наследником Водной башни и с заклинателем из Белой. Проиграл оба раза, но достойно.
  
  - Проиграл? - удивилась Линь Фан. - Я думала, он сильный.
  
  - Он сильный. Но Хэ Юнь - это что-то невероятное. А золотой заклинатель... - Ляньчжи покачал головой. - Его щиты невозможно пробить.
  
  - Расскажи подробнее!
  
  И Ляньчжи рассказывал - про поединки, про пир, про фейерверк, про музыкантов и танцоров. Про то, как глава Си Ень произносил речь, и все замерли, потому что его голос заполнил весь зал. Про то, как госпожа Мэйлин улыбалась гостям, и от её улыбки становилось теплее. Про то, как Жэньли - жена Яньлина - помогала в целительском шатре и ни разу не ошиблась.
  
  Его не забыли покормить. Миска с рисом как-то незаметно наполнялась снова и снова, чай подливали, не спрашивая.
  
  Даже молодые тёмные были гораздо спокойнее огненных. Они слушали внимательно, задавали вопросы по очереди, не перебивая друг друга. Никто не кричал, не спорил, не размахивал руками.
  
  Тихо. Мирно. Уютно.
  
  В какой-то момент Ляньчжи поймал себя на том, что зевает.
  
  - Всё, - Сюй Мин поднялся. - Хватит мучить человека. Он с дороги.
  
  - Но он ещё не рассказал про...
  
  - Завтра расскажет. Идём, Ляньчжи, провожу тебя.
  
  Ляньчжи благодарно кивнул и встал.
  
  - Спасибо за ужин. И за компанию.
  
  - Спасибо за рассказ! - откликнулись несколько голосов.
  
  - Отдыхай!
  
  - Увидимся завтра!
  
  Они шли по тёмным коридорам Звёздной башни. Факелы горели тускло - тёмным не нужно было много света.
  
  - Спасибо, - сказал Ляньчжи. - Что вытащил меня.
  
  - Да ладно, - Сюй Мин пожал плечами. - Я видел, что ты устал. А они бы расспрашивали до утра.
  
  - Они милые.
  
  - Они любопытные, - Сюй Мин усмехнулся. - Не каждый день кто-то из наших бывает на приёме в Чёрной башне.
  
  Они остановились у дверей покоев Ляньчжи.
  
  - Выспись, - сказал Сюй Мин. - Завтра госпожа Лисян наверняка загонит тебя в лечебницу.
  
  - Наверняка, - Ляньчжи улыбнулся. - Спокойной ночи.
  
  - Спокойной ночи.
  
  Сюй Мин растворился в тенях - буквально, как умели только заклинатели Звёздной башни.
  
  Ляньчжи вошёл в свои покои и закрыл дверь. Камин всё ещё горел - тёплый, живой, уютный. Пламя отбрасывало мягкие отблески на стены. Ляньчжи переоделся ко сну, лёг в постель и укрылся одеялом.
  
  Он думал о Чёрной башне - яркой, громкой, переполненной огнём и жизнью. О Яньлине и Жэньли, об их счастливых улыбках. О господине Си Ене и госпоже Мэйлин, которые смотрели друг на друга так, будто в мире больше никого не существовало.
  
  Он любил их всех. Скучал по ним уже сейчас.
  
  Но здесь, в Звёздной башне, было что-то другое. Что-то, чего ему не хватало раньше. Покой. Принятие. Место, где он мог быть просто Ляньчжи - не бывшим принцем, не огненным среди тёмных, не чужаком. Просто собой.
  
  Пламя в камине тихо потрескивало. За окном сияли звёзды. И Ляньчжи уснул - спокойно, мирно, с лёгкой улыбкой на губах. Он был дома.
  
  Глава 49. Семейный завтрак
  
  - Ты ещё спишь?
  
  Голос Си Еня ворвался в сон, как камень в тихий пруд.
  
  Цзин Юй приоткрыл один глаз и увидел друга, бесцеремонно заглядывающего в его покои. Утренний свет бил в окна - слишком яркий, слишком настойчивый.
  
  - Да, представляешь себе, сплю, - пробурчал он недовольно. - Спал, во всяком случае. Это вы здесь, в Чёрной башне, почему-то вскакиваете с рассветом и считаете, что это нормально.
  
  - Ну, утро сейчас не такое уж и раннее, - Си Ень не выказал ни малейших признаков раскаяния. Наоборот - улыбался так, будто сделал что-то хорошее. - Мы с Яньлином уже успели разобрать утренние доклады. И я хотел вытащить тебя на семейный завтрак.
  
  Цзин Юй застонал и сел, потирая лицо.
  
  - Ладно. Ты меня уже разбудил, так что можно и позавтракать. Иди, утреннее чудовище. Я скоро присоединюсь.
  
  Си Ень усмехнулся и исчез за дверью.
  
  ***
  
  Цзин Юй неспешно собрался - умылся, переоделся в чистые серые одежды, пригладил волосы. Ли Чжэнь всё ещё спал, свернувшись серебристым кольцом на подушке.
  
  Цзин Юй до сих пор не понимал, зачем высшему духу сон. Ли Чжэнь не был человеком, не нуждался в отдыхе так, как нуждались смертные. Но он любил нежиться в постели по утрам - особенно в змеином облике, особенно на мягких подушках.
  
  "Привычка", - объяснял он, когда Цзин Юй спрашивал. "Приятная привычка".
  
  Цзин Юй погладил его по прохладной чешуе - осторожно, чтобы не разбудить - и тихо вышел из покоев.
  
  Малая гостиная на верхних этажах башни была залита утренним светом. Здесь обычно завтракала семья главы - в стороне от любопытных глаз, без церемоний и формальностей. Круглый стол был уставлен блюдами: рисовая каша с мясом, паровые пирожки, маринованные овощи, свежие фрукты.
  
  Все уже собрались. Си Ень сидел во главе стола - расслабленный, без парадных одежд, с распущенными волосами. Рядом с ним Мэйлин наливала чай в тонкие фарфоровые чашки. Яньлин и Жэньли устроились напротив, их плечи почти соприкасались. Шаали в человеческом облике сидела по другую сторону от Яньлина, а Лоу - рядом с ней, уже жуя что-то.
  
  - Проходи, засоня, - Си Ень улыбнулся и указал на место рядом с собой.
  
  - Доброе утро, - Цзин Юй поклонился всем и сел. - Только в следующий раз я предпочту семейный ужин. В крайнем случае - обед.
  
  - Извини, - Си Ень развёл руками. - У нас не часто получается собраться вместе на остальные трапезы. Так что потерпи.
  
  Цзин Юй вздохнул, принимая поражение, и потянулся за чашкой чая.
  
  Все приступили к еде.
  
  Жэньли под чутким руководством Шаали наполняла тарелку Яньлина. Рис с мясом, два пирожка, немного овощей...
  
  - Ещё один пирожок, - сказала Шаали. - Он любит с капустой.
  
  - Я положила с капустой.
  
  - Тот был с мясом.
  
  - Этот с капустой, я проверила.
  
  - Дай понюхаю.
  
  Цзин Юй наблюдал за ними с лёгкой улыбкой. Шаали заботилась о Яньлине с тех пор, как ему исполнилось десять лет. Она знала все его привычки, все предпочтения, каждое любимое блюдо. И хотя теперь рядом с ним была жена - Шаали не могла полностью доверить ей священную обязанность правильно накормить своего господина.
  
  - Шаали, - Яньлин попытался вмешаться. - Ты можешь оставить это Жэньли. А то я столько не съем.
  
  Он потянулся остановить саламандру - и их палочки для еды скрестились.
  
  - Я ещё не закончила.
  
  - Тарелка уже полная.
  
  - Там есть место.
  
  - Нет места.
  
  - Есть. Вот здесь.
  
  - Это край тарелки!
  
  Лоу откровенно наслаждался происходящим. Он откинулся на спинку стула и хохотал - громко, заразительно, совершенно неприлично для завтрака с главой башни.
  
  - Шаали, - сказал Яньлин с достоинством, которое несколько портила его попытка отбить атаку саламандры, - иди лучше покорми Лоу. Может, он замолчит.
  
  Шаали, не прерывая дуэли, свободной рукой схватила пирожок и засунула его хохочущему Лоу в рот.
  
  Лоу подавился, закашлялся, но продолжал смеяться - теперь уже с набитым ртом.
  
  Жэньли прикрыла лицо рукавом, пряча улыбку.
  
  Мэйлин покачала головой, но глаза её смеялись.
  
  Си Ень наблюдал за происходящим с видом довольного кота.
  
  - Скажи мне, Юй, - Мэйлин повернулась к Цзин Юю, - что вы там с моим мужем такое замышляете? Он ходит по башне с загадочно довольным видом.
  
  Цзин Юй приподнял бровь и посмотрел на Си Еня.
  
  - Да вроде бы пока ничего, - он пожал плечами. - Так что тебе лучше спросить его.
  
  Мэйлин перевела взгляд на мужа.
  
  - Спрашиваю. Муж мой, что ты опять замышляешь?
  
  Её голос был мягким, но Цзин Юй уловил в нём нотку стали.
  
  - Месяц ещё не прошёл, - добавила она. - Тебе нельзя пользоваться магией.
  
  - Абсолютно ничего, - Си Ень поднял руки в притворной капитуляции. - Я просто рад, что приём закончился благополучно.
  
  - И?
  
  - И мы можем вот так завтракать, - он обвёл взглядом стол, - не ожидая какой-нибудь катастрофы.
  
  Мэйлин смотрела на него долгим взглядом.
  
  - Ты лжёшь.
  
  - Я? Никогда.
  
  - Ты лжёшь мне в лицо. За завтраком. При детях.
  
  - Технически, - вмешался Яньлин, одержавший наконец победу над Шаали (она отвлеклась, подкладывая Лоу ещё еды), - мы уже не дети.
  
  - Вам по девятнадцать лет, - сказала Мэйлин. - Вы дети.
  
  - Мы женаты.
  
  - Женатые дети.
  
  Жэньли тихо засмеялась.
  
  - Госпожа Мэйлин, - сказала она, - мне кажется, господин Си Ень просто счастлив. Разве этого недостаточно?
  
  Мэйлин посмотрела на невестку - и её лицо смягчилось.
  
  - Достаточно, - согласилась она. - Пока что.
  
  Она погрозила мужу пальцем.
  
  - Но я слежу за тобой.
  
  - Я знаю, - Си Ень улыбнулся и поцеловал её руку. - Именно поэтому я тебя люблю.
  
  Цзин Юй отпил чаю, наблюдая за ними. Шум. Смех. Перепалки из-за еды. Угрозы и признания в любви в одном предложении. Его тихая академия была совсем другой. Но здесь, в этом хаосе, в этом тепле - было что-то, чего не хватало в серебряной тишине лунных залов.
  
  - Дядя Юй, - позвала Жэньли, - хотите ещё пирожок? Шаали говорит, эти с креветками особенно удались.
  
  - С удовольствием.
  
  Жэньли положила пирожок ему на тарелку - и Цзин Юй поймал себя на том, что улыбается. Может, ранние завтраки - не такая уж плохая традиция. Иногда.
  
  ***
  
  - Всё.
  
  Си Ень поднялся из-за стола, и вместе с этим движением словно сменилась сама атмосфера в комнате. Только что здесь был семейный завтрак - теперь начинался рабочий день главы Чёрной башни.
  
  - Дела не ждут. Юй, пойдём.
  
  Он повернулся к младшим.
  
  - Помощник главы и помощник помощника - прекратите дурачиться. Вперёд.
  
  Яньлин отложил палочки и встал, на ходу вытирая руки. Лоу подскочил следом, едва не опрокинув чашку.
  
  Си Ень наклонился к Мэйлин и поцеловал её - коротко, нежно.
  
  - До вечера.
  
  - Без глупостей, - она погладила его по щеке.
  
  - Я само благоразумие.
  
  Мэйлин фыркнула, но ничего не сказала.
  
  Яньлин тем временем прощался с Жэньли - их поцелуй длился чуть дольше, чем полагалось бы на людях, и Лоу деликатно отвернулся, разглядывая потолок.
  
  - Увидимся вечером, маленькая птичка.
  
  - Не перетруждайся.
  
  - Не буду.
  
  Шаали уже ждала у двери - в человеческом облике, собранная и готовая следовать за господином.
  
  Женщины отправились в лечебницу.
  
  Мужчины - в кабинет главы.
  
  Кабинет Си Еня был просторным, но не роскошным. Тёмное дерево, простая мебель, карты на стенах. Здесь не принимали гостей - здесь работали.
  
  Си Ень опустился в кресло за столом. Яньлин занял своё привычное место справа, Лоу - слева. Цзин Юй сел напротив, а Шаали встала за спиной Яньлина, скрестив руки на груди.
  
  - Нам нужно обсудить наши действия на ближайшее время, - сказал Си Ень.
  
  Цзин Юй кивнул.
  
  - У меня есть потрясающий план, - сказал он. - Ближайшее время мы занимаемся только внутренними делами башни. Это устроит всех и успокоит другие башни. Как тебе, глава?
  
  Си Ень откинулся в кресле.
  
  - Неплохой план, - признал он. - Но невыполнимый.
  
  - Почему?
  
  - Мне тут птички принесли кое-что интересное.
  
  Он достал из ящика стола несколько свитков и разложил их перед собой.
  
  - Во-первых, у золотых опять странная активность. Перемещения войск, закупки припасов, тайные встречи. Пока непонятно, к чему они готовятся, но мне это не нравится.
  
  - Когда тебе нравилось что-то связанное с золотыми? - пробормотал Цзин Юй.
  
  Си Ень проигнорировал замечание.
  
  - Во-вторых, водные отстраивают свою новую башню. Быстро. Слишком быстро. Либо у них появились ресурсы, о которых мы не знаем, либо кто-то им помогает.
  
  - Или и то, и другое, - добавил Яньлин.
  
  - Или и то, и другое, - согласился Си Ень. - И в-третьих...
  
  Он помолчал.
  
  - Что-то шевелится в горах.
  
  Повисла пауза.
  
  - Что шевелится? - спросил Яньлин. - В каких горах? Наших горах?
  
  - В наших, - кивнул Си Ень.
  
  - А что там может шевелиться?
  
  - Если бы я знал, я бы сказал.
  
  Яньлин нахмурился.
  
  - И что это за информация от разведчиков? "Что-то шевелится"? Серьёзно?
  
  - Разведчики доложили то, что видели. Странные огни по ночам. Звуки из глубины. Птицы облетают один участок стороной.
  
  - Какой участок?
  
  - Северный склон. Там, где старые шахты.
  
  Яньлин задумался на мгновение.
  
  - Ладно. Я могу слетать посмотреть.
  
  - Хорошо, - Си Ень кивнул. - Но не один.
  
  - Ну, Шаали будет со мной, - Яньлин пожал плечами.
  
  Он повернулся к Цзин Юю.
  
  - Дядя, не хочешь прогуляться?
  
  - Я? - Цзин Юй удивлённо приподнял бровь.
  
  - А почему бы нет? - Яньлин улыбнулся. - Возьми своего змея. Пусть они с Шаали налаживают отношения.
  
  Шаали издала звук, который мог означать что угодно - от согласия до глубокого скептицизма.
  
  Цзин Юй посмотрел на Си Еня.
  
  - Ты уверен?
  
  - Уверен, - Си Ень кивнул. - Яньлин хорошо видит энергетические потоки, ты хорошо видишь... всё остальное. Вместе разберётесь, что там происходит.
  
  - Хорошо, - Цзин Юй вздохнул. - Тогда решено.
  
  Си Ень взял следующий свиток.
  
  - За золотыми продолжим наблюдать. Надеюсь, они не готовят очередную глупость.
  
  - Они всегда готовят очередную глупость, - сказал Цзин Юй. - Вопрос только в масштабе.
  
  - Вот именно, - Си Ень мрачно усмехнулся. - А водные...
  
  Он посмотрел на сына.
  
  - Ты там, Яньлин, поинтересуйся, как дела у твоего нового друга.
  
  - Хорошо, - Яньлин кивнул. - Напишу ему письмо.
  
  Си Ень взял стопку писем и протянул их Лоу.
  
  - Лоу. Мне нужны красиво оформленные благодарности на вот эти благодарности.
  
  Лоу принял свитки и поклонился.
  
  - Конечно, глава.
  
  Цзин Юй откинулся на спинку стула.
  
  - Это всё?
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Есть ещё несколько вещей. Но с ними я сам разберусь.
  
  Цзин Юй прищурился.
  
  - Без магии, - сказал он. - И без новых потрясений. Подумай, что скажет Мэйлин.
  
  - Я буду благоразумен, - Си Ень улыбнулся.
  
  - Верится с трудом.
  
  - Юй, ты ранишь меня.
  
  - Я тебя знаю сорок лет. "Благоразумен" - не то слово, которое приходит на ум.
  
  Яньлин тихо фыркнул. Си Ень бросил на него взгляд.
  
  - Ты что-то хотел сказать, помощник главы?
  
  - Ничего, отец, - Яньлин невинно улыбнулся. - Абсолютно ничего.
  
  Шаали за его спиной закатила глаза. Лоу старательно делал вид, что изучает свитки. Цзин Юй покачал головой.
  
  - Ладно, - сказал он, поднимаясь. - Пойду разбужу Ли Чжэня. Когда вылетаем?
  
  - После обеда? - предложил Яньлин. - Дам Жэньли знать, что меня не будет пару дней.
  
  - Договорились.
  
  Цзин Юй направился к двери, но у порога обернулся.
  
  - Си Ень.
  
  - М?
  
  - Что бы ты там ни замышлял - будь осторожен.
  
  Си Ень встретил его взгляд.
  
  - Буду.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Цзин Юй смотрел на него долгую секунду. Потом кивнул и вышел. Он не поверил ни единому слову. Но что он мог сделать? Только присматривать. Как всегда.
  
  Глава 50. Подарок из глубин
  
  - Дядя, я могу отнести тебя до гор на огненных крыльях, - сказал Яньлин, когда они собрались во дворе после обеда. - А Шаали и Ли Чжэня попросим стать маленькими зверушками.
  
  - Нет, - Цзин Юй покачал головой. - Я не согласен. Предпочитаю комфортное путешествие на спине моего змея.
  
  - Но со мной будет быстрее, - возразил Яньлин.
  
  - А на змее удобнее, - парировал Цзин Юй. - И вам с Шаали тоже место будет.
  
  Он повернулся к Ли Чжэню, который присоединился к ним в человеческом облике и теперь с интересом наблюдал за перепалкой, поблёскивая золотыми глазами.
  
  - Ты ведь согласен, Чжэнь?
  
  - Конечно, - змей кивнул. - Я готов отнести моего господина, а также господина Яньлина и госпожу Шаали куда угодно.
  
  - И что, - возмутилась Шаали, - мы полетим на этом ленивом червяке?
  
  - Госпожа Шаали, - Ли Чжэнь склонил голову с безупречной вежливостью, - я передвигаюсь по воздуху достаточно быстро.
  
  - Хорошо, - сказал Яньлин, поднимая руки. - Уговорили. Полетим на змее.
  
  - Как мой господин скажет, - мрачно произнесла Шаали.
  
  Ли Чжэнь отошёл на несколько шагов и начал меняться. Его человеческий облик растворился, уступая место огромному лунному змею - серебристая чешуя переливалась в солнечном свете, золотые глаза сияли, как два маленьких солнца.
  
  Все заняли места на его широкой спине - Цзин Юй впереди, Яньлин за ним, Шаали позади всех, недовольно поджав губы.
  
  - Показывайте дорогу, госпожа Шаали, - попросил Ли Чжэнь.
  
  - Он ещё и дороги не знает, - буркнула Шаали, но начала объяснять направление.
  
  Змей плавно поднялся в воздух, и земля ушла вниз.
  
  ***
  
  Они летели около часа, когда Яньлин вдруг выпрямился.
  
  - Чжэнь, опустись. Где ты там летишь - вниз.
  
  - Почему? - змей удивлённо повернул голову. - Здесь внизу какие-то скалы. Даже удобного места нет.
  
  - Потому что именно там что-то и шевелится, - ответил Яньлин. - Нет, не прямо вниз, чуть в сторону. Ты что, не видишь этот странный энергетический узел? Он прямо под нами. Да, опускайся здесь.
  
  Ли Чжэнь аккуратно снизился по указанию Яньлина, лавируя между острыми скалами. Когда все спешились, он принял человеческий облик.
  
  - Господин Яньлин видит энергии лучше всех, - уважительно сказал он.
  
  - Просто я не вижу ничего другого, - вздохнул Яньлин. - И говори со мной нормально, на "ты". Даже Шаали так со мной разговаривает только когда злится.
  
  - Вот прямо сейчас и начну, - мрачно сказала Шаали. - Дай мне руку, Яньлин. Здесь нет нормальной дороги и куча щелей, которые ты не видишь.
  
  Она крепко взяла его за запястье.
  
  - Где этот узел, Яньлин? - спросил Цзин Юй, оглядываясь.
  
  - Ну вот же, - Яньлин указал рукой.
  
  - Я так не вижу, Яньлин, - Цзин Юй покачал головой. - Мне нужно прикоснуться.
  
  - Я думаю, что нам стоит вернуться, - сказала Шаали.
  
  - Чтобы сказать отцу, что здесь действительно что-то шевелится? - спросил Яньлин. - Мы должны хотя бы выяснить, что это. Иначе он отправится сюда сам, а ему нельзя.
  
  - Здравая мысль, - согласился Цзин Юй. - Давай попробуем действительно понять, что это. А наши спутники нас подстрахуют.
  
  Он взял Яньлина за руку, и они осторожно подошли к нужному месту. Вместе опустились на колени, коснулись камня. Яньлин закрыл глаза, погружаясь в ощущения.
  
  - Это огненное существо, - сказал он наконец. - Я думаю, что отец, закрывая разлом, напитал землю очень большим количеством огненной энергии. И это прервало сон этого существа.
  
  Он помолчал.
  
  - Вопрос - чего мы хотим? Чтобы оно спало дальше или проснулось и рассказало, что оно такое?
  
  - Дай мне посмотреть, - Шаали присела рядом. - Я всё-таки тоже огненное существо. Может, пойму, что это.
  
  Она положила ладонь на камень, и её глаза на мгновение вспыхнули огнём.
  
  - Древнее, - прошептала она. - Очень древнее. Но не злое. Скорее... потерянное.
  
  - Тогда давай попробуем с ним поговорить, - сказал Яньлин.
  
  - Только будь осторожен, - предупредил Цзин Юй. - Иногда с такими сущностями опасно даже разговаривать.
  
  Яньлин кивнул и снова коснулся земли. Он постарался полностью почувствовать эту сущность - её присутствие, её эмоции, её желания. Это было похоже на погружение в тёплую воду, только вода была сделана из огня.
  
  Сущности было одиноко. Очень, очень одиноко. Она спала здесь веками - может, тысячелетиями. Забытая. Покинутая. Без цели, без смысла, без связи с миром. А потом пришла волна огненной энергии - такая мощная, такая живая - и разбудила её. И теперь она не знала, что делать.
  
  Яньлин протянул ей мысль - осторожно, мягко.
  
  Ты хочешь пойти со мной?
  
  Удивление. Недоверие. Надежда.
  
  Я найду тебе хорошее место. Обещаю.
  
  Пауза. А потом - согласие. Что-то тёплое толкнулось в его ладонь, и Яньлин открыл глаза. В его руке лежал сияющий огненный кристалл - размером с кулак, пульсирующий мягким золотистым светом.
  
  - Это ещё что такое? - спросила Шаали.
  
  - Огненная сущность, - Яньлин улыбнулся. - Ей было одиноко, и я предложил ей пойти с нами.
  
  - Куда пойти? - Цзин Юй приподнял бровь.
  
  - Я думаю подарить её отцу, - Яньлин бережно держал кристалл. - Ему понравится.
  
  - Ты хочешь взять это в башню? - Шаали скептически посмотрела на сияющий камень.
  
  - Сама посмотри - она спокойная и не злая.
  
  Шаали осторожно протянула руку и коснулась кристалла. Её глаза расширились.
  
  - Действительно, - пробормотала она. - Мирная. Даже... ласковая.
  
  - Вот видишь.
  
  Цзин Юй смотрел на них с задумчивым выражением.
  
  - Яньлин, - сказал он, - ты только что приручил древнюю огненную сущность за пять минут.
  
  - Ей было одиноко, - повторил Яньлин. - А одиночество я понимаю.
  
  Цзин Юй хотел что-то сказать, но передумал.
  
  - Летим домой, - сказал он вместо этого. - Посмотрим, что скажет Си Ень.
  
  ***
  
  - Куда ты отправил нашего сына?
  
  Мэйлин нашла Си Еня в его кабинете - он разбирал очередную стопку докладов.
  
  - Он полетел проверить, что у нас шевелится в горах, - сказал Си Ень, не поднимая головы.
  
  - Один?
  
  - С Цзин Юем и их духами, конечно.
  
  Он наконец посмотрел на неё.
  
  - Кому из этой четвёрки ты не доверяешь?
  
  - Тебе, конечно, - сказала Мэйлин.
  
  - Ну вот. Я не с ними, а благоразумно сижу в башне.
  
  - Ты так говоришь, как будто я должна тебя за это похвалить.
  
  - Разумеется, - Си Ень улыбнулся. - Я выполняю все твои указания.
  
  Мэйлин прищурилась.
  
  - А что ты с утра делал в зале щитов?
  
  - Дрался с Лоу на мечах, - Си Ень пожал плечами. - Никакой магии.
  
  - Ты такой послушный, что просто страшно.
  
  Мэйлин рассмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать его.
  
  - Потерпи ещё две недели.
  
  - Ничего, - Си Ень обнял её за талию. - Я даже начинаю привыкать.
  
  ***
  
  Они вернулись к вечеру.
  
  Ли Чжэнь опустился во внутреннем дворе башни. Си Ень и Мэйлин уже ждали у входа.
  
  - Быстро вы, - сказал Си Ень. - Нашли что-нибудь?
  
  - Нашли, - Яньлин подошёл к родителям.
  
  Он держал руки сложенными перед собой, пряча что-то в ладонях.
  
  - Что там было? - спросила Мэйлин.
  
  - Древняя огненная сущность, - ответил Цзин Юй, подходя следом. - Спала в горах веками. Твой муж разбудил её, когда закрывал разлом.
  
  - И? - Си Ень нахмурился. - Она опасна?
  
  - Нет, - Яньлин улыбнулся. - Она одинока. Была одинокая
  
  Он раскрыл ладони. Огненный кристалл сиял в сумерках - тёплый, золотистый, пульсирующий мягким светом.
  
  - Что это? - Си Ень шагнул ближе.
  
  - Подарок, - сказал Яньлин. - Тебе.
  
  Си Ень замер.
  
  - Мне?
  
  - Ей было одиноко. Я обещал найти ей хорошее место. И подумал... - Яньлин чуть смутился. - Подумал, что рядом с тобой ей будет хорошо. Ты ведь тоже огненный. И сильный. И... ну...
  
  Он замолчал, не зная, как закончить.
  
  Си Ень осторожно взял кристалл из рук сына.
  
  В тот же миг свет вспыхнул ярче - сущность узнала главу Чёрной башни, почувствовала его силу, его огонь. И потянулась к нему.
  
  - Она... - Си Ень моргнул. - Она счастлива.
  
  - Я же говорил, - Яньлин улыбнулся. - Тебе понравится.
  
  Си Ень смотрел на кристалл в своих руках. Потом на сына. Потом снова на кристалл.
  
  - Ты приручил древнюю огненную сущность, - сказал он медленно, - и принёс её мне в подарок. Да Просто так?
  
  - Ну... да.
  
  Си Ень рассмеялся - громко, от души.
  
  - Иди сюда.
  
  Он притянул Яньлина к себе одной рукой, крепко обнял.
  
  - Спасибо, - сказал он тихо. - Это... лучший подарок.
  
  - Правда? - голос Яньлина был приглушён отцовским плечом.
  
  - Правда.
  
  Мэйлин смотрела на них с мягкой улыбкой.
  
  Цзин Юй стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди.
  
  - Ну вот, - сказал он. - Теперь у него ещё одна огненная игрушка. Как будто ему мало было саламандры.
  
  - Не ворчи, Юй, - Си Ень отпустил сына и повернулся к другу. - Завидуешь?
  
  - Чему тут завидовать? Очередной огненной безделушке?
  
  - Хочешь, в следующий раз Яньлин найдёт тебе лунную сущность?
  
  - Нет, спасибо. Мне хватает одного Ли Чжэня.
  
  Змей, уже принявший человеческий облик, склонил голову.
  
  - Я польщён, господин.
  
  Шаали фыркнула.
  
  - Пойдёмте внутрь, - сказала Мэйлин. - Ужин стынет. И мне кажется, нашим путешественникам не помешает отдых.
  
  Они направились в башню.
  
  Си Ень шёл, бережно неся кристалл в ладонях. Сущность внутри тихо пульсировала - счастливая, спокойная. Больше не одинокая.
  
  ***
  
  Цзин Юй вернулся в свои покои уже в сумерках.
  
  Ли Чжэнь скользнул следом - бесшумно, как и полагается змею, даже в человеческом облике. Он сразу направился к столику с чайными принадлежностями, не дожидаясь просьбы.
  
  Цзин Юй опустился на подушки у окна и прикрыл глаза.
  
  - Какое удивительное путешествие, - сказал он. - И необыкновенный результат.
  
  - Господин Яньлин просто потрясающий, - Ли Чжэнь разливал чай неторопливыми, отточенными движениями. - Как он видит энергии... И умеет разговаривать со всякими сущностями.
  
  - Да, - Цзин Юй принял чашку из его рук. - Его дар уникален. Даже среди огненных.
  
  - И он даже не оставил этот источник дикой силы себе, - добавил Ли Чжэнь, усаживаясь рядом.
  
  Цзин Юй улыбнулся.
  
  - У Яньлина своей силы через край. И ещё Шаали. Не то чтобы он нуждался в дополнительных источниках.
  
  - Тогда зачем?
  
  - Это был красивый жест, - Цзин Юй отпил чаю. - Подарок отцу. Не потому что нужно - потому что хотел. И Си Ень оценил.
  
  Ли Чжэнь склонил голову набок.
  
  - Они странная семья.
  
  - Почему странная?
  
  - Огненные. Шумные. Постоянно обнимаются.
  
  - И... - змей помолчал. - И мне это нравится. Наблюдать за ними.
  
  Цзин Юй посмотрел на него с мягким удивлением.
  
  - Правда?
  
  - Правда, - Ли Чжэнь кивнул. - Они живые. По-настоящему живые. Не как мы. Мы... тише. Спокойнее. Это тоже хорошо. Но иногда...
  
  Он не закончил.
  
  Цзин Юй понял и так.
  
  - Иногда хочется побыть рядом с теми, кто горит, - сказал он тихо. - Погреться у чужого огня.
  
  - Да, - Ли Чжэнь посмотрел на него золотыми глазами. - Именно так.
  
  Они сидели в тишине, глядя, как за окном зажигаются звёзды. Лунный свет серебрил комнату. И в этой тишине было что-то правильное. Что-то своё.
  
  Глава 51. Тени и исцеление
  
  Утро в Звёздной башне началось рано.
  
  Ляньчжи привык просыпаться с рассветом ещё в Чёрной башне - там иначе было нельзя, огненные вставали с солнцем и считали это совершенно нормальным. Здесь, среди тёмных, он мог бы спать дольше, но привычка осталась.
  
  После скромного завтрака он отправился в лечебницу.
  
  Лечебница Звёздной башни отличалась от той, что была в Чёрной.
  
  Там - свет, тепло, запах трав и цветов. Здесь - полумрак, тишина, прохладный воздух, напоенный ароматом благовоний. Тёмным заклинателям для исцеления нужен был покой, а не яркость.
  
  Но самым большим отличием были пациенты.
  
  Самыми тяжёлыми в лечебнице Звёздной башни были поражённые скверной. В основном - боевые заклинатели, те, кто уничтожал переродившуюся нежить на границах обитаемых земель. Опасная работа. Необходимая работа. И работа, которая оставляла страшные следы.
  
  Скверна - это не просто болезнь. Это тьма, которая пожирает изнутри. Которая превращает человека в то, с чем он сражался. Которая может заразить других и даже - страшно подумать - сам источник.
  
  Поэтому каждого поражённого сначала очищали. Полностью, до последней капли скверны. Только после этого их допускали в башню.
  
  Но очищение - это лишь начало. Поражение оставляло тяжёлый след на теле и душе заклинателя. Разорванные энергетические каналы. Выжженные участки сознания. Кошмары, которые не отпускали даже во сне. Таким пациентам требовалось длительное лечение. Их погружали в целительный сон - глубокий, спокойный - и держали в нём, пока тело и душа не восстановятся достаточно, чтобы проснуться.
  
  Ляньчжи выделили пятерых таких пациентов.
  
  Лисян сказала, что у него талант - он умел их успокаивать. Его огненная энергия, мягкая и тёплая, как пламя в камине, почему-то помогала тёмным заклинателям лучше, чем сила их собственных целителей.
  
  "Ласковое и спокойное пламя", - так она это назвала. - "Именно то, что им нужно".
  
  Каждый пациент лежал в отдельной комнате.
  
  Тишина. Покой. Полумрак. Только мерцание защитных рун на стенах и тихое дыхание спящего.
  
  Ляньчжи обходил их по очереди - проверял состояние, подпитывал энергией, поил целебными зельями. Те, кто спал глубоко, даже не просыпались - просто глотали, повинуясь его мягкому прикосновению.
  
  Первые трое были стабильны. Четвертый - нет. Ляньчжи почувствовал неладное ещё у двери. Энергия в комнате была неспокойной, рваной. Заклинатель метался во сне, его лицо искажала гримаса ужаса.
  
  Кошмар. Ляньчжи попытался успокоить его - положил руку на лоб, влил немного своей энергии, тёплой и мягкой. Обычно это помогало. Не помогло. Заклинатель дёрнулся, застонал, и Ляньчжи понял - придётся будить. Оставлять его в таком кошмаре было опаснее, чем прервать сон.
  
  - Просыпайся, - он мягко потряс его за плечо. - Ты в безопасности. Просыпайся.
  
  Глаза заклинателя распахнулись - дикие, безумные.
  
  - Всё хорошо, - Ляньчжи старался говорить спокойно. - Ты в лечебнице. Всё хорошо.
  
  - Почему я в башне?! - заклинатель попытался сесть, его руки тряслись. - На мне скверна! Мне нельзя здесь находиться!
  
  - На тебе нет скверны, - Ляньчжи мягко удержал его. - Всё очищено.
  
  - Ты кто?! - заклинатель уставился на него, на огненные пряди в его волосах. - Огненный мальчишка?! Что ты знаешь о скверне?! Ты всех погубишь!
  
  Он рванулся, пытаясь встать. Сила в нём ещё оставалась - слишком много для человека, который должен был мирно спать.
  
  - Пожалуйста, успокойся, - Ляньчжи чувствовал, как его собственное сердце колотится. - Я позову...
  
  - Убери руки! Ты не понимаешь! Я уже начал превращаться! Я видел!
  
  Ляньчжи отступил на шаг и позвал помощника за дверью:
  
  - Позови хранителя. Быстро.
  
  Чжоу Шэн появился почти мгновенно.
  
  У него, кажется, были свои пути в башне - те, которыми не ходили другие. Тени расступались перед ним, словно приветствуя старого друга. Он оценил ситуацию одним взглядом и присел рядом с кроватью.
  
  - Яо Хэн, - его голос был спокойным, ровным. - Успокойся.
  
  Заклинатель замер, узнав его.
  
  - Хранитель?..
  
  - На тебе нет скверны, - Чжоу Шэн коснулся его руки. - Ты же веришь мне? Я бы не позволил тебе иначе находиться в башне.
  
  - Но... - Яо Хэн всё ещё дрожал. - Как это возможно? Я уже начал превращаться. Я чувствовал, как она ползёт по венам. Я видел, как мои руки...
  
  - Госпожа верховная целительница выжгла всю скверну, - Чжоу Шэн говорил мягко, но твёрдо. - Собственноручно. Поверь мне.
  
  - Лисян?..
  
  - Лисян, - подтвердил Чжоу Шэн. - Потом её поблагодаришь. А сейчас - спать.
  
  Он протянул руку, и Ляньчжи вложил в неё пузырёк с зельем.
  
  Яо Хэн смотрел на него долгую секунду. Потом его плечи опустились, напряжение ушло.
  
  - Хорошо, - прошептал он. - Я верю тебе, хранитель.
  
  Он взял пузырёк и выпил. Почти сразу его глаза закрылись, дыхание выровнялось. Спокойный, глубокий сон - такой, каким он и должен был быть.
  
  Ляньчжи и Чжоу Шэн устроили его удобнее на кровати - поправили подушку, укрыли одеялом. Потом опустились на пол рядом, прислонившись спинами к стене. Ляньчжи чувствовал, как дрожат его руки. Только сейчас, когда всё закончилось.
  
  - Тебе тоже успокаивающее зелье? - спросил он Чжоу Шэна.
  
  - Только если я от него не засну, - хранитель улыбнулся. - У меня ещё дела.
  
  - От этого не засыпают.
  
  Ляньчжи достал два пузырька, протянул один Чжоу Шэну. Они чокнулись пузырьками - тихий стеклянный звон в полумраке комнаты - и выпили. Зелье было горьковатым, но приятным. Ляньчжи почувствовал, как напряжение отпускает, как перестают дрожать руки.
  
  - Ты хорошо справился, - сказал Чжоу Шэн.
  
  - Я не смог его успокоить.
  
  - Ты не дал ему навредить себе. И позвал помощь вовремя. Это важнее.
  
  Ляньчжи промолчал.
  
  - Яо Хэн - один из лучших наших охотников, - продолжал Чжоу Шэн. - Он видел такое, что тебе и не снилось. И скверна почти забрала его - ещё немного, и Лисян не успела бы.
  
  - Поэтому он так боится?
  
  - Поэтому, - Чжоу Шэн кивнул. - Он помнит. Как это - терять себя. Чувствовать, как тьма заползает под кожу. Как твои мысли перестают быть твоими.
  
  Ляньчжи поёжился.
  
  - Это... страшно.
  
  - Очень, - Чжоу Шэн посмотрел на спящего заклинателя. - Но он выберется. С вашей помощью.
  
  Он легко поднялся - словно и не сидел только что на холодном полу.
  
  - Всё, я исчезаю. Будет нужно - сразу зови.
  
  - Спасибо, хранитель, - Ляньчжи тоже встал и поклонился.
  
  Чжоу Шэн кивнул - и растворился в тенях. Буквально. В одно мгновение он был здесь, в следующее - только лёгкое колыхание воздуха.
  
  Ляньчжи остался один.
  
  Он посмотрел на спящего Яо Хэна - на его изрезанное шрамами лицо, на седые пряди в тёмных волосах, на руки воина, сейчас расслабленно лежащие поверх одеяла.
  
  Ляньчжи тихо вышел из комнаты.
  
  У него было ещё четверо пациентов. И целый день впереди.
  
  ***
  
  После того как Яо Хэн снова уснул, Ляньчжи продолжил обход.
  
  Следующая комната. Следующая пациентка.
  
  Цзи Юань - молодая заклинательница, почти его ровесница. Скверна почти добралась до сердца, прежде чем её успели очистить.
  
  Ляньчжи вошёл тихо, как всегда. И сразу понял - что-то не так. Девушка лежала слишком неподвижно. Её грудь едва заметно вздымалась от дыхания - так слабо, что приходилось присматриваться. Бледная кожа казалась восковой в полумраке комнаты. Он подошёл ближе, коснулся её руки. Холодная. Слишком холодная даже для тёмной заклинательницы. Ляньчжи попытался почувствовать её энергию - и почти ничего не нашёл. Слабый трепет, едва различимый. Как пламя свечи на ветру. Она угасала.
  
  Он нашёл Лисян в главном зале лечебницы - она проверяла запасы зелий.
  
  - Верховная целительница, - Ляньчжи поклонился, стараясь говорить спокойно. - Можешь взглянуть на мою пациентку? Она слишком глубоко спит. Мне кажется, что-то не в порядке.
  
  Лисян посмотрела на него - и сразу отложила свитки.
  
  - Пойдём.
  
  В тихой комнате ничего не изменилось. Цзи Юань всё так же лежала на кровати - бледная, неподвижная, едва дышащая. Лисян склонилась над ней, положила руки на виски девушки. Её глаза закрылись, огненные пряди в волосах чуть засветились. Долгая минута тишины. Потом Лисян выпрямилась, и её лицо стало жёстким.
  
  - Это уже не сон, - сказала она. - Она в глубоком забытьи. И очень истощена.
  
  Она повернулась к Ляньчжи.
  
  - Поймай мне несколько тёмных целителей и приведи. Быстро.
  
  Ляньчжи вернулся с тремя целителями - двое мужчин и женщина, все старше него, все опытные. Они сразу приступили к работе - начали сооружать сложную энергетическую структуру вокруг кровати. Тёмные нити силы переплетались, образуя узор, который должен был подпитывать угасающую девушку.
  
  Ляньчжи стоял в стороне, наблюдая. Он знал эту технику - видел её в книгах, - но никогда не участвовал в подобном.
  
  Структура засияла, энергия потекла к Цзи Юань... И ничего не произошло.
  
  - Госпожа, - один из целителей поднял голову. - Энергия не усваивается. Она всё слабеет.
  
  Лисян нахмурилась. Снова склонилась над девушкой, её руки засветились ярче.
  
  - Конечно, - прошептала она. - Контур. У неё сломан энергетический контур.
  
  Тишина.
  
  Целители переглянулись.
  
  - Тогда... - женщина-целительница опустила руки. - Мы ничего не сможем сделать.
  
  - Как это - ничего? - Лисян выпрямилась. - Мы его починим.
  
  - Но это невозможно, - сказал старший из целителей. - Восстановление контура... это утерянное искусство. Никто не владеет им уже сотни лет.
  
  - Я помогала матери это делать, - Лисян смотрела на них спокойно, уверенно. - Для моего брата. Я справлюсь.
  
  Целители молчали - не решаясь ни спорить, ни соглашаться.
  
  - Работаем вместе, - продолжала Лисян. - Моё мастерство, ваша сила. Я буду восстанавливать контур, вы - поддерживать меня энергией.
  
  Она повернулась к Ляньчжи.
  
  - А ты - подойди сюда. Ближе.
  
  Ляньчжи шагнул к кровати.
  
  - Твоя задача - удерживать её живой, - Лисян смотрела ему в глаза. - Что бы я ни делала, её сердце должно биться. Она должна дышать. Справишься?
  
  Ляньчжи сглотнул.
  
  - Я справлюсь.
  
  Он положил одну руку на лоб девушки, вторую - на грудь, над сердцем.
  
  Закрыл глаза. Почувствовал её. Слабый трепет жизни - как мотылёк, бьющийся о стекло. Угасающее сознание, которое уже почти смирилось с тьмой.
  
  Всё будет хорошо, - сказал он ей. Не словами - чем-то глубже. Своим теплом, своей силой, своим присутствием. - Не бойся. Я здесь. Я держу тебя.
  
  И почувствовал ответ - слабый, едва различимый отклик. Как будто она услышала его сквозь толщу воды.
  
  Я здесь, - повторил он. - Держись за меня.
  
  Лисян и целители приступили к работе.
  
  Ляньчжи не видел, что они делают - его глаза были закрыты, всё его существо сосредоточилось на одном: держать. Не отпускать. Не дать ей уйти.
  
  Он чувствовал, как Лисян работает с контуром - осторожно, ювелирно точно. Как сшивает разорванные нити энергии, как восстанавливает разрушенные узлы.
  
  И чувствовал, как Цзи Юань слабеет с каждой минутой. Её сердце билось всё тише. Дыхание становилось всё реже.
  
  Нет, - сказал он ей. - Не уходи. Ещё немного. Потерпи.
  
  Он вливал в неё свою силу - не целительскую, просто жизненную. Своё тепло, свой огонь, своё упрямое желание жить.
  
  Ты нужна здесь. Ты не можешь уйти. Слышишь меня?
  
  Слабый отклик. Как эхо в пустом зале.
  
  Слышу.
  
  Тогда держись. Я не отпущу.
  
  Время потеряло смысл. Могли пройти минуты. Могли - часы. Ляньчжи держал её, не разжимая хватки. Его собственные силы таяли, но он не останавливался. Не мог остановиться.
  
  Где-то на краю сознания он слышал голоса - Лисян отдавала команды, целители отвечали. Но всё это было далеко, неважно.
  
  Важна была только она. Только её слабое сердце под его ладонью. Только её тихое дыхание.
  
  Ещё немного. Ещё чуть-чуть.
  
  И наконец - наконец! - он почувствовал, как что-то изменилось.
  
  Контур. Он снова был цел. Энергия, которую вливали целители, наконец нашла путь. Потекла по восстановленным каналам, наполняя истощенное тело. Сердце Цзи Юань забилось сильнее. Дыхание стало глубже. Она больше не угасала. Она жила.
  
  - Ляньчжи.
  
  Голос Лисян - тихий, мягкий.
  
  - Ты можешь её отпустить.
  
  Он не сразу понял. Не сразу смог. Их энергии так переплелись за эти... сколько прошло времени?.. что разделить их было почти больно. Очень аккуратно он начал отступать. Отделять свою силу от её. Разжимать невидимую хватку.
  
  Всё хорошо, - сказал он ей напоследок. - Теперь всё будет хорошо.
  
  И отпустил.
  
  Ляньчжи открыл глаза. По его лицу текли слёзы. Он даже не заметил, когда начал плакать.
  
  - Ляньчжи, - Лисян обняла его. - Ты опять.
  
  Она пахла травами и усталостью. Её руки были тёплыми и крепкими.
  
  - Ну что ты плачешь? Смотри - теперь она сладко спит. Больше не похожа на восковую куклу.
  
  Ляньчжи посмотрел на Цзи Юань. Это была правда. Девушка дышала ровно и глубоко. На её щеках появился слабый румянец. Она выглядела как спящая - просто спящая, а не умирающая.
  
  - Ты молодец, - Лисян отстранилась, посмотрела ему в глаза. - Ты мне очень помог.
  
  - Я просто... - Ляньчжи шмыгнул носом. - Просто держал её.
  
  - "Просто держал", - Лисян фыркнула. - Ты два часа не давал ей умереть, пока я ковырялась в её контуре. Это не "просто".
  
  Она достала из рукава пузырёк.
  
  - Держи. Успокаивающее зелье.
  
  Ляньчжи посмотрел на пузырёк.
  
  - Нет, - он вытер слёзы рукавом. - Это которое усыпляет. А у меня ещё много работы.
  
  - Ляньчжи...
  
  Лисян смотрела на него долгую секунду. Потом улыбнулась - устало, но тепло.
  
  - Ладно, работник, - сказала она. - Я сейчас найду тебе смену. И мы пойдём есть.
  
  - Есть?
  
  - Есть, - она кивнула. - Я страшно проголодалась после такого расхода энергии. И ты тоже, даже если ещё не понял.
  
  Ляньчжи хотел возразить - но его живот предательски заурчал.
  
  Лисян рассмеялась.
  
  - Вот видишь. Пойдём. Пациенты никуда не денутся за час.
  
  Она взяла его под руку и повела к выходу.
  
  У двери Ляньчжи обернулся - посмотрел на спящую Цзи Юань.
  
  Она дышала. Она жила.
  
  И это было важнее всего остального.
  
  ***
  
  Столовая постепенно пустела.
  
  Ляньчжи доел свою порцию и теперь просто сидел, глядя в пустую миску. Усталость навалилась на него всей тяжестью - теперь, когда адреналин схлынул, когда еда согрела изнутри.
  
  Лисян сидела напротив, тоже уставшая, но довольная. Они почти не разговаривали - слова были не нужны.
  
  Дверь столовой открылась. Чжоу Шэн вошёл быстрым шагом, сразу нашёл взглядом Лисян и направился к ней. Подошёл, обнял её сзади, уткнувшись лицом в её волосы.
  
  - Тяжёлый день? - спросил он тихо.
  
  - Главное, что всё хорошо, - Лисян улыбнулась, накрыв его руки своими.
  
  Ляньчжи смотрел на них и чувствовал что-то тёплое в груди. Не зависть - радость. За них обоих.
  
  - Хочешь, я отнесу тебя в кровать? - спросил Чжоу Шэн.
  
  Лисян покачала головой.
  
  - Ты сейчас спускаешься к источнику?
  
  - Да.
  
  - Можно я пойду с тобой?
  
  Чжоу Шэн чуть отстранился, посмотрел на неё.
  
  - Конечно, - сказал он мягко. - Я отнесу тебя.
  
  - Шэн, я в состоянии идти.
  
  - Не сомневаюсь. Но мне хочется. Можно?
  
  Лисян помолчала секунду.
  
  - Хорошо, - она улыбнулась. - Отнеси меня.
  
  Чжоу Шэн подхватил её на руки - легко, привычно, как будто делал это каждый день. Лисян обняла его за шею и положила голову ему на плечо.
  
  - Ляньчжи, - она повернулась к нему. - Иди отдыхать. Это приказ.
  
  - Да, верховная целительница, - Ляньчжи улыбнулся.
  
  Чжоу Шэн кивнул ему и вышел, унося Лисян на руках.
  
  Путь к источнику вёл глубоко вниз. Чжоу Шэн шёл по тёмным коридорам, не зажигая света - ему он был не нужен. Тени расступались перед ним, указывая дорогу. Лисян закрыла глаза, позволяя нести себя.
  
  Здесь, в глубине башни, было тихо. Так тихо, что слышалось собственное сердцебиение. Коридоры становились уже, потолки - ниже. Древние камни помнили времена, когда башня только была построена. И наконец - последняя лестница. Последний поворот.
  
  Источник. Сияющая тьма.
  
  Другого способа описать это не было. Источник Звёздной башни был тьмой - но не пустой, не мёртвой. Живой. Пульсирующей. Сияющей изнутри светом, который не был светом.
  
  Он заполнял пещеру мягким мерцанием - как небо, усыпанное звёздами. Как бездна между мирами.
  
  Чжоу Шэн опустил Лисян на ноги, но она не отпустила его руку.
  
  - Красиво, - прошептала она.
  
  - Да.
  
  Они сели у края источника - на древние камни, отполированные поколениями хранителей. Чжоу Шэн скрестил ноги, закрыл глаза.
  
  И начал говорить. Не вслух - это Лисян чувствовала через их связь. Он говорил с источником так, как говорят со старым другом. Рассказывал о башне, о людях, о событиях. Спрашивал и слушал ответы. Это была его работа. Его призвание. Связь между источником и теми, кто черпал из него силу.
  
  Лисян сидела рядом, не мешая. Тьма обнимала её - мягко, осторожно. Не как свою, но как гостью. Желанную гостью. Она положила ладонь на холодный камень у края источника.
  
  Спасибо, - подумала она. - За то, что принимаешь меня здесь. За то, что даёшь мне место в твоей башне.
  
  Тьма шевельнулась - как будто услышала.
  
  И спасибо за него, - Лисян посмотрела на Чжоу Шэна. - За твоего хранителя. За то, что он есть.
  
  Что-то коснулось её сознания - лёгкое, как дуновение ветра. Не слова - ощущение. Принятие. Тепло, которого не должно было быть в этой тьме.
  
  Чжоу Шэн открыл глаза и посмотрел на неё.
  
  - Он говорит, что рад тебе, - сказал он тихо.
  
  - Правда?
  
  - Правда, - Чжоу Шэн улыбнулся. - Говорит, что твоё пламя согревает его тени. Что это... приятно.
  
  Лисян почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы.mГлупо. Она не плакала даже когда два часа восстанавливала чужой контур. А тут - от нескольких слов.
  
  Чжоу Шэн обнял её, притянул к себе.
  
  - Эй, - сказал он мягко. - Что такое?
  
  - Ничего, - она уткнулась ему в плечо. - Просто... я счастлива. Глупо, да?
  
  - Нет, - он поцеловал её в макушку. - Совсем не глупо.
  
  Они сидели так долго - в сияющей тьме, в тишине, в покое. Огонь и тень. Вместе.
  
  Глава 52. Спящая принцесса
  
  Утро в лечебнице начиналось рано.
  
  Ляньчжи пришёл ещё до завтрака - хотел убедиться, что ночь прошла спокойно. Ночной дежурный встретил его у входа.
  
  - Как мои пациенты? - спросил Ляньчжи.
  
  - Всё хорошо. Спали спокойно. Никаких происшествий.
  
  Ляньчжи кивнул и уже хотел идти дальше, когда дежурный окликнул его.
  
  - Ляньчжи. Твоя девочка, Цзи Юань, с починенным контуром - она не должна просыпаться неделю. Госпожа Лисян передала.
  
  - Понял.
  
  - Рассчитай зелье так, чтобы она постоянно была в глубоком сне. И заходи к ней почаще. Выбери себе помощницу, чтобы помогала тебе её кормить и переодевать.
  
  Ляньчжи кивнул ещё раз и отправился к своим пациентам.
  
  Сначала он зашёл к Цзи Юань. Девушка спала - сладко, мирно, обняв подушку. Её щёки порозовели, дыхание было ровным и глубоким. Совсем не та восковая кукла, которую он держал вчера на грани жизни и смерти.
  
  Ляньчжи присел рядом, взял её за запястье. Пульс - сильный, ровный. Хорошо. Он осторожно коснулся её сознания - совсем легко, чтобы не потревожить. Там было тепло и спокойно. Никаких кошмаров, никакой боли.
  
  Спи, - мысленно сказал он. - Всё хорошо.
  
  Потом он нашёл записи о её лечении, посмотрел, когда и сколько сонного зелья она получала. Достал чистый лист и начал расписывать график - сколько зелья давать, в какое время, как проверять состояние. Неделя глубокого сна. Это много. Нужно быть очень осторожным с дозировкой.
  
  Двух целительниц он нашёл в главном зале.
  
  - Простите, - Ляньчжи поклонился им. - Мне нужна помощь с пациенткой. Цзи Юань, в отдельной комнате. Ей нужно... - он замялся, чувствуя, как краснеют щёки. - Нужно мыть и переодевать её. Мне кажется, ей вряд ли понравится, если я этим займусь.
  
  Целительницы переглянулись и улыбнулись.
  
  - Конечно, - сказала старшая. - Мы позаботимся о ней. Не волнуйся.
  
  - Спасибо, - Ляньчжи поклонился ещё раз. - Она спит очень крепко, но всё равно... будьте осторожны с ней. Пожалуйста.
  
  - Будем, - младшая целительница мягко похлопала его по плечу. - Иди к остальным. Мы справимся.
  
  Остальные пациенты ждали его. Каждого нужно было разбудить, накормить, проверить, как идёт лечение. Поговорить, успокоить, убедиться, что кошмары не вернулись. И по необходимости - отправить спать дальше.
  
  Первые трое были покладистыми. Ели, пили зелья, отвечали на вопросы. Один даже поблагодарил его - тихо, смущённо, но искренне.
  
  А потом был Яо Хэн.
  
  - Я здоров, - заявил он, едва открыв глаза. - Выпускай меня.
  
  - Доброе утро, - Ляньчжи поставил поднос с едой на столик. - Как вы себя чувствуете?
  
  - Прекрасно. Я здоров. Выпускай.
  
  - Вы ещё не восстановились.
  
  - Я сам знаю, восстановился я или нет!
  
  - А я - целитель, - Ляньчжи старался говорить спокойно. - И я говорю, что вы ещё не готовы.
  
  Яо Хэн сел на кровати, его глаза сверкнули.
  
  - Что может знать этот мальчишка! - рявкнул он. - Ты вообще кто такой? Огненный недоросль, который...
  
  - Я получил знак целителя, - Ляньчжи не отступил. - Так что кое-что я знаю.
  
  - Знак целителя! - Яо Хэн схватил подушку и швырнул в него.
  
  Ляньчжи поймал.
  
  - Это не поможет.
  
  Чашка. Ляньчжи увернулся.
  
  - Яо Хэн...
  
  Миска. Поймал.
  
  - Прекратите!
  
  Книга с прикроватного столика. Поймал.
  
  - С меня хватит! - Ляньчжи повысил голос. - Или вы спокойно завтракаете, пьёте зелье и идёте спать, или я сначала вас усыплю, а потом буду делать с вами что хочу!
  
  Яо Хэн замер с поднятой рукой.
  
  Они смотрели друг на друга - молодой целитель и опытный воин.
  
  - Не выпустишь? - спросил Яо Хэн уже спокойнее.
  
  - Не выпущу, - Ляньчжи не отвёл взгляда. - Не сейчас. Вам нужно ещё как минимум три дня. Может, пять.
  
  Долгая пауза. Потом Яо Хэн опустил руку и вздохнул.
  
  - Ладно, - буркнул он. - Давай свой завтрак.
  
  Ляньчжи облегчённо выдохнул и поставил поднос перед ним.
  
  - Спасибо.
  
  - Не за что благодарить, - Яо Хэн взял палочки. - Ты упрямый, мальчишка. Это хорошо. Целителю нужно быть упрямым.
  
  Ляньчжи моргнул.
  
  - Это... комплимент?
  
  - Не зазнавайся, - Яо Хэн уже ел, не глядя на него. - Иди. У тебя наверняка есть другие пациенты.
  
  Ляньчжи поклонился и вышел. За дверью он привалился к стене и несколько раз глубоко вздохнул. Ладно. Один сложный пациент позади. Осталось... сколько там ещё?
  
  Закончив со всеми, Ляньчжи вернулся к Цзи Юань. Целительницы уже побывали здесь - девушка была умыта, переодета в чистую рубашку, волосы аккуратно расчёсаны и заплетены в косу. Она всё так же спала, обняв подушку.
  
  Ляньчжи приготовил питательную кашу - жидкую, чтобы можно было кормить спящего человека. Добавил туда сонное зелье в нужной дозировке. Потом осторожно приподнял её, придерживая голову.
  
  - Тихо, - прошептал он. - Всё хорошо. Нужно поесть.
  
  Она не проснулась - только чуть шевельнула губами. Ляньчжи поднёс ложку, и она проглотила. Ещё ложку. Ещё. Когда миска опустела, он аккуратно уложил её обратно, поправил одеяло. Цзи Юань вздохнула во сне и снова обняла подушку.
  
  Ляньчжи улыбнулся.
  
  - Ты хотя бы не ругаешься со мной и не бросаешься вещами, - сказал он тихо. - Сладких снов, принцесса.
  
  Он замер, осознав, что сказал вслух.
  
  Принцесса.
  
  Ну да. Спящая принцесса.
  
  Он покачал головой, посмеиваясь над собой, и вышел из комнаты.
  
  За дверью он столкнулся с одной из целительниц.
  
  - Как она? - спросила та.
  
  - Спит, - Ляньчжи улыбнулся. - Сладко спит.
  
  - Хорошо, - целительница кивнула. - Ты хороший целитель, Ляньчжи. Заботливый.
  
  Он почувствовал, как краснеют щёки.
  
  - Спасибо.
  
  - Иди отдохни. Ты с утра на ногах.
  
  - Я в порядке.
  
  - Иди, - она мягко подтолкнула его. - Твоя принцесса никуда не денется.
  
  Ляньчжи покраснел ещё сильнее.
  
  - Я не... это не...
  
  Целительница рассмеялась и ушла, оставив его стоять в коридоре с пылающими щеками.
  
  Принцесса. Надо же было ляпнуть такое вслух.
  
  ***
  
  Прошло несколько дней.
  
  Ляньчжи привык к своему распорядку - утренний обход, кормление, проверка состояния, зелья. Четверо пациентов постепенно шли на поправку. Цзи Юань всё так же спала, обнимая подушку, и с каждым днём выглядела всё лучше.
  
  А Яо Хэн...
  
  Яо Хэн ругался. Каждый день. Каждый осмотр. Каждое зелье.
  
  "Огненный мальчишка". "Недоросль". "Что ты можешь знать о настоящих ранах".
  
  Ляньчжи терпел. Ловил летящие в него предметы. Спокойно объяснял, почему нужно пить зелье. Спокойно укладывал его спать.
  
  И считал дни. В то утро Ляньчжи зашёл к Яо Хэну как обычно. Осмотрел его - внимательно, тщательно. Проверил энергетические каналы. Пульс. Состояние сознания. И улыбнулся.
  
  - Всё, - сказал он. - Убирайся отсюда. Сил моих больше нет с тобой ругаться.
  
  Яо Хэн уставился на него.
  
  - Что ты несёшь, огненный мальчишка?
  
  - Вот, - Ляньчжи развёл руками. - И терпеть твои обзывательства тоже сил нет. А теперь ты больше не мой пациент. Так что убирайся.
  
  Яо Хэн моргнул.
  
  - Ты серьёзно?
  
  - Я серьёзно.
  
  - Я... здоров?
  
  - Здоров, - Ляньчжи кивнул. - Только хотя бы первое время не влезай во что-нибудь такое же героическое. Я не хочу лечить тебя снова.
  
  Яо Хэн сидел неподвижно - как будто не мог поверить. Потом его лицо изменилось. Жёсткие черты смягчились. Глаза заблестели.
  
  - Спасибо, - сказал он хрипло.
  
  И обнял Ляньчжи. Крепко. По-медвежьи. Так, что рёбра затрещали. Ляньчжи замер - не ожидал такого от сурового воина, который неделю кидался в него вещами. А потом почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы.
  
  Нет. Только не сейчас.
  
  Но было поздно. Яо Хэн отстранился и увидел его лицо.
  
  - Ты чего плачешь? - он нахмурился. - Обиделся? На мои слова?
  
  - Я... нет, - Ляньчжи пытался вытереть выступающие слёзы. - Ещё чего не хватало - на дураков обижаться.
  
  - Прости, - Яо Хэн вдруг стал серьёзным. - Я же шутил. Ну, не совсем шутил, но... ты хороший целитель. Правда. Я просто...
  
  Он замолчал, подбирая слова.
  
  - Я не люблю чувствовать себя беспомощным, - признал он наконец. - И срываюсь на тех, кто рядом. Это неправильно. Прости.
  
  Ляньчжи шмыгнул носом.
  
  - Ничего, - сказал он. - Я понимаю.
  
  - Хочешь, принесу тебе в подарок череп демона бездны? - Яо Хэн попытался улыбнуться. - У меня есть пара штук. Красивые.
  
  - Не нужно мне никаких черепов, - Ляньчжи невольно рассмеялся сквозь слёзы. - Иди уже. Пока я не передумал и не уложил тебя спать ещё на неделю.
  
  Яо Хэн хлопнул его по плечу - осторожно, почти нежно.
  
  - Береги себя, огненный мальчишка, - сказал он.
  
  Он подхватил свои вещи и направился к двери.
  
  - Яо Хэн, - окликнул его Ляньчжи.
  
  Воин обернулся.
  
  - Возвращайся живым. Каждый раз.
  
  Яо Хэн смотрел на него долгую секунду.
  
  - Постараюсь, - сказал он тихо. - Обещаю.
  
  И ушёл.
  
  Ляньчжи остался стоять посреди пустой комнаты. Слёзы всё ещё текли по щекам, но он улыбался. Один выздоровел. Остались ещё четверо. И спящая принцесса, которая должна проснуться через три дня.
  
  ***
  
  - Пойдём, - сказала Лисян. - Проверим твою спящую принцессу.
  
  Ляньчжи даже не стал возражать против прозвища. За эти дни оно как-то прижилось - и целительницы так её называли.
  
  Они зашли в тихую комнату.
  
  Цзи Юань спала - как всегда, обняв подушку, с лёгкой улыбкой на губах. Её чёрные волосы с фиолетовыми прядями рассыпались по подушке, щёки порозовели.
  
  Лисян склонилась над ней, положила руки на виски. Её глаза закрылись, огненные пряди чуть засветились.
  
  Долгая минута тишины.
  
  - Её контур полностью восстановился, - сказала Лисян наконец. - Дашь ей последнюю порцию сонного зелья - и больше не нужно. К утру она должна проснуться.
  
  Ляньчжи кивнул, чувствуя, как сердце забилось быстрее.
  
  - Подежурь у неё утром, - продолжала Лисян. - И позови меня, когда она начнёт просыпаться.
  
  - Хорошо, сестра.
  
  Лисян ушла.
  
  Ляньчжи остался.
  
  Он дал Цзи Юань последнюю порцию зелья, уложил её поудобнее. И сел рядом, глядя на её спокойное лицо.
  
  Волнение. Страх. Надежда.
  
  Как она себя поведёт, когда откроет глаза? Что скажет? Вспомнит ли его - тот голос, который держал её на грани жизни и смерти? Или для неё это был просто сон?
  
  Ляньчжи задремал в кресле у кровати. Проснулся он от тихого шороха. За окном светало. Комната была залита мягким серым светом. Цзи Юань ворочалась во сне. Её дыхание изменилось - стало легче, поверхностнее. Сон отступал.
  
  Ляньчжи быстро послал за Лисян и вернулся к кровати.
  
  Ресницы девушки затрепетали.
  
  Лисян пришла быстро - видимо, ждала.
  
  - Доброе утро, - с улыбкой сказала она, касаясь лба Цзи Юань.
  
  Глаза девушки распахнулись.
  
  Чёрные как ночь. Сияющие как звёзды.
  
  Она посмотрела на Лисян - долго, пристально.
  
  - Это не ты, - сказала она хрипло. - Неправильно.
  
  И дёрнула головой, сбрасывая руку Лисян.
  
  Лисян приподняла бровь.
  
  - А кто нужен? - она покосилась на Ляньчжи. - Он?
  
  И подтолкнула его ближе к кровати.
  
  Цзи Юань повернула голову. Её взгляд нашёл Ляньчжи - и что-то в нём изменилось. Узнавание. Облегчение. Она с трудом подняла руку - слабую, дрожащую после двух недель неподвижности - и взяла руку Ляньчжи. Потянула к себе.
  
  Он понял, чего она хочет, и положил ладонь ей на лоб.
  
  - Так правильно, - Цзи Юань удовлетворённо вздохнула и закрыла глаза.
  
  Лисян откровенно наслаждалась происходящим. Её губы подрагивали от сдерживаемой улыбки.
  
  - А теперь рассказывайте, - сказала Цзи Юань, не открывая глаз. - Что со мной случилось. И почему я чувствую себя так, будто меня переехала повозка.
  
  - Можешь успокоиться, - начала Лисян. - Всё плохое, что могло случиться, уже случилось. Твой разорванный контур полностью восстановился. У тебя не останется никаких последствий.
  
  Цзи Юань открыла глаза.
  
  - Разорванный контур?
  
  - Да. Скверна повредила его сильнее, чем мы думали. Но теперь всё в порядке.
  
  - А слабость?
  
  - Это из-за двух недель лежания в постели. Всё пройдёт.
  
  Цзи Юань помолчала, переваривая информацию.
  
  - Когда я смогу начать тренировки? - спросила она.
  
  Лисян рассмеялась.
  
  - Как только сможешь встать. Ну а когда это случится - кажется, зависит от твоей упрямости.
  
  - Тогда скоро, - Цзи Юань чуть улыбнулась.
  
  - Не сомневаюсь.
  
  Лисян выпрямилась.
  
  - Спасибо, - сказала Цзи Юань тихо.
  
  - Я собрала твой контур, - Лисян кивнула на Ляньчжи. - А он держал тебя в живых и заботился о тебе всё это время.
  
  - Я знаю, - Цзи Юань повернула голову, посмотрела на Ляньчжи. - Как тебя зовут?
  
  - Меня зовут Ляньчжи, - ответил он.
  
  - Спасибо, Ляньчжи.
  
  Она смотрела на него - внимательно, изучающе. И вдруг нахмурилась.
  
  - Почему ты плачешь?
  
  Ляньчжи моргнул. Поднял руку к лицу - и правда, мокрое.
  
  - Потому что я рад, - с трудом выдавил он.
  
  - А когда ты огорчён, ты смеёшься? - спросила Цзи Юань.
  
  - Нет, - Ляньчжи рассмеялся сквозь слёзы.
  
  - Странный, - сказала она. Но её пальцы, всё ещё державшие его руку, чуть сжались. - Мне нравится.
  
  Лисян тихо хмыкнула.
  
  - Ладно, - сказала она. - Я оставлю вас. Ляньчжи, покорми её. И не давай вставать, пока я не разрешу.
  
  - Хорошо, сестра.
  
  Лисян ушла.
  
  Ляньчжи остался сидеть у кровати, его рука всё ещё лежала на лбу Цзи Юань.
  
  - Можешь убрать, - сказала она. - Если хочешь.
  
  - А если не хочу?
  
  Цзи Юань улыбнулась - слабо, но искренне.
  
  - Тогда не убирай.
  
  Ляньчжи не убрал.
  
  ***
  
  Они сидели так ещё несколько минут - в тишине, в покое.
  
  Потом Цзи Юань шевельнулась.
  
  - Помоги мне сесть, - сказала она. - Пожалуйста.
  
  Ляньчжи убрал руку с её лба и осторожно подложил ей под спину подушки. Потом обхватил её за плечи - она была лёгкой, почти невесомой после двух недель болезни - и помог приподняться.
  
  Цзи Юань сморщилась от усилия.
  
  - Голова кружится, - призналась она.
  
  - Это нормально. Полежи так немного, привыкни.
  
  Она откинулась на подушки, закрыла глаза. Дышала медленно, глубоко.
  
  - Ненавижу быть слабой, - сказала она тихо.
  
  - Ты не слабая, - возразил Ляньчжи. - Ты выжила. После такого... это требует огромной силы.
  
  Цзи Юань открыла глаза и посмотрела на него.
  
  - Ты правда так думаешь?
  
  - Я знаю.
  
  Она смотрела на него долго, изучающе. Потом кивнула.
  
  - Ладно. Верю.
  
  Ляньчжи принёс завтрак - рисовую кашу с мёдом, травяной отвар, немного сушёных фруктов.
  
  - Это всё? - Цзи Юань скептически посмотрела на поднос. - Я голодная как волк.
  
  - После двух недель на жидкой пище твой желудок не готов к пиршеству, - Ляньчжи улыбнулся. - Потерпи. Через пару дней будешь есть нормально.
  
  - Пару дней, - она вздохнула. - Целую вечность.
  
  Но взяла ложку и начала есть. Руки у неё дрожали. После нескольких ложек она остановилась, тяжело дыша.
  
  - Дай я помогу, - Ляньчжи мягко забрал у неё ложку.
  
  Цзи Юань нахмурилась.
  
  - Я не...
  
  - Ты две недели не двигалась. Мышцы ослабли. Это пройдёт, - он зачерпнул кашу. - Открывай рот.
  
  Она смотрела на него с вызовом.
  
  - Я не ребёнок.
  
  - Я знаю. Но ты моя пациентка. И моя работа - заботиться о тебе.
  
  Долгая пауза.
  
  Потом Цзи Юань фыркнула и открыла рот. Ляньчжи кормил её медленно, давая время прожевать и проглотить. Она ела молча, но её взгляд смягчился.
  
  - Ты делал это всё время? - спросила она между ложками. - Пока я спала?
  
  - Да.
  
  - И... что ещё?
  
  - Следил, чтобы ты спокойно спала. Подпитывал энергией. Давал зелья, - он помолчал. - Разговаривал с тобой. Иногда.
  
  - Разговаривал?
  
  - Ну... - Ляньчжи почувствовал, как краснеют щёки. - Не то чтобы разговаривал. Просто... говорил тебе, что всё будет хорошо. Что ты справишься.
  
  Цзи Юань смотрела на него.
  
  - Я слышала, - сказала она тихо. - Не слова. Но... тепло. Присутствие. Как будто кто-то держал меня за руку в темноте.
  
  Ляньчжи сглотнул.
  
  - Это был ты, - она не спрашивала. Утверждала. - Поэтому я тебя узнала. Поэтому рука Лисян была неправильной.
  
  Он не знал, что ответить.
  
  - Спасибо, - сказала Цзи Юань. - За то, что держал.
  
  Когда завтрак закончился, Ляньчжи убрал поднос и снова сел рядом.
  
  - Расскажи мне, - попросила Цзи Юань. - Что случилось. Я помню бой, помню, как скверна... - она поморщилась. - А потом - темнота. И голос в темноте.
  
  Ляньчжи рассказал. Про то, как её принесли в башню, едва живую. Про очищение. Про то, как она не просыпалась, а потом - про разорванный контур.
  
  - Лисян его восстановила, - сказал он. - А я... просто держал тебя. Пока она работала.
  
  - Просто держал, - Цзи Юань хмыкнула.
  
  - А ты? - спросила она. - Расскажи о себе. Ты огненный, но работаешь здесь, в Звёздной башне. Почему?
  
  Ляньчжи задумался, с чего начать.
  
  - Я приехал сюда несколько месяцев назад, чтобы помочь с лечебницей.
  
  - Откуда ты?
  
  - Из Чёрной башни.
  
  Цзи Юань приподняла бровь.
  
  - Чёрная башня. Значит, ты знаком с главой?
  
  - Да, - Ляньчжи улыбнулся. - Господин Си Ень... он как отец мне. Вырастил меня, когда я остался один.
  
  Это было не совсем правдой - и не совсем ложью. Он не хотел рассказывать про дворец, про проклятие, про то, кем он был раньше. Не сейчас.
  
  - А Лисян?
  
  - Его дочь. Моя старшая сестра. Она верховная целительница здесь.
  
  Цзи Юань кивнула, переваривая информацию.
  
  - Значит, ты из огненной семьи. Но стал целителем, а не воином.
  
  - Я не создан для боя, - Ляньчжи пожал плечами. - Моё пламя... оно не такое. Не для разрушения.
  
  - Какое же?
  
  Он подумал.
  
  - Тёплое, - сказал он наконец. - Для того, чтобы согревать. Защищать. Исцелять.
  
  Цзи Юань смотрела на него долго.
  
  - Мне нравится, - сказала она снова. - Твоё пламя. Оно... правильное.
  
  Ляньчжи почувствовал, как сердце пропустило удар.
  
  - Спасибо, - сказал он тихо.
  
  Они помолчали.
  
  - А ты? - спросил он. - Расскажи о себе. Если хочешь.
  
  Цзи Юань откинулась на подушки.
  
  - Я охотница, - сказала она. - Как Яо Хэн. Уничтожаю тварей на границе. Три года уже.
  
  - Три года? Сколько тебе лет?
  
  - Девятнадцать.
  
  Ляньчжи моргнул.
  
  - Ты начала в шестнадцать?
  
  - В пятнадцать, - она усмехнулась. - Соврала о возрасте, чтобы взяли.
  
  - Но... почему?
  
  Цзи Юань помолчала.
  
  - Скверна убила мою семью, - сказала она ровно. - Мать, отца, младшего брата. Я выжила. И решила, что буду убивать её в ответ. Пока могу.
  
  Ляньчжи не знал, что сказать.
  
  - Мне жаль, - выдавил он наконец.
  
  - Не надо, - Цзи Юань покачала головой. - Это было давно. Я... справилась. По-своему.
  
  Она посмотрела на него.
  
  - А теперь ты спас мне жизнь. Странно, правда? Огненный целитель спасает тёмную охотницу.
  
  - Почему странно?
  
  - Огонь и тьма. Обычно они не очень ладят.
  
  Ляньчжи улыбнулся.
  
  - Лисян и Чжоу Шэн ладят, - сказал он. - Огонь и тьма. И они счастливы.
  
  Цзи Юань удивлённо посмотрела на него.
  
  - Лисян и хранитель?..
  
  - Да.
  
  - Я не знала.
  
  - Теперь знаешь.
  
  Цзи Юань задумалась.
  
  - Значит, это возможно, - сказала она тихо. - Огонь и тьма. Вместе.
  
  - Возможно, - согласился Ляньчжи.
  
  Их глаза встретились.
  
  И Ляньчжи почувствовал, как что-то меняется. Что-то тонкое, неуловимое. Как первый луч солнца после долгой ночи.
  
  Глава 53. Подарок
  
  На следующий день Ляньчжи снова сидел у кровати Цзи Юань. Она уже могла сама держать ложку - руки всё ещё дрожали, но упрямства ей было не занимать. Они разговаривали о пустяках, о башне, о погоде - и Ляньчжи ловил себя на том, что улыбается каждый раз, когда она хмурилась от очередной неудачной попытки поднести ложку ко рту.
  
  И тут из коридора донёсся знакомый голос.
  
  - Ляньчжи! Ты где?!
  
  Ляньчжи закатил глаза.
  
  - Что ты вопишь? - он открыл дверь. - Уже соскучился?
  
  Яо Хэн стоял в коридоре, ухмыляясь во всё лицо. В руках у него было что-то чёрное и блестящее.
  
  - Вот, лови!
  
  Он швырнул предмет прямо в Ляньчжи. Ляньчжи поймал - рефлексы за эти дни изрядно натренировались на летящих предметах. Опустил взгляд и замер.
  
  Череп. Чёрный, отполированный до блеска. С изогнутыми рогами, острыми как клинки. А вместо глаз - два кристалла, мерцающих тусклым багровым светом. Устрашающий. Жуткий. И... красивый, если можно так сказать о черепе демона.
  
  - Это череп демона бездны, - довольно объявил Яо Хэн. - Как обещал.
  
  Ляньчжи уставился на него.
  
  - Ты что, быстренько сбегал в бездну, убил этого демона и притащил череп? - его голос стал выше. - Совсем дурак?!
  
  - Это ты совсем дурак! - Яо Хэн возмутился. - Ты что, не видишь, что череп отполированный и украшенный? Это из старых запасов!
  
  Ляньчжи присмотрелся. И правда - на костях были тонкие узоры, кристаллы явно вставлены позже, да и полировка такая не появляется сама по себе.
  
  - О, сестрёнка! - Яо Хэн заглянул через его плечо. - Ты проснулась!
  
  - Кто тебе сестрёнка, идиот?! - раздался голос Цзи Юань.
  
  - Вот не начинай! - Яо Хэн протиснулся мимо Ляньчжи в комнату. - У меня тоже есть что сказать про твои умственные способности!
  
  - Ну скажи! - Цзи Юань попыталась сесть ровнее, её глаза сверкали.
  
  - Ты зачем бросилась в эту пещеру, идиотка?! - Яо Хэн навис над её кроватью. - Ты потянула за собой весь отряд!
  
  - Я бы сама справилась! Зачем вы за мной полезли?!
  
  - Справилась бы она! Тебя бы там на кусочки одну разорвали!
  
  - Не разорвали бы! А так пришлось на вас отвлекаться!
  
  - Дура самоуверенная!
  
  - Безмозглый идиот!
  
  Ляньчжи стоял в дверях, всё ещё сжимая череп, и смотрел на эту перепалку.
  
  Они орали друг на друга так, будто хотели снести стены. Но при этом... при этом в их криках не было настоящей злости. Только страх. Страх за другого.
  
  - Прекратите! - Ляньчжи повысил голос. - Хэн, не вопи в лечебнице! Цзи Юань пока моя пациентка. Будете выяснять отношения где-нибудь в другом месте!
  
  Яо Хэн повернулся к нему.
  
  - Ладно, - сказал он неожиданно спокойно. - Больше не буду. Я же только пришёл отдать тебе череп. Правда красивый?
  
  Ляньчжи посмотрел на череп в своих руках. Пустые кристаллические глазницы уставились на него.
  
  - Очень, - сказал он совершенно искренне. - Ночью такое увидишь - заикой останешься.
  
  Яо Хэн расхохотался.
  
  - Вот! Вот за это ты мне и нравишься, огненный мальчишка!
  
  Он хлопнул Ляньчжи по плечу - и тот едва не выронил череп.
  
  - Ладно, я пошёл. Сестрёнка, выздоравливай. И больше не лезь одна в пещеры!
  
  - Не называй меня сестрёнкой! - крикнула Цзи Юань ему вслед.
  
  Но Яо Хэн уже исчез за поворотом, насвистывая какую-то мелодию.
  
  Ляньчжи закрыл дверь и повернулся к Цзи Юань. Она лежала на подушках, тяжело дыша после перепалки. Но на её губах была тень улыбки.
  
  - Идиот, - сказала она беззлобно.
  
  - Он за тебя волновался, - Ляньчжи сел на своё обычное место.
  
  - Знаю, - Цзи Юань вздохнула. - Мы все друг за друга волнуемся. Поэтому и орём.
  
  Ляньчжи посмотрел на череп в своих руках.
  
  - Куда мне его теперь девать?
  
  - Поставь на полку, - предложила Цзи Юань. - Будет отпугивать нежелательных посетителей.
  
  - Или привлекать, - Ляньчжи хмыкнул. - Зная Яо Хэна, он теперь будет приходить проверять, как я обращаюсь с его подарком.
  
  Цзи Юань тихо рассмеялась.
  
  - Ты ему правда нравишься, - сказала она. - Он не каждому дарит черепа демонов.
  
  - Я польщён, - Ляньчжи осторожно поставил череп на прикроватный столик. - Теперь у меня есть череп демона бездны. Моя жизнь удалась.
  
  Цзи Юань снова рассмеялась.
  
  И Ляньчжи подумал, что готов слушать этот смех каждый день.
  
  ***
  
  - Ну вот, - сказал Ляньчжи, разглядывая череп. - Теперь у меня есть череп демона бездны. Буду пугать непослушных пациентов.
  
  - Ты понравился этому идиоту, Яо Хэну, - сказала Цзи Юань.
  
  - Это он просто извиняется за своё поведение, - Ляньчжи пожал плечами.
  
  Цзи Юань открыла рот, чтобы что-то сказать - и вдруг замерла.
  
  - Хотя... это я идиотка, - её голос изменился. - Я даже не спросила... что с моим отрядом?
  
  Она схватилась за голову.
  
  - Все ли живы? Кто пострадал? Как они?..
  
  Её лицо побледнело. Дыхание стало тяжёлым, рваным. Руки затряслись.
  
  Ляньчжи бросился к ней.
  
  - Тихо, тихо, - он схватил пузырёк с успокаивающим зельем, поднёс к её губам. - Выпей. Дыши.
  
  Цзи Юань сделала глоток, потом ещё один. Постепенно дыхание выровнялось, но глаза оставались испуганными.
  
  - Я не знаю... я ничего не знаю... - она смотрела на Ляньчжи с отчаянием. - Если кто-то погиб из-за меня...
  
  - Я сейчас не могу тебе ничего точно сказать, - Ляньчжи взял её за руку. - Но я всё узнаю. Например, притащу обратно Яо Хэна. Не волнуйся заранее.
  
  Он помолчал.
  
  - Как зовут командира вашего отряда?
  
  - Фэй Жуй, - она сглотнула.
  
  Ляньчжи кивнул. Фэй Жуй - один из его пациентов. Тот, кого он ещё не успел выписать.
  
  - Он тоже мой пациент, и пока его расспросить я не смогу, - сказал он. - Но я всё узнаю. Обещаю.
  
  Ляньчжи вышел из комнаты, лихорадочно думая. Фэй Жуй спал - будить его ради вопросов было бы неправильно. Яо Хэн уже ушёл, и неизвестно, где его искать. И тут он понял. Хранитель. Чжоу Шэн знает всё обо всех в башне. Если кто и может дать точную информацию - так это он.
  
  Ляньчжи нашёл Лисян в главном зале.
  
  - Лисян, где я могу найти Чжоу Шэна?
  
  Она подняла голову от свитков.
  
  - Попробуй в его кабинете. Если нет - просто позови. Ты же знаешь, он найдёт тебя сам, когда сможет.
  
  Кабинет хранителя находился в одной из верхних комнат башни. Ляньчжи поднялся по винтовой лестнице и постучал в дверь.
  
  - Входи, - раздался голос Чжоу Шэна.
  
  Кабинет был небольшим, но уютным. Книги, свитки, карты на стенах. И сам хранитель - за столом, с кистью в руке.
  
  - Хранитель, можно вопрос? - Ляньчжи поклонился.
  
  - Спрашивай, Ляньчжи, - Чжоу Шэн отложил кисть и улыбнулся.
  
  - Это для Цзи Юань. Она просит узнать, что с её отрядом.
  
  Чжоу Шэн приподнял бровь.
  
  - Ты на неё хорошо влияешь, - сказал он. - Она даже вспомнила о других людях. Чего доброго, начнёт ещё думать перед прыжком в бездну.
  
  - Она хорошая, - запротестовал Ляньчжи.
  
  - Это ты у нас очень хороший, - Чжоу Шэн усмехнулся. - И люди вокруг тебя начинают пытаться соответствовать твоему мнению о них.
  
  Он порылся в бумагах на столе и достал лист.
  
  - Смотри. Это список её десятки.
  
  Ляньчжи взял лист. Десять имён, напротив каждого - пометки.
  
  - Все живы, - сказал Чжоу Шэн. - И все попали в лечебницу после её безумной выходки. Пятеро были твои пациенты, ещё пятеро - у Линь Сяо. Все уже в порядке или будут в порядке. Ну, это ты можешь и сам проверить.
  
  Ляньчжи выдохнул с облегчением.
  
  - Спасибо, хранитель, - он поклонился.
  
  - Иди, - Чжоу Шэн махнул рукой. - Успокой свою принцессу.
  
  Ляньчжи покраснел.
  
  - Она не...
  
  - Иди уже, - Чжоу Шэн усмехнулся. - И передай ей, что в следующий раз, когда она решит в одиночку геройствовать, я лично запру её в самом глубоком подвале башни.
  
  - Передам.
  
  Ляньчжи почти бежал обратно в лечебницу.
  
  Цзи Юань сидела на кровати, обхватив колени руками. Её лицо было бледным, глаза - красными.
  
  - Все живы, - сказал Ляньчжи с порога.
  
  Она вскинула голову.
  
  - Что?
  
  - Все живы, - он подошёл к ней, протянул список. - Вся твоя десятка. Все попали в лечебницу, но все уже в порядке или будут в порядке.
  
  Цзи Юань схватила список. Её глаза бегали по именам - одно за другим.
  
  - Фэй Жуй... Яо Хэн... Лин Фэн...
  
  Она дочитала до конца. И разрыдалась. Ляньчжи сел рядом с ней на кровать и обнял её - осторожно, неловко.
  
  - Всё хорошо, - сказал он тихо. - Все живы. Всё хорошо.
  
  - Я думала... - она всхлипывала. - Я думала, что кто-то погиб... из-за меня...
  
  - Никто не погиб.
  
  - Но могли...
  
  - Но не погибли.
  
  Она плакала долго. А Ляньчжи держал её - и думал о том, что сказал Чжоу Шэн.
  
  "Люди вокруг тебя начинают пытаться соответствовать твоему мнению о них".
  
  Может быть. Может быть, это и есть его дар. Не сила, не мастерство - просто вера в людей. Вера в то, что они могут быть лучше.
  
  - Ляньчжи, - Цзи Юань подняла заплаканное лицо.
  
  - Да?
  
  - Спасибо.
  
  - Не за что.
  
  - Нет, - она покачала головой. - За всё. За то, что держал меня. За то, что заботился. За то, что узнал. За то, что... просто за то, что ты есть.
  
  Ляньчжи почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы.
  
  - Ну вот, - сказала Цзи Юань. - Теперь ты тоже плачешь.
  
  - Потому что я рад, - сказал он.
  
  - А когда ты огорчён...
  
  - Я не смеюсь, - он улыбнулся сквозь слёзы. - Мы это уже выяснили.
  
  Цзи Юань рассмеялась сквозь всхлипы.
  
  - Странный, - сказала она.
  
  - Ты тоже.
  
  - Я знаю.
  
  Они сидели так ещё долго - обнявшись, вытирая слёзы, улыбаясь друг другу.
  
  И Ляньчжи думал, что, может быть, именно так и выглядит счастье.
  
  ***
  
  Вечером, когда Ляньчжи закончил обход и собирался вернуться к Цзи Юань, Лисян остановила его в коридоре.
  
  - Ляньчжи. Нам нужно поговорить.
  
  Что-то в её голосе заставило его насторожиться. Это был не голос сестры - голос наставницы.
  
  - Конечно, - он кивнул.
  
  Лисян привела его в маленькую комнату для отдыха целителей. Села на скамью, указала ему место напротив.
  
  - Ты знаешь, о чём я хочу поговорить?
  
  Ляньчжи покачал головой.
  
  - О Цзи Юань.
  
  Он почувствовал, как краснеют щёки.
  
  - Лисян, я...
  
  - Подожди, - она подняла руку. - Сначала выслушай меня. Потом будешь возражать.
  
  Ляньчжи замолчал.
  
  Лисян помолчала, собираясь с мыслями.
  
  - Ты хороший целитель, Ляньчжи, - начала она. - Очень хороший. Ты умеешь заботиться о людях так, как мало кто умеет. Ты отдаёшь им часть себя - и это прекрасно. Это дар.
  
  Она помолчала.
  
  - Но это и опасность.
  
  - Я не понимаю, - сказал Ляньчжи тихо.
  
  - Ты не должен влюбляться во всех пациентов, которых спас.
  
  Ляньчжи открыл рот - и закрыл.
  
  - Я не... - начал он.
  
  - Ляньчжи, - Лисян посмотрела на него мягко, но твёрдо. - Я вижу, как ты на неё смотришь. Как бежишь к ней каждую свободную минуту. Как светишься, когда говоришь о ней.
  
  Он опустил глаза.
  
  - Я не говорю, что твои чувства ненастоящие, - продолжала Лисян. - Но ты должен понимать кое-что важное.
  
  Она наклонилась вперёд.
  
  - Когда ты держал её на грани жизни и смерти, вы были связаны. Энергетически. Очень глубоко. Ты вливал в неё свою силу, своё тепло, свою жизнь. Она чувствовала тебя как часть себя.
  
  Ляньчжи слушал, не перебивая.
  
  - Эта связь не исчезла полностью, - сказала Лисян. - Она всё ещё чувствует её. Поэтому ей хорошо от твоих прикосновений. Поэтому она хочет, чтобы ты был рядом. Поэтому твоя рука на её лбу - "правильная", а моя - нет.
  
  Ляньчжи вспомнил, как Цзи Юань потянула его руку к себе. Как сказала "так правильно".
  
  - Но это не обязательно любовь, - мягко сказала Лисян. - Это может быть... привязанность к тому, кто спас. Благодарность. Потребность в безопасности. Отголосок той связи, которая была между вами.
  
  Ляньчжи молчал.
  
  - Я не говорю, что она не может полюбить тебя по-настоящему, - продолжала Лисян. - Но ты не должен ожидать многого. Не сейчас. Подожди, пока она окончательно станет собой. Пока восстановится. Пока сможет понять, что она чувствует на самом деле - без влияния той связи.
  
  - И если она поймёт, что... - Ляньчжи сглотнул. - Что это была только благодарность?
  
  - Тогда ты отпустишь её, - Лисян положила руку ему на плечо. - Потому что ты хороший человек. И потому что настоящая любовь - это желать счастья другому, даже если это счастье - не с тобой.
  
  Ляньчжи почувствовал, как защипало в глазах.
  
  - А ещё, - Лисян чуть сжала его плечо. - У тебя есть другие пациенты. И они тоже должны получать достаточно внимания.
  
  Ляньчжи вскинул голову.
  
  - Я не забываю о них!
  
  - Знаю, - Лисян улыбнулась. - Но ты проводишь с ней гораздо больше времени, чем с остальными.
  
  Ляньчжи покраснел.
  
  - Я... я не думал...
  
  - Я знаю, - Лисян вздохнула. - Поэтому и говорю. Не потому что хочу тебя обидеть. А потому что забочусь о тебе.
  
  Она встала.
  
  - Ты мой помощник. И мой младший брат. Я не хочу, чтобы ты страдал. И не хочу, чтобы страдала она - если ты навяжешь ей чувства, которых она на самом деле не испытывает.
  
  Ляньчжи тоже встал.
  
  - Я понял, - сказал он тихо.
  
  - Правда?
  
  - Правда, - он поднял на неё глаза. - Я... я буду осторожнее. С ней и с собой. И я буду уделять больше внимания другим пациентам.
  
  Лисян улыбнулась и обняла его.
  
  - Вот за это я тебя и люблю, - сказала она. - Ты умеешь слушать.
  
  Ляньчжи обнял её в ответ.
  
  - Спасибо, сестра.
  
  - Не за что, - она отстранилась. - А теперь иди спать. Завтра у тебя много работы.
  
  Ляньчжи шёл в свои покои и думал. О Цзи Юань. О том, что он чувствует. О том, что чувствует она. Лисян была права. Он знал это. Но знать - и чувствовать - разные вещи. Он вспомнил, как Цзи Юань смеялась сквозь слёзы. Как говорила "мне нравится" про его пламя. Как держала его руку. Может быть, это только благодарность. Может быть, это только отголосок связи. Может быть. Но он подождёт. Даст ей время. Даст себе время. И если в конце она скажет, что это была только благодарность - он отпустит её. Потому что Лисян права. Настоящая любовь - это желать счастья другому. Даже если это счастье - не с тобой.
  
  Глава 54. Пробуждение командира
  
  На следующий день Ляньчжи начал обход с комнаты Фэй Жуя.
  
  Командир отряда был одним из самых тяжёлых его пациентов - скверна добралась до него глубоко, и каждый раз, когда Ляньчжи его будил, его разум оставался затуманенным. Он не узнавал никого, бормотал что-то бессвязное, иногда кричал. Потом снова проваливался в сон.
  
  Ляньчжи осторожно коснулся его плеча.
  
  - Фэй Жуй. Просыпайтесь.
  
  Глаза командира открылись. Чёрные. Сияющие. Абсолютно ясные. Глаза заклинателя тьмы, который наконец пришёл в себя.
  
  Ляньчжи почувствовал, как сердце подпрыгнуло от радости.
  
  - Доброе утро, - он улыбнулся. - Вы в лечебнице. Как вы себя чувствуете?
  
  Фэй Жуй приподнялся на локте - и вдруг крепко схватил Ляньчжи за руку. Хватка была сильной, почти болезненной.
  
  - Что с моими людьми, целитель?
  
  Голос был хриплым от долгого молчания, но твёрдым.
  
  - Все живы и поправляются, - ответил Ляньчжи спокойно.
  
  Фэй Жуй прищурился.
  
  - Ты вообще знаешь, о ком я говорю, огненный?
  
  - Я недавно выяснял это для Цзи Юань, - Ляньчжи не отвёл взгляда. - Так что да, теперь знаю. Вся ваша десятка. Все живы, все в лечебнице, все идут на поправку.
  
  Хватка на его руке чуть ослабла.
  
  - Эта дурочка цела? - спросил Фэй Жуй.
  
  - Она недавно очнулась, - Ляньчжи позволил себе улыбнуться. - И рвётся извиниться перед вами. Я её приведу, как только она сможет выйти из комнаты.
  
  Фэй Жуй моргнул.
  
  - Извиниться? - он покачал головой. - Думаю, она не знает такого слова.
  
  - Вот недавно выучила, - Ляньчжи улыбнулся шире.
  
  Фэй Жуй смотрел на него долгую секунду. Потом хмыкнул и отпустил его руку.
  
  - Ладно. Может, из неё ещё выйдет толк.
  
  - Выйдет, - сказал Ляньчжи уверенно. - А вам нужно успокоиться и отдыхать. Я сейчас принесу завтрак.
  
  Он повернулся к двери.
  
  - Эй, огненный.
  
  Ляньчжи обернулся.
  
  - Что-то у нас стало много огненных в башне, - Фэй Жуй откинулся на подушки. - Куда ни плюнь - везде пламя.
  
  - Насколько я знаю, нас только двое, - Ляньчжи улыбнулся. - Мы просто ярко светимся.
  
  Фэй Жуй фыркнул.
  
  - Ярко светитесь, - повторил он. - Это уж точно. Ладно, огненный, давай свой завтрак. И скажи этой дурочке, что когда она придёт извиняться, я заставлю её отжиматься до потери сознания.
  
  - Передам, - Ляньчжи поклонился и вышел.
  
  За дверью он остановился и выдохнул.
  
  Ещё один. Ещё один вернулся.
  
  Он пошёл на кухню за завтраком, и шаги его были лёгкими.
  
  ***
  
  После завтрака Ляньчжи зашёл к Цзи Юань.
  
  Она сидела на кровати, пытаясь расчесать волосы - руки всё ещё слушались плохо, и гребень то и дело выскальзывал из пальцев.
  
  - Дай помогу, - Ляньчжи забрал у неё гребень и сел рядом.
  
  Цзи Юань хотела возразить, но потом просто вздохнула и позволила ему.
  
  Он расчёсывал её волосы осторожно, распутывая узелки. Чёрные пряди с фиолетовым отливом - как ночное небо перед рассветом.
  
  - У меня новости, - сказал он.
  
  - Какие?
  
  - Фэй Жуй очнулся. По-настоящему очнулся. Ясный, в сознании.
  
  Цзи Юань резко повернулась - так резко, что чуть не выдернула волосы из его рук.
  
  - Командир?!
  
  - Да. Сегодня утром.
  
  - Как он? Что сказал? Он...
  
  - Он в порядке, - Ляньчжи мягко развернул её обратно и продолжил расчёсывать. - Первым делом спросил о вас. О всей десятке.
  
  Цзи Юань замерла.
  
  - И что ты ему сказал?
  
  - Что все живы и поправляются. И что ты рвёшься извиниться перед ним.
  
  Тишина.
  
  - А он?
  
  - Сказал, что ты не знаешь такого слова.
  
  Цзи Юань фыркнула.
  
  - А ещё сказал, - Ляньчжи улыбнулся, - что когда ты придёшь извиняться, он заставит тебя отжиматься до потери сознания.
  
  - Это он умеет, - Цзи Юань вздохнула. Потом её плечи напряглись. - Ляньчжи.
  
  - Да?
  
  - Мне нужно к нему. Сейчас.
  
  - Ты не можешь ходить.
  
  - Значит, научусь.
  
  Она развернулась к нему, и в её глазах горела решимость.
  
  - Помоги мне встать.
  
  Ляньчжи знал, что спорить бесполезно. Он отложил гребень и встал перед ней.
  
  - Сначала сядь на край кровати. Медленно.
  
  Цзи Юань передвинулась к краю, опустила ноги на пол. Её лицо побледнело от усилия.
  
  - Теперь возьмись за мои руки.
  
  Она вцепилась в его ладони.
  
  - На счёт три попробуем встать. Не торопись. Раз... два... три.
  
  Цзи Юань оттолкнулась от кровати. И тут же её ноги подкосились. Ляньчжи успел подхватить её, прижал к себе, удерживая на ногах.
  
  - Тихо, тихо. Я держу.
  
  - Проклятье, - прошипела она сквозь зубы. - Ноги как из ваты.
  
  - Две недели без движения. Это нормально.
  
  - Ненавижу быть беспомощной.
  
  - Знаю.
  
  Она стояла, опираясь на него всем весом. Дышала тяжело, часто.
  
  - Попробуем сделать шаг? - спросил Ляньчжи.
  
  - Да.
  
  Он обхватил её за талию, она положила руку ему на плечо.
  
  - Правая нога. Маленький шаг.
  
  Цзи Юань подняла ногу - и чуть не упала. Ляньчжи удержал её.
  
  - Ещё раз.
  
  Она попробовала снова. На этот раз нога опустилась на пол.
  
  - Хорошо. Теперь левая.
  
  Шаг. Ещё один. Ещё. Они двигались медленно, как в танце - неуклюжем, спотыкающемся танце. От кровати до стены - пять шагов. Целая вечность.
  
  Цзи Юань прислонилась к стене, тяжело дыша.
  
  - Это... унизительно, - выдохнула она.
  
  - Это прогресс, - возразил Ляньчжи. - Вчера ты не могла даже сесть без помощи.
  
  Она посмотрела на него.
  
  - Ты всегда такой... оптимистичный?
  
  - Стараюсь.
  
  - Это раздражает.
  
  - Знаю.
  
  Она фыркнула. Потом её губы дрогнули в улыбке.
  
  - Ладно. Обратно к кровати.
  
  Они тренировались до полудня. От кровати до стены. От стены до двери. От двери обратно к кровати.
  
  Цзи Юань падала - Ляньчжи ловил. Цзи Юань ругалась - Ляньчжи терпеливо ждал, пока она успокоится. Цзи Юань хотела сдаться - Ляньчжи напоминал ей о Фэй Жуе.
  
  - Ещё три шага.
  
  - Не могу.
  
  - Можешь. Ещё три шага - и отдых.
  
  - Ляньчжи...
  
  - Командир ждёт твоих извинений. Ты хочешь приползти к нему на коленях?
  
  Её глаза вспыхнули.
  
  - Ещё чего.
  
  И она сделала три шага. Потом ещё три. Потом - до самой двери.
  
  К вечеру Цзи Юань могла пройти через всю комнату, держась за стену.
  
  Она лежала на кровати, измотанная, но довольная.
  
  - Завтра, - сказала она. - Завтра я дойду до комнаты командира.
  
  - Посмотрим, - Ляньчжи поправил ей одеяло.
  
  - Не "посмотрим". Дойду.
  
  Он улыбнулся.
  
  - Хорошо. Дойдёшь.
  
  Цзи Юань посмотрела на него.
  
  - Ляньчжи.
  
  - Да?
  
  - Спасибо. За терпение.
  
  - Это моя работа.
  
  - Нет, - она покачала головой. - Это больше, чем работа. И ты это знаешь.
  
  Он не нашёлся, что ответить.
  
  - Иди, - сказала Цзи Юань. - У тебя есть другие пациенты. Иди. Я буду в порядке.
  
  Он кивнул и пошёл к двери.
  
  - Ляньчжи.
  
  Он обернулся.
  
  - Завтра, - сказала она. - Придёшь пораньше?
  
  - Приду.
  
  - Хорошо.
  
  Она закрыла глаза, и на её губах была улыбка.
  
  Ляньчжи вышел, осторожно прикрыв дверь. Завтра она дойдёт до командира. Он почему-то не сомневался.
  
  ***
  
  На следующее утро Ляньчжи пришёл к Цзи Юань ещё до рассвета.
  
  Она уже не спала - сидела на кровати, сосредоточенно сжимая и разжимая пальцы ног.
  
  - Ты рано, - сказала она, не поднимая головы.
  
  - Ты тоже не спишь.
  
  - Не могла, - она наконец посмотрела на него. - Всю ночь думала о том, что скажу командиру.
  
  - И что скажешь?
  
  - Понятия не имею.
  
  Ляньчжи улыбнулся и протянул ей руку.
  
  - Тогда начнём с того, чтобы дойти до него.
  
  Они тренировались всё утро. Цзи Юань была упрямой - это Ляньчжи уже знал. Но сегодня её упрямство превзошло всё, что он видел раньше. Она падала - и вставала. Ноги подкашивались - она стискивала зубы и делала ещё шаг. Пот катился по лицу - она не останавливалась. К полудню она могла идти сама, лишь слегка опираясь на его руку.
  
  - Я готова, - сказала она.
  
  - Ты уверена? Может, ещё немного отдохнёшь...
  
  - Ляньчжи, - она посмотрела на него. - Если я сейчас лягу, то засну. А проснусь - и снова буду искать отговорки. Пойдём. Сейчас.
  
  Коридор от её комнаты до комнаты Фэй Жуя был не длинным - шагов тридцать, не больше. Для здорового человека - меньше минуты.
  
  Для Цзи Юань - целое путешествие.
  
  Она шла медленно, одной рукой опираясь на стену, другой - на плечо Ляньчжи. Каждый шаг давался с трудом. Несколько раз она останавливалась, чтобы отдышаться.
  
  Но не сдавалась.
  
  - Ещё немного, - говорил Ляньчжи. - Вон та дверь.
  
  - Вижу.
  
  Пять шагов. Четыре. Три.
  
  Цзи Юань остановилась у двери и прислонилась к косяку.
  
  - Дай мне минуту.
  
  - Сколько нужно.
  
  Она дышала тяжело, её лицо побледнело. Но в глазах горела решимость.
  
  - Ладно, - она выпрямилась. - Я готова.
  
  Ляньчжи открыл дверь.
  
  Фэй Жуй сидел на кровати, опираясь спиной на подушки.
  
  Когда дверь открылась, он поднял голову - и его глаза расширились.
  
  - Цзи Юань?
  
  - Командир.
  
  Она вошла в комнату. Сама. Без поддержки Ляньчжи. Шаг. Ещё один. Ещё. Ноги дрожали. Руки дрожали. Но она шла. И остановилась у его кровати.
  
  - Командир Фэй Жуй, - её голос был хриплым, но твёрдым. - Я... я пришла извиниться.
  
  Фэй Жуй смотрел на неё молча.
  
  - Я нарушила приказ, - продолжала Цзи Юань. - Бросилась в пещеру одна. Потянула за собой весь отряд. Из-за меня все попали в лечебницу.
  
  Её голос дрогнул.
  
  - Я подвела вас. Подвела всех. Я...
  
  Она замолчала, не в силах продолжать.
  
  Фэй Жуй всё ещё молчал.
  
  Потом он медленно поднялся - сам, без помощи - и встал перед ней.
  
  - Ты идиотка, - сказал он.
  
  Цзи Юань опустила голову.
  
  - Знаю.
  
  - Безмозглая, самоуверенная идиотка.
  
  - Да.
  
  - Из-за тебя я чуть не потерял лучшего бойца в отряде.
  
  Цзи Юань вскинула голову.
  
  - Кого?..
  
  - Тебя, дура, - Фэй Жуй схватил её за плечи. - Тебя.
  
  И обнял. Крепко. По-отечески. Так, как обнимают тех, кого боялись потерять.
  
  Цзи Юань замерла - а потом её плечи затряслись.
  
  - Командир... я...
  
  - Молчи, - Фэй Жуй не отпускал её. - Просто молчи.
  
  Ляньчжи стоял в дверях и смотрел, как суровый командир обнимает свою непутёвую подчинённую. Как Цзи Юань плачет - беззвучно, уткнувшись ему в плечо.
  
  Он тихо отступил в коридор и прикрыл дверь. Им нужно побыть вдвоём.
  
  Через полчаса дверь открылась. Цзи Юань вышла в коридор - бледная, с красными глазами, но с лёгкой улыбкой на губах.
  
  - Как прошло? - спросил Ляньчжи.
  
  - Он сказал, что я буду отжиматься до конца жизни, - она вытерла глаза. - И что если я ещё раз выкину что-то подобное, он лично запрёт меня в подвале.
  
  - Это хорошо или плохо?
  
  - Это значит, что он меня простил, - Цзи Юань посмотрела на него. - По-своему.
  
  Она покачнулась - силы заканчивались. Ляньчжи подхватил её.
  
  - Пойдём. Тебе нужно отдохнуть.
  
  - Ляньчжи.
  
  - Да?
  
  - Спасибо, - она положила голову ему на плечо. - За всё.
  
  Он повёл её обратно в комнату - медленно, осторожно. И думал о том, что сказала Лисян. Может быть, это только благодарность. Может быть. Но сейчас, когда Цзи Юань опиралась на него, когда её дыхание щекотало его шею, когда её пальцы сжимали его руку - ему было всё равно. Он просто хотел быть рядом. А остальное... остальное подождёт.
  
  Глава 55. Прощание
  
  Прошла ещё неделя.
  
  Цзи Юань уже ходила сама - уверенно, твёрдо, почти как раньше. Она тренировалась каждый день, сначала просто ходьба по коридорам, потом - лёгкие упражнения. Её тело вспоминало, как двигаться.
  
  Ляньчжи следил за её прогрессом, проверял состояние контура, давал советы. И старался не думать о том, что скоро она уйдёт.
  
  В то утро он зашёл к ней как обычно - и сразу понял, что она ждёт чего-то важного.
  
  - Садись, - она похлопала по краю кровати. - Поговорим.
  
  Ляньчжи сел рядом.
  
  - Ты ведь пришёл сказать мне что-то? - спросила она.
  
  Он кивнул.
  
  - Я осмотрел тебя вчера. Твой контур полностью восстановился. Энергетические каналы в норме. Мышцы почти вернулись в форму.
  
  Он помолчал.
  
  - Ты достаточно здорова, чтобы покинуть лечебницу.
  
  Цзи Юань смотрела на него молча.
  
  - Я знала, - сказала она наконец. - Чувствовала.
  
  - Да.
  
  Тишина повисла между ними - не тяжёлая, но полная невысказанного.
  
  - Ляньчжи, - Цзи Юань взяла его за руку. - Спасибо. За всё. За то, что держал меня, когда я умирала. За то, что заботился обо мне, пока я спала. За то, что помог мне встать на ноги. За то, что терпел мои слёзы и моё упрямство.
  
  - Это моя работа, - сказал он тихо.
  
  - Нет, - она покачала головой. - Это больше, чем работа. И мы оба это знаем.
  
  Ляньчжи не нашёлся, что ответить.
  
  - Я буду заглядывать в гости, - сказала Цзи Юань. - Обещаю. Часто.
  
  - Только не снова пациенткой, - Ляньчжи улыбнулся. - Пожалуйста.
  
  - Постараюсь, - она улыбнулась в ответ. - Но ты же знаешь мою работу.
  
  - Знаю. Поэтому и прошу.
  
  Они посмотрели друг на друга - долго, молча.
  
  И тут в коридоре раздался знакомый голос.
  
  - Сестрёнка! Ты готова?!
  
  Цзи Юань закатила глаза.
  
  - Этот идиот...
  
  Дверь распахнулась, и в комнату ввалился Яо Хэн - бодрый, весёлый, с широкой ухмылкой на лице.
  
  - О, ты ещё здесь, огненный! - он хлопнул Ляньчжи по плечу. - Отлично! Значит, сможешь проводить нашу выздоровевшую героиню.
  
  - Кто тебе сестрёнка?! - возмутилась Цзи Юань.
  
  - Ты, - Яо Хэн ухмыльнулся ещё шире. - Наконец-то я смогу с тобой тренироваться! А то другие со мной отказываются. Говорят, я слишком жёсткий.
  
  - Ты просто идиот, который не знает меры.
  
  - Вот! Именно поэтому мне нужен кто-то такой же идиотский, как я!
  
  - Я уложу тебя с трёх ударов!
  
  - Попробуй!
  
  Ляньчжи смотрел на них и качал головой.
  
  - Эй, - сказал он. - Вы оба только что вышли из лечебницы. Может, хотя бы первое время будете осторожнее?
  
  - Осторожнее? - Яо Хэн посмотрел на него с искренним недоумением. - Какое "осторожнее"? Мы же воины!
  
  - Вы же пациенты, - возразил Ляньчжи. - Бывшие пациенты. Которые едва не умерли.
  
  - Вот именно - бывшие! - Яо Хэн махнул рукой. - Теперь мы здоровы и готовы сражаться!
  
  Ляньчжи вздохнул.
  
  - О, кстати! - Яо Хэн повернулся к нему. - Пойдём с нами тренироваться!
  
  - Что?
  
  - Тренироваться! Ты, я, сестрёнка. Будет весело!
  
  - Я не... - Ляньчжи замялся. - Я не знаю ни одного боевого заклинания.
  
  Яо Хэн уставился на него.
  
  - Что?
  
  - Я не знаю боевых заклинаний, - повторил Ляньчжи. - Я целитель.
  
  - Но ты же огненный! - Яо Хэн выглядел так, будто ему сказали, что вода не мокрая. - Огненные - самые сильные бойцы! Это все знают!
  
  - Я такой... нетипичный огненный.
  
  - Нетипичный?! - Яо Хэн схватился за голову. - Как можно быть огненным и не знать ни одного боевого заклинания?!
  
  - Легко, - Ляньчжи пожал плечами. - Моё пламя не для боя.
  
  Яо Хэн смотрел на него с выражением глубокого потрясения.
  
  - Это... это неправильно, - пробормотал он. - Это против законов природы.
  
  - Если вам так хочется потренироваться с огненной, - Ляньчжи улыбнулся, - позовите лучше верховную целительницу. Она вам покажет.
  
  Яо Хэн побледнел.
  
  - Госпожу Лисян?
  
  - Да. Она прекрасный боец. И она точно знает боевые заклинания.
  
  Яо Хэн и Цзи Юань переглянулись.
  
  - Я, пожалуй, начну с чего-нибудь попроще, - сказал Яо Хэн. - Например, с сестрёнки.
  
  - Не называй меня сестрёнкой!
  
  - Пойдём уже, пока он не позвал верховную целительницу по-настоящему!
  
  Яо Хэн схватил Цзи Юань за руку и потащил к двери.
  
  - Эй! - она вырвалась. - Подожди!
  
  Она повернулась к Ляньчжи.
  
  - Я приду, - сказала она. - Скоро. Обещаю.
  
  - Буду ждать.
  
  Она улыбнулась - тепло, искренне - и вышла вслед за Яо Хэном.
  
  Ляньчжи остался один в пустой комнате. Кровать была аккуратно застелена. На столике - пустая чашка из-под чая. И череп демона бездны, который он так и не забрал. Он взял череп и посмотрел в пустые кристаллические глазницы.
  
  - Ну вот, - сказал он тихо. - Она ушла.
  
  Череп молчал. Ляньчжи вздохнул и пошёл к двери. У него были другие пациенты. И работа, которая никуда не делась.
  
  А Цзи Юань...
  
  Цзи Юань обещала приходить.
  
  И он верил ей.
  
  ***
  
  - Ляньчжи! Я знаю, ты здесь бездельничаешь!
  
  Голос Яо Хэна разнёсся по лечебнице, заставив нескольких целителей вздрогнуть.
  
  - Пошли тренироваться!
  
  Ляньчжи вышел из-за стеллажа с зельями, где он разбирал запасы.
  
  - Ну что ты опять вопишь? - он вздохнул. - И я не бездельничаю. Я занимаюсь делами, на которые нет времени, когда в лечебнице много пациентов.
  
  - Значит, сейчас есть время! - Яо Хэн ухмыльнулся. - Пошли!
  
  - И не буду я с тобой тренироваться, - Ляньчжи скрестил руки на груди. - Я не самоубийца.
  
  - Да ладно тебе! - Яо Хэн махнул рукой. - Хранитель разрешил.
  
  - При чём тут хранитель? - возмутился Ляньчжи. - Я подчиняюсь только верховной целительнице.
  
  - Твоя сестра пьёт чай с хранителем, - Яо Хэн ухмыльнулся ещё шире. - И она тоже разрешила.
  
  Ляньчжи открыл рот, чтобы возразить.
  
  - И ладно, - продолжал Яо Хэн, не давая ему вставить слово. - Мы с Цзи Юань будем тренироваться, а ты будешь судьёй. Честно и беспристрастно.
  
  - Судьёй?
  
  - Ну да! Чтобы никто не жульничал.
  
  Прежде чем Ляньчжи успел что-то сказать, Яо Хэн обнял его за плечи и потащил за собой.
  
  - Эй! Я не соглашался!
  
  - Поздно, - Яо Хэн весело рассмеялся. - Сестрёнка уже ждёт на тренировочном дворе. Она меня убьёт, если я приду без судьи.
  
  Тренировочный двор Звёздной башни располагался во внутреннем дворике, окружённом высокими стенами. Каменные плиты под ногами были отполированы поколениями воинов. По краям двора стояли деревянные манекены для отработки ударов, стойки с учебным оружием, скамьи для отдыха.
  
  Цзи Юань уже была там - разминалась, выполняя плавные движения, от которых воздух вокруг неё чуть мерцал тёмной энергией. Она повернулась, услышав их шаги.
  
  - Наконец-то, - её глаза блеснули. - Я уже думала, ты сбежал.
  
  - Я пытался, - буркнул Ляньчжи. - Не получилось.
  
  - Ладно! - Яо Хэн вышел на середину двора, потирая руки. - Правила простые. Бой до трёх касаний. Никаких смертельных ударов. Судья следит за честностью.
  
  - Какой из меня судья? - возразил Ляньчжи. - Я даже не знаю правил!
  
  - Разберёшься по ходу, - Яо Хэн отмахнулся. - Садись вон туда и смотри.
  
  Ляньчжи вздохнул и сел на скамью у края двора.
  
  Цзи Юань и Яо Хэн встали друг напротив друга.
  
  - Готова, сестрёнка?
  
  - Не называй меня сестрёнкой, - её голос был спокойным, но глаза горели боевым азартом. - И да, готова.
  
  - Тогда начали!
  
  Они двигались как молнии. Ляньчжи едва успевал следить за ними - тёмная энергия вспыхивала, тела мелькали, удары сыпались один за другим.
  
  Цзи Юань была быстрой - невероятно быстрой. Она уклонялась от ударов Яо Хэна в последний момент, словно заранее знала, куда он ударит.
  
  Яо Хэн был сильнее, но она компенсировала это скоростью и точностью.
  
  - Касание! - крикнул Ляньчжи, когда ладонь Цзи Юань коснулась плеча Яо Хэна.
  
  - Что?! - Яо Хэн возмутился. - Она меня едва задела!
  
  - Касание есть касание, - Цзи Юань улыбнулась. - Один-ноль.
  
  - Ладно, ладно...
  
  Они снова сошлись.
  
  На этот раз Яо Хэн был осторожнее. Он теснил Цзи Юань к краю двора, не давая ей места для манёвра.
  
  Она отступала - шаг за шагом - пока не упёрлась спиной в стену.
  
  - Попалась! - Яо Хэн бросился вперёд.
  
  Цзи Юань оттолкнулась от стены, перекатилась под его рукой и ударила его в спину.
  
  - Касание! - крикнул Ляньчжи.
  
  - Судья! - Яо Хэн развернулся. - Ну скажи ей, что так бить запрещено!
  
  - Почему запрещено? - удивился Ляньчжи.
  
  - Потому что... потому что это нечестно! Она использовала стену!
  
  - Ты сам загнал меня к стене, - Цзи Юань пожала плечами. - Моя вина, что ты не подумал о последствиях?
  
  - Два-ноль, - сказал Ляньчжи.
  
  - Судья! - Яо Хэн взвыл. - Ты на чьей стороне?!
  
  - Я беспристрастный, - Ляньчжи улыбнулся. - Ты сам так сказал.
  
  Яо Хэн зарычал и бросился в атаку.
  
  Следующие несколько минут были... хаотичными. Яо Хэн атаковал яростно, забыв об осторожности. Цзи Юань уклонялась, уворачивалась, парировала.
  
  - Касание! - крикнул Ляньчжи, когда кулак Яо Хэна всё-таки достал её плечо.
  
  - Да! - Яо Хэн торжествующе вскинул руку. - Два-один!
  
  - Это ничего не меняет, - Цзи Юань потёрла плечо. - Мне нужно только одно касание.
  
  - Попробуй, сестрёнка.
  
  - Не называй меня...
  
  Она не договорила - бросилась вперёд так быстро, что Ляньчжи едва уловил движение.
  
  Яо Хэн успел блокировать первый удар. И второй. И третий. Но четвёртый - короткий тычок в грудь - прошёл.
  
  - Касание! - крикнул Ляньчжи. - Три-один! Победа Цзи Юань!
  
  - Что?! - Яо Хэн уставился на неё. - Когда ты успела?!
  
  - Пока ты блокировал мои отвлекающие удары, - Цзи Юань улыбнулась. - Старый трюк.
  
  - Это нечестно!
  
  - Это тактика.
  
  - Судья!
  
  Ляньчжи поднял руки.
  
  - Я видел касание. Победа Цзи Юань.
  
  Яо Хэн застонал и упал на спину прямо посреди двора.
  
  - Ненавижу, - пробормотал он в небо. - Ненавижу вас обоих.
  
  Цзи Юань подошла к нему и протянула руку.
  
  - Реванш?
  
  Яо Хэн посмотрел на неё снизу вверх.
  
  - Обязательно, - он ухватился за её руку и поднялся. - Но сначала - перерыв. И вода. Много воды.
  
  Они сидели на скамье втроём - Яо Хэн посередине, Цзи Юань и Ляньчжи по бокам.
  
  - Ты хороший судья, огненный, - сказал Яо Хэн, отпив воды из фляги. - Несправедливый, но хороший.
  
  - Я был абсолютно справедлив, - возразил Ляньчжи.
  
  - Ты засчитал ей удар в спину!
  
  - Это было касание.
  
  - Это было подло!
  
  Цзи Юань рассмеялась.
  
  - Признай, что проиграл, и успокойся.
  
  - Никогда, - Яо Хэн гордо вскинул голову. - В следующий раз я победю.
  
  - "Победю"? - Цзи Юань приподняла бровь.
  
  - Побежду. Выиграю. Одержу верх. Как там правильно?
  
  - "Одержу победу", - подсказал Ляньчжи.
  
  - Вот! Одержу победу!
  
  Они рассмеялись - все трое. Ляньчжи смотрел на них - на Яо Хэна, который ворчал, но улыбался, на Цзи Юань, чьи глаза всё ещё горели боевым азартом - и думал, что, может быть, ему здесь нравится. В этой башне. Среди этих людей. Среди тьмы, которая приняла его пламя.
  
  - Эй, огненный, - Яо Хэн толкнул его локтем. - О чём задумался?
  
  - Ни о чём, - Ляньчжи улыбнулся. - Просто... мне здесь хорошо.
  
  Яо Хэн и Цзи Юань переглянулись.
  
  - Нам тоже, - сказала Цзи Юань тихо.
  
  И Ляньчжи подумал, что это, наверное, и есть счастье.
  
  Простое. Тихое. Настоящее.
  
  Глава 56. Патруль
  
  Дверь лечебницы распахнулась с грохотом.
  
  - Ляньчжи! - два голоса одновременно.
  
  Он поднял голову от свитка с записями - и увидел Яо Хэна и Цзи Юань. Оба в боевом снаряжении: лёгкие доспехи, наручи, плащи тёмного цвета. За спиной Цзи Юань - парные клинки, у пояса Яо Хэна - тяжёлый меч.
  
  - Мы уходим в патруль, - сказала Цзи Юань.
  
  - Так что пока не скучай без нас, - добавил Яо Хэн с ухмылкой.
  
  Ляньчжи почувствовал, как что-то холодное сжалось в груди.
  
  - В патруль? - он постарался, чтобы голос звучал ровно. - Куда?
  
  - Туманные скалы, - Цзи Юань поправила ремень с клинками. - Отряд снова в действии. Фэй Жуй сказал, что хватит валяться.
  
  - Туманные скалы, - повторил Ляньчжи. Он слышал об этом месте. Опасное. Очень опасное.
  
  - Да ладно тебе, огненный, - Яо Хэн хлопнул его по плечу. - Обычный патруль. Прогулка на три дня, не больше.
  
  - Три дня.
  
  - Ну, может, четыре. Если найдём что-то интересное.
  
  - Интересное, - Ляньчжи сглотнул. - Ты имеешь в виду...
  
  - Нежить, демонов, тварей из бездны, - Яо Хэн пожал плечами. - Обычное дело.
  
  Ляньчжи смотрел на них - на их лица, полные предвкушения, на блеск в глазах. Они были воинами. Это их жизнь. Их выбор. И он не имел права...
  
  - Эй, - Цзи Юань шагнула к нему. - Ты чего побледнел?
  
  - Ничего, - Ляньчжи заставил себя улыбнуться. - Просто завидую. Вы там будете геройствовать, а я - сидеть в лечебнице и скучать.
  
  - Завидуешь? - Яо Хэн расхохотался. - Ты же сам сказал, что не знаешь ни одного боевого заклинания!
  
  - Вот поэтому и завидую. Мог бы пойти с вами, присматривать, чтобы вы не наделали глупостей.
  
  - Глупостей? - Цзи Юань фыркнула. - Мы? Никогда.
  
  - Конечно, - Ляньчжи кивнул. - Потому что в прошлый раз ты совсем не бросилась одна в пещеру с демонами.
  
  Цзи Юань покраснела.
  
  - Это было один раз!
  
  - Который чуть не стал последним.
  
  - Ладно, ладно, - она подняла руки. - Обещаю не делать глупостей. Доволен?
  
  - Не очень, - признался Ляньчжи. - Но это лучше, чем ничего.
  
  Яо Хэн снова хлопнул его по плечу.
  
  - Не волнуйся, огненный. Я присмотрю за сестрёнкой.
  
  - Кто ещё за кем будет присматривать, - буркнула Цзи Юань.
  
  - Вот видишь? - Яо Хэн подмигнул Ляньчжи. - Мы присмотрим друг за другом. Всё будет хорошо.
  
  Ляньчжи кивнул.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Возвращайтесь. Целыми.
  
  - Обязательно, - Цзи Юань улыбнулась. - До встречи, Ляньчжи.
  
  - До встречи.
  
  Они развернулись и пошли к выходу.
  
  - Эй! - окликнул их Ляньчжи.
  
  Они обернулись.
  
  - Если кто-то из вас вернётся пациентом, - он погрозил им пальцем, - я лично прослежу, чтобы вас кормили только горькими зельями. Месяц.
  
  Яо Хэн расхохотался.
  
  - Понял, понял! Никаких травм!
  
  - Постараемся, - Цзи Юань махнула рукой.
  
  И они ушли.
  
  Ляньчжи стоял у окна и смотрел, как маленький отряд выходит из ворот башни. Десять человек. Десять воинов. Цзи Юань шла рядом с Фэй Жуем, что-то говорила ему. Яо Хэн замыкал строй, оглядываясь по сторонам. Они скрылись за поворотом дороги.
  
  Ляньчжи отошёл от окна. Три дня. Всего три дня. Это ничего. Это совсем немного. Он вернулся к своим записям. И не смог прочитать ни строчки.
  
  Первая ночь была худшей. Ляньчжи лежал в постели, глядя в потолок. Закрывал глаза - и видел туманные скалы. Демонов. Кровь. Открывал глаза - и видел потолок. Снова закрывал. К утру он так и не уснул.
  
  Вторая ночь была не лучше. Он пытался читать. Пытался разбирать записи. Пытался готовить зелья. Ничего не помогало. Каждый шорох за окном заставлял его вздрагивать. Каждый крик птицы казался сигналом тревоги. Он знал, что это глупо. Знал, что они опытные воины. Знал, что они справятся. Но страх не слушал разума.
  
  На третий день Лисян нашла его в лечебнице. Он сидел за столом, уронив голову на руки. Не спал - просто не мог больше держать глаза открытыми.
  
  - Ляньчжи.
  
  Он вскинулся.
  
  - Лисян! Я не спал, я просто...
  
  - Ты не спал три ночи, - она села напротив него. - Я вижу.
  
  Ляньчжи опустил глаза.
  
  - Они ушли в патруль. Туманные скалы. Это опасное место. Они могут...
  
  Он не договорил.
  
  Лисян молчала, глядя на него.
  
  - И как долго ты выдержишь так? - спросила она наконец. - Не спать каждый раз, когда они уходят в патруль?
  
  Ляньчжи поднял на неё глаза.
  
  - А ты сама не лучше, - сказал он тихо.
  
  Лисян моргнула.
  
  - Что?
  
  - Я видел тебя, - Ляньчжи посмотрел ей в глаза. - Когда Чжоу Шэн уходит по делам башни. Ты тоже не спишь. Сидишь у окна. Ждёшь.
  
  Лисян молчала.
  
  - Так что не говори мне, что я должен быть спокойнее, - продолжал Ляньчжи. - Ты сама знаешь, каково это.
  
  Долгая пауза. Потом Лисян вздохнула.
  
  - Знаю, - призналась она. - Каждый раз. Даже когда он уходит ненадолго. Даже когда я знаю, что он вернётся.
  
  Она потёрла лицо руками.
  
  - Это не становится легче, - сказала она. - Со временем. Я думала, станет. Но нет.
  
  - И что ты делаешь?
  
  - Жду, - она пожала плечами. - Работаю. Стараюсь не думать. И жду.
  
  - Это ужасно.
  
  - Да, - она улыбнулась - устало, но искренне. - Но это цена. За то, чтобы любить того, кто живёт опасной жизнью.
  
  Ляньчжи молчал.
  
  - Я не говорю, что ты её любишь, - быстро добавила Лисян. - Я помню наш разговор. Но... ты за неё волнуешься. Это уже что-то.
  
  - Это что-то, - согласился Ляньчжи.
  
  Они сидели в тишине.
  
  - Пойдём, - Лисян встала и протянула ему руку. - Я напою тебя чаем. И мы будем ждать вместе.
  
  Ляньчжи взял её руку и поднялся.
  
  - Спасибо, сестра.
  
  - Не за что, - она обняла его. - Мы же семья.
  
  На четвёртый день они вернулись.
  
  Ляньчжи услышал шум у ворот и бросился к окну.
  
  Отряд входил в башню. Все десять. Живые. Целые. Цзи Юань шла впереди, о чём-то споря с Яо Хэном. У неё была царапина на щеке и порванный рукав, но она улыбалась.
  
  Ляньчжи почувствовал, как что-то отпускает в груди. Он сел на пол прямо у окна. И наконец позволил себе заплакать.
  
  ***
  
  Ляньчжи успел вытереть слёзы и взять себя в руки к тому моменту, когда дверь лечебницы распахнулась.
  
  - Ляньчжи! - голос Цзи Юань. - Мы вернулись!
  
  Он поднялся из-за стола, стараясь выглядеть спокойным.
  
  - Вижу, - он улыбнулся. - И как прогулка?
  
  - Отлично! - она вошла, всё ещё в боевом снаряжении, с царапиной на щеке и порванным рукавом. - Нашли гнездо теневых гончих. Уничтожили. Никто не пострадал. Ну, почти.
  
  - Почти?
  
  - Яо Хэн подвернул ногу, - она махнула рукой. - Споткнулся о корень. Не в бою даже, просто шёл и споткнулся. Он так злился!
  
  Ляньчжи рассмеялся - или попытался. Звук вышел странным.
  
  Цзи Юань замерла.
  
  - Эй, - она шагнула ближе. - Ты в порядке?
  
  - Конечно, - он отступил на шаг. - Почему ты спрашиваешь?
  
  - У тебя глаза красные.
  
  - Это... пыль. Я разбирал старые свитки.
  
  Цзи Юань смотрела на него.
  
  - Ляньчжи.
  
  - Что?
  
  - Ты плохой лжец.
  
  Он отвёл взгляд.
  
  - Я просто... не выспался. Много работы было.
  
  Она подошла ещё ближе. Так близко, что он чувствовал запах леса и дыма от её одежды.
  
  - Ляньчжи, - её голос стал тише. - Посмотри на меня.
  
  Он поднял глаза.
  
  И она увидела.
  
  Тёмные круги под глазами. Бледность. Дрожь в руках, которую он пытался скрыть.
  
  - Ты не спал, - это не был вопрос.
  
  - Я...
  
  - Сколько?
  
  Он молчал.
  
  - Сколько ночей ты не спал? - её голос стал жёстче.
  
  - Три, - признался он наконец. - Может, четыре. Я не считал.
  
  Цзи Юань смотрела на него - долго, молча. Что-то менялось в её глазах. Удивление. Понимание. И что-то ещё, чему он не мог дать название.
  
  - Ты... - она запнулась. - Ты переживал? За меня?
  
  - За вас, - поправил он. - За весь отряд.
  
  - Ляньчжи.
  
  - Что?
  
  - Не ври мне.
  
  Он сглотнул.
  
  - Да, - сказал он тихо. - Да, я переживал. За тебя. Я знаю, что не должен был. Знаю, что ты воин, что это твоя работа, что ты справляешься. Но я...
  
  Он замолчал, не зная, как продолжить.
  
  Цзи Юань стояла неподвижно.
  
  - Четыре ночи, - повторила она. - Ты не спал четыре ночи. Из-за меня.
  
  - Это глупо, я знаю...
  
  - Замолчи.
  
  Он замолчал.
  
  Она подняла руку - медленно, осторожно - и коснулась его щеки.
  
  - Дурак, - сказала она тихо. - Какой же ты дурак.
  
  - Я знаю.
  
  - Нет, ты не знаешь, - её пальцы скользнули по его скуле. - Ты не знаешь, каково это - когда кто-то так за тебя переживает. Когда кто-то не спит ночами, потому что боится за тебя.
  
  Её голос дрогнул.
  
  - Никто никогда... - она не договорила.
  
  Ляньчжи смотрел на неё. Её глаза блестели.
  
  - Цзи Юань...
  
  - Я в порядке, - она отдёрнула руку. - Просто... это неожиданно.
  
  - Прости, - сказал он. - Я не хотел...
  
  - Не извиняйся, - она покачала головой. - Только не за это.
  
  Они стояли друг напротив друга в тишине.
  
  - Я буду возвращаться, - сказала она наконец. - Каждый раз. Обещаю.
  
  - Не обещай того, что не можешь контролировать.
  
  - Тогда обещаю стараться, - она чуть улыбнулась. - Изо всех сил. Чтобы ты мог спать.
  
  Ляньчжи почувствовал, как что-то тёплое разливается в груди.
  
  - Спасибо.
  
  - Это я должна благодарить, - она шагнула к нему и обняла.
  
  Просто обняла. Крепко, молча. Ляньчжи замер на мгновение - а потом обнял её в ответ. Она пахла лесом, дымом и чем-то ещё - чем-то, что было только её.
  
  - Дурак, - повторила она ему в плечо. - Мой дурак.
  
  - Твой? - он не смог сдержать улыбку.
  
  - Мой, - она не отстранилась. - Проблема?
  
  - Нет, - сказал он тихо. - Никаких проблем.
  
  Они стояли так долго - обнявшись посреди лечебницы, не говоря ни слова. И Ляньчжи думал о том, что сказала Лисян.
  
  "Подожди, пока она окончательно станет собой".
  
  Может быть, уже стала. Может быть, это уже не благодарность. Может быть.
  
  - Эй! - голос Яо Хэна из коридора. - Сестрёнка! Ты где?! Мне нужен целитель, нога болит!
  
  Цзи Юань отстранилась.
  
  - Этот идиот, - она закатила глаза. - Ладно. Я приведу его. А ты...
  
  - Что?
  
  - Выспись, - она посмотрела на него серьёзно. - Сегодня ночью. Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  - Хорошо, - она улыбнулась. - До завтра, Ляньчжи.
  
  - До завтра.
  
  Она вышла.
  
  Ляньчжи остался стоять посреди лечебницы.
  
  "Мой дурак".
  
  Она сказала "мой".
  
  Он улыбнулся - впервые за четыре дня по-настоящему улыбнулся.
  
  И пошёл готовить мазь для подвёрнутой ноги Яо Хэна.
  
  ***
  
  Вечер выдался тихим.
  
  Ляньчжи сидел в своих покоях, разбирая записи о травах. После четырёх бессонных ночей глаза слипались, но он хотел закончить хотя бы эту страницу, прежде чем лечь спать.
  
  В дверь постучали.
  
  - Да?
  
  Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова Цзи Юань.
  
  - Не спишь ещё?
  
  - Собирался, - Ляньчжи отложил кисть. - Что-то случилось?
  
  - Нет, - она вошла, пряча руки за спиной. - Ничего не случилось. Я просто...
  
  Она замялась.
  
  Ляньчжи приподнял бровь.
  
  - Просто?
  
  - Просто шла мимо, - она не смотрела ему в глаза. - И подумала... ну...
  
  Она вытащила руки из-за спины. В них был свёрток из промасленной бумаги.
  
  - Вот, - она положила его на стол. - Это тебе.
  
  - Что это?
  
  - Ничего особенного, - она пожала плечами. - Сладости. Из города. Мы проходили мимо лавки, когда возвращались, и я... ну... просто так.
  
  Ляньчжи посмотрел на свёрток.
  
  Потом на неё.
  
  - Просто так?
  
  - Да, - она скрестила руки на груди. - Что такого? Нельзя принести другу сладости?
  
  - Можно.
  
  - Ну вот.
  
  Ляньчжи развернул бумагу. Внутри были медовые пряники - маленькие, румяные, посыпанные кунжутом. Его любимые. Он как-то упоминал об этом - один раз, мимоходом, когда они разговаривали. Она запомнила.
  
  Он почувствовал, как губы сами растягиваются в улыбке. Нет. Нельзя улыбаться. Она смутится. Убежит. Он прикусил щёку изнутри.
  
  - Спасибо, - сказал он как можно более ровным голосом. - Очень... мило.
  
  - Мило? - она нахмурилась. - Я не милая.
  
  - Конечно нет, - он отвёл глаза, пряча улыбку. - Ты грозная воительница. Ужас туманных скал.
  
  - Вот именно.
  
  - Которая приносит друзьям сладости. Просто так.
  
  - Ляньчжи!
  
  - Что?
  
  - Ты смеёшься надо мной?
  
  - Нет, - он прижал руку к груди. - Ни в коем случае.
  
  Она прищурилась.
  
  - У тебя губы дёргаются.
  
  - Это нервное.
  
  - Ляньчжи!
  
  - Что?
  
  - Ты улыбаешься!
  
  - Нет.
  
  - Да!
  
  Он не выдержал.
  
  Улыбка прорвалась - широкая, счастливая, совершенно неконтролируемая.
  
  Цзи Юань уставилась на него.
  
  - Ты... - она покраснела. - Ты специально!
  
  - Нет, - он покачал головой, всё ещё улыбаясь. - Я пытался не улыбаться. Честно пытался.
  
  - И не смог?
  
  - И не смог.
  
  Она стояла перед ним - красная, смущённая, сердитая. И такая красивая, что у него перехватило дыхание.
  
  - Дурак, - буркнула она.
  
  - Твой дурак, - напомнил он.
  
  Она покраснела ещё сильнее.
  
  - Я этого не говорила.
  
  - Говорила. Сегодня. В лечебнице.
  
  - Ты ослышался.
  
  - У меня прекрасный слух.
  
  - Ешь свои пряники, - выпалила она наконец. - И спи. Ты обещал.
  
  - Обещал.
  
  - Вот и спи.
  
  - Хорошо.
  
  Она повернулась к двери.
  
  - Цзи Юань.
  
  Она остановилась, не оборачиваясь.
  
  - Что?
  
  - Спасибо, - сказал он тихо. - Правда. Это... это много значит для меня.
  
  Она помолчала.
  
  - Пожалуйста, - сказала она, всё ещё не оборачиваясь. - Просто... не умирай от недосыпа, ладно? Мне будет... неудобно.
  
  - Неудобно?
  
  - Да. Придётся искать нового целителя. Возиться. Привыкать.
  
  - Только поэтому?
  
  - Спокойной ночи, Ляньчжи, - она открыла дверь.
  
  - Спокойной ночи, Цзи Юань.
  
  Дверь закрылась.
  
  Ляньчжи сидел, глядя на медовые пряники. Она запомнила. Она принесла. Просто так.
  
  Он взял один пряник и откусил. Сладкий. Мягкий. Идеальный. И улыбнулся снова - в пустой комнате, где никто не мог его увидеть.
  
  "Твой дурак".
  
  Да. Её.
  
  Полностью и безоговорочно.
  
  ***
  
  - Это у тебя что?
  
  Лисян заглянула через плечо Чжоу Шэна, который склонился над столом в своём кабинете. Перед ним лежала карта, испещрённая пометками - кружки, стрелки, непонятные символы.
  
  - Отчёт по туманным скалам, - Чжоу Шэн не поднял головы. - Надо бы туда прогуляться. Хочешь со мной?
  
  - Туманные скалы, - Лисян приподняла бровь. - Как романтично. Конечно хочу. А что там?
  
  - Да после последних потрясений всякое повылезало, - он наконец посмотрел на неё. - Нужно оценить обстановку.
  
  - И ты меня приглашаешь, - она села на край стола. - Зачем?
  
  Чжоу Шэн помолчал.
  
  - Чтобы ты не волновалась в одиночестве, - сказал он. - А то я тут на Ляньчжи насмотрелся и кое-что понял.
  
  Лисян рассмеялась.
  
  - Что именно понял?
  
  - Что оставлять тебя ждать - жестоко, - он поднялся и обнял её. - Даже если ты не показываешь.
  
  Она прижалась к нему.
  
  - Что ж, туманные скалы. Почему бы и нет? - она подняла голову и улыбнулась. - На твоих крыльях?
  
  - Разумеется, - Чжоу Шэн улыбнулся в ответ.
  
  Они вышли из башни на закате. Чжоу Шэн вывел её на широкий балкон, нависающий над пропастью. Внизу клубились облака, подсвеченные алым и золотым.
  
  - Готова?
  
  Лисян кивнула. Тени вокруг Чжоу Шэна сгустились, потекли, обрели форму. Огромные крылья - чёрные, как ночное небо, с проблесками звёзд в глубине - развернулись за его спиной. Он подхватил Лисян на руки.
  
  - Держись.
  
  И шагнул в пустоту.
  
  Полёт на крыльях тени был не похож ни на что другое. Не было ощущения падения - только скольжение сквозь сумерки, плавное и бесшумное. Ветер не бил в лицо, а обтекал их, словно они были частью воздуха. Лисян прижалась к Чжоу Шэну, глядя вниз. Земля проплывала под ними - леса, реки, деревни с крошечными огоньками. Всё казалось таким далёким, таким маленьким.
  
  - Красиво, - прошептала она.
  
  - Да, - он смотрел не вниз, а на неё.
  
  Она почувствовала его взгляд и улыбнулась.
  
  - Смотри на дорогу, хранитель. А то врежемся в гору.
  
  - Я могу летать с закрытыми глазами.
  
  - Хвастун.
  
  - Правда.
  
  Она рассмеялась и обняла его крепче.
  
  Туманные скалы показались на горизонте, когда совсем стемнело. Они вырастали из земли как зубы древнего чудовища - острые, изломанные, окутанные вечным туманом. Даже издалека от них веяло чем-то недобрым. Чжоу Шэн опустился на плоскую вершину одной из скал.
  
  - Чувствуешь? - спросил он тихо.
  
  Лисян прислушалась.
  
  Да. Она чувствовала. Что-то неправильное в воздухе. Что-то тёмное - но не той тьмой, которой владел Чжоу Шэн. Другой. Гнилой. Больной.
  
  - Скверна?
  
  - Её след, - Чжоу Шэн кивнул. - Старый. Но что-то его разбудило.
  
  Он взял её за руку.
  
  - Идём. Осторожно.
  
  Они двигались по скалам как тени - бесшумно, незаметно. Чжоу Шэн вёл её сквозь туман, который расступался перед ним и смыкался за спиной. Лисян держала наготове огненное заклинание - пламя танцевало у неё на ладони, готовое вспыхнуть в любой момент.
  
  - Здесь, - Чжоу Шэн остановился.
  
  Перед ними открылась расщелина - глубокая, уходящая в темноту. Из неё поднимался туман, и вместе с ним - запах гнили и чего-то ещё, чему Лисян не могла дать название.
  
  - Что там? - прошептала она.
  
  - Сейчас узнаем.
  
  Он шагнул к краю расщелины.
  
  И тут из тумана вырвалось нечто. Тварь была огромной - больше лошади, с телом, покрытым чёрной слизью, и множеством глаз, горящих тусклым красным светом. Она бросилась на Чжоу Шэна. Он успел отшатнуться, но когти твари рассекли воздух в волоске от его лица.
  
  - Шэн!
  
  Лисян метнула огонь - яркий, ослепительный. Пламя ударило в бок твари, и та взвыла, отшатнувшись. Но не остановилась. Она развернулась к Лисян, и все её глаза вспыхнули яростью.
  
  - Осквернённый страж, - голос Чжоу Шэна был спокойным. - Когда-то охранял эти скалы. Теперь... стал частью того, от чего защищал.
  
  - Можно его спасти?
  
  - Нет.
  
  Тварь бросилась на Лисян.
  
  Она уклонилась - едва-едва - и ударила снова. Огонь опалил морду существа, но оно только зарычало и атаковало яростнее. Чжоу Шэн появился рядом - тени обвили тварь, сковывая её движения.
  
  - Бей в сердце, - сказал он. - Там, где больше всего глаз.
  
  Лисян увидела - скопление глаз на груди твари, пульсирующее тусклым красным светом. Она собрала всё своё пламя - яркое, чистое, безжалостное - и ударила.
  
  Тварь взвыла. И рассыпалась пеплом.
  
  Они стояли над кучкой пепла, тяжело дыша.
  
  - Ты в порядке? - Чжоу Шэн осмотрел её.
  
  - Да, - Лисян кивнула. - А ты?
  
  Вместо ответа он притянул её к себе и поцеловал. Долго. Жадно. Как будто боялся потерять. Когда они наконец оторвались друг от друга, Лисян рассмеялась.
  
  - Вот это я понимаю - романтическая прогулка.
  
  - Я обещал туманные скалы, - Чжоу Шэн улыбнулся. - Не обещал, что будет скучно.
  
  - С тобой никогда не скучно.
  
  Она посмотрела на расщелину.
  
  - Что там внизу?
  
  - Источник заражения, - Чжоу Шэн помрачнел. - Нужно запечатать. Иначе таких тварей будет больше.
  
  - Тогда пойдём.
  
  Он посмотрел на неё.
  
  - Ты уверена? Там будет опаснее.
  
  - Я уверена, - она сжала его руку. - Вместе.
  
  - Вместе, - согласился он.
  
  Спуск в расщелину был долгим.
  
  Чжоу Шэн нёс её на крыльях тьмы - медленно, осторожно, прислушиваясь к каждому звуку. Стены расщелины были покрыты чем-то склизким, пульсирующим.
  
  Чем глубже они спускались, тем сильнее становился запах гнили. И тем яснее Лисян чувствовала - что-то ждёт их внизу. Наконец они достигли дна. Пещера. Огромная, с потолком, теряющимся во тьме. И в центре - разлом. Трещина в самой ткани реальности, из которой сочилась тьма.
  
  - Вот оно, - прошептал Чжоу Шэн.
  
  - Можешь запечатать?
  
  - Да. Но мне нужно время. И защита.
  
  Лисян кивнула.
  
  - Я прикрою.
  
  Она встала между ним и разломом, и её пламя вспыхнуло ярче. Они пришли почти сразу. Твари - десятки тварей, порождённые разломом. Маленькие и большие, ползущие и летящие, с глазами и без. Лисян сражалась. Огонь рвался из её рук - снова и снова. Она выжигала тварей десятками, но на место павших приходили новые. За спиной она слышала голос Чжоу Шэна - он читал заклинание печати, древние слова на языке, который она не понимала. Тварь прорвалась сквозь её защиту - Лисян едва успела увернуться. Когти рассекли её плечо, и она зашипела от боли. Но не остановилась. Огонь. Ещё огонь. Ещё.
  
  - Лисян!
  
  Голос Чжоу Шэна - встревоженный, напряжённый.
  
  - Я в порядке! - крикнула она. - Продолжай!
  
  Ещё одна тварь. Ещё. Ещё. Её силы таяли. Пламя становилось слабее. И тут - вспышка. Ослепительная, оглушающая. Тьма Чжоу Шэна обрушилась на разлом, запечатывая его. Твари взвыли - и рассыпались прахом, лишённые источника силы.
  
  Лисян опустилась на колени, тяжело дыша. Чжоу Шэн был рядом мгновенно.
  
  - Ты ранена, - он осмотрел её плечо. - Прости. Я должен был быстрее.
  
  - Ерунда, - она улыбнулась. - Царапина.
  
  - Это не царапина.
  
  - Для огненной - царапина.
  
  Он покачал головой и достал из-за пояса флакон с целебным зельем.
  
  - Пей.
  
  - Ты носишь с собой зелья?
  
  - С тех пор как ты стала ходить со мной на такие прогулки - да.
  
  Она рассмеялась и выпила зелье. Они сидели на краю запечатанного разлома, прислонившись друг к другу.
  
  - Спасибо, - сказал Чжоу Шэн тихо.
  
  - За что?
  
  - За то, что была рядом. За то, что прикрывала. За то, что... - он помолчал. - За то, что ты есть.
  
  Лисян повернула голову и поцеловала его в щёку.
  
  - Всегда, - сказала она. - Ты же знаешь.
  
  Он обнял её крепче.
  
  - Знаю.
  
  Они сидели так долго - в темноте, в тишине, в запахе гари и пепла.
  
  Обратный путь был спокойным. Чжоу Шэн нёс её на крыльях тьмы - бережно, как драгоценность. Лисян закрыла глаза, положив голову ему на плечо.
  
  - Шэн.
  
  - Да?
  
  - Давай делать это чаще.
  
  - Что именно? Сражаться с тварями из бездны?
  
  - Летать вместе, - она улыбнулась. - Остальное - по желанию.
  
  Он рассмеялся.
  
  - Договорились.
  
  Звёзды сияли над ними, и ветер пел колыбельную. И Лисян думала, что это - счастье. Опасное, непредсказуемое, настоящее. Их счастье.
  
  Глава 57. Сияющий кристалл
  
  Огненная сущность, подаренная Яньлином, нашла своё место в кабинете главы Чёрной башни. Си Ень устроил сияющий кристалл на специальной подставке у окна, где на него падали лучи солнца. Кристалл мерцал и переливался, наполняя комнату тёплым золотистым светом.
  
  - Чтобы ей не было скучно, - объяснил он Мэйлин, когда та спросила.
  
  А через несколько дней кристалл оказался в изящной золотой оправе, на тяжёлой цепи, и Си Ень стал носить его на груди - как царственное украшение, достойное главы могущественной башни.
  
  Мэйлин наблюдала за этим с интересом.
  
  - Муж мой, - сказала она однажды вечером, когда они сидели в его кабинете. - Насколько эта сущность разумна?
  
  Си Ень поднял голову от документов.
  
  - Почему ты спрашиваешь?
  
  - Ей вообще нравится то, что ты с ней делаешь? - Мэйлин кивнула на кристалл. - Сначала на подставку, потом в оправу, теперь носишь на себе...
  
  Си Ень коснулся кристалла - тот вспыхнул чуть ярче под его пальцами.
  
  - Ну, общаться у меня с ней пока не получается, - признал он. - Не так, как Яньлин умеет. Но я чувствую её эмоции. И она довольна, - он улыбнулся. - Очень довольна. А если не будет довольна - может, она мне об этом скажет.
  
  Мэйлин покачала головой, но улыбнулась.
  
  - Ты и твои огненные игрушки.
  
  - Это не игрушка, - Си Ень притворно обиделся. - Это подарок от сына. Драгоценный и уникальный.
  
  Прошло ещё несколько дней. Вечер был тёплым и тихим. Си Ень и Мэйлин сидели на своём любимом месте - на крыше башни, под звёздами. Между ними стоял столик с чаем, ветер играл с их волосами. Мэйлин молчала, глядя на звёзды. Потом повернулась к мужу.
  
  - Муж мой, - сказала она. - Я тебе всё-таки скажу. Хотя, возможно, стоило подождать, пока ты сам поймёшь. Но я это вижу, и было бы нечестно молчать.
  
  Си Ень приподнял бровь.
  
  - Какое загадочное начало, - он улыбнулся. - Так что же ты видишь, жена моя?
  
  Мэйлин протянула руку и коснулась сияющего кристалла на его груди. Тот вспыхнул под её пальцами - ярко, радостно.
  
  - Эта огненная сущность, - сказала она тихо. - Она тебя вылечила.
  
  Си Ень замер.
  
  - Что?
  
  - Те повреждения, что ты получил, закрывая разлом, - Мэйлин смотрела ему в глаза. - Я видела следы. Видела, как они медленно разъедают тебя изнутри. Молчала, потому что ты не хотел об этом говорить. Теперь - ничего, - она улыбнулась. - Всё исцелено. Полностью. Не осталось никаких следов.
  
  Си Ень долго смотрел на мерцающий свет в глубине кристалла. Потом коснулся его - осторожно, почти благоговейно.
  
  - Спасибо, - прошептал он.
  
  Кристалл вспыхнул ярче - словно отвечая.
  
  - Нужно будет поблагодарить Яньлина за такой подарок, - Си Ень поднял голову. - И спросить, о чём он думал, когда его мне дарил.
  
  - Поблагодари его, - Мэйлин кивнула. - Он будет очень рад. А думал он, скорее всего, что оно красивое и тебе понравится.
  
  - С ним никогда не знаешь, - Си Ень вздохнул. - Он видит энергии, говорит со всякими сущностями... Спрошу. Мне интересно, что он ответит.
  
  Мэйлин смотрела на него - на его лицо, освещённое мягким светом кристалла и звёзд.
  
  - Ты счастлив, - сказала она тихо, нежно касаясь его лица. - Когда ты счастлив, всё вокруг освещается твоей силой. Даже я вижу это.
  
  Си Ень накрыл её руку своей.
  
  - Как я могу быть несчастлив? - он улыбнулся. - У меня есть ты. Наши дети. Наш дом. Друзья. И теперь ещё - подарок от сына, который, оказывается, исцелил меня, пока я об этом даже не подозревал.
  
  Он притянул её к себе.
  
  - Я самый счастливый человек в мире, Мэйлин. Благодаря тебе.
  
  Она положила голову ему на плечо.
  
  - Благодаря нам, - поправила она. - Всем нам.
  
  Они сидели так под звёздами - муж и жена, глава башни и целительница, двое людей, нашедших друг друга. А кристалл на груди Си Еня мерцал тёплым светом, словно маленькое солнце. Счастливое маленькое солнце.
  
  ***
  
  Утро в Чёрной башне начиналось с работы.
  
  Си Ень и Яньлин сидели в кабинете главы, разбирая доклады. Между ними лежали стопки свитков - отчёты из провинций, донесения разведчиков, прошения, жалобы, запросы.
  
  - Этот можно отложить, - Яньлин протянул отцу свиток. - Спор о границах пастбищ. Они ругаются уже третий год, подождут ещё неделю.
  
  - Согласен, - Си Ень отложил свиток в сторону. - Что дальше?
  
  - Донесение с южной границы. Замечена активность тварей у старых развалин. Просят усилить патрули.
  
  - Отправь двадцатку Вэй Цзюня. Пусть разберутся.
  
  Яньлин кивнул, сделал пометку.
  
  Они работали слаженно, привычно. Яньлин читал доклады вслух - или, точнее, касался их и видел написанное своим особым зрением. Си Ень принимал решения, Яньлин записывал распоряжения.
  
  Кристалл на груди Си Еня мерцал тёплым светом.
  
  - Отец, - сказал Яньлин, не отрываясь от очередного свитка. - Ты хотел меня о чём-то спросить.
  
  Си Ень приподнял бровь.
  
  - Откуда знаешь?
  
  - Ты смотришь на меня уже полчаса, - Яньлин улыбнулся. - И трогаешь кристалл каждые несколько минут.
  
  Си Ень опустил руку - он и не заметил, что снова касается оправы.
  
  - Твоя мать кое-что мне рассказала, - начал он. - Об этой сущности. О том, что она сделала.
  
  Яньлин поднял голову.
  
  - И что же она сделала?
  
  - Вылечила меня, - Си Ень помолчал. - Те повреждения, что я получил, закрывая разлом. Мэйлин говорит, что их больше нет. Полностью.
  
  Яньлин молчал.
  
  - Ты знал? - спросил Си Ень. - Когда дарил её мне?
  
  - Я... - Яньлин замялся. - Не совсем.
  
  - Что значит "не совсем"?
  
  Яньлин отложил свиток и повернулся к отцу.
  
  - Когда я нашёл её в горах, - сказал он медленно, - я видел... свечение. Что-то шевелилось в расщелине, и я решил посмотреть. Она была там - маленькая, испуганная, одинокая.
  
  - Испуганная?
  
  - Да. Не знаю, как она там оказалась. Может, отбилась от других огненных духов. Может, родилась там. Но она была одна, и ей было холодно - насколько огненной сущности может быть холодно.
  
  Си Ень слушал молча.
  
  - Я взял её с собой, - продолжал Яньлин. - Но я чувствовал, что ей нужен кто-то сильнее. Кто-то, чьё пламя сможет её согреть по-настоящему.
  
  - И ты подумал обо мне.
  
  - Да, - Яньлин кивнул. - А ещё я видел... - он замолчал.
  
  - Что ты видел?
  
  - Твои повреждения, - Яньлин опустил глаза. - Я вижу энергии, отец. Я видел, что с тобой что-то не так. Что-то тёмное, въевшееся глубоко.
  
  Си Ень вздохнул.
  
  - Почему не сказал?
  
  - Потому что ты бы отмахнулся, - Яньлин посмотрел на него. - Сказал бы, что всё в порядке. Что ты справишься. Что не нужно беспокоиться. Я не знал точно, что она сможет тебя вылечить, - продолжал Яньлин. - Но я надеялся. Она была такая... тёплая. Живая. Я подумал - может быть, если она будет рядом с тобой, она сможет помочь.
  
  Он помолчал.
  
  - И она красивая. Я знал, что тебе понравится.
  
  Си Ень смотрел на сына - на его незрячие глаза, которые видели больше, чем глаза большинства зрячих. На его спокойное лицо, за которым скрывалась такая глубина заботы.
  
  - Иди сюда, - сказал он.
  
  Яньлин поднялся и подошёл к отцу.
  
  Си Ень обнял его - крепко, молча.
  
  - Спасибо, - сказал он тихо. - За подарок. За заботу. За то, что ты такой, какой есть.
  
  Яньлин обнял его в ответ.
  
  - Я рад, что она тебе помогла.
  
  - Она помогла, - Си Ень отстранился и коснулся кристалла. - И теперь она часть семьи. Как и все мы.
  
  Кристалл вспыхнул ярче - словно соглашаясь.
  
  - У неё есть имя? - спросил Си Ень.
  
  - Я называл её Искоркой, - Яньлин улыбнулся. - Но ты можешь назвать по-другому. Она теперь твоя.
  
  - Искорка, - Си Ень попробовал имя на вкус. - Мне нравится.
  
  Кристалл снова вспыхнул.
  
  - Ей тоже, - рассмеялся Яньлин.
  
  Они вернулись к работе - отец и сын, глава башни и его помощник.
  
  А Искорка мерцала на груди Си Еня, счастливая и согретая.
  
  ***
  
  - А теперь, - сказал Си Ень, легко вскакивая на ноги, - нужно кое-что проверить.
  
  Яньлин проводил отца удивлённым взглядом, но промолчал. Когда у отца загорались глаза таким особенным блеском, лучше было не спрашивать.
  
  Си Ень прошёл по коридорам башни до покоев, которые всегда держали готовыми для Цзин Юя. Постучал - громко, требовательно.
  
  - Юй! Кто спит в такое время?!
  
  - Я, например, спал, - мрачно отозвался голос из-за двери.
  
  - Пойдём, - Си Ень улыбнулся.
  
  Дверь открылась. Цзин Юй стоял на пороге - растрёпанный, в накинутом наспех халате, с серебряными волосами, падающими на лицо. Его глаза впились в Си Еня пронзительным взглядом.
  
  - Куда? - он прищурился. - Опять в зал щитов?
  
  - Нет, - Си Ень покачал головой. - Давай опробуем арену.
  
  Цзин Юй замер на мгновение. Потом медленно кивнул.
  
  - Хорошо. Хочешь представление - будет тебе представление. Только дай мне проснуться. Через час. Можешь собрать зрителей.
  
  - Буду ждать, - Си Ень развернулся. - А зрители сами соберутся.
  
  Он ушёл, и Цзин Юй закрыл дверь.
  
  - Вы опять будете драться?
  
  Голос принадлежал Ли Чжэню - высшему духу, лунному змею, связанному с Цзин Юем ритуалом. Он лежал на подушках в углу комнаты, свернувшись серебристыми кольцами, и смотрел на хозяина мерцающими глазами.
  
  - Будем, - вздохнул Цзин Юй.
  
  И вдруг широко улыбнулся.
  
  - Сегодня будет на что посмотреть. Только, Чжэнь, не вмешивайся, что бы ни происходило. Мы не собираемся друг друга убивать.
  
  Змей склонил голову.
  
  - Как скажешь, мой господин.
  
  Новость разнеслась по башне сама собой - как всегда разносятся такие новости.
  
  "Глава и господин Цзин Юй будут сражаться на арене".
  
  Шёпот передавался от слуги к слуге, от ученика к ученику, от заклинателя к заклинателю.
  
  К тому времени, как Яньлин добрался до лечебницы, половина башни уже знала.
  
  - Мама, - он вошёл, - отец и дядя решили устроить поединок на арене.
  
  Мэйлин подняла голову от свитка с записями.
  
  - Они будут - что?
  
  - Сражаться, - Яньлин кивнул. - На арене. Через час.
  
  Жэньли, помогавшая Мэйлин с травами, округлила глаза.
  
  - Госпожа Мэйлин странно улыбается, - сказала она тихо.
  
  И правда - Мэйлин улыбалась. Странной, загадочной улыбкой.
  
  - Пойдём, - она взяла Жэньли за руку. - Такого ты ещё не видела.
  
  - Ты не злишься? - спросил Яньлин.
  
  - А толку? - Мэйлин пожала плечами. - Я должна была знать, что они это устроят. Рано или поздно. Что ж, насладимся зрелищем.
  
  Арена Чёрной башни была древней.
  
  Огромный круг, выложенный чёрным камнем, окружённый ступенями для зрителей. Камни были испещрены рунами защиты - чтобы сила сражающихся не вырвалась наружу и не задела тех, кто смотрит.
  
  К назначенному часу ступени были заполнены.
  
  Яньлин занял место в первом ряду - рядом с ним Жэньли, дальше Мэйлин, Лоу и Шаали. Ли Чжэнь устроился у ног Яньлина, свернувшись серебристыми кольцами.
  
  - Я никогда не видела, как сражаются главы башен, - прошептала Жэньли.
  
  - Я тоже, - признался Лоу. - В полную силу - никогда.
  
  - А они будут в полную силу? - Жэньли посмотрела на Яньлина.
  
  Он улыбнулся.
  
  - Думаю, да. Отец... он сегодня другой. Как будто сбросил какой-то груз.
  
  Шаали фыркнула.
  
  - Мальчишки. Оба. Сколько бы лет им ни было.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Ты совершенно права, Шаали.
  
  Они вышли на арену одновременно - с противоположных сторон.
  
  Си Ень - в простой чёрной одежде, без брони, без оружия. Только кристалл Искорки мерцал на его груди. Его волосы были собраны, огненные пряди светились в утреннем свете.
  
  Цзин Юй - в серебристо-белом, с распущенными волосами, которые казались сотканными из лунного света.
  
  Они остановились в центре арены, глядя друг на друга.
  
  - Готов? - спросил Си Ень.
  
  - Всегда, - ответил Цзин Юй.
  
  И они начали.
  
  Первый удар был огненным.
  
  Си Ень не стал сдерживаться - пламя рванулось к Цзин Юю, яркое, ослепительное. Жар достиг даже зрителей, несмотря на защитные руны.
  
  Цзин Юй взмахнул рукой - и волна холода встретила огонь. Пар взвился к небу, закрывая обоих.
  
  - Ничего себе, - выдохнула Жэньли.
  
  - Это только начало, - сказал Яньлин.
  
  Из пара вырвался Си Ень - быстрый, стремительный. Его кулак был окутан пламенем. Цзин Юй уклонился - едва-едва - и контратаковал.
  
  Лунный свет сгустился в его ладони, превращаясь в клинок. Он ударил - Си Ень блокировал огненным щитом.
  
  Искры посыпались во все стороны.
  
  - Они улыбаются, - заметила Мэйлин.
  
  И правда - оба улыбались. Широко, счастливо. Как мальчишки, которые наконец-то получили разрешение поиграть.
  
  Бой продолжался.
  
  Огонь и лунный свет сталкивались снова и снова. Си Ень атаковал яростно, мощно - каждый удар мог бы разрушить стену. Цзин Юй уклонялся, парировал, контратаковал - точно, расчётливо, смертоносно.
  
  - Дядя быстрее, - сказал Лоу. - Но глава сильнее.
  
  - Они равны, - возразила Шаали. - Просто разные.
  
  Ли Чжэнь поднял голову.
  
  - Мой господин давно так не сражался, - его голос был задумчивым. - Он... счастлив.
  
  На арене Цзин Юй создал десяток лунных клинков - они повисли в воздухе, сверкая холодным светом. По его жесту все десять рванулись к Си Еню.
  
  Си Ень рассмеялся - и выпустил огненного дракона.
  
  Дракон был огромным - больше, чем Цзян Хуо в боевой форме. Он поглотил клинки, превратив их в пар, и бросился на Цзин Юя.
  
  Цзин Юй не отступил. Он поднял руки - и лунный свет сгустился вокруг него, формируя барьер. Дракон врезался в барьер и взорвался.
  
  Волна жара и света накрыла арену.
  
  Когда она схлынула, оба стояли на своих местах - запыхавшиеся, растрёпанные, но невредимые.
  
  - Неплохо, - сказал Си Ень.
  
  - Неплохо, - согласился Цзин Юй.
  
  Они сошлись снова - ближний бой, без заклинаний.
  
  Кулаки, локти, колени. Блоки, уклоны, захваты. Они двигались так быстро, что Жэньли едва успевала следить.
  
  - Как они это делают? - прошептала она.
  
  - Тренировки, - ответил Яньлин. - Много тренировок. И много лет дружбы.
  
  Си Ень провёл подсечку - Цзин Юй перепрыгнул через неё и ударил ногой в грудь. Си Ень принял удар на скрещённые руки, отлетел назад, приземлился на ноги.
  
  - Ты стал быстрее, - сказал он.
  
  - А ты - сильнее, - ответил Цзин Юй.
  
  - Покажи мне, - Си Ень выпрямился. - Покажи то, что я ещё не видел.
  
  Цзин Юй замер.
  
  - Ты уверен?
  
  - Ты хранитель источника, Юй. У тебя должны быть крылья.
  
  Тишина на арене стала абсолютной.
  
  Цзин Юй смотрел на друга - долго, молча. Потом медленно кивнул.
  
  - Хорошо.
  
  Лунный свет сгустился вокруг Цзин Юя.
  
  Он становился ярче - ярче и ярче, пока не стал почти ослепительным. И из этого света начали проступать крылья.
  
  Они были огромными - больше, чем сам Цзин Юй. Серебристо-белые, полупрозрачные, сотканные из чистого лунного света. Они мерцали и переливались, как поверхность воды под луной.
  
  Зрители ахнули.
  
  - Небеса, - прошептала Жэньли. - Это... это прекрасно.
  
  Яньлин смотрел на дядю - и видел не просто крылья. Он видел энергию, текущую сквозь них. Чистую, древнюю, невероятно мощную.
  
  - Теперь твоя очередь, - сказал Цзин Юй.
  
  Си Ень улыбнулся.
  
  И его крылья вспыхнули.
  
  Огненные - яркие, алые, с золотыми отблесками. Они горели, но не обжигали. Танцевали, но не гасли. Они были живыми - как само пламя.
  
  Два крылатых заклинателя стояли друг напротив друга - огонь и лунный свет, красное и серебряное.
  
  - В воздух? - предложил Си Ень.
  
  - В воздух, - согласился Цзин Юй.
  
  И они взлетели.
  
  Бой в воздухе был... другим.
  
  Они кружили друг вокруг друга - два хищника, два равных противника. Огненные крылья оставляли след из искр, лунные - серебристую пыль.
  
  Си Ень атаковал первым - рванулся вперёд, окутанный пламенем. Цзин Юй ушёл в сторону, контратаковал лунным копьём.
  
  Они сталкивались снова и снова - высоко над ареной, под открытым небом. Зрители задирали головы, пытаясь уследить за ними.
  
  - Это как танец, - сказала Мэйлин тихо.
  
  - Танец смерти, - добавила Шаали.
  
  - Нет, - Мэйлин покачала головой. - Танец жизни. Посмотри на них. Они живут этим.
  
  И правда - даже отсюда было видно, как сияют их глаза. Как широко они улыбаются. Как наслаждаются каждым мгновением.
  
  Финальный удар был одновременным.
  
  Огонь и лунный свет столкнулись - и взорвались фейерверком. Яркие искры посыпались на арену, серебристые и алые.
  
  Когда свет рассеялся, Си Ень и Цзин Юй медленно опускались на землю. Их крылья таяли, растворялись в воздухе.
  
  Они приземлились друг напротив друга.
  
  - Ничья? - предложил Си Ень.
  
  - Ничья, - согласился Цзин Юй.
  
  И они обнялись - крепко, по-братски.
  
  Арена взорвалась аплодисментами.
  
  Заклинатели вскочили на ноги, кричали, свистели, хлопали. Такого зрелища они не видели никогда - и, возможно, никогда больше не увидят.
  
  Яньлин улыбался, хлопая вместе со всеми.
  
  - Вот это да, - выдохнул Лоу. - Вот это... да.
  
  - Я никогда не видела ничего подобного, - Жэньли вытирала слёзы. - Это было... это было...
  
  - Красиво, - подсказал Яньлин.
  
  - Да. Красиво.
  
  Шаали фыркнула, но тоже улыбалась.
  
  - Мальчишки, - повторила она. - Оба.
  
  Ли Чжэнь поднял голову и посмотрел на своего хозяина.
  
  - Он счастлив, - сказал змей. - По-настоящему счастлив.
  
  Мэйлин не аплодировала. Она просто смотрела на мужа - на его сияющее лицо, на его улыбку, на свет в его глазах.
  
  - Да, - прошептала она. - Он счастлив.
  
  Си Ень и Цзин Юй подошли к первому ряду.
  
  - Ну как? - спросил Си Ень.
  
  - Впечатляюще, - Мэйлин встала и обняла мужа.
  
  Яньлин подошёл к отцу.
  
  - Теперь я понимаю, - сказал он тихо. - Почему ты хотел это сделать.
  
  - Понимаешь?
  
  - Ты хотел убедиться, - Яньлин коснулся кристалла на груди отца. - Что Искорка действительно тебя вылечила. Что ты снова можешь... быть собой.
  
  Си Ень посмотрел на сына.
  
  - Ты слишком много видишь, - сказал он.
  
  - Это моя работа, - Яньлин улыбнулся.
  
  Жэньли робко подошла к Цзин Юю.
  
  - Господин Цзин Юй, - сказала она. - Ваши крылья... они были такими красивыми. Как лунный свет на воде.
  
  Цзин Юй улыбнулся - мягко, тепло.
  
  - Спасибо, маленькая птичка. Твои слова греют старое сердце.
  
  - Какое ещё старое, - фыркнул Си Ень. - Ты моложе меня на год.
  
  - Душой я старше на тысячу.
  
  - Душой ты такой же мальчишка, как и я. Только притворяешься мудрым.
  
  Цзин Юй рассмеялся.
  
  - Может быть. Может быть.
  
  Они стояли вместе - семья, друзья, люди, связанные чем-то большим, чем кровь.
  
  А над ними сияло солнце, и кристалл на груди Си Еня мерцал счастливым светом.
  
  ***
  
  Они сидели в беседке у пруда - Си Ень и Цзин Юй, - когда пыль поединка наконец осела и зрители разошлись.
  
  Между ними стоял столик с чайником и чашками. Пар поднимался от свежезаваренного чая - крепкого, горьковатого, с ароматом дыма и горных трав.
  
  - Ну что, ты доволен, чудовище? - спросил Цзин Юй, отпивая из чашки.
  
  - Я очень доволен, серебряный, - Си Ень кивнул. - И Юй... - он помолчал. - Ты пообещал мне быть рядом, пока я не восстановлюсь. Ты исполнил своё обещание.
  
  Цзин Юй замер с чашкой у губ.
  
  - Ты что, прогоняешь меня? - возмутился он.
  
  - Нет, конечно, - Си Ень рассмеялся. - Просто ты не обязан оставаться со мной, если у тебя есть более важные дела.
  
  Цзин Юй поставил чашку.
  
  - Вообще-то есть, конечно, - вздохнул он. - Я должен вернуться в Лунную академию. Не то чтобы она без меня развалится, но она всё-таки моя.
  
  Он посмотрел на чай в своей чашке - тёмный, почти чёрный.
  
  - Но пока мне хочется вот так сидеть с тобой и пить чай Чёрной башни. Крепкий, горьковатый и ароматный, - он улыбнулся. - Это даже лучше нашего поединка.
  
  - Ты же боевой заклинатель, Юй, - Си Ень приподнял бровь. - Я знаю, что ты скучаешь по этому.
  
  - Ты не прав, - Цзин Юй покачал головой. - Я всего лишь скучал по нашим поединкам. Всему остальному предпочитаю библиотеку.
  
  Си Ень хотел что-то ответить, но тут в беседку заглянула Мэйлин.
  
  - Я тоже хочу чай с вами, - сказала она. - Можно?
  
  - Конечно, - Си Ень подвинулся. - Садись.
  
  Мэйлин устроилась между ними - её муж по одну сторону, Цзин Юй по другую. Си Ень налил ей чай.
  
  - От этого боя на меня нахлынули воспоминания, - сказала она, обнимая чашку ладонями. - Как мы путешествовали втроём. И вы устраивали поединки на привале.
  
  Она улыбнулась - мечтательно, с лёгкой грустью.
  
  - А я тогда мало понимала в магии, но тоже хотела так уметь. А мой драгоценный муж надо мной просто смеялся и говорил, что я так никогда не смогу.
  
  Си Ень поморщился.
  
  - Ты, конечно, был прав, - продолжала Мэйлин. - Но тогда мне было очень обидно. А Юй был вежливее. Даже пробовал меня учить.
  
  - Без большого успеха, правда, - Цзин Юй улыбнулся.
  
  - Без большого успеха, - согласилась она.
  
  Си Ень обнял жену.
  
  - Прости, - сказал он тихо. - Я тогда был не очень вежлив. Но я же видел, что ты целительница. И для тебя боевая магия противоестественна.
  
  Мэйлин повернулась к нему.
  
  - Ладно, тебе не нужно извиняться, - она коснулась его щеки. - Я всё равно тебя люблю.
  
  И поцеловала его - нежно, мягко.
  
  Потом повернулась к Цзин Юю.
  
  - И тебя тоже, - она обняла его и поцеловала в макушку серебряных волос.
  
  Цзин Юй чуть покраснел, но не отстранился.
  
  - Я тоже вас люблю, - сказал он тихо. - Обоих. Вы моя семья.
  
  Си Ень положил руку ему на плечо.
  
  - И ты наша.
  
  Они сидели так втроём - пили чай, смотрели на пруд, где плавали золотые рыбки, слушали шелест ветра в листьях.
  
  Как тогда, много лет назад. И как сейчас.
  
  Некоторые вещи не меняются.
  
  ***
  
  Цзин Юй вернулся в свои покои поздно ночью.
  
  Он закрыл за собой дверь и опустился на ковёр рядом с кроватью - просто сел, привалившись спиной к деревянной раме. Не было сил даже дойти до постели.
  
  - Как я устал, - сказал он в темноту.
  
  Серебристые кольца зашевелились в углу комнаты. Ли Чжэнь поднял голову, его глаза мерцали мягким светом.
  
  - Но мне было так хорошо пить с ними чай, что не хотелось уходить, - добавил Цзин Юй.
  
  Змей скользнул ближе, устроился рядом.
  
  - Мой господин был великолепен в поединке, - сказал он.
  
  Цзин Юй улыбнулся.
  
  - М-да. Самому понравилось, - он откинул голову назад, прикрыл глаза. - Но это очень утомительно.
  
  Тишина. Только шелест чешуи по ковру.
  
  - Мы вернёмся в Лунную академию? - спросил Ли Чжэнь.
  
  - Вот узнаю у моего дорогого друга его новые безумные планы - и вернёмся, - вздохнул Цзин Юй.
  
  - Почему безумные?
  
  Цзин Юй открыл глаза и посмотрел на своего змея.
  
  - Он всё пытается сделать мир стабильным и безопасным, - сказал он с улыбкой.
  
  Ли Чжэнь склонил голову.
  
  - Огонь хочет сделать мир стабильным и безопасным? - в его голосе звучало искреннее недоумение. - Звучит очень странно и нелогично.
  
  - Поэтому ему нужна Белая башня, - объяснил Цзин Юй. - Это их роль, золотых. Он хочет, чтобы они взялись за ум. Тогда огонь сможет вернуться к своей роли.
  
  Змей помолчал, обдумывая услышанное.
  
  - То есть хаос пытается построить план по восстановлению порядка, - сказал он наконец. - М-да. Задача тяжёлая.
  
  - Ну, не хаос. И не порядка, - Цзин Юй покачал головой. - Но да. Это почти невыполнимо.
  
  Он помолчал.
  
  - Но когда Си Еня это останавливало?
  
  - И что мы будем делать? - спросил Ли Чжэнь.
  
  Цзин Юй закрыл глаза.
  
  - Мы пойдём спать, - сказал он. - Я действительно устал.
  
  Змей скользнул ближе, обвился вокруг своего господина. Его чешуя была прохладной, как лунный свет, и Цзин Юй почувствовал, как напряжение медленно уходит из тела.
  
  - Спокойной ночи, Чжэнь, - прошептал он.
  
  - Спокойной ночи, мой господин.
  
  И Цзин Юй уснул - прямо там, на ковре, привалившись к кровати, в кольцах своего лунного змея. Впервые за долгое время - спокойно и без снов.
  
  Глава 58. Коварные планы
  
  - Глава, можно я слетаю навестить Лисян и Ляньчжи?
  
  Было утро. Они уже разобрали утренние доклады, и в кабинете главы царила непривычная тишина. Си Ень сидел за столом, Яньлин стоял у окна, Лоу устроился в углу, Шаали замерла у плеча своего господина. А Цзин Юй - Цзин Юй пытался проснуться, сидя в кресле с чашкой чая и полузакрытыми глазами.
  
  - Тогда подожди, - сказал Си Ень. - Поработаешь почтовой птичкой.
  
  Он достал три футляра с письмами и передал Яньлину.
  
  - Для хранителя, Лисян и Ляньчжи. Не перепутай.
  
  Яньлин провёл пальцами по футлярам, проверяя энергетические метки. Каждое письмо несло след адресата - тонкий, едва уловимый для обычного заклинателя, но для него яркий и чёткий, как огненная руна.
  
  - Хорошо, отец, - он спрятал футляры в сумку. - Тогда я полетел.
  
  - Возьми меня с собой, - попросил Лоу, поднимаясь. - Я тоже по ним соскучился. Даже согласен на полёт.
  
  Яньлин усмехнулся.
  
  - Какая жертва.
  
  - Давайте, бездельники, летите, - Си Ень махнул рукой.
  
  Яньлин, Лоу и Шаали поклонились и вышли.
  
  Дверь закрылась.
  
  - Ну вот, - Си Ень откинулся на спинку кресла. - Молодёжь убежала. Теперь можем строить коварные планы.
  
  Цзин Юй поморщился.
  
  - У тебя не получаются коварные планы, - сказал он. - Твои планы всегда простые и действенные.
  
  - У меня нет простого плана для Белой башни, - вздохнул Си Ень.
  
  - Я вообще не хочу обсуждать Белую башню, - отрезал Цзин Юй.
  
  - Тогда о другом, - Си Ень помолчал. - Я хочу освободить Яньлина от роли наследника. Чтобы он делал то, что он хочет, а не то, что должен.
  
  Цзин Юй открыл глаза - полностью, резко.
  
  - Си Ень, прекрати издеваться над моим племянником, - его голос был жёстким. - Он как раз делает то, что хочет. Он обожает тебя и хочет быть твоим помощником.
  
  - Это очень детский подход к делу, - возразил Си Ень. - Так не может оставаться долго.
  
  - В некоторых вещах Яньлин сущий ребёнок, - Цзин Юй поставил чашку. - Он не такой, как ты. Он не такой, как все.
  
  - Я это прекрасно понимаю, - Си Ень нахмурился. - Но он любимец источника. Если со мной что-нибудь случится, он получит нити башни.
  
  Цзин Юй смотрел на друга - долго, пристально.
  
  - Си Ень, - сказал он наконец. - Это ты любимец источника. Если ты ещё не понял. Если ты не будешь очень стараться, ты проживёшь лет триста. Если не пятьсот. Прекрати искать себе наследника.
  
  Си Ень моргнул.
  
  - Это что, пророчество?
  
  - Нет, - Цзин Юй покачал головой. - Здравый смысл.
  
  Он поднялся, подошёл к окну.
  
  - Ты был принят источником при рождении. Ты закрыл разлом собственной силой и выжил. Ты носишь на груди огненную сущность, которая тебя исцелила. Источник не отпустит тебя так просто, Си Ень. Он вцепился в тебя и не собирается отпускать.
  
  Он обернулся.
  
  - Прекрати выдумывать странное. Ради этого я даже готов поговорить о Белой башне.
  
  Си Ень смотрел на него.
  
  - Триста лет, - сказал он медленно.
  
  - Или пятьсот.
  
  - Это... долго.
  
  - Очень, - согласился Цзин Юй. - Так что у тебя есть время. Не торопись с наследниками. Дай Яньлину быть тем, кем он хочет быть. А не тем, кем ты думаешь, он должен быть.
  
  Си Ень молчал.
  
  - И поговори с Мэйлин, - добавил Цзин Юй мягче. - Она тоже связана с тобой. Она тоже проживёт долго. Вы оба ещё не осознали, что это значит.
  
  Он вернулся в кресло и взял чашку.
  
  - А теперь расскажи мне о своих планах насчёт Белой башни. Раз уж я согласился это слушать.
  
  ***
  
  Яньлин приземлился на площадке Звёздной башни, и Лоу спрыгнул с его спины, слегка пошатываясь.
  
  - Яньлин!
  
  Лисян выбежала навстречу и радостно обняла приземлившегося брата. А потом втянула в объятия и Лоу.
  
  - Как я по тебе соскучилась, младший брат! - она отстранилась, разглядывая его лицо. - Ну и по тебе тоже, помощничек.
  
  - Я тоже очень соскучился, старшая сестра, - Яньлин обнял её в ответ. - Как у тебя дела?
  
  - У меня всё чудесно, - Лисян улыбнулась. - А что у нас дома?
  
  - Ты пропустила потрясающее зрелище, - сказал Яньлин. - Поединок отца и дяди на арене. В присутствии всей башни.
  
  Лисян замерла.
  
  - Поединок?
  
  - В полную силу, - добавил Лоу. - С крыльями. Это было невероятно.
  
  - Значит... - голос Лисян дрогнул. - Значит, отец здоров?
  
  - Полностью, - кивнул Яньлин.
  
  - Хвала пламени, - прошептала Лисян.
  
  И заплакала.
  
  - Лисян, ты чего ревёшь? - удивился Лоу. - От Ляньчжи заразилась?
  
  - Лоу! - одёрнула его Шаали.
  
  - Да ладно, я же шучу, - он поднял руки. - Ты сначала послушай! Это всё благодаря Яньлину. Он подарил главе огненную сущность, которая его вылечила.
  
  Лисян подняла заплаканные глаза на брата.
  
  - Правда?
  
  - Правда, - Яньлин смутился. - Я не знал точно, что она поможет. Просто надеялся.
  
  - Ты самый лучший, Яньлин, - Лисян обняла его ещё крепче, так что у него перехватило дыхание.
  
  - Подожди, не души меня, - он мягко отстранился. - У меня для тебя письмо.
  
  Он вытащил из сумки футляр и передал сестре.
  
  - И ещё письмо для твоего Шэна. И для Ляньчжи.
  
  Лисян вытерла слёзы рукавом.
  
  - Пойдём, - сказала она. - К моему Шэну. А потом найдём Ляньчжи.
  
  Они поднялись в покои хранителя.
  
  Чжоу Шэн сидел над картами, делая какие-то пометки. Когда дверь открылась, он поднял голову.
  
  - Шэн, у нас гости, - сказала Лисян.
  
  - Яньлин, - Чжоу Шэн улыбнулся, отрываясь от карт. - Рад тебя видеть.
  
  - У меня для тебя письмо, хранитель, - Яньлин подал ему футляр.
  
  - От главы?
  
  - От него.
  
  Чжоу Шэн принял футляр и переглянулся с Лисян.
  
  - Давай посмотрим, что отец нам прислал, - сказала она, открывая своё письмо.
  
  Яньлин отошёл к окну, давая им время. Лоу встал рядом, но его взгляд то и дело скользил к Лисян и Чжоу Шэну.
  
  - Что-то интересное глава прислал, - шепнул он Яньлину. - Лисян покраснела. И они оба улыбаются со странным выражением лица.
  
  - А теперь они обменялись своими письмами, - продолжал комментировать Лоу. - И Лисян покраснела ещё больше.
  
  - Лоу...
  
  - Ну расскажите уже!
  
  - Лоу, это их письма, - одёрнул его Яньлин. - Они не обязаны рассказывать.
  
  Лисян подняла голову.
  
  - Всё в порядке, - она улыбнулась, хотя щёки всё ещё горели румянцем. - Отец пишет, что я не смогу просто так сбежать из дома.
  
  - Сбежать? - не понял Лоу.
  
  - Его драгоценная дочь должна выйти замуж в согласии со всеми ритуалами, - Лисян вздохнула. - Я не уверена, какие ритуалы он имеет в виду и как он себе это представляет.
  
  - У меня о том же, - сказал Чжоу Шэн, складывая своё письмо. - Что я не могу просто тебя украсть. А должен испросить разрешения родителей и организовать соответствующий ритуал. Тем более что это брак между башнями.
  
  Лоу присвистнул.
  
  - Ну всё. Главе было мало роскошного приёма - теперь он хочет организовать грандиозную свадьбу.
  
  - Похоже на то, - согласилась Лисян.
  
  - Что-то я не припомню, чтобы он хотел устроить такое для Яньлина и Жэньли, - добавил Лоу.
  
  Яньлин усмехнулся.
  
  - Он просто считает нас маленькими детьми. Этак пятилетними. Вот вырастем - тогда можно и свадьбу.
  
  Лисян рассмеялась - впервые за этот разговор по-настоящему.
  
  - Ладно, - сказала она. - Я это обсужу с отцом. И скажу всё, что об этом думаю.
  
  Она взяла Яньлина под руку.
  
  - Пойдём найдём Ляньчжи.
  
  - Тогда нам в тренировочный зал, - сказал Чжоу Шэн, поднимаясь. - Его новые друзья опять утащили его туда.
  
  В тренировочном зале было шумно.
  
  Ляньчжи стоял в центре, окружённый Яо Хэном и Цзи Юань. Его лицо выражало терпеливое страдание.
  
  - Я уже сказал - нет!
  
  - Да ладно тебе! - Яо Хэн наступал. - Один раунд! Один!
  
  - Я не буду с вами драться. Не хочу и не могу.
  
  - Но ты же заклинатель!
  
  - Я целитель, - Ляньчжи скрестил руки на груди. - Целители не дерутся.
  
  - Но огненный же!
  
  - И что?
  
  Цзи Юань тронула брата за плечо.
  
  - Хэн, оставь его в покое.
  
  - Но...
  
  - Яньлин!
  
  Ляньчжи заметил вошедших и буквально просиял от облегчения.
  
  - Покажи им, что такое боевой заклинатель огненного источника, - попросил он. - Пожалуйста.
  
  Яо Хэн развернулся.
  
  - Яньлин? - его глаза загорелись. - Сын главы Чёрной башни?
  
  Он подошёл ближе, бесцеремонно разглядывая Яньлина.
  
  - А ты действительно слепой? А как ты видишь? А покажи крылья!
  
  Яньлин приподнял бровь.
  
  - Это что за наглый громила?
  
  - Это мой друг, Яо Хэн, - сказал Ляньчжи. - Извини его. Он немного шумный.
  
  - Немного?
  
  - А ты, Хэн, - Ляньчжи посмотрел на друга строго, - можешь быть и повежливей с моим братом.
  
  - Так я же ничего такого! - Яо Хэн поднял руки. - Просто интересно!
  
  Он снова повернулся к Яньлину.
  
  - Так что, хочешь сразиться?
  
  Яньлин помолчал. А потом скинул плащ.
  
  - Хочешь поединок - будет тебе поединок.
  
  Остальные отошли к стене и спрятались за защитным барьером.
  
  Яньлин и Яо Хэн вышли в центр зала. Яо Хэн - массивный, уверенный, с тёмной энергией, клубящейся вокруг кулаков. Яньлин - стройный, спокойный, с огненными прядями в волосах.
  
  - Готов? - спросил Яо Хэн.
  
  - Всегда.
  
  Яо Хэн атаковал первым - быстро, мощно. Тень рванулась к Яньлину, стремясь сковать его движения.
  
  Яньлин ушёл в сторону - легко, словно танцуя. Огонь вспыхнул на его ладонях.
  
  - Быстрый, - одобрил Яо Хэн.
  
  И бросился снова.
  
  Но Яньлин был зол. Совсем чуть-чуть - на наглость, на бесцеремонность, на то, как этот громила доставал Ляньчжи. И его злость превратилась в огонь.
  
  Он не стал затягивать.
  
  Три удара - и Яо Хэн отлетел к стене. Ещё два - и оказался прижат к углу, с огненным клинком у горла.
  
  - Сдаюсь! - выдохнул Яо Хэн. - Сдаюсь!
  
  Яньлин отступил, гася пламя.
  
  - Ничего себе, - Яо Хэн поднялся, потирая ушибленное плечо. - Вот это да.
  
  - Можно... со мной тоже?
  
  Голос был тихим, робким. Цзи Юань выступила вперёд, и её глаза горели - не страхом, а предвкушением.
  
  Яньлин повернулся к ней.
  
  Она была другой. Не наглой, не шумной. В ней было что-то... интересное. Тьма вокруг неё двигалась иначе - плавно, текуче.
  
  - Можно, - сказал он. - Давай.
  
  Они вышли в центр зала.
  
  Цзи Юань поклонилась - и Яньлин ответил тем же.
  
  А потом она атаковала.
  
  Это было совсем не похоже на бой с Яо Хэном. Цзи Юань не пыталась задавить силой - она танцевала. Уклонялась, скользила, атаковала из неожиданных углов.
  
  И Яньлину понравился этот ритм.
  
  Он не стал заканчивать бой быстро. Вместо этого - подстроился, поддержал её танец. Огонь и тьма сплетались, расходились, сталкивались снова.
  
  - Красиво, - прошептала Лисян.
  
  - Как с дядей Цзин Юем, - согласился Лоу. - Только... мягче.
  
  Ляньчжи смотрел на Цзи Юань - на её сияющие глаза, на её улыбку - и чувствовал что-то странное в груди. Гордость? Восхищение? Что-то ещё?
  
  Бой длился долго - по меркам тренировочных поединков. Они кружили друг вокруг друга, обмениваясь ударами, и это действительно было похоже на танец. Танец тьмы и огня.
  
  Наконец Яньлин отступил и поклонился.
  
  Цзи Юань ответила тем же.
  
  Зрители зааплодировали.
  
  - Спасибо, Яньлин, - сказала Цзи Юань, и её голос чуть дрожал. - Это было... поучительно.
  
  - Тебе спасибо, - Яньлин улыбнулся. - У нас получился хороший поединок.
  
  Он повернулся к Ляньчжи.
  
  - Ляньчжи, я чуть не забыл - у меня для тебя письмо от отца. Держи.
  
  Он достал последний футляр и передал его.
  
  Ляньчжи открыл письмо.
  
  Начал читать.
  
  И крупные слёзы покатились из его глаз.
  
  - Ляньчжи, ты почему опять плачешь? - спросили его почти все одновременно.
  
  - Глава пишет... - голос Ляньчжи дрожал. - Что бы я там ни думал, если я думаю... никто меня никуда не гонит. Я всегда могу вернуться домой. В Чёрную башню. Что меня любят. И скучают.
  
  Он всхлипнул.
  
  - Я знал. Но когда он пишет это...
  
  Яньлин подошёл и обнял его.
  
  - Так и есть, - сказал он тихо. - И ты это прекрасно знаешь.
  
  - Знаю, - Ляньчжи уткнулся ему в плечо. - Просто... просто...
  
  - Просто иногда нужно услышать это снова, - закончила за него Лисян. - Я понимаю.
  
  Она подошла и обняла их обоих.
  
  - Мы все понимаем.
  
  Лоу переглянулся с Шаали.
  
  - А, ладно, - он махнул рукой и присоединился к объятиям. - Давайте все обниматься.
  
  Яо Хэн и Цзи Юань стояли в стороне, наблюдая за этой сценой.
  
  - Странная у них семья, - пробормотал Яо Хэн.
  
  - Хорошая, - возразила Цзи Юань тихо. - У них хорошая семья.
  
  Ляньчжи услышал это сквозь слёзы. И заплакал ещё сильнее. Но это были хорошие слёзы. Слёзы счастья.
  
  ***
  
  Они пили чай в покоях Лисян - все вместе, тесной компанией.
  
  Яньлин сидел рядом с Ляньчжи, который уже успокоился, но всё ещё шмыгал носом. Лоу устроился на полу, привалившись спиной к стене. Шаали замерла у плеча своего господина. Лисян разливала чай, а Чжоу Шэн наблюдал за всеми с лёгкой улыбкой.
  
  Яо Хэн и Цзи Юань тоже остались - сначала неловко топтались у двери, но Ляньчжи махнул им, и они присоединились.
  
  - Так значит, глава устроил поединок с господином Цзин Юем? - спросила Цзи Юань. - При всей башне?
  
  - При всей башне, - подтвердил Лоу. - С огненными крыльями. И лунными. Это было... - он покачал головой. - У меня слов нет.
  
  - Хотел бы я это видеть, - вздохнул Яо Хэн.
  
  Лисян поставила чашку.
  
  - Яньлин, как долго вы можете остаться?
  
  - Недолго, - он покачал головой. - Нам нужно возвращаться. Так что пишите ответы.
  
  - Ответы?
  
  - Отцу. Я же почтовая птичка, помнишь?
  
  Лисян рассмеялась.
  
  - Хорошо. Тогда подождите немного.
  
  Она достала бумагу и кисть.
  
  - Чжоу Шэн, ты тоже пиши. И ты, Ляньчжи.
  
  Писали они долго.
  
  Лисян - сосредоточенно, время от времени хмурясь и зачёркивая написанное. Чжоу Шэн - спокойно, уверенными чёткими иероглифами. Ляньчжи - медленно, останавливаясь и задумываясь над каждой фразой.
  
  Яньлин ждал терпеливо. Лоу задремал в углу. Шаали тихо переговаривалась с Цзи Юань о чём-то своём.
  
  Наконец все три письма были готовы и запечатаны.
  
  - Держи, - Лисян передала Яньлину футляры. - И передай отцу, что я его люблю. Даже если в письме написано другое.
  
  - Передам, - Яньлин улыбнулся.
  
  Он обнял сестру, потом Ляньчжи, потом - к удивлению всех - Чжоу Шэна.
  
  - Береги её, хранитель.
  
  - Всегда, - ответил Чжоу Шэн.
  
  Лоу проснулся, потянулся и поднялся на ноги.
  
  - Летим?
  
  - Летим.
  
  Они вышли на площадку. Яньлин раскрыл огненные крылья - яркие, алые, с золотыми отблесками. Лоу забрался ему на спину, крепко обхватив за плечи.
  
  - До встречи! - крикнула Лисян.
  
  - До встречи!
  
  И они взлетели - два силуэта на фоне закатного неба, уносящиеся к горизонту.
  
  В Чёрной башне был вечер.
  
  Си Ень и Мэйлин сидели в кабинете главы, когда Яньлин вошёл с футлярами в руках.
  
  - Почтовая птичка вернулась, - объявил он, кладя письма на стол.
  
  - Как они? - спросила Мэйлин.
  
  - Хорошо. Лисян скучает. Ляньчжи плакал, когда читал письмо.
  
  - Опять? - Си Ень вздохнул.
  
  - Это были хорошие слёзы, - Яньлин улыбнулся. - Он был счастлив.
  
  Мэйлин взяла один из футляров.
  
  - От Лисян?
  
  - Да. Этот от неё, этот от хранителя, этот от Ляньчжи.
  
  - Спасибо, сын, - Си Ень кивнул. - Можешь идти отдыхать.
  
  - Я хочу послушать, - Яньлин сел в кресло у камина. - Лисян сказала передать, что любит тебя. Даже если в письме написано другое.
  
  Си Ень приподнял бровь.
  
  - Интересное начало.
  
  Он открыл футляр и развернул письмо.
  
  "Дорогой отец,
  
  Я получила твоё письмо и прочитала его трижды, чтобы убедиться, что правильно поняла.
  
  Ты хочешь, чтобы я вышла замуж "в согласии со всеми ритуалами"? Какими именно ритуалами, отец? Теми, которые ты сам нарушил, когда женился на маме? Или теми, которые нарушил Яньлин, проведя ритуал слияния душ посреди войны?
  
  Я люблю тебя, отец. Очень. Но иногда ты бываешь невыносим.
  
  Если тебе так хочется устроить грандиозную свадьбу - устраивай. Я приеду, надену красивое платье, улыбнусь гостям. Но знай, что я уже выбрала свою судьбу. И Чжоу Шэн - часть этой судьбы.
  
  Твоя любящая (несмотря ни на что) дочь, Лисян"
  
  Си Ень молча передал письмо Мэйлин.
  
  Она прочитала и рассмеялась.
  
  - Твоя дочь, - сказала она.
  
  - Почему сразу моя?
  
  - Потому что она такая же упрямая, как ты.
  
  Си Ень хмыкнул и открыл второй футляр.
  
  "Глава Си Ень,
  
  Благодарю за письмо. Я понимаю ваши опасения и уважаю ваше желание соблюсти традиции.
  
  Вы правы - я не могу просто украсть вашу дочь. И не собираюсь. Лисян заслуживает большего, чем тайный побег.
  
  Я готов пройти любые ритуалы, которые вы сочтёте необходимыми. Готов испросить разрешения у вас и у госпожи Мэйлин лично, как того требует обычай. Готов организовать церемонию, достойную дочери главы Чёрной башни.
  
  Но прошу вас помнить одно: я люблю Лисян. Не её положение, не её силу, не её связи. Её. И эта любовь не изменится, какие бы ритуалы мы ни провели.
  
  С уважением, Чжоу Шэн, хранитель Звёздной башни"
  
  Си Ень отложил письмо.
  
  - Хороший ответ, - сказал он. - Вежливый. Достойный.
  
  - Ты доволен? - спросила Мэйлин.
  
  - Я... - он помолчал. - Да. Пожалуй, доволен.
  
  - Тогда открывай последнее.
  
  Си Ень взял третий футляр. Развернул письмо.
  
  И замер.
  
  "Дорогой глава,
  
  Я не знаю, как благодарить вас за ваши слова. Я читал ваше письмо снова и снова, и каждый раз плакал, потому что не мог поверить, что это правда.
  
  Вы написали, что я всегда могу вернуться домой. Что меня любят и скучают.
  
  Глава, я... я не заслуживаю такой доброты. Я был принцем, который потерял корону. Был учеником, который не смог защитить тех, кого любил. Был обузой, которую вы почему-то приняли как сына.
  
  Но если вы говорите, что я могу вернуться - я вернусь. Когда стану целителем, которым вы сможете гордиться.
  
  Я скучаю по дому. По вам, по госпоже Мэйлин, по Яньлину, по Лоу и Шаали, по Жэньли. По запаху дыма и горных трав. По теплу огненного источника.
  
  Здесь хорошо. У меня есть друзья. Но это не дом.
  
  Дом - там, где вы.
  
  Ваш Ляньчжи"
  
  Тишина.
  
  Мэйлин вытирала слёзы.
  
  Си Ень смотрел на письмо - долго, молча.
  
  - Этот мальчик, - сказал он наконец, и его голос был хриплым. - Этот глупый, добрый мальчик.
  
  - Он думает, что не заслуживает, - прошептала Мэйлин.
  
  - Он заслуживает всего, - Си Ень аккуратно сложил письмо. - Всего, что мы можем ему дать. И даже больше. Яньлин улыбался в своём кресле у камина.
  
  - Я же говорил, - сказал он тихо. - Хорошие слёзы.
  
  Си Ень посмотрел на сына.
  
  - Спасибо, что доставил письма.
  
  - Всегда рад, отец.
  
  Мэйлин встала и подошла к мужу. Обняла его сзади, положив подбородок ему на плечо.
  
  - Наши дети, - сказала она. - Все наши дети. Они выросли такими... такими...
  
  - Замечательными, - закончил Си Ень.
  
  - Да, - она поцеловала его в щёку. - Замечательными.
  
  Искорка на груди Си Еня мерцала тёплым светом. За окном опускалась ночь. И в Чёрной башне было тихо и хорошо.
  
  Глава 59. Вечерний разговор
  
  Яньлин поднялся в свои покои, где его ждала Жэньли.
  
  Она сидела у окна, перебирая какие-то травы, но когда он вошёл - поднялась и скрестила руки на груди.
  
  - Значит, мой муж летал навестить сестру и брата и даже не взял меня с собой? - возмущённо спросила она.
  
  - Прости, - Яньлин виновато опустил голову. - Я только спросил, как у них дела, и передал письма от отца. И сразу назад.
  
  - И только?
  
  - Ну... - он замялся. - И подрался с новыми друзьями Ляньчжи. То есть провёл показательные поединки. И всё.
  
  Жэньли смотрела на него - он чувствовал её взгляд, даже не видя его.
  
  - Ну, если это всё, - сказала она наконец, - то так и быть. Прощаю.
  
  Она подошла и обняла его.
  
  - Ты надо мной смеёшься, - вздохнул Яньлин.
  
  - Только немножко, - Жэньли улыбнулась, и он услышал эту улыбку в её голосе. - Ты такой милый, муж мой.
  
  Она потянула его за руку.
  
  - Но ты всё равно должен мне всё рассказать.
  
  Они устроились у камина - Яньлин на подушках, Жэньли уютно в его объятиях. Огонь потрескивал, бросая тёплые отблески на стены.
  
  - Ляньчжи завёл себе новых друзей, - начал Яньлин. - Боевых заклинателей тьмы, Яо Хэн и Цзи Юань.
  
  - Боевых заклинателей? - Жэньли приподняла голову.
  
  - Да. Я так понимаю, он их лечит, а они его пытаются научить боевой магии. Но, конечно, безрезультатно.
  
  - Они действительно его друзья? - в голосе Жэньли зазвучало беспокойство. - Они его не обижают?
  
  - Действительно, - Яньлин улыбнулся. - Он даже волновался, чтобы я им ничего не сделал.
  
  - А ты?
  
  - Я всего лишь показал им, что такое бой с заклинателем огненного источника, - он пожал плечами. - Яо Хэн был слишком наглым. А Цзи Юань... с ней получился хороший поединок. Она интересно двигается.
  
  Жэньли снова устроилась у него на груди.
  
  - А что за письма ты отнёс?
  
  - Отец решил, что Лисян должна выйти замуж по всем правилам, - ответил Яньлин. - И написал об этом ей и Чжоу Шэну.
  
  - О.
  
  - И письмо для Ляньчжи. О том, что его любят и скучают. Он очень растрогался.
  
  - Опять плакал?
  
  - Опять.
  
  Они помолчали. Огонь потрескивал в камине.
  
  - Жэньли, - сказал Яньлин тихо. - Ты не обижаешься, что у нас не было настоящей свадьбы?
  
  Она подняла голову.
  
  - Мы связаны ритуалом слияния душ, - сказала она. - Что может быть больше?
  
  - Но может, ты хочешь праздник? И платье?
  
  - Ты не увидишь платье, - мягко сказала Жэньли. - Так зачем мне оно?
  
  - Но всё-таки...
  
  - Тссс.
  
  Она прижала палец к его губам.
  
  - Всё хорошо, - прошептала она. - К тому же даже у твоих родителей не было настоящей свадьбы. Это им нисколько не мешает.
  
  Яньлин поцеловал её пальцы.
  
  - Но отец собирается устроить нечто грандиозное для Лисян, - сказал он.
  
  - Я очень сомневаюсь, что этого хочет Лисян, - Жэньли покачала головой. - Это будет про политику и дипломатию. Не про любовь.
  
  Яньлин замер.
  
  - Что? - она улыбнулась. - Удивила?
  
  - Немного.
  
  - Я днями работаю с твоей матерью, - объяснила Жэньли. - И разбираю с ней не только медицинские проблемы, но и дела башни. Кто с кем в союзе, кто кого ненавидит, какие интриги плетутся между башнями.
  
  Она помолчала.
  
  - Свадьба дочери главы Чёрной башни и хранителя Звёздной башни - это событие. Политическое событие. Твой отец хочет использовать его, чтобы укрепить союзы. Показать силу. Напомнить всем, кто здесь главный.
  
  Яньлин обнял её крепче.
  
  - Моя жена очень мудра, - сказал он тихо. - Мне далеко до неё.
  
  - Глупости, - Жэньли фыркнула. - Ты видишь то, чего не вижу я. Мы просто... разные.
  
  - Разные, - согласился он. - Но вместе.
  
  - Вместе, - она прижалась к нему. - Всегда.
  
  Огонь в камине горел ровно и спокойно. Шаали, свернувшаяся в углу комнаты, улыбалась, глядя на них. Её мальчик был счастлив. И его маленькая птичка - тоже. Это было всё, что имело значение.
  
  ***
  
  Ночь опустилась на Звёздную башню.
  
  Лисян и Чжоу Шэн сидели в его покоях, глядя на догорающий огонь в камине. Между ними лежали письма - ответы уже отправлены с Яньлином, но их слова всё ещё висели в воздухе.
  
  - Итак, - Чжоу Шэн первым нарушил молчание. - Твой отец хочет свадьбу.
  
  - Мой отец хочет представление, - поправила Лисян. - Это разные вещи.
  
  Она подтянула колени к груди и обняла их руками.
  
  - Я знаю его. Когда он пишет "в согласии со всеми ритуалами" - он имеет в виду не просто церемонию. Он имеет в виду событие. Политическое событие.
  
  - Союз между Чёрной и Звёздной башнями, - кивнул Чжоу Шэн. - Публичный, громкий, неоспоримый.
  
  - Именно.
  
  Лисян вздохнула.
  
  - Понимаешь, он не просто так это затеял. После всего, что произошло - разлом, война с Белой башней, все эти потрясения - ему нужно показать стабильность. Силу. Что Чёрная башня крепка и у неё есть союзники.
  
  - И наша свадьба - идеальный повод.
  
  - Идеальный, - она криво улыбнулась. - Главы башен, послы, представители всех источников. Роскошный приём. Демонстрация могущества.
  
  Чжоу Шэн помолчал.
  
  - Тебя это расстраивает?
  
  - Меня это... - Лисян замялась, подбирая слова. - Раздражает. И одновременно - нет.
  
  Она повернулась к нему.
  
  - Понимаешь, я люблю отца. Очень. Он... он всегда был для меня всем. Защитником, учителем, примером. Когда я была маленькой, я хотела быть как он - сильной, бесстрашной, способной защитить всех, кого люблю.
  
  Её голос стал мягче.
  
  - А потом родился Яньлин, и я поняла, что хочу быть целительницей. И отец поддержал меня. Отпустил в Башню Целителей, хотя ему было тяжело. Он всегда отпускал меня, когда я этого хотела.
  
  - Но сейчас?
  
  - Сейчас он не спрашивает, чего я хочу, - Лисян нахмурилась. - Он просто решил. За меня. За нас обоих.
  
  Она встала и подошла к окну.
  
  - И я понимаю почему. Я понимаю политику, понимаю необходимость. Но это всё равно... обидно. Что моя свадьба - не про меня. Не про нас. А про башни, союзы, демонстрацию силы.
  
  Чжоу Шэн поднялся и встал рядом с ней.
  
  - Что именно он может устроить? - спросил он. - В худшем случае?
  
  Лисян невесело рассмеялась.
  
  - В худшем? Приглашения всем главам башен. Представителям королевских домов. Послам из соседних государств. Неделя празднеств. Турниры, пиры, демонстрации магии.
  
  Она загибала пальцы.
  
  - Церемония на главной площади Чёрной башни, при свидетельстве источника. Благословение от старейшин всех дружественных башен. Обмен дарами между башнями - не между нами, а между башнями, понимаешь?
  
  - Понимаю.
  
  - И в центре всего этого - я. В парадном платье, с улыбкой на лице, как кукла на выставке.
  
  Она замолчала.
  
  - Прости, - сказала она тише. - Я не хотела...
  
  - Не извиняйся, - Чжоу Шэн обнял её. - Ты имеешь право злиться.
  
  - Я не злюсь, - Лисян уткнулась ему в плечо. - Я... я просто устала. От того, что всё всегда про политику. Про башни. Про силу.
  
  Она подняла голову.
  
  - Я хочу выйти за тебя замуж. Не за хранителя Звёздной башни - за тебя. За Чжоу Шэна. За человека, которого люблю.
  
  - Я знаю, - он поцеловал её в лоб. - И я хочу того же.
  
  Они стояли так, обнявшись, глядя в ночное небо.
  
  - Что будем делать? - спросил Чжоу Шэн наконец.
  
  - Не знаю, - призналась Лисян. - Можно просто согласиться. Пройти через всё это. Улыбаться, кивать, делать что скажут. Но это не я, - она покачала головой. - И не ты. Мы оба - не такие.
  
  Чжоу Шэн усмехнулся.
  
  - Можно отказаться. Сказать, что мы сами решим, как и когда пожениться.
  
  - И устроить войну с моим отцом? - Лисян фыркнула. - Нет уж. Я люблю его, воевать с ним - последнее, чего я хочу.
  
  - Тогда что?
  
  Лисян задумалась.
  
  - Письма - это не разговор, - сказала она медленно. - В письме легко быть категоричным. Легко требовать, приказывать, настаивать.
  
  - А лицом к лицу?
  
  - Лицом к лицу - сложнее, - она улыбнулась. - Отец... он грозный. Он глава Чёрной башни, демон, которого боятся все. Но со мной он всегда был... мягким. Он не может мне отказать, когда я смотрю ему в глаза.
  
  - Ты хочешь полететь в Чёрную башню?
  
  - Я хочу поговорить с ним, - кивнула Лисян. - Напрямую. Объяснить, чего я хочу. Чего мы хотим. И найти... компромисс.
  
  - Компромисс?
  
  - Может, свадьба не обязательно должна быть грандиозным политическим событием, - она пожала плечами. - Может, можно сделать её... меньше. Проще. Но всё равно красивой.
  
  Чжоу Шэн обдумал это.
  
  - Твой отец согласится?
  
  - Не знаю, - честно сказала Лисян. - Но я хочу попробовать. И я хочу, чтобы ты был рядом.
  
  - Всегда, - он улыбнулся.
  
  Лисян взяла его за руку.
  
  - Тогда решено. Завтра мы летим в Чёрную башню.
  
  - Завтра?
  
  - Чем раньше - тем лучше, - она сжала его пальцы. - Пока отец не успел разослать приглашения всем главам башен.
  
  Чжоу Шэн рассмеялся.
  
  - Ты думаешь, он способен на такое?
  
  - Я думаю, он способен на что угодно, - Лисян вздохнула. - Это же мой отец. Когда он что-то решает - он действует быстро.
  
  Она посмотрела на него.
  
  - Ты готов встретиться с ним? Как... как мой жених?
  
  - Я уже встречался с ним, - напомнил Чжоу Шэн.
  
  - Как хранитель. Как союзник. Не как человек, который хочет забрать его дочь.
  
  - Забрать?
  
  - В его глазах - именно так, - Лисян улыбнулась. - Ты же знаешь огненных. Они... собственники.
  
  - Я заметил.
  
  Они снова замолчали, глядя в ночь.
  
  - Всё будет хорошо, - сказал Чжоу Шэн наконец. - Мы поговорим с твоим отцом. Найдём решение. И поженимся - так, как захотим сами.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Лисян прижалась к нему.
  
  - Тогда пойдём спать, - сказала она. - Завтра будет долгий день.
  
  - И сложный разговор.
  
  - И сложный разговор, - согласилась она. - Но мы справимся.
  
  Глава 60. Неожиданные новости
  
  На следующий день Лисян нашла Ляньчжи в лечебнице. Он разбирал травы, аккуратно раскладывая их по полкам. Когда она вошла, он поднял голову и улыбнулся.
  
  - Присмотри тут за всем, младший брат, - попросила Лисян. - И пожелай мне удачи. Пойду выяснять отношения с отцом насчёт свадьбы.
  
  - Удачи, сестра, - Ляньчжи улыбнулся шире. - Я уверен, что отец сделает всё только так, как ты хочешь.
  
  Лисян фыркнула.
  
  - Твоими бы устами.
  
  Она поднялась к Чжоу Шэну. Он уже ждал её - в дорожной одежде, собранный и готовый.
  
  - Летим?
  
  - Летим.
  
  Он подхватил её на руки, раскрыл крылья тьмы - огромные, чёрные, с проблесками звёзд в глубине - и они взмыли в небо.
  
  Они приземлились на крышу Чёрной башни. И там их уже ждали. Си Ень стоял у края, скрестив руки на груди. Ветер играл с его волосами, огненные пряди светились в утреннем свете.
  
  - Отец!
  
  Лисян бросилась к нему - забыв про все свои планы ругаться и выяснять отношения. Просто бросилась в его объятия, как делала это в детстве. Си Ень обнял её - крепко, нежно. Поцеловал в макушку, как всегда делал.
  
  - Моя девочка, - прошептал он.
  
  - Отец, - Лисян отстранилась. - Как ты узнал, что мы прилетим?
  
  - Я знал, что ты не удержишься после письма, - Си Ень улыбнулся. - Ты же моя дочь.
  
  Он посмотрел на Чжоу Шэна, который стоял в стороне.
  
  - Хранитель, не стой столбом. Родственники так не здороваются.
  
  И Чжоу Шэн тоже получил свою долю объятий - неожиданно, но тепло.
  
  - Вы завтракали? - спросил Си Ень. - Пойдёмте в мой кабинет.
  
  Кабинет главы был залит утренним светом. На низком столе был расставлен завтрак - рис, овощи, мясо, чай. Всё простое, но приготовленное с заботой. Они сели, и Си Ень сам разлил чай.
  
  - Теперь можешь говорить, - сказал он, подавая Лисян чашку.
  
  Она взяла чай и вздохнула.
  
  - Я так рада тебя видеть, отец, - сказала она. - Что мне абсолютно не хочется ругаться.
  
  - А зачем нам ругаться?
  
  - Как зачем? - Лисян нахмурилась. - А твои грандиозные планы на мою свадьбу?
  
  - Если тебе не нравятся мои планы, - Си Ень пожал плечами, - ты не обязана соглашаться.
  
  Лисян моргнула.
  
  - Что?
  
  - Ты не обязана соглашаться, - повторил он спокойно.
  
  - Но... - она растерялась. - Я послушная дочь. Как я могу не согласиться?
  
  Си Ень рассмеялся.
  
  - Ты моя дочь, - сказал он. - Мои дети делают только то, что хотят.
  
  - Ну а как же союз между башнями? - спросила Лисян, немного ошарашенно.
  
  - Лисян, - Си Ень отпил чай. - Заклинатели очень редко заключают браки. Особенно скреплённые ритуалами. Нет никакой традиции союза между башнями, скреплённого таким образом.
  
  Он посмотрел на неё.
  
  - Я просто предложил свой вариант. Вы можете предложить свой.
  
  Лисян молчала, переваривая услышанное.
  
  - Так твои письма, - сказала она медленно, - это одна из твоих странных проверок? После которых Яньлин плачет, а я лезу на стену?
  
  Си Ень улыбнулся - невинно, как кот, укравший рыбу.
  
  - Ты только для Ляньчжи такое не устраивай, - строго сказала Лисян. - Он этого не вынесет.
  
  - Я всего лишь предложил свой вариант, - повторил Си Ень. - Вы можете предложить свой.
  
  Чжоу Шэн, молчавший до этого момента, подал голос:
  
  - Тогда, может, мы всё организуем сами? Ритуал в Звёздной башне. С огненными гостями.
  
  Си Ень посмотрел на него.
  
  - Хорошо, - сказал он просто. - Обращайтесь, если нужно будет добавить блеска и огня.
  
  Лисян уставилась на отца.
  
  - И всё?
  
  - И всё, - он улыбнулся. - Пойдём теперь, найдём остальных. Мама и брат тоже будут рады тебя увидеть.
  
  Они спустились в лечебницу и нашли Мэйлин. Она подняла голову от свитков с записями и улыбнулась.
  
  - Я не слышала ни грохота, ни взрывов, - сказала она. - И, кажется, ничего не сгорело. Значит, вы договорились?
  
  - Конечно договорились, - Лисян обняла мать. - Мы с Шэном сами всё организуем. А у отца просто шутки такие. Никак не привыкну.
  
  - Лисян!
  
  Яньлин шёл к ней через лечебницу - и вдруг запнулся на полпути. Остановился, склонив голову набок.
  
  - Ты чего встал столбом, братец? - улыбнулась Лисян. - Иди сюда.
  
  Яньлин подошёл медленно, как-то неуверенно. Они обнялись, но он всё ещё казался странным.
  
  - Отец, - Лисян повернулась к Си Еню. - Раз уж я здесь, я тоже требую поединка. У меня давно не было достойного противника.
  
  - Лисян, - тихо сказал Яньлин. - Может, лучше не надо.
  
  - Мы осторожно, - отмахнулась она. - Башню не разнесём, не беспокойся. А может, лучше на арене?
  
  - Не нужно на арене, - голос Яньлина был напряжённым.
  
  - Не бойся, мы же только разомнёмся, - сказал Си Ень. - Давай в зале щитов.
  
  И они все пошли в зал щитов. Зал был большим, с высокими потолками и защитными рунами на стенах. Си Ень и Лисян вышли в центр. Остальные спрятались за защитным барьером - Мэйлин, Чжоу Шэн и Яньлин, который выглядел всё более встревоженным.
  
  - Готова? - спросил Си Ень.
  
  - Всегда, - улыбнулась Лисян.
  
  И они начали. Сначала всё было хорошо. Они двигались легко, играючи - огонь против огня, сила против силы. Лисян смеялась, уклоняясь от ударов отца. Си Ень улыбался, отражая её атаки. Но потом они вошли во вкус. Заклинания становились всё изощрённее. Скорость - всё больше. Огонь пылал ярче, жар становился сильнее.
  
  И вдруг Лисян покачнулась. Её глаза закатились, и она начала падать.
  
  - Лисян!
  
  Си Ень подхватил её, не дав упасть на камни. Остальные выбежали из-за барьера. Чжоу Шэн бросился к ним первым, но Си Ень держал дочь крепко и не отдавал.
  
  - Разойдитесь и дайте мне посмотреть, - приказала Мэйлин, опускаясь рядом с Лисян.
  
  Яньлин подошёл медленно. Протянул руку и коснулся живота сестры.
  
  - Мама, смотри, - сказал он тихо.
  
  Мэйлин замерла. Потом улыбнулась.
  
  - Ну конечно, - сказала она. - С ней всё будет хорошо. Ничего страшного.
  
  Она посмотрела на Си Еня.
  
  - Муж мой, отнеси нашу глупую дочь в лечебницу.
  
  Потом на Чжоу Шэна, который метался рядом с отчаянием в глазах.
  
  - Шэн, позволь ему сделать это, хорошо?
  
  - Что с ней? - голос Чжоу Шэна был хриплым.
  
  Мэйлин улыбнулась - широко, счастливо.
  
  - Она ждёт ребёнка.
  
  Чжоу Шэн замер.
  
  - Что?
  
  - Ребёнка, - повторила Мэйлин. - У заклинательниц огненного источника формируется такое огненное яйцо, которое защищает ребёнка, но лишает мать половины её силы. Так что никаких боёв на ближайшее время.
  
  Си Ень поднялся, держа Лисян на руках. Его лицо было странным - смесь страха, облегчения и чего-то ещё, чему не было названия. Он отнёс дочь в лечебницу и нежно уложил на кровать. Чжоу Шэн шёл следом, не сводя глаз с Лисян. Наконец Си Ень отступил, и Чжоу Шэн смог подойти. Он опустился на колени у кровати и взял её руку.
  
  Лисян начала приходить в себя.
  
  - Что случилось? - прошептала она.
  
  - Ты потеряла сознание, - сказала Мэйлин, подходя с зельем. - Но всё хорошо. Это нормально, когда устраиваешь поединок в твоём положении. Держи, пей.
  
  Лисян послушно выпила зелье.
  
  - В каком положении? - недоумевающе спросила она.
  
  Мэйлин приподняла бровь.
  
  - Ты же вроде бы умная девочка. И к тому же сама целительница. Послушай.
  
  Она взяла руку Лисян и положила ей на живот.
  
  Лисян замерла. Её глаза расширились.
  
  - Огненное яйцо, - прошептала она. - Шэн... у нас будет ребёнок.
  
  И рассмеялась - счастливо, изумлённо. Потом повернула голову к Яньлину, который стоял у двери.
  
  - Младший брат, - сказала она. - Ты же сразу это увидел. Почему не сказал?
  
  - Но я же не знал, что ты не знаешь, - виновато ответил Яньлин. - И можно ли рассказывать...
  
  - А ты, отец? - Лисян посмотрела на Си Еня подозрительно. - Тоже не знал? Или знал и поэтому начал про свадьбу?
  
  - Ты что думаешь, я бы разрешил тебе драться, если бы знал?! - возмутился Си Ень.
  
  - Всё, - Мэйлин подняла руку. - Никто не препирается. И все выйдите, кроме Шэна. Лисян нужно отдохнуть.
  
  Она вытолкала всех за дверь и вышла сама.
  
  В комнате остались только Лисян и Чжоу Шэн. Он сидел на краю кровати, держа её руку.
  
  - Шэн, - тихо сказала Лисян. - Ты доволен?
  
  - Я счастлив, - он наклонился и поцеловал её. - Счастлив.
  
  Он бережно обнял её.
  
  - Теперь я смогу носить тебя на руках и сдувать пылинки? - лукаво спросил он.
  
  - Можешь попробовать, - задумчиво ответила Лисян. - Но не думаю, что долго выдержу такое обращение.
  
  - Но хоть иногда?
  
  Он притянул её к себе и зашептал на ухо:
  
  - Мы устроим свадебную церемонию в саду Звёздной башни. Среди цветов, которые ты вырастила. А потом спустимся к источнику. Хотя источник давно всё знает и принял тебя.
  
  Лисян улыбнулась.
  
  - Звучит как свадьба, о которой я мечтала.
  
  За дверью Си Ень остановил Мэйлин.
  
  - С Лисян действительно всё в порядке? - обеспокоенно спросил он.
  
  - Лисян - очень сильная и здоровая девочка, - мягко сказала Мэйлин. - С ней и ребёнком всё будет хорошо.
  
  - Я должен был сказать, - мрачно произнёс Яньлин. - Хотя бы самой Лисян. Простите меня, я идиот.
  
  Мэйлин посмотрела на него.
  
  - В следующий раз, если ты знаешь, что видишь то, чего другие не видят - скажи об этом, - сказала она. - Но так как ничего плохого не случилось, перестань страдать. Иди расскажи Жэньли, что вы скоро будете дядей и тётей.
  
  Яньлин поспешил сбежать.
  
  Мэйлин повернулась к мужу.
  
  - Ну а мы с тобой будем бабушкой и дедушкой, - сказала она. - Как тебе это звучит?
  
  - Замечательно, - Си Ень улыбнулся. - Главное - удержаться и не украсть ребёнка на воспитание.
  
  - Он будет заклинателем тьмы, - Мэйлин мечтательно прикрыла глаза. - Представляешь? Черноглазым. Тихим и серьёзным, как его отец.
  
  - Ну, это будет освежающим разнообразием, - Си Ень обнял жену. - После наших детей.
  
  Мэйлин рассмеялась и прижалась к нему. За окном сияло солнце. И в Чёрной башне было счастье.
  
  ***
  
  Лисян лежала на кровати, а Чжоу Шэн сидел рядом, не выпуская её руки.
  
  - Ребёнок, - прошептала Лисян. - У нас будет ребёнок.
  
  Она положила ладонь на живот - туда, где теплилось крошечное огненное яйцо. Она чувствовала его теперь - маленькую искру жизни, укрытую её собственным пламенем.
  
  - Как я могла не заметить? - она покачала головой. - Я же целительница. Я должна была...
  
  - Ты была занята, - мягко сказал Чжоу Шэн. - Делами башни. Заботой о других. Ты всегда заботишься о других, а о себе - в последнюю очередь.
  
  - Это не оправдание.
  
  - Это правда.
  
  Он наклонился и поцеловал её.
  
  - Мальчик или девочка, как думаешь? - спросил он.
  
  Лисян задумалась.
  
  - Не знаю. Ещё слишком рано, чтобы сказать. Огненное яйцо только формируется.
  
  Она улыбнулась.
  
  - А ты кого хочешь?
  
  - Мне всё равно, - честно сказал Чжоу Шэн. - Главное, чтобы здоровый. И чтобы ты была здорова.
  
  - Какой скучный ответ.
  
  - Зато честный.
  
  Лисян рассмеялась и притянула его к себе.
  
  - Иди сюда. Ляг рядом.
  
  - Тебе нужно отдыхать.
  
  - Мне нужно, чтобы ты был рядом, - она посмотрела на него. - Пожалуйста.
  
  Чжоу Шэн не стал спорить. Он осторожно лёг рядом с ней, и она устроилась у него на плече.
  
  - Шэн, - сказала она тихо. - Ты боишься?
  
  - Чего?
  
  - Всего этого. Ребёнка. Ответственности. Того, что всё изменится.
  
  Он помолчал.
  
  - Да, - признал он наконец. - Немного. Я никогда не думал... не планировал...
  
  - Я тоже, - Лисян вздохнула. - Я думала - потом. Когда-нибудь. Когда всё успокоится, когда я закончу дела, когда...
  
  Она замолчала.
  
  - А теперь - вот так. Неожиданно. Посреди всего.
  
  - Ты жалеешь?
  
  - Нет! - она подняла голову. - Нет, ни капли. Просто... удивлена. И немного напугана.
  
  Чжоу Шэн обнял её крепче.
  
  - Мы справимся, - сказал он. - Вместе.
  
  - Вместе, - согласилась она.
  
  Они лежали молча, глядя в потолок.
  
  - Он будет заклинателем тьмы, - сказала Лисян задумчиво.
  
  Чжоу Шэн замер.
  
  - Это... плохо?
  
  - Это прекрасно, - Лисян улыбнулась. - Он будет похож на тебя. Тихий. Серьёзный. С глазами цвета ночного неба.
  
  - И с твоим упрямством, - добавил Чжоу Шэн.
  
  Она шутливо ткнула его в бок.
  
  - Ладно. Может быть, с моим упрямством. И с твоей мудростью. И с огненным характером от моего отца.
  
  - Небеса помилуй, - Чжоу Шэн притворно застонал. - Огненный характер и упрямство? Мы обречены.
  
  - Мы благословлены, - поправила Лисян.
  
  Она повернулась и посмотрела ему в глаза.
  
  - Шэн. Я люблю тебя. И я счастлива. Несмотря на страх. Несмотря на неожиданность. Я счастлива, что это происходит с нами.
  
  Он поцеловал её - нежно, бережно.
  
  - Я тоже, - прошептал он. - Я тоже счастлив.
  
  Они лежали, обнявшись.
  
  - Нужно будет сказать Ляньчжи, - вспомнила Лисян. - Он будет дядей. Опять будет плакать.
  
  - Определённо.
  
  Она зевнула.
  
  - Спи, - сказал Чжоу Шэн. - Тебе нужно отдыхать.
  
  - Останешься?
  
  - Всегда.
  
  Лисян закрыла глаза, и улыбка не сходила с её губ.
  
  Ребёнок. У них будет ребёнок. Маленький заклинатель тьмы с огненным сердцем. Их ребёнок.
  
  ***
  
  Дверь в покои Цзин Юя распахнулась с грохотом.
  
  - Юй!
  
  Цзин Юй вздрогнул и поднял голову от книги. Он сидел у окна, Ли Чжэнь дремал у его ног, свернувшись серебристыми кольцами.
  
  - Си Ень, - он вздохнул. - Ты когда-нибудь научишься стучать?
  
  - Юй! - Си Ень влетел в комнату, и его глаза горели таким светом, что Цзин Юй невольно отложил книгу. - У Лисян будет ребёнок!
  
  Ли Чжэнь поднял голову, моргая сонными глазами.
  
  - Что? - Цзин Юй медленно встал.
  
  - Ребёнок! - Си Ень схватил его за плечи. - Мой внук! Или внучка! У моей девочки будет ребёнок!
  
  Цзин Юй смотрел на друга - на его сияющее лицо, на улыбку от уха до уха, на огненные пряди, которые буквально светились от переполнявших его эмоций. И рассмеялся.
  
  - Поздравляю, - сказал он. - Дедушка.
  
  - Дедушка, - Си Ень отпустил его и отступил на шаг. - Я буду дедушкой. Юй, ты понимаешь?
  
  - Понимаю.
  
  - Маленький заклинатель! В нашей семье! - Си Ень прошёлся по комнате, не в силах стоять на месте. - Мэйлин говорит, что он, скорее всего, будет заклинателем тьмы. Представляешь? Черноглазый, тихий, серьёзный...
  
  - Как его отец.
  
  - Да! - Си Ень остановился. - Хотя, может, и огненный характер унаследует. От Лисян. Или от меня.
  
  - Небеса помилуй, - пробормотал Цзин Юй.
  
  - Что?
  
  - Ничего, - он улыбнулся. - Просто представил себе это.
  
  Си Ень снова начал мерить комнату шагами.
  
  - Нужно будет подготовить комнаты. Для Лисян, когда она будет приезжать. И для ребёнка. И игрушки. Какие игрушки любят дети? Я не помню, какие игрушки любили мои дети. Нужно спросить у Мэйлин.
  
  - Си Ень.
  
  - И одежду. Маленькую одежду. Мягкую. Может, из того шёлка, который привозят с юга?
  
  - Си Ень.
  
  - И колыбельку. Огненную колыбельку, которая будет греть его ночью. Или её. Мы ещё не знаем, кто будет.
  
  - Си Ень!
  
  Он наконец остановился.
  
  - Что?
  
  - Сядь, - Цзин Юй указал на кресло. - Дыши. Ребёнок родится ещё не скоро.
  
  Си Ень сел - точнее, упал в кресло.
  
  - Я знаю, - сказал он. - Я знаю. Просто...
  
  - Просто ты счастлив.
  
  - Да, - он улыбнулся. - Очень.
  
  Цзин Юй сел напротив него.
  
  - Я рад за тебя, - сказал он искренне. - За вас всех. Лисян будет прекрасной матерью.
  
  - Будет, - согласился Си Ень. - Она... она такая сильная. Такая добрая. Такая...
  
  - Твоя дочь.
  
  - Моя дочь, - он кивнул. - Моя девочка.
  
  Они помолчали. Ли Чжэнь снова опустил голову и закрыл глаза.
  
  - Юй, - сказал Си Ень. - Ты ведь останешься? На какое-то время? Я хочу, чтобы ты был рядом, когда...
  
  - Нет, - мягко сказал Цзин Юй.
  
  Си Ень моргнул.
  
  - Что?
  
  - Вот теперь я могу возвращаться в Лунную академию, - Цзин Юй улыбнулся. - Со спокойной душой.
  
  - Но...
  
  - Си Ень, - он поднял руку. - Послушай меня. Ты здоров. Полностью здоров. У тебя прекрасная семья. Твоя дочь ждёт ребёнка. Твой сын счастлив с женой. Твоя жена рядом с тобой.
  
  Он помолчал.
  
  - Тебе будет чем заняться в ближайшее время. И без коварных планов.
  
  Си Ень открыл рот, чтобы возразить.
  
  - И без Белой башни, - добавил Цзин Юй. - Хотя бы на время. Займись семьёй. Внуком. Свадьбой Лисян, раз уж ты так хотел её устроить.
  
  - Они сами хотят устроить.
  
  - Вот и помоги им. Добавь блеска и огня, как ты обещал.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Ты правда уедешь? - спросил он наконец.
  
  - Правда, - Цзин Юй кивнул. - Моя академия ждёт. Мои ученики. Мои исследования. Я и так задержался дольше, чем планировал.
  
  - Я буду скучать.
  
  - Я тоже, - Цзин Юй улыбнулся. - Но я буду приезжать. На свадьбу. На рождение ребёнка. На все важные события.
  
  Он протянул руку и положил её на плечо друга.
  
  - Ты справишься, Си Ень. Ты всегда справляешься.
  
  Си Ень накрыл его руку своей.
  
  - Спасибо, Юй, - сказал он тихо. - За всё.
  
  - Не за что, - Цзин Юй встал. - А теперь иди к своей семье. Они наверняка уже гадают, куда ты пропал.
  
  Си Ень поднялся.
  
  - Когда ты уедешь?
  
  - Завтра утром, - Цзин Юй помолчал. - Если успею собраться. И если ты не ворвёшься ко мне посреди ночи с очередными новостями.
  
  - Не обещаю.
  
  - Я знаю.
  
  Они обнялись - крепко, по-братски.
  
  - Лёгкого пути, серебряный, - сказал Си Ень.
  
  - Яркого пламени, чудовище, - ответил Цзин Юй.
  
  И Си Ень ушёл - всё ещё сияя, всё ещё переполненный счастьем.
  
  Цзин Юй смотрел ему вслед, улыбаясь.
  
  - Дедушка, - пробормотал он. - Надо же.
  
  Ли Чжэнь поднял голову.
  
  - Мы действительно уезжаем завтра, мой господин?
  
  - Действительно, - Цзин Юй вернулся к окну. - Пора домой.
  
  - Ты будешь скучать по ним.
  
  - Буду, - он кивнул. - Но это моя огненная семья. Я люблю их. А на расстоянии - ещё больше.
  
  Ли Чжэнь тихо рассмеялся.
  
  И Цзин Юй рассмеялся вместе с ним.
  
  ***
  
  Письмо прибыло на рассвете.
  
  Цзин Юй сидел в своём кабинете в Лунной академии, разбирая отчёты учеников, когда в окно влетела огненная птичка. Она опустилась на стол, сложила крылья и превратилась в свиток, запечатанный чёрным воском с гербом Чёрной башни.
  
  - От огненных, - заметил Ли Чжэнь, поднимая голову.
  
  - Вижу.
  
  Цзин Юй сломал печать и развернул свиток.
  
  "Дорогой дядя Цзин Юй,
  
  Приглашаем тебя на нашу свадебную церемонию в Звёздной башне.
  
  Через три недели, в день полной луны.
  
  Церемония пройдёт в саду башни, среди цветов. Потом мы спустимся к источнику для благословения.
  
  Будет тихо, красиво и без политики. Как мы и хотели.
  
  Отец, конечно, всё равно добавит блеска и огня. Но мы его контролируем. Почти.
  
  Пожалуйста, приезжай. Ты - часть нашей семьи.
  
  С любовью, Лисян и Чжоу Шэн"
  
  Цзин Юй улыбнулся.
  
  - Свадьба? - спросил Ли Чжэнь.
  
  - Свадьба, - он отложил письмо. - Через три недели. В Звёздной башне.
  
  Змей скользнул ближе, заглядывая в свиток.
  
  - Мы поедем?
  
  - Конечно поедем, - Цзин Юй откинулся в кресле. - Как я могу пропустить свадьбу племянницы?
  
  Он задумался.
  
  - Нужен подарок. Что-то особенное, - Цзин Юй встал и подошёл к окну. - Не просто украшение или ткань. Что-то... значимое.
  
  Ли Чжэнь обвился вокруг ножки стола.
  
  - Что дарят на свадьбу?
  
  - Обычно - золото, драгоценности, магические артефакты, - Цзин Юй покачал головой. - Но Лисян не из тех, кто ценит такие вещи. И Чжоу Шэн тоже.
  
  - Тогда что?
  
  Цзин Юй молчал, глядя в окно.
  
  Луна ещё висела над горизонтом - бледная, почти прозрачная в утреннем свете. Через три недели она будет полной.
  
  - Лунный свет, - прошептал он.
  
  - Господин?
  
  - Лунный свет и тень, - Цзин Юй повернулся. - Чжоу Шэн - хранитель Звёздной башни, заклинатель тьмы. Лисян - заклинательница огня, но она выбрала его. Выбрала тьму.
  
  Он улыбнулся.
  
  - Я подарю им что-то, что соединит их стихии. Лунный свет и тень. Холод и тепло.
  
  - Как? - Ли Чжэнь склонил голову.
  
  - Мне понадобится твоя помощь, Чжэнь.
  
  Следующие дни Цзин Юй провёл в мастерской. Он работал по ночам, когда луна была высоко и её свет лился в окна. Ли Чжэнь лежал рядом, наблюдая, иногда подсказывая.
  
  - Сюда, господин, - говорил он. - Здесь нужно больше тени.
  
  - Вижу.
  
  Цзин Юй сплетал заклинание - тонкое, сложное, многослойное. Лунный свет застывал под его пальцами, превращаясь в нити. Тени Ли Чжэня вплетались в узор, добавляя глубину.
  
  Это был светильник. Не обычный - магический. Два переплетённых дракона из лунного серебра и звёздной тьмы. Один светлый, с глазами из лунного камня. Другой тёмный, с глазами из чёрного оникса.
  
  Когда светильник зажигался, драконы начинали двигаться - медленно, плавно, танцуя друг вокруг друга. Свет и тень сплетались, создавая узоры на стенах.
  
  - Красиво, - сказал Ли Чжэнь.
  
  - Ещё не закончено.
  
  Цзин Юй добавил последний штрих - крошечную искру в сердце светильника. Не огненную - лунную. Холодную и тёплую одновременно.
  
  - Этот свет будет гореть вечно, - сказал он. - Пока они любят друг друга.
  
  - А если перестанут?
  
  - Не перестанут, - Цзин Юй улыбнулся. - Я видел, как они смотрят друг на друга. Это навсегда.
  
  Он отступил, разглядывая готовый светильник.
  
  Драконы танцевали в лунном свете - серебряный и чёрный, свет и тень, холод и тепло.
  
  - Господин, - сказал Ли Чжэнь. - Вы вложили в него часть себя.
  
  - Знаю.
  
  - Это... много.
  
  - Они того стоят, - Цзин Юй осторожно взял светильник. - Моя племянница и её муж. Они стоят всего.
  
  Он поставил подарок на стол и накрыл шёлковой тканью.
  
  - Теперь нужно решить, что надеть на свадьбу.
  
  Ли Чжэнь тихо рассмеялся.
  
  - Может, что-нибудь не серебряное? Для разнообразия?
  
  - Не говори глупостей, - Цзин Юй фыркнул. - Я всегда ношу серебряное.
  
  - Я знаю, мой господин. Я знаю.
  
  В день отъезда Цзин Юй стоял у ворот академии.
  
  Светильник был надёжно упакован и спрятан в сумке. Ли Чжэнь обвился вокруг его плеч, греясь в утреннем солнце.
  
  - Готов? - спросил змей.
  
  - Готов.
   Цзин Юй раскрыл лунные крылья - огромные, серебристо-белые, мерцающие в свете. И полетел на свадьбу племянницы.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"