Риена
Пламя Чёрной Башни том 1

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В мире семи башен стихий трое магов находят друг друга. Си Ень - повелитель огня с репутацией демона. Мэйлин - целительница, видящая в нём человека. Цзин Юй - мудрец луны с даром ясновидения.Когда древняя секта начинает охоту на огненных духов, угрожая уничтожить весь мир, только найденная семья может остановить катастрофу. Их дружба преодолевает границы стихий. Их любовь связывает души без ритуалов. Их выбор - защищать друг друга любой ценой.Потому что настоящая сила - не в магии. Она в тех, кто рядом.Эпическое китайское фэнтези о найденной семье, которая крепче любой магии.
  Глава 1. Встреча в сумеречном лесу
  
  На самом краю древнего леса, там, где вековые сосны склоняли свои кроны над крытыми соломой крышами, притаилась маленькая деревушка. Жители её были простыми людьми - землепашцами и охотниками, - но судьба одарила их бесценным сокровищем: в покосившемся домике у самой опушки жила старая травница со своей внучкой.
  
  Мэйлин - так звали девушку - едва разменяла третий десяток лет, но руки её уже знали секреты сотен целебных трав, а сердце хранило мудрость, передававшуюся в их роду из поколения в поколение. Чёрные волосы её отливали золотом на солнце, словно осенний мёд, а в карих глазах то и дело вспыхивали золотые искорки - знак того, что золотой источник когда-то коснулся её души. В этих глухих краях не было прошедших обучение целителей из Восьмой башни, но бабушка с внучкой справлялись ничуть не хуже учёных заклинателей. Никому они не отказывали в помощи - ни беднякам, ни путникам, ни даже лесному зверью, - и деревенские платили им любовью и почтением.
  
  В то утро Мэйлин поднялась ещё до рассвета. Пришло время искать лунный первоцвет - редчайшую траву, что расцветала лишь раз в году и лишь на несколько дней, где-то в самой непроходимой чаще. Опадут лепестки - и жди следующей весны. Девушка собрала котомку, сунула туда кувшинчик с молоком и большой ломоть хлеба, щедро пропитанный мёдом, - на случай, если поиски затянутся, - и шагнула под сень деревьев.
  
  Лес принял её как старую знакомую. Мэйлин знала здесь каждую тропку, каждый овраг, каждое дупло, где гнездились совы. Лес никогда не был к ней враждебен - напротив, он словно расступался перед ней, указывая верную дорогу шелестом листвы и птичьими трелями. Она шла всё глубже и глубже, не ведая страха.
  
  Но когда она прошла под двумя древними дубами, сплетёнными кронами в подобие арки, мир вокруг неё изменился.
  
  Мэйлин остановилась, не веря своим глазам. Только что вокруг шумел живой зелёный лес, пронизанный солнечными лучами, - а теперь её окружал серый сумрак, густой и тяжёлый, как предгрозовая туча. Деревья здесь были скрюченными и чёрными, их ветви тянулись к ней подобно костлявым пальцам. Трава под ногами пожухла и поседела, а воздух пах гнилью и чем-то ещё - чем-то неправильным, чем-то, чему не место в мире живых.
  
  "Что за наваждение?" - подумала девушка, медленно оглядываясь по сторонам.
  
  Она сделала несколько неуверенных шагов вперёд - и тут услышала рычание.
  
  Три твари выступили из-за почерневших стволов. Они отдалённо напоминали волков, но ни один волк не бывал таким огромным, и ни у одного волка не горели глаза багровым потусторонним светом. Чёрная шерсть их слиплась от какой-то тёмной слизи, из приоткрытых пастей капала густая слюна.
  
  Сердце Мэйлин оборвалось. Она попятилась, понимая, что бежать бесполезно.
  
  - В сторону!
  
  Голос был хриплым, надтреснутым, словно его обладатель давно разучился говорить. Но Мэйлин повиновалась мгновенно - метнулась вбок, упала, прикрыв голову руками.
  
  Мир взорвался светом.
  
  Ослепительная молния - нет, не молния, понял Мэйлин, а чистая, концентрированная сила - ударила в тварей, и те рассыпались пеплом, не успев даже взвыть. Жар опалил лицо девушки, хотя она лежала в нескольких шагах.
  
  "Заклинатель", - изумлённо подумала она, поднимая голову.
  
  Она увидела фигуру в сером плаще - ветхом, выцветшем, больше похожем на погребальный саван. Фигура покачнулась - и начала падать.
  
  Мэйлин бросилась к незнакомцу, подхватила его прежде, чем он ударился о землю. Он оказался неожиданно лёгким - слишком лёгким для взрослого мужчины.
  
  Она осторожно опустила его на землю и откинула капюшон.
  
  Её встретило бледное, измождённое лицо. Мэйлин не могла определить его возраст - черты были молодыми, но ввалившиеся щёки и тени под глазами принадлежали смертельно больному человеку. Длинные волосы, спутанные и грязные, были белыми как лунный свет - не седыми от старости, а словно выцветшими, лишёнными всякого цвета. Кожа его отливала нездоровой серостью.
  
  Мэйлин приложила ладонь к его груди и направила внутрь тонкую струйку своей силы - совсем немного, только чтобы почувствовать.
  
  Меридианы - энергетические каналы, по которым течёт сила заклинателя, - были повреждены, некоторые почти разрушены. Ядро силы, средоточие магии в груди любого заклинателя, оставалось целым, но было почти пустым - там теплилась лишь жалкая искорка, как последний уголёк в давно погасшем очаге. Сердце билось редко и слабо, дыхание едва угадывалось.
  
  Он умирал. Медленно, но верно, он угасал прямо у неё на руках.
  
  "Нет, - твёрдо сказала себе Мэйлин. - Не сегодня".
  
  Она действовала быстро, как учила бабушка - не думая, доверяя рукам и чутью. Собрала сухих веток, высекла огонь. Достала из котомки мешочки с травами - благо, она всегда носила с собой самое необходимое - и поставила завариваться укрепляющий отвар. Сняла с себя верхнюю накидку и укутала незнакомца поверх его ветхой одежды.
  
  Она не решалась вливать в него свою силу - его меридианы были слишком повреждены, любое неосторожное вмешательство могло причинить ещё больший вред. Но она могла согреть его обычным, человеческим теплом.
  
  Мэйлин взяла его ледяные руки в свои - пальцы его были тонкими и бледными, как у мертвеца - и начала осторожно растирать их, массируя энергетические точки, разгоняя застоявшуюся кровь. Она грела его руки своим дыханием, прижимала к груди, снова растирала.
  
  Время тянулось медленно. Огонь потрескивал, отвар шипел в котелке, а девушка всё не отпускала рук незнакомца, словно могла удержать его в мире живых одним лишь прикосновением.
  
  Наконец он открыл глаза.
  
  Они были светлыми - не голубыми и не серыми, а какими-то прозрачными, как речная вода в пасмурный день. И в них не было ни удивления, ни благодарности - только усталость, бесконечная, тяжёлая усталость.
  
  - Как ты сюда попала? - хрипло спросил он.
  
  Мэйлин растерянно моргнула. Она ожидала чего угодно - стонов, просьб о помощи, может быть, даже слов благодарности за спасение - но не холодного вопроса.
  
  - Я... шла по лесу. Искала травы. Прошла под сплетёнными деревьями и оказалась здесь.
  
  Заклинатель нахмурился. Он попытался приподняться, но руки его подломились, и он снова упал на землю.
  
  - Ты нашла себе неприятности, - проговорил он. - Уходи. Тем же путём, что пришла. Немедленно.
  
  - Я не могу вас так оставить, господин заклинатель.
  
  Он криво усмехнулся - в этой усмешке не было и тени веселья.
  
  - Я не господин. И уж точно не заклинатель - не в том смысле, что ты имеешь в виду. Уходи.
  
  - Не в таком виде, - упрямо покачала головой Мэйлин. - Вы должны хотя бы держаться на ногах. - Она потянулась к котелку, налила отвар в чашку. - Выпейте это.
  
  - Я не буду ничего пить, - отрезал он, и в голосе его впервые прорезалось что-то живое - раздражение. - А ты сейчас же уйдёшь.
  
  - Почему? - Мэйлин почувствовала, как в ней закипает ответное раздражение. Она только что спасла ему жизнь, она собирает для него травы, греет его своим теплом, а он гонит её прочь!
  
  Заклинатель приподнялся на локте, и глаза его сверкнули.
  
  - Что будет, если здесь появится ещё одна тварь? - прошипел он. - У меня не осталось сил даже на искру. Я не смогу тебя защитить.
  
  - Тогда она меня сожрёт! - вспыхнула Мэйлин. - И вас тоже! А всё потому, что кто-то слишком упрям, чтобы принять помощь!
  
  Заклинатель уставился на неё с нечитаемым выражением. Потом откинулся назад и устало прикрыл глаза.
  
  - Ты не можешь мне помочь, девочка, - тихо сказал он, и в голосе его прозвучала такая безнадёжность, что у Мэйлин сжалось сердце. - Никто не может.
  
  - Вы сейчас опять потеряете сознание, - она заметила, как дрожат его веки, как прерывается дыхание. - Выпейте это. Немедленно.
  
  Она поднесла чашку к его губам, и заклинатель, видимо, понял, что эта девчонка от него не отстанет. Он сделал глоток - и поморщился.
  
  - Горько.
  
  - У меня есть хлеб с мёдом и молоко, - тут же сказала Мэйлин. - Допейте всё, потом заедите сладким.
  
  Он смотрел на неё долгим, странным взглядом - словно пытался понять, что за создание перед ним. Потом молча допил отвар.
  
  Мэйлин достала из котомки кувшинчик с молоком и ломоть хлеба, пропитанного мёдом, бережно завёрнутый в промасленную бумагу. Заклинатель взял хлеб и начал есть - медленно, отламывая крошечные кусочки, долго рассасывая их во рту и запивая молоком. Он ел так, как едят люди, давно забывшие вкус пищи.
  
  Мэйлин сидела рядом, обхватив колени руками, и думала. Кто он? Что делает в этом жутком месте? Что с ним случилось? Его меридианы повреждены так, словно через них пропустили огненную реку, его ядро почти пусто - и всё же он сумел призвать молнию, достаточно мощную, чтобы испепелить трёх тварей разом. Откуда он взял на это силы?
  
  Заклинатель доел последний кусок хлеба и отставил пустой кувшинчик. Потом, опираясь на ствол дерева, медленно, мучительно поднялся на ноги. Его шатало, но он стоял.
  
  - Видишь, - сказал он, и в голосе его прозвучала мрачная насмешка, - я держусь на ногах. Можешь уходить.
  
  - Тогда пойдёмте со мной, - Мэйлин тоже встала и посмотрела ему в глаза. - Моя бабушка - лучшая целительница в округе. Мы сможем вам помочь.
  
  Заклинатель невесело усмехнулся.
  
  - Я не могу уйти.
  
  - Почему?
  
  Он помолчал. Потом заговорил - тихо, бесцветно, словно рассказывал о чём-то давно пережитом и перегоревшем:
  
  - Я запечатан здесь. Мой... друг... запечатал меня своей жизнью. У него не поднялась рука меня убить, так что он выбрал это.
  
  Мэйлин непонимающе смотрела на него.
  
  - Но я ведь вошла...
  
  - Я не знаю, как ты вошла. - Он покачал головой. - Но это место меня не выпустит. Не пока я жив.
  
  - Может быть, печать исчезла? - с надеждой спросила девушка. - Поэтому я и смогла войти? Давайте проверим!
  
  - Она не могла исчезнуть.
  
  - Но надо же проверить!
  
  Заклинатель смотрел на неё несколько долгих мгновений. Потом что-то в его лице дрогнуло - не смягчилось, нет, но как будто дало трещину.
  
  - Хорошо, - бросил он с внезапной яростью. - Пойдём проверим.
  
  Они шли молча. Заклинатель двигался медленно, опираясь на деревья, но помощи не принимал - когда Мэйлин попыталась подставить ему плечо, он отстранился с такой брезгливостью, словно она предложила ему яд. Девушка не стала настаивать. Она шла рядом, готовая подхватить его, если он упадёт.
  
  Наконец они добрались до тех самых сплетённых дубов, что служили вратами в этот сумеречный мир.
  
  Заклинатель остановился в нескольких шагах от них. Мэйлин видела, как напряглись его плечи, как сжались кулаки.
  
  - Идите, - прошептала она. - Может быть, получится.
  
  Он шагнул вперёд и поднял руки.
  
  Воздух вспыхнул.
  
  Мэйлин вскрикнула, когда невидимая стена проявилась огнём - яростным, безжалостным, опаляющим. Заклинатель упёрся ладонями в эту стену, и огонь охватил его руки, лизнул запястья, пополз выше. Запахло горелой плотью.
  
  Он не отступил. Он стоял и смотрел на свои горящие руки с каким-то отстранённым любопытством, словно это происходило не с ним.
  
  - Эта стена не выпустит меня, пока я жив, - тихо сказал он.
  
  - Я поняла! - закричала Мэйлин, бросаясь к нему. - Не надо! Прекратите!
  
  Она схватила его за руки, пытаясь оттащить от огненной преграды. Пламя лизнуло её пальцы, но она не отпустила.
  
  - Не надо, - её голос сорвался. - Вам же больно...
  
  Слёзы хлынули из её глаз - горячие, обжигающие. Она плакала - о нём, об этом незнакомом человеке, запертом в этой серой тюрьме, обречённом на медленное угасание.
  
  Заклинатель смотрел на неё с непонимающим изумлением. Его обожжённые руки всё ещё были в её ладонях.
  
  - Не плачь, - сказал он наконец, и голос его прозвучал почти растерянно. - Я же говорил тебе. И это уже не важно... - Он помолчал. - Иди. Пожалуйста.
  
  Мэйлин вытерла слёзы тыльной стороной ладони, размазав по щекам сажу и копоть.
  
  - Я отведу вас домой, - твёрдо сказала она. - Где вы здесь живёте?
  
  Он смотрел на неё долго - так долго, что она уже решила, что он снова прикажет ей уйти. Но потом он просто махнул рукой.
  
  - Пойдём. Всё равно ведь не отстанешь.
  
  Они шли вглубь сумеречного леса. Деревья здесь становились всё более искривлёнными, всё более больными. Несколько раз Мэйлин слышала шорохи в кустах, видела мелькание тёмных теней, но твари не нападали - то ли боялись заклинателя, то ли просто выжидали.
  
  Наконец лес расступился.
  
  Перед ними лежало озеро - чёрное, неподвижное, такое глубокое, что дно его, казалось, уходило в самое сердце земли. Вода не отражала серое небо - она поглощала свет, как бездна.
  
  А на берегу стоял дом.
  
  Когда-то он, наверное, был красив - изящная черепичная крыша, резные наличники, широкое крыльцо. Но годы превратили его в призрак былого величия. Крыша просела, стены покосились, дерево потемнело и растрескалось. Сад вокруг дома давно одичал и превратился в непролазные заросли.
  
  Они вошли внутрь.
  
  Мэйлин огляделась и едва сдержала возглас. Дом был полузанесён опавшими листьями, ветками, всяким лесным мусором. Паутина густой вуалью затянула углы. Пахло сыростью и тленом.
  
  "Он живёт здесь? - подумала она с ужасом. - Сколько лет он живёт в этом... в этом склепе?"
  
  - Пришли, - сказал заклинатель. - Можешь уходить. Если тебя по дороге сожрёт какая-нибудь тварь - сама виновата.
  
  Он опустился на что-то, отдалённо напоминающее кровать - деревянный каркас с остатками давно истлевшего матраса, - и закрыл глаза. У него не осталось сил даже на разговоры.
  
  Но Мэйлин не ушла.
  
  Она опустилась рядом с ним и осторожно взяла его обожжённые руки. Достала из котомки баночку с мазью - она всегда носила её с собой, на случай ожогов или порезов - и начала осторожно наносить целебное снадобье на обугленную кожу. Заклинатель дёрнулся было, но сил сопротивляться у него не было.
  
  Она перевязала его руки полосками ткани, оторванными от собственной нижней рубахи. Укрыла его своим плащом - он и так отдала ему накидку, но ночи здесь наверняка холодные, а в доме гуляли сквозняки.
  
  Потом она наклонилась к его уху и прошептала:
  
  - Я скоро вернусь.
  
  Он не ответил. Может быть, уже спал. Может быть, просто не хотел говорить.
  
  Мэйлин выскользнула из дома и быстрым шагом направилась к выходу из этого сумеречного мира. На обратном пути ей не встретилось ни одной твари - то ли повезло, то ли они действительно чего-то боялись.
  
  Она прошла под сплетёнными дубами - и оказалась в своём лесу. Живом, зелёном, пронизанном косыми лучами закатного солнца.
  
  Мэйлин не позволила себе остановиться. Она почти бежала по знакомым тропинкам, и только когда впереди показались крыши родной деревни, она замедлила шаг.
  
  Бабушка ждала её на пороге - маленькая, сухонькая, с лицом, изборождённым морщинами, но с молодыми, пронзительными глазами.
  
  - Где ты пропадала? - строго спросила она. - Уже вечереет. Ты с самого утра в лесу!
  
  - Я встретила одного... интересного человека, - медленно сказала Мэйлин. - Мне пришлось задержаться.
  
  Бабушка подняла бровь.
  
  - Кого ты могла встретить в лесу?
  
  - Не знаю ещё. Мне нужно с этим разобраться. - Мэйлин помолчала, собираясь с мыслями. - Бабушка, можно я возьму для него кое-какие вещи? Целебные травы, еду, одеяла...
  
  Старая травница смотрела на внучку долгим, испытующим взглядом.
  
  - Хм, - сказала она наконец.
  
  - И мне нужна мужская одежда, - добавила Мэйлин. - Его собственная совсем истлела.
  
  Бабушка молчала ещё несколько мгновений. Потом кивнула.
  
  - Расскажешь мне всё за ужином. А пока - собирай что нужно. В сундуке остались вещи твоего деда, посмотри, может что подойдёт.
  
  Мэйлин благодарно сжала её руку и скрылась в доме.
  
  А старая травница ещё долго стояла на пороге, глядя в сторону темнеющего леса, и в глазах её мелькало что-то, похожее на тревогу - или, может быть, на предчувствие.
  
  Глава 2. Упрямство и забота
  
  Цзин Юй не мог сказать точно, проснулся он или просто выплыл из того мутного полузабытья, в котором всё чаще пребывал в последние годы. Силы утекали из него, как вода из треснувшего кувшина, и грань между явью и беспамятством становилась всё тоньше.
  
  Но сейчас что-то было не так.
  
  Шорох. Скрип. Звук, которого не слышали эти стены много, много лет - звук метлы, сметающей сор с деревянного пола.
  
  Он приоткрыл глаза.
  
  Несносная девчонка вернулась.
  
  Она стояла посреди комнаты, раскрасневшаяся от работы, с подоткнутым подолом и закатанными рукавами, и энергично орудовала метлой, выметая из дома слежавшиеся листья, ветки и прочий мусор, копившийся здесь годами. В очаге - том самом очаге, который Цзин Юй не разжигал уже целую вечность - весело плясало пламя, а над ним булькал котелок, источая аромат целебных трав.
  
  Девушка заметила, что он за ней наблюдает. Тут же отставила метлу, сполоснула руки в деревянной лохани - откуда здесь лохань? - сняла котелок с огня и налила дымящийся отвар в чашку.
  
  - Доброе утро, - она опустилась рядом с ним и протянула чашку, улыбаясь так, словно не было никакого сумеречного леса, никаких тварей, никакой огненной стены. - Выпейте, пожалуйста.
  
  - Зачем ты вернулась? - хрипло спросил Цзин Юй. Голос его после долгого молчания звучал как скрип несмазанной двери. - Уходи.
  
  - Уйду, - легко согласилась она. - Вот закончу уборку - ну, хотя бы часть - и уйду. А вы пока выпейте. Я добавила мёд.
  
  Цзин Юй смотрел на неё, пытаясь понять, что творится в этой упрямой головке. Вчера она плакала над его обожжёнными руками - слезами, которых он не заслуживал. Сегодня она хозяйничает в его доме так, словно имеет на это полное право.
  
  Он понял, что от неё не избавиться. По крайней мере, не сейчас, не в его нынешнем состоянии.
  
  Взял чашку, пригубил.
  
  И скривился.
  
  - Вкус стал ещё чудовищнее.
  
  - Простите, - виновато сказала Мэйлин, протягивая ему льняной мешочек. - Вот, здесь очень вкусные сладости. Бабушка сама делает. Выпейте всё и заешьте ими.
  
  Цзин Юй, сморщившись, как от горькой микстуры - а это и была горькая микстура, - заставил себя допить отвар до дна. Жидкость обожгла горло и разлилась теплом по измученному телу. Он нехотя признал, что после неё стало немного легче дышать.
  
  А Мэйлин уже вернулась к своей уборке.
  
  Она работала споро и умело, как человек, привыкший к труду с детства. Вымела весь мусор, выгребла из углов слежавшуюся за годы труху. Натаскала воды - откуда? неужели из того чёрного озера? - и вымыла пол, отскребая въевшуюся грязь. Протёрла стены, стёрла паутину, смахнула пыль с немногочисленной мебели.
  
  Дом преображался на глазах.
  
  Потом она подошла к Цзин Юю и решительно потянула его за руку.
  
  - Вставайте. Вам нужно поесть.
  
  - Я не голоден.
  
  - Это неважно. Вставайте.
  
  Она практически выдернула его из кровати и усадила за стол - тот самый стол, который он уже и забыл когда использовал по назначению. Перед ним появилась миска с рисовой кашей, приправленной какими-то травами, кусок подогретого хлеба и чашка с чем-то молочным.
  
  - Ешьте, - велела она тоном, не терпящим возражений.
  
  Пока он медленно, без аппетита ковырялся в каше, Мэйлин занялась кроватью. Безжалостно выбросила всё, что там было - истлевшие тряпки, труху, остатки того, что когда-то было постельным бельём. Притащила откуда-то - с ослика? какого ещё ослика? - пахнущий свежими травами тюфяк, пухлую подушку и тёплое стёганое одеяло.
  
  Застелила кровать, расправила складки, удовлетворённо осмотрелась.
  
  - Как ты всё это сюда притащила? - не выдержал наконец Цзин Юй.
  
  - На ослике, - улыбнулась она.
  
  - На каком ослике?
  
  - На моём ослике. Ну, знаете, такой, с длинными ушами, - она махнула рукой в сторону окна. - Вон он, пасётся у дома. Его зовут Хуан, он очень послушный.
  
  Цзин Юй проследил за её жестом и действительно увидел за мутным стеклом серую спину осла, мирно щиплющего чахлую траву у крыльца.
  
  Он не знал, что сказать. Эта девочка притащила осла через сумеречный лес, полный тварей, чтобы привезти ему тюфяк и одеяло.
  
  - Ну всё, - Мэйлин отряхнула руки. - Теперь мне пора. У меня много дел, и я должна найти этот... - она запнулась, явно проглотив непочтительное слово, - этот редкий цветок, ради которого вообще-то и шла в лес.
  
  Она направилась к двери, но на пороге обернулась. В карих глазах её заплясали золотые искорки - то ли от света, то ли от сдерживаемого смеха.
  
  - Господин заклинатель, - сказала она, - теперь в этом доме самое грязное место - это вы.
  
  Цзин Юй непроизвольно опустил взгляд на себя. Он и правда являл собой жалкое зрелище - в ветхом рубище, грязный, со спутанными сальными волосами.
  
  - Вот чистая одежда, - Мэйлин кивнула на аккуратно сложенную стопку у кровати. - Я нашла здесь бочку. Наполнила её и нагрела воду. Надеюсь, вы знаете, что с этим делать.
  
  И прежде чем он успел ответить - возразить, поблагодарить, выгнать её к демонам - она выскользнула за дверь.
  
  * * *
  
  Цзин Юй долго сидел неподвижно, глядя на закрывшуюся дверь.
  
  Дом пах чистотой и травами. На столе стыла недоеденная каша. За окном фыркал ослик.
  
  Он не помнил, когда в последний раз его жизнь была такой... живой.
  
  Наконец он поднялся - медленно, держась за стену - и доковылял до угла, где действительно обнаружилась старая деревянная бочка, наполненная тёплой водой. Рядом лежал кусок мыла, пахнущего сосновой смолой, и чистое полотенце.
  
  Он разделся, морщась от боли в затёкших мышцах, и опустился в воду.
  
  Тепло охватило его измученное тело, проникло в кости. Цзин Юй закрыл глаза и позволил себе просто... быть. Не думать о печати. Не думать о тварях. Не думать о том, сколько ему ещё осталось.
  
  Просто быть.
  
  Он тщательно вымылся - впервые за... он не хотел вспоминать, за сколько времени. Вода стала серой от грязи. Он вылез, обтёрся полотенцем и взял приготовленную одежду.
  
  Простое нижнее бельё. Светло-серый халат из плотного полотна, явно старый, но чистый и аккуратно заштопанный в нескольких местах. Тёмный пояс. Вещи были ему великоваты - он отощал за годы заточения - но это была настоящая, целая одежда, а не те лохмотья, в которых он ходил последнее время.
  
  Цзин Юй оделся и поймал своё отражение в медном зеркале, валявшемся среди вещей, которые притащила девчонка.
  
  На него смотрел призрак. Худое серое лицо, запавшие глаза, острые скулы, обтянутые кожей. Волосы - белые, давно потерявшие свой природный тёмный цвет - свисали спутанными космами.
  
  Он попытался их расчесать, но пальцы тут же запутались в колтунах. Гребень застревал, волосы рвались. Цзин Юй дёргал, пытаясь продраться сквозь спутавшиеся пряди, и каждое движение отзывалось болью в обожжённых руках.
  
  Раньше у него были красивые волосы. Чёрные как ночь, гладкие как шёлк. Он гордился ими.
  
  Теперь...
  
  Он услышал скрип двери и обернулся.
  
  Мэйлин вернулась. Раньше, чем обещала. Она была нагружена охапкой каких-то растений - видимо, нашла свой редкий цветок - и слегка запыхалась.
  
  - Я приготовлю обед и уйду, - сказала она с порога.
  
  Её взгляд скользнул по нему - чистому, переодетому, сражающемуся с собственными волосами - и что-то в её лице смягчилось.
  
  - Ты можешь их отрезать? - спросил Цзин Юй, прежде чем успел себя остановить. Он не хотел просить её ни о чём. Но эти проклятые волосы...
  
  - Отдайте, - Мэйлин отложила свои травы, подошла к нему и мягко забрала гребень из его пальцев. - Садитесь.
  
  Он сел. Она встала позади него, и он почувствовал, как её пальцы коснулись его волос - осторожно, бережно, как прикасаются к чему-то хрупкому.
  
  Она не стала резать. Вместо этого она начала терпеливо, прядь за прядью, разбирать спутанные волосы. Там, где гребень застревал, она распутывала узлы пальцами. Там, где пряди слиплись, она аккуратно их разделяла.
  
  Это было медленно. Очень медленно.
  
  Но её прикосновения были такими мягкими, такими бережными, что Цзин Юй почувствовал, как напряжение покидает его плечи. Как замедляется сердцебиение. Как тяжелеют веки.
  
  Он давно забыл, каково это - когда к тебе прикасается другой человек. Не чтобы ударить. Не чтобы связать. Просто... прикасается. С добротой. С заботой.
  
  Её пальцы скользили по его волосам, расчёсывали, разглаживали. Гребень мягко проходил от корней до кончиков, больше не застревая. Она что-то тихо напевала себе под нос - простую деревенскую мелодию.
  
  Цзин Юй закрыл глаза и позволил себе уплыть.
  
  Не в забытье - нет, это было что-то другое. Что-то тёплое и спокойное. Что-то похожее на... покой.
  
  - Ну всё, - раздался её голос, мягкий, чтобы не спугнуть. - Готово.
  
  Он почувствовал, как она закалывает его волосы на затылке - простой деревянной шпилькой, но уверенными движениями.
  
  - А теперь я приготовлю обед.
  
  Но когда она обошла его и заглянула в лицо, то увидела, что он едва держит глаза открытыми. Усталость навалилась на него, как каменная плита, - и не только усталость. Тепло ванны, сытость от завтрака, умиротворение от её прикосновений - всё это размягчило что-то внутри него, и теперь тело требовало отдыха.
  
  - Идёмте, - тихо сказала она.
  
  Она взяла его за руку - за ту самую забинтованную руку, которую он обжёг о печать - и осторожно повела к кровати. Цзин Юй не сопротивлялся. У него не было на это сил.
  
  Он лёг на свежий тюфяк, пахнущий лавандой и мятой, и почувствовал, как мягкое одеяло укрывает его плечи.
  
  А потом её пальцы обхватили его запястье.
  
  Она считала его пульс. Долго, сосредоточенно, с нахмуренными бровями. Цзин Юй видел, как двигаются её губы - она считала удары. Видел, как темнеют её глаза.
  
  Она знала. Она чувствовала то, что чувствовал он сам - как жизнь по капле утекает из его тела. Как ядро силы, когда-то сиявшее подобно луне, теперь едва тлеет.
  
  - Я что-нибудь придумаю, - прошептала она, и в голосе её звучала отчаянная решимость. - Тебе нельзя здесь оставаться.
  
  Цзин Юй хотел сказать ей, что она ничего не может сделать. Что печать нерушима. Что он давно смирился.
  
  Но веки его сомкнулись, и слова так и не были произнесены.
  
  Он уснул - впервые за долгие годы - настоящим, глубоким сном. И снились ему не кошмары, а чёрные волосы, отливающие золотом, и карие глаза с золотыми искрами.
  
  Глава 3. Между жизнью и смертью
  
  Так началась их странная дружба - если это можно было назвать дружбой.
  
  Мэйлин приходила к нему каждый день, в любую свободную минуту. Едва закончив дела по дому, она хватала котомку с припасами и бежала через лес, через те сплетённые дубы, в сумеречный мир, где её ждал упрямый заклинатель.
  
  Она следила, чтобы он ел - хотя бы понемногу, хотя бы через силу. Поила его горькими отварами, которые он ненавидел, но покорно глотал. Меняла повязки на его руках, которые заживали мучительно медленно. Убирала дом, приносила свежую воду, разжигала огонь в очаге.
  
  И пыталась его разговорить.
  
  Поначалу Цзин Юй шипел на неё, как рассерженный кот. Отворачивался к стене. Отвечал односложно. Притворялся спящим, когда она задавала слишком много вопросов.
  
  - Уходи.
  
  - Оставь меня.
  
  - Зачем тебе это нужно?
  
  Но Мэйлин не сдавалась. Она болтала с ним, даже когда он молчал. Рассказывала о деревне, о бабушке, о травах, которые собирала. О глупом козле соседа, который повадился жевать бельё на верёвках. О маленькой девочке, которую она лечила от лихорадки. О закатах над рекой и о том, как красиво цветут сливы по весне.
  
  Она говорила и говорила, наполняя его мёртвый дом живыми словами.
  
  И однажды он ответил.
  
  Не "уходи" и не "оставь меня". А настоящий ответ - на её вопрос о каком-то растении, которое она нашла в этом сумеречном лесу.
  
  - Это теневой плющ, - сказал он, разглядывая принесённый ею листок. - Он растёт только там, куда не проникает солнце. Сам по себе ядовит, но если правильно приготовить...
  
  Он осёкся, словно удивившись сам себе.
  
  Мэйлин затаила дыхание, боясь спугнуть.
  
  Цзин Юй помолчал. А потом продолжил - и в голосе его впервые за долгое время прозвучало что-то похожее на интерес.
  
  * * *
  
  С того дня всё изменилось.
  
  Он всё ещё ворчал на неё, всё ещё закатывал глаза, когда она заставляла его пить очередное зелье. Но он разговаривал с ней. По-настоящему разговаривал.
  
  Они говорили о травах - и оказалось, что он знает о них не меньше, чем её бабушка. Он рассказывал ей о растениях, которые росли только в тени башен, о цветах, что распускались под луной, о корнях, способных исцелять и убивать.
  
  Они говорили о заклинаниях. Он объяснял ей природу стихий, строение меридианов, принципы движения силы в теле заклинателя. Она слушала, раскрыв рот, впитывая каждое слово.
  
  Иногда он её учил.
  
  - Закрой глаза, - говорил он. - Почувствуй свою силу. Она как река внутри тебя - золотая, тёплая. Направь её в ладонь...
  
  Мэйлин послушно закрывала глаза и искала внутри себя ту искру, о которой он говорил. И находила - маленькое золотое солнце где-то в груди, пульсирующее в такт сердцу.
  
  - Теперь выпусти. Совсем немного. Как будто приоткрываешь дверь.
  
  Золотое сияние вспыхивало на её ладони - слабое, неровное, но настоящее.
  
  - Хорошо, - говорил Цзин Юй, и в светлых его глазах мелькало что-то похожее на гордость. - Очень хорошо.
  
  Сам он почти не мог использовать силу. Его меридианы были слишком повреждены, а ядро - почти пусто. Но ему доставляло удовольствие смотреть на неё, когда она практиковалась, - на эту девочку, наполненную искрящейся золотой силой, такой яркой, такой живой.
  
  - Ты можешь стать заклинательницей, - сказал он ей однажды. - С такими способностями тебя примет любая башня.
  
  - Правда? - Мэйлин просияла.
  
  - Но лучше не надо, - добавил он, отводя взгляд. - Мир заклинателей... он жесток. Он пережёвывает людей и выплёвывает то, что от них остаётся. Оставайся в своей деревне. Лечи людей. Живи спокойной жизнью.
  
  Мэйлин хотела спросить, что случилось с ним. Почему он здесь. Кто тот "друг", запечатавший его ценой собственной жизни. Но что-то в его лице остановило её.
  
  Она спросит потом. Когда он будет готов рассказать.
  
  * * *
  
  Дни шли за днями, складываясь в недели.
  
  И Мэйлин с нарастающим ужасом видела, что Цзин Юй слабеет.
  
  Её отвары поддерживали его, но не исцеляли. Она пыталась передать ему свою силу - осторожно, по капле - но его разрушенные меридианы не могли её удержать. Золотая энергия утекала, как вода сквозь решето.
  
  Он быстро уставал. Иногда посреди разговора его глаза стекленели, и он обмякал - просто терял сознание от истощения. Резкие движения валили его с ног. Он почти перестал есть - даже её сладости, которые раньше уплетал с удовольствием, теперь едва мог проглотить.
  
  Он угасал.
  
  И самое страшное - он это знал. Знал и принял.
  
  - Ты должен бороться, - говорила ему Мэйлин, сжимая его холодные руки. - Ты не можешь просто сдаться!
  
  - Я не сдаюсь, - спокойно отвечал он. - Я просто вижу вещи такими, какие они есть.
  
  - Но должен же быть какой-то способ!
  
  - Нет никакого способа. Печать питается моей жизненной силой. Она будет пить её, пока я не умру. Это было задумано с самого начала.
  
  - Тогда зачем... зачем ты вообще стараешься? Зачем ешь, пьёшь лекарства, позволяешь мне тебя лечить?
  
  Цзин Юй посмотрел на неё долгим, странным взглядом.
  
  - Потому что ты просишь, - просто сказал он.
  
  * * *
  
  В тот день Мэйлин пришла раньше обычного.
  
  Цзин Юй сидел у окна, глядя на чёрное озеро. Он ещё больше исхудал за последние дни, скулы заострились, глаза запали. Но когда она вошла, он повернулся к ней и слабо улыбнулся.
  
  - Послушай, - сказала Мэйлин, садясь напротив него. Сердце её колотилось так громко, что она была уверена - он слышит. - У меня есть идея. Очень плохая идея.
  
  Цзин Юй вопросительно приподнял бровь.
  
  - Эта печать не отпустит тебя живым, - медленно проговорила она. - Но мёртвым... мёртвым она скорее всего отпустит.
  
  Он молчал, ожидая продолжения.
  
  - Я могу... - она запнулась, собираясь с духом. - Я могу иглами остановить твоё сердце. Забрать тебя отсюда. И попробовать запустить его снова. На той стороне, где нет печати.
  
  Повисла тишина.
  
  - Хорошо, - сказал Цзин Юй.
  
  Мэйлин вскочила на ноги.
  
  - Что значит "хорошо"?! У меня может ничего не получиться! Ты понимаешь?!
  
  - Понимаю.
  
  - Ты можешь умереть! По-настоящему умереть!
  
  - Я и так умираю, - мягко сказал он. - Ты это знаешь.
  
  - Но... но... - Мэйлин задохнулась от возмущения. - Я же не шучу! Нам нужно решить быстро, потому что если ты ещё ослабеешь, у меня точно ничего не получится! Я просто тебя убью, и всё!
  
  - Как скажешь, - он снова улыбнулся этой своей мягкой, печальной улыбкой.
  
  - Почему ты не споришь со мной?! - почти закричала она.
  
  - Потому что я уже знаю, что это бесполезно.
  
  Мэйлин почувствовала, как в глазах закипают слёзы.
  
  - Только обещай мне, - тихо сказал Цзин Юй, - сильно не плакать, если не получится.
  
  - Если не получится, - выдохнула она, - я умру с горя. Так и знай.
  
  Что-то изменилось в его лице. Исчезла отстранённость, исчезло смирение. Он смотрел на неё - серьёзно, пристально - и в светлых глазах его впервые мелькнул страх.
  
  Не за себя.
  
  За неё.
  
  - Если кто-то умрёт - то только я, - твёрдо сказал он. - Иначе я не согласен.
  
  - Хорошо, - Мэйлин вытерла слёзы. - Обещаю. Я всё приготовлю, и мы сделаем это завтра.
  
  Она хотела уйти - нужно было собрать травы, приготовить снадобья, продумать каждый шаг. Но вместо этого она вдруг шагнула к нему и обняла.
  
  Крепко-крепко, как обнимают тех, кого боятся потерять.
  
  Он был таким худым под её руками. Таким хрупким. Она чувствовала его рёбра, его острые лопатки, его сердце, бьющееся слабо и неровно.
  
  - Только попробуй умереть, - прошептала она ему в ухо. - Только попробуй.
  
  Цзин Юй замер. А потом его руки - медленно, неуверенно - поднялись и обняли её в ответ.
  
  Он не помнил, когда в последний раз кого-то обнимал. Наверное, ещё в той, прошлой жизни. До предательства. До печати. До этого бесконечного серого существования.
  
  Она была тёплой. Она пахла травами и мёдом. Она была живой.
  
  - Если ты просишь, - тихо сказал он, - я постараюсь.
  
  Глава 4. По ту сторону стены
  
  Она вернулась на рассвете.
  
  Туман ещё стелился между деревьями, и роса серебрила траву под ногами. Мэйлин шла молча, ведя за собой ослика, нагруженного сумками с травами и снадобьями. Лицо её было сосредоточенным, почти суровым - ни следа обычной улыбки.
  
  Цзин Юй ждал её у дома. Он сидел на крыльце, закутавшись в одеяло, и смотрел на чёрную гладь озера. Услышав её шаги, он обернулся.
  
  - Ты не передумал? - спросила Мэйлин, остановившись перед ним.
  
  - Нет.
  
  Она кивнула, словно и не ожидала другого ответа. Достала из сумки склянку с тёмной жидкостью.
  
  - Выпей.
  
  Цзин Юй взял склянку, повертел в руках.
  
  - Хоть на этот раз там яд?
  
  - Прекрати шутить и выпей.
  
  В её голосе не было раздражения - только напряжение, натянутое как струна. Она боялась. Боялась того, что им предстояло сделать. Боялась, что у неё не получится. Боялась потерять его.
  
  Цзин Юй послушно выпил горькую жидкость, даже не поморщившись. За эти недели он привык к её отварам.
  
  Мэйлин забрала пустую склянку и протянула ему руку.
  
  - Пойдём.
  
  Он взял её ладонь - тонкие пальцы сомкнулись вокруг его запястья - и поднялся на ноги. Его слегка качнуло, но она была рядом, поддерживала.
  
  Они шли к стене печати молча. Мэйлин держала заклинателя за руку, а другой вела ослика. Хуан шагал позади них, фыркая и помахивая ушами, - невозмутимый, как и подобает ослу.
  
  Сумеречный лес молчал. Ни шороха, ни движения в кустах. Словно даже твари притихли, чувствуя, что сегодня здесь произойдёт что-то важное.
  
  Наконец они остановились у сплетённых дубов. Невидимая стена мерцала в воздухе - Мэйлин научилась её видеть, лёгкое искажение, как марево над раскалённым камнем.
  
  - Послушай, - сказала она, поворачиваясь к Цзин Юю. Голос её был ровным, деловитым - голос целительницы, объясняющей процедуру. - Сделаем так. Ты сядешь на ослика - иначе я не смогу тебя удержать. Я введу три иглы, и твоё сердце остановится. Мы перейдём стену. И я сделаю всё, чтобы вернуть тебя к жизни.
  
  - Хорошо.
  
  - Я не дам тебе умереть, - добавила она, и в этих словах было обещание.
  
  - Как скажешь.
  
  Мэйлин встретилась с ним взглядом.
  
  Она искала в его глазах страх - и не находила. Там была бесконечная усталость, накопившаяся за годы заточения. Лёгкая улыбка - та самая, печальная и мягкая, которую она так хорошо узнала за эти недели. И что-то ещё - что-то похожее на доверие.
  
  Он доверял ей свою жизнь. Свою смерть. Всё, что у него осталось.
  
  - Тогда начнём, - тихо сказала Мэйлин.
  
  Цзин Юй сел на ослика. Хуан стоял смирно, словно понимая важность момента. Мэйлин встала позади заклинателя, обняла его одной рукой, чтобы удержать. В другой руке блеснули три тонкие серебряные иглы.
  
  - Встретимся на другой стороне, - прошептала она.
  
  Её руки больше не дрожали.
  
  Она нашла нужные точки - три крошечных углубления на его теле, которые она выучила наизусть по древним трактатам. Быстро, уверенно вставила иглы одну за другой.
  
  И почувствовала, как его тело обмякает в её руках.
  
  Голова Цзин Юя откинулась назад, на её плечо. Глаза закрылись. Он перестал дышать.
  
  Мэйлин коснулась пальцами жилки на его шее.
  
  Пульса не было.
  
  "Он мёртв, - пронеслось у неё в голове. - Я убила его. Теперь нужно успеть".
  
  Она крепче обхватила безжизненное тело и потянула ослика за повод.
  
  - Вперёд, Хуан. Быстро.
  
  Ослик шагнул к стене. Мэйлин затаила дыхание.
  
  Стена вспыхнула - но не огнём, как тогда, когда Цзин Юй пытался пройти. Просто вспыхнула и погасла, пропуская их. Мёртвое тело не было пленником. Печать исполнила своё предназначение.
  
  Они вышли в живой лес.
  
  Солнечный свет ударил Мэйлин в глаза, тёплый ветер коснулся щёк. Но она не замечала ничего - всё её внимание было сосредоточено на человеке в её руках.
  
  Она быстро спустила его на землю, на мягкую траву. Выдернула иглы из первых точек, вставила в другие - те, что должны были запустить остановившееся сердце. Её руки двигались сами, повинуясь памяти тела, наработанной бесчисленными часами практики.
  
  Она положила ладони ему на грудь и начала ритмично надавливать. Раз, два, три, четыре, пять... Золотая сила текла из её рук, вливаясь в его тело, пытаясь разбудить угасшую искру жизни.
  
  Она наклонилась, прижалась губами к его губам - холодным, безжизненным - и вдохнула воздух в его лёгкие.
  
  Снова массаж. Снова вдох. Снова золотой свет, пульсирующий под её ладонями.
  
  "Пожалуйста, - молилась она, не зная, к кому обращается. - Пожалуйста, пусть получится. Пожалуйста".
  
  Раз, два, три, четыре, пять...
  
  Вдох.
  
  Раз, два, три, четыре, пять...
  
  И вдруг - под её руками что-то дрогнуло.
  
  Слабый толчок. Ещё один. И ещё.
  
  Сердце билось.
  
  Цзин Юй вздохнул - долгий, хриплый вздох - и открыл глаза.
  
  - У тебя получилось, - прошептал он, и в голосе его было изумление.
  
  Мэйлин смотрела на него - на его бледное лицо, на светлые глаза, широко распахнутые от удивления, на губы, которые только что были мёртвыми, а теперь шевелились, произнося слова.
  
  И разрыдалась.
  
  Она упала на него, обхватила руками, прижалась всем телом, и слёзы хлынули из её глаз - горячие, неудержимые. Она плакала от облегчения, от счастья, от пережитого страха. Плакала так, как не плакала никогда в жизни.
  
  Цзин Юй лежал неподвижно, слишком слабый, чтобы пошевелиться. Но его рука - медленно, с трудом - поднялась и легла ей на спину.
  
  Они лежали так долго - она, всхлипывающая, уткнувшаяся лицом ему в грудь, и он, рассеянно гладивший её по волосам.
  
  Над ними шелестели кроны живых, здоровых деревьев. Сквозь листву пробивались солнечные лучи, рисуя золотые пятна на траве. Где-то пела птица.
  
  Мир был живым. И они - оба - тоже были живы.
  
  Наконец Мэйлин подняла голову, вытерла слёзы и огляделась. Хуан мирно щипал траву неподалёку, совершенно не впечатлённый происходящим.
  
  - Нам нужно встать и пойти домой, - сказала она, голос её ещё дрожал. - А то меня бабушка убьёт.
  
  - Хорошо, - отозвался Цзин Юй.
  
  - Это значит, что ты тоже должен встать и пойти со мной. - Она строго посмотрела на него. - Или ты думаешь, я брошу тебя здесь, в лесу?
  
  Он помолчал.
  
  - А ты не думаешь, - медленно проговорил он, - что неразумно тащить домой человека, который совершил такое, что лучший друг запечатал его своей жизнью?
  
  Мэйлин склонила голову набок, разглядывая его.
  
  - Я не чувствую в тебе зла, - сказала она просто. - И в любом случае... - она не удержалась от улыбки, - ты сейчас не в состоянии причинить кому-то вред.
  
  Она поднялась на ноги и протянула ему руку.
  
  - Пойдём.
  
  Цзин Юй взял её руку и попытался встать. Мир закружился перед глазами, земля качнулась под ногами. Он пошатнулся, и Мэйлин тут же оказалась рядом, обхватила его, поддерживая.
  
  - Как ты? - спросила она.
  
  - Ничего. Голова закружилась.
  
  - Ты можешь идти?
  
  - Кажется, да.
  
  - А мне кажется, что нет. - Она подвела его к ослику. - Садись на Хуана, я его поведу.
  
  Цзин Юй посмотрел на невысокого серого ослика с сомнением.
  
  - Это очень маленький ослик. Он меня не выдержит.
  
  - А ты очень тощий заклинатель, - парировала Мэйлин. - Ничего с осликом не сделается.
  
  Ему пришлось согласиться.
  
  Они двинулись в путь - Мэйлин впереди, ведя Хуана за повод, Цзин Юй покачиваясь в седле. Лес обступал их со всех сторон, но это был живой лес, знакомый и безопасный. Пели птицы, шелестела листва, солнечные лучи играли на тропинке.
  
  Через некоторое время Цзин Юй всё-таки слез с ослика.
  
  - Я пойду сам, - сказал он.
  
  Мэйлин не стала спорить. Просто взяла его за руку и пошла рядом.
  
  Так они и шли - рука в руке, молча, но это было хорошее молчание. Молчание двух людей, которым не нужны слова.
  
  * * *
  
  Домик травницы показался за деревьями, когда солнце уже клонилось к полудню.
  
  Бабушка стояла на пороге, сложив руки на груди. Она смотрела на приближающуюся пару задумчивым, испытующим взглядом - на внучку, ведущую за руку незнакомого мужчину, бледного как смерть, с белыми волосами и выцветшими глазами.
  
  - Бабушка, - сказала Мэйлин, останавливаясь перед крыльцом, - это Цзин Юй.
  
  - Твоя находка из леса, - констатировала бабушка. Голос её был ровным, без осуждения, но и без особого тепла. - Что ж, господин заклинатель, проходите в дом.
  
  Цзин Юй отпустил руку Мэйлин и поклонился - глубоко, почтительно, как подобает гостю.
  
  - Благодарю за гостеприимство, почтенная госпожа.
  
  Бабушка хмыкнула и отступила в сторону, пропуская их.
  
  Они вошли в дом. Здесь пахло травами и свежеиспечённым хлебом, на столе дымилась похлёбка, в углу мурлыкал старый кот. Это был дом, полный жизни и тепла - такой непохожий на ту заброшенную развалину, в которой Цзин Юй провёл последние годы.
  
  Но он едва успел оглядеться - его повело в сторону, и если бы Мэйлин не подхватила его, он бы упал.
  
  - Сюда, - скомандовала бабушка, указывая на узкую кровать в углу комнаты. - Уложи его.
  
  На заклинателя накинулись сразу две целительницы. Бабушка щупала его пульс, заглядывала в глаза, хмурилась. Мэйлин уже грела на огне какой-то отвар.
  
  - Пей, - велела бабушка, подавая ему чашку.
  
  Цзин Юй попытался возразить - и понял, что у него нет на это сил. Он послушно выпил очередное зелье, горькое и густое, и почувствовал, как тепло разливается по телу, как тяжелеют веки.
  
  - Спи, - сказала Мэйлин, укрывая его одеялом. - Ты в безопасности.
  
  Он хотел ответить, но слова не шли. Усталость - настоящая, глубокая усталость, копившаяся годами - навалилась на него, и он провалился в сон.
  
  * * *
  
  Мэйлин долго сидела рядом с ним, глядя на его спящее лицо.
  
  Он спал так тихо, что она то и дело касалась пальцами его запястья, проверяя пульс. Слабый, но ровный. Живой.
  
  Он был жив.
  
  - Кто он? - спросила бабушка, опускаясь на табурет рядом с внучкой.
  
  - Не знаю, - честно ответила Мэйлин. - Может, он потом когда-нибудь расскажет.
  
  Бабушка помолчала, разглядывая спящего заклинателя.
  
  - Ты знаешь, отчего у заклинателей седеют волосы и выцветают глаза? - спросила она.
  
  Мэйлин покачала головой.
  
  - От использования огромного количества энергии, - медленно проговорила бабушка. - Такого количества, которое должно было его убить. Удивительно, что он вообще остался жив после этого.
  
  Мэйлин посмотрела на белые волосы Цзин Юя, разметавшиеся по подушке. Она думала о том, что же он сделал. Что потребовало от него такой силы. И почему его лучший друг решил, что лучше запечатать его, чем убить.
  
  - Он ведь может остаться у нас? - тихо спросила она.
  
  Бабушка долго молчала. Потом вздохнула.
  
  - Я не выгоняю больных, - сказала она. - Кем бы они ни были.
  
  Мэйлин благодарно сжала её руку.
  
  За окном садилось солнце, заливая комнату тёплым золотым светом. Старый кот свернулся у очага. Где-то во дворе фыркал Хуан, радуясь свежему сену.
  
  А на узкой кровати в углу спал человек, который ещё утром был мёртв.
  
  И впервые за много лет его сны были спокойными.
  
  Глава 5. Пробуждение и решения
  
  Первые дни Цзин Юй только спал.
  
  Он спал так глубоко, словно проваливался в чёрный омут без сновидений. Мэйлин будила его, чтобы покормить - осторожно приподнимала, подносила ложку к губам, - и он послушно глотал, почти не просыпаясь. Потом она поила его лекарствами, и он снова засыпал, едва коснувшись головой подушки.
  
  - У него не осталось внутренних сил, - объясняла бабушка, склонившись над спящим заклинателем и считая его пульс. - Ядро силы было почти пусто, а печать выпила последние капли. Но они восстанавливаются - медленно, капля за каплей. Его меридианы сильно повреждены, поэтому процесс идёт очень медленно. Но возможно это можно будет потом исправить, когда ему станет лучше.
  
  Мэйлин кивала, не отрывая взгляда от его лица. Во сне Цзин Юй выглядел моложе - разгладились морщины на лбу, исчезло то выражение усталой отстранённости, которое он носил как маску. Он был похож на того, кем, наверное, был когда-то - до печати, до предательства, до всего.
  
  Она садилась рядом с его кроватью и ждала.
  
  * * *
  
  Прошла неделя, потом другая.
  
  И однажды утром Цзин Юй открыл глаза - по-настоящему открыл, не в полузабытьи между сном и явью - и сел в кровати.
  
  Мэйлин, возившаяся у очага, обернулась на звук.
  
  - Ты проснулся!
  
  Она подбежала к нему, сияя от счастья, и он невольно отшатнулся от её энтузиазма.
  
  - Осторожнее, - проворчал он. - Я ещё не совсем...
  
  Но она уже обнимала его, смеясь и чуть не плача одновременно.
  
  - Ты проснулся, ты проснулся, ты наконец-то проснулся!
  
  С того дня ему действительно стало лучше.
  
  Он начал вставать - сначала ненадолго, держась за стены, потом всё увереннее. Выходил на крыльцо, подставляя лицо солнцу. Сидел во дворе, наблюдая, как Мэйлин работает в огороде.
  
  Мэйлин была так рада, что пела от счастья. Она напевала за работой, напевала, готовя еду, напевала, собирая травы. Бабушка только качала головой, глядя на неё, но в уголках её губ пряталась улыбка.
  
  Однажды Мэйлин вернулась с рынка с большим свёртком в руках.
  
  - Это тебе, - сказала она, протягивая его Цзин Юю.
  
  Он развернул ткань - и замер.
  
  Там лежал халат благородного синего цвета, глубокого, как вечернее небо. Плотный шёлк, строгий покрой, серебряная вышивка по воротнику и манжетам. И рядом - резная шпилька из чёрного дерева, украшенная крошечным лунным камнем.
  
  - Мэйлин... - начал он.
  
  - Примерь, - перебила она. - Я хочу посмотреть.
  
  Он хотел возразить - сказать, что это слишком дорого, что он не может принять такой подарок, что он этого не заслуживает. Но она смотрела на него с таким ожиданием, с такой надеждой в глазах...
  
  Он переоделся.
  
  Халат сидел идеально - Мэйлин угадала с размером, хотя он всё ещё был слишком худ. Синий цвет оттенял бледность его кожи, делая её не болезненной, а благородной.
  
  - Теперь волосы, - сказала она и, не дожидаясь его согласия, встала позади него.
  
  Её пальцы скользили по его волосам - всё ещё белым, но теперь чистым и блестящим - собирая их в высокий узел. Она закрепила причёску шпилькой из чёрного дерева, и лунный камень тихо засиял в белых прядях.
  
  - Вот, - удовлетворённо сказала она. - Теперь ты похож на настоящего заклинателя.
  
  Цзин Юй посмотрел на своё отражение в медном зеркале. Из зеркала на него смотрел незнакомец - бледный, с серебряными волосами и светлыми глазами, в синем шёлке и с лунным камнем в волосах. Он был похож на призрака. Или на лунного духа из старых легенд.
  
  - Спасибо, - тихо сказал он.
  
  * * *
  
  Дни потекли своим чередом.
  
  Цзин Юй помогал Мэйлин разбирать травы - его пальцы помнили эту работу, хотя он сам не мог вспомнить, где и когда её выучил. Он продолжал учить её магии, и она делала всё большие успехи.
  
  Они проводили вместе всё свободное время - склонившись над книгами, которые бабушка хранила в старом сундуке, или сидя во дворе, когда Мэйлин практиковалась в управлении силой. Золотое сияние вспыхивало на её ладонях, и Цзин Юй наблюдал за ней с тем выражением тихой гордости, которое появлялось на его лице только рядом с ней.
  
  Однажды вечером бабушка долго смотрела на него - на то, как он двигал пальцами, направляя силу Мэйлин - и вдруг сказала:
  
  - Ты заклинатель Белой башни. Башни золотого источника. Я когда-то видела их магию.
  
  Цзин Юй замер. Мэйлин опустила руки, гася золотое сияние.
  
  - Что такое Белая башня? - спросила она.
  
  - Это союз заклинателей золотого источника, - ответила бабушка, глядя не на внучку, а на Цзин Юя. - У них есть башня в столице империи, белая как снег, построенная на месте силы. - Она помолчала. - Десять лет назад мир заклинателей потрясали страшные события. Башня, говорят, была разрушена последователями Чёрной башни - заклинателями огненного источника. Но это всё было далеко отсюда, и я не знаю подробностей. - Её глаза встретились с глазами Цзин Юя. - Думаю, твой друг знает больше моего.
  
  Тишина повисла в комнате, тяжёлая и густая.
  
  - Вы ошибаетесь, - наконец сказал Цзин Юй. Голос его был ровным, но что-то в нём дрогнуло. - Я знаю о том, что случилось, меньше вашего. Но если это правда... - он замолчал, и Мэйлин увидела, как побелели его пальцы, сжавшиеся в кулаки, - то во всём этом виноват я. Я должен узнать, что произошло.
  
  - Хорошо, - спокойно сказала Мэйлин. - Когда ты поправишься, мы отправимся в столицу вместе.
  
  - Ты хочешь сказать, что был запечатан десять лет назад? - вмешалась бабушка.
  
  - Судя по всему, да.
  
  - Десять лет... - прошептала Мэйлин. Она пыталась представить - десять лет в том сером мире, среди больных деревьев и чёрного озера, в одиночестве, без надежды. Десять лет угасания.
  
  - И я отправлюсь один, - твёрдо сказал Цзин Юй, словно не слыша её слов. - Ты что, не слышала первой части того, что я сказал? Это случилось из-за меня.
  
  - Я слышала, - Мэйлин встретила его взгляд. - Я слышала, что ты в этом не участвовал, потому что был запечатан раньше. И ты не знаешь, что произошло дальше.
  
  Цзин Юй открыл рот, чтобы возразить, но она уже отвернулась, давая понять, что разговор окончен.
  
  * * *
  
  После этого Цзин Юя начали мучить кошмары.
  
  Он просыпался посреди ночи - в холодном поту, со сбившимся дыханием, с именами на губах, которые тут же забывал. Лежал, глядя в потолок, пытаясь вспомнить, что ему снилось. Не мог.
  
  Потом вставал и выходил во двор.
  
  Мэйлин несколько раз находила его там - сидящим на крыльце, смотрящим на луну. Он не замечал её, погружённый в свои мысли. На лице его была такая боль, такая вина, что у неё сжималось сердце.
  
  Она не знала, что он сделал. Не знала, за что его запечатали. Но она знала его - знала человека, который защитил её от тварей в сумеречном лесу, потратив последние крохи сил. Который ворчал на неё, но послушно пил её горькие лекарства. Который учил её магии с терпением и мягкостью. Который смотрел на неё так, словно она была чем-то драгоценным.
  
  Какое бы чудовище он ни был в прошлом - сейчас он был просто измученным человеком, потерявшим десять лет жизни и не знавшим, что стало с теми, кого он любил.
  
  Однажды утром он вышел к завтраку с решимостью во взгляде.
  
  - Я больше так не могу, - сказал он. - Я отправляюсь в столицу.
  
  Мэйлин отложила ложку.
  
  - Тогда я отправляюсь с тобой.
  
  - Нет.
  
  - Да.
  
  Они смотрели друг на друга - она упрямо, он с нарастающим раздражением.
  
  - Ты не понимаешь, - процедил Цзин Юй. - Я не безобидный больной, которого ты подобрала в лесу. Я опасен. То, что я сделал...
  
  - Меня не интересует, что ты сделал.
  
  - Должно интересовать! - он повысил голос, и бабушка, сидевшая в углу, подняла бровь. - Мой лучший друг запечатал меня своей жизнью. Своей жизнью, Мэйлин! Ты понимаешь, что нужно сделать, чтобы заслужить такое?
  
  - Нет, - спокойно ответила она. - И ты тоже не понимаешь, потому что не помнишь.
  
  - Я помню достаточно.
  
  - Тогда расскажи мне.
  
  Он осёкся. Отвёл взгляд.
  
  - Я не могу.
  
  - Не можешь или не хочешь?
  
  - Какая разница?!
  
  - Большая. - Мэйлин встала и подошла к нему вплотную. Она была ниже его на целую голову, но сейчас казалось, что это она смотрит на него сверху вниз. - Ты хочешь, чтобы я тебя боялась? Хочешь, чтобы я увидела в тебе чудовище? Не выйдет.
  
  - Я и есть чудовище.
  
  - Чудовища не учат деревенских девчонок магии. Чудовища не благодарят за хлеб с мёдом. Чудовища не плачут во сне, называя чьи-то имена.
  
  Цзин Юй побледнел.
  
  - Ты...
  
  - Я слышала. Каждую ночь. - Голос Мэйлин смягчился. - Ты зовёшь кого-то. Просишь прощения. Чудовища так не делают.
  
  - Ты не знаешь, о чём говоришь, - он попятился от неё, словно она была опаснее любой твари из сумеречного леса. - Рядом со мной ты будешь в опасности. Люди, которые сделали это с Белой башней... если они узнают обо мне... если они узнают о тебе...
  
  - Тогда тем более тебе нужен кто-то, кто будет следить, чтобы ты ел и пил лекарства, - невозмутимо парировала она. - Или ты думаешь, что доберёшься до столицы в одиночку, в твоём-то состоянии?
  
  - Я справлюсь!
  
  - Ты теряешь сознание, если слишком быстро встаёшь со стула, - напомнила она безжалостно. - Ты не можешь призвать даже искорку силы. Ты...
  
  - Хватит! - рявкнул он. - Я запрещаю тебе идти со мной!
  
  - Ты мне не хозяин.
  
  - Я... - он задохнулся от возмущения. - Ты невозможная девчонка!
  
  - А ты - упрямый дурак, который не видит дальше собственного носа!
  
  Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша, - он бледный от гнева, она раскрасневшаяся от запала. Искры почти летели между ними.
  
  Цзин Юй резко повернулся к бабушке.
  
  - Почтенная госпожа, - сказал он, явно пытаясь взять себя в руки, - прошу вас. Объясните вашей внучке, что следовать за человеком вроде меня - безумие. Она вас послушает.
  
  Бабушка неторопливо отпила чай из своей чашки.
  
  - Я не буду становиться между Мэйлин и её заклинателем, - спокойно сказала она. - Разбирайтесь сами.
  
  - Её... - Цзин Юй поперхнулся. - Я не её заклинатель!
  
  - Разве? - бабушка подняла бровь. - Она вытащила тебя из того места. Остановила твоё сердце и снова его запустила. Выходила тебя в собственном доме. - Она посмотрела на него поверх чашки. - Если после всего этого ты всё ещё не её заклинатель, то я не знаю, что ещё нужно сделать.
  
  Цзин Юй открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
  
  Мэйлин, не удержавшись, фыркнула.
  
  - Ну что? - спросила она. - Будешь ещё спорить?
  
  Он посмотрел на неё - на эту невозможную, упрямую, сияющую девчонку, которая почему-то решила, что он стоит того, чтобы его спасать.
  
  И сдался.
  
  - Ты не отстанешь, верно?
  
  - Верно.
  
  - И что бы я ни сказал, ты всё равно пойдёшь за мной?
  
  - Пойду. Хоть на край света.
  
  Он вздохнул - долго, тяжело, как человек, осознавший своё поражение.
  
  - Тогда, - сказал он наконец, - нам лучше начать собираться.
  
  Мэйлин просияла.
  
  Глава 6. В путь
  
  Сборы заняли несколько дней.
  
  Бабушка настояла, чтобы они не спешили - нужно было приготовить достаточно лекарств для Цзин Юя, собрать травы, которые могли понадобиться в дороге, запастись едой и тёплой одеждой. Мэйлин носилась по дому, укладывая вещи в дорожные сумки, проверяя и перепроверяя списки. Цзин Юй сидел в углу и наблюдал за этой суетой с выражением человека, которого несёт бурным потоком и который давно оставил попытки сопротивляться.
  
  Однажды вечером бабушка усадила их обоих за стол и сказала:
  
  - Вам нужно решить, что вы будете рассказывать людям в дороге. Чтобы не напугать их.
  
  - Да, - подхватила Мэйлин, бросив на Цзин Юя выразительный взгляд. - А то он расскажет каждому встречному, что он древнее чудовище и вообще собирается уничтожить мир.
  
  - Почему древнее? - возмутился Цзин Юй.
  
  - Плохо то, что твоё древнее чудовище выглядит как заклинатель, - продолжила бабушка, проигнорировав его протест. Её взгляд скользнул по белым волосам, по слишком светлым глазам, по бледной коже. - Любой, кто хоть немного знаком с миром башен, поймёт, что перед ним не простой путник.
  
  - Никто меня не узнает, - возразил Цзин Юй. - Меня не видели десять лет. Меня, скорее всего, считают мёртвым. - Он криво усмехнулся. - Я сам не узнаю себя в зеркале.
  
  - Тем более, - кивнула бабушка. - Нам нужно хорошее объяснение. Кто вы, что здесь делаете, господин заклинатель, и почему так выглядите.
  
  Они задумались.
  
  - Внешность можно объяснить несчастным случаем с заклинанием, - медленно проговорила Мэйлин. - Я слышала, такое бывает - когда заклинатель теряет контроль над силой, его тело меняется.
  
  - Это объяснит волосы и глаза, - согласилась бабушка. - Но не объяснит, почему заклинатель путешествует с простой травницей.
  
  - Я могу быть его служанкой, - предложила Мэйлин.
  
  - Нет, - тут же отрезал Цзин Юй.
  
  - Почему?
  
  - Потому что нет.
  
  Бабушка задумчиво посмотрела на них.
  
  - Родственники, - сказала она. - Скажете, что вы родственники. Дальние. Он - заклинатель, пострадавший от неудачного ритуала, потерявший часть памяти и сил. Ты - его кузина, травница, которая взялась его сопровождать и лечить. Вы едете в столицу, чтобы найти целителей из Восьмой башни, которые могли бы ему помочь.
  
  Мэйлин обдумала это.
  
  - Звучит правдоподобно, - признала она.
  
  - Я не хочу притворяться её родственником, - пробормотал Цзин Юй.
  
  - А чем ещё? - спросила бабушка с лёгкой усмешкой. - Мужем?
  
  Цзин Юй поперхнулся воздухом. Мэйлин покраснела до корней волос.
  
  - Кузеном! - выпалила она. - Он будет моим кузеном!
  
  - Вот и решили, - удовлетворённо кивнула бабушка.
  
  * * *
  
  В день отъезда Мэйлин проснулась ещё до рассвета.
  
  Она лежала в темноте, глядя в потолок, и думала о том, что покидает дом впервые в жизни. Этот дом, где она выросла, где научилась всему, что знала. Эту деревню, где знала каждое лицо и каждое имя. Этот лес, который был ей другом с детства.
  
  Она не знала, вернётся ли.
  
  "Всё будет хорошо, - сказала она себе. - Я еду не одна".
  
  Бабушка проводила их до околицы деревни.
  
  Она обняла Мэйлин - крепко, молча - и девушка почувствовала, как что-то сжимается в груди. Бабушка никогда не была сентиментальной, никогда не показывала чувств. Но сейчас её руки дрожали.
  
  - Береги себя, - прошептала она. - И его тоже.
  
  - Обещаю.
  
  Потом бабушка повернулась к Цзин Юю.
  
  - Господин заклинатель.
  
  Он склонился в глубоком поклоне.
  
  - Я благодарю вас за всё, что вы для меня сделали, почтенная госпожа. Я этого не забуду.
  
  Бабушка смотрела на него долгим, проницательным взглядом.
  
  - Позаботься о моей внучке, - сказала она. - Она упрямая и своевольная, но у неё доброе сердце. Не дай этому миру его сломать.
  
  - Клянусь, - серьёзно ответил Цзин Юй.
  
  И они отправились в путь.
  
  * * *
  
  Дорога до ближайшего порта занимала, по словам бабушки, около десяти дней пешком. Она дала им немного денег - всё, что смогла, - и объяснила, как лучше идти: по торговому тракту на юг, через городок Линьцзян, а оттуда уже рукой подать до побережья.
  
  Первый день прошёл легко.
  
  Погода стояла ясная, дорога была хорошей, и они шли бок о бок, иногда разговаривая, иногда молча. Хуан трусил позади, нагруженный их скромным скарбом. Мэйлин с любопытством оглядывалась по сторонам - она никогда не была так далеко от дома.
  
  - Смотри, - говорила она, указывая на далёкие горы, синеющие на горизонте. - Как красиво!
  
  Цзин Юй смотрел туда, куда она указывала, и иногда почти улыбался.
  
  К вечеру они остановились у небольшого ручья. Мэйлин развела костёр, приготовила нехитрый ужин из запасов, которые дала бабушка. Они ели, сидя на тёплых от солнца камнях, и смотрели, как гаснет закат.
  
  - Как ты себя чувствуешь? - спросила Мэйлин.
  
  - Нормально.
  
  - Правда?
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Немного устал, - признал он наконец. - Но терпимо.
  
  Мэйлин достала из сумки склянку с укрепляющим отваром.
  
  - Пей.
  
  Он поморщился, но послушно выпил.
  
  - Когда-нибудь, - сказал он, возвращая ей пустую склянку, - ты приготовишь лекарство, которое не будет на вкус как болотная жижа?
  
  - Когда-нибудь, - улыбнулась она. - Но не сегодня.
  
  * * *
  
  На третий день они встретили других путников - небольшой караван торговцев, направлявшихся в ту же сторону.
  
  - Можете идти с нами, - предложил старший из купцов, грузный мужчина с добродушным лицом. - Вместе безопаснее. В этих краях иногда пошаливают разбойники.
  
  Мэйлин вопросительно посмотрела на Цзин Юя. Тот едва заметно кивнул.
  
  - Благодарим за предложение, - сказала она. - С радостью примем.
  
  Караван двигался медленнее, чем они шли вдвоём, но зато теперь у них была компания. Купцы оказались словоохотливыми - они везли ткани и специи в порт, чтобы отправить в столицу, и были рады развлечь себя разговорами в пути.
  
  - А вы, госпожа, кем будете? - спросил старший купец, с любопытством поглядывая на Мэйлин.
  
  - Травница, - ответила она. - Еду в столицу с кузеном.
  
  Взгляд купца скользнул по Цзин Юю - по белым волосам, по бледному лицу, по слишком светлым глазам.
  
  - Ваш кузен... заклинатель?
  
  - Да, - Мэйлин вздохнула, и в голосе её прозвучала хорошо отрепетированная печаль. - Несчастный случай с заклинанием. Он потерял контроль над силой, и... - она развела руками. - Вот, везу его к целителям Восьмой башни. Говорят, они могут помочь.
  
  - Ох, горе-то какое, - купец сочувственно покачал головой. - Слышал я о таких случаях. Магия - дело опасное.
  
  Цзин Юй сидел молча, с отсутствующим видом глядя в пространство. Он отлично играл роль человека, потерявшего часть себя.
  
  - Он не разговаривает? - шёпотом спросил купец у Мэйлин.
  
  - Разговаривает, - так же шёпотом ответила она. - Но не любит.
  
  Купец понимающе кивнул и больше не приставал к Цзин Юю с вопросами.
  
  * * *
  
  На седьмой день они достигли городка Линьцзян.
  
  После тихой деревни и пустынных дорог город показался Мэйлин огромным и шумным. Узкие улочки были забиты людьми - торговцами, ремесленниками, крестьянами, пришедшими на рынок. Со всех сторон доносились крики зазывал, стук молотков, скрип телег.
  
  - Держись ближе, - тихо сказал Цзин Юй, беря её за руку.
  
  Они попрощались с караваном - купцы сворачивали к складам - и отправились искать место для ночлега. Постоялый двор нашёлся быстро - небольшой, но чистый, с приветливой хозяйкой.
  
  - Две комнаты, - сказала Мэйлин.
  
  Хозяйка окинула их оценивающим взглядом.
  
  - Муж с женой?
  
  - Кузены, - быстро поправила Мэйлин.
  
  - А, ну да, ну да, - хозяйка понимающе улыбнулась. - Конечно, кузены. Две комнаты рядом, как раз есть свободные.
  
  Мэйлин открыла рот, чтобы объяснить, но Цзин Юй сжал её руку.
  
  - Благодарим, - сказал он. - Нас это устроит.
  
  Когда они поднялись наверх, Мэйлин возмущённо зашептала:
  
  - Она думает, что мы...
  
  - Пусть думает, что хочет, - пожал плечами Цзин Юй. - Это не важно.
  
  - Но...
  
  - Мэйлин, - он посмотрел на неё устало. - Мы путешествуем вместе. Люди будут думать разное. Мы не можем объяснять каждому встречному природу наших отношений.
  
  Она хотела возразить, но поняла, что он прав. И всё равно щёки её горели ещё долго после того, как она закрыла за собой дверь своей комнаты.
  
  * * *
  
  Ещё три дня пути - и они наконец увидели море.
  
  Мэйлин никогда раньше не видела моря. Она остановилась на вершине холма и замерла, не в силах отвести взгляд. Бескрайняя синяя гладь простиралась до самого горизонта, сливаясь с небом. Белые гребни волн бежали к берегу, разбиваясь о камни. Ветер пах солью и водорослями.
  
  - Это... - она не могла подобрать слов.
  
  - Красиво, - тихо сказал Цзин Юй, стоя рядом с ней. - Я тоже давно не видел моря.
  
  Портовый город был ещё больше и шумнее Линьцзяна. Здесь всё крутилось вокруг торговли - склады, лавки, таверны для моряков. Корабли теснились у причалов, их мачты качались на волнах, как лес голых деревьев.
  
  Они нашли корабль, отправлявшийся в столичный порт, на следующий день.
  
  "Белая чайка" - так называлось судно - была большим торговым кораблём с двумя мачтами и просторной палубой. Капитан, загорелый мужчина с седой бородой и цепким взглядом, брал и пассажиров, и грузы.
  
  - До столицы - семь серебряных монет с человека, - сказал он, оглядывая их. - Питание отдельно. Каюта на двоих - ещё три серебряных.
  
  Мэйлин быстро подсчитала. Денег хватало - впритык, но хватало.
  
  - Мы согласны.
  
  - Отплываем на рассвете, - капитан кивнул. - Будьте на борту до того, как солнце покажется над водой, или уплывём без вас.
  
  * * *
  
  Ночь перед отплытием Мэйлин почти не спала.
  
  Она лежала в комнате дешёвой портовой гостиницы, слушала шум волн за окном и думала о том, как далеко она уже от дома. И как далеко ей ещё предстоит уйти.
  
  На рассвете они поднялись на борт "Белой чайки".
  
  Корабль был полон - купцы с товарами, несколько чиновников низкого ранга, паломники, направлявшиеся в столичные храмы, просто путешественники. Матросы сновали по палубе, готовя судно к отплытию. Пахло смолой, солью и рыбой.
  
  Мэйлин и Цзин Юй нашли свою каюту - крошечную, с двумя узкими койками и одним иллюминатором. Но после ночёвок под открытым небом и переполненных постоялых дворов это казалось роскошью.
  
  - Устраивайся, - сказал Цзин Юй. - Я поднимусь на палубу, посмотрю на отплытие.
  
  Мэйлин быстро разложила вещи и поспешила за ним.
  
  Она нашла его у борта, смотрящего на удаляющийся берег. Паруса наполнились ветром, корабль набирал ход. Портовый город становился всё меньше и меньше, превращаясь в горстку игрушечных домиков у кромки воды.
  
  - Мы плывём в столицу, - прошептала Мэйлин, не веря самой себе.
  
  Цзин Юй не ответил. Он смотрел вперёд - туда, где за горизонтом ждало неизвестное будущее.
  
  Ветер трепал его белые волосы, выбившиеся из-под шпильки. В бледных глазах отражалось небо.
  
  Мэйлин встала рядом с ним и положила руку на его ладонь, лежащую на поручне.
  
  Он не отстранился.
  
  И они вместе смотрели, как берег исчезает в утренней дымке.
  
  Глава 7. Шторм
  
  Первые дни плавания дались Цзин Юю тяжело.
  
  Он отвык от людей. Десять лет в сумеречном лесу, где его единственными спутниками были твари и тишина, научили его одиночеству. А теперь он оказался на корабле, полном жизни, шума и чужих взглядов.
  
  Люди были повсюду. Купцы громко торговались друг с другом, обсуждая цены и товары. Матросы перекрикивались, работая с парусами и снастями. Паломники пели свои гимны на рассвете и закате. Дети - откуда на корабле взялись дети? - носились по палубе, визжа от восторга.
  
  Цзин Юй старался держаться в стороне.
  
  Он нашёл тихое место на корме, у самого борта, где можно было смотреть на волны и не видеть лиц. Он часами сидел там, глядя, как вода вспенивается за кораблём, и пытался не думать о том, что ждёт его в столице.
  
  Мэйлин же, напротив, расцвела.
  
  Она перезнакомилась со всеми на борту за первый же день. Помогала корабельному повару - он оказался земляком её бабушки. Играла с детьми, рассказывая им сказки. Болтала с купеческими жёнами о тканях и украшениях.
  
  И лечила.
  
  Каждый день кто-нибудь приходил к ней с просьбой о помощи. Матрос порезал руку. У чиновника разболелся зуб. Старая паломница жаловалась на боли в спине. Мэйлин никому не отказывала - доставала свои травы, готовила отвары, накладывала компрессы.
  
  - Ты не обязана, - сказал ей Цзин Юй, когда она в очередной раз убежала к кому-то по зову.
  
  - Я знаю, - улыбнулась она. - Но я хочу.
  
  И убежала, оставив его одного.
  
  Цзин Юй не обижался. Он понимал, что она не может сидеть с ним безвылазно. И ему нужно было привыкать справляться самому.
  
  * * *
  
  На корабле были другие заклинатели.
  
  Цзин Юй заметил их в первый же день - троих мужчин в дорогих одеждах, с характерной осанкой и уверенными движениями. Двое из них были заклинателями земного источника - он чувствовал их силу, тяжёлую и плотную, как горный камень. Третий принадлежал к водной стихии - от него веяло прохладой и текучей мощью.
  
  Раньше они бы заметили его первыми.
  
  Раньше от него исходило сияние силы, ослепительное, как луна в безоблачную ночь. Первый ученик Белой башни, блестящий маг, гордость своего учителя - он привык, что другие заклинатели узнают его издалека, кланяются, ищут его внимания.
  
  Теперь эти трое прошли мимо него, даже не взглянув.
  
  Он был для них пустым местом. Бледным человеком с белыми волосами, без капли ощутимой силы. Может быть, они решили, что он просто болен. Может быть, вообще не обратили внимания.
  
  Цзин Юй сказал себе, что это к лучшему. Что ему не нужно внимание. Что анонимность - это защита.
  
  Но что-то внутри него - маленькое, глупое, тщеславное - всё равно сжалось от унижения.
  
  * * *
  
  Ночи были хуже всего.
  
  Каюта была тесной, койки - узкими, но дело было не в этом. Дело было в том, что стоило Цзин Юю закрыть глаза, как начинались кошмары.
  
  Он видел огонь - много огня, пожирающего что-то белое и прекрасное. Слышал крики - много криков, но не мог разобрать слов. Видел лица - размытые, неузнаваемые, искажённые ужасом и болью.
  
  И видел его. Своего друга. Лян Хэ.
  
  Тёмные глаза смотрели на него с невыносимой печалью. Губы шевелились, произнося что-то, но Цзин Юй не слышал ни слова. А потом - вспышка огня, и всё исчезало.
  
  Он просыпался, задыхаясь, с бешено колотящимся сердцем. Лежал в темноте, глядя в низкий потолок, и пытался отдышаться.
  
  Однажды Мэйлин проснулась от его рваного дыхания.
  
  - Опять? - тихо спросила она.
  
  - Спи, - ответил он. - Всё в порядке.
  
  Но она уже поднялась со своей койки и села рядом с ним.
  
  - Ты не можешь так продолжать, - сказала она. - Ты не спишь уже несколько ночей.
  
  - Я в порядке.
  
  - Нет, не в порядке. - Она взяла его руку в свои. - Позволь мне помочь.
  
  - Ты не можешь помочь. Это... - он замолчал. - Это то, через что я должен пройти сам.
  
  Мэйлин помолчала. Потом легла рядом с ним - на узкую койку, где едва хватало места для одного - и обняла его.
  
  - Что ты делаешь? - напрягся Цзин Юй.
  
  - Составляю тебе компанию, - невозмутимо ответила она. - Если ты не спишь, я тоже не буду.
  
  - Это глупо.
  
  - Возможно.
  
  - Тебе нужен отдых.
  
  - Тебе тоже.
  
  Он хотел возразить, но она уже закрыла глаза, устроив голову у него на плече. Её дыхание было тёплым и ровным. Её рука лежала у него на груди, прямо над сердцем.
  
  Цзин Юй лежал неподвижно, боясь пошевелиться.
  
  Он не помнил, когда в последний раз кто-то был так близко. Её тепло просачивалось сквозь ткань, согревая его вечно мёрзнущее тело. Запах трав и мёда - её запах - окутывал его, успокаивал.
  
  Мэйлин заснула быстро - она устала за день, бегая между пациентами. Но даже во сне она не отпустила его, продолжая обнимать, словно боялась, что он исчезнет.
  
  Цзин Юй лежал, глядя в темноту, и слушал её дыхание.
  
  И впервые за много ночей кошмары не пришли.
  
  * * *
  
  На пятый день плавания небо начало меняться.
  
  Утро выдалось хмурым - солнце скрылось за плотными облаками, и ветер, до того попутный и ровный, стал порывистым, капризным. К полудню облака потемнели, наливаясь свинцовой тяжестью.
  
  Капитан, до того благодушный и спокойный, нахмурился.
  
  - Шторм идёт, - сказал он, оглядывая горизонт. - И серьёзный.
  
  Матросы забегали по палубе, закрепляя грузы, убирая паруса. Пассажирам велели спуститься в каюты и не выходить.
  
  Мэйлин и Цзин Юй сидели в своей крошечной каюте, слушая, как нарастает вой ветра. Корабль начало покачивать - сначала легко, потом всё сильнее.
  
  - Ты в порядке? - спросила Мэйлин.
  
  - Да, - он смотрел в иллюминатор, за которым клубились чёрные тучи. - Но шторм будет сильным. Очень сильным.
  
  Он оказался прав.
  
  Буря обрушилась на них внезапно, как хищник на добычу. Небо раскололось молнией, и следом за ней пришёл гром - оглушительный, сотрясающий корабль до самого киля. Волны вздыбились, превращаясь в водяные горы, и "Белая чайка" запрыгала между ними, как щепка.
  
  Люди кричали. Дети плакали. Где-то с грохотом сорвался плохо закреплённый груз.
  
  - Оставайся здесь, - сказал Цзин Юй и, прежде чем Мэйлин успела возразить, выскользнул из каюты.
  
  Он пробирался по коридору, держась за стены. Корабль кренило так, что идти было почти невозможно. Вода хлестала откуда-то сверху - волны перехлёстывали через борт.
  
  Он выбрался на палубу - и ветер едва не сбил его с ног.
  
  Мир вокруг превратился в хаос воды и ветра. Волны вздымались выше мачт, обрушиваясь на палубу с рёвом разъярённого зверя. Молнии полосовали небо, высвечивая искажённые ужасом лица матросов. Одна из мачт треснула, накренилась, и только чудом не упала.
  
  Капитан стоял у штурвала, вцепившись в него побелевшими пальцами, но было видно - он проигрывает. Корабль не слушался руля, его несло прямо на гребень огромной волны.
  
  "Мы все погибнем", - понял Цзин Юй.
  
  Он увидел троих заклинателей - они выбрались на палубу, пытаясь помочь. Заклинатели земли укрепляли корпус корабля, не давая ему развалиться. Водный маг пытался отвести волны - но их было слишком много, слишком сильные.
  
  Никто из них не управлял воздухом.
  
  Цзин Юй закрыл глаза.
  
  Он потянулся внутрь себя - туда, где когда-то сияло его ядро силы, яркое, как полная луна. Теперь там едва теплился огонёк - жалкий, слабый. Его меридианы были повреждены, его сила - почти исчерпана.
  
  Но он был первым учеником Белой башни. Он был Сюаньчжи, блестящий маг, которого боялись и которым восхищались.
  
  И он не позволит этим людям умереть.
  
  Он потянул силу - всю, какая у него была. Потянул так, как не тянул никогда, выскребая последние капли со дна опустевшего колодца. Меридианы взвыли от боли, но он не остановился.
  
  Он воззвал к воздуху.
  
  Сила потекла из него - тонкой, прерывистой струйкой, но потекла. Он направил её вверх, к мачтам, к парусам, вокруг всего корабля.
  
  И создал крылья.
  
  Они развернулись по бокам корабля - огромные, сотканные из чистой силы, сияющие бледным серебристым светом даже сквозь пелену дождя. Воздушные крылья, способные нести судно над волнами.
  
  Раньше это было для него пустяком. Раньше он мог держать такие крылья часами, играючи.
  
  Теперь каждое мгновение было агонией.
  
  Но он держал. Корабль поднялся над бушующим морем, скользя по воздуху, как птица. Они неслись над штормом, над волнами, над хаосом - к чистому небу впереди.
  
  Цзин Юй чувствовал, как сила утекает из него. Как пустеет ядро. Как трещат меридианы, не выдерживая нагрузки.
  
  "Ещё немного, - говорил он себе. - Ещё немного".
  
  Они вырвались из шторма.
  
  Корабль мягко опустился на спокойную воду, и крылья растаяли. Впереди синело чистое небо, за кормой клубились чёрные тучи.
  
  Цзин Юй стоял у мачты, держась за неё, чтобы не упасть. Мир плыл перед глазами. В ушах звенело. Он не чувствовал собственного тела.
  
  Он услышал шаги. Чей-то голос - знакомый, невозможно знакомый.
  
  - Сюаньчжи?
  
  Он повернул голову.
  
  Перед ним стоял немолодой человек в простой одежде целителя. Волосы его поседели, лицо покрылось морщинами, но глаза - карие, тёплые, умные - остались прежними.
  
  Шэнь Лин. Целитель из Восьмой башни. Один из немногих, кого Цзин Юй когда-то считал другом.
  
  - Сюаньчжи, - повторил целитель, и в голосе его было потрясение. - Это правда ты?
  
  Цзин Юй хотел ответить.
  
  Но мир вокруг него померк, и он рухнул на палубу.
  
  * * *
  
  Мэйлин видела всё.
  
  Она выбралась на палубу вопреки приказу - не могла оставаться в каюте, не зная, что происходит. Она видела, как Цзин Юй встал у мачты, как закрыл глаза, как по его телу пробежала волна серебристого света.
  
  Она видела крылья.
  
  Они были прекрасны - огромные, сияющие, невозможные. Они несли корабль над бурей, и в этот момент Мэйлин впервые по-настоящему поняла, кем был человек, которого она подобрала в сумеречном лесу.
  
  Не просто заклинателем.
  
  Чем-то большим.
  
  А потом крылья исчезли, и он упал.
  
  Мэйлин бросилась к нему, расталкивая застывших в изумлении людей. Рухнула на колени рядом с ним, схватила за руку.
  
  Рука была ледяной.
  
  - Цзин Юй! - закричала она. - Цзин Юй, очнись!
  
  Он не отвечал. Он не дышал.
  
  - Нет, - прошептала она. - Нет, нет, нет...
  
  Она прижала ладони к его груди, потянулась своей силой - и натолкнулась на стену. Его защитный барьер, последний рубеж обороны, вставший даже сейчас, даже в беспамятстве.
  
  - Пусти меня! - она ударила кулаком по его груди. - Пусти меня, идиот!
  
  Барьер дрогнул. Раскрылся. Впустил её.
  
  Она ворвалась внутрь - и задохнулась от того, что почувствовала. Пустота. Холод. Ядро силы, едва тлеющее, как последний уголёк в золе. Меридианы, исполосованные трещинами, кровоточащие силой.
  
  - Посторонись, - услышала она голос за спиной.
  
  Рядом с ней опустился на колени тот немолодой человек - целитель, судя по одежде. Он положил руки на грудь Цзин Юя, закрыл глаза - и тут же открыл.
  
  - Барьер, - сказал он. - Он меня не пускает.
  
  - Меня пускает, - выдохнула Мэйлин.
  
  Целитель посмотрел на неё - быстрым, оценивающим взглядом.
  
  - Ты целительница?
  
  - Травница. Но я... я могу чувствовать его.
  
  - Тогда ты будешь моими руками. - Он схватил её за запястье. - Делай, что я скажу. Направь силу сюда... теперь сюда... держи вот эту точку...
  
  Мэйлин повиновалась. Она чувствовала, как сила целителя течёт через неё - мощная, уверенная, совсем не похожая на её собственную. Она направляла эту силу туда, куда он указывал, латала трещины, согревала холод.
  
  - Не вздумай умирать, - бормотал целитель, пока они работали. - Не вздумай умирать, когда я тебя только нашёл.
  
  Это продолжалось долго. Мэйлин потеряла счёт времени. Она знала только, что руки её дрожат от напряжения, что собственная сила на исходе, что она вот-вот упадёт рядом с Цзин Юем.
  
  И тогда - наконец - она почувствовала это.
  
  Сердцебиение. Слабое, едва различимое, но настоящее.
  
  Цзин Юй дышал.
  
  Мэйлин откинулась назад, и мир закружился перед глазами.
  
  - Молодец, - услышала она голос целителя, словно издалека. - Ты молодец, девочка. Он жив.
  
  * * *
  
  Три дня Цзин Юй не приходил в себя.
  
  Его перенесли в каюту - просторную, принадлежавшую одному из купцов, который уступил её без единого слова. После того, что случилось, после крыльев, которые спасли корабль, никто бы не посмел отказать.
  
  Целитель Шэнь Лин не отходил от него. И Мэйлин тоже.
  
  Они по очереди вливали в него силу - по капле, осторожно, чтобы не навредить повреждённым меридианам. Целитель готовил какие-то снадобья, Мэйлин поила его своими отварами. Они растирали ему руки и ноги, чтобы разогнать кровь. Переворачивали, чтобы не затекало тело.
  
  Цзин Юй лежал неподвижно, бледный как смерть. Только лёгкое движение груди говорило о том, что он ещё жив.
  
  - Он выберется, - говорил Шэнь Лин, но в голосе его не было уверенности. - Он упрямый. Он всегда был упрямым.
  
  На третий день Цзин Юй открыл глаза.
  
  Мэйлин сидела рядом, держа его за руку. Она увидела, как дрогнули его ресницы, как приподнялись веки.
  
  - Цзин Юй? - прошептала она.
  
  Он медленно повернул голову. Посмотрел на неё - мутным, расфокусированным взглядом.
  
  - Мэйлин, - хрипло сказал он.
  
  Она не выдержала - склонилась над ним, прижалась лбом к его лбу.
  
  - Идиот, - прошептала она. - Идиот, идиот, идиот. Ты чуть не умер.
  
  - Я знаю.
  
  - Ты обещал мне не умирать.
  
  - Я не умер.
  
  Она всхлипнула - то ли от облегчения, то ли от злости.
  
  - Трогательно, - раздался голос от двери. Шэнь Лин вошёл в каюту с подносом в руках. - Рад видеть тебя среди живых, Сюаньчжи.
  
  Цзин Юй повернул голову к нему.
  
  - Шэнь Лин, - сказал он. - Давно не виделись.
  
  - Десять лет, - кивнул целитель, ставя поднос на столик. - Ты выглядишь ужасно.
  
  - Спасибо.
  
  Целитель присел на край кровати, взял запястье Цзин Юя, считая пульс.
  
  - Лучше, - констатировал он. - Но тебе ещё долго восстанавливаться.
  
  - Расскажи мне, - сказал Цзин Юй.
  
  - Что рассказать?
  
  - Всё. Что случилось за эти десять лет. С Белой башней. С...
  
  - Нет, - отрезал целитель.
  
  Цзин Юй нахмурился.
  
  - Что значит "нет"?
  
  - Значит, что я буду что-то рассказывать только после того, как ты придёшь в относительно нормальное состояние. - Шэнь Лин смерил его суровым взглядом. - Сейчас любое потрясение может тебя добить. Так что сначала - еда, лекарства, сон. Потом - разговоры.
  
  - Шэнь Лин...
  
  - Не спорь со мной. Я целитель, ты - пациент. - Он помолчал. - И вообще, как ты дошёл до жизни такой? Что с тобой случилось?
  
  Цзин Юй долго молчал.
  
  - Мой спор с Лян Хэ по философским вопросам, - наконец сказал он, и голос его был сухим, как осенние листья, - перешёл разумные пределы. И он не нашёл ничего лучшего, чем запечатать меня своей жизнью.
  
  Шэнь Лин замер.
  
  - Лян Хэ запечатал тебя?
  
  - Да.
  
  - Своей жизнью?
  
  - Да.
  
  Целитель медленно выдохнул.
  
  - Тогда понятно, - сказал он. - Очень глупо. Но в вашем стиле.
  
  - Что это значит?
  
  - Это значит, что вы оба всегда были упрямыми идиотами, которые предпочитали драматические жесты нормальному разговору. - Шэнь Лин покачал головой. - А рассказывают, между прочим, что ты убил его. И то ли сам погиб тоже, то ли исчез в клубах чёрного дыма, злобно хохоча.
  
  Цзин Юй закрыл глаза.
  
  - Мне теперь наконец что-нибудь расскажут? - спросил он.
  
  Шэнь Лин помолчал. Посмотрел на Мэйлин, которая сидела рядом, не отпуская руку Цзин Юя.
  
  - Послушай, - медленно сказал он. - Я не был свидетелем этих событий. Я знаю всё только с чужих слов. Я расскажу тебе про падение Белой башни так, как про это рассказывают люди. Не возмущайся. Просто послушай. И потом решай, что делать.
  
  Цзин Юй открыл глаза.
  
  - Рассказывай, - сказал он.
  
  Шэнь Лин вздохнул, собираясь с мыслями.
  
  И начал говорить.
  
  Глава 8. История падения
  
  Шэнь Лин помолчал, собираясь с мыслями. За иллюминатором плескались волны - спокойные теперь, ласковые, словно и не было никакого шторма.
  
  - Десять лет назад, - начал он, - Белая башня была грозной силой. Золотой источник питал её, и маги башни были могущественны, как мало кто в империи.
  
  Он усмехнулся - невесело, с горечью.
  
  - А ещё это было сборище сильных, гордых и большей частью пустоголовых заклинателей. Они так привыкли к своему могуществу, что разучились видеть опасность. Глава башни, почтенный Чжоу Мин, хоть и был уже немолод, тоже отличался... - целитель поискал слова, - гордостью, пустоголовостью и болезненным честолюбием. Он был одержим величием башни, но понимал это величие весьма своеобразно.
  
  Цзин Юй лежал неподвижно, глядя в потолок. Лицо его было непроницаемым.
  
  - А его первый ученик... - Шэнь Лин посмотрел на него, и в глазах целителя мелькнуло что-то похожее на печаль. - Его первый ученик, Сюаньчжи, был блестящим во всех отношениях магом. Сильным. Гордым. Самоуверенным. Но при этом - добрым и отзывчивым. Все любили его, и он отвечал тем же.
  
  Мэйлин бросила взгляд на Цзин Юя. Его челюсти были крепко сжаты.
  
  - Это пока были мои слова, - продолжал Шэнь Лин. - А теперь перейдём к тому, как описывают случившееся.
  
  Он снова помолчал, словно собираясь с духом.
  
  - Наша империя вела войну с северным соседом. Затяжную, кровопролитную, бессмысленную войну за спорные земли, которые не нужны были ни той, ни другой стороне. Маги Белой башни - башни золотого источника - сражались на стороне империи. А маги Чёрной башни - башни огненного источника - тоже участвовали в ней, хотя их башня стояла на землях, формально принадлежавших другому королевству.
  
  Он потёр переносицу.
  
  - И вот что рассказывают люди. Первый ученик Белой башни - Сюаньчжи - был подкуплен магами Чёрной. Не известно, что ему пообещали. Власть? Богатство? Тайные знания? Никто не знает. Но он перетащил на свою сторону часть магов Белой башни и... убил главу.
  
  Цзин Юй резко повернул голову.
  
  - Я не...
  
  - Я рассказываю, что говорят люди, - мягко перебил его Шэнь Лин. - Ты обещал выслушать.
  
  Цзин Юй стиснул зубы и отвернулся.
  
  - Но доблестный Лян Хэ, - продолжал целитель, и в голосе его прозвучала едва заметная ирония, - каким-то образом остановил предателя. Пожертвовав своей жизнью, он запечатал Сюаньчжи - и тот сгинул, то ли погиб, то ли исчез в клубах чёрного дыма, злобно хохоча.
  
  - Злобно хохоча? - не выдержала Мэйлин.
  
  - Так говорят. - Шэнь Лин пожал плечами. - Люди любят красочные детали.
  
  - И этому верят?
  
  - Люди верят в то, что им удобно. - Целитель вздохнул. - Но это было только начало. Белая башня осталась без главы, без первого ученика, расколотая изнутри. И тогда пришла Чёрная.
  
  Он замолчал. За иллюминатором кричали чайки.
  
  - Бессчётное число магов погибло в ту ночь. Башня - та самая Белая башня, что стояла тысячу лет - была разрушена. Нашей империи было навязано постыдное перемирие, по которому мы потеряли половину спорных земель и ещё кое-что в придачу. А то, что осталось от Белой башни... - он покачал головой. - Она и сейчас в запустении. Руины и пепел.
  
  Тишина повисла в каюте.
  
  - Ты знаешь, кто погиб? - тихо спросил Цзин Юй. - В Белой башне. И в Чёрной. И кто стоит во главе теперь?
  
  Шэнь Лин помедлил.
  
  - Я знаю только о некоторых, - сказал он. - Старый мастер Юнь Цзян, твой учитель алхимии - он погиб, защищая библиотеку. Говорят, он до последнего вздоха не выпускал из рук древние свитки.
  
  Цзин Юй закрыл глаза. Мастер Юнь Цзян учил его, когда он был ещё мальчишкой. Ворчливый старик с добрыми глазами, который всегда прятал для него засахаренные сливы.
  
  - Госпожа Лю Мэй, хранительница западного крыла, - продолжал Шэнь Лин. - Тоже погибла. Она вывела из башни учеников - детей - и вернулась за остальными. Больше её никто не видел.
  
  Лю Мэй. Строгая женщина с седой прядью в чёрных волосах. Она никогда не улыбалась, но именно она просиживала ночи у постелей больных учеников.
  
  - Твой друг Вэй Цин - помнишь его? - выжил. Но потерял обе ноги. Сейчас живёт где-то на юге, держит лавку благовоний. Не хочет иметь ничего общего с миром заклинателей.
  
  Вэй Цин. Они вместе росли, вместе учились, вместе мечтали о великих свершениях. Вэй Цин лучше всех танцевал с мечом.
  
  - Младшая сестра Лян Хэ, Лян Юэ - она была тогда совсем девочкой - пропала без вести. Никто не знает, жива ли она.
  
  Маленькая Юэ. Она ходила за Цзин Юем хвостиком, называла его "старший брат" и просила показать фокусы с золотым светом.
  
  - А что до Чёрной башни... - Шэнь Лин помолчал. - Там тоже были потери. Но я знаю меньше.
  
  - А кто управляет теперь? - голос Цзин Юя был хриплым. - Белой башней. И Чёрной.
  
  - Белой - не знаю. Там какой-то совет из выживших старейшин. Говорят, они больше заняты выяснением отношений друг с другом, чем восстановлением башни. - Целитель помедлил. - А во главе Чёрной - твой второй лучший друг. Си Ень.
  
  Цзин Юй вздрогнул.
  
  - Си Ень?
  
  - Он стал главой Чёрной башни после той ночи. - Шэнь Лин говорил медленно, тщательно подбирая слова. - Он уже десять лет назад был... немного безумен. А теперь говорят, что он полностью сошёл с ума. Его называют Демоном Чёрной башни.
  
  - Что... что с ним случилось?
  
  Шэнь Лин вздохнул.
  
  - Рассказывают разное. Говорят, он не покидает Зал Глубин - это сердце Чёрной башни, место, где бьёт огненный источник. Говорят, все зеркала в его покоях завешены чёрной тканью, потому что он не выносит собственного отражения. Говорят, он разговаривает с тенями - ведёт долгие беседы с кем-то, кого никто больше не видит.
  
  Мэйлин почувствовала, как похолодело в груди.
  
  - Говорят, - продолжал целитель, - что никто не видел, чтобы он ел. Только пьёт чёрное вино из чаши, вырезанной из человеческого черепа. Говорят, он вырезал целый город за одно лишь подозрение в шпионаже. Что вызывает мёртвых из могил, чтобы допросить их. Что его глаза больше не светятся жизнью - только тлеют, как угли в золе.
  
  Цзин Юй лежал неподвижно. Он был бледен, как полотно.
  
  - Конечно, - добавил Шэнь Лин, - половина этого - наверняка выдумки. Люди любят страшные истории. Но что-то... что-то в них есть. Я видел тех, кто встречался с ним. Они все были... напуганы. По-настоящему напуганы.
  
  - Так ты знал, что он мой друг? - тихо спросил Цзин Юй.
  
  - Все знали. - Шэнь Лин посмотрел на него с горькой усмешкой. - Вы трое - ты, Лян Хэ и Си Ень - были неразлучны. Вас называли "три луны". Блестящие молодые маги, надежда своих башен. - Он помолчал. - А почему ты думаешь, люди так легко поверили, что ты предатель? Твоя дружба с главой Чёрной башни была известна всем.
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - Хорошо, - наконец сказал он. Голос его звучал глухо, надломленно. - Теперь я расскажу то, что знаю и помню.
  
  Он закрыл глаза, собираясь с мыслями. Мэйлин видела, как дрожат его руки.
  
  - Я был глуп, - начал он. - Самонадеян. Я думал, что могу решать за других. Что я лучше знаю, как должно быть.
  
  Он помолчал.
  
  - Мы с Си Енем были близкими друзьями с юности. Он рос в Чёрной башне, я - в Белой, но мы встречались на советах, на праздниках, просто так. Он был... - голос Цзин Юя дрогнул. - Он был как брат мне. И мы оба не понимали, почему маги должны сражаться друг с другом из-за глупых претензий между государствами. Из-за клочков земли. Из-за гордости королей.
  
  - И что вы решили? - тихо спросил Шэнь Лин.
  
  - Мы решили это изменить. - Цзин Юй открыл глаза, глядя в потолок. - Это сейчас звучит дико даже для меня. Но тогда... тогда мы были молоды и верили, что можем изменить мир.
  
  Он сделал паузу.
  
  - Я готовил почву, чтобы захватить власть в Белой башне. А Си Ень делал то же самое в Чёрной. Мы договорились, что когда оба станем главами, мы заключим вечный мир между башнями. Откажемся участвовать в человеческих войнах. Создадим союз, который будет стоять над королевствами.
  
  - Амбициозно, - заметил Шэнь Лин без осуждения.
  
  - Безумно, - поправил Цзин Юй. - Но тогда это казалось правильным. На мою сторону перешли многие маги. Я был... я был очень убедителен. Я верил в то, что говорил, и они верили мне.
  
  Он замолчал надолго.
  
  - Я теперь даже не знаю, что собирался сделать с главой, - прошептал он. - Неужели я действительно убил бы его? Он бы не отдал власть просто так. Он скорее сжёг бы башню, чем уступил.
  
  - А Лян Хэ? - спросил Шэнь Лин.
  
  - Лян Хэ был против. С самого начала. Он говорил, что я играю с огнём. Что нельзя строить мир на крови. Что я не имею права решать за всех. - Цзин Юй горько усмехнулся. - Он был прав, конечно. Он всегда был прав.
  
  - И он...
  
  - Он сказал, что хочет поговорить со мной. В последний раз. Попытаться переубедить. Мы встретились в Павильоне Серебряных Ив, на нейтральной земле. Я думал... - голос его надломился. - Я думал, мы просто поговорим. Поспорим, как всегда. Может быть, поругаемся. Но он...
  
  Он не смог продолжить.
  
  - Он запечатал тебя, - тихо закончил за него Шэнь Лин.
  
  - Он запечатал меня своей жизнью. - Цзин Юй закрыл глаза. - Я даже не успел понять, что происходит. Просто - вспышка света, боль, и темнота. А когда я очнулся, я был уже там. В том сером месте. Один.
  
  Тишина.
  
  Мэйлин сидела, сжав руки в кулаки. Она слушала - и с каждым словом в ней нарастало что-то горячее, яростное.
  
  - Я считаю, - вдруг сказала она, - что твой план мог удаться.
  
  Оба мужчины повернулись к ней - Цзин Юй с изумлением, Шэнь Лин с любопытством.
  
  - Если бы не твой друг-чистоплюй, - продолжала Мэйлин, и голос её звенел от сдерживаемого гнева. - Ты сам сказал - многие пошли за тобой. Ты мог стать главой Белой башни. Твой друг стал главой Чёрной. Вы бы заключили мир и остановили войну. И многие - многие! - остались бы живы.
  
  - Мэйлин... - начал Цзин Юй.
  
  - Нет, послушай! - она вскочила на ноги. - Лян Хэ не решился на честный поединок с тобой. Он знал, что проиграет, потому что ты сильнее. И вместо этого он обрёк тебя на медленную мучительную смерть. Ты бы не выбрался сам - ты бы просто умер там, в одиночестве, в темноте!
  
  - Он хотел меня остановить...
  
  - Он хотел, чтобы всё было по его правилам! - Мэйлин почти кричала. - Он безответственно оставил Белую башню в хаосе! Он не подумал о последствиях! Он решил, что лучше всех знает, как поступить, и решил за всех - точно так же, как ты! Только ты хотя бы пытался что-то построить, а он просто всё разрушил!
  
  Она перевела дыхание.
  
  - А твой друг из Чёрной башни - Си Ень - он ведь выполнил обещание. Он стал главой. Он остановил войну. Что до методов... - она помолчала. - Я думаю, он мстил за тебя. И его можно понять.
  
  - Мэйлин, - Цзин Юй смотрел на неё широко раскрытыми глазами. - Ты не понимаешь...
  
  - Я понимаю! - она шагнула к нему. - Я понимаю, что всё, что ты задумал, осталось только планом. Ты не успел ничего совершить. Мы не знаем, как бы развернулись события. Может, ты бы справился. Может, нет. Но ты не можешь винить себя за то, что произошло после - потому что тебя там не было!
  
  Она стояла перед ними - раскрасневшаяся, с пылающими глазами, с золотыми искрами в карих радужках.
  
  - Ну? - бросила она с вызовом. - Скажите, в чём я не права?
  
  Цзин Юй и Шэнь Лин переглянулись.
  
  - Может, ты и права, девочка, - медленно сказал целитель. В голосе его было странное выражение - что-то среднее между удивлением и уважением. - Я никогда не думал об этом так, но... может, ты и права.
  
  Он посмотрел на Цзин Юя.
  
  - Я бы хотел посмотреть на Сюаньчжи - главу Белой башни. Посмотреть, что бы он сделал.
  
  - Какой из меня глава, - тихо сказал Цзин Юй. Он закрыл лицо руками. - Посмотри на меня. Я не могу даже встать с кровати.
  
  Его плечи дрожали.
  
  Шэнь Лин быстро наклонился к нему, коснулся лба.
  
  - Вот, - сказал он с досадой. - Вот поэтому я и не хотел ничего рассказывать, пока ты совсем не поправишься. Не должен был. Теперь у тебя жар.
  
  Он повернулся к Мэйлин.
  
  - Принеси воды. И мою сумку - она в соседней каюте.
  
  Мэйлин бросилась выполнять.
  
  Когда она вернулась, Цзин Юй лежал с закрытыми глазами, тяжело дыша. Щёки его горели лихорадочным румянцем.
  
  Шэнь Лин готовил какое-то снадобье, смешивая порошки с водой.
  
  - Давай так, - сказал он, обращаясь к Цзин Юю. - Тебе сначала нужно восстановить силу. Настоящую силу, не те крохи, что у тебя остались. Твои меридианы нужно лечить, твоё ядро нужно наполнить. На это уйдут месяцы. Может, годы.
  
  Он поднёс чашку к губам Цзин Юя.
  
  - Пей.
  
  Цзин Юй послушно выпил.
  
  - А пока, - продолжал Шэнь Лин, - ты не будешь пытаться умереть. Не будешь творить безумства. Не будешь тратить силу на крылья и прочие фокусы. Ты будешь есть, спать, пить лекарства и делать то, что я скажу. Понял?
  
  - А потом? - хрипло спросил Цзин Юй.
  
  - А потом будешь решать, что делать. - Шэнь Лин накрыл его одеялом. - Когда у тебя будут силы что-то делать.
  
  Цзин Юй хотел ещё что-то сказать, но усталость накатила на него волной. Веки отяжелели, мысли спутались.
  
  Последнее, что он увидел перед тем, как провалиться в сон - лицо Мэйлин, склонившееся над ним. Золотые искры в карих глазах. Тёплая рука, сжимающая его пальцы.
  
  - Спи, - услышал он её шёпот. - Я никуда не уйду.
  
  И он уснул.
  
  Глава 9. Столица
  
  На седьмой день после шторма на горизонте показался берег.
  
  Мэйлин стояла у борта, не в силах оторвать взгляд. Столичный порт Цзиньхай был огромен - больше всего, что она видела в жизни. Сотни кораблей теснились у бесконечных причалов, их мачты качались на волнах, как лес голых деревьев. За портом вздымались городские стены - высокие, серые, увенчанные сторожевыми башнями. А за стенами...
  
  За стенами поднимались крыши домов, пагод, дворцов - бессчётное множество, уходящее к самому горизонту. Где-то там, в сердце города, блестели на солнце золотые крыши императорского дворца.
  
  - Столица, - прошептала Мэйлин.
  
  - Впечатляет, правда? - Шэнь Лин встал рядом с ней. - Я помню своё первое впечатление. Мне было шестнадцать, и я думал, что попал в другой мир.
  
  - Она огромная.
  
  - И шумная. И грязная. И опасная, если не знаешь, куда идти. - Он положил руку ей на плечо. - Держись рядом со мной. И присматривай за нашим упрямцем.
  
  Цзин Юй вышел на палубу последним. Он всё ещё был слаб - Шэнь Лин разрешил ему вставать только вчера - но отказался оставаться в каюте, пока корабль входил в порт.
  
  - Вы пойдёте со мной, - сказал целитель, обращаясь к ним обоим. - Мой дом небольшой, но места хватит. Нужно восстановить твою силу, мальчик, а это долгий процесс. А ты, девочка, - он кивнул Мэйлин, - будешь мне помогать. Я сам с ним не справлюсь.
  
  - Я не... - начал Цзин Юй.
  
  - Не спорь. - Шэнь Лин смерил его строгим взглядом. - Ты хотел попасть в столицу - ты здесь. Но в твоём нынешнем состоянии ты не сможешь ничего сделать. Ни узнать правду, ни помочь кому-то, ни даже постоять за себя. Сначала - лечение.
  
  Цзин Юй стиснул зубы, но промолчал. Он знал, что целитель прав.
  
  - И ещё, - Шэнь Лин достал из сумки серый дорожный плащ. - Накинь это. Капюшон не снимай.
  
  - Зачем?
  
  - Возможно, тебя не узнают - прошло десять лет, ты изменился. Но после того представления со штормом... - целитель покачал головой. - Люди будут говорить о заклинателе, который спас корабль. О заклинателе с белыми волосами и выцветшими глазами. Слухи разносятся быстро.
  
  Цзин Юй взял плащ. Помедлил.
  
  - Вам лучше перестать называть меня так, - тихо сказал он.
  
  - Как?
  
  - Сюаньчжи. - Он накинул плащ на плечи, поднял капюшон. - Этот человек давно умер.
  
  Шэнь Лин долго смотрел на него. В глазах целителя мелькнуло что-то - печаль? сожаление?
  
  - Хорошо, - наконец сказал он. - Цзин Юй. Как скажешь.
  
  Он тяжело вздохнул и отвернулся к приближающемуся берегу.
  
  * * *
  
  "Белая чайка" пришвартовалась у одного из дальних причалов.
  
  Сходни были узкими и шаткими, и Мэйлин пришлось поддерживать Цзин Юя, когда они спускались. Он был бледен под капюшоном, на лбу выступила испарина - даже такое небольшое усилие давалось ему с трудом.
  
  Порт обрушился на них всеми своими звуками, запахами и красками.
  
  Крики грузчиков, таскающих тюки с товарами. Скрип телег по булыжной мостовой. Ругань матросов на десятке разных языков. Зазывалы торговцев, расхваливающих свой товар. Плач ребёнка, смех женщин, лай собак.
  
  И запахи - рыба, соль, дёготь, специи, пот, жареное мясо, нечистоты - всё смешалось в густое, почти осязаемое облако.
  
  Мэйлин закружилась голова. После тихой деревни и относительного покоя корабля это было слишком - слишком много всего сразу.
  
  - Держись, - сказал Шэнь Лин, крепко беря её под локоть. - Привыкнешь. Идём.
  
  Они пробирались через толпу - целитель впереди, прокладывая дорогу, Мэйлин и Цзин Юй следом. Люди толкались, напирали со всех сторон. Кто-то наступил Мэйлин на ногу, кто-то задел плечом. Она вцепилась в руку Цзин Юя и не отпускала.
  
  Он шёл молча, низко опустив голову. Под капюшоном его лицо было в тени, но Мэйлин видела, как напряжены его плечи. Он тоже не привык к такому количеству людей - после десяти лет одиночества это, наверное, было для него пыткой.
  
  Они миновали портовые склады, прошли через шумный рыбный рынок, свернули на узкую улочку, потом на другую. Шэнь Лин двигался уверенно - он знал этот город.
  
  Постепенно толпа редела. Улицы становились тише, дома - беднее. Они вышли к кварталу, где жили ремесленники и мелкие торговцы - не богатому, но и не совсем нищему.
  
  - Почти пришли, - сказал Шэнь Лин.
  
  Ещё один поворот - и они оказались перед небольшим двухэтажным домом, зажатым между красильной мастерской и лавкой гончара. Дом был старым, с облупившейся краской и покосившимися ставнями, но чистым - кто-то явно за ним присматривал.
  
  Целитель достал ключ и отпер дверь.
  
  - Добро пожаловать, - сказал он без особого энтузиазма. - Дом скромный, но нам хватит.
  
  * * *
  
  Внутри было темно и пахло пылью. Шэнь Лин прошёлся по комнатам, открывая ставни, впуская свет.
  
  Дом действительно был небольшим. На первом этаже - общая комната с очагом, маленькая кухня и кладовая. На втором - две спальни и кабинет, заставленный полками с книгами и склянками.
  
  - Я редко здесь бываю, - объяснил целитель, смахивая пыль с подоконника. - Живу при Восьмой башне, но иногда нужно место, где можно... - он помедлил, - побыть одному.
  
  Мэйлин огляделась. После их деревенского домика это казалось почти роскошью - настоящие окна со стёклами, каменный пол, кирпичный очаг. Но было видно, что дом давно пустовал - везде лежал тонкий слой пыли, паутина затянула углы.
  
  - Я уберу, - сказала она.
  
  - Потом. - Шэнь Лин повернулся к Цзин Юю, который прислонился к стене, тяжело дыша. Даже дорога от порта измотала его. - Сначала - наверх. Тебе нужно лечь.
  
  Они помогли Цзин Юю подняться по скрипучей лестнице. Уложили на кровать в одной из спален - узкой, жёсткой, но чистой.
  
  - Отдыхай, - велел Шэнь Лин. - Завтра начнём.
  
  - Начнём что? - хрипло спросил Цзин Юй.
  
  - Восстановление. - Целитель посмотрел на него серьёзно. - Я тебя предупреждаю сразу - это будет больно. Очень больно. Твои меридианы повреждены так, что я удивляюсь, как ты вообще ещё жив. Чтобы их исцелить, придётся... - он поискал слова, - разбирать по кусочкам и собирать заново.
  
  Цзин Юй закрыл глаза.
  
  - Я справлюсь.
  
  - Знаю. - Шэнь Лин накрыл его одеялом. - Ты всегда был упрямым.
  
  * * *
  
  Первый сеанс начался на следующее утро.
  
  Мэйлин помогла Цзин Юю раздеться до пояса и уложила его на живот. Шэнь Лин расставил вокруг кровати свечи, зажёг благовония, разложил инструменты - иглы, склянки с какими-то жидкостями, кисти для нанесения мазей.
  
  - Слушай внимательно, - сказал он Мэйлин. - Я буду направлять силу в его меридианы. Твоя задача - следить за его состоянием. Если почувствуешь, что он теряет сознание или что сердце сбивается с ритма - сразу говори.
  
  - Поняла.
  
  - И держи его руку. - Целитель помедлил. - Тебя он подпускает ближе, чем меня. Твоё присутствие... помогает.
  
  Мэйлин села у изголовья кровати и взяла руку Цзин Юя в свои. Он повернул голову, посмотрел на неё - бледный, с тёмными кругами под глазами, но спокойный.
  
  - Всё будет хорошо, - прошептала она.
  
  - Знаю, - ответил он. И добавил, так тихо, что она едва расслышала: - Ты рядом.
  
  Шэнь Лин положил ладони ему на спину.
  
  - Начинаем.
  
  Мэйлин почувствовала это мгновенно - вспышку силы, мощной, целительной, хлынувшей в тело Цзин Юя. Она видела, как он напрягся, как сжались его пальцы в её руке.
  
  А потом он закричал.
  
  Это был не крик боли - это был вопль агонии. Всё тело Цзин Юя выгнулось дугой, мышцы напряглись до предела. Он рвался, дёргался, пытался вырваться, но Шэнь Лин держал его железной хваткой.
  
  - Держи его! - крикнул целитель.
  
  Мэйлин навалилась на Цзин Юя, прижимая его к кровати. Слёзы текли по её щекам - она не могла видеть его таким, слышать эти крики.
  
  - Прекратите! - закричала она. - Вы же убиваете его!
  
  - Если я прекращу сейчас - будет только хуже! - Шэнь Лин не отрывал рук от его спины. Лицо целителя было мокрым от пота, глаза сосредоточены. - Держи его! Ещё немного!
  
  Цзин Юй кричал - и кричал - и кричал. Его крики разрывали Мэйлин сердце. Она прижималась к нему, шептала какие-то слова - бессмысленные, успокаивающие - и плакала.
  
  Наконец Шэнь Лин отнял руки.
  
  Цзин Юй обмяк на кровати. Он дрожал всем телом, по вискам струился пот. Но он был жив - Мэйлин чувствовала его пульс под пальцами, частый, но ровный.
  
  - На сегодня хватит, - выдохнул целитель. Он выглядел почти так же измученным, как его пациент. - Завтра продолжим.
  
  - Завтра? - Мэйлин в ужасе посмотрела на него. - Вы хотите делать это ещё?
  
  - Каждый день. - Шэнь Лин тяжело опустился на стул. - Пока все меридианы не будут восстановлены. А их у него больше сотни. И каждый повреждён.
  
  Мэйлин перевела взгляд на Цзин Юя. Он лежал с закрытыми глазами, всё ещё дрожа.
  
  - Сколько это займёт? - прошептала она.
  
  - Месяцы. Может, полгода. Может, больше. - Целитель покачал головой. - Я говорил тебе - это будет долго и больно.
  
  * * *
  
  Дни потянулись - медленные, мучительные, одинаковые.
  
  Каждое утро начиналось с сеанса. Шэнь Лин вливал силу в меридианы Цзин Юя, расчищая повреждения, восстанавливая каналы, по которым должна была течь энергия. И каждое утро Цзин Юй кричал от боли.
  
  Он не жаловался. Не просил остановиться. Не молил о пощаде. Он просто терпел - стиснув зубы, сжав кулаки - и позволял целителю делать свою работу.
  
  Но каждый крик, каждый стон оставлял след на Мэйлин. Она держала его руку во время процедур, вытирала пот с его лба после, поила отварами, помогала есть - потому что пальцы его тряслись так, что он не мог удержать ложку.
  
  - Ты не должна всё это видеть, - сказал он ей однажды вечером, когда они сидели в его комнате. - Это... неправильно.
  
  - Что неправильно?
  
  - Что ты видишь меня таким. - Он отвёл взгляд. - Слабым. Беспомощным. Кричащим, как...
  
  - Замолчи. - Мэйлин взяла его лицо в ладони, повернула к себе. - Ты не слабый. Ты самый сильный человек, которого я знаю.
  
  - Мэйлин...
  
  - Ты терпишь то, что убило бы других. Ты не сдаёшься. Ты борешься. - Она смотрела ему в глаза - в эти светлые, выцветшие глаза, в которых она видела столько боли. - Это не слабость. Это мужество.
  
  Он молчал. Потом поднял руку - медленно, трудно - и накрыл её ладонь своей.
  
  - Спасибо, - прошептал он. - За то, что ты рядом.
  
  * * *
  
  Недели складывались в месяцы.
  
  Постепенно - очень постепенно - Цзин Юю становилось лучше.
  
  Сначала он смог вставать сам, без посторонней помощи. Потом - спускаться по лестнице. Потом - выходить во двор, на несколько минут, подставляя лицо солнцу.
  
  Сеансы становились легче - не потому что боль уменьшалась, а потому что его тело привыкало, становилось сильнее. Он уже не кричал - только стискивал зубы и глухо стонал. Мэйлин не знала, лучше это или хуже.
  
  Она научилась помогать Шэнь Лину. Целитель показал ей, как направлять силу, как поддерживать повреждённые меридианы, пока он работает с другими. Её золотая энергия оказалась удивительно совместимой с энергией Цзин Юя - она легко проникала через его барьеры, мягко, не причиняя вреда.
  
  - У тебя талант, девочка, - сказал ей однажды Шэнь Лин. - Настоящий талант целителя. Если бы ты пришла в Восьмую башню в детстве...
  
  - Я травница, - улыбнулась Мэйлин. - Мне этого достаточно.
  
  - Ты могла бы стать кем-то большим.
  
  - Я уже кто-то, - ответила она. - Я та, кто нужен ему.
  
  Целитель посмотрел на неё странным взглядом - но ничего не сказал.
  
  * * *
  
  Однажды ночью Мэйлин проснулась от звуков из соседней комнаты.
  
  Она тихо встала и заглянула к Цзин Юю. Он сидел на кровати, обхватив колени руками. В лунном свете, падавшем из окна, его лицо было мокрым.
  
  - Кошмары? - тихо спросила она.
  
  Он вздрогнул - не услышал, как она вошла.
  
  - Иди спать, - сказал он. - Всё в порядке.
  
  Но Мэйлин уже села рядом с ним.
  
  - Расскажи мне.
  
  - Нечего рассказывать.
  
  - Цзин Юй.
  
  Он молчал долго. Потом заговорил - тихо, глухо:
  
  - Я вижу их. Каждую ночь. Тех, кто погиб. Мастера Юнь Цзяна. Госпожу Лю Мэй. Других - тех, чьи имена я даже не знал. - Он сглотнул. - Они смотрят на меня. Спрашивают - почему? Почему ты нас бросил? Почему не защитил?
  
  - Ты не мог их защитить. Ты был в печати.
  
  - Из-за меня они погибли. - Голос его надломился. - Из-за моих амбиций. Из-за моей гордости. Если бы я не затеял всё это...
  
  - Если бы ты не затеял всё это, - перебила его Мэйлин, - война продолжалась бы. И погибли бы другие. Может быть, ещё больше.
  
  - Ты не можешь этого знать.
  
  - И ты не можешь. - Она взяла его руку. - Никто не может знать, что было бы. Мы знаем только то, что есть. И то, что мы можем сделать сейчас.
  
  Он повернулся к ней. В его глазах - боль, вина, усталость. И что-то ещё - что-то похожее на надежду.
  
  - А что я могу сделать? - прошептал он. - Сейчас?
  
  - Исцелиться, - просто ответила она. - Стать сильным. А потом - делать то, что считаешь правильным.
  
  Она легла рядом с ним, положила голову ему на плечо.
  
  - А сейчас - спи. Я никуда не уйду.
  
  Он обнял её - осторожно, как что-то хрупкое и драгоценное.
  
  И впервые за долгое время кошмары отступили.
  
  Глава 10. Лунное серебро
  
  Прошло четыре месяца.
  
  Однажды утром Шэнь Лин долго осматривал Цзин Юя - щупал пульс, проверял меридианы своей силой, заглядывал в глаза. Потом отступил на шаг и удовлетворённо кивнул.
  
  - Твои меридианы восстановлены, - сказал он. - Полностью. И ядро начало наполняться силой. Процесс пойдёт сам - тебе нужно только медитировать и не перенапрягаться. - Он помолчал. - Я закончил свою работу.
  
  Цзин Юй поднялся с кровати - легко, без усилий, как не поднимался уже много месяцев. Тело слушалось его, сила текла по меридианам ровно и свободно.
  
  - Спасибо, Шэнь Лин, - сказал он, склоняясь в глубоком поклоне. - Я в долгу перед тобой. Но дальше я не буду вмешивать тебя в свои дела. Ты и так сделал больше, чем я мог просить.
  
  - Не спеши, - целитель тяжело вздохнул. - Останься здесь. Хорошо подумай, чего ты хочешь достигнуть и что собираешься делать. Действовать без плана - верный путь к провалу.
  
  - Я не хочу подвергать тебя опасности.
  
  - Я сам решу, чему себя подвергать. - Шэнь Лин посмотрел на него серьёзно. - Ты был моим другом, Цзин Юй. Ты им и остаёшься. Я помогу тебе чем смогу.
  
  Цзин Юй молчал долго. Потом кивнул.
  
  - Хорошо. Я останусь.
  
  * * *
  
  И он остался.
  
  Дни потекли иначе - без боли, без изматывающих процедур. Цзин Юй просыпался с рассветом и выходил в маленький сад за домом, заросший сливовыми деревьями и дикими хризантемами. Он садился на камень у старого пруда и медитировал, позволяя силе медленно наполнять своё ядро.
  
  Это было похоже на то, как родник наполняет пересохший колодец - капля за каплей, струйка за струйкой. Иногда он сидел так часами, погружённый в себя, и Мэйлин приносила ему чай и молча садилась рядом, чтобы не мешать.
  
  А когда он заканчивал медитацию, они вместе выходили в город.
  
  * * *
  
  Столица была огромной.
  
  Мэйлин выросла в крошечной деревне, где все знали друг друга в лицо. Здесь же на каждой улице было больше людей, чем во всей её родной деревне. Она могла бродить целый день и не встретить ни одного знакомого лица - только бесконечный поток незнакомцев.
  
  Цзин Юй показывал ей город - и сам узнавал его заново.
  
  Они начали с торговых кварталов, где можно было найти всё на свете. Улица шелков, где в лавках висели ткани всех цветов радуги - от нежно-розового до глубокого индиго. Улица благовоний, где воздух был густым от ароматов сандала, жасмина и амбры. Улица фарфора, где в витринах красовались вазы тонкой работы, расписанные драконами и фениксами.
  
  - Здесь всё изменилось, - говорил Цзин Юй, оглядываясь по сторонам. - Эта лавка... раньше здесь был книжный. А этот переулок... его не было десять лет назад.
  
  - Города растут, - отвечала Мэйлин, сжимая его руку.
  
  Они бродили по паркам - тенистым, ухоженным, с прудами, где плавали золотые рыбы, и мостиками, изогнутыми полумесяцем. Сидели в чайных, слушая уличных музыкантов. Заглядывали в храмы, где курились благовония и монахи нараспев читали сутры.
  
  Цзин Юй показал ей площадь Небесного Согласия - огромное пространство, вымощенное белым мрамором, где в праздники собирались тысячи людей. Показал дворец правосудия с его колоннами из красного гранита. Показал императорский парк - издалека, потому что простым людям вход туда был запрещён.
  
  - А там, - он указал на далёкие золотые крыши, - императорский дворец. Я был там однажды, много лет назад. Меня представляли императору как первого ученика Белой башни.
  
  - И как это было?
  
  Цзин Юй криво усмехнулся.
  
  - Много поклонов. Много церемоний. Император сказал три слова и удалился. - Он помолчал. - Это было в другой жизни.
  
  * * *
  
  В один из дней они дошли до Белой башни.
  
  Точнее - до того, что от неё осталось.
  
  Мэйлин увидела её издалека и остановилась, не в силах поверить своим глазам.
  
  Башня стояла на холме в восточной части города, окружённая высокой стеной. Когда-то она была прекрасна - Мэйлин видела рисунки в старых книгах. Белоснежная, устремлённая в небо, с золотыми крышами и резными балконами, она сияла на солнце, как маяк надежды.
  
  Теперь это были руины.
  
  Стены почернели от копоти. Верхние этажи обрушились, и среди обломков проросли дикие травы. Золотые крыши - те, что уцелели - потускнели и покосились. Окна зияли пустыми глазницами, балконы осыпались, колонны треснули.
  
  Ворота были закрыты, но даже сквозь них было видно запустение - двор, заросший бурьяном, фонтаны без воды, статуи, поваленные и разбитые.
  
  - Небо... - прошептала Мэйлин.
  
  Цзин Юй стоял неподвижно, глядя на руины. Лицо его было непроницаемым, но Мэйлин видела, как побелели костяшки его сжатых кулаков.
  
  Они стояли так долго - как долго, Мэйлин не знала. Солнце ползло по небу, тени удлинялись, прохожие обходили их, бросая любопытные взгляды. А Цзин Юй всё смотрел и смотрел на мёртвую башню.
  
  - Здесь я вырос, - наконец сказал он, и голос его был странно ровным. - Меня привезли сюда, когда мне было семь. Вон там, - он указал на обрушенное крыло, - были комнаты учеников. Я жил в угловой, на третьем этаже. Из окна было видно сад.
  
  Мэйлин молчала, не зная, что сказать.
  
  - А там, - он указал на главную башню, искалеченную, но всё ещё стоящую, - был зал совета. И библиотека. Самая большая библиотека во всей империи. Тысячи свитков, древние трактаты, записи заклинаний... - голос его дрогнул. - Всё сгорело.
  
  Он закрыл глаза.
  
  - Я помню, как здесь было. Смех учеников во дворе. Запах благовоний из храма. Свет золотых фонарей по вечерам. - Он сглотнул. - Это был мой дом.
  
  Мэйлин взяла его за руку. Он не отстранился.
  
  - Мы восстановим его, - тихо сказала она.
  
  Цзин Юй открыл глаза и посмотрел на неё.
  
  - Ты правда в это веришь?
  
  - Да, - просто ответила она. - Верю.
  
  Он смотрел на неё долго - на эту девочку из глухой деревни, которая почему-то верила в него больше, чем он сам. Потом уголок его губ дрогнул в подобии улыбки.
  
  - Тогда, может быть, и я поверю.
  
  * * *
  
  Недели шли, и Цзин Юй менялся.
  
  Мэйлин замечала это постепенно - так замечаешь, как растёт цветок: не видишь самого роста, но однажды понимаешь, что бутон стал больше.
  
  Его ядро наполнялось силой, и эта сила преображала его.
  
  Сначала изменились волосы. Они и раньше были белыми - выцветшими, лишёнными цвета - но теперь в них появилось сияние. Серебристое, холодное, как лунный свет. Когда он выходил в сад медитировать на рассвете, его волосы мерцали, словно сотканные из чистого серебра.
  
  Потом изменились глаза. Бледные, почти прозрачные, они засветились изнутри - тем же серебристым светом, мягким и ровным. Когда он смотрел на неё, Мэйлин казалось, что она заглядывает в отражение луны в тихом пруду.
  
  А потом она заметила, что даже его кожа - бледная, полупрозрачная - начала слегка светиться. Едва заметно, как жемчуг в лунную ночь.
  
  - Ты становишься красивым, - сказала она ему однажды и тут же покраснела.
  
  Цзин Юй посмотрел на неё с удивлением - и рассмеялся. Впервые за всё время, что она его знала, он рассмеялся по-настоящему.
  
  - Спасибо, - сказал он. - Кажется.
  
  * * *
  
  Однажды утром Шэнь Лин пришёл в сад, где Цзин Юй медитировал.
  
  Целитель долго смотрел на него - на серебристое сияние волос, на мерцающую кожу, на то, как воздух вокруг него, казалось, слегка искрился.
  
  - Ты сменил источник силы, - наконец сказал он, и в голосе его было искреннее изумление.
  
  Цзин Юй открыл глаза и посмотрел на него.
  
  - Ты заметил.
  
  - Трудно не заметить. - Шэнь Лин покачал головой. - Это же сила лунного источника. Я ещё тогда, с крыльями на корабле, заметил, что твоя магия какая-то... узнаваемая, но другая. Думал, мне показалось.
  
  - Не показалось.
  
  - Но как? - целитель сел рядом с ним на камень. - Смена источника - это... я даже не слышал о таком. Это должно быть невозможно.
  
  Цзин Юй помолчал, собираясь с мыслями.
  
  - Когда Мэйлин освободила меня из печати, - медленно заговорил он, - я не чувствовал источника силы вообще. Золотой источник, который питал меня всю жизнь... он молчал. Словно я стал для него чужим.
  
  - Печать могла разорвать связь...
  
  - Возможно. - Цзин Юй посмотрел на свои руки, слегка мерцающие в утреннем свете. - Я думал, что останусь без силы навсегда. Что моё ядро никогда не наполнится. Но потом... - он замолчал.
  
  - Потом?
  
  - Потом ко мне потянулось лунное серебро. - В его голосе прозвучало что-то похожее на благоговение. - Я почувствовал его - холодное, спокойное, совсем не похожее на золото. Оно было как... как лунный свет на воде. Тихое. Умиротворяющее.
  
  - И ты впустил его.
  
  - Да. - Цзин Юй улыбнулся - мягко, задумчиво. - Оно совсем другое, чем прежнее золото. Золото было как солнце - яркое, горячее, требовательное. А это... - он поискал слова. - Это как ночная прохлада. Как тишина после бури. Мне нравится.
  
  Он помолчал, и улыбка его стала горькой.
  
  - Не быть мне главой Белой башни.
  
  Шэнь Лин долго молчал, обдумывая услышанное.
  
  - Хм, - наконец сказал он. - Это удивительно. Но, может, оно и к лучшему.
  
  - Почему?
  
  - Заклинатели лунного источника... - целитель поискал слова. - Они обычно очень уравновешены. Спокойны. Они не замечены в тех безумствах, к которым склонны золотые и огненные заклинатели.
  
  Цзин Юй приподнял бровь.
  
  - Ты намекаешь, что я был склонен к безумствам?
  
  - Я намекаю, - сухо ответил Шэнь Лин, - что твой грандиозный план по захвату власти в Белой башне и переустройству мира заклинателей был, мягко говоря, амбициозным. Лунный заклинатель десять раз подумал бы, прежде чем затевать такое.
  
  Цзин Юй хотел возразить - но не нашёл, что сказать. Целитель был прав.
  
  - И ещё, - добавил он тихо. - Так меня будет труднее узнать. Сюаньчжи был заклинателем золотого источника. А я теперь...
  
  - Не обольщайся, - перебил его Шэнь Лин. - Те, кто знал тебя, сразу тебя узнают. Источник источником, но лицо-то осталось твоим. И манера держаться. И взгляд.
  
  - Ты так думаешь?
  
  - Я тебя узнал, - напомнил целитель. - На корабле, после шторма. Сразу узнал, несмотря на белые волосы и выцветшие глаза.
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Хорошо, - сказал он наконец. - Значит, так тому и быть.
  
  Он поднялся с камня, расправил плечи. В утреннем свете его волосы сияли чистым серебром, а глаза мерцали, как две маленькие луны.
  
  - Кажется, я готов к встрече.
  
  - К встрече с кем? - спросил Шэнь Лин.
  
  Цзин Юй посмотрел на восток - туда, где за крышами домов виднелись руины Белой башни.
  
  - С теми, кто остался, - сказал он. - С теми, кто помнит. С правдой.
  
  Он повернулся к целителю.
  
  - И с Си Енем.
  
  Глава 11. Демон Чёрной башни
  
  Вечер был тихим и безлунным.
  
  Цзин Юй сидел в саду у пруда, глядя на отражение звёзд в неподвижной воде. Мэйлин ушла спать, Шэнь Лин задержался в Восьмой башне - он часто проводил там ночи, когда требовалась его помощь. В доме было тихо.
  
  Он почувствовал его раньше, чем услышал.
  
  Волна силы - огненной, яростной, обжигающей - накатила на него, как жар от открытой печи. Такой силы Цзин Юй не чувствовал давно. Очень давно.
  
  Калитка бесшумно отворилась.
  
  Он вошёл в сад - высокий, статный, в чёрно-алом плаще, который колыхался вокруг него, словно живое пламя. Чёрные волосы были собраны высоко, перехвачены короной главы - тонким обручем из чёрного металла с алыми камнями, похожими на застывшие угли. В волосах мерцали пряди цвета раскалённого железа.
  
  Но больше всего поражали глаза.
  
  Чёрные, бездонные - и в их глубине плясали огоньки пламени. Не отблески, не отражения - настоящий огонь, живущий в его взгляде.
  
  Си Ень.
  
  Глава Чёрной башни остановился в нескольких шагах от Цзин Юя. Он смотрел на него - жадно, не отрываясь, словно пытаясь убедиться, что это не призрак, не морок.
  
  - Сюаньчжи, - прошептал он, и голос его дрогнул. - Это действительно ты.
  
  А потом он шагнул вперёд и порывисто заключил Цзин Юя в объятия.
  
  Это было странно - обнимать человека, который разрушил его дом и убил его друзей. Человека, которого называли демоном. Человека, который пил вино из человеческого черепа.
  
  Но Цзин Юй помнил другого Си Еня. Мальчишку с горящими глазами, который мечтал изменить мир. Юношу, который смеялся над его шутками и дрался с ним спина к спине. Друга, который был ему как брат.
  
  И он обнял его в ответ.
  
  - Я польщён вашим визитом, глава, - сказал Цзин Юй, когда они наконец разомкнули объятия.
  
  - Прекрати, - Си Ень отстранился, но не отпустил его плечи, словно боялся, что он исчезнет. - Где ты был все эти годы? Я искал тебя. Очень долго искал. А потом... - голос его стал глухим, - потом отчаялся найти.
  
  - Лян Хэ запечатал меня, - просто ответил Цзин Юй. - Своей жизнью. Только недавно меня освободили.
  
  Он повернул голову - туда, где в тени у дома стояла Мэйлин. Она вышла на шум, накинув на плечи шаль, и теперь наблюдала за странной встречей широко раскрытыми глазами.
  
  - Мэйлин освободила меня, - сказал Цзин Юй, и в голосе его прозвучала благодарность.
  
  Си Ень перевёл взгляд на девушку.
  
  Мэйлин почувствовала, как её прошибло холодом - несмотря на жар, исходящий от гостя. Эти глаза с огнём в глубине... они смотрели на неё так, словно оценивали, взвешивали, решали - стоит ли она жизни или смерти.
  
  - Не пугай её, - тихо сказал Цзин Юй.
  
  Си Ень моргнул - и что-то в его лице изменилось. Пламя в глазах чуть притухло.
  
  - Конечно, - сказал он. - Я не буду пугать твою спасительницу.
  
  Он слегка склонил голову в сторону Мэйлин - не поклон, но знак уважения.
  
  - Как ты оказался здесь? - спросил Цзин Юй.
  
  - Прилетел.
  
  - Один?
  
  Си Ень усмехнулся - и в этой усмешке было что-то хищное.
  
  - Положение не позволяет. Со стражами пламени, конечно. - Он махнул рукой в сторону темноты за оградой. - Но пусть они тебя не беспокоят. Они не войдут, пока я не позову.
  
  Цзин Юй знал о стражах пламени. Магические существа, созданные из чистого огня, связанные клятвой с главой Чёрной башни. Невидимые большую часть времени, но смертельно опасные.
  
  - Расскажи мне, - попросил он. - Что случилось тогда. В ту ночь.
  
  Си Ень долго молчал. Огоньки в его глазах метались, как языки пламени на ветру.
  
  - Сядем, - наконец сказал он.
  
  Они сели на камни у пруда - рядом, как сидели когда-то в юности, когда строили планы и мечтали о будущем. Мэйлин осталась стоять у дома, не решаясь подойти ближе.
  
  И Си Ень начал рассказывать.
  
  * * *
  
  - Я почувствовал это сразу, - голос его был низким, глухим. - Наша связь... ты помнишь? Мы создали её, когда нам было по шестнадцать. Нить силы между нами, чтобы всегда знать, что другой жив.
  
  Цзин Юй кивнул. Он помнил.
  
  - Она оборвалась. - Си Ень сжал кулаки. - В одно мгновение - просто исчезла. Как будто тебя никогда не было.
  
  Он замолчал, глядя в воду пруда.
  
  - Я был в Чёрной башне, когда это случилось. Готовился к нашему плану. До назначенного дня оставалась неделя. И вдруг - пустота. Там, где всегда было твоё присутствие - ничего.
  
  Голос его дрогнул.
  
  - Я понял, что с тобой что-то случилось. Что-то страшное. Я собрал отряд - двадцать лучших боевых магов - и немедленно отправился в Белую башню.
  
  Он поднял взгляд на Цзин Юя.
  
  - Мы прибыли на рассвете. Башня была... тихой. Слишком тихой. Ворота открыты, стражи нет. Я вошёл первым.
  
  Си Ень закрыл глаза, и когда заговорил снова, голос его звучал отстранённо, словно он рассказывал о чём-то, случившемся с кем-то другим.
  
  - Я носился по башне, как безумный. Кричал твоё имя. Искал тебя. Заглядывал в каждую комнату, в каждый коридор. Твои покои были пусты - кровать не тронута, вещи на месте. Словно ты просто вышел и не вернулся.
  
  Он сглотнул.
  
  - А потом я нашёл главу.
  
  Цзин Юй напрягся.
  
  - Чжоу Мин был в ритуальном зале. Мёртвый. Он лежал в центре какого-то круга - я не знаю, что это было, я никогда не видел таких символов. Кровь... - Си Ень поморщился. - Её было много. Она впиталась в камни, в линии круга. Тело было... изломано. Словно что-то вырвалось из него изнутри.
  
  - Он пытался провести ритуал, - тихо сказал Цзин Юй. - Лян Хэ говорил мне... он говорил, что глава узнал о наших планах. Хотел остановить нас. Любой ценой.
  
  - Он заплатил эту цену. - В голосе Си Еня не было сочувствия. - Когда я увидел его тело, я решил, что это ты его убил. Что наш план начался раньше. Что ты где-то здесь, в башне.
  
  Он открыл глаза, и в них снова плясало пламя.
  
  - Но тебя не было. И тогда... тогда ко мне подошёл кто-то из магов башни. Один из тех, кто был на нашей стороне. Он сказал...
  
  Си Ень замолчал.
  
  - Что он сказал? - спросил Цзин Юй.
  
  - Он сказал, что Лян Хэ убил тебя. - Голос Си Еня стал жёстким, как сталь. - Что вы встретились в Павильоне Серебряных Ив, и Лян Хэ... уничтожил тебя. Каким-то запретным ритуалом. Что от тебя не осталось даже тела.
  
  Он повернулся к Цзин Юю.
  
  - Ты понимаешь? Мне сказали, что ты мёртв. Что тебя больше нет. Что мой лучший друг... - голос его сорвался.
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - А потом, - продолжал Си Ень, и голос его стал страшным, - появились другие маги. Те, кто не был на нашей стороне. Они увидели меня - главу Чёрной башни - стоящим над телом их главы. И решили, что это я его убил.
  
  Он криво усмехнулся.
  
  - Первое заклинание ударило мне в спину. Я едва успел поставить щит. А потом...
  
  Он замолчал надолго.
  
  - А потом я перестал думать, - наконец сказал он. - Я был в ярости. В бешенстве. Они убили тебя - или позволили тебя убить - и теперь нападали на меня. На меня!
  
  Огонь в его глазах разгорелся ярче.
  
  - Мои маги вступили в бой. Я... - он посмотрел на свои руки. - Я не помню всего. Помню огонь. Много огня. Помню крики. Помню, как рушились стены, как плавился камень, как...
  
  Он осёкся.
  
  - Я потерял контроль, - прошептал он. - Моя сила... она всегда была слишком большой. Слишком дикой. Ты знаешь. Ты помнишь, как я сжёг половину тренировочного зала, когда нам было четырнадцать.
  
  Цзин Юй помнил.
  
  - В ту ночь я не сдерживался. - Голос Си Еня был мёртвым, пустым. - Я выпустил всё - всю ярость, всю боль, всё горе. Я думал, что отомщу за тебя. Что заставлю их заплатить.
  
  Он поднял взгляд на руины Белой башни, видневшиеся над крышами домов.
  
  - Когда я пришёл в себя... башня горела. Везде были тела. Мои люди, их люди - все вперемешку. Кровь и пепел. Крики раненых.
  
  Он сглотнул.
  
  - Я искал Лян Хэ. Хотел найти его, убить собственными руками. Но его тело... его тела не было. Только круг из золы там, где он стоял, когда творил свой ритуал. И твоя лента - помнишь, серебряная, которую я подарил тебе на совершеннолетие? - лежала в центре этого круга.
  
  Цзин Юй непроизвольно коснулся волос. Он помнил эту ленту. Она осталась в печати - он проснулся без неё.
  
  - Я забрал её, - тихо сказал Си Ень. - Храню до сих пор.
  
  Повисло молчание.
  
  - А потом? - спросил Цзин Юй.
  
  - Потом я вернулся в Чёрную башню. - Голос Си Еня стал деловитым, отстранённым. - Глава - старый Хуан Цзи - потребовал объяснений. Он был в ярости. Сказал, что я опозорил башню, что развязал войну, что...
  
  Он усмехнулся - страшной, мёртвой усмешкой.
  
  - Я вызвал его на поединок. Прямо там, в тронном зале, перед всеми старейшинами.
  
  - И?
  
  - И убил его.
  
  Си Ень сказал это так просто, словно говорил о погоде.
  
  - Поединок длился меньше минуты. Он был силён - но я был сильнее. И я был в ярости. - Он помолчал. - Я сжёг его заживо. Перед всеми. Чтобы никто не сомневался, кто теперь глава.
  
  Цзин Юй закрыл глаза.
  
  - После этого, - продолжал Си Ень, - я занялся войной. Той самой войной, которую мы хотели остановить. Только теперь я был по другую сторону. Я вёл Чёрную башню в бой - не за какого-то короля, а за себя. За месть.
  
  Голос его стал тихим.
  
  - Я думал, что если убью достаточно врагов, станет легче. Что боль уйдёт. Но она не уходила.
  
  Он посмотрел на Цзин Юя.
  
  - Я искал тебя. Все эти годы - искал. Посылал людей во все концы империи. Допрашивал пленных из Белой башни. Пытал тех, кто мог что-то знать. - Он помолчал. - Я даже пытался вызывать мёртвых. Думал, если ты действительно погиб - может, твой дух ответит мне.
  
  - И?
  
  - Ничего. Тишина. - Си Ень покачал головой. - В конце концов я решил, что Лян Хэ уничтожил тебя полностью. Что не осталось даже духа. Что ты просто... исчез.
  
  Он замолчал.
  
  - А потом, несколько дней назад, до меня дошли слухи. О корабле, попавшем в шторм. О заклинателе с белыми волосами, который создал воздушные крылья и спас всех на борту. О силе, которую узнали бы все, кто тебя знал.
  
  Он повернулся к Цзин Юю.
  
  - И я прилетел.
  
  * * *
  
  Долго они сидели молча.
  
  Звёзды медленно ползли по небу. Где-то вдалеке лаяла собака. Мэйлин всё ещё стояла у дома, не решаясь уйти и не решаясь подойти.
  
  - Ты понимаешь, - наконец сказал Цзин Юй, и голос его был очень тихим, - что ты убил моих друзей? Разрушил мой дом?
  
  Си Ень не отвёл взгляда.
  
  - Да.
  
  - Мастер Юнь Цзян. Госпожа Лю Мэй. Десятки других. Они погибли из-за тебя.
  
  - Я думал, что они убили тебя.
  
  - Они не убивали меня.
  
  - Я знаю. - Голос Си Еня был ровным. - Теперь знаю.
  
  Повисла тишина.
  
  - Ты злишься на меня? - спросил он.
  
  Цзин Юй долго молчал.
  
  - У меня нет права на тебя злиться, - наконец сказал он. - Это я начал всё это. Мой план. Моя гордость. Если бы не я...
  
  - Не смей. - В голосе Си Еня прозвучала сталь. - Не смей брать на себя мою вину. Я сам принял решение. Я сам убивал. Я сам разрушал. Это моя ответственность.
  
  Они смотрели друг на друга - два человека, связанные дружбой и кровью, виной и болью.
  
  - Из чьего черепа ты пьёшь вино? - вдруг спросил Цзин Юй.
  
  Си Ень моргнул - не ожидал такого вопроса.
  
  - Конечно, из черепа Лян Хэ, - ответил он, словно это было очевидно.
  
  - Откуда у тебя его череп? Ты же сказал, что тела не было.
  
  - Тела не было. Но потом... потом мои люди нашли место, где он жил. В его вещах был ларец с... - Си Ень помолчал. - С частями тела. Он готовился к ритуалу заранее. Собирал компоненты.
  
  Цзин Юй почувствовал тошноту.
  
  - Прекрати это, - сказал он. - Прекрати пить из черепа. И похорони его.
  
  Си Ень смотрел на него долго.
  
  - Всё, что ты попросишь, - наконец сказал он.
  
  - А что с твоими зеркалами?
  
  - У меня был траур.
  
  - По кому?
  
  - По тебе.
  
  Цзин Юй замер.
  
  - Десять лет?
  
  - А ты думал, я тебя забуду? - В голосе Си Еня прозвучало что-то странное - не обида, не гнев, а какая-то болезненная нежность. - Ты был моим лучшим другом. Моим братом. Я думал, что потерял тебя навсегда.
  
  Он отвёл взгляд.
  
  - Каждый день я смотрел в зеркало и видел человека, который не смог тебя спасти. Который не успел. Который позволил тебе умереть. - Голос его дрогнул. - Я не мог этого выносить. Поэтому закрыл все зеркала.
  
  Цзин Юй не знал, что сказать.
  
  - Я собираюсь восстановить башню, - наконец произнёс он, меняя тему.
  
  Си Ень резко повернулся к нему.
  
  - Зачем тебе? Ты ей больше не принадлежишь. - Его взгляд скользнул по серебристым волосам Цзин Юя, по мерцающей коже. - Даже источник сменил. Очень красиво, кстати. Тебе идёт серебро.
  
  - Это был мой дом. Я не могу оставить его в руинах.
  
  Си Ень криво усмехнулся.
  
  - Жаль. Я так старался.
  
  - Си Ень.
  
  - Шучу. - Он поднял руки в примирительном жесте. - Делай что хочешь. Я не буду мешать. - Он помолчал. - Но если тебе понадобится помощь...
  
  - Я справлюсь.
  
  - Упрямец. - В голосе Си Еня прозвучала нежность. - Ты всегда был упрямцем.
  
  Он поднялся с камня.
  
  - Пойдём со мной, - сказал он. - В Чёрную башню. Там безопаснее. Там я смогу тебя защитить.
  
  - Потом, - ответил Цзин Юй. - Когда закончу дела здесь, я приду к тебе. Я никогда не был в Чёрной башне.
  
  - Правда?
  
  - Правда. Всё собирался, но...
  
  - Но не успел. - Си Ень кивнул. - Тогда я буду ждать.
  
  Он шагнул к Цзин Юю и снова обнял его - крепко, отчаянно.
  
  - Держи, - сказал он, отстраняясь.
  
  На его ладони сидела небольшая птица - чёрная, с глазами как угольки. Она не шевелилась, но Цзин Юй чувствовал исходящее от неё тепло - магическое создание, связанное с огненным источником.
  
  - Если тебе что-то понадобится - что угодно - пошли её ко мне с посланием. Я сделаю всё.
  
  Цзин Юй осторожно взял птицу. Она устроилась на его ладони, как ручная.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Будь осторожен в своих полётах.
  
  - Ты тоже будь осторожен. - Глаза Си Еня потемнели. - Я не доверяю даже разрушенной Белой башне. Там остались люди, которые ненавидят тебя. Которые считают тебя предателем.
  
  - Я знаю.
  
  - Если кто-то тронет тебя... - В голосе Си Еня прозвучала угроза, от которой даже у Цзин Юя мурашки побежали по спине. - Я сожгу их всех. До последнего.
  
  - Си Ень.
  
  - Обещаю. - Он улыбнулся - страшной, хищной улыбкой. - До встречи, Сюаньчжи.
  
  И он исчез во тьме - бесшумно, как и появился. Только жар в воздухе выдавал, что он вообще был здесь.
  
  * * *
  
  Мэйлин подошла к Цзин Юю, когда тьма за оградой перестала казаться такой густой и давящей.
  
  - Твой друг, - тихо сказала она, - действительно пугает.
  
  Цзин Юй посмотрел на неё. Птица в его руках тихо курлыкала.
  
  - Да, - сказал он. - Он такой.
  
  Они помолчали.
  
  - Он действительно убил всех этих людей? - спросила Мэйлин. - Сжёг башню? Пил вино из черепа?
  
  - Да.
  
  - И ты всё равно называешь его другом?
  
  Цзин Юй долго не отвечал. Он смотрел на звёзды, на тёмный силуэт разрушенной башни вдалеке.
  
  - Он был другим, - наконец сказал он. - Когда мы были молоды. Он был горячим, вспыльчивым, но не жестоким. Не безумным.
  
  - А теперь?
  
  - Теперь... - Цзин Юй закрыл глаза. - Теперь я не знаю. Он думал, что я погиб. Десять лет жил с этой болью. Десять лет мстил за меня.
  
  - Это не оправдание.
  
  - Нет. Не оправдание. - Он открыл глаза и посмотрел на неё. - Но это объяснение. Он сломался, Мэйлин. Когда решил, что потерял меня - он сломался.
  
  Мэйлин вспомнила глаза Си Еня - чёрные, с огнём в глубине. Вспомнила, как он смотрел на Цзин Юя - с такой болью, с такой нежностью.
  
  - Он любит тебя, - тихо сказала она.
  
  - Да.
  
  - Как брата?
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Возможно, не только как брата, - признал он. - Я никогда... я никогда не был уверен. Мы никогда об этом не говорили.
  
  Мэйлин почувствовала укол чего-то в груди. Не ревности - нет, для этого она слишком хорошо понимала, что между ней и Цзин Юем. Скорее грусть. За них обоих - за двух друзей, которых разлучила судьба и которые теперь пытались найти путь обратно друг к другу через завалы крови и боли.
  
  - Что ты будешь делать? - спросила она.
  
  - То, что сказал. Восстановлю башню. Узнаю правду. - Он посмотрел на птицу в своих руках. - А потом поеду к нему.
  
  - В Чёрную башню?
  
  - Да. - Он слабо улыбнулся. - Кто-то должен о нём позаботиться. Убедить его перестать разговаривать с тенями и начать есть нормальную еду.
  
  Мэйлин фыркнула, несмотря на серьёзность момента.
  
  - И ты думаешь, он тебя послушает?
  
  - Он сказал - всё, что я попрошу. - Цзин Юй пожал плечами. - Посмотрим, правда ли это.
  
  Они стояли в тёмном саду, глядя на звёзды. Птица в руках Цзин Юя тихо курлыкала, излучая тепло.
  
  - Я рада, что ты жив, - вдруг сказала Мэйлин.
  
  Цзин Юй повернулся к ней.
  
  - Я тоже, - сказал он. И добавил, тихо: - Благодаря тебе.
  
  Она взяла его за руку - ту, что была свободна - и они вместе пошли в дом.
   Ночь была долгой, но рассвет был близко.
  Глава 12. Старый друг
  
  Цзин Юй возвращался к руинам Белой башни снова и снова.
  
  Каждый день, ближе к вечеру, когда солнце клонилось к закату и улицы пустели, он приходил сюда и стоял у стены, глядя на почерневшие камни, на осыпавшиеся балконы, на пустые глазницы окон. Иногда Мэйлин шла с ним, но чаще он приходил один - ему нужно было это время наедине с призраками прошлого.
  
  В тот вечер он стоял у ворот дольше обычного.
  
  Закат окрасил небо в алые и золотые тона, и в этом свете руины казались почти красивыми - трагически, болезненно красивыми, как скелет некогда величественного дракона. Цзин Юй смотрел на то место, где когда-то была его комната, и пытался вспомнить, как выглядел вид из окна.
  
  - Я знал, что ты вернёшься.
  
  Голос раздался из-за спины - тихий, хриплый, надломленный.
  
  Цзин Юй резко обернулся.
  
  На него смотрел человек в простой одежде, опирающийся на деревянный костыль. Правая нога его была отрезана выше колена. Лицо - изрезанное шрамами, постаревшее, изломанное - было почти неузнаваемым.
  
  Почти.
  
  - Вэй Цин, - прошептал Цзин Юй.
  
  - Сюаньчжи. - Человек криво улыбнулся. - Или как тебя теперь называть?
  
  Они стояли друг напротив друга - два призрака из прошлого, встретившиеся среди руин.
  
  - Шэнь Лин говорил, что ты живёшь на юге, - сказал Цзин Юй. - Держишь лавку благовоний.
  
  - Держал. - Вэй Цин пожал плечами. - Пока не услышал слухи о заклинателе с белыми волосами, который спас корабль во время шторма. Слухи, которые описывали технику, знакомую каждому, кто учился в этой башне.
  
  Он кивнул на руины за спиной Цзин Юя.
  
  - Я приехал посмотреть. Убедиться. - Его взгляд скользнул по серебристым волосам Цзин Юя, по мерцающим глазам, по лунному сиянию кожи. - Ты изменился.
  
  - Ты тоже.
  
  Вэй Цин криво усмехнулся.
  
  - Да. Десять лет и потеря ноги никого не красят.
  
  Повисло молчание - тяжёлое, неловкое. Между ними стояло слишком многое.
  
  - Я слышал разные версии того, что случилось, - наконец сказал Цзин Юй. - От Шэнь Лина. От... других. Но никто не был там. Никто не видел своими глазами.
  
  - А я был. - Голос Вэй Цина стал глухим. - Я видел всё.
  
  Цзин Юй сглотнул.
  
  - Расскажи мне. Пожалуйста.
  
  Вэй Цин долго смотрел на него - изучающе, оценивающе. Словно решал, стоит ли доверять человеку, которого считал мёртвым десять лет.
  
  - Пойдём, - наконец сказал он. - Здесь не место для таких разговоров.
  
  * * *
  
  Они сидели в маленькой чайной неподалёку - полупустой, тихой, с потемневшими от времени стенами. Хозяин принёс им чайник и молча удалился.
  
  Вэй Цин налил себе чай, но не стал пить - просто держал чашку в руках, глядя на поднимающийся пар.
  
  - С чего начать? - пробормотал он.
  
  - С начала. С той ночи.
  
  Вэй Цин кивнул.
  
  - Я был в своих покоях, когда всё началось, - заговорил он. - Готовился ко сну. И вдруг почувствовал... - он поискал слова, - разрыв. Словно что-то оборвалось в самом сердце башни.
  
  - Связь с источником?
  
  - Нет. Что-то другое. - Вэй Цин нахмурился. - Позже я понял - это была смерть главы. Когда глава умирает, все в башне чувствуют это. Но тогда я не понял, что это значит.
  
  Он отпил чай.
  
  - Я выбежал в коридор. Там уже была суматоха - люди бегали, кричали, никто не понимал, что происходит. Кто-то сказал, что на башню напали. Кто-то - что глава проводит какой-то ритуал. Кто-то искал тебя.
  
  - Меня?
  
  - Да. - Вэй Цин посмотрел на него. - Ты был первым учеником. Когда случилось что-то непонятное, все искали тебя. Ты должен был знать, что делать.
  
  Цзин Юй опустил глаза.
  
  - Но тебя не было. - Голос Вэй Цина стал жёстче. - Ни в твоих покоях, ни в зале совета, ни в библиотеке. Ты просто исчез.
  
  - Лян Хэ...
  
  - Да, я знаю. Теперь знаю. - Вэй Цин махнул рукой. - Но тогда мы не знали. Мы просто видели, что тебя нет.
  
  Он помолчал.
  
  - А потом кто-то нашёл главу. В ритуальном зале. Мёртвого.
  
  - Я слышал, - тихо сказал Цзин Юй. - Круг ритуала, кровь...
  
  - Это было... - Вэй Цин поморщился. - Я видел много смертей. Но такого - никогда. Тело было искалечено, словно что-то разорвало его изнутри. Круг вокруг него пульсировал тёмной энергией. Это был запретный ритуал - один из тех, которые описаны только в самых древних и опасных свитках.
  
  - Что он пытался сделать?
  
  - Не знаю. - Вэй Цин покачал головой. - Никто не знает. Может быть, призвать какую-то силу. Может быть, уничтожить кого-то. Что бы это ни было - оно его убило.
  
  Он отставил чашку.
  
  - Рядом с кругом нашли тело Лян Хэ.
  
  Цзин Юй вздрогнул.
  
  - Тело?
  
  - То, что от него осталось. - Голос Вэй Цина стал глухим. - Обгоревшие кости, пепел, остатки одежды. И золотая печать - та самая, которой он всегда носил на поясе. По ней его и опознали.
  
  - Он использовал свою жизнь, - прошептал Цзин Юй. - Чтобы запечатать меня.
  
  - Да. Теперь я это понимаю. - Вэй Цин смотрел на него в упор. - Но тогда мы видели только два трупа. Главу и Лян Хэ. И твоё отсутствие.
  
  - И вы решили, что я их убил.
  
  - Не все. - Вэй Цин покачал головой. - В башне были те, кто знал о твоих планах. Те, кто был на твоей стороне. Они говорили, что ты не мог этого сделать.
  
  - А остальные?
  
  - Остальные... - Вэй Цин криво усмехнулся. - Остальные помнили, что ты дружил с главой Чёрной башни. Помнили твои разговоры о мире между башнями. И решили, что ты предатель.
  
  Он помолчал.
  
  - В башне начались беспорядки. Стычки между теми, кто был за тебя, и теми, кто против. Старейшины пытались навести порядок, но без главы, без первого ученика - они были беспомощны. Никто не держал нити башни. Золотой источник молчал.
  
  - А потом появился Си Ень.
  
  - Да. - Голос Вэй Цина потемнел. - Огненные.
  
  Он закрыл глаза, и когда заговорил снова, голос его был далёким, отстранённым - словно он рассказывал о чём-то, случившемся с кем-то другим.
  
  - Они появились на рассвете. Двадцать боевых магов в чёрно-алом. И он - во главе. Демон Чёрной башни.
  
  Вэй Цин открыл глаза.
  
  - Я никогда не забуду его лицо. Он был... - он поискал слова. - Он был как воплощение ярости. Огонь в глазах, огонь в волосах, огонь вокруг него. Он шёл через двор, и камни плавились под его ногами.
  
  - Он искал меня.
  
  - Да. Он кричал твоё имя. Врывался в комнаты, выбивал двери. Хватал людей, требовал сказать, где ты. - Вэй Цин помолчал. - Некоторые пытались его остановить. Они погибли первыми.
  
  Цзин Юй закрыл глаза.
  
  - А потом кто-то - я не знаю кто - крикнул ему, что ты мёртв.
  
  Тишина.
  
  - И он... - голос Вэй Цина дрогнул. - Он остановился. На одно мгновение. Словно мир рухнул на него. А потом...
  
  Он не смог продолжить.
  
  - А потом он сжёг башню, - закончил за него Цзин Юй.
  
  - Да. - Вэй Цин кивнул. - Он окончательно вышел из себя. Я видел, как он поднял руки, как огонь хлынул из него - не как заклинание, а как... как взрыв. Как извержение вулкана. Всё вокруг вспыхнуло.
  
  Он посмотрел на свою отсутствующую ногу.
  
  - Я пытался бежать. Не успел.
  
  - Вэй Цин...
  
  - Не надо. - Тот поднял руку. - Это было давно. Я научился с этим жить.
  
  Он налил себе ещё чаю, хотя руки его дрожали.
  
  - Знаешь, что самое странное? - спросил он. - Для такого пожара, для такого разрушения - было удивительно мало жертв.
  
  Цзин Юй поднял голову.
  
  - Что ты имеешь в виду?
  
  - Всех младших учеников удалось вывести из башни. Госпожа Лю Мэй... - голос Вэй Цина дрогнул. - Она погибла, спасая их, но она успела вывести всех детей. Они выжили.
  
  - А остальные?
  
  - Огонь... - Вэй Цин нахмурился. - Огонь был странным. Он разрушал стены, плавил камни, пожирал дерево и ткань. Но людей... людей он как будто обходил. Те, кто не сопротивлялся, кто просто бежал - они выживали. Обожжённые, раненые, но живые.
  
  Он посмотрел на Цзин Юя.
  
  - Все погибшие были от рук огненных магов. От мечей, от боевых заклинаний. Не от самого пожара.
  
  Цзин Юй медленно опустил голову.
  
  - Сила Си Еня всегда делает ровно то, что он хочет, - прошептал он. - А он хотел разрушить башню. Не убить всех - разрушить башню.
  
  - Ты думаешь, он контролировал это? - В голосе Вэй Цина было недоверие. - В том состоянии?
  
  - Да. - Цзин Юй поднял взгляд. - Я знаю его. Его сила... она часть его. Даже когда он теряет контроль над собой - он не теряет контроль над огнём.
  
  Вэй Цин долго молчал, обдумывая это.
  
  - Это не отменяет того, что он сделал, - наконец сказал он. - Люди погибли. Мои друзья погибли.
  
  - Я знаю.
  
  - Мастер Юнь Цзян пытался спасти книги из библиотеки. Его нашли под обломками, обнимающим древний свиток. - Голос Вэй Цина дрогнул. - Он учил меня, когда я был мальчишкой. Он учил нас обоих.
  
  - Я помню.
  
  - А ты - ты называешь убийцу своим другом.
  
  Цзин Юй не отвёл взгляда.
  
  - Да, - сказал он. - Называю. Потому что он мой друг. Потому что он думал, что я погиб. Потому что это моя вина - всё это, с самого начала.
  
  - Твоя вина? - Вэй Цин усмехнулся - горько, болезненно. - Ты даже не был там.
  
  - Именно поэтому. - Цзин Юй сжал кулаки. - Если бы я не затеял всё это... Если бы не мои планы, моя гордость, моя самоуверенность... Лян Хэ не запечатал бы меня. Си Ень не решил бы, что я мёртв. Башня бы стояла.
  
  - Ты не можешь брать на себя чужие решения.
  
  - Могу. - Голос Цзин Юя был твёрдым. - Потому что всё это началось с меня.
  
  Они сидели в молчании, глядя друг на друга через стол, заваленный обломками прошлого.
  
  - Зачем ты вернулся? - наконец спросил Вэй Цин. - Что тебе здесь нужно?
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Я хочу восстановить башню.
  
  Вэй Цин замер.
  
  - Что?
  
  - Я хочу восстановить Белую башню. - Цзин Юй смотрел ему в глаза. - Отстроить её заново. Вернуть золотой источник. Собрать тех, кто выжил.
  
  - Ты... - Вэй Цин покачал головой. - Ты безумен.
  
  - Возможно.
  
  - Ты даже не заклинатель золотого источника больше! - В голосе Вэй Цина прозвучало что-то похожее на отчаяние. - Ты сменил источник! Ты не можешь быть главой башни, которой не принадлежишь!
  
  - Я не хочу быть главой.
  
  - Тогда зачем?!
  
  - Потому что это был мой дом. - Голос Цзин Юя был тихим, но в нём звенела сталь. - Потому что это моя вина, что он разрушен. Потому что там росли дети, которые заслуживают лучшего, чем руины и пепел.
  
  Он наклонился вперёд.
  
  - И потому что кто-то должен это сделать. Если не я - то кто?
  
  Вэй Цин молчал. Он смотрел на человека перед собой - на серебряные волосы, на мерцающие глаза, на лицо, которое знал с детства и которое теперь казалось таким чужим.
  
  - Старейшины тебя ненавидят, - наконец сказал он. - Те, кто выжил. Они десять лет проклинают твоё имя.
  
  - Я знаю.
  
  - Они не примут тебя. Они скорее убьют тебя, чем позволят приблизиться к башне.
  
  - Возможно.
  
  - Тогда зачем ты мне это говоришь?
  
  Цзин Юй посмотрел на него - прямо, открыто.
  
  - Потому что ты был моим другом, - сказал он. - Потому что ты знаешь правду - знаешь, каким я был и каким стал. И потому что мне нужна твоя помощь.
  
  - Моя помощь?
  
  - Собери выживших. - Цзин Юй говорил быстро, горячо. - Тех, кто был на моей стороне тогда. Тех, кто сомневается в официальной версии. Тех, кто просто хочет, чтобы башня снова стояла.
  
  - И что потом?
  
  - Потом я поговорю с ними. Расскажу свою версию. Объясню, что произошло на самом деле. - Он помолчал. - Я не прошу их простить меня. Не прошу забыть то, что случилось. Я прошу только дать мне шанс всё исправить.
  
  Вэй Цин долго молчал.
  
  - Ты понимаешь, чего ты просишь? - наконец спросил он. - Я десять лет строил новую жизнь. Далеко отсюда, далеко от всего этого. Я хотел забыть.
  
  - Я знаю. И я не имею права просить тебя...
  
  - Но ты просишь.
  
  - Да.
  
  Вэй Цин смотрел на него - на этого человека, который когда-то был его лучшим другом, его братом по башне. Который исчез в ту страшную ночь и вернулся через десять лет, изменённый до неузнаваемости, но всё такой же упрямый, всё такой же идеалист.
  
  - Ты всегда был таким, - пробормотал он. - Всегда верил, что можешь изменить мир.
  
  - А ты всегда шёл за мной.
  
  - Да. - Вэй Цин криво усмехнулся. - И посмотри, к чему это привело.
  
  Он опустил взгляд на свою отсутствующую ногу.
  
  - Вэй Цин, - Цзин Юй потянулся к нему через стол. - Я не могу вернуть то, что ты потерял. Не могу изменить прошлое. Но я могу попытаться построить что-то новое. Что-то лучшее.
  
  - Красивые слова.
  
  - Я знаю. - Цзин Юй не отступил. - Но я готов подкрепить их делом. Всем, что у меня есть.
  
  Вэй Цин долго молчал. За окном чайной сгущались сумерки, зажигались фонари.
  
  - Есть несколько человек, - наконец сказал он. - Из тех, кто выжил. Они живут в городе, кое-как перебиваются. Башня о них не заботится - там сейчас совет из трёх старейшин, они заняты только борьбой за власть.
  
  Цзин Юй затаил дыхание.
  
  - Я могу... - Вэй Цин помедлил. - Я могу поговорить с ними. Рассказать, что ты вернулся. Узнать, захотят ли они тебя выслушать.
  
  - Спасибо.
  
  - Не благодари. - Вэй Цин поднял руку. - Я ничего не обещаю. Они могут отказаться. Они могут попытаться тебя убить. Они могут...
  
  - Я понимаю.
  
  - Ты уверен в этом? - Вэй Цин смотрел на него в упор. - Уверен, что хочешь этого? Потому что обратного пути не будет. Как только люди узнают, что Сюаньчжи вернулся...
  
  - Я уверен.
  
  Вэй Цин вздохнул - тяжело, устало.
  
  - Тогда жди, - сказал он. - Я найду тебя, когда будут новости.
  
  Он поднялся, опираясь на костыль.
  
  - И Сюаньчжи...
  
  - Цзин Юй. - Тот тоже встал. - Меня теперь зовут Цзин Юй. Сюаньчжи... он умер в ту ночь.
  
  Вэй Цин смотрел на него долго.
  
  - Хорошо, - наконец сказал он. - Цзин Юй. - Имя прозвучало странно, непривычно. - Будь осторожен. В этом городе много людей, которые хотели бы видеть тебя мёртвым.
  
  - Я знаю.
  
  - И ещё, - Вэй Цин помедлил у двери. - Твой друг. Демон Чёрной башни. Он знает, что ты здесь?
  
  - Да.
  
  - И он не пытался тебя убить?
  
  - Нет. - Цзин Юй слабо улыбнулся. - Он пытался забрать меня с собой.
  
  Вэй Цин покачал головой.
  
  - Мир сошёл с ума, - пробормотал он. - Или я сошёл с ума. Одно из двух.
  
  И он вышел, оставив Цзин Юя одного в полутёмной чайной.
  
  За окном зажигались звёзды. Где-то вдалеке, над крышами домов, темнел силуэт разрушенной башни.
  
  "Я восстановлю тебя, - подумал Цзин Юй. - Обещаю".
  
  И он пошёл домой - туда, где его ждала Мэйлин.
  
  Глава 13. Собрание выживших
  
  Прошла неделя, прежде чем Вэй Цин прислал весточку.
  
  Записка была короткой: "Заброшенный храм у западных ворот. Завтра, после заката. Приходи один".
  
  Цзин Юй показал записку Мэйлин.
  
  - Я пойду с тобой, - тут же сказала она.
  
  - Там написано - один.
  
  - Мне всё равно, что там написано. - Она скрестила руки на груди. - Ты не пойдёшь туда без меня.
  
  - Мэйлин...
  
  - Нет. - Голос её был твёрдым. - Ты сам сказал - там могут быть люди, которые хотят тебя убить. Я не позволю тебе идти одному.
  
  Цзин Юй смотрел на неё - на эту упрямую девушку с золотыми искрами в глазах, которая почему-то решила, что его жизнь стоит того, чтобы за неё бороться.
  
  - Хорошо, - сдался он. - Но останешься снаружи. И если что-то пойдёт не так...
  
  - Если что-то пойдёт не так, я ворвусь туда и вытащу тебя, - закончила она за него.
  
  Он не стал спорить. Он уже знал, что это бесполезно.
  
  * * *
  
  Заброшенный храм стоял на окраине города - полуразрушенное строение, заросшее плющом и диким виноградом. Когда-то здесь поклонялись какому-то забытому божеству, но теперь храм служил пристанищем для бродяг и птиц.
  
  Цзин Юй подошёл к воротам, когда последние лучи солнца догорали за горизонтом. Мэйлин осталась в тени соседнего дома, невидимая, но близко - он чувствовал её присутствие, её тепло.
  
  Он толкнул скрипучую дверь и вошёл внутрь.
  
  Храм был освещён десятком масляных ламп, расставленных по полу. В их мерцающем свете Цзин Юй увидел людей - около дюжины, может, чуть больше. Они сидели на обломках скамей, на камнях, просто на полу. Все смотрели на него.
  
  Вэй Цин стоял у дальней стены, опираясь на свой костыль. Он кивнул Цзин Юю - коротко, сдержанно.
  
  - Он пришёл, - сказал кто-то в толпе. - Действительно пришёл.
  
  - Это правда он? - прошептал другой голос. - Сюаньчжи?
  
  - Смотри на волосы. На глаза. Он изменился...
  
  - Но лицо то же. Я узнаю это лицо.
  
  Цзин Юй остановился в центре храма, позволяя им разглядеть себя. Он не прятался, не отводил взгляда. Пусть смотрят. Пусть видят.
  
  - Благодарю, что пришли, - сказал он.
  
  Голос его разнёсся по храму, отражаясь от каменных стен. Люди притихли.
  
  - Меня зовут Цзин Юй. Раньше меня звали Сюаньчжи, и я был первым учеником Белой башни.
  
  - Был! - выкрикнул кто-то из толпы. Пожилой мужчина с обожжённым лицом поднялся на ноги. - Был, пока не предал нас всех!
  
  По толпе прошёл ропот.
  
  - Лао Чжан, - тихо сказал Вэй Цин. - Дай ему договорить.
  
  - Зачем?! - Лао Чжан шагнул вперёд, и в глазах его горела ненависть. - Зачем мне слушать предателя? Из-за него погибла моя жена! Из-за него башня в руинах!
  
  - Я не убивал твою жену, - ровно ответил Цзин Юй.
  
  - Но ты привёл тех, кто убил!
  
  - Нет. - Голос Цзин Юя оставался спокойным. - Я не приводил никого. Меня не было в башне в ту ночь.
  
  - Ложь!
  
  - Правда. - Цзин Юй смотрел ему в глаза. - Лян Хэ запечатал меня раньше. За несколько часов до того, как всё началось. Я провёл десять лет в той печати - один, в темноте, не зная, что происходит снаружи.
  
  По толпе снова прошёл шёпот.
  
  - Откуда нам знать, что это правда? - спросила женщина средних лет с седой прядью в чёрных волосах. Цзин Юй узнал её - Сун Мэй, когда-то она была хранительницей архивов.
  
  - Вы не можете знать, - честно ответил он. - Я могу только рассказать вам то, что знаю. А вы решите, верить мне или нет.
  
  Он огляделся, встречая взгляды - враждебные, недоверчивые, любопытные.
  
  - Я знаю, что вы думаете обо мне. Знаю, что говорят люди. Что я предатель. Что я был подкуплен Чёрной башней. Что я убил главу и Лян Хэ.
  
  - А разве нет? - бросил Лао Чжан.
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Я не убивал главу. И не убивал Лян Хэ - хотя... - он запнулся, - хотя, возможно, это я виноват в его смерти.
  
  - Что это значит?
  
  Цзин Юй помолчал, собираясь с мыслями.
  
  - Я не буду лгать вам, - сказал он. - Я действительно готовил переворот. Я хотел захватить власть в башне. Я верил, что могу сделать всё лучше, чем глава Чжоу Мин.
  
  Шёпот превратился в гул.
  
  - Я был молод, самонадеян и глуп, - продолжал Цзин Юй. - Я думал, что знаю лучше всех. Что могу решать за других. Я убедил многих из вас поддержать меня - и за это прошу прощения.
  
  - Я был среди тех, кто поддержал тебя, - вдруг сказал молодой мужчина с длинным шрамом через всё лицо. - Линь Фэн. Ты помнишь меня?
  
  Цзин Юй посмотрел на него - и узнал. Линь Фэн, младший брат одного из его друзей. Мальчишка с горящими глазами, который верил в него безоговорочно.
  
  - Помню.
  
  - Я верил тебе, - сказал Линь Фэн. - Верил, что ты изменишь всё к лучшему. А потом ты исчез, башня сгорела, и мой брат погиб.
  
  - Мне жаль.
  
  - Жаль?! - Линь Фэн вскочил на ноги. - Этого недостаточно! Ты обещал нам лучший мир - а дал нам пепел и могилы!
  
  - Я знаю.
  
  - Тогда зачем ты здесь?! - Голос Линь Фэна срывался. - Чего ты хочешь от нас?!
  
  Цзин Юй выдержал его взгляд.
  
  - Я хочу восстановить башню.
  
  Тишина.
  
  Потом - смех. Горький, надломленный смех.
  
  - Восстановить башню, - повторил Лао Чжан. - Ты шутишь.
  
  - Нет.
  
  - Это невозможно! Башня разрушена! Источник молчит! Старейшины...
  
  - Старейшины заняты борьбой за власть, - перебил его Цзин Юй. - Я знаю. Они не заботятся о башне, не заботятся о вас. Они думают только о себе.
  
  - А ты, значит, думаешь о нас? - В голосе Сун Мэй прозвучала ирония.
  
  - Я думаю о башне. - Цзин Юй повернулся к ней. - О том, чем она была и чем может стать. О детях, которые должны где-то учиться. О знаниях, которые не должны быть потеряны.
  
  - Красивые слова, - бросил Лао Чжан. - Но что за ними стоит?
  
  - Я.
  
  Цзин Юй расправил плечи.
  
  - Я стою за ними. Вся моя сила, всё моё знание, всё, что у меня есть. Я готов отдать это башне.
  
  - Твоя сила? - Сун Мэй прищурилась. - Ты даже не заклинатель золотого источника больше. Я чувствую - в тебе лунное серебро.
  
  - Да, - признал Цзин Юй. - Я сменил источник. Когда меня освободили из печати, золотой источник не откликнулся на мой зов. Но лунный - откликнулся.
  
  - Тогда какое тебе дело до Белой башни?
  
  - Это был мой дом, - просто ответил он. - Это всё ещё мой дом. Неважно, какого цвета моя сила.
  
  Люди переглядывались, шептались. Цзин Юй ждал.
  
  - Допустим, - наконец сказал Вэй Цин, выступая вперёд. - Допустим, мы тебе поверим. Допустим, мы захотим помочь. Что ты предлагаешь?
  
  - Начать с малого. - Цзин Юй говорил быстро, горячо. - Собрать тех, кто хочет вернуться. Расчистить руины. Восстановить хотя бы одно крыло - достаточно, чтобы там можно было жить и учиться.
  
  - На какие деньги?
  
  - У меня есть... связи.
  
  - Чёрная башня? - В голосе Лао Чжана прозвучало отвращение. - Ты хочешь восстановить нашу башню на деньги тех, кто её разрушил?!
  
  - Если понадобится - да.
  
  - Никогда!
  
  - Тогда найдём другой способ. - Цзин Юй не отступал. - Я не прошу вас принимать помощь от Чёрной башни. Я прошу вас дать мне шанс.
  
  - Шанс на что? - тихо спросила молодая женщина, до этого молчавшая. Она была бледной, худой, с тёмными кругами под глазами. - Шанс снова всё разрушить?
  
  - Шанс всё исправить.
  
  Она смотрела на него долго - печально, устало.
  
  - Я была ученицей госпожи Лю Мэй, - сказала она. - Она погибла, спасая нас. Детей. Она вернулась в горящую башню, чтобы вывести последних, и не вышла.
  
  Цзин Юй склонил голову.
  
  - Я знаю. Мне рассказывали.
  
  - Она верила в тебя, - продолжала женщина. - До самого конца. Когда другие называли тебя предателем, она говорила - подождите, мы не знаем всей правды.
  
  Голос её дрогнул.
  
  - Если бы она была здесь... я думаю, она бы дала тебе шанс.
  
  Цзин Юй поднял голову и посмотрел на неё.
  
  - Спасибо.
  
  - Не благодари. - Женщина покачала головой. - Я не знаю, правильно ли это. Но госпожа Лю Мэй научила меня одному - нельзя строить будущее на ненависти.
  
  - Красиво сказано, Мэй Хуа, - буркнул Лао Чжан. - Но ненависть - это всё, что у нас осталось.
  
  - Тогда у нас ничего нет.
  
  Повисла тишина.
  
  - Я не прошу вас простить меня, - снова заговорил Цзин Юй. - Не прошу забыть то, что случилось. Я прошу только одного - позвольте мне попытаться.
  
  Он обвёл взглядом собравшихся.
  
  - Те, кто хочет помочь - останьтесь. Те, кто не хочет - уходите. Я не буду вас винить. Я не имею на это права.
  
  Никто не двинулся с места.
  
  - И ещё одно, - добавил Цзин Юй. - Я не буду главой башни. Я не могу им быть - я больше не принадлежу золотому источнику. Когда башня будет восстановлена, вы сами выберете, кто будет ею управлять.
  
  - Тогда кем ты будешь? - спросил Линь Фэн.
  
  - Тем, кто строит, - просто ответил Цзин Юй. - Не больше.
  
  Снова молчание.
  
  А потом Лао Чжан повернулся и пошёл к выходу.
  
  - Лао Чжан? - окликнул его Вэй Цин.
  
  - Я не могу, - бросил тот, не оборачиваясь. - Не могу смотреть на него и не видеть лицо жены. Не могу работать рядом с ним и не думать о том, что она могла бы быть жива.
  
  Он остановился у двери.
  
  - Я не буду вам мешать. Но и помогать не буду. Делайте что хотите.
  
  И он вышел, хлопнув дверью.
  
  Ещё двое последовали за ним - молча, не глядя на Цзин Юя.
  
  Остальные остались.
  
  - Ну что ж, - сказал Вэй Цин, когда дверь закрылась. - Нас осталось девять. Не густо.
  
  - Достаточно, - ответил Цзин Юй.
  
  - Достаточно для чего?
  
  - Для начала.
  
  Он посмотрел на оставшихся - на эту горстку людей, израненных, озлобленных, потерявших всё. И увидел в их глазах то, чего не ожидал увидеть.
  
  Надежду.
  
  Слабую, едва тлеющую - но надежду.
  
  - Что теперь? - спросила Мэй Хуа.
  
  - Теперь, - Цзин Юй позволил себе улыбнуться, - мы начинаем работать.
  
  * * *
  
  Когда он вышел из храма, Мэйлин ждала его в тени.
  
  - Как всё прошло? - спросила она.
  
  - Лучше, чем я ожидал. - Он взял её за руку. - Хуже, чем надеялся.
  
  - Сколько человек с тобой?
  
  - Девять.
  
  - Девять заклинателей против разрушенной башни и враждебных старейшин?
  
  - Да.
  
  Мэйлин помолчала.
  
  - Этого мало.
  
  - Я знаю.
  
  - Но ты всё равно будешь пытаться.
  
  - Да.
  
  Она вздохнула.
  
  - Тогда нас десять, - сказала она. - Я тоже помогу.
  
  Цзин Юй посмотрел на неё - на эту девушку из глухой деревни, которая пошла за ним на край света.
  
  - Спасибо, - тихо сказал он.
  
  - Не благодари. - Она улыбнулась. - Просто не вздумай умереть, пока не закончишь.
  
  Он рассмеялся - тихо, но искренне.
  
  И они пошли домой, рука об руку, под светом луны, которая казалась чуть ярче, чем обычно.
  
  Глава 14. Возрождение
  
  Работа началась на следующий же день.
  
  Девять заклинателей - всё, что осталось от тех, кто поверил Цзин Юю - собрались у ворот разрушенной башни на рассвете. Они стояли перед почерневшими стенами, глядя на масштаб разрушений, и молчали.
  
  - С чего начнём? - наконец спросил Вэй Цин.
  
  - С расчистки, - ответил Цзин Юй. - Нужно убрать завалы, посмотреть, что можно спасти.
  
  Первые недели были самыми тяжёлыми.
  
  Они разбирали руины голыми руками - камень за камнем, балка за балкой. Работа была изнурительной, грязной, неблагодарной. Каждый день они находили что-то, напоминающее о прошлом - обгоревшую книгу, оплавленный подсвечник, чей-то личный амулет. Иногда - кости.
  
  Кости они хоронили с почестями, какие могли оказать.
  
  Мэйлин работала наравне со всеми. Она таскала камни, готовила еду для работников, лечила ссадины и порезы. Заклинатели, поначалу смотревшие на неё с недоумением - что здесь делает простая травница? - быстро прониклись к ней уважением.
  
  - Твоя девочка - настоящее сокровище, - сказал Вэй Цин Цзин Юю однажды вечером, когда они отдыхали после долгого дня.
  
  - Она не моя, - автоматически ответил Цзин Юй.
  
  Вэй Цин только хмыкнул.
  
  * * *
  
  К концу первого месяца слухи о восстановлении разнеслись по городу.
  
  Люди приходили посмотреть - сначала просто любопытные, потом те, кто когда-то был связан с башней. Бывшие слуги, торговцы, которые поставляли товары, ремесленники, которые работали на заклинателей.
  
  Некоторые оставались помочь.
  
  - Я был поваром в башне двадцать лет, - сказал пожилой мужчина с добрым лицом, представившийся как дядюшка Чэнь. - Если вы восстанавливаете её - я хочу вернуться.
  
  - У нас нет денег, чтобы платить, - честно сказал Цзин Юй.
  
  - Мне не нужны деньги. Мне нужен дом.
  
  Он был не единственным.
  
  К концу второго месяца их было уже больше тридцати человек - заклинатели и простые люди, работающие бок о бок. Они расчистили главный двор, укрепили уцелевшие стены западного крыла, начали восстанавливать крышу.
  
  Но деньги были нужны. Для материалов, для инструментов, для еды.
  
  * * *
  
  Однажды ночью Цзин Юй достал чёрную птицу, которую дал ему Си Ень.
  
  Он долго смотрел на неё, прежде чем написать послание. Птица сидела на его ладони, тёплая и неподвижная, ожидая.
  
  "Мне нужна помощь, - написал он. - Деньги на восстановление. Если можешь".
  
  Он привязал записку к лапке птицы и выпустил её в ночное небо. Птица вспыхнула алым и исчезла во тьме.
  
  Ответ пришёл через три дня.
  
  Не письмо - караван. Пять повозок, нагруженных сундуками, в сопровождении молчаливых воинов в чёрно-алом. Они остановились у ворот башни на рассвете, и старший из воинов вручил Цзин Юю свиток.
  
  "Если мой безумный друг решил восстановить эту проклятую башню - я помогу. Здесь достаточно золота, чтобы отстроить её дважды. Если понадобится больше - пришли птицу. С."
  
  Цзин Юй развернул один из сундуков.
  
  Золото. Горы золота. Слитки, монеты, драгоценные камни.
  
  - Небеса милосердные, - прошептала Мэй Хуа, заглянув ему через плечо. - Откуда это?
  
  - От друга.
  
  - Какого друга?!
  
  Цзин Юй не ответил. Он смотрел на золото - и думал о человеке, который прислал его. О Си Ене, который разрушил эту башню в припадке горя и ярости. Который теперь посылал деньги на её восстановление.
  
  "Безумный друг", - написал он.
  
  Может быть, они оба были безумцами.
  
  * * *
  
  С деньгами работа пошла быстрее.
  
  Они наняли каменщиков, плотников, кузнецов. Закупили материалы - камень из южных карьеров, дерево из северных лесов, черепицу, стекло, металл. Западное крыло обретало прежний вид - стены выросли заново, крыша засверкала свежей черепицей, окна засияли стёклами.
  
  И люди продолжали приходить.
  
  Сначала - те, кто выжил в ту ночь и разбрёлся по империи. До них дошли слухи о восстановлении, и они возвращались - осторожно, недоверчиво, но возвращались.
  
  - Я думал, что никогда больше не увижу эти стены, - сказал старый мастер-артефактор по имени Чжан Вэй, стоя посреди восстановленного двора. Слёзы текли по его морщинистому лицу. - Думал, что всё кончено.
  
  - Ничего не кончено, - ответил Цзин Юй. - Пока мы живы - ничего не кончено.
  
  К концу четвёртого месяца их было уже больше сотни - заклинатели, мастера, слуги, просто люди, которые хотели быть частью чего-то. Западное крыло было полностью восстановлено, работа началась на северном.
  
  Даже золотой источник, молчавший столько лет, начал откликаться - слабо, едва заметно, но это было начало.
  
  - Источник чувствует нас, - сказала Сун Мэй однажды утром, положив руку на стену башни. - Чувствует, что мы вернулись.
  
  - Он простил нас? - тихо спросила Мэй Хуа.
  
  - Нет. - Сун Мэй покачала головой. - Он ждёт. Смотрит, что мы будем делать.
  
  * * *
  
  Не все были рады возрождению башни.
  
  Первые угрозы появились на пятом месяце.
  
  Однажды утром они нашли у ворот дохлую крысу с запиской, привязанной к хвосту. "Предатели должны умереть", - гласила записка.
  
  - Кто это сделал? - спросила Мэйлин, с отвращением глядя на крысу.
  
  - Не знаю. - Цзин Юй забрал записку. - Но могу догадаться.
  
  Старейшины. Те трое, что остались от прежнего совета башни. Они жили в столице, в богатых домах, и упивались своей властью над жалкими остатками некогда великой организации. Восстановление башни грозило отнять у них эту власть.
  
  На следующую неделю кто-то поджёг склад с материалами. Огонь удалось потушить, но часть дерева сгорела.
  
  - Это предупреждение, - мрачно сказал Вэй Цин.
  
  - Я знаю.
  
  - Что будем делать?
  
  - Продолжать работать.
  
  Потом начали приходить письма - анонимные, угрожающие. "Уходите, пока можете". "Предатель не восстановит то, что разрушил". "Золото Чёрной башни - проклятое золото".
  
  Некоторые из работников испугались и ушли. Но большинство осталось.
  
  - Я не для того вернулся, чтобы бежать от анонимных трусов, - сказал Линь Фэн, когда Цзин Юй предложил тем, кто боится, уйти без последствий.
  
  Однажды ночью на Чжан Вэя напали в переулке. Он выжил - нападавшие только избили его и скрылись - но послание было ясным.
  
  - Они хотят, чтобы мы остановились, - сказал Цзин Юй, сидя у постели раненого мастера.
  
  - Значит, мы на правильном пути, - прохрипел Чжан Вэй. - Если бы мы были не опасны - они бы нас игнорировали.
  
  Цзин Юй установил ночные дежурства. Заклинатели по очереди патрулировали территорию, следили за подозрительными. Мэйлин настояла на том, чтобы дежурить вместе со всеми.
  
  - Ты не заклинатель, - возразил Цзин Юй. - Это опасно.
  
  - Я умею драться, - отрезала она. - Бабушка научила. И моя сила целительницы тоже кое-чего стоит.
  
  Он не стал спорить. Он уже знал, что это бесполезно.
  
  * * *
  
  На шестом месяце случилось то, чего никто не ожидал.
  
  К воротам башни подошёл человек - пожилой, седой, с посохом в руках. Он был одет просто, но что-то в его осанке выдавало бывшего заклинателя высокого ранга.
  
  Цзин Юй узнал его сразу.
  
  - Старейшина Юань, - сказал он, выходя навстречу.
  
  Юань Ши - один из трёх старейшин, которые формально управляли тем, что осталось от Белой башни. Самый молодой из них, самый умеренный. Когда-то он был наставником Цзин Юя по боевым искусствам.
  
  - Сюаньчжи, - старейшина смотрел на него странным взглядом. - Или как тебя теперь называть?
  
  - Цзин Юй.
  
  - Хм. - Старейшина огляделся, разглядывая восстановленные стены, работающих людей. - Слухи не врали. Ты действительно восстанавливаешь башню.
  
  - Да.
  
  - На деньги Чёрной башни.
  
  - На деньги друга.
  
  Юань Ши хмыкнул.
  
  - Друга, который разрушил эту башню.
  
  - Да.
  
  Они стояли друг напротив друга - бывший ученик и бывший учитель. Между ними были годы, кровь, предательство - настоящее и мнимое.
  
  - Зачем вы здесь, старейшина? - наконец спросил Цзин Юй.
  
  - Посмотреть. - Юань Ши опирался на посох, но взгляд его был острым. - Когда мне доложили, что ты вернулся и собираешь людей - я не поверил. Когда сказали, что ты восстанавливаешь башню - я решил, что это ловушка.
  
  - И что вы думаете теперь?
  
  Старейшина помолчал.
  
  - Теперь я думаю, что ты либо безумец, либо святой. - Он слабо улыбнулся. - Возможно, и то, и другое.
  
  - Старейшина...
  
  - Другие два старейшины хотят тебя убить, - перебил его Юань Ши. - Лю Цзянь нанимает убийц. Хуан Бо пытается настроить против тебя императорский двор.
  
  Цзин Юй кивнул. Он догадывался об этом.
  
  - А вы?
  
  - А я... - старейшина вздохнул. - Я слишком стар для интриг. Слишком устал от борьбы за власть, которой нет. - Он посмотрел на башню - на её растущие стены, на её оживающее сердце. - Я хочу увидеть, как она снова станет великой. Прежде чем умру.
  
  - Вы хотите помочь?
  
  - Я хочу... - Юань Ши помедлил. - Я хочу поговорить с тобой. Узнать правду. Понять, что случилось на самом деле.
  
  - Тогда входите, - Цзин Юй отступил в сторону. - У нас есть чай. И время.
  
  Старейшина смотрел на него долго - на серебряные волосы, на мерцающие глаза, на лицо человека, которого он когда-то учил.
  
  - Ты изменился, - наконец сказал он.
  
  - Все меняются.
  
  - Нет. - Юань Ши покачал головой. - Не все. Но ты... - он не закончил фразу.
  
  И вошёл в ворота.
  
  * * *
  
  К концу седьмого месяца к ним присоединился и старейшина Юань.
  
  Не официально - он не мог открыто порвать с советом. Но он приходил каждый день, помогал советом, делился знаниями. Его присутствие придавало восстановлению легитимность, которой раньше не было.
  
  - Если Юань Ши с ними - может, они не так уж и неправы, - шептались люди в городе.
  
  Ряды восстановителей росли. К концу восьмого месяца их было уже больше двухсот человек. Северное крыло было почти закончено, началась работа на восточном.
  
  И золотой источник откликался всё сильнее.
  
  - Он просыпается, - сказала Сун Мэй однажды утром, и в голосе её было благоговение. - Я чувствую его. Он... он радуется.
  
  Цзин Юй положил руку на стену башни.
  
  Он чувствовал это тоже - тёплую, пульсирующую энергию, поднимающуюся из глубин. Не его источник - не лунное серебро - но что-то родное, знакомое, любимое.
  
  Башня возвращалась к жизни.
  
  И те, кто хотел её уничтожить, становились всё отчаяннее.
  
  Глава 15. Пламя во тьме
  
  Нападение произошло ночью, в конце девятого месяца.
  
  Луна скрылась за тучами, и темнота была почти непроглядной. Цзин Юй дежурил на восточной стене вместе с Линь Фэном и двумя молодыми заклинателями. Мэйлин спала в одной из восстановленных комнат - он настоял, чтобы она отдохнула после тяжёлого дня.
  
  Первым знаком беды был запах.
  
  Горький, химический запах, который Цзин Юй узнал бы где угодно - алхимический огонь. Зелье, которое горело даже на камне, даже под водой.
  
  - Тревога! - закричал он, но было уже поздно.
  
  Они появились отовсюду - тёмные фигуры в масках, перелезающие через стены, выскакивающие из теней. Десятки, может, больше. Не простые наёмники - заклинатели. Цзин Юй чувствовал их силу, разную, от разных источников.
  
  Кто-то нанял целую армию.
  
  Первый удар швырнул Линь Фэна через двор. Он врезался в стену с глухим стуком и сполз на землю, не шевелясь.
  
  - Линь Фэн! - крикнул один из молодых заклинателей и тут же упал, поражённый невидимым ударом.
  
  Цзин Юй призвал свою силу. Лунное серебро хлынуло по меридианам, окутало руки холодным сиянием. Он отбил первую атаку, вторую - но нападавших было слишком много.
  
  Внизу, во дворе, уже шёл бой. Он видел вспышки золотой силы - его люди сражались. Слышал крики, звон металла, грохот рушащихся камней.
  
  - Найти предателя! - проревел кто-то. - Голова Сюаньчжи - сто золотых!
  
  Трое нападавших бросились на Цзин Юя одновременно. Он увернулся от первого удара, заблокировал второй щитом из лунного света, но третий достиг цели - огненная плеть хлестнула его по боку, и он почувствовал, как кожа лопается от жара.
  
  Боль была ослепительной.
  
  Он упал на колено, пытаясь удержать щит. Нападавшие окружали его, готовясь добить.
  
  - Жаль, что ты не сдох в своей печати, - прошипел один из них, поднимая меч. - Но мы исправим эту ошибку.
  
  Цзин Юй посмотрел на него снизу вверх. Силы утекали из него вместе с кровью, щит мерцал, готовый рассыпаться.
  
  "Мэйлин", - подумал он. - "Прости".
  
  Меч начал опускаться.
  
  И тогда ночь вспыхнула.
  
  * * *
  
  Они появились из ниоткуда - фигуры, сотканные из чистого пламени.
  
  Стражи пламени. Личная охрана главы Чёрной башни. Существа, созданные из огненной магии, связанные нерушимой клятвой с тем, кто носил корону главы.
  
  Цзин Юй видел их раньше - мельком, когда Си Ень приходил к нему в сад. Но тогда они были невидимы, едва ощутимы.
  
  Теперь они были здесь - во плоти, если это слово применимо к существам из чистого огня.
  
  Их было пятеро. Высокие, в доспехах из застывшего пламени, с мечами, пылающими алым. Они двигались быстрее, чем глаз мог уследить - быстрее, чем мысль.
  
  Нападавший с занесённым мечом не успел даже вскрикнуть. Огненный клинок прошёл сквозь него, и он рассыпался пеплом ещё до того, как коснулся земли.
  
  Двое других попытались бежать. Не успели.
  
  Стражи прошли через двор, как огненный смерч. Они не разбирали - они уничтожали. Каждый, кто был в маске, каждый, кто поднял оружие против башни, превращался в пепел при их приближении.
  
  Цзин Юй смотрел, как его враги умирают, и чувствовал... ничего. Только усталость и боль в обожжённом боку.
  
  Бой закончился так же быстро, как начался.
  
  Когда последний нападавший упал, стражи замерли. Огонь в их доспехах пригас, очертания стали более чёткими. Теперь они выглядели почти как люди - воины в алых доспехах, с закрытыми шлемами.
  
  Один из них - командир, судя по украшениям на доспехах - подошёл к Цзин Юю и опустился на одно колено.
  
  - Господин, - голос его звучал как потрескивание костра. - Вы ранены.
  
  - Я... - Цзин Юй попытался встать и едва не упал. Страж подхватил его - осторожно, бережно, словно боялся сломать.
  
  - Вы должны были быть незаметны, - сказал Цзин Юй, когда обрёл дар речи.
  
  - Да, господин. - В голосе стража прозвучало что-то похожее на смущение. - Глава приказал обеспечить вашу безопасность, но оставаться невидимыми.
  
  - И?
  
  - И мы решили пожертвовать незаметностью. - Страж помолчал. - Иначе не сносить бы нам головы. Глава... глава был бы очень недоволен, если бы мы позволили вам погибнуть.
  
  Цзин Юй хотел рассмеяться, но боль в боку не позволила.
  
  - Он приказал вам следить за мной?
  
  - С того дня, как он узнал, что вы живы, господин. - Страж склонил голову ещё ниже. - Мы были рядом всё это время. Следили, чтобы никто не причинил вам вреда.
  
  "Всё это время", - подумал Цзин Юй. - "Девять месяцев. Они были рядом девять месяцев, и я не знал".
  
  - Сколько вас?
  
  - Двадцать, господин. Мы сменялись. Глава хотел быть уверен...
  
  - Цзин Юй!
  
  Голос Мэйлин прорезал ночь. Она бежала через двор, спотыкаясь о тела, перепрыгивая через обломки. Волосы её растрепались, на щеке была кровь - чужая или своя, он не знал.
  
  Она увидела стражей и замерла.
  
  - Что... кто это?
  
  - Друзья, - сказал Цзин Юй. - Кажется.
  
  Страж-командир выпрямился и повернулся к Мэйлин. Он склонил голову - коротко, уважительно.
  
  - Госпожа, - сказал он. - Глава говорил о вас. Он приказал защищать вас так же, как защищаем его.
  
  - Глава? - Мэйлин непонимающе смотрела на него. - Какой глава?
  
  - Глава Чёрной башни, госпожа. Си Ень.
  
  Мэйлин перевела взгляд на Цзин Юя. В её глазах было множество вопросов.
  
  - Потом, - сказал он. - Я всё объясню потом. Сначала - раненые.
  
  * * *
  
  Утро принесло подсчёт потерь.
  
  Семеро погибших - все из числа нападавших. Раненых среди защитников башни было много - больше двадцати человек, трое тяжело. Но никто не умер.
  
  Стражи пламени успели вовремя.
  
  Они всё ещё были здесь - застыли по периметру башни, невозмутимые и неподвижные. Люди обходили их стороной, бросая испуганные взгляды.
  
  - Они не уходят, - сказал Вэй Цин, подходя к Цзин Юю. Его рука была на перевязи - ему тоже досталось в бою.
  
  - Я знаю.
  
  - Когда ты собираешься объяснить?
  
  Цзин Юй посмотрел на собравшихся людей. Они стояли во дворе - заклинатели, мастера, слуги. Все смотрели на него. Ждали.
  
  - Сейчас, - сказал он.
  
  Он вышел на середину двора, и люди расступились, образуя круг. Стражи пламени по-прежнему стояли неподвижно, как статуи.
  
  - Вы хотите знать, кто они, - начал Цзин Юй. - И почему они здесь.
  
  Молчание.
  
  - Это стражи пламени. Личная охрана главы Чёрной башни.
  
  Шёпот прокатился по толпе. Кто-то отшатнулся, кто-то схватился за оружие.
  
  - Демон прислал своих тварей?! - крикнул кто-то из задних рядов.
  
  - Нет. - Голос Цзин Юя был ровным. - Не тварей. Защитников.
  
  - Зачем главе Чёрной башни защищать нас?!
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Потому что Си Ень - мой друг.
  
  Тишина. Абсолютная, звенящая тишина.
  
  - Друг, - повторил Лао Чжан. Он появился откуда-то из толпы - тот самый Лао Чжан, который ушёл с первого собрания. - Ты называешь другом того, кто убил наших людей? Кто сжёг нашу башню?
  
  - Да.
  
  - И ты принимаешь его помощь?
  
  - Золото, на которое мы восстанавливаем башню - от него. - Цзин Юй не отвёл взгляда. - Я не скрывал этого.
  
  - Но ты не говорил, что он твой друг!
  
  - Потому что знал, как вы отреагируете.
  
  - И как же мы должны были отреагировать?! - Лао Чжан шагнул вперёд, и лицо его было искажено яростью. - Нас убивали его маги! Наши дети горели в его огне! А ты называешь его другом?!
  
  - Он думал, что я мёртв.
  
  - И что?!
  
  - И он потерял рассудок от горя. - Голос Цзин Юя стал тише. - Я не оправдываю того, что он сделал. Но я понимаю, почему он это сделал.
  
  - Понимаешь?! - Лао Чжан задыхался от ярости. - Моя жена горела заживо, а ты понимаешь?!
  
  - Твоя жена погибла от меча, не от огня. - Голос раздался откуда-то сбоку. Мэй Хуа выступила вперёд. - Я была там. Я видела.
  
  Лао Чжан повернулся к ней.
  
  - Какая разница?!
  
  - Большая. - Мэй Хуа смотрела на него спокойно. - Огонь Си Еня разрушил стены, но не убивал людей. Вэй Цин рассказывал - все погибшие были от рук его воинов, не от самого пламени.
  
  - И это должно меня утешить?!
  
  - Нет. - Мэй Хуа покачала головой. - Но это должно заставить тебя думать.
  
  Она повернулась к толпе.
  
  - Послушайте меня. Все вы. Я потеряла в ту ночь учительницу, которая была мне как мать. Я ненавидела Си Еня так же, как вы. Но...
  
  Она помолчала.
  
  - Но этой ночью его стражи спасли нам жизнь. Всем нам. Если бы не они - мы бы сейчас лежали мёртвыми во дворе.
  
  - Это ничего не меняет, - упрямо сказал Лао Чжан.
  
  - Меняет. - Вэй Цин выступил вперёд, опираясь на костыль. - Я потерял ногу в ту ночь. Я имею право ненавидеть Си Еня больше, чем кто-либо из вас.
  
  Он посмотрел на Цзин Юя.
  
  - Но я также помню, каким он был раньше. До той ночи. Мальчишка с горящими глазами, который приезжал в нашу башню навестить друга. Который смеялся и шутил, и мечтал о мире без войн.
  
  - Люди меняются, - бросил Лао Чжан.
  
  - Да. Меняются. - Вэй Цин кивнул. - Он изменился, когда решил, что потерял лучшего друга. Когда решил, что мы убили единственного человека, которого он любил.
  
  Он обвёл взглядом толпу.
  
  - Я не прошу вас прощать его. Не прошу забывать. Но я прошу вас подумать - что бы вы сделали на его месте? Если бы узнали, что ваш брат, ваш друг, ваш... - он запнулся, - ваш любимый человек убит?
  
  Молчание.
  
  - Я бы сжёг мир, - тихо сказала Мэй Хуа. - Если бы кто-то убил госпожу Лю Мэй... я бы сожгла мир.
  
  - Это не оправдание, - упрямо повторил Лао Чжан.
  
  - Никто не говорит об оправдании. - Цзин Юй снова заговорил. - Я говорю о том, что есть. Си Ень - глава Чёрной башни. Он могущественнее, чем кто-либо из нас. И он хочет помочь.
  
  - Почему?
  
  - Потому что я попросил.
  
  Лао Чжан смотрел на него долго.
  
  - И ты думаешь, что мы должны принять эту помощь?
  
  - Я думаю, что у нас нет выбора. - Цзин Юй указал на стражей. - Эти существа защищают нас. Сегодня они спасли нам жизнь. Завтра они могут спасти её снова.
  
  - А послезавтра они нас убьют?
  
  - Нет.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Потому что знаю Си Еня. - Цзин Юй выдержал его взгляд. - Он разрушил башню в припадке горя. Но он не станет разрушать то, что я строю. Не станет убивать тех, кого я защищаю.
  
  - Почему?
  
  - Потому что я единственное, что у него осталось.
  
  Тишина.
  
  - Значит, мы теперь под защитой демона Чёрной башни? - В голосе Сун Мэй было странное выражение - не гнев, не страх, а что-то похожее на горькую иронию.
  
  - Да.
  
  - И что скажут люди?
  
  - Мне всё равно, что скажут люди. - Цзин Юй расправил плечи. - Мне важно, чтобы башня была восстановлена. Чтобы вы были живы. Чтобы наши дети имели дом.
  
  Он обвёл взглядом собравшихся.
  
  - Кто хочет уйти - уходите. Я не буду вас останавливать. Кто хочет остаться - оставайтесь. Но знайте: я не откажусь от помощи Си Еня. Не откажусь от его золота, от его стражей, от его дружбы. Потому что без этого мы все умрём.
  
  Молчание.
  
  А потом Лао Чжан повернулся и пошёл к воротам.
  
  - Лао Чжан, - окликнул его Вэй Цин.
  
  - Я не могу, - бросил тот, не оборачиваясь. - Не могу принять помощь от убийцы моей жены. Даже ради башни.
  
  Он вышел через ворота и исчез в утренней дымке.
  
  Ещё несколько человек последовали за ним - молча, не глядя на Цзин Юя.
  
  Остальные остались.
  
  - Ну что ж, - сказал Вэй Цин, когда ворота закрылись. - Теперь все знают.
  
  - Да.
  
  - Думаешь, это правильно?
  
  Цзин Юй посмотрел на стражей пламени, по-прежнему неподвижных на своих постах.
  
  - Думаю, что правда лучше лжи. - Он помолчал. - И думаю, что Си Ень заслуживает того, чтобы его признали. Не как демона. Как друга.
  
  - Друга, который сжёг башню.
  
  - Друга, который помогает её восстановить.
  
  Вэй Цин покачал головой.
  
  - Мир сошёл с ума, - пробормотал он. - Или я сошёл с ума.
  
  - Возможно, и то, и другое, - ответил Цзин Юй.
  
  И, несмотря на всё - несмотря на боль в боку, несмотря на усталость, несмотря на ушедших - он улыбнулся.
  
  Потому что башня всё ещё стояла.
  
  И они всё ещё были живы.
  
  Глава 16. Мир и пламя
  
  Прошёл год.
  
  Белая башня стояла.
  
  Не такая, как прежде - не величественная громада, вознесённая к небесам, не чудо архитектуры, поражавшее воображение. Но она стояла - крепкая, живая, наполненная людьми и смыслом.
  
  Три крыла были полностью восстановлены. Главная башня - та, что когда-то была сердцем всего комплекса - поднялась заново, пусть и не на прежнюю высоту. Золотой источник бил из глубин, питая стены силой, согревая комнаты зимой, освещая коридоры мягким сиянием.
  
  Дети снова бегали по дворам. Ученики склонялись над книгами в восстановленной библиотеке. Мастера работали в своих мастерских. Запах благовоний плыл из храма, где снова совершались ритуалы.
  
  Башня жила.
  
  * * *
  
  Цзин Юй стоял на балконе главной башни, глядя на закат.
  
  За его спиной, в зале совета, заканчивались последние приготовления. Завтра должно было произойти то, ради чего они работали весь этот год - официальное заключение мира между Белой и Чёрной башнями.
  
  Си Ень приезжал лично.
  
  - Ты волнуешься, - сказала Мэйлин, выходя на балкон.
  
  Она изменилась за этот год. Из деревенской травницы она превратилась в... он не знал, как это назвать. Правую руку? Советницу? Целительницу башни?
  
  Всё это - и что-то большее.
  
  - Немного, - признал он.
  
  - Из-за договора?
  
  - Из-за людей. - Он повернулся к ней. - Многие до сих пор ненавидят Си Еня. Не уверен, что они готовы сидеть с ним за одним столом.
  
  - А ты готов?
  
  - Я? - Цзин Юй усмехнулся. - Я сидел с ним за одним столом, когда мне было шестнадцать. Мы пили вино и строили планы, как изменим мир.
  
  - И как, изменили?
  
  - Сожгли его. - Улыбка сошла с его лица. - А теперь пытаемся собрать из пепла.
  
  Мэйлин взяла его за руку.
  
  - Ты справишься.
  
  - Мы справимся, - поправил он.
  
  * * *
  
  Делегация Чёрной башни прибыла на рассвете.
  
  Они появились из огненного портала - два десятка заклинателей в чёрно-алом, с факелами, горящими без дыма. Впереди шёл Си Ень.
  
  Он изменился с их последней встречи. Всё ещё высокий, всё ещё пугающий - но что-то в его лице стало... мягче? Пламя в глазах горело ровнее, не металось, как раньше.
  
  Цзин Юй вышел ему навстречу.
  
  - Глава Чёрной башни, - произнёс он официальным тоном. - Белая башня приветствует вас.
  
  - Исполняющий обязанности главы Белой башни, - ответил Си Ень так же официально. - Чёрная башня благодарит за приём.
  
  Они смотрели друг на друга - два человека, которых связывало слишком многое для официальных формулировок.
  
  А потом Си Ень улыбнулся - и это была настоящая улыбка, не хищный оскал, который видели его враги.
  
  - Ты отстроил эту развалину, - сказал он. - Я впечатлён.
  
  - Твоё золото помогло.
  
  - Золото - ерунда. - Си Ень махнул рукой. - Ты вдохнул в эти камни жизнь. Это стоит больше любого золота.
  
  Он огляделся, разглядывая восстановленные стены, новую черепицу на крышах, детей, выглядывающих из-за угла.
  
  - Красиво, - признал он. - Даже красивее, чем было раньше.
  
  - Не красивее. Другое.
  
  - Другое - значит лучше. - Си Ень снова посмотрел на него. - Старое было гнилым изнутри. Я просто обнажил эту гниль.
  
  - Ты сжёг её вместе с людьми.
  
  - Да. - Голос Си Еня не дрогнул. - И буду нести эту вину до конца жизни. Но не жалеть о том, что башня рухнула.
  
  Цзин Юй хотел возразить - но не стал. Это был старый спор, который они вели уже не раз. И который, вероятно, будут вести ещё долго.
  
  - Пойдём, - сказал он вместо этого. - Договор ждёт.
  
  * * *
  
  Подписание прошло в большом зале - том самом, где когда-то собирался совет Белой башни.
  
  Зал был полон. Заклинатели обеих башен, старейшины, мастера, даже представители императорского двора - все собрались, чтобы засвидетельствовать исторический момент.
  
  Договор был простым. Вечный мир между башнями. Отказ от участия в войнах между государствами. Взаимопомощь в случае внешней угрозы. Свободный обмен знаниями и учениками.
  
  Всё то, о чём они мечтали когда-то - два мальчишки, которые хотели изменить мир.
  
  - Ты уверен? - тихо спросил Цзин Юй, прежде чем поставить подпись.
  
  - Уверен ли я? - Си Ень усмехнулся. - Я ждал этого десять лет. С того дня, как ты исчез.
  
  - Ты мог бы заключить мир раньше. С советом старейшин.
  
  - Мог бы. - Си Ень пожал плечами. - Но они были слишком заняты враждой друг с другом. И слишком боялись меня, чтобы говорить честно.
  
  Он посмотрел на Цзин Юя.
  
  - С тобой - другое дело. Ты не боишься меня.
  
  - Я боюсь.
  
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Ты боишься того, что я могу сделать. Но не меня самого. Это разные вещи.
  
  Цзин Юй не стал спорить. Он взял кисть и поставил свою подпись под договором.
  
  Си Ень сделал то же самое.
  
  И зал взорвался аплодисментами.
  
  * * *
  
  Пир начался с закатом.
  
  Столы были накрыты во дворе - том самом, где год назад лежали тела нападавших. Теперь здесь горели фонари, звучала музыка, разносился запах жареного мяса и пряностей.
  
  Заклинатели обеих башен сидели вперемешку - поначалу настороженно, потом всё свободнее. Вино лилось рекой, языки развязывались, старые обиды отступали.
  
  - За мир! - провозгласил Вэй Цин, поднимая чашу.
  
  - За мир! - подхватили голоса.
  
  Цзин Юй сидел во главе стола рядом с Си Енем. Он заметил, что друг не притрагивается к вину - перед ним стояла только чашка с чаем.
  
  - Ты не пьёшь?
  
  - Больше нет. - Си Ень поднёс чашку к губам. - Череп я сжёг, как ты просил. А из обычных чаш я теперь пью только чай.
  
  - Почему?
  
  - Потому что вино затуманивает разум. - Си Ень посмотрел на него. - А мой разум и так слишком долго был затуманен.
  
  Цзин Юй не знал, что сказать.
  
  - Не смотри на меня так, - усмехнулся Си Ень. - Я не стал добрым или безобидным. Просто... - он поискал слова, - просто хочу видеть мир ясно. Хотя бы теперь.
  
  - И что ты видишь?
  
  Си Ень огляделся - на пирующих людей, на восстановленные стены, на звёзды, загорающиеся в вечернем небе.
  
  - Вижу, что ты сотворил чудо, - сказал он. - Вижу, что мир может быть другим. - Он помолчал. - И вижу тебя. Живого. Рядом.
  
  Голос его дрогнул на последних словах.
  
  - Си Ень...
  
  - Не надо. - Тот поднял руку. - Давай просто... просто побудем здесь. Вместе. Как раньше.
  
  Цзин Юй кивнул.
  
  И они сидели рядом - два человека, которых связывало слишком многое для слов - и смотрели, как веселятся их люди.
  
  * * *
  
  К полуночи пир достиг апогея.
  
  Заклинатели обеих башен перемешались окончательно. Золотые и огненные маги соревновались в силе, показывая друг другу трюки. Кто-то пел, кто-то танцевал, кто-то просто лежал под столом, сражённый вином.
  
  Линь Фэн - тот самый, который когда-то обвинял Цзин Юя в гибели брата - пил на брудершафт с молодым огненным магом. Мэй Хуа танцевала с кем-то из свиты Си Еня, смеясь так, как Цзин Юй никогда раньше не слышал.
  
  Даже старейшина Юань - пожилой, степенный - улыбался, глядя на всё это.
  
  - Неплохо, - сказал он, подходя к Цзин Юю. - Я не думал, что доживу до этого дня.
  
  - До какого?
  
  - До дня, когда Белая и Чёрная башни будут пировать вместе. - Старейшина покачал головой. - Мои учителя сказали бы, что это невозможно.
  
  - Ваши учителя ошибались.
  
  - Да. - Юань Ши посмотрел на него. - Как и я. Когда ты вернулся - я думал, что ты принесёшь только беду. Что твоя связь с Си Енем погубит нас.
  
  - А теперь?
  
  - Теперь я думаю, что эта связь - единственное, что нас спасло.
  
  Он поклонился - коротко, но уважительно - и отошёл.
  
  * * *
  
  А потом начались фейерверки.
  
  Заклинатели огненного источника вышли в центр двора - пятеро молодых магов с горящими глазами и озорными улыбками.
  
  - Позвольте нам показать, на что способен огонь, когда он не разрушает! - крикнул один из них.
  
  Они подняли руки - и небо взорвалось.
  
  Это были не обычные фейерверки. Это была магия - чистая, дикая, прекрасная. Огненные драконы танцевали среди звёзд, рассыпаясь искрами. Фениксы расправляли крылья и пели беззвучные песни. Цветы распускались в небе - алые, золотые, белые - и медленно опадали лепестками света.
  
  Толпа ахала и аплодировала.
  
  - Смотри! - крикнул кто-то.
  
  В небе появилось изображение - две башни, белая и чёрная, стоящие рядом. Между ними протянулась радуга из пламени.
  
  - За мир! - проревел один из огненных магов. - За наши башни!
  
  И небо снова взорвалось - на этот раз ещё ярче, ещё безумнее. Огненные водопады низвергались с небес, не обжигая никого. Птицы из пламени кружили над головами, садились на плечи, растворялись в смехе и искрах.
  
  Цзин Юй смотрел на всё это - на эту феерию огня и света - и чувствовал, как что-то в его груди, сжатое в тугой узел все эти годы, наконец-то начинает отпускать.
  
  - Красиво, - прошептала Мэйлин, появляясь рядом.
  
  - Да.
  
  - Ты справился.
  
  - Мы справились.
  
  Она взяла его за руку.
  
  Си Ень стоял чуть поодаль, глядя на свих магов, на их огненное безумие. Он не улыбался - но что-то в его лице было похоже на покой. На принятие.
  
  Он повернулся к Цзин Юю - и их взгляды встретились через двор, через толпу, через годы боли и вины.
  
  Си Ень поднял чашку с чаем - в безмолвном тосте.
  
  Цзин Юй поднял свою чашу с вином - в ответ.
  
  И небо над ними продолжало гореть - ярко, радостно, безумно.
  
  Как и должно гореть пламя.
  
  Как и должна жить жизнь.
  
  * * *
  
  Утро застало их на крыше главной башни.
  
  Гости разъехались или спали, сражённые весельем. Двор был усыпан лепестками фонариков и остатками пиршества. Где-то внизу дядюшка Чэнь уже гремел посудой, готовя завтрак для тех немногих, кто сможет есть.
  
  Цзин Юй сидел на краю крыши, свесив ноги. Рядом с ним - Мэйлин с одной стороны, Си Ень - с другой.
  
  - Что теперь? - спросила Мэйлин.
  
  - Теперь, - Цзин Юй смотрел на восходящее солнце, - мы живём.
  
  - И всё?
  
  - Разве этого мало?
  
  Она рассмеялась - тихо, счастливо.
  
  - Нет. Этого достаточно.
  
  Си Ень молчал, глядя на город, просыпающийся внизу. На дымки, поднимающиеся из труб. На людей, начинающих новый день.
  
  - Я должен вернуться, - наконец сказал он. - Чёрная башня не может долго оставаться без главы.
  
  - Я знаю.
  
  - Но я буду приезжать. - Он повернулся к Цзин Юю. - Часто. Теперь, когда между нами мир...
  
  - Теперь ты можешь приезжать когда захочешь, - закончил за него Цзин Юй. - Двери этой башни всегда открыты для тебя.
  
  Си Ень смотрел на него долго.
  
  - Спасибо, - сказал он наконец. И в этом простом слове было всё - благодарность, сожаление, надежда.
  
  Он поднялся.
  
  - До встречи, Цзин Юй.
  
  - До встречи, Си Ень.
  
  Глава Чёрной башни шагнул с крыши - и исчез в вспышке огня, оставив после себя только тепло и запах дыма.
  
  Мэйлин придвинулась ближе к Цзин Юю.
  
  - Он хороший человек, - тихо сказала она. - Под всем этим... он хороший.
  
  - Да. - Цзин Юй обнял её за плечи. - Просто очень сломанный.
  
  - Как и ты.
  
  - Как и я.
  
  Они сидели на крыше восстановленной башни и смотрели, как солнце поднимается над городом.
  
  Новый день начинался.
  
  И впервые за очень долгое время будущее казалось светлым.
  
  Глава 17. Новый путь
  
  Совет собрался в большом зале - том самом, где год назад был подписан мирный договор.
  
  Все были здесь - старейшина Юань, Вэй Цин, Сун Мэй, Мэй Хуа, Линь Фэн и десятки других. Те, кто восстанавливал башню камень за камнем. Те, кто верил, когда верить было трудно.
  
  Цзин Юй стоял перед ними - в простых дорожных одеждах, без регалий, без украшений. Только резная шпилька из чёрного дерева в серебряных волосах - подарок Мэйлин, который он носил с первого дня.
  
  - Я собрал вас, чтобы сообщить о своём решении, - начал он.
  
  Люди притихли.
  
  - Белая башня восстановлена. Золотой источник бьёт из глубин. Ученики вернулись в классы, мастера - в мастерские. Мир с Чёрной башней заключён и скреплён клятвами.
  
  Он обвёл взглядом собравшихся.
  
  - Я сделал то, ради чего вернулся. Мой долг исполнен.
  
  Шёпот прокатился по залу.
  
  - Я складываю с себя полномочия исполняющего обязанности главы, - продолжил Цзин Юй. - И ухожу.
  
  - Что?! - Линь Фэн вскочил на ноги. - Куда уходишь?!
  
  - Странствовать. - Цзин Юй улыбнулся - мягко, печально. - Мир велик, а я видел так мало.
  
  - Но башня... - начала Мэй Хуа.
  
  - Башня больше не нуждается во мне. - Он покачал головой. - Вы справитесь сами. Вы справлялись, когда меня не было, справитесь и теперь.
  
  - Ты не можешь просто уйти! - Вэй Цин поднялся, опираясь на костыль. - После всего, что ты сделал...
  
  - После всего, что я сделал, - перебил его Цзин Юй, - я заслужил право уйти.
  
  Он помолчал.
  
  - Я не заклинатель золотого источника. Вы это знаете. Лунное серебро течёт в моих жилах, не золото. Я не могу быть главой башни, которой не принадлежу.
  
  - Ты принадлежишь ей! - воскликнула Сун Мэй. - Ты вырос здесь! Ты восстановил её!
  
  - Я вырос здесь как Сюаньчжи, заклинатель золотого источника. - Голос Цзин Юя был ровным. - Но Сюаньчжи умер в ту ночь, когда Лян Хэ запечатал его. Я - Цзин Юй. Другой человек. С другой силой. С другой судьбой.
  
  Тишина.
  
  - Белой башне нужен настоящий глава, - продолжил он. - Тот, кого примет золотой источник. Тот, кто сможет держать нити башни. Тот, кто проведёт её в будущее.
  
  - А если источник выберет тебя? - тихо спросил старейшина Юань.
  
  - Он не выберет. - Цзин Юй покачал головой. - Я чувствую его - тёплый, благодарный. Но он знает, что я не его. Он ждёт другого.
  
  Он посмотрел на старейшину.
  
  - Проведите ритуал избрания. Пусть источник укажет на того, кто достоин. А я... - он улыбнулся, - я уйду с лёгким сердцем, зная, что башня в надёжных руках.
  
  - Ты мог бы остаться, - сказал Вэй Цин. - Не как глава. Как... как друг. Как советник.
  
  - Мог бы. - Цзин Юй кивнул. - Но не хочу.
  
  - Почему?
  
  Цзин Юй помолчал, подбирая слова.
  
  - Потому что я слишком долго был в клетке, - наконец сказал он. - Десять лет в печати. Год в этих стенах. Я хочу увидеть мир. Хочу дышать ветром. Хочу идти туда, куда зовёт дорога.
  
  Он посмотрел на Мэйлин, стоявшую у стены.
  
  - И я не буду один.
  
  Мэйлин улыбнулась ему - той улыбкой, которую он знал так хорошо.
  
  - Ты уверен? - спросил старейшина Юань.
  
  - Да.
  
  Старейшина смотрел на него долго - на этого человека, который пришёл из ниоткуда, восстановил разрушенную башню и теперь уходил так же, как появился.
  
  - Тогда иди, - наконец сказал он. - С благословением башни. С благодарностью тех, кого ты спас.
  
  Он поклонился - низко, почтительно.
  
  Один за другим, все в зале склонились в поклоне.
  
  - Спасибо, - прошептал Цзин Юй. - За всё.
  
  И вышел, не оборачиваясь.
  
  * * *
  
  Ритуал избрания провели через три дня.
  
  Золотой источник указал на Мэй Хуа - ту самую девушку, которая когда-то была ученицей госпожи Лю Мэй. Она плакала, когда золотой свет окутал её, признавая своей.
  
  - Я не готова, - шептала она.
  
  - Никто никогда не готов, - ответил ей старейшина Юань. - Но источник не ошибается.
  
  Цзин Юй присутствовал на церемонии - стоял в тени, наблюдая. Когда на голову Мэй Хуа опустилась корона главы, он улыбнулся.
  
  Правильный выбор.
  
  После церемонии они простились.
  
  - Ты всегда можешь вернуться, - сказала Мэй Хуа, держа его руки в своих. - Эта башня - твой дом. Неважно, какого цвета твоя сила.
  
  - Я знаю.
  
  - И если тебе что-то понадобится... что угодно...
  
  - Я пришлю весточку. - Он сжал её пальцы. - Ты справишься, Мэй Хуа. Ты сильнее, чем думаешь.
  
  Она всхлипнула - и обняла его.
  
  - Береги себя, - прошептала она.
  
  - Ты тоже.
  
  * * *
  
  Утром следующего дня Цзин Юй и Мэйлин стояли у ворот башни с дорожными сумками.
  
  - Куда пойдём? - спросила Мэйлин.
  
  - На юг. - Цзин Юй посмотрел на небо. - Говорят, там есть горы, которые касаются облаков. Я всегда хотел их увидеть.
  
  - Тогда на юг.
  
  Они уже собирались выйти за ворота, когда Цзин Юй почувствовал знакомое тепло. Чёрная птица - та самая, которую дал ему Си Ень - вспорхнула с его плеча и закружила вокруг, требуя внимания.
  
  К её лапке была привязана записка.
  
  Цзин Юй развернул её.
  
  "Не смей уходить один. Жди меня на Зелёной горе. С."
  
  Он перечитал записку дважды.
  
  - Что там? - спросила Мэйлин.
  
  - Си Ень. - Цзин Юй показал ей записку. - Он хочет, чтобы мы подождали его.
  
  - Зачем?
  
  - Не знаю. - Он нахмурился. - Но Зелёная гора - это три дня пути отсюда.
  
  - Тогда идём на Зелёную гору, - просто сказала Мэйлин.
  
  - Ты не против?
  
  - Он твой друг. - Она пожала плечами. - И если честно... мне любопытно.
  
  Цзин Юй рассмеялся.
  
  - Мне тоже.
  
  * * *
  
  Зелёная гора оправдывала своё название.
  
  Она возвышалась посреди равнины - одинокая, покрытая густым лесом, с вершиной, окутанной туманом. У её подножия располагался небольшой храм, заброшенный, но всё ещё красивый.
  
  Цзин Юй и Мэйлин разбили лагерь у храма и стали ждать.
  
  Прошёл день. Потом другой.
  
  На третий день небо на востоке вспыхнуло алым.
  
  Он появился из огненного портала - Си Ень, глава Чёрной башни. Но не в парадных одеждах, не с короной на голове. Он был одет просто - в тёмный дорожный халат, с мечом на поясе и сумкой за плечами.
  
  - Вы ждали, - сказал он, спрыгивая с огненного диска. - Хорошо.
  
  - Ты велел ждать, - ответил Цзин Юй. - Мы ждали. Хотя объяснение было бы кстати.
  
  Си Ень усмехнулся.
  
  - Объяснение простое. - Он подошёл к ним и сбросил сумку на землю. - Я ухожу странствовать.
  
  - Что?!
  
  - Я сказал в башне, что ухожу совершенствоваться. - Си Ень махнул рукой. - Лет на десять, может больше. Глава должен постоянно развиваться, укреплять связь с источником, постигать древние техники - ну, ты знаешь, обычная чепуха.
  
  - И они поверили?
  
  - А почему бы им не поверить? - Си Ень пожал плечами. - Я и раньше уходил на год-два. Десять лет - не так уж много для заклинателя.
  
  - А башня?
  
  - Оставил вместо себя заместителя. - Си Ень улыбнулся. - Хуан Лей. Помнишь его? Мой второй ученик. Вполне разумный человек. Справится.
  
  Цзин Юй смотрел на него, не веря своим ушам.
  
  - Ты бросил Чёрную башню, чтобы путешествовать с нами?
  
  - Бросил - сильно сказано. - Си Ень плюхнулся на траву рядом с их костром. - Временно передал полномочия. И да - чтобы путешествовать с вами.
  
  - Почему?
  
  Си Ень посмотрел на него - серьёзно, без обычной насмешки.
  
  - Потому что ты десять лет провёл в печати, пока я сходил с ума от горя. Потому что год назад ты вернулся, и я понял, что получил второй шанс. Потому что... - он помолчал, - потому что не собираюсь снова тебя терять.
  
  Цзин Юй открыл рот - и закрыл.
  
  - И кроме того, - добавил Си Ень, и озорная искорка вернулась в его глаза, - я не пропущу такое приключение. Знаменитый предатель Белой башни, демон Чёрной башни и деревенская травница идут покорять мир? Это же будет легенда!
  
  - Ты невыносим, - сказал Цзин Юй.
  
  - Знаю. - Си Ень ухмыльнулся. - Так что, берёте меня?
  
  Цзин Юй посмотрел на Мэйлин.
  
  Она улыбалась.
  
  - Я не против, - сказала она. - Кто-то должен следить, чтобы вы оба не наделали глупостей.
  
  - Эй! - возмутился Си Ень. - Я глава Чёрной башни!
  
  - И именно поэтому за тобой нужен глаз да глаз.
  
  Си Ень расхохотался - громко, искренне, как Цзин Юй не слышал его смеяться уже много лет.
  
  - Она мне нравится, - сказал он Цзин Юю. - Держись за неё.
  
  - Собираюсь.
  
  Они сидели у костра - трое странников, собравшихся в путь. Закат окрашивал небо в золотые и алые тона. Где-то пела птица.
  
  - Куда идём? - спросил Си Ень.
  
  - На юг, - ответил Цзин Юй. - К горам, которые касаются облаков.
  
  - Звучит неплохо. - Си Ень вытянулся на траве, заложив руки за голову. - А потом?
  
  - А потом - куда дорога приведёт.
  
  - Мне нравится этот план.
  
  Мэйлин достала из сумки котелок и начала готовить ужин. Си Ень что-то рассказывал - какую-то историю из своей юности, смешную и нелепую. Цзин Юй слушал, улыбаясь.
  
  Впервые за очень долгое время он чувствовал себя... свободным.
  
  Не первым учеником. Не предателем. Не исполняющим обязанности главы. Просто - человеком, идущим по дороге с друзьями.
  
  - За что выпьем? - спросил Си Ень, доставая флягу. - Ах да, я же не пью. Тогда за что чокнемся чаем?
  
  - За новый путь, - сказала Мэйлин.
  
  - За второй шанс, - добавил Цзин Юй.
  
  - За нас, - закончил Си Ень. - За троих безумцев, которые решили изменить мир - и, кажется, у них получилось.
  
  Они подняли чашки - с чаем, не с вином - и чокнулись.
  
  Звёзды загорались над их головами. Костёр потрескивал. Где-то вдалеке выла собака.
  
  И дорога ждала.
  
  * * *
  
  Утром они двинулись на юг.
  
  Три фигуры на горной тропе - один с серебряными волосами, один с огненными прядями, одна с золотыми искрами в глазах.
  
  Позади остались башни - Белая и Чёрная. Остались долги и вина, боль и потери. Остались годы тьмы и безумия.
  
  Впереди лежал мир - огромный, неизведанный, полный чудес.
  
  - Как думаешь, - спросил Си Ень, - что нас ждёт?
  
  - Не знаю, - ответил Цзин Юй. - И это прекрасно.
  
  Мэйлин взяла его за руку.
  
  И они пошли вперёд - навстречу восходящему солнцу, навстречу новым приключениям, навстречу жизни, которая только начиналась.
  
  Глава 18. Дорога на север
  
  Они шли уже третий день, когда Си Ень наконец задал вопрос, который, видимо, мучил его с самого начала.
  
  - У нашего путешествия есть цель? - спросил он, перепрыгивая через ручей. - Или мы просто плывём по воле ветра?
  
  - Посмотрим, - ответил Цзин Юй уклончиво.
  
  - Это не ответ.
  
  - Это единственный ответ, который у меня есть. - Цзин Юй помолчал. - Но сначала мне нужно найти Слезу Тумана.
  
  Си Ень остановился так резко, что Мэйлин едва не врезалась ему в спину.
  
  - Это ещё что?
  
  - Сокровище лунного источника. - Цзин Юй продолжал идти, не оборачиваясь. - Древний артефакт. Меня... попросили его найти.
  
  - Попросили? - Си Ень догнал его в два шага. - Кто попросил?
  
  - Источник.
  
  Си Ень уставился на него.
  
  - То есть твоя сила попросила тебя о чём-то?
  
  - Можно сказать и так.
  
  - Хм. - Си Ень нахмурился. - Моя знает своё место и подчиняется.
  
  - Ты же знаешь, - Цзин Юй улыбнулся, - что если силе не нравятся действия мага, она может и не подчиниться. Твоя просто любит такие безумства, как ты.
  
  - Попробовала бы она не подчиниться, - пробурчал Си Ень, но в голосе его не было настоящей угрозы.
  
  Мэйлин фыркнула.
  
  - Что ж, - Си Ень вздохнул, смиряясь. - Слеза Тумана звучит красиво. Так нам куда?
  
  - Я не уверен. Куда-то в северные горы. - Цзин Юй пожал плечами. - Надеюсь, когда мы будем ближе к цели, я почувствую, что делать.
  
  - Великолепный план, - саркастически заметил Си Ень. - Идти неизвестно куда за неизвестно чем.
  
  - У тебя есть план лучше?
  
  - Нет. Но я хотя бы признаю, что у меня нет плана.
  
  - Замечательно, - вмешалась Мэйлин, прежде чем они успели разругаться. - Северные горы - это значит, мы пойдём через мою деревню. Я смогу навестить бабушку.
  
  Цзин Юй повернулся к ней.
  
  - Ты хочешь?
  
  - Конечно. - Она улыбнулась. - Я не видела её больше года. И потом... - она бросила взгляд на Си Еня, - я хочу познакомить её с нашим новым спутником.
  
  - Это обязательно? - поморщился Си Ень.
  
  - Да. Бабушка должна знать, с кем я путешествую.
  
  - Она меня возненавидит.
  
  - Возможно, - согласилась Мэйлин. - Но она слишком вежлива, чтобы это показать.
  
  Си Ень застонал.
  
  * * *
  
  Дорога на север вела через холмы и перелески, мимо маленьких деревень и одиноких хуторов.
  
  Первые дни были... непростыми.
  
  Си Ень, при всём своём могуществе, оказался совершенно не приспособлен к обычной жизни. Он не знал, как торговаться на рынке - просто бросал продавцу горсть золотых монет и забирал всё, что хотел. Он не понимал, почему нельзя занять лучшую комнату в таверне, выгнав предыдущих постояльцев. И он совершенно не умел общаться с простыми людьми.
  
  - Эй, ты! - рявкнул он на крестьянина, который случайно толкнул его на дороге. - Смотри, куда идёшь!
  
  Крестьянин побледнел, увидев огненные пряди в его волосах, и бросился бежать.
  
  - Си Ень, - устало сказал Цзин Юй. - Мы пытаемся путешествовать незаметно.
  
  - Он меня толкнул!
  
  - Он крестьянин. У него корзина репы. Он не видел тебя.
  
  - Всё равно должен был смотреть.
  
  Мэйлин закатила глаза.
  
  - Ты невозможен, - сказала она.
  
  - Я глава Чёрной башни!
  
  - Ты был главой Чёрной башни. Сейчас ты просто путник на дороге. Веди себя соответственно.
  
  Си Ень открыл рот, чтобы возразить - и закрыл. Что-то в её тоне не допускало возражений.
  
  - Ладно, - пробурчал он. - Постараюсь.
  
  * * *
  
  На пятый день они остановились в небольшом городке, чтобы пополнить припасы.
  
  Рынок был шумным и многолюдным. Мэйлин отправилась за травами и снадобьями, Цзин Юй - за едой. Си Ень остался у фонтана на площади, мрачно глядя на прохожих.
  
  - Не хмурься так, - сказал ему Цзин Юй, вернувшись с корзиной продуктов. - Люди пугаются.
  
  - Я не хмурюсь. Это моё обычное лицо.
  
  - Твоё обычное лицо пугает детей.
  
  - Это их проблемы.
  
  Цзин Юй вздохнул.
  
  - Знаешь, ты мог бы хотя бы попытаться быть... приветливее.
  
  - Зачем?
  
  - Потому что мы будем путешествовать вместе долго. И было бы неплохо, если бы люди не разбегались при нашем появлении.
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Я не умею быть приветливым, - наконец признал он. - Последние десять лет все вокруг меня либо боялись, либо ненавидели. Я... привык.
  
  - Тогда отвыкай.
  
  - Легко сказать.
  
  - Никто не говорил, что будет легко. - Цзин Юй положил руку ему на плечо. - Но ты справишься. Ты же глава Чёрной башни.
  
  Си Ень фыркнул.
  
  - Бывший глава.
  
  - Временно отсутствующий глава, - поправил Цзин Юй. - Это разные вещи.
  
  Несмотря на всё, Си Ень улыбнулся.
  
  * * *
  
  На седьмой день они попали под дождь.
  
  Ливень обрушился внезапно - небо потемнело, и вода хлынула стеной. Они бежали к ближайшему укрытию - полуразрушенному храму на обочине дороги - но всё равно промокли до нитки.
  
  - Проклятье, - выругался Си Ень, выжимая воду из волос. - Ненавижу дождь.
  
  - Ты заклинатель огня, - заметила Мэйлин. - Высуши нас.
  
  - Я могу высушить одежду. Но для этого нужно её снять.
  
  Повисла неловкая пауза.
  
  - Я отвернусь, - быстро сказал Си Ень. - Или выйду. Или...
  
  - Просто разведи костёр, - перебил его Цзин Юй. - Мы высохнем сами.
  
  Си Ень щёлкнул пальцами - и в центре храма вспыхнуло пламя. Яркое, жаркое, но не обжигающее. Оно плясало в воздухе, не касаясь пола, не требуя дров.
  
  - Полезно, - признала Мэйлин, придвигаясь ближе к огню.
  
  - Я вообще полезный, - самодовольно сказал Си Ень. - Вы ещё не оценили.
  
  Они сидели вокруг магического костра, слушая, как дождь барабанит по крыше. Пар поднимался от их мокрой одежды.
  
  - Расскажи о бабушке, - вдруг попросил Си Ень.
  
  Мэйлин удивлённо посмотрела на него.
  
  - Зачем тебе?
  
  - Хочу знать, к кому мы идём. - Он пожал плечами. - И как себя вести, чтобы она не отравила меня за ужином.
  
  Мэйлин рассмеялась - и Цзин Юй понял, что это первый раз, когда она смеётся в присутствии Си Еня без напряжения.
  
  - Бабушка не станет тебя травить, - сказала она. - Она целительница. Это против её принципов.
  
  - Обнадёживает.
  
  - Но она может сделать твою жизнь очень некомфортной, если решит, что ты этого заслуживаешь.
  
  - А она решит?
  
  Мэйлин посмотрела на него - задумчиво, оценивающе.
  
  - Посмотрим, - сказала она. - Это зависит от тебя.
  
  * * *
  
  На десятый день они пересекли границу провинции.
  
  Здесь было холоднее - северный ветер приносил запах снега с далёких гор. Деревья стояли голые, трава пожухла. До деревни Мэйлин оставалось ещё несколько дней пути.
  
  Они остановились на ночь в маленькой придорожной таверне. Хозяин - толстый мужчина с подозрительным взглядом - долго рассматривал Си Еня, прежде чем дать им комнаты.
  
  - Вы заклинатель? - спросил он.
  
  - Да, - коротко ответил Си Ень.
  
  - Какой башни?
  
  - Это важно?
  
  Хозяин побледнел и больше вопросов не задавал.
  
  После ужина - простого, но сытного - они сидели в общем зале, наблюдая за другими постояльцами. Несколько торговцев играли в кости. Пожилая женщина вязала у камина. Молодая пара шепталась в углу.
  
  - Странно, - сказал Си Ень.
  
  - Что странно?
  
  - Всё это. - Он обвёл взглядом комнату. - Обычные люди. Обычная жизнь. Я... я забыл, как это выглядит.
  
  - Ты сидел в своей башне десять лет, - мягко сказал Цзин Юй. - Неудивительно, что забыл.
  
  - Я не просто сидел. - Голос Си Еня стал глухим. - Я... я был занят. Войной. Местью. Безумием.
  
  Он помолчал.
  
  - Когда ты исчез, мир потерял для меня смысл. Остались только враги, которых нужно уничтожить. Цели, которых нужно достичь. Я не видел... - он поискал слова, - не видел вот этого. Людей, которые просто живут.
  
  - А теперь видишь?
  
  - Теперь - да. - Си Ень посмотрел на него. - Благодаря тебе.
  
  Цзин Юй не знал, что ответить.
  
  - Ладно, - Си Ень встряхнулся. - Хватит сентиментальности. Пойдём спать. Завтра долгий день.
  
  * * *
  
  На двенадцатый день они столкнулись с разбойниками.
  
  Их было десять - грязные, оборванные люди с ржавыми мечами. Они вышли из леса и окружили путников, ухмыляясь.
  
  - Деньги и ценности, - потребовал главарь. - Живо. И никто не пострадает.
  
  Цзин Юй и Мэйлин переглянулись.
  
  Си Ень вздохнул.
  
  - Я разберусь, - сказал он и шагнул вперёд.
  
  - Куда прёшь? - главарь выставил меч. - Стоять!
  
  Си Ень посмотрел на него - спокойно, почти скучающе. А потом его глаза вспыхнули огнём.
  
  Разбойники закричали и бросились врассыпную. Через мгновение дорога опустела - только пыль оседала там, где они стояли.
  
  - Вот и всё, - сказал Си Ень, поворачиваясь к спутникам.
  
  - Ты не убил их, - заметила Мэйлин.
  
  - Нет.
  
  - Почему?
  
  Си Ень пожал плечами.
  
  - Ты сказала, что бабушка не одобряет убийства. Я решил... - он замялся, - решил начать практиковаться заранее.
  
  Мэйлин смотрела на него долго - а потом улыбнулась.
  
  - Молодец, - сказала она.
  
  И Цзин Юй заметил, как что-то в лице Си Еня смягчилось - словно эта простая похвала значила для него больше, чем все титулы и почести.
  
  * * *
  
  На четырнадцатый день Си Ень совершил ошибку.
  
  Они остановились в небольшой деревне, чтобы купить еды. Местный торговец запросил за мешок риса втрое больше обычной цены - видимо, решил нажиться на чужаках.
  
  - Это грабёж, - сказала Мэйлин.
  
  - Цена такая, - ухмыльнулся торговец. - Не нравится - идите дальше.
  
  Си Ень молча достал из-за пазухи жетон - чёрный диск с алым огненным знаком.
  
  - Мы возьмём рис, - сказал он. - По нормальной цене. И ещё то, то и то. - Он указал на товары на прилавке.
  
  Торговец побледнел, увидев жетон Чёрной башни.
  
  - К-конечно, господин, - забормотал он. - Всё, что пожелаете. Бесплатно. В дар...
  
  - По нормальной цене, - повторил Си Ень. - Я не граблю людей.
  
  Он бросил на прилавок несколько монет - ровно столько, сколько товар стоил на самом деле - и забрал покупки.
  
  Когда они вышли из лавки, Цзин Юй остановил его.
  
  - Ты обещал не использовать своё положение.
  
  - Я не использовал. - Си Ень искренне удивился. - Я заплатил честную цену.
  
  - Ты показал жетон Чёрной башни. Этот человек теперь будет бояться до конца жизни.
  
  - Он пытался нас обмануть!
  
  - И что? Мы просто ушли бы. Нашли другого торговца.
  
  - Но...
  
  - Си Ень. - Голос Цзин Юя был терпеливым, но твёрдым. - Ты больше не глава. Ты просто путник. Веди себя соответственно.
  
  Си Ень открыл рот - и закрыл.
  
  - Ладно, - пробурчал он. - Больше не буду.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Мэйлин наблюдала за этой сценой с нечитаемым выражением.
  
  - Ты как ребёнок, - сказала она Си Еню, когда они отошли от деревни.
  
  - Что?!
  
  - Ребёнок, который не понимает, почему нельзя брать всё, что хочется. - Она покачала головой. - Тебя что, не учили в детстве?
  
  - Я вырос в Чёрной башне. Там всё решает сила.
  
  - Тогда неудивительно, что ты такой.
  
  - Какой - такой?
  
  - Невоспитанный.
  
  Си Ень задохнулся от возмущения.
  
  - Я - невоспитанный?!
  
  - Да. Но это поправимо. - Мэйлин улыбнулась. - У нас впереди долгий путь. Я тебя перевоспитаю.
  
  - Ты?!
  
  - Я.
  
  Цзин Юй слушал их перепалку и улыбался. Что-то менялось между ними - лёд таял, стены рушились. Они всё ещё спорили, но в этих спорах не было настоящей враждебности.
  
  Может быть, это и было началом дружбы.
  
  * * *
  
  На шестнадцатый день Си Ень приготовил ужин.
  
  Это произошло случайно. Мэйлин устала - они шли весь день по холмам, и она еле держалась на ногах. Цзин Юй отправился за водой к ближайшему ручью.
  
  - Сиди, - сказал Си Ень, когда Мэйлин потянулась к котелку. - Я сделаю.
  
  - Ты умеешь готовить?
  
  - Сейчас узнаем.
  
  Он умел. Не блестяще, но сносно. Каша получилась немного пересоленной, но съедобной.
  
  - Где ты научился? - спросила Мэйлин, уплетая свою порцию.
  
  - В юности, - Си Ень пожал плечами. - До того, как стал главой. Мы с Цзин Юем иногда сбегали из башен и жили в лесу по несколько дней. Приходилось готовить самим.
  
  - Вы сбегали?
  
  - Мы были молоды и глупы. - Он улыбнулся - мягко, ностальгически. - Думали, что правила не для нас.
  
  - И что было, когда вас находили?
  
  - Наказывали. Но нам было всё равно. - Он посмотрел на Цзин Юя, вернувшегося с водой. - Мы были вместе. Это было главное.
  
  Цзин Юй поймал его взгляд и улыбнулся.
  
  - Помнишь ту ночь у водопада? - спросил он.
  
  - Когда мы чуть не утонули?
  
  - Когда ты чуть не утонул. Я-то плавал нормально.
  
  - Ты столкнул меня в воду!
  
  - Ты первый начал.
  
  Они смеялись - легко, беззаботно, как не смеялись много лет.
  
  Мэйлин смотрела на них - на этих двоих, связанных узами, которые она только начинала понимать - и чувствовала что-то похожее на зависть. И на нежность.
  
  - Расскажите, - попросила она. - О тех временах. Когда вы были молоды.
  
  И они рассказывали - всю ночь, до самого рассвета. О приключениях и глупостях, о мечтах и надеждах, о дружбе, которая выдержала время, предательство и смерть.
  
  * * *
  
  На восемнадцатый день они вышли к знакомому лесу.
  
  Мэйлин узнала его сразу - эти деревья, эти тропинки, этот запах хвои и мёда.
  
  - Мы почти пришли, - сказала она, и голос её дрогнул.
  
  - Волнуешься? - спросил Цзин Юй.
  
  - Немного.
  
  - Почему?
  
  - Не знаю. - Она пожала плечами. - Столько всего изменилось. Я изменилась.
  
  - Бабушка тебя любит. Это не изменится.
  
  - Знаю. Но...
  
  Она не закончила.
  
  Си Ень шёл позади них, непривычно тихий. Он оглядывался по сторонам, разглядывая лес с каким-то странным выражением.
  
  - Красиво здесь, - наконец сказал он.
  
  - Да, - согласилась Мэйлин. - Это мой дом.
  
  - Твой дом - маленькая деревня на краю леса?
  
  - Да. - Она повернулась к нему. - Это плохо?
  
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Просто... непривычно. Я вырос в башне. В камне и огне. Не представлял, что дом может быть... таким.
  
  - Зелёным?
  
  - Тихим.
  
  Он помолчал.
  
  - Мне нравится, - добавил он.
  
  Мэйлин улыбнулась - и Цзин Юй заметил, что это была настоящая улыбка, без тени настороженности.
  
  Что-то определённо менялось.
  
  * * *
  
  Деревня показалась за деревьями к вечеру.
  
  Те же крытые соломой крыши. Тот же колодец на площади. Те же куры, бродящие между домами.
  
  И тот же покосившийся домик у самой опушки - с дымком из трубы и светом в окнах.
  
  - Бабушка, - прошептала Мэйлин.
  
  И побежала.
  
  Цзин Юй и Си Ень переглянулись - и пошли следом, не торопясь.
  
  Когда они подошли к дому, Мэйлин уже обнимала маленькую седую женщину на пороге. Обе плакали - и смеялись одновременно.
  
  - Ты вернулась, - говорила бабушка. - Вернулась, моя девочка...
  
  - Я скучала, - всхлипывала Мэйлин. - Так скучала...
  
  Цзин Юй остановился у калитки, не желая мешать. Си Ень встал рядом - непривычно тихий и неуверенный.
  
  Наконец бабушка подняла голову и посмотрела на них.
  
  - Цзин Юй, - сказала она. - Рада видеть тебя живым.
  
  - Благодарю, почтенная госпожа.
  
  Её взгляд переместился на Си Еня. Заклинатель огня выпрямился, словно готовясь к бою.
  
  - А это, полагаю, - медленно произнесла бабушка, - тот самый демон Чёрной башни, о котором столько говорят.
  
  - Бабушка! - воскликнула Мэйлин.
  
  - Что? - старушка невинно посмотрела на внучку. - Я просто констатирую факт.
  
  Си Ень сглотнул.
  
  - Госпожа, - начал он, - я...
  
  - Проходите в дом, - перебила его бабушка. - Ужин стынет. А разговоры оставим на потом.
  
  И она развернулась и вошла в дом, не оглядываясь.
  
  Си Ень посмотрел на Цзин Юя с выражением человека, которого только что бросили в клетку с тигром.
  
  - Она меня ненавидит, - прошептал он.
  
  - Она тебя ещё не знает, - ответил Цзин Юй. - Дай ей время.
  
  - Сколько времени?!
  
  - Сколько понадобится.
  
  Цзин Юй похлопал его по плечу и вошёл в дом.
  
  Си Ень постоял ещё мгновение - а потом вздохнул и последовал за ним.
  
  Приключение продолжалось.
  
  Глава 19. В гостях у бабушки
  
  Дом был таким, каким Цзин Юй его помнил - маленьким, уютным, пропахшим травами и мёдом. Пучки сушёных растений свисали с потолка, на полках теснились склянки с настойками, в углу мурлыкал старый кот.
  
  - Садитесь, - велела бабушка, указывая на стол. - Ужин готов.
  
  На столе уже стояли миски с рисом, тушёные овощи, рыба в пряном соусе, свежий хлеб. Цзин Юй не знал, как она успела приготовить столько еды - словно ждала их.
  
  - Я знала, что вы придёте, - сказала бабушка, словно прочитав его мысли. - Травы шептали.
  
  - Травы? - переспросил Си Ень.
  
  - Не твоего ума дело, мальчик.
  
  Си Ень поперхнулся. Его, главу Чёрной башни, демона огня, наводившего ужас на половину империи, только что назвали мальчиком.
  
  Мэйлин спрятала улыбку за чашкой чая.
  
  * * *
  
  Ужин прошёл в странной атмосфере.
  
  Бабушка расспрашивала Мэйлин обо всём - о путешествии, о башне, о жизни в столице. Внучка рассказывала, захлёбываясь словами, перескакивая с одного на другое.
  
  Цзин Юй ел молча, наслаждаясь домашней едой. После месяцев походной пищи это было как возвращение в детство.
  
  Си Ень сидел неподвижно, почти не притрагиваясь к еде. Он чувствовал на себе взгляд старой травницы - острый, оценивающий - и не знал, как себя вести.
  
  - Ты не ешь, - наконец сказала бабушка.
  
  - Я... - Си Ень замялся. - Не голоден.
  
  - Врёшь. - Она пододвинула к нему миску с рыбой. - Ешь. Ты слишком худой.
  
  - Я не худой!
  
  - Ты худой. И бледный. И под глазами круги. - Бабушка покачала головой. - Когда ты последний раз нормально спал?
  
  Си Ень открыл рот - и закрыл.
  
  Он не помнил.
  
  - Вот видишь, - удовлетворённо кивнула бабушка. - Ешь и ложись спать. Разговоры - завтра.
  
  И, как ни странно, Си Ень послушался.
  
  * * *
  
  Ночью Цзин Юй вышел во двор.
  
  Небо было усыпано звёздами, луна серебрила траву. Где-то вдалеке ухала сова.
  
  - Не спится?
  
  Бабушка сидела на крыльце, закутавшись в шаль. В руках у неё была трубка - Цзин Юй не знал, что она курит.
  
  - Нет, - признал он. - Слишком много мыслей.
  
  - Садись.
  
  Он сел рядом с ней на ступеньку.
  
  - Расскажи мне о нём, - попросила бабушка. - О твоём демоне.
  
  - Он не мой.
  
  - Он следует за тобой на край света. Он прислал стражей, чтобы тебя защитить. Он бросил башню, чтобы путешествовать с тобой. - Старушка затянулась трубкой. - Если он не твой - тогда чей?
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - Я не сужу, - мягко сказала бабушка. - Просто хочу понять.
  
  - Что понять?
  
  - Кто он такой. И почему ты ему доверяешь.
  
  Цзин Юй долго смотрел на звёзды.
  
  - Он был моим лучшим другом, - наконец сказал он. - Когда мы были молоды. До того, как всё пошло не так.
  
  - А теперь?
  
  - Теперь... - он поискал слова. - Теперь он сломанный человек, который пытается собрать себя по кусочкам. Как и я.
  
  Бабушка молчала, ожидая продолжения.
  
  - Он сделал ужасные вещи, - признал Цзин Юй. - Убивал. Разрушал. Сходил с ума от горя. Но...
  
  - Но?
  
  - Но он сделал это из-за меня. Потому что думал, что я погиб. Потому что не смог вынести потерю.
  
  - Это не оправдание.
  
  - Нет. Не оправдание. - Цзин Юй посмотрел на неё. - Но это объяснение. И... и я не могу его бросить. Не сейчас, когда он наконец начинает возвращаться к себе.
  
  Бабушка долго молчала, попыхивая трубкой.
  
  - Ты любишь его, - сказала она наконец. Не вопрос - утверждение.
  
  Цзин Юй не ответил.
  
  - Хорошо, - бабушка поднялась. - Я присмотрюсь к нему. Сама решу, стоит ли он твоей любви.
  
  - Бабушка...
  
  - Иди спать, мальчик. Завтра долгий день.
  
  И она ушла в дом, оставив его наедине с ночью и звёздами.
  
  * * *
  
  Следующие дни прошли в странном ритме.
  
  Бабушка не отпускала Си Еня от себя. Она заставляла его помогать по хозяйству - носить воду, колоть дрова, полоть грядки. Глава Чёрной башни, который никогда в жизни не делал ничего подобного, поначалу возмущался.
  
  - Я заклинатель огня! - протестовал он. - Я могу разжечь костёр щелчком пальцев!
  
  - Можешь, - соглашалась бабушка. - Но дрова всё равно нужно колоть. Огню нужно топливо.
  
  - Я могу создать огонь из ничего!
  
  - Тогда почему ты ещё здесь, а не колешь дрова?
  
  И Си Ень шёл колоть дрова, бормоча проклятия под нос.
  
  Мэйлин наблюдала за этим с плохо скрываемым восторгом.
  
  - Бабушка его дрессирует, - шепнула она Цзин Юю.
  
  - Вижу.
  
  - Ему полезно.
  
  - Знаю.
  
  Они переглянулись - и рассмеялись.
  
  * * *
  
  На третий день бабушка усадила их всех за стол и сказала:
  
  - Расскажите мне. Всё. С самого начала.
  
  - Что рассказать? - спросила Мэйлин.
  
  - Всё. Как вы познакомились. Как подружились. Как дошли до жизни такой.
  
  Она посмотрела на Си Еня.
  
  - И начнём с тебя, мальчик. Кто ты такой и откуда взялся.
  
  Си Ень напрягся.
  
  - Это... долгая история.
  
  - У нас есть время.
  
  Он посмотрел на Цзин Юя - словно ища поддержки. Тот кивнул.
  
  - Ладно, - Си Ень вздохнул. - С самого начала, значит.
  
  Он помолчал, собираясь с мыслями.
  
  - Я родился в Чёрной башне. Прямо там - в комнате рядом с залом огненного источника. Мать говорила, что когда я появился на свет, источник вспыхнул так ярко, что было видно за много ли.
  
  - Ты был принят источником сразу? - удивилась Мэйлин.
  
  - Да. С первым вздохом. - Си Ень криво улыбнулся. - Это редкость. Обычно дети проходят испытание в семь-восемь лет. Но я... я был другим.
  
  - Поэтому ты такой сильный, - тихо сказал Цзин Юй. - Источник растил тебя с рождения.
  
  - Да. - Си Ень кивнул. - Мои родители были боевыми заклинателями. Одними из лучших в башне. Они были... - голос его дрогнул, - они были связаны ритуалом слияния душ.
  
  - Что это значит? - спросила бабушка.
  
  - Это древний ритуал, - объяснил Цзин Юй. - Два заклинателя связывают свои души воедино. Они становятся сильнее вместе, чувствуют друг друга на расстоянии, могут делиться силой. Но если один умирает...
  
  - Другой не может жить без него, - закончил Си Ень. Голос его был ровным, но Цзин Юй видел, как побелели его костяшки. - Мне было десять, когда отец погиб в бою. Какая-то пограничная стычка, даже не настоящая война. Глупая, бессмысленная смерть.
  
  Он замолчал.
  
  - Мать... - он сглотнул. - Мать пыталась бороться. Ради меня. Она держалась три дня. А потом... - он не смог продолжить.
  
  Мэйлин протянула руку и накрыла его ладонь своей. Си Ень вздрогнул - но не отстранился.
  
  - И ты остался один, - тихо сказала бабушка.
  
  - Да. В десять лет. Один в башне, полной людей, которым было на меня плевать.
  
  Он усмехнулся - горько, болезненно.
  
  - Я был сильным. Слишком сильным для ребёнка. И буйным. Учителя не могли со мной справиться - я поджигал всё вокруг, когда злился. А я злился постоянно.
  
  - На что?
  
  - На всё. На мир. На судьбу. На родителей, которые бросили меня. - Голос его стал тише. - На себя, за то, что не смог их спасти.
  
  - Тебе было десять, - сказала Мэйлин. - Ты не мог ничего сделать.
  
  - Я знаю. Теперь знаю. Но тогда... - он покачал головой. - Тогда я был уверен, что если бы был сильнее, умнее, лучше - они бы остались живы.
  
  Повисло молчание.
  
  - А потом я встретил Сюаньчжи, - сказал Си Ень, и что-то в его голосе изменилось. - И всё изменилось.
  
  * * *
  
  - Расскажи, - попросила бабушка. - Как вы познакомились.
  
  Цзин Юй и Си Ень переглянулись.
  
  - Это... интересная история, - сказал Цзин Юй.
  
  - Тем более расскажи.
  
  Цзин Юй откашлялся.
  
  - Мы познакомились на совете башен, - начал он. - Нам было по шестнадцать. Я был блестящим первым учеником Белой башни - Сюаньчжи, надежда золотого источника, гордость учителей.
  
  - Скромность - не его сильная сторона, - вставил Си Ень.
  
  - А он, - Цзин Юй кивнул на него, - был диким недоразумением из Чёрной.
  
  - Эй! - возмутился Си Ень. - Почему недоразумением?
  
  - Потому что ты им был. Тебя даже не хотели брать на совет - боялись, что ты что-нибудь подожжёшь.
  
  - Ну... - Си Ень замялся. - Я подпалил занавески в своей комнате. Один раз.
  
  - Три раза.
  
  - Ладно, три. Но это были уродливые занавески!
  
  Мэйлин прыснула.
  
  - В общем, - продолжил Цзин Юй, - его всё-таки взяли. Потому что побоялись оставить в башне без присмотра.
  
  - Это несправедливо, - пробурчал Си Ень. - Я был достаточно сильным, чтобы заслужить место на совете.
  
  - Ты был достаточно опасным, чтобы тебя боялись оставить одного.
  
  - Это одно и то же.
  
  - Нет, не одно.
  
  Бабушка слушала их перепалку с лёгкой улыбкой.
  
  - И что случилось на совете?
  
  - Это недоразумение, - Цзин Юй кивнул на Си Еня, - начало меня преследовать.
  
  - Я не преследовал! - возмутился Си Ень. - Я... наблюдал.
  
  - Ты ходил за мной по пятам три дня.
  
  - Я изучал противника!
  
  - Какого противника?
  
  - Тебя! - Си Ень фыркнул. - Ты действовал мне на нервы своим видом. Ходил такой весь из себя - блестящий, идеальный, первый ученик. Все тебя обожали, все тебе кланялись. Меня тошнило.
  
  - И поэтому ты решил со мной подраться?
  
  - Я хотел выяснить, кто сильнее! - Си Ень скрестил руки на груди. - Этот зазнайка должен был узнать своё место.
  
  - И ты потребовал поединка.
  
  - Да.
  
  - Три раза.
  
  - Ты отказывался!
  
  - Потому что это было глупо. Поединок между учениками двух башен - это скандал.
  
  - Мне было всё равно на скандалы.
  
  Цзин Юй вздохнул.
  
  - И в конце концов я сдался. Мы устроили тайный поединок - ночью, за стенами города, где нас никто не мог увидеть.
  
  - И кто победил? - спросила Мэйлин, подавшись вперёд.
  
  Цзин Юй и Си Ень снова переглянулись.
  
  - Поняв, что ему не сравниться с моей техникой, - медленно сказал Цзин Юй, - он... задавил меня силой.
  
  - Это было нечестно с моей стороны, - признал Си Ень. Голос его стал тихим. - Я разозлился. Ты был лучше меня - быстрее, точнее, умнее. Я не мог тебя достать. И я... - он замолчал.
  
  - Он ударил со всей силы, - закончил Цзин Юй. - Без предупреждения. Без сдерживания. Просто выплеснул всё, что у него было.
  
  - И?
  
  - И я упал замертво.
  
  Тишина.
  
  - То есть... - Мэйлин побледнела. - Он чуть не убил тебя?
  
  - Не чуть. - Цзин Юй криво улыбнулся. - Я потом узнал, что моё сердце остановилось на несколько минут. Если бы не...
  
  - Если бы не я, - перебил Си Ень. Голос его был хриплым. - Я думал, что убил его. Стоял над ним и не мог пошевелиться. А потом... - он сглотнул. - Потом я начал его лечить. Я не умел толком лечить, но я вливал в него силу, и молился всем богам, которых знал, чтобы он очнулся.
  
  - И ты очнулся, - сказала бабушка Цзин Юю.
  
  - Очнулся. - Он кивнул. - И первое, что я увидел - это лицо Си Еня. Он был весь в слезах, сопли по щекам, и держал в руках... - Цзин Юй фыркнул, - пирожки.
  
  - Пирожки? - переспросила Мэйлин.
  
  - Я украл их из кухни совета, - пробормотал Си Ень. - Не знал, что ещё сделать. Думал, если он очнётся - ему нужно будет поесть.
  
  - Он лечил меня и извинялся, - продолжил Цзин Юй. - Снова и снова. И совал мне эти пирожки. "Поешь, поешь, тебе нужны силы". Я лежал на земле, едва живой, а он пихал мне в рот пирожки с капустой.
  
  Мэйлин расхохоталась. Даже бабушка улыбнулась.
  
  - Я очень испугался, - тихо сказал Си Ень. - Это было мне лучшим наказанием. Лучше любой порки, любого наказания от учителей. Я чуть не убил человека. Чуть не убил... - он посмотрел на Цзин Юя, - чуть не убил того, кто потом стал мне ближе всех.
  
  - Мы больше никогда не дрались в полную силу, - сказал Цзин Юй. - После той ночи. Соревновались - да, много раз. Но всегда со сдерживанием. Всегда с контролем.
  
  - И я обнаружил, - добавил Си Ень, - что Сюаньчжи вполне нормальный, когда не задирает нос. Он смеялся над моими шутками. Он не боялся меня. Он... - голос его дрогнул, - он видел во мне человека, а не монстра.
  
  - А я обнаружил, - Цзин Юй посмотрел на него, - что он вообще-то вполне симпатичное чудовище. Под всей этой яростью и огнём - просто одинокий мальчишка, который отчаянно хотел, чтобы его кто-то полюбил.
  
  Си Ень отвёл взгляд.
  
  - Мы как-то подружились, - закончил Цзин Юй. - И потом куролесили вместе много лет. Сбегали из башен, устраивали приключения, строили планы...
  
  - Пока всё не рухнуло, - тихо сказал Си Ень.
  
  - Да. Пока всё не рухнуло.
  
  Повисло молчание.
  
  Бабушка долго смотрела на них - на этих двоих, связанных узами, которые выдержали время, предательство и смерть.
  
  - Понятно, - наконец сказала она.
  
  - Что понятно? - спросил Си Ень.
  
  - Почему он тебя не бросил. - Она посмотрела на Цзин Юя. - И почему ты за ним пошёл.
  
  Она поднялась.
  
  - Пойду заварю чай, - сказала она. - А вы пока расскажите моей внучке, как именно вы "куролесили". Ей полезно знать, с какими безумцами она связалась.
  
  И она вышла, оставив их троих за столом.
  
  Мэйлин посмотрела на них - на Цзин Юя с его мягкой улыбкой, на Си Еня с его растерянным видом.
  
  - Она вас приняла, - сказала она.
  
  - Думаешь? - Си Ень не выглядел убеждённым.
  
  - Знаю. - Мэйлин улыбнулась. - Если бы не приняла - не стала бы заваривать чай.
  
  * * *
  
  Вечером, когда солнце село за деревья, они сидели во дворе и пили тот самый чай - травяной, с мёдом, ароматный.
  
  - Расскажите ещё, - попросила Мэйлин. - О ваших приключениях.
  
  Цзин Юй и Си Ень переглянулись.
  
  - Помнишь ту ночь, когда мы забрались в императорский парк? - спросил Цзин Юй.
  
  - Как забыть. - Си Ень фыркнул. - Ты упал в пруд с золотыми рыбами.
  
  - Это ты меня толкнул!
  
  - Я споткнулся!
  
  - О мою ногу?
  
  - О камень! Твоя нога просто оказалась на пути!
  
  Мэйлин смеялась так, что чай расплескался из чашки.
  
  Бабушка слушала их истории - о сбежавших ослах и украденных пирогах, о поединках и погонях, о дружбе, которая росла с каждым днём.
  
  И она видела то, что видела Мэйлин с самого начала.
  
  Что эти двое - при всех их различиях, при всей боли и вине между ними - были двумя половинками одного целого. Что они дополняли друг друга, уравновешивали. Что вместе они были сильнее, чем по отдельности.
  
  "Береги их", - подумала она, глядя на внучку. - "Они оба - сломанные. Но вместе вы можете исцелить друг друга".
  
  * * *
  
  На пятый день бабушка отвела Си Еня в сторону.
  
  - Пойдём, - сказала она. - Поможешь мне собрать травы.
  
  - Я не разбираюсь в травах.
  
  - Научишься.
  
  Они ушли в лес и вернулись только к вечеру. Си Ень был весь в царапинах, с листьями в волосах и странным выражением на лице.
  
  - Что она с тобой сделала? - шёпотом спросил Цзин Юй.
  
  - Разговаривала, - так же шёпотом ответил Си Ень. - Много разговаривала.
  
  - О чём?
  
  - Обо всём. О жизни. О смерти. О тебе. - Он помолчал. - Она... она странная. Но хорошая.
  
  - Она тебя приняла?
  
  Си Ень посмотрел на бабушку, которая что-то говорила Мэйлин, перебирая собранные травы.
  
  - Кажется, да, - сказал он. - Кажется, да.
  
  * * *
  
  В последний вечер перед их уходом бабушка усадила их всех за стол.
  
  - Слушайте внимательно, - сказала она. - Я дам вам совет. Один. И вы ему последуете.
  
  - Какой совет? - спросила Мэйлин.
  
  - Берегите друг друга. - Бабушка посмотрела на каждого из них по очереди. - Вы - странная компания. Предатель, демон и травница. Но вы - семья. Не по крови, но по выбору. И это важнее.
  
  Она взяла руку Мэйлин.
  
  - Ты - их сердце. Без тебя они потеряются в своей боли и вине.
  
  Потом посмотрела на Цзин Юя.
  
  - Ты - их разум. Без тебя они наделают глупостей.
  
  И наконец - на Си Еня.
  
  - А ты - их сила. Без тебя им не справиться с тем, что ждёт впереди.
  
  - Что нас ждёт? - спросил Си Ень.
  
  - Не знаю. - Бабушка покачала головой. - Травы молчат. Но что-то большое. Что-то важное. - Она помолчала. - Что-то, ради чего вы встретились.
  
  Они переглянулись - Цзин Юй, Мэйлин и Си Ень.
  
  - Мы справимся, - сказала Мэйлин.
  
  - Вместе, - добавил Цзин Юй.
  
  - Вместе, - согласился Си Ень.
  
  Бабушка улыбнулась.
  
  - Тогда идите, - сказала она. - И возвращайтесь. Я буду ждать.
  
  Она обняла Мэйлин - крепко, долго.
  
  Потом повернулась к Цзин Юю и тоже обняла его.
  
  И наконец - к удивлению всех, включая самого Си Еня - обняла и его.
  
  - Береги их, мальчик, - прошептала она ему на ухо. - Они - всё, что у тебя есть.
  
  Си Ень не ответил. Не смог.
  
  Но когда они уходили - когда деревня скрылась за деревьями - он шёл рядом с Цзин Юем и Мэйлин, и впервые за очень долгое время чувствовал себя... дома.
  
  Не в башне. Не в месте.
  
  С людьми.
  
  Глава 20. Туман и кровь
  
  Утро выдалось прохладным и ясным.
  
  Они стояли у калитки бабушкиного дома, готовые к отправлению. Сумки собраны, припасы упакованы, дорога ждала.
  
  Бабушка вышла проводить их - маленькая, седая, но прямая, как сосна.
  
  - Вот, - она сунула Мэйлин увесистый свёрток. - Травы, мази, настойки. На все случаи жизни.
  
  - Бабушка, это слишком много...
  
  - Это в самый раз. - Старушка строго посмотрела на неё. - Ты путешествуешь с двумя безумцами. Им понадобится много лекарств.
  
  Си Ень хотел возразить, но под её взглядом передумал.
  
  - И вот это. - Бабушка достала из кармана маленький мешочек и повесила его на шею Си Еня. - Носи, не снимай.
  
  - Что это?
  
  - Амулет. От глупости.
  
  Мэйлин прыснула. Даже Цзин Юй улыбнулся.
  
  - Он правда работает? - с сомнением спросил Си Ень.
  
  - С тобой - посмотрим. - Бабушка похлопала его по щеке. - Береги их, мальчик. И себя береги.
  
  Она обняла Мэйлин - долго, крепко.
  
  - Возвращайся, - прошептала она. - Я буду ждать.
  
  - Обязательно, бабушка.
  
  Они ушли - три фигуры на горной тропе. Мэйлин оглядывалась, пока деревня не скрылась за поворотом.
  
  А бабушка стояла у калитки и смотрела им вслед, пока они не исчезли из виду.
  
  * * *
  
  Горы начались на третий день пути.
  
  Сначала - пологие холмы, поросшие соснами. Потом - крутые склоны, каменистые тропы, ущелья с ледяными ручьями. Воздух становился тоньше и холоднее с каждым шагом.
  
  И туман.
  
  Он появился незаметно - сначала лёгкая дымка над вершинами, потом плотная пелена, окутывающая деревья. С каждым днём подъёма туман становился гуще, пока не превратился в молочную стену, сквозь которую едва можно было разглядеть дорогу.
  
  - Я не вижу собственных ног, - проворчал Си Ень, осторожно ступая по камням.
  
  - Держись за меня, - сказала Мэйлин, протягивая ему руку.
  
  - Я не слепой!
  
  - Нет, просто упрямый.
  
  Цзин Юй шёл впереди, и его серебряные волосы слабо мерцали в тумане - единственный ориентир в молочной пустоте.
  
  - Это не обычный туман, - сказал он, остановившись.
  
  - Что значит - не обычный? - спросила Мэйлин.
  
  - Он... живой. - Цзин Юй протянул руку, и клочья тумана обвились вокруг его пальцев, словно любопытные змейки. - Я чувствую в нём силу. Лунную силу.
  
  - Слеза Тумана? - догадался Си Ень.
  
  - Похоже на то. - Цзин Юй нахмурился. - И ею кто-то управляет.
  
  - Кто?
  
  - Не знаю. Но что-то... - он замолчал, прислушиваясь к чему-то, что слышал только он. - Что-то не так. Источник беспокоится.
  
  - Твой источник мог бы быть более конкретным, - буркнул Си Ень.
  
  - Он пытается. Но я... - Цзин Юй покачал головой. - Я ещё не научился его понимать.
  
  Си Ень выругался сквозь зубы.
  
  - Ненавижу этот туман. Здесь всё сырое. Я не могу нормально зажечь даже искру.
  
  Он щёлкнул пальцами - и вместо яркого пламени появился лишь слабый огонёк, который тут же погас.
  
  - Будьте осторожны, - тихо сказала Мэйлин. - Оба. Мне не нравится это место.
  
  Как будто в ответ на её слова, туман впереди сгустился и начал принимать форму.
  
  * * *
  
  Они появились из ниоткуда.
  
  Существа, сотканные из тумана и тьмы. Не люди - нечто иное. Их тела были полупрозрачными, текучими, словно сделанными из воды. Глаза горели холодным серебряным светом.
  
  Их было пять. Или шесть. Или больше - в тумане было трудно сосчитать.
  
  - Сзади! - крикнула Мэйлин.
  
  Цзин Юй развернулся, призывая свою силу. Лунное серебро хлынуло по меридианам, окутало руки холодным сиянием. Он швырнул заклинание в ближайшее существо - сгусток концентрированной энергии, который должен был разорвать его на части.
  
  Заклинание прошло сквозь существо, не причинив вреда.
  
  - Что?! - Цзин Юй отступил на шаг.
  
  Существо ухмыльнулось - если это можно было назвать ухмылкой - и бросилось на него.
  
  Он едва успел поставить щит. Удар был сильным - сильнее, чем он ожидал. Щит затрещал, покрылся сетью трещин.
  
  - Они защищены! - крикнул Цзин Юй. - Моя сила на них не действует!
  
  - Почему?!
  
  - Слеза Тумана! Это реликвия лунного источника - она защищает их от лунной магии!
  
  Си Ень выругался и выбросил вперёд руку. Огненный поток хлынул из его ладони - яркий, ревущий, смертоносный.
  
  Существа отшатнулись, но не погибли. Огонь лизал их тела, но вместо того чтобы сжечь их - шипел и гас, как уголь, брошенный в воду.
  
  - Они водные! - крикнул Си Ень. - Моя сила работает вполсилы!
  
  - Замечательно! - Цзин Юй отбил ещё один удар. - У тебя есть план?!
  
  - Бить сильнее!
  
  Это был не план. Но ничего лучше у них не было.
  
  * * *
  
  Бой превратился в кошмар.
  
  Существа были быстрыми - быстрее, чем любой человек. Они текли сквозь туман, появляясь то слева, то справа, то сзади. Их когти - длинные, острые, сделанные из чего-то похожего на лёд - рассекали воздух с леденящим свистом.
  
  Цзин Юй дрался, как мог. Его лунная магия была бесполезна против них - но меч всё ещё резал, и он резал. Клинок сверкал серебром, рассекая туманные тела, которые тут же восстанавливались.
  
  - Они регенерируют! - крикнул он.
  
  - Я заметил!
  
  Си Ень был в своей стихии - или был бы, если бы его стихия работала нормально. Он швырял огненные шары, создавал стены пламени, бил молниями раскалённого воздуха. Но каждое заклинание требовало вдвое больше сил, чем обычно, и наносило вдвое меньше урона.
  
  Мэйлин стояла между ними, прижавшись спиной к скале. У неё не было боевых заклинаний - только нож и её золотая сила, которая годилась для исцеления, не для битвы.
  
  - Слева! - крикнула она.
  
  Цзин Юй развернулся - и едва успел отбить удар. Когти прошли в волоске от его горла.
  
  - Их слишком много! - крикнул Си Ень.
  
  Он был прав. На каждое убитое существо появлялось два новых. Туман порождал их бесконечно - или так казалось.
  
  - Нужно уничтожить источник! - крикнул Цзин Юй. - Того, кто ими управляет!
  
  - Где он?!
  
  - Не знаю!
  
  Одно из существ прорвалось сквозь их защиту. Оно летело прямо к Мэйлин - когти выставлены, глаза горят.
  
  - Мэйлин!
  
  Си Ень бросился наперерез. Он не думал - просто действовал. Его тело оказалось между существом и девушкой за долю секунды до удара.
  
  Когти вошли в его грудь.
  
  * * *
  
  Время замедлилось.
  
  Цзин Юй видел, как Си Ень вздрогнул от удара. Как кровь брызнула из раны. Как он всё равно - всё равно! - выбросил руку вперёд и ударил существо огнём в упор.
  
  На этот раз огонь был другим. Не красным - белым. Огонь ярости, огонь отчаяния. Огонь, который сжигал всё на своём пути.
  
  Существо взорвалось - разлетелось на тысячи капель, которые испарились, не долетев до земли.
  
  И остальные - все остальные - замерли.
  
  - СИ ЕНЬ! - закричал Цзин Юй.
  
  Он бросился к другу, который медленно оседал на землю. Кровь текла из раны на груди - много крови, слишком много.
  
  - Я в порядке, - прохрипел Си Ень. - Просто... царапина.
  
  - Ты идиот!
  
  - Знаю.
  
  Существа вокруг них начали таять. Без приказа, без направляющей воли - они просто растворялись в тумане, из которого вышли.
  
  - Они отступают, - сказала Мэйлин. - Почему?
  
  - Не знаю. - Цзин Юй не отрывал взгляда от Си Еня. - И мне сейчас плевать. Нужно остановить кровь.
  
  Туман редел. Солнце пробивалось сквозь него - впервые за много дней.
  
  А Си Ень лежал на камнях, и его кровь впитывалась в горную породу.
  
  * * *
  
  Они нашли укрытие - небольшую пещеру в склоне горы, достаточно большую для троих.
  
  Цзин Юй помог Си Еню дойти до входа. Тот шёл сам, хотя каждый шаг давался ему с трудом.
  
  - Садись, - велел Цзин Юй, усаживая его у стены.
  
  - Я в порядке...
  
  - Ты весь в крови. Замолчи и сиди.
  
  Мэйлин уже доставала из сумки травы и снадобья. Руки её не дрожали - она была целительницей, она видела кровь и раньше.
  
  - Твой источник мог бы предупредить о таком сюрпризе, - пробурчал Си Ень, морщась от боли. - Если он у тебя такой разговорчивый.
  
  - Возможно, он меня предупреждал, - мрачно ответил Цзин Юй. - Но я ничего не понял.
  
  - Замечательно. В следующий раз попроси его говорить яснее.
  
  Мэйлин подошла к Си Еню и встала перед ним, скрестив руки на груди.
  
  - Показывай.
  
  - Что показывать? - непонимающе спросил он.
  
  - У тебя вся одежда в крови. Снимай и показывай.
  
  - Там просто царапина.
  
  Мэйлин посмотрела на него - тем самым взглядом, который она переняла у бабушки. Взглядом, не допускающим возражений.
  
  Си Ень поёжился.
  
  - Ладно, ладно...
  
  Он начал расстёгивать халат, морщась при каждом движении. Ткань прилипла к ране, и когда он потянул её, из раны снова потекла кровь.
  
  На его груди была рана - три глубоких борозды от когтей, идущие от плеча до рёбер. Края раны были рваными, воспалёнными. Кровь всё ещё сочилась из неё.
  
  - Царапина, значит, - сказала Мэйлин.
  
  - Выглядит хуже, чем есть.
  
  - Выглядит так, будто тебя почти выпотрошили.
  
  - Я заклинатель огня. Мы живучие.
  
  Мэйлин опустилась на колени рядом с ним и внимательно осмотрела рану.
  
  - У тебя три варианта, - сказала она. - Первый: ты пропускаешь меня через свой барьер и даёшь исцелить рану. Это быстро и безболезненно.
  
  - А второй?
  
  - Второй: я пользуюсь иглой, мазями и отварами. Это будет гораздо дольше и больнее.
  
  - А третий?
  
  - Третий: ты заживляешь это сам своей силой. Тратишь кучу внутренней энергии и не можешь в ближайшее время продолжать путь.
  
  Си Ень фыркнул.
  
  - Есть ещё вариант - просто проигнорировать эту царапину.
  
  - А, да, конечно, - мрачно сказала Мэйлин. - Ещё есть вариант истечь кровью или получить заражение. Отличный план.
  
  - Я сейчас это прижгу своей силой, и проблема решится.
  
  - Это будет третий вариант. Ты не сможешь продолжить путь.
  
  Си Ень открыл рот, чтобы возразить - и закрыл. Она была права, и он это знал.
  
  - Я... - он замялся. - Я боюсь обжечь тебя своей силой. Если ты будешь меня исцелять.
  
  - Если ты впустишь меня, она мне ничего не сделает. - Мэйлин посмотрела ему в глаза. - Я исцеляла Цзин Юя, когда его барьер не пропускал даже Шэнь Лина. Твой огонь меня не тронет, если ты этого не захочешь.
  
  Си Ень молчал. Цзин Юй видел, как он борется с собой - гордость против здравого смысла, страх против необходимости.
  
  - Си Ень, - тихо сказал он. - Позволь ей помочь.
  
  Долгая пауза.
  
  - Ладно, - наконец сказал Си Ень. - Делай, что должна.
  
  * * *
  
  Мэйлин положила руки на его грудь - осторожно, по обе стороны от раны.
  
  - Расслабься, - сказала она. - И опусти барьер.
  
  - Легко сказать...
  
  - Просто доверься мне.
  
  Си Ень закрыл глаза. Цзин Юй видел, как напряжение медленно уходит из его плеч, как огненная аура вокруг него тускнеет, отступает.
  
  - Хорошо, - прошептала Мэйлин. - Вот так.
  
  Её руки засветились золотом. Мягким, тёплым, живым. Свет потёк в рану, и Цзин Юй увидел, как края начинают сходиться, как новая кожа нарастает поверх разорванной плоти.
  
  Си Ень вздрогнул.
  
  - Больно?
  
  - Нет, - он открыл глаза. - Странно. Тепло, но... не огненное тепло. Другое.
  
  - Это золотая сила, - сказала Мэйлин, не отрывая взгляда от раны. - Она исцеляет, не разрушает.
  
  Она работала молча, сосредоточенно. Минута за минутой рана затягивалась, пока от неё не остались только три розовых шрама.
  
  - Готово, - Мэйлин убрала руки. - Шрамы останутся, но внутри всё зажило.
  
  Си Ень посмотрел на свою грудь.
  
  - Быстро, - признал он. - Спасибо.
  
  - Не благодари. - Мэйлин достала из сумки флакон с тёмной жидкостью. - Теперь выпей это.
  
  - Что это?
  
  - Восстанавливающее зелье. Ты потерял много крови.
  
  - Я в порядке...
  
  - Пей.
  
  Си Ень посмотрел на Цзин Юя - ища поддержки. Тот развёл руками.
  
  - Я бы на твоём месте послушался.
  
  Си Ень вздохнул и выпил зелье одним глотком. Скривился.
  
  - Гадость.
  
  - Лекарства не должны быть вкусными.
  
  - Могли бы... - он зевнул. - Могли бы хотя бы... попытаться...
  
  Глаза его начали закрываться.
  
  - Что ты ему дала? - спросил Цзин Юй.
  
  - Восстанавливающее зелье, - невинно ответила Мэйлин. - Со снотворным. Ему нужен отдых.
  
  - Он будет в ярости, когда проснётся.
  
  - Пусть. Зато он проснётся живым и здоровым.
  
  Си Ень уже спал - глубоко, ровно, как не спал, наверное, много лет. Лицо его разгладилось, и он выглядел почти мирным.
  
  - Он бросился на то существо, не раздумывая, - тихо сказала Мэйлин. - Закрыл меня собой.
  
  - Я видел.
  
  - Почему?
  
  Цзин Юй посмотрел на спящего друга.
  
  - Потому что он такой, - сказал он. - Под всем этим огнём и яростью - он готов умереть за тех, кого любит.
  
  - Он меня любит? - В голосе Мэйлин было искреннее удивление.
  
  - Он принял тебя. Для него это почти то же самое.
  
  Мэйлин долго молчала, глядя на Си Еня.
  
  - Он не такой, каким кажется, - наконец сказала она.
  
  - Нет. Не такой.
  
  * * *
  
  Они сидели у входа в пещеру, глядя на горы, окутанные редеющим туманом. Си Ень спал за их спинами, и его дыхание было ровным и глубоким.
  
  - Что будем делать дальше? - спросила Мэйлин.
  
  Цзин Юй задумался.
  
  - Эти существа... они охраняли что-то. Или кого-то. Слеза Тумана где-то рядом - я чувствую её.
  
  - Мы продолжим путь?
  
  - Да. Когда Си Ень проснётся.
  
  - А если нас снова атакуют?
  
  Цзин Юй не ответил. Они оба знали - если нападение повторится, им будет ещё труднее. Его магия бесполезна, огонь Си Еня работает вполсилы, а Мэйлин...
  
  - Научи меня, - вдруг сказала она.
  
  - Чему?
  
  - Боевым заклинаниям. - Она посмотрела на него. - Для таких случаев.
  
  - Мэйлин...
  
  - Я серьёзно. - Голос её был твёрдым. - Я не хочу быть обузой. Не хочу, чтобы кто-то снова бросался под удар, защищая меня.
  
  - Ты не обуза.
  
  - Я была бесполезна в том бою. Стояла и смотрела, пока вы сражались.
  
  - Ты целительница. Твоя сила...
  
  - Моя сила - золотая, - перебила она. - Та же, что была у тебя. Ты можешь меня научить.
  
  Цзин Юй замолчал.
  
  Она была права. Золотая сила - его бывшая сила - годилась не только для исцеления. Он знал десятки боевых техник, которые мог бы ей показать.
  
  - Это займёт время, - сказал он. - И потребует практики.
  
  - У нас есть время. Пока Си Ень спит.
  
  - Боевая магия... это не то же самое, что целительство. Ты будешь причинять боль, не исцелять.
  
  - Я знаю. - Мэйлин посмотрела на спящего Си Еня. - Но иногда нужно причинить боль врагу, чтобы защитить друга.
  
  Цзин Юй долго молчал.
  
  - Хорошо, - наконец сказал он. - Я научу тебя. Но начнём с основ.
  
  - С чего именно?
  
  - С того, как призывать силу для атаки, а не для исцеления. Это... - он поискал слова, - это как река. Ты можешь направить её, чтобы напоить поля. А можешь - чтобы смыть плотину.
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Покажи мне.
  
  Цзин Юй поднял руку. Лунное серебро засветилось вокруг его пальцев - но он не стал его использовать. Вместо этого он сосредоточился, вспоминая давно забытые ощущения.
  
  - Смотри, - сказал он. - Когда ты исцеляешь, ты направляешь силу внутрь - в рану, в болезнь. Ты обволакиваешь, успокаиваешь, восстанавливаешь.
  
  - Да.
  
  - Для атаки нужно сделать наоборот. Направить силу наружу. Сконцентрировать её в одной точке. И выпустить.
  
  Он сжал кулак - и разжал. Из его ладони вырвался луч серебряного света, ударивший в камень у входа в пещеру. Камень треснул.
  
  - Вот так.
  
  Мэйлин смотрела на трещину в камне.
  
  - Это выглядит... разрушительно.
  
  - Это и есть разрушительно. Боевая магия создана, чтобы разрушать. - Цзин Юй посмотрел на неё. - Ты уверена, что хочешь этому учиться?
  
  - Да, - без колебаний ответила она. - Научи меня.
  
  Цзин Юй кивнул.
  
  - Тогда начнём.
  
  * * *
  
  Следующие несколько часов они провели в тренировках.
  
  Мэйлин оказалась способной ученицей. Она понимала быстро, схватывала на лету. Её золотая сила была слабее, чем когда-то была у него - но достаточно сильной для базовых техник.
  
  - Сосредоточься, - говорил Цзин Юй. - Почувствуй силу внутри себя. Собери её в одной точке.
  
  Мэйлин закрыла глаза. Золотой свет замерцал вокруг её пальцев - слабый, неровный.
  
  - Теперь направь её вперёд. Резко, как удар кулаком.
  
  Она выбросила руку - и золотой луч вырвался из её ладони. Слабый, едва видимый, но - луч. Он ударил в камень и оставил небольшую отметину.
  
  - Получилось! - Мэйлин засмеялась от радости.
  
  - Неплохо для первого раза. - Цзин Юй улыбнулся. - Но тебе нужно больше практики. Сила должна идти легко, без усилий.
  
  - Покажи ещё раз.
  
  Они тренировались, пока солнце не начало клониться к закату. Мэйлин училась быстро - золотые лучи становились всё ярче, удары - всё сильнее.
  
  - Достаточно на сегодня, - наконец сказал Цзин Юй. - Ты устала.
  
  - Я в порядке...
  
  - Ты бледная и шатаешься. - Он мягко взял её за руку. - Магия истощает. Тебе нужен отдых.
  
  Мэйлин хотела возразить - но поняла, что он прав. Голова кружилась, в глазах темнело.
  
  - Ладно, - сдалась она. - Отдохну. Но завтра продолжим.
  
  - Обязательно.
  
  Она устроилась у стены пещеры, рядом со спящим Си Енем. Глаза её закрылись почти сразу.
  
  Цзин Юй остался один - смотреть на горы, на туман, на звёзды, загорающиеся в вечернем небе.
  
  Где-то там, впереди, ждала Слеза Тумана. И те, кто её охранял.
  
  "Мы справимся", - подумал он. - "Вместе - справимся".
  
  И он продолжал смотреть на горы, пока ночь не окутала мир своим тёмным плащом.
  
  Глава 21. Слеза Тумана
  
  Си Ень проснулся на рассвете.
  
  Он сел резко - слишком резко - и тут же поморщился от боли в груди. Рана зажила, но тело ещё помнило удар.
  
  - Ты нас опоила, - сказал он Мэйлин, которая как раз разводила костёр.
  
  - Я тебя вылечила, - невозмутимо ответила она.
  
  - И опоила.
  
  - И дала отдохнуть. Ты спал двенадцать часов. Впервые за сколько - за десять лет?
  
  Си Ень открыл рот, чтобы возразить - и закрыл. Она была права.
  
  Он огляделся и увидел Мэйлин, практикующую какое-то заклинание. Золотой свет мерцал вокруг её пальцев, собираясь в неровный шар.
  
  - Это ещё что? - спросил он.
  
  - Цзин Юй учит меня боевой магии, - сказала Мэйлин, не отрываясь от практики.
  
  - Что?!
  
  - Боевой магии. Чтобы я могла защищаться.
  
  Си Ень повернулся к Цзин Юю.
  
  - Ты учишь её боевой магии?
  
  - Она попросила.
  
  - И ты согласился?!
  
  - А почему нет?
  
  - Потому что... - Си Ень замялся. - Потому что это глупость!
  
  Мэйлин опустила руки и повернулась к нему.
  
  - Почему глупость?
  
  - Потому что ты прирождённая целительница! - Си Ень встал, покачнулся и схватился за стену. - Твоя сила создана для исцеления, не для разрушения. Ничего опаснее защитного барьера ты всё равно не сможешь применить.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Я видел тысячи заклинателей. Золотые целители... - он махнул рукой. - Они могут учить боевые техники годами, но когда дело доходит до настоящего боя - они просто не могут причинить вред. Это не в их природе.
  
  Мэйлин нахмурилась.
  
  - Но я хочу помочь...
  
  - Тогда учись ставить щиты. - Си Ень подошёл к ней - медленно, осторожно. - Защитная магия - вот что тебе нужно. Барьеры, щиты, отражения. Это спасёт больше жизней, чем любое атакующее заклинание.
  
  Мэйлин посмотрела на Цзин Юя.
  
  - Он прав?
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Возможно, - признал он. - Я учил тебя атакам, потому что ты просила. Но Си Ень... он видел больше боёв, чем я. Если он говорит, что защита - твой путь...
  
  - Это не значит, что я не могу драться!
  
  - Нет, не значит. - Си Ень криво улыбнулся. - Но зачем тебе драться, когда у тебя есть мы?
  
  Мэйлин фыркнула.
  
  - Вчера один из вас едва не умер, а второй не мог пробить защиту врага.
  
  - Это были особые обстоятельства.
  
  - Особые обстоятельства случаются постоянно!
  
  Они стояли друг напротив друга - упрямая целительница и упрямый заклинатель огня. Цзин Юй смотрел на них и думал, что они на удивление похожи.
  
  - Хорошо, - наконец сказал Си Ень. - Компромисс. Ты учишь защитную магию - барьеры, щиты, всё такое. А атакующие техники... - он помедлил, - атакующие техники используешь только в крайнем случае. Договорились?
  
  Мэйлин думала долго.
  
  - Договорились, - наконец сказала она. - Но я всё равно буду практиковаться.
  
  - Практикуйся сколько хочешь. Просто не лезь в бой первой.
  
  - Я не лезу в бой первой. Это вы лезете.
  
  - Мы - боевые заклинатели. Это наша работа.
  
  - Ваша работа - не умирать!
  
  Цзин Юй не смог сдержать улыбку. Эти двое спорили, как старые друзья - или как брат с сестрой.
  
  - Ладно, - сказал он, прерывая их перепалку. - Хватит спорить. Нам нужно идти дальше.
  
  * * *
  
  Они поднимались всё выше.
  
  Туман вернулся - не такой густой, как раньше, но достаточно плотный, чтобы скрывать дорогу. Цзин Юй шёл впереди, следуя за чем-то, что чувствовал только он - зовом лунного источника, тянущим его вперёд.
  
  - Близко, - сказал он на третий день подъёма. - Очень близко.
  
  - Откуда ты знаешь? - спросил Си Ень.
  
  - Чувствую. - Цзин Юй положил руку на грудь. - Здесь. Источник зовёт меня.
  
  Тропа вывела их к узкому ущелью между двумя скалами. За ущельем виднелось что-то - строение, полускрытое туманом.
  
  - Храм, - прошептала Мэйлин.
  
  Это действительно был храм - древний, полуразрушенный, но всё ещё величественный. Белые колонны поддерживали крышу, украшенную резьбой в виде лунных фаз. Ступени вели к тёмному входу.
  
  И на этих ступенях их ждали.
  
  * * *
  
  Существ было больше, чем в прошлый раз.
  
  Они стояли неподвижно - ряд за рядом, десятки туманных фигур с горящими серебряными глазами. Охрана храма. Стражи Слезы Тумана.
  
  - Они не нападают, - тихо сказала Мэйлин.
  
  - Ждут, - ответил Цзин Юй. - Смотрят, что мы будем делать.
  
  - И что мы будем делать?
  
  Цзин Юй шагнул вперёд.
  
  - Я - Цзин Юй, заклинатель лунного источника, - громко сказал он. - Я пришёл по зову источника. Пропустите меня.
  
  Существа не шелохнулись.
  
  - Может, они не понимают? - предположил Си Ень.
  
  - Они понимают. - Цзин Юй чувствовал это. - Но они... повреждены. Что-то случилось с ними. Они должны охранять Слезу, но забыли, от кого.
  
  - То есть они будут атаковать всех?
  
  - Похоже на то.
  
  Си Ень вздохнул и начал закатывать рукава.
  
  - Ну что ж. Второй раунд.
  
  Существа двинулись - все одновременно, как волна.
  
  * * *
  
  Бой начался.
  
  Си Ень ударил первым - стена огня встала между ними и существами, давая время подготовиться. Пламя шипело и гасло, но задерживало нападавших.
  
  - Цзин Юй! - крикнул он. - Ищи Слезу! Мы прикроем!
  
  - Но...
  
  - Иди! Твоя магия на них не действует! Толку от тебя в бою - ноль!
  
  Это было грубо, но правда. Цзин Юй стиснул зубы и бросился к храму.
  
  Существа попытались его остановить - но Си Ень встал на их пути. Огонь вырывался из его рук, из его глаз, из самого его дыхания. Он был как живой костёр, пожирающий всё на своём пути.
  
  - Мэйлин! - крикнул он. - Щит!
  
  Она подняла руки - и золотой барьер вспыхнул вокруг них. Не идеальный, с дрожащими краями, но - барьер. Когти существ ударили в него и отскочили.
  
  - Держи его! - крикнул Си Ень.
  
  - Стараюсь!
  
  Она держала щит, пока он бил. Снова и снова - огненные шары, огненные плети, огненные копья. Существа падали, но на их место приходили новые.
  
  - Их слишком много! - крикнула Мэйлин.
  
  - Знаю! Держись!
  
  Один из ударов прорвался сквозь её барьер. Когти метнулись к её горлу - и она, не думая, выбросила руку вперёд.
  
  Золотой луч - яркий, ослепительный - ударил существо в грудь. Но вместо того чтобы просто оттолкнуть его, луч вспыхнул, переплетаясь с чем-то ещё.
  
  Огнём.
  
  Золото и огонь сплелись воедино - и существо взорвалось, разлетевшись на тысячи искр.
  
  - Что?! - Мэйлин уставилась на свои руки.
  
  - Делай так ещё! - крикнул Си Ень.
  
  - Я не знаю, как я это сделала!
  
  - Тогда повторяй!
  
  Она повторяла. Снова и снова - золотые лучи, переплетающиеся с огнём Си Еня. Вместе их сила была сильнее, чем по отдельности. Золото усиливало огонь, огонь придавал золоту разрушительную мощь.
  
  Существа падали - одно за другим.
  
  - Получается! - крикнула Мэйлин.
  
  - Не отвлекайся!
  
  Они сражались - вдвоём против армии. Маленькая целительница и могущественный заклинатель огня, плечом к плечу.
  
  И они побеждали.
  
  * * *
  
  Цзин Юй ворвался в храм.
  
  Внутри было темно - только лунный свет, льющийся сквозь дыры в крыше, освещал древние фрески на стенах. Изображения луны во всех её фазах. Фигуры в серебряных одеждах. Символы, значения которых он не знал.
  
  В центре храма стоял алтарь.
  
  А на алтаре лежала она - Слеза Тумана.
  
  Кристалл размером с кулак, молочно-белый, мерцающий изнутри холодным светом. Он пульсировал - медленно, ритмично, как бьющееся сердце.
  
  И он был... болен.
  
  Цзин Юй чувствовал это. Тёмные прожилки пронизывали кристалл, словно трещины. Что-то повредило его - давно, очень давно. И это повреждение отравляло всё вокруг, превращая стражей храма в безумных существ, не различающих друзей и врагов.
  
  - Я пришёл, - прошептал Цзин Юй, подходя к алтарю. - Я здесь.
  
  Он протянул руку к кристаллу.
  
  И мир взорвался серебряным светом.
  
  * * *
  
  Он стоял... нигде.
  
  Вокруг была пустота - серебряная, сияющая, бесконечная. Не было ни верха, ни низа, ни стен, ни пола.
  
  - Ты пришёл.
  
  Голос звучал отовсюду и ниоткуда. Не мужской и не женский. Не человеческий.
  
  - Кто здесь? - спросил Цзин Юй.
  
  - Ты знаешь.
  
  И он знал. Лунный источник. Сама сила, которая текла в его жилах.
  
  - Я пришёл по твоему зову, - сказал он.
  
  - Да. Слеза повреждена. Очень давно. Тьма проникла в неё, отравила стражей, закрыла путь к истоку.
  
  - Как мне её исцелить?
  
  - Отнеси её к истоку. К сердцу моей силы. Там она очистится.
  
  - Где это?
  
  - Глубже. В самом сердце горы. Ты найдёшь.
  
  Свет начал меркнуть.
  
  - Подожди! - крикнул Цзин Юй. - Что случилось? Кто повредил Слезу?
  
  - Те, кто хотел украсть мою силу. Давно. Очень давно. Они мертвы, но их проклятие осталось.
  
  - Могу ли я снять его?
  
  - Ты уже снимаешь.
  
  И свет погас.
  
  * * *
  
  Цзин Юй очнулся на полу храма.
  
  Слеза Тумана лежала в его ладони - тёплая, пульсирующая, живая. Тёмные прожилки в ней... исчезли? Нет, не исчезли - но побледнели. Словно начали рассасываться.
  
  Снаружи было тихо. Звуки боя прекратились.
  
  Он вышел из храма - и увидел Си Еня и Мэйлин, стоящих посреди пустой площади. Существ больше не было. Только туман - и он тоже редел, отступал.
  
  - Ты нашёл её? - спросил Си Ень.
  
  Цзин Юй показал кристалл.
  
  - Нашёл. Но это ещё не конец. Нужно отнести её глубже - к истоку силы.
  
  - К истоку?
  
  - К сердцу лунного источника. Там она очистится полностью.
  
  Си Ень и Мэйлин переглянулись.
  
  - Тогда идём, - сказала Мэйлин.
  
  * * *
  
  Путь вёл вниз.
  
  За храмом была лестница - древняя, вырубленная в скале, уходящая в глубины горы. Ступени были истёрты тысячами ног, прошедших здесь до них.
  
  Они спускались в молчании. Слеза Тумана светилась в руках Цзин Юя, освещая путь.
  
  С каждым шагом вниз Цзин Юй чувствовал, как сила вокруг него густеет, становится почти осязаемой. Лунный источник был близко. Очень близко.
  
  И наконец лестница кончилась.
  
  * * *
  
  Пещера была огромной.
  
  Потолок терялся во тьме, стены уходили в бесконечность. В центре пещеры было озеро - но не из воды. Из чистого, жидкого серебра. Лунного света, ставшего осязаемым.
  
  Исток силы. Сердце лунного источника.
  
  - Небеса, - прошептала Мэйлин.
  
  Даже Си Ень - видевший чудеса Чёрной башни, огненный исток в её глубинах - был поражён.
  
  - Это... это невероятно.
  
  Цзин Юй шагнул к озеру. Серебряный свет окутал его, приветствуя.
  
  - Я принёс её, - сказал он. - Слезу Тумана.
  
  И опустил кристалл в озеро.
  
  Мир вздрогнул.
  
  Серебряный свет вспыхнул - ослепительно, невыносимо ярко. Озеро забурлило, поднимаясь волнами. Слеза Тумана погружалась всё глубже, и с каждым мгновением тёмные прожилки в ней исчезали, растворялись в чистом серебре.
  
  А потом - тишина.
  
  Озеро успокоилось. Свет стал мягким, ровным.
  
  И из глубин поднялась Слеза - очищенная, сияющая, совершенная. Она парила над водой, излучая чистый лунный свет.
  
  - Благодарю тебя.
  
  Голос источника звучал в голове Цзин Юя - тихий, умиротворённый.
  
  - Ты вернул мне то, что было потеряно. Ты исцелил мою рану. За это - прими мой дар.
  
  Из озера поднялось что-то ещё. Маленькое, круглое, мерцающее.
  
  Семя.
  
  Оно легло в ладонь Цзин Юя - тёплое, пульсирующее жизнью.
  
  - Что это? - прошептал он.
  
  - Семя лунного источника. Посади его там, где сочтёшь нужным - и вырастет новый исток моей силы. Там, где раньше не было луны - будет луна.
  
  Цзин Юй смотрел на семя - крошечное, но несущее в себе силу, способную изменить мир.
  
  - Благодарю, - сказал он.
  
  - Иди с миром, дитя луны. И возвращайся, когда захочешь. Моя сила - твоя сила.
  
  Свет начал угасать. Слеза Тумана медленно опустилась на алтарь в центре озера - там, где ей было место.
  
  И наступила тишина.
  
  * * *
  
  Они выбрались из пещеры к закату.
  
  Горы вокруг них изменились. Туман исчез - полностью, без следа. Небо было ясным, звёзды зажигались одна за другой. Воздух был чистым и свежим.
  
  - Получилось, - сказала Мэйлин.
  
  - Получилось, - согласился Цзин Юй.
  
  Он держал в руке семя - маленькое чудо, дар источника. Возможности, которые оно открывало, кружили голову.
  
  - И что теперь? - спросил Си Ень.
  
  - Теперь, - Цзин Юй убрал семя в мешочек на поясе, - мы отдыхаем.
  
  - И это всё?
  
  - Этого мало?
  
  Си Ень рассмеялся - громко, искренне.
  
  - Нет. Этого достаточно.
  
  * * *
  
  Они разбили лагерь у подножия горы, в маленькой роще. Костёр горел ярко - Си Ень щёлкнул пальцами, и пламя вспыхнуло без усилий. Здесь, где туман рассеялся, его сила снова работала в полную мощь.
  
  - Расскажите, что было, - попросил Цзин Юй. - Пока я был в храме.
  
  - О, это было эпично! - Си Ень развалился на траве. - Мы с Мэйлин устроили им настоящий ад.
  
  - Мы? - Мэйлин приподняла бровь.
  
  - Мы! Ты и твоя золотая магия. - Си Ень повернулся к Цзин Юю. - Ты бы видел! Она вплетала золото в мои заклинания, и вместе они работали вдвое сильнее!
  
  - Правда?
  
  - Да! - Мэйлин порозовела. - Я не знаю, как это получилось. Просто... когда его огонь был рядом, моя сила как будто откликалась на него.
  
  - Резонанс, - сказал Цзин Юй. - Золото и огонь - родственные стихии. Они усиливают друг друга.
  
  - Вот! - Си Ень ткнул пальцем в Мэйлин. - Значит, теперь она наш официальный боевой маг!
  
  - Что?!
  
  - Боевой маг! Будешь нас защищать своими золотыми лучами смерти!
  
  Мэйлин покраснела ещё сильнее.
  
  - Я не боевой маг!
  
  - Ты уничтожила дюжину демонов!
  
  - С твоей помощью!
  
  - Неважно! Ты была великолепна! - Си Ень повернулся к Цзин Юю. - Скажи ей!
  
  - Ты была великолепна, - послушно повторил Цзин Юй, пряча улыбку.
  
  - Вот видишь!
  
  - Прекратите надо мной смеяться! - Мэйлин швырнула в Си Еня веткой. - Оба!
  
  - Мы не смеёмся! - Си Ень поймал ветку и бросил обратно. - Мы восхищаемся!
  
  - Одно и то же!
  
  Они препирались, как дети - и Цзин Юй смотрел на них с улыбкой. После всего, что они пережили, этот момент - простой, человеческий, тёплый - казался настоящим сокровищем.
  
  А потом Мэйлин замолчала.
  
  Она смотрела на Си Еня - внимательно, оценивающе.
  
  - Что? - спросил он.
  
  - Покажи зубы.
  
  - Зачем?!
  
  - Покажи.
  
  Си Ень нахмурился, но послушался. Оскалился, демонстрируя зубы.
  
  И Мэйлин увидела то, что искала. Тонкая красная полоска на дёснах. Кровь.
  
  - Я так и думала, - сказала она.
  
  - Что?
  
  - Ты кашлял кровью во время боя. Я видела.
  
  Си Ень замер.
  
  - Это... ничего.
  
  - Это не ничего. - Мэйлин поднялась и подошла к нему. - Снимай рубашку.
  
  - Опять?!
  
  - Снимай.
  
  Си Ень посмотрел на Цзин Юя - ища поддержки. Тот развёл руками.
  
  - Я бы послушался.
  
  Си Ень вздохнул и стянул рубашку.
  
  Шрамы на его груди выглядели нормально - розовые, зажившие. Но Мэйлин не смотрела на шрамы. Она положила руки ему на грудь и закрыла глаза.
  
  Золотой свет замерцал вокруг её пальцев - мягкий, диагностический.
  
  - Внутренние повреждения, - сказала она через минуту. - Три ребра треснули. Лёгкое повреждено. Печень ушиблена.
  
  - Ерунда, - отмахнулся Си Ень. - Заживёт.
  
  - Заживёт, если ты будешь отдыхать. А не драться с демонами.
  
  - Мы уже закончили с демонами.
  
  - Мы закончили с этими демонами. - Мэйлин открыла глаза и посмотрела на него. - Кто знает, что ждёт нас дальше.
  
  - Со мной всё в порядке! - Си Ень вскочил на ноги - и тут же согнулся, хватаясь за бок.
  
  - Вижу, как в порядке.
  
  - Это просто... - он закашлялся, и на губах снова появилась кровь.
  
  - Ложись, - велела Мэйлин.
  
  - Я...
  
  - Ложись!
  
  Голос её был таким, что даже Си Ень не посмел ослушаться. Он лёг на траву, ворча что-то себе под нос.
  
  Мэйлин опустилась рядом с ним и положила руки ему на грудь.
  
  - Это займёт время, - сказала она. - Внутренние раны сложнее внешних.
  
  - Могущественному заклинателю огня всё нипочём, - пробормотал Си Ень.
  
  - Могущественный заклинатель огня сейчас замолчит и даст мне работать. Иначе я опять добавлю снотворное в его лекарство.
  
  Си Ень замолчал.
  
  Золотой свет окутал его грудь, проникая глубже, туда, где были повреждения. Мэйлин работала медленно, осторожно, залечивая трещины в рёбрах, восстанавливая повреждённые ткани.
  
  Цзин Юй смотрел на них - на упрямого заклинателя огня и упрямую целительницу - и думал, что они всё-таки стали семьёй. Странной, нелепой, невозможной - но семьёй.
  
  - Перед дальнейшим походом, - сказала Мэйлин, не отрываясь от работы, - он должен полностью восстановиться. Минимум неделя отдыха.
  
  - Неделя?! - возмутился Си Ень.
  
  - Минимум.
  
  - Но...
  
  - Или ты хочешь, чтобы твои рёбра проткнули лёгкое посреди следующего боя?
  
  Си Ень замолчал.
  
  - Вот и хорошо, - удовлетворённо сказала Мэйлин. - Неделя отдыха. Потом посмотрим.
  
  Цзин Юй откинулся на траву, глядя на звёзды.
  
  Семя лунного источника грело его сквозь ткань мешочка. Впереди были новые дороги, новые приключения, новые испытания.
  
  Но сейчас - сейчас они были вместе. Живые. Целые.
  
  И этого было достаточно.
  
  - Куда дальше? - сонно спросил Си Ень.
  
  - Куда дорога приведёт, - ответил Цзин Юй.
  
  - Это не план.
  
  - Это лучший план.
  
  Си Ень хмыкнул - и закрыл глаза.
  
  Через несколько минут он уже спал - без всякого снотворного.
  
  Мэйлин продолжала работать, её золотой свет мягко пульсировал в ночи.
  
  А Цзин Юй смотрел на звёзды и думал о будущем.
  
  О семени, которое несёт в себе силу создать новый источник.
  
  О друзьях, которые стали ему семьёй.
  
  О дороге, которая ждала впереди.
   И улыбался.
  Глава 22. Город Цзиньлун
  
  - Если у нас нет не терпящих отлагательств дел, - заявил Си Ень на следующее утро, - мы идём в большой город.
  
  Он стоял посреди их маленького лагеря, скрестив руки на груди. Его халат - некогда тёмно-синий, элегантный - теперь висел лохмотьями. Рукав был оторван, полы прожжены, на спине зияла дыра от когтей туманного демона.
  
  - Мне нужно сменить одежду, - продолжил он. - И вообще всем не мешает нормально помыться.
  
  Цзин Юй посмотрел на себя. Его собственный халат был не в лучшем состоянии - грязный, мятый, с пятнами крови и копоти.
  
  - Согласен, - сказал он.
  
  Мэйлин понюхала свой рукав и поморщилась.
  
  - Полностью согласна.
  
  * * *
  
  Город Цзиньлун лежал в трёх днях пути от гор.
  
  Они увидели его издалека - раскинувшийся в долине, окружённый крепостными стенами из красного кирпича. Над городом поднимались дымки из тысяч труб, золотились крыши храмов и пагод, блестела на солнце река, разрезавшая город надвое.
  
  - Большой, - оценила Мэйлин.
  
  - Третий по величине в империи, - сказал Цзин Юй. - Торговый центр северных провинций. Здесь можно найти всё, что угодно.
  
  - Отлично, - Си Ень потёр руки. - Мне нужно многое.
  
  * * *
  
  Городские ворота были широкими и высокими - через них могли проехать три повозки в ряд. Стражники в красных доспехах проверяли входящих, но троицу пропустили без вопросов. Заклинатели - даже потрёпанные и грязные - всё ещё внушали уважение.
  
  Улицы Цзиньлуна кипели жизнью.
  
  Торговцы зазывали покупателей, расхваливая свой товар. Носильщики тащили паланкины с богатыми госпожами. Дети гонялись друг за другом между повозками. Запах жареного мяса смешивался с ароматом благовоний, и над всем этим плыл многоголосый гул тысяч разговоров.
  
  - Куда сначала? - спросила Мэйлин, оглядываясь по сторонам.
  
  - На постоялый двор, - ответил Си Ень. - Мне нужна ванна. Срочно.
  
  - Какой постоялый двор?
  
  Си Ень усмехнулся.
  
  - Самый лучший, конечно.
  
  * * *
  
  "Нефритовый журавль" был не просто постоялым двором - это было произведение искусства.
  
  Трёхэтажное здание с изогнутыми крышами, покрытыми глазурованной черепицей цвета морской волны. Резные колонны из красного дерева поддерживали широкие балконы. В саду перед входом журчал фонтан в виде журавля, раскинувшего крылья.
  
  - Это... дорого, - сказала Мэйлин, глядя на роскошный фасад.
  
  - Это правильно, - ответил Си Ень и решительно направился к входу.
  
  Швейцар - высокий мужчина в шёлковых одеждах - встал на их пути.
  
  - Прошу прощения, господа, - он окинул их взглядом, задержавшись на изодранной одежде, - но "Нефритовый журавль" принимает только... избранных гостей.
  
  - Избранных? - Си Ень приподнял бровь.
  
  - Высокопоставленных. Состоятельных. - Швейцар скривил губы. - Вам, возможно, больше подойдёт "Счастливая утка" на Рыночной улице.
  
  Си Ень смотрел на него долгую секунду.
  
  Потом его глаза вспыхнули огнём.
  
  Не метафорически - буквально. Алое пламя заплясало в глубине его зрачков, волосы засветились огненными прядями, и воздух вокруг него задрожал от жара.
  
  - Я, - сказал он очень тихо, - глава Чёрной башни. Временно отсутствующий, но всё ещё глава. И я хочу комнаты. Лучшие.
  
  Швейцар побледнел так, что стал почти прозрачным.
  
  - К-конечно, господин... ваша милость... ваше величество... - он запнулся, не зная, как обращаться к главе башни. - П-прошу, входите! Лучшие комнаты будут готовы немедленно!
  
  Си Ень погасил огонь в глазах и улыбнулся - почти дружелюбно.
  
  - Вот и славно.
  
  И вошёл внутрь, как будто владел этим местом.
  
  Мэйлин посмотрела на Цзин Юя.
  
  - Он невозможен.
  
  - Я знаю.
  
  - Мы должны были его остановить.
  
  - Попробуй.
  
  Мэйлин вздохнула и пошла следом.
  
  * * *
  
  Внутри "Нефритовый журавль" был ещё роскошнее, чем снаружи.
  
  Полы из полированного мрамора отражали свет сотен фонарей. Стены были украшены шёлковыми панно с изображениями журавлей в полёте. Мебель из чёрного дерева была инкрустирована перламутром и нефритом.
  
  Хозяин - толстый мужчина в парчовых одеждах - выбежал им навстречу, кланяясь так низко, что его лоб почти касался пола.
  
  - Добро пожаловать, добро пожаловать! - частил он. - Какая честь принимать столь высоких гостей! Лучшие комнаты - немедленно! Лучшая еда! Лучшее вино! Всё, что пожелаете!
  
  - Три комнаты, - сказал Си Ень. - Рядом. С видом на сад.
  
  - Конечно, конечно! "Павильон цветущей сливы" - наши лучшие апартаменты! Три спальни, общая гостиная, собственная купальня с горячими источниками!
  
  - Сойдёт.
  
  - И... - хозяин замялся, - позвольте спросить... оплата?
  
  Си Ень достал из-за пазухи кошель и бросил его хозяину. Тот поймал - и глаза его расширились, когда он почувствовал вес золота.
  
  - Этого хватит на месяц, - сказал Си Ень. - Если понадобится больше - скажи.
  
  - Более чем достаточно, господин! - хозяин кланялся снова и снова. - Более чем! Прошу, следуйте за мной!
  
  * * *
  
  "Павильон цветущей сливы" занимал весь третий этаж западного крыла.
  
  Гостиная была просторной - с окнами от пола до потолка, выходящими на сад. Мягкие диваны, низкие столики, шёлковые подушки повсюду. В углу стоял столик для каллиграфии с кистями и тушью.
  
  Три спальни располагались вокруг гостиной - каждая с огромной кроватью под балдахином, резными шкафами для одежды и туалетными столиками с зеркалами.
  
  А купальня...
  
  Купальня была мечтой.
  
  Бассейн из белого мрамора, достаточно большой для десятерых. Горячая вода, поднимающаяся из подземных источников, - она курилась паром, наполняя воздух запахом минералов. Полки с маслами, мылами и благовониями. Мягкие полотенца, сложенные аккуратными стопками.
  
  - Небеса, - прошептала Мэйлин.
  
  - Сойдёт, - повторил Си Ень, но по его лицу было видно, что он доволен.
  
  * * *
  
  Следующие несколько часов они провели, смывая с себя грязь, кровь и усталость последних недель.
  
  Мэйлин заняла купальню первой - и провела там так долго, что Си Ень начал стучать в дверь.
  
  - Ты там утонула?!
  
  - Уйди! - донёсся её голос. - Я заслужила!
  
  - Я тоже заслужил!
  
  - Подожди!
  
  Цзин Юй сидел в гостиной, пил чай и наслаждался их перепалкой.
  
  Когда Мэйлин наконец вышла - раскрасневшаяся, с мокрыми волосами, завёрнутая в пушистый халат - Си Ень влетел в купальню так быстро, что едва не сбил её с ног.
  
  - Невоспитанный! - крикнула она ему вслед.
  
  - Грязный! - донеслось в ответ. - Был!
  
  Цзин Юй рассмеялся - впервые за долгое время, искренне и легко.
  
  * * *
  
  После купания они заказали еду.
  
  И какую еду.
  
  Жареная утка в медовом соусе. Свинина, тушённая с грибами и каштанами. Креветки в чесночном масле. Овощи, приготовленные на пару с имбирём. Рис - белый, рассыпчатый, ароматный. Пирожки с мясом, с овощами, со сладкой бобовой пастой. Фрукты - персики, сливы, виноград. И чай - несколько сортов, в изящных чайниках.
  
  Они ели молча - слишком голодные для разговоров. После недель походной еды это казалось пиром богов.
  
  - Я никогда, - сказала Мэйлин, откидываясь на подушки, - никогда так вкусно не ела.
  
  - Привыкай, - ответил Си Ень. - Пока мы здесь - будем есть хорошо.
  
  - Сколько мы здесь пробудем?
  
  - Пока я не восстановлюсь. - Он покосился на неё. - Ты же сама сказала - неделя минимум.
  
  - Сказала.
  
  - Вот и будет неделя.
  
  Цзин Юй смотрел на них - сытых, чистых, довольных - и думал, что иногда простые радости важнее великих свершений.
  
  * * *
  
  На следующий день Си Ень отправился за одеждой.
  
  - Идём, - сказал он Цзин Юю и Мэйлин. - Вам тоже нужно приодеться.
  
  - У меня есть одежда, - возразила Мэйлин.
  
  - Та рванина? - Си Ень скривился. - Это не одежда, это позор.
  
  - Эй!
  
  - Идём. Я плачу.
  
  Они вышли на улицы Цзиньлуна - теперь чистые, в свежих (хоть и потрёпанных) халатах, предоставленных постоялым двором.
  
  Торговый квартал был настоящим лабиринтом.
  
  Улица шелков, где в лавках висели ткани всех цветов - от нежно-голубого до густо-алого. Улица мехов, где продавали шкуры соболей, лис и даже снежных барсов. Улица ювелиров, где в витринах сверкали украшения из золота, серебра и драгоценных камней.
  
  Си Ень шёл по этим улицам, как завоеватель - уверенно, с поднятой головой, не обращая внимания на взгляды прохожих.
  
  - Вот, - он остановился у богатой лавки с вывеской "Мастерская госпожи Лю". - Здесь.
  
  * * *
  
  Лавка была заполнена одеждой - халаты, накидки, плащи, всё высочайшего качества. За прилавком стояла пожилая женщина с острым взглядом.
  
  - Чем могу служить? - спросила она, оценивающе разглядывая посетителей.
  
  - Мне нужна одежда, - сказал Си Ень. - Дорожная. Прочная. Красивая.
  
  - Конечно, господин. Какой цвет предпочитаете?
  
  - Чёрный с алым.
  
  Женщина приподняла бровь.
  
  - Цвета Чёрной башни?
  
  - Именно.
  
  Она посмотрела на него внимательнее - на огненные пряди в волосах, на глаза, в которых мерцало пламя.
  
  - Вы... заклинатель огненного источника?
  
  - Глава Чёрной башни.
  
  Женщина побледнела.
  
  - Г-глава?
  
  - Временно отсутствующий. - Си Ень улыбнулся. - Но всё ещё глава.
  
  - Я... конечно... немедленно...
  
  Она засуетилась, доставая с полок лучшие ткани. Чёрный шёлк, алый бархат, серебряная парча.
  
  - Вот это, - она показала халат из чёрного шёлка с алой подкладкой. - Лучшее, что у меня есть. Прочный, лёгкий, не мнётся. Вышивка ручной работы - драконы в пламени.
  
  Си Ень взял халат, осмотрел его.
  
  - Неплохо. - Он бросил его на прилавок. - Беру. И ещё два таких же. И плащ - тёплый, для гор. И сапоги - с укреплённой подошвой. И перчатки. И...
  
  Он продолжал перечислять, а женщина записывала, не успевая за ним.
  
  - И для них тоже, - Си Ень кивнул на Цзин Юя и Мэйлин. - Ему - что-нибудь серебряное, под цвет волос. Ей - золотое, тёплых оттенков.
  
  - Я могу выбрать сама! - возмутилась Мэйлин.
  
  - Можешь. Но я плачу, значит, я решаю.
  
  - Это не...
  
  - Так и будет.
  
  Мэйлин открыла рот, чтобы возразить - и закрыла. Спорить с Си Енем, когда он в таком настроении, было бесполезно.
  
  - Ладно, - сдалась она. - Но я хочу что-нибудь практичное, не парадное!
  
  - Будет практичное. - Си Ень повернулся к хозяйке. - Слышали? Практичное.
  
  - Конечно, господин, - женщина кивала так часто, что казалось, голова вот-вот отвалится.
  
  * * *
  
  Они провели в лавке три часа.
  
  Мэйлин мерила халат за халатом, пока не нашла то, что ей понравилось - тёплый охряной цвет с золотой вышивкой по воротнику, удобный крой, глубокие карманы для трав и снадобий.
  
  Цзин Юй выбрал себе халат серебристо-серого цвета с тонким узором в виде лунных фаз. Простой, элегантный, практичный.
  
  А Си Ень...
  
  Си Ень, казалось, скупил половину лавки.
  
  - Тебе правда нужно пять халатов? - спросила Мэйлин.
  
  - Да.
  
  - И три плаща?
  
  - Да.
  
  - И семь пар сапог?!
  
  - Мне нравятся сапоги.
  
  - Ты невозможен.
  
  - Я знаю.
  
  Когда они наконец вышли из лавки, за ними шли двое слуг, нагруженных свёртками.
  
  - Отнесите на "Нефритовый журавль", - велел Си Ень. - Павильон цветущей сливы.
  
  Слуги поклонились и исчезли в толпе.
  
  - Что дальше? - спросил Цзин Юй.
  
  - Обед, - ответил Си Ень. - Я проголодался.
  
  * * *
  
  Они нашли чайную на берегу реки - небольшую, уютную, с террасой, нависающей над водой.
  
  Хозяин - низенький толстяк с весёлыми глазами - усадил их за лучший столик и принёс меню.
  
  Они заказали пельмени, жареную лапшу и чай - много чая. Еда была простой, но вкусной, и они ели неспешно, наслаждаясь видом на реку.
  
  Вокруг них сидели другие посетители - торговцы, путешественники, горожане. И все они разговаривали.
  
  - ...слышал о Синьчжоу? - долетело от соседнего столика. - Говорят, там что-то страшное творится...
  
  Цзин Юй насторожился.
  
  - ...целые деревни вымирают за одну ночь...
  
  Си Ень тоже прислушался.
  
  - ...призрачная чума, так её называют...
  
  - Призрачная чума? - шёпотом спросила Мэйлин.
  
  - Тише, - Цзин Юй поднял руку. - Слушаем.
  
  За соседним столиком сидели двое торговцев - толстый и худой, оба в дорогих, но потрёпанных дорогой одеждах.
  
  - Мой кузен оттуда бежал, - говорил толстый. - Еле ноги унёс. Говорит - люди засыпают и не просыпаются. Лежат как мёртвые, но ещё дышат.
  
  - Болезнь какая-нибудь, - предположил худой.
  
  - Какая болезнь?! - толстый замахал руками. - Целители приезжали - никакой болезни не нашли! Это проклятие, говорю тебе! Призраки мстят живым!
  
  - Чушь.
  
  - Не чушь! Кузен своими глазами видел - туман поднимается ночью, серебристый такой, и кто его вдохнёт - тот уже не проснётся!
  
  - Серебристый туман? - Си Ень покосился на Цзин Юя.
  
  - Слышу, - тихо ответил тот.
  
  - ...и императорский двор молчит! - продолжал толстый. - Как будто ничего не происходит! А люди мрут десятками!
  
  - Может, башни помогут? - спросил худой.
  
  - Какие башни?! Ближайшая - Белая, а она в руинах! Чёрная далеко, да и кто их позовёт - они же с прошлой войны всех пугают!
  
  - Печально...
  
  - Печально - не то слово! Если так дальше пойдёт - вся провинция вымрет!
  
  Торговцы допили чай и ушли, продолжая обсуждать ужасы призрачной чумы.
  
  Цзин Юй, Мэйлин и Си Ень молча переглянулись.
  
  - Серебристый туман, - сказал Цзин Юй. - Люди засыпают и не просыпаются. Это не болезнь.
  
  - Магия? - спросила Мэйлин.
  
  - Похоже на то.
  
  - Лунная магия?
  
  - Возможно. - Цзин Юй нахмурился. - Серебристый туман - это признак лунной силы. Но лунная магия не используется для таких... тёмных целей.
  
  - Обычно не используется, - поправил Си Ень. - Но что-то могло пойти не так.
  
  - Как со Слезой Тумана.
  
  - Именно.
  
  Они помолчали.
  
  - Синьчжоу - это где? - спросила Мэйлин.
  
  - На востоке, - ответил Цзин Юй. - Дней десять пути отсюда.
  
  - Мы пойдём туда?
  
  Цзин Юй посмотрел на Си Еня.
  
  - Ты ещё не восстановился.
  
  - Я в порядке.
  
  - Ты кашлял кровью два дня назад.
  
  - Это было два дня назад.
  
  - Си Ень...
  
  - Ладно, ладно! - тот поднял руки. - Неделя отдыха. Как обещал. А потом - на восток.
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Тогда у нас есть неделя, чтобы узнать больше. Может, найдём кого-то, кто знает подробности.
  
  - Я расспрошу хозяина постоялого двора, - сказал Цзин Юй. - Он наверняка слышал слухи.
  
  - А я схожу на рынок целителей, - добавила Мэйлин. - Если это какая-то болезнь - они будут знать.
  
  - А я... - Си Ень задумался. - А я буду отдыхать. Как приказано.
  
  - С каких пор ты выполняешь приказы? - фыркнула Мэйлин.
  
  - С тех пор, как ты начала добавлять снотворное в мои лекарства.
  
  Мэйлин невинно улыбнулась.
  
  - Не знаю, о чём ты говоришь.
  
  - Конечно, не знаешь.
  
  Они рассмеялись - все трое - и допили свой чай.
  
  Впереди ждали новые загадки, новые опасности, новые приключения.
  
  Но сейчас - сейчас они были в тёплой чайной, с полными животами и лёгкими сердцами.
  
  И этого было достаточно.
  
  Глава 23. Беженцы с востока
  
  На четвёртый день пребывания в Цзиньлуне до них дошли слухи о перевале.
  
  - Восточный перевал, - сказал хозяин "Нефритового журавля", понизив голос. - Там сейчас толпы беженцев. Все бегут из Синьчжоу и окрестных деревень. Стража не пускает их в город - боятся, что принесут чуму.
  
  - Где этот перевал? - спросил Цзин Юй.
  
  - Полдня пути на восток. Там горный проход - единственный путь из восточных провинций. Раньше через него шли торговые караваны, а теперь... - хозяин покачал головой. - Теперь только беглецы.
  
  * * *
  
  Они выехали на рассвете.
  
  Си Ень настоял на лошадях - "я не собираюсь тащиться пешком полдня" - и они арендовали трёх крепких коней в городской конюшне. Мэйлин ехала неуверенно, вцепившись в поводья, но постепенно освоилась.
  
  Дорога вела через холмы, покрытые пожелтевшей травой. Осень уже вступала в свои права - деревья роняли листья, воздух был прохладным и свежим.
  
  Чем ближе они подъезжали к перевалу, тем больше людей встречали на дороге.
  
  Сначала - одинокие путники с котомками за плечами. Потом - семьи с детьми и стариками, тащившие свой скарб на тележках. Потом - целые толпы, бредущие с потухшими глазами.
  
  - Их так много, - прошептала Мэйлин.
  
  - И будет ещё больше, - мрачно ответил Си Ень.
  
  * * *
  
  Перевал открылся перед ними внезапно.
  
  Узкое ущелье между двумя горами, через которое шла дорога. У входа в ущелье раскинулся стихийный лагерь - сотни палаток, навесов, просто тряпок, натянутых между кольями. Дым от костров поднимался к небу, смешиваясь с запахом немытых тел и варёной каши.
  
  Люди были повсюду.
  
  Женщины с младенцами на руках. Старики, сидящие на земле с пустыми глазами. Дети - грязные, худые, испуганные. Мужчины, сбившиеся в группы и о чём-то тихо переговаривающиеся.
  
  - Небеса милосердные, - прошептала Мэйлин.
  
  Они спешились и привязали лошадей у большого камня. Цзин Юй оглядел лагерь, пытаясь понять, с чего начать.
  
  - Разделимся, - сказал он. - Мэйлин, ты можешь помочь больным и раненым - заодно расспросишь их. Си Ень...
  
  - Я найду тех, кто готов говорить, - кивнул тот. - У меня есть способы развязывать языки.
  
  - Без огня.
  
  - Без огня, - со вздохом согласился Си Ень.
  
  - Встречаемся здесь через два часа.
  
  * * *
  
  Мэйлин нашла их быстро - маленькую группу у края лагеря, где лежали больные.
  
  Их было около дюжины - мужчины, женщины, дети. Они лежали на тряпках, укрытые чем попало. Некоторые стонали, некоторые молчали, уставившись в небо пустыми глазами.
  
  - Я целительница, - сказала Мэйлин, подходя к женщине, которая сидела рядом с больными. - Могу я помочь?
  
  Женщина подняла на неё усталый взгляд. Ей было, наверное, лет сорок, но выглядела она на все шестьдесят - измождённое лицо, седые пряди в спутанных волосах, потухшие глаза.
  
  - Помочь? - она горько усмехнулась. - Им уже не поможешь. Они спят.
  
  - Спят?
  
  - Призрачная чума. - Женщина указала на лежащих. - Они уснули и не проснулись. Дышат, но не просыпаются. Мы везём их с собой, но... - голос её дрогнул, - но я не знаю, зачем.
  
  Мэйлин опустилась на колени рядом с ближайшим больным - мальчиком лет десяти. Он лежал неподвижно, глаза закрыты, грудь едва заметно поднималась и опускалась.
  
  Она положила руку ему на лоб и призвала свою силу.
  
  Золотой свет замерцал вокруг её пальцев, проникая глубже, ища болезнь, повреждение, что угодно...
  
  И ничего не нашёл.
  
  - Странно, - прошептала Мэйлин.
  
  - Что странно? - спросила женщина.
  
  - Он не болен. Физически - совершенно здоров. Но его... - она поискала слова, - его сознание как будто отсутствует. Тело здесь, а разум - где-то далеко.
  
  - Это и есть призрачная чума, - кивнула женщина. - Целители говорят то же самое. Никакой болезни, никакого яда. Просто... сон, от которого не просыпаются.
  
  Мэйлин осмотрела других больных - и обнаружила то же самое. Здоровые тела с отсутствующими разумами.
  
  - Расскажите мне, - попросила она. - Как это началось?
  
  * * *
  
  Женщину звали Лю Фан. Она была из деревни Цинцюань, в двух днях пути от Синьчжоу.
  
  - Началось месяц назад, - рассказывала она, пока Мэйлин осматривала больных. - Сначала - странные туманы по ночам. Серебристые, густые, они поднимались из ниоткуда и окутывали деревню.
  
  - Серебристые?
  
  - Да. Красивые даже - как лунный свет, ставший осязаемым. - Лю Фан покачала головой. - Мы не придавали значения. Думали - погода, горы близко, бывает.
  
  Она замолчала, собираясь с силами.
  
  - А потом люди начали засыпать. Первым был старый Чжан - он вышел ночью по нужде и не вернулся. Нашли его утром у колодца - лежал на земле, спал. Думали - упал, ударился головой. Но он не просыпался.
  
  - И дальше?
  
  - Дальше - больше. Каждую ночь, когда приходил туман, кто-то засыпал. Иногда один человек, иногда пять, иногда десять. Те, кто оставался дома, закрывал окна и двери - те были в безопасности. Но стоило выйти в туман...
  
  - Туман делал это?
  
  - Туман или что-то в тумане. - Лю Фан передёрнула плечами. - Некоторые говорили, что видели фигуры. Призраков. Тени, которые двигались в тумане.
  
  - Фигуры?
  
  - Я сама не видела. Но мой сосед, старый Вэй... - она замолчала. - Он сказал, что видел женщину. Прекрасную, в серебряных одеждах. Она шла по улице, и туман следовал за ней. А на следующую ночь он уснул и не проснулся.
  
  Мэйлин почувствовала холодок вдоль позвоночника.
  
  - Вы пытались бороться?
  
  - Как? - Лю Фан горько рассмеялась. - Это не враг, которого можно убить. Это туман. Мы жгли костры, закрывались в домах, молились всем богам. Ничего не помогало.
  
  - А целители? Заклинатели?
  
  - Приезжали. - Лю Фан покачала головой. - Целители ничего не могли сделать - нет болезни, нечего лечить. А заклинатели... - она помолчала. - Один заклинатель попытался развеять туман своей силой. Земляной, кажется, из какой-то башни.
  
  - И?
  
  - Он уснул первым. Прямо посреди заклинания. Упал и больше не встал.
  
  * * *
  
  Тем временем Си Ень нашёл свою группу - несколько мужчин, сидевших у костра и передававших друг другу флягу с чем-то явно крепким.
  
  - Можно к вам? - спросил он, подходя.
  
  Мужчины посмотрели на него настороженно. Потом один - здоровяк с окладистой бородой - заметил огненные пряди в его волосах и побледнел.
  
  - З-заклинатель...
  
  - Не бойтесь, - Си Ень сел рядом с ними. - Я просто хочу поговорить.
  
  - О чём?
  
  - О призрачной чуме. О том, откуда она взялась.
  
  Мужчины переглянулись.
  
  - Мы знаем не больше других, - сказал здоровяк. - Туман приходит, люди засыпают. Вот и всё.
  
  - Откуда он приходит? Из какого направления?
  
  - С гор. - Другой мужчина - худой, с нервным лицом - указал на восток. - Там, в горах, есть старый храм. Заброшенный. Говорят, раньше там жили монахи, но это было давно - ещё до войны.
  
  - Храм?
  
  - Храм Лунной Девы, так его называют. - Худой понизил голос. - Туман всегда идёт оттуда. С гор, где стоит храм.
  
  Си Ень нахмурился.
  
  - Лунной Девы?
  
  - Это старая легенда, - вмешался третий мужчина, пожилой, с умными глазами. - Говорят, много веков назад там жила заклинательница лунного источника. Прекрасная, могущественная. Она защищала эти земли от бед.
  
  - И что с ней случилось?
  
  - Умерла. Или исчезла - легенды расходятся. - Пожилой пожал плечами. - Храм опустел, монахи ушли. С тех пор туда никто не ходит - говорят, там неспокойно.
  
  - А теперь туман идёт именно оттуда.
  
  - Да. - Пожилой посмотрел на Си Еня. - Вы думаете, это связано?
  
  - Возможно.
  
  - Вы собираетесь туда?
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Возможно, - повторил он.
  
  * * *
  
  Цзин Юй тем временем нашёл группу детей, сидевших у ручья.
  
  Они были грязные, худые, с испуганными глазами. Но когда Цзин Юй подошёл, один из них - мальчик лет двенадцати - поднял голову и посмотрел на него без страха.
  
  - Вы заклинатель, - сказал он. Не вопрос - утверждение.
  
  - Да, - Цзин Юй присел рядом с ними. - Как ты узнал?
  
  - У вас волосы серебряные. И глаза светятся. - Мальчик склонил голову набок. - Вы как она.
  
  - Как кто?
  
  - Как женщина в тумане.
  
  Цзин Юй замер.
  
  - Ты видел женщину в тумане?
  
  - Да. - Мальчик кивнул. - Все говорят, что её нет, что это выдумки. Но я видел. Она приходила к нашему дому.
  
  - Расскажи мне.
  
  Мальчик помолчал, собираясь с мыслями.
  
  - Это было за три ночи до того, как мы ушли. Я не мог заснуть и смотрел в окно. Туман был густой - как молоко. И в нём... - он сглотнул, - в нём шла женщина.
  
  - Какая она была?
  
  - Красивая. Очень красивая. - Глаза мальчика затуманились, словно он снова видел её перед собой. - Высокая, в серебряных одеждах. Волосы длинные, белые, как у вас. И глаза... - он поёжился, - глаза были пустые. Как у слепой, но она видела. Она смотрела прямо на меня.
  
  - И что случилось?
  
  - Ничего. Она просто стояла и смотрела. А потом... - мальчик запнулся. - А потом я услышал голос. В голове. Она не открывала рта, но я слышал её.
  
  - Что она сказала?
  
  - Она сказала: "Спи". - Мальчик обхватил себя руками. - Просто "спи". И я почувствовал, как глаза закрываются, как всё тело тяжелеет... Но мама позвала меня, и я отвернулся от окна. И... и проснулся. То есть не уснул.
  
  - Твоя мать тебя спасла.
  
  - Да. - Голос мальчика дрогнул. - Но потом она сама вышла на улицу - искала отца, он не вернулся с поля. И...
  
  Он не закончил. Не нужно было.
  
  - Мне жаль, - тихо сказал Цзин Юй.
  
  - Она ещё дышит, - мальчик поднял на него глаза - сухие, но полные боли. - Мы везём её с собой. Может, вы сможете её разбудить?
  
  - Я постараюсь.
  
  - Обещаете?
  
  Цзин Юй посмотрел на него - на этого мальчика, который потерял всё и всё ещё надеялся.
  
  - Обещаю, - сказал он.
  
  * * *
  
  Они встретились у камня, как договаривались.
  
  - Что узнали? - спросил Цзин Юй.
  
  Они обменялись информацией - каждый рассказал то, что услышал. Картина складывалась тревожная.
  
  - Храм Лунной Девы, - повторил Цзин Юй. - Заброшенный храм в горах, откуда идёт туман.
  
  - И женщина в серебряных одеждах, - добавила Мэйлин. - Которая заставляет людей засыпать.
  
  - Звучит как неупокоенный дух, - сказал Си Ень. - Или что-то похуже.
  
  - Лунная заклинательница, умершая много веков назад. - Цзин Юй нахмурился. - Может быть, её дух до сих пор привязан к храму. И что-то его пробудило.
  
  - Что могло пробудить?
  
  - Не знаю. Но это определённо связано с лунным источником. - Цзин Юй коснулся мешочка на поясе, где лежало семя. - И, возможно, со мной.
  
  - С тобой?
  
  - Я - заклинатель лунного источника. Первый за много лет, если верить Шэнь Лину. Может быть... - он помолчал, - может быть, моё появление что-то изменило. Разбудило что-то, что спало веками.
  
  - Это не твоя вина, - быстро сказала Мэйлин.
  
  - Может быть. А может быть, и моя. - Цзин Юй посмотрел на восток, где за горами лежали земли, охваченные призрачной чумой. - В любом случае, я должен это остановить.
  
  - Мы должны, - поправил Си Ень.
  
  Цзин Юй посмотрел на него.
  
  - Ты ещё не восстановился.
  
  - Я в порядке.
  
  - Си Ень...
  
  - Я. В. Порядке. - Си Ень выдержал его взгляд. - И я не позволю тебе лезть в это одному.
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Я тоже иду.
  
  - Это может быть опасно.
  
  - Всё, что мы делаем, опасно. - Она улыбнулась. - Но мы справляемся. Вместе.
  
  Цзин Юй смотрел на них - на этих двоих, которые стали ему семьёй. На упрямого заклинателя огня с незажившими ранами. На храбрую целительницу, которая только училась сражаться.
  
  - Хорошо, - наконец сказал он. - Вместе.
  
  Си Ень хлопнул его по плечу.
  
  - Вот и славно. Когда выходим?
  
  - Завтра на рассвете. - Цзин Юй повернулся к лагерю беженцев. - А сегодня... сегодня я хочу попробовать кое-что.
  
  - Что именно?
  
  - Разбудить кого-нибудь.
  
  * * *
  
  Они вернулись к месту, где лежали спящие.
  
  Лю Фан подняла на них усталый взгляд.
  
  - Вы вернулись.
  
  - Да. - Цзин Юй опустился на колени рядом с мальчиком, которого осматривала Мэйлин. - Я хочу попробовать кое-что.
  
  - Что?
  
  - Если это лунная магия... - он положил руку на лоб ребёнка, - возможно, я смогу её отменить.
  
  Он закрыл глаза и призвал свою силу.
  
  Лунное серебро хлынуло из него, окутывая мальчика мягким сиянием. Цзин Юй погрузился глубже, пытаясь найти то, что держало разум ребёнка в плену.
  
  И нашёл.
  
  Это было как паутина - тонкая, серебристая, оплетающая сознание мальчика. Красивая и смертоносная одновременно. Она тянулась куда-то далеко - на восток, к горам, к храму.
  
  Цзин Юй попытался её разорвать.
  
  Паутина вздрогнула - и ответила.
  
  Боль пронзила его голову, как раскалённая игла. Он услышал голос - женский, холодный, древний:
  
  "Не трогай моих детей".
  
  И его отбросило назад.
  
  - Цзин Юй! - Мэйлин подхватила его, не давая упасть.
  
  - Я в порядке, - он потряс головой, пытаясь избавиться от звона в ушах. - Я... я её слышал.
  
  - Кого?
  
  - Её. Женщину из тумана. - Он посмотрел на восток. - Она реальна. И она очень, очень могущественна.
  
  - Что она сказала?
  
  - "Не трогай моих детей".
  
  Повисло молчание.
  
  - Она думает, что эти люди - её дети? - тихо спросила Мэйлин.
  
  - Похоже на то.
  
  - Но они умирают!
  
  - Она этого не понимает. Или ей всё равно. - Цзин Юй поднялся на ноги. - Она безумна. Или была безумна, когда умерла. И это безумие осталось с ней.
  
  Си Ень смотрел на него с непривычно серьёзным лицом.
  
  - Значит, нам придётся её остановить.
  
  - Да.
  
  - И это будет непросто.
  
  - Нет. Не будет.
  
  Цзин Юй посмотрел на беженцев - на сотни людей, бежавших от ужаса, который они не могли понять. На спящих, чьи разумы были заточены в серебряной паутине. На детей, потерявших родителей.
  
  - Но мы всё равно это сделаем, - сказал он.
  
  И они отправились обратно в город - готовиться к тому, что ждало впереди.
  
  Глава 24. Мёртвая деревня
  
  Они добрались до первой заражённой деревни на третий день пути от Цзиньлуна.
  
  Деревня называлась Люйхэ - "Зелёная река" - и когда-то, наверное, название было оправданным. Небольшая речка огибала деревню с юга, ивы склонялись над водой, рисовые поля зеленели на склонах холмов.
  
  Теперь всё было серым.
  
  Ивы стояли голые, хотя осень только началась. Река обмелела и превратилась в мутный ручей. Рисовые поля высохли, стебли торчали из потрескавшейся земли, как кости.
  
  - Здесь что-то не так, - тихо сказала Мэйлин.
  
  - Здесь всё не так, - ответил Си Ень.
  
  Они стояли у входа в деревню - три фигуры на пустой дороге. Ворота были открыты, но никто не вышел им навстречу. Ни собаки, ни куры, ни даже мухи. Тишина была абсолютной, давящей.
  
  - Идём, - сказал Цзин Юй. - Осторожно.
  
  * * *
  
  Они вошли в деревню.
  
  Дома стояли нетронутыми - двери закрыты, ставни заперты. Кое-где во дворах висело бельё, застывшее на верёвках, как выцветшие призраки. На главной улице валялась опрокинутая тележка с рассыпанными овощами - сморщенными, почерневшими.
  
  - Люди? - позвала Мэйлин. - Есть здесь кто-нибудь?
  
  Её голос разнёсся по пустым улицам и утонул в тишине.
  
  Цзин Юй огляделся, пытаясь почувствовать что-то своей силой. Лунное серебро внутри него беспокойно шевельнулось - здесь была магия. Много магии. Тёмной, искажённой, неправильной.
  
  - Мне не нравится это место, - сказал он.
  
  - Мне тоже, - Си Ень шёл рядом, и пламя в его глазах горело ярче обычного. - Что-то здесь...
  
  Он замолчал.
  
  Его глаза расширились.
  
  - Стойте, - прошептал он.
  
  И прежде чем Цзин Юй или Мэйлин успели понять, что происходит, Си Ень шагнул к ним сзади, обхватил обоих руками и взлетел.
  
  Огненные крылья развернулись за его спиной - огромные, ослепительные, полыхающие алым и золотым. Жар обдал лица, воздух загудел от силы.
  
  Мэйлин вскрикнула.
  
  Земля стремительно уходила вниз - дома, улицы, поля превращались в игрушечные. Ветер свистел в ушах, пламя ревело.
  
  Несколько мгновений - и они опустились на вершину холма, возвышавшегося над деревней.
  
  * * *
  
  Си Ень отпустил их и шагнул назад, складывая крылья.
  
  - Вы туда не пойдёте, - сказал он.
  
  Цзин Юй пытался отдышаться. Сердце колотилось как бешеное, в голове звенело.
  
  - Ты... - он схватился за грудь. - Ты хотя бы в следующий раз предупреждай, что собираешься сделать!
  
  - Не было времени.
  
  - Не было... - Цзин Юй выпрямился, пытаясь справиться с головокружением. - Что случилось? Что ты увидел?
  
  - Смотрите сами. - Си Ень указал рукой в сторону деревни. - Вон туда. В центр.
  
  Цзин Юй и Мэйлин повернулись.
  
  И замерли.
  
  * * *
  
  Отсюда, с высоты, деревня была видна как на ладони.
  
  И теперь они видели то, чего не заметили внизу.
  
  В центре деревни, на площади у колодца, что-то было. Что-то огромное, тёмное, пульсирующее. Оно лежало там, как гигантская опухоль, вросшая в землю.
  
  От него тянулись щупальца.
  
  Десятки щупалец - тонких, полупрозрачных, серебристых в лучах солнца. Они расползались по улицам, заползали в дома, обвивали деревья и заборы. Некоторые уходили под землю и выныривали в других местах.
  
  И все они были соединены с... телами.
  
  Люди.
  
  Теперь Цзин Юй видел их - лежащих повсюду, в домах и на улицах, во дворах и в полях. Десятки тел, неподвижных, с закрытыми глазами. К каждому тянулось щупальце - тонкое, почти невидимое, входящее в голову, в грудь, в живот.
  
  - Небеса милосердные, - прошептала Мэйлин.
  
  - Оно их пожирает, - сказал Си Ень. Голос его был мрачным, жёстким. - Высасывает из них жизнь. Души. Всё.
  
  - Что это? - спросил Цзин Юй.
  
  - Не знаю. Но когда мы шли по улице, я увидел, как одно из этих щупалец потянулось к Мэйлин. - Си Ень сжал кулаки. - Почти коснулось её спины.
  
  Мэйлин побледнела.
  
  - Я... я ничего не почувствовала.
  
  - Именно поэтому оно так опасно. Ты бы ничего не почувствовала, пока оно не вцепилось бы в тебя.
  
  Цзин Юй смотрел на деревню - на это чудовище, раскинувшее свои щупальца, как паук раскидывает паутину. На людей, которые когда-то здесь жили, работали, любили, смеялись.
  
  - Они ещё живы? - тихо спросила Мэйлин.
  
  - Нет. - Голос Си Еня был тяжёлым. - Посмотри на них. По-настоящему посмотри.
  
  Мэйлин призвала свою силу, направляя её вниз, к деревне. Золотой свет коснулся ближайшего тела - женщины, лежавшей у порога своего дома.
  
  И она почувствовала... ничего.
  
  Не "сон без пробуждения", как у беженцев на перевале. Не "разум где-то далеко". Просто - ничего. Пустота. Тело, из которого выпили всё живое.
  
  - Они пустые, - прошептала она. - Как... как выпитые чаши. Ничего не осталось.
  
  - Эта тварь пожрала их души, - сказал Си Ень. - И продолжает пожирать. Смотрите - те, кто дальше от центра, ещё дышат. Но с каждым часом, с каждым днём оно тянет из них всё больше.
  
  Цзин Юй смотрел на существо в центре деревни. Теперь, когда он знал, куда смотреть, он видел его яснее - пульсирующую массу тёмной энергии, укоренившуюся в земле.
  
  - Это не дух, - сказал он. - Это что-то другое. Что-то... - он поискал слова, - что-то паразитическое. Оно питается душами.
  
  - Связано с твоей лунной женщиной?
  
  - Возможно. Или порождено ею. Или... - Цзин Юй покачал головой. - Не знаю. Но оно использует лунную магию. Я чувствую её - искажённую, больную, но лунную.
  
  - Можешь его уничтожить?
  
  - Не уверен. Моя сила...
  
  - Не нужно. - Си Ень шагнул вперёд. - Я сам.
  
  - Си Ень...
  
  - Моя сила не лунная. На меня эта тварь не подействует. - Он посмотрел на Цзин Юя. - Стойте здесь. Не спускайтесь, что бы ни случилось.
  
  - Но...
  
  - Это не просьба.
  
  Огненные крылья снова развернулись за его спиной. Но на этот раз они были другими - не яркими и тёплыми, а раскалёнными добела, пылающими яростью.
  
  И Си Ень взлетел.
  
  * * *
  
  Он завис над деревней - тёмный силуэт на фоне солнца, окружённый огненным ореолом.
  
  Существо внизу почувствовало его. Щупальца дрогнули, потянулись вверх - десятки серебристых нитей, ищущих новую жертву.
  
  Си Ень смотрел на них - на эти жадные щупальца, на пустые тела внизу, на чудовище, пожирающее души.
  
  - Знаешь что? - сказал он негромко, но его голос разнёсся по всей деревне. - Я ненавижу таких, как ты.
  
  Щупальца метнулись к нему.
  
  И он ударил.
  
  Огонь хлынул с неба - не поток, не струя, а водопад. Море пламени, обрушившееся на деревню, как гнев разгневанного бога. Белое, ослепительное, всепоглощающее.
  
  Щупальца вспыхнули и сгорели мгновенно - как соломинки в костре. Существо в центре деревни закричало - беззвучно, но Цзин Юй и Мэйлин почувствовали этот крик, пронзивший их разумы.
  
  Огонь не останавливался.
  
  Он пожирал дома, деревья, заборы. Он лизал землю, оставляя за собой выжженную пустоту. Он добрался до существа - и обрушился на него всей своей мощью.
  
  Существо сопротивлялось. Оно выбрасывало щупальца, пытаясь задушить пламя, поглотить его. Но огонь Си Еня был слишком силён, слишком яростен. Он прожигал щупальца насквозь, он плавил тёмную плоть, он выжигал саму суть этой твари.
  
  - Гори, - прошептал Си Ень.
  
  И существо горело.
  
  * * *
  
  Мэйлин смотрела на это - на море огня внизу, на человека в его центре - и не могла поверить своим глазам.
  
  - Он... - она сглотнула. - Он сжигает всю деревню.
  
  - Да, - тихо ответил Цзин Юй.
  
  - Но там люди! Тела!
  
  - Они уже мертвы, Мэйлин. - Голос Цзин Юя был печальным. - Давно мертвы. Остались только оболочки.
  
  - Но...
  
  - Он даёт им покой. - Цзин Юй смотрел на пламя. - Освобождает от того, что держало их тела. Это милосердие.
  
  Мэйлин хотела возразить - но не смогла. Она видела этих людей своей силой. Видела пустоту внутри них. Знала, что Цзин Юй прав.
  
  Это было милосердие.
  
  Страшное, огненное, окончательное - но милосердие.
  
  * * *
  
  Огонь бушевал ещё несколько минут.
  
  Потом Си Ень опустил руки - и пламя начало угасать. Медленно, неохотно, словно не хотело отпускать свою добычу.
  
  Когда огонь погас, от деревни ничего не осталось.
  
  Только выжженная земля. Только пепел, кружащийся в воздухе. Только чёрное пятно там, где когда-то жили люди.
  
  Си Ень опустился на холм рядом с ними. Крылья сложились и исчезли. Лицо его было бледным, осунувшимся.
  
  - Готово, - сказал он.
  
  - Ты в порядке? - Мэйлин шагнула к нему.
  
  - В порядке. - Он покачал головой. - Просто... устал.
  
  Он сел на траву - тяжело, как старик. Цзин Юй заметил, что его руки дрожат.
  
  - Ты потратил много сил, - сказал он.
  
  - Пришлось. Эта тварь... - Си Ень поморщился. - Она была сильная. Старая. Очень голодная.
  
  - Что это было?
  
  - Не знаю. Никогда такого не видел. - Си Ень посмотрел на выжженную землю внизу. - Но оно было связано с твоей лунной женщиной. Я чувствовал... нить. Тянущуюся на восток.
  
  - К храму.
  
  - Да. К храму.
  
  Они молчали, глядя на то, что осталось от деревни.
  
  - Сколько ещё таких деревень? - тихо спросила Мэйлин.
  
  - Не знаю, - ответил Цзин Юй. - Но мы должны остановить источник. Иначе это будет продолжаться.
  
  - Тогда идём, - Си Ень попытался встать - и покачнулся.
  
  Мэйлин подхватила его.
  
  - Сначала отдых, - сказала она твёрдо. - Ты едва стоишь на ногах.
  
  - Я в порядке...
  
  - Нет. Не в порядке. - Она посмотрела ему в глаза. - Ты только что сжёг целую деревню. Твои резервы истощены. Если мы пойдём дальше сейчас - ты будешь бесполезен в бою.
  
  Си Ень хотел возразить - но не смог. Она была права.
  
  - Ладно, - сдался он. - Отдых. Но недолго.
  
  - Сколько нужно.
  
  Они устроились на вершине холма - подальше от выжженной земли, от запаха пепла и смерти. Мэйлин достала из сумки снадобья и заставила Си Еня выпить восстанавливающее зелье.
  
  - Без снотворного на этот раз? - подозрительно спросил он.
  
  - Без, - она улыбнулась. - Обещаю.
  
  Он выпил - и почти сразу почувствовал, как силы начинают возвращаться.
  
  - Спасибо.
  
  - Не за что.
  
  Они сидели на холме, глядя на закат. Солнце садилось за горы, окрашивая небо в алые и золотые тона - почти такие же, как огонь Си Еня.
  
  - Там будет ещё хуже, - тихо сказал Цзин Юй.
  
  - Я знаю.
  
  - Ты уверен, что хочешь идти?
  
  Си Ень посмотрел на него.
  
  - Ты серьёзно спрашиваешь?
  
  - Да.
  
  - Тогда ответ - да. - Си Ень положил руку ему на плечо. - Я уверен. Мы идём вместе. До конца.
  
  Мэйлин взяла их обоих за руки.
  
  - Вместе, - повторила она.
  
  И они смотрели на закат - три человека, идущих навстречу тьме.
  
  Вместе.
  
  Глава 25. Храм мёртвых глаз
  
  Храм вырос из тумана, как кошмар из забытья.
  Он стоял на вершине горы - древний, почерневший от времени, с крышами, провалившимися внутрь, и стенами, покрытыми странными символами. Ворота были распахнуты настежь, и из них тянуло холодом - не физическим, а чем-то более глубоким, более страшным.
  - Храм Лунной Девы, - прошептала Мэйлин.
  - Храм мёртвых глаз, - поправил Цзин Юй. - Так его называли в древних текстах. Место, где грань между явью и сном истончается до предела.
  - Звучит уютно, - мрачно заметил Си Ень.
  Они стояли у подножия лестницы, ведущей к воротам. Сто ступеней, вырубленных в скале, - Цзин Юй сосчитал их взглядом. Каждая ступень была покрыта теми же символами, что и стены храма.
  - Что это за знаки? - спросила Мэйлин.
  - Защитные печати. - Цзин Юй нахмурился. - Или были защитными. Теперь они... искажены. Перевёрнуты.
  - Кто-то их изменил?
  - Или что-то.
  Си Ень шагнул на первую ступень.
  - Хватит разговоров. Идём.
  Они поднимались в молчании.
  С каждым шагом воздух становился холоднее, тяжелее. Туман сгущался вокруг них, скрывая и лестницу позади, и храм впереди. Казалось, они идут сквозь пустоту - без начала и конца.
  На пятидесятой ступени Мэйлин почувствовала, как что-то коснулось её разума. Лёгкое, почти незаметное прикосновение - словно кто-то заглянул ей в душу.
  - Вы чувствуете? - прошептала она.
  - Да, - ответил Цзин Юй. - Храм... изучает нас.
  - Ищет слабости, - добавил Си Ень. - Будьте готовы.
  На сотой ступени они вошли в ворота.
  И мир изменился.
  Храм изнутри был больше, чем снаружи.
  Намного больше.
  Зал, в который они вошли, уходил в бесконечность - потолок терялся во тьме, стены отступали, пол простирался до горизонта. Колонны из чёрного камня поднимались к невидимому небу, и на каждой колонне было высечено лицо - с закрытыми глазами, застывшее в вечном сне.
  - Мёртвые глаза, - прошептал Цзин Юй. - Теперь я понимаю название.
  Они шли вперёд - три маленькие фигуры в бесконечном зале. Их шаги эхом отражались от стен, множились, превращались в шёпот тысяч голосов.
  А потом туман сгустился - и они оказались одни.
  Каждый - в своём кошмаре.
  Цзин Юй
  Он стоял посреди знакомого двора.
  Белая башня. Его дом. Но не руины, которые он видел в столице, - живая, целая башня, какой она была десять лет назад. Золотой свет струился из окон, фонари покачивались на ветру, где-то играла музыка.
  - Нет, - прошептал Цзин Юй. - Это иллюзия.
  - Иллюзия? - раздался голос за его спиной.
  Он обернулся.
  Лян Хэ стоял перед ним - живой, настоящий, в белых одеждах ученика Белой башни. Золотая печать на поясе, мягкая улыбка на губах, умные глаза, полные... грусти?
  - Лян Хэ, - Цзин Юй отступил на шаг. - Ты мёртв.
  - Да. Благодаря тебе.
  - Я не...
  - Не убивал меня? - Лян Хэ склонил голову набок. - Нет, ты просто заставил меня убить себя. Это ведь лучше, правда? Чище. Ты можешь говорить себе, что это был мой выбор.
  - Это был твой выбор!
  - Выбор, который ты мне навязал. - Лян Хэ шагнул ближе. - Своими планами. Своей гордыней. Своей уверенностью, что знаешь лучше всех.
  Цзин Юй попятился - и упёрся спиной в стену.
  - Я хотел изменить мир к лучшему...
  - И посмотри, что ты изменил. - Лян Хэ взмахнул рукой.
  Двор вокруг них вспыхнул - и Цзин Юй увидел. Огонь, пожирающий стены. Тела, лежащие на камнях. Крики умирающих. Дети, бегущие сквозь пламя.
  - Это твоя работа, - голос Лян Хэ звучал теперь отовсюду. - Твоя гордыня. Твоё наследие.
  - Нет...
  - Ты хотел быть героем. Спасителем. Но ты - чудовище. Хуже Си Еня. Он хотя бы не притворяется праведником.
  Цзин Юй упал на колени. Огонь подбирался к нему, жар опалял кожу.
  - Ты убил нас всех, - голос Лян Хэ стал хором голосов - всех погибших в ту ночь. - Ты убил нас, Сюаньчжи. И ты это знаешь.
  Си Ень
  Он стоял в комнате своего детства.
  Маленькая спальня в Чёрной башне, с узким окном и жёсткой кроватью. На стене - рисунки, которые он делал в десять лет. На полке - деревянный меч, подарок отца.
  - Нет, - прошептал Си Ень. - Только не это.
  - Сынок?
  Он обернулся.
  Мать стояла в дверях - такая, какой он её помнил. Высокая, красивая, с огненными прядями в чёрных волосах. Глаза её были полны слёз.
  - Мама...
  - Почему ты меня бросил, сынок?
  - Я не бросал! Ты... - голос его сорвался. - Ты сама ушла. После смерти отца. Ты выбрала уйти за ним.
  - Я выбрала? - мать покачала головой. - Нет, сынок. Это ты не дал мне причины остаться.
  - Что?
  - Ты был таким трудным ребёнком. Таким злым. Таким диким. - Она шагнула к нему. - Я устала от тебя, Си Ень. Устала бороться с твоим огнём, с твоей яростью. Когда твой отец умер... - она улыбнулась, и в этой улыбке не было тепла, - я наконец-то смогла уйти.
  - Нет... - Си Ень отступал, пока не упёрся спиной в стену. - Нет, это неправда. Ты любила меня.
  - Любила? - мать рассмеялась. - Как можно любить такого, как ты? Ты - чудовище, Си Ень. Ты им родился, ты им вырос. Ты сжёг Белую башню, убил сотни людей. Ты пил вино из черепа.
  - Я изменился!
  - Ты? Изменился? - из-за спины матери вышел отец. Такой же, каким Си Ень его помнил, - высокий, сильный, с добрыми глазами. Только теперь эти глаза были холодными. - Посмотри на себя. Ты - демон. Ты всегда им был.
  Си Ень сполз по стене. Огонь внутри него, казалось, погас - впервые в жизни.
  - Ты никому не нужен, - голоса родителей слились в один. - Никто тебя не любит. Никто никогда не любил.
  Мэйлин
  Она стояла в своей деревне.
  Всё было знакомым - домик бабушки, старая яблоня во дворе, тропинка к лесу. Солнце светило, птицы пели.
  Но что-то было не так.
  - Бабушка? - позвала Мэйлин.
  Никто не ответил.
  Она вошла в дом - и замерла.
  Бабушка лежала на полу. Неподвижная. С закрытыми глазами.
  - Нет! - Мэйлин бросилась к ней, упала на колени. - Бабушка! Бабушка, очнись!
  Она призвала свою силу - золотой свет хлынул из её рук, окутывая тело. Но ничего не происходило. Сила уходила в пустоту, как вода в песок.
  - Ты не можешь её спасти, - раздался голос.
  Мэйлин подняла голову.
  Цзин Юй стоял в дверях. Но не тот Цзин Юй, которого она знала, - холодный, отстранённый, с пустыми глазами.
  - Ты никого не можешь спасти, - сказал он. - Ты слабая, Мэйлин. Бесполезная.
  - Это неправда...
  - Правда. - Рядом с Цзин Юем появился Си Ень - такой же холодный, такой же чужой. - Мы терпели тебя только из жалости. Деревенская девчонка, которая думает, что может идти рядом с заклинателями.
  - Нет...
  - Ты обуза, - продолжал Цзин Юй. - Мы защищаем тебя, рискуем ради тебя, а ты... что ты можешь дать взамен? Ничего.
  Мэйлин чувствовала, как слёзы текут по щекам.
  - Я помогала вам... Я лечила вас...
  - Любой целитель мог бы сделать то же самое. - Си Ень пожал плечами. - Ты не особенная, Мэйлин. Ты никто.
  Образы Цзин Юя и Си Еня начали таять, превращаясь в туман.
  - Никто, - эхом разнеслось по пустому дому. - Никто. Никто.
  Пробуждение
  Цзин Юй стоял на коленях посреди горящего двора, и голоса мёртвых кричали ему в уши.
  "Ты виноват. Ты виноват. Ты виноват".
  Он знал, что это правда. Знал, что заслуживает этой боли. Знал...
  "Нет".
  Голос был тихим - едва слышным сквозь рёв пламени. Но Цзин Юй узнал его.
  Мэйлин.
  "Ты не виноват. Ты сделал ошибку - но ты не виноват в том, что сделали другие".
  "Лян Хэ сделал свой выбор. Си Ень сделал свой. Ты не заставлял их".
  "Ты - не чудовище. Ты - человек, который пытается исправить свои ошибки".
  Цзин Юй поднял голову.
  Огонь вокруг него... не был настоящим. Он чувствовал это теперь - фальшь, иллюзию. Это был не настоящий огонь Си Еня, яростный и живой. Это был мёртвый огонь, нарисованный его страхами.
  - Ты не реален, - сказал он вслух.
  Образ Лян Хэ дрогнул.
  - Ты - мой страх. Моя вина. - Цзин Юй встал. - Но я несу эту вину каждый день. Я живу с ней. И я не позволю ей меня уничтожить.
  - Ты виноват! - закричал образ.
  - Да. Виноват. - Цзин Юй посмотрел ему в глаза. - Но вина - не приговор. Это - ответственность. И я несу её.
  Лунное серебро вспыхнуло вокруг него - яркое, чистое. Огонь отступил, образ Лян Хэ закричал и начал рассыпаться.
  - Я - Цзин Юй, - сказал он. - Я делал ошибки. Но я - не мои ошибки.
  И иллюзия разлетелась на тысячи осколков.
  Си Ень сжался в углу своей детской комнаты, а образы родителей нависали над ним, изливая яд.
  "Ты чудовище. Никто тебя не любит. Никто никогда не любил".
  Он знал, что это правда. Всегда знал. Мать ушла, потому что не смогла его выносить. Отец погиб, оставив его одного. Все, кого он любил, уходили.
  "Нет".
  Голос - тихий, упрямый, знакомый.
  Цзин Юй.
  "Ты не чудовище. Ты - мой друг. Мой брат".
  "Я знаю тебя, Си Ень. Я знаю, какой ты на самом деле. Не демон - человек. Сломанный, израненный, но человек".
  "И я люблю тебя. Несмотря на всё, что ты сделал. Несмотря на всё, что мы оба сделали".
  Си Ень поднял голову.
  Образы родителей смотрели на него - холодные, жестокие.
  Но они не были его родителями. Его родители любили его. Он помнил - помнил тепло материнских объятий, помнил гордость в глазах отца, когда он впервые призвал огонь.
  - Вы - не они, - сказал он.
  - Мы - правда, - ответил образ матери.
  - Нет. - Си Ень встал. - Вы - ложь. Вы - мой страх. Моё одиночество.
  Огонь вспыхнул внутри него - настоящий, живой, яростный.
  - Моя мать любила меня. Мой отец любил меня. Они ушли - но не потому, что я был чудовищем. - Он шагнул к образам. - И Цзин Юй любит меня. И Мэйлин... - он запнулся, - Мэйлин приняла меня. Несмотря на всё.
  - Ты демон! - закричали образы.
  - Я был демоном. - Огонь в глазах Си Еня разгорался ярче. - Но я меняюсь. И вы - не имеете надо мной власти.
  Пламя хлынуло из него - белое, ослепительное. Образы закричали и сгорели в нём, как мотыльки.
  И Си Ень остался один - но не сломленный.
  Живой.
  Мэйлин сидела на полу рядом с телом бабушки, а голоса эхом твердили ей, что она никто.
  "Никто. Бесполезная. Обуза".
  Она знала, что это неправда. Знала - но не могла перестать слушать.
  "Ты - не никто".
  Голос - тёплый, мягкий. Бабушкин голос.
  "Ты - моя внучка. Моя гордость. Моя надежда".
  "Ты спасла человека, когда все считали его мёртвым. Ты вылечила раны, которые не могли вылечить другие. Ты держала их вместе, когда они готовы были сломаться".
  "Ты - сердце, Мэйлин. Без тебя они потеряются".
  Мэйлин подняла голову.
  Тело бабушки исчезло. Вместо него был только туман - серый, холодный, пустой.
  - Вы - иллюзия, - сказала она образам Цзин Юя и Си Еня.
  - Мы - правда, - ответили они хором.
  - Нет. - Мэйлин встала. - Настоящий Цзин Юй никогда бы так не сказал. Он благодарил меня. Он говорил, что я спасла его.
  Она сжала кулаки.
  - И настоящий Си Ень... - она вспомнила, как он бросился под удар, защищая её. Как учил её ставить барьеры. Как неловко пытался быть добрым. - Настоящий Си Ень рисковал жизнью ради меня.
  Золотой свет вспыхнул вокруг неё - яркий, тёплый.
  - Я - не никто. Я - целительница. Я - друг. Я - семья.
  Образы попятились.
  - И я не позволю вам забрать это у меня!
  Свет хлынул из неё - и иллюзия разбилась вдребезги.
  Они нашли друг друга в центре зала.
  Три фигуры, стоящие между чёрными колоннами с закрытыми глазами. Три человека, прошедшие через свои кошмары и вышедшие живыми.
  - Вы в порядке? - спросил Цзин Юй.
  - В порядке, - ответил Си Ень. - Более-менее.
  Мэйлин молча обняла их обоих - крепко, отчаянно.
  - Эй, - Си Ень неловко похлопал её по спине. - Всё хорошо. Мы справились.
  - Я знаю. - Она отстранилась, вытирая глаза. - Просто... я рада, что вы настоящие.
  Они стояли в центре огромного зала, а вокруг них колонны с мёртвыми глазами молчали.
  - Идём дальше, - сказал Цзин Юй. - Это было только начало.
  
  Глава 26. Сердце сна
  
  Они шли через храм - всё глубже, всё дальше.
  Зал с колоннами сменился коридором, коридор - лестницей, уходящей вниз. Воздух становился холоднее с каждым шагом, темнота - гуще.
  - Здесь что-то есть, - прошептал Цзин Юй.
  Его лунная сила пульсировала, откликаясь на что-то впереди. Что-то древнее, могущественное, искажённое.
  Лестница закончилась - и они вышли в пещеру.
  Нет, не пещеру. Святилище.
  Стены были покрыты серебром - настоящим серебром, мерцающим в темноте. Пол выложен белым мрамором с узором из лунных фаз. В центре стоял алтарь.
  А на алтаре было лицо.
  Огромное зеркало в форме человеческого лица - с закрытыми глазами, с приоткрытыми губами. Поверхность зеркала рябила, как вода, и в ней отражалось что-то - не комната, не они, а что-то иное.
  - Это... - Мэйлин сглотнула. - Это жутко.
  - Это врата, - сказал Цзин Юй. - Врата в мир снов.
  Он подошёл к алтарю и положил руку на край зеркала.
  И увидел.
  Женщина. Прекрасная, в серебряных одеждах. Она стояла в бесконечной пустоте, а вокруг неё кружились тысячи огоньков - души, понял Цзин Юй. Души тех, кого она забрала.
  - Она там, - прошептал он. - В мире снов. Она ждёт нас.
  - Как мы туда попадём? - спросил Си Ень.
  Зеркало вздрогнуло. Поверхность его пошла рябью - и глаза открылись.
  Серебряные глаза, пустые и бездонные. Они смотрели на них - не на их тела, а глубже, на их души.
  "Вы пришли", - голос звучал в их головах. - "Хорошо. Я ждала".
  - Кто ты? - спросил Цзин Юй.
  "Я - та, кто была. Та, кто есть. Та, кто будет вечно".
  - Ты - Лунная Дева?
  Смех - холодный, безрадостный.
  "Так меня называли когда-то. Теперь я - сон. И вы станете частью меня".
  Зеркало вспыхнуло - и мир исчез.
  
  Сон Цзин Юя
  Он стоял посреди бесконечного поля серебряных цветов.
  Небо над головой было не голубым - серебристым, мерцающим, как поверхность зеркала. Луна висела в зените - огромная, яркая, заливающая всё своим светом.
  - Где я? - прошептал Цзин Юй.
  "В моём мире", - ответил голос. - "В мире, где боль не существует. Где вина не имеет значения. Где можно спать вечно".
  Цзин Юй огляделся. Поле простиралось до горизонта - бесконечное, прекрасное, мёртвое.
  - Это не мир. Это - клетка.
  "Клетка? Нет. Это - свобода. Свобода от страданий, от ответственности, от жизни".
  - Я не хочу свободы от жизни.
  "Все хотят. Ты устал, Цзин Юй. Я вижу это. Ты несёшь вину, которая раздавит тебя. Позволь мне забрать её".
  Цзин Юй почувствовал, как что-то тянет его вниз - в серебряные цветы, в мягкую землю. Усталость накатила волной - такая сладкая, такая манящая.
  "Усни", - шептал голос. - "Усни, и всё закончится".
  Он почти сдался. Почти закрыл глаза.
  Но потом услышал другой голос - далёкий, еле слышный.
  "Цзин Юй! Где ты?!"
  Мэйлин.
  "Сюаньчжи! Отзовись!"
  Си Ень.
  Они искали его. Они не сдались.
  - Нет, - сказал Цзин Юй. - Я не усну.
  "Почему? Здесь так хорошо..."
  - Потому что там, снаружи, есть люди, которые меня ждут. - Он встал, стряхивая с себя серебряные лепестки. - Люди, которых я люблю. И я не брошу их.
  Лунное серебро вспыхнуло вокруг него - яркое, живое.
  - Покажи мне выход, - потребовал он.
  "Выхода нет".
  - Тогда я его создам.
  Он поднял руку - и ударил. Вся его сила, вся его воля - в одном ударе.
  Небо треснуло, как зеркало.
  Сон Си Еня
  Он стоял посреди Чёрной башни.
  Но не той башни, которую он знал, - тёмной, грозной, пропитанной силой. Этой башни он не узнавал. Она была пустой, холодной, мёртвой.
  - Что это? - спросил он.
  "Это - твоё будущее", - ответил голос. - "Башня без тебя. Мир без тебя".
  Си Ень шёл по пустым коридорам. Никого - ни слуг, ни учеников, ни стражей. Только пыль и тишина.
  - Где все?
  "Ушли. Умерли. Забыли тебя".
  - Это неправда.
  "Правда. Ты думаешь, что ты важен? Ты - никто, Си Ень. Без твоей силы ты - пустое место. А силу можно отнять".
  Си Ень почувствовал, как огонь внутри него слабеет. Как тепло уходит, как холод заползает в кости.
  "Усни", - шептал голос. - "Усни, и тебе не будет холодно".
  Он падал - медленно, неотвратимо. Огонь гас, глаза закрывались.
  "Си Ень!"
  Голос - далёкий, отчаянный.
  "Си Ень, держись!"
  Цзин Юй. Мэйлин. Они звали его.
  - Нет, - прошептал он. - Я - не никто.
  Он вспомнил - тепло материнских объятий, гордость в глазах отца, смех Цзин Юя, упрямство Мэйлин. Людей, которые любили его. Людей, ради которых стоило жить.
  "Я - Си Ень. Глава Чёрной башни. Друг. Брат".
  Огонь вспыхнул внутри него - ярче, чем когда-либо.
  "Я - не пустое место. Я - огонь. И я горю".
  Пламя хлынуло из него - и мёртвая башня загорелась. Не разрушаясь - оживая.
  Сон Мэйлин
  Она стояла посреди тумана.
  Вокруг не было ничего - только серая пустота, тянущаяся во все стороны. Ни земли под ногами, ни неба над головой. Ничего.
  - Где я? - крикнула она.
  "Нигде", - ответил голос. - "Ты - нигде и везде. Ты - часть меня теперь".
  - Я не хочу быть частью тебя!
  "Хочешь. Все хотят. Ты так устала быть слабой, Мэйлин. Устала бежать за теми, кто сильнее. Устала быть обузой".
  - Я не обуза!
  "Разве? Без тебя они были бы быстрее. Сильнее. Лучше".
  Туман сгущался вокруг неё, давил на грудь. Мэйлин чувствовала, как силы уходят, как воля слабеет.
  "Усни", - шептал голос. - "Усни, и тебе не нужно будет доказывать свою ценность".
  Она почти поддалась. Почти закрыла глаза.
  "Мэйлин!"
  Два голоса - одновременно, отчаянно.
  "Мэйлин, мы здесь!"
  "Мы идём за тобой!"
  Цзин Юй. Си Ень. Они искали её. Они не бросили её.
  - Нет, - прошептала она. - Я - не обуза. Я - их сердце.
  Золотой свет вспыхнул внутри неё - тёплый, живой.
  - Я - целительница. Я - друг. Я - семья. И я не сдамся.
  Свет хлынул из неё - и туман отступил.
  Воссоединение
  Они встретились в центре мира снов.
  Три фигуры, окружённые светом - серебряным, золотым, алым. Три человека, прошедшие через свои кошмары и нашедшие друг друга.
  - Вы в порядке? - спросил Цзин Юй.
  - В порядке, - ответили Си Ень и Мэйлин одновременно.
  Они стояли на острове посреди бесконечной пустоты. Вокруг них плыли огоньки - тысячи, миллионы маленьких огоньков.
  - Души, - прошептала Мэйлин. - Это души тех, кого она забрала.
  - Мы должны их освободить, - сказал Цзин Юй.
  - Как?
  - Уничтожив её.
  Он указал вперёд - туда, где в пустоте висел мост. Серебряный, мерцающий, уходящий в бесконечность.
  - Она там. В сердце сна.
  - Тогда идём, - сказал Си Ень.
  И они пошли.
  
  Мост был длинным.
  Они шли по нему - три маленькие фигуры в бесконечной пустоте. Огоньки душ кружились вокруг них, словно провожая.
  С каждым шагом воздух становился холоднее. Серебряный свет - ярче. Присутствие чего-то древнего и могущественного - ощутимее.
  - Она знает, что мы идём, - сказал Цзин Юй.
  - Пусть знает, - ответил Си Ень. - Пусть боится.
  Мост закончился - и они вступили на платформу.
  Она была круглой, из чистого серебра. В центре стоял трон - огромный, вырезанный из лунного камня.
  И на троне сидела она.
  Лунная Дева была прекрасна.
  Даже теперь, после веков безумия, после того, как она стала чумой. Высокая, стройная, в серебряных одеждах, которые текли вокруг неё, как живые. Белые волосы спускались до пола, серебряные глаза смотрели на них без выражения.
  - Вы пришли, - сказала она. Голос её был как звон серебряных колокольчиков. - Я знала, что придёте.
  - Кто ты? - спросил Цзин Юй.
  - Я - Юэ Линь. Хранительница лунного источника. - Она склонила голову набок. - Когда-то я защищала эти земли. Когда-то люди поклонялись мне.
  - А теперь ты убиваешь их.
  - Убиваю? - она рассмеялась. - Нет. Я даю им покой. Вечный сон, где нет боли, нет страданий. Разве это не милосердие?
  - Ты забираешь их души!
  - Я собираю их. - Юэ Линь поднялась с трона. - Они становятся частью меня. Частью сна. Они счастливы здесь.
  - Они мертвы!
  - Они спят. - Она шагнула к ним. - Как и вы будете спать. Скоро.
  Воздух вокруг неё сгустился, превращаясь в серебристый туман. Щупальца - те же, что они видели в деревне - потянулись к ним.
  - Назад! - крикнул Цзин Юй.
  Они отскочили - как раз вовремя. Щупальца ударили в место, где они стояли, оставив на серебряном полу глубокие борозды.
  - Вы сопротивляетесь, - сказала Юэ Линь. - Как мило. Но бесполезно.
  Она подняла руку - и мир вокруг них взорвался серебряным светом.
  Бой был жестоким.
  Юэ Линь была сильна - сильнее, чем любой враг, с которым они сталкивались. Её сила была силой самого лунного источника, искажённой веками безумия.
  Цзин Юй сражался - лунное серебро против лунного серебра. Но её сила была древнее, глубже. Она отбивала его атаки, как взрослый отбивает удары ребёнка.
  - Ты - заклинатель луны, - сказала она, парируя очередной удар. - Но ты - младенец. Я была мастером, когда твои предки ещё не родились.
  Си Ень ударил огнём - яростным, ослепительным. Пламя охватило Юэ Линь, окутало её с головы до ног.
  И она шагнула из него - невредимая.
  - Огонь? - она рассмеялась. - Ты думаешь, огонь может навредить сну?
  - Тогда попробуем так!
  Си Ень создал огненного дракона - огромного, ревущего. Дракон бросился на Юэ Линь, раскрыв пасть.
  Она подняла руку - и дракон рассыпался.
  - Вы не можете победить, - сказала она. - Это мой мир. Здесь я - бог.
  Мэйлин стояла позади, пытаясь найти способ помочь. Её золотая сила была бесполезна против чистого разрушения. Она могла только защищать.
  И тогда она поняла.
  - Цзин Юй! Си Ень! - крикнула она. - Отступите ко мне!
  Они подчинились - отскочили назад, встали рядом с ней.
  - Что ты задумала? - спросил Си Ень.
  - Она - сон, - сказала Мэйлин. - А я - целительница. Я лечу болезни. Безумие - тоже болезнь.
  - Ты хочешь её исцелить?!
  - Я хочу показать ей правду.
  Мэйлин вышла вперёд.
  - Юэ Линь, - сказала она. - Посмотри на себя. Посмотри, чем ты стала.
  - Я стала богиней!
  - Ты стала чудовищем. - Мэйлин шла к ней - медленно, без страха. - Ты была хранительницей. Защитницей. А теперь ты убиваешь тех, кого должна защищать.
  - Я даю им покой!
  - Ты крадёшь их жизни!
  Мэйлин остановилась перед ней - маленькая девушка перед древней богиней.
  - Я - целительница, - сказала она. - И я вижу твою болезнь. Ты одинока, Юэ Линь. Ты была одинока веками. И это одиночество свело тебя с ума.
  - Замолчи!
  - Ты собираешь души, потому что хочешь, чтобы кто-то был рядом. Ты создаёшь сны, потому что наяву у тебя ничего нет.
  - ЗАМОЛЧИ!
  Серебряное щупальце метнулось к Мэйлин.
  Цзин Юй бросился наперерез - и принял удар на себя. Боль пронзила его грудь, но он устоял.
  - Мэйлин права, - сказал он. - Я чувствую тебя, Юэ Линь. Мы оба - заклинатели луны. Я чувствую твою боль.
  - Ты ничего не чувствуешь!
  - Чувствую. - Он шагнул к ней. - Ты любила этих людей когда-то. Защищала их. А потом... - он поискал слова, - потом что-то случилось. Что-то, что разбило тебе сердце.
  Юэ Линь замерла.
  - Расскажи нам, - мягко сказала Мэйлин. - Что случилось?
  Молчание.
  А потом - тихий, надломленный голос:
  - Они меня забыли.
  Юэ Линь опустилась на колени. Серебряные глаза её наполнились чем-то похожим на слёзы.
  - Я защищала их веками. Отдавала им всё. А они... - голос её дрогнул. - Они построили новые храмы. Новым богам. Забыли мои ритуалы. Забыли моё имя.
  - И ты озлобилась, - сказал Цзин Юй.
  - Я была им матерью! - закричала она. - А они выбросили меня, как сломанную игрушку! Я ждала их - день за днём, год за годом. Никто не пришёл. Никто не вспомнил.
  Слёзы текли по её лицу - серебряные, как лунный свет.
  - И тогда я решила - если они не хотят помнить меня живой, они будут помнить меня мёртвой. Если они не хотят быть со мной наяву - они будут со мной во сне.
  - Ты обезумела от горя, - прошептала Мэйлин.
  - Я обезумела от одиночества.
  Мэйлин подошла к ней и опустилась рядом на колени.
  - Я понимаю, - сказала она. - Одиночество - страшная вещь. Оно может сломать кого угодно.
  - Ты не понимаешь...
  - Понимаю. - Мэйлин взяла её руки в свои. - Я выросла в маленькой деревне. Без родителей. Только бабушка и я. Я знаю, что такое чувствовать себя забытой.
  Юэ Линь смотрела на неё - с удивлением, с болью.
  - Но одиночество - не оправдание для того, что ты делаешь, - продолжила Мэйлин. - Эти люди, чьи души ты забрала - они не виноваты в том, что тебя забыли.
  - Они - потомки тех, кто забыл...
  - Они - невинные. Дети. Старики. Матери и отцы. - Мэйлин сжала её руки. - Ты забираешь их жизни за грехи их предков. Это несправедливо.
  Юэ Линь опустила голову.
  - Я знаю, - прошептала она. - Я всегда знала. Но боль... боль не отпускает.
  - Тогда отпусти её.
  Юэ Линь подняла голову.
  - Отпусти боль, - сказала Мэйлин. - Отпусти гнев. Отпусти эти души. Позволь им вернуться.
  - Если я это сделаю... - Юэ Линь сглотнула. - Если я это сделаю, я снова буду одна.
  - Нет.
  Голос принадлежал Цзин Юю. Он подошёл к ним и встал рядом.
  - Ты не будешь одна, - сказал он. - У меня есть семя лунного источника. Дар от истока силы. Я собирался посадить его там, где оно принесёт пользу.
  Он достал из мешочка маленькое мерцающее семя.
  - Я посажу его здесь. В твоём храме. И когда вырастет новый источник - люди придут к нему. Они вспомнят тебя.
  Юэ Линь смотрела на семя - с надеждой, с недоверием.
  - Ты сделаешь это... для меня?
  - Для тебя. Для них. - Цзин Юй указал на огоньки душ вокруг них. - Для всех.
  Долгое молчание.
  А потом Юэ Линь кивнула.
  - Хорошо, - прошептала она. - Я отпущу их.
  Она подняла руки - и серебряный свет хлынул из неё. Но не тёмный, не искажённый - чистый, живой.
  Огоньки душ вокруг них вспыхнули - и устремились вверх, туда, где было небо, туда, где была жизнь.
  Тысячи, миллионы душ - освобождённых, вернувшихся.
  А Юэ Линь медленно таяла, превращаясь в серебристый туман.
  - Спасибо, - прошептала она, и голос её звучал всё тише. - Спасибо, что напомнили мне... кем я была.
  - Покойся с миром, - сказала Мэйлин.
  И Юэ Линь исчезла - наконец-то свободная от боли, от гнева, от одиночества.
  Мир снов рассыпался вокруг них.
  Серебряная платформа, мост, бесконечная пустота - всё таяло, исчезало. Они падали - вниз, вверх, в никуда.
  И очнулись в храме.
  Они лежали на полу святилища - там же, где стояли перед зеркалом.
  Зеркало было разбито. Осколки лежали вокруг них - но не острые, не опасные. Мягкие, как лепестки цветов.
  - Мы... - Мэйлин села. - Мы победили?
  - Похоже на то, - ответил Цзин Юй.
  Си Ень застонал и перевернулся на спину.
  - Больше никогда, - пробормотал он. - Больше никогда не пойду в храм с жуткими зеркалами.
  Мэйлин рассмеялась - от облегчения, от радости, от усталости.
  - Согласна.
  Цзин Юй встал и подошёл к алтарю. Достал семя лунного источника.
  - Я обещал, - сказал он.
  И посадил семя в углубление на алтаре.
  Мгновение - и семя засветилось. Серебряный свет хлынул из него, заполняя святилище, поднимаясь к потолку, вырываясь наружу.
  Они выбежали из храма - и увидели.
  Столб серебряного света бил из вершины горы, уходя в небо. Туман вокруг рассеивался, солнце пробивалось сквозь тучи. Мир - живой, яркий, настоящий - возвращался.
  - Красиво, - прошептала Мэйлин.
  - Да, - согласился Цзин Юй.
  Они стояли на вершине горы, глядя на новый лунный источник - первый за сотни лет.
  И где-то там, в этом серебряном свете, Юэ Линь наконец-то обрела покой.
  Эпилог. Новый рассвет
  Они спустились с горы к вечеру следующего дня.
  Усталые, израненные, но живые. Победители.
  У подножия их ждали люди - беженцы с перевала, жители окрестных деревень. Они видели серебряный столб света, видели, как рассеялся туман. И они пришли узнать, что случилось.
  - Чума закончилась, - сказал им Цзин Юй. - Те, кто спал - проснутся.
  Крики радости. Слёзы. Объятия.
  Мальчик, который рассказывал Цзин Юю о женщине в тумане, подбежал к нему.
  - Моя мама? - спросил он. - Она проснётся?
  Цзин Юй опустился на колено, чтобы быть с ним на одном уровне.
  - Да, - сказал он. - Она проснётся. Обещаю.
  Мальчик улыбнулся - впервые за долгое время.
  Они нашли тихое место у ручья и сели отдохнуть.
  - Что теперь? - спросила Мэйлин.
  - Теперь? - Цзин Юй посмотрел на неё. - Теперь мы отдыхаем. Едим. Спим.
  - А потом?
  - А потом, - Си Ень развалился на траве, - идём дальше. Куда-нибудь, где нет чумы, демонов и сумасшедших богинь.
  - Такие места существуют?
  - Надеюсь.
  Они рассмеялись - все трое.
  - Знаете, - сказала Мэйлин, - когда я спасала Цзин Юя из той печати... я не думала, что это приведёт к чему-то подобному.
  - К чему - подобному? - спросил Цзин Юй.
  - К этому. - Она обвела рукой вокруг. - К путешествиям, к битвам с демонами, к спасению мира.
  - Сожалеешь?
  - Нет. - Она улыбнулась. - Ни секунды.
  Си Ень сел.
  - Я тоже не сожалею, - сказал он. - О том, что пошёл с вами. Это было... - он поискал слова, - правильно.
  - Правильно?
  - Да. - Он посмотрел на них - на Цзин Юя с его серебряными волосами, на Мэйлин с её золотыми искрами в глазах. - Впервые за много лет я чувствую, что делаю что-то правильное. Что живу, а не просто существую.
  Цзин Юй положил руку ему на плечо.
  - Мы - семья, - сказал он. - Странная, нелепая, невозможная. Но семья.
  - Семья, - повторила Мэйлин.
  - Семья, - согласился Си Ень.
  Они сидели у ручья, глядя на закат. Солнце садилось за горы, окрашивая небо в золотые и алые тона. А на востоке, над храмом, всё ещё сиял серебряный свет нового лунного источника.
  - Куда дальше? - спросила Мэйлин.
  - Куда дорога приведёт, - ответил Цзин Юй.
  - Это не план.
  - Это лучший план.
  Си Ень рассмеялся - громко, искренне.
  - Знаете что? - сказал он. - Я рад, что встретил вас.
  - Мы тоже, - ответили они хором.
  И они смотрели на закат - три человека, которые нашли друг друга в этом огромном мире.
  Три человека, которые стали семьёй.
  
  Глава 27. Зов башни
  
  Океан был прекрасен.
  
  Они стояли на скалистом берегу, глядя на бесконечную синеву, простирающуюся до горизонта. Волны разбивались о камни внизу, брызги взлетали вверх, солёный ветер трепал волосы.
  
  - Я никогда не видела столько воды, - прошептала Мэйлин.
  
  - Я тоже, - признался Цзин Юй.
  
  Си Ень молчал, но по его лицу было видно, что он тоже впечатлён. Огненный заклинатель, выросший среди камня и пламени, - даже он не мог остаться равнодушным к величию океана.
  
  Они путешествовали уже третий месяц после событий в Храме мёртвых глаз. Шли на запад - без цели, без спешки, просто наслаждаясь дорогой. Посещали города и деревни, помогали, где могли, уходили, когда хотели.
  
  Это была хорошая жизнь.
  
  - Можем остаться здесь на несколько дней, - предложила Мэйлин. - В той деревне, что мы проходили, есть постоялый двор.
  
  - Хорошая идея, - согласился Цзин Юй. - Я бы хотел...
  
  Он не договорил.
  
  Чёрная птица появилась из ниоткуда - вспышка алого пламени, и она уже сидела на плече Си Еня, нетерпеливо переступая с лапки на лапку.
  
  - Что? - Си Ень нахмурился. - Я же сказал - только в крайнем случае...
  
  Он отвязал записку от лапки птицы и развернул её.
  
  Лицо его изменилось.
  
  - Си Ень? - Мэйлин шагнула к нему. - Что случилось?
  
  Он не ответил сразу. Перечитал записку. Потом ещё раз.
  
  - Меня вызывают, - наконец сказал он. Голос его был тяжёлым. - В башню.
  
  - Что-то серьёзное?
  
  Си Ень тяжело вздохнул.
  
  - Один из городов-членов Альянса Чёрной башни... Сюньлай... отозвал свою клятву.
  
  - Отозвал клятву? - переспросил Цзин Юй. - Это возможно?
  
  - Технически - нет. Клятва верности башне - нерушима. - Си Ень скомкал записку в кулаке. - Но глава города перешёл на сторону самозванца.
  
  - Какого самозванца?
  
  - Некто, называющий себя "Истинным пламенем". - В голосе Си Еня прозвучало презрение. - Он утверждает, что старшие маги башни утратили связь с источником. Что они слабы и недостойны власти. Что нужна новая кровь, новое руководство.
  
  - И люди ему верят?
  
  - Некоторые. - Си Ень посмотрел на океан, но глаза его видели что-то другое. - Местные маги Сюньлая взбунтовались. Они присягнули этому самозванцу. А теперь... - он сглотнул, - теперь башня разделена. Часть старейшин хочет немедленно подавить мятеж силой. Другая часть требует переговоров. Третья... - он криво усмехнулся, - третья, похоже, сочувствует мятежникам.
  
  - Гражданская война, - тихо сказал Цзин Юй.
  
  - Может стать ею. Если я не вернусь.
  
  Повисло молчание.
  
  Волны всё так же разбивались о скалы. Ветер всё так же трепал волосы. Но что-то изменилось - лёгкость последних месяцев исчезла, как не бывало.
  
  - Мне придётся вас оставить, - сказал Си Ень. - Я не могу бросить свою башню.
  
  - Оставить? - Мэйлин нахмурилась. - О чём ты говоришь?
  
  - Это мои проблемы. Моя башня, мои люди. Вам не нужно...
  
  - Мы идём с тобой, - перебил его Цзин Юй.
  
  Си Ень уставился на него.
  
  - Что?
  
  - Мы идём с тобой, - повторил Цзин Юй. - В Чёрную башню.
  
  - Но...
  
  - К тому же, - Мэйлин улыбнулась, - мы никогда не видели Чёрную башню. Ты столько о ней рассказывал - пора бы и посмотреть.
  
  Си Ень смотрел на них - на этих двоих, которые готовы были идти с ним в самое сердце огня. В место, где их могли встретить враждебно. В башню, которая сожгла дом Цзин Юя.
  
  - Вы понимаете, что это может быть опасно? - спросил он.
  
  - Когда это нас останавливало? - фыркнула Мэйлин.
  
  - Чёрная башня - не место для чужаков.
  
  - Мы не чужаки. - Цзин Юй положил руку ему на плечо. - Мы - твои друзья. Твоя семья.
  
  - Там будут люди, которые ненавидят Белую башню. Которые ненавидят тебя лично.
  
  - И люди, которые тебя любят. - Цзин Юй улыбнулся. - Мы справимся.
  
  Си Ень молчал долго. Потом покачал головой - но на губах его появилась улыбка.
  
  - Вы оба безумны.
  
  - Мы в хорошей компании.
  
  - Это точно.
  
  Он посмотрел на чёрную птицу, всё ещё сидящую на его плече.
  
  - Передай - я возвращаюсь. И я не один.
  
  Птица вспыхнула алым и исчезла.
  
  - Когда выходим? - спросила Мэйлин.
  
  - Сейчас. - Си Ень повернулся к ним. - Держитесь за меня. Крепко.
  
  - Ты собираешься...
  
  - Лететь. - Огненные крылья развернулись за его спиной. - До башни - неделя пути пешком. У нас нет недели.
  
  Мэйлин и Цзин Юй переглянулись - и шагнули к нему.
  
  - Только предупреди в этот раз, - сказал Цзин Юй.
  
  - Предупреждаю. - Си Ень обхватил их обоих. - Держитесь.
  
  И они взлетели.
  
  * * *
  
  Полёт был долгим.
  
  Они летели весь день и всю ночь, останавливаясь только чтобы дать Си Еню восстановить силы. Под ними проносились горы и равнины, реки и леса, города и деревни. Мир был огромен - и они пересекали его, как птицы.
  
  На рассвете второго дня Мэйлин увидела её.
  
  - Это... - она не смогла закончить.
  
  Чёрная башня.
  
  Она стояла посреди выжженной равнины - огромная, чёрная, устремлённая к небу, как застывшее пламя. Не одна башня - целый комплекс, город башен и стен, дворов и мостов. Чёрный камень, из которого она была построена, поглощал свет, но в его глубине мерцали алые прожилки - словно огонь, навечно заточённый в камне.
  
  Вокруг башни не было ничего - только чёрная земля, покрытая пеплом и шлаком. Ни травинки, ни деревца. Только огонь - десятки костров, горящих по периметру, и дым, поднимающийся к небу.
  
  - Добро пожаловать, - сказал Си Ень. В голосе его была странная смесь гордости и горечи. - В Чёрную башню.
  
  Они снижались - медленно, величественно. Стражники на стенах заметили их, закричали что-то, но никто не попытался атаковать. Они узнали огненные крылья своего главы.
  
  Си Ень приземлился во внутреннем дворе - огромном пространстве, вымощенном чёрным камнем. Здесь уже собралась толпа - маги в чёрно-алом, слуги, стражники. Все смотрели на них.
  
  - Глава вернулся! - крикнул кто-то.
  
  - Глава!
  
  - Си Ень!
  
  Крики множились, эхом отражаясь от стен. Люди кланялись, падали на колени. Даже издалека Цзин Юй чувствовал их облегчение - и страх.
  
  Си Ень сложил крылья и шагнул вперёд.
  
  - Где Хуан Лей? - спросил он.
  
  Из толпы выступил мужчина - высокий, худой, с усталым лицом. Цзин Юй узнал тип - управленец, человек, на котором держится всё, пока глава занимается великими делами.
  
  - Глава, - Хуан Лей склонил голову. - Вы вернулись быстрее, чем мы ожидали.
  
  - Я летел. - Си Ень оглядел двор. - Доклад. Коротко.
  
  - Сюньлай официально отозвал клятву три дня назад. Глава города Вэнь Цзюнь присягнул самозванцу, называющему себя "Истинным пламенем". Маги города - около сорока человек - последовали за ним.
  
  - Кто этот "Истинный"?
  
  - Мы не знаем его настоящего имени. - Хуан Лей поморщился. - Он появился около полугода назад. Молодой, сильный, харизматичный. Проповедует идеи "очищения" башни от "слабых и недостойных".
  
  - И люди верят?
  
  - Некоторые. - Хуан Лей понизил голос. - Среди молодых магов есть... недовольные. Они считают, что старейшины слишком консервативны. Что башня застряла в прошлом.
  
  - А старейшины?
  
  - Разделены. Как я писал. - Хуан Лей вздохнул. - Лю Цзянь требует немедленного военного ответа. Чжан Вэй хочет переговоров. Хуан Бо... - он замялся.
  
  - Хуан Бо?
  
  - Есть подозрения, что он сочувствует мятежникам. Но прямых доказательств нет.
  
  Си Ень закрыл глаза и потёр переносицу.
  
  - Прекрасно, - пробормотал он. - Просто прекрасно.
  
  Он открыл глаза и повернулся к Цзин Юю и Мэйлин.
  
  - Простите, - сказал он. - Это будет не та экскурсия, на которую вы рассчитывали.
  
  - Ничего, - ответил Цзин Юй. - Мы понимаем.
  
  Си Ень кивнул и снова повернулся к Хуан Лею.
  
  - Созови совет. Через час. Всех старейшин, всех командиров.
  
  - Будет сделано.
  
  - И ещё... - Си Ень помедлил. - Это мои друзья. Цзин Юй и Мэйлин. Они будут гостями башни.
  
  Хуан Лей посмотрел на них - на серебряные волосы Цзин Юя, на золотые искры в глазах Мэйлин. На его лице мелькнуло удивление, но он быстро справился с собой.
  
  - Конечно, глава. Я распоряжусь о комнатах...
  
  - Нет. - Си Ень огляделся по двору. - Линь Хао!
  
  Из толпы выступил молодой человек - лет двадцати, с огненными прядями в чёрных волосах и живыми, любопытными глазами. Он был похож на... на молодого Си Еня, понял Цзин Юй. Та же энергия, та же яркость.
  
  - Глава? - Линь Хао склонил голову.
  
  - Это мои друзья, - повторил Си Ень. - Ты покажешь им башню. Устроишь в гостевых покоях. Ответишь на вопросы.
  
  - Я? - Линь Хао удивлённо моргнул. - Но я...
  
  - Ты - мой лучший ученик. - Си Ень положил руку ему на плечо. - И я доверяю тебе.
  
  Линь Хао выпрямился, и в глазах его загорелась гордость.
  
  - Я не подведу, глава.
  
  - Знаю.
  
  Си Ень повернулся к воздуху рядом с собой - туда, где, казалось, никого не было.
  
  - Стражи, - сказал он негромко.
  
  Воздух дрогнул - и они появились. Пятеро стражей пламени, тех самых, что спасли их во время нападения на Белую башню. Они материализовались из ниоткуда, окружив Цзин Юя и Мэйлин.
  
  - Это мои друзья, - сказал Си Ень. - Вы отвечаете за них головой. Любой, кто попытается причинить им вред - враг. Любой, кто оскорбит их - враг. Понятно?
  
  - Да, глава, - ответили стражи хором.
  
  - Хорошо. - Си Ень повернулся к Цзин Юю и Мэйлин. - Простите, что бросаю вас. Но дела не ждут.
  
  - Иди, - сказал Цзин Юй. - Мы справимся.
  
  - Линь Хао позаботится о вас. И стражи. - Си Ень криво улыбнулся. - Постарайтесь не сжечь башню, пока меня нет.
  
  - Это твоя работа, - фыркнула Мэйлин.
  
  Си Ень рассмеялся - коротко, но искренне - и исчез в толпе, которая расступалась перед ним, как волны перед кораблём.
  
  * * *
  
  Линь Хао смотрел на них - на серебряноволосого заклинателя и девушку с золотыми искрами в глазах - и пытался понять, что происходит.
  
  - Вы... - он запнулся. - Простите, но вы действительно друзья главы?
  
  - Действительно, - ответил Цзин Юй.
  
  - Но вы... - Линь Хао посмотрел на его волосы. - Вы заклинатель лунного источника?
  
  - Да.
  
  - И глава... - молодой маг явно боролся с недоверием. - Глава путешествовал с вами?
  
  - Почти год, - сказала Мэйлин. - Мы прошли через многое вместе.
  
  Линь Хао моргнул. Потом ещё раз.
  
  - Простите, - сказал он. - Это просто... неожиданно. Глава Си Ень всегда был... - он поискал слова, - одиночкой. Он никогда никого не подпускал близко.
  
  - Люди меняются, - мягко сказал Цзин Юй.
  
  - Да. Наверное. - Линь Хао встряхнулся. - Простите. Я должен показать вам башню, а не задавать вопросы. Пойдёмте.
  
  Они двинулись через двор. Стражи пламени следовали за ними - невидимые, но Цзин Юй чувствовал их присутствие. Люди вокруг расступались, бросая на них любопытные - и настороженные - взгляды.
  
  - Сюда, - Линь Хао указал на арку в стене. - Это главный вход в жилые покои.
  
  * * *
  
  Чёрная башня изнутри была... не такой, как ожидал Цзин Юй.
  
  Он представлял себе что-то мрачное, давящее, полное огня и дыма. Но реальность оказалась иной.
  
  Коридоры были широкими и светлыми - свет давали не факелы, а странные кристаллы в стенах, мерцающие тёплым золотистым светом. Стены были украшены фресками - сцены из истории башни, портреты великих магов, изображения огненных духов.
  
  - Красиво, - сказала Мэйлин.
  
  - Спасибо. - Линь Хао заметно оттаял. - Башня древняя. Ей больше тысячи лет. Каждое поколение добавляло что-то своё.
  
  Он вёл их по коридорам, показывая и рассказывая.
  
  Зал Совета - огромное помещение с круглым столом из чёрного камня и тронами для старейшин. Библиотека - четыре этажа свитков и книг, многие из которых существовали в единственном экземпляре. Тренировочные залы - просторные арены, где молодые маги оттачивали своё мастерство.
  
  - А это, - Линь Хао остановился перед массивными дверями из тёмного металла, - Зал Глубин. Сердце башни.
  
  - Что там? - спросила Мэйлин.
  
  - Огненный источник. - Голос Линь Хао стал благоговейным. - Место, откуда черпают силу все заклинатели огня. Вход разрешён только посвящённым.
  
  Цзин Юй посмотрел на двери. Он чувствовал это - жар, пульсирующий за металлом. Не враждебный, но чужой. Эта сила была не для него.
  
  - Пойдёмте, - сказал Линь Хао. - Покажу вам гостевые покои.
  
  * * *
  
  Гостевые покои оказались роскошными.
  
  Две просторные спальни с огромными кроватями, общая гостиная с мягкими диванами и камином, собственная купальня с горячей водой. Окна выходили на внутренний сад - да, сад, настоящий сад посреди башни из чёрного камня, с деревьями и цветами, которые каким-то чудом росли без солнечного света.
  
  - Как это возможно? - Мэйлин смотрела на сад с изумлением.
  
  - Магия огня, - объяснил Линь Хао. - Кристаллы в потолке дают свет, а тепло от источника питает корни. Это один из секретов башни.
  
  - Красиво, - повторила Мэйлин.
  
  - Глава любит этот сад. - Линь Хао улыбнулся. - Он часто приходит сюда, когда хочет побыть один.
  
  Цзин Юй посмотрел на сад другими глазами. Оазис зелени посреди царства огня. Место, где Си Ень искал покоя.
  
  "Он изменился", - подумал он. - "Или я только теперь начинаю понимать, каким он был всегда".
  
  - Если вам что-то понадобится - только скажите, - сказал Линь Хао. - Слуги придут немедленно. И стражи... - он покосился на пустое место рядом с ними, - стражи всегда рядом.
  
  - Спасибо, Линь Хао, - сказала Мэйлин. - Ты очень помог.
  
  Молодой маг покраснел.
  
  - Это честь, - пробормотал он. - Честь служить друзьям главы.
  
  Он поклонился и вышел, оставив их одних.
  
  * * *
  
  - Ну что, - Мэйлин плюхнулась на диван. - Вот мы и в логове демона.
  
  - Не называй его так, - сказал Цзин Юй.
  
  - Я шучу. - Она посмотрела на него. - Ты в порядке?
  
  - В порядке. - Он подошёл к окну и посмотрел на сад. - Просто... странно. Быть здесь.
  
  - Из-за того, что случилось с Белой башней?
  
  - Да. И нет. - Он помолчал. - Эта башня разрушила мой дом. Убила моих друзей. Но люди здесь... - он покачал головой, - они не монстры. Просто люди.
  
  - Как везде.
  
  - Да. Как везде.
  
  Мэйлин встала и подошла к нему.
  
  - Ты думаешь о Си Ене?
  
  - Думаю. - Цзин Юй повернулся к ней. - Он вырос здесь. Это его дом. И теперь его дом разваливается на части.
  
  - Мы поможем ему.
  
  - Как? Это внутренние дела башни. Мы - чужаки.
  
  - Мы - его друзья. - Мэйлин взяла его за руку. - Иногда этого достаточно.
  
  Цзин Юй посмотрел на неё - на эту девушку, которая прошла с ним через огонь и воду, через демонов и богинь.
  
  - Ты права, - сказал он. - Как всегда.
  
  - Я знаю. - Она улыбнулась. - А теперь - давай поедим. Я голодная.
  
  * * *
  
  Ужин принесли слуги - молчаливые, быстрые, старающиеся не смотреть в глаза. Еда была обильной и вкусной - жареное мясо, пряные овощи, свежий хлеб, фрукты.
  
  - Неплохо живут, - заметила Мэйлин, уплетая третью порцию.
  
  - Чёрная башня - одна из богатейших в империи, - сказал Цзин Юй. - Они контролируют добычу руды на всём севере.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Читал. Когда готовился... - он запнулся, - к своим планам. Я изучал все башни.
  
  Мэйлин посмотрела на него, но ничего не сказала.
  
  После ужина они сидели у камина, глядя на пляшущее пламя. Стражи пламени стояли у дверей - невидимые, но ощутимые.
  
  - Как думаешь, - спросила Мэйлин, - что будет делать Си Ень?
  
  - Не знаю. - Цзин Юй покачал головой. - Он... изменился. Год назад он бы просто сжёг мятежников. Теперь... теперь не уверен.
  
  - Ты думаешь, он попытается договориться?
  
  - Возможно. - Цзин Юй смотрел на огонь. - Или найдёт третий путь. Он всегда был умнее, чем казался.
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Мы узнаем завтра.
  
  - Да. Завтра.
  
  Они сидели у камина - два чужака в сердце Чёрной башни - и ждали.
  
  А где-то в глубинах башни Си Ень собирал совет и готовился к битве - не с врагами, но со своими же людьми.
  
  Самой трудной битве из всех.
  
  Глава 28. Сердце огня
  
  Утро в Чёрной башне началось со звука гонга.
  
  Низкий, гудящий звук прокатился по коридорам, проник сквозь стены, заставил задрожать воздух. Мэйлин вскочила с кровати, схватившись за сердце.
  
  - Что это?!
  
  Дверь распахнулась - на пороге стоял Линь Хао, слегка запыхавшийся.
  
  - Простите, если напугал, - сказал он. - Это утренний гонг. Призыв к тренировкам.
  
  - Каждое утро? - Мэйлин потёрла глаза.
  
  - Каждое. - Линь Хао улыбнулся. - Дисциплина - основа силы. Так говорят старейшины.
  
  Цзин Юй появился из своей комнаты - уже одетый, собранный. Он, похоже, не спал.
  
  - Как глава? - спросил он.
  
  Улыбка Линь Хао погасла.
  
  - Совет закончился поздно ночью. Глава... - он помедлил, - глава был очень... сосредоточен.
  
  - Сосредоточен?
  
  - Он никого не сжёг. - Линь Хао попытался пошутить, но шутка вышла натянутой. - Это хороший знак, наверное.
  
  Цзин Юй и Мэйлин переглянулись.
  
  - Можем мы увидеть его? - спросила Мэйлин.
  
  - Боюсь, что нет. - Линь Хао покачал головой. - Он заперся в своих покоях. Сказал - не беспокоить. Никого.
  
  - Понятно.
  
  Повисло неловкое молчание.
  
  - Я... - Линь Хао прокашлялся. - Я могу продолжить показывать вам башню. Если хотите. Вчера мы видели не всё.
  
  - Да, - сказал Цзин Юй. - Покажи нам. Всё.
  
  * * *
  
  Они провели весь день, исследуя Чёрную башню.
  
  Линь Хао оказался прекрасным проводником - знающим, увлечённым, готовым отвечать на любые вопросы. Он водил их по бесконечным коридорам и залам, рассказывая истории и легенды, объясняя традиции и обычаи.
  
  Кузницы располагались в восточном крыле - огромные помещения, где мастера ковали оружие и артефакты. Жар здесь был почти невыносимым, но заклинатели огня работали спокойно, словно не замечая его. Искры летели во все стороны, молоты звенели о наковальни, расплавленный металл тёк, как вода.
  
  - Клинки Чёрной башни известны по всей империи, - с гордостью сказал Линь Хао. - Они никогда не тупятся и не ржавеют.
  
  - Потому что в них заключён огонь, - догадался Цзин Юй.
  
  - Да! - Линь Хао просиял. - Капля силы мастера остаётся в каждом клинке. Это делает их... живыми.
  
  Мэйлин смотрела на работающих кузнецов с благоговением. В её родной деревне кузнец был одним человеком - старым Ли, который ковал подковы и ножи. Здесь же была целая армия мастеров, создающих произведения искусства из металла и огня.
  
  - А это что? - она указала на странный клинок, висящий на стене - изогнутый, с волнистым лезвием, мерцающий алым светом.
  
  - Фэнхуан, - ответил Линь Хао. - Меч главы. Был выкован двести лет назад для великого мастера Си Вэя - прадеда нынешнего главы.
  
  - Си Ень - потомок великого мастера?
  
  - Да. Его род - один из древнейших в башне. - Линь Хао понизил голос. - Некоторые говорят, что именно поэтому источник принял его с рождения. Кровь помнит.
  
  Они шли дальше - мимо лабораторий, где алхимики варили зелья и эликсиры, мимо казарм, где жили стражники, мимо храма, где маги молились духам огня.
  
  Храм был особенным.
  
  Круглый зал с куполом из чёрного стекла, сквозь которое были видны звёзды - даже днём. В центре горел вечный огонь - не обычный, а белый, чистый, почти нестерпимо яркий.
  
  - Пламя Первых, - прошептал Линь Хао. - Говорят, оно горит с момента основания башни. Тысячу лет.
  
  Цзин Юй смотрел на белое пламя и чувствовал... что-то. Не враждебность, но и не приветствие. Просто признание его присутствия.
  
  - Оно живое, - сказал он.
  
  - Да. - Линь Хао посмотрел на него с уважением. - Не многие чужаки это чувствуют.
  
  - Я не совсем чужак. - Цзин Юй криво улыбнулся. - Мой источник тоже... особенный.
  
  - Лунный?
  
  - Да.
  
  Линь Хао хотел спросить что-то ещё, но сдержался. Вместо этого он повёл их дальше - к тренировочным площадкам.
  
  * * *
  
  Тренировки в Чёрной башне были... впечатляющими.
  
  Молодые маги сражались на открытой арене - парами, тройками, группами. Огонь летал во все стороны, земля дрожала от ударов, воздух звенел от силы.
  
  - Они не боятся друг друга покалечить? - спросила Мэйлин, наблюдая, как один маг швырнул в другого огненный шар размером с голову.
  
  - Целители всегда наготове. - Линь Хао указал на группу людей в белых одеждах у края арены. - И мы умеем контролировать силу. Обычно.
  
  - Обычно?
  
  - Несчастные случаи бывают. - Он пожал плечами. - Но редко.
  
  Цзин Юй смотрел на сражающихся и думал о Си Ене. Он тоже когда-то тренировался здесь - молодой, яростный, неукротимый. Интересно, сколько раз его отправляли к целителям?
  
  - Глава был лучшим, - сказал Линь Хао, словно прочитав его мысли. - Говорят, в шестнадцать лет он победил трёх старших учеников одновременно. Без единой царапины.
  
  - Я знаю, - тихо ответил Цзин Юй. - Я с ним дрался.
  
  Линь Хао уставился на него.
  
  - Вы... дрались с главой?
  
  - Давно. Когда мы были молоды.
  
  - И кто победил?
  
  Цзин Юй вспомнил ту ночь - боль, темноту, испуганное лицо Си Еня, пирожки с капустой.
  
  - Он, - сказал Цзин Юй. - Но это было нечестно.
  
  - Глава никогда не дерётся честно, - хмыкнул Линь Хао. - Он говорит: "Честный бой - это бой, который ты выиграл".
  
  - Похоже на него.
  
  Они наблюдали за тренировками ещё некоторое время. Мэйлин пыталась понять технику огненных заклинаний - она была совсем другой, чем золотая магия. Более агрессивной, более прямолинейной.
  
  - Можно мне попробовать? - вдруг спросила она.
  
  Линь Хао чуть не подавился воздухом.
  
  - Вы... хотите тренироваться?
  
  - Только защитные техники. - Мэйлин улыбнулась. - Цзин Юй учил меня ставить барьеры. Хочу посмотреть, как они работают против огня.
  
  Линь Хао посмотрел на неё - на маленькую целительницу с золотыми искрами в глазах - и медленно улыбнулся.
  
  - Почему бы и нет?
  
  * * *
  
  Следующий час Мэйлин провела на арене.
  
  Линь Хао лично взялся проверить её защиту - мягко, осторожно, без настоящей силы. Он бросал в неё маленькие огненные шары, а она ставила золотые барьеры.
  
  Сначала получалось плохо - огонь прожигал её щиты, как бумагу. Но постепенно она приспособилась, научилась вплетать свою силу плотнее, делать барьеры многослойными.
  
  - Неплохо! - крикнул Линь Хао после очередной попытки. - Вы быстро учитесь!
  
  - У меня хорошие учителя! - крикнула она в ответ.
  
  Цзин Юй наблюдал за ними с края арены. Он видел, как Мэйлин расцветает - не только её сила, но и она сама. Ещё год назад она была испуганной деревенской девушкой. Теперь...
  
  Теперь она была воином.
  
  - Ваша подруга талантлива, - сказал один из целителей, подойдя к нему. - Золотая сила обычно плохо сочетается с боевыми техниками. Но она нашла свой путь.
  
  - Она особенная, - ответил Цзин Юй.
  
  - Видно. - Целитель помолчал. - Вы - друг главы?
  
  - Да.
  
  - Тогда, может быть, вы скажете ему... - целитель оглянулся, словно боялся, что его услышат, - скажите ему, что не все в башне поддерживают мятежников. Многие из нас верны ему. Многие... волнуются.
  
  - Я скажу.
  
  - Спасибо.
  
  Целитель поклонился и ушёл, оставив Цзин Юя с тяжёлыми мыслями.
  
  Башня была разделена. Не только политически - но и эмоционально. Люди боялись, не знали, кому верить, чего ждать. Они нуждались в лидере.
  
  Они нуждались в Си Ене.
  
  "Где ты?" - подумал Цзин Юй. - "Что ты делаешь?"
  
  * * *
  
  День клонился к вечеру, когда они вернулись в гостевые покои.
  
  Мэйлин была уставшей, но довольной - тренировка измотала её, но и наполнила энергией. Она сразу отправилась в купальню, а Цзин Юй остался в гостиной, глядя на сад за окном.
  
  Стражи пламени стояли у дверей - молчаливые, невидимые. Они не отходили от них весь день, но ни разу не заговорили, не вмешались. Просто следили.
  
  - Вы волнуетесь о нём, - сказал один из стражей.
  
  Цзин Юй повернулся - страж материализовался из воздуха, высокий мужчина в чёрных доспехах.
  
  - Да, - признал Цзин Юй. - Волнуюсь.
  
  - Глава силён.
  
  - Я знаю. Но сила не решает всех проблем.
  
  Страж помолчал.
  
  - Вы изменили его, - сказал он наконец. - Год назад он был... другим. Холоднее. Злее. Теперь... - страж покачал головой. - Теперь он смеётся. Мы слышим, как он смеётся.
  
  - Это плохо?
  
  - Это странно. - Страж почти улыбнулся. - Но не плохо. Нет. Не плохо.
  
  Он снова стал невидимым, но Цзин Юй чувствовал его присутствие.
  
  * * *
  
  Си Ень появился, когда солнце уже село.
  
  Он вошёл без стука - просто распахнул дверь и встал на пороге. Лицо его было мрачным, усталым, под глазами залегли тени.
  
  - Ну, - сказал он без приветствия. - Как вам моя башня?
  
  - Впечатляет, - ответил Цзин Юй.
  
  - Линь Хао хорошо о вас заботился?
  
  - Прекрасно. Он показал нам кузницы, храм, тренировочные залы...
  
  - А источник?
  
  Цзин Юй замялся.
  
  - Нет. Он сказал, что вход разрешён только посвящённым.
  
  - Правильно сказал. - Си Ень шагнул в комнату. - Но вы - со мной. А значит, вам можно.
  
  - Можно?
  
  - Я - глава. - В голосе Си Еня прозвучала горечь. - Это мой источник. Моя башня.
  
  Мэйлин вышла из купальни - в мягком халате, с мокрыми волосами.
  
  - Си Ень! - она просияла. - Ты пришёл!
  
  - Пришёл. - Он посмотрел на неё. - Слышал, ты тренировалась с Линь Хао.
  
  - Откуда...
  
  - Я глава. Я знаю всё, что происходит в моей башне. - Он криво улыбнулся. - Ну, почти всё.
  
  - Как совет? - спросил Цзин Юй.
  
  Улыбка Си Еня погасла.
  
  - Плохо. - Он прошёл к окну и уставился на сад. - Старейшины грызутся между собой, как собаки. Лю Цзянь требует немедленной карательной экспедиции. Чжан Вэй хочет послать переговорщиков. Хуан Бо молчит и смотрит - я до сих пор не понимаю, на чьей он стороне.
  
  - А ты?
  
  - А я... - Си Ень замолчал. Потом повернулся к ним. - Пойдёмте. Покажу вам источник.
  
  - Сейчас?
  
  - Сейчас. - Он направился к двери. - Мне нужно подумать. А думать я лучше всего у огня.
  
  * * *
  
  Они спускались вниз - глубоко, глубже, чем Цзин Юй мог представить.
  
  Лестница вела в недра горы, на которой стояла башня. С каждым шагом становилось жарче - не обжигающе, но ощутимо. Воздух дрожал, словно над раскалённой сковородой.
  
  - Здесь всегда так жарко? - спросила Мэйлин.
  
  - Всегда. - Си Ень шёл впереди, и его силуэт был окружён мягким алым свечением. - Источник никогда не спит.
  
  Лестница закончилась - и они вышли в зал.
  
  Нет. Не в зал. В пещеру.
  
  Огромную, древнюю, вырубленную в самом сердце горы. Потолок терялся в темноте, стены уходили в бесконечность. Но всё это было неважно.
  
  Важен был только огонь.
  
  В центре пещеры из земли поднимался столб пламени.
  
  Не обычного пламени - живого, разумного, древнего. Он был шириной в десять шагов и высотой... Цзин Юй не мог определить высоту. Огонь уходил вверх, в темноту, и казалось, что он достигает самого неба.
  
  Цвет его постоянно менялся - алый, оранжевый, золотой, белый, снова алый. Языки пламени танцевали, переплетались, расходились. Это было похоже на дыхание огромного существа.
  
  - Небеса, - прошептала Мэйлин.
  
  - Огненный источник, - сказал Си Ень. - Сердце Чёрной башни. Сердце всех заклинателей огня.
  
  Он шагнул вперёд - к самому краю пламени - и протянул руку. Огонь коснулся его пальцев, обвился вокруг них, как ласковый зверь.
  
  - Здравствуй, - прошептал Си Ень. - Я вернулся.
  
  Пламя вспыхнуло ярче - словно отвечая на приветствие.
  
  Цзин Юй смотрел на это и вспоминал свой собственный источник - лунное озеро в глубине горы, серебряный свет, холодное прикосновение. Так похоже - и так по-разному.
  
  - Он тебя узнаёт, - сказал он.
  
  - Конечно. - Си Ень не отрывал взгляда от пламени. - Он знает меня с рождения. Он... - голос его дрогнул, - он единственный, кто никогда меня не предавал.
  
  Мэйлин подошла ближе - осторожно, с опаской. Жар был почти невыносимым, но она не отступала.
  
  - Можно? - спросила она.
  
  - Можно. - Си Ень кивнул. - Он не тронет друзей.
  
  Она протянула руку - и пламя коснулось её пальцев. Не обжигающе - тепло, почти ласково.
  
  - Ох, - выдохнула она. - Это... невероятно.
  
  - Это дом. - Си Ень отвернулся от огня и посмотрел на них. - Мой дом. Моя ответственность.
  
  Он помолчал.
  
  - Я должен отправиться в Сюньлай, - сказал он наконец. - Лично. Посмотреть на этого "Истинного пламя". Понять, что происходит.
  
  - Один? - спросил Цзин Юй.
  
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Возьму отряд. Но не для войны. Для... демонстрации.
  
  - Демонстрации?
  
  - Силы. - Огонь в глазах Си Еня вспыхнул ярче. - Иногда достаточно показать силу, чтобы не пришлось её применять.
  
  - А если не достаточно?
  
  - Тогда... - Си Ень сжал кулаки, и пламя вокруг него загудело, - тогда я сделаю то, что должен. Я - глава Чёрной башни. Я защищаю своих людей. Всех своих людей - даже тех, кто заблуждается.
  
  Мэйлин посмотрела на него - на этого человека, который нёс на плечах такую тяжесть.
  
  - Мы пойдём с тобой, - сказала она.
  
  - Нет.
  
  - Си Ень...
  
  - Нет. - Голос его был твёрдым. - Это дела башни. Мои дела. Я не хочу втягивать вас.
  
  - Ты нас уже втянул, - сказал Цзин Юй. - Когда мы стали друзьями.
  
  - Это другое.
  
  - Нет. То же самое. - Цзин Юй подошёл к нему. - Мы - семья, помнишь? Твои проблемы - наши проблемы.
  
  Си Ень смотрел на него - долго, пристально.
  
  - Ты упрямый, - наконец сказал он.
  
  - Я учился у лучших.
  
  Си Ень фыркнул - почти рассмеялся.
  
  - Ладно. - Он поднял руки в знак поражения. - Ладно. Вы поедете со мной. Но на моих условиях.
  
  - Каких?
  
  - Вы - наблюдатели. Не вмешиваетесь, пока я не попрошу. Понятно?
  
  - Понятно.
  
  - И если станет опасно - вы уходите. Без споров.
  
  - Это...
  
  - Без споров, - повторил Си Ень. - Обещай.
  
  Цзин Юй и Мэйлин переглянулись.
  
  - Обещаем, - сказали они хором.
  
  - Хорошо. - Си Ень повернулся к огню. - А теперь - идёмте спать. Завтра долгий день.
  
  * * *
  
  Они вернулись в гостевые покои поздно ночью.
  
  Башня затихла - коридоры опустели, факелы пригасли, только стражи всё так же стояли у дверей, невидимые и бдительные.
  
  - Я останусь здесь, - сказал Си Ень, когда они вошли в гостиную. - Не хочу возвращаться в свои покои.
  
  - Здесь? - удивилась Мэйлин. - Но твои комнаты наверняка лучше...
  
  - Мои комнаты пусты. - Он плюхнулся на диван. - И холодны. А здесь... - он посмотрел на них, - здесь есть вы.
  
  Мэйлин и Цзин Юй переглянулись - и улыбнулись.
  
  - Тогда я заварю чай, - сказала Мэйлин.
  
  - А я разожгу камин, - добавил Цзин Юй.
  
  - Камин? - Си Ень приподнял бровь. - Ты - заклинатель луны.
  
  - И что? - Цзин Юй подошёл к камину и щёлкнул пальцами. - Я научился кое-чему от тебя.
  
  Искра - слабая, серебристая - упала на дрова. Они не загорелись.
  
  Си Ень рассмеялся - впервые за весь день, искренне и тепло.
  
  - Дай сюда. - Он щёлкнул пальцами, и пламя вспыхнуло мгновенно. - Огонь - это моё.
  
  - Показушник.
  
  - Профессионал.
  
  Они устроились у камина - все трое, как в те ночи, когда путешествовали вместе. Мэйлин принесла чай, Си Ень развалился на диване, Цзин Юй сел в кресло.
  
  - Расскажи нам, - попросила Мэйлин. - Об этом самозванце. Что ты знаешь?
  
  Си Ень помолчал, собираясь с мыслями.
  
  - Мало, - признал он. - Он появился около полугода назад. Никто не знает, откуда. Молодой - лет двадцать пять - тридцать. Сильный. Очень сильный.
  
  - Насколько?
  
  - Достаточно, чтобы бросить вызов старейшинам. - Си Ень нахмурился. - Он говорит красивые слова. О "чистоте огня", о "возрождении истинной силы". Молодые маги слушают его. Они... - он поискал слова, - они недовольны. Считают, что башня погрязла в политике и интригах. Что мы забыли, что значит быть заклинателями огня.
  
  - А вы забыли? - тихо спросил Цзин Юй.
  
  - Может быть. - Си Ень смотрел в огонь. - Я был главой десять лет. Из них восемь - пил вино из черепа и наводил страх на врагов. Не лучший пример для молодёжи.
  
  - Ты изменился.
  
  - Да. Но они не знают этого. Они знают только демона Чёрной башни, который сжёг Белый город.
  
  Повисло молчание.
  
  - Что ты будешь делать? - спросила Мэйлин.
  
  - Поеду в Сюньлай. Посмотрю на этого "Истинного". Попытаюсь понять, чего он хочет на самом деле. - Си Ень допил чай. - А потом... потом решу.
  
  - А если он не захочет разговаривать?
  
  - Тогда я покажу ему, почему меня называют демоном.
  
  Он сказал это спокойно, почти буднично. Но Цзин Юй видел огонь в его глазах - не ярость, не гнев. Что-то более глубокое. Более опасное.
  
  Решимость.
  
  - Ладно, - Мэйлин встала и потянулась. - Я спать. Завтра, похоже, будет долгий день.
  
  - Иди. - Си Ень кивнул. - Я посижу ещё немного.
  
  - Только не всю ночь.
  
  - Не всю.
  
  Мэйлин ушла в свою комнату. Цзин Юй остался.
  
  Они сидели в тишине - два друга у огня, как сидели много раз до этого.
  
  - Ты волнуешься, - сказал наконец Цзин Юй.
  
  - Да, - признал Си Ень. - Впервые за долгое время.
  
  - Почему?
  
  - Потому что раньше мне было всё равно. - Он посмотрел на Цзин Юя. - Башня, люди, политика - всё это было... игрой. Способом заглушить боль. А теперь...
  
  - Теперь тебе не всё равно.
  
  - Да. И это пугает. - Си Ень криво улыбнулся. - Легче быть демоном. Демоны не волнуются. Не сомневаются. Не боятся ошибиться.
  
  - Но ты - не демон.
  
  - Нет. Уже нет. - Он посмотрел в огонь. - Благодаря тебе. И Мэйлин.
  
  Цзин Юй не знал, что сказать. Поэтому просто положил руку ему на плечо - молча, но ощутимо.
  
  - Мы справимся, - сказал он наконец. - Вместе.
  
  - Вместе, - повторил Си Ень.
  
  И впервые за этот долгий день в его голосе прозвучала надежда.
  
  * * *
  
  Поздно ночью они наконец разошлись по комнатам.
  
  Си Ень устроился на диване в гостиной - отказался занимать свободную кровать, сказал, что ему удобнее у огня. Цзин Юй ушёл в свою спальню, но долго не мог уснуть.
  
  Он лежал в темноте, глядя в потолок, и думал.
  
  О Чёрной башне - этом странном, пугающем, прекрасном месте. О людях, которые здесь жили - не монстрах, а просто людях со своими страхами и надеждами. О Си Ене - который нёс на плечах такую тяжесть и всё равно находил силы улыбаться.
  
  О том, что ждало их впереди.
  
  "Мы справимся", - подумал он. - "Мы всегда справляемся".
  
  И с этой мыслью он наконец уснул.
  
  А за окном, над Чёрной башней, горели звёзды - холодные и далёкие, как луна над огнём.
  
  Глава 29. Демон возвращается
  
  Они прибыли в Сюньлай на третий день.
  
  Город лежал в долине между двух гор - богатый, процветающий, окружённый крепостными стенами из красного камня. Над воротами развевались знамёна - но не чёрно-алые, цвета Чёрной башни. Новые. Белые с золотым пламенем.
  
  - Наглецы, - процедил один из командиров отряда. - Уже и флаги сменили.
  
  Си Ень молчал. Он ехал впереди - на чёрном коне, в чёрных доспехах, с мечом Фэнхуан на поясе. За ним следовали пятьдесят отборных воинов Чёрной башни и пятеро стражей пламени.
  
  И Цзин Юй с Мэйлин - в самом конце процессии, как и договаривались.
  
  - Ворота закрыты, - заметила Мэйлин.
  
  - Вижу, - ответил Цзин Юй.
  
  Они остановились в ста шагах от стен. На башнях появились лучники - десятки, сотни. Наконечники стрел блестели на солнце.
  
  - Стой! - крикнул кто-то сверху. - Кто вы и что вам нужно?
  
  Си Ень не ответил. Вместо этого он спешился - медленно, величественно - и пошёл к воротам. Один.
  
  - Глава! - крикнул командир. - Это опасно!
  
  Си Ень не обернулся.
  
  Он шёл - и с каждым шагом воздух вокруг него становился горячее. Камни под ногами начинали дымиться. Трава по краям дороги вспыхивала и сгорала.
  
  Лучники на стенах попятились.
  
  - С-стой! - голос стражника дрогнул. - Или мы будем стрелять!
  
  Си Ень остановился в десяти шагах от ворот.
  
  - Стреляйте, - сказал он негромко, но его голос разнёсся по всей долине. - Посмотрим, что будет.
  
  Тишина.
  
  Никто не выстрелил.
  
  - Я - Си Ень, - продолжил он. - Глава Чёрной башни. Демон, сжёгший Белый город. Чудовище, которое пьёт вино из черепов врагов.
  
  Он поднял руку - и огонь вспыхнул вокруг него, окутывая его фигуру алым сиянием.
  
  - Откройте ворота. Или я открою их сам. И тогда... - он помолчал, - тогда я буду недоволен.
  
  Долгая, мучительная пауза.
  
  А потом ворота начали открываться.
  
  * * *
  
  Они вошли в город - все пятьдесят воинов, стражи пламени, Цзин Юй и Мэйлин.
  
  Улицы были пусты. Жители попрятались по домам, ставни закрыты, двери заперты. Только стражники в белых доспехах стояли вдоль дороги - напряжённые, испуганные.
  
  - Где ваш глава? - спросил Си Ень.
  
  - В... в ратуше, господин, - ответил один из стражников.
  
  - Веди.
  
  Они прошли через весь город - как завоеватели, как армия. Цзин Юй видел лица людей в окнах - страх, ненависть, надежду. Всё вперемешку.
  
  "Он играет роль", - понял Цзин Юй. - "Роль демона, которого все боятся".
  
  И он играл её мастерски.
  
  * * *
  
  Ратуша Сюньлая была красивым зданием - трёхэтажным, с изогнутыми крышами и резными колоннами. На ступенях их ждали.
  
  Глава города Вэнь Цзюнь - толстый мужчина лет пятидесяти, с бегающими глазами и потными руками. Рядом с ним стояли советники и стражники.
  
  И ещё один человек.
  
  Молодой - лет двадцати пяти, как и говорили. Высокий, красивый, с огненными прядями в чёрных волосах. Глаза его горели - не страхом, а вызовом.
  
  "Истинное пламя", - понял Цзин Юй.
  
  - Глава Си Ень, - Вэнь Цзюнь поклонился - неглубоко, почти оскорбительно. - Какая... неожиданность.
  
  - Неожиданность? - Си Ень приподнял бровь. - Вы отзываете клятву верности башне, присягаете самозванцу, меняете флаги - и удивляетесь, что я пришёл?
  
  - Мы не... - Вэнь Цзюнь замялся. - То есть...
  
  - Позвольте мне, - молодой человек шагнул вперёд. - Я - Лин Фэн. Тот, кого вы называете "Истинным пламенем".
  
  - Я знаю, кто ты. - Си Ень смотрел на него без выражения. - Чего я не знаю - зачем ты это делаешь.
  
  - Зачем? - Лин Фэн рассмеялся. - Чтобы очистить башню от таких, как вы. От демонов и убийц. От тех, кто превратил священный огонь в инструмент террора.
  
  - Священный огонь, - повторил Си Ень. - Красивые слова.
  
  - Правдивые слова. - Лин Фэн шагнул ближе. - Вы - позор Чёрной башни, Си Ень. Вы сожгли Белый город, убили тысячи людей, пили вино из черепа. Вы - чудовище.
  
  - Да.
  
  Лин Фэн замер.
  
  - Что?
  
  - Да, - повторил Си Ень. - Я - чудовище. Демон. Убийца. Всё это правда.
  
  Он шагнул к Лин Фэну - медленно, неотвратимо.
  
  - Но знаешь, что ещё правда? - голос его стал тихим, почти ласковым. - Я - глава Чёрной башни. Источник признал меня. Старейшины признали меня. Империя признала меня.
  
  Ещё шаг.
  
  - А ты - кто?
  
  Лин Фэн отступил на полшага - непроизвольно, инстинктивно.
  
  - Я - голос истины...
  
  - Ты - никто. - Си Ень остановился в шаге от него. - Мальчишка, который возомнил себя спасителем. Я видел таких. Много.
  
  - Вы не посмеете...
  
  - Не посмею - что? - Си Ень наклонился к нему. - Убить тебя? Сжечь? Превратить в пепел прямо здесь, на этих ступенях?
  
  Воздух вокруг них задрожал от жара.
  
  - Я - демон, помнишь? Демоны не знают пощады.
  
  Лин Фэн побледнел. Но не отступил.
  
  - Вы не посмеете, - повторил он, но голос его дрогнул. - Люди видят. Если вы убьёте меня - вы докажете, что я был прав.
  
  - Люди видят, - согласился Си Ень. - И что они видят? Самозванца, который дрожит перед настоящей силой.
  
  Он отвернулся от Лин Фэна - демонстративно, оскорбительно - и посмотрел на Вэнь Цзюня.
  
  - Теперь - к делу.
  
  * * *
  
  - К какому делу? - пролепетал Вэнь Цзюнь.
  
  - К делу о предательстве. - Си Ень прошёл мимо него и сел на ступени ратуши - просто сел, как будто это был его трон. - Вы отозвали клятву верности башне. Это измена.
  
  - Мы... мы имели право...
  
  - Право? - Си Ень рассмеялся. - Какое право?
  
  - Древние законы... - начал Вэнь Цзюнь.
  
  - Древние законы говорят, что клятва верности нерушима. - Си Ень достал из-за пазухи свиток. - Но вы правы - есть исключение. Клятву можно отозвать, если глава башни нарушил священный договор.
  
  Он развернул свиток.
  
  - Давайте посмотрим. - Он начал читать. - "Глава башни обязуется защищать города Альянса от внешних врагов". Я защищал. "Глава башни обязуется не вмешиваться во внутренние дела городов". Я не вмешивался. "Глава башни обязуется справедливо распределять доходы от торговли".
  
  Он поднял глаза.
  
  - Вот это интересно.
  
  Вэнь Цзюнь побледнел.
  
  - Я... не понимаю...
  
  - Не понимаете? - Си Ень достал ещё один свиток. - Это - отчёт о доходах Сюньлая за последние пять лет. А это, - ещё один свиток, - реальные доходы, которые мои люди собрали из... других источников.
  
  Он бросил свитки к ногам Вэнь Цзюня.
  
  - Разница - триста тысяч золотых. Куда они делись, господин глава города?
  
  Тишина.
  
  - Я... это ошибка... - Вэнь Цзюнь начал потеть ещё сильнее. - Писцы напутали...
  
  - Писцы. - Си Ень кивнул. - Конечно. А вот это, - он достал третий свиток, - письмо от вашей любовницы в столице. Очень... подробное письмо. О доме, который вы ей купили. О драгоценностях. О планах сбежать вместе, когда "глупый демон" будет свергнут.
  
  Вэнь Цзюнь упал на колени.
  
  - Пощадите... - прохрипел он. - Я всё объясню...
  
  - Объясните? - Си Ень встал. - Что объясните? Что вы воровали у собственного города? Что вы присягнули этому мальчишке не из идеалов, а потому что он обещал закрыть глаза на вашу коррупцию?
  
  Он повернулся к Лин Фэну.
  
  - Ты знал?
  
  Лин Фэн молчал. Лицо его окаменело.
  
  - Конечно, знал, - продолжил Си Ень. - Ты использовал его. Как использовал других - недовольных, обиженных, жадных. Красивые слова о "чистоте огня", а за ними - обычная грязь.
  
  Он обвёл взглядом толпу - советников, стражников, горожан, которые начали выходить из домов.
  
  - Вот ваш "Истинный пламень", - сказал он громко. - Вот ваш спаситель. Он обещал очистить башню от коррупции - и первым делом взял в союзники вора.
  
  Ропот прокатился по толпе.
  
  - Это ложь! - крикнул Лин Фэн. - Он подделал доказательства!
  
  - Подделал? - Си Ень приподнял бровь. - Тогда пусть господин Вэнь Цзюнь объяснит, откуда у него дом в столице. И драгоценности. И любовница, которая носит платья дороже, чем годовой доход честного торговца.
  
  Вэнь Цзюнь всхлипнул.
  
  - Я... я признаю... - он упал лицом в землю. - Пощадите, глава! Я признаю всё!
  
  - Ты, - Си Ень повернулся к нему, - будешь судим по законам башни. За воровство и измену.
  
  - А я? - голос Лин Фэна был хриплым. - Вы убьёте меня?
  
  Си Ень посмотрел на него - долго, оценивающе.
  
  - Нет.
  
  - Что?
  
  - Я не убью тебя. - Си Ень подошёл к нему. - Ты - идеалист. Глупый, наивный идеалист, который верит в свои красивые слова. Таких не убивают. Таких... используют.
  
  - Я не буду служить вам!
  
  - Не будешь. - Си Ень кивнул. - Но ты будешь жить. И думать. И, может быть, однажды поймёшь, что мир сложнее, чем тебе кажется.
  
  Он отвернулся от Лин Фэна и обратился к толпе.
  
  - Слушайте все! - голос его разнёсся по площади. - Сюньлай остаётся в Альянсе Чёрной башни. Клятва восстановлена. Вэнь Цзюнь отстранён от власти и будет судим. Новый глава города будет назначен советом.
  
  Он помолчал.
  
  - Те, кто присягнул "Истинному пламени" - вы совершили ошибку. Я понимаю. Я сам совершал ошибки. - Он посмотрел в сторону Цзин Юя. - Но ошибки можно исправить. Вернитесь к башне - и будете прощены. Продолжите мятеж - и познакомитесь с демоном, которого так боитесь.
  
  Тишина.
  
  А потом один из стражников в белых доспехах снял шлем и преклонил колено.
  
  - Да здравствует глава!
  
  За ним - другой. И ещё один. И ещё.
  
  Через минуту вся площадь стояла на коленях.
  
  Все, кроме Лин Фэна, который смотрел на Си Еня с ненавистью - и чем-то похожим на уважение.
  
  * * *
  
  Вечером, когда дела были улажены, они собрались в покоях, выделенных для главы.
  
  Си Ень сидел у окна, глядя на город. Факелы горели на улицах, люди выходили из домов - жизнь возвращалась в нормальное русло.
  
  - Ты знал, - сказал Цзин Юй. - Знал про Вэнь Цзюня с самого начала.
  
  - Конечно. - Си Ень не повернулся. - Я - глава башни. У меня есть шпионы везде.
  
  - Почему не сказал на совете?
  
  - Потому что на совете были те, кто сочувствует мятежникам. - Си Ень наконец повернулся к ним. - Хуан Бо, например. Если бы я показал карты раньше времени - они бы предупредили Вэнь Цзюня. Он бы уничтожил доказательства или сбежал.
  
  - А Лин Фэн? - спросила Мэйлин. - Почему ты его отпустил?
  
  - Потому что он - не враг. - Си Ень вздохнул. - Он - дурак. Опасный дурак, но не злой. Он действительно верит в свои идеалы.
  
  - И что теперь?
  
  - Теперь он вернётся к себе - думать. - Си Ень криво улыбнулся. - Я дал ему много поводов для размышлений.
  
  - Ты показал ему, что он был использован.
  
  - Да. И что его "великое дело" было построено на воровстве и лжи. - Си Ень посмотрел в окно. - Может быть, это его сломает. А может быть - сделает сильнее. Посмотрим.
  
  - А если он снова поднимет мятеж?
  
  - Тогда я его убью. - Голос Си Еня был спокойным. - Но не раньше, чем он даст мне повод.
  
  Мэйлин посмотрела на него - на этого человека, который только что предотвратил гражданскую войну с помощью угроз, шантажа и собственной ужасной репутации.
  
  - Ты... - она покачала головой. - Ты страшный человек, Си Ень.
  
  - Я знаю. - Он улыбнулся - устало, но искренне. - Но я - ваш страшный человек.
  
  Цзин Юй рассмеялся.
  
  - Это точно.
  
  * * *
  
  Поздно ночью, когда Мэйлин уже спала, Цзин Юй и Си Ень сидели на балконе, глядя на звёзды.
  
  - Ты изменился, - сказал Цзин Юй.
  
  - Да?
  
  - Год назад ты бы просто сжёг этот город.
  
  - Год назад мне было всё равно. - Си Ень смотрел на огни внизу. - Теперь... теперь я понимаю, что за каждым огоньком - человек. Семья. Жизнь.
  
  - Это хорошо.
  
  - Это тяжело. - Си Ень вздохнул. - Легче быть демоном. Демоны не думают о последствиях.
  
  - Но ты - не демон.
  
  - Нет. - Он посмотрел на Цзин Юя. - Благодаря тебе.
  
  - И Мэйлин.
  
  - И Мэйлин. - Си Ень улыбнулся. - Вы оба... вы сделали меня лучше. Или хуже - смотря с какой стороны посмотреть.
  
  - Лучше, - уверенно сказал Цзин Юй. - Определённо лучше.
  
  Они сидели в тишине, глядя на звёзды.
  
  - Что дальше? - спросил наконец Цзин Юй.
  
  - Домой. - Си Ень встал. - В башню. Разобраться с остальными проблемами. А потом... - он помолчал. - Потом, может быть, продолжим путешествие. Если вы ещё захотите.
  
  - Захотим, - сказал Цзин Юй. - Обязательно захотим.
  
  Си Ень улыбнулся - и в этой улыбке не было ничего от демона.
  
  Только человек, который нашёл свой путь.
  
  Глава 30. Снова в пути
  
  Прошло три недели.
  
  Три недели, за которые жизнь Чёрной башни вернулась в привычное русло. Мятеж в Сюньлае был подавлен, виновные наказаны, сочувствующие - помилованы. Старейшины, ещё недавно грызшиеся между собой, притихли под тяжёлым взглядом вернувшегося главы.
  
  И однажды утром Си Ень вошёл в гостевые покои и сказал:
  
  - Пора.
  
  Цзин Юй оторвался от книги - он нашёл в библиотеке башни древний трактат о лунной магии и не мог оторваться.
  
  - Пора?
  
  - Продолжить путешествие. - Си Ень плюхнулся на диван. - Если вы ещё хотите, конечно.
  
  Мэйлин выглянула из своей комнаты.
  
  - Ты уверен? А башня?
  
  - Башня справится. - Он махнул рукой. - Хуан Лей снова будет управлять делами. Он хорош в этом - лучше меня.
  
  - Но ты - глава...
  
  - Я - глава, который не умеет сидеть на месте. - Си Ень криво улыбнулся. - Башня это переживёт.
  
  Цзин Юй отложил книгу и посмотрел на друга.
  
  - Ты счастлив здесь?
  
  Вопрос повис в воздухе - простой и сложный одновременно.
  
  - Счастлив? - Си Ень задумался. - Нет. Не думаю. Это мой дом, моя ответственность. Но счастье... - он покачал головой. - Счастье я нашёл в другом месте.
  
  Он посмотрел на них - на Цзин Юя с его серебряными волосами, на Мэйлин с её тёплой улыбкой.
  
  - С вами.
  
  Мэйлин отвернулась, пряча румянец.
  
  - Тогда собираемся, - сказала она. - Куда на этот раз?
  
  - На юг, - предложил Цзин Юй. - Я слышал, там есть древние руины времён Первой империи.
  
  - Руины, - фыркнул Си Ень. - Ты и твои руины.
  
  - А ты предлагаешь?
  
  - Море. Тёплое море, белый песок, никаких демонов и сумасшедших богинь.
  
  - Это на юге.
  
  - Значит, решено.
  
  * * *
  
  Они покинули Чёрную башню на рассвете.
  
  Провожать их вышла целая толпа - Линь Хао с другими учениками, Хуан Лей с озабоченным лицом, стражи пламени, слуги. Даже несколько старейшин соизволили появиться.
  
  - Берегите себя, глава, - сказал Хуан Лей. - И... - он покосился на Цзин Юя и Мэйлин, - берегите их.
  
  - Скорее они берегут меня, - усмехнулся Си Ень.
  
  Он обернулся к башне - к этой чёрной громаде, вздымающейся к небу - и на мгновение его лицо стало серьёзным.
  
  - Я вернусь, - сказал он негромко. - Я всегда возвращаюсь.
  
  И они ушли.
  
  * * *
  
  К вечеру третьего дня пути они углубились в лес.
  
  Дорога петляла между древними деревьями, солнце едва пробивалось сквозь густую листву. Пахло хвоей, прелыми листьями и чем-то диким, лесным.
  
  - Здесь есть хорошая поляна, - сказал Цзин Юй, сверяясь с картой. - Можем остановиться на ночь.
  
  - На ночь? - Си Ень поморщился. - В лесу?
  
  - А что не так?
  
  - Всё не так. Я же предлагал долететь до соседнего города. Нормальная гостиница, горячая ванна, мягкая кровать...
  
  - До города ещё полдня пути, - возразила Мэйлин. - А здесь чудесно.
  
  - Чудесно? - Си Ень оглянулся на тёмные деревья. - Здесь сыро, холодно и наверняка водятся какие-нибудь твари.
  
  - Ты - заклинатель огня. Сделай, чтобы было не сыро и не холодно.
  
  Си Ень открыл рот, чтобы возразить - и закрыл. Крыть было нечем.
  
  * * *
  
  Поляна оказалась и правда хорошей - небольшая, укрытая от ветра, с ручьём неподалёку.
  
  Они разбили лагерь с привычной слаженностью - Цзин Юй собрал дрова, Си Ень разжёг костёр, Мэйлин достала припасы и начала готовить ужин.
  
  Когда стемнело, вокруг поляны завыли волки.
  
  - Вот, - Си Ень указал в темноту. - Вот это я и имел в виду. Волки. В лесу. Вокруг нас.
  
  - Они не подойдут к огню, - спокойно сказал Цзин Юй.
  
  - А если подойдут?
  
  - Тогда ты их сожжёшь.
  
  - Это... - Си Ень замолчал. - Ладно. Это справедливо.
  
  Он устроился у костра, ворча себе под нос. Пламя отбрасывало тени на его лицо, огненные пряди в волосах мерцали в такт с огнём.
  
  - Почему мы снова ночуем в каком-то лесу? - пробормотал он. - Вокруг воют какие-то волки. Я же предлагал долететь до соседнего города и остановиться со всеми удобствами.
  
  - Зато здесь чудесно пахнет лесом, - сказала Мэйлин, помешивая варево в котелке. - Ты устроил потрясающий костёр. И сейчас приготовится потрясающий ужин.
  
  - И что в нём потрясающего?
  
  Мэйлин медленно повернулась к нему.
  
  - Тебе не по вкусу моя готовка?
  
  В её руке была ложка. Большая деревянная ложка, которой она угрожающе замахнулась.
  
  Си Ень поднял руки.
  
  - Я ничего не говорил.
  
  - Вот и хорошо.
  
  Цзин Юй наблюдал за ними с улыбкой, делая пометки на карте в свете костра.
  
  - Всё, мир, - сказал он, когда Мэйлин снова повернулась к котелку. - Завтра мы должны добраться до интересного города. Там, Си Ень, мы позволим тебе бросаться деньгами и строить из себя наследного принца.
  
  - Это ты сейчас так говоришь, - пробурчал Си Ень. - А потом начнётся - "не привлекай к себе внимания", "веди себя скромнее", "перестань пугать торговцев". Никакого удовольствия.
  
  - Ты пугаешь торговцев своим видом, а не деньгами.
  
  - Мой вид прекрасен.
  
  - Твой вид кричит "я могу сжечь тебя одним взглядом".
  
  - И что в этом плохого?
  
  Цзин Юй рассмеялся и вернулся к карте.
  
  Мэйлин разлила похлёбку по мискам - густую, ароматную, с мясом и травами. Она путешествовала с ними достаточно долго, чтобы научиться готовить из того, что есть под рукой.
  
  - Ешьте и молчите, - сказала она, раздавая миски.
  
  Они ели в тишине - только потрескивал костёр да выли где-то далеко волки. Похлёбка была вкусной - Си Ень, конечно, не признал бы этого вслух, но съел две порции.
  
  * * *
  
  После ужина Мэйлин отложила миску и посмотрела на Цзин Юя.
  
  - Потренируемся? - спросила она.
  
  - Что?
  
  - Потренируемся. - Она встала. - Устроим волшебный поединок. Ты же учил меня боевым заклинаниям - хочу проверить, чему научилась.
  
  Цзин Юй нахмурился.
  
  - Мэйлин, ты выучила только несколько базовых техник. Какой поединок?
  
  - Учебный. Лёгкий. - Она сложила руки на груди. - Или ты боишься проиграть?
  
  - Я не боюсь проиграть. Я боюсь тебя ранить.
  
  - Ты не ранишь. Ты же умеешь контролировать силу.
  
  - Это не...
  
  - Если он не хочет, - вмешался Си Ень, - можешь потренироваться со мной.
  
  Цзин Юй резко повернулся к нему.
  
  - Ты в своём уме, огненный?
  
  - А что?
  
  - А если ты её ранишь?!
  
  Си Ень приподнял бровь.
  
  - Ты сейчас серьёзно?
  
  - Абсолютно серьёзно! Твоя сила - огонь! Один неверный удар - и...
  
  - Ну знаешь, - Си Ень медленно поднялся, - это уже оскорбление.
  
  - Что?
  
  - Моя сила не причиняет вреда, если я не хочу этого. - В глазах Си Еня загорелся опасный огонёк. - Я контролирую огонь с рождения. С рождения, Сюаньчжи. И ты смеешь говорить, что я могу случайно ранить друга?
  
  - Я не это имел в виду...
  
  - Именно это. - Си Ень шагнул к нему. - Теперь я вызываю тебя на поединок.
  
  - Что?!
  
  - На поединок. - Си Ень ухмыльнулся. - Посмотрим, чья сила опаснее - твоя луна или мой огонь.
  
  - Си Ень, это глупо...
  
  - Боишься?
  
  Цзин Юй замер.
  
  Он знал, что Си Ень его провоцирует. Знал, что это детская выходка, недостойная взрослых людей. Знал, что нужно просто отказаться и закончить этот разговор.
  
  Но огонь в глазах Си Еня горел вызовом. И что-то внутри Цзин Юя - что-то древнее, соперническое - откликнулось на этот вызов.
  
  - Хорошо, - сказал он, откладывая карту. - Поединок.
  
  Мэйлин захлопала в ладоши.
  
  - Наконец-то!
  
  * * *
  
  Они отошли от костра - на край поляны, где было достаточно места.
  
  Мэйлин устроилась на поваленном дереве, готовая наблюдать за представлением. Волки притихли - словно почувствовали, что происходит что-то важное.
  
  Цзин Юй и Си Ень встали друг напротив друга.
  
  - Правила? - спросил Цзин Юй.
  
  - Без смертельных ударов. Без увечий. - Си Ень размял плечи. - Первый, кто коснётся земли - проиграл.
  
  - Согласен.
  
  Они замерли - два силуэта в лунном свете. Серебро против алого. Луна против огня.
  
  И Си Ень атаковал первым.
  
  Огненный шар сорвался с его ладони - яркий, ревущий, но Цзин Юй видел, что сила в нём сдержана. Это была не атака - это было приветствие.
  
  Он отбил шар лунным щитом и контратаковал - серебряная молния метнулась к Си Еню, рассекая воздух.
  
  Си Ень ушёл в сторону - легко, грациозно, как танцор. Огонь вспыхнул вокруг него, формируя защитный кокон.
  
  - Неплохо, - сказал он. - Но медленно.
  
  Он ударил снова - на этот раз серией. Три огненных копья, летящих одно за другим, каждое с разной траекторией.
  
  Цзин Юй отбил первое, уклонился от второго, третье опалило его рукав.
  
  - А ты стал быстрее, - признал он.
  
  - Я всегда был быстрым. Ты просто не замечал.
  
  Они кружили друг вокруг друга - как два хищника, выбирающих момент для атаки. Огонь и лунный свет переплетались в воздухе, создавая причудливые узоры.
  
  Цзин Юй атаковал - лунный клинок материализовался в его руке, серебряное лезвие засияло в темноте. Он бросился вперёд, нанося удар за ударом.
  
  Си Ень отступал, блокируя удары огненными щитами. Каждое столкновение высекало искры - серебряные и алые одновременно.
  
  - Ты дерёшься иначе, - заметил Си Ень между ударами. - Раньше ты полагался на технику. Теперь...
  
  - Теперь я полагаюсь на инстинкт, - закончил Цзин Юй.
  
  Он крутанулся - и его клинок прошёл в волоске от горла Си Еня. Тот отшатнулся, глаза его расширились.
  
  - Быстро!
  
  - Ты сам сказал - я был медленным.
  
  Они разошлись - и снова сошлись. Удар, блок, контрудар. Огонь ревел, лунный свет звенел. Поляна превратилась в арену - древние деревья были молчаливыми зрителями.
  
  Мэйлин смотрела на них с восторгом. Она видела, как они двигаются - не как враги, но как партнёры в танце. Каждый знал другого настолько хорошо, что мог предугадать следующее движение.
  
  И при этом они были прекрасны.
  
  Си Ень - яростный, яркий, как само пламя. Его движения были резкими, взрывными, непредсказуемыми. Огонь следовал за ним, как верный пёс, готовый выполнить любую команду.
  
  Цзин Юй - плавный, текучий, как лунный свет на воде. Его движения были мягкими, но точными, каждый удар находил цель. Серебряная сила окутывала его, делая почти призрачным.
  
  Они сражались - и одновременно играли. Это не был бой насмерть, как тогда, в юности. Это было... соревнование. Проверка. Радость от того, что можно показать свою силу без страха причинить вред.
  
  Си Ень выбросил руку - и огненный дракон взмыл в воздух. Меньше, чем тот, которого он создавал в бою с Юэ Линь, но всё равно впечатляющий. Дракон ринулся на Цзин Юя, раскрыв пасть.
  
  Цзин Юй не отступил.
  
  Он поднял руки - и лунный свет хлынул из него, формируя щит. Не просто щит - зеркало. Дракон врезался в него - и отразился.
  
  - Что?! - Си Ень едва успел уклониться от собственного дракона.
  
  - Новый трюк, - Цзин Юй улыбнулся. - Научился в библиотеке твоей башни.
  
  - Читать книги во время поединка - это жульничество!
  
  - Это подготовка.
  
  Си Ень рассмеялся и атаковал снова - на этот раз всерьёз. Огонь хлынул из него волной, заполняя половину поляны. Жар был почти невыносимым.
  
  Цзин Юй прыгнул - высоко, выше, чем мог бы обычный человек. Лунная сила несла его, делая почти невесомым. Он перелетел через волну огня и приземлился за спиной Си Еня.
  
  - Сзади! - крикнула Мэйлин.
  
  Но было поздно.
  
  Цзин Юй ударил - открытой ладонью, в которой концентрировалась лунная сила. Не сильно, не опасно, но точно.
  
  Удар пришёлся Си Еню между лопаток. Он потерял равновесие, шагнул вперёд, споткнулся - и упал на одно колено.
  
  - Стоп! - крикнул Цзин Юй.
  
  Они замерли.
  
  Си Ень стоял на одном колене, одна рука упиралась в землю. Технически - он проиграл.
  
  - Ты... - он поднял голову. - Ты победил.
  
  Цзин Юй смотрел на него - и не верил своим глазам.
  
  - Ты поддался, - сказал он.
  
  - Что?
  
  - Ты поддался! - Цзин Юй указал на него. - Ты мог уклониться! Я видел - ты начал движение, но остановился!
  
  Си Ень поднялся, отряхивая колени.
  
  - Не знаю, о чём ты.
  
  - Знаешь! Ты специально подставился под удар!
  
  - Это паранойя.
  
  - Это правда! - Цзин Юй шагнул к нему. - Признай!
  
  Си Ень смотрел на него - и вдруг расхохотался.
  
  Громко, искренне, запрокинув голову. Смех его разнёсся по поляне, распугав притихших волков.
  
  - Ты... - Цзин Юй задохнулся от возмущения. - Ты нарочно!
  
  - Я не нарочно! - Си Ень всё ещё смеялся. - Ты честно победил!
  
  - Ты мог отразить тот удар!
  
  - Не мог! - он вытер слёзы. - Ты был слишком быстр!
  
  - Я видел...
  
  - Ты видел то, что хотел видеть! - Си Ень наконец справился со смехом. - Сюаньчжи, ты параноик. Прими свою победу с достоинством.
  
  - Какое достоинство, когда ты жульничаешь?!
  
  - Я не жульничаю! Ты победил! Честно!
  
  Они стояли друг напротив друга - запыхавшиеся, разгорячённые, готовые спорить до утра.
  
  Мэйлин наблюдала за ними с улыбкой.
  
  - Мальчики, - сказала она. - Может, хватит?
  
  Они повернулись к ней.
  
  - Он поддался! - сказал Цзин Юй.
  
  - Я не поддавался! - возразил Си Ень.
  
  - Вы оба невозможны. - Мэйлин встала и подошла к костру. - Идите сюда. Чай остывает.
  
  Они переглянулись - и одновременно фыркнули.
  
  - Это не конец разговора, - предупредил Цзин Юй.
  
  - Конечно, нет, - Си Ень хлопнул его по плечу. - Но сначала - чай.
  
  * * *
  
  Они сидели у костра, потягивая горячий чай.
  
  Си Ень всё ещё посмеивался, Цзин Юй всё ещё ворчал. Мэйлин смотрела на них с нежностью.
  
  - А мне когда-нибудь покажете такое? - спросила она.
  
  - Такое - что? - уточнил Си Ень.
  
  - Такой бой. Я хочу научиться драться, как вы.
  
  Цзин Юй и Си Ень переглянулись.
  
  - Это займёт годы, - сказал Цзин Юй.
  
  - У меня есть годы.
  
  - И потребует много практики.
  
  - Я готова практиковаться.
  
  - И таланта.
  
  - Ты говоришь, что у меня нет таланта? - Мэйлин приподняла бровь.
  
  - Я говорю... - Цзин Юй замялся. - Я говорю, что научу тебя. Со временем.
  
  - И я, - добавил Си Ень. - Огненные техники тоже полезны.
  
  - Ты не будешь учить её огненным техникам! - возмутился Цзин Юй.
  
  - Почему?
  
  - Потому что она - заклинательница золотого источника!
  
  - И что? Золото и огонь совместимы. Мы это уже выяснили.
  
  - Это не значит...
  
  - Мальчики, - снова прервала их Мэйлин. - Спать пора.
  
  Они замолчали.
  
  Костёр потрескивал, звёзды мерцали над головой, где-то далеко снова завыли волки.
  
  - Она права, - сказал наконец Си Ень. - Завтра долгий день.
  
  - Город, - вспомнил Цзин Юй. - Где ты будешь бросаться деньгами.
  
  - И строить из себя наследного принца.
  
  - Именно.
  
  Они расстелили одеяла у костра - привычно, слаженно. Мэйлин устроилась между ними, как всегда.
  
  - Спокойной ночи, - сказала она.
  
  - Спокойной ночи, - ответили они хором.
  
  Тишина.
  
  А потом:
  
  - Ты всё равно поддался.
  
  - Я не поддавался!
  
  - Мальчики!
  
  - Всё, молчим.
  
  И они замолчали - три фигуры у догорающего костра, три друга, которые нашли друг друга в этом огромном мире.
  
  Три человека, которые стали семьёй.
  
  * * *
  
  - Цзин Юй, - голос Мэйлин был сонным, - я хотела спросить...
  
  - М?
  
  - Там, в Чёрной башне... Почему Си Ень не может просто передать власть? Если она его тяготит?
  
  Цзин Юй помолчал. Он тоже думал об этом.
  
  - Не могу, - ответил вместо него Си Ень. Голос его был тихим, без обычной иронии. - Это часть моего наказания.
  
  - Наказания?
  
  - Я убил прошлого главу. - Си Ень смотрел в звёздное небо. - На смертельном поединке, после того как сжёг Белую башню. Он попытался меня остановить - и я убил его.
  
  Тишина.
  
  - И источник избрал меня, - продолжил он. - Прямо там, над телом того, кого я убил. Я получил нити башни - связь с каждым камнем, с каждым огнём, с каждым заклинателем. И теперь... - он вздохнул, - теперь они мои. До смерти.
  
  - Нельзя передать? - тихо спросила Мэйлин.
  
  - Нельзя. Не передать и не отказаться. - Си Ень повернулся на бок. - Моя ответственность. До конца.
  
  Цзин Юй смотрел на друга - на этого человека, который нёс такую тяжесть и всё равно находил силы смеяться.
  
  - Мы будем рядом, - сказал он. - До конца.
  
  - Я знаю. - В темноте Цзин Юй не видел лица Си Еня, но слышал улыбку в его голосе. - Именно поэтому я ещё не сошёл с ума окончательно.
  
  - Ты и так безумен.
  
  - Это другое безумие. Хорошее.
  
  Мэйлин тихо рассмеялась.
  
  - Спите уже, безумцы.
  
  И они уснули - под звёздами, у догорающего костра, в окружении воющих волков.
  
  Вместе.
  
  Глава 31. Ночь огней
  
  Город Цзиньхуа встретил их шумом и суетой.
  
  Улицы были забиты повозками и паланкинами, торговцы кричали, расхваливая товар, дети носились между ног взрослых. Повсюду висели разноцветные фонари и ленты, на каждом углу что-то жарили, варили, продавали.
  
  - Большая осенняя ярмарка, - объяснил Си Ень. - Раз в год. Сюда съезжается половина провинции.
  
  - Красиво, - сказала Мэйлин, оглядываясь по сторонам.
  
  - И людно, - добавил Цзин Юй. - Где мы остановимся?
  
  Это оказалось проблемой.
  
  Первый постоялый двор был забит. Второй - тоже. Третий предложил им место в конюшне - "если господа не против".
  
  - Господа против, - процедил Си Ень.
  
  На пятом постоялом дворе Мэйлин начала уставать, на седьмом - Цзин Юй предложил разбить лагерь за городом.
  
  - Нет, - Си Ень покачал головой. - Есть ещё один вариант.
  
  Он повёл их прочь от главных улиц - в тихий квартал, где дома стояли за высокими стенами и охранялись молчаливыми стражниками.
  
  - Куда мы? - спросила Мэйлин.
  
  - Увидишь.
  
  Они остановились у неприметных ворот - тёмное дерево, никаких украшений. Только маленький символ в углу - стилизованное пламя.
  
  Си Ень постучал - особым образом, три коротких удара и два длинных.
  
  Ворота открылись.
  
  * * *
  
  Тайная резиденция заклинателей огня была... неожиданной.
  
  Снаружи - скромный дом, каких десятки в этом квартале. Внутри - роскошный особняк с садами, фонтанами и павильонами. Мраморные полы, шёлковые занавеси, мебель из драгоценных пород дерева.
  
  - У нас такие есть в каждом крупном городе, - объяснил Си Ень. - Для путешествующих заклинателей. И для... других дел.
  
  - Каких других? - спросил Цзин Юй.
  
  - Разных.
  
  Их встретил управляющий - седой мужчина с острыми глазами. Увидев Си Еня, он побледнел и тут же упал на колени.
  
  - Глава! - он ударился лбом об пол. - Какая честь! Мы не знали, что вы...
  
  - Встань. - Си Ень поморщился. - Мне нужны три комнаты. Лучшие.
  
  - Конечно, глава! Немедленно! Всё будет готово!
  
  Управляющий засуетился, слуги забегали, откуда-то появились подносы с угощениями и чаем.
  
  - Устраивайтесь, - сказал Си Ень друзьям. - Я скоро вернусь.
  
  - Куда ты?
  
  - По делам.
  
  И он исчез - прежде чем они успели возразить.
  
  * * *
  
  Комнаты были роскошными.
  
  Мэйлин досталась спальня в розовых тонах - с огромной кроватью под балдахином, туалетным столиком из слоновой кости и окном, выходящим в сад. Цзин Юй получил комнату в синих тонах - строже, но не менее красивую.
  
  - Это слишком, - сказала Мэйлин, оглядывая шёлковые подушки и расписные ширмы.
  
  - Это Си Ень, - ответил Цзин Юй. - Для него "слишком" не существует.
  
  Они приняли ванну, отдохнули, выпили чаю. За окном солнце клонилось к закату, фонари на улицах начинали загораться один за другим.
  
  Си Ень вернулся, когда небо окрасилось в оранжевый.
  
  С горой свёртков.
  
  - Что это? - спросила Мэйлин.
  
  - Одежда. - Он свалил свёртки на стол. - Сегодня мы будем выглядеть как приличные люди, а не бездомные бродяги. Примеряйте.
  
  * * *
  
  Он развернул первый свёрток - и Мэйлин ахнула.
  
  Халат из зелёного шёлка - не простого, а переливчатого, меняющего оттенок при каждом движении. Золотая вышивка вилась по воротнику и рукавам - цветы лотоса, листья, бабочки. Широкий пояс того же цвета, украшенный нефритовыми подвесками.
  
  - Это... - она не могла найти слов. - Это же целое состояние!
  
  - Ерунда, - отмахнулся Си Ень. - Вот это - для тебя.
  
  Второй свёрток - халат для Цзин Юя. Чёрный шёлк с серебряной вышивкой - лунные фазы, звёзды, облака. Ткань была такой тонкой, что казалась почти невесомой.
  
  - Си Ень... - начал Цзин Юй.
  
  - Никаких возражений.
  
  Третий свёрток - для самого Си Еня. Чёрный с алым - его цвета. Драконы и пламя, вышитые золотом.
  
  - Из самых дорогих тканей, - объяснил он. - С широкими рукавами, как у придворных. Сегодня мы будем... впечатляющими.
  
  - Зачем? - спросил Цзин Юй.
  
  - Потому что можем. - Си Ень улыбнулся. - Собирайтесь. У нас впереди длинная ночь.
  
  * * *
  
  Мэйлин ушла переодеваться первой.
  
  Цзин Юй остался в гостиной, глядя на свой халат. Чёрный шёлк струился между пальцев, серебряная вышивка мерцала в свете фонарей.
  
  Дверь тихо открылась. Си Ень вошёл - уже в своём наряде.
  
  Цзин Юй поднял на него взгляд - и на мгновение потерял дар речи.
  
  Чёрный с алым. Драконы, извивающиеся в пламени. Широкие рукава, золотой пояс. Волосы убраны назад, открывая резкие черты лица.
  
  - Ты похож на какого-то чёрного властелина, - сказал Цзин Юй. - Перед тобой хочется пасть ниц.
  
  - Я тоже думаю, мне идёт, - довольно улыбнулся Си Ень.
  
  Он подошёл ближе и посмотрел на халат в руках Цзин Юя.
  
  - А ты почему ещё не оделся? Тебе не нравится?
  
  - Нравится. - Цзин Юй провёл пальцами по серебряной вышивке. - Просто... я не привык носить чёрное.
  
  - Попробуй. Я хочу посмотреть, будешь ли ты в этом более похож на человека.
  
  - А на кого я так похож?
  
  Си Ень склонил голову, разглядывая его.
  
  - На духа серебра? - предположил он. - Заблудившегося небожителя? Монаха, достигшего просветления?
  
  - Ох уж эти твои шутки.
  
  - Я не шучу. - Голос Си Еня стал серьёзным. - Ты... изменился, Сюаньчжи. С тех пор как принял лунный источник. Стал более... отстранённым. Иногда смотришь куда-то - и кажется, что ты видишь что-то, чего мы не видим.
  
  Цзин Юй не ответил. Он знал, что Си Ень прав.
  
  - И вот, - Си Ень достал из рукава длинную коробочку, богато украшенную. - Отдай ей.
  
  Цзин Юй открыл коробочку - и замер.
  
  Внутри лежала шпилька. Нефритовая, тонкой резьбы - цветок лотоса на изогнутом стебле. Работа мастера, явно стоившая немало.
  
  - Почему ты не отдашь её сам? - спросил Цзин Юй.
  
  Си Ень посмотрел на него долгим взглядом.
  
  - Потому что она ждёт этого от тебя.
  
  - Ты не так понял наши отношения. - Цзин Юй покачал головой. - Она моя спасительница и подруга. Я люблю её как сестру. Младшую.
  
  - Ты хотя бы понимаешь, что она тебя любит не как брата?
  
  Тишина.
  
  Цзин Юй поднял на Си Еня глаза - и тот увидел в них серебро. Не отражение света - само серебро, живое и холодное.
  
  - Даже если это так, - тихо сказал Цзин Юй, - из этого ничего не выйдет.
  
  - Почему?
  
  - Потому что я... - он замолчал. Потом продолжил, ещё тише: - Потому что я больше не совсем человек, Си Ень. Лунный источник изменил меня. Глубже, чем ты думаешь. Я не знаю, сколько мне осталось. Не знаю, чем я стану через десять лет, через двадцать. Я не имею права привязывать к себе кого-то.
  
  Долгое молчание.
  
  - Хорошо, - наконец кивнул Си Ень. - Я услышал тебя. Не пожалей потом.
  
  И он так же тихо вышел.
  
  * * *
  
  Мэйлин уже переоделась.
  
  Она стояла у зеркала, крутясь из стороны в сторону, и зелёный шёлк струился вокруг неё, как живой. Золотая вышивка ловила свет фонарей, нефритовые подвески тихо позвякивали.
  
  - Ты выглядишь как дух весны, - сказал Си Ень, входя в комнату.
  
  Мэйлин обернулась - и у неё перехватило дыхание. Си Ень в чёрном с алым был... пугающе красив. Как демон из легенд, как бог войны, сошедший с небес.
  
  - Ты... - она сглотнула. - Впечатляюще.
  
  - Знаю. - Он улыбнулся и протянул ей коробочку. - Возьми. Это должно подойти к наряду.
  
  Мэйлин открыла коробочку - и радостно пискнула.
  
  - Шпилька! - она достала её, любуясь тонкой работой. - Она прекрасна!
  
  - Заколи волосы. Посмотрим, как будет смотреться.
  
  Мэйлин повернулась к зеркалу и аккуратно заколола волосы новой шпилькой. Нефритовый лотос лёг идеально - словно был создан специально для неё.
  
  - Спасибо! - она обернулась и порывисто обняла Си Еня. - Спасибо, спасибо!
  
  - Эй, осторожнее, - он неловко похлопал её по спине. - Помнёшь наряд.
  
  - Плевать на наряд!
  
  Она отстранилась, сияя.
  
  - Это лучший подарок, который мне когда-либо дарили!
  
  - Рад, что понравилось.
  
  В этот момент дверь открылась, и вошёл Цзин Юй.
  
  * * *
  
  Мэйлин замерла.
  
  Чёрный шёлк облегал его фигуру, серебряная вышивка мерцала в полумраке. Серебряные волосы, серебряные глаза, серебряные узоры на ткани - он был как ожившее лунное сияние.
  
  - Ты... - она не могла найти слов.
  
  - Не говори ничего, - Си Ень ухмыльнулся. - Он смущается.
  
  - Я не смущаюсь, - возразил Цзин Юй.
  
  - Смущаешься. У тебя уши покраснели.
  
  - Это от жары.
  
  - Конечно. От жары.
  
  Мэйлин рассмеялась - и напряжение разрядилось.
  
  - Мы сегодня все выглядим потрясающе, - сказала она. - Только у вас на головах непонятно что. Разрешите мне исправить.
  
  - Что не так с моей головой? - возмутился Си Ень.
  
  - Всё. Садись.
  
  * * *
  
  Она усадила Цзин Юя первым.
  
  Расчесала его серебряные волосы - длинные, шелковистые, струящиеся сквозь пальцы как вода. Уложила их, собрала часть наверх, заколола шпилькой из чёрного дерева - той самой, которую подарила ему когда-то, ещё в самом начале их путешествия.
  
  - Вот так, - сказала она удовлетворённо. - Теперь ты похож на благородного господина, а не на отшельника с гор.
  
  - Спасибо, - сухо ответил Цзин Юй. - Кажется.
  
  - Не за что.
  
  Потом настала очередь Си Еня.
  
  Его волосы были другими - жёсткие, непослушные, с огненными прядями, которые словно жили своей жизнью.
  
  - Сиди смирно, - велела Мэйлин.
  
  - Я сижу смирно!
  
  - Ты дёргаешься.
  
  - Я не дёргаюсь!
  
  Она расчесала его гриву, заплела часть волос в мелкие косы, чтобы укротить их, и собрала всё в высокий хвост, закрепив чёрной короной - украшением главы Чёрной башни.
  
  - Вот так, глава, - сказала она удовлетворённо. - Теперь ты выглядишь как положено.
  
  Си Ень посмотрел в зеркало - и даже он, привыкший к роскоши, был впечатлён.
  
  - Неплохо, - признал он.
  
  - Неплохо? - Мэйлин фыркнула. - Это лучшая причёска, которую ты когда-либо носил!
  
  - Ладно, ладно. Лучшая. Доволен?
  
  - Нет. Но сойдёт.
  
  Цзин Юй наблюдал за ними с лёгкой улыбкой. Эти двое - огненный демон и деревенская целительница - были похожи на брата и сестру. Вечно спорящих, вечно поддразнивающих друг друга, но любящих.
  
  - Идём, - сказал Си Ень, поднимаясь. - Ночь не ждёт.
  
  * * *
  
  Башня развлечений называлась "Девять небес".
  
  Она возвышалась в центре города - семиэтажное здание из красного дерева и белого камня, увешанное фонарями всех цветов. Музыка доносилась из каждого окна, смех и голоса сливались в единый гул.
  
  - Здесь есть всё, - объяснил Си Ень, ведя их к входу. - Представления, азартные игры, музыка, танцы. Лучшие повара, лучшие музыканты, лучшие... - он замялся, - развлечения.
  
  - Какие развлечения? - подозрительно спросила Мэйлин.
  
  - Разные. Не волнуйся, я буду вас оберегать.
  
  У входа стояла очередь - богатые торговцы, знатные господа, разряженные дамы. Все ждали, пока их пропустят внутрь.
  
  Си Ень прошёл мимо очереди - прямо к дверям.
  
  - Эй! - возмутился кто-то. - Куда ты...
  
  Один взгляд Си Еня - и человек замолчал. Огонь в глазах главы Чёрной башни горел ярко даже в свете сотни фонарей.
  
  - Простите, господин, - пробормотал человек и отступил.
  
  Привратник - огромный мужчина в чёрном - посмотрел на них и побледнел.
  
  - Г-глава Си Ень? - он поклонился так низко, что чуть не упал. - Добро пожаловать в "Девять небес"! Для вас - лучшие места!
  
  - Разумеется.
  
  И они вошли.
  
  * * *
  
  Внутри было ещё роскошнее, чем снаружи.
  
  Первый этаж занимал огромный зал с эстрадой, где труппа акробатов показывала невероятные трюки. Они прыгали, крутились, летали по воздуху - словно не подчинялись законам тяжести.
  
  - Заклинатели воздуха, - объяснил Си Ень. - Лучшие в империи.
  
  Мэйлин смотрела с открытым ртом. Она никогда не видела ничего подобного.
  
  Их провели на второй этаж - в отдельный павильон с видом на эстраду. Мягкие диваны, столики с угощениями, прислуга, готовая выполнить любое желание.
  
  - Вино, - велел Си Ень. - Лучшее.
  
  - Чай, - добавил Цзин Юй.
  
  - Фрукты, - попросила Мэйлин.
  
  Всё появилось мгновенно - словно по волшебству.
  
  * * *
  
  Они пили, ели и смотрели представление.
  
  Акробатов сменили музыканты - целый оркестр, игравший на инструментах, которых Мэйлин никогда не видела. Потом вышли танцовщицы - прекрасные, в развевающихся одеждах, двигавшиеся как ожившие цветы.
  
  - Красиво, - прошептала Мэйлин.
  
  - Ты красивее, - сказал Си Ень.
  
  Она покраснела.
  
  - Не говори глупостей.
  
  - Это не глупость. Это факт.
  
  Цзин Юй смотрел на них - и молчал.
  
  * * *
  
  К полуночи они поднялись на пятый этаж - туда, где располагались игровые залы.
  
  Здесь было шумно, людно, дымно. За столами сидели игроки - бросали кости, раскладывали карты, делали ставки. Золото переходило из рук в руки, кто-то радостно кричал, кто-то проклинал судьбу.
  
  - Хочу попробовать, - сказала Мэйлин.
  
  - Ты умеешь играть? - удивился Цзин Юй.
  
  - Нет. Но как сложно может быть?
  
  Очень сложно, как оказалось.
  
  За первым столом Мэйлин проиграла десять золотых. За вторым - ещё пятнадцать. За третьим Си Ень отобрал у неё кошелёк.
  
  - Хватит, - сказал он. - Ты разоришь меня.
  
  - Но я почти выиграла!
  
  - Ты проиграла тридцать раз подряд.
  
  - Тридцать один, - поправил Цзин Юй.
  
  - Не помогаешь!
  
  Си Ень рассмеялся и сел за стол сам.
  
  - Смотри, как надо.
  
  * * *
  
  Он играл - и выигрывал.
  
  Раз за разом. Кости ложились как надо, карты приходили нужные, соперники сдавались один за другим.
  
  - Он жульничает, - прошептала Мэйлин.
  
  - Конечно, жульничает, - согласился Цзин Юй. - Он заклинатель огня. Может чувствовать тепло костей, угадывать расположение карт по движению воздуха.
  
  - Это нечестно!
  
  - Это Си Ень.
  
  Толпа вокруг стола росла. Люди смотрели, как таинственный незнакомец в чёрном с алым выигрывает снова и снова.
  
  - Кто это? - шептались в толпе.
  
  - Не знаю. Но посмотри на его глаза...
  
  - Огненный заклинатель?
  
  - Похоже...
  
  А потом кто-то узнал его.
  
  - Небеса милосердные! - раздался возглас. - Это же глава Чёрной башни!
  
  Толпа замерла.
  
  Си Ень поднял голову, и огонь в его глазах вспыхнул ярче.
  
  - Да, - сказал он спокойно. - И что?
  
  Никто не ответил. Никто не посмел.
  
  - Вот и хорошо, - он сгрёб выигрыш и встал. - Пойдёмте. Здесь стало скучно.
  
  * * *
  
  Они поднялись на седьмой этаж - самый верхний.
  
  Здесь было тише, спокойнее. Отдельные комнаты для особых гостей, приглушённый свет, мягкая музыка.
  
  - Что здесь? - спросила Мэйлин.
  
  - Музыкальные залы, - ответил Си Ень. - Можно слушать музыку. Или играть самому.
  
  - Ты умеешь играть?
  
  - Немного.
  
  "Немного" оказалось преуменьшением.
  
  Си Ень сел за цисян - струнный инструмент, похожий на арфу - и заиграл. Мелодия была странной - грустной и яростной одновременно, как пламя на ветру.
  
  - Он хорош, - прошептала Мэйлин.
  
  - Он учился в детстве, - тихо ответил Цзин Юй. - Его мать любила музыку. Заставляла его практиковаться каждый день.
  
  - Ты знал его мать?
  
  - Нет. Он рассказывал. Давно.
  
  Мелодия закончилась - и Си Ень поднял голову.
  
  - Твоя очередь, - сказал он Цзин Юю.
  
  - Я не умею.
  
  - Ты умеешь. Я помню - в юности ты играл на флейте.
  
  - Это было давно.
  
  - Навыки не забываются.
  
  Цзин Юй колебался - но потом взял флейту, которую протянул ему слуга, и поднёс к губам.
  
  Первые ноты были неуверенными. Но постепенно мелодия выровнялась, стала чище, яснее. Она была другой - не яростной, как у Си Еня, а мягкой, задумчивой, как лунный свет на воде.
  
  Мэйлин слушала - и чувствовала, как сердце её сжимается.
  
  "Он такой красивый", - думала она. - "Такой далёкий. Как луна - можно любоваться, но нельзя коснуться".
  
  Мелодия закончилась.
  
  - Красиво, - сказала она.
  
  - Спасибо.
  
  Их глаза встретились - и на мгновение что-то промелькнуло между ними. Что-то невысказанное, непризнанное.
  
  А потом момент прошёл.
  
  - Идёмте, - сказал Си Ень. - Ночь ещё не закончилась.
  
  * * *
  
  На обратном пути к их павильону их остановили.
  
  Группа молодых людей - богато одетых, надменных. По огненным прядям в волосах Цзин Юй понял - заклинатели огня.
  
  - Глава Си Ень, - один из них шагнул вперёд. - Какая честь.
  
  Голос его был вежливым, но в нём слышалась насмешка.
  
  - Линь Цзянь, - Си Ень кивнул. - Давно не виделись.
  
  - С тех пор как вы покинули башню, чтобы... путешествовать. - Линь Цзянь окинул взглядом Цзин Юя и Мэйлин. - С интересной компанией, как я погляжу.
  
  - Мои друзья.
  
  - Друзья? - Линь Цзянь приподнял бровь. - Лунный заклинатель и... - он посмотрел на Мэйлин с презрением, - кто это вообще?
  
  - Осторожнее, - голос Си Еня стал холодным. - Ты говоришь о людях, которые мне дороги.
  
  - Дороги? - Линь Цзянь рассмеялся. - Великий глава Чёрной башни - и ему дороги какие-то...
  
  Он не договорил.
  
  Огонь вспыхнул - не от Си Еня. От Мэйлин.
  
  Она не поняла, как это случилось. Просто злость вспыхнула внутри неё - и золотая сила откликнулась, смешавшись с жаром, который окутывал это место. Луч света ударил в пол у ног Линь Цзяня, оставив выжженный след.
  
  - Следующий, - сказала она тихо, - будет в твоё лицо.
  
  Тишина.
  
  Линь Цзянь смотрел на неё - с удивлением, с испугом.
  
  - Ты... - он сглотнул. - Ты посмела...
  
  - Она посмела, - перебил Си Ень. Он улыбался - но улыбка его была страшной. - И я бы на твоём месте извинился. Быстро.
  
  Линь Цзянь побледнел. Он посмотрел на своих спутников - но те отводили глаза.
  
  - Прошу прощения, - выдавил он. - Госпожа.
  
  - Принято, - холодно ответила Мэйлин.
  
  - А теперь уходи, - добавил Си Ень. - Пока я не передумал быть милосердным.
  
  Линь Цзянь и его компания исчезли так быстро, словно их и не было.
  
  * * *
  
  - Ты в порядке? - спросил Цзин Юй, когда они остались одни.
  
  - В порядке. - Мэйлин посмотрела на свои руки - они всё ещё слабо светились золотым. - Я не знаю, как это получилось. Просто... разозлилась.
  
  - Это был огонь, - сказал Си Ень. - Смешанный с твоей золотой силой.
  
  - Но я не умею призывать огонь!
  
  - Ты не умела. - Он смотрел на неё с уважением. - Похоже, ты быстро учишься.
  
  - Но...
  
  - Мы поговорим об этом позже, - перебил Цзин Юй. - Сейчас - идём отсюда. На нас смотрят.
  
  Он был прав. Люди вокруг шептались, указывая на них. Слухи уже разносились - о главе Чёрной башни и его странных спутниках.
  
  - Идём, - согласился Си Ень.
  
  * * *
  
  Они вернулись в резиденцию под утро.
  
  Уставшие, но довольные. Ночь была долгой - и полной приключений.
  
  - Это было... незабываемо, - сказала Мэйлин, падая на диван.
  
  - Это было безумие, - поправил Цзин Юй.
  
  - Это было весело, - закончил Си Ень.
  
  Они рассмеялись - все трое.
  
  - Спать, - сказала Мэйлин. - Немедленно.
  
  - Согласен.
  
  - Согласен.
  
  Они разошлись по комнатам - три фигуры в роскошных нарядах, три друга, которые провели ночь так, как не провели бы без друг друга.
  
  Три человека, которые стали семьёй.
  
  А за окном занимался рассвет - первый день большой ярмарки, первый день новых приключений.
  
  Но это - уже другая история.
  
  Глава 32. Ярмарка
  
  Они проспали до полудня.
  
  Мэйлин проснулась первой - от шума за окном. Крики торговцев, смех, музыка. Ярмарка была в самом разгаре.
  
  Она выскочила из комнаты и обнаружила Цзин Юя в гостиной - он сидел у окна и читал какой-то свиток.
  
  - Ты уже встал?
  
  - Я не ложился.
  
  - Что?!
  
  - Не хотелось спать. - Он отложил свиток. - Как ты себя чувствуешь? После вчерашнего.
  
  - Прекрасно! - Мэйлин подбежала к окну и выглянула наружу. - Смотри, сколько людей! Хочу туда!
  
  - Тогда буди Си Еня.
  
  - Я не сплю, - донеслось из-за двери. - Вы слишком громкие.
  
  Дверь открылась, и Си Ень появился на пороге - помятый, с растрёпанными волосами, в одном исподнем.
  
  - Который час?
  
  - Полдень.
  
  - Рано.
  
  - Это не рано!
  
  - Для меня - рано.
  
  Но Мэйлин уже тащила его к умывальнику.
  
  - Собирайся! Мы идём на ярмарку!
  
  * * *
  
  - Нет, - сказал Цзин Юй, когда Си Ень потянулся к вчерашнему наряду.
  
  - Что - нет?
  
  - Не это. - Цзин Юй указал на чёрно-алый халат. - Если ты выйдешь в этом, мы снова будем привлекать внимание.
  
  - И что?
  
  - И мы не сможем нормально погулять. Все будут на нас смотреть, кланяться, расступаться.
  
  - Мне нравится, когда расступаются.
  
  - А мне - нет, - вмешалась Мэйлин. - Я хочу нормально посмотреть ярмарку. Без толп поклонников и испуганных торговцев.
  
  Си Ень вздохнул.
  
  - Ладно. Что вы предлагаете?
  
  Они нашли в шкафах резиденции простую одежду - тёмные халаты без вышивки, обычные пояса. Си Ень заплёл волосы в простую косу, спрятав огненные пряди под капюшоном.
  
  - Теперь ты похож на обычного человека, - одобрила Мэйлин.
  
  - Я никогда не буду похож на обычного человека.
  
  - Но хотя бы не на императора.
  
  Цзин Юй убрал волосы под простую шапку - серебро было слишком заметным. Мэйлин надела скромное платье травницы - такое, в каком ходила в своей деревне.
  
  - Готовы? - спросила она.
  
  - Готовы.
  
  И они вышли в город.
  
  * * *
  
  Ярмарка захватила весь центр Цзиньхуа.
  
  Улицы превратились в бесконечные торговые ряды. Палатки, навесы, повозки - всё было завалено товарами. Ткани и украшения, посуда и оружие, травы и снадобья, книги и свитки. Всё, что только можно было представить - и многое, что нельзя.
  
  - Смотрите! - Мэйлин указала на повозку, где продавали птиц. Десятки клеток, сотни птиц - от крошечных певчих до огромных ястребов. - Какие красивые!
  
  - Хочешь одну? - спросил Си Ень.
  
  - Нет! Мне их жалко. Они должны летать свободно.
  
  - Тогда пойдём дальше.
  
  Они шли сквозь толпу - три обычных путника среди тысяч других. Никто не оглядывался, никто не кланялся. Это было... непривычно.
  
  - Странное ощущение, - признал Си Ень. - Быть незаметным.
  
  - Тебе не нравится?
  
  - Не знаю. - Он огляделся. - Может быть, нравится. Немного.
  
  * * *
  
  Первую остановку они сделали у палатки с едой.
  
  Старушка в засаленном фартуке жарила пирожки - с мясом, с капустой, с бобами. Запах был умопомрачительный.
  
  - Три с мясом, - сказал Цзин Юй.
  
  - И три с капустой, - добавила Мэйлин.
  
  - И три с бобами, - закончил Си Ень. - Нет, шесть. Нет, девять.
  
  - Ты съешь девять пирожков? - удивилась Мэйлин.
  
  - Я голодный.
  
  Старушка рассмеялась и навалила им целую гору пирожков.
  
  - Кушайте, кушайте, молодые господа. И госпожа. Хорошего вам дня!
  
  Они ели на ходу - горячие, сочные пирожки, от которых текло по пальцам. Си Ень действительно съел девять штук.
  
  - Ты как бездонная яма, - сказала Мэйлин.
  
  - Огонь требует топлива.
  
  - Это не огонь. Это обжорство.
  
  - Это одно и то же.
  
  * * *
  
  Потом они набрели на площадь, где выступали уличные артисты.
  
  Жонглёр подбрасывал горящие факелы - пять, шесть, семь одновременно. Огонь кружился в воздухе, оставляя светящиеся следы.
  
  - Неплохо, - оценил Си Ень. - Для обычного человека.
  
  - Ты бы лучше смог?
  
  - Я бы смог жонглировать настоящим пламенем. Без факелов.
  
  - Не хвастайся.
  
  Рядом фокусник показывал трюки с картами - они исчезали и появлялись, меняли масть, летали по воздуху.
  
  - Это не магия, - прошептал Цзин Юй. - Ловкость рук.
  
  - Я знаю, - так же тихо ответила Мэйлин. - Но всё равно красиво.
  
  На другом конце площади силач поднимал огромные камни, а рядом женщина-змея извивалась так, словно у неё не было костей.
  
  - Люди удивительны, - сказала Мэйлин. - Даже без магии они творят чудеса.
  
  Цзин Юй посмотрел на неё - на её сияющие глаза, на её улыбку.
  
  - Да, - согласился он. - Удивительны.
  
  * * *
  
  К середине дня они добрались до торговых рядов с травами.
  
  Мэйлин застряла там надолго.
  
  - Смотрите! - она хватала то один пучок, то другой. - Это же лунный корень! Я думала, он растёт только в северных горах!
  
  - Сколько? - спросил торговец.
  
  - Двадцать медяков за связку.
  
  - Десять.
  
  - Восемнадцать.
  
  - Двенадцать.
  
  - Пятнадцать, и это моё последнее слово.
  
  Торговец вздохнул.
  
  - Ладно. Пятнадцать.
  
  Мэйлин торжествующе улыбнулась и сунула связку в сумку.
  
  - Ты хорошо торгуешься, - заметил Цзин Юй.
  
  - Я выросла на рынке. Бабушка научила.
  
  Си Ень наблюдал за ней с непонятным выражением лица.
  
  - Что? - спросила Мэйлин.
  
  - Ничего. Просто... - он покачал головой. - Я никогда не умел торговаться. Всегда платил, сколько просили.
  
  - Потому что ты богатый.
  
  - Потому что мне было всё равно.
  
  - Это тоже потому что ты богатый.
  
  Цзин Юй рассмеялся.
  
  - Она права.
  
  - Замолчи.
  
  * * *
  
  Потом они нашли палатку с играми.
  
  Нужно было бросать кольца на колышки - попадёшь, получишь приз. Простая игра, детская почти.
  
  - Хочу попробовать, - сказала Мэйлин.
  
  Она заплатила медяк и получила три кольца. Первое пролетело мимо. Второе задело колышек и отскочило. Третье...
  
  - Попала! - она подпрыгнула от радости.
  
  - Выбирайте приз, госпожа, - хозяин указал на полку с безделушками.
  
  Мэйлин выбрала маленькую глиняную птичку - яркую, расписную.
  
  - Теперь вы, - она повернулась к друзьям.
  
  - Это детская игра, - возразил Си Ень.
  
  - И что?
  
  - Я - глава Чёрной башни. Я не играю в детские игры.
  
  - Ты - обычный путник в капюшоне. Играй.
  
  Си Ень вздохнул, взял кольца - и промазал. Все три раза.
  
  - Как?! - он уставился на колышки. - Это невозможно!
  
  - Ты слишком сильно бросаешь, - объяснил хозяин. - Нужно мягче.
  
  - Мягче?!
  
  - Дай мне, - Цзин Юй взял кольца.
  
  Первое - попал. Второе - попал. Третье - попал.
  
  - Как ты это делаешь?! - возмутился Си Ень.
  
  - Техника, не сила. - Цзин Юй улыбнулся и выбрал приз - маленькую серебряную звезду на шнурке.
  
  - Ещё раз! - Си Ень бросил медяк хозяину. - Дай ещё кольца!
  
  Он пробовал снова. И снова. И снова.
  
  Через полчаса он потратил золотой - и не попал ни разу.
  
  - Это заговор, - мрачно заявил он. - Колышки заколдованы.
  
  - Колышки обычные, - хозяин явно пытался не смеяться. - Может, господину стоит попробовать другую игру?
  
  - Я попаду!
  
  - Си Ень, - Мэйлин взяла его за руку. - Пойдём. Люди смотрят.
  
  И правда - вокруг собралась толпа, наблюдающая за странным человеком в капюшоне, который никак не мог попасть кольцом в колышек.
  
  - Ладно, - Си Ень сдался. - Но это не конец!
  
  - Конечно, не конец.
  
  Они ушли - под смешки толпы и отчаянные попытки Си Еня сохранить достоинство.
  
  * * *
  
  - Не говори ни слова, - предупредил Си Ень.
  
  - Я ничего не говорю.
  
  - Ты улыбаешься.
  
  - Я не улыбаюсь.
  
  - Ты улыбаешься!
  
  - Может быть, немного.
  
  Они шли по улице - мимо палаток с украшениями, мимо лавок с оружием, мимо прилавков со сладостями.
  
  - О! - Мэйлин остановилась у палатки с засахаренными фруктами. - Хочу!
  
  - Опять есть? - Цзин Юй приподнял бровь.
  
  - Это сладости! Сладости - отдельный желудок!
  
  Она купила целую связку - яблоки, груши, сливы, всё в блестящей карамели. И тут же вгрызлась в яблоко.
  
  - Вкусно, - промычала она с набитым ртом.
  
  - Ты похожа на хомяка, - сказал Си Ень.
  
  - Это комплимент?
  
  - Нет.
  
  - Тогда молчи и ешь.
  
  Она сунула ему грушу. Он откусил - и глаза его расширились.
  
  - Это... действительно вкусно.
  
  - Говорила же!
  
  * * *
  
  К вечеру они добрели до площади, где проходили состязания.
  
  Борьба, стрельба из лука, поединки на мечах. Победителям вручали призы - деньги, оружие, украшения.
  
  - Хочу попробовать, - сказал Си Ень, глядя на борцовский круг.
  
  - Ты серьёзно? - Цзин Юй посмотрел на него. - Ты - заклинатель огня. Это нечестно.
  
  - Я не буду использовать магию.
  
  - Ты и без магии сильнее любого из них.
  
  - Тогда стрельба из лука?
  
  - Ты умеешь стрелять из лука?
  
  - Нет. Но как сложно может быть?
  
  - Ты только что потратил золотой на игру с кольцами.
  
  - Это другое!
  
  - Это то же самое.
  
  Мэйлин хихикнула.
  
  - Может, поединок на мечах? - предложила она. - Цзин Юй тебя победит, и мы посмотрим, как ты снова будешь кричать, что он поддался.
  
  - Я не кричал!
  
  - Кричал.
  
  - Это был обоснованный протест!
  
  Они препирались - и не заметили, как к ним подошёл человек.
  
  - Простите, господа.
  
  Они обернулись. Перед ними стоял старик - седой, согнутый, в потрёпанной одежде. Глаза его были добрыми, но усталыми.
  
  - Чем можем помочь? - спросил Цзин Юй.
  
  - Моя внучка... - старик указал куда-то в толпу. - Она потерялась. Маленькая, семь лет. В синем платье. Вы не видели?
  
  Цзин Юй и Мэйлин переглянулись.
  
  - Нет, - сказала Мэйлин. - Но мы поможем искать.
  
  - Правда? - глаза старика наполнились слезами. - Спасибо, добрые господа. Спасибо!
  
  Си Ень вздохнул.
  
  - Ну вот. А я хотел на борьбу посмотреть.
  
  - Борьба подождёт, - отрезал Цзин Юй. - Идём.
  
  * * *
  
  Они разделились.
  
  Мэйлин пошла к палаткам с игрушками - если девочка потерялась, она могла пойти туда. Цзин Юй отправился к фонтану в центре площади - детей всегда тянет к воде. Си Ень - к палаткам со сладостями, по той же логике.
  
  Старик остался на месте - на случай, если внучка вернётся сама.
  
  Мэйлин шла сквозь толпу, всматриваясь в лица.
  
  "Маленькая, семь лет, синее платье", - повторяла она про себя.
  
  Детей было много - они бегали, смеялись, плакали. Но девочки в синем платье не было.
  
  Она прошла мимо палатки с куклами, мимо качелей, мимо карусели с деревянными лошадками.
  
  И тогда она услышала плач.
  
  Тихий, приглушённый - из-за одной из палаток.
  
  Мэйлин обошла палатку - и увидела её.
  
  Маленькая девочка сидела на земле, прижавшись к ящику. Синее платье, растрёпанные косички, заплаканное лицо.
  
  - Эй, - Мэйлин присела рядом. - Ты потерялась?
  
  Девочка подняла на неё глаза - большие, тёмные, полные слёз.
  
  - Я... я искала дедушку... - всхлипнула она. - И заблудилась...
  
  - Ничего страшного. Мы найдём твоего дедушку. - Мэйлин протянула ей руку. - Меня зовут Мэйлин. А тебя?
  
  - Сяо Лань.
  
  - Красивое имя. Пойдём, Сяо Лань. Твой дедушка ждёт.
  
  * * *
  
  Они вернулись к площади - и нашли там Цзин Юя с Си Енем, которые уже были со стариком.
  
  - Сяо Лань! - старик бросился к внучке и подхватил её на руки. - Моя девочка! Я так волновался!
  
  - Дедушка! - девочка обняла его за шею. - Прости, я заблудилась!
  
  - Ничего, ничего. Главное - ты нашлась.
  
  Он повернулся к Мэйлин, и глаза его были мокрыми от слёз.
  
  - Спасибо, госпожа. Спасибо вам всем. Как я могу отблагодарить?
  
  - Не нужно благодарности, - сказала Мэйлин. - Берегите её.
  
  - Буду. Клянусь, буду.
  
  Старик поклонился - низко, от сердца - и ушёл, держа внучку за руку.
  
  Они смотрели им вслед - три путника в простой одежде.
  
  - Хороший день, - сказал наконец Си Ень.
  
  - Да, - согласился Цзин Юй.
  
  Мэйлин улыбнулась.
  
  - Идёмте. Ярмарка ещё не закончилась.
  
  * * *
  
  Они гуляли до темноты.
  
  Смотрели представления, пробовали еду, покупали безделушки. Си Ень всё-таки попробовал стрельбу из лука - и, к удивлению всех, попал в цель с первого раза.
  
  - Как?! - возмутилась Мэйлин. - Ты же не умеешь!
  
  - Видимо, умею, - самодовольно ответил он.
  
  - Ты сжульничал!
  
  - Как можно сжульничать в стрельбе из лука?
  
  - Не знаю! Но ты точно сжульничал!
  
  Цзин Юй только качал головой.
  
  К ночи они вернулись в резиденцию - усталые, но счастливые. Руки были полны покупок, желудки - еды, сердца - тепла.
  
  - Это был хороший день, - сказала Мэйлин, падая на диван.
  
  - Лучший за долгое время, - согласился Цзин Юй.
  
  Си Ень молча кивнул. Он стоял у окна, глядя на огни города.
  
  - Знаете, - сказал он наконец. - Я думал, что ненавижу толпы. Шум. Суету.
  
  - А теперь?
  
  - Теперь... - он обернулся к ним. - Теперь я понимаю, что дело не в толпе. Дело в компании.
  
  Мэйлин и Цзин Юй переглянулись - и улыбнулись.
  
  - Спать, - сказала Мэйлин. - Завтра последний день ярмарки. Хочу всё посмотреть.
  
  - Опять? - застонал Си Ень.
  
  - Опять.
  
  - Ты меня убиваешь.
  
  - Переживёшь.
  
  Они разошлись по комнатам - три друга, которые провели обычный день, как обычные люди.
  
  И это было лучше любого приключения.
  
  Глава 33. Серебряная бездна
  
  Это началось постепенно.
  
  После ярмарки они двинулись дальше на юг - без спешки, наслаждаясь дорогой. Но Цзин Юй становился всё более задумчивым. Он подолгу смотрел на луну, шептал что-то на незнакомом языке, а по ночам его серебряные глаза светились ярче обычного.
  
  - С тобой всё в порядке? - спрашивала Мэйлин.
  
  - В порядке, - отвечал он. - Просто... пытаюсь понять кое-что.
  
  - Что именно?
  
  - Что от меня хотят.
  
  Он не объяснял - а они не настаивали. У каждого были свои тайны.
  
  * * *
  
  Цзин Юй искал ответы.
  
  С тех пор как лунный источник избрал его, с тех пор как он вернул Слезу Тумана и получил семя, с тех пор как победил Юэ Линь - он чувствовал, что древние силы чего-то ждут от него. Что-то важное, что-то неизбежное.
  
  Но что?
  
  Он начал медитировать - глубже, чем раньше. Погружался в свою силу, искал связь с источником. Каждую ночь он уходил всё дальше - за грань обычного транса, в места, куда редко заглядывали смертные.
  
  И каждую ночь он видел... что-то.
  
  Тени. Голоса. Образы, которые ускользали, стоило попытаться их рассмотреть.
  
  "Приди", - шептали они. - "Приди к нам. Узнай".
  
  - Я пытаюсь, - отвечал он. - Покажите мне.
  
  "Глубже. Ты должен идти глубже".
  
  И он шёл.
  
  * * *
  
  Это случилось на берегу озера, где они остановились на ночлег.
  
  Луна была полной - огромной, серебряной, заливающей мир холодным светом. Цзин Юй сидел на камне у воды, погружённый в медитацию.
  
  Мэйлин спала у костра. Си Ень дремал рядом, но вполглаза следил за другом - что-то тревожило его в последние дни, хотя он не мог сказать, что именно.
  
  Цзин Юй дышал - медленно, ровно. Серебряный свет окутывал его, становясь всё ярче с каждым вздохом.
  
  Он погружался.
  
  Глубже.
  
  Ещё глубже.
  
  * * *
  
  Мир вокруг него исчез.
  
  Он стоял посреди бесконечного серебряного пространства - не твёрдого и не жидкого, не светлого и не тёмного. Просто... серебро. Везде.
  
  - Я здесь, - сказал он. - Покажите мне.
  
  "Ты пришёл", - голоса звучали отовсюду. - "Наконец-то".
  
  - Кто вы?
  
  "Мы - те, кто был до тебя. Хранители луны. Стражи серебра".
  
  Перед ним начали проявляться фигуры - полупрозрачные, мерцающие. Мужчины и женщины в древних одеждах, с серебряными волосами и серебряными глазами. Такие же, как он.
  
  - Вы... заклинатели лунного источника?
  
  "Мы были ими. Тысячи лет назад. Теперь мы - часть источника".
  
  - Что вы хотите от меня?
  
  Фигуры приблизились - и Цзин Юй почувствовал холод. Не физический - глубже. Холод, проникающий в душу.
  
  "Мы хотим, чтобы ты присоединился к нам".
  
  - Присоединился?
  
  "Стал частью источника. Как стали мы. Как станут все, кого он избирает".
  
  - Но я... - Цзин Юй отступил. - Я не хочу...
  
  "Хочешь или нет - неважно. Это неизбежно".
  
  Серебро вокруг него начало сгущаться, обволакивать, тянуть вниз. Он чувствовал, как его сила - его собственная сила - восстаёт против него, пытается растворить его, поглотить.
  
  - Нет! - он попытался вырваться. - Отпустите меня!
  
  "Ты не можешь уйти. Ты уже наш".
  
  Холод усиливался. Цзин Юй чувствовал, как его тело - там, снаружи, у озера - холодеет, как сердце замедляется.
  
  "Усни", - шептали голоса. - "Усни навсегда. Стань частью вечности".
  
  Он падал - глубже, глубже, в серебряную бездну без дна.
  
  И он не мог остановиться.
  
  * * *
  
  Си Ень проснулся от холода.
  
  Странного, неестественного холода - посреди тёплой летней ночи. Он открыл глаза - и замер.
  
  Цзин Юй сидел на камне, окутанный серебряным светом. Но что-то было не так. Свет был слишком ярким, слишком холодным. И Цзин Юй... Цзин Юй не двигался. Вообще.
  
  - Сюаньчжи? - Си Ень вскочил на ноги. - Эй!
  
  Никакой реакции.
  
  Он подбежал к другу - и схватил его за плечо. Ледяной. Как мертвец.
  
  - Мэйлин! - заорал Си Ень. - МЭЙЛИН!
  
  Она проснулась мгновенно - как просыпаются люди, привыкшие к опасности.
  
  - Что?! - она бросилась к ним. - Что случилось?!
  
  - Он не отвечает! - Си Ень тряс Цзин Юя за плечи. - Он холодный! Он...
  
  Мэйлин положила пальцы на шею Цзин Юя - искала пульс.
  
  - Есть, - прошептала она. - Но слабый. Очень слабый.
  
  - Что с ним?!
  
  - Не знаю! - она призвала свою силу, золотой свет окутал её руки. - Он... он как будто не здесь. Тело здесь, но разум...
  
  - Где?!
  
  - Где-то далеко. Очень далеко.
  
  Серебряный свет вокруг Цзин Юя вспыхнул ярче - и начал затягивать его. Буквально. Его тело становилось всё более прозрачным, всё более... нереальным.
  
  - Он исчезает! - закричала Мэйлин.
  
  - Нет! - Си Ень схватил его за руки. - Нет, ты не посмеешь!
  
  Огонь вспыхнул вокруг него - яростный, отчаянный. Он вливал свою силу в Цзин Юя - тепло против холода, огонь против серебра.
  
  - Мэйлин! Помоги!
  
  Она не раздумывала. Золотой свет хлынул из её рук, переплетаясь с огнём Си Еня. Вместе их силы создавали что-то новое - тёплое, живое, яркое.
  
  - Вернись! - кричал Си Ень. - Сюаньчжи, вернись!
  
  - Пожалуйста! - Мэйлин плакала, но не отрывала рук от его груди. - Пожалуйста, вернись к нам!
  
  * * *
  
  В серебряной бездне Цзин Юй падал.
  
  Голоса окружали его, тянули вниз. Холод проникал всё глубже, замораживая мысли, воспоминания, само его существо.
  
  "Отпусти", - шептали они. - "Отпусти всё. Стань частью вечности".
  
  Он почти сдался. Почти позволил себе раствориться.
  
  И тогда он почувствовал это.
  
  Тепло.
  
  Далёкое, слабое - как свеча в снежной буре. Но оно было там. Звало его.
  
  "Вернись!"
  
  Голос Си Еня - яростный, отчаянный.
  
  "Пожалуйста, вернись к нам!"
  
  Голос Мэйлин - полный слёз и любви.
  
  Они звали его. Они ждали его. Они... любили его.
  
  "Отпусти", - шептали серебряные тени. - "Они не важны. Ничто не важно".
  
  - Нет, - прошептал Цзин Юй.
  
  Он перестал падать.
  
  - Нет, - повторил он громче. - Они важны. Они - всё, что у меня есть.
  
  "Ты не можешь уйти..."
  
  - Могу.
  
  Он потянулся к теплу - к огню и золоту, которые звали его обратно. Это было трудно, невозможно трудно. Серебро держало его, не отпускало.
  
  Но он боролся.
  
  Шаг за шагом, дюйм за дюймом - он поднимался из бездны. К свету. К теплу. К жизни.
  
  "Ты вернёшься", - шептали тени вслед. - "Рано или поздно - ты вернёшься к нам".
  
  - Может быть, - ответил он. - Но не сегодня.
  
  И он вырвался.
  
  * * *
  
  Цзин Юй открыл глаза - и закашлялся.
  
  Воздух ворвался в лёгкие - горячий, живой. Тело болело, голова раскалывалась, но он был жив. Жив.
  
  - Сюаньчжи! - Си Ень держал его за плечи, глаза его горели яростью и облегчением. - Ты...
  
  - Жив, - прохрипел Цзин Юй. - Кажется.
  
  И тогда Мэйлин ударила его.
  
  Не сильно - открытой ладонью по щеке. Но от неожиданности он едва не упал.
  
  - Ты! - она плакала, слёзы текли по её щекам. - Ты идиот! Ты чуть не умер!
  
  - Мэйлин...
  
  - Я думала, мы тебя потеряли! - она била его кулаками по груди - слабо, беспомощно. - Думала, ты... ты...
  
  Она не смогла договорить. Рыдания душили её.
  
  Цзин Юй обнял её - неловко, слабыми руками. Она уткнулась ему в грудь и плакала - долго, отчаянно.
  
  - Прости, - прошептал он. - Прости меня.
  
  * * *
  
  Когда Мэйлин наконец успокоилась, настала очередь Си Еня.
  
  Он стоял над ними - высокий, страшный, с огнём в глазах.
  
  - Теперь ты, - сказал он.
  
  - Си Ень...
  
  - Молчи. - Голос его был ледяным - странно, для заклинателя огня. - Ты чуть не умер. Понимаешь? Чуть. Не. Умер.
  
  - Я не хотел...
  
  - Не хотел?! - Си Ень схватил его за грудки и поднял на ноги. - Ты погружался в эту свою дрянь каждую ночь! Я видел! Я знал, что это плохо кончится!
  
  - Я пытался понять...
  
  - Понять - что?! Как умереть красиво?! Как оставить нас одних?!
  
  - Нет! Я пытался понять, что от меня хотят! Что я должен делать!
  
  - Ты должен жить! - Си Ень встряхнул его. - Жить, слышишь?! Не умирать в какой-то серебряной дряни!
  
  Он отпустил его - и Цзин Юй едва устоял на ногах.
  
  - Если ты хочешь умереть, - голос Си Еня стал тихим, но от этого ещё более страшным, - скажи мне. Я убью тебя собственноручно. Быстро, чисто, без всей этой мистической ерунды. Но не смей. Не смей уходить так.
  
  Цзин Юй смотрел на него - на этого человека, который только что спас ему жизнь. На друга, который боялся его потерять.
  
  - Я не хочу умирать, - сказал он тихо.
  
  - Тогда прекрати вести себя так, будто хочешь!
  
  - Я... - он замолчал. Потом продолжил, ещё тише: - Я не знал, что это так опасно. Правда не знал.
  
  - А теперь знаешь?
  
  - Теперь знаю.
  
  Долгое молчание.
  
  - Хорошо, - наконец сказал Си Ень. - Хорошо.
  
  Он отвернулся - и Цзин Юй увидел, как дрожат его плечи.
  
  * * *
  
  Они не спали до утра.
  
  Сидели у костра - Мэйлин всё ещё всхлипывала, Цзин Юй молчал, Си Ень смотрел в огонь с непроницаемым лицом.
  
  - Что ты видел? - наконец спросила Мэйлин. - Там, в этом... месте?
  
  Цзин Юй долго молчал.
  
  - Я видел других, - сказал он наконец. - Других заклинателей лунного источника. Тех, кто был до меня.
  
  - И что они хотели?
  
  - Чтобы я присоединился к ним. - Он смотрел на свои руки - бледные, почти прозрачные в свете костра. - Они сказали, что это неизбежно. Что все, кого избирает источник, рано или поздно становятся его частью.
  
  - Это... - Мэйлин сглотнула. - Это правда?
  
  - Не знаю. Может быть.
  
  - Тогда... - голос её дрогнул. - Тогда что нам делать?
  
  - Я не знаю, - признал Цзин Юй. - Но я знаю одно - я не хочу уходить. Не сейчас. Не так.
  
  Си Ень повернулся к нему.
  
  - Тогда не уходи, - сказал он просто. - Мы найдём другой путь. Вместе.
  
  - Если он есть.
  
  - Если его нет - мы его создадим.
  
  Мэйлин взяла руку Цзин Юя.
  
  - Мы справимся, - сказала она. - Как всегда.
  
  Цзин Юй посмотрел на них - на этих двоих, которые только что вырвали его из серебряной бездны.
  
  - Спасибо, - прошептал он. - За всё.
  
  * * *
  
  На рассвете они собрали лагерь.
  
  Цзин Юй двигался медленно - тело всё ещё не слушалось после ночного кошмара. Но он был жив. И это было главное.
  
  - Теперь я думаю, мы пойдём... - начал он.
  
  - Отдыхать, - перебил Си Ень. - Мы пойдём отдыхать.
  
  - Но...
  
  - Ты похож на привидение. - Си Ень окинул его взглядом. - И Мэйлин немногим лучше.
  
  - Но мне нужно понять...
  
  - Твои древние чудовища ждали тысячи лет, - отрезал Си Ень. - Подождут ещё.
  
  Цзин Юй хотел возразить - но у него не было сил. Си Ень был прав. Ему нужен был отдых.
  
  - И куда ты нас собираешься затащить? - спросила Мэйлин.
  
  - В нетипичное для меня место, - Си Ень криво улыбнулся. - Но оно недалеко, и я там тоже никогда не был.
  
  - Какое место?
  
  - Главная башня целителей.
  
  Мэйлин и Цзин Юй переглянулись.
  
  - И зачем? - спросил Цзин Юй.
  
  - Скажу, что у моего друга совсем плохо с головой, - ехидно ответил Си Ень. - Пусть что-нибудь посоветуют.
  
  - Очень смешно.
  
  - Я не шучу.
  
  Мэйлин вдруг просияла.
  
  - Башня целителей! Я давно хотела её посмотреть! - она подпрыгнула на месте. - Может, мне набиться к ним в ученицы на время?
  
  - Вот это хорошая идея, - кивнул Цзин Юй. - А то у тебя никакого нормального магического образования.
  
  - Это ты сейчас назвал меня неучем?! - возмутилась Мэйлин.
  
  - Я назвал тебя самоучкой.
  
  - Это то же самое!
  
  - Нет, не то же...
  
  - Хватит, - прервал их Си Ень. - Спорить будете по дороге.
  
  - А они тебя вообще впустят? - спросил Цзин Юй. - В башню целителей?
  
  Си Ень приподнял бровь.
  
  - А ты думаешь, они посмеют меня не пустить?
  
  Цзин Юй подумал о репутации Си Еня. О слухах, которые ходили о главе Чёрной башни. О страхе, который он внушал.
  
  - Мда, - сказал он. - Действительно. С твоей-то репутацией.
  
  - Вот именно.
  
  * * *
  
  Путь к башне целителей занял пять дней.
  
  Они шли медленно - Цзин Юй всё ещё был слаб, и Си Ень не позволял ему перенапрягаться. Останавливались рано, спали долго, ели много.
  
  - Ты меня откармливаешь, - сказал Цзин Юй на третий день, глядя на гору еды, которую Мэйлин поставила перед ним.
  
  - Ты похож на скелет, - ответила она. - Ешь.
  
  - Я не похож на скелет.
  
  - Похож. - Си Ень сел рядом. - Я видел скелеты. Ты похож.
  
  - Спасибо за поддержку.
  
  - Не за что.
  
  Они ели в тишине - привычной, уютной. Но Мэйлин заметила, что Си Ень постоянно смотрит на Цзин Юя - украдкой, когда тот не видит. Смотрит с тревогой.
  
  На четвёртый день, когда Цзин Юй ушёл к ручью умыться, она подошла к Си Еню.
  
  - Зачем мы действительно туда идём? - спросила она тихо.
  
  Си Ень посмотрел на неё - и не стал притворяться.
  
  - Хочу показать его главе целителей.
  
  - Почему?
  
  - Потому что меня беспокоит его состояние. - Си Ень смотрел в сторону ручья, где мелькала серебряная фигура. - Он... меняется, Мэйлин. С каждым днём. Ты не замечаешь?
  
  Мэйлин замялась.
  
  - Замечаю, - признала она. - Он стал более... отстранённым. Иногда смотрит куда-то - и кажется, что он видит что-то, чего мы не видим.
  
  - Именно. - Си Ень сжал кулаки. - Эта лунная сила... она пожирает его. Медленно, но верно. И то, что случилось у озера - это только начало.
  
  - Ты думаешь...
  
  - Я думаю, что если мы ничего не сделаем, мы его потеряем. - Голос Си Еня был тихим, но в нём звучала боль. - Не сегодня, не завтра. Но однажды он просто... уйдёт. В эту свою серебряную бездну. И не вернётся.
  
  Мэйлин почувствовала, как сердце её сжимается.
  
  - И ты думаешь, целители смогут помочь?
  
  - Не знаю. Но глава Восьмой башни - Шэнь Лин - он уже лечил Цзин Юя. После освобождения из печати. Он знает его случай. Может быть... - Си Ень покачал головой. - Может быть, он знает что-то, чего не знаем мы.
  
  - А если нет?
  
  - Тогда будем искать дальше. - Си Ень посмотрел на неё. - Я не отступлю, Мэйлин. Я уже терял его однажды - думал, что потерял. Десять лет считал его мёртвым. Я не переживу это снова.
  
  Мэйлин взяла его за руку - молча, без слов.
  
  - Мы справимся, - сказала она. - Вместе.
  
  - Вместе, - повторил он.
  
  Они стояли так - два человека, которые любили третьего, каждый по-своему. Два человека, которые готовы были на всё, чтобы его спасти.
  
  А у ручья Цзин Юй смотрел на своё отражение - и видел в нём серебро. Слишком много серебра.
  
  "Ты вернёшься", - шептало что-то в глубине его разума. - "Рано или поздно - ты вернёшься к нам".
  
  Он не ответил. Просто отвернулся от воды и пошёл обратно - к друзьям, к теплу, к жизни.
  
  Пока ещё мог.
  
  * * *
  
  На пятый день они увидели башню.
  
  Она была совсем другой, чем Чёрная - белая, изящная, устремлённая к небу, как молитва. Вокруг неё цвели сады - даже сейчас, в конце осени. Травы, цветы, деревья - всё росло, не подчиняясь законам природы.
  
  - Красиво, - прошептала Мэйлин.
  
  - Да, - согласился Цзин Юй.
  
  Си Ень молчал. Он смотрел на башню - и думал о том, что ждёт их внутри.
  
  О надежде.
  
  О страхе.
  
  О друге, которого он не мог позволить себе потерять.
  
  "Помоги ему", - думал он, обращаясь к башне, к целителям, к самим богам. - "Пожалуйста. Помоги ему".
  
  И они двинулись вперёд - три фигуры на дороге, три человека, которые стали семьёй.
  
  Вместе.
  
  Глава 34. Башня целителей
  
  Ворота Восьмой башни были белыми - из какого-то камня, который светился изнутри мягким, успокаивающим светом. По обе стороны от них росли древние ивы, склоняющие ветви к земле, словно в вечном поклоне.
  
  Привратник - молодой человек в светло-серых одеждах - вышел им навстречу.
  
  - Представьтесь, пожалуйста, - попросил он вежливо. - Кто вы и какова цель вашего визита?
  
  Си Ень открыл рот, чтобы ответить - но не успел.
  
  - Подожди.
  
  Из-за ворот появился другой человек - старше, в белоснежных одеждах целителя высшего ранга. Золотая вышивка на его воротнике указывала на положение в башне. Глаза его были острыми, проницательными.
  
  Он внимательно осмотрел троицу - и на лице его появилось выражение сдержанного удивления.
  
  - Глава Чёрной башни, - произнёс он медленно. - Бывший глава Белой башни. И юная золотая ведьма. - Он склонил голову набок. - Чем обязаны визиту?
  
  - Мы мирные путники, - ответил Си Ень с невинной улыбкой. - Пришли просить гостеприимства башни.
  
  - Мирные путники, - повторил целитель без выражения.
  
  - Именно. Мы проходили мимо и решили заглянуть. Юной ведьме было очень любопытно.
  
  - Эй! - возмутилась Мэйлин. - Почему я - ведьма?
  
  - Потому что ты колдуешь и варишь зелья. Это определение ведьмы.
  
  - Это определение целительницы!
  
  - Одно и то же.
  
  Целитель наблюдал за их перепалкой с непроницаемым лицом.
  
  - Что ж, - сказал он наконец. - Проходите. Будьте нашими гостями. Но уважайте хозяев.
  
  - Разумеется, - Си Ень склонил голову. - Мы всегда уважаем хозяев.
  
  Цзин Юй закашлялся, скрывая смешок.
  
  - Меня зовут Лу Чжэнь, - представился целитель. - Я - первый ученик главы башни. Позвольте проводить вас.
  
  И он повёл их внутрь.
  
  * * *
  
  Башня целителей была совсем другой, чем Чёрная.
  
  Если Чёрная башня была крепостью - мрачной, величественной, подавляющей, - то Восьмая была садом. Живым, цветущим, полным света и воздуха.
  
  Внутренний двор был засажен травами и цветами - сотни видов, тысячи оттенков. Даже сейчас, в конце осени, они цвели, наполняя воздух сладким ароматом. Дорожки из белого камня вились между клумбами, фонтаны журчали, птицы пели в кронах деревьев.
  
  - Как это возможно? - прошептала Мэйлин. - Цветы осенью?
  
  - Сила источника, - ответил Лу Чжэнь. - Восьмая башня стоит на месте, где сходятся потоки жизненной энергии. Здесь всё растёт - круглый год.
  
  Они шли по дорожкам, и Мэйлин не могла оторвать глаз от растений. Некоторые она узнавала - лунный корень, златоцвет, серебряная полынь. Другие были ей незнакомы - странные, светящиеся, явно магические.
  
  - Это... - она указала на куст с голубыми цветами, которые звенели на ветру, как колокольчики.
  
  - Небесные слёзы, - сказал Лу Чжэнь. - Редкое растение. Помогает при болезнях души.
  
  - Я никогда о таком не слышала.
  
  - Они растут только здесь. - Он позволил себе лёгкую улыбку. - Башня хранит много секретов.
  
  Сама башня поднималась в центре сада - белая, изящная, с множеством балконов и террас. На каждом балконе были цветы, на каждой террасе - деревья в горшках. Она выглядела не как крепость, а как... как дом.
  
  - Здесь живут целители со всей империи, - объяснял Лу Чжэнь. - Любой заклинатель, независимо от источника, может прийти сюда и учиться искусству исцеления.
  
  - Любой? - переспросил Цзин Юй.
  
  - Любой. - Лу Чжэнь посмотрел на него. - Восьмая башня не принадлежит ни одному источнику. Мы принимаем всех.
  
  - Даже огненных? - спросил Си Ень с усмешкой.
  
  - Даже огненных. - Лу Чжэнь не улыбнулся в ответ. - Хотя огненные редко приходят.
  
  - Потому что мы предпочитаем разрушать, а не исцелять?
  
  - Потому что вы нетерпеливы. Целительство требует времени и покоя.
  
  Си Ень хмыкнул, но не возразил.
  
  * * *
  
  Их разместили в гостевом крыле - просторном, светлом, с окнами на сад.
  
  Три комнаты рядом - для каждого своя. Белые стены, светлая мебель, мягкие покрывала. Везде цветы - свежие, ароматные.
  
  - Если вам что-нибудь понадобится, - Лу Чжэнь остановился у двери, - только скажите. Слуги придут немедленно.
  
  - Спасибо, - сказала Мэйлин.
  
  Лу Чжэнь поклонился - и поклон его был чуть глубже, чем требовалось. Чуть более почтительным.
  
  - Глава примет вас, когда вы отдохнёте, - добавил он. - Я пришлю за вами.
  
  И он ушёл - быстро, словно не мог дождаться, когда окажется подальше от них.
  
  - Они нас боятся, - сказала Мэйлин, когда дверь закрылась.
  
  - Боятся его. - Цзин Юй кивнул на Си Еня. - Репутация.
  
  - Моя репутация прекрасна.
  
  - Твоя репутация ужасна.
  
  - Это одно и то же.
  
  Мэйлин рассмеялась - впервые за несколько дней, искренне и легко.
  
  - Отдыхайте, - сказал Си Ень. - Я пойду осмотрюсь.
  
  - Не сжигай ничего.
  
  - Постараюсь.
  
  И он вышел, оставив их вдвоём.
  
  * * *
  
  Глава башни целителей принял их к вечеру.
  
  Мастер Юн Шэнь был стар - очень стар. Его лицо было изрезано морщинами, как древняя кора, а волосы - белыми, как первый снег. Но его глаза... его глаза были живыми, яркими, полными света и от него исходила сила - мягкая, тёплая, успокаивающая.
  
  - Цзин Юй, - он улыбнулся. - Рад видеть тебя.
  
  - И я рад, учитель.
  
  - И твоих... спутников. - Юн Шэнь повернулся к Си Еню.
  
  Долгая пауза.
  
  Глава целителей смотрел на главу Чёрной башни - внимательно, оценивающе. Словно читал его, как книгу.
  
  - Интересно, - наконец сказал он.
  
  - Что интересно? - спросил Си Ень.
  
  - Ты совсем не такой, каким я тебя представлял.
  
  - Каким вы меня представляли?
  
  - Безумным. Одержимым. Разрушительным. - Шэнь Лин склонил голову. - Но ты... ты в полном мире со своей силой. Она любит тебя. Слушается тебя.
  
  Си Ень моргнул - явно не ожидая такого.
  
  - Вы видите это?
  
  - Я - целитель. Я вижу силу так же ясно, как ты видишь огонь. - Юн Шэнь улыбнулся. - И твоя сила... она счастлива. Впервые за долгое время, если я не ошибаюсь.
  
  Си Ень не ответил. Но что-то в его лице дрогнуло.
  
  - А эта юная госпожа... - Юн Шэнь повернулся к Мэйлин. - Ты та самая целительница, которая освободила Цзин Юя из печати?
  
  - Да, учитель. - Мэйлин поклонилась.
  
  - Остановила его сердце, чтобы обмануть печать. - Юн Шэнь покачал головой. - Смелое решение. И рискованное.
  
  - Я не знала, что делаю...
  
  - Именно поэтому это сработало. - Он подошёл к ней и положил руку ей на плечо. - Ты талантлива, девочка. Очень талантлива. Золотая сила в тебе сильна - сильнее, чем ты думаешь.
  
  Мэйлин покраснела.
  
  - Спасибо, учитель.
  
  - А теперь... - Юн Шэнь повернулся к Цзин Юю. - Покажи мне.
  
  * * *
  
  Осмотр был тщательным.
  
  Юн Шэнь водил руками над телом Цзин Юя, и золотой свет пульсировал под его ладонями. Он хмурился, качал головой, что-то бормотал себе под нос.
  
  Си Ень и Мэйлин ждали - молча, напряжённо.
  
  - Так, - наконец сказал Юн Шэнь. - Я понял.
  
  - Что с ним? - спросил Си Ень.
  
  - Во-первых, - глава целителей посмотрел на Цзин Юя серьёзно, - в тебе осталось слишком мало энергии жизни. Серебро - сила лунного источника - заместило её. Почти полностью.
  
  - Что это значит?
  
  - Это значит, что ты... - Юн Шэнь поискал слова, - ты больше не совсем человек. Твоё тело поддерживается не жизненной силой, а лунной магией. Это... - он покачал головой, - это не нормально. Это опасно.
  
  - Можно исправить?
  
  - Можно. Но это займёт время. - Юн Шэнь указал на кушетку. - Ляг. Начнём сейчас.
  
  Цзин Юй лёг - и Юн Шэнь положил руки ему на грудь.
  
  - Мэйлин, - позвал он. - Подойди. Ты будешь помогать.
  
  - Я?
  
  - Ты. Твоя золотая сила - именно то, что нужно.
  
  Мэйлин подошла и встала рядом. Юн Шэнь взял её руки и положил их на живот Цзин Юя.
  
  - Почувствуй его энергию, - сказал он. - Холод. Серебро. А теперь - влей в него тепло. Жизнь.
  
  - Как?
  
  - Просто делай. Твоя сила знает как.
  
  Мэйлин закрыла глаза - и золотой свет хлынул из её рук.
  
  Она чувствовала его - Цзин Юя. Его тело, его силу, его... холод. Такой холод. Словно внутри него была зима - вечная, бесконечная.
  
  - Согрей его, - шептал Юн Шэнь. - Наполни его жизнью.
  
  Она пыталась. Вливала свою силу - тёплую, живую, золотую. И чувствовала, как холод отступает - медленно, неохотно.
  
  Это продолжалось час. Или два. Или целую вечность.
  
  Когда Мэйлин наконец открыла глаза, она едва держалась на ногах.
  
  - Хорошо, - сказал Юн Шэнь. - Достаточно на сегодня.
  
  - Как он? - спросил Си Ень.
  
  - Лучше. Но это только начало. - Юн Шэнь посмотрел на Цзин Юя, который лежал с закрытыми глазами. - Нужно будет повторять это каждый день. Неделю, может две.
  
  - Мы останемся, - сказал Си Ень.
  
  - Хорошо. - Юн Шэнь кивнул. - А теперь - второе.
  
  - Второе?
  
  - Его меридианы. - Глава целителей нахмурился. - Они были восстановлены после освобождения из печати. Но теперь вижу - они хрупкие. По линиям сращивания. Как кости, которые срослись неправильно.
  
  - Это опасно?
  
  - Пока нет. Но если он будет использовать силу слишком интенсивно - они могут разорваться. - Юн Шэнь покачал головой. - Нужно их укрепить. Скрепить силой.
  
  - Как?
  
  - Это сложная процедура. Я займусь этим сам. - Он посмотрел на Цзин Юя. - Но главное - третье.
  
  - Ещё что-то?
  
  - Он должен научиться контролировать свою силу. - Юн Шэнь говорил серьёзно. - То, что случилось у озера - это не случайность. Древние сущности, которые живут в лунном источнике - они пытаются его контролировать. Поглотить.
  
  - Я знаю, - тихо сказал Цзин Юй, открывая глаза.
  
  - Ты - заклинатель. - Юн Шэнь посмотрел на него. - Ты - хозяин своей силы. Не она тебя, а ты её. Ты не должен им подчиняться.
  
  - Они говорят, что это неизбежно. Что все заклинатели лунного источника рано или поздно становятся частью...
  
  - Чушь, - перебил Юн Шэнь. - Это ложь, которую они говорят, чтобы сломить тебя. Ты - человек. Живой человек. И ты останешься человеком, пока будешь бороться.
  
  Цзин Юй смотрел на него - на этого старого целителя, который говорил с такой уверенностью.
  
  - Вы уверены?
  
  - Уверен. - Юн Шэнь улыбнулся. - Я видел многое за свою жизнь. Видел заклинателей, которые сдались своей силе. И видел тех, кто победил. Ты можешь победить, Цзин Юй. Если захочешь.
  
  - Я хочу.
  
  - Тогда мы научим тебя как.
  
  * * *
  
  Они остались в башне.
  
  Дни превратились в недели. Каждое утро начиналось с лечения - Мэйлин вливала в Цзин Юя жизненную энергию, а Юн Шэнь укреплял его меридианы. Это было изматывающе - для обоих.
  
  Но постепенно Цзин Юй менялся.
  
  Цвет его лица из мертвенно-бледного становился нормальным. Глаза, которые раньше были сплошным серебром, снова обрели зрачки - тёмные, человеческие. Он больше не выглядел как призрак.
  
  - Ты снова похож на человека, - сказал ему Си Ень на третью неделю.
  
  - Спасибо.
  
  - Это был комплимент.
  
  - Я знаю.
  
  Они сидели в саду - под древней ивой, которая укрывала их своими ветвями. Вокруг цвели цветы, пели птицы, журчала вода.
  
  - Странное место, - сказал Си Ень.
  
  - Почему странное?
  
  - Слишком... мирное. - Он оглядел сад. - Я не привык к такому.
  
  - Ты привык к войне.
  
  - Я привык к огню. - Си Ень посмотрел на свои руки. - Огонь не бывает мирным. Он либо горит, либо гаснет.
  
  - Может, пора научиться чему-то новому?
  
  - Может быть.
  
  * * *
  
  Целители башни сначала держались от Си Еня подальше.
  
  Они видели его - высокого, мрачного, с огнём в глазах. Слышали слухи - о демоне Чёрной башни, который сжёг целый город. И боялись.
  
  Но дни шли, и они начали замечать странное.
  
  Си Ень не сжигал ничего. Не угрожал никому. Он просто... был. Ходил по саду, сидел под деревьями, разговаривал со своими друзьями.
  
  И смеялся. Они слышали, как он смеётся - громко, искренне.
  
  Демоны не смеются так.
  
  Первым осмелился подойти молодой целитель по имени Вэй Мин - любопытный, немного безрассудный.
  
  - Простите, господин, - сказал он, подойдя к Си Еню в саду. - Можно спросить?
  
  Си Ень посмотрел на него - и парень едва не убежал.
  
  - Спрашивай.
  
  - Вы... вы правда глава Чёрной башни?
  
  - Правда.
  
  - И вы правда... - Вэй Мин сглотнул, - сожгли Белую Башню?
  
  Долгая пауза.
  
  - Да, - сказал Си Ень. - Сжёг.
  
  - Почему?
  
  Си Ень долго молчал.
  
  - Потому что думал, что потерял единственного друга, - наконец ответил он. - И сошёл с ума от горя.
  
  Вэй Мин моргнул.
  
  - О.
  
  - Это не оправдание, - продолжил Си Ень. - Я совершил ужасную вещь. Убил многих людей. Живу с этим каждый день.
  
  - Но вы... вы не выглядите...
  
  - Безумным?
  
  - Злым.
  
  Си Ень усмехнулся.
  
  - Люди меняются, - сказал он. - Иногда.
  
  После этого целители стали подходить чаще. Сначала робко, потом смелее. Они задавали вопросы - об огненной магии, о Чёрной башне, о боевых заклинаниях.
  
  - Вы можете показать? - спросил однажды Вэй Мин. - Какое-нибудь боевое заклинание?
  
  - Здесь? - Си Ень огляделся. - В саду?
  
  - Есть укреплённый этаж, - сказал другой целитель. - Для экспериментов. Там ничего не сгорит.
  
  Си Ень посмотрел на них - на этих молодых людей, которые смотрели на него с жадным любопытством.
  
  - Ладно, - сказал он. - Покажу.
  
  * * *
  
  Укреплённый этаж был огромным - целый зал, выложенный особым камнем, который не горел и не плавился.
  
  - Для экспериментов с опасными зельями, - объяснил Вэй Мин. - Иногда они взрываются.
  
  - Полезно.
  
  Си Ень встал в центре зала. Вокруг него собралась толпа - десятки молодых целителей, жаждущих увидеть настоящую боевую магию.
  
  - Что показать? - спросил он.
  
  - Всё! - крикнул кто-то из толпы.
  
  Си Ень усмехнулся - и поднял руку.
  
  Огонь вспыхнул - яркий, ревущий, но контролируемый. Он формировался в его ладони, принимая форму шара, потом копья, потом дракона.
  
  Целители ахнули.
  
  - Это базовая техника, - сказал Си Ень. - Формирование огня. Любой заклинатель огня умеет это делать.
  
  - Но это так красиво! - воскликнул Вэй Мин.
  
  - Красиво? - Си Ень приподнял бровь. - Это оружие. Оно не должно быть красивым.
  
  - Но оно красивое!
  
  Си Ень показывал им технику за техникой - огненные щиты, огненные стены, огненные клинки. Каждое заклинание было смертоносным - но в его руках оно выглядело как танец.
  
  - А теперь - серьёзно, - сказал он.
  
  Огненные крылья развернулись за его спиной - огромные, ослепительные. Он взлетел к потолку, и пламя хлынуло из него волной, заполняя весь зал.
  
  Целители закричали - от страха и восторга одновременно.
  
  - Что здесь происходит?!
  
  Голос принадлежал старому целителю - одному из наставников. Он стоял в дверях, и лицо его было белым от ужаса.
  
  - Демонстрация, - невозмутимо ответил Си Ень, опускаясь на пол.
  
  - Демонстрация?! Вы чуть не сожгли моих учеников!
  
  - Я полностью контролировал ситуацию.
  
  - Контролировали?! Это было...
  
  - Потрясающе! - перебил Вэй Мин. - Наставник Фан, это было потрясающе!
  
  Старый целитель смотрел на своих учеников - на их горящие глаза, на их восторженные лица.
  
  - Вы все сумасшедшие, - пробормотал он и ушёл.
  
  Си Ень посмотрел ему вслед - и позволил себе улыбку.
  
  - Продолжим? - спросил он.
  
  - ДА! - хором ответили целители.
  
  * * *
  
  Тем временем Мэйлин училась.
  
  Юн Шэнь познакомил её с молодой целительницей по имени Сун Яо - девушкой примерно её возраста, с добрыми глазами и мягкой улыбкой.
  
  - Она покажет тебе башню, - сказал глава. - И начнёт обучать основам. У тебя талант, Мэйлин, но тебе не хватает структуры.
  
  - Структуры?
  
  - Знаний. Теории. Понимания того, что ты делаешь и почему. - Он улыбнулся. - Ты самоучка - и это прекрасно. Но теперь пора учиться по-настоящему.
  
  Сун Яо оказалась прекрасной наставницей.
  
  Она водила Мэйлин по башне, показывая залы для медитации, лаборатории для приготовления зелий, библиотеки со свитками и книгами. Она объясняла теорию - энергетические потоки, меридианы, взаимодействие сил.
  
  - Ты используешь золотую силу интуитивно, - говорила она. - Это работает, но неэффективно. Ты тратишь больше энергии, чем нужно.
  
  - Как исправить?
  
  - Практика. И понимание.
  
  Они проводили часы в медитации - Мэйлин училась чувствовать свою силу, направлять её, контролировать. Это было труднее, чем она думала.
  
  - Ты слишком торопишься, - говорила Сун Яо. - Целительство требует терпения.
  
  - Я знаю. Но...
  
  - Но ты привыкла к экстренным ситуациям. - Сун Яо улыбнулась. - Твои друзья постоянно попадают в неприятности, да?
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Постоянно.
  
  - Тогда тем более важно научиться эффективности. Чтобы хватало сил на всё.
  
  Они подружились - две молодые целительницы, такие разные и такие похожие. Сун Яо была спокойной, уравновешенной, выросшей в стенах башни. Мэйлин - бурной, порывистой, прошедшей через огонь и воду.
  
  - Расскажи о своих путешествиях, - просила Сун Яо. - Что вы видели?
  
  И Мэйлин рассказывала - о туманных демонах, о лунной богине, о чёрной башне, о ярмарке. Сун Яо слушала с горящими глазами.
  
  - Это звучит... невероятно.
  
  - Это было невероятно. И страшно. И прекрасно.
  
  - Ты не хочешь остаться? - спросила однажды Сун Яо. - Здесь, в башне? Учиться по-настоящему?
  
  Мэйлин задумалась.
  
  - Может быть, - сказала она. - Когда-нибудь. Но не сейчас.
  
  - Почему?
  
  - Потому что они меня ждут. - Она посмотрела в окно, где в саду сидели Цзин Юй и Си Ень. - Они - моя семья.
  
  Сун Яо проследила за её взглядом.
  
  - Ты их любишь.
  
  - Люблю.
  
  - Обоих?
  
  Мэйлин не ответила. Но румянец на её щеках сказал достаточно.
  
  * * *
  
  Недели превращались в месяцы.
  
  Цзин Юй становился сильнее - день за днём. Юн Шэнь укреплял его меридианы, Мэйлин вливала в него жизненную энергию, и серебро отступало, уступая место человеческому теплу.
  
  - Ты делаешь успехи, - сказал ему Юн Шэнь однажды. - Большие успехи.
  
  - Благодаря вам.
  
  - Благодаря тебе. - Глава целителей посмотрел на него. - Ты борешься. Не сдаёшься. Это главное.
  
  - Иногда я слышу их, - признался Цзин Юй. - Голоса. Они зовут меня.
  
  - И что ты делаешь?
  
  - Не отвечаю. Отворачиваюсь. Иду к друзьям.
  
  - Правильно. - Юн Шэнь улыбнулся. - Они - твой якорь. Твоя связь с миром живых. Пока они рядом - ты не потеряешься.
  
  - А если они однажды уйдут?
  
  - Они не уйдут. - Голос Юн Шэня был уверенным. - Я видел, как они смотрят на тебя. Как бросились тебя спасать, когда ты тонул в серебре. Такие люди не уходят.
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - Ты счастливый человек, Цзин Юй, - продолжил Юн Шэнь. - Не многим достаются такие друзья.
  
  - Я знаю.
  
  - Тогда держись за них. Что бы ни случилось.
  
  - Буду.
  
  И он держался.
  
  Каждый день - за руку Мэйлин, которая вливала в него жизнь. За плечо Си Еня, который стоял рядом и хмурился. За их голоса, их смех, их тепло.
  
  За жизнь.
  
  Глава 35. Поединки
  
  Утро было ясным - редкость для поздней осени.
  
  Цзин Юй нашёл друзей в саду, под их любимой ивой. Мэйлин плела венок из поздних цветов, Си Ень дремал, привалившись к стволу.
  
  - Глава разрешил мне покинуть башню, - сказал Цзин Юй. - Если я хочу.
  
  Си Ень открыл один глаз.
  
  - Ну ты теперь гораздо больше похож на человека, серебряный, - он улыбнулся. - Пошли.
  
  - Куда?
  
  - Потренируемся, конечно. - Си Ень поднялся и потянулся. - Я совсем заскучал в обществе целителей. Они слишком... мирные.
  
  - Но я тоже хочу! - возмутилась Мэйлин, отбрасывая недоплетённый венок.
  
  - Ты потренируешься с победителем, - пообещал Си Ень.
  
  Цзин Юй посмотрел на него с сомнением.
  
  - Ты с ума сошёл? После всего лечения - сразу в бой?
  
  - Сам глава сказал, что я совершенно нормален, - гордо ответил Си Ень. - Он проверял меня трижды. Сказал, что никогда не видел такого здорового огненного заклинателя.
  
  - Он имел в виду твоё тело, не голову.
  
  - Моя голова тоже в порядке.
  
  - Это спорно.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Хватит препираться! Идём уже!
  
  * * *
  
  Они нашли поляну за пределами башни - достаточно большую и достаточно далёкую, чтобы не напугать целителей.
  
  - Правила? - спросил Цзин Юй, разминая плечи.
  
  - Как в прошлый раз. - Си Ень снял верхний халат и остался в тонкой рубашке. - Без смертельных ударов, без увечий. Первый, кто коснётся земли - проиграл.
  
  - Согласен.
  
  Мэйлин устроилась на поваленном дереве - как в тот раз, у костра. Только теперь она смотрела другими глазами. Глазами целительницы, которая училась месяцами и понимала гораздо больше.
  
  - Готов? - спросил Си Ень.
  
  - Готов.
  
  Они встали друг напротив друга - две фигуры на залитой солнцем поляне. Серебро и огонь. Луна и пламя.
  
  И началось.
  
  * * *
  
  Си Ень атаковал первым - как всегда.
  
  Огненный шар сорвался с его ладони, но Цзин Юй был готов. Он не стал отбивать - просто шагнул в сторону, и шар пролетел мимо, врезавшись в дерево позади.
  
  - Ты стал быстрее, - одобрил Си Ень.
  
  - Это ты сиал медленнее.
  
  - Нахал.
  
  Второй удар - серия огненных копий, веером расходящихся в воздухе. Цзин Юй поставил лунный щит, и копья разбились о него, рассыпаясь искрами.
  
  - Щит крепче, - заметил Си Ень.
  
  - Юн Шэнь научил меня кое-чему.
  
  - Покажи.
  
  Цзин Юй атаковал - впервые за весь бой. Лунный клинок материализовался в его руке, но не такой, как раньше. Этот был плотнее, ярче, с чёткими гранями. Настоящее оружие, а не призрачная тень.
  
  Он бросился вперёд, и клинок запел в воздухе.
  
  Си Ень отступил, создавая огненный меч, чтобы парировать. Лезвия столкнулись - и воздух задрожал от силы удара.
  
  - Неплохо! - Си Ень оскалился в улыбке. - Совсем неплохо!
  
  Они кружили друг вокруг друга - удар, блок, контрудар. Клинки звенели, искры летели, земля под ногами дымилась от жара.
  
  Мэйлин смотрела - и видела то, чего не видела раньше. Потоки энергии, струящиеся вокруг них. Золотые нити Цзин Юя - теперь с явным серебряным оттенком, но живые, тёплые. Алое сияние Си Еня - яростное, но контролируемое.
  
  Они были красивы. Оба.
  
  * * *
  
  Си Ень усилил натиск.
  
  Огонь хлынул из него волной - не такой мощной, как тогда, в деревне с пожирателем душ, но достаточно сильной. Жар опалил траву, воздух задрожал от силы.
  
  Цзин Юй не отступил.
  
  Он поднял руки - и серебряный свет окутал его, формируя кокон. Огонь ударил в него - и разошёлся в стороны, как вода вокруг камня.
  
  - Новый трюк, - крикнул Си Ень сквозь рёв пламени.
  
  - Старый трюк. Новое исполнение.
  
  Огонь иссяк - и Цзин Юй контратаковал.
  
  Лунные лезвия - десятки, сотни - вылетели из его рук, как стая серебряных птиц. Они кружились вокруг Си Еня, атакуя со всех сторон одновременно.
  
  Си Ень вращался, отбивая их огненным мечом. Раз, два, пять, десять - лезвия разбивались о его клинок, но их было слишком много.
  
  Одно прошло сквозь защиту и резануло его по плечу.
  
  - Ай! - он отскочил назад. - Это было больно!
  
  - Ты сам хотел серьёзный бой.
  
  - Я хотел развлечься, а не истекать кровью!
  
  - Это царапина.
  
  - Глубокая царапина!
  
  Мэйлин покачала головой. Мальчишки.
  
  * * *
  
  Бой продолжался.
  
  Теперь оба были серьёзны - никаких шуток, никаких поддразниваний. Только сила против силы, воля против воли.
  
  Си Ень создал огненного дракона - меньше, чем обычно, но быстрее и манёвреннее. Дракон метнулся к Цзин Юю, раскрыв пасть.
  
  Цзин Юй не стал уклоняться. Вместо этого он сам бросился навстречу - прямо в разинутую пасть.
  
  - Ты что делаешь?! - крикнул Си Ень.
  
  Но Цзин Юй знал, что делает.
  
  В последний момент он развернулся, лунный клинок в его руке вспыхнул ярче - и рассёк дракона пополам. Огненные останки разлетелись в стороны, а Цзин Юй пролетел сквозь них невредимым, окутанный серебряным щитом.
  
  И оказался прямо перед Си Енем.
  
  - Сдавайся, - сказал он, приставив клинок к его горлу.
  
  Си Ень замер. Глаза его расширились.
  
  А потом он рассмеялся.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Очень хорошо. Но...
  
  Земля под ногами Цзин Юя вспыхнула.
  
  Он отпрыгнул - слишком поздно. Огонь лизнул его сапоги, заставив потерять равновесие. Си Ень ударил - открытой ладонью, без огня, просто толкнул его.
  
  Цзин Юй покачнулся - и упал на одно колено.
  
  - Технически, - Си Ень ухмылялся сверху вниз, - ты коснулся земли первым.
  
  - Ты сжульничал!
  
  - Я использовал тактику.
  
  - Ты поджёг землю под моими ногами!
  
  - Это тоже тактика.
  
  Цзин Юй поднялся, отряхивая колени.
  
  - Это нечестно.
  
  - Честный бой - это бой, который ты выиграл, - процитировал Си Ень самого себя.
  
  - Я ненавижу эту фразу.
  
  - Я знаю. Поэтому повторяю её так часто.
  
  Мэйлин захлопала в ладоши.
  
  - Браво! Это было потрясающе!
  
  - Он сжульничал! - возмутился Цзин Юй.
  
  - Он победил, - возразила она. - А теперь моя очередь!
  
  Си Ень посмотрел на неё - на эту маленькую целительницу с горящими глазами.
  
  - Ты уверена?
  
  - Абсолютно.
  
  - Тогда иди сюда.
  
  * * *
  
  Мэйлин встала напротив Си Еня.
  
  Разница была очевидна. Он - высокий, мускулистый, с огнём в глазах и годами боевого опыта. Она - маленькая, хрупкая, с несколькими месяцами обучения за плечами.
  
  - Правила, - сказал Си Ень. - Я не буду атаковать в полную силу. Буду использовать только базовые техники. Твоя задача - защищаться и, если получится, контратаковать.
  
  - Понятно.
  
  - И не пытайся меня победить. Это учебный бой. Цель - научиться, а не выиграть.
  
  - Понятно, - повторила Мэйлин. Но глаза её говорили другое.
  
  Цзин Юй занял место на поваленном дереве. Он видел этот взгляд. Мэйлин собиралась попытаться победить - несмотря ни на что.
  
  - Начали, - сказал Си Ень.
  
  * * *
  
  Первый огненный шар был медленным - настолько, что Мэйлин успела бы уклониться трижды.
  
  Но она не стала уклоняться.
  
  Золотой щит вспыхнул перед ней - плотный, многослойный, как учила Сун Яо. Огненный шар ударил в него - и рассыпался искрами.
  
  - Хороший щит, - одобрил Си Ень.
  
  - Спасибо.
  
  - Но слишком много энергии. Попробуй тоньше.
  
  Второй шар - чуть быстрее. Мэйлин снова поставила щит, но теперь тоньше, экономнее. Шар разбился о него - и она почувствовала удар, отдавшийся в руках.
  
  - Лучше. Ещё.
  
  Он бросал в неё шар за шаром - медленно, методично. Мэйлин отбивала их, училась чувствовать ритм, находить баланс между силой и экономией.
  
  - Теперь - серия, - предупредил Си Ень.
  
  Три шара - один за другим, с разных направлений. Мэйлин закружилась, ставя щиты - один, второй, третий. Последний почти прорвался, опалив край её рукава.
  
  - Неплохо, - Си Ень кивнул. - Но ты только защищаешься. Попробуй атаковать.
  
  - Как?
  
  - Как хочешь. Удиви меня.
  
  Мэйлин задумалась. Её золотая сила была не боевой - она это знала. Но Сун Яо говорила, что любая сила может быть оружием, если знать, как её использовать.
  
  Она вспомнила ту ночь в "Девяти небесах" - как её злость смешалась с жаром вокруг, как луч золотого света ударил в пол.
  
  "Попробуй", - сказала она себе.
  
  Она призвала свою силу - но не для щита. Для атаки. Золотой свет собрался в её ладони, уплотнился, принял форму...
  
  - Это что? - Си Ень приподнял бровь.
  
  - Сама не знаю.
  
  Она швырнула это в него - комок золотого света, яркий и тёплый. Он летел медленно, неуклюже - но летел.
  
  Си Ень легко уклонился.
  
  - Слабо, - сказал он. - Но это начало. Ещё раз.
  
  Мэйлин попробовала снова. И снова. И снова.
  
  Каждый раз получалось чуть лучше - чуть быстрее, чуть точнее. Золотые снаряды всё ещё были слабыми по сравнению с огнём Си Еня, но они были.
  
  - Достаточно, - наконец сказал он. - Теперь - настоящий бой.
  
  - Настоящий?
  
  - Я буду атаковать, ты будешь защищаться и контратаковать. Готова?
  
  Мэйлин сглотнула.
  
  - Готова.
  
  * * *
  
  Си Ень не щадил её.
  
  О, он не использовал настоящую силу - даже десятой части того, что показывал против Цзин Юя. Но он был быстрым, хитрым, непредсказуемым.
  
  Огненные шары летели со всех сторон. Мэйлин крутилась, ставя щиты - один за другим, без передышки. Пот катился по лицу, руки дрожали от напряжения.
  
  - Не только защищайся! - крикнул Си Ень. - Атакуй!
  
  Она попыталась - швырнула золотой снаряд между двумя щитами. Он прошёл мимо.
  
  - Ещё!
  
  Ещё один снаряд. Ещё мимо.
  
  - Ты целишься глазами! - крикнул Си Ень. - Целься силой! Почувствуй, где я!
  
  Мэйлин закрыла глаза. Безумие - закрывать глаза в бою. Но она сделала это.
  
  И почувствовала.
  
  Си Ень был как костёр - яркий, горячий, пульсирующий. Она чувствовала его так же ясно, как чувствовала бы солнце на лице.
  
  Она швырнула снаряд - не глядя, просто туда, где был жар.
  
  - Ай!
  
  Она открыла глаза. Снаряд попал Си Еню в плечо - в то самое, которое уже порезал Цзин Юй.
  
  - Извини! - крикнула она.
  
  - Не извиняйся! - Си Ень потирал плечо, но улыбался. - Это было отлично!
  
  - Правда?
  
  - Правда. Ты попала. Это главное.
  
  Цзин Юй захлопал - медленно, с улыбкой.
  
  - Неплохо для ведьмочки.
  
  - Я не ведьмочка!
  
  - Ты только что ударила главу Чёрной башни золотым снарядом. Это определение ведьмы.
  
  - Это определение... - она замолчала. - Ладно. Может быть, немного ведьма.
  
  Они рассмеялись - все трое, стоя на выжженной поляне, уставшие и счастливые.
  
  * * *
  
  Они лежали на траве - там, где она ещё осталась.
  
  - Ты действительно стал сильнее, - сказал Си Ень, глядя в небо.
  
  - Благодаря вам, - ответил Цзин Юй. - И Юн Шэню.
  
  - И Мэйлин.
  
  - И Мэйлин.
  
  Она лежала между ними, раскинув руки.
  
  - Я устала, - пробормотала она. - Ужасно устала.
  
  - Зато ты попала в меня.
  
  - Это было случайно.
  
  - Нет. - Си Ень повернул голову, чтобы посмотреть на неё. - Это было мастерство. Ты почувствовала меня силой - это высший уровень. Многие боевые маги не умеют этого делать.
  
  - Правда?
  
  - Правда. Ты талантлива, Мэйлин. Очень талантлива.
  
  Она покраснела - и была рада, что лежит, и они не видят её лица.
  
  - Спасибо.
  
  - Не за что.
  
  Они лежали в тишине - три друга под осенним небом. Ветер шелестел в ветвях, птицы пели вдалеке, солнце грело их лица.
  
  - Что дальше? - спросила наконец Мэйлин.
  
  - Дальше? - Цзин Юй задумался. - Не знаю. Юн Шэнь говорит, что я достаточно здоров для путешествий. Но...
  
  - Но?
  
  - Но он также говорит, что мне нужно продолжать практику. Контроль над силой. Медитация.
  
  - Это можно делать в дороге, - сказал Си Ень.
  
  - Можно. Но...
  
  - Никаких но. - Си Ень сел. - Мы достаточно долго сидели на месте. Пора двигаться.
  
  - Куда?
  
  - Куда-нибудь. - Он улыбнулся. - Куда дорога приведёт.
  
  Мэйлин тоже села.
  
  - Мне нужно попрощаться с Сун Яо.
  
  - Конечно. И поблагодарить Юн Шэня.
  
  - И собрать травы, которые он мне дал.
  
  - И это тоже.
  
  Цзин Юй смотрел на них - на этих двоих, которые спасли ему жизнь. Которые вытащили его из серебряной бездны. Которые не отступили, когда он почти потерялся.
  
  - Спасибо, - сказал он тихо.
  
  Они повернулись к нему.
  
  - За что? - спросила Мэйлин.
  
  - За всё. За то, что вы рядом. За то, что не бросили меня.
  
  - Глупости, - фыркнул Си Ень. - Мы - семья. Семья не бросает.
  
  - Никогда, - добавила Мэйлин.
  
  Цзин Юй улыбнулся - впервые за долгое время, по-настоящему.
  
  - Семья, - повторил он. - Да. Семья.
  
  И они сидели на поляне - три человека, которые нашли друг друга в этом огромном мире. Три человека, которые стали семьёй.
  
  Впереди их ждала дорога. Новые приключения, новые опасности, новые чудеса.
  
  Но это могло подождать.
  
  Сейчас они просто были вместе.
  
  И этого было достаточно.
  
  Глава 36. Мечта о саламандре
  
  Они сидели в гостиной своих покоев в башне целителей - последний вечер перед уходом. Вещи собраны, прощания сказаны, травы упакованы.
  
  - Всё, - сказал Си Ень, откидываясь на диван. - Хватит.
  
  - Чего хватит? - спросила Мэйлин.
  
  - Хватит бегать за чужими проблемами. Мы не единственные сильные заклинатели в этом мире. Есть другие башни, другие маги, целая империя с армией и чиновниками. - Он махнул рукой. - Пусть они спасают мир. Мы должны делать то, что хотим.
  
  Цзин Юй приподнял бровь.
  
  - То, что хотим?
  
  - Именно. - Си Ень посмотрел на них. - Вот пусть каждый скажет, чего он хочет. И будем это делать.
  
  Повисла пауза.
  
  - Ну если так, - сказал Цзин Юй, - то говори, чего хочешь ты. А то мы тебя тут насильно таскаем по всяким странным местам. Сначала горы за Слезой Тумана, потом храм с призрачной чумой, потом башня целителей...
  
  - Это было нужно.
  
  - Было. Но теперь твоя очередь. Чего ты хочешь?
  
  Си Ень замолчал. На лице его появилось странное выражение - мечтательное, почти детское.
  
  - Тогда... - он помедлил. - Хочу саламандру.
  
  Тишина.
  
  - Какую саламандру? - спросил Цзин Юй.
  
  - Ну конечно огненную, - ответил Си Ень, как будто это было очевидно.
  
  - Огненную саламандру, - повторил Цзин Юй. - Магического зверя, усиливающего силу заклинателя?
  
  - Да.
  
  - Зачем тебе усиливающий магический зверь? Ты и так один из сильнейших заклинателей в империи.
  
  Си Ень пожал плечами.
  
  - Ну она красивая. У неё блестящая чешуя - алая с золотом. И длинный хвост. И глаза как угольки. - Он улыбнулся мечтательно. - Я всегда хотел саламандру. С детства.
  
  - С детства?
  
  - Да. У старого главы была саламандра. Огромная, величественная. Она сидела у него на плече и смотрела на всех так... - он поискал слово, - так презрительно. Я был маленьким и думал - когда вырасту, у меня тоже будет такая.
  
  - И что случилось?
  
  - Вырос. Стал главой. - Си Ень пожал плечами. - Было не до саламандр.
  
  Цзин Юй открыл рот, чтобы возразить - и закрыл.
  
  - Почему я с тобой спорю? - он одёрнул себя. - Ты хочешь саламандру - чудесно. И где они водятся?
  
  Си Ень просиял.
  
  - Есть достаточно много мест. Вулканы, горячие источники, места силы огненного источника. Но основное - Огненная Гора.
  
  - Это что?
  
  - Ну это... огненная гора. - Си Ень развёл руками. - Вообще-то это открытый источник огня. Не такой мощный, как под Чёрной башней, но достаточно сильный. Поэтому там много саламандр. Самых красивых.
  
  - Открытый источник, - повторил Цзин Юй. - То есть место, где сила огня выходит на поверхность?
  
  - Именно. Там всё горит - камни, воздух, сама земля. И саламандры там... - глаза Си Еня загорелись, - самые яркие, самые сильные. Настоящие огненные драконы в миниатюре.
  
  - А рядом есть город?
  
  - Да! Хуолунчэн - Город Огненного Дракона. Там саламандр можно даже купить. Целый рынок магических зверей. - Си Ень мечтательно улыбнулся. - Но я хочу свою поймать. Сам. Чтобы она выбрала меня.
  
  Мэйлин слушала их разговор с горящими глазами.
  
  - Город заклинателей огненного источника? - уточнил Цзин Юй.
  
  - Не только. Там живут все - торговцы, ремесленники, охотники за магическими зверями. Но заклинателей огня, как ты понимаешь, много. Рядом с источником они чувствуют себя... как дома.
  
  - Они тоже подчиняются тебе? Глава Чёрной башни?
  
  Си Ень поморщился.
  
  - Номинально - да. Все заклинатели огня в империи формально под моей властью. Но на практике... - он покачал головой, - я бы не проверял. Хуолунчэн - место особое. Там свои законы, свои правила. К тому же так близко к источнику будет много нестабильных заклинателей.
  
  - Нестабильных?
  
  - Сила источника... опьяняет. - Си Ень поискал слова. - Представь, что ты пьёшь вино - постоянно, каждый день. Некоторые справляются. Другие... теряют контроль.
  
  - То есть ты хочешь пойти в город с толпой нестабильных заклинателей огня?
  
  - Ну, со мной это не будет опасно. - Си Ень пожал плечами. - Я смогу вас защитить. К тому же большинство из них не опасны - просто... эксцентричны.
  
  - Эксцентричны.
  
  - Да. Немного безумны. Но в хорошем смысле.
  
  Цзин Юй потёр переносицу.
  
  - Как интересно! - вмешалась Мэйлин. - Хочу на это посмотреть! Город у огненной горы, магические звери, безумные заклинатели!
  
  - Вот видишь, - Си Ень указал на неё. - Мэйлин хочет.
  
  - Мэйлин хочет на всё посмотреть.
  
  - Это правда, - согласилась она. - Но это же звучит так захватывающе!
  
  Цзин Юй вздохнул.
  
  - Почему я опять с тобой спорю? - он покачал головой. - Если ты хочешь - пойдём к Огненной горе. Будем ловить тебе саламандру.
  
  Си Ень просиял - как ребёнок, которому пообещали сладости.
  
  - Правда?
  
  - Правда. Только один вопрос.
  
  - Какой?
  
  - Что ты потом будешь делать с этой саламандрой?
  
  Си Ень задумался. Потом улыбнулся - широко, счастливо.
  
  - Гладить и носить на плече.
  
  - Гладить.
  
  - Да. У них очень приятная чешуя. Тёплая.
  
  - И всё?
  
  - И всё. - Си Ень пожал плечами. - Разве этого мало?
  
  Цзин Юй не нашёл, что ответить.
  
  - А мне можно будет её погладить? - спросила Мэйлин.
  
  - Тебе - да, - великодушно разрешил Си Ень. - А ему, - он кивнул на Цзин Юя, - не дам. Пусть завидует.
  
  - За что?!
  
  - За то, что споришь.
  
  - Я не спорю! Я задаю разумные вопросы!
  
  - Ты споришь. Всегда споришь. - Си Ень скрестил руки на груди. - Никакой саламандры для тебя.
  
  - Мне не нужна твоя саламандра.
  
  - Вот и хорошо. Потому что ты её не получишь.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Мальчики, - сказала она. - Вы как дети.
  
  - Он начал! - сказали они хором.
  
  И рассмеялись - все трое.
  
  * * *
  
  На следующее утро они покинули башню целителей.
  
  Шэнь Лин вышел проводить их - старый целитель с добрыми глазами и мудрой улыбкой.
  
  - Береги себя, - сказал он Цзин Юю. - И помни, чему я тебя учил.
  
  - Буду помнить, учитель.
  
  - И вы, - он повернулся к Си Еню и Мэйлин. - Берегите его. Он сильнее, чем был, но всё ещё уязвим.
  
  - Мы знаем, - сказала Мэйлин.
  
  - Мы справимся, - добавил Си Ень.
  
  Шэнь Лин кивнул.
  
  - Я верю в вас. Всех троих.
  
  Сун Яо стояла рядом - молодая целительница, ставшая подругой Мэйлин за эти месяцы.
  
  - Возвращайся, - сказала она. - Когда-нибудь.
  
  - Вернусь, - пообещала Мэйлин. - Обязательно.
  
  Они обнялись - крепко, как сёстры.
  
  - Береги себя, - прошептала Сун Яо. - И береги их.
  
  - Буду.
  
  И они ушли - три фигуры на утренней дороге, три друга, отправившиеся за мечтой.
  
  За саламандрой.
  
  * * *
  
  - Так куда именно мы идём? - спросил Цзин Юй на третий день пути.
  
  Они шли на юго-восток, через холмы и долины. Погода была хорошей - солнечной, но не жаркой.
  
  - Огненная Гора находится в провинции Яньчжоу, - объяснил Си Ень. - Около трёх недель пути, если идти пешком.
  
  - А если лететь?
  
  - Если лететь - три дня. Но я не хочу лететь.
  
  - Почему?
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Потому что мне нравится идти с вами, - сказал он наконец. - Не торопясь. Разговаривая. Просто... быть вместе.
  
  Цзин Юй посмотрел на него - на этого человека, который когда-то был демоном, а теперь говорил такие вещи.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Пойдём пешком.
  
  - Я тоже за пешком! - поддержала Мэйлин. - Так интереснее. Можно заходить в деревни, пробовать местную еду, смотреть на всё...
  
  - И собирать травы, - добавил Цзин Юй.
  
  - И собирать травы! - она просияла. - Сун Яо сказала, что в провинции Яньчжоу растут особые огненные травы. Хочу их найти.
  
  - Огненные травы? - Си Ень приподнял бровь.
  
  - Да! Они растут только рядом с источниками огня. Очень полезны для зелий от обморожения и истощения.
  
  - Ты собираешься варить зелья от обморожения рядом с огненной горой?
  
  - Я собираюсь собирать ингредиенты! Варить буду потом!
  
  Они шли - и разговаривали. О травах и саламандрах, о башнях и городах, о прошлом и будущем. Ни о чём и обо всём.
  
  Это было хорошо.
  
  * * *
  
  На десятый день они заметили изменения.
  
  Воздух стал теплее - даже ночью. Трава по обочинам дороги была не зелёной, а золотистой, словно выжженной солнцем. Деревья росли реже, а те, что росли, были странными - с красноватой корой и листьями цвета пламени.
  
  - Мы приближаемся, - сказал Си Ень.
  
  - Я чувствую, - ответил Цзин Юй. - Сила огня... она везде.
  
  - Тебе плохо?
  
  - Нет. - Цзин Юй прислушался к себе. - Просто... непривычно. Как будто всё вокруг гудит на частоте, которую я не могу услышать.
  
  - Это источник. - Си Ень улыбнулся. - Он зовёт.
  
  - Кого зовёт?
  
  - Всех заклинателей огня. Тех, кто слышит его голос. - Он посмотрел вдаль. - Скоро увидим гору.
  
  Они увидели её на закате двенадцатого дня.
  
  * * *
  
  Огненная Гора была... огненной.
  
  В буквальном смысле.
  
  Она поднималась над равниной - огромная, чёрная, с алыми прожилками, бегущими по склонам. На вершине горел огонь - не вулканический, не обычный. Магический огонь, вырывающийся из самого сердца земли.
  
  Столб пламени уходил в небо, окрашивая облака в алый и золотой. Даже отсюда, за много ли, они чувствовали его жар.
  
  - Небеса, - прошептала Мэйлин.
  
  - Красиво, правда? - Си Ень смотрел на гору с выражением, которого Цзин Юй у него раньше не видел. Благоговение. Восторг. Любовь.
  
  - Это... невероятно.
  
  - Это - источник, - тихо сказал Си Ень. - Открытый источник огня.
  
  - И рядом живут заклинатели?
  
  - Да. - Си Ень кивнул на россыпь огней у подножия горы. - Вон там - Хуолунчэн. Город Огненного Дракона.
  
  Мэйлин всматривалась в даль.
  
  - Там так много огней...
  
  - Много людей. Много заклинателей. - Си Ень помолчал. - Будьте осторожны, когда войдём. Это не обычный город.
  
  - А какой?
  
  - Дикий. Свободный. - Он усмехнулся. - Опасный.
  
  Цзин Юй посмотрел на гору - на пламя, бьющее в небо, на алые отблески на облаках.
  
  - И ты хочешь подняться туда? - спросил он. - За саламандрой?
  
  - Да.
  
  - На гору, где всё горит?
  
  - Да.
  
  - С нами?
  
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Вы останетесь в городе. Туда я пойду один.
  
  - Почему?
  
  - Потому что там опасно даже для меня. - Он посмотрел на них серьёзно. - Огонь источника... он не разбирает. Он просто горит. Вы не выживете там.
  
  - А ты?
  
  - Я - заклинатель огня. - Си Ень улыбнулся. - Огонь меня не тронет.
  
  - Ты уверен?
  
  - Абсолютно.
  
  Они стояли на холме, глядя на Огненную Гору - на это чудо природы и магии. Солнце садилось за их спинами, и казалось, что весь мир горит - от заката позади до пламени впереди.
  
  - Завтра, - сказал Си Ень. - Завтра мы войдём в город. А потом... - он улыбнулся мечтательно, - потом я поймаю свою саламандру.
  
  - И будешь её гладить.
  
  - И буду её гладить.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Это будет интересно.
  
  - Это будет замечательно, - поправил Си Ень.
  
  И они спустились с холма - навстречу городу огней, навстречу огненной горе, навстречу мечте.
   Навстречу приключениям.
  Глава 37. Земля огня
  
  Чем ближе они подходили к горе, тем сильнее менялся мир вокруг.
  
  Сначала - почва. Обычная бурая земля сменилась красноватой, потом терракотовой, потом почти чёрной, с алыми прожилками, словно угли, тлеющие под пеплом. Мэйлин наклонилась потрогать её - и отдёрнула руку.
  
  - Горячая!
  
  - Здесь всё горячее, - Си Ень шёл впереди, и в каждом его шаге была какая-то новая лёгкость. - Огонь источника греет землю изнутри. Чем ближе к горе - тем жарче.
  
  Деревья здесь были другими. Не обычные сосны и дубы - странные, искривлённые создания с корой цвета запёкшейся крови и листьями, которые не зеленели, а рдели всеми оттенками пламени. Золотые, алые, оранжевые - они шелестели на ветру, и казалось, что весь лес горит, не сгорая.
  
  - Огненные клёны, - сказал Си Ень. - Они растут только рядом с источниками огня. Их древесина не горит - вообще. Даже в самом жарком пламени.
  
  - Парадокс, - заметил Цзин Юй. - Дерево, рождённое огнём, которое не горит.
  
  - Магия любит парадоксы.
  
  Они шли по тропе, которая вилась между деревьями. Воздух был густым, тёплым, пахнущим чем-то странным - не дымом, не серой, а чем-то древним и могущественным. Самой магией, понял Цзин Юй.
  
  - Смотрите! - Мэйлин указала на ручей, пересекавший тропу.
  
  Но это был не обычный ручей. Вода в нём была горячей - пар поднимался над поверхностью, камни на дне светились красноватым светом. И в воде что-то двигалось.
  
  - Огненные рыбы, - Си Ень присел у ручья. - Они живут в горячих источниках. Вкусные, кстати.
  
  - Вкусные?!
  
  - Очень. Местные ловят их и жарят. Хотя "жарят" - неправильное слово. Они и так уже почти готовые.
  
  Мэйлин смотрела на рыб - маленьких, золотистых, мелькающих в горячей воде, - с восхищением натуралиста.
  
  - Можно поймать?
  
  - Обожжёшься. Они горячие, как угли.
  
  - А ты?
  
  Си Ень опустил руку в воду - просто так, без защиты. Вода забурлила вокруг его пальцев, но он даже не поморщился.
  
  - Мне - можно.
  
  Он выхватил рыбку - быстро, точно. Она трепыхалась в его ладони, чешуя переливалась алым и золотым.
  
  - Красивая, - прошептала Мэйлин.
  
  - Да. - Си Ень отпустил рыбку обратно в воду. - Но не такая красивая, как саламандры.
  
  Глаза его загорелись при этих словах - в буквальном смысле. Огненные искры плясали в зрачках.
  
  Цзин Юй смотрел на друга и видел в нём что-то новое. Что-то, чего не замечал раньше. Здесь, рядом с источником огня, Си Ень был... другим. Более живым. Более настоящим.
  
  Более счастливым.
  
  * * *
  
  К полудню они вышли на открытое пространство - и замерли.
  
  Долина раскинулась перед ними, и она была... невозможной.
  
  Земля здесь была покрыта не травой, а чем-то вроде красного мха - мягким, тёплым на вид, пульсирующим слабым светом. Между кочками мха журчали ручейки - не воды, а расплавленной магмы, текущей медленно и лениво, как мёд.
  
  Но главное - цветы.
  
  Огненные лилии росли повсюду - огромные, с лепестками из чистого пламени. Они не горели - они были огнём. Живым, растущим, цветущим огнём.
  
  - Небеса милосердные, - прошептала Мэйлин.
  
  - Долина Вечного Пламени, - сказал Си Ень. - Одно из самых красивых мест в империи.
  
  - Почему я никогда об этом не слышала?
  
  - Потому что сюда мало кто доходит. - Он пожал плечами. - Слишком жарко для обычных людей.
  
  Цзин Юй чувствовал этот жар - давящий, всепроникающий. Его лунная сила инстинктивно создавала щит вокруг тела, защищая от огня.
  
  - Ты в порядке? - спросил Си Ень.
  
  - В порядке. Просто... непривычно.
  
  - Здесь везде так. - Си Ень огляделся с выражением человека, вернувшегося домой. - Огонь - в воздухе, в земле, в каждом камне. Это... - он поискал слово, - это моё место.
  
  - Твоё место?
  
  - Да. - Он повернулся к ним, и лицо его светилось. - Я родился в Чёрной башне, рядом с источником. Но там огонь - глубоко, под землёй. А здесь... - он развёл руками, - здесь он везде. Свободный. Дикий.
  
  - Ты сияешь, - заметила Мэйлин.
  
  - Что?
  
  - Буквально сияешь. - Она указала на него. - Твоя кожа... светится.
  
  Си Ень посмотрел на свои руки - и рассмеялся. Действительно, слабое алое сияние окутывало его, как второй слой кожи.
  
  - Это источник, - объяснил он. - Он узнаёт меня. Приветствует.
  
  - Источники так делают?
  
  - С теми, кого любят - да.
  
  Они шли через долину - три фигуры среди огненных цветов. Си Ень впереди, почти танцуя от радости. Мэйлин рядом с ним, собирая какие-то травы (даже здесь она не могла удержаться). Цзин Юй чуть позади, наблюдая за ними с лёгкой улыбкой.
  
  Это было хорошо.
  
  * * *
  
  К вечеру они добрались до предгорий.
  
  Здесь ландшафт снова изменился. Красный мох сменился чёрным камнем - застывшей лавой, покрытой причудливыми узорами. Кое-где из трещин в камне вырывались язычки пламени, освещая путь.
  
  - Почти пришли, - сказал Си Ень.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Слышу город.
  
  Цзин Юй прислушался - и действительно, где-то впереди слышался шум. Голоса, музыка, какой-то грохот.
  
  - Шумное место.
  
  - Хуолунчэн никогда не спит. - Си Ень ухмыльнулся. - Здесь всегда что-то происходит.
  
  Они поднялись на последний холм - и город открылся перед ними.
  
  * * *
  
  Хуолунчэн был... хаосом.
  
  Прекрасным, пугающим, невозможным хаосом.
  
  Город раскинулся у подножия Огненной Горы - беспорядочное скопление зданий, улиц, площадей. Никакого плана, никакой симметрии - дома лепились друг к другу, как попало, образуя лабиринт переулков и тупиков.
  
  Но главное - свет.
  
  Город горел. Буквально. Факелы на каждом углу, костры на площадях, огни в окнах. Огненные шары висели в воздухе, освещая улицы. Какие-то здания были построены из светящегося камня, другие - из металла, отражающего пламя.
  
  И над всем этим нависала гора - чёрная громада с огненной короной на вершине.
  
  - Добро пожаловать, - сказал Си Ень, - в Город Огненного Дракона.
  
  Они спустились к воротам - если это можно было назвать воротами. Две колонны из чёрного камня, между которыми горел огненный занавес.
  
  - Как войти? - спросила Мэйлин.
  
  - Просто пройти.
  
  - Сквозь огонь?!
  
  - Он не настоящий. - Си Ень шагнул в пламя - и прошёл насквозь, невредимый. - Просто проверка. Если ты боишься огня - тебе здесь не место.
  
  Мэйлин посмотрела на занавес - на языки пламени, танцующие перед ней.
  
  - А если я не заклинатель огня?
  
  - Тогда доверься мне.
  
  Си Ень протянул ей руку сквозь пламя. Она помедлила - и взяла её.
  
  Они прошли вместе. Огонь лизнул её кожу - тёплый, почти ласковый. Не обжигающий.
  
  - Ох, - выдохнула она. - Это было...
  
  - Приятно?
  
  - Странно приятно.
  
  Цзин Юй прошёл последним. Для него огонь был не ласковым - он чувствовал его сопротивление, его недоверие. Но лунный щит защитил его, и он вышел на другую сторону невредимым.
  
  - Добро пожаловать, - повторил Си Ень.
  
  И они вошли в город.
  
  * * *
  
  Улицы были забиты людьми.
  
  Торговцы кричали, расхваливая товар. Музыканты играли на странных инструментах. Дети носились между ног взрослых, бросаясь друг в друга огненными шариками - и никто не обращал внимания.
  
  - Здесь все - заклинатели? - спросила Мэйлин.
  
  - Не все. Но многие. - Си Ень вёл их сквозь толпу. - Те, кто не заклинатели, привыкли. Огонь здесь - часть жизни.
  
  Мэйлин смотрела по сторонам с восторгом.
  
  Лавки с оружием - мечи, копья, кинжалы, всё из странного красноватого металла. Лавки с украшениями - кольца и браслеты с огненными камнями, которые светились изнутри. Лавки с едой - жареное мясо, пряные овощи, что-то, что горело прямо на тарелке.
  
  И везде - огонь. Огонь в руках людей, огонь в их глазах, огонь в самом воздухе.
  
  - Смотри! - она схватила Си Еня за рукав.
  
  Впереди была площадь, а на площади - представление. Молодой человек жонглировал огненными шарами - не факелами, а настоящими шарами из живого пламени. Они летали вокруг него, подчиняясь его воле, складываясь в узоры и фигуры.
  
  - Уличный артист, - сказал Си Ень. - Здесь таких много.
  
  - Он потрясающий!
  
  - Он средний. - Си Ень пожал плечами. - Хочешь, покажу настоящее представление?
  
  - Может, позже, - вмешался Цзин Юй. - Сначала найдём, где остановиться.
  
  - Скучный.
  
  - Практичный.
  
  Они шли дальше - сквозь толпу, сквозь шум, сквозь жар. И вдруг Мэйлин остановилась.
  
  - Что это?!
  
  * * *
  
  Перед ней была лавка.
  
  Но не обычная лавка - лавка с клетками. Десятки клеток, сотни клеток, и в каждой - существо из огня.
  
  Саламандры.
  
  Маленькие и большие, яркие и тусклые. Алые, золотые, оранжевые. Некоторые спали, свернувшись клубком. Другие метались по клеткам, высекая искры о прутья.
  
  - Рынок магических зверей, - сказал Си Ень. - Я говорил.
  
  Мэйлин подбежала к ближайшей клетке. Внутри сидела саламандра - размером с кошку, с чешуёй цвета расплавленного золота и глазами как угольки.
  
  - Какая красивая! - прошептала она.
  
  - Сто золотых, - тут же сказал торговец, материализовавшийся рядом. - За эту красавицу - сто золотых. Лучшая в моей коллекции!
  
  - Сто золотых?! - Мэйлин задохнулась.
  
  - Это же золотая саламандра! Редчайшая порода! Усиливает силу хозяина втрое!
  
  - Она не золотая, - спокойно сказал Си Ень.
  
  Торговец повернулся к нему - и осёкся. Что-то в лице Си Еня заставило его попятиться.
  
  - Простите, господин?
  
  - Она не золотая. - Си Ень указал на саламандру. - Это обычная огненная саламандра, покрашенная золотой пылью. Золотые саламандры светятся изнутри. Эта - нет.
  
  Торговец побледнел.
  
  - Я... я не знал...
  
  - Знал. - Си Ень шагнул к нему. - Ты пытаешься обмануть моих друзей. Это мне не нравится.
  
  - Господин, я...
  
  - Сколько стоит эта саламандра на самом деле?
  
  Долгая пауза.
  
  - Пять золотых, - пробормотал торговец.
  
  - Пять, - повторил Си Ень. - Не сто. Пять.
  
  - Да, господин.
  
  - Хорошо. - Си Ень отступил. - Запомни на будущее. Не все покупатели - дураки.
  
  Они пошли дальше, оставив торговца дрожащим у своих клеток.
  
  - Ты его напугал, - сказала Мэйлин.
  
  - Он этого заслужил.
  
  - Но всё равно. Бедняга.
  
  - Бедняга пытался содрать с тебя девяносто пять золотых за крашеную ящерицу.
  
  - Это правда. - Мэйлин помолчала. - Но ты всё равно был страшным.
  
  - Я глава Чёрной башни. Я должен быть страшным.
  
  - Ты не страшный. Ты притворяешься.
  
  Си Ень посмотрел на неё - и неожиданно улыбнулся.
  
  - Не говори никому.
  
  * * *
  
  Они нашли постоялый двор - "Пылающий феникс", самый роскошный в городе.
  
  Здание было построено из красного камня, с крышей из бронзовых черепиц. Над входом горел огромный огненный шар - как второе солнце.
  
  - Здесь? - Цзин Юй посмотрел на вывеску. - Это же, наверное, стоит целое состояние.
  
  - У меня есть состояние, - напомнил Си Ень.
  
  - Ты всегда выбираешь самое дорогое место.
  
  - Я выбираю лучшее место. Это разные вещи.
  
  Они вошли внутрь - и Мэйлин снова ахнула.
  
  Вестибюль был огромным - с высокими потолками, украшенными фресками из огня и золота. В центре стоял фонтан - не с водой, а с жидким пламенем, которое струилось вверх, вопреки всем законам природы.
  
  - Добро пожаловать в "Пылающий феникс"! - к ним подбежал управляющий - толстый человек в алых одеждах. - Чем могу служить?
  
  - Три комнаты, - сказал Си Ень. - Лучшие.
  
  - Конечно, господин! - управляющий поклонился. - Наши "Огненные покои" свободны. Три спальни, общая гостиная, собственная купальня с горячими источниками...
  
  - Подойдёт.
  
  - Простите, могу я узнать имя господина? Для записей.
  
  Си Ень помедлил.
  
  - Просто путник, - сказал он. - С друзьями.
  
  Управляющий посмотрел на него - на его огненные пряди в волосах, на его глаза, в которых плясало пламя.
  
  - Конечно, господин путник, - сказал он с поклоном. - Как пожелаете.
  
  Он проводил их наверх - по лестнице из красного мрамора, мимо картин с изображениями драконов и фениксов.
  
  - Вот ваши покои, - он открыл дверь. - Если что-нибудь понадобится - только позовите.
  
  И он ушёл, оставив их одних.
  
  * * *
  
  Покои были... огненными.
  
  Стены обиты алым шёлком с золотой вышивкой. Мебель из красного дерева, украшенная резьбой - драконы, фениксы, саламандры. Окна выходили на площадь, и сквозь них был виден город - море огней под чёрным небом.
  
  - Неплохо, - признал Цзин Юй.
  
  - Неплохо? - Мэйлин кружилась по комнате. - Это потрясающе!
  
  Она заглянула в спальни - огромные кровати под балдахинами, мягкие ковры, светильники из огненных камней. Потом - в купальню, и её восторг достиг предела.
  
  - Здесь бассейн! Из горячих источников!
  
  - Я же говорил, - Си Ень развалился на диване. - Лучшее место.
  
  - Но это же стоит...
  
  - Не думай об этом. - Он махнул рукой. - Мы здесь, чтобы отдыхать. И ловить саламандру.
  
  - Когда пойдёшь на гору? - спросил Цзин Юй.
  
  - Завтра. - Си Ень посмотрел в окно, на далёкое пламя на вершине. - Сегодня - отдыхаем. Завтра - охота.
  
  - А мы?
  
  - А вы - гуляете по городу. Смотрите представления. Едите местную еду. - Он улыбнулся. - Наслаждаетесь жизнью.
  
  - Без тебя?
  
  - Я вернусь. - Глаза Си Еня были серьёзными. - Обещаю.
  
  Цзин Юй смотрел на него - на этого человека, который через несколько часов пойдёт на гору, где всё горит.
  
  - Будь осторожен, - сказал он.
  
  - Буду.
  
  - Обещай.
  
  - Обещаю. - Си Ень протянул руку, и Цзин Юй пожал её. - Я вернусь. С самой красивой саламандрой, которую вы когда-либо видели.
  
  - И дашь мне её погладить, - добавила Мэйлин.
  
  - И дам тебе её погладить.
  
  - А ему?
  
  - А ему - нет.
  
  - Эй!
  
  Они рассмеялись - все трое, в роскошных покоях над городом огней.
  
  За окном Огненная Гора пылала в ночи, и где-то там, на её склонах, ждала саламандра.
  
  Мечта Си Еня.
  
  * * *
  
  Ночью Мэйлин не могла уснуть.
  
  Она лежала в огромной кровати, глядя в потолок, где играли отблески пламени из камина. Мысли не давали покоя.
  
  "Он пойдёт один. На гору, где всё горит. Один".
  
  Она встала и вышла в гостиную. Цзин Юй сидел у окна, глядя на город.
  
  - Тоже не спится? - спросила она.
  
  - Тоже.
  
  Она села рядом.
  
  - Ты волнуешься за него?
  
  - Да. - Цзин Юй не стал отрицать. - Он уверен в себе. Слишком уверен.
  
  - Но он же заклинатель огня. Самый сильный.
  
  - Даже самые сильные могут ошибиться.
  
  Они сидели в тишине, глядя на огни города. Где-то внизу кто-то пел - странную, протяжную песню на незнакомом языке.
  
  - Он вернётся, - сказала Мэйлин. - Он обещал.
  
  - Я знаю.
  
  - Тогда почему ты волнуешься?
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Потому что я уже терял его однажды, - сказал он наконец. - Думал, что потерял. Десять лет думал, что он мёртв, что это я его убил. - Он посмотрел на неё. - Я не хочу пережить это снова.
  
  Мэйлин взяла его за руку.
  
  - Не переживёшь, - сказала она. - Мы - семья. Семья не теряется.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Они сидели у окна, держась за руки, и смотрели, как город огней медленно засыпает.
  
  А где-то в соседней комнате Си Ень лежал без сна и мечтал о саламандре.
  
  О мечте, которая вот-вот сбудется.
  
  Глава 38. Пламя гнева
  
  Они вышли на прогулку после полудня.
  Город при свете дня был ещё более впечатляющим - пёстрый, шумный, полный жизни. Торговцы кричали, музыканты играли, где-то в переулке двое заклинателей устроили дружеский поединок, и толпа зевак подбадривала их криками.
  - Здесь всегда так? - спросила Мэйлин.
  - Всегда, - Си Ень шёл впереди, и лицо его светилось предвкушением. - Хуолунчэн никогда не скучает.
  Они свернули на боковую улицу - более тихую, с меньшим количеством людей. Здесь располагались мастерские и склады, простые дома местных жителей.
  И тогда они услышали крики.
  Не весёлые крики толпы на поединке. Другие. Злые. Насмешливые.
  - Что это? - Цзин Юй остановился.
  Си Ень уже шёл на звук - быстро, целеустремлённо. Цзин Юй и Мэйлин поспешили за ним.
  За углом была площадь. Небольшая, окружённая складами. И на этой площади...
  Толпа.
  Десяток молодых людей - все с огненными прядями в волосах, все в одинаковых тренировочных одеждах. Они стояли кругом, и в центре круга...
  Мальчик.
  Не мальчик - юноша, лет шестнадцати. Он лежал на земле, скорчившись, закрывая голову руками. Его одежда была порвана, на лице - кровь.
  - Вставай, слабак! - один из толпы пнул его. - Ты же хотел стать сильным!
  - Покажи нам свой огонь! - другой бросил в него огненный шар - слабый, но достаточно, чтобы опалить.
  Юноша закричал от боли.
  - Он даже защититься не может! - смеялась толпа. - Зачем такой вообще пришёл в город?
  - Возвращайся в свою деревню, крестьянин!
  Ещё один удар. Ещё один крик.
  Мэйлин рванулась вперёд, но Цзин Юй схватил её за руку.
  - Подожди, - прошептал он.
  - Но они же...
  - Смотри.
  Она посмотрела на Си Еня.
  И похолодела.
  Си Ень стоял неподвижно.
  Но что-то в нём изменилось. Что-то страшное.
  Воздух вокруг него задрожал от жара. Волосы - обычно просто с огненными прядями - начали светиться, подниматься, как живое пламя. Глаза...
  Глаза горели.
  Не метафорически. Буквально. Из них струился огонь - алый, яростный, древний.
  - Си Ень... - прошептала Мэйлин.
  Он не услышал. Или не обратил внимания.
  Он шагнул вперёд.
  И мир вспыхнул.
  Пламя хлынуло из него волной - не атакующей, но подавляющей. Оно окутало площадь, заставило воздух звенеть от силы.
  - ЧТО. ВЫ. ДЕЛАЕТЕ.
  Голос Си Еня был... нечеловеческим. Глубоким, гудящим, как рёв пожара. Он бил по ушам, проникал в кости.
  Толпа замерла. Молодые заклинатели повернулись - и увидели его.
  И ужас исказил их лица.
  - Г-глава?! - пролепетал один из них.
  - ГЛАВА ЧЁРНОЙ БАШНИ СПРАШИВАЕТ - ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?
  Он шёл к ним - медленно, неотвратимо. Огонь струился с его плеч, как плащ. Волосы развевались, хотя не было ветра. Глаза пылали так ярко, что на них было больно смотреть.
  - Мы... мы просто... - один из заклинателей попятился.
  - ПРОСТО - ЧТО?
  Пламя вокруг Си Еня взревело - и парень упал на колени.
  - Простите! - он ударился лбом об землю. - Простите, глава!
  - ПРОСТИТЬ?
  Си Ень остановился в центре площади. Вокруг него плясало пламя - белое, ослепительное.
  - ВЫ - ЗАКЛИНАТЕЛИ ОГНЕННОГО ИСТОЧНИКА. ВЫ - МОИ ЛЮДИ. И ВЫ - ИЗБИВАЕТЕ СВОЕГО БРАТА.
  - Он слабый! - крикнул кто-то из толпы. - Он не заслуживает...
  Голос оборвался.
  Си Ень повернулся к говорившему - и тот рухнул, как подкошенный. Просто от взгляда.
  - КТО РЕШАЕТ, КТО ЗАСЛУЖИВАЕТ? ВЫ? - Си Ень обвёл их взглядом, и каждый, на кого он смотрел, падал на колени. - ВЫ, КОТОРЫЕ НАПАДАЮТ ТОЛПОЙ НА ОДНОГО? ВЫ, КОТОРЫЕ БЬЮТ ЛЕЖАЧЕГО?
  Пламя взревело ещё ярче. Камни под ногами Си Еня начали плавиться.
  - ЭТО НЕ СИЛА. ЭТО - ТРУСОСТЬ. ЭТО - ПОЗОР.
  Вся толпа лежала ниц - лицами в землю, дрожа от ужаса. Некоторые плакали. Один, кажется, потерял сознание.
  Цзин Юй и Мэйлин стояли в стороне, не в силах пошевелиться.
  Мэйлин никогда не видела ничего подобного. Си Ень, которого она знала - саркастичный, ленивый, любящий роскошь - исчез. Перед ней стоял... демон. Тот самый демон, о котором шептались по всей империи. Тот, кто сжёг Белый город.
  И она поняла - слухи не врали.
  Он был страшен.
  - СМОТРИТЕ НА МЕНЯ.
  Голос Си Еня всё ещё гудел, но чуть тише. Чуть человечнее.
  Заклинатели подняли головы - с трудом, с ужасом.
  - Я ЗАПОМНЮ ВАШИ ЛИЦА. Я УЗНАЮ ВАШИ ИМЕНА. И ЕСЛИ Я УЗНАЮ, ЧТО ВЫ СНОВА... - он замолчал, и молчание было страшнее слов. - ВЫ ПОНЯЛИ?
  - Да, глава! - хором ответили они.
  - УБИРАЙТЕСЬ.
  Они бежали. Спотыкались, падали, поднимались и снова бежали. Через минуту площадь опустела.
  Остались только Си Ень и юноша на земле.
  И тогда что-то изменилось.
  Пламя погасло.
  Не постепенно - мгновенно, как задутая свеча. Волосы Си Еня опали, глаза перестали гореть. Он снова стал... обычным. Почти.
  Он опустился на колени рядом с юношей.
  - Эй, - голос его был мягким, совсем другим. - Ты меня слышишь?
  Юноша всхлипнул. Он всё ещё дрожал - от боли, от страха, от шока.
  - Всё хорошо, - Си Ень осторожно убрал его руки от лица. - Они ушли. Ты в безопасности.
  Цзин Юй и Мэйлин поняли - теперь можно подойти.
  - Как он? - спросила Мэйлин, опускаясь рядом.
  - Избит. И... - Си Ень нахмурился. - Его энергия нестабильна. Они повредили его каналы.
  - Повредили?
  - Слишком много ударов огнём по незащищённому телу. - Си Ень положил руку на грудь юноши. - Его сила выходит из-под контроля. Если не стабилизировать - он сгорит изнутри.
  Мэйлин побледнела.
  - Я могу помочь?
  - Да. Держи его каналы открытыми. Я направлю энергию.
  Они работали вместе - Мэйлин вливала золотой свет, успокаивая бушующую силу, а Си Ень направлял её, как опытный пастух направляет стадо. Медленно, осторожно.
  Юноша перестал дрожать. Дыхание его выровнялось.
  - Готово, - Си Ень убрал руку. - На сегодня стабилен. Но ему нужен отдых.
  - Мы возьмём его с собой, - сказал Цзин Юй.
  - Да. - Си Ень поднял юношу на руки - легко, как ребёнка. - Идём.
  Они шли через город - Си Ень с бессознательным юношей на руках, Цзин Юй и Мэйлин по бокам.
  Люди расступались перед ними. Новости разлетелись быстро - глава Чёрной башни в городе, глава Чёрной башни в ярости. Никто не хотел попасться ему на глаза.
  Они молчали всю дорогу.
  В "Пылающем фениксе" управляющий чуть не упал в обморок при виде их - но быстро пришёл в себя и забегал, организовывая дополнительную кровать, горячую воду, чистые полотенца.
  - Положи его здесь, - Мэйлин указала на диван в гостиной.
  Си Ень осторожно опустил юношу. Тот застонал, но не проснулся.
  - Я займусь ранами, - Мэйлин уже доставала свои травы. - Вы... - она посмотрела на друзей, - вы пока отдохните.
  - Я помогу, - сказал Си Ень.
  - Ты уверен?
  - Да. - Он сел рядом с юношей. - Его энергия всё ещё нестабильна. Мне нужно следить.
  Они работали вместе - Мэйлин обрабатывала раны, накладывала повязки, поила целебными отварами. Си Ень держал руку на груди юноши, контролируя его силу.
  Это заняло несколько часов.
  Когда они закончили, за окном уже темнело.
  - Он будет в порядке, - сказала Мэйлин, вытирая руки. - Физически. Раны неглубокие, кости целы. Но психологически...
  - Завтра расспрошу его, - сказал Си Ень. - Когда сможет говорить. Хочу узнать, что здесь происходит, кто его наставник, и что это за толпа невоспитанной мелочи.
  - Как его зовут? - спросил Цзин Юй.
  Си Ень посмотрел на табличку на поясе юноши - знак принадлежности к какой-то школе.
  - Ли Чень, - прочитал он. - Ученик городского тренировочного зала.
  - Тренировочного зала?
  - Да. Здесь есть несколько школ для молодых заклинателей. Те, кто не попал в башню, но хочет учиться. - Си Ень нахмурился. - Я думал, там следят за дисциплиной.
  - Видимо, не очень хорошо следят.
  - Видимо.
  Вечером они сидели у камина - втроём, пока Ли Чень спал в соседней комнате.
  Чай был горячим, ароматным - местная смесь с какими-то огненными травами. Он согревал изнутри, успокаивал.
  - Да, ты действительно страшен в гневе, - сказал Цзин Юй, отпивая из чашки. - Хорошо, что это с тобой редко случается.
  Си Ень поморщился.
  - Моя сила такого не терпит. Это очень странное поведение для огненных.
  - Странное?
  - Огонь - это страсть, да. Эмоции, порывы. Но не жестокость. Не издевательство над слабыми. - Он покачал головой. - Настоящий заклинатель огня защищает, а не унижает. Так нас учили.
  - Видимо, их учили по-другому.
  - Видимо. - Си Ень сжал чашку так, что она треснула. - И я узнаю, кто их так учил.
  - Осторожнее, - Мэйлин забрала у него чашку. - Это уже вторая.
  - Извини.
  Она налила ему новую - и неожиданно улыбнулась.
  - Но это было так красиво.
  - Что?
  - Ты. Там, на площади. - Её глаза блестели. - Ты был грозным. Пламенным. Как... как бог войны из легенд.
  Си Ень уставился на неё.
  - Ты считаешь, что я был красивым, когда орал на детей с огнём из глаз?
  - Ты защищал слабого. Это всегда красиво.
  Цзин Юй хмыкнул.
  - Она права. Хотя я бы использовал другое слово. "Впечатляюще", может быть. Или "пугающе".
  - Спасибо за поддержку.
  - Пожалуйста.
  Си Ень откинулся на спинку кресла и вздохнул.
  - Мда. Теперь все в городе знают о моём присутствии. А я всего лишь хотел саламандру.
  - Саламандра подождёт, - сказала Мэйлин.
  - Да. Подождёт. - Он посмотрел в огонь. - Сначала разберусь с этим... безобразием.
  - Что ты собираешься делать?
  - Завтра пойду в тренировочный зал. Посмотрю, что там творится. Поговорю с наставниками. - Огонь в камине вспыхнул ярче. - И если мне не понравится то, что я увижу...
  - То что?
  - То они очень пожалеют, что родились.
  Цзин Юй и Мэйлин переглянулись.
  - Мы пойдём с тобой, - сказал Цзин Юй.
  - Не нужно...
  - Мы пойдём с тобой, - повторил он. - На случай, если тебя придётся останавливать.
  Си Ень посмотрел на него - и неожиданно улыбнулся.
  - Ты думаешь, ты сможешь меня остановить?
  - Нет. Но я могу попытаться.
  - Справедливо.
  Они сидели у камина - три друга, три фигуры в отблесках пламени. Пили чай, молчали, думали каждый о своём.
  За окном город огней жил своей жизнью - шумной, яркой, беззаботной. Но где-то там, в тренировочном зале, что-то было очень неправильно.
  И Си Ень собирался это исправить.
  
  Глава 39. Тренировочный зал
  
  Утро началось с запаха еды.
  Си Ень заказал завтрак - щедро, как всегда. Пятеро слуг внесли подносы с жареным мясом, пряными овощами, свежим хлебом, фруктами, несколькими видами каши и чем-то, что пахло невообразимо вкусно.
  - Это что? - спросила Мэйлин, указывая на странное блюдо - что-то красное, дымящееся, политое золотистым соусом.
  - Огненный перец с мёдом, - объяснил Си Ень. - Местный деликатес. Осторожно, острый.
  - Насколько острый?
  - Настолько, что обычные люди плачут.
  - Тогда я попробую.
  Из соседней комнаты послышался стон. Потом - шорох.
  - О, он просыпается, - сказал Си Ень. - Хорошо. Сейчас разбудим его завтраком окончательно.
  Ли Чень появился в дверях - бледный, с синяками на лице, с повязками на руках. Он моргал, пытаясь понять, где находится.
  Роскошная гостиная. Огромный стол, уставленный едой. Три незнакомца, один из которых...
  Глаза Ли Ченя расширились.
  - Г-глава?!
  Он попытался вскочить, поклониться - и тут же пошатнулся, хватаясь за стену.
  Си Ень оказался рядом мгновенно. Подхватил его, не дал упасть, довёл до стула и усадил.
  - Прекрати трястись, - сказал он. - Я детей не ем. Мои друзья тоже.
  Ли Чень смотрел на него снизу вверх - с ужасом, с благоговением, с чем-то ещё.
  - Вы... вы спасли меня?
  - Спас. А теперь ешь. Ты выглядишь так, будто неделю не ел.
  - Я... - Ли Чень посмотрел на стол. На горы еды, от запаха которой кружилась голова. - Я не могу... это слишком много чести...
  - Это завтрак, а не честь. - Си Ень сел напротив него. - Ешь. Потом поговорим.
  Мэйлин положила перед Ли Ченем тарелку - рис, мясо, овощи. Простая еда, не слишком острая.
  - Начни с этого, - сказала она мягко. - Потом можешь попробовать остальное.
  Ли Чень взял палочки дрожащими руками. Первые несколько кусков он ел осторожно, словно боялся, что еда - иллюзия. Потом голод взял своё, и он начал есть быстрее.
  Си Ень наблюдал за ним, попивая чай.
  - Когда поешь - расскажешь, - сказал он. - Всё.
  Ли Чень кивнул, не отрываясь от еды.
  Завтрак занял почти час.
  Ли Чень съел три порции риса, две - мяса, попробовал всё, что было на столе. К концу он уже не дрожал, цвет вернулся на его лицо.
  - Спасибо, - прошептал он. - Спасибо вам.
  - Теперь рассказывай, - сказал Си Ень. - Кто ты, откуда, почему тебя избивали.
  Ли Чень опустил глаза.
  - Меня... приняли в городской тренировочный зал магов огненного источника, - начал он тихо. - Я раньше учился в деревне, у старого мастера. Он умер в прошлом году. А я... я приехал сюда, чтобы стать сильным.
  - И?
  - Но... - голос его дрогнул. - Я не знал, что у них есть "игры".
  - Какие игры?
  - Испытания. Где "слабые" должны доказывать, что они не трусы. - Ли Чень сжал кулаки. - Нужно было выдержать удары огнём. Без защиты. Чем больше выдержишь - тем больше уважения.
  - И если не справляешься?
  - Тебя унижают. - Голос его стал ещё тише. - Бьют. Называют... - он замолчал. - Плохими словами.
  Мэйлин побледнела.
  - Это ужасно.
  - Это традиция, - горько сказал Ли Чень. - Так мне сказали. "Закалка характера".
  - Кто твой наставник? - резко спросил Си Ень.
  - Мастер Линь. Он... - Ли Чень поёжился. - Он не вмешивается. Говорит, это закаляет. Что настоящий заклинатель огня должен уметь терпеть боль.
  Си Ень тяжело выдохнул.
  В чашке перед ним вспыхнуло пламя - яркое, злое. И погасло.
  - Мастер Линь, - повторил он. - Линь Баоцзи?
  - Да, глава.
  - Я его помню. - Голос Си Еня был холодным. - Та ещё зараза. Был помощником в Чёрной башне лет пять назад. Я выгнал его за жестокость к ученикам.
  - Вы... выгнали?
  - Выгнал. - Си Ень встал. - И, судя по всему, он меня не забыл. Решил создать свою маленькую империю здесь, вдали от башни.
  - Что ты собираешься делать? - спросил Цзин Юй.
  - Значит так. - Си Ень посмотрел на них. - Сегодня я пойду в зал. Посмотрю, что там и кто там. И если всё так, как я думаю... - он не договорил. Не нужно было.
  - Ты хочешь объявить войну тренировочному залу? - осторожно спросила Мэйлин.
  - Я хочу навести порядок. - Огонь вспыхнул в его глазах. - Это мои люди. Мой источник. Моя ответственность.
  Ли Чень смотрел на него - с надеждой, со страхом.
  - Глава... я могу пойти с вами?
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Ты слишком слаб. Останешься здесь, отдыхать.
  - Но...
  - Это не обсуждается. - Голос Си Еня был мягким, но твёрдым. - Ты своё отстрадал. Теперь моя очередь.
  Он повернулся к Цзин Юю и Мэйлин.
  - Идёте?
  - Конечно.
  Тренировочный зал располагался на окраине города - огромное здание из чёрного камня, с красными крышами и дымом, поднимающимся из труб.
  У входа стояли стражники - двое молодых людей в форменных одеждах. Увидев Си Еня, они побледнели.
  - Г-глава?
  - Где Линь Баоцзи?
  - В... в главном зале, глава.
  - Веди.
  Они шли по коридорам - Си Ень впереди, Цзин Юй и Мэйлин за ним. Ученики, попадавшиеся навстречу, прижимались к стенам, кланялись, дрожали.
  Слухи разлетелись быстро.
  Главный зал был огромным - с высокими потолками, с тренировочными площадками, с оружием на стенах. Там занимались десятки учеников под присмотром нескольких наставников.
  И в центре - он.
  Линь Баоцзи.
  Высокий, худой, с острым лицом и холодными глазами. Он повернулся на звук шагов - и замер.
  - Си Ень, - прошептал он.
  - Линь Баоцзи. - Си Ень остановился в десяти шагах от него. - Давно не виделись.
  - пять лет.
  - пять. - Си Ень оглядел зал. - Вижу, ты неплохо устроился.
  - Я... - Линь Баоцзи сглотнул. - Что привело вас в наш скромный зал, глава?
  - Скромный? - Си Ень приподнял бровь. - Я слышал, у вас здесь... традиции. Интересные традиции.
  Лицо Линь Баоцзи окаменело.
  - Не понимаю, о чём вы.
  - Не понимаешь? - Си Ень шагнул к нему. - Тогда позволь объяснить. Вчера я нашёл одного из твоих учеников. Избитого. С повреждёнными каналами. Толпа твоих же учеников развлекалась, швыряя в него огонь.
  - Это... это была просто тренировка...
  - Тренировка? - голос Си Еня стал тихим. Опасно тихим. - Толпой на одного? Это ты называешь тренировкой?
  - Мы закаляем характер...
  - Вы калечите детей! - голос Си Еня взорвался эхом. - Вы унижаете слабых! Вы превращаете огонь - священный дар источника - в инструмент пытки!
  Пламя вспыхнуло вокруг него - яркое, яростное.
  Ученики в зале бросились к выходам. Наставники попятились.
  - Глава... - Линь Баоцзи отступил на шаг. - Я уверен, мы можем...
  - ВОН.
  Одно слово. Одно слово, от которого содрогнулись стены.
  - Что?
  - ВОН ИЗ ЭТОГО ЗАЛА. ИЗ ЭТОГО ГОРОДА. ИЗ МОЕЙ ИМПЕРИИ. - Си Ень наступал на него, и огонь следовал за ним. - ТЫ И ВСЕ ТВОИ НАСТАВНИКИ. ВЫ БОЛЬШЕ НЕ УЧИТЕ НИКОГО. НИКОГДА.
  - Вы не можете...
  - Я - ГЛАВА ЧЁРНОЙ БАШНИ. Я МОГУ ВСЁ.
  Линь Баоцзи упал на колени.
  - Пощадите...
  - ПОЩАДИТЬ? - Си Ень навис над ним. - КАК ТЫ ЩАДИЛ ДЕТЕЙ, КОТОРЫХ КАЛЕЧИЛ? КАК ТЫ ЩАДИЛ ТЕХ, КТО БЫЛ СЛАБЕЕ?
  - Я... я уйду... обещаю...
  - ДА. УЙДЁШЬ. СЕЙЧАС. - Си Ень отвернулся от него. - УБИРАЙТЕСЬ. ВСЕ.
  Наставники бежали. Линь Баоцзи полз к выходу на четвереньках.
  Через минуту в зале остались только Си Ень, Цзин Юй, Мэйлин - и толпа перепуганных учеников.
  Си Ень повернулся к ним.
  - Слушайте все, - голос его был всё ещё громким, но уже не таким страшным. - Этот зал - под моим контролем. Я найду вам новых наставников. Настоящих. А пока... - он обвёл их взглядом. - Пока я сам буду вправлять вам мозги. Ясно?
  - Да, глава! - хором ответили ученики.
  - Хорошо. Разойтись.
  Ученики разбежались - быстро, тихо.
  Си Ень стоял посреди пустого зала, и пламя вокруг него медленно угасало.
  - Ну вот, - сказал он почти нормальным голосом. - Первая часть сделана.
  - Первая? - спросила Мэйлин.
  - Да. Теперь нужно осмотреть зал. Понять, что здесь ещё...
  Он замолчал.
  Что-то было не так.
  - Вы чувствуете? - спросил он.
  Цзин Юй и Мэйлин прислушались.
  - Что именно?
  - Боль. - Си Ень повернулся к боковой двери. - Там. Кто-то страдает.
  Он шагнул к двери - и распахнул её.
  За дверью был маленький зал.
  Тренировочный, судя по оборудованию. С клетками вдоль стен - пустыми, ржавыми.
  И с одной непустой.
  Си Ень замер.
  В клетке сидело существо. Маленькое - размером с ладонь. Чешуя, которая когда-то была алой, теперь стала серой, тусклой. Глаза - потухшие, без искры жизни.
  Саламандра.
  Измученная, истощённая саламандра с...
  - Небеса, - прошептала Мэйлин.
  У саламандры не было хвоста. Только обрубок - грубо оторванный, плохо зажившей.
  - Что... - голос Си Еня был странным. Пустым. - Что с ней сделали?
  Рядом с клеткой лежала табличка. Цзин Юй прочитал вслух:
  - "Тренировочный материал для упражнений по укрощению саламандр. Хвост удалён для предотвращения побега".
  Тишина.
  А потом Си Ень... сломался.
  Не так, как на площади. Не гнев - что-то более глубокое. Более страшное.
  - Они... - голос его дрожал. - Они отрезали ей хвост. Чтобы она не могла убежать. Чтобы ученики могли... тренироваться на ней.
  Пламя вспыхнуло вокруг него - но не красное. Белое. Ослепительно белое.
  - Они использовали её как вещь. Как игрушку. Калечили её, мучили...
  - Си Ень... - Цзин Юй шагнул к нему.
  - НЕ ПОДХОДИ!
  Белое пламя взревело. Стены начали плавиться. Воздух стал таким горячим, что Мэйлин едва могла дышать.
  Цзин Юй понял.
  В шкале преступлений для Си Еня издевательство над саламандрой стояло выше издевательства над человеком.
  Намного выше.
  - Си Ень, - он говорил спокойно, хотя сердце колотилось. - Ты сожжёшь здание. С учениками внутри.
  Долгая пауза.
  Белое пламя дрогнуло.
  - Я... - голос Си Еня был хриплым. - Я не могу... она так страдала...
  - Я знаю. - Цзин Юй медленно подошёл к нему. - Но ты можешь помочь ей. Сейчас. Живой.
  - Помочь?
  - Да. Ты - заклинатель огня. Ты можешь её исцелить.
  Пламя угасало - медленно, неохотно.
  Си Ень стоял, глядя на клетку. На маленькое существо внутри, которое даже не пыталось шевелиться.
  - Да, - прошептал он. - Да. Я могу её исцелить.
  Он открыл клетку - осторожно, нежно. Достал саламандру и положил на ладонь.
  Она была холодной. Холодная саламандра - это было неправильно, невозможно.
  - Тише, - прошептал Си Ень. - Тише, маленькая. Я здесь.
  Он поднёс ладонь к губам - и укусил себя за запястье. Кровь потекла - алая, горячая, светящаяся изнутри.
  - Пей, - он поднёс кровь к пасти саламандры. - Пей, маленькая.
  Саламандра лизнула кровь - слабо, едва заметно. Потом ещё раз. И ещё.
  Свет в её глазах начал возвращаться.
  Си Ень закрыл глаза и направил в неё свою силу - не огонь, а чистую энергию. Жизнь. Тепло.
  Чешуя саламандры начала розоветь, потом краснеть, потом наливаться алым.
  Она была жива.
  - Вот так, - прошептал Си Ень. - Вот так, маленькая. Ты в безопасности.
  Он осторожно посадил саламандру за пазуху - к сердцу, к теплу.
  - Идём, - сказал он, не глядя на друзей.
  И они ушли.
  Обратный путь прошёл в молчании.
  Си Ень шёл впереди, держа руку на груди, где была саламандра. Лицо его было непроницаемым.
  Цзин Юй и Мэйлин переглянулись. Оба понимали - сейчас лучше его не трогать.
  Они вернулись в "Пылающий феникс". Поднялись в свои покои. Ли Чень, увидев их, попытался что-то спросить - но Мэйлин покачала головой, и он замолчал.
  Си Ень прошёл в гостиную, сел у камина и замер.
  Огонь в камине вспыхнул ярче - отвечая на его присутствие. Си Ень протянул руки - и пламя послушно перетекло в его ладони, формируя шар живого огня.
  Он достал саламандру из-за пазухи и опустил её в огонь.
  Она не горела. Она... купалась. Плавала в пламени, как рыба в воде.
  Си Ень закрыл глаза.
  И ушёл в медитацию.
  - И что нам делать? - прошептала Мэйлин Цзин Юю. - Мы можем как-то помочь?
  - Мы можем не мешать, - ответил он так же тихо. - Дай ему время.
  - Но этот огонь... - она посмотрела на пламя в руках Си Еня. - Он его не обожжёт?
  - Это его сила. Она никогда его не обожжёт.
  - А саламандра?
  - Саламандре это нужно. Огонь - её стихия. Он лечит её.
  Мэйлин кивнула.
  - Я пойду к Ли Ченю. Проверю его раны.
  - Иди. Я побуду здесь.
  Она ушла в соседнюю комнату. Цзин Юй остался - сел в кресло в углу, достаточно далеко, чтобы не мешать, но достаточно близко, чтобы видеть.
  Он чувствовал энергию Си Еня - бурную, нестабильную. Она ещё не успокоилась. Гнев, боль, горе - всё это кружилось внутри него, как огненный вихрь.
  Но постепенно - очень постепенно - вихрь утихал.
  Прошло много часов.
  За окном стемнело, потом начало светлеть. Мэйлин несколько раз заглядывала - проверить, всё ли в порядке. Ли Чень уснул в своей комнате, измученный событиями дня.
  Цзин Юй не спал. Он сидел в кресле и наблюдал - за Си Енем, за огнём, за саламандрой.
  И наконец - под утро - что-то изменилось.
  Си Ень открыл глаза.
  Огонь в его руках погас - мягко, естественно. На ладони осталась саламандра - маленькая, но уже не серая. Алая, с золотыми прожилками на чешуе. Глаза её горели - яркие, живые.
  Хвоста по-прежнему не было. Но обрубок затянулся, заживая.
  - Знакомьтесь, - сказал Си Ень своим обычным тоном, словно не провёл всю ночь в медитации. - Это Цзян Хуо. Моя саламандра.
  Цзин Юй встал и подошёл к нему.
  Саламандра - Цзян Хуо - посмотрела на него маленькими глазами-угольками. И... пискнула? Издала какой-то звук, похожий на треск огня.
  - Она тебя приветствует, - сказал Си Ень.
  - Она... - Цзин Юй не знал, что сказать. - Она выглядит лучше.
  - Она будет жить. - Си Ень погладил саламандру по спине. - Хвост не отрастёт, но она научится без него.
  - Как ты?
  Долгая пауза.
  - Я... - Си Ень посмотрел в окно. - Я хотел поймать саламандру на горе. Свободную, дикую. А вместо этого... - он покачал головой. - Но может, так и должно было быть. Может, она нашла меня.
  - Или ты нашёл её.
  - Или так.
  Дверь открылась, и вошла Мэйлин - заспанная, с растрёпанными волосами.
  - Ты очнулся! - она подбежала к ним. - Ты в порядке?
  - В порядке.
  - А это... - она увидела саламандру и замерла. - Ох. Какая она...
  - Красивая? - Си Ень улыбнулся. - Да. Красивая.
  - Можно... можно её погладить?
  Си Ень посмотрел на саламандру. Та пискнула - одобрительно, кажется.
  - Можно. Осторожно.
  Мэйлин протянула руку - медленно, нежно. Коснулась чешуи кончиками пальцев.
  - Тёплая, - прошептала она. - И мягкая. Я думала, будет жёсткая.
  - Саламандры - не ящерицы. Они... особенные.
  Цзян Хуо потянулась к руке Мэйлин, лизнула её пальцы раздвоенным язычком.
  - Ой! - Мэйлин рассмеялась. - Щекотно!
  - Она тебя приняла, - сказал Си Ень. - Это хорошо.
  - А мне? - спросил Цзин Юй с лёгкой улыбкой. - Мне можно её погладить?
  Си Ень посмотрел на него.
  - Я же говорил - нет.
  - Но я не спорил!
  - Ты всегда споришь.
  - Это неправда!
  Цзян Хуо пискнула - как будто смеялась.
  - Ладно, - Си Ень вздохнул. - Раз уж она сама хочет...
  Цзин Юй осторожно погладил саламандру. Чешуя была тёплой - приятно тёплой, как нагретый солнцем камень.
  - Спасибо, - сказал он.
  - Не благодари. Это она разрешила, не я.
  Они стояли втроём - три друга и одна саламандра - в утреннем свете, струящемся из окна.
  - Ну что, - сказала Мэйлин. - Ты получил свою саламандру.
  - Получил.
  - Не совсем так, как планировал.
  - Нет. - Си Ень посмотрел на Цзян Хуо. - Но может, это было лучше.
  - Почему?
  - Потому что я не просто нашёл саламандру. - Он улыбнулся - грустно, но искренне. - Я спас её. И она выбрала меня.
  - Это важно?
  - Это - всё.
  Цзян Хуо забралась по его руке, устроилась на плече, свернулась клубком у шеи.
  - Вот так, - сказал Си Ень. - Вот так, маленькая. Теперь мы вместе.
  И впервые за много часов он выглядел... счастливым.
  По-настоящему счастливым.
  
  Глава 40. Уроки огня
  
  Утро началось с завтрака - как обычно, щедрого.
  
  Ли Чень сидел за столом, осторожно прихлёбывая бульон. Синяки на его лице начали желтеть - верный знак заживления. Но он всё ещё был слаб, всё ещё вздрагивал от громких звуков.
  
  Си Ень наблюдал за ним, поглаживая Цзян Хуо, которая устроилась у него на плече.
  
  - Как себя чувствуешь? - спросил он.
  
  - Лучше, глава. - Ли Чень поклонился, не вставая. - Благодаря вам и госпоже целительнице.
  
  - Хм. - Си Ень отставил чашку. - Покажи мне свои каналы.
  
  - Простите?
  
  - Призови немного силы. Хочу посмотреть, как идёт восстановление.
  
  Ли Чень побледнел, но послушался. Слабое пламя затеплилось в его ладони - неровное, мерцающее.
  
  Си Ень протянул руку и положил свою ладонь поверх его.
  
  - Чувствуешь, как течёт энергия?
  
  - Да, глава.
  
  - Она идёт рывками. Это потому, что ты боишься её. - Си Ень закрыл глаза. - Представь, что сила - это река. Не пытайся её остановить или направить. Просто позволь ей течь.
  
  - Но если она выйдет из-под контроля...
  
  - Не выйдет. Пока ты не боишься - она твой союзник.
  
  Ли Чень сглотнул, но послушался. Напряжение в его плечах ослабло, дыхание выровнялось.
  
  И пламя в его руке... изменилось. Стало ровнее, ярче.
  
  - Вот так, - одобрил Си Ень. - Если будешь делать это каждый день - исцеление пойдёт быстрее. Сила сама залечит повреждённые каналы.
  
  - Спасибо, глава.
  
  Си Ень убрал руку и откинулся на спинку кресла.
  
  - Мы вернёмся в тренировочный зал вместе, - сказал он. - Я написал в Чёрную башню. Пока они не пришлют нормальных наставников, которым я доверяю, я остаюсь здесь и буду вести занятия.
  
  Глаза Ли Ченя расширились.
  
  - Вы... вы будете учить нас?
  
  - Временно. - Си Ень махнул рукой. - Пока не приедут настоящие учителя.
  
  Он помолчал, глядя на юношу.
  
  - И как первый урок... - голос его стал серьёзным. - Ты же знаешь, чего не переносит наша сила?
  
  Ли Чень опустил голову.
  
  - Трусости и лжи, - тихо ответил он.
  
  - Правильно. - Си Ень кивнул. - Так что ты, как заклинатель огненного источника, можешь бояться. Страх - это нормально. Но ты не должен поддаваться ему. И должен быть честным перед собой. Иначе сила не будет подчиняться тебе. Будет считать тебя недостойным.
  
  - Я и есть недостойный, - прошептал Ли Чень.
  
  Долгая пауза.
  
  - Хм, - сказал Си Ень. - Ты честен перед собой. И не боишься в этом признаться. От этого можно идти дальше.
  
  Он наклонился вперёд.
  
  - Чего ты не должен бояться - это своей силы. Она не твой враг. Она твой союзник. Она взбунтуется только если ты её боишься или делаешь что-то против своего желания. В остальном - она на твоей стороне.
  
  - Но она плохо подчиняется мне...
  
  - Подумай - почему. - Си Ень встал. - И исправь это. Ты ничего не сможешь сделать, пока вы не станете союзниками.
  
  Он вышел из комнаты, оставив Ли Ченя в глубокой задумчивости.
  
  Цзин Юй ждал его в коридоре.
  
  - Не думал сам стать наставником? - спросил он.
  
  Си Ень усмехнулся.
  
  - Возможно, в старости. Когда отращу длинную седую бороду.
  
  - Почему не сейчас?
  
  - Не хватает мудрости. И терпения. - Он пожал плечами. - Я могу показать, объяснить. Но настоящее наставничество - это другое. Это годы работы с учеником. Я не готов к такому.
  
  - Как бы то ни было, твоя речь была впечатляющей.
  
  - Это всё знает любой заклинатель, - ответил Си Ень. - Основы обращения с силой. Если ты не боишься и поступаешь в соответствии со своими желаниями и принципами - сила будет послушна.
  
  Он помолчал.
  
  - Я разрушил Белую башню. Убил кучу заклинателей. Убил в поединке главу Чёрной башни и кучу несогласных. - Голос его был ровным, почти безэмоциональным. - И моя сила ни разу не вышла из-под контроля. Всё это было сделано исключительно по моему желанию.
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - Я не знаю, как ты простил меня, - продолжил Си Ень тише. - Но я благодарен тебе за это. И я больше не хочу доводить до такого. Сила осознала это.
  
  - Ты действительно изменился.
  
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Я всё тот же. Просто хочу быть достойным своего друга.
  
  Они стояли в коридоре - два человека, которые прошли через столько вместе.
  
  - Пойдём, - сказал Си Ень. - Нужно подготовиться к занятиям.
  
  Дни потекли медленно, спокойно.
  
  Си Ень каждое утро уходил в тренировочный зал - с Ли Ченем, который с каждым днём становился увереннее. Цзин Юй и Мэйлин оставались в покоях, отдыхая, гуляя по городу, наслаждаясь покоем.
  
  На третий день Мэйлин заметила перемену в Ли Чене.
  
  Он сидел во дворе постоялого двора, скрестив ноги, с закрытыми глазами. Пламя танцевало над его ладонями - не рваное, как раньше, а ровное, спокойное.
  
  - Он делает успехи, - сказала она Цзин Юю.
  
  - Да. - Цзин Юй наблюдал за юношей из окна. - Си Ень хороший учитель. Даже если сам так не считает.
  
  Мэйлин присела рядом с ним.
  
  - Как думаешь, что он понял?
  
  - Ли Чень? - Цзин Юй задумался. - Наверное, то же, что и все мы. Что сила - не враг. Что не нужно её бояться.
  
  - Звучит просто.
  
  - На словах - да. На деле... - он покачал головой. - На деле это самое сложное.
  
  Во дворе Ли Чень открыл глаза. Пламя в его руках вспыхнуло ярче - и он улыбнулся. Впервые за всё время, что они его знали.
  
  - У него получилось, - прошептала Мэйлин.
  
  - Да. Получилось.
  
  Вечером, когда все собрались в гостиной, Мэйлин подсела к Си Еню.
  
  - Можно? - она указала на Цзян Хуо, которая дремала у него за пазухой.
  
  - Можно попробовать.
  
  Мэйлин протянула руку, пытаясь выманить саламандру. Пошевелила пальцами, тихонько позвала.
  
  Цзян Хуо открыла один глаз, посмотрела на неё - и снова закрыла.
  
  - Она не хочет выходить, - разочарованно сказала Мэйлин.
  
  - Ей тепло, - объяснил Си Ень. - Саламандры любят тепло. А я - ходячая печка.
  
  - Но я тоже тёплая!
  
  - Не настолько.
  
  Мэйлин попробовала ещё раз - помахала кусочком мяса перед носом саламандры. Цзян Хуо принюхалась, высунула раздвоенный язычок - и снова спряталась.
  
  - Она привередливая, - вздохнула Мэйлин.
  
  - Она умная. - Си Ень погладил саламандру сквозь ткань. - Знает, где лучше.
  
  - Я хочу свою саламандру.
  
  Повисла неловкая пауза.
  
  - Мэйлин... - начал Цзин Юй.
  
  - Я знаю, знаю. - Она махнула рукой. - Я не огненная. Саламандры меня не примут.
  
  - Не то чтобы не примут... - Си Ень поискал слова. - Просто им будет холодно рядом с тобой. Они инстинктивно ищут огонь.
  
  - Это несправедливо.
  
  - Это природа.
  
  Мэйлин надулась - по-детски, смешно.
  
  - А у золотого источника есть свои звери? - спросила она.
  
  - Есть, - ответил Цзин Юй. - Золотые карпы. Они живут в священных озёрах, усиливают целительную силу.
  
  - Рыбки? - Мэйлин скривилась. - Рыбок с собой не потаскаешь.
  
  - Увы.
  
  - А у лунного источника?
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Лунные змейки.
  
  - Змейки? - Мэйлин оживилась. - Это уже интереснее! Ты хочешь завести?
  
  - Нет.
  
  - Почему?
  
  - Потому что... - он поискал слова. - Лунные змейки усиливают связь с источником. А мне не нужно усиливать эту связь. Мне нужно её контролировать.
  
  Си Ень кивнул.
  
  - Разумно.
  
  - И они живут только в лунных храмах, - добавил Цзин Юй. - В том, что мы видели - не было змеек. Юэ Линь, наверное, их... - он не договорил.
  
  - Понятно.
  
  Они сидели в тишине - три друга, одна саламандра и мысли о магических зверях.
  
  - Ладно, - Мэйлин вздохнула. - Раз своей саламандры мне не видать - буду гладить твою. Когда она соизволит вылезти.
  
  Цзян Хуо пискнула - как будто поняла и возразила.
  
  - Она говорит - может быть, - перевёл Си Ень.
  
  - Ты понимаешь её?
  
  - Немного. Мы связаны теперь.
  
  - Это... - Мэйлин улыбнулась. - Это красиво.
  
  - Да. Это красиво.
  
  На следующее утро Си Ень и Ли Чень отправились в тренировочный зал.
  
  Мэйлин и Цзин Юй пошли с ними - посмотреть.
  
  Зал был полон учеников. После изгнания наставников они остались без руководства, растерянные и напуганные. Многие из них были среди тех, кто избивал Ли Ченя - теперь они жались к стенам, не смея поднять глаз.
  
  Си Ень встал в центре зала. Цзян Хуо выползла из-за пазухи и устроилась у него на плече, глядя на учеников маленькими глазами-угольками.
  
  - Слушайте все, - голос его разнёсся по залу. - Я - Си Ень, глава Чёрной башни. Пока не прибудут новые наставники - я веду занятия.
  
  Гробовая тишина.
  
  - Первое правило. - Он обвёл их взглядом. - Никаких "игр". Никаких "испытаний". Никакого насилия над слабыми. Нарушите - пожалеете.
  
  Ученики закивали - испуганно, торопливо.
  
  - Второе правило. Огонь - это не оружие для издевательств. Это священный дар. Вы будете относиться к нему с уважением.
  
  - Да, глава!
  
  - Третье правило. - Голос Си Еня стал мягче. - Вы - братья. Все. Сильные и слабые, талантливые и не очень. Огонь объединяет, а не разделяет. Запомните это.
  
  Он помолчал.
  
  - А теперь - разминка. Все на площадку.
  
  Занятие было... странным.
  
  Цзин Юй и Мэйлин наблюдали, как Си Ень учит молодых заклинателей. Он не кричал, не угрожал. Просто показывал - как призывать огонь, как направлять его, как контролировать.
  
  - Не напрягайся, - говорил он одному из учеников. - Ты душишь свою силу. Отпусти её.
  
  - Слишком много, - другому. - Огонь - не кувалда. Учись дозировать.
  
  - Хорошо, - третьему. - Очень хорошо. Продолжай.
  
  Ли Чень тренировался вместе со всеми. Те, кто раньше его избивал, теперь сторонились его - не из страха, а из стыда. Он не обращал внимания. Просто работал, снова и снова.
  
  - Он талантлив, - сказала Мэйлин тихо.
  
  - Кто? Ли Чень?
  
  - Нет. Си Ень. Как учитель.
  
  Цзин Юй посмотрел на друга - на то, как он двигается среди учеников, поправляет позы, объясняет технику.
  
  - Да, - согласился он. - Талантлив. Даже если сам не верит в это.
  
  Прошла неделя.
  
  Наставники прибыли на седьмой день - трое мужчин в чёрно-алых одеждах Чёрной башни. С ними были слуги, несущие сундуки с вещами - и ворох свитков.
  
  - Глава! - старший из наставников - седой, но крепкий мужчина по имени Вэй Цзянь - поклонился. - Мы прибыли, как вы приказали.
  
  - Хорошо. - Си Ень принял поклон. - Зал - ваш. Ученики ждут.
  
  - Какие будут указания, глава?
  
  - Справедливость. Терпение. Уважение к ученикам. - Си Ень посмотрел на него. - Никаких "игр". Никакого насилия. Если узнаю, что здесь повторяется то, что было при Линь Баоцзи - вы ответите лично передо мной.
  
  - Понял, глава.
  
  - И ещё. - Си Ень указал на Ли Ченя, который стоял в стороне. - Этот парень - талантлив. Присмотрите за ним.
  
  Вэй Цзянь посмотрел на юношу - и кивнул.
  
  - Будет сделано.
  
  - Хорошо. Тогда - за работу.
  
  Наставники ушли осматривать зал, а слуга протянул Си Еню ворох свитков.
  
  - Это... что? - спросил Си Ень, глядя на гору документов.
  
  - Накопившиеся дела, глава. Доклады, прошения, отчёты. Заместитель Хуан Лей просил передать.
  
  Си Ень застонал.
  
  - Я отсутствовал месяц.
  
  - Да, глава. Дела... накопились.
  
  - Вижу.
  
  Он забрал свитки и понёс их в покои - со страдальческим выражением лица.
  
  Вечером Си Ень нашёл Ли Ченя во дворе.
  
  Юноша сидел на скамье, глядя на закат. Лицо его было спокойным - совсем не таким, как неделю назад.
  
  - Как ты? - спросил Си Ень, садясь рядом.
  
  - Хорошо, глава. - Ли Чень улыбнулся. - Лучше, чем когда-либо.
  
  - Понял, что не так было с твоей силой?
  
  - Да. - Юноша помолчал. - Я боялся её. Думал, что она меня уничтожит, если выпущу. А она... она просто хотела быть свободной.
  
  - И теперь?
  
  - Теперь мы друзья. - Он поднял руку, и пламя заплясало над ладонью - яркое, послушное. - Она слушается меня. Потому что я больше не боюсь.
  
  Си Ень кивнул.
  
  - Хорошо. Очень хорошо.
  
  Он помолчал.
  
  - Мы уезжаем завтра. Справишься без меня?
  
  Ли Чень посмотрел на него - серьёзно, прямо.
  
  - Справлюсь, глава. - В голосе его была уверенность. - Вы научили меня главному. Остальное - дело практики.
  
  - Если будут проблемы - пиши в башню. Я разберусь.
  
  - Спасибо, глава. За всё.
  
  Си Ень встал и положил руку ему на плечо.
  
  - Ты хороший парень, Ли Чень. Не позволяй никому говорить тебе обратное.
  
  И он ушёл - оставив юношу смотреть на закат, на пламя в своих руках, на будущее, которое вдруг перестало быть страшным.
  
  Глава 41. Расставание
  
  На следующее утро они собрались в путь.
  
  Не покидая город навсегда - просто на прогулку. К Огненной горе. Той самой, на которую Си Ень собирался подняться за саламандрой.
  
  - Ты же уже получил саламандру, - сказала Мэйлин. - Зачем идти на гору?
  
  - Полюбоваться. - Си Ень пожал плечами. - Я всё равно хотел её увидеть. Не ловить - просто посмотреть.
  
  - Это безопасно?
  
  - Для меня - да. Для вас... - он задумался. - На нижние склоны можно. Выше - нет.
  
  - Тогда идём.
  
  Они попрощались с Ли Ченем - который теперь выглядел совсем другим человеком. Уверенным, спокойным. Он поклонился им - глубоко, от сердца.
  
  - Спасибо, - сказал он. - За всё. Я никогда не забуду.
  
  - Не забывай уроки, - ответил Си Ень. - Это важнее благодарности.
  
  И они ушли - три фигуры, направляющиеся к горе, которая горела на горизонте.
  
  Подъём занял полдня.
  
  Тропа вилась по склону - сначала через огненные клёны, потом через выжженную пустошь, потом через поля застывшей лавы. С каждым шагом становилось жарче.
  
  - Здесь граница, - сказал Си Ень, остановившись у большого камня. - Дальше вам нельзя.
  
  Они стояли на уступе - достаточно высоко, чтобы видеть город внизу, достаточно близко к вершине, чтобы чувствовать жар источника.
  
  И вид... вид был невероятным.
  
  Столб огня бил из вершины горы - яркий, ослепительный, уходящий в небо. Вокруг него кружились искры - миллионы искр, как светлячки в ночи. Воздух дрожал от силы, камни светились изнутри.
  
  - Это... - Мэйлин не могла найти слов.
  
  - Открытый источник, - сказал Си Ень. - Место, где сила огня выходит на поверхность. Одно из самых священных мест для заклинателей.
  
  - Здесь живут саламандры?
  
  - Там. - Он указал на скалы выше. - Видишь?
  
  Мэйлин прищурилась - и увидела. Маленькие фигурки, мелькающие среди камней. Красные, золотые, оранжевые. Десятки, сотни саламандр, греющихся у огня.
  
  - Какие красивые, - прошептала она.
  
  - Да. - Си Ень погладил Цзян Хуо, которая высунулась из-за пазухи. - Красивые.
  
  Цзян Хуо смотрела на своих сородичей - и пищала. Грустно, почти тоскливо.
  
  - Она скучает? - спросила Мэйлин.
  
  - Наверное. - Си Ень почесал саламандру под подбородком. - Но она выбрала меня. И я выбрал её.
  
  Они стояли на уступе - три человека и одна саламандра - и смотрели на огонь, бьющий в небо.
  
  Это было красиво. Это было священно. Это было... правильно.
  
  На обратном пути они обсуждали будущее.
  
  - Куда дальше? - спросила Мэйлин.
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Мне нужно вернуться в Чёрную башню, - сказал он наконец. - На время. Некоторые доклады мне совсем не понравились.
  
  - Проблемы?
  
  - Не знаю пока. Но лучше проверить лично. - Он посмотрел на них. - Вы не обязаны идти со мной. Я могу отнести вас, куда хотите.
  
  Мэйлин и Цзин Юй переглянулись.
  
  - Я... - Мэйлин задумалась. - Я хочу на юг. Там есть озеро, где цветёт лотос, и старый мастер собирает редкие травы. Я бы хотела у него поучиться. Хоть немного.
  
  - А я пойду с ней, - сказал Цзин Юй. - Я не собираюсь снова теряться в голосах древних сил. Мне нужен живой мир. И хорошее вино.
  
  Си Ень кивнул.
  
  - Тогда я отнесу вас к южной дороге. А потом - в Чёрную башню.
  
  - Когда?
  
  - Завтра утром. - Он посмотрел на закат. - Сегодня - последний вечер вместе.
  
  Они шли вниз - медленно, не торопясь. Наслаждаясь последними часами вместе.
  
  Последний вечер прошёл тихо.
  
  Они сидели в гостиной, пили чай, разговаривали ни о чём. Вспоминали путешествие - горы и океан, храмы и города, демонов и богинь.
  
  - Знаете, - сказала Мэйлин, - когда я освободила тебя из печати... - она посмотрела на Цзин Юя, - я не думала, что это приведёт к чему-то такому.
  
  - К чему - такому?
  
  - К этому. - Она обвела рукой. - К путешествиям, к приключениям, к... к семье.
  
  - Сожалеешь?
  
  - Ни секунды.
  
  Они сидели у камина - три друга, которые стали семьёй. И одна саламандра, которая дремала на плече Си Еня.
  
  - Мы ведь ещё увидимся, - сказал Цзин Юй. - Это не прощание навсегда.
  
  - Конечно. - Си Ень кивнул. - Я найду вас. Когда разберусь с делами в башне.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Огонь в камине потрескивал. За окном город огней жил своей ночной жизнью. А здесь, в этой комнате, было тепло и спокойно.
  
  - Спокойной ночи, - сказала Мэйлин.
  
  - Спокойной ночи.
  
  И они разошлись по комнатам - в последний раз в этом городе.
  
  Утро было ясным.
  
  Они собрались быстро - за месяцы путешествий научились не обрастать лишним. Вещи упакованы, прощания сказаны, долги оплачены.
  
  Ли Чень пришёл проводить их - вместе с несколькими учениками из зала.
  
  - Глава, - он поклонился. - Спасибо за всё. Я... - голос его дрогнул. - Я постараюсь быть достойным вашего доверия.
  
  - Я знаю. - Си Ень положил руку ему на плечо. - Ты справишься.
  
  - Вы вернётесь?
  
  - Когда-нибудь. - Он улыбнулся. - Хуолунчэн - интересное место. Я обязательно вернусь.
  
  Они попрощались с городом - с его шумом и светом, с его огнями и тенями. С местом, где Си Ень нашёл не ту саламандру, которую искал, но ту, которая была ему нужна.
  
  - Готовы? - спросил он друзей.
  
  - Готовы.
  
  Огненные крылья развернулись за его спиной - яркие, ослепительные.
  
  - Держитесь.
  
  И они взлетели.
  
  Полёт был долгим.
  
  Они летели над горами и долинами, над реками и лесами. Мир простирался под ними - огромный, прекрасный, полный возможностей.
  
  К полудню они достигли южной дороги.
  
  Си Ень опустился на холм, с которого была видна дорога внизу. По ней двигался караван - десяток повозок, охрана, торговцы.
  
  - Вон тот караван идёт на юг, - сказал он. - К Озеру Лотосов. Я узнавал.
  
  - Ты узнавал?
  
  - Конечно. - Он пожал плечами. - Я не собирался отпускать вас куда попало.
  
  Они спустились к дороге. Си Ень переговорил с главой каравана - коротко, по-деловому. Золото перешло из рук в руки.
  
  - Они возьмут вас, - сказал он, вернувшись. - Доставят до озера в целости.
  
  - Спасибо.
  
  Они стояли на дороге - три человека, которые столько прошли вместе.
  
  - Ну, - сказал Си Ень. - Вот и всё.
  
  - Не прощаемся, - напомнила Мэйлин. - Просто расстаёмся на время.
  
  - На время, - согласился он.
  
  Она шагнула к нему - и обняла. Крепко, отчаянно.
  
  - Береги себя, - прошептала она. - Пожалуйста.
  
  - Буду. - Он неловко похлопал её по спине. - И ты береги себя. И его, - он кивнул на Цзин Юя.
  
  - Буду.
  
  Она отстранилась, вытирая глаза.
  
  Цзин Юй подошёл к Си Еню. Они смотрели друг на друга - два человека, которые были врагами, потом друзьями, потом братьями.
  
  - Не делай глупостей, - сказал Цзин Юй.
  
  - Постараюсь.
  
  - Обещай.
  
  - Обещаю.
  
  Они обнялись - коротко, крепко.
  
  - До встречи, - сказал Цзин Юй.
  
  - До встречи.
  
  Си Ень отступил. Цзян Хуо высунулась из-за пазухи и пискнула - словно тоже прощалась.
  
  - Идите, - сказал он. - Караван ждёт.
  
  Мэйлин и Цзин Юй подошли к каравану. Обернулись - в последний раз.
  
  Си Ень стоял на дороге - высокий, с огненными прядями в волосах, с саламандрой на плече. За его спиной разворачивались огненные крылья.
  
  - Увидимся! - крикнула Мэйлин.
  
  - Увидимся!
  
  Он взмыл в небо - яркой вспышкой алого света. Всё выше, выше - пока не превратился в точку на горизонте.
  
  И исчез.
  
  Караван тронулся в путь.
  
  Мэйлин сидела в повозке, глядя на дорогу. Цзин Юй - рядом.
  
  - Знаешь, - сказала она тихо, - сначала я боялась его. Когда только узнала, кто он такой.
  
  - Я тоже, - признался Цзин Юй.
  
  - А теперь... - она поёжилась, хотя день был тёплым. - Теперь без него как-то холодно.
  
  Цзин Юй посмотрел на небо - туда, где исчез Си Ень.
  
  - Он вернётся, - сказал он. - Он обещал.
  
  - Я знаю.
  
  Они ехали на юг - к Озеру Лотосов, к старому мастеру, к новым приключениям. Впереди была дорога, позади - друг, который улетел на огненных крыльях.
  
  Но это было не прощание.
  
  Просто расставание на время.
  
  Они знали - они ещё встретятся. Обязательно встретятся.
  
  Потому что они - семья.
  
  А семья не теряется.
  
  Никогда.
  
  Караван двигался медленно.
  Десять повозок, гружённых тканями и специями, ползли по пыльной дороге, как сонные черепахи. Охранники - дюжина крепких мужчин с мечами - шли по бокам, лениво переговариваясь.
  Мэйлин сидела в повозке рядом с тюками шёлка и смотрела на проплывающий мимо пейзаж. Холмы, поля, редкие деревеньки. Всё такое... обычное. После огненного города, после горы с пламенем на вершине - почти скучное.
  - Скучаешь? - спросил Цзин Юй, устроившийся напротив.
  - Немного. - Она вздохнула. - Привыкла к приключениям.
  - Наслаждайся покоем. Приключения имеют свойство находить нас сами.
  - Это точно.
  Глава каравана - толстый торговец по имени Чжан Вэй - относился к ним с почтением. Не потому что знал, кто они такие, а потому что Си Ень заплатил за них золотом. Много золота.
  - Уважаемые гости, - говорил он каждый вечер, - может, желаете чего-нибудь? Вина? Фруктов? Мягких подушек?
  - Спасибо, мы в порядке, - отвечала Мэйлин.
  И они действительно были в порядке. Просто... непривычно тихо.
  На третий день пути они столкнулись с первым приключением.
  Разбойники.
  Их было человек двадцать - оборванных, вооружённых кто чем. Они выскочили из леса, окружили караван, и их главарь - здоровенный детина со шрамом через всё лицо - потребовал "дань за проезд".
  Охранники схватились за мечи. Торговцы побледнели.
  - Сколько? - спросил Чжан Вэй дрожащим голосом.
  - Половину товара. И всё золото.
  - Это грабёж!
  - Это дань. - Главарь ухмыльнулся. - Плати или...
  Он не договорил.
  Серебряный свет вспыхнул - ослепительно яркий. Лунный клинок материализовался в руке Цзин Юя, и в следующее мгновение он стоял перед главарём, приставив лезвие к его горлу.
  - Или - что? - спросил он спокойно.
  Главарь побледнел. Его люди попятились.
  - Ты... ты заклинатель?
  - Да. - Цзин Юй чуть надавил клинком. - А теперь - уходите. Пока я добрый.
  - Но...
  - Я сказал - уходите.
  Разбойники бежали. Быстро, без оглядки. Через минуту дорога опустела.
  Цзин Юй развеял клинок и вернулся к повозке.
  - Ну вот, - сказал он Мэйлин. - Приключение.
  - Это было... - она искала слово, - впечатляюще.
  - Спасибо.
  - Ты мог бы их убить.
  - Мог. Но зачем? - Он пожал плечами. - Они просто голодные дураки. Не злодеи.
  Чжан Вэй подбежал к ним, рассыпаясь в благодарностях. Охранники смотрели на Цзин Юя с благоговением. А Мэйлин думала о том, как сильно он изменился за эти месяцы.
  Раньше - в печати - он бы, наверное, убил их всех. Не задумываясь.
  Теперь - отпустил.
  Это было... хорошо.
  На пятый день Мэйлин нашла подругу.
  Её звали Сяо Лань - молодая женщина, жена одного из торговцев. Она путешествовала с мужем, помогая вести дела, и оказалась на удивление интересным собеседником.
  - Вы едете к Озеру Лотосов? - спросила она Мэйлин.
  - Да. Хочу поучиться у мастера Суня.
  - Старый травник? - Сяо Лань улыбнулась. - Я слышала о нём. Говорят, он знает каждое растение в империи.
  - Поэтому и еду.
  Они разговаривали часами - о травах и зельях, о торговле и путешествиях, о жизни в разных частях империи. Сяо Лань оказалась кладезем практических знаний.
  - Если будете в городе Цзянчжоу, - говорила она, - обязательно зайдите на рынок трав. Там продают редкие корни с южных гор. Очень хорошее качество.
  - Спасибо, запомню.
  Цзин Юй наблюдал за их дружбой с лёгкой улыбкой.
  - Ты везде находишь друзей, - сказал он Мэйлин вечером.
  - Люди интересные. - Она пожала плечами. - Если к ним присмотреться.
  - Это дар.
  - Это просто любопытство.
  На восьмой день прилетела птица.
  Мэйлин первой заметила её - маленький чёрный силуэт на фоне закатного неба. Птица кружила над караваном, потом спикировала вниз и села прямо на плечо Цзин Юя.
  - Это... - он уставился на неё.
  Птица была странной. Чёрная, с перьями, отливающими алым на солнце. К её лапке было привязано письмо.
  - Огненный вестник, - узнала Мэйлин. - Их используют в Чёрной башне для срочных сообщений.
  - От Си Еня?
  - Наверное.
  Цзин Юй осторожно отвязал письмо. Птица каркнула - почти одобрительно - и осталась сидеть на его плече.
  Он развернул свиток и начал читать вслух:
  "Дорогие друзья!
  Надеюсь, вы не умерли от скуки в караване. Караваны - ужасно скучная вещь. Я проверял.
  В башне всё хорошо. Ну, почти хорошо. Есть кое-какие дела, которые требуют моего внимания. Ничего серьёзного, просто бумажная работа. Горы бумажной работы. Я начинаю думать, что свитки размножаются сами по себе, когда никто не смотрит.
  Цзян Хуо передаёт привет. Она научилась ловить мух. Очень гордится собой.
  Задержусь ещё немного. Может, неделю. Может, две. Не волнуйтесь.
  Напишите, как вы там. Птица знает дорогу обратно.
  P.S. Мэйлин, нашла уже какие-нибудь интересные травы?
  P.P.S. Цзин Юй, надеюсь, ты не позволяешь ей ночевать в лесу. Постоялые дворы существуют не просто так.
  Ваш огненный друг,
  Си Ень"
  Мэйлин рассмеялась.
  - Он не меняется.
  - Да. - Цзин Юй сложил письмо. - Не меняется.
  Но что-то в его голосе было... странным.
  - Что такое? - спросила Мэйлин.
  - Ничего. - Он покачал головой. - Просто... ничего.
  Вечером они написали ответ - о караване, о разбойниках, о новых знакомствах. Привязали письмо к лапке птицы, и та улетела - чёрной точкой в ночное небо.
  
  Глава 42. Тревога
  
  Они добрались до места через две недели.
  Озеро Лотосов было... волшебным. Другого слова Мэйлин не нашла.
  Огромное, спокойное, покрытое цветами - белыми, розовыми, алыми. Лотосы простирались до горизонта, и воздух был напоен их ароматом - сладким, нежным, почти одурманивающим.
  - Небеса, - прошептала она.
  - Красиво, - согласился Цзин Юй.
  На берегу озера раскинулся небольшой городок - Ляньхуачжэнь, Город Лотосов. Белые домики с черепичными крышами, узкие улочки, мостики через каналы. Всё утопало в цветах.
  - Здесь живёт мастер Сунь? - спросил Цзин Юй.
  - Где-то за городом. - Мэйлин огляделась. - Нужно спросить.
  Они нашли постоялый двор - маленький, уютный, с видом на озеро. Хозяйка - пожилая женщина с добрым лицом - встретила их приветливо.
  - Мастер Сунь? - переспросила она. - Конечно, знаю. Все знают старого травника. Его хижина на восточном берегу, за рощей персиков.
  - Спасибо.
  - Только... - хозяйка замялась. - Он странный. Не всех принимает.
  - Я рискну.
  Город был тихим, спокойным - полной противоположностью Хуолунчэну.
  Здесь не было огненных шаров в воздухе, не было толп заклинателей, не было шума и суеты. Только цветы, тишина и запах лотосов.
  Мэйлин бродила по улицам, заглядывая в лавки. Здесь продавали всё, связанное с лотосами - семена и корни, масла и настойки, ткани с вышитыми цветами.
  - Смотри! - она показала Цзин Юю связку сушёных листьев. - Лотосовый чай! Сун Яо говорила, что он помогает при болезнях сердца!
  - Купи.
  - Уже.
  Она покупала всё подряд - травы, семена, корни. Сумка становилась всё тяжелее, а глаза - всё ярче.
  - Ты счастлива, - заметил Цзин Юй.
  - Очень. - Она улыбнулась. - Это моё место. Как Огненная гора - для Си Еня.
  - Понимаю.
  Они обедали в маленькой таверне - рыба в лотосовых листьях, рис с цветочными лепестками, чай с мёдом. Всё было нежным, лёгким, совсем не похожим на острую огненную кухню.
  - Скучаешь по нему? - спросил Цзин Юй.
  - По кому?
  - По Си Еню.
  Мэйлин помолчала.
  - Да, - призналась она. - Он бы уже ворчал, что здесь слишком тихо. И что цветы - это несерьёзно.
  - И требовал бы мяса вместо рыбы.
  - И жаловался бы на отсутствие приличного вина.
  Они рассмеялись - но смех был немного грустным.
  На следующий день Мэйлин отправилась к мастеру Суню.
  Цзин Юй пошёл с ней - не потому что боялся за неё, а потому что ему было любопытно.
  Хижина стояла на берегу озера, окружённая садом. Но каким садом! Сотни растений - знакомых и незнакомых, обычных и явно магических. Некоторые светились, некоторые шевелились без ветра, некоторые издавали странные звуки.
  - Ого, - выдохнула Мэйлин.
  - Кто там? - раздался голос из хижины.
  Дверь открылась, и вышел старик. Маленький, сморщенный, с длинной седой бородой и глазами, острыми как иглы.
  - Мастер Сунь? - спросила Мэйлин.
  - Кто спрашивает?
  - Меня зовут Мэйлин. Я целительница. Пришла учиться.
  Старик оглядел её - внимательно, оценивающе.
  - Целительница, говоришь? - он хмыкнул. - Покажи руки.
  Мэйлин протянула руки. Старик взял их, повертел, посмотрел на ладони.
  - Хм. Золотая сила. Неплохо. - Он отпустил её руки. - Откуда пришла?
  - Издалека. С севера. Училась в башне целителей.
  - У Юн Шэня?
  - Да.
  - Старый пень, - беззлобно сказал мастер. - Хороший учитель. Но слишком мягкий. - Он посмотрел на неё ещё раз. - Ладно. Можешь остаться. Посмотрим, на что ты способна.
  У Мэйлин перехватило дыхание.
  - Правда?
  - Правда. Но предупреждаю - я не мягкий. Будешь работать. Много работать.
  - Я готова!
  - Посмотрим.
  Дни потекли мирно.
  Мэйлин каждое утро уходила к мастеру Суню и возвращалась вечером - уставшая, грязная, но счастливая. Она училась распознавать травы, собирать их, готовить отвары.
  Цзин Юй проводил дни у озера. Медитировал, тренировался, читал книги, которые купил в городе. Он чувствовал себя... спокойным. Впервые за долгое время.
  Голоса древних сил молчали. Серебро внутри него больше не рвалось наружу. Он был просто человеком - живым, дышащим, наслаждающимся миром.
  - Тебе здесь нравится, - сказала Мэйлин однажды вечером.
  - Да. - Он смотрел на закат над озером. - Здесь тихо. Мирно. Я могу думать.
  - О чём думаешь?
  - О будущем. - Он помолчал. - О том, кем хочу быть.
  - И кем?
  - Не знаю пока. Но точно не тем, кем был раньше.
  Она села рядом с ним.
  - Ты изменился.
  - Мы все изменились.
  Они сидели у озера, глядя на цветы лотоса, которые закрывались на ночь. Где-то вдалеке пели птицы. Мир был мирным, прекрасным.
  Почти слишком мирным.
  Через неделю прилетело второе письмо.
  Та же чёрная птица, тот же почерк.
  "Дорогие друзья!
  Рад, что вы добрались благополучно. Озеро Лотосов - прекрасное место. Я был там однажды, когда был молодым и глупым. Упал в воду и чуть не утонул в цветах. Очень романтично.
  В башне всё ещё дела. Много дел. Бесконечные дела. Начинаю думать, что это проклятие.
  Цзян Хуо научилась прятаться в моих волосах. Это мило, но немного мешает думать.
  Задержусь ещё. Неделю, может две. Точно не знаю. Не волнуйтесь, всё под контролем.
  P.S. Мэйлин, как старый травник? Не слишком ворчливый?
  P.P.S. Цзин Юй, не скучай слишком сильно. Займись чем-нибудь полезным. Например, научись готовить. Или вязать.
  Ваш занятой друг,
  Си Ень"
  Мэйлин нахмурилась.
  - Что-то не так?
  Цзин Юй перечитал письмо ещё раз.
  - Не знаю, - медленно сказал он. - Просто... странное какое-то.
  - Странное?
  - Слишком... лёгкое. - Он сложил свиток. - Даже для него.
  Они написали ответ - о мастере Суне, об озере, о тихой жизни. Но что-то беспокоило их обоих.
  Что-то неуловимое.
  
  Прошло ещё две недели.
  Писем больше не было.
  - Может, он просто занят, - говорила Мэйлин.
  - Может, - соглашался Цзин Юй.
  Но оба знали - это было не похоже на Си Еня. Он обещал писать. Он никогда не нарушал обещаний.
  Они продолжали жить своей жизнью - Мэйлин училась у мастера, Цзин Юй медитировал у озера. Но тревога росла, как тень на закате.
  Однажды вечером они решили заночевать в лесу.
  Не потому что не могли вернуться в город - просто захотелось. Ночь была тёплой, звёзды яркими. Они развели костёр, приготовили ужин.
  - Помнишь наши первые ночёвки? - спросила Мэйлин.
  - Помню. - Цзин Юй улыбнулся. - Ты боялась каждого шороха.
  - Неправда! Я просто... была осторожна.
  - Конечно.
  Она подбросила ветку в огонь.
  - Си Ень бы уже возмущался.
  - Что?
  - Почему мы опять в лесу у костра, а не в более комфортабельном месте. - Она передразнила его голос. - "Постоялые дворы существуют не просто так!"
  Цзин Юй рассмеялся - но смех оборвался.
  - Я начинаю волноваться, - сказал он тихо.
  - Из-за писем?
  - Да. - Он смотрел в огонь. - Си Еня долго нет. А его письма слишком... дурацкие. Даже для него.
  - Что ты имеешь в виду?
  - Он шутит. Постоянно шутит. - Цзин Юй покачал головой. - Си Ень шутит, когда нервничает. Когда пытается что-то скрыть.
  Мэйлин нахмурилась.
  - Ты думаешь, он что-то скрывает?
  - Думаю, да.
  - Что?
  - Не знаю. - Он подбросил ветку в костёр. - Но мне это не нравится.
  Они сидели у огня, глядя на пляшущие языки пламени. Ночь была тихой, мирной - но тревога не отпускала.
  - Что нам делать? - спросила Мэйлин.
  - Не знаю, - повторил Цзин Юй. - Пока - ждать. Может, он напишет.
  - А если не напишет?
  - Тогда... - он помолчал. - Тогда будем думать.
  На следующее утро Цзин Юй проснулся с решением.
  - Я думаю, - сказал он за завтраком, - что огненный глава просто отослал нас куда подальше.
  Мэйлин замерла с чашкой в руках.
  - Что?
  - Он знал, что в башне что-то происходит. Что-то серьёзное. И отправил нас сюда, чтобы мы не вмешивались.
  - Но почему?..
  - Потому что он такой. - Цзин Юй встал, начал ходить туда-сюда. - Он всегда пытается защитить нас. Даже когда мы не просим.
  - Даже когда мы не хотим.
  - Особенно тогда.
  Мэйлин отставила чашку.
  - Что нам делать?
  - Узнать, что происходит. - Цзин Юй посмотрел на неё. - В большом городе ходят слухи. Торговцы, путешественники - они знают новости.
  - Цзянчжоу?
  - Да. Это ближайший крупный город. День пути отсюда.
  - Тогда идём.
  
  Цзянчжоу был большим, шумным, полным жизни.
  После тихого Ляньхуачжэня он казался оглушительным - крики торговцев, скрип повозок, голоса тысяч людей. Мэйлин и Цзин Юй пробирались через толпу, ища место, где можно послушать новости.
  Они нашли чайную - большую, популярную, где собирались торговцы и путешественники. Заказали чай, сели в углу, начали слушать.
  Разговоры были обычными - о ценах, о погоде, о дорогах. Но потом...
  - ...слышал о Чёрной башне? - спросил один торговец другого.
  Цзин Юй напрягся.
  - Что о ней?
  - Говорят, там что-то случилось. Какие-то беспорядки.
  - Беспорядки? В башне?
  - Да. - Торговец понизил голос, но Цзин Юй всё слышал. - Говорят, кто-то пытался... - он огляделся, - захватить власть.
  - Захватить власть? У огненного демона? - Второй торговец рассмеялся. - Это самоубийство.
  - Тем не менее. Слухи ходят.
  - И что случилось?
  - Не знаю. Никто не знает точно. Но говорят, были бои. Серьёзные бои.
  Мэйлин побледнела. Цзин Юй сжал чашку так, что она треснула.
  - Пойдём, - прошептал он.
  Они вышли из чайной и пошли дальше - искать больше информации.
  В следующей таверне слухи были другими.
  - ...глава ранен, - говорил пьяный солдат. - Мой кузен служит в гарнизоне рядом с башней. Говорит, видел, как выносили тела.
  - Чьи тела?
  - Не знаю. Но много.
  Мэйлин схватила Цзин Юя за руку.
  - Он ранен?
  - Не знаем. Это только слухи.
  - Но если...
  - Не паникуй. - Голос Цзин Юя был спокойным, но глаза - нет. - Сначала узнаем больше.
  Они ходили по городу весь день - из таверны в таверну, из чайной в чайную. Слухи были разными, противоречивыми:
  "Глава убит" - "Глава жив, но скрывается" - "Глава сам устроил чистку" - "Башня горит" - "Башня в осаде" - "Всё это выдумки".
  К вечеру у них голова шла кругом.
  - Что из этого правда? - спросила Мэйлин.
  - Не знаю. - Цзин Юй сидел на скамье у фонтана, глядя в пустоту. - Но одно ясно - что-то случилось. Что-то серьёзное.
  - Нам нужно туда.
  - Я знаю.
  - Он мог быть ранен. Мог быть в опасности. А мы сидим здесь...
  - Я знаю! - Цзин Юй вскочил. - Я знаю, Мэйлин. Но если мы просто побежим туда без плана - мы можем всё испортить.
  Она замолчала.
  Он прав. Она знала, что он прав. Но страх за Си Еня - иррациональный, всепоглощающий - не давал думать ясно.
  - Тогда какой план? - спросила она.
  Цзин Юй задумался.
  - Завтра утром выходим, - сказал он наконец. - Идём к Чёрной башне. По дороге собираем информацию - чем ближе к башне, тем точнее будут слухи.
  - А когда доберёмся?
  - Тогда решим. В зависимости от того, что увидим.
  Мэйлин кивнула.
  - Хорошо. - Она взяла его за руку. - Мы найдём его. Он будет в порядке.
  - Будет, - согласился Цзин Юй.
  Но голос его был не таким уверенным, как хотелось бы.
  Ночью Мэйлин не могла уснуть.
  Она лежала в постели, глядя в потолок, и думала о Си Ене. О его улыбке, о его сарказме, о его огненных крыльях. О том, как он нёс Ли Ченя на руках. О том, как плакал над искалеченной саламандрой.
  Он был сильным. Самым сильным заклинателем, которого она знала. Но даже сильные могут пасть.
  "Пожалуйста, - думала она. - Пожалуйста, будь в порядке".
  За стеной Цзин Юй тоже не спал. Он сидел у окна, глядя на луну, и вспоминал.
  Десять лет назад он думал, что Си Ень мёртв. Десять лет жил с этой болью, с этой виной. И когда узнал правду - поклялся себе, что больше никогда не потеряет друга.
  Теперь... теперь он снова боялся.
  "Я иду, - думал он. - Держись, Си Ень. Я иду".
  
  Утром они собрались быстро.
  Мэйлин забежала к мастеру Суню - объяснить, извиниться. Старик выслушал её молча, потом кивнул.
  - Иди, - сказал он. - Друзья важнее трав.
  - Спасибо, мастер.
  - Возвращайся, когда сможешь. Я буду ждать.
  Она поклонилась и убежала.
  Цзин Юй ждал её у ворот города.
  - Готова?
  - Готова.
  - Тогда идём.
  Они вышли на дорогу - двое путников, направляющихся на север. К Чёрной башне. К другу, который, возможно, был в беде.
  - Сколько до башни? - спросила Мэйлин.
  - Пешком - недели две. - Цзин Юй нахмурился. - Слишком долго.
  - Ты можешь... - она замялась. - Ты же можешь летать?
  - Могу. Но не так быстро и не так далеко, как Си Ень. - Он покачал головой. - Лунная сила - не огонь. Она не создана для полётов.
  - Тогда что делать?
  - Идти. Быстро. И надеяться, что успеем.
  Они шли - быстрым шагом, почти бегом. Останавливались только чтобы поесть и немного поспать. Каждый день - новые слухи, новые страхи.
  "Башня горела три дня".
  "Глава заперся внутри и никого не пускает".
  "Мятежников казнили на площади".
  "Глава сам стал мятежником".
  Что из этого правда? Они не знали. Но с каждым днём тревога росла.
  - Мы успеем, - говорила Мэйлин.
  - Успеем, - соглашался Цзин Юй.
  Но оба знали - они не уверены.
  Совсем не уверены.
  На пятый день пути они встретили беженцев.
  Группа людей - мужчины, женщины, дети - шла им навстречу по дороге. Они выглядели измученными, напуганными.
  - Откуда вы? - спросил Цзин Юй.
  - Из деревни рядом с башней, - ответил старик, который, видимо, был главой группы. - Уходим подальше.
  - Что случилось?
  - Бои. - Старик покачал головой. - Страшные бои. Огонь, крики, взрывы. Мы боялись, что деревню сожгут.
  - А башня? Что с башней?
  - Стоит. - Старик пожал плечами. - Но что внутри - не знаем. Никто не выходит, никто не входит.
  Мэйлин и Цзин Юй переглянулись.
  - Спасибо, - сказал Цзин Юй. - Идите. Здесь безопасно.
  Беженцы ушли. А они - пошли дальше.
  К башне.
  К другу.
  К неизвестности.
  - Мы найдём его, - сказала Мэйлин.
  - Найдём, - согласился Цзин Юй.
  И они шли - двое друзей, двое упрямых, двое верных.
  Потому что это делает семья.
  Семья не бросает.
  Никогда.
  
  Глава 43. Мёртвая башня
  
  Город у Чёрной башни назывался Хэйянь - Чёрный Дым.
  Раньше, наверное, это было подходящее название. Раньше, когда башня жила, когда огненная сила пульсировала в её стенах, когда дым от бесчисленных кузниц и алхимических лабораторий поднимался к небу.
  Теперь город выглядел... потерянным.
  Мэйлин и Цзин Юй вошли в него на закате двенадцатого дня пути. Ноги гудели от усталости, но они не обращали внимания - слишком сильным было желание узнать правду.
  Улицы были полупустыми. Лавки закрыты, окна заколочены. Люди, которые попадались навстречу, шли быстро, опустив головы, не глядя по сторонам.
  - Что здесь случилось? - прошептала Мэйлин.
  - Сейчас узнаем.
  Они нашли таверну - единственную открытую на целой улице. Внутри было темно, душно, пахло прогорклым маслом и страхом.
  За стойкой стоял хозяин - немолодой мужчина с потухшими глазами. Он посмотрел на них без интереса.
  - Чего?
  - Что случилось с башней? - спросил Цзин Юй.
  Хозяин вздрогнул.
  - Вы не местные?
  - Нет. Пришли издалека.
  - Тогда уходите. - Он отвернулся. - Здесь нечего делать.
  - Пожалуйста. - Мэйлин шагнула вперёд. - Нам нужно знать. У нас там... друг.
  Хозяин посмотрел на неё - долго, оценивающе.
  - Друг, - повторил он. - В башне?
  - Да.
  Долгая пауза. Потом хозяин тяжело вздохнул.
  - Садитесь. Расскажу, что знаю.
  История, которую он рассказал, была... страшной.
  - Началось три недели назад, - говорил хозяин, наливая им дешёвого вина. - Глава вернулся из путешествия. Говорили, он был в хорошем настроении. Даже улыбался.
  - А потом?
  - Потом... - хозяин поёжился. - Никто не знает точно, что произошло внутри. Но через несколько дней из башни начала вырываться энергия. Дикая. Неконтролируемая.
  - Какая энергия?
  - Огненная. Но не обычная. - Он покачал головой. - Я живу здесь всю жизнь. Видел много огня. Но такого... такого не видел никогда. Она была... злой. Голодной.
  Мэйлин сжала руку Цзин Юя под столом.
  - Что случилось дальше?
  - Глава выгнал всех из башни. Буквально пинками. Заклинателей, слуг, учеников - всех. Говорят, он орал так, что стены тряслись. А потом... - хозяин замолчал.
  - Потом?
  - Потом он вошёл внутрь. Один. И запечатал башню.
  - Запечатал?
  - Да. - Хозяин посмотрел в окно, в сторону, где возвышалась башня. - Огненной печатью. Такой сильной, что никто не может войти. Или выйти.
  - Когда это было?
  - Две недели назад.
  Две недели. Си Ень был заперт в башне две недели.
  - Он жив? - голос Мэйлин дрожал.
  - Не знаю. - Хозяин развёл руками. - Никто не знает. Башня... она как мёртвая теперь. Раньше от неё шло тепло, энергия. Теперь - ничего. Пустота.
  Цзин Юй встал.
  - Спасибо за информацию.
  - Погодите. - Хозяин схватил его за рукав. - Вы не собираетесь туда идти?
  - Собираемся.
  - Это безумие. Печать не взломать. Многие пытались.
  - Мы попробуем.
  Хозяин смотрел на них - на этих двоих, уставших, измученных, но упрямых.
  - Вы правда его друзья, - сказал он. - Не просто знакомые.
  - Правда.
  - Тогда... - он помолчал. - Удачи. Она вам понадобится.
  Чёрная башня возвышалась над городом - огромная, мрачная, величественная.
  Раньше. Раньше она была такой.
  Теперь...
  Мэйлин остановилась у подножия, глядя вверх, и сердце её сжалось.
  Башня выглядела мёртвой.
  Чёрный камень, из которого она была построена, раньше светился изнутри - алым, оранжевым, золотым. Огненные руны на стенах пульсировали силой. Из окон вырывались отблески пламени.
  Теперь - ничего. Камень был просто камнем - тусклым, холодным. Руны погасли. Окна зияли чёрными провалами, как глазницы черепа.
  - Небеса, - прошептала Мэйлин.
  Цзин Юй подошёл к воротам - массивным, из того же чёрного камня. Они были закрыты. И на них...
  Печать.
  Огненная печать, выжженная прямо в камне. Она светилась - единственное, что светилось на всей башне. Алые линии складывались в сложный узор, от которого исходил жар.
  - Это его работа, - сказал Цзин Юй.
  - Ты уверен?
  - Да. - Он провёл рукой над печатью, не касаясь. - Я чувствую его силу. Это он.
  - Можешь взломать?
  Цзин Юй попытался. Призвал лунную силу, направил её на печать - осторожно, пробуя.
  Печать вспыхнула ярче. Жар усилился. Цзин Юй отдёрнул руку.
  - Нет, - сказал он. - Слишком сильная. Он вложил в неё... - он покачал головой. - Много. Очень много.
  - Тогда что делать?
  Они стояли у ворот мёртвой башни - два человека, бессильные перед огненной печатью.
  - Не знаю, - признался Цзин Юй. - Я не знаю.
  Мэйлин прижалась лбом к холодному камню. Раньше он был тёплым - она помнила. Когда они были здесь в первый раз, камень башни был живым, пульсирующим.
  Теперь - лёд.
  - Си Ень, - прошептала она. - Что ты натворил?
  Башня не ответила. Башня молчала.
  Как мёртвая.
  Они сидели на ступенях у ворот, глядя на закат.
  - Нужно думать, - сказал Цзин Юй. - Должен быть способ.
  - Какой?
  - Не знаю пока. Но... - он замолчал, о чём-то размышляя.
  - Что?
  - Если он всех выгнал... - Цзин Юй повернулся к ней. - То где эти все?
  Мэйлин моргнула.
  - Что?
  - Заклинатели башни. Слуги. Ученики. Он выгнал их - но куда они делись?
  - Наверное, в городе?
  - Наверное. - Цзин Юй встал. - И они знают башню лучше нас. Знают, что произошло внутри. Возможно, расскажут что-то полезное.
  Надежда - слабая, но настоящая - вспыхнула в груди Мэйлин.
  - Тогда найдём их.
  - Найдём.
  
  Найти заклинателей оказалось несложно.
  Они собрались в большом доме на окраине города - бывшей резиденции какого-то чиновника, спешно переоборудованной под временное жильё. Охрана у ворот - двое молодых заклинателей - попыталась их не пустить.
  - Нельзя, - сказал один. - Приказ заместителя главы.
  - Какого заместителя? - спросил Цзин Юй.
  - Хуан Лея. Он теперь главный. Пока...
  - Пока что?
  Охранник замялся.
  - Пока глава... отсутствует.
  Цзин Юй наклонился к нему.
  - Передай Хуан Лею, что его хотят видеть Цзин Юй, бывший глава Белой башни, и Мэйлин, целительница золотого источника. Мы друзья Си Еня. И мы не уйдём, пока не узнаем правду.
  Охранник побледнел.
  - Б-бывший глава?..
  - Быстрее.
  Охранник убежал. Через несколько минут вернулся - с человеком, которого Цзин Юй и Мэйлин помнили.
  Хуан Лей. Заместитель Си Еня. Высокий, худощавый, с усталым лицом и красными от недосыпа глазами.
  - Вы, - сказал он. - Наконец-то.
  - Вы нас ждали?
  - Глава говорил, что вы придёте. - Хуан Лей посторонился. - Входите. Нам нужно поговорить.
  Внутри дом был полон людей.
  Заклинатели - десятки заклинателей - сидели, стояли, лежали. Некоторые были ранены - повязки, шины, следы ожогов. Другие просто... потерянные. Смотрели в пустоту, не реагируя на окружающих.
  - Сколько их? - спросила Мэйлин.
  - Больше двухсот, - ответил Хуан Лей. - Все, кто был в башне в тот день.
  - Что случилось?
  Хуан Лей провёл их в отдельную комнату - кабинет, судя по обстановке. Закрыл дверь.
  - Это долгая история, - сказал он. - И не самая приятная.
  - Мы слушаем.
  Он сел за стол, потёр лицо руками.
  - Всё началось, когда глава уехал, - начал он. - Вместе с вами. В путешествие.
  - И?
  - Некоторые... - он поискал слово, - некоторые решили, что это их шанс.
  - Шанс на что?
  - На власть.
  История выходила по кусочкам - от Хуан Лея, от других заклинателей, которых они расспрашивали. Каждый знал часть. Никто не знал всего.
  Но постепенно картина складывалась.
  - Заговор, - сказал старый заклинатель по имени Чэнь Гуан. Он был одним из советников башни, и сейчас лежал в постели с обожжённой ногой. - Они назвали это "восстановлением порядка".
  - Кто - они?
  - Группа старших заклинателей. Человек пятнадцать. - Он скривился. - Они считали, что глава... недостоин.
  - Недостоин?
  - Да. Говорили, что он слишком молод. Слишком импульсивен. Слишком... - старик помолчал, - слишком человечен.
  - Человечен - это плохо?
  - Для них - да. Они хотели главу, который будет править железной рукой. Не путешествовать по миру с друзьями.
  Мэйлин вспомнила письма Си Еня - его шутки, его глупости. Как он прятал правду за смехом.
  - Что они планировали?
  - Переворот. - Чэнь Гуан закашлялся. - Но не обычный. Они хотели... перехватить контроль над самой башней.
  - Как это возможно?
  Это объяснил Хуан Лей - позже, когда они вернулись к нему.
  - Вы должны понимать, - говорил он, - что Чёрная башня - это не просто здание. Это... существо.
  - Существо?
  - Магическое строение. Частично разумное. - Он встал, подошёл к окну. - Башня построена на источнике огня. Она связана с ним. Питается его силой. И она... она выбирает своего главу.
  - Выбирает?
  - Да. Когда человек становится главой, башня... принимает его. Создаёт связь. Нити управления, мы их называем. - Он повернулся к ним. - Глава не просто правит башней. Он - часть неё. А она - часть его.
  Мэйлин вспомнила, как Си Ень говорил о башне. С какой... нежностью? Уважением?
  - И заговорщики хотели перехватить эти нити?
  - Да. - Хуан Лей кивнул. - Теоретически это возможно. Был даже прецедент - триста лет назад один заклинатель сумел отнять контроль у законного главы.
  - Но?
  - Но им было не тягаться с Си Енем. - В голосе Хуан Лея прозвучала гордость. - Они думали, что раз его нет в башне - связь ослабла. Ошиблись. Глава почувствовал их попытку за сотни ли.
  - И вернулся.
  - И вернулся. - Хуан Лей помрачнел. - Но было уже поздно.
  - Они разозлили башню, - рассказывала молодая заклинательница по имени Линь Сяо. Она была ученицей, одной из тех, кого Си Ень выгнал в первую очередь. - Я не знаю, что именно они сделали, но...
  - Но?
  - Башня... закричала. - Линь Сяо поёжилась. - Я не знаю, как это описать. Это был не звук. Это было... чувство. Ярость. Боль. Предательство.
  - Башня может чувствовать?
  - Она живая. По-своему. - Девушка обхватила себя руками. - И когда они попытались отнять её у главы... она восприняла это как нападение.
  - Что произошло?
  - Она начала защищаться. - Линь Сяо смотрела в пустоту. - Но башня связана с источником. И источник... источник откликнулся.
  - Источник огня, - объяснял Чэнь Гуан. - Он древний. Могущественный. И он... не любит, когда его тревожат.
  - Что он сделал?
  - Начал просыпаться. - Старик закрыл глаза. - Вы видели Огненную гору? Открытый источник?
  - Да.
  - Представьте то же самое - но в сто раз мощнее. И прямо под городом.
  Мэйлин похолодела.
  - Он хотел... устроить извержение?
  - Он хотел уничтожить всё. - Чэнь Гуан открыл глаза. - Город. Башню. Заговорщиков. Всех нас. Источник не различает виновных и невинных. Он просто... сила. Чистая, слепая сила.
  - И Си Ень...
  - Глава пытался его успокоить. - Старик покачал головой. - Сначала думал, что справится. Он сильный - сильнее всех, кого я видел. Но это... это было слишком даже для него.
  - Он выгнал нас, - рассказывал Хуан Лей. - Всех. Без исключения.
  - Даже заговорщиков?
  - Даже их. - Заместитель усмехнулся - горько, без веселья. - Сказал, что не будет убийцей. Что они ответят за свои преступления потом. Когда всё закончится.
  - И они просто ушли?
  - У них не было выбора. - Хуан Лей посмотрел в окно, в сторону башни. - Глава... он был страшен в тот день. Я никогда не видел его таким. Огонь бил из него волнами. Волосы горели. Глаза... - он замолчал.
  - Что?
  - Глаза были белыми. Чистое пламя. Никаких зрачков.
  Мэйлин вспомнила тот день в Хуолунчэне - как Си Ень разгонял толпу, избивавшую Ли Ченя. Тогда она думала, что видела его в ярости.
  Оказывается - нет.
  - Он сказал что-нибудь? - спросила она. - Перед тем, как войти?
  Хуан Лей помолчал.
  - Сказал: "Берегите их, когда придут. Они будут волноваться".
  - Нас?
  - Вас. - Он посмотрел на неё. - Он знал, что вы придёте. Знал, что будете искать способ помочь.
  - И?..
  - И сказал, что не нужно. Что он справится. Сам.
  Они сидели в комнате - Цзин Юй, Мэйлин, Хуан Лей. За окном темнело.
  - Что там сейчас? - спросил Цзин Юй. - Внутри башни?
  - Не знаем. - Хуан Лей развёл руками. - Печать не пропускает ничего - ни людей, ни информацию. Мы не чувствуем ни башню, ни источник, ни... - он замолчал.
  - Ни главу.
  - Да. Ни главу.
  - Он может быть...
  - Мёртв? - Хуан Лей покачал головой. - Не думаю. Если бы он погиб - печать бы рухнула. Она держится его силой.
  - Значит, он жив.
  - Жив. Но... - заместитель вздохнул, - но мы не знаем, в каком состоянии. Две недели. Он там две недели. Один. Против силы, которая хочет уничтожить всё.
  Мэйлин сжала кулаки.
  - Должен быть способ. Должен быть способ помочь.
  - Какой? - Хуан Лей посмотрел на неё. - Печать не взломать. Мы пытались. Лучшие заклинатели башни пытались. Бесполезно.
  - Тогда...
  - Тогда - ждать. - Голос Хуан Лея был усталым. - Это всё, что мы можем.
  Они вышли из дома глубокой ночью.
  Город спал - тревожным, беспокойным сном. В окнах не горел свет. На улицах не было людей.
  И над всем этим возвышалась башня - тёмная, мёртвая, молчащая.
  - Он там, - прошептала Мэйлин. - Один. Борется с чем-то, что мы даже представить не можем.
  - Я знаю.
  - Мы должны что-то сделать.
  - Что?
  Она не знала. Не знала, что делать, как помочь, как добраться до друга, который заперся за стеной огня.
  Но она знала одно.
  - Мы не уйдём, - сказала она. - Не уйдём, пока он не выйдет.
  Цзин Юй посмотрел на неё - на эту маленькую целительницу с упрямым взглядом.
  - Не уйдём, - согласился он.
  И они стояли у подножия мёртвой башни, глядя на огненную печать, которая светилась в ночи.
  Единственный свет.
  Единственная надежда.
  Где-то там, за стеной огня, Си Ень боролся с силой, которая хотела уничтожить всё.
  Они не могли ему помочь.
  Но они могли ждать.
  И они будут ждать.
  Столько, сколько потребуется.
  Потому что это делает семья.
  
  Глава 44. Ожидание
  
  - Что будем делать? - снова спросила Мэйлин.
  
  Они стояли у ворот башни - в который раз за эти дни. Печать светилась в темноте, единственный огонь на всём здании.
  
  Цзин Юй задумчиво провёл рукой над печатью - не касаясь, но чувствуя её силу.
  
  - Мы мало что можем, - сказал он наконец. - Эту печать не снять и не разрушить. Он или снимет её сам... или она исчезнет после его смерти.
  
  - Не говори так.
  
  - Это правда. - Он опустил руку. - Других вариантов нет.
  
  - И что, мы будем просто ждать?
  
  - Мы будем ждать, - Цзин Юй посмотрел на неё, - пока не найдём другой способ.
  
  Мэйлин хотела возразить - но не смогла. Он был прав. У них не было выбора.
  
  - Тогда ждём, - сказала она.
  
  И они ждали.
  
  Дни тянулись медленно, мучительно.
  
  Они проводили большую часть времени у башни - сидели на ступенях, смотрели на печать, пытались почувствовать хоть что-то за стеной огня.
  
  Ничего.
  
  На третий день к ним присоединился Хуан Лей. Молча сел рядом, молча смотрел на ворота.
  
  На пятый - ещё несколько заклинателей. Потом ещё. И ещё.
  
  К концу первой недели у башни собралось человек тридцать. Они приходили и уходили, сменяя друг друга, но кто-то всегда был здесь.
  
  - Почему они приходят? - спросила Мэйлин у Хуан Лея.
  
  - Потому что он - наш глава, - просто ответил тот. - Мы не бросим его.
  
  Они пытались взломать печать - снова и снова. Лучшие заклинатели башни, объединив силы, били по ней огнём, пытались найти слабое место, искали обходные пути.
  
  Бесполезно.
  
  Печать держалась - неколебимая, несокрушимая. Как сам Си Ень.
  
  На четырнадцатый день печать исчезла.
  
  Не рухнула, не взорвалась - просто растаяла. Алые линии побледнели, потускнели, растворились в камне. И одновременно с этим...
  
  Башня ожила.
  
  Мэйлин почувствовала это первой - волну тепла, хлынувшую из стен. Чёрный камень засветился изнутри - алым, золотым, оранжевым. Руны на стенах вспыхнули. Из окон ударили лучи света.
  
  - Небеса, - прошептал кто-то.
  
  Башня снова дышала. Снова пульсировала силой. Снова была живой.
  
  Но ворота оставались закрытыми. И никто не вышел.
  
  - Он... - Мэйлин повернулась к Цзин Юю.
  
  - Внутрь, - сказал он. - Быстро.
  
  Ворота открылись от прикосновения - легко, словно ждали их.
  
  Внутри было темно - не та мёртвая темнота, что царила последние две недели, а живая, дышащая. Огни на стенах горели тускло, но горели.
  
  Они шли по коридорам - Мэйлин, Цзин Юй, Хуан Лей и ещё несколько заклинателей. Шли вниз, всё глубже, туда, где пульсировало сердце башни.
  
  "Пожалуйста, - думала Мэйлин. - Пожалуйста, пусть он будет жив".
  
  Она старалась не думать о том, что они могут найти.
  
  Старалась - и не могла.
  
  Они нашли его в основании башни.
  
  Огромный зал - круглый, с куполообразным потолком, уходящим в темноту. В центре - источник. Не колодец, не яма - просто место, где земля расступалась, выпуская наружу столб ровного, спокойного пламени.
  
  И рядом с источником...
  
  Мэйлин остановилась. Сердце её замерло.
  
  Саламандра.
  
  Но не та маленькая Цзян Хуо, которую она помнила. Эта была... огромной. Размером со слона, с чешуёй цвета расплавленного золота, с глазами как два маленьких солнца. Она лежала, свернувшись кольцом, и её хвост - длинный, мощный, совсем не похожий на обрубок - обнимал что-то.
  
  Кого-то.
  
  - Си Ень, - прошептала Мэйлин.
  
  Он лежал на боку саламандры, как на огромной подушке. Глаза закрыты, лицо бледное, неподвижное. Волосы - потускневшие, без огненных прядей - разметались по чешуе.
  
  - Глава! - Хуан Лей бросился вперёд.
  
  Саламандра подняла голову - и выдохнула огонь.
  
  Не маленький язычок пламени - настоящий поток, как у дракона из легенд. Хуан Лей едва успел отскочить, щит вспыхнул и погас.
  
  - Она никого не подпускает! - крикнул он.
  
  Саламандра зарычала - низким, утробным звуком, от которого задрожали стены. Глаза её горели яростью и страхом.
  
  - Подождите, - сказала Мэйлин.
  
  Она шагнула вперёд.
  
  - Мэйлин, нет! - Цзин Юй попытался её остановить.
  
  - Подожди.
  
  Она шла к саламандре - медленно, осторожно. Руки подняты, ладони открыты.
  
  - Цзян Хуо, - позвала она тихо. - Ты помнишь меня?
  
  Саламандра смотрела на неё - огромными, пылающими глазами.
  
  - Это я, Мэйлин. Ты позволяла мне себя гладить. Помнишь?
  
  Рычание стало тише.
  
  - Я знаю, ты защищаешь его. Ты хорошая. - Мэйлин сделала ещё шаг. - Но я тоже хочу ему помочь. Я его друг. Ты знаешь это.
  
  Саламандра наклонила голову - как будто прислушиваясь.
  
  - Пожалуйста, - прошептала Мэйлин. - Пропусти меня. Пожалуйста.
  
  Долгая пауза. Саламандра смотрела на неё - оценивающе, недоверчиво.
  
  А потом... отодвинулась.
  
  Мэйлин бросилась к Си Еню.
  
  Она упала на колени рядом с ним, схватила за руку. Рука была тёплой - слишком тёплой, как у человека в лихорадке.
  
  - Си Ень, - она похлопала его по щеке. - Си Ень, проснись!
  
  Ничего. Он не шевельнулся.
  
  Она проверила пульс - слабый, но ровный. Дыхание - поверхностное, едва заметное. Он был жив.
  
  Но не просыпался.
  
  - Си Ень! - она трясла его за плечи. - Проснись! Пожалуйста!
  
  Ничего.
  
  - Пропусти меня, - голос Цзин Юя раздался сзади.
  
  Саламандра посмотрела на него - и неохотно отодвинулась ещё. Цзин Юй подошёл, опустился рядом с Мэйлин.
  
  - Он не просыпается, - её голос дрожал. - Я не могу его разбудить.
  
  Цзин Юй не ответил. Он осторожно положил руку на лоб Си Еня, закрыл глаза и замер.
  
  Мэйлин ждала - секунды казались часами.
  
  Наконец Цзин Юй открыл глаза.
  
  - Он не здесь, - сказал он.
  
  - Что?
  
  - Не совсем здесь. - Цзин Юй убрал руку. - Его тело здесь. Но его... он сам...
  
  - Где он?
  
  - Кажется, в источнике.
  
  Мэйлин посмотрела на столб пламени, бьющий из земли рядом с ними.
  
  - В источнике? Как это возможно?
  
  - Он заклинатель огня. Связан с источником. - Цзин Юй нахмурился. - И он или не может вернуться... или не хочет.
  
  - Не хочет?
  
  - Скорее второе. Потому что "не может" - это не про него. Он обычно может всё.
  
  Мэйлин сжала руку Си Еня - безвольную, неподвижную.
  
  - Почему он не хочет вернуться?
  
  - Это только он знает. - Цзин Юй помолчал. - Хотя ты же знаешь его. Огненные заклинатели делают только то, что хотят. И как он преобразует своё чувство долга в свои желания.
  
  - Но... но он не может там оставаться вечно!
  
  - Может. - Голос Цзин Юя был мрачным. - Теоретически - может. Тогда его тело умрёт, а он станет огненным духом. Частью источника навсегда.
  
  - Нет!
  
  - Так не пойдёт, - согласился Цзин Юй. - Мы можем ждать долго. Но у него нет столько времени.
  
  Он встал.
  
  - Что ты делаешь? - спросила Мэйлин.
  
  - Пойду посмотрю, что он там делает. И попытаюсь уговорить вернуться.
  
  - Как ты это сделаешь?
  
  - Потренируюсь в лунной магии. - Он слабо улыбнулся. - Я поймал его нить. Пойду за ней.
  
  - И тоже там застрянешь?
  
  - Нет. - Он присел рядом с ней. - Я оставлю свою нить тебе. Если меня не будет слишком долго - ты меня вытащишь.
  
  - А если у меня не получится? - Мэйлин схватила его за руку. - А ты не можешь по нити вытащить его?
  
  - Кого? Самого сильного заклинателя, которого я знаю? - Цзин Юй покачал головой. - Мне это не по плечу. Но себя я точно смогу вернуть. Я точно не собираюсь оставаться в огненном источнике.
  
  Он взял её руку и сосредоточился. Мэйлин почувствовала... что-то. Серебряную нить, тонкую, почти невидимую, протянувшуюся от него к ней.
  
  - Если я не вернусь через час - тяни, - сказал он. - Сильно тяни.
  
  - Цзин Юй...
  
  - Всё будет хорошо.
  
  Он закрыл глаза, положил руку на грудь Си Еня - и исчез.
  
  Не телом - телом он остался здесь, неподвижный, с закрытыми глазами. Но Мэйлин почувствовала, как что-то ушло из него. Искра. Душа.
  
  Он ушёл за Си Енем.
  
  Источник был... бесконечным.
  
  Цзин Юй падал - или летел, или плыл, он не мог понять. Вокруг было пламя - не обжигающее, но всепроникающее. Оно было везде, было всем.
  
  Он держался за нить - тонкую, алую, ведущую куда-то вглубь. Нить Си Еня.
  
  Падение длилось вечность - или мгновение. Время здесь не имело смысла.
  
  А потом он увидел его.
  
  Си Ень сидел посреди пламени - скрестив ноги, закрыв глаза. Но это был не тот Си Ень, которого Цзин Юй знал.
  
  Этот был... моложе. Юноша, почти мальчик - лет семнадцати, не больше. Волосы - чистое пламя, струящееся до плеч. Глаза - когда он их открыл - были огненными, без зрачков, без белков. Только огонь.
  
  - Ты, - сказал он. Голос его был странным - как треск костра, как рёв пожара. - Зачем ты здесь?
  
  - За тобой. - Цзин Юй остановился в нескольких шагах от него. - Пора возвращаться.
  
  Си Ень - этот юный, огненный Си Ень - улыбнулся.
  
  - Возвращаться? Зачем?
  
  - Потому что ты нужен там. Наверху.
  
  - Нужен? - Он рассмеялся - и смех его был как треск горящего дерева. - Я нужен здесь. Источник... он ещё не успокоился полностью. Я должен...
  
  - Ты должен жить, - перебил Цзин Юй. - Там, наверху. В своём теле.
  
  - Это тело... - Си Ень посмотрел на свои руки, сотканные из пламени. - Оно такое ограниченное. Такое слабое. Здесь я... я часть всего.
  
  - Ты часть нас. - Цзин Юй шагнул к нему. - Твоих друзей. Твоей башни.
  
  - Моей башни, - повторил Си Ень. И в голосе его прозвучала боль. - Моей башни, которая чуть не погибла из-за меня.
  
  - Не из-за тебя. Из-за заговорщиков.
  
  - Из-за меня. - Огненные глаза потускнели. - Я был плохим главой. Оставил их. Уехал развлекаться, пока...
  
  - Ты был хорошим другом.
  
  - Друг - это не глава. Глава должен быть здесь. Всегда. - Си Ень отвернулся. - Я не справился.
  
  - Ты справился. Ты спас их всех.
  
  - Ценой чего?
  
  - Ценой себя. - Цзин Юй подошёл ближе. - Но ты ещё можешь вернуться. Ещё не поздно.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Там, наверху, много людей, которые тебя любят, - продолжал Цзин Юй. - Вся твоя башня. Они ждали у ворот две недели. Не уходили. Не сдавались.
  
  - Они справятся без меня.
  
  - Нет. - Голос Цзин Юя стал твёрдым. - Не справятся. Ты глава Чёрной башни. Ты не можешь просто исчезнуть, не передав управление другому главе. А достойного пока нет.
  
  - Хуан Лей...
  
  - Хуан Лей - хороший заместитель. Но он не глава. Башня не примет его.
  
  Си Ень снова замолчал. Пламя вокруг него дрожало - неуверенно, беспокойно.
  
  - Я буду приглядывать за башней, - сказал он наконец. - Отсюда. Как дух источника.
  
  - Приглядывать - это не то же самое, что вести, - возразил Цзин Юй. - Ты это знаешь.
  
  - Знаю. Но...
  
  - Но что?
  
  Долгая пауза.
  
  - Мне здесь хорошо, - тихо сказал Си Ень. - Спокойно. Нет боли. Нет страха. Нет... - он поискал слово, - нет ответственности.
  
  - Ты устал.
  
  - Да. - Признание далось ему тяжело. - Устал. Так устал, Цзин Юй. Больше десяти лет я был главой. Больше десяти лет нёс эту башню на плечах. И когда я наконец позволил себе... - он не договорил.
  
  - Позволил себе быть счастливым?
  
  - Да. И всё рухнуло.
  
  Цзин Юй сел рядом с ним - прямо в пламя, которое не обжигало его здесь.
  
  - Послушай меня, - сказал он. - Ты не виноват в том, что случилось. Заговорщики планировали это давно. Они воспользовались твоим отсутствием - но если бы не это, нашли бы другой способ.
  
  - Может быть.
  
  - Точно. - Цзин Юй помолчал. - А ещё... я не справлюсь без тебя.
  
  Си Ень посмотрел на него.
  
  - Ты?
  
  - Я не готов потерять тебя, - сказал Цзин Юй. - Ты десять лет думал, что я мёртв. Десять лет жил с этой болью. Теперь ты хочешь, чтобы я пережил то же самое?
  
  Пламя вокруг Си Еня дрогнуло.
  
  - Это другое...
  
  - Нет. Не другое. - Голос Цзин Юя стал твёрже. - Ты знаешь, каково это - терять. Не заставляй нас проходить через это.
  
  Пламя вокруг Си Еня дрогнуло.
  
  - Это будет больно, - тихо сказал он. - Сначала.
  
  - Что?
  
  - Для вас. Для всех, кто меня любит. Сначала будет больно. Потом станет легче.
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Не станет. Ты думаешь, я не знаю? Я потерял всех. Семью. Друзей. Учителей. И легче не стало. Никогда.
  
  Си Ень молчал.
  
  - Вернись, - попросил Цзин Юй. - Пожалуйста. Проживи свою человеческую жизнь. Хотя бы ради своих друзей. А потом - становись хоть огненным духом, хоть драконом, хоть саламандрой. Но сначала - вернись.
  
  - Ты... - Си Ень смотрел на него огненными глазами, в которых что-то менялось. - Ты правда так переживаешь?
  
  - Правда. И Мэйлин тоже. Она сейчас там, наверху, держит твою руку и плачет.
  
  - Мэйлин...
  
  - И кстати о саламандрах, - вдруг вспомнил Цзин Юй. - Ты хотя бы знаешь, что твоя Цзян Хуо теперь величиной со слона?
  
  - Что?
  
  - Со слона. Огромная. Дышит огнём, как дракон. Чуть не сожгла половину твоих заклинателей, когда они пытались к тебе подойти.
  
  - Но... как?
  
  - Не знаю. Наверное, напиталась энергией источника, пока ты тут сидел. - Цзин Юй усмехнулся. - И она устроит конец света, если ты не вернёшься. Это я тебе гарантирую.
  
  Си Ень смотрел на него - и что-то в его огненных глазах менялось. Что-то... человеческое.
  
  - Ты серьёзно?
  
  - Абсолютно. Она тебя охраняет. Никого не подпускает. Мэйлин еле уговорила её пропустить.
  
  - Мэйлин уговорила саламандру размером со слона?
  
  - Да. Она такая.
  
  Долгая пауза.
  
  А потом Си Ень рассмеялся.
  
  Не огненным, трескучим смехом - обычным. Человеческим.
  
  - Ладно, - сказал он. - Ладно. Ты победил.
  
  - Ты вернёшься?
  
  - Вернусь. - Он встал, и пламя вокруг него начало меняться - становиться мягче, спокойнее. - Не могу же я бросить свою саламандру.
  
  - И нас.
  
  - И вас. - Он улыбнулся - почти той улыбкой, которую Цзин Юй знал. - Идём. Пока я не передумал.
  
  Глава 45. Пробуждение
  
  Цзин Юй открыл глаза.
  
  Он снова был в зале источника - в своём теле, на каменном полу. Мэйлин склонилась над ним, глаза её были красными от слёз.
  
  - Ты вернулся! - она бросилась обнимать его. - Я уже хотела тянуть за нить!
  
  - Я в порядке. - Он осторожно отстранил её. - И у меня, кажется, получилось.
  
  - Получилось?
  
  Он подошёл к Си Еню - всё ещё неподвижному, бледному. Положил руку на его лоб.
  
  - Он здесь, - сказал Цзин Юй. - Теперь он здесь. Но он сильно истощён.
  
  - Истощён? - Мэйлин схватила руку Си Еня. - Что с ним?
  
  - Две недели без тела. Без еды. Без воды. Чистая воля держала его живым. - Цзин Юй покачал головой. - Ему нужно время. И помощь.
  
  - Ну с этим я помогу ему справиться, - сквозь слёзы сказала Мэйлин. - Если меня не съест саламандра.
  
  Она обернулась - и ахнула.
  
  Саламандра... уменьшалась. Прямо на глазах. Огромное тело сжималось, становилось меньше, меньше, меньше - пока не стало размером с кошку.
  
  И маленькая Цзян Хуо - обычная, с золотой чешуёй - юркнула к Си Еню и забралась ему за пазуху.
  
  - Что... - Мэйлин моргнула. - Как?
  
  - Она чувствует его, - сказал Цзин Юй. - Знает, что он возвращается. Успокоилась.
  
  - Но она была огромной!
  
  - Магия. - Он пожал плечами. - Не спрашивай.
  
  Мэйлин вытерла слёзы и выпрямилась.
  
  - Ладно, - сказала она. - Хватит сидеть. Нужно действовать.
  
  Она повернулась к заклинателям, которые всё это время стояли в стороне, не смея приблизиться.
  
  - Вы! - она указала на двоих. - Найдите носилки. Перенесите главу в его покои.
  
  - Но, госпожа...
  
  - Быстро!
  
  Они побежали.
  
  - Вы! - она указала на других. - Найдите целителя. Лучшего, какой есть.
  
  - Да, госпожа!
  
  Цзин Юй наблюдал за ней с лёгкой улыбкой.
  
  - Что? - спросила она.
  
  - Ничего. Продолжай.
  
  Носилки принесли через несколько минут.
  
  Четверо заклинателей осторожно подняли Си Еня - но остановились у невидимой границы.
  
  - Госпожа, - растерянно сказал один из них. - Барьер главы... он нас не пропускает.
  
  - Что?
  
  - Мы не можем его нести. Что-то не даёт.
  
  Мэйлин попробовала - и прошла свободно. Барьер её не задержал.
  
  - Я ему покажу "не пропускает", - мрачно сказала она.
  
  Она вернулась к носилкам, взялась за них сама.
  
  - Цзин Юй, помоги.
  
  Вместе они подняли Си Еня - и барьер не сопротивлялся.
  
  - Интересно, - пробормотал Цзин Юй.
  
  - Что?
  
  - Он пускает только нас. Только друзей.
  
  Мэйлин посмотрела на бледное лицо Си Еня.
  
  - Даже без сознания защищается, - прошептала она. - Упрямый идиот.
  
  Они понесли его наверх - по лестницам, по коридорам, мимо заклинателей, которые кланялись и расступались. Цзян Хуо выглядывала из-за пазухи Си Еня, поблёскивая глазами-угольками.
  
  Покои главы были огромными, роскошными - и пыльными. Две недели без хозяина.
  
  - Уберите здесь, - приказала Мэйлин. - Принесите чистое бельё. И где целитель?!
  
  - Я здесь, госпожа.
  
  Пожилой человек в белых одеждах - целитель башни. Он поклонился.
  
  - Осмотрите его.
  
  Целитель подошёл к кровати, где лежал Си Ень. Протянул руку - и остановился.
  
  - Госпожа... барьер...
  
  - О, ради всех небес!
  
  Мэйлин подошла к Си Еню, положила одну руку ему на сердце, вторую на лоб.
  
  - Меня ты тоже не впустишь? - спросила она тихо.
  
  Пауза. Потом - тепло под её ладонями. Барьер... раскрылся.
  
  - Теперь можете, - сказала она целителю.
  
  Он подошёл, начал осмотр.
  
  - Сильное истощение, - бормотал он. - Обезвоживание. Потеря энергии... - он покачал головой. - Как он вообще жив?
  
  - Упрямство, - ответила Мэйлин. - Что делать?
  
  - Нужно восстановить жизненную энергию. Влить силу. - Целитель посмотрел на неё. - Вы сможете? Вы ведь целительница?
  
  - Смогу. Направляйте меня. Я ещё очень неопытная.
  
  - Конечно, госпожа.
  
  И они начали работать - Мэйлин вливала золотую силу, целитель направлял, другие помогали. Часы превращались в часы.
  
  Цзин Юй сидел в кресле у окна, наблюдая.
  
  Мэйлин двигалась по комнате - отдавала приказы, проверяла Си Еня, координировала целителей. И все - все! - слушались её беспрекословно.
  
  - И чему ты так улыбаешься? - спросила она, проходя мимо.
  
  - Да так. Интересно смотреть на заклинательницу золотого источника в родной стихии.
  
  - Ты о чём?
  
  - Как ты отдаёшь приказы - и никто даже не думает ослушаться. И занимаешься управлением башни. Чёрной башни. Как будто рождена для этого.
  
  - Я просто...
  
  - Я тоже раньше так мог, - продолжил он. - В Белой башне. До всего.
  
  - Завидуешь?
  
  - Любуюсь.
  
  Мэйлин покраснела - и убежала проверять что-то.
  
  К вечеру Си Ень очнулся.
  
  Он открыл глаза - обычные, чёрные, без огня - и несколько секунд смотрел в потолок.
  
  - Где... - голос его был хриплым, слабым.
  
  - В своих покоях, - Мэйлин оказалась рядом мгновенно. - Ты в безопасности. Всё хорошо.
  
  - Мэйлин?
  
  - Да. Я здесь. И Цзин Юй здесь. Мы...
  
  - Хочу встать.
  
  Он попытался - и не смог. Руки дрожали, не держали.
  
  - Лежи, - мягко сказала Мэйлин. - Ты ещё слаб.
  
  - Я в порядке.
  
  - Ты так слаб, что не можешь встать. - Голос её стал строже. - Это не "в порядке".
  
  Си Ень откинулся на подушки.
  
  - Где все? Башня... источник...
  
  - Башня в порядке. Источник успокоился. Все живы. - Мэйлин погладила его по руке. - Ты справился.
  
  - Справился... - он закрыл глаза. - Хорошо.
  
  Рядом появился целитель с подносом - бульон, травяной отвар.
  
  - Госпожа, ему нужно поесть.
  
  - Я не...
  
  - Ешь, - перебила Мэйлин. - Давай.
  
  - Не хочу.
  
  - Ешь. Давай.
  
  Она взяла ложку, зачерпнула бульон, поднесла к его губам.
  
  - Я не ребёнок.
  
  - Тогда ешь сам.
  
  Он взял ложку - с трудом, дрожащими пальцами. Поднёс ко рту. Попробовал.
  
  И скривился.
  
  - Это ужасно.
  
  - Ты просто отвык от вкуса человеческой еды. Ешь. Я сама готовила.
  
  - Ты? - он посмотрел на неё с ужасом. - Больше так не делай.
  
  - Я тебе сейчас этот суп надену на голову.
  
  - Мэйлин...
  
  - Ешь!
  
  Он ел. Морщился, кривился - но ел.
  
  - И что ты улыбаешься? - спросила Мэйлин у Цзин Юя, который наблюдал за этим со своего кресла.
  
  - Ничего.
  
  - Сейчас тоже начнёшь рассказывать, что я веду себя как заклинательница золотого источника?
  
  - Не буду.
  
  - Ты думаешь, мне нравится здесь командовать? - она повернулась к Си Еню. - Поправляйся и забирай свою башню обратно!
  
  Си Ень посмотрел на неё - на эту маленькую целительницу, которая командовала его башней, его заклинателями, им самим.
  
  - Спасибо, - сказал он. - Что ты здесь всем занимаешься.
  
  - Ты мне зубы не заговаривай. Ешь давай.
  
  Он улыбнулся - слабо, но искренне.
  
  И продолжил есть.
  
  Си Ень поправлялся быстро.
  
  Огненные заклинатели вообще восстанавливались быстрее других - сила источника питала их, давала энергию. Через три дня он уже мог ходить. Через неделю - вернулся к делам.
  
  И первое, что он сделал - собрал всех заклинателей башни в главном зале.
  
  - Я хочу поблагодарить, - начал он, стоя на возвышении, - золотую госпожу за её заботы о башне в моё отсутствие.
  
  Мэйлин, стоявшая в толпе рядом с Цзин Юем, покраснела до корней волос.
  
  - Без неё башня не справилась бы, - продолжал Си Ень. - Она взяла на себя управление, координировала целителей, заботилась о раненых...
  
  - Я его убью, - прошипела Мэйлин.
  
  - ...и кормила меня лично, рискуя моей жизнью своей кухней.
  
  Смешки в толпе. Мэйлин сжала кулаки.
  
  - Поэтому давайте все поблагодарим золотую госпожу за её самоотверженность.
  
  Заклинатели захлопали. Мэйлин хотела провалиться сквозь землю.
  
  - Я его точно убью, - повторила она.
  
  - Подожди, пока он полностью поправится, - посоветовал Цзин Юй. - Так будет честнее.
  
  После собрания Си Ень вернулся в свой кабинет - и застонал.
  
  На столе лежала гора свитков. Доклады, прошения, жалобы - всё, что накопилось за время его "отсутствия".
  
  - Ненавижу бумажную работу, - пробормотал он.
  
  - Мы знаем, - Хуан Лей появился в дверях. - Но это нужно разобрать.
  
  - Потом.
  
  - Глава...
  
  - Потом. - Си Ень посмотрел на него. - Сначала - заговорщики.
  
  Хуан Лей помрачнел.
  
  - Они в темнице. С того дня.
  
  - Сами сели?
  
  - Сами. Когда вы выгнали всех из башни - они поняли, что им конец. Сдались добровольно.
  
  - Хм. - Си Ень задумался. - Сколько их?
  
  - Двенадцать. Трое погибли при... - он замялся, - при инциденте с источником.
  
  - Погибли?
  
  - Источник... не был к ним добр.
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Хорошо. Приведите их.
  
  Суд был коротким.
  
  Двенадцать человек стояли перед главой - некоторые гордо, некоторые с опущенными головами. Все они знали, что их ждёт.
  
  - Вы обвиняетесь в заговоре против главы башни, - говорил Хуан Лей. - В попытке захвата власти. В действиях, которые привели к пробуждению источника и угрозе для всей башни.
  
  - И города, - добавил Си Ень. - Не забывай город.
  
  - И города.
  
  Главарь заговорщиков - пожилой заклинатель по имени Фэн Цзюнь - поднял голову.
  
  - Мы сделали то, что считали правильным, - сказал он. - Ты не достоин быть главой.
  
  - Возможно. - Си Ень смотрел на него без гнева. - Но это не вам решать. Это решает башня. И источник.
  
  - Башня - просто камень. Источник - просто огонь.
  
  - Башня - живое существо. Источник - древняя сила. - Си Ень встал. - И они выбрали меня. Не вас.
  
  Фэн Цзюнь промолчал.
  
  - Приговор, - сказал Си Ень. - Изгнание. Все двенадцать - изгнаны из Чёрной башни навсегда. Ваши связи с источником - разорваны. Вы больше не заклинатели огненного источника.
  
  - Это хуже смерти!
  
  - Это справедливость. - Си Ень смотрел на него. - Вы хотели отнять у меня мою силу. Я отнимаю вашу. Это честно.
  
  - Ты не можешь...
  
  - Могу. Я - глава. И башня слушается меня.
  
  Он поднял руку - и что-то изменилось. Двенадцать человек вскрикнули, схватились за грудь. Огненные пряди в их волосах погасли, потускнели, стали обычными.
  
  - Уведите их, - приказал Си Ень. - И выгоните за пределы города. Если вернутся - убить.
  
  Стража увела их.
  
  Си Ень опустился обратно в кресло - и понял, что дрожит.
  
  - Глава? - Хуан Лей шагнул к нему. - Вы в порядке?
  
  - В порядке. - Он потёр лицо руками. - Просто... устал.
  
  - Может, отдохнёте?
  
  - Нет. - Си Ень посмотрел на гору свитков. - Нужно работать. Башня не будет ждать.
  
  Вечером он сидел в своих покоях - один, если не считать Цзян Хуо, которая дремала на его плече.
  
  Дверь открылась. Вошли Цзин Юй и Мэйлин.
  
  - Ты должен отдыхать, - сказала Мэйлин.
  
  - Я отдыхаю.
  
  - Ты сидишь и смотришь в стену. Это не отдых.
  
  - Это медитация.
  
  - Это депрессия.
  
  Си Ень хмыкнул.
  
  - Как прошёл суд? - спросил Цзин Юй, садясь в кресло напротив.
  
  - Нормально. Изгнал их.
  
  - Не казнил?
  
  - Нет. - Си Ень посмотрел на свои руки. - Достаточно смертей.
  
  - Ты изменился.
  
  - Все меняются.
  
  Они сидели в тишине - три друга, которые прошли через столько вместе.
  
  - Спасибо, - наконец сказал Си Ень. - Что пришли за мной.
  
  - Мы - семья, - просто ответила Мэйлин. - Семья не бросает.
  
  - Никогда, - добавил Цзин Юй.
  
  Си Ень улыбнулся - впервые за долгое время, по-настоящему.
  
  - Никогда, - повторил он.
  
  И они сидели вместе - три человека и одна саламандра - в тёплых покоях Чёрной башни, которая снова была живой.
  
  Которая снова была домом.
  
  Глава 46. Новые пути
  
  Прошёл месяц.
  
  Чёрная башня вернулась к жизни - не сразу, не легко, но вернулась. Огни снова горели в окнах, заклинатели снова тренировались во дворах, источник снова пульсировал ровной, спокойной силой.
  
  И Си Ень снова был главой.
  
  Настоящим главой - не измученным духом, застрявшим между мирами, а живым человеком. Он разбирал дела, принимал просителей, вёл занятия с учениками. Цзян Хуо сидела у него на плече и смотрела на всех с видом маленькой королевы.
  
  Но что-то изменилось.
  
  Он стал... мягче. Терпеливее. Чаще улыбался, реже огрызался. Заклинатели шептались, что глава вернулся другим человеком.
  
  Может, так и было.
  
  Однажды вечером они сидели втроём в покоях Си Еня - как в старые времена, у камина, с чаем и разговорами.
  
  - Мне нужно уехать, - сказала Мэйлин.
  
  Оба повернулись к ней.
  
  - Куда? - спросил Цзин Юй.
  
  - В башню целителей. - Она смотрела в огонь, не на них. - К Шэнь Лину.
  
  - Зачем?
  
  - Пройти официальное обучение. - Она помолчала. - Получить знак целителя.
  
  Знак целителя - золотая вышивка на воротнике, признание мастерства. Без него целитель был просто травником, знахарём. С ним - настоящим магом.
  
  - Ты и так уже целительница, - сказал Си Ень.
  
  - Самоучка. - Мэйлин покачала головой. - Я много умею, но ещё больше не знаю. Когда ты... - она запнулась, - когда ты был в источнике, я поняла, как мало я знаю. Как много ещё нужно выучить.
  
  - Ты спасла мне жизнь.
  
  - Едва. - Она наконец посмотрела на него. - Если бы не целители башни, которые направляли меня... я бы не справилась.
  
  Си Ень хотел возразить - но промолчал. Он знал это выражение на её лице. Упрямое, решительное.
  
  - Сколько займёт обучение? - спросил Цзин Юй.
  
  - Год. Может, два. - Мэйлин пожала плечами. - Зависит от того, как быстро я буду учиться.
  
  - Ты будешь учиться быстро, - сказал Си Ень. - Ты всегда учишься быстро.
  
  - Надеюсь.
  
  Они помолчали.
  
  - А ты? - Си Ень повернулся к Цзин Юю. - Тоже уезжаешь?
  
  Цзин Юй смотрел в огонь - задумчиво, отстранённо.
  
  - Да, - сказал он наконец. - Тоже.
  
  - Куда?
  
  - Пока не знаю точно. - Он улыбнулся - странной, мечтательной улыбкой. - Но я... я хочу построить что-то своё.
  
  - Своё?
  
  - Место. Для таких, как я. - Он помолчал. - Лунных заклинателей осталось мало. Очень мало. И те, что есть - разбросаны, одиноки. Я хочу дать им дом.
  
  - Академию? - догадалась Мэйлин.
  
  - Да. Маленькую. Скромную. - Он посмотрел на неё. - Не башню - на башню у меня нет права. Но академию... академию я могу построить.
  
  - Где?
  
  - Найду место. Тихое, спокойное. Где луна светит ярко, а мир не мешает.
  
  Си Ень смотрел на него - на этого человека, который был врагом, потом другом, потом братом.
  
  - Ты справишься, - сказал он.
  
  - Надеюсь.
  
  Они расставались через неделю.
  
  Мэйлин уходила первой - на юг, к башне целителей. Си Ень предложил отнести её на крыльях, но она отказалась.
  
  - Хочу пройти пешком, - сказала она. - Подумать по дороге.
  
  - О чём?
  
  - Обо всём.
  
  Они стояли у ворот башни - втроём, как столько раз до этого. Но теперь всё было по-другому.
  
  - Пиши, - сказал Си Ень. - Часто.
  
  - Буду.
  
  - И не забывай есть. Ты вечно забываешь есть, когда увлекаешься.
  
  - Не забуду.
  
  - И не позволяй Шэнь Лину себя перегружать. Он добрый, но требовательный.
  
  - Си Ень, - она рассмеялась. - Хватит. Я справлюсь.
  
  - Я знаю. - Он помолчал. - Просто... буду скучать.
  
  - Я тоже.
  
  Она обняла его - крепко, отчаянно. Потом Цзин Юя - так же крепко.
  
  - Мы ещё увидимся, - сказала она. - Обязательно.
  
  - Обязательно.
  
  Она подняла свою сумку, закинула на плечо - и пошла. Не оглядываясь.
  
  Они смотрели ей вслед, пока она не скрылась за поворотом дороги.
  
  Цзин Юй ушёл через три дня.
  
  Он не знал, куда идёт - просто шёл. На север, потом на запад, потом снова на север. Искал... что-то. Сам не знал, что именно.
  
  Пока не нашёл.
  
  Долина лежала между двух гор - маленькая, укрытая от ветров. Озеро в центре, роща деревьев по краям, трава, серебрящаяся в лунном свете.
  
  Цзин Юй стоял на краю долины и смотрел вниз.
  
  Здесь было... тихо. Не просто тихо - умиротворённо. Мир здесь казался мягче, добрее. Луна светила ярче, чем где-либо ещё.
  
  - Здесь, - прошептал он.
  
  Он спустился в долину, дошёл до озера. Вода была прозрачной, спокойной - и в ней отражалась луна. Не та луна, что висела в небе, а другая. Более яркая. Более... настоящая.
  
  Цзин Юй опустился на колени у воды.
  
  И достал из-за пазухи маленький мешочек.
  
  Внутри было семя - крошечное, серебристое, пульсирующее слабым светом. Семя лунного источника.
  
  Юэ Линь дала его ему - давно, ещё в храме. "На случай, если захочешь построить что-то своё", - сказала она тогда.
  
  Он не понял тогда. Понял теперь.
  
  Он опустил семя в воду - осторожно, нежно. И ждал.
  
  Ничего не происходило.
  
  Секунды превращались в минуты, минуты - в часы. Цзин Юй сидел у озера, глядя на воду, и ждал.
  
  А потом - на рассвете - вода засветилась.
  
  Серебряный свет поднялся из глубины - слабый сначала, потом всё ярче. Озеро забурлило, заклокотало. Что-то росло там, в глубине. Что-то древнее и могущественное.
  
  Свет хлынул вверх - столбом, как тогда, на Огненной горе. Но не алым - серебряным. Лунным.
  
  Источник.
  
  Маленький, слабый по сравнению с древними источниками под башнями. Но настоящий. Живой.
  
  Цзин Юй смотрел на него - и плакал. Сам не знал, почему.
  
  - Спасибо, - прошептал он. - Спасибо.
  
  Источник пульсировал - мягко, ласково. Словно отвечал.
  
  Весть о новом лунном источнике разлетелась быстро.
  
  Через несколько недель к Цзин Юю прибыли посланники из Лунной башни - трое заклинателей в серебристых одеждах. Они поклонились ему - с любопытством и уважением.
  
  - Вы тот, кто вырастил новый источник? - спросил старший из них.
  
  - Да.
  
  - Глава Лунной башни прислал нас. - Посланник протянул ему свиток. - Он говорит, что если вы хотите построить академию - башня предоставит помощь. Строителей, материалы, знания.
  
  - Почему? - удивился Цзин Юй. - Он меня не знает.
  
  - Вы - лунный заклинатель. Теперь - часть нашего источника. - Посланник посмотрел на него серьёзно. - Нас мало. Каждый новый источник, каждая новая академия - это надежда. Глава хочет, чтобы лунная магия жила.
  
  Цзин Юй развернул свиток. Там были планы - чертежи зданий, списки материалов, расчёты.
  
  - Это...
  
  - Глава говорит, что это - меньшее, что башня может сделать.
  
  Цзин Юй смотрел на свиток - и что-то тёплое разливалось в его груди.
  
  - Передайте главе мою благодарность, - сказал он. - И скажите, что я принимаю помощь.
  
  Строительство началось весной.
  
  Заклинатели из Лунной башни прибывали каждую неделю - с материалами, с инструментами, с советами. Они работали вместе с Цзин Юем - возводили стены, прокладывали дорожки, сажали сады.
  
  Академия росла - медленно, но верно.
  
  Главное здание - небольшое, скромное, с крышей из серебристой черепицы. Общежитие для учеников - ещё меньше. Библиотека. Тренировочный зал. Сад для медитаций.
  
  Всё это обнимало озеро - новый источник, который пульсировал всё сильнее с каждым днём.
  
  - Как назовёшь? - спросил один из строителей.
  
  Цзин Юй задумался.
  
  - Серебряное озеро, - сказал он наконец. - Академия Серебряного озера.
  
  - Красивое название.
  
  - Надеюсь, академия будет ему соответствовать.
  
  Глава 47. Золотая госпожа
  
  Экзаменационный зал башни целителей был огромным - круглым, с куполообразным потолком, расписанным сценами исцеления из древних легенд. В центре стоял каменный стол, вокруг него - полукругом - сидели семеро старших целителей в белоснежных одеждах.
  
  Мэйлин стояла перед ними - одна, маленькая, в простом платье ученицы.
  
  Руки её не дрожали. Уже нет.
  
  - Мэйлин, ученица золотого источника, - произнёс Юн Шэнь. - Ты провела в башне одиннадцать месяцев. Твои наставники считают тебя готовой к испытанию. Ты согласна?
  
  - Да, учитель.
  
  - Тогда начнём.
  
  Первое испытание было теоретическим.
  
  Вопросы сыпались один за другим - о травах и зельях, о строении энергетических каналов, о взаимодействии стихий, о ядах и противоядиях.
  
  - Назови семь основных меридианов и их связь с источниками, - требовал один экзаменатор.
  
  - Опиши процесс очищения крови от яда серебряной змеи, - требовал другой.
  
  - Какова последовательность действий при остановке сердца? - требовал третий.
  
  Мэйлин отвечала - быстро, уверенно. Год обучения не прошёл даром. Она знала это всё - знала назубок, знала так, что могла бы отвечать во сне.
  
  Экзаменаторы переглядывались, делали пометки в свитках.
  
  - Хорошо, - наконец сказал Юн Шэнь. - Теория сдана. Переходим к практике.
  
  Практическое испытание было сложнее.
  
  В зал внесли троих "пациентов" - учеников старших курсов, на которых наложили различные недуги специально для экзамена.
  
  - У тебя час, - сказал Юн Шэнь. - Определи, что с каждым. Вылечи.
  
  Мэйлин подошла к первому - молодому человеку, который лежал без сознания, бледный как полотно.
  
  Она положила руки ему на грудь, закрыла глаза. Золотой свет заструился под её ладонями.
  
  - Отравление, - сказала она через минуту. - Экстракт лунного корня. Замедляет сердце.
  
  - Лечение?
  
  - Противоядие не нужно - яд слабый. Достаточно ускорить его вывод из организма.
  
  Она работала - быстро, уверенно. Золотой свет пульсировал, очищая кровь. Через десять минут "пациент" открыл глаза и сел.
  
  - Следующий, - сказала Мэйлин.
  
  Второй случай был сложнее - повреждённые меридианы, энергетический дисбаланс. Третий - ещё сложнее: проклятие, наложенное кем-то из экзаменаторов, которое нужно было сначала распознать, потом снять.
  
  Мэйлин справилась со всеми тремя за сорок минут.
  
  Экзаменаторы снова переглянулись.
  
  - Впечатляет, - пробормотал один из них.
  
  Последнее испытание было самым страшным.
  
  - Покажи нам свою силу, - сказал Юн Шэнь. - Всю свою силу.
  
  Мэйлин вышла в центр зала. Закрыла глаза. Призвала свою силу - не часть, не осторожную струйку, а всю.
  
  Золотой свет хлынул из неё - яркий, тёплый, всепроникающий. Он заполнил зал, коснулся каждого присутствующего. Экзаменаторы почувствовали его - силу жизни, силу исцеления.
  
  - Достаточно, - голос Юн Шэня звучал странно. Почти благоговейно.
  
  Мэйлин открыла глаза. Свет погас.
  
  - Ты знаешь, что это было? - спросил он.
  
  - Моя сила.
  
  - Это была сила мастера. - Юн Шэнь встал. - Ты - одна из сильнейших целительниц, которых я видел. За всю свою жизнь.
  
  Мэйлин не знала, что сказать.
  
  - Совет, - Юн Шэнь повернулся к остальным экзаменаторам. - Ваше решение?
  
  Один за другим они поднимали руки.
  
  Семь рук. Единогласно.
  
  - Мэйлин, - голос Юн Шэня был торжественным. - Совет признаёт тебя целительницей. Ты заслужила знак.
  
  Он подошёл к ней, держа в руках что-то маленькое, блестящее. Золотую нить с иглой.
  
  - Позволь?
  
  Мэйлин кивнула.
  
  Юн Шэнь сам вышил знак на её воротнике - золотой цветок лотоса, символ целителя. Руки его были уверенными, стежки - идеальными.
  
  - Вот, - сказал он, отступая. - Теперь ты - одна из нас.
  
  Мэйлин посмотрела на знак - маленький золотой цветок на белой ткани.
  
  И заплакала.
  
  *******
  
  Три дня спустя у ворот башни целителей приземлился огненный вихрь.
  
  Стражники схватились за оружие. Ученики бросились врассыпную. Кто-то закричал: "Нападение!"
  
  А потом вихрь рассеялся, и из него вышел Си Ень - с Цзян Хуо на плече и с охапкой свёртков в руках.
  
  - Где Мэйлин? - спросил он у ближайшего стражника.
  
  Тот открыл рот, закрыл, снова открыл.
  
  - Г-глава Чёрной башни?..
  
  - Да, это я. Где Мэйлин?
  
  - Она... она в саду трав, господин. Но...
  
  Си Ень уже шёл к саду.
  
  Мэйлин сидела на скамейке, перебирая свежесобранные листья. Сун Яо была рядом, помогала сортировать.
  
  - ...и тогда экзаменатор Чжан сказал, что никогда не видел такого чистого золотого света, - рассказывала Сун Яо. - А экзаменатор Ли чуть не расплакался!
  
  - Ты преувеличиваешь.
  
  - Ничуть! Я подсматривала из-за двери!
  
  - Сун Яо!
  
  - Что? Я волновалась!
  
  - Ведьмочка!
  
  Они обе повернулись. Си Ень стоял на дорожке - высокий, сияющий, нагруженный свёртками.
  
  - Си Ень? - Мэйлин вскочила. - Что ты здесь делаешь?!
  
  - Приехал поздравить, конечно. - Он подошёл и свалил свёртки ей на руки. - Держи.
  
  - Что это?
  
  - Подарки. Открывай.
  
  Мэйлин растерянно посмотрела на гору свёртков. Сун Яо рядом издала какой-то сдавленный звук.
  
  - Это... это глава Чёрной башни? - прошептала она.
  
  - Да. Не обращай внимания, он всегда такой.
  
  - Какой?
  
  - Невыносимый.
  
  - Я слышу, - сказал Си Ень. - И я не невыносимый. Я щедрый. Открывай давай.
  
  Подарки были... чрезмерными.
  
  Первый свёрток - набор целительских инструментов. Но не обычных - из огненной стали, выкованной в лучших кузницах Чёрной башни. Ножи, иглы, щипцы - всё идеально сбалансированное, вечно острое.
  
  - Это стоит целое состояние, - прошептала Мэйлин.
  
  - Это стоит того, чтобы ты могла работать нормально.
  
  Второй свёрток - ткань. Рулоны белого шёлка, расшитого золотыми лотосами. Материал для одежды целительницы.
  
  - Я сама могу купить ткань!
  
  - Эта лучше. Не пачкается, не рвётся. И красивая.
  
  Третий свёрток - украшения. Золотые серьги с маленькими рубинами. Браслет с огненными камнями. Заколка для волос в форме феникса.
  
  - Это уже слишком!
  
  - Это в самый раз.
  
  Четвёртый свёрток...
  
  - Сколько их ещё?!
  
  - Пять. Или шесть. Я не считал.
  
  Мэйлин сидела посреди горы подарков - ошеломлённая, растерянная, счастливая.
  
  - Зачем ты это делаешь? - спросила она тихо.
  
  Си Ень присел рядом с ней.
  
  - Потому что ты заслужила, - сказал он просто. - Ты прошла путь от деревенской травницы до настоящей целительницы. Ты спасала мне жизнь - не раз. Ты управляла моей башней, когда я не мог. - Он улыбнулся. - Это меньшее, что я могу сделать.
  
  - Си Ень...
  
  - И потому что я горжусь тобой. - Голос его стал тише. - Очень горжусь.
  
  Мэйлин обняла его - крепко, отчаянно.
  
  - Спасибо, - прошептала она. - За всё.
  
  - Не за что, ведьмочка.
  
  Сун Яо наблюдала за ними с открытым ртом.
  
  - Они... они всегда такие? - спросила она у Цзян Хуо.
  
  Саламандра пискнула - как будто соглашаясь.
  
  Цзин Юй прибыл на следующий день.
  
  Без огненного вихря - просто пришёл пешком, через главные ворота. С небольшой сумкой через плечо.
  
  - Ты опоздал, - сказал ему Си Ень.
  
  - Я не соревнуюсь с тобой в скорости.
  
  - И в щедрости, судя по размеру твоей сумки.
  
  - Мои подарки не измеряются весом.
  
  Они нашли Мэйлин в её комнате - она всё ещё разбирала подарки Си Еня.
  
  - Цзин Юй! - она бросилась обнимать его. - Ты приехал!
  
  - Конечно приехал. - Он обнял её в ответ. - Поздравляю.
  
  - Спасибо.
  
  - У меня тоже есть подарки. - Он достал из сумки небольшой свёрток. - Только один. Но особенный.
  
  Мэйлин развернула свёрток.
  
  Внутри была книга - старая, с пожелтевшими страницами, в кожаном переплёте. На обложке - выцветшие серебряные буквы.
  
  - "Трактат о лунных травах и их применении в целительстве", - прочитала она. - Что это?
  
  - Редкая книга. Очень редкая. - Цзин Юй улыбнулся. - Я нашёл её в библиотеке Лунной башни, когда они помогали мне строить академию. Попросил в подарок.
  
  - Но это...
  
  - Лунные травы почти не изучены целителями. Эта книга - единственный полный справочник. - Он посмотрел на неё. - Теперь она твоя.
  
  Мэйлин листала страницы - осторожно, благоговейно. Рисунки растений, описания свойств, рецепты зелий.
  
  - Это... это бесценно, - прошептала она.
  
  - Это полезно. Что важнее.
  
  Она снова обняла его - и Си Еня заодно.
  
  - Вы оба невозможны, - сказала она сквозь слёзы.
  
  - Мы знаем, - хором ответили они.
  
  *******
  
  Они отправились в академию вместе - три друга, как в старые времена.
  
  Си Ень нёс их на огненных крыльях - быстрее, чем пешком, удобнее, чем верхом. Мэйлин уже привыкла к полётам, Цзин Юй терпел молча.
  
  - Ты мог бы предупредить, что будет так высоко, - сказал он, когда они приземлились.
  
  - Ты летал со мной десятки раз.
  
  - И каждый раз забываю, как это неприятно.
  
  - Лунный заклинатель, который боится высоты. Ирония.
  
  - Я не боюсь высоты. Я не люблю огонь под ногами.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Мальчики, хватит. Показывай свою академию.
  
  Академия Серебряного озера была... прекрасной.
  
  Не огромной, не величественной - просто прекрасной. Белые здания с серебряными крышами, утопающие в садах. Дорожки из светлого камня, вьющиеся между деревьями. Фонтаны, журчащие мягко и успокаивающе.
  
  И в центре всего - озеро. Источник.
  
  Он светился - мягким серебряным светом, особенно заметным в сумерках. Вода была прозрачной, спокойной, и в ней отражалась луна - даже днём.
  
  - Красиво, - выдохнула Мэйлин.
  
  - Спасибо. - Цзин Юй выглядел... счастливым. По-настоящему счастливым. - Я старался.
  
  - Это видно.
  
  Он повёл их по территории - показывал учебные залы, библиотеку, общежитие. Везде было чисто, светло, спокойно.
  
  - Сколько у тебя учеников? - спросил Си Ень.
  
  - Двенадцать. Пока.
  
  - Пока?
  
  - Заявок больше. Но я не хочу брать всех сразу. - Цзин Юй пожал плечами. - Лучше меньше, но качественнее.
  
  - Разумно.
  
  - Я учусь быть разумным.
  
  Они остановились у озера. Закат окрасил воду в розовое и золотое, смешавшееся с серебром источника.
  
  - Ты счастлив здесь? - спросила Мэйлин.
  
  - Да. - Цзин Юй смотрел на воду. - Впервые за очень долгое время.
  
  - Я рада.
  
  - Я тоже.
  
  Они стояли втроём - три друга, три судьбы - и смотрели на закат над Серебряным озером.
  
  - Знаете, - сказал Си Ень, - мне тут пришла в голову мысль.
  
  - Какая?
  
  - Ну так... - он повернулся к Мэйлин с нарочито безразличным видом. - Между делом. Не то чтобы это важно.
  
  - Что?
  
  - Ты не хотела бы... - он сделал паузу, - стать целительницей в Чёрной башне?
  
  Мэйлин моргнула.
  
  - Что?
  
  - Целительницей. В Чёрной башне. - Си Ень пожал плечами. - У нас есть целители, конечно. Но ни одного по-настоящему сильного. А ты... - он не договорил.
  
  - Ты хочешь, чтобы я жила в Чёрной башне?
  
  - Я хочу, чтобы ты работала в Чёрной башне. Жить можешь где угодно. - Он всё ещё смотрел на озеро, не на неё. - Это просто предложение. Можешь отказаться.
  
  Мэйлин смотрела на него - на этого человека, который притворялся равнодушным, хотя явно волновался.
  
  - С одним условием, - сказала она.
  
  Он повернулся к ней.
  
  - Каким?
  
  - Я буду проводить в Чёрной башне только часть времени. Не постоянно.
  
  - Сколько?
  
  - Половину. Может, две трети. - Она помолчала. - Мне нужно время для исследований. Для поездок. Для... для жизни.
  
  Си Ень смотрел на неё - и что-то в его глазах светилось.
  
  - Согласен, - сказал он.
  
  - Правда?
  
  - Правда. Ты можешь приходить и уходить когда захочешь. - Он улыбнулся. - Я отдам тебе целый этаж. Устроишь там свою лечебницу.
  
  - Целый этаж?
  
  - У меня большая башня.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Ладно. Тогда - согласна.
  
  Цзин Юй наблюдал за ними с лёгкой улыбкой.
  
  - Вы оба невозможны, - сказал он.
  
  - Мы знаем, - хором ответили они.
  
  *******
  
  Лечебница Мэйлин располагалась на седьмом этаже Чёрной башни.
  
  Целый этаж - как Си Ень и обещал. Просторный, светлый, с большими окнами, выходящими на восток. Утреннее солнце заливало комнаты золотым светом, и Мэйлин шутила, что это усиливает её силу.
  
  Она обустроила всё сама - с помощью слуг башни, которые выполняли её приказы с пугающей готовностью.
  
  Главный зал - для осмотра и лечения. Двадцать кроватей вдоль стен, каждая с чистым бельём и тёплым одеялом. В центре - её рабочий стол, заваленный свитками, травами, инструментами.
  
  Лаборатория - для приготовления зелий. Котлы, склянки, сушёные травы на верёвках под потолком. Запах - странный, но не неприятный.
  
  Кладовая - для хранения. Полки до потолка, забитые всем необходимым.
  
  И маленькая комната в конце коридора - её личная. С кроватью, столом и окном на закат.
  
  - Неплохо, - сказал Си Ень, когда пришёл осмотреть.
  
  - Неплохо? - Мэйлин уперла руки в бока. - Я работала над этим две недели!
  
  - Хорошо. Очень хорошо. - Он улыбнулся. - Довольна?
  
  - Довольна.
  
  - Тогда и я доволен.
  
  Первые пациенты появились в тот же день.
  
  Молодой заклинатель - обжёг руки на тренировке. Ожоги были несерьёзными, но болезненными.
  
  - Как это случилось? - спросила Мэйлин, осматривая его.
  
  - Я... я пытался создать огненного дракона, госпожа. Но он вышел из-под контроля.
  
  - Огненного дракона? На каком ты уровне?
  
  - Третьем, госпожа.
  
  - Третий уровень, и ты пытаешься создать дракона? - Мэйлин посмотрела на него строго. - Это техника седьмого уровня минимум!
  
  - Я хотел впечатлить...
  
  - Кого? Девушку?
  
  Заклинатель покраснел.
  
  - Да, госпожа.
  
  - Идиот. - Мэйлин начала накладывать мазь. - Она была бы впечатлена, если бы ты сгорел заживо?
  
  - Нет, госпожа.
  
  - Тогда в следующий раз думай головой, а не... - она махнула рукой. - Не чем попало.
  
  - Да, госпожа. Простите, госпожа.
  
  - И не называй меня госпожой. Меня зовут Мэйлин.
  
  - Да, золотая госпожа.
  
  Мэйлин застонала.
  
  "Золотая госпожа" прилипло к ней намертво.
  
  Как бы она ни протестовала, заклинатели башни упорно называли её так. Сначала - из уважения. Потом - по привычке. Потом - потому что видели, как она злится, и это было забавно.
  
  - Я не госпожа! - кричала она. - Я просто целительница!
  
  - Да, золотая госпожа, - отвечали ей с поклонами.
  
  - Прекратите!
  
  - Как скажете, золотая госпожа.
  
  Она жаловалась Си Еню.
  
  - Они делают это специально!
  
  - Конечно делают. - Он улыбался. - Ты смешно злишься.
  
  - Я не смешно злюсь!
  
  - Очень смешно. Уши краснеют.
  
  - Си Ень!
  
  - Что?
  
  - Прикажи им перестать!
  
  - Не могу. - Он развёл руками. - Они сами выбрали, как тебя называть. Это знак уважения.
  
  - Это знак того, что они надо мной издеваются!
  
  - И это тоже. Но с любовью.
  
  Мэйлин хотела что-то швырнуть в него, но передумала. Он был главой башни. Наверное, это было бы неуместно.
  
  Наверное.
  
  Дни превращались в недели, недели - в месяцы.
  
  Мэйлин вела свою лечебницу - строго, но справедливо. Она лечила всех, кто приходил, - от младших учеников до старших наставников. И всех одинаково ругала за неосторожность.
  
  - Ты что, пытался поймать молнию голыми руками?!
  
  - Это был огненный шар, госпожа...
  
  - Ещё хуже! Ты идиот или притворяешься?!
  
  - Я... я думал, что справлюсь...
  
  - Думал он! Вот результат твоих дум! - она указала на его обугленные брови. - Сиди и не шевелись. И молись, чтобы брови отросли.
  
  - Да, золотая госпожа. Простите, золотая госпожа.
  
  Заклинатели её боялись. И обожали. Это было странное сочетание - но оно работало.
  
  - Она страшнее главы, - шептались ученики.
  
  - Слышал, она однажды отказалась лечить парня, пока он не извинится за то, что был идиотом.
  
  - Она заставила наставника Вэя есть горькие травы неделю за то, что он пренебрегал её советами.
  
  - Она...
  
  - Я всё слышу! - кричала Мэйлин из своего кабинета. - И если через минуту вы не исчезнете, я найду для вас что-нибудь по-настоящему горькое!
  
  Ученики исчезали. Очень быстро.
  
  Она старалась не вмешиваться в дела башни.
  
  Это было сложно. Заклинатели приходили к ней не только с ранами - с проблемами, с жалобами, с просьбами. "Золотая госпожа, наставник несправедлив". "Золотая госпожа, меня обижают". "Золотая госпожа, помогите".
  
  - Я целительница, - говорила она. - Не судья.
  
  - Но золотая госпожа...
  
  - Идите к главе!
  
  - Глава страшный.
  
  - Я тоже страшная!
  
  - Вы страшная по-другому. - Ученик смотрел на неё с надеждой. - Вы справедливая.
  
  Мэйлин вздыхала - и помогала. Разбиралась в конфликтах, мирила поссорившихся, иногда - очень редко - шла к Си Еню и говорила: "Там проблема. Разберись".
  
  Он разбирался. Всегда.
  
  - Ты слишком добрая, - говорил он ей.
  
  - Я не добрая. Я практичная. Счастливые заклинатели лучше тренируются.
  
  - Это рационализация.
  
  - Это правда.
  
  - Это рационализация правды.
  
  - Ненавижу тебя.
  
  - Знаю.
  
  Си Ень заходил к ней часто.
  
  Иногда - по делу. Принести отчёты, обсудить проблемы, попросить совета.
  
  Иногда - просто так. Поболтать, выпить чаю, посидеть в тишине.
  
  - Чем занимаешься? - спрашивал он, заваливаясь в её кабинет.
  
  - Работаю. В отличие от некоторых.
  
  - Я тоже работаю.
  
  - Ты прячешься от Хуан Лея и его свитков.
  
  - Это тоже работа. Очень тяжёлая работа.
  
  Он садился в кресло - его кресло, как он его называл, которое Мэйлин поставила специально для него - и Цзян Хуо сползала с его плеча, устраиваясь на подлокотнике.
  
  - Чай? - предлагала Мэйлин.
  
  - Пожалуйста.
  
  Она заваривала чай - специальную смесь, которую делала сама. Травы для спокойствия, травы для ясности ума, немного мёда для вкуса.
  
  - Вкусно, - говорил Си Ень.
  
  - Знаю.
  
  - Скромность не твоя сильная сторона.
  
  - Скромность не помогает лечить людей.
  
  
  
  Они сидели вместе - друзья, которые стали семьёй. Пили чай, молчали, иногда разговаривали.
  
  Это было хорошо.
  
  Иногда он приходил с другими проблемами.
  
  - Голова, - стонал он, падая на кушетку. - Убей меня.
  
  - Опять?
  
  - Хуан Лей. Три часа. О бюджете.
  
  - Бюджет - это важно.
  
  - Бюджет - это пытка. - Он закрыл глаза рукой. - Сделай что-нибудь. Пожалуйста.
  
  Мэйлин вздыхала - и подходила к нему.
  
  - Могу отрезать голову. Это решит проблему навсегда.
  
  - Очень смешно.
  
  - Я серьёзно.
  
  - Мэйлин...
  
  - Ладно, ладно.
  
  Она клала руки ему на виски, и золотой свет струился под её ладонями. Мягкий, тёплый, успокаивающий. Боль отступала - медленно, неохотно.
  
  - Лучше? - спрашивала она.
  
  - Лучше. - Он открывал глаза. - Спасибо.
  
  - Не за что. - Она убирала руки. - Но в следующий раз не доводи до такого. Делай перерывы.
  
  - Буду.
  
  - Не будешь.
  
  - Не буду, - соглашался он. - Но буду пытаться.
  
  - Этого достаточно.
  
  Он улыбался - и она улыбалась в ответ.
  
  Это была её жизнь теперь. Странная, сложная, прекрасная.
  
  И она не променяла бы её ни на что.
  
  Вечером, когда лечебница пустела и башня затихала, Мэйлин выходила на балкон.
  
  Оттуда был виден весь город - огни, улицы, люди. И небо - огромное, звёздное, бесконечное.
  
  Она думала о своей жизни. О пути, который прошла - от деревенской травницы до золотой госпожи Чёрной башни.
  
  Она думала о друзьях - о Си Ене, который притворялся равнодушным, но заботился больше всех. О Цзин Юе, который нашёл свой дом на берегу Серебряного озера.
  
  Она думала о будущем - неизвестном, пугающем, прекрасном.
  
  И улыбалась.
  
  Потому что знала - что бы ни случилось, она не одна.
  
  У неё есть семья.
  
  А семья не теряется.
  
  Никогда.
  
  Глава 48. Карта баланса
  
  Цзин Юй появился в Чёрной башне без предупреждения - просто возник у ворот, бледный, с тёмными кругами под глазами и свитком пергамента под мышкой.
  
  Стражники узнали его сразу - серебряные волосы было сложно с чем-то спутать - и пропустили без вопросов. Один из них побежал докладывать главе.
  
  Си Ень спустился сам.
  
  - Юй! - он широко улыбнулся, раскрывая объятия. - Какой приятный сюрприз!
  
  Он обнял друга - крепко, по-братски. Потом отступил на шаг и посмотрел внимательнее.
  
  Улыбка медленно сползла с его лица.
  
  - Я очень рад тебя видеть, - сказал он, - но мне совершенно не нравится выражение твоего лица.
  
  Цзин Юй открыл рот, чтобы ответить, но Си Ень поднял руку.
  
  - Подожди. Дай угадаю. - Он склонил голову набок. - Какие у нас проблемы на этот раз? Разлом реальности? Кто-то шепчет во снах? Пробудилась древняя жуть из глубин земли?
  
  - Кажется, ты надо мной подшучиваешь.
  
  - Возможно. - Си Ень пожал плечами. - Но учитывая нашу историю, любой из этих вариантов вполне вероятен.
  
  - Я всё равно должен тебе это показать. - Цзин Юй поднял свиток. - Это важно.
  
  - Не сомневаюсь. - Си Ень кивнул в сторону башни. - Тогда пойдём ко мне в кабинет. И захватим по дороге Мэйлин - она сейчас в башне. Если это очередной конец света, она захочет знать.
  
  - Это не конец света.
  
  - Пока не конец света, - поправил Си Ень. - С нами никогда нельзя быть уверенным.
  
  Лечебница на седьмом этаже была непривычно тихой - час был поздний, большинство пациентов уже отпустили.
  
  Мэйлин сидела за столом, перебирая какие-то записи. Услышав шаги, она подняла голову - и её лицо озарилось радостью.
  
  - Цзин Юй!
  
  Она вскочила, опрокинув стул, и бросилась к нему.
  
  - Серебряный! - она обняла его крепко, потом отстранилась, держа за плечи. - Я так давно тебя не видела!
  
  - Всего два месяца, - попытался возразить он.
  
  - Два месяца - это вечность! - Она оглядела его с ног до головы, и радость в её глазах сменилась тревогой. - Ты когда последний раз ел? А спал? На тебе лица нет!
  
  - Я в порядке...
  
  - Ты не в порядке! Ты бледный как призрак! Бледнее обычного, я имею в виду! - Она повернулась к Си Еню. - Ты это видишь?
  
  - Вижу, - кивнул тот. - Поэтому мы здесь.
  
  - Что случилось? - Мэйлин снова посмотрела на Цзин Юя. - Что-то с академией? С учениками? С тобой?
  
  - Вот он сейчас расскажет, что случилось, - сказал Си Ень, - а потом ты его покормишь и уложишь спать. Я верю, что у тебя получится.
  
  - Это не...
  
  - Пойдёмте. - Си Ень уже направился к двери. - В моём кабинете удобнее.
  
  Кабинет главы Чёрной башни был просторным - тёмное дерево, тяжёлые портьеры, огромный стол, заваленный свитками и картами. Цзян Хуо дремала на специальной подставке у окна, но при виде гостей подняла голову и радостно пискнула.
  
  Цзин Юй подошёл к столу и развернул свой пергамент.
  
  Это был большой лист - почти в локоть шириной. На нём был нарисован круг, разделённый на разноцветные сектора. Красный, золотой, серебряный, голубой, зелёный, белый... и чёрный.
  
  Секторы были разного размера - некоторые больше, некоторые меньше. Но один выделялся особенно.
  
  Чёрный сектор был огромным. Непропорционально огромным.
  
  - Это карта баланса сил, - сказал Цзин Юй. - Она показывает соотношение энергии каждого источника в мире.
  
  Си Ень наклонился над пергаментом, рассматривая с интересом.
  
  - Какая занятная вещь, - пробормотал он. - Это твоих рук дело?
  
  - Я принимал участие в создании. - Цзин Юй указал на серебряный сектор. - Лунная башня хранила древние техники измерения. Мы с главой Лунной башни адаптировали их.
  
  - И что я вижу? - Си Ень провёл пальцем по красному сектору - огненному. Он был средних размеров, стабильным.
  
  - Видишь, что в последнее время баланс начал нарушаться. - Цзин Юй постучал по чёрному сектору. - Вот это. Оно растёт. И растёт пугающе быстро.
  
  Мэйлин подошла ближе, разглядывая карту.
  
  - А это чёрное - это кто? - спросила она. - Я думала, чёрная - это твоя башня, Си Ень.
  
  - Моя башня действительно чёрная, - ответил он, не отрывая взгляда от карты. - Но это - чёрный источник. Источник тьмы. Их башня называется Звёздной.
  
  - Звёздная башня? - Мэйлин нахмурилась. - Я о ней почти ничего не слышала.
  
  - Неудивительно. Они не любят... общаться.
  
  - А кто они такие?
  
  Си Ень выпрямился, скрестив руки на груди.
  
  - Милые, дружелюбные заклинатели, - сказал он с мрачной иронией, - практикующие всякие интересные техники.
  
  - Какие техники?
  
  - Ну... - он пожал плечами. - Некромантия. Проклятия. Всякие неприятные смертельные заклинания. И тому подобное.
  
  Мэйлин побледнела.
  
  - Некромантия?
  
  - Среди прочего.
  
  - Но это же... это же запрещено!
  
  - Формально - да. Практически... - Си Ень помолчал. - Звёздная башня существует уже тысячи лет. Они не нарушают законов открыто. Просто держатся особняком и занимаются своими делами.
  
  - Какими делами?
  
  - Этого никто точно не знает. В том-то и проблема.
  
  Мэйлин переводила взгляд с него на карту и обратно.
  
  - А почему ты так много о них знаешь, а я - ничего?
  
  - Я сказал всё, что знаю. И это совсем немного. - Си Ень покачал головой. - Огню не по пути с тьмой. Наши башни никогда не были близки. - Он кивнул на Цзин Юя. - И вообще, мы не даём Юю рассказывать. Это его карта и его новости.
  
  Все повернулись к Цзин Юю.
  
  Тот выглядел ещё более усталым, чем раньше - словно само обсуждение отнимало у него силы.
  
  - Мне тоже особо нечего сказать, - признал он. - Только то, что их сила растёт. - Он снова указал на чёрный сектор. - Три месяца назад он был вдвое меньше. Два месяца назад я начал следить внимательнее. Месяц назад понял, что это не случайность.
  
  - И что это значит? - спросила Мэйлин.
  
  - Это значит, что кто-то или что-то питает источник тьмы. - Цзин Юй посмотрел на них серьёзно. - И это может быть очень опасно.
  
  Повисла тишина.
  
  Си Ень смотрел на карту - на чёрный сектор, который расползался по пергаменту, как чернильное пятно.
  
  - Нужна информация, - сказал он наконец. - Мы ничего не знаем о Звёздной башне. О том, что там происходит. О том, кто сейчас ею управляет.
  
  - У тебя есть источники? - спросил Цзин Юй.
  
  - У меня есть птицы.
  
  Си Ень подошёл к окну и распахнул его. Ночной воздух хлынул в комнату - холодный, пахнущий дымом и звёздами.
  
  Он поднял руку - и свистнул.
  
  Сначала ничего не произошло. Потом - шорох крыльев. Тени, мелькнувшие в лунном свете.
  
  Птицы слетались к окну - десятки, сотни чёрных птиц. Вороны, грачи, галки - все птицы огненного источника, все, кто служил Чёрной башне.
  
  Они рассаживались на подоконнике, на карнизах, на ветках деревьев внизу. Чёрные глаза блестели в темноте.
  
  - Слушайте, - сказал Си Ень, и голос его был голосом главы, голосом повелителя. - Мне нужны глаза и уши везде. Звёздная башня. Земли источника тьмы. Любые слухи, любые новости, любое движение.
  
  Птицы слушали - молча, внимательно.
  
  - Летите. Смотрите. Возвращайтесь.
  
  Он взмахнул рукой - и стая взмыла в небо. Чёрные крылья закрыли луну на мгновение, потом рассеялись - птицы разлетались во все стороны, неся приказ своего господина.
  
  Мэйлин смотрела на это с открытым ртом.
  
  - Я не знала, что ты можешь так, - прошептала она.
  
  - Я много чего могу. - Си Ень закрыл окно. - Теперь остаётся ждать.
  
  Он повернулся к Цзин Юю - и нахмурился.
  
  - А тебе нужно отдохнуть. Ты еле на ногах стоишь.
  
  - Я в порядке...
  
  - Мэйлин.
  
  Мэйлин уже была рядом - хватала Цзин Юя за руку.
  
  - Пойдём, - сказала она тоном, не терпящим возражений.
  
  - Но...
  
  - Никаких "но". - Она потащила его к двери. - Ты не ел нормально как минимум три дня, судя по твоему виду. И не спал ещё дольше.
  
  - Откуда ты...
  
  - Я целительница. Я вижу.
  
  Цзин Юй попытался вырваться - безуспешно. Для такой маленькой женщины Мэйлин была удивительно сильной.
  
  - Мэйлин, правда, мне нужно...
  
  - Тебе нужно поесть и поспать. Всё остальное подождёт.
  
  - Но карта...
  
  - Карта никуда не денется. А ты свалишься, если продолжишь в том же духе.
  
  Цзин Юй бросил отчаянный взгляд на Си Еня - но тот только развёл руками.
  
  - Даже не смотри на меня. Я с ней не спорю.
  
  - Но ты глава Чёрной башни!
  
  - Именно поэтому. - Си Ень усмехнулся. - Я знаю, какие битвы можно выиграть, а какие - нет. Эту ты проиграл.
  
  - Я справляюсь даже с ним, - подтвердила Мэйлин, продолжая тащить Цзин Юя к двери. - Куда тебе со мной тягаться, серебряный.
  
  - Это нечестно...
  
  - Жизнь нечестна. Пошли.
  
  Дверь закрылась за ними.
  
  Си Ень остался один - с картой, с тенями и с тревогой, которую он тщательно скрывал от друзей.
  
  Он снова посмотрел на чёрный сектор.
  
  Тьма росла.
  
  И он понятия не имел, что с этим делать.
  
  Мэйлин привела Цзин Юя в свою лечебницу и усадила на кушетку.
  
  - Сиди, - приказала она. - Не двигайся.
  
  - Мэйлин...
  
  - Я сказала - сиди.
  
  Она исчезла за ширмой и вернулась через минуту с подносом. Рис, овощи, немного мяса, тёплый бульон.
  
  - Ешь.
  
  - Я правда не голоден...
  
  - Ешь, - повторила она, и что-то в её голосе заставило его подчиниться.
  
  Он взял палочки. Поднёс ко рту первый кусок.
  
  И вдруг понял, что голоден. Очень голоден. Он не помнил, когда ел в последний раз - вчера? Позавчера?
  
  Мэйлин смотрела, как он ест - жадно, быстро.
  
  - Вот так, - сказала она мягче. - Хороший мальчик.
  
  - Мне тридцать четыре года.
  
  - И что?
  
  - Я не мальчик.
  
  - Для меня - мальчик. - Она села рядом с ним. - Юй, что происходит? На самом деле?
  
  Он замер с палочками в руке.
  
  - Я же сказал. Баланс нарушается...
  
  - Я не про баланс. - Она положила руку ему на плечо. - Я про тебя. Ты выглядишь так, словно не спал неделю. И не только из-за карты.
  
  Цзин Юй молчал.
  
  - Юй.
  
  - Я... - он опустил взгляд. - Мне снятся сны.
  
  - Какие сны?
  
  - Странные. - Он помолчал. - Тёмные. Я вижу... что-то. Кого-то. Не могу разобрать. Но оно смотрит на меня. И я просыпаюсь с ощущением, что...
  
  - Что?
  
  - Что оно знает, кто я. И ждёт.
  
  Мэйлин похолодела.
  
  - Как давно?
  
  - Месяц. Может, больше.
  
  - Почему ты не сказал раньше?!
  
  - Я думал, это просто сны. - Он покачал головой. - А потом увидел карту. И понял, что это связано.
  
  Мэйлин сжала его плечо.
  
  - Мы разберёмся, - сказала она. - Вместе. Как всегда.
  
  - Я знаю.
  
  - А сейчас - спать.
  
  - Но...
  
  - Спать, - повторила она. - Я дам тебе зелье без сновидений. Отдохнёшь хотя бы одну ночь.
  
  Цзин Юй хотел возразить - но был слишком устал. Слишком измотан.
  
  - Ладно, - сказал он. - Одну ночь.
  
  Мэйлин улыбнулась - мягко, тепло.
  
  - Вот и умница.
  
  Она уложила его на кушетку, укрыла одеялом, дала выпить зелье.
  
  Цзин Юй уснул почти мгновенно - впервые за долгое время без страха.
  
  А Мэйлин сидела рядом и смотрела на него.
  
  И думала о тьме, которая росла где-то далеко.
  
  И о снах, которые приходили к её другу.
  
  И о том, что покой, похоже, снова закончился.
  
  Глава 49. Доклад
  
  Луна висела высоко над Чёрной башней, когда Мэйлин тихо постучала в дверь кабинета.
  
  - Войди, - раздался голос Си Еня.
  
  Она толкнула дверь плечом - руки были заняты подносом с чайником и горкой пирожных.
  
  Си Ень сидел за столом, заваленным свитками и записками. Маленькие клочки пергамента - послания от птиц - были разложены по всей поверхности. Некоторые он уже прочитал и отложил в сторону, другие ещё ждали своей очереди.
  
  Он поднял голову.
  
  - И что ты тут делаешь посреди ночи?
  
  - Знала, что ты не спишь. - Мэйлин поставила поднос на единственный свободный угол стола. - Так что принесла тебе чай и пирожные.
  
  - Ты сама-то спала?
  
  - Серебряного я уложила. - Она начала разливать чай. - Но тебя уложить - никаких шансов.
  
  - Ты права. - Си Ень потёр глаза. - Слишком много всего.
  
  Мэйлин подала ему чашку и сама опустилась в кресло у окна - то самое, рядом с которым дремала Цзян Хуо. Саламандра приоткрыла один глаз, узнала Мэйлин и довольно заурчала.
  
  - Получил что-то интересное? - спросила Мэйлин, поглаживая тёплую чешую.
  
  - Ещё подождём. - Си Ень взял одну из записок. - Но, похоже, нам придётся посмотреть самим, что там происходит. Слишком противоречивые сведения.
  
  - Насколько противоречивые?
  
  - Ну... - Си Ень перебрал несколько свитков. - Вот, например. Торговец из приграничья пишет, что видел армию мертвецов, марширующую на восток. Три тысячи, не меньше.
  
  - Армию мертвецов?!
  
  - Подожди. - Он взял другую записку. - А вот странствующий монах утверждает, что Звёздная башня провалилась под землю и на её месте теперь бездонная яма, из которой воют души грешников.
  
  - Это... это же невозможно.
  
  - Согласен. - Си Ень отложил записку и взял следующую. - Зато крестьянин из деревни Синьхэ клянётся, что видел, как глава Звёздной башни превратился в дракона и улетел на луну.
  
  Мэйлин моргнула.
  
  - На луну?
  
  - На луну. - Си Ень вздохнул. - А рыбак с реки Хэйшуй сообщает, что вода почернела и из неё выходят тени, которые крадут детей.
  
  - Это уже страшнее.
  
  - Это уже похоже на правду. - Он бросил записку на стол. - Но вот беженец из города Люйчэн говорит, что никаких теней нет, зато есть чума, от которой люди покрываются чёрными пятнами и умирают за три дня.
  
  - А на самом деле?
  
  - А на самом деле я понятия не имею. - Си Ень откинулся на спинку кресла. - Одни говорят, что Звёздная башня закрыта и никого не пускает. Другие - что она открыта и из неё выходят чудовища. Третьи - что башни вообще больше нет. Кто-то видел главу живым, кто-то - мёртвым, кто-то утверждает, что главы не было уже лет двадцать.
  
  - Хаос.
  
  - Именно. - Он потянулся к пирожным. - О, кстати. Они становятся вкуснее с каждым разом.
  
  - Просто ты к ним привык.
  
  - Возможно. - Он откусил кусок. - Или ты действительно стала лучше готовить.
  
  - Я всегда хорошо готовила.
  
  - Не спорю.
  
  Мэйлин продолжала гладить Цзян Хуо, которая довольно урчала под её руками. Чешуя была тёплой, почти горячей - но приятно, не обжигающе.
  
  - Так мне собираться в дорогу? - спросила она.
  
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Подождём, пока вернутся все птицы. Тогда и решим.
  
  - Тогда хорошо.
  
  Мэйлин устроилась поудобнее, обнимая большую саламандру. Цзян Хуо была как живая печка - тёплая, мягкая, убаюкивающая.
  
  - Мэйлин, - сказал Си Ень, не поднимая глаз от очередной записки. - Иди спать.
  
  - Я ещё посижу, - сонно пробормотала она. - У тебя уютно. И саламандра.
  
  - Мэйлин.
  
  - Мммм...
  
  Си Ень поднял голову - и увидел, что она уже спит, свернувшись калачиком рядом с Цзян Хуо.
  
  Он вздохнул. Встал. Снял свой плащ и осторожно укрыл её.
  
  - Я же говорил, - пробормотал он. - Знал, что этим кончится.
  
  Цзян Хуо посмотрела на него - и если бы саламандры умели улыбаться, она бы точно улыбнулась.
  
  - Присмотри за ней, - сказал ей Си Ень.
  
  И вернулся к своим отчётам.
  
  ******
  
  Мэйлин проснулась от солнечного луча, упавшего ей на лицо.
  
  Она открыла глаза - и не сразу поняла, где находится. Тёплая чешуя под щекой, запах дыма и чернил, тяжёлый чёрный плащ на плечах...
  
  - Доброе утро, - раздался голос Си Еня.
  
  Он сидел за столом - в той же позе, что и ночью. Только свитков вокруг стало больше, а под глазами залегли тени.
  
  Мэйлин села, потирая глаза.
  
  - Какой ужас, - сказала она, сладко потягиваясь. - Я опять уснула у тебя. Что о нас подумают?
  
  - А я говорил - иди спать. - Си Ень улыбнулся. - Знал, что этим кончится. И что такого могут о нас подумать? Ничего особенного. - Он пожал плечами. - В конце концов, будут тебя больше бояться.
  
  - Меня и так боятся!
  
  - Будут бояться ещё больше.
  
  Мэйлин вскочила, увидев, как высоко солнце за окном.
  
  - Солнце высоко! Я проспала! У меня столько дел! - Она бросила ему плащ. - Я ещё вернусь!
  
  И убежала, прежде чем он успел что-то сказать.
  
  В своих комнатах Мэйлин быстро привела себя в порядок - умылась, переоделась, заплела волосы. Посмотрела в зеркало - и осталась более-менее довольна.
  
  Потом поспешила в лечебницу.
  
  - Доброе утро, золотая госпожа, - поклонился ей дежурный целитель.
  
  - Доброе утро, Линь Вэй. Как ночь прошла?
  
  - Спокойно, госпожа. Двое новых пациентов - ожоги после тренировки. Ничего серьёзного.
  
  - Хорошо. Я проверю их позже.
  
  Она прошла по лечебнице, здороваясь с целителями, проверяя пациентов. Всё шло как надо - спокойно, размеренно.
  
  Цзин Юй всё ещё спал.
  
  Мэйлин заглянула в комнату, где его уложила, - он лежал в той же позе, укрытый одеялом до подбородка. Лицо его было спокойным, расслабленным. Впервые за долгое время, наверное.
  
  Она улыбнулась и тихо закрыла дверь.
  
  Пусть спит. Ему нужно.
  
  Цзин Юй проснулся только к полудню.
  
  Он сел на кровати, растерянно оглядываясь. Солнечный свет заливал комнату, где-то за стеной слышались тихие голоса, звон склянок.
  
  - Доброе утро, соня, - раздался голос Мэйлин.
  
  Она стояла в дверях с подносом в руках.
  
  - Который час? - спросил Цзин Юй хрипло.
  
  - Полдень. - Она поставила поднос на столик рядом с кроватью. - Вставай, умывайся. Пойдём вытащим главу обедать и узнаем последние новости.
  
  - Полдень?! - Он вскочил. - Я проспал...
  
  - Ты отдохнул. - Мэйлин толкнула его обратно на кровать. - Что и требовалось. Как спалось?
  
  Цзин Юй замер.
  
  - Хорошо, - сказал он удивлённо. - Без снов.
  
  - Вот видишь. - Она улыбнулась. - А теперь - умывайся и пошли. Глава наверняка не выходил из кабинета всю ночь.
  
  - Ты уверена?
  
  - Абсолютно.
  
  Они нашли Си Еня именно там, где Мэйлин и предполагала, - в кабинете, за столом, погребённым под свитками.
  
  - Глава, - сказала Мэйлин с порога. - Пошли обедать.
  
  - Идите. - Си Ень не поднял глаз от очередного отчёта. - Я сейчас.
  
  - Нет, глава. - Мэйлин подошла и забрала свиток из его рук. - Мы идём только с тобой. Иначе ты здесь так и останешься.
  
  Си Ень посмотрел на неё - на её упрямо сжатые губы, на руки, скрещённые на груди.
  
  - Хорошо, моя госпожа, - сказал он, поднимаясь. - Пойдём.
  
  - Вот и умница.
  
  - Я глава Чёрной башни. Меня нельзя называть умницей.
  
  - Можно. Я только что это сделала.
  
  Цзин Юй наблюдал за ними с лёгкой улыбкой.
  
  - Вы всегда такие? - спросил он.
  
  - Всегда, - хором ответили они.
  
  Обеденный зал Чёрной башни был впечатляющим.
  
  Огромное помещение с высокими потолками, украшенными резьбой в виде языков пламени. Длинные столы из тёмного дерева, за которыми могли разместиться сотни заклинателей. Огромные жаровни вдоль стен, в которых танцевал живой огонь - не для тепла, а для красоты.
  
  Сейчас зал был заполнен - время обеда, и заклинатели всех рангов собрались здесь. Шум голосов, звон посуды, запах еды.
  
  Но когда вошёл глава - всё стихло.
  
  Заклинатели вставали, кланялись. Си Ень кивал им - небрежно, привычно.
  
  - Продолжайте, - сказал он. - Не обращайте внимания.
  
  Легко сказать. Шёпот пронёсся по залу - глава пришёл обедать сам! С золотой госпожой! И с каким-то серебряным незнакомцем!
  
  Си Ень провёл их к отдельному столу - на возвышении, откуда был виден весь зал.
  
  - Глава обычно обедает здесь? - тихо спросил Цзин Юй.
  
  - Глава обычно забывает обедать, - ответила Мэйлин. - Если его не вытащить силой.
  
  - Я всё слышу, - сказал Си Ень.
  
  - И что?
  
  - И ничего. Ты права.
  
  Слуги уже несли еду - рис, мясо, овощи, всё простое, но обильное. Чёрная башня не славилась изысканной кухней, зато порции здесь были огромными.
  
  - Заклинатели огня много едят, - объяснил Си Ень, видя удивление Цзин Юя. - Сила требует топлива.
  
  - У нас в Лунной башне едят меньше.
  
  - У вас в Лунной башне вообще всё меньше. Порции, эмоции, слова... - Си Ень усмехнулся. - Как вы там живёте - загадка.
  
  - Мы медитируем.
  
  - Звучит ужасно.
  
  Мэйлин рассмеялась - и напряжение, которое висело над ними с прошлой ночи, немного отступило.
  
  Они ели и разговаривали - о пустяках сначала, потом о более серьёзном.
  
  - Так что в тех отчётах? - спросила Мэйлин. - Ты сказал, были интересные.
  
  - Были. - Си Ень отложил палочки. - Например, один из моих людей в Люйчэне пишет, что видел, как заклинатели Звёздной башни дрались между собой. Прямо на улице. Насмерть.
  
  - Насмерть?
  
  - Именно. - Он помрачнел. - Это не похоже на обычную вражду. Это... хаос. Словно что-то случилось с их иерархией.
  
  - Что ещё?
  
  - Торговец из Мэйхуа сообщает, что караваны больше не ходят через земли Звёздной башни. Те, кто пытался - не вернулись.
  
  Цзин Юй нахмурился.
  
  - А что с самой башней?
  
  - А вот это самое странное. - Си Ень понизил голос. - Несколько источников сходятся в одном: башню больше не видно. Она была - и исчезла. Как будто... скрылась.
  
  - Скрылась?
  
  - Или её скрыли. - Он помолчал. - Я жду ещё одного отчёта. От того, кого посылал ближе всего.
  
  - И когда он вернётся?
  
  Си Ень улыбнулся.
  
  - Уже вернулся. Все мои птички на месте, включая бескрылых. Пойдём слушать доклад.
  
  *******
  
  Человек в чёрном ждал их в кабинете.
  Он стоял у стены - неподвижный, почти невидимый в тени. Простая чёрная одежда, лицо, скрытое капюшоном. Мэйлин даже не сразу его заметила.
  - Глава, - человек поклонился. - Я вернулся.
  - Вижу. - Си Ень сел за стол. - Докладывай.
  Человек выпрямился.
  - Я был около Звёздной башни, - начал он. - Насколько это возможно. Ближе, чем на пять ли, подойти не удалось.
  - Почему?
  - Нечисть, глава. - Голос его был ровным, но Мэйлин уловила в нём тень страха. - Вокруг башни развелась всякая тварь. Тени, что ходят без тел. Мертвецы, что не лежат в могилах. Твари, которым я не знаю названия.
  - Много?
  - Достаточно, чтобы сожрать несколько деревень. - Он помолчал. - Те, кто не успел убежать - их больше нет.
  Мэйлин похолодела.
  - А сама башня?
  - Скрыта, госпожа. - Человек повернулся к ней. - Там, где она стояла - теперь только туман. Чёрный, густой. Не пропускает ни свет, ни взгляд. Я пытался подойти ближе - и чуть не потерял рассудок.
  - А заклинатели? - спросил Цзин Юй. - Заклинатели чёрного источника?
  - Передрались друг с другом. - Человек покачал головой. - Я видел бои на улицах Люйчэна. Видел трупы в форме Звёздной башни. Кто-то бежит, кто-то сражается, кто-то... кто-то присоединился к нечисти.
  - Присоединился?
  - Я видел заклинателей, которые командовали мертвецами, глава. Не знаю, по своей воле или нет.
  Повисла тишина.
  - А глава Звёздной башни? - спросил Си Ень. - Что о нём?
  - С уверенностью могу сказать одно: он исчез. - Человек развёл руками. - Одни говорят - мёртв. Другие - что заперся в башне. Третьи - что его вообще не было последние десять лет, а правил кто-то другой под его именем.
  - Кто?
  - Не знаю, глава. Никто не знает.
  Си Ень откинулся на спинку кресла.
  - Итак, - сказал он медленно. - Башня скрыта и непроницаема. Вокруг развелась нечисть, которая жрёт не успевший разбежаться народ. Заклинатели передрались между собой. Глава исчез неизвестно куда.
  - Да, глава.
  - Там полный хаос, мрак и жуть.
  - Именно так, глава.
  Си Ень посмотрел на него.
  - "Хаос, мрак и жуть", - повторил он задумчиво. - Это очень непрофессиональное описание.
  - Зато точно отражает ситуацию, глава.
  Си Ень не стал спорить.
  - Спасибо, - сказал он. - Свободен. Отдохни. Ты заслужил.
  Человек поклонился и исчез - бесшумно, как тень.
  Они остались втроём - Си Ень, Мэйлин, Цзин Юй.
  - Хаос - это очень плохо, - мрачно сказал Си Ень. - Придётся с этим что-то делать.
  - Что именно? - спросила Мэйлин.
  - Не знаю пока. - Он потёр виски. - Но желательно - не нам одним.
  Цзин Юй кивнул.
  - Это проблема всех башен. Не только Чёрной.
  - Именно.
  Си Ень закрыл глаза и начал массировать виски. Мэйлин видела, как напряжены его плечи, как сжаты губы.
  - Дай мне, - сказала она, подходя.
  Она положила пальцы ему на виски - и золотой свет заструился под её ладонями. Мягкий, тёплый, снимающий боль.
  - А я тебе говорила, - сказала она, - не сидеть всю ночь с отчётами.
  - Это не из-за отчётов. - Си Ень открыл глаза. - Это от мысли, что придётся собирать общий совет.
  Мэйлин замерла.
  - Общий совет?
  - Все семь башен. - Си Ень вздохнул. - Восемь, если считать целителей.
  - И что в этом плохого?
  - Всё. - Он помолчал. - Все переругаются. Большинство будет против совместных действий. Часть переругается и что-нибудь взорвёт. Займёт полгода прийти к какому-нибудь соглашению. И другие радости.
  - Звучит... весело.
  - Ты даже не представляешь. - Си Ень посмотрел на неё. - Последний общий совет был двадцать лет назад. И закончился тем, что глава Воздушной башни проклял главу Земной, а глава Водной устроила наводнение в зале заседаний.
  Мэйлин моргнула.
  - Правда?
  - Правда. Я там был. Мне было двенадцать, и меня взял с собой старый глава. - Он невесело усмехнулся. - Очень познавательный опыт.
  - И другого выхода нет?
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Мы не можем полезть туда сами. Это земли чёрного источника. Если Чёрная башня вторгнется без согласия остальных - это будет война.
  - Но люди гибнут!
  - Знаю. - Голос его был усталым. - Поэтому и нужен совет. Чтобы действовать законно. Чтобы другие башни поддержали. Чтобы...
  Он не договорил.
  Цзин Юй, молчавший всё это время, наконец заговорил:
  - Я могу помочь с Лунной башней. Глава мне доверяет.
  - Это уже что-то. - Си Ень кивнул. - А я попробую поговорить с Белой. У нас... сложные отношения, но они не откажут, если дело серьёзное.
  - А остальные?
  - Остальные... - Си Ень вздохнул. - Остальные будут проблемой.
  Мэйлин сжала его плечо.
  - Мы справимся, - сказала она. - Как всегда.
  - Знаю. - Он накрыл её руку своей. - Просто хотел бы хоть раз пожить спокойно.
  - Это было бы скучно.
  - Это было бы прекрасно.
  
  Глава 50. Приготовления
  
  - Возможно, всё пройдёт не так плохо, как ты описал, - сказал Цзин Юй.
  Си Ень посмотрел на него с сомнением.
  - Ты оптимист.
  - Я реалист. - Цзин Юй пожал плечами. - Ты сейчас в неплохих отношениях с другими башнями. Даже с Белой, что само по себе чудо. Проблема действительно серьёзная - нечисть, пожирающая людей, это не мелкая ссора из-за границ. Я думаю, у нас получится.
  - "У нас получится", - повторил Си Ень. - Когда ты стал таким оптимистом?
  - Когда понял, что пессимизм отнимает слишком много сил.
  Мэйлин фыркнула.
  - Мудрые слова от человека, который не спал три дня из-за карты баланса.
  - Это было необходимое беспокойство.
  - Беспокойство никогда не бывает необходимым.
  - Хорошо, - прервал их Си Ень, поднимаясь. - Будем надеяться на лучшее. Пойдёмте писать приглашения.
  Составление текста приглашения оказалось... непростым.
  Они расположились за столом в кабинете Си Еня - чистый пергамент, кисти, тушь. Цзян Хуо наблюдала за ними с подставки, время от времени издавая скептические звуки.
  - Итак, - Си Ень взял кисть. - "Уважаемые главы семи башен..."
  - Шести, - поправил Цзин Юй. - Звёздная не придёт.
  - Шести. - Си Ень зачеркнул. - "Уважаемые главы шести башен..."
  - Может, не стоит начинать с числа? - предложила Мэйлин. - Звучит как перекличка.
  - Тогда как?
  - "Уважаемые главы башен стихий"?
  - Слишком общо. - Цзин Юй покачал головой. - Нужно что-то более официальное.
  - "Достопочтенные владыки источников"?
  - Слишком пышно.
  - "Братья и сёстры по силе"?
  - Слишком фамильярно. Глава Земной башни меня за такое проклянёт.
  Мэйлин вздохнула.
  - А что было в прошлых приглашениях?
  - Понятия не имею. Последний совет был двадцать лет назад, и приглашения рассылал не я.
  Они переглянулись.
  - Ладно, - сказал Си Ень. - Начнём сначала.
  Час спустя стол был завален черновиками.
  "Уважаемые коллеги" - слишком просто.
  "Высокочтимые повелители стихий" - слишком напыщенно.
  "Досточтимые главы" - приемлемо, но скучно.
  "Братья и сёстры во власти" - Мэйлин засмеялась так, что чуть не опрокинула чернильницу.
  - Может, просто написать "Главам башен"? - предложила она, вытирая слёзы. - Без всяких украшений?
  - Нельзя. - Си Ень покачал головой. - Это будет воспринято как неуважение. Особенно главой Воздушной башни - она помешана на этикете.
  - А если каждому написать отдельное обращение?
  - Тогда кто-нибудь обязательно решит, что его обращение менее почтительно, чем у других, и обидится.
  - Они что, дети?
  - Хуже. Они главы башен.
  Цзин Юй, который последние полчаса молча что-то писал, поднял голову.
  - Вот, - сказал он, протягивая пергамент. - Попробуйте это.
  Си Ень взял лист и прочитал вслух:
  - "Достопочтенным главам башен шести источников. Чёрная башня огненного источника почтительно приветствует вас и, с глубоким сожалением о причине, побудившей взяться за кисть, призывает собраться на совет для обсуждения дела, касающегося безопасности всех земель и всех источников. Угроза, возникшая на землях Звёздной башни, требует совместного решения. Посему приглашаю вас прибыть в Зал Совета к третьему дню следующей луны. С надеждой на мудрость и единство, Си Ень, глава Чёрной башни огненного источника."
  Он замолчал.
  - Ну как? - спросил Цзин Юй.
  - Откуда ты это взял?
  - Из головы. - Цзин Юй пожал плечами. - Я читал много старых документов в библиотеке Лунной башни. Там были образцы.
  - Лунные заклинатели, - пробормотал Си Ень. - Всегда знал, что от вас есть польза.
  - Рад стараться.
  Мэйлин перечитала текст через плечо Си Еня.
  - "С глубоким сожалением о причине" - это хорошо. Показывает, что мы не рады ситуации.
  - "Касающегося безопасности всех земель" - тоже хорошо, - добавил Си Ень. - Подчёркивает, что это не только наша проблема.
  - "С надеждой на мудрость и единство" - немного наивно, но вежливо.
  - Тогда принимаем?
  Они переглянулись.
  - Принимаем, - сказал Си Ень.
  Он вызвал секретарей - троих молодых заклинателей в чёрном, с кистями и пергаментом наготове.
  - Перепишите это, - он передал им текст Цзин Юя. - Шесть копий. Для Белой, Водной, Земной, Воздушной, Лунной башен и для Башни целителей.
  - Слушаемся, глава.
  - Не запечатывайте. Принесите мне все готовые письма на утверждение.
  - Да, глава.
  Секретари поклонились и исчезли.
  Си Ень повернулся к окну. За ним темнело - день прошёл незаметно.
  - Хуан Лэй, - позвал он.
  Советник появился словно из ниоткуда - высокий, сухощавый, с вечным свитком в руках.
  - Глава?
  - Свяжись с нашими людьми у Звёздной башни. Пусть продолжают наблюдение и докладывают немедленно, если ситуация ухудшится.
  - Слушаюсь.
  - И ещё. - Си Ень помолчал. - Пусть тихо помогают непричастным людям убраться оттуда. Крестьянам, торговцам, всем, кто не связан с башней.
  Хуан Лэй кивнул.
  - Будет исполнено.
  - И последнее. Если найдут вменяемого заклинателя чёрного источника, который согласится прийти с ними - пусть приведут. Нам нужен кто-то, кто знает, что там происходит изнутри.
  - Это может быть опасно, глава. Они могут привести шпиона.
  - Знаю. Но рискнуть стоит. - Си Ень усмехнулся. - В конце концов, у нас есть ты, чтобы распознать шпионов.
  - Польщён вашим доверием, глава.
  Хуан Лэй поклонился и вышел.
  Си Ень повернулся к друзьям.
  - А мы готовимся к совету.
  - Нам что готовить? - спросила Мэйлин. - Яды? Проклятья? Ловушки?
  - Терпение. - Си Ень улыбнулся. - Приготовьте всё ваше терпение. И самые роскошные одежды.
  - Одежды?
  - Совет - это не только переговоры. Это ещё и представление. Каждая башня будет пытаться впечатлить остальных. Если мы явимся в обычном - нас не будут воспринимать всерьёз.
  Мэйлин скривилась.
  - Ненавижу парадные одежды.
  - Я тоже. Но придётся потерпеть.
  Цзин Юй кивнул.
  - А где будет проходить совет? В башне?
  - Мне только в башне их не хватало, - фыркнул Си Ень. - Конечно в Зале Совета.
  Он подошёл к стене, где висела большая карта, и указал на точку в нескольких днях пути от Чёрной башни.
  - Вот здесь. Нейтральная территория, построенная специально для таких случаев. Там нет ничьего источника, так что ни у кого не будет преимущества.
  - Разумно.
  - Но мы, как принимающая сторона, должны обеспечить все удобства. - Си Ень вздохнул. - Комнаты для каждой делегации. Еду, подходящую для заклинателей всех источников. Охрану. Слуг. И тысячу других мелочей.
  - Это много работы.
  - Очень много. - Он потёр виски. - И очень мало времени.
  
  *******
  
  Следующие две недели Чёрная башня превратилась в муравейник.
  Слуги сновали по коридорам с тюками, свёртками, ящиками. Заклинатели получали приказы и исчезали, чтобы появиться через несколько дней с новыми поручениями. Кухни работали день и ночь, готовя запасы провизии.
  Си Ень почти не спал - и Мэйлин уже устала ругать его за это.
  - Список делегаций, - диктовал он Хуан Лэю, расхаживая по кабинету. - Белая башня - глава и обычно пять-шесть советников. Им нужны комнаты с видом на восток, золотые заклинатели любят рассветы.
  - Записал, глава.
  - Водная башня - глава и три-четыре приближённых. Им нужен доступ к воде. Фонтан в комнатах или хотя бы большие чаши.
  - Записал.
  - Земная башня - глава и целая свита, человек десять минимум. Они любят показуху. Комнаты на первом этаже, земные заклинатели не любят высоту.
  - Записал.
  - Воздушная башня - глава и два советника, не больше. Они предпочитают уединение. Комнаты на верхних этажах, с большими окнами.
  - Записал.
  - Лунная башня... - Си Ень посмотрел на Цзин Юя. - Что нужно вашим?
  - Тишина, - ответил тот. - И желательно - чтобы окна выходили на север, откуда лучше видно луну.
  - Записал, - сказал Хуан Лэй.
  - Башня целителей - глава и несколько старших целителей. Им нужно... - Си Ень повернулся к Мэйлин. - Что им нужно?
  - Ничего особенного. - Она пожала плечами. - Целители неприхотливы. Но было бы хорошо выделить им комнату под временную лечебницу. На случай, если кто-то что-нибудь взорвёт.
  - Разумно. Записал?
  - Записал, глава.
  Зал Совета готовили отдельно.
  Си Ень отправил туда целую команду - плотников, каменщиков, декораторов. Здание не использовалось двадцать лет и нуждалось в ремонте.
  - Крыша течёт, - докладывал старший мастер. - Стены потрескались. Главный зал в паутине.
  - Почините, - приказал Си Ень. - Всё. К третьему дню следующей луны здесь должен быть дворец, а не развалины.
  - Будет исполнено, глава.
  Работа кипела. Крышу перекрыли. Стены укрепили и побелили. Паутину смели, полы отполировали, окна вставили новые.
  Главный зал - огромный, круглый, с куполообразным потолком - украсили знамёнами всех башен. Семь знамён по кругу, седьмое - чёрное со звёздами - повесили, но задрапировали тканью. Символ того, что Звёздная башня не участвует, но не забыта.
  В центре зала установили круглый стол - огромный, из тёмного дерева, с семью креслами вокруг. Каждое кресло было украшено символом своей башни: пламя для Чёрной, золотой цветок для Белой, волна для Водной, гора для Земной, облако для Воздушной, луна для Лунной, и золотой лотос для Башни целителей.
  - Красиво, - сказала Мэйлин, когда они приехали осмотреть результат.
  - Красиво и дорого, - вздохнул Си Ень. - Надеюсь, оно того стоит.
  Ответы на приглашения приходили один за другим.
  Первой откликнулась Лунная башня - сдержанное, вежливое согласие. Цзин Юй улыбнулся, прочитав его.
  - Глава Лунной башни будет. И она настроена сотрудничать.
  - Уже хорошо.
  Вторым пришёл ответ от Белой башни. Тоже согласие, но более осторожное - "примем участие и выслушаем".
  - Выслушают, - хмыкнул Си Ень. - Уже прогресс. Год назад они бы просто проигнорировали.
  Башня целителей согласилась сразу и безоговорочно - Юн Шэнь написал, что считает своим долгом присутствовать, если речь идёт о жизнях людей.
  - Хороший человек, - сказала Мэйлин.
  - Редкий человек, - поправил Си Ень.
  Водная и Воздушная башни тоже согласились, хотя и с оговорками. Водная хотела гарантий безопасности. Воздушная - подробностей о повестке.
  - Дадим им всё, что просят, - решил Си Ень. - Сейчас не время торговаться.
  Последней ответила Земная башня.
  Письмо было длинным, витиеватым, полным намёков и недомолвок. Си Ень читал его десять минут, потом отложил и потёр виски.
  - Ну что там? - спросила Мэйлин.
  - Они придут. Но...
  - Но?
  - Но глава Земной башни "выражает озабоченность тем, что Чёрная башня взяла на себя инициативу в созыве совета, учитывая историческую напряжённость между огненным и земным источниками".
  - Что это значит?
  - Это значит, что он будет вредничать. - Си Ень вздохнул. - Старый Чжан Вэй никогда меня не любил. И моего предшественника не любил. И предшественника предшественника.
  - Почему?
  - Потому что огонь и земля плохо сочетаются. И потому что лет сто назад кто-то из наших сжёг кого-то из их. Или наоборот. Никто уже не помнит точно.
  - И он до сих пор злится?
  - Земные заклинатели славятся долгой памятью. - Си Ень пожал плечами. - Придётся терпеть.
  За три дня до совета всё было готово.
  Зал Совета сиял чистотой. Комнаты для делегаций были убраны и украшены. Кухни ломились от припасов. Охрана расставлена по всем ключевым точкам.
  - Кажется, мы справились, - сказала Мэйлин, оглядывая результат.
  - Пока да. - Си Ень стоял у окна, глядя на закат. - Но настоящее испытание впереди.
  - Ты боишься?
  - Нет. - Он помолчал. - Я... опасаюсь. Там соберутся семь самых могущественных заклинателей мира. Каждый со своими интересами, амбициями, обидами. Один неверный шаг - и всё рухнет.
  - Ты справишься.
  - Мы справимся. - Он повернулся к ней. - Ты, я, Юй. Вместе.
  Мэйлин улыбнулась.
  - Вместе.
  За окном садилось солнце, окрашивая небо в красное и золотое.
  Завтра начнётся совет.
  Завтра решится судьба мира.
  
  Глава 51. Прибытие
  
  Первой прибыла делегация Водной башни.
  
  Они появились на рассвете - словно туман, поднявшийся от реки. Семеро заклинателей в одеждах цвета морской волны, с волосами, отливающими синевой, с глазами, в которых плескалась глубина океанов.
  
  Во главе процессии шла женщина - высокая, стройная, с лицом холодным и прекрасным, как зимнее море. Глава Водной башни, Лань Юэ, владычица приливов.
  
  Си Ень встретил её у ворот - в парадных чёрных одеждах, с огненными искрами в волосах.
  
  - Госпожа Лань, - он поклонился. - Водная башня оказывает нам честь.
  
  - Глава Си. - Она ответила лёгким кивком. - Надеюсь, причина, по которой вы нас собрали, действительно так серьёзна, как вы писали.
  
  - Серьёзнее, госпожа. Намного серьёзнее.
  
  Её глаза сузились - но она ничего не сказала. Только кивнула своей свите и позволила слугам проводить их к отведённым комнатам.
  
  * * *
  
  Земная башня прибыла к полудню.
  
  Они не шли - они ступали. Тяжело, основательно, так что земля, казалось, дрожала под их ногами. Десять заклинателей в коричневых и зелёных одеждах, широкоплечих, крепких, с руками, покрытыми мозолями от работы с камнем.
  
  Глава Земной башни, Чжан Вэй, был стар - ему было за семьдесят, но он двигался с уверенностью горы, которая простоит ещё тысячу лет. Седые волосы, борода до пояса, глаза цвета мокрой глины.
  
  - Молодой Си, - проскрипел он вместо приветствия.
  
  - Глава Чжан. - Си Ень поклонился чуть глубже, чем Лань Юэ - земные заклинатели ценили почтение к старшим. - Благодарю, что откликнулись на приглашение.
  
  - Посмотрим, стоило ли откликаться. - Старик смерил его взглядом. - Ты похож на своего предшественника. Такой же... горячий.
  
  - Принимаю это как комплимент.
  
  - Это не комплимент.
  
  Чжан Вэй прошёл мимо, даже не взглянув на приготовленных слуг. Его свита потянулась следом - молчаливая, тяжёлая, как каменная лавина.
  
  Си Ень проводил их взглядом и тихо выдохнул.
  
  - Это будет долгий совет, - пробормотал он.
  
  * * *
  
  Воздушная башня прибыла так тихо, что никто не заметил.
  
  Просто в какой-то момент они оказались здесь - трое заклинателей в белых одеждах, лёгких, почти невесомых. Глава Воздушной башни, Фэн Ли, была женщиной неопределённого возраста - она могла быть тридцатилетней или столетней, невозможно сказать. Седые волосы развевались, хотя ветра не было, а глаза были цвета пасмурного неба.
  
  - Глава Фэн, - Си Ень поклонился. - Добро пожаловать.
  
  - Глава Си. - Её голос был как шёпот ветра в листве. - Мы услышали ваш зов.
  
  - Благодарю, что пришли.
  
  - Ветер несёт вести о тьме на востоке. - Она склонила голову. - Мы пришли слушать. И, возможно, действовать.
  
  Она прошла мимо - бесшумно, как облако.
  
  * * *
  
  Белая башня прибыла с помпой.
  
  Золотые паланкины, слуги в белых одеждах, знамёна с символом золотого цветка. Шестеро заклинателей - все в белом и золотом, все красивые, как на картинке.
  
  Глава Белой башни, Цзинь Хуа, была женщиной за пятьдесят - но выглядела моложе благодаря силе золотого источника. Золотые пряди в чёрных волосах, золотые искры в карих глазах, улыбка, которая могла быть тёплой или холодной в зависимости от настроения.
  
  - Глава Си, - она улыбнулась - тепло, как показалось Мэйлин, наблюдавшей издалека. - Рада вас видеть.
  
  - Взаимно, госпожа Цзинь. - Си Ень поклонился. - Белая башня всегда желанный гость.
  
  - Льстец. - Но улыбка стала шире. - Я слышала, у вас теперь своя целительница? Из наших?
  
  - Мэйлин. - Си Ень кивнул. - Она здесь. Вы сможете познакомиться.
  
  - С нетерпением жду.
  
  Делегация Белой башни прошествовала к своим комнатам, оставляя за собой лёгкий аромат цветов.
  
  * * *
  
  Лунная башня прибыла на закате - как и положено.
  
  Пятеро заклинателей в серебристых одеждах, с волосами всех оттенков серого и серебряного. Глава Лунной башни, Юэ Лин, была молода - моложе всех остальных глав - но в её глазах была мудрость тысячи прожитых жизней.
  
  Цзин Юй вышел встречать её вместе с Си Енем.
  
  - Учитель, - она поклонилась ему. - Рада вас видеть.
  
  - Я больше не твой учитель, Юэ Лин, - мягко сказал Цзин Юй. - Ты сама теперь глава.
  
  - Вы всегда будете моим учителем. - Она улыбнулась. - И я благодарна, что вы здесь.
  
  Си Ень наблюдал за ними с лёгкой улыбкой.
  
  - Добро пожаловать, глава Юэ, - сказал он. - Лунная башня - наш союзник и друг.
  
  - Чёрная башня тоже, - ответила она. - Мы здесь, чтобы помочь.
  
  * * *
  
  Башня целителей прибыла последней из тех, кто прибыл в первый день.
  
  Юн Шэнь вёл делегацию сам - пятеро старших целителей в белых одеждах с вышитыми золотыми лотосами. Они несли с собой сумки с инструментами и травами - на всякий случай.
  
  - Глава Юн, - Си Ень поклонился. - Благодарю, что пришли.
  
  - Там, где гибнут люди, целители должны быть, - просто ответил Юн Шэнь. - Это наш долг.
  
  Мэйлин вышла встретить его - и он улыбнулся, увидев её.
  
  - Мэйлин. Ты выглядишь хорошо.
  
  - Благодарю, учитель. - Она поклонилась. - Рада вас видеть.
  
  - И я тебя. - Он посмотрел на неё внимательно. - Слышал, ты теперь золотая госпожа Чёрной башни?
  
  Мэйлин покраснела.
  
  - Это просто прозвище...
  
  - Это знак уважения. - Юн Шэнь положил руку ей на плечо. - Я горжусь тобой.
  
  * * *
  
  Вечером, когда суета немного улеглась, Си Ень нашёл Мэйлин в её временных комнатах.
  
  - Завтра подтянутся самые осторожные, - сказал он, прислонившись к дверному косяку. - И можно будет начинать.
  
  - Кто ещё не приехал?
  
  - Никто. Все здесь. - Он усмехнулся. - Просто некоторые предпочитают появиться в последний момент. Для драматического эффекта.
  
  Мэйлин фыркнула.
  
  - Главы башен - как дети.
  
  - Хуже. - Он помолчал. - Мэйлин, хочешь быть хозяйкой этого мероприятия?
  
  Она подняла голову.
  
  - Что?
  
  - Хозяйкой. Официально. Представлю тебя главам, будешь сидеть со мной во главе стола.
  
  Мэйлин уставилась на него.
  
  - Я и так с ног сбилась за эти недели. Какие ещё обязанности ты хочешь на меня переложить?
  
  - Только самые почётные. - Си Ень улыбнулся. - Это не обязанность, Мэйлин. Это честь. Ты будешь представлять Чёрную башню вместе со мной.
  
  - Ты в своём уме?
  
  - Тебе лучше знать. Ты целительница.
  
  - Си Ень, это... это безумие! Я не заклинательница огненного источника! Я даже не...
  
  - Ты золотая госпожа Чёрной башни, - перебил он. - Нравится тебе это или нет. Заклинатели уважают тебя. Слушают тебя. Боятся тебя, в конце концов.
  
  - Это не причина...
  
  - Это именно причина. - Он посмотрел на неё серьёзно. - Подумай. Я не требую ответа сейчас.
  
  И прежде чем она успела возразить, он исчез за дверью.
  
  * * *
  
  В коридоре его перехватил Цзин Юй.
  
  - Си Ень, подожди.
  
  - Что случилось?
  
  - Вот. - Цзин Юй протянул ему свиток. - Это моя подготовленная речь. Прочти и одобри.
  
  Си Ень взял свиток, повертел в руках - и вернул обратно.
  
  - Я в тебя верю. Ты не мог написать там глупостей.
  
  - Но...
  
  - Юй, я знаю тебя. Ты перечитал эту речь сто раз. Переписал двадцать. Выверил каждое слово. - Он похлопал его по плечу. - Всё будет хорошо.
  
  - Ну смотри, глава. - Цзин Юй нервно сжал свиток. - А если я завтра что-то не то скажу?
  
  - Тогда я буду рядом и исправлю. - Си Ень вдруг схватил его за руку. - Пошли.
  
  - Куда?
  
  - Речи репетировать.
  
  Он потащил Цзин Юя по коридору - быстро, не давая опомниться.
  
  - Подожди... это не в ту сторону... это же...
  
  Они вышли во внутренний двор, где располагалась тренировочная арена.
  
  - Боевая арена? - Цзин Юй остановился. - Ты собираешься репетировать речи на боевой арене?
  
  - Нет. - Си Ень снял верхнюю мантию и бросил на перила. - Я собираюсь драться.
  
  - Что?!
  
  - Мне нужно успокоиться. - Он начал разминать плечи. - Весь день улыбался, кланялся, говорил правильные слова. Ещё немного - и я кого-нибудь подожгу.
  
  - И ты хочешь, чтобы я...
  
  - Да.
  
  - Ты знаешь, сколько я не применял боевую магию? - Цзин Юй скрестил руки на груди. - Месяцы. Может, год.
  
  - Ну вот и освежишь навыки.
  
  - Это плохая идея.
  
  - Это отличная идея. - Си Ень вышел в центр арены и повернулся к нему. - Давай, Юй. Как в старые времена.
  
  Цзин Юй смотрел на него - на этого человека, который только что принимал глав величайших башен мира, а теперь стоял посреди арены с мальчишеским блеском в глазах.
  
  - Ты невозможен, - сказал он.
  
  И снял свою мантию.
  
  * * *
  
  Первый удар Си Ень нанёс без предупреждения.
  
  Огненный хлыст рассёк воздух - Цзин Юй едва успел уклониться, откатившись в сторону.
  
  - Эй! - крикнул он. - Я ещё не был готов!
  
  - Враг не будет ждать, пока ты будешь готов!
  
  Второй удар - огненный шар, летящий прямо в грудь. Цзин Юй поднял руку, и серебряный щит вспыхнул перед ним, отражая пламя.
  
  - Неплохо, - одобрил Си Ень. - А теперь атакуй.
  
  Цзин Юй атаковал.
  
  Лунная магия была не такой, как огненная - не яростной, не всепоглощающей. Она была холодной, точной, неумолимой. Серебряные лезвия рассекли воздух - тонкие, почти невидимые.
  
  Си Ень уклонился от первого, отбил второе огненным клинком, третье рассёк пополам.
  
  - Ты заржавел, - сказал он.
  
  - Я не боец.
  
  - Ты был первым учеником Белой башни. Ты бился с демонами в печати. Ты...
  
  - Я учитель, - перебил Цзин Юй. - Теперь - учитель.
  
  - Учитель тоже должен уметь защитить себя.
  
  Си Ень ударил снова - на этот раз серьёзнее. Огненный дракон взвился в воздух, разинув пасть, изрыгая пламя.
  
  Цзин Юй не стал уклоняться. Он поднял обе руки - и лунный свет хлынул из его ладоней, яркий, холодный, всепоглощающий. Дракон врезался в этот свет - и растворился, как туман на рассвете.
  
  - Вот так, - одобрил Си Ень. - Вот это я помню.
  
  Они кружили по арене - огонь и луна, красное и серебряное. Удар, блок, контратака. Пламя взвивалось к небу, лунный свет заливал землю.
  
  Это не было настоящим боем - скорее танцем, отработанным за годы дружбы. Они знали друг друга слишком хорошо, чтобы действительно навредить.
  
  Но со стороны это выглядело впечатляюще.
  
  Огненные стены вставали и рушились. Серебряные копья летели и разбивались. Земля под ногами плавилась от жара и покрывалась инеем от холода.
  
  - Признай, - выдохнул Си Ень, уклоняясь от очередного лунного лезвия, - тебе это нравится.
  
  - Мне это... - Цзин Юй отбил огненный шар, - ...необходимо. Для здоровья.
  
  - Для здоровья?
  
  - Стресс снимает.
  
  Си Ень расхохотался - и послал в него сразу три огненных шара.
  
  * * *
  
  Мэйлин услышала шум с другого конца здания.
  
  Взрывы, треск, странное гудение - словно кто-то развёл костёр размером с дом. Она выглянула в окно - и увидела зарево над внутренним двором.
  
  - Что за...
  
  Она схватила сумку с инструментами - рефлекс - и побежала.
  
  По дороге ей попались несколько слуг, которые тоже бежали к арене - но не тушить пожар, а смотреть. Их лица светились восторгом.
  
  - Что происходит?! - крикнула она.
  
  - Глава дерётся! - ответил один из них. - С серебряным господином!
  
  - Что?!
  
  Мэйлин выскочила во двор - и застыла.
  
  Арена пылала. Не в прямом смысле - хотя и в прямом тоже - но энергия, которая бушевала там, была почти осязаемой. Огонь и лунный свет сплетались в невозможные узоры, два силуэта метались среди этого хаоса.
  
  Си Ень смеялся - громко, радостно, как ребёнок. Цзин Юй был сосредоточен, но в его глазах тоже что-то светилось - что-то похожее на удовольствие.
  
  Они не заметили её. Были слишком увлечены.
  
  Мэйлин смотрела на них секунду. Две. Три.
  
  Потом набрала воздуха в грудь.
  
  - ВЫ ЧТО ТВОРИТЕ?!
  
  Её голос разнёсся по двору - и оба заклинателя замерли.
  
  Огонь погас. Лунный свет рассеялся. Си Ень и Цзин Юй стояли посреди разрушенной арены - потные, растрёпанные, с совершенно виноватыми лицами.
  
  - Мэйлин... - начал Си Ень.
  
  - Не "Мэйлин" мне! - Она шагнула к ним, и оба невольно отступили. - Завтра совет! Завтра! Решается судьба мира! А вы тут... вы тут...
  
  - Разминаемся? - предположил Цзин Юй.
  
  - Разминаетесь?! - Мэйлин уперла руки в бока. - Половина глав башен уже здесь! Они видят это зарево! Они слышат эти взрывы! Что они подумают?!
  
  - Что Чёрная башня сильна? - попробовал Си Ень.
  
  - Что Чёрная башня сошла с ума! - Мэйлин подошла ближе и ткнула его пальцем в грудь. - Ты! Ты должен проверять гостей! Убедиться, что всем удобно! Что никто ни с кем не подрался!
  
  - Но...
  
  - Никаких "но"! - Она повернулась к Цзин Юю. - А ты! Ты должен репетировать речь! Ту самую, которую ты так боялся испортить!
  
  - Технически, Си Ень сказал, что верит в меня...
  
  - Мне всё равно, что он сказал! - Мэйлин схватила их обоих за руки - каждого за одну - и потащила к выходу. - Марш! Оба! Ты - к гостям! Ты - к свиткам! И чтобы я больше не видела никаких огненных драконов до конца совета!
  
  - Но...
  
  - До конца совета!
  
  Слуги, наблюдавшие эту сцену, старательно прятали улыбки.
  
  Глава Чёрной башни и основатель Лунной академии - два могущественнейших заклинателя - покорно шли за маленькой целительницей, как нашкодившие мальчишки.
  
  - Золотая госпожа страшнее дракона, - прошептал один слуга другому.
  
  - Золотая госпожа и есть дракон, - ответил тот.
  
  И оба поспешили убраться с дороги.
  
  ***
  
  Крыша временной резиденции Чёрной башни была плоской и гладкой - идеальное место, чтобы спрятаться от суеты внизу.
  
  Они устроились втроём - Си Ень, Мэйлин и Цзин Юй - среди подушек и одеял, которые Мэйлин притащила из своих комнат. Рядом стоял поднос с чайником, пирожными и кипой докладов, которые Си Ень притворялся, что читает.
  
  Ночное небо раскинулось над ними - бархатно-чёрное, усыпанное звёздами. Луна висела низко, почти полная, заливая крышу серебристым светом.
  
  - Готово, - сказал Цзин Юй.
  
  Он сплёл последний знак - и в воздухе перед ними вспыхнула линза. Круглая, прозрачная, размером с большое блюдо. Сквозь неё было видно здание Зала Совета - далёкое, но чёткое, словно они смотрели в окно соседнего дома.
  
  - Полезное заклинание, - одобрила Мэйлин.
  
  - Лунная магия. - Цзин Юй пожал плечами. - Мы хорошо видим в темноте.
  
  Си Ень наклонился к линзе, разглядывая здание.
  
  - Делегация Водной башни заняла восточное крыло. Хорошо. Земная - на первом этаже, как мы и планировали. Воздушная - на верхних этажах, свет у них погашен...
  
  - Они медитируют, - сказал Цзин Юй. - Глава Фэн всегда медитирует перед важными событиями.
  
  - А Белая башня?
  
  - Западное крыло. Свет горит. - Цзин Юй прищурился. - Кажется, у них какое-то собрание.
  
  - Обсуждают стратегию, - хмыкнул Си Ень. - Золотые заклинатели всегда обсуждают стратегию.
  
  - Это плохо?
  
  - Это... предсказуемо.
  
  Мэйлин взяла пирожное и откусила кусок.
  
  - А Лунная башня?
  
  - Северное крыло. Тихо. - Цзин Юй улыбнулся. - Глава Юэ уже спит. Она рано ложится.
  
  - Разумная женщина.
  
  Они помолчали, наблюдая за Залом Совета. Огни в окнах мерцали, тени двигались за занавесками. Завтра все эти люди соберутся в одном зале - и от их решения будет зависеть судьба целого региона.
  
  - Ты готов, глава? - спросил Цзин Юй.
  
  Си Ень не ответил сразу. Он смотрел на линзу - на здание, на огни, на звёзды над ним.
  
  - Готов, - сказал он наконец. - Сбежать отсюда. Можно прямо к Звёздной башне.
  
  - Си Ень...
  
  - Мне завтра нужно быть убедительным. - Он откинулся на подушки, глядя в небо. - Вежливым. Не взорваться. Никого не убить. - Он страдальчески поморщился. - И, возможно, с моей репутацией даже это не поможет.
  
  - Да, репутация у тебя... - Цзин Юй помолчал, подбирая слово. - Угрожающая.
  
  - Спасибо, утешил.
  
  - Но, может, это нам на пользу?
  
  Си Ень повернул голову.
  
  - На какую пользу?
  
  - Тебя боятся, - сказал Цзин Юй. - Все знают, на что ты способен. Знают, что ты не блефуешь. Если ты говоришь, что угроза серьёзна - значит, она действительно серьёзна.
  
  - И поэтому они согласятся помочь?
  
  - Поэтому они хотя бы выслушают.
  
  Си Ень покачал головой.
  
  - Мне нужен союз с ними, Юй. Настоящий союз. Не уклончивые ответы и отговорки, не "мы подумаем" и "мы обсудим". - Он снова поморщился. - Мне нужно, чтобы они действовали. Вместе. Сейчас.
  
  - И ты думаешь, они не согласятся?
  
  - Я думаю... - Си Ень вздохнул. - Я думаю, что каждый из них будет искать выгоду для себя. Чжан Вэй захочет что-то взамен. Лань Юэ будет осторожничать. Фэн Ли будет философствовать о балансе и ждать знаков. И так далее.
  
  - А Белая башня?
  
  - Белая башня... - Он помолчал. - С Цзинь Хуа у меня хорошие отношения. Но она тоже не будет рисковать своими людьми без веской причины.
  
  - Нечисть, пожирающая деревни, - это не веская причина?
  
  - Для меня - да. Для них... - Си Ень не договорил.
  
  Повисла тишина.
  
  Ночной ветер шевелил волосы, звёзды мерцали над головой. Где-то внизу слышались голоса стражников, меняющих караул.
  
  - Хватит демонстративно страдать, - сказала Мэйлин.
  
  Оба повернулись к ней.
  
  Она сидела, скрестив ноги, с чашкой чая в руках. Лицо её было спокойным, решительным.
  
  - Хорошо, - сказала она. - Я согласна.
  
  - На что? - не понял Си Ень.
  
  - Быть хозяйкой совета. - Она отпила чай. - Раз уж ты просил.
  
  Си Ень сел.
  
  - Правда?
  
  - Правда. - Мэйлин пожала плечами. - Буду держать тебя за руку, чтобы не сбежал. И заговаривать им зубы, пока ты будешь собираться с мыслями.
  
  - Мэйлин...
  
  - Ты же сам сказал - это честь. - Она улыбнулась - немного нервно, но искренне. - И кто-то должен следить, чтобы ты не натворил глупостей.
  
  Си Ень смотрел на неё - и что-то в его лице смягчилось. Напряжение, которое он носил весь день, немного отступило.
  
  - Спасибо, - сказал он. И улыбнулся - той самой сияющей улыбкой, которая так редко появлялась на его лице. - Я знал, что на тебя можно положиться.
  
  - Конечно можно. - Мэйлин фыркнула. - Я же золотая госпожа. Мне положено быть надёжной.
  
  - Ты ненавидишь это прозвище.
  
  - Ненавижу. Но раз уж оно прилипло... - Она махнула рукой. - Пусть хоть какая-то польза от него будет.
  
  Цзин Юй наблюдал за ними с лёгкой улыбкой.
  
  - Вы двое... - начал он.
  
  - Что?
  
  - Ничего. - Он покачал головой. - Просто рад, что вы есть.
  
  Мэйлин потянулась и похлопала его по руке.
  
  - Мы тоже рады, что ты есть, серебряный.
  
  Они сидели втроём на крыше - три друга под звёздным небом. Завтра их ждал совет, споры, интриги. Завтра нужно будет быть сильными, умными, убедительными.
  
  Но сейчас - сейчас можно было просто сидеть. Пить чай. Смотреть на звёзды.
  
  - А теперь, - сказала Мэйлин, поднимаясь, - идите отдыхать. Оба.
  
  - Но...
  
  - Будете сопротивляться - напою сонным зельем.
  
  - Ты не посмеешь.
  
  - Хочешь проверить?
  
  Си Ень посмотрел на неё - на её скрещённые руки, на её упрямо сжатые губы.
  
  - Нет, - сказал он. - Не хочу.
  
  - Вот и умница.
  
  - Я глава Чёрной башни...
  
  - Я знаю. Иди спать, глава Чёрной башни.
  
  Си Ень вздохнул - но встал. Цзин Юй поднялся следом.
  
  - Она всегда такая? - спросил он тихо.
  
  - Всегда, - ответил Си Ень. - Привыкай.
  
  Они спустились с крыши - все трое. Разошлись по своим комнатам.
  
  
  
  И удивительно - несмотря на все тревоги, все страхи, все сомнения - уснули почти сразу.
  
  Может, это было зелье, которое Мэйлин всё-таки подлила им в чай.
  
  А может - просто знание того, что они не одни.
  
  Завтра будет совет.
  
  Завтра решится многое.
  
  Но сегодня - сегодня можно отдохнуть.
  
  Глава 52. Совет
  
  Зал Совета сиял.
  
  Утреннее солнце лилось сквозь высокие окна, играя на отполированном камне пола, на золотой вышивке знамён, на драгоценных камнях в одеждах собравшихся. Семь кресел стояли вокруг круглого стола - каждое занято, каждое окружено свитой советников и помощников.
  
  Си Ень стоял у своего места - в парадных чёрных одеждах с огненной вышивкой, с волосами, собранными в высокий узел, с лицом спокойным и непроницаемым. Рядом с ним - Мэйлин, в белом платье целительницы, расшитом золотыми лотосами, с золотыми серьгами, которые он подарил ей на экзамен.
  
  Она нервничала - он видел это по тому, как она сжимала руки. Но держалась прямо, с достоинством.
  
  - Достопочтенные главы, - голос Си Еня разнёсся по залу, - Чёрная башня приветствует вас.
  
  Он поклонился - неглубоко, как равный равным.
  
  - Позвольте представить вам госпожу Мэйлин, целительницу золотого источника, хозяйку этого собрания.
  
  Мэйлин поклонилась - глубже, чем он.
  
  - Для меня честь приветствовать столь высоких гостей, - сказала она. Голос не дрогнул. - Надеюсь, ваше пребывание здесь было комфортным.
  
  Взгляды глав обратились к ней - оценивающие, любопытные.
  
  - Золотая госпожа Чёрной башни, - протянула Цзинь Хуа, глава Белой башни. Её губы изогнулись в улыбке. - Я много слышала о вас, дитя. Говорят, вы держите огненных заклинателей в кулаке крепче, чем сам глава.
  
  - Преувеличение, госпожа Цзинь. - Мэйлин улыбнулась в ответ. - Я всего лишь слежу за их здоровьем.
  
  - И за их поведением, если верить слухам.
  
  - Здоровье и поведение часто связаны.
  
  Цзинь Хуа рассмеялась - негромко, одобрительно.
  
  - Мне нравится эта девочка, - сказала она Си Еню. - Хороший выбор.
  
  - Благодарю, госпожа.
  
  * * *
  
  Чжан Вэй, глава Земной башни, не разделял её энтузиазма.
  
  - Целительница золотого источника в качестве хозяйки совета Чёрной башни, - проскрипел он. - Необычно.
  
  - Времена меняются, глава Чжан, - ответил Си Ень.
  
  - Не всегда к лучшему.
  
  - Не всегда к худшему.
  
  Старик смерил его взглядом - тяжёлым, как горная порода.
  
  - Ваш предшественник никогда не позволил бы чужаку представлять башню.
  
  - Мой предшественник мёртв. - Голос Си Еня остался ровным. - А я - здесь. И я принимаю решения так, как считаю нужным.
  
  Воздух между ними сгустился. Мэйлин почувствовала, как температура в зале поднялась на несколько градусов.
  
  - Господа, - мягко вмешалась Лань Юэ, глава Водной башни. - Мы здесь не для того, чтобы обсуждать внутренние дела Чёрной башни. Если я правильно поняла приглашение, есть более серьёзные вопросы.
  
  - Госпожа Лань права, - кивнула Фэн Ли, глава Воздушной башни. Её голос был как шёпот ветра. - Давайте перейдём к делу. Я чувствую... беспокойство в воздухе. Что-то нарушает равновесие.
  
  - Именно об этом мы и хотели поговорить. - Си Ень жестом пригласил всех сесть. - Прошу вас.
  
  * * *
  
  Когда все расселись, Си Ень кивнул Цзин Юю.
  
  - Позвольте представить вам Цзин Юя, основателя Академии Серебряного озера, бывшего первого ученика Белой башни, ныне - заклинателя лунного источника.
  
  Шёпот прошёл по залу. Все знали эту историю - или думали, что знают.
  
  Цзин Юй встал. Он был бледен - но голос его звучал твёрдо.
  
  - Достопочтенные главы, - он поклонился. - Благодарю за возможность обратиться к вам.
  
  Он развернул карту баланса - ту самую, которую показывал Си Еню - и повесил её на специальную подставку так, чтобы все могли видеть.
  
  - Это карта баланса сил, - начал он. - Она показывает соотношение энергии каждого источника в мире. Лунная башня хранила древние техники измерения, и мы с главой Юэ адаптировали их для современного использования.
  
  Он указал на разноцветные секторы.
  
  - Как вы видите, большинство источников находятся в относительном равновесии. Огненный, золотой, водный, земной, воздушный, лунный - все они колеблются в пределах нормы.
  
  Его палец остановился на чёрном секторе.
  
  - Но вот это - источник тьмы. Три месяца назад этот сектор был вдвое меньше. Два месяца назад я начал отслеживать изменения систематически. Месяц назад стало очевидно, что это не случайное колебание.
  
  - Рост продолжается? - спросила Юэ Лин, глава Лунной башни.
  
  - Да. И ускоряется. - Цзин Юй помолчал. - По моим расчётам, если ничего не изменится, через полгода источник тьмы станет доминирующим. А это означает...
  
  - Что именно это означает? - перебил Чжан Вэй. - Говори яснее, мальчик.
  
  Цзин Юй выдержал его взгляд.
  
  - Это означает, что баланс мира нарушится. Тьма начнёт поглощать другие источники. Сначала - ближайшие территории. Потом - дальше. - Он обвёл взглядом собравшихся. - Это касается всех нас. Не только Звёздной башни. Всех.
  
  Повисла тишина.
  
  - Откуда такая уверенность? - спросила Лань Юэ. - Это теория или факт?
  
  - Это древние записи, госпожа. - Цзин Юй достал свиток. - В архивах Лунной башни я нашёл описание похожего случая. Три тысячи лет назад источник тьмы начал расти - и поглотил два соседних региона, прежде чем его удалось остановить.
  
  - Как его остановили?
  
  - Объединёнными силами всех башен. - Цзин Юй положил свиток на стол. - Это заняло десять лет и стоило тысяч жизней.
  
  Снова тишина - тяжелее, чем раньше.
  
  - Это было три тысячи лет назад, - сказала Фэн Ли задумчиво. - Мир изменился.
  
  - Источники не изменились, - ответил Цзин Юй. - И законы баланса - тоже.
  
  * * *
  
  Си Ень поднялся.
  
  - Благодарю, Цзин Юй. - Он обвёл взглядом собравшихся. - Теперь позвольте мне рассказать, что мы знаем о текущей ситуации.
  
  Он кивнул Хуан Лэю, который развернул карту земель Звёздной башни.
  
  - Мои люди были там. Вот что они видели.
  
  Голос его стал жёстче.
  
  - Звёздная башня скрыта. На её месте - непроницаемый туман, в который невозможно войти. Вокруг - нечисть. Тени без тел, мертвецы, которые не лежат в могилах, твари, которым нет названия.
  
  Он указал на несколько точек на карте.
  
  - Эти деревни - уничтожены. Эти - покинуты. Эти - пока держатся, но надолго их не хватит.
  
  - А заклинатели чёрного источника? - спросила Цзинь Хуа.
  
  - Дерутся между собой. Хаос. Кто-то бежит, кто-то сражается, кто-то... присоединился к нечисти.
  
  - Присоединился?
  
  - Мои люди видели заклинателей, командующих мертвецами.
  
  Шёпот прошёл по залу - встревоженный, испуганный.
  
  - А глава Звёздной башни? - спросил Юн Шэнь глава Башни целителей.
  
  - Исчез. Никто не знает - мёртв, заперся в башне или его вообще не существовало последние годы.
  
  Си Ень выпрямился.
  
  - Вот что я предлагаю, - сказал он. - Объединённая экспедиция. Заклинатели от каждой башни. Цель - добраться до Звёздной башни, выяснить, что происходит, и остановить это.
  
  - Остановить как? - спросила Лань Юэ.
  
  - Это зависит от того, что мы найдём. Может, башне нужна помощь. Может, источник нужно стабилизировать. Может... - он помолчал, - может, нужно будет принять более жёсткие меры.
  
  - Какие именно меры? - Чжан Вэй прищурился.
  
  - Те, которые понадобятся.
  
  - Это не ответ.
  
  - Это единственный ответ, который я могу дать сейчас. - Си Ень встретил его взгляд. - Мы не знаем, что там. Именно поэтому нужно выяснить.
  
  * * *
  
  И тут началось.
  
  - Объединённая экспедиция? - Чжан Вэй ударил ладонью по столу. - На земли другой башни? Без приглашения? Это вторжение!
  
  - Это спасательная операция, - возразил Си Ень.
  
  - Для кого? Для нечисти?
  
  - Для людей, которые там гибнут!
  
  - Люди гибнут везде. Это не повод нарушать границы.
  
  - Глава Чжан, - вмешалась Лань Юэ, - возможно, стоит рассмотреть...
  
  - Рассмотреть что? - старик повернулся к ней. - Что молодой Си хочет использовать эту ситуацию, чтобы расширить своё влияние? Что Чёрная башня давно зарится на земли чёрного источника?
  
  - Это абсурд! - вспыхнул Си Ень.
  
  - Это история! - рявкнул Чжан Вэй. - Твой предшественник...
  
  - Мой предшественник - не я!
  
  Температура в зале подскочила. Мэйлин видела, как воздух над головой Си Еня начал дрожать от жара.
  
  Она положила руку ему на плечо - лёгко, почти незаметно.
  
  Он глубоко вдохнул. Жар отступил.
  
  - Прошу прощения, - сказал он ровнее. - Я не хотел повышать голос.
  
  Чжан Вэй фыркнул, но промолчал.
  
  - Возможно, - сказала Фэн Ли своим шелестящим голосом, - нам стоит подождать. Понаблюдать. Ситуация может разрешиться сама.
  
  - Сама? - Цзин Юй подался вперёд. - Нечисть пожирает людей, а мы будем наблюдать?
  
  - Поспешные действия могут ухудшить положение. Ветер учит терпению.
  
  - Ветер не учит мёртвых!
  
  - Достаточно! - Юэ Лин подняла руку. - Давайте говорить по очереди.
  
  - Я поддерживаю главу Юэ, - кивнула Цзинь Хуа. - И у меня есть вопросы. - Она посмотрела на Си Еня. - Допустим, мы согласимся. Кто поведёт эту экспедицию?
  
  - Я готов возглавить её сам.
  
  - Как удобно. - Чжан Вэй скривился. - Глава Чёрной башни лично поведёт армию на чужие земли.
  
  - Это не армия, глава Чжан. Это...
  
  - Это будет выглядеть как армия. И восприниматься как армия.
  
  - А что вы предлагаете? - вмешалась Мэйлин.
  
  Все повернулись к ней.
  
  - Госпожа целительница, - Чжан Вэй смерил её взглядом, - это дела заклинателей.
  
  - Я заклинательница. - Мэйлин выдержала его взгляд. - И целительница. И я видела, что происходит, когда люди спорят вместо того, чтобы действовать. Видела умирающих, которых можно было спасти, если бы кто-то принял решение на день раньше.
  
  - Девочка...
  
  - Глава Чжан. - Её голос стал жёстче. - Я не прошу вас соглашаться. Я прошу вас предложить альтернативу. Если экспедиция под командованием главы Си вас не устраивает - кто должен её возглавить?
  
  Чжан Вэй открыл рот - и закрыл.
  
  - Вот именно, - сказала Мэйлин. - Пока нет альтернативы - давайте обсуждать то, что есть.
  
  В зале повисла тишина.
  
  Цзинь Хуа тихо рассмеялась.
  
  - О да, - сказала она. - Мне определённо нравится эта девочка.
  
  * * *
  
  Обсуждение продолжилось - теперь чуть спокойнее.
  
  - Сколько людей нужно для экспедиции? - спросила Лань Юэ.
  
  - От каждой башни - пять-десять заклинателей, - ответил Си Ень. - Сильных, опытных. Способных работать в команде.
  
  - Это много.
  
  - Это необходимо. Мы не знаем, с чем столкнёмся.
  
  - А целители? - спросил Юн Шэнь.
  
  - Обязательно. Минимум по два на каждую группу.
  
  - Башня целителей предоставит столько, сколько нужно, - сказал Юн Шэнь. - Если совет примет решение действовать.
  
  - Если, - повторила Фэн Ли. - Это большое "если".
  
  - Какие ещё есть возражения? - спросил Си Ень.
  
  - Кто будет принимать решения на месте? - спросила Юэ Лин. - Если там действительно хаос - нужна чёткая командная структура.
  
  - Я предлагаю совет командиров, - ответил Си Ень. - По одному представителю от каждой башни. Решения принимаются большинством голосов.
  
  - А если голоса разделятся поровну?
  
  - Тогда решающий голос - у того, кто имеет больше опыта в данной ситуации.
  
  - То есть у тебя, - хмыкнул Чжан Вэй.
  
  - Не обязательно. Если мы столкнёмся с чем-то, требующим знаний земной магии - решающий голос будет у вашего представителя, глава Чжан.
  
  Старик замолчал - видимо, не ожидал такого ответа.
  
  - Это... разумно, - признала Лань Юэ.
  
  - Разумно, но недостаточно, - возразила Фэн Ли. - Нужны гарантии. Что экспедиция не превратится в захват территории. Что после выполнения задачи все вернутся домой.
  
  - Какие гарантии вы хотите?
  
  - Письменные. Заверенные всеми главами.
  
  - Согласен.
  
  Фэн Ли моргнула - явно не ожидала такой лёгкой победы.
  
  - И временные рамки, - добавила Цзинь Хуа. - Сколько продлится экспедиция?
  
  - Месяц. Максимум - два. Если за это время не удастся решить проблему - вернёмся и пересмотрим стратегию.
  
  - А если проблема окажется больше, чем мы думаем?
  
  - Тогда созовём новый совет. И примем новое решение.
  
  Обсуждение продолжалось - вопрос за вопросом, возражение за возражением. Си Ень отвечал - терпеливо, спокойно, не повышая голоса.
  
  Мэйлин стояла рядом с ним - и время от времени касалась его руки, когда чувствовала, что он начинает закипать.
  
  Это был долгий день.
  
  И он только начинался.
  
  ***
  
  Вечером, когда заседание наконец прервали до завтра, Си Ень и Мэйлин уединились в его временном кабинете.
  
  За окном садилось солнце, окрашивая небо в багровые тона. На столе остывал чай, к которому никто не притронулся.
  
  - Лучше, чем я ожидал, - признал Си Ень, расстёгивая ворот парадной мантии. - Чжан Вэй ворчит, но не блокирует. Фэн Ли задаёт вопросы, но слушает ответы. Даже Лань Юэ, кажется, склоняется в нашу сторону.
  
  - Цзинь Хуа точно поддержит, - добавила Мэйлин, опускаясь в кресло. - Она мне сама сказала в перерыве. И Юн Шэнь - без вопросов.
  
  - Значит, четыре голоса из семи. - Си Ень позволил себе слабую улыбку. - Возможно, завтра мы действительно придём к решению.
  
  - И тогда нужно будет заняться организацией экспедиции.
  
  - Да. Списки заклинателей, припасы, маршрут... - он потёр виски. - Много работы.
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Я уже начала составлять список необходимых лекарств и инструментов. Для такой экспедиции понадобится...
  
  Си Ень повернулся к ней.
  
  - Для какой экспедиции?
  
  - Для нашей. - Она пожала плечами. - Я же пойду с вами.
  
  Повисла пауза.
  
  - Нет, - сказал Си Ень.
  
  Мэйлин моргнула.
  
  - Что значит "нет"?
  
  - Это значит - ты никуда не идёшь.
  
  Она уставилась на него - сначала с недоумением, потом с нарастающим возмущением.
  
  - Это ещё почему?!
  
  - Во-первых, - Си Ень загнул палец, - кто-то должен присмотреть за моей башней, пока меня нет. Хуан Лэй справится с текущими делами, но ему нужен кто-то, кому заклинатели доверяют.
  
  - Найди кого-нибудь другого!
  
  - Во-вторых, - он загнул второй палец, - и это главное - ты не боевой заклинатель. А там будет опасно. Очень опасно.
  
  - Я знаю, что там будет опасно!
  
  - Тогда ты должна понимать, почему я не хочу тебя там.
  
  Мэйлин вскочила с кресла.
  
  - А кто будет лечить боевых заклинателей, когда они покалечатся?! - голос её звенел от возмущения. - Кто будет останавливать вас от безумных поступков?! Кто будет следить, чтобы ты не свалился от истощения посреди битвы?!
  
  - Там будут другие целители...
  
  - Другие целители не знают тебя! Не знают Цзин Юя! Не знают, как вы оба забываете есть и спать, когда что-то идёт не так!
  
  - Мэйлин...
  
  - К тому же, - она уперла руки в бока, - это мне решать. Ты не можешь мне приказывать. Я не твоя подданная.
  
  Си Ень сжал челюсти.
  
  - Я думал, ты более благоразумна.
  
  - Благоразумна?! - Мэйлин задохнулась от возмущения. - Ты говоришь мне о благоразумии?! Ты, который лезет в самое пекло при каждой возможности?!
  
  - Я - глава башни. Это моя обязанность.
  
  - А моя обязанность - следить, чтобы ты вернулся живым!
  
  - Ты подумаешь, - Си Ень заговорил медленнее, явно сдерживаясь, - и придёшь к выводу, что остаться - лучший вариант.
  
  - Я уже подумала! - Мэйлин шагнула к нему. - И считаю, глава, что ты слишком много на себя берёшь! Решать за меня, что мне делать и куда идти!
  
  - Я пытаюсь тебя защитить!
  
  - Я не просила меня защищать!
  
  - Это не...
  
  Дверь распахнулась.
  
  - Вы неожиданно сошли с ума? - Цзин Юй застыл на пороге, глядя на них широко раскрытыми глазами.
  
  Си Ень и Мэйлин замерли - он с поднятой рукой, она с горящими щеками.
  
  - Вас же услышат другие заклинатели, - продолжил Цзин Юй, закрывая за собой дверь. - До комнат Земной башни - один коридор. Вы почему ссоритесь?
  
  - Мы не ссоримся, - сказал Си Ень. - Мы проясняем некоторые вопросы.
  
  - Нет, ссоримся! - возразила Мэйлин. - Он хочет запереть меня в башне!
  
  - Я не хочу тебя запирать, я хочу, чтобы ты была в безопасности!
  
  - Я сама решаю, где мне быть!
  
  - Это безответственно!
  
  - Это моё право!
  
  - Тихо! - Цзин Юй поднял руки. - Оба!
  
  Они замолчали - тяжело дыша, сверля друг друга взглядами.
  
  - Так, - Цзин Юй посмотрел на Мэйлин. - Ты хочешь идти в экспедицию?
  
  - Да! Я вас одних никуда не отпущу!
  
  - А ты, - он повернулся к Си Еню, - против?
  
  - Там опасно. Она не боец.
  
  - Я и не собираюсь драться! Я собираюсь лечить!
  
  - Мэйлин...
  
  - Хорошо, - прервал Си Ень, и что-то в его голосе изменилось. Устало, почти обречённо. - Поговорим об этом потом.
  
  - Не о чем разговаривать! - Мэйлин скрестила руки на груди. - Я иду, и точка.
  
  - Мэйлин...
  
  - Хорошо, - снова сказал Цзин Юй, на этот раз твёрже. - Вы закончили? Нам ещё нужно обсудить план на завтра. Чжан Вэй готовит какое-то контрпредложение, и нам лучше знать заранее, чего ожидать.
  
  Си Ень и Мэйлин переглянулись - всё ещё сердитые, всё ещё несогласные.
  
  - Ты прав, - вздохнул Си Ень. - Займёмся делом.
  
  Он отвернулся к столу, где лежали свитки с записями сегодняшнего заседания.
  
  Мэйлин смотрела ему в спину - упрямо сжав губы.
  
  Этот разговор не закончен, говорил её взгляд.
  
  Далеко не закончен.
  
  ***
  
  Мэйлин ушла первой - сухо пожелав спокойной ночи и хлопнув дверью чуть громче, чем требовалось.
  
  Си Ень смотрел ей вслед, потом тяжело опустился в кресло.
  
  - Она злится, - сказал он.
  
  - Ты заметил? - Цзин Юй сел напротив. - Какая проницательность.
  
  - Не начинай.
  
  Они помолчали. За окном совсем стемнело, и слуга зажёг лампы - тёплый свет заливал комнату, отбрасывая мягкие тени на стены.
  
  - Контрпредложение Чжан Вэя, - начал Си Ень, потирая виски. - Ты говорил...
  
  - Подождёт.
  
  Си Ень поднял голову.
  
  - Что?
  
  - Контрпредложение подождёт. - Цзин Юй смотрел на него внимательно, изучающе. - Сначала я хочу спросить тебя кое о чём.
  
  - О чём?
  
  - О Мэйлин.
  
  Си Ень напрягся - едва заметно, но Цзин Юй знал его слишком хорошо.
  
  - Что о ней?
  
  - Как ты к ней относишься?
  
  - Она мой друг. - Ответ прозвучал слишком быстро, слишком отрепетированно. - Ценный союзник. Хорошая целительница.
  
  - Си Ень.
  
  - Что?
  
  Цзин Юй вздохнул.
  
  - Я знаю тебя почти пятнадцать лет. Ты никогда не кричал на друзей так, как кричал на неё сегодня.
  
  - Я не кричал. Я... выражал обеспокоенность.
  
  - Ты кричал. И она кричала. - Цзин Юй помолчал. - Так не ссорятся друзья.
  
  - А как ссорятся друзья?
  
  - Спокойнее. Рациональнее. Без этого... - он поискал слово, - ...огня.
  
  Си Ень отвёл взгляд.
  
  - Она упрямая.
  
  - Она всегда была упрямой. Это тебя раньше не выводило из себя.
  
  - Раньше она не рвалась в логово нечисти.
  
  - Раньше ты не пытался её остановить.
  
  Тишина. Лампа потрескивала, отбрасывая танцующие тени.
  
  - К чему ты ведёшь, Юй? - голос Си Еня звучал устало.
  
  - Не кажется ли тебе, - Цзин Юй заговорил осторожно, как человек, ступающий по тонкому льду, - что у вас с ней уже не совсем дружеские отношения?
  
  Си Ень замер.
  
  - Что ты имеешь в виду?
  
  - Ты знаешь, что я имею в виду.
  
  - Нет. Объясни.
  
  Цзин Юй посмотрел на него - на этого человека, который мог командовать армиями и сражаться с демонами, но сейчас выглядел почти испуганным.
  
  - Ты любишь её, - сказал он просто.
  
  Слова повисли в воздухе - тяжёлые, неизбежные.
  
  Си Ень не ответил. Он сидел неподвижно, глядя в пустоту, и только пальцы его сжимались на подлокотнике кресла - всё крепче и крепче.
  
  - Ты отдал ей целый этаж своей башни, - продолжил Цзин Юй мягко. - Ты засыпал её подарками на экзамен. Ты приходишь к ней с головной болью, хотя в башне есть другие целители. Ты сделал её хозяйкой совета - перед лицом всех глав.
  
  - Это всё можно объяснить...
  
  - Можно. - Цзин Юй кивнул. - Но сегодня ты кричал на неё, потому что боишься её потерять. И это уже не объяснишь дружбой.
  
  Си Ень закрыл глаза.
  
  Долгая, долгая тишина.
  
  - Я не знаю, - сказал он наконец. Голос его звучал глухо, надломленно. - Я не знаю, Юй. Я никогда... я не умею в это.
  
  - В любовь?
  
  - В это всё. - Он провёл рукой по лицу. - Я глава Чёрной башни. У меня есть обязанности, ответственность, тысячи людей, которые от меня зависят. Я не могу позволить себе...
  
  - Что? Чувствовать?
  
  - Отвлекаться.
  
  Цзин Юй покачал головой.
  
  - Любовь - не отвлечение.
  
  - А что тогда?
  
  - Сила. - Он помолчал. - Я был в печати десять лет. Знаешь, что держало меня в сознании? Не долг. Не гордость. Память о тех, кого я любил.
  
  Си Ень открыл глаза и посмотрел на него.
  
  - Это другое.
  
  - Это то же самое.
  
  Снова тишина. Лампа догорала, свет становился тусклее.
  
  - Даже если ты прав, - сказал Си Ень тихо, - это ничего не меняет. Она... она заслуживает лучшего. Кого-то, кто будет рядом. Кто не будет постоянно рисковать жизнью. Кто...
  
  - Кого-то, кто будет решать за неё? - Цзин Юй приподнял бровь.
  
  Си Ень поморщился.
  
  - Я не решаю за неё.
  
  - Ты только что пытался запретить ей идти в экспедицию.
  
  - Потому что там опасно!
  
  - Потому что ты боишься. - Цзин Юй наклонился вперёд. - Ты боишься, что с ней что-то случится. И вместо того чтобы сказать ей это - ты приказываешь.
  
  - Я не...
  
  - Ты именно это и делаешь. - Голос Цзин Юя был мягким, но непреклонным. - И она злится не потому, что хочет в опасность. Она злится, потому что ты обращаешься с ней как с вещью, которую нужно защитить, а не как с человеком, который имеет право выбирать.
  
  Си Ень молчал.
  
  Он смотрел на свои руки - сильные, способные призывать огонь и разрушать армии. Руки, которые не знали, как удержать что-то хрупкое.
  
  - Что мне делать? - спросил он наконец. И в голосе его не было ничего от грозного главы Чёрной башни - только усталость и растерянность.
  
  - Поговорить с ней, - ответил Цзин Юй. - Честно. Без приказов и запретов. Сказать ей то, что ты боишься сказать.
  
  - А если она...
  
  - Что?
  
  - Если она не... - Си Ень не договорил.
  
  Цзин Юй улыбнулся - мягко, понимающе.
  
  - Ты правда думаешь, что она засыпает на твоей саламандре случайно?
  
  Си Ень моргнул.
  
  - Что?
  
  - Или что она приносит тебе чай посреди ночи из чистой заботы о твоём здоровье? - Цзин Юй покачал головой. - Ты можешь командовать армиями, Си Ень. Но в некоторых вещах ты удивительно слеп.
  
  - Ты хочешь сказать...
  
  - Я хочу сказать - поговори с ней. - Цзин Юй встал. - А сейчас - отдыхай. Завтра долгий день.
  
  Он направился к двери, но остановился на пороге.
  
  - И Си Ень?
  
  - Да?
  
  - Она не заслуживает "лучшего". Она заслуживает того, кого выберет сама. - Он помолчал. - Может, стоит дать ей этот выбор?
  
  Дверь закрылась.
  
  Си Ень остался один - с догорающей лампой, с остывшим чаем и с мыслями, которые он так долго от себя прятал.
  
  За окном светила луна - почти полная, серебристая.
  
  Он думал о Мэйлин.
  
  О её смехе. О её упрямстве. О том, как она засыпала на Цзян Хуо, свернувшись калачиком. О её руках на его висках, снимающих боль. О её голосе, который мог быть мягким и грозным в одну и ту же минуту.
  
  
  
  О том, как пусто было в башне, когда она уезжала.
  
  О том, как он ждал её возвращения.
  
  "Ты любишь её", - сказал Цзин Юй.
  
  И Си Ень понял - он не может больше от этого прятаться.
  
  Глава 53. Второй день
  
  Второй день совета начался с контрпредложения Чжан Вэя.
  
  - Экспедиция под командованием одной башни неприемлема, - заявил он, разворачивая свиток. - Я предлагаю разделить отряд на семь групп, каждая под командованием своей башни, действующих независимо.
  
  - Это хаос, - возразила Лань Юэ. - Семь отрядов без единого командования?
  
  - Это равенство.
  
  - Это глупость, - не выдержал Си Ень.
  
  - Молодой человек...
  
  - Глава Чжан, с уважением - нечисти всё равно, какая башня её убивает. Если мы будем действовать порознь, нас перебьют поодиночке.
  
  Спор разгорелся с новой силой. Чжан Вэй настаивал на независимости. Си Ень - на едином командовании. Лань Юэ пыталась найти компромисс. Фэн Ли философствовала о балансе.
  
  Мэйлин сидела рядом с Си Енем и время от времени касалась его руки под столом, когда чувствовала, что он начинает закипать. Это помогало - он делал глубокий вдох и отвечал спокойнее.
  
  К полудню они зашли в тупик.
  
  - Перерыв, - объявила Цзинь Хуа. - Час. Всем остыть и подумать.
  
  Во время перерыва Цзинь Хуа отозвала Си Еня в сторону.
  
  - У меня есть предложение, - сказала она тихо. - Компромисс, который может устроить старого Чжана.
  
  - Какой?
  
  - Совет командиров, как ты предлагал. Но с ротацией главного командира каждую неделю.
  
  - Это замедлит принятие решений.
  
  - Это даст каждой башне ощущение контроля. - Она улыбнулась. - Политика, глава Си. Иногда важнее казаться равными, чем быть эффективными.
  
  Си Ень поморщился - но кивнул.
  
  - Попробуем.
  
  После перерыва Цзинь Хуа представила компромисс.
  
  Чжан Вэй ворчал, но возражать не стал - ротация командования давала ему то, чего он хотел. Лань Юэ поддержала. Фэн Ли задумчиво кивнула. Юэ Лин и Юн Шэнь согласились сразу.
  
  К вечеру они наконец пришли к соглашению.
  
  Объединённая экспедиция. Отряд из заклинателей всех башен. Совет командиров с ротацией. Письменные гарантии возвращения после выполнения задачи. Срок - два месяца.
  
  - Кто за? - спросил Си Ень.
  
  Шесть рук поднялись.
  
  - Единогласно, - выдохнул он. - Соглашение принято.
  
  Юн Шэнь достал заранее подготовленный свиток. Каждый глава подписал его - кисточкой, тушью, с печатью своей башни.
  
  Когда последняя печать легла на пергамент, Си Ень позволил себе улыбнуться.
  
  Впервые за два дня.
  
  ***
  
  Они снова сидели на крыше - Си Ень, Мэйлин и Цзин Юй.
  
  Ночное небо раскинулось над ними, усыпанное звёздами. Внизу, в Зале Совета, ещё горели огни - делегации праздновали подписание, каждая по-своему.
  
  - Ну что, - сказал Си Ень, разливая вино по чашкам, себе он налил чай - выпьем за подписание соглашения.
  
  Они подняли чашки и выпили.
  
  Вино было хорошим - из запасов Чёрной башни, выдержанным, с лёгким привкусом дыма.
  
  - И что теперь? - спросил Цзин Юй, глядя на звёзды. - Мы сборным отрядом всех цветов отправимся в разведку? От этого будет толк?
  
  - Не обязательно, - ответил Си Ень. Он крутил чашку в руках. - Теперь у нас есть легитимация на действия. Официальное разрешение всех башен. Так что мы можем отправиться и сами.
  
  - Одни? - Мэйлин подняла бровь.
  
  - Во-первых, для разведки этого достаточно. - Си Ень отпил чай. - Нам не нужна армия, чтобы выяснить, что происходит. Нам нужны мобильность и скорость.
  
  - А во-вторых?
  
  - Во-вторых, мы всё равно одни не будем. - Он усмехнулся. - Стражи пламени пойдут за мной, даже если я им запрещу. Мои тёмные разведчики будут поставлять информацию. И птички тоже помогут.
  
  - Так что мы будем искать? - спросил Цзин Юй.
  
  - Я хочу найти главу Звёздной башни.
  
  - Но он исчез.
  
  - Как исчез - так и найдётся. - Си Ень пожал плечами. - Главы башен не исчезают просто так. Он где-то есть - живой или мёртвый.
  
  - Тебе он зачем?
  
  - Убью, чтоб не мучился.
  
  Цзин Юй фыркнул.
  
  - А если он жив и не при чём?
  
  - Тогда поговорим. Выясним, что случилось. Может, ему нужна помощь.
  
  - А если он и есть причина всего этого?
  
  - Тогда вернёмся к первому варианту.
  
  Цзин Юй помолчал, обдумывая.
  
  - Хорошо, - сказал он наконец. - Согласен.
  
  Си Ень повернулся к Мэйлин.
  
  - А почему ты молчишь? Где твои возражения?
  
  Мэйлин отпила вина, глядя на звёзды.
  
  - Пока ты не сказал ничего такого, чтобы возражать, - ответила она спокойно. - Если мне что-то не понравится - ты сразу узнаешь.
  
  - Обещаю бояться.
  
  - Правильно. - Она посмотрела на него. - Когда мы отправляемся?
  
  - Мы выйдем с отрядом остальных заклинателей. - Си Ень долил себе вина. - Я надеюсь, они не будут мешкать. Чем быстрее выступим - тем лучше.
  
  - Дня два-три на сборы, - прикинул Цзин Юй. - Каждая башня должна собрать своих людей, подготовить припасы...
  
  - Значит, через три дня.
  
  Мэйлин поставила чашку.
  
  - Хорошо. Тогда идём готовиться, собираться и отдыхать.
  
  - Уже командуешь? - улыбнулся Си Ень.
  
  - Кто-то должен. - Она встала. - Спокойной ночи, мальчики.
  
  Цзин Юй тоже поднялся.
  
  - Она права. Завтра много дел.
  
  Они спустились с крыши и разошлись по своим комнатам.
  
  Позже - много позже - дверь кабинета Си Еня тихо открылась.
  
  Он сидел за столом, перебирая отчёты разведчиков. Цзян Хуо дремала на своей подставке. Свечи догорали.
  
  Мэйлин вошла бесшумно - с подносом в руках.
  
  - Я думал, ты легла, - сказал он, не поднимая головы.
  
  - Я знала, что ты не ляжешь.
  
  Она поставила поднос на стол. На нём стояла одна чашка - с чем-то тёмным, пахнущим травами.
  
  - Это что? - Си Ень с подозрением посмотрел на чашку.
  
  - Это твоё наказание.
  
  - Яд?
  
  - Сонное зелье. - Мэйлин подвинула чашку к нему. - Выпей и ложись спать.
  
  - Но мне нужно...
  
  - Никаких "но". - Она скрестила руки на груди. - Ты не спал нормально три дня. Завтра тебе нужна ясная голова.
  
  - Мэйлин...
  
  - Пей.
  
  Он посмотрел на неё - на её упрямо сжатые губы, на тёмные круги под её собственными глазами.
  
  - А ты?
  
  - Я уже выпила своё. - Она помолчала. - Пей, пока действует. Иначе я усну прямо здесь.
  
  Си Ень взял чашку. Понюхал - пахло горько, но терпимо.
  
  - Посидишь со мной? - спросил он тихо. - Пока я не засну?
  
  Мэйлин отвела взгляд.
  
  - Пусть саламандра с тобой сидит, - пробурчала она.
  
  Но осталась.
  
  Си Ень выпил зелье - одним глотком, морщась от горечи. Отставил чашку.
  
  - Сколько у меня времени?
  
  - Минут десять. Может, пятнадцать.
  
  Он откинулся в кресле. Веки уже тяжелели.
  
  - Мэйлин...
  
  - Что?
  
  - Я... - он замолчал. Слова путались, мысли расплывались. - Я хотел сказать...
  
  - Завтра скажешь, - мягко ответила она. - Спи.
  
  Он хотел возразить - но зелье было сильнее. Глаза закрылись сами собой.
  
  Мэйлин смотрела на него - на его расслабившееся лицо, на огненные пряди, упавшие на лоб.
  
  - Дурак, - прошептала она.
  
  Цзян Хуо подняла голову и тихо пискнула - как будто соглашаясь.
  
  Мэйлин хотела уйти. Правда хотела.
  
  Но кресло рядом с саламандрой было таким удобным. И зелье, которое она действительно выпила, начало действовать.
  
  - Только на минутку, - пробормотала она, опускаясь рядом с Цзян Хуо.
  
  Саламандра была тёплой.
  
  Мэйлин закрыла глаза.
  
  Только на минутку...
  
  ***
  
  Мэйлин проснулась от солнечного луча, упавшего на лицо.
  
  Она открыла глаза - и не сразу поняла, где находится. Тёплая чешуя под щекой, знакомый запах дыма и чернил, тяжёлый чёрный плащ на плечах...
  
  Кабинет главы. Опять.
  
  Она села, протирая глаза. Цзян Хуо довольно урчала рядом. Солнце стояло высоко - слишком высоко.
  
  Кресло за столом было пустым. Отчёты аккуратно сложены. Чашка из-под зелья убрана.
  
  - Ну что за человек, - пробурчала Мэйлин, сладко потягиваясь. - Мог хотя бы разбудить.
  
  Цзян Хуо пискнула - как будто извиняясь.
  
  Мэйлин вскочила и побежала к двери.
  
  - Где глава? - отловила она пробегающего служителя в коридоре.
  
  - Он в Зале Совета, золотая госпожа. - Служитель вежливо склонился. - С самого утра там.
  
  - Давно?
  
  - Часа три уже, госпожа.
  
  Три часа. Она проспала три часа, пока он работал.
  
  - Спасибо, - бросила она и побежала к своим комнатам.
  
  Умыться. Переодеться. Привести себя в порядок.
  
  И только потом - убить его.
  
  В Зале Совета было шумно.
  
  Заклинатели от разных башен толпились группами, обсуждая что-то своё. Советники сновали с пергаментами. Слуги разносили чай.
  
  Си Ень стоял у большого стола с картой, окружённый представителями всех башен. Он выглядел свежим и отдохнувшим - явно выспался.
  
  Рядом с ним Цзин Юй что-то записывал в длинный свиток.
  
  Мэйлин пробралась к ним сквозь толпу.
  
  - Нужна моя помощь? - спросила она Цзин Юя.
  
  Он поднял голову и улыбнулся.
  
  - Доброе утро, соня.
  
  - Не начинай. - Она покосилась на свиток. - Что это?
  
  - Списки заклинателей, идущих в разведку от каждой башни. - Он показал ей записи. - Белая башня даёт шестерых, Водная - пятерых, Земная - восьмерых...
  
  - Чжан Вэй решил показать щедрость?
  
  - Чжан Вэй решил показать, что его башня не хуже других. - Цзин Юй пожал плечами. - Политика.
  
  Мэйлин оглядела зал.
  
  - Как идёт?
  
  - На удивление гладко. - Он отложил кисть. - Все хотят участвовать. Никто не хочет остаться в стороне.
  
  - Это хорошо?
  
  - Это... интересно. - Он помолчал. - Возможно, угроза действительно объединяет.
  
  - Или каждый хочет урвать кусок, если мы найдём что-то ценное.
  
  - Или так.
  
  Си Ень заметил её и кивнул - коротко, деловито. Как будто она не засыпала в его кабинете. Как будто он не укрывал её своим плащом.
  
  Мэйлин почувствовала, как щёки теплеют.
  
  - Когда мы сможем выступить? - спросила она, стараясь говорить ровно.
  
  - Если всё пойдёт так и дальше - завтра, - ответил Цзин Юй. - Послезавтра - крайний срок.
  
  - Хорошо. - Она кивнула. - Тогда я займусь своими делами. Сборами. Нужно подготовить лекарства, инструменты...
  
  - Конечно.
  
  Она повернулась, чтобы уйти.
  
  - Мэйлин, - окликнул Цзин Юй.
  
  - Да?
  
  - Зови, если что.
  
  Она улыбнулась.
  
  - Обязательно.
  
  И ушла - готовиться к путешествию в земли тьмы.
  
  Глава 54. Отправление
  
  - Всё, - объявил Си Ень, врываясь в комнату, где Мэйлин и Цзин Юй разбирали припасы. - Завтра отправляемся.
  
  Он выглядел одновременно измотанным и возбуждённым - как человек, который слишком долго ждал и наконец дождался.
  
  - Списки утверждены? - спросил Цзин Юй.
  
  - Утверждены, подписаны, запечатаны. - Си Ень плюхнулся в кресло. - Тридцать два заклинателя от всех башен, не считая нас троих. Плюс десять целителей.
  
  - Неплохо.
  
  - Неплохо. - Си Ень потёр виски. - Осталось только не перегрызться по дороге.
  
  Мэйлин подняла голову от сумки с травами.
  
  - Ты уверен, что всё готово?
  
  - Уверен. - Он посмотрел на неё. - И если во время нашего отсутствия моя башня взорвётся, провалится или станет мировой проблемой - это будет твоя вина.
  
  Он указал на неё пальцем - обвиняюще, почти театрально.
  
  Мэйлин выпрямилась.
  
  - Ну нет, глава. - Её голос стал опасно спокойным. - Не перекладывай на меня свои обязанности. Если твоя башня не может перенести твоё отсутствие - это исключительно твои проблемы.
  
  - Мои проблемы?
  
  - Твои. - Она скрестила руки на груди. - И вообще, кто сказал, что ты обязан идти? Мы с Цзин Юем и сами справимся. Дадим тебе полный отчёт по возвращении.
  
  Глаза Си Еня опасно сузились.
  
  - Ещё одно слово, - процедил он, - и я запру тебя в подземелье. Посмотрим, как ты тогда куда-то пойдёшь.
  
  - Ещё одно слово, - парировала Мэйлин, - и я больше не появлюсь на пороге твоей башни. Тиран. Деспот. - Она сделала шаг к нему. - Неудивительно, что у тебя тут всякие бунты случаются. С таким-то отношением к людям.
  
  - Бунты?!
  
  - Бунты!
  
  Воздух между ними накалился - почти буквально. Температура в комнате поднялась на несколько градусов.
  
  Цзин Юй посмотрел на одного, на другую. Вздохнул.
  
  - Я, пожалуй, пойду, - сказал он, поднимаясь. - Не буду мешать вам ругаться.
  
  - Стой, - Си Ень поднял руку. - Мы уже закончили.
  
  Он сделал глубокий вдох. Ещё один. Температура начала падать.
  
  - Прости, Мэйлин, - сказал он тише. - Я... постараюсь держать себя в руках.
  
  Мэйлин смотрела на него - всё ещё сердитая, но уже не кипящая.
  
  - Ты тоже прости, - сказала она наконец. - И в твоей башне вполне спокойные настроения. Им хватило прошлого раза. Не думаю, что что-нибудь случится.
  
  - Правда?
  
  - Правда. Хуан Лэй справится. Он хороший управляющий.
  
  Си Ень кивнул - медленно, устало.
  
  Цзин Юй наблюдал за ними с выражением человека, который видел это уже сотню раз и не перестаёт удивляться.
  
  - Чудесно, - сказал он. - Вы помирились. Замечательно. Тогда, может, пойдём собираться? У нас ещё много дел.
  
  - Да, ты прав. - Си Ень встал. - Нужно проверить припасы, оружие, карты...
  
  - И отдохнуть, - добавила Мэйлин.
  
  - И отдохнуть, - согласился он.
  
  Они вышли в коридор - все трое. Слуги сновали мимо, таская тюки и ящики. Где-то внизу слышались голоса заклинателей, готовящихся к походу.
  
  - Глава, - спросил Цзин Юй, - а твоя саламандра идёт с нами?
  
  - Конечно. - Си Ень улыбнулся. - Цзян Хуо - часть меня. Куда я, туда и она.
  
  - Удобно. Личная печка в походе.
  
  - И разведчик. И сигнализация. И много чего ещё. - Си Ень покосился на него. - А ты почему до сих пор не завёл себе змею?
  
  Цзин Юй моргнул.
  
  - Змею?
  
  - Ну да. Лунные заклинатели часто держат змей. Серебряных, с холодной чешуёй. Очень красивые, говорят.
  
  - Я... - Цзин Юй замялся. - Я никогда не хотел змею как домашнее животное.
  
  - Змею он не хотел, - фыркнул Си Ень. - Может, ящерицы тебе тоже не нравятся? Или вообще все рептилии?
  
  - При чём тут...
  
  - Цзян Хуо обидится.
  
  - Цзян Хуо - саламандра, а не ящерица.
  
  - Какая разница?
  
  - Большая разница! Саламандры - это...
  
  Цзин Юй осёкся, увидев ухмылку на лице Си Еня.
  
  - Скажи, - произнёс он медленно, - тебе просто хочется с кем-нибудь поругаться?
  
  - Возможно.
  
  - С Мэйлин не получилось, теперь пробуешь на мне?
  
  - Ну вот, с тобой тоже не получается. - Си Ень вздохнул с притворным разочарованием. - Лунный источник испортил тебе характер. Ты стал слишком спокойный.
  
  - Лунный источник улучшил мне характер, - возразил Цзин Юй. - И если тебе нужно выпустить пар - пойдём потренируемся. Это помогает лучше, чем ругаться.
  
  - Опять на арену?
  
  - Опять на арену.
  
  Си Ень посмотрел на него - и что-то в его лице смягчилось.
  
  - Ладно, - сказал он. - Пойдём.
  
  Мэйлин смотрела им вслед - двум друзьям, уходящим к тренировочной арене.
  
  - Мальчишки, - пробормотала она.
  
  Но улыбалась.
  
  На арене они не сдерживались.
  
  Огонь и лунный свет сплетались в невозможные узоры, освещая вечернее небо. Заклинатели, готовившиеся к завтрашнему походу, останавливались посмотреть - и оставались, заворожённые зрелищем.
  
  Глава Чёрной башни против основателя Лунной академии. Огонь против луны. Страсть против спокойствия.
  
  Это был не бой - это был разговор. На языке, который они оба понимали лучше слов.
  
  Когда они закончили - потные, запыхавшиеся, но улыбающиеся - Си Ень чувствовал себя легче. Напряжение последних дней отступило. Злость ушла.
  
  - Спасибо, - сказал он Цзин Юю.
  
  - Не за что. - Тот вытер лоб. - Мне тоже было нужно.
  
  - Волнуешься?
  
  - Немного. - Цзин Юй посмотрел на восток - туда, где лежали земли Звёздной башни. - Там что-то ждёт нас. Я чувствую.
  
  - Что-то плохое?
  
  - Не знаю. - Он помолчал. - Просто... что-то.
  
  Си Ень положил руку ему на плечо.
  
  - Мы справимся, - сказал он. - Вместе. Как всегда.
  
  - Как всегда, - согласился Цзин Юй.
  
  Они стояли на арене - два друга перед неизвестностью.
  
  Завтра начнётся путешествие.
  
  Завтра они узнают, что скрывает тьма.
  
  ***
  
  Утро выдалось серым и холодным - словно само небо знало, куда они направляются.
  
  Отряд собрался у ворот Зала Совета - тридцать два заклинателя, десять целителей и трое тех, кто это всё затеял.
  
  Си Ень оглядел собравшихся.
  
  Золотые заклинатели Белой башни. Шестеро в белых одеждах с золотой вышивкой, с волосами, отливающими металлом. Среди них - двое целителей.
  
  Водные заклинатели держались особняком - пятеро в одеждах цвета морской волны, молчаливые, настороженные. Их волосы отливали синевой, а глаза были глубокими, как омуты.
  
  Земная башня прислала восьмерых - больше всех. Широкоплечие, крепкие, в коричневых и зелёных одеждах. Они стояли как скалы - неподвижные, основательные.
  
  Воздушные заклинатели казались почти невесомыми - четверо в белом, с седыми волосами, развевающимися без ветра. Они не стояли на месте - скорее парили, едва касаясь земли.
  
  И наконец - лунные заклинатели. Трое, не считая Цзин Юя. Серебристые одежды, серебристые волосы, глаза цвета ночного неба.
  
  Десять целителей - от Башни целителей и других башен - держались вместе. Белые одежды с золотыми лотосами, сумки с инструментами и травами.
  
  Разношёрстный отряд. Семь стихий, семь характеров, семь способов смотреть на мир.
  
  - Выступаем, - скомандовал Си Ень.
  
  На подходе к поражённой территории они разделились.
  
  - Небольшие группы, - объяснил Си Ень на последнем совещании. - Так мы охватим больше территории и будем менее заметны.
  
  Каждая группа получила свой участок. Условились держать связь через сигнальные заклинания и помогать друг другу, если что.
  
  Когда остальные разошлись, Си Ень подхватил друзей - Мэйлин под одну руку, Цзин Юя под другую - и взмыл в воздух на огненных крыльях.
  
  Они приземлились на утёсе, нависающем над долиной. Отсюда были видны земли Звёздной башни - серые, мрачные, окутанные странным туманом.
  
  - И какой у нас план? - спросил Цзин Юй, отряхивая одежду.
  
  - Выслушать разведчиков и решить, куда направляться.
  
  - А не стоило поделиться информацией с остальными?
  
  - У остальных есть свои шпионы, я думаю. - Си Ень пожал плечами. - А если нет - им же хуже.
  
  Мэйлин покачала головой, но промолчала.
  
  И тут рядом с ними начали появляться тени.
  
  Люди в чёрном - разведчики Чёрной башни - возникали из ниоткуда, кланялись и докладывали.
  
  - Глава, - первый разведчик опустился на колено. - Северный сектор. Три деревни уничтожены полностью. Нечисть - в основном низшие мертвецы, но есть и тени. Выживших не обнаружено.
  
  - Дальше.
  
  - Глава, - второй разведчик. - Восточный сектор. Заклинатели чёрного источника сражаются между собой. Две фракции. Одна пытается контролировать нечисть, другая - уничтожить её. Потери с обеих сторон.
  
  - Третий.
  
  - Глава, - женщина в чёрном, лицо скрыто маской. - Центральный сектор. Звёздная башня по-прежнему скрыта туманом. Но я слышала разговоры... - она замялась.
  
  - Говори.
  
  - Местные шепчутся, что настоящий глава Звёздной башни не в башне. Что он бежал - или его увели - в горы. В старые тоннели под Чёрным хребтом.
  
  Си Ень выпрямился.
  
  - Подробнее.
  
  - Это древние шахты, глава. Заброшенные сотни лет назад. Говорят, там есть проходы, которые ведут глубоко под землю. И что кто-то видел группу заклинателей, уходящих туда несколько недель назад.
  
  - Сколько их было?
  
  - Не больше двадцати. В основном молодые. И... - она снова замялась.
  
  - Что?
  
  - Говорят, среди них была девушка с седыми волосами. Очень молодая. Почти ребёнок.
  
  Си Ень переглянулся с Цзин Юем.
  
  - Где именно эти тоннели?
  
  Разведчица указала на карте.
  
  - Здесь, глава. Северный склон Чёрного хребта. Вход замаскирован, но я могу показать.
  
  - Хорошо. - Си Ень кивнул. - Все свободны. Продолжайте наблюдение. Докладывайте, если что-то изменится.
  
  Разведчики растворились в тенях - так же бесшумно, как появились.
  
  - Седая девушка, - задумчиво сказал Цзин Юй. - Заклинатели чёрного источника обычно темноволосые.
  
  - Обычно, - согласился Си Ень. - Но не всегда.
  
  - Думаешь, это глава?
  
  - Думаю, нужно проверить.
  
  Путь к горному склону оказался кошмаром.
  
  Сначала - долина. Серая, мёртвая, покрытая странным туманом, от которого щипало глаза и першило в горле.
  
  - Ядовитые испарения, - определила Мэйлин, прижимая к лицу пропитанную травами ткань. - Не смертельные, но неприятные. Держитесь ближе ко мне.
  
  Она создала вокруг них золотой купол - тонкий, почти невидимый, но достаточный, чтобы фильтровать воздух.
  
  Потом - мертвецы.
  
  Они вышли из тумана без предупреждения - десяток, два десятка, больше. Серые тела в лохмотьях, пустые глаза, руки, тянущиеся к живым.
  
  - Назад! - крикнул Си Ень.
  
  Огонь хлынул из его ладоней - яркий, жаркий, всепоглощающий. Мертвецы вспыхивали как сухая солома, рассыпались пеплом.
  
  - Их слишком много! - Цзин Юй отбивал тех, кто прорывался сбоку. Лунные лезвия рассекали гнилую плоть, но мертвецы всё шли и шли.
  
  - Держитесь вместе!
  
  Си Ень призвал больше огня. Пламя взвилось стеной, окружая их, отсекая нечисть. Запах горелой плоти наполнил воздух.
  
  - Вперёд! - скомандовал он. - Быстро, пока они не перегруппировались!
  
  Они бежали - сквозь пепел и дым, сквозь туман и смрад. Мэйлин поддерживала щит, Цзин Юй прикрывал тыл, Си Ень прокладывал путь огнём.
  
  Наконец - склон горы. Тёмный провал входа в тоннели.
  
  - Внутрь!
  
  Они нырнули в темноту.
  
  Тоннель был узким, низким, пахнущим сыростью и чем-то ещё - чем-то гнилым, нездоровым.
  
  Си Ень создал огненный шар - небольшой, но достаточный, чтобы освещать путь. Тени плясали на стенах, создавая жуткие узоры.
  
  - Здесь тоже есть нечисть, - тихо сказал Цзин Юй. - Я чувствую.
  
  - Много?
  
  - Достаточно.
  
  Они двигались медленно - шаг за шагом, прислушиваясь к каждому звуку. Тоннель то расширялся, то сужался. Иногда попадались боковые ответвления - тёмные, манящие, опасные.
  
  
  
  Первая тварь выскочила из такого ответвления.
  
  Не мертвец - что-то другое. Бесформенное, текучее, состоящее из чистой тьмы. Оно бросилось на них - и Си Ень встретил его огнём.
  
  Тварь завизжала - пронзительно, невыносимо - и рассеялась.
  
  - Тени, - сказал Цзин Юй. - Низшие духи тьмы. Огонь их уничтожает, но...
  
  - Но что?
  
  - Но там, откуда она пришла, их больше.
  
  Они пошли дальше.
  
  Твари нападали снова и снова - из темноты, из трещин в стенах, из-под ног. Си Ень сжигал их одну за другой, но они всё появлялись.
  
  - Сколько ещё? - выдохнула Мэйлин.
  
  - Не знаю. - Си Ень вытер пот со лба. Огонь требовал сил, а силы не бесконечны. - Юй, ты чувствуешь что-нибудь впереди?
  
  Цзин Юй остановился. Прикрыл глаза. Вслушался в потоки энергии.
  
  - Там, - сказал он наконец. - Где-то дальше по тоннелю.
  
  - Что там?
  
  - Заклинатели чёрного источника. - Его голос звучал странно - почти удивлённо. - Энергия чистая, не искажённая. Это даже... красиво. В таком виде.
  
  - Сколько их?
  
  - Больше десятка. - Цзин Юй открыл глаза. - Но никого твоего уровня.
  
  Си Ень кивнул.
  
  - Ну что, - сказал он, - пойдём знакомиться?
  
  - Только не пугай их сразу, - попросил Цзин Юй.
  
  - Это как пойдёт. Если что - будете их с Мэйлин успокаивать.
  
  - Замечательный план.
  
  - У меня все планы замечательные.
  
  Они двинулись дальше - быстрее теперь, целенаправленнее. Цзин Юй вёл их, ориентируясь на потоки энергии.
  
  Тоннель расширился. Потолок поднялся. И впереди - тупик.
  
  Нет, не тупик. Пещера, закрытая щитом.
  
  Щит был чёрным - не как отсутствие света, а как присутствие тьмы. Плотный, почти осязаемый, пульсирующий странной энергией.
  
  - Я, конечно, могу его пробить, - с сомнением сказал Си Ень, разглядывая щит. - Но это как-то... невежливо.
  
  - Согласен, - кивнул Цзин Юй.
  
  - Тогда попробуем по-другому.
  
  Си Ень подошёл к щиту и постучал - костяшками пальцев, как в дверь.
  
  - Здравствуйте! - крикнул он. - Гостей принимаете?
  
  Тишина.
  
  - Я глава Чёрной башни! - продолжил он громче. - И возможно могу помочь вам с создавшейся проблемой!
  
  Снова тишина. Потом - шёпот за щитом. Спор. Несколько голосов - молодых, испуганных.
  
  И щит исчез.
  
  Просто исчез - как будто его и не было.
  
  Си Ень моргнул.
  
  - И зачем снимать щит полностью? - пробормотал он. - Вы в своём уме?
  
  Но они уже входили внутрь. Пещера была просторной, с высоким сводом. Огненный шар Си Еня осветил её - и он увидел.
  
  - Юй, - сказал он тихо. - Ставь щит.
  
  - Что?
  
  - Ставь щит. Сейчас.
  
  Цзин Юй не стал спорить. Лунный свет вспыхнул, окружая вход.
  
  Но Си Ень уже снял его и создал свой - огненную стену, окружившую всю пещеру. Яркую, жаркую, непроницаемую для нечисти.
  
  А потом он наконец посмотрел на тех, кого они нашли.
  
  И онемел.
  
  Глава 55. Дети тьмы
  
  В пещере сидела девушка.
  
  Почти девочка - ей было лет пятнадцать, может, шестнадцать. Худенькая, бледная, с огромными глазами.
  
  Но не это поразило Си Еня.
  
  Её волосы были седыми. Не серебристыми, как у лунных заклинателей, - седыми, как у древних стариков. И глаза - прозрачные, почти бесцветные, как у Цзин Юя после освобождения из печати.
  
  Вокруг неё - дети. Подростки. Самому старшему - лет семнадцать, самому младшему - не больше десяти. Все - с тёмными волосами, с глазами, в которых плескалась тьма. Заклинатели чёрного источника.
  
  Пятнадцать детей. И одна седая девочка.
  
  - Ты когда стала главой Звёздной башни, девочка? - спросил Си Ень.
  
  Его голос звучал странно - хрипло, надломленно.
  
  Девушка подняла на него прозрачные глаза.
  
  - Три месяца назад, - ответила она. - Когда умер мой отец.
  
  Мэйлин не стала ждать объяснений.
  
  Она бросилась к детям - осматривать, проверять, лечить. Золотой свет заструился под её ладонями.
  
  - Истощение, - бормотала она. - Недоедание. Раны... когда вы в последний раз нормально ели?
  
  Дети смотрели на неё - испуганно, недоверчиво.
  
  - Всё хорошо, - мягко сказала Мэйлин. - Я целительница. Я помогу.
  
  - Глава, - бросила она через плечо Си Еню. - Где твои стражи пламени? Я знаю, у них куча припасов с собой. Нужно накормить детей.
  
  Си Ень махнул рукой - и шестеро стражей пламени появились из ниоткуда. Они следовали за ним всё это время - невидимые, неслышимые, верные.
  
  - Слушайтесь госпожу, - приказал он.
  
  Мэйлин тут же взяла их в оборот.
  
  - Ты - разведи огонь, нужно согреть воду. Ты - достань еду, всё, что есть. Ты - одеяла, у кого-нибудь должны быть одеяла. Ты...
  
  Стражи повиновались - быстро, молча. Пещера наполнилась движением, теплом, запахом готовящейся пищи.
  
  Цзин Юй помогал - раздавал еду, успокаивал испуганных детей, лечил мелкие раны лунным светом.
  
  А Си Ень сидел в отдалении.
  
  И думал.
  
  Чем больше он думал - тем больше у него болела голова. Пятнадцать детей. Седая девочка-глава. Мёртвый отец. Три месяца хаоса.
  
  Картина складывалась - страшная, уродливая, невозможная.
  
  Он даже не заметил, как Мэйлин подошла к нему. Только почувствовал её прохладные пальцы на висках - и золотой свет, снимающий боль.
  
  - Я всех накормила и уложила спать, - тихо сказала она. - С тобой поступить так же?
  
  - Нет. - Он не открыл глаз. - Надо продумать дальнейшие действия.
  
  - Вот дети проснутся, расскажут всё, тогда и будешь думать. А пока - отдыхай.
  
  - Мэйлин...
  
  - Отдыхай, - повторила она твёрже.
  
  Цзин Юй подошёл к ним и сел рядом - молча, устало.
  
  - Будьте хорошими мальчиками и отдохните, пока есть возможность, - попросила Мэйлин. - Нам всем нужны силы.
  
  Си Ень хотел возразить - но не смог. Усталость навалилась на него, как каменная плита.
  
  В конце концов Цзин Юй положил голову ей на колени с одной стороны. А Си Ень - с другой.
  
  Мэйлин гладила их волосы - серебряные и огненно-чёрные - и думала о том, как странно сложилась её жизнь. Деревенская травница, которая теперь сидит в пещере под горой, окружённая детьми тьмы, с двумя могущественнейшими заклинателями на коленях.
  
  Она сама не заметила, как уснула.
  
  Си Ень проснулся первым.
  
  Огненная стена всё ещё горела - ровно, стабильно. Дети спали, сбившись в кучки. Стражи пламени несли караул у входа.
  
  Он осторожно встал, стараясь не потревожить спящих друзей, и подошёл к той части пещеры, где устроились заклинатели чёрного источника.
  
  Седая девочка не спала. Она сидела, обхватив колени руками, и смотрела в темноту.
  
  - Нам нужно поговорить, глава, - тихо сказал Си Ень.
  
  Она вздрогнула - но кивнула. Встала. Подошла к нему.
  
  Они устроились в отдалении, у огненной стены. Её свет играл на седых волосах девочки, делая их почти белыми.
  
  - Как тебя зовут? - спросил Си Ень.
  
  - Юэ Чжи.
  
  - Юэ Чжи. - Он помолчал. - Рассказывай.
  
  Она подняла на него прозрачные глаза - и начала.
  
  - Мой отец был главой Звёздной башни двадцать три года, - голос её был тихим, ровным. - Он был... хорошим человеком. Строгим, но справедливым. Он верил, что источник тьмы - не зло. Просто другая сторона силы.
  
  - Что случилось?
  
  - Год назад он начал меняться. - Юэ Чжи смотрела на огонь. - Сначала - мелочи. Забывал вещи. Путал имена. Потом - хуже. Он стал слышать голоса. Видеть что-то, чего не видели другие.
  
  - Что именно?
  
  - Он говорил... - она запнулась. - Он говорил, что источник зовёт его. Что там, в глубине, что-то ждёт. Что-то древнее. Что-то, что хочет выйти.
  
  Си Ень похолодел.
  
  - И он послушал?
  
  - Он пытался сопротивляться. Долго. - Слёзы блеснули в её глазах. - Но голоса становились громче. А он - слабее. Полгода назад он спустился в подземелья башни. Туда, где находится сердце источника.
  
  - Один?
  
  - С несколькими верными людьми. Он сказал, что должен узнать, что там. Что должен остановить это, пока не поздно.
  
  - И?
  
  - Он не вернулся. - Голос её дрогнул. - Никто из них не вернулся. А потом... потом началось.
  
  - Что началось?
  
  - Тьма. - Юэ Чжи обхватила себя руками, как будто ей было холодно. - Она хлынула из подземелий. Заполнила башню. Изменила людей.
  
  - Изменила как?
  
  - Они стали... другими. - Она искала слова. - Агрессивными. Жестокими. Как будто что-то говорило им, что делать. Что-то из глубины.
  
  - И ты стала главой?
  
  - Источник выбрал меня. - Она посмотрела на свои руки - бледные, тонкие. - Когда отец исчез, сила перешла ко мне. Я не хотела. Я была просто его дочерью, ученицей. Мне было четырнадцать.
  
  - А остальные? - Си Ень кивнул на спящих детей.
  
  - Те, кто не изменился. - Юэ Чжи слабо улыбнулась. - Дети. Молодые ученики. Те, чья связь с источником ещё не была достаточно сильной, чтобы тьма их захватила.
  
  - Ты их спасла.
  
  - Я их увела. - Она покачала головой. - Это не одно и то же. Я не знала, что делать. Не знала, куда идти. Просто... бежала. И они бежали со мной.
  
  - Три месяца?
  
  - Три месяца. - Она кивнула. - Мы прятались. Двигались ночами. Искали безопасное место. А тьма всё росла. И те, кто изменился - они искали нас.
  
  - Почему?
  
  Юэ Чжи помолчала. Долго.
  
  - Потому что я - глава, - сказала она наконец. - Потому что пока я жива - источник разделён. Часть его силы - во мне. А то, что внизу... оно хочет всё. Целиком.
  
  - Что там внизу, Юэ Чжи?
  
  - Я не знаю. - Слёзы потекли по её щекам. - Правда не знаю. Что-то древнее. Что-то, что спало тысячи лет. А теперь - проснулось.
  
  Си Ень смотрел на неё - на эту девочку, которая несла на плечах груз, который раздавил бы взрослого.
  
  - Твой отец, - спросил он мягче. - Ты знаешь, что с ним?
  
  - Он мёртв. - Голос её был пустым. - Я чувствую. Связь главы с предшественником... она оборвалась. Давно. Он умер там, внизу. Пытаясь остановить это.
  
  - Мне жаль.
  
  - Мне тоже.
  
  Они сидели в тишине. Огненная стена потрескивала. Где-то в глубине тоннеля выла нечисть, не в силах пробиться сквозь огонь.
  
  - Что теперь? - спросила Юэ Чжи. - Вы убьёте нас?
  
  Си Ень посмотрел на неё - на её прозрачные глаза, полные страха и усталости.
  
  - Нет, - сказал он. - Мы вам поможем.
  
  - Почему?
  
  - Потому что ты - глава башни. Потому что это твой источник. - Он помолчал. - И потому что никто не должен нести такой груз в одиночку. Тем более - ребёнок.
  
  Юэ Чжи смотрела на него - и что-то в её глазах изменилось. Недоверие уступило место чему-то другому. Надежде, может быть.
  
  - Спасибо, - прошептала она.
  
  - Не за что. - Си Ень встал. - А теперь - спи. Завтра нам предстоит много работы.
  
  Он вернулся к своим друзьям - к Мэйлин и Цзин Юю, которые всё ещё спали.
  
  И долго смотрел на огненную стену, думая о древнем зле, которое проснулось в глубине земли.
  
  И о том, как его остановить.
  
  Глава 56. Звёздная башня
  
  Пещера медленно оживала.
  
  Дети просыпались - по одному, по двое. Тёрли глаза, оглядывались, вспоминали, где находятся. Стражи пламени раздавали остатки еды - сухари, сушёное мясо, воду.
  
  Мэйлин проснулась от того, что затекла шея. Она обнаружила себя в странной позе - привалившись к камню, с пустыми коленями.
  
  - Доброе утро, - сказал Цзин Юй, протягивая ей чашку с чем-то тёплым.
  
  - Где Си Ень?
  
  - Там. - Он кивнул в сторону огненной стены.
  
  Си Ень сидел с Юэ Чжи - они о чём-то тихо разговаривали. Девочка кивала, иногда отвечала. Лицо Си Еня было сосредоточенным, но спокойным.
  
  - Судя по вашему спокойному виду, план у нас уже есть, - Цзин Юй подошёл к ним.
  
  Си Ень поднял голову.
  
  - Нам нужна чистая Звёздная башня, - сказал он. - И уничтожить всю мерзость вокруг.
  
  - Звучит просто.
  
  - Звучит - да. - Си Ень помолчал. - Исполнение будет сложнее.
  
  - Хорошо. - Цзин Юй присел рядом. - Мы будем сообщать что-то разведчикам других башен?
  
  - Придётся.
  
  - Интересно, чем они там занимаются? - Цзин Юй нахмурился. - Не ухудшили бы ситуацию.
  
  - Да, - согласился Си Ень. - Мы займёмся башней, а они - мерзостью вокруг. Пусть зачищают территорию.
  
  - А если эта мерзость их съест?
  
  - Ну, значит, мы потом отомстим.
  
  Цзин Юй приподнял бровь.
  
  - Ты особенно добр сегодня.
  
  - Ну вот. Пусть ценят.
  
  Мэйлин подошла к ним, держа чашку обеими руками.
  
  - О чём вы?
  
  - О плане. - Си Ень повернулся к Юэ Чжи. - Глава, что у тебя в башне творится?
  
  Девочка вздрогнула.
  
  - Не знаю, - прошептала она. - Я... я давно не смотрела.
  
  - У тебя нити башни. - Голос Си Еня стал мягче, но настойчивее. - Ты знаешь всё, что происходит внутри. Это связь главы с его башней. Сосредоточься на нитях и посмотри.
  
  Юэ Чжи закрыла глаза. Её лицо напряглось - как будто она пыталась вспомнить что-то забытое.
  
  - Там... - она запнулась. - Там темно. Много теней. Много... тех, кто изменился. Они у источника. Качают из него силу.
  
  - Сколько их?
  
  - Двадцать. Может, тридцать. - Она открыла глаза. - И ещё твари. Много тварей.
  
  Си Ень кивнул.
  
  - Хорошо. Мэйлин, ты останешься с детьми, а мы с Юэ Чжи и Цзин Юем прогуляемся к башне.
  
  - Нет.
  
  Он повернулся к ней.
  
  - Что?
  
  - Нет, - повторила Мэйлин. - Вы без меня никуда не пойдёте.
  
  - Мэйлин, там опасно...
  
  - Я знаю, что там опасно. Именно поэтому я иду с вами.
  
  - А куда мы денем детей?
  
  - Вот пусть остальная толпа заклинателей за ними и присматривает. - Она скрестила руки на груди. - Их тридцать человек. Справятся.
  
  - Но они их напугают!
  
  - Они тебя уже не боятся, - Мэйлин кивнула на детей, которые поглядывали на Си Еня с любопытством, а не со страхом. - Куда остальным до тебя.
  
  - Это не...
  
  - Если тебе не нравится такой вариант - придумай другой. - Её голос стал жёстче. - Но я иду с вами. И это не обсуждается.
  
  Си Ень смотрел на неё - на её упрямо сжатые губы, на её горящие глаза.
  
  - Ладно, - сдался он. - Ладно.
  
  Собрать заклинателей других башен оказалось непросто.
  
  Си Ень разослал сигналы - и через несколько часов они начали стягиваться к пещере. Грязные, уставшие, некоторые - раненые.
  
  - Что происходит? - спросил старший заклинатель Земной башни, мрачный мужчина по имени Ши Лун. - Мы потеряли троих в болотах.
  
  - Ситуация изменилась, - ответил Си Ень.
  
  Он объяснил - коротко, по существу. Юэ Чжи. Дети. Источник. План.
  
  Реакция была... разной.
  
  - Девчонка - глава Звёздной башни? - не поверил заклинатель Воздушной башни. - Ей же лет пятнадцать!
  
  - Четырнадцать, когда приняла силу, - поправил Си Ень. - Сейчас - шестнадцать.
  
  - Это безумие.
  
  - Это факт. - Он обвёл взглядом собравшихся. - Нам нужно очистить башню. Юэ Чжи - единственная, кто может успокоить источник. Наша задача - защитить её и уничтожить всё, что будет мешать.
  
  - А дети?
  
  - Останутся здесь. Под охраной.
  
  - Чьей охраной?
  
  Си Ень оглядел заклинателей - оценивающе, внимательно.
  
  - Вы, - он указал на группу из Водной башни. - И вы, - на земных заклинателей. - Останетесь с детьми. Защитите их любой ценой.
  
  - А остальные?
  
  - Остальные - со мной.
  
  Он выбрал тех, кто казался ему наиболее... нормальными. Двоих из Белой башни - опытных боевых магов. Троих из Лунной - включая одну целительницу. Одного из Воздушной - разведчика.
  
  - Шэнь Вэй, - он обратился к старшему целителю из Башни целителей. - Ты тоже остаёшься. Детям может понадобиться помощь.
  
  - Понял, глава Си.
  
  Си Ень вызвал нескольких тёмных разведчиков - они появились из ниоткуда, как всегда.
  
  - Следите за остающимися, - приказал он тихо. - Если что-то пойдёт не так - немедленно докладывайте.
  
  - Слушаемся, глава.
  
  Разведчики растворились в тенях.
  
  - Выступаем, - скомандовал Си Ень.
  
  Они шли к башне - через туман, через тьму, через орды нежити.
  
  Си Ень прокладывал путь огнём. Цзин Юй прикрывал фланги лунными лезвиями. Заклинатели других башен помогали - каждый своей силой.
  
  Юэ Чжи шла в центре - бледная, напряжённая, с закрытыми глазами. Она чувствовала башню - всё ближе, всё сильнее.
  
  - Там, - сказала она наконец. - За этим холмом.
  
  Они поднялись на вершину - и увидели.
  
  Звёздная башня была... страшной.
  
  Чёрный камень, покрытый чем-то склизким, пульсирующим. Окна - тёмные, как глаза мертвеца. Вокруг - туман, такой густой, что казался живым.
  
  И звуки. Стоны, вой, шёпот - тысячи голосов, сливающихся в один кошмарный хор.
  
  - Теперь послушай, - Си Ень повернулся к Юэ Чжи. Его голос был спокойным, уверенным. - Ты должна очистить и успокоить источник. Это твоя башня и твоя сила. Ты не должна её бояться.
  
  - А если я не справлюсь?
  
  - Справишься. - Он положил руку ей на плечо. - Мы защитим тебя от всего остального, но не можем помочь с источником. Это должна сделать ты. И только ты.
  
  Юэ Чжи смотрела на него - своими прозрачными, слишком старыми для её возраста глазами.
  
  - Спасибо, огненный глава, - серьёзно сказала она. - Я постараюсь.
  
  Она подошла к воротам башни и коснулась их ладонью.
  
  Мгновение ничего не происходило. Потом - скрип, грохот, скрежет. Ворота медленно открылись.
  
  - Вперёд, - скомандовал Си Ень.
  
  Внутри было хуже, чем снаружи.
  
  Коридоры - тёмные, извилистые, покрытые какой-то чёрной слизью. Стены пульсировали, как живые. Воздух был тяжёлым, удушающим, пахнущим гнилью и чем-то ещё - чем-то древним, нездоровым.
  
  И твари.
  
  Они выходили из стен, из пола, из потолка. Тени без формы. Мертвецы с пустыми глазами. Что-то среднее - существа, которые когда-то были людьми, а теперь стали чем-то другим.
  
  - Держать строй! - крикнул Си Ень.
  
  Огонь хлынул из его ладоней - ярче, жарче, чем раньше. Он не сдерживался. Не мог позволить себе сдерживаться.
  
  Цзин Юй сражался рядом - лунные лезвия рассекали тьму, оставляя за собой серебристые следы. Заклинатели других башен держались - золотые щиты, воздушные клинки, белые молнии.
  
  Но тварей было слишком много.
  
  - К источнику! - крикнула Юэ Чжи. - Нам нужно к источнику!
  
  Они пробивались вперёд - шаг за шагом, комната за комнатой. Мэйлин лечила раненых на ходу - золотой свет мелькал то тут, то там, затягивая раны, снимая яд.
  
  - Здесь! - Юэ Чжи указала на лестницу, уходящую вниз. - Источник внизу!
  
  Они спустились - в темноту, в глубину, в сердце кошмара.
  
  Зал источника был огромным.
  
  Круглый, с куполообразным потолком, расписанным звёздами - но звёзды эти теперь были чёрными, мёртвыми. В центре - колодец, из которого поднималась тьма. Живая, пульсирующая, голодная тьма.
  
  Вокруг колодца - заклинатели. Те, кто изменился. Они стояли кругом, держась за руки, и качали силу из источника. Их глаза были чёрными - полностью, без белков. Их рты шептали что-то на языке, которого Си Ень не знал.
  
  - Наше дело сейчас - защищать Юэ Чжи, - сказал он тихо. - Она будет делать основную работу. Мы держим периметр.
  
  - Понял, - кивнул Цзин Юй.
  
  - Юэ Чжи, - Си Ень повернулся к девочке. - Твоя очередь.
  
  Она кивнула - и шагнула вперёд.
  
  Изменённые заклинатели повернулись к ней - как один, как будто управляемые единой волей. Чёрные глаза впились в неё.
  
  - Вернулась, - прошипел один из них. Голос его был нечеловеческим - как скрип ржавого металла. - Маленькая беглянка вернулась.
  
  - Это моя башня, - ответила Юэ Чжи. Голос её дрожал, но она не отступила. - Мой источник. Моя сила.
  
  - Твоя? - Смех - жуткий, многоголосый. - Здесь нет ничего твоего. Здесь есть только Он. И скоро Он выйдет.
  
  - Нет.
  
  Юэ Чжи подняла руки - и тьма откликнулась.
  
  Не та тьма, что поднималась из колодца. Другая - чистая, звёздная, древняя. Тьма ночного неба, тьма между звёзд, тьма, которая была до света и будет после.
  
  - Я - глава Звёздной башни, - голос её окреп. - Я - хранительница источника. И я приказываю тебе - успокойся!
  
  Изменённые заклинатели закричали - и бросились на неё.
  
  - Держать! - рявкнул Си Ень.
  
  Огонь взвился стеной, отсекая тварей от Юэ Чжи. Цзин Юй встал рядом - лунный свет смешался с пламенем, создавая непроницаемый барьер.
  
  Заклинатели других башен вступили в бой. Золотые молнии били в изменённых. Воздушные клинки рассекали плоть. Белый свет очищал тьму.
  
  Но изменённые были сильны. Слишком сильны. Они питались от источника, и каждый раз, когда одного убивали, другие становились сильнее.
  
  - Юэ Чжи! - крикнул Си Ень. - Быстрее!
  
  Девочка стояла у колодца - маленькая, хрупкая, окружённая звёздным светом. Она погрузила руки в тьму - и тьма взвыла.
  
  - Тише, - шептала она. - Тише. Я здесь. Я с тобой. Успокойся.
  
  Источник сопротивлялся. Он был заражён - чем-то древним, чем-то злым, чем-то, что проснулось в глубине. Оно не хотело уходить.
  
  - Это моя башня, - голос Юэ Чжи стал громче. - Мой источник. Моя сила. Ты не можешь забрать её у меня!
  
  Свет - звёздный, чистый, невыносимо яркий - хлынул из её рук. Он погрузился в колодец, заполняя его, очищая, изгоняя то, что там пряталось.
  
  Изменённые заклинатели закричали - все разом. Они падали - один за другим, как марионетки с обрезанными нитями. Твари рассыпались пылью. Тьма отступала.
  
  И наконец - тишина.
  
  Юэ Чжи стояла у колодца. Источник под ней светился - мягко, спокойно, как должен был светиться всегда. Чёрный свет, но не злой. Тьма между звёзд. Тьма, которая хранит, а не пожирает.
  
  Потолок над ними вспыхнул - и мёртвые звёзды ожили. Серебристые, золотые, белые - они засияли, как настоящие, заливая зал светом.
  
  Башня очистилась.
  
  А потом Юэ Чжи упала.
  
  Мэйлин успела подхватить её - едва-едва.
  
  - Юэ Чжи!
  
  Девочка была без сознания - бледная, как смерть, с закрытыми глазами. Но дышала. Слабо, неровно, но дышала.
  
  - Истощение, - определила Мэйлин, укладывая её на пол. - Полное истощение. Она отдала всё.
  
  Золотой свет заструился под её ладонями - мягкий, тёплый, исцеляющий. Мэйлин вливала в девочку силу - осторожно, понемногу.
  
  Си Ень присел рядом.
  
  Он выглядел... усталым. Измотанным. Но в глазах его было что-то новое - что-то похожее на облегчение.
  
  Он протянул руку и погладил седые волосы девочки - осторожно, почти нежно.
  
  - Теперь всё будет хорошо, маленькая глава, - тихо сказал он. - Твоя башня очень красивая.
  
  И это была правда.
  
  Зал источника сиял - звёзды на потолке мерцали, колодец светился мягким чёрным светом, стены очистились от слизи и гнили. Это было красиво - странной, непривычной красотой тьмы, которая не пугает, а успокаивает.
  
  Цзин Юй подошёл к ним.
  
  - Остальные изменённые - мертвы, - доложил он. - Твари - тоже. Башня чиста.
  
  - Потери?
  
  - Двое ранены. Серьёзно, но не смертельно. Мэйлин их уже осмотрела.
  
  Си Ень кивнул.
  
  - Хорошо. - Он посмотрел на Юэ Чжи. - Как она?
  
  - Будет жить, - ответила Мэйлин. - Но ей нужен отдых. Много отдыха.
  
  - Она его заслужила.
  
  Они сидели втроём - у колодца, под звёздным потолком, рядом со спящей девочкой, которая только что спасла свою башню.
  
  Глава 57. После бури
  
  - Ладно, - Си Ень поднялся, отряхивая колени. - Нужно узнать, что происходит вокруг. Позовите меня, когда маленькая глава придёт в себя.
  
  Он вышел из зала источника, поднялся по лестнице и оказался в главном холле башни. Теперь, когда тьма отступила, здесь было почти... уютно. Чёрный камень мягко поблёскивал, на стенах проступали древние узоры - созвездия, лунные фазы, какие-то символы.
  
  Си Ень вызвал разведчиков - и они появились, как всегда, из ниоткуда.
  
  - Докладывайте.
  
  - Глава, - первый разведчик склонился. - Нечисть вокруг башни рассеивается. Тени исчезают сами по себе - как будто их больше ничто не держит.
  
  - Мертвецы?
  
  - Падают. Те, что были далеко от башни - просто упали и больше не двигаются.
  
  - Деревни?
  
  - Туман отступает. Люди начинают выходить из укрытий. - Разведчик помолчал. - Там много мёртвых, глава. Но живые тоже есть.
  
  Си Ень кивнул. Источник успокоился - и всё, что питалось от него, потеряло силу. Логично.
  
  - Продолжайте наблюдение. Если что-то изменится - докладывайте немедленно.
  
  - Слушаемся, глава.
  
  Он обошёл башню - комната за комнатой, этаж за этажом. Проверял, что всё чисто, что нигде не осталось тварей или изменённых. Башня была пуста - но не мертва. Она дышала, пульсировала, жила. Просто ждала хозяйку.
  
  Потом он взмыл в воздух - на огненных крыльях, один - и полетел к пещере.
  
  Заклинатели, оставшиеся с детьми, встретили его настороженно.
  
  - Глава Си? - Ши Лун, старший из земных заклинателей, шагнул вперёд. - Что случилось? Мы видели свет над башней...
  
  - Башня очищена, - коротко ответил Си Ень. - Источник успокоен. Угроза устранена.
  
  - Так быстро?
  
  - У нас была помощь. - Он кивнул на детей, которые выглядывали из-за спин заклинателей. - Собирайтесь. Идём в башню.
  
  - Всё безопасно?
  
  - Безопасно.
  
  Они собрались быстро - дети, заклинатели, припасы. Шли через лес, который уже не казался таким зловещим. Туман рассеивался, воздух становился чище.
  
  Дети смотрели на башню широко раскрытыми глазами - многие видели её впервые без чёрной пелены ужаса.
  
  - Красиво, - прошептал кто-то из младших.
  
  - Это ваш дом, - сказал Си Ень. - Теперь он снова безопасен.
  
  В башне его поймала Мэйлин.
  
  - Ты! - она ткнула его пальцем в грудь. - Куда ты один исчез?!
  
  - Я не один, - возмутился Си Ень. - Ты же знаешь, что стражи пламени всегда со мной.
  
  - Ты думаешь, - Мэйлин уперла руки в бока, - я не знаю, что ты оставил их здесь? Со мной?
  
  Си Ень замер.
  
  - Откуда...
  
  - Они мне пожаловались!
  
  - Они... что?
  
  - Пожаловались. - Мэйлин прищурилась. - Я не знаю, как ты это делаешь, но больше так не делай. В конце концов, у тебя их шестеро. Бери с собой хотя бы половину.
  
  Си Ень не знал, что на это ответить. Его стражи - магические существа, связанные с ним узами огня и крови - жаловались на него Мэйлин. Это было... неожиданно.
  
  И почему-то приятно.
  
  Когда все были устроены - дети в спальнях, заклинатели в гостевых комнатах, раненые в импровизированном лазарете - Си Ень поймал Мэйлин за руку.
  
  - Пойдём.
  
  - Куда? - подозрительно спросила она.
  
  - Буду тебе мстить.
  
  - Что?!
  
  - Ты сама когда последний раз ела? - Он потащил её по коридору. - А спала? Вот и пойдём.
  
  - Но у меня ещё дела...
  
  - Никаких дел.
  
  Он привёл её в высокую комнату на одном из верхних этажей башни. Окна выходили на запад - закатное солнце заливало всё золотым светом. Посередине стоял стол, накрытый на двоих.
  
  Мэйлин остановилась на пороге.
  
  - Это...
  
  - Это ужин. - Си Ень отодвинул для неё стул. - Садись.
  
  - Откуда здесь еда?
  
  - Стражи постарались. - Он сел напротив. - Они умеют не только драться.
  
  На столе было немного - рис, овощи, немного мяса, чай. Походная еда, но горячая и свежая.
  
  - А где серебряный? - спросила Мэйлин, беря палочки.
  
  - Сама догадаешься?
  
  Она подумала секунду.
  
  - Что, в библиотеке?
  
  - Умница. - Си Ень улыбнулся. - Он нашёл какие-то интересные свитки и игнорирует окружающих. Я пытался его вытащить - бесполезно.
  
  - Типично.
  
  Они ели молча - уставшие, голодные, но спокойные. Впервые за много дней - по-настоящему спокойные.
  
  - Хорошо получилось, - сказала Мэйлин наконец.
  
  - Что именно?
  
  - Всё. - Она обвела рукой комнату. - Башня. Дети. Юэ Чжи.
  
  - Да, - согласился Си Ень. - Хорошо.
  
  - Ты молодец.
  
  Он поднял голову.
  
  - Я?
  
  - Ты. - Мэйлин смотрела на него серьёзно. - Ты мог просто уничтожить башню. Сжечь источник. Это было бы проще.
  
  - Это было бы неправильно.
  
  - Именно. - Она улыбнулась. - Ты выбрал сложный путь. И спас пятнадцать детей и одну девочку-главу.
  
  Си Ень не знал, куда деть глаза. Похвала от Мэйлин была... непривычной.
  
  - А теперь ложись спать, - сказал он, меняя тему.
  
  - Но у меня ещё есть дела!
  
  - Ничего срочного. Никто не умирает. - Он встал. - И я одолжу тебе саламандру.
  
  Он позвал Цзян Хуо - и она появилась, соскользнув с его плеча. На полу она приняла свою большую форму - размером с крупную собаку, тёплую и мягкую.
  
  - Тогда хорошо, - сдалась Мэйлин.
  
  В углу комнаты было устроено импровизированное ложе - куча одеял и подушек на полу. Цзян Хуо растянулась на нём, как живая подушка. Мэйлин устроилась рядом, обняв саламандру.
  
  Си Ень привычно накрыл её своим плащом.
  
  - А ты? - сонно спросила Мэйлин. - Ложись тоже.
  
  - Я посижу с тобой, - тихо сказал он.
  
  Он сел рядом - не на ложе, просто рядом - и смотрел, как она засыпает. Как расслабляется её лицо, как дыхание становится ровным и глубоким.
  
  Цзян Хуо приоткрыла один глаз и посмотрела на него - как будто спрашивая что-то.
  
  - Молчи, - шепнул он саламандре.
  
  Она закрыла глаз и продолжила урчать.
  
  Си Ень проснулся от солнечного луча на лице.
  
  Первое, что он осознал - он лежит. Не сидит, как собирался, а лежит. На одеялах. Рядом с Мэйлин.
  
  Второе - он держит её за руку.
  
  Третье - её пальцы переплетены с его.
  
  Он замер, боясь пошевелиться. Сердце колотилось так громко, что, казалось, могло её разбудить.
  
  Мэйлин спала - спокойно, безмятежно. Лицо её было совсем рядом. Он мог видеть каждую ресницу, каждую веснушку на носу.
  
  Осторожно - очень осторожно - он высвободил руку. Встал. Отступил на шаг.
  
  Цзян Хуо подняла голову и посмотрела на него - с чем-то подозрительно похожим на насмешку.
  
  - Ни слова, - одними губами сказал он саламандре.
  
  И бесшумно вышел из комнаты.
  
  "Это никуда не годится", - крутилось у него в голове, пока он умывался холодной водой. - "Нехватало ещё действительно сойти с ума".
  
  Он смотрел на своё отражение в воде - взъерошенные волосы, круги под глазами, странное выражение лица.
  
  Он держал её за руку. Всю ночь. И уснул рядом с ней - не собираясь, не планируя, просто... уснул.
  
  "Ты любишь её", - сказал Цзин Юй.
  
  Может, он был прав.
  
  Может, это и есть проблема.
  
  Си Ень привёл себя в порядок - умылся, переоделся, собрал волосы - и пошёл искать Цзин Юя. Ему нужно было чем-то занять голову. Чем угодно, кроме мыслей о Мэйлин.
  
  Он нашёл его в библиотеке.
  
  Это было огромное помещение - круглое, с потолком, расписанным созвездиями, с полками до самого верха. Свитки, книги, пергаменты - тысячи лет знаний, собранных заклинателями тьмы.
  
  Цзин Юй сидел за столом, склонившись над каким-то свитком. Рядом с ним - Юэ Чжи. Две серебряные головы почти соприкасались.
  
  - Это, конечно, очень мило, - сказал Си Ень с порога, - но ты что, всю ночь здесь сидел?
  
  Цзин Юй поднял голову.
  
  - Доброе утро.
  
  - Не меняй тему. - Си Ень подошёл ближе. - И доброе утро, глава. Ты завтракала?
  
  - Нет, - ответили оба, поднимая на него почти одинаковые глаза и улыбаясь.
  
  Си Ень моргнул.
  
  - Вы... пугающе похожи. Может, вы родственники?
  
  Они переглянулись - и улыбнулись ещё шире.
  
  - Неважно, - Си Ень махнул рукой. - Бросайте ваши свитки. Идём завтракать. И потом, глава, - он посмотрел на Юэ Чжи, - у нас много дел.
  
  Глава 58. Восстановление
  
  После завтрака Си Ень увёл Юэ Чжи в зал источника.
  
  - Я не смогу показать тебе всё, - честно сказал он. - Наши силы слишком разные. Огонь и тьма... не враги, но и не друзья.
  
  - Я понимаю, - кивнула Юэ Чжи.
  
  - Но я тоже глава башни. Так что основы - одинаковые. А остальное... - он пожал плечами, - возможно, ты поймёшь сама. Или найдём кого-то, кто объяснит лучше.
  
  - Хорошо.
  
  Они остановились у колодца источника. Он светился мягко, спокойно - чистый, исцелённый.
  
  - Первое, - сказал Си Ень. - Стражи.
  
  - Стражи?
  
  - У каждой башни есть стражи. Воины, связанные с главой и источником. У меня - стражи пламени. У тебя будут... - он помолчал, - стражи тьмы, наверное. Или стражи звёзд. Не знаю, как вы их называете.
  
  - Я не знала, что они существуют.
  
  - Потому что твой отец не успел тебе показать. - Си Ень присел рядом с колодцем. - Закрой глаза. Почувствуй источник. Он - часть тебя. А стражи - часть его.
  
  Юэ Чжи закрыла глаза. Сосредоточилась.
  
  - Я чувствую... что-то, - прошептала она. - В глубине. Оно ждёт.
  
  - Позови их. Скажи, что ты - глава. Что тебе нужна их защита.
  
  Долгая пауза. Потом - движение в тенях. Шёпот. Присутствие.
  
  Шестеро фигур соткались из темноты - не совсем люди, не совсем тени. Воины в чёрных доспехах, с лицами, скрытыми под капюшонами, с глазами, светящимися как звёзды.
  
  - Госпожа, - прошелестели они хором. - Мы ждали.
  
  Юэ Чжи открыла глаза - и ахнула.
  
  - Они... они настоящие?
  
  - Настоящие. - Си Ень улыбнулся. - Они будут защищать тебя. Всегда. И всегда будут с тобой, даже когда ты их не видишь.
  
  - Как твои?
  
  - Как мои.
  
  Юэ Чжи смотрела на стражей - с удивлением, с благоговением.
  
  - Спасибо, - сказала она им.
  
  - Служить - наша честь, госпожа, - ответили они.
  
  Следующий урок - нити башни.
  
  - Ты уже делала это раньше, - сказал Си Ень. - Когда смотрела, что происходит внутри. Но это только малая часть.
  
  - Что ещё можно?
  
  - Всё. - Он обвёл рукой стены. - Башня - живая. Она чувствует, помнит, реагирует. Ты можешь говорить с ней. Направлять её силу. Открывать и закрывать двери. Создавать комнаты. Перемещаться внутри мгновенно.
  
  - Это... много.
  
  - Это твоё. - Си Ень посмотрел на неё серьёзно. - Башня принадлежит тебе. Не бойся её.
  
  Юэ Чжи коснулась стены - осторожно, как будто гладила испуганное животное.
  
  - Привет, - прошептала она.
  
  И башня ответила. Стена под её ладонью потеплела. Узоры вспыхнули мягким светом. Где-то в глубине что-то загудело - как будто здание вздохнуло.
  
  - Она... она рада, - удивлённо сказала Юэ Чжи.
  
  - Конечно рада. - Си Ень улыбнулся. - Ты - её хозяйка. Она ждала тебя.
  
  И последнее - настроение источника.
  
  - Источник - это сердце башни, - объяснял Си Ень. - Он даёт силу, но он также... чувствует. Может быть спокойным или беспокойным. Довольным или злым.
  
  - Злым?
  
  - Если с ним плохо обращаются. Или если что-то не так. - Он помолчал. - То, что случилось - оно началось с источника. Что-то проснулось в глубине и... заразило его. Исказило.
  
  - Я чувствовала, - тихо сказала Юэ Чжи. - Когда очищала. Там было что-то... голодное.
  
  - Что это было?
  
  - Не знаю. - Она покачала головой. - Оно ушло. Глубже. Туда, куда я не могу дотянуться.
  
  Си Ень нахмурился.
  
  - Ушло, но не умерло?
  
  - Я не уверена.
  
  Это было... тревожно. Но сейчас - не время для тревог. Сейчас - время восстанавливать.
  
  - Ладно, - сказал он. - Разберёмся с этим позже. А пока - слушай источник. Каждый день. Если почувствуешь что-то странное - сразу скажи.
  
  - Хорошо.
  
  Си Ень поднялся.
  
  - Ты молодец, глава, - удовлетворённо сказал он. - Ты учишься быстро.
  
  - Спасибо, огненный глава.
  
  - Ну а остальное, думаю, можно найти в вашей библиотеке. - Он кивнул в сторону выхода. - Попроси серебряного помочь. Он всё равно там поселился.
  
  Юэ Чжи улыбнулась - впервые за долгое время настоящей, детской улыбкой.
  
  - Он интересный, - сказала она. - Серебряный господин. Он много знает.
  
  - Он много читает. - Си Ень хмыкнул. - Иногда мне кажется, что он прочитал все книги в мире.
  
  - Это было бы здорово.
  
  - Это было бы ужасно. Представь, сколько места нужно для всех этих книг.
  
  Юэ Чжи рассмеялась - тихо, но искренне.
  
  И Си Ень подумал, что это хороший знак.
  
  Следующие недели слились в бесконечную череду дел.
  
  Башню нужно было очистить - не от тьмы, с этим справилась Юэ Чжи, а от последствий. Слизь на стенах, разбитые окна, разрушенные комнаты. Заклинатели работали день и ночь - огненные сжигали мусор, земные укрепляли стены, водные промывали каналы, воздушные проветривали помещения.
  
  Детей нужно было устроить. Они были напуганы, травмированы, многие - сироты. Мэйлин взяла их под крыло - лечила, кормила, утешала. Вместе с целителями из других башен она организовала что-то вроде приюта в одном из крыльев.
  
  - Они привыкнут, - говорила она Си Еню. - Дети гибкие. Им нужно время и забота.
  
  - И им нужна их глава.
  
  - Юэ Чжи старается. - Мэйлин улыбнулась. - Она приходит к ним каждый вечер. Рассказывает истории. Укладывает спать.
  
  - Она сама ещё ребёнок.
  
  - Она глава. И она справляется.
  
  Выживших заклинателей тьмы искали по всей территории.
  
  Разведчики Си Еня прочёсывали руины, леса, пещеры. Находили - по одному, по двое. Некоторые прятались от нечисти. Некоторые - от изменённых собратьев. Некоторые - просто бежали, куда глаза глядят.
  
  Их приводили в башню - осторожно, бережно. Мэйлин осматривала каждого, проверяла, нет ли следов искажения. Юэ Чжи встречала их лично - маленькая глава с седыми волосами и прозрачными глазами.
  
  - Добро пожаловать домой, - говорила она каждому.
  
  Некоторые плакали. Некоторые падали на колени. Некоторые просто смотрели - не веря, что кошмар закончился.
  
  К концу первой недели в башне было уже тридцать взрослых заклинателей. К концу второй - пятьдесят. К концу месяца - почти сто.
  
  Не все были рады видеть заклинателей других башен. Не все доверяли Си Еню. Но все - все без исключения - склонялись перед Юэ Чжи.
  
  - Она спасла источник, - шептались они. - Она очистила башню. Она - настоящая глава.
  
  Юэ Чжи училась управлять башней - каждый день, каждый час.
  
  Цзин Юй помогал ей с библиотекой - разбирал свитки, находил нужные знания, переводил древние тексты. Они проводили вместе часы, склонившись над пергаментами.
  
  - Смотри, - говорил он, - здесь описано, как твой прапрадед укреплял щиты башни.
  
  - А это?
  
  - Это ритуал очищения источника. Тебе пригодится.
  
  Старшие заклинатели тьмы, те, что пришли позже, тоже учили её - тому, чему не мог научить Си Ень. Как призывать тени. Как говорить с мёртвыми. Как использовать тьму не для разрушения, а для защиты.
  
  - Тьма - не зло, - объясняла ей старая заклинательница по имени Хэй Юэ. - Это просто другая сторона. Как ночь - не враг дню.
  
  - Мой отец говорил то же самое.
  
  - Твой отец был мудрым человеком. - Хэй Юэ помолчала. - И ты будешь мудрой главой. Я это вижу.
  
  Однажды вечером Си Ень нашёл Юэ Чжи на крыше башни.
  
  Она сидела на краю, свесив ноги в пустоту. Ветер играл её седыми волосами. Над ней - бесконечное небо, усыпанное звёздами.
  
  - Не боишься упасть? - спросил он, садясь рядом.
  
  - Башня не даст мне упасть. - Она улыбнулась. - Я чувствую её. Она держит меня.
  
  - Хорошо.
  
  Они помолчали, глядя на звёзды.
  
  - Спасибо, - сказала Юэ Чжи наконец. - За всё.
  
  - Не за что.
  
  - Нет, правда. - Она повернулась к нему. - Ты мог просто уничтожить нас. Это было бы проще. Безопаснее.
  
  - Я уже слышал это от кого-то.
  
  - От золотой госпожи?
  
  - От неё. - Си Ень хмыкнул. - Вы сговорились?
  
  - Может быть. - Юэ Чжи снова улыбнулась. - Она хорошая. Добрая. И она любит тебя.
  
  Си Ень замер.
  
  - Что?
  
  - Это видно. - Девочка пожала плечами. - По тому, как она смотрит на тебя. Как говорит о тебе. Как заботится.
  
  - Она обо всех заботится. Она целительница.
  
  - Не так. - Юэ Чжи покачала головой. - О тебе - по-другому.
  
  Си Ень не знал, что сказать.
  
  - Ты тоже её любишь, - продолжила Юэ Чжи. - Это тоже видно.
  
  - Ты слишком много видишь для своего возраста.
  
  - Я глава башни тьмы. - Она снова посмотрела на звёзды. - Тьма видит всё.
  
  Они сидели в тишине - глава огня и глава тьмы - под бесконечным звёздным небом.
  
  И Си Ень думал о словах девочки.
  
  И о Мэйлин.
  
  И о том, что, может быть, пришло время что-то с этим сделать.
  
  Глава 59. Возвращение
  
  Чёрная башня встретила их так, словно они и не уезжали.
  
  Стражники у ворот вытянулись по струнке. Слуги засуетились, принимая вещи. Хуан Лэй появился с неизменным свитком в руках и выражением сдержанного облегчения на лице.
  
  - Глава, - он поклонился. - Рад вашему возвращению.
  
  - Что-нибудь случилось? - спросил Си Ень.
  
  - Ничего существенного. - Хуан Лэй позволил себе лёгкую улыбку. - Башня стоит, никто не взбунтовался, казна не опустела.
  
  - Чудеса.
  
  - Просто хорошее управление, глава.
  
  Си Ень хмыкнул - но в глазах его мелькнуло что-то похожее на благодарность.
  
  - Хорошо. Доклад о текущих делах - через час. Сначала - отдохнуть.
  
  - Как прикажете, глава.
  
  Жизнь вернулась в привычное русло.
  
  Си Ень утонул в накопившихся делах - свитки, отчёты, прошения, жалобы. Он сидел в кабинете с утра до ночи, разбирая бумаги, принимая решения, подписывая документы.
  
  - Месяц отсутствия, - ворчал он, глядя на очередную стопку свитков. - Месяц! И столько всего накопилось!
  
  - Вы могли бы делегировать больше, глава, - осторожно заметил Хуан Лэй.
  
  - Кому? Тебе и так некуда больше делегировать.
  
  - Это правда.
  
  Мэйлин вернулась в свою лечебницу - и обнаружила, что без неё там творился хаос. Не катастрофический, но заметный.
  
  - Кто разрешил ученику третьего уровня работать с огненными ожогами?! - её голос разносился по этажу. - Он сам себя чуть не сжёг!
  
  - Простите, золотая госпожа...
  
  - Кто отвечал за запасы?! Почему нет лунного корня?!
  
  - Мы думали, что хватит...
  
  - Думали они! А головой думать не пробовали?!
  
  Заклинатели разбегались от её гнева, как мыши от кошки. К концу первой недели порядок был восстановлен - железной рукой в бархатной перчатке.
  
  Цзин Юй, как обычно, поселился в библиотеке. Он привёз из Звёздной башни копии нескольких древних свитков - с разрешения Юэ Чжи - и теперь изучал их с упоением учёного, нашедшего сокровище.
  
  - Здесь описаны техники, которые считались утерянными, - объяснял он Мэйлин, когда она заглянула к нему. - Взаимодействие тьмы и луны. Оказывается, наши источники когда-то были ближе, чем сейчас.
  
  - Интересно.
  
  - Очень! Если я правильно понимаю эти записи...
  
  Мэйлин улыбалась и кивала, хотя понимала от силы половину.
  
  Друзья встречались по вечерам - как раньше, как всегда.
  
  На крыше, или в кабинете Си Еня, или в лечебнице Мэйлин. Пили чай, болтали о пустяках, обсуждали новости.
  
  И Цзин Юй наблюдал.
  
  Сначала он не был уверен. Потом - заметил. Потом - убедился.
  
  Си Ень избегал Мэйлин.
  
  Не открыто, не демонстративно. Тоньше. Он садился дальше, чем обычно. Не касался её руки, передавая чашку. Отводил взгляд, когда она смотрела на него.
  
  И он перестал заходить в лечебницу.
  
  Раньше - заходил постоянно. С головной болью, без головной боли, просто поболтать. Теперь - ни разу за две недели.
  
  Мэйлин замечала. Цзин Юй видел это по её лицу - сначала недоумение, потом обида, потом - что-то похожее на боль.
  
  - Как Си Ень? - спрашивала она у Цзин Юя. - Я его почти не вижу.
  
  - Занят, - отвечал он. - Много дел после отсутствия.
  
  - Настолько занят, что не может зайти на чай?
  
  - Видимо, да.
  
  Она не верила. Он тоже не верил. Но что он мог сказать?
  
  Однажды вечером Цзин Юй застал их вместе - случайно, в коридоре.
  
  Мэйлин шла навстречу Си Еню. Тот увидел её - и буквально шарахнулся в сторону, делая вид, что разглядывает что-то на стене.
  
  - Глава, - Мэйлин остановилась. - Как ты?
  
  - Хорошо. - Он не смотрел на неё. - Занят. Много дел.
  
  - Может, зайдёшь вечером? Я приготовила твой любимый чай.
  
  - Не сегодня. - Он уже отступал. - Дела. Прости.
  
  И ушёл - почти убежал.
  
  Мэйлин смотрела ему вслед с выражением полного непонимания на лице.
  
  Цзин Юй наблюдал из тени - и качал головой.
  
  Это было бы смешно, если бы не было так грустно.
  
  Зрелище, конечно, было занимательное.
  
  Глава Чёрной башни, могущественный заклинатель, человек, который командовал армиями и сражался с демонами - убегал от маленькой целительницы, как нашкодивший мальчишка.
  
  А целительница - умная, проницательная, способная справиться с кем угодно - совершенно не понимала, что происходит.
  
  Можно было подождать. Дать им разобраться самим.
  
  Но Цзин Юй знал Си Еня. Тот мог избегать её годами. Десятилетиями. Всю жизнь, если понадобится.
  
  Он был упрямым. И он был идиотом, когда дело касалось чувств.
  
  Цзин Юй вздохнул.
  
  Кто-то должен был вмешаться.
  
  И, видимо, этим кем-то придётся быть ему.
  
  Он пришёл в лечебницу после полудня - когда основной поток пациентов схлынул и Мэйлин осталась одна, разбирая какие-то записи.
  
  - Ты не сильно занята, золотая госпожа? - спросил он с порога.
  
  Мэйлин подняла голову.
  
  - Не сильно. - Она отложила кисть. - И хватит издеваться с этой "золотой госпожой".
  
  - Я не издеваюсь. Это практически твой титул.
  
  - Это прозвище, которое я ненавижу.
  
  - Тебя уважают. Это главное. - Цзин Юй прошёл в комнату и сел напротив неё. - Можно спросить кое-что?
  
  - Спрашивай.
  
  - Что ты хотел, серебряный?
  
  Цзин Юй помолчал, собираясь с мыслями.
  
  - Хотел спросить, - сказал он наконец, - как ты относишься к Си Еню.
  
  Мэйлин моргнула.
  
  - Что?
  
  - Как ты относишься к Си Еню, - повторил он спокойно.
  
  - Это... - она нахмурилась. - Странный вопрос.
  
  - Возможно. Но я хотел бы знать ответ.
  
  Мэйлин откинулась на спинку стула.
  
  - Лучше, чем он заслуживает, - сказала она с лёгкой горечью. - Ты лучше его спроси, почему он от меня бегает.
  
  - Его я уже спросил. Теперь интересно узнать твоё мнение.
  
  Мэйлин уставилась на него.
  
  - Ты его спросил?
  
  - Да.
  
  - И что он тебе ответил?
  
  Цзин Юй выдержал её взгляд.
  
  - Ты же умный человек, Мэйлин, - сказал он мягко. - Неужели ты не видишь, что наш глава потерял от тебя голову?
  
  Пауза.
  
  Долгая, звенящая пауза.
  
  - Он что? - голос Мэйлин был странным. Тихим. Неуверенным.
  
  - Потерял от тебя голову, - повторил Цзин Юй. - И это, судя по всему, плохо сказывается на его умственных способностях. Потому что вместо того, чтобы поговорить с тобой, он прячется, как испуганный ребёнок.
  
  Мэйлин молчала. Смотрела на него - широко раскрытыми глазами, с выражением полного потрясения на лице.
  
  - Так что ты подумай, - Цзин Юй встал, - как ты к этому относишься.
  
  - Подожди...
  
  - Подумай, - повторил он. - А потом - поговори с ним. Или не говори. Это твой выбор.
  
  - Цзин Юй!
  
  Но он уже выходил из лечебницы - быстро, не оглядываясь.
  
  Пока она не успела ничего сказать.
  
  Пока он не успел сказать чего-то лишнего.
  
  Мэйлин осталась одна.
  
  Она сидела за столом, глядя в пустоту. В голове было пусто. Гулко. Как в колодце.
  
  "Наш глава потерял от тебя голову".
  
  Это было... невозможно. Нелепо. Смешно.
  
  Си Ень - глава Чёрной башни. Могущественный заклинатель. Человек, который мог получить кого угодно.
  
  А она - кто? Деревенская травница. Целительница без особых заслуг. Женщина, которая ругает его за то, что он не спит и не ест.
  
  "Потерял от тебя голову".
  
  Она вспомнила - как он укрывал её своим плащом. Как сидел рядом, пока она засыпала. Как смотрел на неё иногда - когда думал, что она не видит.
  
  Как держал её за руку - там, в Звёздной башне. Всю ночь.
  
  Она думала, ей приснилось.
  
  Может, не приснилось.
  
  "Потерял от тебя голову".
  
  Мэйлин уронила голову на руки.
  
  И попыталась понять, что она чувствует.
  
  Глава 60. Признание
  
  Мэйлин нашла его на крыше.
  
  Солнце садилось, окрашивая небо в багровые и золотые тона. Си Ень сидел на краю, глядя на горизонт. Ветер играл его волосами - чёрными с огненными прядями.
  
  Он услышал её шаги - и напрягся. Она видела, как его плечи окаменели.
  
  - Глава, - сказала она.
  
  - Мэйлин. - Он не повернулся. - Я занят.
  
  - Ты сидишь на крыше и смотришь на закат.
  
  - Это очень важное занятие.
  
  - Си Ень.
  
  Что-то в её голосе заставило его замереть. Она никогда так не произносила его имя - мягко, почти нежно.
  
  - Повернись, - попросила она.
  
  - Мне нужно...
  
  - Повернись. Пожалуйста.
  
  Он повернулся.
  
  И она увидела его лицо - напряжённое, испуганное. Глава Чёрной башни, могущественный заклинатель, человек, который не боялся ничего - смотрел на неё с выражением загнанного зверя.
  
  - Цзин Юй приходил ко мне, - сказала Мэйлин.
  
  Си Ень закрыл глаза.
  
  - Я его убью.
  
  - Не убьёшь. - Она подошла ближе. - Он сказал мне кое-что интересное.
  
  - Он... - Си Ень сглотнул. - Что он сказал?
  
  - Что ты потерял от меня голову.
  
  Тишина.
  
  Долгая, звенящая тишина.
  
  - Это правда? - спросила Мэйлин тихо.
  
  Си Ень не ответил. Он сидел неподвижно, глядя в сторону, и молчал.
  
  - Си Ень.
  
  - Да, - выдохнул он наконец. - Да. Это правда.
  
  Слова вырвались - как пламя, которое слишком долго сдерживали.
  
  - Я пытался... - он провёл рукой по лицу. - Пытался не думать об этом. Пытался быть разумным. Ты заслуживаешь лучшего, кого-то, кто будет рядом, кто не будет постоянно рисковать жизнью, кто...
  
  - Си Ень.
  
  - ...кто не будет пытаться запереть тебя в башне каждый раз, когда волнуется, кто...
  
  - Си Ень!
  
  Он замолчал.
  
  Мэйлин стояла прямо перед ним - близко, так близко, что он мог видеть золотые искры в её карих глазах.
  
  - Ты когда-нибудь спрашивал меня, чего я хочу? - спросила она.
  
  - Что?
  
  - Ты решил, что я заслуживаю лучшего. Ты решил, что тебе нужно держаться подальше. Ты решил за меня. - Она наклонила голову. - Но ты ни разу не спросил, чего хочу я.
  
  Си Ень смотрел на неё - растерянно, беспомощно.
  
  - И чего ты хочешь? - прошептал он.
  
  Мэйлин протянула руку и коснулась его щеки - лёгко, почти невесомо.
  
  - Тебя, дурак, - сказала она. - Я хочу тебя.
  
  Он замер - как будто боялся пошевелиться.
  
  - Ты... - голос его сорвался. - Ты уверена?
  
  - Я целительница. - Мэйлин улыбнулась. - Я умею ставить диагнозы. И мой диагноз - что я люблю тебя. Давно. Ты веришь в меня. Ты видишь меня. Не целительницу, не золотую госпожу - меня. И это... - она запнулась, - это много значит.
  
  - Мэйлин...
  
  - Я знаю, что ты сложный человек. - Она не отводила взгляда. - Я знаю, что ты будешь пытаться решать за меня, и я буду на тебя кричать. Я знаю, что ты будешь рисковать жизнью, и я буду за тебя бояться. Я знаю всё это. И всё равно хочу быть рядом.
  
  Си Ень смотрел на неё - на эту женщину, которая ругала его за то, что он не спит, которая приносила ему чай посреди ночи, которая засыпала на его саламандре.
  
  - Я не заслуживаю тебя, - сказал он.
  
  - Может быть. - Мэйлин улыбнулась. - Но это мне решать, не тебе.
  
  И она поцеловала его.
  
  Поцелуй был мягким, осторожным - как первое прикосновение.
  
  Си Ень застыл на мгновение - а потом ответил. Его руки обняли её, притянули ближе. Он целовал её так, будто она была воздухом, а он - тонущим.
  
  Когда они наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали.
  
  - Это было... - начал Си Ень.
  
  - Тихо, - Мэйлин положила палец ему на губы. - Не порть момент.
  
  Он рассмеялся - тихо, счастливо.
  
  - Как скажешь, золотая госпожа.
  
  - Я ненавижу это прозвище.
  
  - Я знаю. - Он поцеловал её в лоб. - Но оно тебе идёт.
  
  Они сидели на крыше, обнявшись, и смотрели, как солнце опускается за горизонт. Небо пылало красным и золотым - как его огонь и её свет.
  
  - Что теперь? - спросила Мэйлин.
  
  - Не знаю. - Си Ень прижал её крепче. - Но разберёмся. Вместе.
  
  - Вместе, - согласилась она.
  
  И впервые за долгое время - всё было правильно.
  
  Утро выдалось солнечным и тёплым.
  
  Цзин Юй спустился к завтраку - и замер на пороге.
  
  Си Ень и Мэйлин сидели рядом. Не напротив друг друга, как раньше - рядом. Их плечи соприкасались. Мэйлин что-то говорила, Си Ень слушал - и улыбался.
  
  Улыбался так, как Цзин Юй никогда не видел.
  
  Это была не его обычная усмешка, не саркастическая ухмылка, не редкая искренняя улыбка. Это было что-то другое - мягкое, светлое, счастливое.
  
  Глаза его сияли.
  
  Мэйлин тоже выглядела иначе. Что-то в её лице изменилось - как будто она расслабилась, как будто сбросила груз, который несла слишком долго. Она ещё привыкала - Цзин Юй видел это - но уже начинала верить.
  
  Верить, что её любят.
  
  - Доброе утро, - сказал он, входя.
  
  Они повернулись к нему - и он увидел, как Си Ень взял Мэйлин за руку. Просто, естественно, как будто делал это всегда.
  
  - Доброе утро, серебряный, - улыбнулась Мэйлин. - Садись, позавтракай с нами.
  
  Они ели вместе - болтая о пустяках, смеясь, перебрасываясь шутками. Как раньше, как всегда - но что-то неуловимо изменилось. Стало теплее. Правильнее.
  
  - Всё, - сказал Цзин Юй, допив чай. - Я вас покидаю.
  
  - Уже? - Мэйлин подняла голову.
  
  - Меня ждут ученики. И новые древние свитки. - Он улыбнулся. - Я обещал Юэ Чжи, что вернусь и помогу разобрать библиотеку.
  
  - Знаю я тебя, - пробурчал Си Ень. - Опять какую-нибудь гадость откопаешь, и придётся спасать мир.
  
  - Возможно. - Цзин Юй пожал плечами. - Но это делает жизнь интереснее.
  
  - Для кого?
  
  - Для всех.
  
  Мэйлин встала и обняла его - крепко, тепло.
  
  - Береги себя, - сказала она. - И без нас в приключения не ввязывайся.
  
  - Конечно. - Он обнял её в ответ. - А то вам будет завидно.
  
  Си Ень тоже поднялся - и, помедлив, положил руку ему на плечо.
  
  - Спасибо, - сказал он тихо. - За всё.
  
  Цзин Юй понял, о чём он.
  
  - Не за что. - Он улыбнулся. - Кто-то должен был.
  
  Он помахал друзьям и вышел - в солнечное утро, в новый день, в новые приключения.
  
  Си Ень и Мэйлин смотрели ему вслед.
  
  - А ты уверена, что не любишь его? - вдруг спросил Си Ень.
  
  Мэйлин повернулась к нему.
  
  - Конечно, я люблю его, - ответила она просто.
  
  Си Ень вздрогнул.
  
  - Но, - продолжила Мэйлин, - у него по жилам течёт лунный свет, а голова забита древними тайнами. И он похож на человека только если не забывает притворяться.
  
  Си Ень молчал, переваривая её слова.
  
  - А что ты скажешь про меня? - спросил он наконец.
  
  Мэйлин посмотрела на него - на его чёрные волосы с огненными прядями, на его тёмные глаза с огненными бликами, на его лицо, которое она успела выучить наизусть.
  
  - У тебя по жилам течёт огонь, - сказала она мягко. - А голова забита делами башни. И мной.
  
  - И тобой, - согласился он.
  
  - Это странно и удивительно. - Она обняла его, прижавшись щекой к его груди. - Что кто-то думает обо мне так много.
  
  Он обнял её в ответ - крепко, как будто боялся отпустить.
  
  - Привыкай, - сказал он.
  
  - Привыкаю.
  
  Они стояли так - обнявшись, в утреннем свете - и никуда не торопились.
  
  - Всё, глава, - сказала наконец Мэйлин, отстраняясь. - У меня дела. Убегаю в лечебницу.
  
  - Уже?
  
  - Уже. - Она поднялась на цыпочки и поцеловала его в щёку. - Приходи позже пить чай.
  
  - Приду.
  
  Она улыбнулась - и ушла, лёгкая, светлая, счастливая.
  
  Си Ень смотрел ей вслед - и улыбался.
  
  Глава Чёрной башни. Могущественный заклинатель. Человек, который думал, что не способен на любовь.
  
  И который оказался неправ.
  
  Глава 61. Перемены
  
  Первым заметил Хуан Лэй.
  
  Он принёс главе утренние отчёты - как всегда, ровно в назначенный час - и застыл на пороге кабинета.
  
  Си Ень сидел за столом. Это было нормально.
  
  На столе стояла чашка с чаем. Это тоже было нормально.
  
  Но рядом с чашкой лежал золотой лотос - живой, свежий, явно сорванный этим утром. И глава время от времени поглядывал на него с выражением, которое Хуан Лэй не мог опознать.
  
  - Глава? - осторожно позвал он.
  
  Си Ень поднял голову - и улыбнулся.
  
  Улыбнулся.
  
  Хуан Лэй едва не выронил свитки.
  
  - Доброе утро, Хуан Лэй. Что у нас сегодня?
  
  - Я... отчёты, глава. - Он положил свитки на стол, стараясь не пялиться на лотос. - Обычные дела.
  
  - Хорошо. Оставь, я просмотрю.
  
  - Да, глава.
  
  Хуан Лэй вышел из кабинета - и позволил себе удивлённо моргнуть.
  
  Глава улыбался. Утром. Без видимой причины.
  
  Что-то изменилось.
  
  Вторыми заметили стражи пламени.
  
  Они всегда были рядом с главой - невидимые, неслышимые, верные. И они видели всё.
  
  Видели, как глава заходит в лечебницу - каждый день, иногда дважды.
  
  Видели, как он приносит золотой госпоже цветы - лотосы, хризантемы, какие-то полевые травы, которые она использовала в зельях.
  
  Видели, как она поправляет ему волосы, когда думает, что никто не смотрит.
  
  Видели, как они сидят на крыше вечерами - близко, очень близко, иногда держась за руки.
  
  Стражи молчали. Это было не их дело.
  
  Но между собой - в тех редких моментах, когда они могли говорить свободно - они обменивались взглядами.
  
  "Наконец-то", - говорили эти взгляды.
  
  "Давно пора".
  
  Третьими заметили ученики лечебницы.
  
  - Вы видели? - шептала одна ученица другой. - Глава опять приходил!
  
  - И принёс цветы!
  
  - И они пили чай вместе!
  
  - И он улыбался!
  
  - Глава никогда не улыбается!
  
  - Вот именно!
  
  Золотая госпожа вышла из своего кабинета - и ученицы мгновенно замолчали, уткнувшись в свитки.
  
  - Что-то случилось? - спросила Мэйлин.
  
  - Ничего, госпожа!
  
  - Мы учимся, госпожа!
  
  - Очень усердно учимся!
  
  Мэйлин посмотрела на них подозрительно - но ничего не сказала. Только уголки её губ дрогнули в улыбке.
  
  Когда она ушла, ученицы переглянулись.
  
  - Она тоже улыбается!
  
  - Постоянно!
  
  - Это любовь!
  
  - Тише! Она услышит!
  
  К концу первой недели слухи расползлись по всей башне.
  
  - Говорят, глава и золотая госпожа...
  
  - Неужели?
  
  - Мой друг видел, как они гуляли в саду!
  
  - А моя сестра говорит, что глава теперь каждый вечер пьёт чай в лечебнице!
  
  - Каждый вечер?
  
  - Каждый!
  
  Заклинатели шептались в коридорах, обменивались многозначительными взглядами, строили предположения.
  
  Одни радовались - глава заслуживал счастья, а золотая госпожа была хорошей женщиной.
  
  Другие удивлялись - они и не думали, что глава способен на такие чувства.
  
  Третьи просто наблюдали - с любопытством, с интересом, с затаённой улыбкой.
  
  Однажды утром Си Ень зашёл в лечебницу - как обычно, без предупреждения.
  
  Мэйлин была занята - разбирала какие-то травы, сортировала их по баночкам. Волосы выбились из причёски, на щеке было пятно от зелёной пыльцы.
  
  - У тебя тут... - Си Ень указал на её щёку.
  
  - Что? Где?
  
  Он шагнул ближе и осторожно стёр пятно пальцем.
  
  - Вот здесь.
  
  Мэйлин замерла. Его рука всё ещё касалась её щеки - тёплая, нежная.
  
  - Спасибо, - прошептала она.
  
  - Не за что.
  
  Они стояли так - близко, очень близко - и смотрели друг на друга.
  
  - Глава, - Мэйлин первой отвела взгляд, - у меня работа.
  
  - Я знаю.
  
  - Ты мешаешь.
  
  - Я знаю.
  
  - Тогда почему ты всё ещё здесь?
  
  - Потому что мне нравится на тебя смотреть.
  
  Мэйлин покраснела - ярко, заметно.
  
  - Ты невозможен.
  
  - Ты уже говорила.
  
  - И скажу ещё сто раз.
  
  Он рассмеялся - тихо, счастливо - и наклонился, чтобы поцеловать её в лоб.
  
  - Увидимся вечером?
  
  - Увидимся.
  
  Он вышел из лечебницы - лёгкой походкой, с улыбкой на лице.
  
  И не заметил трёх учениц, которые наблюдали из-за угла с круглыми от изумления глазами.
  
  - Он её поцеловал!
  
  - В лоб!
  
  - Это так романтично!
  
  - Тише! Нас услышат!
  
  Вечером они сидели в лечебнице - Си Ень и Мэйлин - и пили чай.
  
  Цзян Хуо дремала на полу, свернувшись кольцом. Свечи горели мягким светом. За окном темнело.
  
  - Знаешь, - сказала Мэйлин, - вся башня о нас шепчется.
  
  - Я заметил.
  
  - И тебя это не беспокоит?
  
  Си Ень пожал плечами.
  
  - Пусть шепчутся. Это правда.
  
  - Какая правда?
  
  - Что я люблю тебя. - Он сказал это просто, спокойно, как очевидный факт. - Пусть все знают.
  
  Мэйлин смотрела на него - на этого человека, который раньше прятал свои чувства так глубоко, что сам не мог их найти.
  
  - Ты изменился, - сказала она тихо.
  
  - Это плохо?
  
  - Нет. - Она улыбнулась. - Это хорошо.
  
  Она пересела ближе к нему - так, чтобы их плечи соприкасались. Он обнял её, притянул к себе.
  
  - Мне нравится так сидеть, - пробормотала Мэйлин, устраиваясь удобнее.
  
  - Мне тоже.
  
  - Ты тёплый.
  
  - Я огненный заклинатель. Это моя работа - быть тёплым.
  
  Она рассмеялась - тихо, счастливо.
  
  - Глава Чёрной башни - личная грелка целительницы. Какой скандал.
  
  - Ужасный скандал. Моя репутация погибла.
  
  - Какая репутация?
  
  - Угрожающая. Помнишь?
  
  - А, та. - Мэйлин фыркнула. - Она погибла давно. Примерно тогда, когда ты начал приносить мне цветы.
  
  - Я всегда приносил тебе цветы.
  
  - Вот именно.
  
  Они помолчали - уютно, спокойно.
  
  - Мэйлин, - сказал Си Ень тихо.
  
  - М?
  
  - Спасибо.
  
  - За что?
  
  - За всё. - Он поцеловал её в макушку. - За то, что ты есть. За то, что ты рядом. За то, что ты терпишь меня.
  
  - Терпеть тебя - это действительно подвиг.
  
  - Я знаю.
  
  Она подняла голову и посмотрела на него - на его тёмные глаза с огненными бликами, на его улыбку, на его лицо, которое больше не было напряжённым и усталым.
  
  - Я тоже тебя люблю, - сказала она. - На всякий случай, если ты забыл.
  
  - Я не забыл.
  
  - Хорошо.
  
  Она снова устроилась у него под боком. Цзян Хуо приоткрыла один глаз, посмотрела на них - и довольно заурчала.
  
  - Даже твоя саламандра одобряет, - заметила Мэйлин.
  
  - Она всегда тебя любила.
  
  - Правда?
  
  - Правда. Она хороший судья характера.
  
  - В отличие от тебя?
  
  - В отличие от меня.
  
  Мэйлин рассмеялась и ткнула его в бок.
  
  - Эй!
  
  - Это тебе за то, что ты меня обижаешь.
  
  - Я тебя не обижаю, я говорю правду.
  
  - Это одно и то же.
  
  Они препирались - легко, беззлобно, счастливо.
  
  За дверью лечебницы двое заклинателей остановились, услышав смех главы.
  
  - Это... это глава смеётся?
  
  - Кажется, да.
  
  - Я никогда не слышал, чтобы он смеялся.
  
  - Я тоже.
  
  Они переглянулись - и пошли дальше, улыбаясь.
  
  Что бы ни происходило между главой и золотой госпожой - это было хорошо.
  
  Для него. Для неё. Для всей башни.
  
  На следующее утро Хуан Лэй снова принёс отчёты.
  
  На столе главы теперь стояли два цветка - золотой лотос и красная хризантема.
  
  И глава снова улыбался.
  
  Хуан Лэй позволил себе маленькую, почти незаметную улыбку в ответ.
  
  "Наконец-то", - подумал он.
  
  "Давно пора".
  
  Глава 62. Ритуал
  
  Теперь, когда у Си Еня выдавалось свободное время, он приходил в лечебницу.
  
  Иногда - со свитками и документами, которые нужно было прочитать. Иногда - со сладостями и чаем, которые он где-то добывал. Иногда - просто так, без причины, без повода.
  
  Он садился у её ног - на подушку, которую Мэйлин теперь держала специально для него - и они разговаривали. Или молчали. Или каждый занимался своим делом - она разбирала травы, он читал отчёты - просто ощущая присутствие другого.
  
  Первый раз когда это случилось - целители замерли.
  
  Глава Чёрной башни. Сидит на полу. У ног целительницы. Как... как обычный человек.
  
  - Продолжайте работать, - сказала Мэйлин, не поднимая головы от своих записей. - Он не кусается.
  
  - Иногда кусаюсь, - возразил Си Ень, не отрываясь от свитка.
  
  - Только тех, кто заслуживает.
  
  - Это правда.
  
  Целители переглянулись - и вернулись к работе. Что ещё им оставалось?
  
  К концу первой недели они привыкли. К концу второй - перестали замечать. Глава в лечебнице стал таким же обычным явлением, как склянки с зельями или пучки сушёных трав под потолком.
  
  Иногда он приносил пирожные - и делился с учениками. Иногда помогал переносить тяжёлые ящики - одной рукой, без усилий. Иногда просто сидел и смотрел, как Мэйлин работает - с выражением тихого восхищения на лице.
  
  - Ты отвлекаешь меня, - говорила она, не поднимая головы.
  
  - Я молчу.
  
  - Ты смотришь.
  
  - Это преступление?
  
  - Это отвлекает.
  
  - Я буду смотреть тише.
  
  Она фыркала - но улыбалась.
  
  Вечерами - всё было наоборот.
  
  Мэйлин приходила в кабинет главы. Стучала - формально, для приличия - и входила, не дожидаясь ответа.
  
  - Ты ел сегодня? - спрашивала она.
  
  - Да.
  
  - Врёшь.
  
  - Возможно.
  
  Она притаскивала еду - или заставляла слуг принести - и они ужинали вместе. Разговаривали о прошедшем дне, о делах башни, о пустяках и важных вещах.
  
  Потом Мэйлин устраивалась на ложе из подушек и одеял - которое теперь было постоянной частью кабинета - и засыпала в обнимку с Цзян Хуо.
  
  Саламандра обожала это. Она урчала, как огромная кошка, и грела Мэйлин своим теплом.
  
  Си Ень не имел привычки спать. Ночами он обычно работал - читал, писал, планировал. Сон казался ему пустой тратой времени.
  
  Но теперь...
  
  Теперь он позволял себе устраиваться рядом. Не спать - просто лежать, глядя на её лицо в мягком свете догорающих свечей.
  
  Она была красивой, когда спала. Расслабленной, мирной, без той настороженности, которую носила днём. Ресницы отбрасывали тени на щёки. Губы были чуть приоткрыты.
  
  Иногда она бормотала что-то во сне - невнятное, смешное. Иногда хмурилась. Иногда улыбалась.
  
  Он мог смотреть на неё часами.
  
  И иногда - сам не замечая - засыпал рядом.
  
  Утром просыпался первым, осторожно выбирался, чтобы не разбудить её, и уходил к своим делам.
  
  Но эти ночи - тихие, мирные, рядом с ней - были лучшим отдыхом, который он знал.
  
  ***
  
  Однажды вечером Си Ень вернулся в кабинет раньше обычного.
  
  Мэйлин была уже там - но не спала. Она сидела за его столом, склонившись над толстой книгой в тёмном переплёте.
  
  - Что читаешь? - спросил он, подходя сзади.
  
  - Книгу ритуалов. - Она не подняла головы. - Нашла в библиотеке. Интересно...
  
  Си Ень заглянул ей через плечо - и замер.
  
  Страница была открыта на главе о ритуале соединения душ. Древние символы, схемы, описание процедуры.
  
  - Нет, - сказал он.
  
  Голос его был жёстким, резким - как удар.
  
  Мэйлин вздрогнула и подняла голову.
  
  - Что?
  
  - Нет. - Его глаза вспыхнули огнём - буквально, не метафорически. Оранжевые искры заплясали в тёмной радужке. - Мы не будем проводить ритуал соединения душ.
  
  - Но я...
  
  Он уже уходил - быстро, почти бегом - и дверь захлопнулась за ним с грохотом.
  
  Мэйлин осталась одна, глядя на закрытую дверь с выражением полного недоумения.
  
  - Но почему? - спросила она в пустоту. - Я даже ничего не сказала...
  
  Заклинатели обычно не заключали браков - не в том смысле, в каком это делали обычные люди.
  
  У них был другой ритуал. Древний, могущественный, священный.
  
  Ритуал соединения душ.
  
  Его проводили пары - любовники, супруги, те, кто хотел быть вместе навсегда. Но не только они. Неразлучные друзья тоже могли пройти через него. Соратники, которые доверяли друг другу жизнь. Учитель и ученик, связанные узами глубже родственных.
  
  Ритуал не имел отношения к полу или романтике. Он был о связи. О доверии. О том, чтобы стать частью друг друга.
  
  Он давал многое. Увеличивал общую силу заклинателей - вместе они становились сильнее, чем по отдельности. Позволял чувствовать друг друга на расстоянии - эмоции, состояние, иногда даже мысли. Давал возможность делиться силой в бою, поддерживать друг друга в болезни.
  
  Но у него была цена.
  
  Если один в паре умирал - второй редко переживал это. Связь рвалась - и рвала душу вместе с собой. Некоторые сходили с ума. Некоторые угасали за несколько дней. Некоторые просто... останавливались. Как часы, у которых кончился завод.
  
  Мэйлин читала об этом - с академическим интересом, не более. Она не собиралась предлагать ритуал. Просто хотела понять.
  
  Но реакция Си Еня...
  
  Она встала и пошла его искать.
  
  На каждом этаже ей указывали выше.
  
  - Глава прошёл здесь, золотая госпожа. Поднялся по лестнице.
  
  - Он был здесь минуту назад. Пошёл наверх.
  
  - Я видел его на верхней площадке. Он шёл к крыше.
  
  Мэйлин поднималась - этаж за этажом, лестница за лестницей - пока не выбралась на крышу.
  
  Си Ень был там.
  
  Он стоял на краю, глядя куда-то вдаль. Ветер трепал его волосы. Спина была напряжённой, плечи - каменными.
  
  Мэйлин подошла тихо - и обняла его сзади. Прижалась щекой к его спине, обхватила руками.
  
  Он вздрогнул - но не отстранился.
  
  - Не сердись, - сказала она мягко. - Мы не будем проводить никаких ритуалов. Мне просто было интересно почитать.
  
  Долгое молчание.
  
  - Мои родители, - вдруг сказал Си Ень, - были заклинателями, соединёнными ритуалом.
  
  Мэйлин замерла.
  
  - Они любили друг друга. - Его голос был глухим, далёким. - Очень любили. Отец говорил, что ритуал сделал их единым целым. Что он не представляет жизни без неё.
  
  Он помолчал.
  
  - Когда отец погиб... мать умерла на следующий день.
  
  Мэйлин крепче обняла его.
  
  - Мне было двенадцать, - продолжил он. - Я нашёл её утром. Она лежала в постели, с закрытыми глазами. Я думал, она спит. Но она не дышала.
  
  - Си Ень...
  
  - Целители сказали, что её сердце просто остановилось. Что связь оборвалась, и она не смогла это пережить. - Он повернулся к ней. - Я не хочу, чтобы это случилось с тобой.
  
  В его глазах было что-то - страх, боль, отчаяние. Что-то, что он прятал много лет.
  
  - Глупый, - сказала Мэйлин тихо. Она подняла руку и погладила его по щеке. - Если с тобой что-нибудь случится... думаешь, я останусь жить?
  
  - Думаю, да. - Он накрыл её руку своей. - Ты сильная. Ты справишься.
  
  - Без ритуала?
  
  - Без ритуала.
  
  - Ты правда в это веришь?
  
  Он молчал.
  
  - Пообещай мне, - сказал он наконец. - Пообещай, что будешь жить. Что бы ни случилось.
  
  Мэйлин смотрела на него - на этого человека, который так боялся её потерять, что готов был оттолкнуть.
  
  - Хорошо, - сказала она. - Если тебя это успокоит. Даже на могилку ходить не буду.
  
  - У огненных нет могил.
  
  - Тем лучше. Вообще тебя забуду. Так лучше?
  
  - Ты врёшь.
  
  - Конечно, вру. - Она посмотрела ему в глаза. - Глава, ты не можешь требовать от меня такого обещания всерьёз. Ты сам не можешь мне такое пообещать.
  
  Долгая пауза.
  
  - Не могу, - признал он.
  
  - Вот видишь.
  
  Он обнял её - крепко, отчаянно, как будто боялся, что она исчезнет.
  
  - Я не хочу тебя потерять, - прошептал он.
  
  - Тогда не теряй. - Она прижалась к нему. - Живи. Будь осторожен. Возвращайся ко мне.
  
  - Это не так работает.
  
  - Тогда будем жить так, как можем. - Она подняла голову и посмотрела на него. - Без ритуалов. Просто вместе. Столько, сколько нам отмерено.
  
  - Этого мало.
  
  - Этого достаточно. - Она улыбнулась. - Для меня - достаточно.
  
  Они стояли на крыше, обнявшись, под бесконечным звёздным небом.
  
  Ветер трепал их волосы - чёрные с огненными прядями и чёрные с золотым отливом.
  
  - Я люблю тебя, - сказал Си Ень тихо.
  
  - Я знаю.
  
  - Я боюсь тебя потерять.
  
  - Я тоже боюсь. - Она поцеловала его в щёку. - Но страх - не повод отказываться от счастья.
  
  - Когда ты стала такой мудрой?
  
  - Когда связалась с тобой. Пришлось поумнеть за двоих.
  
  Он рассмеялся - тихо, надломленно, но всё же рассмеялся.
  
  - Пойдём вниз, - сказала Мэйлин. - Холодно.
  
  - Тебе холодно? - Он удивился. - Я могу согреть.
  
  - Можешь. Но лучше - внутри. Там есть чай и саламандра.
  
  - Саламандра важнее меня?
  
  - Саламандра теплее.
  
  - Это удар ниже пояса.
  
  Они спустились с крыши - вместе, держась за руки.
  
  И книга ритуалов осталась лежать на столе - закрытая, забытая, ненужная.
  
  Им не нужен был ритуал, чтобы быть вместе.
  
  Им нужны были только они сами.
  
  Глава 63. Приглашение
  
  Си Ень пришёл в лечебницу с задумчивым видом.
  
  В руках он держал свиток - и свиток этот сиял. Буквально. Золотой свет мягко пульсировал под пальцами, как живой.
  
  - Это у тебя что за гадость? - спросила Мэйлин, не отрываясь от своих записей.
  
  - Это приглашение. - Си Ень повертел свиток в руках. - С официальным визитом. В Белую башню.
  
  Мэйлин подняла голову.
  
  - В Белую башню?
  
  - Именно.
  
  - А цель визита?
  
  - Теряюсь в догадках. - Си Ень опустился на свою обычную подушку у её ног. - То ли хотят отомстить за то, что я её в прошлый раз разрушил. То ли чтобы я это повторил.
  
  Мэйлин покачала головой.
  
  - Но что там написано? - спросила она, кивая на свиток.
  
  - Что очень хотят меня видеть. - Си Ень скривился. - Странные какие-то. Я, например, совсем не хочу их видеть.
  
  - Ты что, не любишь заклинателей золотого источника?
  
  - Не люблю. - Он посмотрел на неё. - Ты - редкое исключение.
  
  - Польщена.
  
  - Это не лесть, это констатация факта.
  
  Мэйлин отложила кисть.
  
  - Но пойдёшь?
  
  - Один - не пойду. - Си Ень помолчал. - Пойдёшь со мной?
  
  - Хорошо. - Она улыбнулась. - Надо же посетить башню родного источника. И Цзин Юя возьмём - пусть их бывший первый ученик отвлекает на себя внимание.
  
  - Хороший план. Если что - будете меня вдвоём держать.
  
  - За руки или за горло?
  
  - Зависит от обстоятельств.
  
  Путь до Лунной академии занял три дня.
  
  Они летели на огненных крыльях Си Еня - Мэйлин под одной рукой, припасы под другой. Это было быстрее, чем верхом, и гораздо приятнее, чем в повозке.
  
  - Я могла бы привыкнуть к такому способу передвижения, - сказала Мэйлин, когда они приземлились у ворот академии.
  
  - Это можно устроить.
  
  - Ты будешь моим личным транспортом?
  
  - Я буду чем угодно, если ты попросишь.
  
  - Осторожнее с обещаниями, глава.
  
  Лунная академия встретила их серебристым светом.
  
  Это было красивое место - белые здания, окружённые садами, пруды с лотосами, беседки для медитации. Всё дышало покоем и гармонией.
  
  Цзин Юй нашёлся в библиотеке - как всегда.
  
  - Вы? - он удивлённо поднял голову. - Что-то случилось?
  
  - Ничего страшного. - Си Ень бросил ему свиток. - Нас приглашают в Белую башню.
  
  - Нас?
  
  - Меня. Но я беру вас обоих.
  
  Цзин Юй развернул свиток, прочитал.
  
  - Очень... вежливо написано.
  
  - Подозрительно вежливо, - согласился Си Ень.
  
  - И ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой?
  
  - Хочу. Ты был их первым учеником. Ты знаешь их обычаи. И ты будешь отвлекать на себя внимание.
  
  - Спасибо за честность.
  
  - Всегда пожалуйста.
  
  Цзин Юй вздохнул - но отложил свиток, который читал.
  
  - Когда выходим?
  
  - Завтра утром. Сегодня - отдыхаем.
  
  - У вас есть где остановиться?
  
  - У нас есть ты. - Си Ень улыбнулся. - У тебя же есть гостевые комнаты?
  
  - Есть. - Цзин Юй покачал головой. - Вы невозможны.
  
  - Мы знаем.
  
  ***
  
  Белая башня сияла.
  
  Она возвышалась над долиной - огромная, величественная, сложенная из белого мрамора, пронизанного золотыми прожилками. На солнце она буквально светилась, отбрасывая блики на много ли вокруг.
  
  - Удивительно, - сказал Цзин Юй, глядя на неё. - Она стала почти такой, как раньше.
  
  - А ты хотел чего-то другого? - спросила Мэйлин.
  
  - Хотел построить что-то другое. Что-то менее... помпезное. - Он помолчал. - Чтобы восстановленная башня была лучше разрушенной. Не просто копией, а улучшением.
  
  - Не ожидал от тебя, - сказал Си Ень. - Это же башня золотого источника. Она не будет другой, как ни старайся. И заклинатели не будут другими.
  
  - Какими?
  
  - Блестящими. Гордыми. Уверенными в своей правоте. - Он скривился. - И расчётливыми в действиях.
  
  Мэйлин приподняла бровь.
  
  - Я вот думаю - мне обидеться или возгордиться?
  
  - Согласись, что я прав. - Си Ень посмотрел на неё. - Но ты - лучший вариант заклинателя золотого источника.
  
  - То есть ничего не изменить? - спросил Цзин Юй. В его голосе звучало что-то похожее на разочарование.
  
  - Ну... - Си Ень пожал плечами. - Всегда можно стремиться к лучшему варианту. Просто не жди чудес.
  
  Они стояли у подножия холма, на котором возвышалась башня. Золотые ворота были закрыты.
  
  - Ладно, - сказала Мэйлин. - Что мы стоим у дверей? Постучаться, что ли?
  
  Но ворота уже открывались - медленно, торжественно, с мелодичным звоном.
  
  И их встретила делегация.
  
  Двенадцать заклинателей в белых одеждах с золотой вышивкой.
  
  Все - высокие, красивые, с волосами, отливающими золотом, с глазами, в которых плясали золотые искры. Они стояли в два ряда, образуя почётный коридор.
  
  Впереди - женщина средних лет, с лицом надменным и красивым. Старший советник, судя по знакам на одежде.
  
  - Глава Чёрной башни, - она поклонилась - неглубоко, ровно настолько, насколько требовал протокол. - Белая башня приветствует вас.
  
  - Советник. - Си Ень ответил таким же поклоном - ни больше, ни меньше. - Благодарю за приглашение. Хотя признаюсь, я удивлён.
  
  - Удивлены, глава?
  
  - Последний раз, когда я был здесь, меня просили больше не приходить. - Его губы изогнулись в улыбке. - Что-то изменилось?
  
  Советник на мгновение потеряла самообладание - но быстро взяла себя в руки.
  
  - Времена меняются, глава Си. - Её голос был гладким, как шёлк. - Мы надеемся на... плодотворное сотрудничество.
  
  - Плодотворное сотрудничество, - повторил Си Ень. - Звучит интригующе. И немного пугающе.
  
  - Уверяю вас, бояться нечего.
  
  - Это и пугает.
  
  Советник перевела взгляд на Цзин Юя.
  
  - Глава Цзин, - она поклонилась ему - чуть глубже, чем Си Еню. - Для нас честь снова видеть вас в этих стенах.
  
  Цзин Юй вздрогнул.
  
  - Я больше не глава.
  
  - Вы основали Лунную академию. Вы - глава в глазах ваших учеников. - Она улыбнулась - тепло, почти искренне. - И вы всегда будете желанным гостем в Белой башне.
  
  - Благодарю, - сказал Цзин Юй, и в его голосе было что-то странное. Что-то похожее на боль.
  
  Мэйлин заметила, как он напрягся. Как его плечи окаменели. Как взгляд стал отстранённым.
  
  Ему было тяжело здесь. В башне, где он вырос. В башне, которую когда-то любил. В башне, которая предала его.
  
  Советник наконец обратила внимание на Мэйлин.
  
  - А это...?
  
  - Госпожа Мэйлин, - сказал Си Ень прежде, чем Мэйлин успела представиться. - Целительница золотого источника. Моя... - он помедлил, подбирая слово, - ...спутница.
  
  - Спутница?
  
  - Спутница.
  
  Советник оглядела Мэйлин - оценивающе, с ног до головы. Во взгляде было что-то... снисходительное.
  
  - Целительница, - повторила она. - Из какой семьи?
  
  - Из деревни Цинхэ, - ответила Мэйлин ровно. - Я не из семьи заклинателей.
  
  - Понятно.
  
  Одно слово - но сколько в нём было пренебрежения.
  
  Мэйлин почувствовала, как Си Ень рядом с ней напрягся. Как температура воздуха чуть повысилась.
  
  Она положила руку ему на локоть - успокаивающе.
  
  - Понятно, - повторила она, глядя советнику в глаза. - Я вижу, что понятно.
  
  Что-то в её голосе заставило советника отвести взгляд.
  
  - Прошу, следуйте за мной, - сказала она, поворачиваясь. - Вам приготовлены комнаты.
  
  Они шли по коридорам Белой башни - и Мэйлин наблюдала.
  
  Заклинатели золотого источника. Её источника. Её люди - теоретически.
  
  Они были красивыми. Все без исключения - высокие, стройные, с идеальными лицами и безупречными манерами. Они двигались плавно, говорили мелодично, улыбались красиво.
  
  И при этом - смотрели друг на друга как соперники.
  
  Мэйлин замечала это. Быстрые оценивающие взгляды. Крошечные улыбки превосходства. Едва заметные жесты, показывающие статус. Каждый разговор был игрой. Каждое слово - ходом.
  
  Они не были злыми. Просто... расчётливыми. Всё взвешивали, всё оценивали, всё использовали.
  
  И при этом - искренне верили, что они лучше других. Не из высокомерия - просто как очевидный факт. Золотой источник давал силу, красоту, долголетие. Разве это не доказательство избранности?
  
  Мэйлин понимала - почему их можно не любить.
  
  Но она также понимала - кое-что другое.
  
  Она тоже так думала. Не осознавая, не признаваясь себе - но думала. Она тоже оценивала людей. Тоже взвешивала слова. Тоже планировала на несколько шагов вперёд.
  
  Просто она выросла в деревне, а не в башне. И это смягчило острые углы.
  
  Или не смягчило - а спрятало.
  
  "Блестящие, гордые, уверенные в своей правоте", - сказал Си Ень.
  
  Он был прав.
  
  Комнаты были роскошными.
  
  Белый мрамор, золотая отделка, окна от пола до потолка, выходящие на сады. Мебель - изящная, дорогая, неудобная. Всё было красивым и совершенно не функциональным.
  
  - Надеюсь, вам будет удобно, - сказала советник. - Вечером вас ждёт официальный приём. Глава башни лично желает с вами встретиться.
  
  - Глава Цзинь Хуа? - уточнил Си Ень.
  
  - Глава Цзинь Хуа. - Советник поклонилась. - Она с нетерпением ожидает беседы.
  
  - Взаимно.
  
  Это была ложь - и обе стороны это знали. Но такова была игра.
  
  Советник ушла. Двери закрылись.
  
  Си Ень немедленно начал обходить комнату - проверяя стены, мебель, углы.
  
  - Что ты делаешь? - спросила Мэйлин.
  
  - Проверяю на заклинания слежки.
  
  - И как?
  
  - Три штуки. - Он щёлкнул пальцами, и в воздухе вспыхнули золотые нити. - Стандартные. Примитивные.
  
  - Ты их снимешь?
  
  - Нет. Пусть думают, что мы не заметили. - Он улыбнулся. - Но разговаривать будем осторожно.
  
  Цзин Юй сидел у окна, глядя на сады внизу. Его лицо было бледным, отстранённым.
  
  - Юй? - Мэйлин подошла к нему. - Ты в порядке?
  
  - В порядке. - Он не повернулся. - Просто... странно быть здесь. После всего.
  
  - Хочешь уйти?
  
  - Нет. - Он наконец посмотрел на неё. - Нет. Я должен это пережить. Должен закрыть эту главу.
  
  - Ты уверен?
  
  - Уверен.
  
  Си Ень подошёл к ним.
  
  - Хм, - сказал он задумчиво. - Они от меня что-то хотят. И это что-то - для них очень неприятное.
  
  - Почему ты так думаешь?
  
  - Слишком вежливы. Слишком любезны. Слишком стараются произвести впечатление. - Он нахмурился. - Когда золотые так себя ведут - значит, им что-то нужно. Что-то, что они не могут просто потребовать или купить.
  
  - И ты не понимаешь, что?
  
  - Не понимаю. - Он посмотрел на них. - У вас есть какие-то предположения?
  
  Мэйлин задумалась.
  
  - Может, им нужна твоя поддержка? - предположила она. - Политическая. После совета всех башен твой авторитет вырос. Ты организовал экспедицию, спас Звёздную башню...
  
  - Возможно, - кивнул Си Ень. - Но для этого не нужен такой спектакль.
  
  - Или, - сказал Цзин Юй тихо, - им нужно что-то связанное со мной.
  
  - С тобой?
  
  - Я был их первым учеником. Я знаю их секреты. - Он помолчал. - И я ушёл. Основал свою школу. Это... оскорбление для них.
  
  - Ты думаешь, они хотят тебя вернуть?
  
  - Не знаю. Может быть, хотят закрыть академию. Или присоединить её к башне. Или... - он не договорил.
  
  - Или что?
  
  - Или они нашли что-то в архивах. Что-то связанное с моим прошлым. - Цзин Юй отвернулся к окну. - Что-то, что могут использовать против меня.
  
  Повисла тишина.
  
  - Ладно, - сказал Си Ень наконец. - Что бы это ни было - узнаем вечером. А пока - отдыхаем. И держим глаза открытыми.
  
  - И уши, - добавила Мэйлин.
  
  - И уши.
  
  Они разошлись по своим комнатам - но никто из них не смог заснуть.
  
  Вечер обещал быть интересным.
  
  Глава 64. Приём
  
  - Ну что, вы готовы к приёму?
  
  Си Ень стоял перед большим зеркалом, осматривая себя с явным удовольствием.
  
  Он был одет в чёрное - как всегда - но это была особая чернота. Шёлк, расшитый огненными узорами, которые мерцали при каждом движении. Пояс с рубиновой пряжкой. Волосы собраны в высокий хвост, перехваченный золотым кольцом. В ушах - серьги с чёрными опалами, в которых плясали огненные искры.
  
  Он выглядел как то, чем был - главой одной из семи великих башен. Могущественным заклинателем. Человеком, с которым лучше не ссориться.
  
  - До твоего великолепия нам, конечно, далеко, - ответила Мэйлин, выходя из своей комнаты. - Но мы тоже готовы.
  
  Си Ень повернулся к ней - и замер.
  
  Она была одета в зелёное с золотом. Платье струилось по фигуре, как вода, подчёркивая талию и плечи. Золотая вышивка - лотосы и листья - обвивала подол и рукава. Волосы были уложены в сложную причёску, открывая шею.
  
  Она была красивой. Очень красивой.
  
  - Подожди, - сказал Си Ень.
  
  Он подошёл к ней, достал что-то из рукава - и Мэйлин увидела шпильку. Золотую, с большим изумрудом, окружённым мелкими бриллиантами.
  
  - Что это?
  
  - Это - твоё. - Он осторожно заколол шпильку ей в волосы, закрепляя причёску. - Вот. Теперь - достаточно великолепно.
  
  Мэйлин посмотрела в зеркало. Изумруд сиял в её тёмных волосах, как звезда в ночном небе.
  
  - Спасибо, глава, - улыбнулась она.
  
  - Не за что.
  
  - Что вы на меня так смотрите?
  
  Цзин Юй стоял в дверях, скрестив руки на груди. Он тоже был одет для приёма - серебристые одежды лунного заклинателя, простые, но элегантные. Волосы распущены по плечам.
  
  - Я одет сообразно случаю, - сказал он. - И не собираюсь добавлять никаких украшений.
  
  Мэйлин и Си Ень переглянулись.
  
  - Держи его, - сказала Мэйлин.
  
  Си Ень бросился вперёд - и Цзин Юй едва успел увернуться.
  
  - Что вы делаете?!
  
  - Стой смирно!
  
  Они устроили шуточную драку - толкались, уворачивались, смеялись. Си Ень пытался схватить Цзин Юя, тот ускользал, Мэйлин кружила вокруг них с бриллиантовой шпилькой в руке.
  
  - Да прекратите вы! - возмущалась она. - У меня же не получится аккуратно!
  
  - Тогда скажи ему, чтобы не вертелся!
  
  - Это ты меня держишь!
  
  - Потому что ты вертишься!
  
  Наконец Си Еню удалось прижать Цзин Юя к стене - и Мэйлин воткнула шпильку ему в волосы.
  
  - Ай!
  
  - Ну вот, - вздохнула она. - Теперь мне придётся всё переделывать. Ты растрепался как воробей.
  
  - Это не моя вина!
  
  - Сядь. - Она указала на стул. - И не двигайся.
  
  Цзин Юй сел - покорно, как ребёнок. Мэйлин встала за его спиной и начала расчёсывать серебристые волосы - медленно, осторожно.
  
  Си Ень наблюдал - с улыбкой, которую не пытался скрыть.
  
  Мэйлин собрала волосы Цзин Юя в высокий хвост, закрепила бриллиантовой шпилькой. Несколько прядей оставила свободными, обрамляя лицо.
  
  - Вот, - сказала она, отступая. - Теперь хорошо.
  
  Цзин Юй посмотрел в зеркало. Шпилька сияла в его волосах - холодным, лунным светом.
  
  - Ты очень красивый, - сказала Мэйлин тихо. - Не могу налюбоваться.
  
  - Сейчас кто-то будет ревновать, - улыбнулся Цзин Юй.
  
  - Не будет, - отозвался Си Ень. - Не к тебе.
  
  - А к кому тогда?
  
  - К шпильке. Она ближе к твоим волосам, чем я.
  
  - Это... странный комплимент.
  
  - Я стараюсь.
  
  Они рассмеялись - все трое.
  
  - Но нам действительно пора, - сказал Си Ень, направляясь к двери. - Вам что, не интересно, зачем нас позвали?
  
  - Хуже, - сказала Мэйлин, беря его под руку. - Зачем тебя позвали.
  
  - Вот и узнаем.
  
  ***
  
  Большой зал Белой башни сиял.
  
  Тысячи свечей в хрустальных люстрах. Белый мрамор пола, отполированный до зеркального блеска. Золотые колонны, уходящие к потолку, расписанному сценами из истории золотого источника.
  
  И заклинатели.
  
  Десятки заклинателей в белых и золотых одеждах. Они стояли группами, беседовали, смеялись - но все взгляды были прикованы к дверям.
  
  Когда вошли Си Ень, Мэйлин и Цзин Юй - наступила тишина.
  
  Мгновенная, оглушающая тишина.
  
  А потом - шёпот. Волна шёпота, прокатившаяся по залу.
  
  "Глава Чёрной башни..."
  
  "Тот самый..."
  
  "Разрушитель..."
  
  "А это не Сюаньчжи?.."
  
  "Первый ученик..."
  
  "Предатель..."
  
  Си Ень шёл вперёд - невозмутимый, спокойный, с лёгкой улыбкой на губах. Как будто не слышал шёпота. Как будто не замечал взглядов - враждебных, любопытных, испуганных.
  
  Мэйлин держала его под руку - и чувствовала, как напряжены его мышцы. Он слышал всё. Просто не показывал.
  
  Цзин Юй шёл чуть позади - с непроницаемым лицом. Только побелевшие пальцы, сжатые в кулаки, выдавали его волнение.
  
  Им навстречу вышел старший советник - тот самый, что встречал их у ворот.
  
  - Глава Си, - она поклонилась. - Глава Цзин. Госпожа Мэйлин. Добро пожаловать на приём.
  
  - Благодарю. - Си Ень оглядел зал. - Очень... блестяще.
  
  - Мы старались произвести впечатление.
  
  - Вам удалось.
  
  Их провели к почётным местам - у возвышения, где стоял пустой трон. Подали вино - в золотых кубках, естественно. Предложили закуски - изысканные, крошечные, бесполезные.
  
  Заклинатели подходили - представлялись, кланялись, говорили любезности. Си Ень отвечал - вежливо, холодно, с той особой улыбкой, которая не касалась глаз.
  
  - Какая честь познакомиться с вами, глава Си...
  
  - Взаимно.
  
  - Мы так много слышали о ваших подвигах...
  
  - Надеюсь, не всё - правда.
  
  - Ваша репутация вас опережает...
  
  - Моя репутация преувеличена. Я убил гораздо меньше людей, чем говорят.
  
  Заклинатель, который это сказал, побледнел и быстро удалился.
  
  - Ты наслаждаешься, - шепнула Мэйлин.
  
  - Немного.
  
  - Это жестоко.
  
  - Это честно. Они боятся меня. Я даю им повод.
  
  - Ты невозможен.
  
  - Ты уже говорила.
  
  Цзин Юя тоже окружили - бывшие соученики, знакомые, те, кто помнил его ещё Сюаньчжи.
  
  - Глава Цзин, как приятно вас видеть...
  
  - Я не глава.
  
  - Вы так изменились... серебряные волосы вам к лицу...
  
  - Это побочный эффект. Не комплимент.
  
  - Ваша академия - такое достижение...
  
  - Она маленькая и бедная. Но моя.
  
  Он был резким - резче, чем обычно. Мэйлин видела, как ему тяжело. Как каждое лицо, каждый голос напоминает о прошлом, которое он пытался забыть.
  
  И тут - фанфары.
  
  Золотые трубы запели, возвещая о приходе главы.
  
  Все повернулись к дверям.
  
  Глава Белой башни была женщиной.
  
  Высокая, статная, с волосами цвета старого золота, уложенными в сложную причёску. Глаза - янтарные, холодные, оценивающие. На вид - лет сорок, но заклинатели старели медленно, так что ей могло быть и сто.
  
  Она была одета в белое с золотом - как и все здесь - но её наряд был богаче, роскошнее. Корона из золотых листьев венчала голову.
  
  Цзинь Хуа. Глава Белой башни уже двадцать лет - с тех пор, как предыдущий глава погиб при разрушении башни.
  
  Она прошла через зал - медленно, величественно - и остановилась перед Си Енем.
  
  - Глава Си, - её голос был мелодичным, но холодным. - Благодарю, что приняли приглашение.
  
  - Глава Цзинь. - Он поклонился - ровно настолько, насколько требовал протокол. - Благодарю, что пригласили. Хотя признаюсь - я удивлён.
  
  - Удивлены?
  
  - Последний раз, когда мы виделись, вы обещали убить меня при первой возможности.
  
  По залу прокатился шёпот. Цзинь Хуа не изменилась в лице.
  
  - Времена меняются, глава Си. Обстоятельства - тоже.
  
  - И какие же обстоятельства заставили вас изменить мнение?
  
  Пауза.
  
  - Возможно, нам стоит обсудить это... в более приватной обстановке.
  
  - Возможно. - Си Ень улыбнулся. - Но я не люблю секретов. И всё равно расскажу друзьям всё, что вы мне скажете. Так что можете продолжать.
  
  Цзинь Хуа посмотрела на него - долго, оценивающе.
  
  - Как хотите, - сказала она наконец. - Не говорите потом, что я вас не предупреждала.
  
  Она сделала знак - и слуги начали выводить гостей из зала. Через несколько минут остались только они - Си Ень, Мэйлин, Цзин Юй, Цзинь Хуа и несколько её советников.
  
  - Дело в том, - начала Цзинь Хуа, - что золотой источник башни... одержим.
  
  - Одержим? - Си Ень приподнял бровь.
  
  - Духом убитого при разрушении башни главы. - Она помолчала. - Он является нам. Говорит с нами. Требует.
  
  - Чего требует?
  
  - Вас. - Цзинь Хуа посмотрела ему в глаза. - Своего убийцу. Он требует, чтобы вы освободили его. Упокоили его дух.
  
  - И почему я?
  
  - Потому что только заклинатель огненного источника может это сделать. Огонь очищает. Огонь освобождает. - Она сжала губы. - Мы пытались сами. Приглашали экзорцистов, целителей, мастеров ритуалов. Ничего не помогло. Он привязан к источнику - и к вам.
  
  Си Ень молчал.
  
  Его лицо было непроницаемым - но глаза... его глаза смотрели не на Цзинь Хуа.
  
  Они смотрели на Цзин Юя.
  
  Который побледнел так, что казался призраком.
  
  - Ваш убиенный глава, - сказал Си Ень спокойно, - врёт даже после смерти.
  
  - Что?
  
  - Я многих убил в этой башне. - Его голос был ровным, холодным. - Но его среди них не было. Вы сами справились.
  
  Тишина.
  
  Оглушающая тишина.
  
  Цзинь Хуа открыла рот - и закрыла. Её советники переглянулись.
  
  - Это... - начала она.
  
  - Хорошо. - Си Ень поднялся. - Тогда пойдём изгоним этого мёртвого негодяя. Раз уж я здесь.
  
  Он повернулся к Мэйлин.
  
  - Останься с Юем.
  
  - Я должен увидеть учителя.
  
  Голос Цзин Юя был слабым, надломленным. Он поднял глаза на Си Еня - умоляющие, полные боли.
  
  - Юй...
  
  - Пожалуйста. - Его губы дрожали. - Я должен. Я должен его увидеть.
  
  Си Ень смотрел на него - долго, мучительно.
  
  - Хорошо, - сказал он наконец.
  
  Он подошёл к Цзин Юю и помог ему встать. Того трясло - мелкой, непрекращающейся дрожью.
  
  - Тогда пойдём вместе.
  
  Глава 65. Призрак
  
  Они спустились вниз - по бесконечным лестницам, через бесконечные коридоры.
  
  К сердцу башни. К источнику.
  
  Зал источника был огромным - круглый, с куполообразным потолком. В центре - колодец, из которого поднималось золотое сияние. Чистое, яркое, тёплое.
  
  Но что-то в нём было неправильным.
  
  Мэйлин чувствовала это - как целительница, как заклинатель золотого источника. Свет был... мутным. Как будто что-то загрязняло его изнутри.
  
  - Я пришёл, - сказал Си Ень громко.
  
  Его голос эхом разнёсся по залу.
  
  Мгновение ничего не происходило.
  
  А потом - появился он.
  
  Призрак.
  
  Он соткался из золотого света - высокая фигура в одеждах главы. Лицо - красивое когда-то, теперь искажённое ненавистью. Глаза - пустые, горящие.
  
  Бывший глава Белой башни. Учитель Цзин Юя. Человек, который когда-то был как отец для мальчика по имени Сюаньчжи.
  
  - Ты пришёл, - прошипел призрак. - Наконец-то. Убийца. Разрушитель. Чудовище.
  
  - Я пришёл, - согласился Си Ень. - Чего ты хочешь?
  
  - Освобождения. - Призрак надвинулся на него. - Ты убил меня. Ты разрушил мою башню. Ты отнял у меня всё!
  
  - Я не убивал тебя.
  
  - Лжец! - Крик был оглушающим. - Ты пришёл с армией! Ты сжёг мой дом! Ты...
  
  Призрак замер.
  
  Его пустые глаза увидели кого-то за спиной Си Еня.
  
  - Сюаньчжи, - прошептал он.
  
  Цзин Юй стоял у стены - бледный, как смерть, с глазами, полными слёз.
  
  - Учитель, - выдохнул он.
  
  - Ты. - Голос призрака изменился. Стал холоднее. Злее. - Предатель. Изменник. Неблагодарный щенок.
  
  - Учитель, я...
  
  - Я вырастил тебя! - Призрак двинулся к нему. - Я учил тебя! Я любил тебя как сына! И как ты мне отплатил?!
  
  - Я не хотел...
  
  - Ты предал меня! Ты и твой друг-убийца! Вы разрушили всё, что я строил!
  
  - Это неправда! - Цзин Юй задыхался. - Я хотел остановить войну! Я хотел спасти башню!
  
  - Спасти?! - Смех призрака был ужасен. - Ты привёл сюда огненных! Ты открыл им двери! Из-за тебя я мёртв!
  
  - Нет... - Цзин Юй упал на колени. - Нет, учитель, пожалуйста...
  
  - Ты недостоин жить! - Призрак навис над ним. - Ты недостоин дышать! Ты...
  
  - Хватит!
  
  Голос Си Еня был как удар грома.
  
  Огонь вспыхнул вокруг него - яркий, жаркий, отталкивающий призрака.
  
  - Ты, - Си Ень шагнул вперёд, - жалкое, лживое ничтожество. Ты обвиняешь меня в своей смерти? Меня?!
  
  - Ты убил меня!
  
  - Ты был мёртв до того, как я пришёл! - Си Ень смеялся - горько, зло. - Я знаю, что случилось в ту ночь. Я видел отчёты. Твои собственные заклинатели убили тебя - потому что ты отказался сдаться. Потому что ты приказал им умереть за твою гордость!
  
  - Ложь!
  
  - Правда. - Си Ень подошёл ближе. - И ты это знаешь. Поэтому ты и застрял здесь - не можешь уйти, потому что не можешь признать правду.
  
  Призрак отступил - и его взгляд снова упал на Цзин Юя.
  
  - Но он... он предал меня...
  
  - Он пытался спасти тебя! - Голос Си Еня дрогнул. - Он хотел остановить войну! Хотел, чтобы башни больше не воевали! И ты... ты запечатал его. На десять лет. Чуть не убил.
  
  - Это был не я, - прошептал призрак. - Это был Лян Хэ...
  
  - Которого ты послал! - Си Ень схватил призрака за горло - и каким-то чудом это сработало. Его огненные пальцы сжались на призрачной плоти. - Ты знал, что он это сделает. Ты хотел этого.
  
  - Он предал меня...
  
  - Он любил тебя. - Голос Си Еня стал тише, страшнее. - Он до сих пор любит тебя. И ты этого не заслуживаешь.
  
  Он отпустил призрака и повернулся к Мэйлин.
  
  - Прошу тебя, - сказал он. - Выведи Юя. Я закончу здесь.
  
  Мэйлин посмотрела на Цзин Юя - на его лицо, мокрое от слёз, на его трясущиеся руки, на его пустые глаза.
  
  Он был сломлен.
  
  - Юй. - Она опустилась рядом с ним на колени. - Юй, пойдём.
  
  - Учитель... - бормотал он. - Прости меня, учитель... я не хотел...
  
  - Юй, пожалуйста. - Она обняла его, попыталась поднять. - Пойдём со мной.
  
  Он не сопротивлялся - просто не помогал. Как тряпичная кукла. Как человек, в котором что-то сломалось.
  
  Мэйлин с трудом подняла его - он был тяжёлым, безвольным - и повела к выходу.
  
  За их спинами вспыхнул огонь.
  
  ***
  
  Си Ень остался один с призраком.
  
  - Ты не можешь меня уничтожить, - сказал призрак. - Я привязан к источнику.
  
  - Могу. - Си Ень поднял руки. - Я глава огненного источника. Мой огонь очищает всё.
  
  - Ты разрушишь источник вместе со мной.
  
  - Нет. - Он улыбнулся - холодно, страшно. - Я отделю тебя от него. А потом - сожгу.
  
  Огонь хлынул из его ладоней - но не обычный. Другой. Чёрный с алыми прожилками. Огонь, который горел не вовне, а внутри.
  
  Огонь ритуала.
  
  Призрак закричал - пронзительно, ужасно. Он рвался, метался, пытался уйти - но огонь держал его.
  
  - Отпусти меня!
  
  - Я отпускаю. - Си Ень шептал слова ритуала - древние, полузабытые. - Я освобождаю тебя от источника. Я освобождаю тебя от башни. Я освобождаю тебя от этого мира.
  
  Огонь становился ярче. Призрак бледнел, таял, растворялся.
  
  - Будь ты проклят, - прошипел он напоследок. - Будь ты...
  
  И исчез.
  
  Огонь погас.
  
  Золотой свет источника стал чище, ярче. Как будто тяжёлая пелена спала с него.
  
  Си Ень стоял посреди зала - один, уставший, опустошённый.
  
  А потом он пошёл искать своих друзей.
  
  Мэйлин притащила Цзин Юя в их комнаты.
  
  Он всё ещё бормотал - бессвязно, отчаянно.
  
  - Прости меня, учитель... я не хотел... я любил тебя... прости...
  
  Мэйлин усадила его на ложе. Попыталась дать воды - он не заметил. Попыталась заговорить с ним - он не слышал.
  
  Он был где-то далеко. В прошлом. В кошмаре, из которого не мог выбраться.
  
  Она не знала, что делать.
  
  Она была целительницей. Она умела лечить тела - раны, болезни, отравления. Но это... это было что-то другое. Что-то, чего она не могла исцелить руками.
  
  - Юй, - она взяла его за руки. - Юй, пожалуйста, посмотри на меня.
  
  Он не смотрел. Его глаза были открыты, но пусты. Слёзы текли по щекам, он не замечал их.
  
  - Прости меня... - шептал он. - Я предал тебя... я...
  
  Дверь открылась.
  
  Си Ень вошёл - и замер на пороге.
  
  Он увидел Цзин Юя - сломленного, рыдающего, потерянного. Увидел Мэйлин - беспомощную, испуганную.
  
  И что-то в его лице изменилось.
  
  Он подошёл к ложу. Сел рядом с Цзин Юем. И обнял его - крепко, как обнимают ребёнка после кошмара.
  
  - Всё кончилось, - сказал он тихо. - Я отпустил его. Его больше нет.
  
  Цзин Юй не слышал. Он всё ещё был там - в прошлом, в боли, в вине.
  
  - Прости меня, учитель...
  
  - Тебе не за что просить прощения. - Голос Си Еня был мягким, надломленным. - Ты ни в чём не виноват.
  
  - Я предал...
  
  - Ты не предавал. Ты хотел спасти. - Он прижал Цзин Юя крепче. - Если кто-то и виноват - так только я. Я разрушил башню. Я пришёл с армией. Я...
  
  Его голос сорвался.
  
  - Можешь сделать со мной что хочешь, - прошептал он. - Только успокойся. Не могу видеть тебя таким.
  
  Цзин Юй замер.
  
  Что-то пробилось сквозь пелену боли - голос друга. Тёплые руки. Запах огня и дыма.
  
  И он разрыдался.
  
  По-настоящему. Не тихие слёзы, которые текли раньше - настоящие рыдания, сотрясающие всё тело. Он плакал - как не плакал десять лет. Как не позволял себе плакать.
  
  За учителя, который был ему как отец. За башню, которая была ему домом. За юношу по имени Сюаньчжи, который умер в проклятом лесу.
  
  За всё, что он потерял.
  
  Си Ень держал его - молча, крепко. Не пытался успокоить, не говорил ничего. Просто держал.
  
  И по его собственному лицу тоже текли слёзы - тихо, беззвучно.
  
  Мэйлин стояла рядом - и не знала, что делать. Она чувствовала себя лишней в этом горе, которое было старше её. В этой боли, которую она не могла понять.
  
  Но потом - она осмелилась.
  
  Подошла. Села рядом с Си Енем. Осторожно стёрла слёзы с его лица.
  
  - Не плачь, глава, - сказала она мягко. - Теперь всё будет хорошо.
  
  Он посмотрел на неё - глазами, полными боли и благодарности.
  
  - С Юем всё будет хорошо, - продолжила она. - И с нами тоже.
  
  Она положила голову ему на плечо.
  
  - Я люблю тебя, глава, - прошептала она.
  
  Он не ответил - не мог. Но его рука нашла её руку и сжала - крепко, благодарно.
  
  Они сидели втроём - Си Ень, обнимающий Цзин Юя, Мэйлин, прижавшаяся к Си Еню. Три человека, связанные чем-то большим, чем дружба.
  
  Цзин Юй плакал - всё тише, всё спокойнее. Рыдания стихали, дыхание выравнивалось.
  
  И наконец - он уснул.
  
  Просто уснул - в объятиях Си Еня, измотанный, опустошённый, но живой.
  
  Си Ень не шевелился. Он сидел неподвижно, держа друга, и смотрел в пустоту.
  
  - Как только Юй будет в состоянии - покинем эту проклятую башню, - сказал он тихо. - Ноги моей больше здесь не будет. И ему тоже нечего тут делать.
  
  - Хорошо, - сказала Мэйлин.
  
  - Ты, конечно, если хочешь, можешь навещать собратьев по источнику. - Он посмотрел на неё. - Это твоя башня. Твои люди.
  
  - Как скажешь, так и будет, глава. - Она покачала головой. - Мне без тебя нечего тут делать.
  
  Он слабо улыбнулся - впервые за этот вечер.
  
  - Спасибо.
  
  - Не за что.
  
  Они замолчали. За окном темнело. Свечи догорали.
  
  Си Ень остался сидеть - обнимая Цзин Юя, чувствуя тепло Мэйлин рядом.
  
  Ожидая, когда друг проснётся.
  
  Глава 66. Прощание
  
  Цзин Юй проснулся на рассвете.
  
  Первое, что он увидел - лицо Си Еня над собой. Уставшее, осунувшееся, с тенями под глазами.
  
  - Ты не спал? - голос Цзин Юя был хриплым, слабым.
  
  - Немного. - Си Ень улыбнулся. - Как ты?
  
  Цзин Юй прислушался к себе. К своему телу, к своим чувствам.
  
  Он был... пустым. Опустошённым. Но не сломленным. Не так, как вчера.
  
  Как будто что-то, что давило на него годами, наконец отпустило.
  
  - Лучше, - сказал он. - Кажется.
  
  - Хорошо.
  
  Мэйлин спала рядом - свернувшись калачиком на краю ложа. Лицо её было усталым, но спокойным.
  
  - Она не уходила всю ночь, - сказал Си Ень тихо. - Сидела с нами.
  
  - Она хорошая.
  
  - Она лучшая.
  
  Цзин Юй попытался сесть - и Си Ень помог ему, поддерживая за плечи.
  
  - Учитель... - начал Цзин Юй.
  
  - Его больше нет. - Си Ень смотрел ему в глаза. - Я провёл ритуал. Отделил его от источника и отпустил.
  
  - Он ушёл... мирно?
  
  - Нет. - Си Ень не стал врать. - Он проклинал меня до последнего. Но он ушёл.
  
  Цзин Юй закрыл глаза.
  
  - Он ненавидел меня.
  
  - Он был неправ.
  
  - Может быть. - Цзин Юй открыл глаза. - Но он был моим учителем. Он вырастил меня. Он...
  
  Голос его сорвался.
  
  - Юй. - Си Ень взял его за руку. - Послушай меня. То, что он говорил - это была ложь. Горечь мёртвого человека, который не мог принять свою смерть.
  
  - Но я действительно хотел его свергнуть.
  
  - Ты хотел остановить войну. - Си Ень сжал его руку крепче. - Мы оба хотели. И если бы всё пошло по плану - никто бы не погиб. Ни он, ни те, кого я... - он запнулся, - ...кого я убил потом.
  
  Тишина.
  
  - Ты всё ещё винишь себя, - сказал Цзин Юй.
  
  - Всегда буду. - Си Ень пожал плечами. - Но я научился с этим жить. И ты научишься.
  
  - Как?
  
  - День за днём. - Он слабо улыбнулся. - С помощью друзей.
  
  Цзин Юй смотрел на него - на этого человека, который просидел всю ночь, обнимая его. Который плакал вместе с ним. Который нёс свою собственную вину - но всё равно был здесь.
  
  - Спасибо, - сказал он. - За всё.
  
  - Не за что. - Си Ень отвёл взгляд. - Ты бы сделал то же самое.
  
  - Сделал бы.
  
  Они помолчали.
  
  - Уезжаем сегодня, - сказал Си Ень. - Как только попрощаемся с главой.
  
  - Хорошо.
  
  - Тебе не нужно идти. Можешь остаться здесь, я сам...
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Я пойду. Я должен закрыть эту главу. Окончательно.
  
  ***
  
  Глава Цзинь Хуа приняла их в своём кабинете.
  
  Она выглядела... смущённой. Неуверенной. Это было странно видеть на лице женщины, которая привыкла командовать.
  
  - Глава Си, - она поклонилась - глубже, чем раньше. - Белая башня благодарит вас за вашу помощь.
  
  - Благодарит? - Си Ень приподнял бровь.
  
  - Источник очистился. Свет стал ярче. Заклинатели чувствуют это. - Она помолчала. - Вы сделали то, чего мы не могли сделать двадцать лет.
  
  - Я сделал то, о чём вы попросили.
  
  - Да. - Она кивнула. - И мы в долгу.
  
  - В долгу. - Си Ень усмехнулся. - Интересное слово. Что вы готовы предложить в уплату долга?
  
  Цзинь Хуа напряглась.
  
  - Что вы хотите?
  
  - Ничего. - Он покачал головой. - Ваш долг мне не нужен. Но у меня есть... просьба.
  
  - Какая?
  
  Си Ень посмотрел на Цзин Юя - тот стоял рядом, бледный, но спокойный.
  
  - Оставьте его в покое, - сказал Си Ень. - Не приглашайте. Не ищите. Не напоминайте о прошлом.
  
  - Но он...
  
  - Он больше не ваш. - Голос Си Еня стал жёстче. - Он основал свою школу. Он идёт своим путём. И ему не нужны напоминания о том, что было.
  
  Цзинь Хуа молчала.
  
  - Вы понимаете, о чём я? - спросил Си Ень.
  
  - Понимаю. - Она кивнула. - Хорошо. Мы... оставим его в покое.
  
  - Благодарю.
  
  Си Ень повернулся к двери - но Цзин Юй шагнул вперёд.
  
  - Глава Цзинь, - сказал он.
  
  Она посмотрела на него - с чем-то похожим на страх.
  
  - Да?
  
  - Я не держу зла на башню. - Его голос был тихим, ровным. - На вас - тоже. Вы делали то, что считали правильным.
  
  - Сюаньчжи...
  
  - Меня зовут Цзин Юй. - Он слабо улыбнулся. - Сюаньчжи умер давно. В проклятом лесу, за печатью. Я - кто-то другой.
  
  Цзинь Хуа смотрела на него - и в её глазах было что-то странное. Что-то похожее на сожаление.
  
  - Ты был лучшим учеником, которого я знала, - сказала она тихо. - Если бы... если бы всё сложилось иначе...
  
  - Если бы всё сложилось иначе - я был бы мёртв. - Цзин Юй покачал головой. - Или был бы кем-то, кем не хотел быть. Я не жалею о том, как сложилось.
  
  - Правда?
  
  - Правда. - Он посмотрел на Си Еня, на Мэйлин. - У меня есть друзья. У меня есть ученики. У меня есть цель. Это больше, чем я мог бы иметь здесь.
  
  Цзинь Хуа молчала.
  
  - Прощайте, глава Цзинь, - сказал Цзин Юй. - Я желаю вам и вашей башне процветания.
  
  Он поклонился - коротко, вежливо - и вышел.
  
  Си Ень и Мэйлин последовали за ним.
  
  Они покинули Белую башню в полдень.
  
  Си Ень нёс их на огненных крыльях - быстрее, чем по дороге сюда. Как будто хотел как можно скорее оказаться подальше от этого места.
  
  Цзин Юй молчал - но молчание это было другим. Не тяжёлым, не давящим. Просто тихим.
  
  Мэйлин держала его за руку - молча, не задавая вопросов. Просто давая понять, что она рядом.
  
  Они летели на восток - к Чёрной башне. К дому.
  
  ***
  
  Чёрная башня встретила их теплом.
  
  Не жаром огненного источника - другим теплом. Теплом знакомых стен, знакомых лиц, знакомых запахов.
  
  Хуан Лэй встретил их у ворот - с неизменным свитком в руках.
  
  - Глава, - он поклонился. - Рад вашему возвращению.
  
  - Что-нибудь случилось?
  
  - Ничего существенного. - Он позволил себе лёгкую улыбку. - Как всегда.
  
  - Хорошо. - Си Ень кивнул. - Отчёты - завтра. Сегодня - отдых.
  
  - Как прикажете, глава.
  
  Они прошли внутрь - Си Ень, Мэйлин, Цзин Юй. Три человека, вернувшиеся из кошмара.
  
  - Юй, - сказал Си Ень. - Останься на несколько дней.
  
  - Мне нужно вернуться в академию...
  
  - Ученики подождут. - Си Ень посмотрел на него. - Тебе нужен отдых. Настоящий отдых.
  
  Цзин Юй хотел возразить - но увидел лица друзей. Увидел беспокойство в их глазах.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Несколько дней.
  
  Они сидели на крыше - как раньше, как всегда.
  
  Солнце садилось, окрашивая небо в багровые и золотые тона. Ветер играл их волосами.
  
  - Странно, - сказал Цзин Юй тихо. - Я думал, что увидеть его будет... тяжелее.
  
  - Было тяжело, - заметила Мэйлин.
  
  - Да. Но... - он искал слова. - Но я думал, что это сломает меня. Окончательно.
  
  - Ты крепче, чем думаешь, - сказал Си Ень.
  
  - Может быть. - Цзин Юй помолчал. - Или у меня хорошие друзья.
  
  - Это тоже.
  
  Они смотрели на закат - три человека, связанные чем-то большим, чем дружба.
  
  - Спасибо, - сказал Цзин Юй снова. - За то, что вы были рядом.
  
  - Всегда, - ответила Мэйлин.
  
  - Всегда, - эхом повторил Си Ень.
  
  И это было правдой.
  
  Что бы ни случилось - они будут рядом.
  
  Всегда.
  
  Глава 67. Время экзаменов
  
  В Чёрной башне наступило безумие.
  
  Официально это называлось "подготовка к экзаменам". На практике - выглядело как осада, землетрясение и праздник одновременно.
  
  Молодые заклинатели носились по коридорам, сшибая друг друга и мебель. В тренировочных залах не смолкал грохот - взрывы, вспышки, крики наставников. Библиотека была переполнена - впервые за год, возможно, за десятилетие. Столовая работала круглосуточно, потому что голодный заклинатель - опасный заклинатель.
  
  И постоянно что-то взрывалось.
  
  - Это нормально? - спросила Мэйлин в первый день, когда очередной грохот сотряс стены лечебницы.
  
  - Абсолютно, - ответил проходивший мимо наставник. - Перед экзаменами всегда так.
  
  - Всегда?
  
  - Каждый год. - Он пожал плечами. - Молодёжь нервничает, теряет контроль. Огненная сила не прощает нервозности.
  
  Как бы подтверждая его слова, где-то наверху что-то громыхнуло, и по потолку пробежала трещина.
  
  - Чудесно, - пробормотала Мэйлин.
  
  Си Ень утопал в бумагах.
  
  Экзаменационные вопросы нужно было утвердить - для каждого уровня, для каждой дисциплины. Списки допущенных - проверить. Наставников - выслушать, успокоить, иногда - одёрнуть.
  
  - Глава, этот вопрос слишком сложен для третьего уровня...
  
  - Тогда упростите.
  
  - Но традиционно...
  
  - Традиционно половина учеников третьего уровня проваливалась на этом вопросе. Упростите или замените.
  
  - Глава, список допущенных к экзамену пятого уровня...
  
  - Что с ним?
  
  - Мастер Хуан считает, что ученик Ли ещё не готов...
  
  - А сам ученик Ли что считает?
  
  - Он... хочет попробовать.
  
  - Пусть пробует. Если не готов - провалится. Это тоже урок.
  
  - Глава, тренировочный зал номер три снова горит...
  
  - Опять?!
  
  - Ученики четвёртого уровня практиковали огненный вихрь...
  
  - Потушите. И скажите им, что если они сожгут зал до экзаменов - будут сдавать на пепелище.
  
  Си Ень подписывал документы, отвечал на вопросы, решал проблемы - и всё это одновременно. Голова гудела. Глаза болели. Но он не мог остановиться.
  
  Экзамены - это важно. Это будущее башни. Это молодые заклинатели, которые станут - или не станут - настоящими мастерами огня.
  
  Он должен был сделать всё правильно.
  
  Мэйлин не вылезала из лечебницы.
  
  Раньше она думала, что знает, что такое много работы. Теперь - пересмотрела своё мнение.
  
  Ожоги - само собой. Это была башня огненного источника, ожоги здесь были нормой. Но перед экзаменами их количество увеличилось втрое.
  
  Переломы - от неудачных падений, столкновений, взрывов. Один ученик умудрился сломать обе руки, пытаясь создать огненные крылья. Другой - ногу, когда его отбросило взрывной волной.
  
  Отравления - от зелий, которые молодые заклинатели пили, чтобы не спать и больше учиться. Мэйлин лично конфисковала три партии "бодрящего эликсира", который на поверку оказался ядом замедленного действия.
  
  Истощение - самое опасное. Молодые заклинатели не знали своих пределов. Они тянули из себя силу, пока не падали без сознания. Некоторых приносили в лечебницу на носилках, бледных как смерть.
  
  - Сколько их сегодня? - спрашивала Мэйлин каждое утро.
  
  - Двенадцать с ожогами, госпожа. Три перелома. Два истощения. И один... - ученица замялась.
  
  - Что?
  
  - Один поджёг себе волосы. Случайно.
  
  Мэйлин вздохнула.
  
  - Веди.
  
  Цзин Юй нашёл себе занятие.
  
  Он не спешил покидать Чёрную башню - не после того, что случилось в Белой. Ему нужно было время. Время, чтобы прийти в себя. Время, чтобы залечить раны, которые нельзя было увидеть.
  
  И он нашёл это время - в библиотеке.
  
  Сначала он просто читал. Старые свитки, древние трактаты, забытые исследования. Огненная магия была не его стихией, но принципы оставались схожими - контроль, концентрация, понимание сути.
  
  Потом - начал беседовать с архивариусом. Старый заклинатель по имени Вэнь Шу оказался кладезем знаний - и одиночества. Он был рад собеседнику, который мог понять его рассуждения о природе стихий.
  
  А потом - появились ученики.
  
  Первый пришёл случайно. Молодой заклинатель третьего уровня, отчаявшийся понять теорию огненных построений. Он увидел Цзин Юя за книгой - и осмелился спросить.
  
  - Простите, господин... вы не могли бы объяснить...
  
  Цзин Юй объяснил. Просто, понятно, с примерами из других стихий для сравнения.
  
  - О! - глаза ученика загорелись. - Так вот как это работает!
  
  На следующий день он привёл друга. Потом - ещё двоих. Потом - целую группу.
  
  К концу недели за Цзин Юем ходила толпа почитателей.
  
  - Господин Цзин, а как работает резонанс источника?
  
  - Господин Цзин, а правда, что лунная и огненная сила несовместимы?
  
  - Господин Цзин, а вы можете посмотреть моё построение?
  
  Он отвечал на все вопросы. Находил нужные книги. Объяснял сложные темы - терпеливо, снова и снова, пока самый тупой ученик не понимал.
  
  И ему это нравилось.
  
  Он был наставником. Всегда был. Просто теперь - вспомнил об этом.
  
  ***
  
  Си Ень отчаялся вытащить Мэйлин из лечебницы.
  
  Он пытался - трижды. Присылал слуг с приглашением на ужин. Приходил сам, предлагая прогуляться. Даже угрожал запереть лечебницу на ключ.
  
  Ничего не помогало.
  
  - Не могу, - говорила она каждый раз. - Посмотри, сколько у меня пациентов.
  
  И он смотрел - на койки, заполненные ранеными учениками, на измотанных помощников, на горы использованных бинтов - и отступал.
  
  На четвёртый день он сменил тактику.
  
  Если гора не идёт к Магомету...
  
  Он пришёл в лечебницу сам. С подносом, на котором стоял чайник, две чашки и коробка сладостей.
  
  - Моя госпожа, - он поймал Мэйлин за рукав, когда она пробегала мимо. - Присядь на минуту. Отдохни.
  
  - Нет времени. - Она попыталась вырваться. - Они у тебя тут все поубиваются с этими экзаменами!
  
  - Не преувеличивай. Не поубиваются. - Он не отпускал. - Ну... почти.
  
  - Почти?!
  
  - В крайнем случае - покалечатся.
  
  - Это должно меня успокоить?! - Мэйлин возмущённо уставилась на него.
  
  - Это башня огненного источника. - Си Ень мягко, но настойчиво подвёл её к стулу. - Наша сила не кроткая. Она не прощает ошибок. Обучение не обходится без ранений.
  
  - Я заметила.
  
  - Зато когда заклинатель её полностью подчиняет - она чудесно исцеляет все нанесённые повреждения. - Он усадил её и начал разливать чай. - Огонь разрушает, но он же и восстанавливает. Это его природа.
  
  - Это если раньше не убьёт, - возразила Мэйлин.
  
  - Этого почти не случается.
  
  - Почти?
  
  Си Ень помолчал.
  
  - Наша сила беспощадна к недостойным, - сказал он тихо. - Это правда. Но те, кто проходит через огонь - становятся сильнее.
  
  - Это не довод для целителя.
  
  - Знаю. - Он протянул ей чашку. - Поэтому я благодарен, что ты здесь. Что ты заботишься о них.
  
  Мэйлин посмотрела на него - на его уставшее лицо, на круги под глазами, на руки, которые всё ещё держали чашку.
  
  И сдалась.
  
  - Ладно, - она взяла чай. - Одна минута.
  
  - Пять.
  
  - Три.
  
  - Договорились.
  
  Она отпила чай - горячий, ароматный, заваренный именно так, как она любила. С лёгкой горчинкой и послевкусием мёда.
  
  - Ты знаешь, чем меня подкупить, - сказала она.
  
  - Стараюсь.
  
  - Люблю, как ты его завариваешь.
  
  Си Ень улыбнулся - тепло, устало.
  
  - Ты сам вообще отдыхал? - спросила Мэйлин. - Или так и бегаешь по башне, ругаясь с наставниками?
  
  - Ну вот сейчас отдыхаю. - Он сел рядом с ней. - С тобой.
  
  - А до этого?
  
  - До этого - бегал. Но я ни с кем не ругаюсь. Я согласовываю вопросы.
  
  - Это одно и то же.
  
  - Это совершенно разные вещи.
  
  Мэйлин фыркнула - но улыбнулась.
  
  - Видел серебряного, пока бегал по башне? - спросила она.
  
  - Только издалека. - Си Ень отпил свой чай. - Он в библиотеке. Объясняет юным неучам сложные построения. И те даже что-то понимают.
  
  - Потрясающе. - Мэйлин удивлённо подняла брови. - Как он может объяснять огненным? Он же лунный заклинатель.
  
  - Ну, он может объяснять кому угодно. - Си Ень пожал плечами. - Он прирождённый наставник. Видит суть вещей и умеет донести её до других.
  
  - Ему это полезно, - тихо сказала Мэйлин. - После... всего.
  
  - Знаю. - Си Ень кивнул. - Поэтому я не тороплю его с отъездом.
  
  Они помолчали - допивая чай, наслаждаясь редкой минутой покоя.
  
  - Извини, моя госпожа. - Си Ень поднялся. - Я побежал дальше.
  
  - Уже?
  
  - Ничего, до экзаменов осталось немного. - Он наклонился и поцеловал её в лоб. - Потом - отдохнём. Обещаю.
  
  - Я запомню это обещание.
  
  - Я на это и рассчитываю.
  
  Он ушёл - быстрым шагом, уже думая о следующей проблеме, которую нужно решить.
  
  Мэйлин смотрела ему вслед - с улыбкой, которую не пыталась скрыть.
  
  А потом - вернулась к работе.
  
  Пациенты ждали.
  
  Где-то наверху снова что-то взорвалось.
  
  Мэйлин вздохнула.
  
  - Несите следующего, - сказала она ученикам.
  
  До экзаменов оставалось три дня.
  
  Глава 68. День экзаменов
  
  Утро выдалось ясным и холодным.
  
  Солнце только поднялось над горизонтом, а Чёрная башня уже бурлила жизнью. Ученики - бледные, невыспавшиеся, нервные - собирались у входа на арену. Наставники проверяли списки, что-то отмечали в свитках. Слуги суетились, расставляя стулья и столы.
  
  Арена для поединков была защищена - многослойными щитами, древними печатями, заклинаниями, которые ставили поколения глав. Экзамены огненного источника - не шутка. Здесь могло случиться всё что угодно.
  
  Арена была круглой, огромной, с песчаным полом и каменными стенами. По периметру - места для зрителей, поднимающиеся ярусами. Выше всех - ложа главы, отделанная чёрным деревом и красным бархатом. Ниже - длинные столы наставников, заваленные свитками и письменными принадлежностями. С противоположной стороны - скамьи для учеников, ожидающих своей очереди. И посередине - круг, выложенный красным камнем. Место для экзаменующегося.
  
  Мэйлин осталась в лечебнице.
  
  - Я нужнее здесь, - сказала она Си Еню утром. - Если что-то пойдёт не так - раненых принесут ко мне.
  
  - Если что-то пойдёт не так - я с этим разберусь.
  
  - И всё равно раненых принесут ко мне. - Она поцеловала его в щёку. - Удачи, глава.
  
  Цзин Юй сел с наставниками - не как экзаменатор, как гость. Но его присутствие было... полезным. Он знал теорию лучше многих. И его серебряные волосы среди огненных чёрных выглядели странно успокаивающе.
  
  А Си Ень - во всём своём грозном великолепии - занял место в ложе главы.
  
  Чёрные одежды с огненной вышивкой. Корона из чёрного металла с рубинами. Глаза, в которых плясало пламя. Он смотрел на арену сверху - как бог смотрит на смертных.
  
  - Начинаем, - сказал он.
  
  И экзамены начались.
  
  Первым вызвали ученика первого уровня - мальчика лет двенадцати, худого и испуганного.
  
  Его звали Хо Линь. Он дрожал так, что было видно даже с верхних рядов.
  
  - Покажи базовое пламя, - велел старший наставник.
  
  Хо Линь поднял руки. Сосредоточился. И...
  
  Огонь вспыхнул - яркий, ровный, красивый. Мальчик расплылся в улыбке.
  
  - Теперь - управление, - продолжил наставник. - Направь пламя вверх.
  
  Огонь послушно потянулся к потолку.
  
  - Влево.
  
  Влево.
  
  - Вправо.
  
  Вправо.
  
  - Погаси.
  
  Огонь исчез.
  
  Наставники переглянулись. Записали что-то в свитках.
  
  - Хорошо, - сказал старший. - Переходим к следующему заданию.
  
  Хо Линь сдал экзамен - не блестяще, но достаточно. Когда он уходил с арены, на его лице было выражение такого облегчения, что Цзин Юй не смог сдержать улыбку.
  
  - Первый уровень всегда самый нервный, - шепнул ему сосед-наставник. - Они ещё не знают, чего ожидать.
  
  - А старшие знают?
  
  - Старшие знают, что ожидать можно чего угодно.
  
  Ученица третьего уровня по имени Янь Фэй была полной противоположностью Хо Линя.
  
  Она вышла на арену - уверенная, спокойная, с огнём в глазах. Буквально - её радужки светились оранжевым.
  
  - Покажи огненный щит, - велел наставник.
  
  Янь Фэй подняла руку - и вокруг неё вспыхнула стена пламени. Идеальная, ровная, без единого разрыва.
  
  - Теперь - атаку.
  
  Из её ладони вырвался огненный шар - и врезался в защитный барьер арены с оглушительным грохотом. Барьер выдержал, но камни под ним треснули.
  
  Наставники переглянулись.
  
  - Впечатляет, - пробормотал кто-то.
  
  - Слишком много силы, - возразил другой. - Недостаточно контроля.
  
  - Контроль придёт. Сила - нет.
  
  Янь Фэй сдала экзамен с высшими оценками. Когда она уходила, Си Ень проводил её взглядом.
  
  "Эта далеко пойдёт", - подумал он.
  
  Ученик четвёртого уровня по имени Чжан Вэй был... проблемой.
  
  Он был талантлив - безусловно. Но также - самоуверен, высокомерен и абсолютно глух к критике.
  
  - Покажи огненного змея, - велел наставник.
  
  Чжан Вэй усмехнулся - и создал не змея. Он создал дракона.
  
  Огненный дракон взвился над ареной - огромный, рычащий, с крыльями из чистого пламени. Ученики на скамьях ахнули. Наставники вскочили.
  
  - Это не то, о чём тебя просили! - крикнул старший наставник.
  
  - Это лучше! - Чжан Вэй смеялся. - Смотрите, что я могу!
  
  Дракон метнулся к потолку - и врезался в защитный барьер. Барьер вспыхнул, затрещал - и выдержал. Едва.
  
  - Убери его! - рявкнул наставник. - Немедленно!
  
  Чжан Вэй попытался - и не смог. Дракон вырвался из-под контроля. Он метался по арене, поджигая всё, чего касался.
  
  - Эвакуация! - закричал кто-то.
  
  Но прежде чем началась паника - Си Ень поднял руку.
  
  Огонь хлынул из его ладони - чёрный с алыми прожилками. Огонь главы. Огонь, который подчинял себе любое пламя.
  
  Дракон замер. Съёжился. Исчез - поглощённый силой главы.
  
  Тишина.
  
  Оглушающая тишина.
  
  Си Ень медленно опустил руку.
  
  - Экзамен продолжается, - сказал он холодно. - Ученик Чжан Вэй - провален. Следующий.
  
  Чжан Вэй стоял посреди арены - бледный, растерянный.
  
  - Но я...
  
  - Ты создал заклинание, которое не мог контролировать. - Голос Си Еня был как лёд. - Ты рисковал жизнями всех присутствующих. Ты провален.
  
  - Это несправедливо!
  
  - Это последствия. - Си Ень смотрел на него сверху вниз. - Учись на них. Если сможешь.
  
  Чжан Вэя увели - двое стражей, молча, без церемоний.
  
  Экзамены продолжились.
  
  К полудню арена видела всё - блестящие успехи и позорные провалы, слёзы радости и слёзы отчаяния, вспышки гениальности и взрывы некомпетентности.
  
  Ученики шестого уровня - старшие, почти готовые мастера - экзаменовались последними.
  
  Их было немного - всего восемь человек. Экзамен шестого уровня был самым сложным. Не все доходили до него.
  
  Седьмой ученик - молодой мужчина по имени Лю Цзянь - вышел на арену уверенно.
  
  Он был хорош. Очень хорош. Его огненные построения были сложными и элегантными. Его контроль - почти безупречным.
  
  - Последнее задание, - сказал старший наставник. - Покажи слияние с источником.
  
  Это было самое сложное. Прямое подключение к огненному источнику башни. Опасное, требующее абсолютного контроля.
  
  Лю Цзянь закрыл глаза. Сосредоточился. Потянулся к источнику...
  
  И что-то пошло не так.
  
  Энергия хлынула в него - слишком много, слишком быстро. Он не справился с направлением потока. Не смог его контролировать.
  
  - Отключайся! - закричал наставник. - Немедленно!
  
  Но было поздно.
  
  Энергия вырвалась из Лю Цзяня - фонтаном, гейзером чистой силы. Она била в потолок, разбрасывая искры во все стороны. Защитные барьеры затрещали под напором.
  
  Паника. Крики. Ученики бросились к выходам.
  
  - Всем покинуть арену! - голос Си Еня перекрыл шум. - Немедленно!
  
  Он спрыгнул с ложи - прямо вниз, на арену. Приземлился мягко, как кошка.
  
  - Наставники - вывести учеников! Цзин Юй - помоги им!
  
  Цзин Юй кивнул и бросился к выходу, направляя поток испуганных людей.
  
  Арена опустела за считанные минуты.
  
  Остались только Си Ень и Лю Цзянь - и бьющий фонтан энергии между ними.
  
  Си Ень шагнул вперёд.
  
  Энергия обожгла его - даже его, главу огненного источника. Но он не остановился.
  
  Он вошёл в фонтан - прямо в его сердце. Поднял руки. И начал поглощать.
  
  Это было больно. Очень больно. Энергия была сырой, неконтролируемой, бешеной. Она рвалась во все стороны, сопротивлялась, кусала.
  
  Но Си Ень был главой. Он был связан с источником узами крови и силы. И он заставил энергию подчиниться.
  
  Медленно - мучительно медленно - фонтан начал уменьшаться. Энергия втекала в Си Еня, наполняла его, переполняла...
  
  И наконец - исчезла.
  
  Тишина.
  
  Си Ень стоял посреди арены - бледный, покачивающийся, но живой. Лю Цзянь лежал на песке без сознания.
  
  - Идиот, - сказал Си Ень тихо.
  
  Он позвал стражей - чтобы унесли ученика в лечебницу. Позвал наставников - чтобы проверили барьеры. Позвал учеников - чтобы продолжить экзамены.
  
  И занял своё место в ложе.
  
  - Продолжаем, - сказал он.
  
  И экзамены продолжились.
  
  ***
  
  Цзин Юй проскользнул в лечебницу через чёрный ход.
  
  Мэйлин была занята - осматривала Лю Цзяня, который всё ещё не пришёл в себя после инцидента.
  
  - Мэйлин, - позвал Цзин Юй тихо.
  
  Она подняла голову.
  
  - Что случилось? Я слышала шум...
  
  - Забери его.
  
  - Кого?
  
  - Главу. - Цзин Юй выглядел встревоженным. - В лечебницу. Меня он не послушает.
  
  Мэйлин выпрямилась.
  
  - Что с ним?
  
  - У него страшно болит голова. После того как он поглотил всю ту энергию... - Цзин Юй покачал головой. - Я боюсь, он не выдержит до конца экзаменов.
  
  - Насколько плохо?
  
  - Он бледный как смерть. И я не уверен, что он вообще видит, что происходит вокруг.
  
  Мэйлин не стала задавать больше вопросов.
  
  - Следи за этим, - она кивнула на Лю Цзяня. - Если очнётся - дай ему воды и не давай вставать.
  
  - Понял.
  
  Она выбежала из лечебницы - быстро, не оглядываясь.
  
  Мэйлин и Цзин Юй проскользнули в зал экзаменов через боковую дверь.
  
  На арене шёл последний экзамен - восьмой ученик шестого уровня демонстрировал что-то сложное и красивое. Наставники следили с напряжёнными лицами. Ученики на скамьях затаили дыхание.
  
  Никто не смотрел на ложу главы.
  
  Кроме Мэйлин.
  
  Си Ень сидел очень прямо - неестественно прямо, как статуя. Лицо его было бледным, почти серым. Глаза - открыты, но пусты.
  
  Мэйлин поднялась по ступеням - быстро, бесшумно.
  
  - Глава, - тихо сказала она, садясь рядом.
  
  Он не ответил. Не повернулся. Она не была уверена, что он её слышит.
  
  - Глава. - Она взяла его за руку. - Си Ень.
  
  Его пальцы были ледяными. Это было неправильно - огненный заклинатель не мог быть холодным.
  
  - Пойдём, - сказала она мягко. - Они закончат как-нибудь без тебя.
  
  На этот раз - он услышал. Повернул голову - медленно, как будто это требовало огромных усилий.
  
  - Мэйлин? - его голос был слабым, надломленным.
  
  - Я здесь. - Она погладила его по руке. - Пойдём со мной.
  
  Он не спорил. Не сопротивлялся. Это пугало больше всего.
  
  Они вывели его из зала - Мэйлин с одной стороны, Цзин Юй с другой. Си Ень шёл как слепой, опираясь на них, не видя дороги.
  
  Несколько наставников подняли головы - но Цзин Юй жестом показал им продолжать. Экзамены не должны были прерываться.
  
  В лечебнице Мэйлин усадила Си Еня на кровать.
  
  - Сейчас, - сказала она. - Сейчас я посмотрю...
  
  И он потерял сознание.
  
  Просто упал - назад, на подушки, с закрытыми глазами. Лицо его исказилось от боли - даже в беспамятстве.
  
  - Си Ень! - Мэйлин бросилась к нему.
  
  Она положила руки ему на виски - и почувствовала. Боль. Такую боль, что у неё самой потемнело в глазах.
  
  "Не паникуй, - сказала она себе. - Ты целительница. Ты знаешь, что делать".
  
  Она начала работать.
  
  Золотой свет потёк из её ладоней - мягкий, тёплый, исцеляющий. Она направляла его в его голову, искала источник боли, пыталась унять бурю в его сознании.
  
  Энергия, которую он поглотил, была слишком сырой. Слишком мощной. Она бушевала в нём, не находя выхода, разрушая изнутри.
  
  Мэйлин работала - минуту, две, десять. Пот катился по её лицу. Руки дрожали от напряжения.
  
  "Пожалуйста, - думала она. - Пожалуйста, пусть это сработает".
  
  И наконец - что-то изменилось.
  
  Его дыхание выровнялось. Лицо разгладилось. Цвет начал возвращаться к его щекам.
  
  Мэйлин не прекращала - ещё минута, ещё две, пока не убедилась, что опасность миновала.
  
  И тогда - позволила себе заплакать.
  
  Слёзы текли по её щекам - тихо, беззвучно. Она не пыталась их остановить.
  
  Си Ень открыл глаза.
  
  - Почему ты плачешь? - тихо спросил он.
  
  - Ты ещё спрашиваешь? - Мэйлин всхлипнула. - Я так испугалась...
  
  - Глупая. - Он поднял руку и коснулся её щеки. - Я даже не ранен.
  
  - Это ещё страшнее! - Она схватила его руку. - Ты потерял сознание от боли! Ты чуть не...
  
  Она не смогла закончить.
  
  - Прости, - сказал он тихо. - Прости, что напугал тебя.
  
  - Мне нужно вернуться. - Он попытался сесть. - Экзамены ещё не закончились. Зачем создавать лишнее волнение...
  
  - Только попробуй! - Мэйлин толкнула его обратно на подушки. - Ты остаёшься здесь, пока я не признаю тебя здоровым!
  
  - Но...
  
  - Никаких "но"! - Её голос дрожал. - Они как-нибудь обойдутся без тебя!
  
  - Не волнуйся, - сказал Цзин Юй. Он стоял в дверях - Мэйлин и не заметила, когда он вернулся. - Я вернусь на арену. Скажу, чтобы продолжали без тебя. И присмотрю за происходящим.
  
  - Юй...
  
  - Отдыхай. - Цзин Юй улыбнулся. - Ты заслужил.
  
  И ушёл - прежде чем Си Ень успел возразить.
  
  Мэйлин помогла ему снять церемониальную одежду - тяжёлую, неудобную, пропитанную потом.
  
  Она уложила его в кровать - настоящую кровать, не кушетку для пациентов. Свою кровать, в углу лечебницы, за ширмой.
  
  Она заставила его выпить зелье - успокаивающее, укрепляющее, снимающее остатки боли.
  
  И села рядом, положив пальцы ему на виски.
  
  - Ты сердишься на меня? - спросил Си Ень.
  
  - Я боюсь за тебя, - вздохнула Мэйлин. - Ты слишком сильный и самоуверенный, чтобы знать, когда остановиться.
  
  - Я должен был это сделать. Если бы энергия вырвалась...
  
  - Я знаю. - Она погладила его по волосам. - Но это не значит, что мне не страшно.
  
  Он закрыл глаза.
  
  - Спи, - сказала она мягко. - Я никуда не уйду.
  
  И он заснул - впервые за долгое время, глубоко и спокойно.
  
  ***
  
  Поздно вечером экзамены закончились.
  
  Цзин Юй проскользнул в лечебницу - усталый, но довольный.
  
  - Всё, - сказал он Мэйлин, сладко потягиваясь. - Представление закончилось. Ничего не взорвали, никого не убили. И я остановил толпу, которая собиралась проведать главу прямо сейчас.
  
  - Толпу?
  
  - Наставники. Советники. Старшие ученики. - Он зевнул. - Все очень переживают. Но я убедил их, что глава в надёжных руках и лучшее, что они могут сделать - это дать ему отдохнуть.
  
  - И они послушались?
  
  - Не сразу. Но я бываю очень убедительным, когда нужно.
  
  Мэйлин улыбнулась - впервые за этот день.
  
  - Ты самый лучший, - сказала она, обнимая его. - Какую награду хочешь?
  
  - Есть хочу. - Цзин Юй прижал руку к животу. - Умираю от голода. Весь день на ногах, и ни крошки во рту.
  
  - Это тебе надо было в столовую, а не ко мне. У меня здесь только куча сладостей и чай.
  
  - То, что надо.
  
  В лечебнице была тишина и полумрак.
  
  После хлопотного дня все были полечены и уложены. Лю Цзянь - в отдельной палате, под наблюдением. Несколько учеников с мелкими травмами - на кушетках в общем зале. Целители - на заслуженном отдыхе.
  
  Мэйлин и Цзин Юй накрыли чайный столик рядом с кроватью, где спал Си Ень.
  
  Мэйлин не собиралась оставлять его одного надолго. Даже ради еды.
  
  Они сели - на подушках, по-походному - и начали есть. Сладкие пирожки, засахаренные фрукты, ореховые конфеты. И чай - горячий, крепкий, ароматный.
  
  - Как он? - спросил Цзин Юй тихо, кивая на спящего Си Еня.
  
  - Лучше. - Мэйлин посмотрела на его лицо - спокойное, расслабленное. - Кризис миновал. Теперь ему просто нужен отдых.
  
  - Как ты его усыпила? Его же невозможно уложить в постель.
  
  - Большой дозой сонного зелья. - Она хмыкнула. - Ты же знаешь, что это почти невозможно.
  
  - Ну да, переупрямить его почти невозможно. - Цзин Юй отпил чай. - А когда он в очередной раз заявляет "все вон" и идёт сам исправлять очередную проблему... ты встаёшь и уходишь. И только потом понимаешь, что ты сделал.
  
  - Ты тоже вышел?
  
  - Конечно. - Он вздохнул. - Как все остальные. Он приказал - и я подчинился. Даже не подумал возразить.
  
  - Это его дар. - Мэйлин покачала головой. - Он говорит - и люди слушаются. Не из страха. Просто... слушаются.
  
  - Это опасный дар.
  
  - Очень.
  
  Они помолчали, глядя на спящего друга.
  
  - Тебя тоже уложить спать? - спросила Мэйлин.
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Посижу с тобой. Ты же спать не собираешься.
  
  - Не собираюсь.
  
  - Тогда и я не буду.
  
  Они сидели вместе - в тишине, в полумраке, рядом с человеком, который был им обоим дорог.
  
  Свечи догорали. Луна заглядывала в окно. Где-то в башне ещё слышались голоса - ученики праздновали окончание экзаменов - но здесь было тихо.
  
  Мирно.
  
  Правильно.
  
  ***
  
  Когда утреннее солнце проникло в окна лечебницы, Си Ень проснулся.
  
  Первое, что он почувствовал - лёгкость.
  
  Он давно не ощущал такой лёгкости. Голова не болела. Тело не ныло. Мысли были ясными, чистыми.
  
  Он осмотрелся - где он вообще находится?
  
  Лечебница. Кровать за ширмой. Мягкий утренний свет.
  
  И - умилительная картина.
  
  Мэйлин и Цзин Юй спали на подушках, рядом с его кроватью. Они сидели, прислонившись друг к другу спинами, как два уставших котёнка. Лица их были мирными, расслабленными.
  
  Они не ушли. Остались с ним. Всю ночь.
  
  Си Ень улыбнулся - мягко, нежно.
  
  А потом - решил воспользоваться случаем.
  
  Он осторожно встал, стараясь не шуметь. Поискал глазами одежду - нашёл простую рубашку и штаны, кем-то заботливо оставленные на стуле. Оделся. Направился к двери.
  
  И услышал за спиной:
  
  - Ты куда собрался?
  
  Мэйлин.
  
  Он обернулся. Она уже проснулась - сонная, растрёпанная, с отпечатком подушки на щеке. И смотрела на него с подозрением.
  
  - Доброе утро, моя госпожа. - Он улыбнулся самой невинной улыбкой. - Я здоров и должен узнать, что происходит в башне.
  
  - Ты здоров?
  
  - Чувствую себя прекрасно.
  
  - Это я решаю.
  
  Она встала - покачнулась от усталости, но устояла - и направилась к нему.
  
  Си Ень смотрел на неё - на её спутанные волосы, на её помятую одежду, на её упрямо сжатые губы.
  
  И - рассмеялся.
  
  - Что смешного? - возмутилась Мэйлин.
  
  Он не ответил. Просто шагнул к ней, крепко обнял - и закружил по комнате.
  
  - Аааа! - она пискнула, хватаясь за его плечи. - Что ты делаешь?! Поставь меня на место!
  
  Она старалась говорить тихо - чтобы не разбудить Цзин Юя, чтобы не привлечь внимание - но получалось плохо.
  
  - Ну что? - спросил Си Ень, не опуская её. - Удовлетворена? Больной человек не смог бы тебя поднять.
  
  - Это не аргумент!
  
  - Это отличный аргумент.
  
  - Поставь меня!
  
  Он поставил её - но не отпустил. Держал в объятиях, глядя в её глаза.
  
  - Спасибо, - сказал он тихо. - За всё.
  
  - Глупый, - она отвела взгляд. - Это моя работа.
  
  - Это больше, чем работа. И мы оба это знаем.
  
  Она не ответила. Только прижалась к нему - на мгновение, коротко - и отстранилась.
  
  - Ладно, - сказала она. - Можешь идти. Но сначала - приведи себя в порядок. Тебя ещё кто-нибудь увидит в таком виде.
  
  - В каком?
  
  - В домашнем. - Она окинула его взглядом. - Глава Чёрной башни в мятой рубашке и без причёски. Какой скандал.
  
  - Ужасный скандал. - Он улыбнулся. - Моя репутация погибла.
  
  - Иди уже. - Она легонько толкнула его к двери. - И принеси завтрак, когда вернёшься.
  
  - Как прикажете, моя госпожа.
  
  Он поцеловал её в макушку - быстро, нежно - и ушёл.
  
  Мэйлин смотрела ему вслед - с улыбкой, которую не пыталась скрыть.
  
  За ширмой послышалось шевеление.
  
  - Он ушёл? - сонно спросил Цзин Юй.
  
  - Ушёл.
  
  - Живой?
  
  - Более чем.
  
  - Хорошо. - Цзин Юй зевнул. - Разбуди меня, когда принесут завтрак.
  
  И снова уснул.
  
  Мэйлин рассмеялась - тихо, счастливо.
  
  Всё было хорошо.
  
  Наконец-то - всё было хорошо.
  
  Глава 69. Отдых
  
  Мэйлин зашла в кабинет Си Еня без стука.
  
  Он сидел за столом, заваленным свитками. Вокруг него толпились советники, наставники, какие-то люди с бумагами. Все говорили одновременно.
  
  - Глава, вопрос о распределении учеников...
  
  - Глава, результаты экзаменов требуют утверждения...
  
  - Глава, посол из Водной башни прибыл и ожидает аудиенции...
  
  - Глава, - голос Мэйлин прорезал гул, как нож, - ты обещал принести завтрак и исчез.
  
  Все замолчали. Повернулись к ней.
  
  Мэйлин стояла в дверях - руки скрещены на груди, взгляд суровый.
  
  - Пришла пригласить тебя на обед, - добавила она.
  
  - Извини. - Си Ень потёр глаза. - Не смог вырваться. На меня набросились с тысячей вопросов и с тысячей неразрешённых дел, требующих моего срочного внимания.
  
  - Вижу.
  
  - Ты хоть не осталась голодной?
  
  - Я-то нет. - Она подошла ближе. - А ты?
  
  - А я... - он прикрыл глаза, - ...не помню.
  
  - Что, опять?
  
  Мэйлин тут же оказалась рядом. Её пальцы легли ему на виски - прохладные, исцеляющие. Золотой свет заструился под кожу.
  
  - А я тебе говорила оставаться в лечебнице, - сказала она тихо.
  
  - Ты как всегда права, моя госпожа.
  
  - А ты как всегда меня не слушаешь.
  
  Советники переглядывались - неуверенно, растерянно. Никто из них не осмеливался прерывать.
  
  - Я тебя забираю, - объявила Мэйлин. - Хотя бы на сегодня. Ты и так переделал тысячу дел.
  
  - Со мной всё в порядке...
  
  - Прямо вижу это "в порядке". - Она убрала руки от его висков и выпрямилась. - Будешь сопротивляться - я призову стражей пламени.
  
  Си Ень уставился на неё.
  
  - Это уже какой-то бунт. Они тебе что, уже подчиняются?
  
  - Хочешь проверить?
  
  Долгая пауза.
  
  - Нет, - сказал Си Ень. - Не хочу.
  
  - Тогда пойдём.
  
  Она помогла ему встать - он был слабее, чем показывал - и повела к выходу.
  
  - Но глава... - начал было один из советников.
  
  - Глава отдыхает, - отрезала Мэйлин, не оборачиваясь. - До завтра. Все вопросы - к заместителю.
  
  И они ушли.
  
  Советники остались стоять - с открытыми ртами и неподписанными свитками.
  
  - Это... - начал один.
  
  - Это золотая госпожа, - вздохнул Хуан Лэй. - Привыкайте.
  
  Мэйлин привела его в тихую, просторную комнату в лечебнице.
  
  Это была её личная комната - не та, где она принимала пациентов, а та, где жила. Простая, уютная, с большим окном, выходящим в сад. Кровать, заваленная подушками. Столик для чая. Полки с книгами и склянками.
  
  - Всё, - сказала она, усаживая его на кровать. - Сегодня ты отдыхаешь здесь. Никаких дел.
  
  - А ты останешься со мной?
  
  - Ну знаешь... - Мэйлин вздохнула. - После ваших экзаменов у меня нет такой возможности. Слишком много пациентов. И ты не делаешь мою жизнь легче.
  
  - Виноват.
  
  - Ещё как виноват. - Но она улыбнулась. - Но я с тобой пообедаю.
  
  Она позвала слуг - и через несколько минут комната наполнилась запахами еды. Рис, овощи, рыба на пару, бульон с травами. Простая еда, но питательная.
  
  - Ешь, - велела Мэйлин. - Всё.
  
  - А ты?
  
  - И я поем. Но сначала - ты.
  
  Си Ень не стал спорить. Он был голоднее, чем думал - первая ложка риса напомнила ему, что он не ел почти сутки.
  
  Они обедали вместе - в тишине, спокойно. Солнце заглядывало в окно. Где-то за стеной слышались голоса целителей и пациентов, но здесь было тихо.
  
  - Спасибо, - сказал Си Ень, отодвигая пустую тарелку.
  
  - Не за что. - Мэйлин собрала посуду. - А теперь - ложись. Спи.
  
  - Я не устал...
  
  - Ты едва держишь глаза открытыми.
  
  - Это не...
  
  - Ложись.
  
  Он лёг - потому что спорить с ней было бесполезно. И потому что она была права.
  
  - Я вернусь через пару часов, - сказала Мэйлин, накрывая его одеялом. - Проверю пациентов - и вернусь.
  
  - Хорошо.
  
  Она наклонилась и поцеловала его в лоб.
  
  - Отдыхай, глава.
  
  И ушла.
  
  Си Ень закрыл глаза.
  
  И почти сразу уснул.
  
  ***
  
  Первый посетитель появился через час.
  
  Мэйлин как раз перевязывала ученика с ожогом на руке, когда дверь в лечебницу тихонько приоткрылась.
  
  - Золотая госпожа?
  
  Это был молодой советник - из тех, что толпились в кабинете главы утром. Он выглядел виноватым и решительным одновременно.
  
  - Что случилось? - спросила Мэйлин, не отрываясь от работы.
  
  - Я... мне нужно к главе. Всего на минуту. Срочный вопрос.
  
  - Глава отдыхает.
  
  - Но это действительно срочно! Посол из Водной башни...
  
  - Может подождать до завтра.
  
  - Но...
  
  - До завтра, - повторила Мэйлин. Её голос стал холоднее. - Или вы хотите объяснить послу, почему глава Чёрной башни не смог его принять? Потому что вы не дали ему отдохнуть?
  
  Советник побледнел.
  
  - Я... нет, конечно...
  
  - Тогда идите. И передайте остальным - глава недоступен до завтрашнего утра.
  
  Советник ушёл - быстро, не оглядываясь.
  
  Мэйлин вернулась к работе.
  
  Второй посетитель появился через полчаса.
  
  На этот раз - старший наставник. Почтенный мужчина с седой бородой и важным видом.
  
  - Госпожа Мэйлин, - он поклонился. - Мне необходимо видеть главу. Вопрос о результатах экзаменов...
  
  - Глава отдыхает.
  
  - Но результаты должны быть утверждены сегодня! Традиция требует...
  
  - Традиция подождёт.
  
  - Вы не понимаете! - Наставник повысил голос. - Это важно!
  
  Мэйлин медленно подняла голову. Посмотрела на него - тем особым взглядом, который она выработала за месяцы работы в Чёрной башне.
  
  - Я понимаю, - сказала она тихо. - Я понимаю, что вчера глава поглотил достаточно энергии, чтобы убить обычного заклинателя. Я понимаю, что сегодня утром он чуть не потерял сознание от боли. И я понимаю, что если он не отдохнёт - завтра вам некому будет утверждать результаты.
  
  Наставник открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
  
  - Я... не знал, что всё так серьёзно...
  
  - Теперь знаете. - Мэйлин вернулась к работе. - Дверь там.
  
  Наставник ушёл - тише, чем пришёл.
  
  Третий посетитель был хитрее.
  
  Мэйлин не сразу его заметила. Он проскользнул в лечебницу под видом пациента - с перевязанной рукой и страдальческим выражением лица.
  
  - Госпожа, - пожаловался он, - у меня ожог. С вчерашних экзаменов.
  
  - Садись. - Мэйлин указала на кушетку. - Покажи.
  
  Он сел. Протянул руку. Мэйлин начала разматывать повязку...
  
  И обнаружила, что под ней - ничего. Здоровая рука без единой царапины.
  
  - Интересно, - сказала она медленно. - И какой же у тебя ожог?
  
  Молодой человек покраснел.
  
  - Я... это... мне нужно видеть главу. Всего на минуту. Я ученик, мне нужно узнать результаты...
  
  - Результаты будут объявлены завтра.
  
  - Но я не могу ждать! Мне нужно знать сейчас!
  
  - Тебе нужно уйти, - сказала Мэйлин. - Сейчас.
  
  - Но...
  
  - Сейчас. - Она встала. - Или я найду тебе настоящую причину посетить лечебницу.
  
  Молодой человек посмотрел на её лицо - и решил не рисковать.
  
  Он ушёл. Очень быстро.
  
  К вечеру Мэйлин насчитала двенадцать посетителей.
  
  Советники. Наставники. Ученики. Даже один повар - которому якобы срочно нужно было узнать предпочтения главы для завтрашнего банкета.
  
  Всех она отправляла восвояси.
  
  Некоторые уходили легко - после одного взгляда. Некоторые спорили, настаивали, пытались давить авторитетом. Но никто не прошёл.
  
  - Ты страшная женщина, - сказал ей один из целителей - с восхищением в голосе.
  
  - Я защищаю своего пациента, - ответила Мэйлин. - Это моя работа.
  
  - Он не просто пациент.
  
  - Тем более.
  
  Целитель улыбнулся и вернулся к своим делам.
  
  Цзин Юй появился ближе к ужину.
  
  Он принёс еду - настоящую, горячую, из кухни - и новости.
  
  - Башня гудит, - сказал он, устраиваясь рядом с Мэйлин. - Все обсуждают, как золотая госпожа похитила главу.
  
  - Похитила?
  
  - Именно так это выглядит со стороны. - Он улыбнулся. - Ты увела его из кабинета посреди совещания, заперла в лечебнице и никого к нему не пускаешь. Классическое похищение.
  
  - Я его лечу.
  
  - Я знаю. Но остальные... - он пожал плечами. - Остальные строят теории.
  
  - Какие теории?
  
  - Разные. - Цзин Юй отпил чай. - Самая популярная - что ты околдовала его и держишь под заклинанием.
  
  - Что?!
  
  - Золотой источник, ты же знаешь. Говорят, ваши заклинатели умеют очаровывать.
  
  - Это... это нелепо!
  
  - Конечно, нелепо. - Он улыбался. - Но забавно.
  
  Мэйлин закрыла лицо руками.
  
  - Они все сумасшедшие.
  
  - Они огненные. Это почти одно и то же.
  
  - Эй! - голос Си Еня донёсся из-за ширмы. - Я всё слышу!
  
  Мэйлин вскочила.
  
  - Ты проснулся? Почему не позвал?
  
  - Только что проснулся. - Си Ень вышел из-за ширмы - заспанный, растрёпанный, но явно чувствующий себя лучше. - И услышал, как вы меня обсуждаете.
  
  - Мы обсуждали не тебя, а твоих подданных.
  
  - Которые, по твоим словам, сумасшедшие.
  
  - По словам Юя.
  
  - Я только сказал, что они огненные, - невинно заметил Цзин Юй. - Выводы делала ты.
  
  - Предатель.
  
  Си Ень рассмеялся - легко, искренне.
  
  - Как я себя чувствую? - спросил он, садясь рядом с ними. - Хорошо. Правда хорошо. Голова не болит, тело не ноет. Ты творишь чудеса, моя госпожа.
  
  - Это не чудеса. Это отдых и нормальная еда. - Мэйлин придвинула ему тарелку. - Ешь.
  
  - Опять?
  
  - Ты пропустил слишком много приёмов пищи.
  
  - Она права, - поддержал Цзин Юй. - Ешь. Я тоже буду.
  
  Они ужинали втроём - в маленькой комнате лечебницы, при свете свечей. Разговаривали о пустяках, смеялись, подшучивали друг над другом.
  
  Как будто не было ни экзаменов, ни кризиса, ни толпы страждущих за дверью.
  
  Просто три друга. Просто вечер. Просто счастье.
  
  - Мне рассказали, - сказал Си Ень позже, - что ты выгнала двенадцать человек сегодня.
  
  - Тринадцать, - поправила Мэйлин. - Один пытался прийти дважды.
  
  - Тринадцать. - Он покачал головой. - Включая старшего наставника Чжоу?
  
  - Особенно старшего наставника Чжоу.
  
  - Он не привык, чтобы ему отказывали.
  
  - Теперь привыкнет.
  
  Си Ень смотрел на неё - с чем-то тёплым, нежным во взгляде.
  
  - Ты защищала меня, - сказал он тихо.
  
  - Конечно.
  
  - Даже от моих собственных людей.
  
  - Особенно от твоих собственных людей. - Она пожала плечами. - Они тебя уважают. Но они не понимают, когда нужно остановиться. Совсем как ты.
  
  - Это комплимент или оскорбление?
  
  - Констатация факта.
  
  Он рассмеялся - и притянул её к себе.
  
  - Спасибо, - сказал он, обнимая её. - За то, что заботишься обо мне. Даже когда я этого не хочу.
  
  - Особенно когда ты этого не хочешь, - поправила она. - Это и есть забота.
  
  - Философ.
  
  - Целительница. Это почти одно и то же.
  
  Они сидели так - обнявшись, в тишине вечера.
  
  Цзин Юй давно ушёл - деликатно, незаметно. Лечебница опустела. Только свечи горели, отбрасывая мягкие тени на стены.
  
  - Останься, - сказал Си Ень. - На ночь.
  
  - У меня пациенты...
  
  - Твои ученики справятся. Одну ночь.
  
  Мэйлин помолчала.
  
  - Хорошо, - сказала она наконец. - Одну ночь.
  
  И осталась.
  
  ***
  
  Утро было тёплым и солнечным.
  
  Цзин Юй стоял у ворот Чёрной башни - с небольшой сумкой через плечо и несколькими свитками, которые он позаимствовал из библиотеки.
  
  - Всё, - сказал он, поворачиваясь к друзьям. - Я вас покидаю.
  
  Си Ень и Мэйлин стояли рядом - плечом к плечу, как единое целое.
  
  - Уже? - спросила Мэйлин.
  
  - Уже. - Цзин Юй улыбнулся. - Мне ещё принимать экзамены в Лунной академии. И я совсем забросил своих студентов. Они, наверное, думают, что я их бросил.
  
  - Они знают, что ты вернёшься, - сказал Си Ень.
  
  - Знают. Но всё равно волнуются. - Он поправил сумку на плече. - К тому же, я достаточно злоупотреблял вашим гостеприимством.
  
  - Ты никогда не злоупотребляешь, - возразила Мэйлин.
  
  - Я занял половину библиотеки и отвлекал ваших учеников от подготовки к экзаменам.
  
  - Ты им помогал.
  
  - Это одно и то же.
  
  Си Ень молчал - смотрел на друга с выражением, которое Мэйлин не сразу смогла прочитать.
  
  - Я так привык, что ты в башне, - сказал он наконец, - что прямо не представляю её без тебя.
  
  Цзин Юй удивлённо поднял брови.
  
  - Это... неожиданно сентиментально для тебя, глава.
  
  - Я серьёзно. - Си Ень пожал плечами. - Когда ты здесь - всё как-то... правильнее.
  
  - Ну так приходи в гости. - Цзин Юй улыбнулся. - Ты совсем стал домоседом, глава. Раньше тебя тяготило долгое нахождение в башне. Ты постоянно куда-то рвался - в походы, в сражения, куда угодно, лишь бы подальше отсюда.
  
  Си Ень задумался.
  
  - Да, - согласился он. - Я, кажется, в конце концов привык к своей роли.
  
  Его взгляд скользнул к Мэйлин - мягко, нежно.
  
  - Да и башня стала гораздо уютнее.
  
  Мэйлин почувствовала, как её щёки теплеют.
  
  - К тому же, - продолжил Цзин Юй, - раньше они тебя тут боялись. А теперь - любят. Я видел, как ученики смотрят на тебя. Как наставники говорят о тебе.
  
  - Любят - это преувеличение.
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Ты стал очень заботливым главой. Строгим, да. Требовательным. Но заботливым. Они это чувствуют.
  
  Си Ень не знал, что на это ответить.
  
  - Но тем не менее, - Цзин Юй развёл руками, - жду вас в гости. Обоих. Лунная академия всегда рада друзьям.
  
  - Мы приедем, - пообещала Мэйлин.
  
  - Обязательно приедем, - подтвердил Си Ень.
  
  Они обняли его - сначала Мэйлин, потом Си Ень. Крепко, долго, как будто не хотели отпускать.
  
  - Обещай, - сказала Мэйлин, отстраняясь, - что не будешь влезать ни в какие странные дела без нас.
  
  - Обещаю.
  
  - И что будешь нормально есть.
  
  - Обещаю.
  
  - И спать.
  
  - Мэйлин...
  
  - Обещай.
  
  - Обещаю, обещаю. - Цзин Юй рассмеялся. - Ты хуже моей матери.
  
  - Я целительница. Это моя работа - заботиться о безответственных людях.
  
  - Эй!
  
  - Она права, - сказал Си Ень. - Ты безответственный. Вечно забываешь о себе ради своих свитков.
  
  - Это говорит человек, который чуть не умер от головной боли, потому что не мог оторваться от работы.
  
  - Это другое.
  
  - Это то же самое.
  
  Они препирались - легко, беззлобно. Как всегда.
  
  - Ладно, - сказал Цзин Юй наконец. - Мне пора.
  
  - Пора, - согласился Си Ень.
  
  - Береги себя, - сказала Мэйлин.
  
  - И вы.
  
  Он помахал им - и пошёл по дороге, ведущей прочь от башни. Серебряные волосы сверкали на солнце. Белые одежды развевались на ветру.
  
  Си Ень и Мэйлин смотрели ему вслед - пока он не скрылся за поворотом.
  
  - У меня, когда он уходит, - тихо сказал Си Ень, - возникает глупый и необоснованный страх. Что его кто-нибудь обидит. А меня не будет рядом.
  
  Мэйлин посмотрела на него - на его нахмуренные брови, на его сжатые губы.
  
  - Зная тебя, - сказала она медленно, - я думаю, ты его одного и не отпускаешь.
  
  Си Ень не ответил.
  
  - И кого ты с ним посылаешь? - продолжила Мэйлин. - Тёмных разведчиков или кого-то из стражей пламени?
  
  - Раньше посылал стражей пламени, - невозмутимо ответил Си Ень. - Но теперь он их замечает и обижается. Так что - тёмных разведчиков.
  
  Мэйлин уставилась на него.
  
  - Я так и знала.
  
  - Что?
  
  - Ты невыносим, глава.
  
  Си Ень только пожал плечами.
  
  - Он мой друг. Я должен его защищать.
  
  - Он взрослый человек и могущественный заклинатель.
  
  - И при этом совершенно не умеет заботиться о себе.
  
  - Звучит знакомо.
  
  - Это другое.
  
  - Это то же самое. - Мэйлин покачала головой. - Вы оба одинаковые. Заботитесь обо всех, кроме себя.
  
  - Неправда. Я забочусь о себе.
  
  - Когда?
  
  - Когда ты заставляешь.
  
  Мэйлин рассмеялась - несмотря на себя.
  
  - Ладно, - сказала она, беря его под руку. - Пойдём. У тебя наверняка куча дел.
  
  - Куча.
  
  - И ты наверняка не завтракал.
  
  - Возможно.
  
  - Сначала - завтрак. Потом - дела.
  
  - Как скажете, моя госпожа.
  
  Они пошли обратно в башню - вместе, рука об руку.
  
  А где-то на дороге к Лунной академии - Цзин Юй шёл вперёд, не подозревая о тенях, которые следовали за ним.
  
  Или подозревая - но предпочитая не замечать.
  
  В конце концов, некоторые вещи лучше оставить как есть.
  
  Глава 70. Переезд
  
  Следующие дни слились в привычную рутину.
  
  Си Ень пропадал в кабинете - с утра до ночи, иногда и ночью тоже. Мэйлин видела его урывками - за завтраком, который она приносила ему сама, за редкими ужинами, которые он всё-таки не забывал.
  
  Он выглядел усталым. Но довольным.
  
  - Ты скучал по этому, - сказала Мэйлин однажды вечером.
  
  - По чему?
  
  - По работе. По башне. По всему этому хаосу.
  
  Си Ень задумался.
  
  - Наверное, - признал он. - Это... моё. Как бы тяжело ни было.
  
  - Я понимаю.
  
  - Правда?
  
  - Правда. - Она улыбнулась. - Я чувствую то же самое в лечебнице.
  
  Он взял её за руку.
  
  - Мы похожи.
  
  - Возможно.
  
  - Нет, точно.
  
  Они сидели на террасе его кабинета - в редкий момент затишья, когда все советники ушли, а новые проблемы ещё не появились. Солнце садилось за горы, окрашивая небо в алые и золотые тона.
  
  - Мэйлин, - сказал Си Ень. - Я хотел тебя попросить кое о чём.
  
  - О чём?
  
  Он помолчал - собираясь с мыслями.
  
  - Переберись ко мне.
  
  Мэйлин моргнула.
  
  - Что?
  
  - В мои покои. - Он не смотрел на неё. - Переезжай ко мне. Насовсем.
  
  Она не знала, что сказать.
  
  - Си Ень...
  
  - Я знаю, это... - он запнулся. - Я знаю, что это многое меняет. И если ты не хочешь...
  
  - Дело не в этом.
  
  - А в чём?
  
  Мэйлин рассмеялась - мягко, без насмешки.
  
  - В том, что ты там почти не бываешь.
  
  - Что?
  
  - Твои покои. - Она покачала головой. - Ты же в них не живёшь. Ты живёшь здесь, в кабинете. Спишь на этой кушетке. Ешь за этим столом. Зачем мне переезжать в комнаты, где тебя никогда нет?
  
  Си Ень открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
  
  - Это... - он нахмурился. - Это правда.
  
  - Конечно, правда.
  
  - Я не подумал об этом.
  
  - Ты редко думаешь о таких вещах.
  
  Он помолчал - долго, задумчиво.
  
  - Тогда я буду бывать там чаще, - сказал он наконец.
  
  - Что?
  
  - Если ты переедешь - я буду бывать там чаще. - Он посмотрел на неё. - Буду приходить. Спать в нормальной постели. Есть за нормальным столом.
  
  - Ты говоришь это сейчас...
  
  - Я серьёзно.
  
  - Си Ень, ты не можешь изменить себя ради меня.
  
  - Это не ради тебя. - Он взял её за руку. - Это ради нас. Ради... того, что между нами.
  
  Мэйлин смотрела на него - на его серьёзное лицо, на его тёмные глаза с огненными бликами.
  
  - Ты правда этого хочешь?
  
  - Да.
  
  - Почему?
  
  Он помолчал.
  
  - Потому что когда я просыпаюсь один - мне чего-то не хватает, - сказал он тихо. - Потому что когда ты рядом - даже самый тяжёлый день кажется легче. Потому что... - он запнулся. - Потому что я хочу, чтобы ты была первым, что я вижу утром. И последним - вечером.
  
  Мэйлин почувствовала, как сердце сжимается.
  
  - Это очень красиво, - сказала она.
  
  - Это правда.
  
  - Я знаю.
  
  Она придвинулась ближе. Положила голову ему на плечо.
  
  - Хорошо, - сказала она.
  
  - Хорошо?
  
  - Я перееду.
  
  Он обнял её - крепко, нежно.
  
  - Спасибо.
  
  - Но если ты продолжишь ночевать в кабинете - я буду приходить и вытаскивать тебя за ухо.
  
  - Договорились.
  
  - И заставлять есть нормальную еду.
  
  - Договорились.
  
  - И спать нормальное количество часов.
  
  - Это уже слишком.
  
  - Си Ень.
  
  - Договорились, договорились.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Ты невозможен.
  
  - Но ты всё равно согласилась.
  
  - Видимо, я тоже невозможна.
  
  - Мы пара.
  
  - Очевидно.
  
  ***
  
  Переезд занял всего полдня.
  
  У Мэйлин было не так много вещей - одежда, книги, травы и склянки. Она привыкла жить просто, не обрастая лишним.
  
  - Это всё? - спросил Си Ень, глядя на три небольших сундука.
  
  - А сколько должно быть?
  
  - Не знаю. - Он пожал плечами. - Больше?
  
  - Я целительница, а не принцесса.
  
  - Ты могла бы быть принцессой.
  
  - Я не хочу быть принцессой.
  
  - Это тоже вариант.
  
  Покои главы были огромными - и почти пустыми. Мэйлин никогда раньше не была здесь - и теперь понимала почему. Это были не комнаты для жизни. Это были комнаты для церемоний.
  
  Высокие потолки. Тяжёлые занавеси. Мебель, которая выглядела дорогой и неудобной. Всё было тёмным, мрачным, подавляющим.
  
  - Уютно, - сказала Мэйлин с сомнением.
  
  - Ты можешь изменить что угодно, - быстро сказал Си Ень. - Всё что угодно. Занавески, мебель, всё.
  
  - Правда?
  
  - Правда. Это теперь твой дом тоже.
  
  Мэйлин осмотрелась ещё раз.
  
  - Сначала - свет, - решила она. - Здесь слишком темно.
  
  - Хорошо.
  
  - И цветы. Много цветов.
  
  - Хорошо.
  
  - И эту кровать надо заменить. Она выглядит как саркофаг.
  
  Си Ень поперхнулся.
  
  - Это древняя реликвия...
  
  - Она выглядит как саркофаг.
  
  - ...которую можно заменить, конечно.
  
  Мэйлин улыбнулась.
  
  - Ты очень покладистый сегодня.
  
  - Я хочу, чтобы тебе здесь нравилось.
  
  - Мне будет нравиться. - Она подошла к нему и взяла за руки. - Потому что ты здесь.
  
  - Я буду здесь. - Он поднёс её руки к губам. - Обещаю.
  
  - Посмотрим.
  
  - Ты мне не веришь?
  
  - Я верю твоим намерениям. Но знаю твои привычки.
  
  - Это честно.
  
  - Я всегда честна.
  
  Он наклонился и поцеловал её.
  
  - Я рад, что ты здесь, - сказал он тихо.
  
  - Я тоже.
  
  В первый вечер Мэйлин приготовила ужин сама.
  
  Не потому что слуги не могли - могли, и прекрасно. Но ей хотелось сделать что-то своими руками. Отметить начало чего-то нового.
  
  Она накрыла стол у окна - не тот огромный церемониальный стол, а маленький, который велела принести из кладовой. Поставила свечи. Разложила еду.
  
  И стала ждать.
  
  Си Ень пришёл поздно - как обычно. Но пришёл.
  
  - Ты готовила? - спросил он, глядя на стол.
  
  - Немного.
  
  - Это... - он огляделся. - Это выглядит по-другому.
  
  - Плохо?
  
  - Нет. - Он улыбнулся. - Как дом.
  
  Они ужинали вместе - разговаривая о прошедшем дне, о проблемах и радостях. Как обычная пара. Как семья.
  
  После ужина Си Ень не ушёл в кабинет.
  
  - Ты остаёшься? - удивилась Мэйлин.
  
  - Я обещал.
  
  - Но у тебя наверняка есть дела...
  
  - Дела подождут до утра.
  
  Она смотрела на него - и не могла поверить.
  
  - Кто ты и что ты сделал с главой Чёрной башни?
  
  - Я его связал и спрятал в кладовой.
  
  - Очень смешно.
  
  - Я стараюсь.
  
  Они легли спать вместе - в новой кровати, которую привезли днём. Она была не такой величественной, как старая, но гораздо удобнее.
  
  - Хорошо? - спросил Си Ень.
  
  - Хорошо, - ответила Мэйлин.
  
  И это было правдой.
  
  ***
  
  Прошла неделя.
  
  Си Ень сдержал обещание - почти. Он приходил каждый вечер. Иногда поздно - очень поздно - но приходил. Спал в нормальной постели. Просыпался рядом с Мэйлин.
  
  Это было... непривычно.
  
  - Ты выглядишь отдохнувшим, - заметил Хуан Лэй на третий день.
  
  - Правда?
  
  - Да. Менее... - он поискал слово, - ...мрачным.
  
  - Спасибо, кажется.
  
  - Это комплимент. Поверьте.
  
  Советники перешёптывались. Ученики строили теории. Вся башня знала, что золотая госпожа переехала в покои главы.
  
  - Они сплетничают, - сказала Мэйлин однажды утром.
  
  - Пусть сплетничают.
  
  - Тебя это не беспокоит?
  
  - Нет. - Си Ень пожал плечами. - Я глава. Я могу делать что хочу.
  
  - Это так не работает.
  
  - Это работает именно так.
  
  Мэйлин покачала головой.
  
  - Ты невозможен.
  
  - Ты это уже говорила.
  
  - Повторю ещё раз.
  
  Он рассмеялся - и поцеловал её в лоб.
  
  - Мне пора.
  
  - Я знаю. - Она поправила его воротник. - Не забудь пообедать.
  
  - Не забуду.
  
  - И не кричи на советников.
  
  - Это уже сложнее.
  
  - Постарайся.
  
  - Постараюсь.
  
  Он ушёл - к своим делам, к своим обязанностям. Глава Чёрной башни.
  
  А Мэйлин осталась - в комнатах, которые постепенно становились домом.
  
  Она развесила новые занавески - светлые, лёгкие. Расставила цветы - везде, где только можно. Перенесла свои книги и травы. Добавила подушки, покрывала, мелочи, которые делали пространство живым.
  
  К концу недели покои главы было не узнать.
  
  - Что ты сделала с моими комнатами? - спросил Си Ень, когда увидел результат.
  
  - Сделала их пригодными для жизни.
  
  - Здесь... светло.
  
  - Ужасно, правда?
  
  - Нет. - Он огляделся. - Нет, это... хорошо. Правда хорошо.
  
  - Ты уверен?
  
  - Уверен. - Он обнял её. - Теперь я понимаю, почему раньше не хотел сюда возвращаться. Здесь было... пусто.
  
  - А теперь?
  
  - Теперь здесь ты.
  
  Мэйлин улыбнулась.
  
  - Ты становишься сентиментальным, глава.
  
  - Твоё влияние.
  
  - Надеюсь, хорошее.
  
  - Лучшее.
  
  Они стояли посреди комнаты - обнявшись, в тишине вечера. За окном садилось солнце. В башне затихали голоса.
  
  Это был их дом.
  
  Наконец-то - их дом.
  
  Глава 71. Вопрос церемонии
  
  Дверь распахнулась с грохотом.
  
  Мэйлин подняла голову от книги - и увидела Си Еня. Он стоял на пороге, и воздух вокруг него дрожал от жара. Плохой знак.
  
  - Что случилось? - спросила она.
  
  Он не ответил. Прошёл через комнату - быстрыми, резкими шагами - и остановился у окна. Уставился в темноту.
  
  - Си Ень?
  
  - Они меня с ума сведут, - сказал он глухо.
  
  - Кто?
  
  - Все. - Он развернулся. - Советники. Наставники. Даже стражи. Все спрашивают одно и то же.
  
  - Что именно?
  
  - Будет ли официальная церемония. - Он почти выплюнул эти слова. - Когда я объявлю о помолвке. Кого пригласить. Какой протокол соблюдать. Сколько гостей из других башен...
  
  - Си Ень...
  
  - Они хотят превратить это в политическое событие! - Его голос сорвался. - В спектакль для всех башен. Послы, делегации, недели переговоров о рассадке гостей...
  
  Мэйлин отложила книгу и встала.
  
  - Иди сюда.
  
  - Мэйлин, ты не понимаешь...
  
  - Иди сюда.
  
  Он замолчал. Посмотрел на неё - всё ещё злой, всё ещё напряжённый. Но подошёл.
  
  Она взяла его за руки. Они были горячими - почти обжигающими.
  
  - Дыши, - сказала она мягко.
  
  - Я дышу.
  
  - Нет. Ты полыхаешь. Это разные вещи.
  
  Он выдохнул - длинно, медленно. Жар начал спадать.
  
  - Вот так, - Мэйлин погладила его ладони. - Теперь слушай меня.
  
  - Слушаю.
  
  - Это твоя башня.
  
  - Да.
  
  - Твои заклинатели.
  
  - Да.
  
  - И я тоже твоя.
  
  Он поднял на неё глаза.
  
  - Мэйлин...
  
  - Всё будет так, как ты хочешь. - Она сжала его руки. - Не как хотят советники. Не как требует протокол. Как хочешь ты. Ты - глава. Твоё слово - закон.
  
  - Но они...
  
  - Они подчинятся. Потому что любят тебя. И уважают.
  
  Си Ень молчал - долго, глядя на неё.
  
  - Ты не понимаешь, - сказал он наконец.
  
  - Чего?
  
  - Я - твой. - Его голос стал тихим, мягким. - И будет так, как скажешь ты.
  
  Мэйлин почувствовала, как сердце пропускает удар.
  
  - Си Ень...
  
  - Я серьёзно. - Он поднёс её руки к губам. - Ты хочешь большую церемонию с гостями из всех башен - будет церемония. Хочешь тихую свадьбу - будет тихая. Хочешь сбежать и пожениться в какой-нибудь деревенской часовне - я готов прямо сейчас.
  
  Она рассмеялась - невольно, от неожиданности.
  
  - Ты бы правда сбежал?
  
  - Ради тебя - куда угодно.
  
  - Глава Чёрной башни, сбегающий от собственной свадьбы?
  
  - Звучит как отличная история.
  
  Мэйлин покачала головой.
  
  - Нет. Мы не будем сбегать.
  
  - Тогда что?
  
  Она задумалась.
  
  - Я не хочу большую церемонию, - сказала она медленно. - Всех этих послов, делегации, политику... Это не для меня.
  
  - Согласен.
  
  - Но и прятаться не хочу. Это твоя башня. Твои люди. Они должны быть частью этого.
  
  - Тогда...
  
  - Праздник. - Она улыбнулась. - Праздник для башни. Без посторонних гостей. Только наши.
  
  Си Ень смотрел на неё - и что-то в его взгляде менялось. Напряжение уходило, уступая место чему-то тёплому.
  
  - Только наши, - повторил он.
  
  - И Цзин Юй, конечно.
  
  - Конечно. - Он усмехнулся. - Он бы меня убил, если бы я женился без него.
  
  - Он бы нас обоих убил.
  
  - Справедливо.
  
  Они стояли так - держась за руки, глядя друг на друга.
  
  - Церемония, - сказала Мэйлин. - Какая она должна быть?
  
  - Простая. - Си Ень не раздумывал. - Клятвы перед огненным источником. Ты, я, свидетель. Всё.
  
  - И всё?
  
  - И всё. Источник примет клятвы. Башня признает тебя. Это важнее любых церемоний.
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Мне нравится.
  
  - Правда?
  
  - Правда. - Она сжала его руки. - Клятвы перед источником. А потом - праздник для всей башни.
  
  - С музыкой.
  
  - С танцами.
  
  - С едой.
  
  - С вином.
  
  Они улыбались друг другу - как заговорщики, как дети, планирующие шалость.
  
  - Советники будут в ужасе, - сказал Си Ень.
  
  - Переживут.
  
  - Послы из других башен обидятся.
  
  - Пусть обижаются.
  
  - Это может вызвать дипломатический скандал.
  
  - Си Ень. - Мэйлин посмотрела на него серьёзно. - Тебя это волнует?
  
  Он задумался.
  
  - Нет, - сказал он. - Совершенно не волнует.
  
  - Тогда решено.
  
  - Решено.
  
  Они сели на кровать - рядом, плечом к плечу.
  
  - Есть ещё одна вещь, - сказал Си Ень.
  
  - Какая?
  
  - Платье.
  
  Мэйлин подняла бровь.
  
  - Платье?
  
  - И украшения. - Он повернулся к ней. - Я хочу выбрать их.
  
  - Ты?
  
  - Да.
  
  - Ты хочешь выбрать мне свадебное платье?
  
  - И украшения, - повторил он. - Это... - он замялся. - Это важно для меня.
  
  Мэйлин смотрела на него - на его серьёзное лицо, на его глаза, в которых плясали огненные искры.
  
  - Почему? - спросила она мягко.
  
  - Потому что... - он отвёл взгляд. - Потому что я люблю наряжать тебя. Смотреть, как ты носишь то, что я выбрал. Знать, что это от меня.
  
  Она молчала.
  
  - Это глупо, - сказал он быстро. - Забудь, ты сама выберешь...
  
  - Нет.
  
  - Нет?
  
  - Выбирай. - Она улыбнулась. - Платье, украшения, всё. Я доверяю тебе.
  
  - Правда?
  
  - Правда. - Она коснулась его щеки. - Ты всегда выбираешь красивые вещи. И ты знаешь меня.
  
  - Я хочу, чтобы ты была самой красивой.
  
  - Я буду. - Она наклонилась и поцеловала его. - Потому что это ты выберешь.
  
  Си Ень обнял её - крепко, нежно.
  
  - Спасибо, - прошептал он.
  
  - За что?
  
  - За то, что понимаешь. За то, что не смеёшься.
  
  - Почему я должна смеяться?
  
  - Потому что глава Чёрной башни хочет выбирать платья. Это... не очень грозно.
  
  Мэйлин рассмеялась - мягко, без насмешки.
  
  - Ты самый грозный человек, которого я знаю, - сказала она. - И самый нежный. Одно не исключает другого.
  
  - Ты так думаешь?
  
  - Я знаю.
  
  Они сидели так - обнявшись, в тишине вечера.
  
  - Мне нужно написать Юю, - сказал Си Ень наконец.
  
  - Да.
  
  - Он должен приехать пораньше. Помочь с подготовкой.
  
  - И поворчать, что мы не предупредили его раньше.
  
  - Обязательно поворчать. Это его любимое занятие.
  
  Мэйлин улыбнулась.
  
  - Мы правда это делаем, - сказала она тихо.
  
  - Что?
  
  - Женимся.
  
  - Да. - Си Ень посмотрел на неё. - Ты не передумала?
  
  - Нет. - Она покачала головой. - Ни за что.
  
  - Хорошо. - Он поцеловал её в лоб. - Потому что я уже начал думать о платье.
  
  - Уже?
  
  - У меня много идей.
  
  - Сколько?
  
  - Много.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Тогда тебе лучше начать выбирать.
  
  - Завтра. - Он притянул её ближе. - Сегодня - только ты.
  
  И она осталась.
  
  ***
  
  На следующий день Си Ень написал письмо.
  
  "Юй,
  
  Мы с Мэйлин решили пожениться.
  
  Церемония будет простой - клятвы перед огненным источником, потом праздник для башни. Никаких послов, делегаций и политики. Только свои.
  
  Ты, конечно, должен быть. Приезжай за неделю до церемонии - поможешь мне не сойти с ума от волнения.
  
  Дату сообщу, когда определимся.
  
  P.S. Если ты скажешь "я же говорил" - я тебя сожгу.
  
  P.P.S. Нет, не сожгу. Но буду очень недоволен.
  
  Твой друг, Си Ень"
  
  Ответ пришёл через три дня.
  
  "Си Ень,
  
  Наконец-то.
  
  Я же говорил.
  
  Приеду за две недели - одной мне не хватит, чтобы убедиться, что ты всё делаешь правильно.
  
  P.S. Попробуй меня сжечь. Посмотрим, что скажет Мэйлин.
  
  P.P.S. Я очень рад за вас. Правда.
  
  Твой друг (который всегда прав), Цзин Юй"
  
  Си Ень прочитал письмо - и рассмеялся.
  
  Впервые за долгое время - легко и счастливо.
  
  Глава 72. Свадьба
  
  Си Ень стоял посреди комнаты, заваленной тканями.
  
  Шёлк всех оттенков - алый, золотой, белый, чёрный. Парча с вышивкой - драконы, фениксы, цветы. Кружево тонкое, как паутина. Бархат мягкий, как облако.
  
  Лучшие портные столицы привезли свои сокровища в Чёрную башню. Они стояли в стороне - почтительные, молчаливые, ожидающие решения главы.
  
  - Это всё? - спросил Си Ень.
  
  Старший портной поклонился.
  
  - Это лучшее, что есть в империи, господин.
  
  - Хорошо. Оставьте меня.
  
  Они ушли - быстро, бесшумно.
  
  Си Ень остался один.
  
  Он медленно обошёл комнату, касаясь тканей кончиками пальцев. Алый шёлк - цвет огня, цвет его башни. Красиво, но... слишком очевидно. Белый - цвет луны, цвет Цзин Юя. Не подходит.
  
  Золотой.
  
  Он остановился у отреза золотой парчи. Поднял его, посмотрел на свет.
  
  Золото - цвет её источника. Цвет её волос в солнечном свете. Цвет её глаз, когда она смеётся.
  
  Но не просто золотой.
  
  Он перебирал ткани - одну за другой, откладывая, сравнивая. Золотой с алой вышивкой - слишком кричаще. Золотой с белым - слишком бледно. Золотой с чёрным...
  
  Си Ень замер.
  
  Золотая парча с чёрной вышивкой по краям. Тонкие линии, изящные узоры - огненные лилии, переплетающиеся с золотыми хризантемами. Её цветок и его. Вместе.
  
  Он отложил ткань в сторону.
  
  Теперь - украшения.
  
  Ювелир прибыл на следующий день.
  
  Старик с трясущимися руками, но острым взглядом. Он разложил на столе бархатные футляры - один за другим, как сокровища из древней гробницы.
  
  - Покажите всё, - велел Си Ень.
  
  Ювелир открыл первый футляр.
  
  Рубины. Огромные, кроваво-красные, сверкающие в свете свечей.
  
  - Камни огня, - сказал ювелир. - Достойные супруги главы Чёрной башни.
  
  Си Ень покачал головой.
  
  - Нет.
  
  Второй футляр. Сапфиры - глубокие, синие, как ночное небо.
  
  - Нет.
  
  Третий. Изумруды.
  
  - Нет.
  
  Ювелир нахмурился.
  
  - Чего желает господин?
  
  - Золото, - сказал Си Ень. - И янтарь.
  
  - Янтарь? - Ювелир удивлённо поднял брови. - Но это... простой камень. Не драгоценный.
  
  - Янтарь, - повторил Си Ень. - Цвета мёда. И золото - тонкое, изящное. Никаких массивных украшений.
  
  Ювелир помолчал.
  
  - Я понимаю, - сказал он наконец. - Господин хочет подчеркнуть красоту госпожи, а не затмить её.
  
  - Именно.
  
  - Тогда... - ювелир порылся в своих футлярах и достал тонкую золотую цепочку с подвеской из янтаря. - Возможно, что-то в этом духе?
  
  Си Ень взял украшение. Повертел в руках.
  
  - Почти. Но нужно что-то особенное.
  
  - Особенное?
  
  - Сделайте на заказ. - Си Ень посмотрел на ювелира. - Диадему. Тонкую, лёгкую. Золотые листья и цветы - хризантемы. И капли янтаря между ними, как роса.
  
  Ювелир слушал, и его глаза загорались.
  
  - И серьги, - продолжал Си Ень. - Длинные, до плеч. Золотые нити с янтарём на концах. Чтобы качались, когда она двигается.
  
  - Я вижу это, - прошептал ювелир. - Вижу ясно.
  
  - Сколько времени?
  
  - Две недели.
  
  - У вас есть десять дней.
  
  Ювелир поклонился.
  
  - Будет сделано, господин.
  
  ***
  
  Цзин Юй приехал, как и обещал, за две недели.
  
  - Что значит "простой праздник"? - спросил он, едва переступив порог. - У вас тут хаос!
  
  Это было правдой.
  
  Башня бурлила. Слуги носились по коридорам с охапками цветов. Повара колдовали на кухне, готовя сотни блюд. Музыканты репетировали во внутреннем дворе. Стражи развешивали фонари - красные и золотые, сотни фонарей.
  
  - Это простой праздник, - невозмутимо ответил Си Ень. - Только для башни.
  
  - В башне живёт пятьсот человек!
  
  - Четыреста восемьдесят три. Я считал.
  
  Цзин Юй закатил глаза.
  
  - Где Мэйлин?
  
  - В лечебнице. Руководит украшением.
  
  - Руководит?
  
  - Она взяла на себя цветы и еду. Говорит, что я выбрал бы что-нибудь слишком мрачное.
  
  - Она права.
  
  - Наверное.
  
  Они пошли по коридорам - мимо слуг, мимо учеников, мимо наставников, которые кланялись на ходу.
  
  - Ты волнуешься, - сказал Цзин Юй.
  
  - Нет.
  
  - Ты сжимаешь кулаки так, что костяшки побелели.
  
  Си Ень посмотрел на свои руки. Разжал пальцы.
  
  - Может быть, немного.
  
  - Немного?
  
  - Хорошо. Сильно.
  
  Цзин Юй рассмеялся.
  
  - Великий глава Чёрной башни, гроза врагов, ужас советников - боится собственной свадьбы.
  
  - Я не боюсь.
  
  - А что тогда?
  
  Си Ень молчал - долго, глядя в окно.
  
  - Я хочу, чтобы всё было идеально, - сказал он наконец. - Для неё.
  
  - Будет идеально.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Потому что ты - это ты. - Цзин Юй положил руку ему на плечо. - Ты никогда не делаешь ничего наполовину.
  
  - Это комплимент или критика?
  
  - Констатация факта.
  
  Мэйлин стояла посреди большого зала и командовала.
  
  - Гирлянды - выше. Фонари - ближе к центру. И уберите эти чёрные ленты, мы празднуем свадьбу, а не похороны!
  
  Слуги бегали вокруг неё, как пчёлы вокруг матки. Она выглядела... в своей стихии. Раскрасневшаяся, растрёпанная, счастливая.
  
  - Золотая госпожа, - окликнул её голос.
  
  Она обернулась - и увидела Цзин Юя.
  
  - Юй!
  
  Она бросилась к нему и обняла - крепко, радостно.
  
  - Ты приехал!
  
  - Конечно, приехал. - Он обнял её в ответ. - Как я мог пропустить?
  
  - Я так рада тебя видеть. - Она отстранилась, рассматривая его. - Ты похудел.
  
  - Я не...
  
  - Похудел. - Её взгляд стал строгим. - Ты опять забываешь есть?
  
  - Мэйлин...
  
  - Сначала - обед. Потом - помощь с подготовкой.
  
  Цзин Юй посмотрел на Си Еня.
  
  - Она всегда такая?
  
  - Всегда.
  
  - И ты на ней женишься?
  
  - С радостью.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Идёмте. У нас много работы.
  
  Следующие дни слились в один.
  
  Цзин Юй взял на себя церемонию - составлял текст клятв, проверял ритуал, советовался с хранителем источника. Он знал традиции лучше всех.
  
  Мэйлин руководила праздником - еда, цветы, музыка, рассадка гостей. Она помнила имена всех поваров и знала, какие песни любят в башне.
  
  Си Ень... пытался не мешать.
  
  - Ты бледный, - сказала ему Мэйлин накануне.
  
  - Я в порядке.
  
  - Ты не спал две ночи.
  
  - Откуда ты...
  
  - Я сплю рядом с тобой. - Она взяла его за руку. - Или не сплю, когда ты ворочаешься.
  
  Он вздохнул.
  
  - Прости.
  
  - Не извиняйся. Просто скажи, что тебя беспокоит.
  
  Он молчал.
  
  - Си Ень?
  
  - Я боюсь, - сказал он тихо, - что ты передумаешь.
  
  - Что?
  
  - Завтра. Когда увидишь всех этих людей. Когда поймёшь, во что ввязываешься. Быть женой главы - это...
  
  - Си Ень. - Она взяла его лицо в ладони. - Посмотри на меня.
  
  Он посмотрел.
  
  - Я не передумаю, - сказала она. - Ни завтра, ни через год, ни через десять лет. Я выбрала тебя. И буду выбирать снова и снова.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Он обнял её - крепко, отчаянно.
  
  - Я не знаю, что бы делал без тебя, - прошептал он.
  
  - Тебе не придётся узнать.
  
  ***
  
  Утро свадьбы выдалось ясным.
  
  Солнце поднялось над горами, заливая башню золотым светом. Птицы пели. Воздух пах цветами и ожиданием.
  
  Мэйлин проснулась одна - Си Ень ушёл ещё до рассвета. Традиция, сказал он. Жених не должен видеть невесту до церемонии.
  
  - Глупая традиция, - пробормотала она, потягиваясь.
  
  Но улыбнулась.
  
  В дверь постучали.
  
  - Госпожа? - голос служанки. - Можно войти?
  
  - Входи.
  
  Дверь открылась - и Мэйлин ахнула.
  
  Три служанки вошли в комнату, неся... сокровища. Другого слова не было.
  
  Платье - золотая парча с чёрной вышивкой, струящаяся, как жидкое солнце. Диадема - тонкое золотое кружево с янтарными каплями. Серьги - длинные золотые нити, сверкающие в утреннем свете.
  
  И записка.
  
  "Для моей госпожи. Чтобы все видели то, что вижу я. С."
  
  Мэйлин почувствовала, как глаза наполняются слезами.
  
  - Госпожа? - встревожилась служанка. - Вам не нравится?
  
  - Нравится, - прошептала она. - Очень нравится.
  
  Одевание заняло два часа.
  
  Служанки расчёсывали её волосы, укладывали их в сложную причёску. Помогали надеть платье - слой за слоем, застёжка за застёжкой. Закрепляли диадему, вдевали серьги.
  
  Мэйлин смотрела на своё отражение в зеркале - и не узнавала себя.
  
  Золото. Везде золото. Но не кричащее, не вульгарное. Мягкое, тёплое, как солнечный свет. Платье струилось по фигуре, подчёркивая и скрывая одновременно. Диадема сверкала в волосах, как корона из росы. Серьги покачивались при каждом движении, рассыпая искры.
  
  - Госпожа прекрасна, - сказала старшая служанка.
  
  Мэйлин не могла ответить.
  
  В дверь снова постучали.
  
  - Можно? - голос Цзин Юя.
  
  - Входи.
  
  Он вошёл - и остановился.
  
  - Мэйлин... - он не мог найти слов. - Ты...
  
  - Это Си Ень выбрал.
  
  - Я знаю. - Цзин Юй улыбнулся. - Он всегда знал, что красиво.
  
  - Как он?
  
  - Нервничает. - Цзин Юй рассмеялся. - Я никогда не видел его таким. Он переодевался три раза.
  
  - Три раза?
  
  - Говорит, что всё недостаточно хорошо.
  
  Мэйлин покачала головой.
  
  - Глупый.
  
  - Влюблённый. - Цзин Юй подошёл и взял её за руки. - Ты готова?
  
  Она глубоко вздохнула.
  
  - Готова.
  
  ***
  
  Комната источника находилась в самом сердце башни.
  
  Сюда не допускали посторонних. Сюда приходили только для самых важных ритуалов - посвящения, принятия власти, клятвы верности.
  
  И свадьбы главы.
  
  Комната была круглой, с высоким куполом. В центре - колодец, из которого поднималось пламя. Не обычное пламя - живое, пульсирующее, древнее. Огненный источник. Сердце Чёрной башни.
  
  Си Ень стоял у колодца - в чёрных одеждах с алой вышивкой, с короной главы на голове. Он выглядел... царственно. Грозно. Красиво.
  
  И совершенно потерянно.
  
  Дверь открылась.
  
  Мэйлин вошла - и мир остановился.
  
  Золото и чёрный. Солнце и ночь. Она шла к нему - медленно, плавно - и пламя источника танцевало в такт её шагам.
  
  Си Ень забыл, как дышать.
  
  - Дыши, - шепнул Цзин Юй, стоявший рядом.
  
  Он не мог. Не хотел. Он мог только смотреть на неё - на это чудо, которое почему-то выбрало его.
  
  Мэйлин остановилась напротив.
  
  - Привет, - сказала она тихо.
  
  - Привет, - ответил он хрипло.
  
  - Ты в порядке?
  
  - Нет. - Он не мог оторвать от неё глаз. - Ты слишком красивая. Я забыл все слова.
  
  Она улыбнулась.
  
  - Тогда хорошо, что слова помнит Юй.
  
  Цзин Юй выступил вперёд. В его руках был древний свиток - текст клятв, который не менялся столетиями.
  
  - Мы собрались здесь, - начал он, и его голос эхом разнёсся под куполом, - перед огненным источником, свидетелем всех клятв, чтобы соединить две души.
  
  Пламя в колодце поднялось выше - словно слушало.
  
  - Си Ень, глава Чёрной башни, хранитель огненного источника. Мэйлин, целительница золотого источника. - Цзин Юй посмотрел на них обоих. - Готовы ли вы принести клятвы?
  
  - Готов, - сказал Си Ень.
  
  - Готова, - сказала Мэйлин.
  
  - Тогда возьмитесь за руки.
  
  Они взялись - и Си Ень почувствовал, как её пальцы дрожат. Совсем немного. Она тоже волновалась.
  
  Это почему-то успокоило его.
  
  - Повторяй за мной, - сказал Цзин Юй Си Еню.
  
  И Си Ень повторял.
  
  - Я, Си Ень, беру тебя, Мэйлин, в жёны перед лицом источника. Клянусь защищать тебя силой своей. Клянусь согревать тебя пламенем своим. Клянусь быть рядом в радости и в горе, в силе и в слабости, пока смерть не разлучит нас.
  
  Его голос был твёрдым. Его руки - тёплыми.
  
  Мэйлин чувствовала каждое слово - не только ушами, но и сердцем.
  
  - Теперь ты, - сказал Цзин Юй ей.
  
  Она глубоко вздохнула.
  
  - Я, Мэйлин, беру тебя, Си Ень, в мужья перед лицом источника. Клянусь исцелять тебя светом своим. Клянусь быть твоей опорой и твоим покоем. Клянусь быть рядом в радости и в горе, в силе и в слабости, пока смерть не разлучит нас.
  
  Пламя источника вспыхнуло - ярко, ослепительно. Оно поднялось до самого купола, закружилось вокруг них, обняло их.
  
  Но не обожгло.
  
  - Источник принял ваши клятвы, - сказал Цзин Юй, и в его голосе звучало благоговение. - Вы - муж и жена.
  
  Си Ень смотрел на Мэйлин - на своюжену - и не мог поверить, что это правда.
  
  - Можно? - спросил он шёпотом.
  
  - Можно что?
  
  - Поцеловать тебя.
  
  Она рассмеялась - сквозь слёзы, которые вдруг покатились по щекам.
  
  - Можно. Нужно. Обязательно.
  
  Он наклонился - и поцеловал её. Нежно, бережно, как величайшее сокровище.
  
  Пламя источника танцевало вокруг них - радостно, празднично.
  
  Цзин Юй смотрел на друзей - и улыбался.
  
  Всё было правильно.
  
  Наконец-то - всё было правильно.
  
  ***
  
  Большой зал башни никогда не видел такого праздника.
  
  Красные и золотые фонари освещали каждый угол. Гирлянды из цветов свисали с потолка. Столы ломились от еды - сотни блюд, от простых пельменей до изысканных деликатесов.
  
  И люди - везде люди. Смеющиеся, танцующие, поющие. Четыреста восемьдесят три человека, которые праздновали свадьбу своего главы.
  
  Си Ень и Мэйлин сидели на возвышении - в центре зала, чтобы все могли их видеть. К ним подходили - кланялись, поздравляли, желали счастья.
  
  - Госпожа, вы прекрасны, - сказал старший наставник Чжоу, тот самый, которого Мэйлин когда-то выгнала из лечебницы.
  
  - Благодарю, наставник.
  
  - Глава, вы счастливый человек.
  
  - Я знаю, - ответил Си Ень. И впервые - он действительно это чувствовал.
  
  Музыканты заиграли танец. Молодые заклинатели закружились в центре зала - огненные пряди в волосах развевались, как языки пламени.
  
  - Потанцуем? - спросил Си Ень.
  
  - Ты умеешь танцевать?
  
  - Нет. Но я быстро учусь.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Тогда пойдём.
  
  Они спустились с возвышения - и толпа расступилась перед ними. Си Ень положил руку ей на талию, она положила руку ему на плечо.
  
  - Я наступлю тебе на ногу, - предупредил он.
  
  - Я готова.
  
  Они начали двигаться - неуклюже, неловко, совсем не в такт музыке. Си Ень действительно наступил ей на ногу. Дважды.
  
  Но они смеялись.
  
  И все вокруг смеялись с ними.
  
  Цзин Юй стоял в стороне, наблюдая за друзьями. К нему подошёл Вэй Цзюнь - старший страж - с двумя чашами вина.
  
  - За молодых? - предложил он.
  
  - За молодых.
  
  Они выпили.
  
  - Вы давно знаете главу, господин? - спросил Вэй Цзюнь.
  
  - Шестнадцать лет.
  
  - Он всегда был таким?
  
  - Каким?
  
  - Счастливым.
  
  Цзин Юй посмотрел на Си Еня - на его улыбку, на его глаза, на то, как он смотрит на Мэйлин.
  
  - Нет, - сказал он тихо. - Не всегда.
  
  - Она изменила его.
  
  - Она спасла его. - Цзин Юй допил вино. - Нас обоих.
  
  Вэй Цзюнь не стал спрашивать, что это значит.
  
  Некоторые вещи не требуют объяснений.
  
  Праздник продолжался до рассвета.
  
  Когда последние гости разошлись, когда музыканты уснули прямо на своих инструментах, когда даже неутомимые стражи начали клевать носом - Си Ень и Мэйлин наконец остались одни.
  
  Они сидели на террасе их покоев - усталые, счастливые. Солнце поднималось над горами, окрашивая небо в розовые и золотые тона.
  
  - Мы сделали это, - сказала Мэйлин.
  
  - Сделали.
  
  - Мы женаты.
  
  - Да.
  
  - Это странно.
  
  - Почему?
  
  - Потому что... - она задумалась. - Ничего не изменилось. Я думала, будет по-другому. А я чувствую то же самое, что и вчера.
  
  - И что ты чувствуешь?
  
  Она посмотрела на него - на своего мужа - и улыбнулась.
  
  - Что я дома.
  
  Си Ень притянул её к себе.
  
  - Ты и есть дома, - сказал он. - Теперь - навсегда.
  
  Они сидели так - обнявшись, глядя на рассвет.
  
  Первый рассвет их совместной жизни.
  
  Первый из многих.
  
  Глава 73. Первая ночь
  
  Дверь покоев закрылась за ними - тихо, мягко.
  
  Мэйлин стояла посреди комнаты, залитой светом догорающих свечей. Она вдруг почувствовала себя странно - неуверенно, почти робко. Глупо. Они жили вместе уже несколько месяцев. Они делили постель. Они...
  
  Но это было другое.
  
  Это была их первая ночь как мужа и жены.
  
  - Ты устала? - спросил Си Ень.
  
  Он стоял у двери - всё ещё в свадебных одеждах, с короной главы на голове. Но смотрел на неё не как глава. Как мужчина, который не верит своему счастью.
  
  - Немного, - призналась она.
  
  - Мы можем просто лечь спать.
  
  - Можем.
  
  - Я не буду...
  
  - Си Ень. - Она повернулась к нему. - Иди сюда.
  
  Он подошёл - медленно, осторожно, как будто боялся её спугнуть.
  
  - Сними это, - она коснулась его короны. - Сегодня ты не глава.
  
  - А кто?
  
  - Мой муж.
  
  Слово прозвучало - новое, непривычное, сладкое. Она произнесла его впервые, и оно изменило всё.
  
  Си Ень снял корону. Положил на стол. Его руки дрожали.
  
  - Ты нервничаешь, - сказала Мэйлин.
  
  - Да.
  
  - Почему?
  
  - Потому что... - он запнулся. - Потому что это ты. И я хочу, чтобы всё было правильно.
  
  Она взяла его лицо в ладони.
  
  - Всё уже правильно, - сказала она тихо. - Потому что это ты.
  
  Он раздевал её медленно.
  
  Снял диадему - осторожно, по одной шпильке. Распустил волосы - они рассыпались по плечам золотой волной. Расстегнул серьги - одну, потом другую - и его пальцы задержались на её шее.
  
  - Красивая, - прошептал он.
  
  - Это ты выбрал.
  
  - Не украшения. Ты.
  
  Он расстёгивал платье - застёжку за застёжкой, слой за слоем. Золотая парча соскользнула с её плеч, упала к ногам. Под ней - тонкая нижняя рубашка, почти прозрачная.
  
  Мэйлин почувствовала, как горят щёки.
  
  - Не смотри так.
  
  - Как?
  
  - Как будто я... - она не нашла слов.
  
  - Как будто ты самое прекрасное, что я видел? - Он наклонился к её уху. - Но ты и есть.
  
  Она потянулась к его одежде - расстегнула пояс, стянула верхний халат. Под ним - простая рубашка, тёплая кожа.
  
  - Моя очередь, - сказала она.
  
  - Твоя.
  
  Она раздевала его - так же медленно, так же осторожно. Её пальцы скользили по его груди, по шрамам, которых было слишком много.
  
  - Этот откуда? - она коснулась длинного белого следа под рёбрами.
  
  - Война. Давно.
  
  - А этот?
  
  - Поединок с прошлым главой.
  
  - А этот?
  
  - Мэйлин. - Он поймал её руку. - Если ты продолжишь, я не выдержу.
  
  - Не выдержишь чего?
  
  Вместо ответа он поцеловал её.
  
  Они упали на кровать - вместе, переплетаясь.
  
  Свечи догорали, отбрасывая мягкие тени. За окном светало, но они не замечали.
  
  Си Ень целовал её - губы, шею, плечи. Его руки - горячие, всегда горячие - скользили по её телу, оставляя следы тепла.
  
  - Ты как огонь, - прошептала она.
  
  - Я и есть огонь.
  
  - Я знаю. - Она притянула его ближе. - Не обожги меня.
  
  - Никогда.
  
  Он был нежным - нежнее, чем она ожидала. Осторожным. Внимательным к каждому её вздоху, к каждому движению.
  
  - Хорошо? - спрашивал он.
  
  - Да.
  
  - Не больно?
  
  - Нет.
  
  - Скажи, если...
  
  - Си Ень. - Она обняла его за шею. - Всё хорошо. Я с тобой.
  
  Он замер - на мгновение - глядя ей в глаза.
  
  - Скажи ещё раз.
  
  - Что?
  
  - То, что сказала раньше.
  
  Она поняла.
  
  - Муж мой, - прошептала она.
  
  Что-то изменилось в его взгляде. Что-то сломалось - или, наоборот, срослось. Он наклонился и поцеловал её - глубоко, отчаянно.
  
  - Ещё раз.
  
  - Муж мой.
  
  - Ещё.
  
  - Муж мой. Мой. Только мой.
  
  Он застонал - тихо, сдавленно - и она почувствовала, как его контроль трещит по швам.
  
  - Я твой, - сказал он хрипло. - Весь. Навсегда.
  
  И отпустил себя.
  
  Потом они лежали вместе - переплетённые, разгорячённые, счастливые.
  
  Мэйлин положила голову ему на грудь. Слушала его сердце - быстрое, постепенно замедляющееся.
  
  - Я люблю тебя, - сказал Си Ень.
  
  Он говорил это и раньше. Но сейчас - после всего - слова звучали иначе.
  
  - Я тоже тебя люблю, - ответила она. - Муж мой.
  
  Он рассмеялся - тихо, счастливо.
  
  - Мне нравится, как это звучит.
  
  - Что?
  
  - "Муж мой". Из твоих уст.
  
  - Привыкай. - Она поцеловала его грудь. - Я буду говорить это часто.
  
  - Как часто?
  
  - Очень часто. При каждом удобном случае. Перед советниками. Перед стражами. Перед всей башней.
  
  - Они будут в шоке.
  
  - Пусть будут.
  
  Он обнял её крепче.
  
  - Ты изменила всё, - сказал он тихо.
  
  - Что именно?
  
  - Меня. Башню. Мою жизнь. - Он поцеловал её в макушку. - Я был... пустым. До тебя. Я правил, сражался, побеждал. Но внутри было пусто.
  
  - А теперь?
  
  - Теперь - нет.
  
  Она подняла голову и посмотрела на него.
  
  - Ты тоже изменил меня, - сказала она.
  
  - Как?
  
  - Я была... осторожной. Боялась привязываться. Боялась потерять. - Она коснулась его щеки. - А теперь - не боюсь.
  
  - Почему?
  
  - Потому что ты стоишь риска.
  
  Он поймал её руку. Поцеловал ладонь.
  
  - Я никуда не денусь, - сказал он. - Клянусь.
  
  - Я знаю.
  
  - Ты моя жена.
  
  - Да.
  
  - Моя. - Он перевернул её на спину - одним движением, легко. - Только моя.
  
  Она рассмеялась.
  
  - Опять?
  
  - Если ты не против.
  
  - Я не против. - Она обвила его шею руками. - Муж мой.
  
  Он застонал.
  
  - Ты делаешь это специально.
  
  - Конечно.
  
  - Злая женщина.
  
  - Твоя злая женщина.
  
  - Моя, - согласился он. - Навсегда моя.
  
  И снова поцеловал её.
  
  ***
  
  Солнце давно поднялось, когда они наконец проснулись.
  
  Мэйлин лежала в объятиях Си Еня - тёплая, сонная, абсолютно счастливая. Она не хотела двигаться. Не хотела, чтобы этот момент заканчивался.
  
  - Доброе утро, - пробормотал Си Ень в её волосы.
  
  - Доброе. - Она потянулась. - Который час?
  
  - Понятия не имею.
  
  - У тебя наверняка дела.
  
  - Наверняка.
  
  - Советники ждут.
  
  - Пусть ждут.
  
  Она подняла голову.
  
  - Правда?
  
  - Я только что женился. - Он улыбнулся. - Имею право на один день без советников.
  
  - Только один?
  
  - Может, два.
  
  - Смело.
  
  - Я глава. Могу себе позволить.
  
  Она рассмеялась - и поцеловала его.
  
  - Доброе утро, муж мой.
  
  Его глаза потемнели.
  
  - Ты опять это делаешь.
  
  - Что?
  
  - Говоришь "муж мой" этим голосом.
  
  - Каким голосом?
  
  - Ты знаешь каким.
  
  Она невинно улыбнулась.
  
  - Не представляю, о чём ты.
  
  - Врёшь.
  
  - Возможно.
  
  Он перекатился, подминая её под себя.
  
  - Нам нужно поговорить о последствиях твоих действий.
  
  - Каких действиях?
  
  - Этих. - Он поцеловал её шею. - И этих. - Плечо. - И особенно этих. - Ключицу.
  
  - Это ужасные последствия, - выдохнула она.
  
  - Ужасные.
  
  - Я в ужасе.
  
  - Вижу.
  
  В дверь постучали.
  
  Они замерли.
  
  - Глава? - голос слуги. - Господин Цзин Юй спрашивает, когда вы выйдете к завтраку.
  
  Си Ень закрыл глаза.
  
  - Скажи ему, что мы заняты.
  
  - Чем, господин?
  
  - Важными делами.
  
  Пауза.
  
  - Господин Цзин Юй говорит, что если вы не выйдете через час, он войдёт сам.
  
  - Он не посмеет.
  
  - Господин Цзин Юй говорит, что посмеет.
  
  Мэйлин рассмеялась - громко, неудержимо.
  
  - Иди, - сказала она. - Пока он правда не вломился.
  
  - Но...
  
  - У нас вся жизнь впереди. - Она поцеловала его. - А Юй уедет через неделю.
  
  Си Ень вздохнул.
  
  - Ты слишком разумна.
  
  - Один из нас должен быть.
  
  - Скажи Юю, что мы выйдем через час, - крикнул Си Ень в сторону двери.
  
  - Да, господин.
  
  Шаги удалились.
  
  - Час, - сказала Мэйлин. - Что можно сделать за час?
  
  - Многое. - Си Ень улыбнулся. - Очень многое.
  
  - Тогда не теряй время, муж мой.
  
  Он не потерял.
  
  Они вышли к завтраку через полтора часа.
  
  Цзин Юй сидел за столом - с чашкой чая и выражением бесконечного терпения на лице.
  
  - Наконец-то, - сказал он. - Я уже думал, вы там умерли.
  
  - Мы были заняты, - невозмутимо ответил Си Ень.
  
  - Я догадался. - Цзин Юй окинул их взглядом. - У Мэйлин волосы как воронье гнездо, а у тебя рубашка застёгнута неправильно.
  
  Мэйлин покраснела. Си Ень посмотрел на свою рубашку.
  
  - Действительно.
  
  - Садитесь. - Цзин Юй указал на стулья. - Еда стынет.
  
  Они сели - рядом, близко, почти касаясь плечами.
  
  - Как первая брачная ночь? - спросил Цзин Юй с невинным видом.
  
  - Юй! - Мэйлин покраснела ещё сильнее.
  
  - Что? Законный вопрос.
  
  - Прекрасно, - ответил Си Ень. - Спасибо за интерес.
  
  - Рад слышать. - Цзин Юй отпил чай. - Вы выглядите... счастливыми.
  
  - Мы и есть, - сказала Мэйлин.
  
  - Тогда я тоже счастлив. - Он улыбнулся. - За вас.
  
  Они завтракали вместе - втроём, как семья. Разговаривали о пустяках, смеялись, подшучивали друг над другом.
  
  - Когда ты уезжаешь? - спросил Си Ень.
  
  - Через пять дней. - Цзин Юй вздохнул. - Академия ждёт.
  
  - Приезжай чаще.
  
  - Приеду.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю. - Он посмотрел на них обоих. - Вы же моя семья.
  
  Мэйлин почувствовала, как горло сжимается.
  
  - И ты наша, - сказала она.
  
  - Навсегда, - добавил Си Ень.
  
  Глава 74. Связь
  
  Это началось незаметно.
  
  Сначала - мелочи. Мэйлин просыпалась среди ночи с необъяснимым беспокойством - и через минуту в дверь стучал гонец с новостью о проблемах в башне. Си Ень вдруг прерывал совещание и шёл в лечебницу - и находил Мэйлин, склонившуюся над тяжёлым пациентом, измотанную и нуждающуюся в поддержке.
  
  Потом - вещи покрупнее.
  
  Однажды утром Мэйлин порезала палец, нарезая травы. Ничего серьёзного - царапина. Но Си Ень, находившийся на другом конце башни, вдруг остановился посреди фразы и схватился за руку.
  
  - Глава? - советник посмотрел на него с тревогой. - Что случилось?
  
  - Ничего. - Си Ень нахмурился, глядя на свой палец. - Показалось.
  
  Но вечером он спросил:
  
  - Ты порезалась сегодня?
  
  Мэйлин подняла голову от книги.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Я... почувствовал.
  
  - Что?
  
  - Боль. - Он показал на свою руку. - Здесь. Резкую, короткую.
  
  Они смотрели друг на друга.
  
  - Это странно, - сказала Мэйлин.
  
  - Очень.
  
  Через неделю Си Ень поссорился с советником.
  
  Ничего необычного - советник настаивал на повышении налогов, Си Ень отказывал. Спор был жарким, но не выходил за рамки.
  
  Мэйлин была в лечебнице, готовила мазь от ожогов. И вдруг - накатила волна гнева. Горячего, тёмного, всепоглощающего.
  
  Она уронила ступку.
  
  - Госпожа? - ученица подбежала к ней. - Вы в порядке?
  
  - Да, я... - Мэйлин прижала руку к груди. - Мне нужно... на воздух.
  
  Она вышла на балкон. Глубоко вздохнула. Гнев отступал - медленно, неохотно.
  
  Это был не её гнев.
  
  Она знала это так же ясно, как знала своё имя.
  
  Вечером она нашла Си Еня в кабинете. Он сидел за столом, мрачный и напряжённый.
  
  - Ты злился сегодня, - сказала она без предисловий.
  
  Он поднял голову.
  
  - Откуда...
  
  - Я почувствовала.
  
  Долгая пауза.
  
  - Мэйлин, - сказал он медленно, - что происходит?
  
  - Я не знаю.
  
  - Я чувствую тебя. - Он встал, подошёл к ней. - Всё время. Как будто ты... внутри меня.
  
  - И я тебя. - Она взяла его за руки. - Твои эмоции. Иногда - мысли. Не слова, но... направление.
  
  - Это пугает тебя?
  
  Она задумалась.
  
  - Нет, - сказала она наконец. - Это... правильно. Как будто так и должно быть.
  
  - Да. - Он кивнул. - Именно так.
  
  Цзин Юй приехал через месяц - с визитом, как обещал.
  
  Они сидели втроём в саду - том самом, который Мэйлин возродила к жизни. Цветы благоухали, птицы пели, вечернее солнце золотило листья.
  
  - Вы изменились, - сказал Цзин Юй, глядя на них.
  
  - В смысле? - спросил Си Ень.
  
  - Вы двигаетесь синхронно. Заканчиваете фразы друг друга. Поворачиваетесь одновременно.
  
  Мэйлин и Си Ень переглянулись.
  
  - Мы заметили кое-что, - сказала Мэйлин. - Странное.
  
  И они рассказали - о порезе, о гневе, о постоянном ощущении присутствия друг друга.
  
  Цзин Юй слушал молча, и его лицо становилось всё более задумчивым.
  
  - Интересно, - сказал он наконец.
  
  - Что интересно? - Си Ень нахмурился. - Юй, ты знаешь, что это?
  
  - Знаю. - Цзин Юй отпил чай. - Вы образовали связь душ.
  
  - Что?
  
  - Связь душ, - повторил он. - Древняя магия. Очень редкая.
  
  Мэйлин почувствовала, как сердце пропускает удар.
  
  - Но мы не проводили никакого ритуала...
  
  - В том-то и дело. - Цзин Юй улыбнулся. - Обычно для связи душ нужен сложный ритуал. Месяцы подготовки. Особые заклинания. Участие мастеров.
  
  - А у нас?
  
  - У вас связь образовалась сама. - Он покачал головой. - Я читал о таком, но никогда не видел. Это происходит только когда... - он запнулся.
  
  - Когда что? - спросил Си Ень.
  
  - Когда связь между людьми настолько глубока, что души сами тянутся друг к другу. Без принуждения. Без магии. Просто потому, что хотят быть вместе.
  
  Мэйлин посмотрела на Си Еня. Он смотрел на неё.
  
  - Это опасно? - спросила она.
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Наоборот. Связь душ - это... дар. Редкий и драгоценный.
  
  - Что она делает?
  
  - Вы будете чувствовать друг друга. Эмоции, ощущения, иногда - мысли. Со временем связь укрепится. Станет глубже.
  
  - Насколько глубже? - спросил Си Ень.
  
  - Трудно сказать. - Цзин Юй задумался. - У разных пар по-разному. Некоторые начинают видеть глазами друг друга. Некоторые - слышать мысли. Некоторые... - он замолчал.
  
  - Что?
  
  - Некоторые не могут жить друг без друга. Буквально. Если один умирает - второй следует за ним.
  
  Тишина.
  
  - Это... - Мэйлин не знала, что сказать.
  
  - Это крайний случай, - быстро добавил Цзин Юй. - Обычно связь не заходит так далеко. Но вам нужно знать.
  
  Си Ень взял Мэйлин за руку. Сжал крепко.
  
  - Я не жалею, - сказал он тихо.
  
  - О чём?
  
  - О связи. О том, что наши души... - он поискал слова. - Выбрали друг друга.
  
  - Я тоже не жалею. - Она переплела свои пальцы с его. - Это значит, что я всегда буду знать, что ты в порядке.
  
  - И я - что ты.
  
  Цзин Юй смотрел на них - и в его глазах было что-то тёплое, нежное.
  
  - Вы оба невозможны, - сказал он.
  
  - Почему?
  
  - Потому что даже ваши души влюблены друг в друга. - Он рассмеялся. - Это несправедливо по отношению к остальным.
  
  - К каким остальным?
  
  - Ко всем, кто ищет такую любовь и не находит.
  
  Мэйлин улыбнулась.
  
  - Может, ты тоже найдёшь.
  
  - Может. - Он пожал плечами. - Но я не тороплюсь.
  
  - Ты заслуживаешь счастья, Юй.
  
  - Я и так счастлив. - Он посмотрел на них обоих. - У меня есть вы.
  
  ***
  
  Дни текли - спокойные, наполненные.
  
  Мэйлин привыкала к связи - к постоянному присутствию Си Еня на краю сознания. Тёплому, надёжному, как огонь в очаге.
  
  Она знала, когда он злится - и посылала ему волну спокойствия. Она знала, когда он устаёт - и приходила с чаем и требованием отдохнуть. Она знала, когда ему плохо - ещё до того, как он сам это понимал.
  
  И он знал то же о ней.
  
  - Ты грустишь, - сказал он однажды вечером, входя в их покои.
  
  Мэйлин сидела у окна, глядя на закат.
  
  - Немного.
  
  - Почему?
  
  - Сегодня день рождения моей матери. - Она не обернулась. - Она умерла, когда мне было двенадцать.
  
  Си Ень сел рядом. Не стал говорить - просто обнял её. И она почувствовала его сочувствие - тёплое, искреннее - через связь.
  
  - Расскажи мне о ней, - попросил он.
  
  - Правда хочешь знать?
  
  - Правда.
  
  И она рассказала - о матери, которая научила её травам. О её смехе, о её песнях, о том, как она пахла лавандой и мёдом. О том, как она умерла - тихо, во сне, от болезни, которую Мэйлин не смогла вылечить.
  
  - Поэтому ты стала целительницей, - сказал Си Ень.
  
  - Да. Чтобы больше никто не умирал, если я могу это предотвратить.
  
  - Ты спасаешь жизни каждый день.
  
  - Но не её. - Мэйлин закрыла глаза. - Её я не спасла.
  
  - Тебе было двенадцать.
  
  - Я знаю. Но всё равно...
  
  - Она бы гордилась тобой.
  
  Мэйлин посмотрела на него.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Потому что я горжусь. - Он поцеловал её в лоб. - Каждый день.
  
  Она почувствовала его слова - не только ушами, но и сердцем. Через связь. Он не лгал. Он действительно гордился ею.
  
  - Спасибо, - прошептала она.
  
  - За что?
  
  - За то, что ты есть. Муж мой.
  
  Он улыбнулся - той мягкой улыбкой, которую она видела только наедине.
  
  - Всегда, жена моя.
  
  Иногда связь приносила неожиданности.
  
  Однажды Мэйлин готовила сложное зелье - требующее полной концентрации. И вдруг - волна желания. Горячая, острая, совершенно неуместная.
  
  Она чуть не уронила склянку.
  
  "Си Ень!" - подумала она возмущённо.
  
  И почувствовала в ответ - смущение. И извинение. И - да, всё ещё желание.
  
  Она закончила зелье. Вышла из лечебницы. Нашла мужа в кабинете - он сидел за столом, делая вид, что читает свитки.
  
  - Ты, - сказала она с порога.
  
  - Я не нарочно, - быстро сказал он.
  
  - Я чуть не испортила зелье!
  
  - Прости.
  
  - Что ты вообще думал?
  
  - О тебе. - Он поднял на неё глаза. - В том платье, которое ты надевала вчера.
  
  Мэйлин почувствовала, как краснеет.
  
  - Это... это не оправдание!
  
  - Я знаю.
  
  - И не делай так больше!
  
  - Постараюсь.
  
  - Муж мой...
  
  - Я же сказал, что постараюсь. - Он встал и подошёл к ней. - Но ты должна понимать - я думаю о тебе часто. Очень часто. И не всегда мои мысли... невинны.
  
  Она хотела возмутиться. Хотела отругать его. Но через связь чувствовала его - любовь, желание, нежность. Всё вместе, всё сразу.
  
  - Ты невозможен, - сказала она.
  
  - Ты уже говорила.
  
  - Повторю ещё раз.
  
  - Сколько угодно. - Он наклонился к её уху. - Но сначала...
  
  - Сначала что?
  
  - Сначала я хочу узнать, о чём думаешь ты. Когда думаешь обо мне.
  
  Она послала ему образ - намеренно, через связь. Его глаза потемнели.
  
  - Мэйлин...
  
  - Теперь мы квиты.
  
  - Это нечестно.
  
  - Абсолютно честно.
  
  Он поцеловал её - жадно, отчаянно. И она чувствовала его желание - своё и его, переплетённые, неразделимые.
  
  - Кабинет, - выдохнула она между поцелуями.
  
  - Что?
  
  - Мы в кабинете. Сюда могут войти.
  
  - Пусть попробуют.
  
  - Си Ень!
  
  Он оторвался от неё - с видимым усилием.
  
  - Вечером, - сказал он хрипло.
  
  - Обещаешь?
  
  - Клянусь.
  
  Она улыбнулась - и ушла. Но послала ему ещё один образ - на прощание.
  
  Его стон она услышала даже из коридора.
  
  Вечером - позже, гораздо позже - они лежали вместе.
  
  - Связь, - сказала Мэйлин задумчиво. - Она меняет всё.
  
  - В хорошую сторону?
  
  - Не знаю. - Она повернулась к нему. - Иногда - да. Иногда - страшно.
  
  - Почему страшно?
  
  - Потому что я не могу скрыть от тебя ничего. - Она коснулась его груди. - Все мои страхи, все сомнения - ты их чувствуешь.
  
  - И что?
  
  - И ничего не можешь с ними сделать.
  
  Он помолчал.
  
  - Я могу быть рядом, - сказал он наконец. - Когда тебе страшно. Когда ты сомневаешься. Я могу держать тебя и не отпускать.
  
  - Этого достаточно?
  
  - Для меня - да. - Он посмотрел ей в глаза. - А для тебя?
  
  Она подумала. Почувствовала его - через связь. Его любовь, его преданность, его готовность сделать что угодно ради неё.
  
  - Да, - сказала она. - Достаточно.
  
  - Тогда всё хорошо.
  
  - Всё хорошо, - согласилась она.
  
  Она положила голову ему на грудь. Слушала его сердце - ровное, спокойное.
  
  И чувствовала его душу - рядом со своей.
  
  Навсегда.
  
  Глава 75. К бабушке
  
  - Мы должны навестить бабушку.
  
  Си Ень поднял голову от свитков.
  
  - Что?
  
  - Бабушку. - Мэйлин стояла в дверях кабинета, скрестив руки на груди. - Мою бабушку. Мы женаты уже два месяца, а она до сих пор не знает.
  
  - Ты ей не написала?
  
  - Написала. Но это не то же самое. - Она подошла к столу. - Она должна услышать от нас. Лично. Увидеть нас вместе.
  
  Си Ень отложил кисть.
  
  - Ты права.
  
  - Конечно, права.
  
  - Когда едем?
  
  Мэйлин моргнула.
  
  - Ты согласен? Вот так просто?
  
  - А почему нет?
  
  - Потому что ты глава. У тебя дела. Советники. Башня...
  
  - Башня подождёт. - Он встал и подошёл к ней. - Твоя бабушка вырастила тебя. Она - твоя семья. А значит - моя тоже.
  
  Мэйлин почувствовала, как сердце сжимается.
  
  - Муж мой...
  
  - К тому же, - он улыбнулся, - я помню её пироги. С мясом и травами. Лучшие пироги в моей жизни.
  
  - Ты едешь ради пирогов?
  
  - Я еду ради тебя. Пироги - приятное дополнение.
  
  Она рассмеялась - и обняла его.
  
  - Выезжаем завтра?
  
  - Завтра.
  
  ***
  
  Они выехали на рассвете.
  
  Без эскорта - Мэйлин настояла. "Бабушка живёт тихо, - сказала она. - Не нужно пугать всю деревню отрядом стражей". Си Ень согласился, хотя и отправил вперёд пару разведчиков. На всякий случай.
  
  Дорога заняла три дня.
  
  Три дня - только вдвоём, без советников и пациентов, без обязанностей и проблем. Они ехали не спеша, останавливались в маленьких придорожных гостиницах, разговаривали обо всём и ни о чём.
  
  - Расскажи мне о ней, - попросил Си Ень на второй день.
  
  - О бабушке?
  
  - Да. Я видел её только раз. Хочу знать больше.
  
  Мэйлин задумалась.
  
  - Она... строгая, - начала она. - Но добрая. Никогда не отказывала в помощи - даже тем, кто не мог заплатить. Говорила, что травы растут для всех.
  
  - Мудрая женщина.
  
  - Очень. - Мэйлин улыбнулась. - Она научила меня всему. Травам, зельям, как слушать тело пациента. Как понимать, что ему нужно.
  
  - А твой дар? Золотой источник?
  
  - Это проявилось позже. Когда мне было пятнадцать. - Она посмотрела на свои руки. - Бабушка не была заклинательницей, но она не испугалась. Сказала, что дар - это ответственность, не привилегия.
  
  - Она права.
  
  - Она всегда права. - Мэйлин вздохнула. - Это иногда раздражает.
  
  Си Ень рассмеялся.
  
  - Мне она понравилась, - сказал он. - Тогда, когда мы приходили втроём.
  
  - Ты её боялся.
  
  - Что? Нет.
  
  - Боялся. - Мэйлин улыбнулась. - Я видела. Великий глава Чёрной башни, гроза врагов - и боялся маленькой старушки.
  
  - Она смотрела на меня так, будто видела насквозь.
  
  - Она и видела.
  
  - Вот именно. Это пугает.
  
  Мэйлин рассмеялась.
  
  - Не волнуйся. Она тебя одобрила.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Она накормила тебя двойной порцией. Это знак высшего одобрения.
  
  ***
  
  На третий день они увидели лес.
  
  Густой, тёмный, древний. Мэйлин узнала бы его где угодно - лес её детства, лес её снов. На его опушке, у извилистой тропинки, стоял маленький домик с покатой крышей.
  
  - Мы на месте, - сказала она тихо.
  
  Домик выглядел так же, как она помнила. Деревянные стены, увитые плющом. Окна с цветными стёклами. Сад перед домом - буйство красок, запахов, жизни. Травы, цветы, овощи - всё вперемешку, но в идеальном порядке.
  
  У калитки их ждала женщина.
  
  Маленькая, сухонькая, с седыми волосами, собранными в узел. Лицо - как печёное яблоко, всё в морщинах. Но глаза - острые, яркие, молодые.
  
  - Бабушка! - Мэйлин спрыгнула с лошади и бросилась к ней.
  
  - Внучка. - Старушка обняла её - крепко, несмотря на хрупкость. - Наконец-то. Я уже думала, ты забыла дорогу.
  
  - Никогда.
  
  - Знаю, знаю. - Бабушка отстранилась и посмотрела на неё. - Дай погляжу на тебя. Похудела. Бледная. Плохо ешь?
  
  - Бабушка...
  
  - Не спорь со мной. Вижу, что плохо. - Её взгляд скользнул к Си Еню, который стоял у калитки, не решаясь войти. - А ты чего стоишь? Заходи, огненный мальчик.
  
  Си Ень - глава Чёрной башни, властитель тысяч заклинателей - послушно вошёл.
  
  - Госпожа, - он поклонился. - Рад видеть вас снова.
  
  - Госпожа, - фыркнула бабушка. - Я тебе не госпожа. Зови меня бабушкой, раз уж женился на моей внучке.
  
  Мэйлин замерла.
  
  - Откуда вы...
  
  - Думаешь, я слепая? - Бабушка указала на её руку. - Кольцо на пальце. Браслет на запястье - свадебный, огненной работы. И смотрите вы друг на друга так, что слепой увидит.
  
  - Я хотела рассказать сама...
  
  - Вот и расскажешь. - Бабушка махнула рукой. - За ужином. А пока - мойте руки и за стол. Голодные небось с дороги.
  
  Она развернулась и пошла в дом.
  
  Мэйлин и Си Ень переглянулись.
  
  - Я же говорил, - прошептал он. - Она видит насквозь.
  
  - Привыкай.
  
  ***
  
  Ужин был - как и всё у бабушки - простым и обильным.
  
  Суп с грибами. Тушёные овощи. Свежий хлеб. И пироги - те самые, с мясом и травами, о которых Си Ень вспоминал всю дорогу.
  
  - Ешьте, ешьте, - приговаривала бабушка, подкладывая им добавку. - Оба худые как щепки.
  
  - Бабушка, мы не худые...
  
  - Не спорь со старшими. - Она положила Си Еню ещё один пирог. - Особенно ты. Глава башни, а ешь как воробей.
  
  - Я ем нормально, - запротестовал Си Ень.
  
  - Мэйлин?
  
  - Он забывает есть, когда работает, - честно ответила Мэйлин.
  
  - Предательница, - прошипел Си Ень.
  
  - Я так и думала. - Бабушка покачала головой. - Все вы, заклинатели, одинаковые. Голова в облаках, а тело забыли на земле.
  
  Они ели - много, вкусно, под бесконечные комментарии бабушки. Мэйлин чувствовала себя снова ребёнком - маленькой девочкой, которая прибегала с улицы голодная и счастливая.
  
  - Теперь рассказывайте, - сказала бабушка, когда тарелки опустели. - Всё с начала.
  
  И они рассказали.
  
  О том, как Мэйлин стала целительницей Чёрной башни. О том, как они сблизились - медленно, осторожно. О предложении, о свадьбе, о клятвах перед огненным источником.
  
  Бабушка слушала молча, кивая в нужных местах.
  
  - Значит, без большой церемонии, - сказала она, когда они закончили.
  
  - Да. Только для башни.
  
  - Правильно. - Она одобрительно кивнула. - Зачем вам чужие люди в такой день?
  
  - Вы не сердитесь? - спросила Мэйлин. - Что мы не позвали вас?
  
  - Сержусь? - Бабушка фыркнула. - Я слишком стара для таких поездок. И потом - вы приехали сами. Рассказали сами. Это важнее.
  
  Мэйлин почувствовала, как отпускает напряжение, которое она даже не осознавала.
  
  - Спасибо, бабушка.
  
  - Не за что благодарить. - Старушка повернулась к Си Еню. - А ты, огненный мальчик. Ты хорошо к ней относишься?
  
  - Стараюсь.
  
  - Стараешься - это не ответ.
  
  - Я люблю её, - сказал Си Ень просто. - Больше жизни.
  
  - Хм. - Бабушка смотрела на него долго, пристально. - Вижу, что не врёшь.
  
  - Я никогда не вру о важном.
  
  - Это хорошо. - Она кивнула. - Это я одобряю.
  
  Си Ень выдохнул - с явным облегчением.
  
  Мэйлин спрятала улыбку.
  
  ***
  
  Вечером они сидели у очага.
  
  Огонь потрескивал, отбрасывая тёплые тени. Бабушка вязала что-то - пальцы двигались быстро, привычно. Мэйлин сидела рядом с Си Енем, положив голову ему на плечо.
  
  - Знаешь, - сказала бабушка задумчиво, - я всё думала...
  
  - О чём, бабушка?
  
  - Какого мальчика ты выберешь.
  
  Мэйлин подняла голову.
  
  - Что?
  
  - Когда вы пришли ко мне втроём - ты, огненный и серебряный. - Бабушка не отрывалась от вязания. - Я смотрела на вас и думала - за кого она выйдет? За серебряного или за огненного?
  
  Мэйлин почувствовала, как краснеет.
  
  - Бабушка!
  
  - Что? - Старушка невинно подняла глаза. - Оба красивые. Оба смотрели на тебя как на солнце. Любая бабушка задумается.
  
  Си Ень кашлянул.
  
  - Вы думали, что Мэйлин может выбрать Юя?
  
  - А почему нет? - Бабушка пожала плечами. - Он добрый, умный, заботливый. И тоже её любит - по-своему.
  
  - Юй мне как брат, - сказала Мэйлин.
  
  - Теперь - да. Но тогда... - бабушка улыбнулась. - Тогда я не была уверена. Вы трое - как одно целое. Сложно было понять, где заканчивается дружба и начинается что-то другое.
  
  - И что вас убедило?
  
  Бабушка посмотрела на них - на то, как они сидят, переплетя пальцы, прижавшись друг к другу.
  
  - Глаза, - сказала она. - Серебряный мальчик смотрел на тебя с нежностью. Как на сестру, которую нужно защищать. А огненный... - она хмыкнула. - Огненный смотрел так, будто ты - единственный свет в его тьме.
  
  Си Ень не ответил. Но Мэйлин почувствовала через связь - волну эмоций. Смущение, благодарность, любовь.
  
  - Вы наблюдательны, - сказал он наконец.
  
  - Я старая. - Бабушка вернулась к вязанию. - Старые много видят. Особенно то, что молодые прячут.
  
  - Мы ничего не прятали.
  
  - Вот именно. Поэтому я и поняла.
  
  Они помолчали. Огонь потрескивал. За окном темнело.
  
  - А серебряный мальчик? - спросила бабушка. - Как он?
  
  - Хорошо, - ответила Мэйлин. - Он построил Лунную академию. Учит студентов. Приезжает к нам, когда может.
  
  - Он был на свадьбе?
  
  - Конечно. Он вёл церемонию.
  
  - Хорошо. - Бабушка кивнула. - Вы трое должны держаться вместе. Я говорила это тогда и скажу сейчас - вы друг другу нужны. Все трое.
  
  - Мы знаем, бабушка.
  
  - Знать мало. Нужно помнить. - Она подняла глаза. - Жизнь длинная. Всякое бывает. Но пока вы вместе - вы справитесь.
  
  - Мы будем вместе, - сказал Си Ень. - Обещаю.
  
  - Не мне обещай. - Бабушка указала на Мэйлин. - Ей.
  
  - Ей я уже обещал. Перед огненным источником.
  
  - Тогда хорошо. - Она снова склонилась над вязанием. - Тогда я спокойна.
  
  ***
  
  Им постелили в комнате Мэйлин.
  
  Маленькой, уютной, с узкой кроватью под скошенным потолком. На стенах - засушенные травы. На полках - книги, камешки, детские рисунки.
  
  - Здесь ты выросла, - сказал Си Ень, оглядываясь.
  
  - Да.
  
  - Это... - он коснулся выцветшего рисунка на стене. - Это ты рисовала?
  
  Мэйлин подошла и посмотрела. На рисунке - неумелом, детском - была женщина с длинными волосами и девочка рядом.
  
  - Я и мама, - сказала она тихо. - Мне было семь.
  
  Си Ень обнял её - молча, крепко.
  
  - Спасибо, - сказал он.
  
  - За что?
  
  - За то, что привезла меня сюда. Показала это.
  
  - Это мой дом.
  
  - Я знаю. - Он поцеловал её в макушку. - Теперь он и мой тоже. Немного.
  
  Они легли - вместе, тесно, потому что кровать была слишком узкой для двоих. Но это было хорошо. Правильно.
  
  - Бабушка тебя одобрила, - сказала Мэйлин в темноте.
  
  - Ты уверена?
  
  - Она дала тебе три порции пирогов. Это высшая степень одобрения.
  
  - А я думал, она просто хочет меня откормить.
  
  - Это одно и то же.
  
  Он рассмеялся - тихо, чтобы не разбудить бабушку за стеной.
  
  - Она особенная, - сказал он. - Твоя бабушка.
  
  - Я знаю.
  
  - Теперь я понимаю, откуда ты такая.
  
  - Какая?
  
  - Сильная. Мудрая. Упрямая.
  
  - Это комплимент или критика?
  
  - Констатация факта.
  
  Она улыбнулась в темноте.
  
  - Муж мой?
  
  - Да?
  
  - Я рада, что ты здесь.
  
  - Я тоже, жена моя. - Он прижал её крепче. - Я тоже.
  
  ***
  
  Они пробыли три дня.
  
  Три дня - помогая бабушке в саду, собирая травы, готовя еду. Три дня - слушая истории о маленькой Мэйлин, о её родителях, о жизни в этом тихом месте.
  
  Си Ень узнал, как Мэйлин в пять лет съела ядовитую ягоду и бабушка всю ночь не спала, выхаживая её. Как в десять она заблудилась в лесу и нашла дорогу по звёздам. Как в пятнадцать впервые исцелила раненую птицу золотым светом - и расплакалась от страха и счастья.
  
  - Ты была храброй, - сказал он Мэйлин.
  
  - Я была глупой.
  
  - Это часто одно и то же, - заметила бабушка.
  
  На четвёртый день они собрались уезжать.
  
  Бабушка стояла у калитки - маленькая, седая, несгибаемая.
  
  - Приезжайте ещё, - сказала она.
  
  - Обязательно, - пообещала Мэйлин.
  
  - И привози серебряного мальчика. Давно его не видела.
  
  - Привезу.
  
  Бабушка повернулась к Си Еню.
  
  - Береги её, огненный.
  
  - Буду.
  
  - И себя береги. Она без тебя зачахнет.
  
  - Бабушка! - возмутилась Мэйлин.
  
  - Что? Правду говорю. - Старушка хитро прищурилась. - Думаешь, я не вижу вашу связь? Она светится вокруг вас как рассвет.
  
  Мэйлин и Си Ень переглянулись.
  
  - Вы видите связь? - спросил он.
  
  - Я травница. Вижу много чего. - Бабушка покачала головой. - Связь душ - редкая вещь. Берегите её.
  
  - Мы бережём.
  
  - Знаю. Вижу. - Она вдруг улыбнулась - тепло, нежно. - Идите уже. А то я расплачусь, а это негоже.
  
  Мэйлин обняла её - крепко, долго.
  
  - Я люблю тебя, бабушка.
  
  - И я тебя, внучка. - Бабушка погладила её по волосам. - А теперь - иди. Живи. Будь счастлива.
  
  - Буду.
  
  - Я знаю.
  
  Они уехали - оглядываясь, пока домик не скрылся за деревьями.
  
  Мэйлин молчала всю дорогу. Си Ень не лез с расспросами - просто держал её руку, посылая через связь тепло и поддержку.
  
  - Спасибо, - сказала она наконец.
  
  - За что?
  
  - За то, что ты есть. Муж мой.
  
  - Всегда, жена моя. - Он поднёс её руку к губам. - Всегда.
  
  И они поехали домой - в башню, которая ждала их.
  
  В жизнь, которая была впереди.
  
  Вместе.
  
  Глава 76. Тени в ночи
  
  Мэйлин проснулась от движения.
  
  Не от звука - тёмные разведчики двигались бесшумно, как сама тьма. Но через связь она почувствовала - напряжение, тревогу, холодную сосредоточенность.
  
  Си Ень.
  
  Она открыла глаза.
  
  Комната была полна теней. Фигуры в чёрном - безликие, неразличимые - стояли у окна, у двери, у кровати. Си Ень говорил с ними - тихо, быстро, отрывисто. Приказы. Направления. Имена, которых Мэйлин не знала.
  
  - ...северные деревни, проверить все. Доклад через час.
  
  - Да, глава.
  
  - Птиц - в Железную крепость, в Огненный предел, в столицу. Стандартный код тревоги.
  
  - Да, глава.
  
  Тени исчезали - одна за другой, растворяясь в темноте. Через минуту комната опустела.
  
  Мэйлин села в постели.
  
  - Что случилось?
  
  Си Ень обернулся. В его глазах плясал огонь - настоящий, не отражение свечей.
  
  - Я тебя разбудил.
  
  - Это не ответ.
  
  Он подошёл к окну. Посмотрел в ночь.
  
  - Точно пока не скажу, - сказал он медленно. - Но возможно... нас ждёт война.
  
  Слово упало в тишину - тяжёлое, страшное.
  
  - С кем? - спросила Мэйлин.
  
  - Пока я не знаю ответа на этот вопрос.
  
  Он отвернулся от окна и подошёл к шкафу в углу комнаты. Не к обычному шкафу с одеждой - к древнему, резному, запертому на три замка и две печати.
  
  Мэйлин никогда не видела, чтобы он его открывал.
  
  Си Ень провёл рукой по дереву - и замки щёлкнули, печати вспыхнули и погасли. Дверцы распахнулись.
  
  Внутри - свитки. Десятки свитков, уложенные аккуратными рядами. Но не обычные - Мэйлин видела, как они светятся изнутри, как мерцают, как дышат.
  
  Си Ень искал что-то - быстро, уверенно. Наконец достал один свиток - и Мэйлин ахнула.
  
  Свиток горел.
  
  Не сгорал - именно горел. Пламя танцевало по его поверхности, не причиняя вреда, не оставляя следов. Живой огонь на живой бумаге.
  
  Си Ень положил свиток на стол. Развернул его - одним движением. Достал из ящика чернильницу - пустую, чёрную, с рунами по краям.
  
  И достал нож.
  
  Мэйлин смотрела, не в силах отвести глаз, как он полоснул себя по ладони. Как тёмная кровь закапала в чернильницу. Как он взял кисть и начал писать.
  
  Письмена горели.
  
  Буквально - каждый знак, который он выводил, вспыхивал огнём. Странные символы, непохожие ни на что из виденного Мэйлин. Древние. Чужие.
  
  Си Ень писал быстро, не останавливаясь. Его лицо было сосредоточенным, почти отрешённым.
  
  В конце он поставил печать - ту самую, с драконом и пламенем. Печать главы Чёрной башни.
  
  Свернул свиток.
  
  И бросил его в камин.
  
  Огонь вспыхнул - ярко, ослепительно - и погас. Свиток исчез.
  
  Тишина.
  
  Мэйлин всё это время сидела неподвижно. Она понимала, что во всех этих действиях есть смысл - глубокий, важный - но не знала какой. И не хотела мешать.
  
  Когда она поняла, что Си Ень не собирается делать ничего странного прямо сейчас, она встала. Подошла к нему. Взяла его раненую руку.
  
  - Дай.
  
  Он не сопротивлялся.
  
  Золотой свет потёк из её ладоней - мягкий, исцеляющий. Порез затянулся, кожа срослась. Остался только тонкий белый шрам, который исчезнет через несколько дней.
  
  - А теперь, - сказала Мэйлин, не отпуская его руку, - ты объяснишь, что это было.
  
  ***
  
  Си Ень сел в кресло у камина.
  
  Он выглядел уставшим - не физически, иначе. Как человек, который несёт слишком тяжёлую ношу.
  
  - Попробую, - сказал он. - Это... сложно объяснить.
  
  Мэйлин села напротив. Ждала.
  
  - Огненные элементали, - начал Си Ень. - Гарин'хары. Разумные существа моего источника. Дети огня.
  
  - Я слышала о них, - медленно сказала Мэйлин. - В легендах. Думала, это сказки.
  
  - Не сказки. - Он покачал головой. - Они реальны. Живут в мире огня - в Кольце Пламени, за пределами нашей реальности. Редко приходят в мир людей.
  
  - Но сегодня пришли?
  
  - Да. - Его голос стал жёстче. - Они устроили набег. Жгли и убивали людей. Деревни... - он закрыл глаза. - Несколько деревень. Сожжены полностью. Со всеми жителями.
  
  Мэйлин почувствовала, как холод пробирается по спине.
  
  - Зачем?
  
  - Не знаю. Пока не знаю. - Он открыл глаза. - Поэтому я отправил разведчиков. Узнать, что произошло. Что происходит сейчас.
  
  - А это? - Мэйлин указала на камин, где исчез свиток.
  
  - Письмо. - Си Ень криво улыбнулся. - Главе огненных элементалей. Хранителю Искры. Я попросил о встрече, чтобы обсудить произошедшее.
  
  - С ними можно... разговаривать?
  
  - Они разумные существа. - Он пожал плечами. - Древние, чуждые, опасные. Но разумные. С ними можно договориться. Иногда.
  
  - А иногда?
  
  - А иногда - нельзя.
  
  Мэйлин помолчала, переваривая услышанное.
  
  - Были войны? - спросила она тихо. - До этого?
  
  - Были.
  
  - Между людьми и элементалями?
  
  - Да.
  
  - На чьей стороне сражались заклинатели огненного источника?
  
  Долгая пауза.
  
  - Смотря в какой войне, - сказал Си Ень задумчиво. - Смотря кто.
  
  Мэйлин стало холодно. Несмотря на жарко натопленные покои, несмотря на огонь в камине - холодно.
  
  - Ты хочешь сказать...
  
  - Что некоторые огненные заклинатели сражались на стороне Гарин'харов. Да. - Си Ень смотрел в огонь. - Мы - дети одного источника. Для некоторых это важнее, чем принадлежность к роду людей.
  
  - А для тебя?
  
  - Для меня - нет. - Он повернулся к ней. - Я - человек. Прежде всего - человек. Но я должен узнать, что случилось, до того как стало слишком поздно. До того как всё не дошло до очередной разрушительной войны.
  
  Мэйлин подошла к нему. Села на подлокотник кресла. Взяла его руку.
  
  - Насколько сильны эти Гарин'хары?
  
  - Гораздо сильнее простого человека. - Си Ень переплёл свои пальцы с её. - В среднем - сильнее заклинателя. Сильные заклинатели вполне могут с ними потягаться. Но их много. Очень много.
  
  - Ты их видел?
  
  - Да. Один раз. Когда стал главой. - Он помолчал. - Официальное представление. Древний ритуал. Каждый новый глава должен предстать перед Хранителем Искры.
  
  - Какие они?
  
  - Красивые. - Его голос стал странным - почти благоговейным. - И ужасающие. Как само пламя.
  
  Мэйлин сжала его руку крепче.
  
  - Что будет дальше?
  
  - Дождёмся ответа. - Он поднялся. - А пока - готовимся.
  
  ***
  
  Си Ень не спеша переодевался.
  
  Не в обычные одежды главы - в костюм боевого заклинателя. Чёрный, как ночь. Расшитый заклинаниями - золотыми нитями, которые мерцали в свете свечей. Руны защиты, руны силы, руны огня.
  
  Мэйлин помогала ему - застёгивала пряжки, поправляла складки. Потом взяла гребень и начала расчёсывать его волосы.
  
  - Что ты делаешь? - спросил он.
  
  - Причёсываю тебя.
  
  - Зачем?
  
  - Потому что ты идёшь на встречу с древним существом. - Она разделила волосы на пряди. - Ты должен выглядеть как глава. Не как человек, которого разбудили среди ночи.
  
  Он не стал спорить.
  
  Она заплела часть волос в мелкие косы - так, как носили боевые заклинатели в древности. Собрала остальные наверх. Заколола рубиновой шпилькой - той самой, которую он надевал на их свадьбу.
  
  - Вот так, - сказала она, отступая. - Теперь ты похож на себя.
  
  Си Ень посмотрел в зеркало. Потом на неё.
  
  - Спасибо.
  
  - Не благодари. - Она отвернулась и начала одеваться сама. Простые одежды целительницы - никаких украшений, никакой роскоши. Только изумрудная шпилька в волосах - его подарок.
  
  - Ты не должна идти со мной, - сказал Си Ень.
  
  - Я и не иду. - Она застегнула пояс. - Но я буду рядом. Пока смогу.
  
  Он не стал спорить.
  
  Они спустились в кабинет.
  
  Башня уже проснулась - несмотря на глухую ночь. Слуги бегали по коридорам. Стражи занимали позиции. В воздухе висело напряжение - густое, почти осязаемое.
  
  Си Ень вызвал к себе управляющих и наставников. Они собрались быстро - заспанные, встревоженные, готовые к худшему.
  
  - Слушайте внимательно, - сказал Си Ень. - У меня мало времени.
  
  И он рассказал. Коротко, сухо, без лишних слов. О набеге. О сожжённых деревнях. О Гарин'харах.
  
  Лица наставников побледнели.
  
  - Элементали... - прошептал один из них. - Но они не нападали уже триста лет...
  
  - Теперь напали. - Си Ень не дал ему договорить. - Готовьтесь. К чему угодно. Я еду узнать, что произошло. Пока меня нет - выполняйте стандартный протокол угрозы.
  
  - Да, глава.
  
  Они разошлись - быстро, деловито. Несмотря на страх, несмотря на неизвестность - они знали, что делать. Годы тренировок не прошли даром.
  
  Начали возвращаться разведчики.
  
  Один за другим - тени, выскальзывающие из темноты, докладывающие шёпотом. Новости были плохими. Деревни - сожжены. Люди - мертвы. Гарин'хары - исчезли, растворились в воздухе.
  
  Никаких следов. Никаких причин. Никаких объяснений.
  
  Мэйлин стояла в углу кабинета и слушала. С каждым докладом ей становилось всё холоднее.
  
  И тогда - камин вспыхнул.
  
  Огонь поднялся до потолка - золотой, ослепительный. Из него выпал свиток - сияющий, как маленькое солнце.
  
  - Ответ, - сказал Си Ень.
  
  Он шагнул к камину и достал свиток голыми руками. Огонь не тронул его - лизнул пальцы, как ласковый пёс, и отступил.
  
  Си Ень развернул свиток. Прочитал.
  
  Его лицо не изменилось.
  
  - Что там? - спросила Мэйлин.
  
  - Хранитель Искры согласен на встречу. - Си Ень свернул свиток. - Сейчас.
  
  Тишина.
  
  - Что ж, - сказал он спокойно. - Невежливо заставлять Хранителя ждать. Я, пожалуй, пойду.
  
  ***
  
  Он назначил заместителя - старшего наставника, которому доверял больше других.
  
  - Если я не вернусь через три часа, - сказал он, - действуй по протоколу.
  
  - Да, глава.
  
  - Продолжайте подготовку ко всему. Отправьте сообщения в другие города заклинателей огненного источника. Пусть будут готовы.
  
  - Да, глава.
  
  - И никто - никто - не спускается за мной к источнику.
  
  - Да, глава.
  
  Си Ень повернулся к двери.
  
  - Я тебя провожу, - сказала Мэйлин.
  
  - Мэйлин...
  
  - Я тебя провожу. - Её голос был твёрдым. Не терпящим возражений.
  
  Он кивнул.
  
  - Хорошо.
  
  Они вышли из кабинета - рука в руке. Прошли по коридорам, мимо стражей, мимо слуг, мимо учеников, которые смотрели на них широкими глазами.
  
  Вниз. Всё ниже и ниже. В самое сердце башни.
  
  Комната источника встретила их жаром.
  
  Огонь в колодце бушевал - яростный, дикий. Он чувствовал что-то. Знал что-то. Ждал.
  
  - Я приказал поставить щит уровнем выше, - сказал Си Ень. - Лучше выйди сейчас.
  
  - Я подожду тебя здесь.
  
  - Мэйлин...
  
  - Здесь. - Она посмотрела ему в глаза. - Я буду ждать тебя здесь. Сколько понадобится.
  
  Он не стал спорить.
  
  Вместо этого он достал из-за пазухи что-то маленькое, живое. Саламандру - крошечную, огненную, с глазами как рубины.
  
  - Побудь с госпожой, - сказал он ей. - Составь ей компанию.
  
  Саламандра посмотрела на него. Потом на Мэйлин. И перебралась к ней на плечо - лёгкая, тёплая. Устроилась, обвив хвост вокруг её шеи.
  
  - Если я вернусь, - сказал Си Ень, - это будет достаточно скоро. Люди не могут находиться в Кольце Пламени долго. Даже огненные заклинатели.
  
  - Если?
  
  - Когда. - Он поправился, но она услышала сомнение в его голосе. - Когда вернусь.
  
  - Муж мой.
  
  - Да?
  
  Она поднялась на цыпочки. Потянулась к его губам.
  
  Поцелуй был долгим - отчаянным, нежным, прощальным и обещающим одновременно. Она вложила в него всё - любовь, страх, надежду, веру. Через связь послала ему всё, что чувствовала.
  
  "Возвращайся ко мне".
  
  "Обязательно".
  
  Они отстранились друг от друга - медленно, неохотно.
  
  - Я люблю тебя, - сказала она.
  
  - Я знаю. - Он коснулся её щеки. - Я тоже тебя люблю. Больше жизни.
  
  И шагнул в огонь.
  
  Пламя приняло его - обняло, поглотило, унесло. Мэйлин видела, как его фигура растворяется в золотом свечении, как он исчезает - в мир, куда она не могла последовать.
  
  И осталась одна.
  
  С саламандрой на плече и страхом в сердце.
  
  Ждать.
  
  Глава 77. Кольцо Пламени
  
  Си Ень шагнул в огонь - и мир изменился.
  
  Не постепенно, не плавно - мгновенно. Словно перевернули страницу книги, и вместо одной картины появилась совершенно другая.
  
  Он стоял на площадке - круглой, выложенной камнем, который светился изнутри багровым светом. Вокруг - стена огня. Не обычного огня - живого, древнего, первозданного. Пламя поднималось до самого неба - если здесь было небо - и уходило вниз, в бездну, которую Си Ень не мог видеть.
  
  Кольцо Пламени.
  
  Место между мирами. Место, где огонь был всем - воздухом, землёй, небом.
  
  Воздух здесь был сухим и раскалённым. Каждый вздох обжигал горло, опалял лёгкие. Си Ень чувствовал, как его кожа стягивается, как испаряется влага из тела. Даже для него - огненного заклинателя, главы Чёрной башни - это место было на грани выносимого.
  
  А напротив него стоял Хранитель Искры.
  
  Существо было... величественным. Другого слова Си Ень не мог подобрать.
  
  Гуманоидная форма - почти человеческая, если не смотреть слишком пристально. Высокая - на две головы выше Си Еня. Сотканная из чистого пламени - золотого в сердцевине, переходящего в алый, потом в багровый, потом в чёрный по краям.
  
  Лицо - если это можно было назвать лицом - было странно прекрасным. Черты менялись, текли, но оставались узнаваемыми. Высокие скулы, острый подбородок, тонкие губы. Глаза - два озера расплавленного золота, древние и бездонные.
  
  На голове существа - корона. Не металлическая - огненная. Языки пламени, застывшие в форме шипов, направленных вверх. Они пульсировали в такт чему-то - может быть, сердцебиению, если у этого существа было сердце.
  
  За спиной - крылья. Не из перьев - из огня. Они раскрывались и складывались медленно, лениво, как у задремавшей птицы.
  
  Хранитель Искры. Повелитель Гарин'харов. Одно из древнейших существ огненного источника.
  
  Си Ень поклонился - низко, почтительно.
  
  - Кор'аш Гарин'эль, Хранитель Искры, - произнёс он на древнем языке, который получил вместе с титулом главы. Слова царапали горло, как раскалённые угли. - Я приветствую тебя в месте между мирами.
  
  Хранитель склонил голову - едва заметно.
  
  - Приветствую тебя, глава огненных смертных, - голос существа был как треск пламени, как гул пожара, как шёпот углей. - Ты повзрослел с нашей последней встречи.
  
  - Ты не изменился, Хранитель.
  
  - Я - огонь. - Существо чуть улыбнулось - или Си Еню показалось. - Огонь не меняется. Огонь просто есть.
  
  Си Ень выпрямился. Посмотрел в золотые глаза - прямо, не отводя взгляда.
  
  - Я пришёл, Хранитель. Поведай мне, чем мы навлекли твой гнев.
  
  Тишина.
  
  Пламя вокруг них - стена, корона, крылья - вспыхнуло ярче. Жарче. Си Ень почувствовал, как волосы на руках опаляются, как трескается кожа на губах.
  
  - Гнев, - повторил Хранитель. Слово прозвучало как приговор. - Да, глава. Гнев. Справедливый гнев.
  
  Он взмахнул рукой - и в воздухе появились образы. Картины из огня, движущиеся, живые.
  
  Си Ень увидел - и похолодел.
  
  Деревня. Маленькая, затерянная в горах. Ночь. Люди в чёрных плащах - заклинатели, судя по движениям, по осанке - собрались вокруг костра. Но это был не обычный костёр.
  
  В огне - существо. Маленькое, по меркам Гарин'харов - размером с ребёнка. Оно билось, кричало, пыталось вырваться. Но его держали цепи - странные, мерцающие, явно магические.
  
  Заклинатели пели. Древние слова, запретные слова. Слова, которые не должны были знать.
  
  И существо - молодой Гарин'хар, понял Си Ень с ужасом - начало... таять. Растворяться. Его огонь, его сущность, его жизнь - всё это втягивалось в руны на земле, перетекало в амулеты на шеях заклинателей.
  
  Жертвоприношение.
  
  Они принесли в жертву дитя огня.
  
  - Они поймали семерых из наших младших, - голос Хранителя был ровным, но пламя вокруг бушевало. - Семерых детей. Использовали их как... топливо. Для своих жалких амулетов. Для своей жалкой силы.
  
  Образы исчезли. Си Ень стоял неподвижно, пытаясь осознать увиденное.
  
  - Это... - его голос охрип. - Это запрещено. Это чёрная магия, забытая столетия назад...
  
  - Очевидно, не забытая, - отрезал Хранитель. - Очевидно, кто-то из твоих смертных помнит. И использует.
  
  - Кто?
  
  - Это ты мне скажи, глава. - Золотые глаза впились в него. - Это твои смертные. Твоя ответственность.
  
  Си Ень сглотнул. Горло горело.
  
  - Я согласен с тобой, - сказал он медленно. - Это непростительный грех. Те, кто это сделал, заслуживают смерти. Но дай мне провести своё расследование. Я найду виновных и накажу их.
  
  Хранитель рассмеялся.
  
  Это был страшный звук - как взрыв, как обвал, как извержение. Стена огня вокруг них взметнулась выше, жарче.
  
  - Ты? - существо покачало головой. - Смертный? Расследование? - Оно шагнуло ближе, и Си Ень почувствовал, как его кожа начинает дымиться. - Мы сами найдём и покараем виновных. Пусть глава скажет спасибо, что его поставили в известность. Что его не сожгли вместе с теми деревнями.
  
  - Хранитель...
  
  - Мы милостивы, - продолжал Хранитель. - Мы уничтожили только тех, кто был причастен. Их семьи. Их соседей, которые знали и молчали. Это - справедливость.
  
  - Это - резня.
  
  - Это - возмездие. - Золотые глаза вспыхнули. - За каждого убитого ребёнка - сотня смертных. Справедливый обмен.
  
  - Там были невинные!
  
  - Невинных не бывает, - отрезал Хранитель. - Все смертные виновны. В том, что допустили. В том, что забыли. В том, что позволили этой скверне возродиться.
  
  Си Ень чувствовал, как силы покидают его. Жар становился невыносимым. Каждый вдох - пытка. Каждое слово - подвиг.
  
  Но он не мог отступить.
  
  - Это моя юрисдикция, - сказал он, и голос прозвучал твёрже, чем он ожидал. - Мир смертных - моя ответственность. Преступники - мои подданные. Я имею право судить их.
  
  - Право? - Хранитель склонил голову. - Какое право? Ты - смертный. Ты - пылинка. Ты живёшь мгновение и исчезаешь. Какое у тебя право?
  
  - Право главы. - Си Ень выпрямился, хотя тело кричало от боли. - Право, данное источником. Тем же источником, который породил тебя.
  
  Пауза.
  
  Хранитель смотрел на него - долго, пристально. Пламя вокруг утихло - совсем немного.
  
  - Ты дерзок, глава, - сказал он наконец. - Как и твои предшественники.
  
  - Я прав.
  
  - Возможно. - Существо отступило на шаг. - Но это не меняет ничего. Мы будем искать. Мы будем карать. И никакой смертный нас не остановит.
  
  Си Ень почувствовал, как колени подгибаются. Как темнеет в глазах. Жар выпивал его - по капле, по мгновению.
  
  Хранитель видел это. Конечно, видел.
  
  - Тебе пора, глава, - сказал он, и в голосе почти прозвучало что-то похожее на сочувствие. - Смирись и уходи. У меня нет намерения убивать тебя. Ты - не враг. Ты - просто... помеха.
  
  - Нет.
  
  - Что?
  
  - Нет. - Си Ень заставил себя стоять прямо. Заставил себя смотреть в золотые глаза. - Я не уйду, пока ты не дашь мне время. И обещание не вмешиваться.
  
  - Ты умрёшь здесь.
  
  - Возможно. - Он чувствовал, как сознание ускользает. Как тело сдаётся. - Но я не отступлю.
  
  Хранитель смотрел на него.
  
  Долго. Очень долго.
  
  Пламя вокруг них танцевало - медленно, задумчиво. Как будто само раздумывало над ответом.
  
  - Ты упрям, - сказал Хранитель наконец. - Как огонь.
  
  - Я - сын огня.
  
  - Да. - Существо кивнуло. - Да, пожалуй.
  
  Пауза.
  
  - Один лунный цикл, - сказал Хранитель. - Двадцать восемь дней по вашему счёту. Найди виновных. Накажи их. Принеси мне доказательства справедливости.
  
  - А если не найду?
  
  - Тогда мы придём сами. - Золотые глаза вспыхнули. - И на этот раз - не будем милостивы.
  
  - Я найду.
  
  - Посмотрим. - Хранитель отступил ещё на шаг. - Иди, глава. Пока ещё можешь идти.
  
  Си Ень поклонился - из последних сил.
  
  - Благодарю тебя, Хранитель Искры.
  
  - Не благодари. - Существо повернулось к нему спиной. - Докажи, что смертные достойны жить.
  
  И исчезло - растворилось в стене огня, стало частью пламени.
  
  Си Ень остался один.
  
  На мгновение - только на мгновение - он позволил себе покачнуться. Позволил себе почувствовать боль - всю, сразу.
  
  А потом собрал остатки сил и шагнул обратно.
  
  В источник.
  
  Домой.
  
  ***
  
  Он вывалился из огня - буквально.
  
  Не вышел, не шагнул - упал. Его ноги подкосились, едва он покинул источник, и он рухнул на каменный пол.
  
  - Си Ень!
  
  Голос Мэйлин - далёкий, приглушённый, как сквозь воду. Он слышал её, но не мог ответить. Не мог пошевелиться. Не мог даже открыть глаза.
  
  Тело горело. Не снаружи - изнутри. Как будто огонь Кольца Пламени остался в нём, пожирал его изнутри.
  
  Руки - прохладные, нежные - коснулись его лица.
  
  - Я здесь, - шептала Мэйлин. - Я здесь, муж мой. Держись.
  
  Он почувствовал, как она приподнимает его голову. Как подносит что-то к губам.
  
  - Пей, - её голос был твёрдым. - Пей, Си Ень.
  
  Вода.
  
  Холодная, чистая, живая. Она потекла по горлу - и это было как благословение. Как дождь после засухи. Как снег после пожара.
  
  Он пил - долго, жадно. Мэйлин держала чашу, не отпуская, пока он не осушил её до дна.
  
  - Ещё?
  
  - Нет. - Голос вернулся - хриплый, слабый, но его. - Достаточно.
  
  Он открыл глаза.
  
  Мэйлин склонилась над ним - бледная, испуганная, с саламандрой на плече. Но руки её не дрожали.
  
  - Ну что ж, - он попытался улыбнуться. - Могло быть и хуже.
  
  - Хуже? - её голос сорвался. - Ты еле жив!
  
  - Но жив. - Он попытался сесть - и тут же пожалел об этом. Мир закружился, темнота подступила к краям зрения. - И у нас есть немного времени.
  
  - Времени на что?
  
  - На расследование. - Он сглотнул. - Двадцать восемь дней. Нам нужно найти тех, кто это сделал.
  
  - Что сделал?
  
  - Потом. - Он закрыл глаза. - Расскажу потом. Нам нужно... начинать действовать...
  
  Голос ушёл в шёпот. Силы кончились.
  
  Мэйлин положила ладонь ему на лоб - и отдёрнула.
  
  - Ты горишь, - сказала она. - Буквально горишь. Нам нужно в лечебницу.
  
  - Мэйлин...
  
  - Не спорь со мной.
  
  Она встала. Подошла к двери. И её голос - громкий, командный - разнёсся по коридору:
  
  - Стражи пламени! Ко мне! Немедленно!
  
  Они появились - двое, четверо, шестеро. Молча, быстро, готовые ко всему.
  
  - Отнесите главу в лечебницу, - приказала Мэйлин. - Осторожно. И скажите снять барьер - представление на ближайшее время закончено.
  
  Стражи не спорили. Не задавали вопросов. Просто подчинились.
  
  Один из них - молодой, тот самый Лин Фэн - подошёл к Си Еню. Наклонился.
  
  - Глава, позвольте...
  
  - Делай, что она говорит, - прохрипел Си Ень.
  
  И позволил себя поднять.
  
  ***
  
  Лечебница встретила их суматохой.
  
  Целители - разбуженные среди ночи, встревоженные слухами - бросились к ним. Мэйлин командовала - коротко, чётко, не терпя возражений.
  
  - Лёд. Много льда. И холодную воду. Быстро!
  
  Её слушались - беспрекословно. Никто не спрашивал, почему. Никто не сомневался.
  
  Она была целительницей. Она знала, что делать.
  
  Ванну наполнили - ледяной водой, с кусками льда, плавающими на поверхности. Стражи опустили Си Еня внутрь - осторожно, бережно.
  
  Он зашипел от боли - или облегчения, трудно было понять.
  
  - Холодно, - пробормотал он.
  
  - Именно, - Мэйлин склонилась над ним. - Тебе нужно остыть. Буквально.
  
  Она положила руку ему на лоб - горячий, пылающий, как раскалённый металл. Золотой свет потёк из её ладони - мягкий, исцеляющий.
  
  - Глава, - она нежно погладила его по волосам. - Мне нужно, чтобы ты выпил это.
  
  Она поднесла к его губам чашку - с зельем, которое готовила на такие случаи. Охлаждающее, успокаивающее, восстанавливающее.
  
  - Пожалуйста, - добавила она тихо.
  
  Он пил - медленно, с трудом. Она держала чашку, пока он не осушил её.
  
  А потом села рядом - на край ванны, не заботясь о промокшей одежде. И продолжала вливать в него целительную энергию.
  
  Минута. Две. Десять.
  
  Жар отступал - медленно, неохотно. Как зверь, которого выгоняют из логова. Кожа Си Еня из багровой стала красной, потом - почти нормальной.
  
  - Достаньте его, - приказала Мэйлин. - Вытрите и уложите в постель.
  
  Целители повиновались.
  
  Его уложили - в чистую постель, в прохладные простыни. Он лежал с закрытыми глазами, дыша ровно и глубоко.
  
  Мэйлин легла рядом.
  
  Просто легла - не раздеваясь, не снимая мокрой одежды. Обняла его крепко, прижалась всем телом.
  
  И тогда - произошло что-то странное.
  
  Вокруг них появилось свечение. Двойное - золотое и алое, переплетающееся, сливающееся воедино. Оно окутало их как кокон, как защитная оболочка.
  
  Целители отступили - в благоговении, в страхе, в изумлении.
  
  - Что это? - прошептал один из них, молодой, недавно принятый в лечебницу.
  
  - Связь душ, - ответил старший целитель. Его голос дрожал. - Они используют связь для исцеления.
  
  - Но они не проводили ритуал, - возразил молодой. - Я бы знал. Почему это работает?
  
  Старший целитель долго смотрел на светящийся кокон - на две фигуры внутри, слившиеся воедино.
  
  - Потому что они уже соединены, - сказал он тихо. - Крепче, чем любым ритуалом.
  
  - Как это возможно?
  
  - Любовь. - Старик покачал головой. - Настоящая любовь. Она сильнее любой магии.
  
  Молодой целитель хотел что-то сказать - но передумал.
  
  Вместо этого он молча смотрел на светящийся кокон.
  
  На чудо, которое творилось на его глазах.
  
  Внутри кокона - тишина.
  
  Мэйлин чувствовала Си Еня - не только телом, но и душой. Его боль, его страх, его упрямство. Его любовь - огромную, всепоглощающую.
  
  И она отдавала ему своё. Своё спокойствие, свою силу, свою веру.
  
  Через связь - без слов, без жестов.
  
  Просто - была рядом.
  
  "Я здесь", - говорила она.
  
  "Я знаю", - отвечал он.
  
  "Ты справишься".
  
  "Мы справимся".
  
  "Да. Мы".
  
  Свечение пульсировало - медленно, ритмично. В такт их сердцам, бьющимся вместе.
  
  И постепенно - жар ушёл. Боль отступила. Сила вернулась.
  
  Не полностью - для этого нужно время. Но достаточно.
  
  Достаточно, чтобы продолжать.
  
  Достаточно, чтобы бороться.
  
  Достаточно, чтобы жить.
  
  Под утро Си Ень открыл глаза.
  
  Мэйлин спала рядом - измотанная, бледная, с тёмными кругами под глазами. Она отдала ему слишком много сил. Почти всё, что имела.
  
  Он коснулся её щеки - нежно, осторожно.
  
  - Спасибо, - прошептал он.
  
  Она не проснулась. Только улыбнулась во сне.
  
  И прижалась к нему крепче.
  
  Глава 78. Утро после
  
  Солнце уже поднялось высоко, когда Мэйлин открыла глаза.
  
  Первое, что она почувствовала - тепло. Не жар, не огонь - просто тепло. Знакомое, родное. Тело Си Еня рядом, его рука на её талии, его дыхание в её волосах.
  
  Он был жив. Он был здесь.
  
  Она повернулась - осторожно, стараясь не разбудить его - и обнаружила, что он уже не спит. Смотрит на неё тёмными глазами, в которых больше не плясал лихорадочный огонь.
  
  - Доброе утро, - сказал он тихо.
  
  - Доброе. - Она коснулась его лба. Прохладный. Нормальный. - Как ты себя чувствуешь?
  
  - Живым.
  
  - Это хорошо.
  
  - Это благодаря тебе.
  
  Она не стала спорить. Просто легла обратно, положив голову ему на грудь. Слушала его сердце - ровное, спокойное.
  
  - Расскажи мне, - сказала она. - Что произошло там. В Кольце Пламени.
  
  Си Ень молчал долго. Его рука поглаживала её волосы - медленно, задумчиво.
  
  - Это... тяжело, - сказал он наконец.
  
  - Я хочу знать.
  
  Он вздохнул.
  
  И начал рассказывать.
  
  О Хранителе Искры - существе из чистого огня, древнем и величественном. О площадке между мирами, окружённой стеной пламени. О жаре, который убивал с каждым вдохом.
  
  О жертвоприношении.
  
  Голос Си Еня стал глухим, когда он описывал это. Образы, которые показал ему Хранитель. Заклинатели в чёрных плащах. Молодые Гарин'хары - дети огня - пойманные, скованные, принесённые в жертву ради силы.
  
  - Семеро, - сказал он. - Семеро детей. Их... использовали. Как топливо для амулетов.
  
  Мэйлин почувствовала, как холод пробирается по спине.
  
  - Кто мог такое сделать?
  
  - Не знаю. Пока не знаю. - Си Ень покачал головой. - Это чёрная магия, запрещённая столетия назад. Я думал, она забыта. Очевидно - нет.
  
  - И Хранитель...
  
  - Хранитель в ярости. Его народ - в ярости. - Голос Си Еня стал жёстче. - Сожжённые деревни - это возмездие. За каждого убитого ребёнка - сотня смертных.
  
  - Но там были невинные...
  
  - Для них невинных не бывает. - Он вздохнул. - Все люди виновны. В том, что допустили. В том, что забыли.
  
  Мэйлин молчала, переваривая услышанное.
  
  - Сколько у нас времени?
  
  - Двадцать восемь дней. - Си Ень посмотрел в потолок. - Один лунный цикл. Я должен найти виновных и покарать их. Принести Хранителю доказательства справедливости.
  
  - А если не найдёшь?
  
  - Тогда они придут сами. - Его голос стал тихим. - И на этот раз не будут милостивы.
  
  Тишина.
  
  За окном пели птицы. Солнце заливало комнату золотым светом. Обычное утро. Мирное утро.
  
  Но мир изменился.
  
  - Мы найдём их, - сказала Мэйлин твёрдо. - Вместе.
  
  - Мэйлин...
  
  - Вместе, - повторила она. - Не спорь со мной, муж мой.
  
  Он не стал спорить.
  
  Они лежали в тишине - долго, не двигаясь.
  
  Си Ень думал о чём-то - Мэйлин чувствовала через связь. Тревога, сомнение, страх. Не за себя - за неё.
  
  - Что ещё? - спросила она.
  
  - Что?
  
  - Ты о чём-то думаешь. О чём-то, что тебя пугает. - Она подняла голову и посмотрела на него. - Расскажи.
  
  Он отвёл взгляд.
  
  - Ночью, - сказал он тихо. - Когда ты меня исцеляла. Я видел... свечение. Вокруг нас.
  
  - Да. Целители говорили.
  
  - Ты знаешь, что это было?
  
  Мэйлин кивнула.
  
  - Связь душ. Мы использовали её для исцеления.
  
  - Не просто использовали. - Си Ень посмотрел на неё - и в его глазах была боль. - Мы... соединились. Полностью. Наши силы, наши жизни...
  
  - Я знаю.
  
  - Ты не понимаешь. - Он сел в постели. - Это то, чего я боялся. То, о чём предупреждал Юй. Связь зашла слишком далеко.
  
  - И что?
  
  - И теперь... - он запнулся. - Теперь у нас одна жизнь на двоих.
  
  Мэйлин тоже села. Посмотрела на него - спокойно, без страха.
  
  - Я знаю, - повторила она.
  
  - Ты знаешь? - Он схватил её за руки. - Мэйлин, ты понимаешь, что это значит? Если один из нас умрёт...
  
  - Второй тоже не сможет продолжать жить.
  
  - Да! - Его голос сорвался. - Именно этого я боялся. Именно этого не хотел. Я не хотел... привязывать тебя к себе так. Не хотел, чтобы моя смерть убила и тебя.
  
  - А я хотела.
  
  Он замер.
  
  - Что?
  
  - Я хотела. - Она сжала его руки. - Муж мой, послушай меня. Я выбрала тебя. Не на год, не на десять лет - навсегда. И если "навсегда" означает, что мы уйдём вместе - я согласна.
  
  - Но...
  
  - Никаких "но". - Она коснулась его щеки. - Ты правда думаешь, что я хотела бы жить без тебя? Годы, десятилетия - одна, с пустотой внутри?
  
  - Ты молода. Ты могла бы...
  
  - Нет. - Её голос был твёрдым. - Не могла бы. И не хотела бы.
  
  Си Ень смотрел на неё - и что-то менялось в его глазах. Страх отступал, уступая место чему-то другому.
  
  - Ты сумасшедшая, - сказал он тихо.
  
  - Возможно. - Она улыбнулась. - Но я твоя сумасшедшая.
  
  - Моя.
  
  - Навсегда.
  
  Он притянул её к себе - крепко, отчаянно.
  
  - Я люблю тебя, - прошептал он в её волосы.
  
  - Я знаю. - Она обняла его в ответ. - Я тоже тебя люблю.
  
  - Я не хочу, чтобы ты умирала из-за меня.
  
  - Я не буду умирать из-за тебя. - Она отстранилась и посмотрела ему в глаза. - Мы будем жить. Долго и счастливо. Как в сказках.
  
  - Сказки заканчиваются.
  
  - И наша закончится. - Она улыбнулась. - Когда-нибудь. Через много-много лет.
  
  - И мы умрём в один день, - сказал он тихо. Не как страх - как констатацию.
  
  - Да. - Мэйлин кивнула. - Это очень хороший конец истории.
  
  - Хороший?
  
  - Лучший из возможных. - Она взяла его лицо в ладони. - Подумай сам. Никто не останется один. Никто не будет горевать годами. Мы просто... уйдём вместе. Как пришли.
  
  Си Ень молчал - долго, глядя в её глаза.
  
  - Ты действительно так думаешь? - спросил он наконец.
  
  - Да.
  
  - Не боишься?
  
  - Нет. - Она покачала головой. - Боялась бы - если бы знала, что ты можешь умереть, а я останусь. Вот это страшно. А так... - она пожала плечами. - Так - правильно.
  
  Он выдохнул - долго, медленно. Как будто что-то отпустил. Что-то, что держал внутри слишком долго.
  
  - Ты удивительная, - сказал он.
  
  - Ты уже говорил.
  
  - Повторю ещё раз.
  
  Она рассмеялась - легко, счастливо.
  
  И поцеловала его.
  
  Они лежали вместе - обнявшись, в тишине утра.
  
  И тогда Си Ень нахмурился.
  
  - Странно, - сказал он.
  
  - Что?
  
  - Тихо. - Он приподнялся на локте. - Слишком тихо. Почему нас никто не беспокоит?
  
  Мэйлин хмыкнула.
  
  - Потому что я так велела.
  
  - Что?
  
  - Вчера ночью. - Она потянулась, как сытая кошка. - Когда тебя уложили. Я сказала, что если кто-нибудь посмеет нас будить - скормлю саламандре.
  
  Си Ень уставился на неё.
  
  - Ты... что?
  
  - Скормлю саламандре, - повторила она невозмутимо. - Маленькой, но очень голодной.
  
  - Мэйлин, саламандра размером с ладонь.
  
  - Они этого не знают.
  
  - Она ест только угли.
  
  - И это они не знают.
  
  Пауза.
  
  А потом Си Ень рассмеялся.
  
  Громко, искренне, от души - так, как не смеялся уже давно. Смех сотрясал его тело, выжимал слёзы из глаз.
  
  - Ты... - он не мог говорить от смеха. - Ты запугала... всю башню... саламандрой...
  
  - И стражей пламени тоже, - добавила Мэйлин гордо. - Они очень послушные.
  
  - Они - элитные воины!
  
  - Которые боятся маленькой саламандры.
  
  - Которые боятся тебя!
  
  Мэйлин пожала плечами.
  
  - Это одно и то же.
  
  Си Ень смеялся - долго, пока не заболел живот. Пока не стало трудно дышать. Пока весь страх, вся тревога, вся боль последних часов не вышли из него вместе со смехом.
  
  - Я люблю тебя, - сказал он наконец, вытирая слёзы. - Боги, как же я тебя люблю.
  
  - Я знаю. - Она улыбалась. - Я тоже тебя люблю, муж мой.
  
  - Жена моя.
  
  - Да?
  
  - Спасибо.
  
  - За что?
  
  - За всё. - Он притянул её к себе. - За то, что ты есть. За то, что не боишься. За то, что запугала мою башню саламандрой.
  
  - Всегда пожалуйста.
  
  Они лежали вместе - в тишине утра, в тепле солнца.
  
  И несмотря на всё - на угрозу войны, на сожжённые деревни, на двадцать восемь дней до конца света - они были счастливы.
  
  Потому что были вместе.
  
  Потому что теперь - навсегда.
  
  Глава 79. Гости
  
  Они спустились в кабинет ближе к полудню.
  
  Башня ожила - стражи на постах, слуги в коридорах, наставники у дверей с вопросами в глазах. Но никто не осмелился подойти. Никто не посмел заговорить первым.
  
  Угроза саламандры работала.
  
  Кабинет главы был залит солнечным светом. На столе - стопка отчётов, выросшая за ночь до угрожающих размеров. Свитки, донесения, карты.
  
  И Цзин Юй.
  
  Он сидел в кресле у окна - бледный, с тёмными кругами под глазами, но очень внимательный. Серебряные волосы были собраны небрежно, дорожная одежда измята. Он явно ехал всю ночь.
  
  - А ты здесь какими судьбами? - спросил Си Ень, останавливаясь на пороге.
  
  Цзин Юй поднял голову. Его серебряные глаза - необыкновенные, светящиеся изнутри лунным светом - медленно осмотрели их обоих. Задержались на Си Ене, потом на Мэйлин, потом - на чём-то невидимом между ними.
  
  - Я очень плохо спал этой ночью, - сказал он задумчиво. - Что у вас происходит?
  
  Си Ень скрестил руки на груди.
  
  - Ну, если ты у нас теперь ясновидящий, то сам расскажи нам, что у нас происходит.
  
  Цзин Юй не обиделся. Он вообще редко обижался на Си Еня - знал его слишком хорошо.
  
  - Я далеко не ясновидящий, - сказал он спокойно. - Пока вижу только то, что уже произошло.
  
  - И что же ты видишь?
  
  - Вижу, что ты раздражён моим появлением и ищешь повод поругаться. - Цзин Юй откинулся в кресле. - Ты хочешь отправить меня подальше и не втягивать в происходящее.
  
  Си Ень промолчал. Но Мэйлин заметила, как дёрнулся мускул на его щеке.
  
  - Вижу, что ты занимался чем-то очень опасным, - продолжал Цзин Юй. - И ещё не полностью оправился после этого. Твои движения скованнее обычного, ты бережёшь правую руку, и в твоих глазах - тень боли, которую ты пытаешься скрыть.
  
  - Юй...
  
  - И вижу, - голос Цзин Юя стал тише, - что вы завершили слияние душ.
  
  Тишина.
  
  Мэйлин почувствовала, как Си Ень напрягается рядом с ней.
  
  - Это... - Цзин Юй покачал головой. - Это потрясающе красиво. Ваши ауры переплетены так плотно, что почти неразличимы. И это как-то связано с тем, что произошло ночью.
  
  - Откуда ты знаешь про ночь?
  
  - Мне снились сны. - Цзин Юй посмотрел ему в глаза. - Про огонь. Всё пожирающий огонь. Я проснулся в холодном поту и понял, что должен отправиться к вам.
  
  Долгая пауза.
  
  - Хорошо, - сказал Си Ень наконец. - Убедил. Ты точно не ясновидящий. Вот ни капельки.
  
  - Я стараюсь.
  
  - Очень хорошо стараешься.
  
  - Шестнадцать лет практики.
  
  Мэйлин не выдержала и улыбнулась. Эти двое - даже в такой момент, даже перед лицом катастрофы - не могли не препираться.
  
  Но тут Цзин Юй замер.
  
  Его глаза расширились. Он медленно повернул голову к двери - закрытой, запертой - и нахмурился.
  
  - Глава, - сказал он тихо. - К тебе идёт очень опасный и необычный гость.
  
  - Прекрати предсказывать будущее, не ясновидящий, - возмутился Си Ень.
  
  В дверь постучали.
  
  Три коротких удара - вежливых, но настойчивых.
  
  А потом - не дожидаясь ответа - дверь открылась.
  
  В кабинет вошёл молодой человек.
  
  На вид - лет двадцать, может, чуть больше. Высокий, худощавый, с резкими чертами лица. Чёрные волосы с огненными прядями - как у всех заклинателей огненного источника. Одежда простая, дорожная.
  
  Но глаза...
  
  Мэйлин похолодела.
  
  В его глазах плясало пламя. Не отблески, не искры - настоящее пламя. Живое, древнее, чужое. Огонь, который не имел ничего общего с человеческим.
  
  - Глава, - молодой человек отвесил шуточный поклон. Слишком низкий, слишком театральный. - Рад видеть тебя в добром здравии.
  
  Он улыбнулся - широко, открыто.
  
  И от этой улыбки Мэйлин стало ещё холоднее.
  
  Си Ень смотрел на него молча. Его лицо было непроницаемым, но Мэйлин чувствовала через связь - узнавание, гнев, горечь.
  
  - Вот, значит, как, - сказал он наконец, медленно подходя к гостю.
  
  - Что именно? - голос молодого человека был лёгким, почти игривым.
  
  - Ты понимаешь, - Си Ень остановился в шаге от него, - что ты убил этого юношу?
  
  Улыбка гостя стала ещё шире.
  
  - Он согласился, - сказал он. - Добровольно. Отдал мне своё тело во имя высших целей. Разве это не благородно?
  
  - Благородно?
  
  - Служить великому делу. Помочь своему народу. - Огонь в его глазах вспыхнул ярче. - Он был счастлив. Правда.
  
  Си Ень не ответил. Просто смотрел - долго, пристально.
  
  - И что это значит? - спросил он наконец. - Твоё присутствие здесь?
  
  - О, это просто. - Гость развёл руками. - Конечно, Хранитель Искры не может оставить расследование только на людей. Я здесь, чтобы помочь. Можете рассчитывать на меня.
  
  Он снова поклонился - так же шуточно, так же театрально.
  
  Тишина.
  
  Мэйлин переводила взгляд с Си Еня на гостя и обратно. Она чувствовала напряжение в комнате - густое, почти осязаемое.
  
  - Кто он? - спросила она наконец.
  
  Си Ень не обернулся.
  
  - Это Гарин'хар, - сказал он ровно. - Занявший человеческое тело.
  
  Мэйлин почувствовала, как земля уходит из-под ног.
  
  - Люди называют таких одержимыми, - продолжал Си Ень. - В этом теле больше нет души. Человек, которому оно принадлежало... его больше нет. А через некоторое время тело не выдержит присутствия огненной сущности и рассыпется пеплом.
  
  - Какая печальная участь, - сказал гость, совершенно не выглядя печальным. - Но необходимая жертва.
  
  - Для кого необходимая?
  
  - Для всех нас. - Огненные глаза сверкнули. - Или ты думаешь, что справишься один, глава? С расследованием, которое может привести к войне между нашими народами?
  
  Си Ень молчал.
  
  Мэйлин видела, как он думает. Как взвешивает варианты. Как принимает решение, которое ему не нравится - но которое необходимо.
  
  - У нас нет времени спорить, - сказал он наконец, тяжело вздохнув. - Так что приступим к делу.
  
  Он повернулся к Цзин Юю.
  
  - Господин ясновидящий, - он взял один из свитков со стола и протянул ему. - Держи. Ознакомься, что у нас происходит. Все подробности - здесь.
  
  - Да, глава, - Цзин Юй кивнул, принимая свиток.
  
  Си Ень повернулся к гостю.
  
  - Ты, - сказал он. - Будешь моим личным помощником.
  
  - С удовольствием.
  
  - Не переигрывай. - Голос Си Еня стал жёстче. - Заклинатели огненного источника сразу поймут, кто ты. Твои движения слишком плавные, твоя улыбка слишком широкая, и в твоих глазах - огонь, которого нет у людей.
  
  - Я постараюсь, - гость склонил голову. - Да, глава.
  
  Он сказал это точно как Цзин Юй - тем же тоном, с той же интонацией. Копируя идеально.
  
  - Как тебя называть? - спросил Си Ень.
  
  - Ашар.
  
  - Ашар. - Си Ень кивнул. - Запомню.
  
  Он повернулся к Мэйлин и взял её за руку. Его пальцы были тёплыми, крепкими. Знакомыми.
  
  - Пойдёмте, - сказал он. - Нас ждёт совет. И сборы к месту событий.
  
  ***
  
  Они собрались в большом зале - все, кого Си Ень счёл нужным позвать.
  
  Старшие наставники - семеро, самые опытные и доверенные. Командир стражей пламени - Вэй Цзюнь, с каменным лицом и внимательными глазами. Хранитель архивов - древний старик, помнящий ещё предыдущего главу. И трое советников - те, кто остался в башне.
  
  И гости - Цзин Юй, молчаливый и сосредоточенный, и Ашар, с любопытством рассматривающий людей.
  
  Мэйлин стояла рядом с Си Енем. Не как целительница - как жена главы. Как равная.
  
  - Вы все знаете, что произошло, - начал Си Ень без предисловий. - Сожжённые деревни. Погибшие люди. Гарин'хары.
  
  Молчание. Напряжённое, тяжёлое.
  
  - Чего вы не знаете - почему это произошло.
  
  Он рассказал. Коротко, сухо, без лишних эмоций. О жертвоприношении. О семерых детях огня. О запретной магии, которая не должна была существовать.
  
  Лица наставников бледнели с каждым словом.
  
  - Это... невозможно, - прошептал один из них. - Эти знания уничтожены столетия назад...
  
  - Очевидно, не все, - отрезал Си Ень. - Кто-то помнит. Кто-то использует.
  
  - Но кто?
  
  - Это нам предстоит выяснить. - Си Ень обвёл взглядом собравшихся. - У нас двадцать восемь дней. Один лунный цикл. Если за это время мы не найдём виновных и не покараем их...
  
  - То что? - спросил Вэй Цзюнь.
  
  - То Гарин'хары придут сами. - Си Ень помолчал. - И на этот раз - не будут милостивы.
  
  Тишина.
  
  - Я отправляюсь к месту событий, - продолжал Си Ень. - Туда, где произошло жертвоприношение. Мне нужны следопыты, боевые маги и... - он покосился на Ашара, - ...консультант.
  
  - Я готов, - сказал Вэй Цзюнь.
  
  - Я тоже, - откликнулся один из наставников.
  
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Ты останешься здесь. Кто-то должен координировать поиски по всей территории. Проверить каждый город, каждую деревню, каждую школу заклинателей. Если эти знания где-то сохранились - мы должны найти где.
  
  - Понял, глава.
  
  Си Ень повернулся к Цзин Юю.
  
  - Юй.
  
  - Да?
  
  - Ты знаешь древние тексты лучше всех нас. Мне нужно, чтобы ты покопался в архивах. Нашёл всё, что связано с этим ритуалом. Откуда он взялся, как проводится, какие следы оставляет.
  
  - Уже начал, - Цзин Юй поднял свиток, который держал в руках. - Здесь есть зацепки.
  
  - Хорошо.
  
  Си Ень посмотрел на Мэйлин.
  
  - Ты едешь со мной.
  
  - Конечно.
  
  - Это опасно.
  
  - Я знаю.
  
  - Мэйлин...
  
  - Я еду с тобой, - повторила она твёрдо. - Не спорь со мной, муж мой.
  
  Ашар наблюдал за ними с интересом. Его огненные глаза перебегали с одного лица на другое, как будто он смотрел увлекательное представление.
  
  - Какая занимательная динамика, - пробормотал он.
  
  - Молчи, - бросил Си Ень.
  
  - Да, глава, - Ашар улыбнулся - широко, неестественно.
  
  Наставники переглядывались. Они чувствовали - что-то не так с этим молодым человеком. Что-то чужое, неправильное.
  
  Но никто не спросил. Не время было для вопросов.
  
  - Выезжаем через час, - сказал Си Ень. - Все свободны.
  
  Совет закончился.
  
  Мэйлин догнала Цзин Юя в коридоре.
  
  - Юй.
  
  Он обернулся.
  
  - Да?
  
  - Этот... Ашар. - Она понизила голос. - Что ты о нём думаешь?
  
  Цзин Юй помолчал.
  
  - Он опасен, - сказал он наконец. - Очень опасен. Но сейчас он на нашей стороне. Или, по крайней мере, его цели совпадают с нашими.
  
  - Ты уверен?
  
  - Нет. - Он покачал головой. - Но выбора у нас нет.
  
  - Юй...
  
  - Берегите себя. - Он взял её за руку. - Оба. Я буду искать ответы здесь. А вы... - он вздохнул. - Вы делайте то, что должны.
  
  - Мы вернёмся.
  
  - Я знаю. - Он улыбнулся - слабо, но искренне. - Ваша связь... она защитит вас. Вы теперь одно целое.
  
  - Ты не злишься? Что мы не рассказали тебе раньше?
  
  - О слиянии? - он покачал головой. - Нет. Это было неизбежно. Я видел это с самого начала.
  
  - Ясновидящий.
  
  - Просто друг. - Он сжал её руку. - Который знает вас обоих слишком хорошо.
  
  Мэйлин обняла его - крепко, быстро.
  
  - Спасибо, - прошептала она.
  
  - За что?
  
  - За то, что ты есть.
  
  - Всегда, - ответил он. - Всегда.
  
  И ушёл - в архивы, в древние тексты, в поиск ответов.
  
  А Мэйлин пошла собираться.
  
  Впереди была дорога.
  
  Впереди была правда.
  
  Впереди - что бы ни ждало их - они встретят вместе.
  
  Глава 80. Прибытие
  
  Чёрная башня гудела как растревоженный улей.
  
  Слуги носились по коридорам с тюками и свёртками. Конюхи седлали лошадей. Оружейники проверяли клинки и амулеты. Повара паковали провизию - сушёное мясо, хлеб, крупы, всё, что могло выдержать долгую дорогу.
  
  Мэйлин собирала свою сумку целительницы.
  
  Травы - десятки видов, каждая в отдельном мешочке, подписанном её рукой. Мази - от ожогов, от ран, от лихорадки. Бинты, иглы, нити. Зелья - обезболивающие, восстанавливающие, успокаивающие.
  
  И ещё - то, о чём она не говорила никому - противоядия. Много противоядий. Потому что она не знала, что их ждёт впереди.
  
  - Ты берёшь слишком много, - сказал Си Ень, заглядывая в её комнату.
  
  - Я беру достаточно.
  
  - Твоя сумка весит больше, чем ты сама.
  
  - Тогда ты её понесёшь.
  
  Он улыбнулся - коротко, мимолётно. Первая улыбка за этот бесконечный день.
  
  - Как скажешь, жена моя.
  
  - Именно так.
  
  Она застегнула сумку и повернулась к нему.
  
  - Ты готов?
  
  - Нет, - честно ответил он. - Но это не имеет значения. Мы всё равно едем.
  
  - Тогда пойдём.
  
  Они вышли вместе - рука в руке, как всегда.
  
  Во дворе их ждал отряд.
  
  Двадцать заклинателей - лучшие из лучших. Боевые маги, следопыты, мастера огня. Все в дорожной одежде, все вооружены, все готовы.
  
  И ещё - те, кого не видел никто, кроме Си Еня. Тёмные стражи пламени, скользящие в тенях. Они будут рядом - всегда, везде - но их присутствие останется тайной.
  
  Цзин Юй стоял у своей лошади - серебристой кобылы, такой же необычной, как её хозяин. Его дорожная сумка была набита свитками и книгами.
  
  - Ты же сказал, что останешься в архивах, - заметил Си Ень.
  
  - Я передумал. - Цзин Юй пожал плечами. - Архивы подождут. А вам может понадобиться тот, кто умеет читать древние тексты.
  
  - Юй...
  
  - Не спорь со мной, глава. - Серебряные глаза блеснули. - Ты же знаешь - это бесполезно.
  
  Си Ень знал.
  
  - Хорошо. - Он вздохнул. - Но если тебя убьют, я буду очень зол.
  
  - Постараюсь не умирать.
  
  - Очень на это надеюсь.
  
  Ашар появился последним.
  
  Он шёл через двор - лёгкой, пружинистой походкой, совершенно неуместной в этой ситуации. На его лице - широкая улыбка. В глазах - огонь, который не скрыть никаким притворством.
  
  Заклинатели расступались перед ним - инстинктивно, не понимая почему. Что-то в нём было неправильным. Чужим. Опасным.
  
  - Доброе утро! - объявил он громко. - Какой прекрасный день для путешествия!
  
  Си Ень посмотрел на него тяжёлым взглядом.
  
  - Садись на лошадь, - сказал он. - И постарайся не привлекать внимания.
  
  - Конечно, глава. - Ашар поклонился - слишком низко, слишком театрально. - Как скажешь.
  
  Он подошёл к лошади - чёрному жеребцу, который нервно переступал с ноги на ногу. Животное чувствовало - в этом человеке нет ничего человеческого.
  
  - Тише, тише, - Ашар погладил его по морде. - Мы же друзья, правда?
  
  Жеребец фыркнул. Но успокоился.
  
  - Интересно, - пробормотал Цзин Юй, наблюдая за этим. - Очень интересно.
  
  Они выехали.
  
  ***
  
  Первый день прошёл в молчании.
  
  Отряд двигался быстро - по главному тракту, мимо деревень и городков, мимо полей и лесов. Люди останавливались и смотрели им вслед - на чёрные плащи заклинателей, на знамя с драконом и пламенем.
  
  Глава Чёрной башни ехал куда-то. Это не могло означать ничего хорошего.
  
  К вечеру они разбили лагерь у реки.
  
  Заклинатели ставили палатки, разводили костры, готовили ужин. Всё было отлажено, привычно - они делали это сотни раз.
  
  Ашар наблюдал за ними с неприкрытым любопытством.
  
  - Удивительно, - сказал он, усаживаясь у костра. - Сколько действий. Сколько движений. Вы, люди, такие... суетливые.
  
  - А вы? - спросил Цзин Юй, опускаясь рядом.
  
  - Мы? - Ашар склонил голову. - Мы просто есть. Огонь не нуждается в палатках и одеялах.
  
  - Но ты сейчас в человеческом теле.
  
  - Да. - Огненные глаза вспыхнули. - И это... странно. Тело хочет вещей. Еды. Воды. Тепла. Я никогда раньше не чувствовал голода.
  
  - И как это?
  
  - Неприятно. - Ашар поморщился. - Но интересно.
  
  Повар принёс им миски с кашей и мясом. Ашар взял свою, понюхал, попробовал.
  
  - О! - его глаза расширились. - Это... это вкусно!
  
  - Это обычная походная еда, - заметил Цзин Юй.
  
  - Обычная? - Ашар зачерпнул ещё ложку. - Но тут столько... оттенков. Соль, жир, что-то острое... - Он жевал с выражением почти религиозного восторга. - Я не знал, что еда может быть такой!
  
  Мэйлин наблюдала за ним от соседнего костра. Рядом с ней сидел Си Ень - мрачный, молчаливый.
  
  - Он как ребёнок, - сказала она тихо.
  
  - Он чудовище, - ответил Си Ень.
  
  - Это не исключает первого.
  
  Си Ень не ответил. Просто смотрел на Ашара - на то, как тот с восторгом поглощает кашу - и его лицо оставалось непроницаемым.
  
  Но Мэйлин чувствовала через связь - тревогу, недоверие, и что-то ещё. Что-то похожее на горечь.
  
  Этот юноша - тот, чьё тело занял Ашар - был чьим-то сыном. Чьим-то другом. Чьей-то любовью, может быть.
  
  И теперь его больше не было.
  
  ***
  
  На второй день Ашар открыл для себя скачку.
  
  - Можно быстрее? - спросил он, поравнявшись с Си Енем. - Эти животные способны бежать быстрее, я чувствую.
  
  - Мы не на прогулке.
  
  - Но...
  
  - Нет.
  
  Ашар надулся - совершенно по-детски - и отстал.
  
  Но через час Мэйлин заметила, что его нет рядом. Оглянувшись, она увидела - он носился по полю справа от дороги. Галопом, во весь опор, с развевающимися волосами и безумной улыбкой на лице.
  
  Жеребец под ним, кажется, смирился со своей участью.
  
  - Он сейчас свернёт себе шею, - заметил один из заклинателей.
  
  - Вряд ли, - ответил Цзин Юй задумчиво. - Он не совсем человек. Его тело... работает иначе.
  
  - Что вы имеете в виду, господин?
  
  - Ничего. - Цзин Юй улыбнулся. - Просто наблюдение.
  
  Ашар вернулся через полчаса - раскрасневшийся, счастливый, с травой в волосах.
  
  - Это восхитительно! - объявил он. - Ветер в лицо, скорость, движение... Почему вы, люди, не делаете этого постоянно?
  
  - Потому что у нас есть дела, - сухо ответил Си Ень.
  
  - Дела, - Ашар фыркнул. - Какая скука.
  
  - Ты здесь по делу.
  
  - Да, да. - Он махнул рукой. - Расследование. Справедливость. Я помню.
  
  Си Ень посмотрел на него долгим взглядом.
  
  - Иногда я забываю, что ты - древнее существо, видевшее рождение и смерть империй.
  
  - А я иногда забываю, что вы, люди, живёте так мало. - Ашар пожал плечами. - Мы оба удивлены.
  
  Он пришпорил коня и ускакал вперёд.
  
  - Он невыносим, - сказал Си Ень.
  
  - Он любопытен, - возразила Мэйлин. - Это другое.
  
  - Это одно и то же.
  
  Она рассмеялась - и он, несмотря на всё, улыбнулся в ответ.
  
  ***
  
  На третий день молодые заклинатели решили поохотиться.
  
  - В этих лесах полно кроликов, - сказал один из них, парень лет восемнадцати с горящими от возбуждения глазами. - Можем добыть свежего мяса к ужину.
  
  - Разрешаю, - кивнул Си Ень. - Только не уходите далеко.
  
  - Да, глава!
  
  Они умчались - пятеро молодых заклинателей, полных энергии и энтузиазма.
  
  И Ашар - который каким-то образом оказался среди них.
  
  - Он что, с ними? - Си Ень нахмурился.
  
  - Похоже на то, - Цзин Юй проследил за удаляющимися фигурами. - Интересно, как он будет охотиться.
  
  - Сожжёт весь лес, - мрачно предположил Си Ень.
  
  Но лес остался цел.
  
  Охотники вернулись через два часа - с дюжиной кроликов и историями, которые рассказывали, перебивая друг друга.
  
  - Вы бы видели! - кричал один. - Он просто... протянул руку, и кролик сам выскочил прямо на него!
  
  - Он сказал, что чувствует их тепло!
  
  - А потом он поймал трёх за минуту!
  
  Ашар шёл позади - с кроликами, перекинутыми через плечо, и довольной улыбкой.
  
  - Занимательное развлечение, - сообщил он Цзин Юю. - Эти маленькие существа такие... быстрые. И тёплые.
  
  - Ты их не сжёг.
  
  - Зачем? - Ашар искренне удивился. - Они же еда. Еду нужно готовить, не так ли?
  
  - Так.
  
  - Тогда я приготовлю!
  
  Цзин Юй и Мэйлин переглянулись.
  
  - Это... может быть интересно, - осторожно сказала Мэйлин.
  
  - Или катастрофично, - добавил Цзин Юй.
  
  Оказалось - катастрофично.
  
  Ашар настоял на том, чтобы готовить самому. Он выпотрошил кроликов - неумело, но старательно - насадил на вертел и повесил над костром.
  
  А потом - увлёкся.
  
  - Нужно больше огня, - бормотал он, подбрасывая ветки. - Больше жара...
  
  - Эй, - попытался вмешаться повар, - так они сгорят...
  
  - Тише! Я знаю, что делаю!
  
  Он не знал.
  
  Пламя взметнулось - высокое, яростное - и кролики превратились в угольки за считанные секунды.
  
  Тишина.
  
  Ашар смотрел на обугленные останки своей добычи с выражением искреннего недоумения.
  
  - Я не понимаю, - сказал он. - Огонь должен был их приготовить, не уничтожить.
  
  - Огонь нужно контролировать, - Цзин Юй подошёл к нему. - Медленный жар, не сильное пламя. Готовка - это терпение.
  
  - Терпение, - Ашар попробовал слово на вкус. - Странная концепция.
  
  - Для огня - да. Наверное.
  
  Ашар посмотрел на него - долго, внимательно. Огонь в его глазах мерцал задумчиво.
  
  - Ты видишь меня, - сказал он. - По-настоящему видишь. Не эту оболочку - меня.
  
  - Да.
  
  - И тебе не страшно?
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Мне интересно.
  
  Ашар улыбнулся - и впервые эта улыбка показалась почти человеческой.
  
  - Ты странный, серебряный человек.
  
  - Мне говорили.
  
  Они сели у костра - рядом, почти касаясь плечами. Повар, ворча, начал готовить уцелевших кроликов.
  
  А Мэйлин наблюдала - и не могла сдержать улыбки.
  
  ***
  
  - Кажется, Юй завёл себе нового друга, - сказала она Си Еню тем вечером.
  
  Они лежали в палатке, слушая звуки лагеря за тонкой тканью. Где-то смеялись заклинатели. Где-то потрескивал костёр. И где-то - голоса Цзин Юя и Ашара, беседующих допоздна.
  
  - Это не смешно, - Си Ень нахмурился.
  
  - Немного смешно.
  
  - Он не понимает, насколько это опасно.
  
  - Он понимает лучше нас всех. - Мэйлин повернулась к нему. - Ты же знаешь Юя. Он видит людей насквозь.
  
  - Ашар - не человек.
  
  - Именно поэтому Юю интересно.
  
  Си Ень промолчал.
  
  Он не знал, что делать с этой ситуацией. Не мог же он сказать Цзин Юю - человеку, который, кажется, видел истинную сущность каждого - "не доверяй этому огненному чудовищу".
  
  Юй и так знал, кто такой Ашар. Знал - и всё равно разговаривал с ним часами.
  
  - О чём они вообще беседуют? - спросил он наконец.
  
  - Обо всём. - Мэйлин улыбнулась. - Юй спрашивает про Гарин'харов. Как они живут, что чувствуют, как видят мир. А Ашар спрашивает про людей. Почему мы едим, почему спим, почему... любим.
  
  - Любим?
  
  - Он не понимает этого. - Её голос стал тише. - Концепцию любви. Привязанности. Того, что один человек может значить для другого больше, чем собственная жизнь.
  
  - И Юй ему объясняет?
  
  - Пытается.
  
  Си Ень закрыл глаза.
  
  - Я не знаю, радоваться этому или беспокоиться.
  
  - Можно и то, и другое.
  
  - Ты всегда так говоришь.
  
  - Потому что это всегда правда.
  
  Он притянул её ближе - молча, крепко. Она положила голову ему на грудь, слушая его сердце.
  
  - Мы справимся, - сказала она.
  
  - Откуда ты знаешь?
  
  - Не знаю. Просто верю.
  
  - Этого достаточно?
  
  - Для меня - да.
  
  Он поцеловал её в макушку.
  
  - Спи, жена моя.
  
  - Спи, муж мой.
  
  И они уснули - под звуки чужого разговора о вещах, которые древний огонь пытался понять.
  
  ***
  
  - Расскажи мне о боли, - попросил Ашар.
  
  Они сидели у догорающего костра - он и Цзин Юй. Лагерь спал. Только стражи пламени - невидимые, но присутствующие - охраняли периметр.
  
  - О боли? - Цзин Юй поднял бровь.
  
  - Да. - Ашар смотрел в огонь - на языки пламени, которые были его родственниками. - Это тело... оно болит иногда. Когда я двигаюсь неправильно. Когда ударяюсь обо что-то. Это неприятно.
  
  - Боль - это сигнал, - объяснил Цзин Юй. - Тело говорит тебе, что что-то не так. Что нужно остановиться, исправить, защитить себя.
  
  - Но зачем? - Ашар нахмурился. - Огонь не нуждается в таких сигналах. Огонь просто горит.
  
  - Люди - не огонь. Мы хрупкие. Нас легко сломать.
  
  - Да, я заметил. - В голосе Ашара не было жестокости - только констатация. - Вы такие... ломкие. Недолговечные. Как искры, которые гаснут через мгновение.
  
  - И всё же мы живём, - Цзин Юй улыбнулся. - Любим, творим, мечтаем. За своё короткое мгновение.
  
  - Это я и не понимаю. - Ашар повернулся к нему. - Зачем? Зачем привязываться к чему-то, если знаешь, что потеряешь? Зачем любить, если любовь причиняет боль?
  
  - А ты когда-нибудь любил?
  
  Долгая пауза.
  
  - Нет, - сказал Ашар наконец. - Мы не... мы не так устроены. Мы - огонь. Мы горим, сливаемся, разделяемся. Но не привязываемся.
  
  - Никогда?
  
  - Никогда. - Он помолчал. - Это кажется... одиноким. Теперь, когда я в этом теле. Когда чувствую то, что чувствуете вы.
  
  - Это и есть одиночество, - сказал Цзин Юй мягко. - То, от чего нас спасает любовь.
  
  Ашар смотрел на него - долго, неотрывно. Огонь в его глазах мерцал странно - почти печально.
  
  - Расскажи мне о своей любви, - попросил он. - Ты любишь кого-то?
  
  - Да.
  
  - Кого?
  
  - Их. - Цзин Юй кивнул в сторону палатки Си Еня и Мэйлин. - Обоих. По-разному, но одинаково сильно.
  
  - Они - пара. А ты...?
  
  - Я - их друг. Их брат. Их семья. - Он пожал плечами. - Не всякая любовь требует... физической близости.
  
  - Но ты хотел бы?
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Я хочу, чтобы они были счастливы. Это достаточно.
  
  Ашар молчал, переваривая услышанное.
  
  - Странно, - сказал он наконец. - Всё это очень странно. Но... красиво. По-своему.
  
  - Рад, что ты так думаешь.
  
  - Научи меня ещё, - попросил Ашар. - Про людей. Про то, как вы живёте.
  
  - Если хочешь.
  
  - Хочу. - Он улыбнулся - и эта улыбка была почти тёплой. - Я хочу понять вас. Прежде чем это тело рассыплется.
  
  Цзин Юй не ответил.
  
  Но в его серебряных глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие.
  
  ***
  
  На пятый день они увидели дым.
  
  Не свежий - старый, выдохшийся. Но всё ещё висящий над горизонтом серой пеленой. Запах гари долетал издалека - горький, тяжёлый.
  
  - Мы близко, - сказал Си Ень.
  
  Отряд замедлил ход. Разговоры стихли. Даже Ашар перестал улыбаться - его огненные глаза стали серьёзными, почти скорбными.
  
  - Я чувствую их, - сказал он тихо. - Моих братьев. Тех, кто был здесь.
  
  - Что ты чувствуешь? - спросил Цзин Юй.
  
  - Гнев. - Ашар закрыл глаза. - Боль. И... что-то ещё. Что-то тёмное.
  
  Они ехали дальше - молча, сосредоточенно.
  
  Деревня открылась перед ними внезапно - за поворотом дороги, за холмом, покрытым обугленной травой.
  
  Точнее - то, что осталось от деревни.
  
  Мэйлин услышала, как кто-то из молодых заклинателей сдавленно охнул.
  
  Дома - десятки домов - были сожжены дотла. Не просто сгорели - испепелены. Камни фундаментов оплавились, превратились в стекловидную массу. Металл - кованые ворота, инструменты, посуда - застыл причудливыми каплями.
  
  И тела.
  
  Их было много.
  
  Люди - мужчины, женщины, дети - лежали там, где их застала смерть. Обугленные, неузнаваемые. Скрюченные в последней агонии.
  
  Мэйлин почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Она видела смерть - много раз, как целительница. Но такое...
  
  - Боги, - прошептал кто-то.
  
  - Богов здесь не было, - голос Си Еня был ровным, но Мэйлин чувствовала через связь - его боль, его гнев, его ужас. - Только огонь.
  
  Он спешился.
  
  - Разбить лагерь за холмом, - приказал он. - Никто не входит в деревню без моего разрешения. Разведчики - ко мне.
  
  Из теней выскользнули фигуры - тёмные стражи, ждавшие их прибытия.
  
  - Глава, - один из них поклонился. - Мы обследовали территорию. Есть следы.
  
  - Какие?
  
  - Ритуальный круг. В центре деревни. И... кое-что ещё.
  
  Си Ень кивнул.
  
  - Показывай.
  
  Он пошёл вперёд - не оглядываясь. Мэйлин двинулась за ним. И Цзин Юй. И Ашар - молчаливый, сосредоточенный.
  
  Они шли через мёртвую деревню - мимо сгоревших домов, мимо тел, мимо всего того, что осталось от человеческих жизней.
  
  И с каждым шагом становилось яснее - это только начало.
  
  Худшее было впереди.
  
  Глава 81. Память огня
  
  Ритуальный круг находился в центре деревни.
  
  Точнее - в центре того, что раньше было деревенской площадью. Теперь это было выжженное пятно, окружённое оплавленными камнями.
  
  Круг был выложен из странного материала - чёрного, блестящего, похожего на обсидиан. Руны на нём светились тускло-багровым светом, хотя прошло уже несколько дней.
  
  - Это оно, - сказал Ашар тихо. - Здесь их убили.
  
  Си Ень опустился на колени у края круга. Провёл рукой над рунами - не касаясь, просто чувствуя.
  
  - Древняя работа, - сказал он. - Очень древняя. Эти символы... я видел их только в запретных текстах.
  
  - Можешь прочитать? - спросил Цзин Юй.
  
  - Частично. - Си Ень нахмурился. - Это призывающий круг. Он... притягивал Гарин'харов. Как ловушка.
  
  Ашар подошёл ближе. Его огненные глаза были прикованы к рунам.
  
  - Они звали нас, - прошептал он. - Звали голосом огня. Мои братья думали, что это зов источника. Они пришли... и не смогли уйти.
  
  - Семеро, - Си Ень кивнул. - Семеро молодых Гарин'харов. Пойманных и убитых.
  
  - Не просто убитых. - Голос Ашара стал жёстче. - Выпитых. Их сущность, их огонь - всё забрали. Использовали.
  
  Тишина.
  
  Вокруг них - мёртвая деревня. Обугленные тела. Запах гари и смерти.
  
  - Нам нужно увидеть, что произошло, - сказал Си Ень. - Точно. В деталях.
  
  - Как? - спросил Цзин Юй.
  
  - Память огня. - Си Ень посмотрел на Ашара. - Ты знаешь этот ритуал?
  
  - Знаю. - Ашар кивнул. - Но для него нужны двое. Человек и Гарин'хар.
  
  - Тогда приступим.
  
  Они сели друг напротив друга - в центре ритуального круга, на том самом месте, где погибли дети огня.
  
  Мэйлин стояла в стороне, сжимая руки. Через связь она чувствовала напряжение Си Еня - и что-то ещё. Страх. Не за себя - за то, что он мог увидеть.
  
  - Юй, - Си Ень обернулся к другу. - Ты не обязан смотреть.
  
  - Я должен.
  
  - Это будет... тяжело.
  
  - Я знаю.
  
  Цзин Юй подошёл к краю круга. Его серебряные глаза мерцали странным светом - он уже что-то чувствовал. Что-то видел.
  
  Си Ень и Ашар протянули друг другу руки. Их ладони соприкоснулись - человеческая кожа и огонь под тонкой оболочкой плоти.
  
  - Кор'аш гарин'эль, - начал Си Ень на древнем языке. - Память пламени, откройся нам...
  
  - Кор'аш гарин'эль, - повторил Ашар. - Покажи то, что было...
  
  Огонь вспыхнул.
  
  Не снаружи - внутри. Мэйлин увидела, как пространство вокруг них исказилось, как воздух задрожал, как тени на земле пришли в движение.
  
  И тогда - она увидела.
  
  Образы возникли из ниоткуда.
  
  Ночь. Та самая площадь - не сожжённая, живая. Дома вокруг, огни в окнах, голоса людей.
  
  И фигуры в чёрных плащах.
  
  Их было двенадцать. Они стояли вокруг круга, который уже был выложен на земле. Пели - низко, монотонно, на языке, которого Мэйлин не понимала.
  
  А в центре круга - существа из огня.
  
  Семеро. Молодые, маленькие - по меркам Гарин'харов. Дети. Они метались внутри невидимых стен, бились о барьер, кричали.
  
  Но выбраться не могли.
  
  - Нет... - прошептал Ашар.
  
  Образы продолжались. Ритуал достиг кульминации. Один из заклинателей - высокий, с седыми волосами - шагнул вперёд. В его руках - кинжал, покрытый рунами.
  
  И он начал...
  
  Мэйлин отвернулась. Но звуки - крики, мольбы, агонию - она слышала.
  
  Когда всё закончилось, заклинатели стояли над опустевшим кругом. В их руках - амулеты, пылающие украденным огнём.
  
  - Готово, - сказал седой. - Теперь мы непобедимы.
  
  - Но Гарин'хары придут мстить, - возразил кто-то.
  
  - Пусть приходят. - Седой усмехнулся. - Мы спрячемся. А они уничтожат тех, кто нам мешает. Глава Чёрной башни, эти жалкие деревни... все сгорят.
  
  - А потом?
  
  - А потом - мы возьмём власть. - Седой поднял амулет. - С такой силой - кто нас остановит?
  
  Образы погасли.
  
  Си Ень и Ашар разжали руки.
  
  Оба тяжело дышали. Оба были бледны - даже Ашар, чья кожа обычно светилась изнутри.
  
  - Я видел, - сказал Си Ень хрипло. - Я видел их лица. Я узнал...
  
  - Кого? - спросила Мэйлин.
  
  Он не успел ответить.
  
  Потому что Цзин Юй - который всё это время стоял у края круга, касаясь оплавленного камня - вдруг пошатнулся.
  
  - Юй! - Си Ень бросился к нему.
  
  Но не успел.
  
  Цзин Юй упал на колени. Его глаза - обычно спокойные, мудрые - были широко распахнуты. В них - ужас. Чистый, безграничный ужас.
  
  - Я вижу, - прошептал он. - Я вижу их всех...
  
  - Юй, отпусти! - Си Ень схватил его за плечи. - Отпусти камень!
  
  Но Цзин Юй не отпускал. Его пальцы впились в оплавленный обсидиан, побелев от напряжения.
  
  - Они кричали, - его голос срывался. - Они звали на помощь... дети, они были просто детьми... и никто не пришёл...
  
  - Юй!
  
  - А потом - деревня... люди выбегали из домов, и огонь настигал их... женщина с младенцем... она пыталась укрыть его собой, но огонь был везде... везде...
  
  Слёзы текли по его щекам - серебристые, светящиеся.
  
  - И боль... - он задыхался. - Столько боли... она не кончается... она никогда не кончается...
  
  Си Ень рванул его руку от камня - силой, жёстко. Цзин Юй обмяк в его объятиях, содрогаясь от рыданий.
  
  Ашар стоял в стороне и смотрел.
  
  В его огненных глазах - недоумение. Искреннее, полное.
  
  - Что с ним? - спросил он.
  
  Си Ень повернулся к нему.
  
  - Что?!
  
  - Я спрашиваю - что с ним происходит? - Ашар склонил голову. - Почему он плачет? Почему трясётся? Он же не был здесь, когда это случилось. Он не...
  
  - Заткнись! - Си Ень сорвался на крик. - Просто заткнись!
  
  Ашар отступил на шаг. В его глазах - непонимание. Он правда не понимал.
  
  - Я просто...
  
  - Ты - просто чудовище! - Си Ень прижимал к себе Цзин Юя, который всё ещё дрожал. - Ты не понимаешь, что такое боль! Что такое сострадание! Что такое...
  
  - Си Ень. - Голос Мэйлин был тихим, но твёрдым. - Хватит.
  
  Он замолчал. Посмотрел на неё - дикими, больными глазами.
  
  - Отнеси Юя в лагерь, - сказала она. - Я займусь им.
  
  - Но...
  
  - Сейчас.
  
  Он не стал спорить.
  
  Поднял Цзин Юя на руки - легко, как ребёнка - и понёс прочь от этого проклятого места.
  
  Мэйлин повернулась к остальным - к заклинателям, которые стояли вокруг, бледные и потрясённые.
  
  - Все в лагерь, - приказала она. - Немедленно.
  
  - Госпожа, расследование...
  
  - Толку от вас сейчас мало. - Её голос был жёстким. - Идите. Отдыхайте. Приходите в себя. Мы продолжим завтра.
  
  Они ушли - молча, быстро. Никто не спорил с женой главы.
  
  Мэйлин бросила последний взгляд на ритуальный круг - на место, где умерли дети огня и дети людей.
  
  И тоже ушла.
  
  ***
  
  Лагерь был тихим.
  
  Заклинатели сидели у костров, но не разговаривали. Каждый переваривал увиденное. Каждый пытался понять - как такое могло случиться. Как их собратья по источнику могли сделать такое.
  
  Цзин Юй лежал в палатке. Мэйлин напоила его успокаивающим зельем, и теперь он спал - беспокойно, вздрагивая, но всё же спал.
  
  Си Ень сидел рядом с ним, держа за руку.
  
  А Ашар - Ашар бродил по лагерю с потерянным видом.
  
  Он не понимал.
  
  Это было написано на его лице - недоумение, растерянность. Он видел, как люди вокруг страдают, но не мог постичь почему. Для него это было как смотреть на незнакомый язык - знаки есть, но смысла нет.
  
  Наконец он остановился у палатки Цзин Юя.
  
  Постоял. Помялся.
  
  И вошёл.
  
  Си Ень поднял голову. В его глазах - усталость и гнев.
  
  - Чего тебе?
  
  Ашар не ответил. Он смотрел на Цзин Юя - на его бледное лицо, на дорожки высохших слёз на щеках, на руку, которую Си Ень всё ещё сжимал.
  
  - Ты можешь мне объяснить? - спросил он тихо. - Что он чувствует?
  
  Си Ень открыл рот - явно чтобы снова накричать - но Цзин Юй шевельнулся.
  
  - Не сердись, - сказал он слабо, не открывая глаз. - Он же действительно не понимает.
  
  - Юй...
  
  - Правда не понимает. - Цзин Юй открыл глаза - красные, воспалённые, но спокойные. - Он - огонь. Огонь не знает, что такое сострадание.
  
  Си Ень замолчал.
  
  Ашар подошёл ближе - осторожно, как к раненому зверю.
  
  - Я хочу понять, - сказал он. - Я... я не знаю почему, но хочу. То, что ты чувствуешь - это важно. Я это вижу.
  
  Цзин Юй смотрел на него долго.
  
  - Дай мне руку, - сказал он наконец.
  
  - Что?
  
  - Руку. Дай. Я попробую тебе объяснить.
  
  Ашар помедлил. Посмотрел на Си Еня - тот не возражал, только смотрел тяжёлым взглядом.
  
  Потом сел рядом с Цзин Юем. Протянул руку.
  
  Цзин Юй взял её - обеими ладонями. Закрыл глаза.
  
  - Не сопротивляйся, - сказал он тихо. - Просто... чувствуй.
  
  Мэйлин наблюдала от входа в палатку. Она видела, как серебряный свет потёк от Цзин Юя к Ашару - тонкий, едва заметный. Как соединились их руки, их сознания.
  
  Как Цзин Юй делился тем, что видел. Что чувствовал.
  
  Ашар сидел неподвижно.
  
  Сначала - ничего. Его лицо было спокойным, отстранённым.
  
  Потом - дрогнуло что-то. В уголках глаз. В линии губ.
  
  Потом - он вздрогнул. Всем телом.
  
  А потом - из его глаз полились слёзы.
  
  Не человеческие слёзы - огненные. Они испарялись, едва коснувшись щёк, оставляя светящиеся дорожки.
  
  - Больно, - прошептал Ашар. - Это... больно.
  
  Его голос был другим. Не игривым, не любопытным - сломленным.
  
  - Они кричали, - продолжал он. - Мои братья... они кричали, и никто не пришёл...
  
  Цзин Юй не отпускал его руку.
  
  - И люди тоже кричали, - Ашар всхлипнул. - Те, которых мы сожгли... они не были виноваты... они просто жили здесь... и мы их убили...
  
  Слёзы текли - всё сильнее, всё горячее.
  
  - Как? - он посмотрел на Цзин Юя. - Как вы, люди, с этим справляетесь? С такой болью? Она же... она же невыносима...
  
  Цзин Юй не ответил.
  
  Вместо этого он сел и обнял Ашара.
  
  Просто обнял - молча, крепко. Как обнимают друга. Как обнимают брата.
  
  - Вот так, - сказал он тихо. - Мы справляемся вот так.
  
  Ашар замер - на мгновение.
  
  А потом - обнял его в ответ.
  
  И они сидели так - огонь и лунный свет, древнее существо и смертный человек - держась друг за друга посреди смерти и горя.
  
  Си Ень смотрел на них.
  
  Его лицо было непроницаемым. Но Мэйлин чувствовала через связь - что-то менялось в нём. Что-то... смягчалось.
  
  - А теперь, - сказал он наконец, и его голос был почти мягким, - прекращаем рыдать и думаем о наших дальнейших действиях.
  
  Цзин Юй поднял голову. Слабо улыбнулся.
  
  - Да, глава.
  
  Ашар вытер глаза - неловко, по-детски.
  
  - Да, глава, - повторил он.
  
  И в его голосе - впервые за всё время - не было иронии.
  
  Только искренность.
  
  Глава 82. Вещий сон
  
  Утро принесло ясность.
  
  Си Ень сидел у походного стола, разложив перед собой отчёты разведчиков. Карты, схемы, донесения - всё, что удалось собрать за ночь.
  
  Ашар стоял у входа в палатку. Его глаза - всё ещё влажные после вчерашнего - были серьёзными.
  
  - Глава, - сказал он тихо. - Тебе не обязательно встречаться с Хранителем Искры лично.
  
  Си Ень поднял голову.
  
  - Что?
  
  - Я связан с ним. - Ашар коснулся своей груди. - Здесь. Всегда. Я могу сообщить ему всё, что мы узнаем. Передать отчёт, показать доказательства.
  
  - Почему ты не сказал раньше?
  
  - Ты не спрашивал. - Тень улыбки мелькнула на его губах. - И потом... я думал, что это очевидно. Мы - огонь. Мы связаны.
  
  Си Ень откинулся на спинку походного кресла.
  
  - Это... облегчает дело.
  
  - Немного. - Ашар кивнул. - Тебе не придётся снова входить в Кольцо Пламени. Твоя жена будет рада.
  
  - Не называй её "твоя жена". У неё есть имя.
  
  - Мэйлин. - Ашар попробовал слово на вкус. - Красивое имя. Что оно означает?
  
  - "Красивый нефрит". - Си Ень вздохнул. - И хватит болтать. У нас есть работа.
  
  Он разложил на столе карту - ту, на которой были отмечены все сожжённые деревни.
  
  - Смотри, - сказал он. - Все нападения Гарин'харов - здесь, здесь и здесь. Но жертвоприношения...
  
  - Были где-то ещё, - закончил Ашар. - Да. Я чувствую это. Место, где убили моих братьев - оно не здесь.
  
  - Тогда где?
  
  - Не знаю. - Ашар нахмурился. - Но я могу попытаться найти.
  
  - Как?
  
  - Пепел. - Его глаза вспыхнули. - Тот, что остаётся после ритуала. Он... притягивает нас. Как запах крови притягивает хищника.
  
  Си Ень посмотрел на него долгим взглядом.
  
  - Тогда иди, - сказал он. - Разведай. Но будь осторожен.
  
  - Я - огонь, - Ашар улыбнулся. - Осторожность - не моя сильная сторона.
  
  И исчез - просто растворился в воздухе, оставив после себя только запах дыма.
  
  ***
  
  Цзин Юй лежал в своей палатке и смотрел в потолок.
  
  Он чувствовал себя... странно. Не плохо - просто пустым. Как сосуд, из которого вылили всё содержимое.
  
  Вчерашние видения всё ещё стояли перед глазами. Крики, боль, ужас - чужие, но ставшие его собственными.
  
  Полог палатки откинулся. Вошла Мэйлин - с подносом, на котором дымилась чашка чая и лежала миска каши.
  
  - Завтрак, - объявила она.
  
  - Спасибо. - Цзин Юй попытался сесть. - Я уже в порядке, можешь не...
  
  - Лежи.
  
  - Что?
  
  - Лежи, - повторила она твёрдо. - Ты сегодня просто отдыхаешь. Желательно - лёжа.
  
  - Мэйлин, со мной всё в порядке...
  
  - Ты себя в зеркало видел? - Она скрестила руки на груди. - Печальное привидение. Бледный, с кругами под глазами, руки дрожат.
  
  - Я боевой заклинатель, - Цзин Юй нахмурился. - Как я могу сейчас сидеть здесь взаперти? Там расследование, там...
  
  - Там справятся без тебя.
  
  - Но...
  
  - Скажи, что тебе нужно - я тебе всё принесу. - Она поставила поднос рядом с ним. - Но из этой палатки ты сегодня не выходишь.
  
  Цзин Юй посмотрел на неё - долго, оценивающе.
  
  - Это уже какой-то домашний арест, - сказал он.
  
  - Называй как хочешь.
  
  - У тебя совсем испортился характер. - Он вздохнул. - Ты стала похожа на Си Еня.
  
  Мэйлин прищурилась.
  
  - Только попробуй ему пожаловаться.
  
  - Ладно, ладно. - Цзин Юй поднял руки в примирительном жесте. - Если принесёшь мне отчёты и книги по древним сектам - я, так и быть, посижу здесь.
  
  - Я сказала - отдыхать!
  
  - Чтение - это отдых.
  
  - Юй...
  
  - Мэйлин, - его голос стал серьёзным. - Я не могу просто лежать и ничего не делать. Не сейчас. Не когда там, снаружи, происходит что-то страшное.
  
  Она смотрела на него - и что-то в её взгляде смягчилось.
  
  - Хорошо, - сказала она наконец. - Принесу тебе отчёты. Но если увижу, что тебе стало хуже...
  
  - Не станет.
  
  - У меня ещё много дел. - Она направилась к выходу. - Но я позже приду, проверю, чем ты тут занимаешься.
  
  Её голос звучал грозно. Цзин Юй улыбнулся.
  
  - Да, госпожа целительница.
  
  - Не паясничай.
  
  И она ушла - оставив его одного с чаем и кашей и странным ощущением, что его действительно любят.
  
  Может, слишком сильно.
  
  ***
  
  Прошло несколько часов.
  
  Цзин Юй успел прочитать три отчёта, выпить два чайника чая и задремать - против воли, но тело взяло своё.
  
  Проснулся он от шороха.
  
  Кто-то проскользнул в палатку - бесшумно, как тень. Цзин Юй открыл глаза - и увидел Ашара.
  
  С огромным мешком в руках.
  
  - Привет, - сказал Ашар негромко. - Как у тебя дела?
  
  - Лучше. - Цзин Юй сел. - Ты был в разведке?
  
  - Да. - Ашар опустил мешок на пол. - Нашёл кое-что интересное.
  
  - Следы секты?
  
  - Нет. - Ашар замялся. - Другое.
  
  Цзин Юй посмотрел на мешок - большой, туго набитый, подозрительно шевелящийся.
  
  - А в мешке у тебя что? - спросил он осторожно. - Страшные артефакты секты?
  
  - Нет. - Ашар просиял. - Я собирал всякое по дороге. Смотри!
  
  Он развязал мешок.
  
  И Цзин Юй увидел... хаос.
  
  Ягоды - красные, синие, чёрные, россыпью на дне. Травы - пучками, перевязанные стеблями. Грибы - разноцветные, причудливой формы. Цветы - яркие, пахучие, некоторые ещё с каплями росы.
  
  - Смотри, какие красивые ягоды, - Ашар выудил горсть ярко-красных плодов. - Наверное, очень вкусные.
  
  Цзин Юй побледнел.
  
  - Надеюсь, ты их не ел.
  
  - Нет ещё. А что?
  
  - Они очень ядовитые.
  
  - О. - Ашар посмотрел на ягоды с новым интересом. - Правда?
  
  - Правда. Эти красные - волчье лыко. Десяти ягод достаточно, чтобы убить взрослого человека.
  
  - А вот эти? - Ашар достал горсть чёрных.
  
  - Эти ещё хуже. Белладонна. Даже прикосновение к соку опасно.
  
  - Хм. - Ашар не выглядел расстроенным. - А смотри, какой красивый гриб!
  
  Он вытащил из мешка нечто - багрово-красное, с белыми пятнами, похожее на маленький зонтик.
  
  - Мухомор, - сказал Цзин Юй устало. - Тоже несъедобный.
  
  - А вот эти грибы?
  
  - Бледная поганка. Смертельно ядовита.
  
  - А эти?
  
  - Цзин Юй даже не стал отвечать - просто покачал головой.
  
  - А смотри, какие красивые цветы! - Ашар протянул ему букет - пышный, яркий, с крупными жёлтыми соцветиями.
  
  Цзин Юй отшатнулся.
  
  - Эти цветы вообще руками не трогай!
  
  - Почему?
  
  - Это борщевик. Его сок вызывает страшные ожоги. Покажи руки.
  
  Ашар послушно протянул ладони.
  
  Цзин Юй охнул.
  
  На коже - волдыри. Красные, вздувшиеся, уже начавшие мокнуть. По всей поверхности ладоней, между пальцами, на запястьях.
  
  - Знаешь что, - сказал он медленно, - давай лучше позовём Мэйлин. Пусть она с твоим мешком разбирается. Она лучше меня в этом понимает.
  
  - Хорошо.
  
  - Позовёшь её? - Цзин Юй вздохнул. - А то она мне выходить запретила.
  
  Ашар кивнул и выскользнул из палатки.
  
  Цзин Юй остался один - с мешком, полным самых смертоносных растений, которые только можно найти в здешних лесах.
  
  И с неожиданным желанием рассмеялся.
  
  Мэйлин пришла через несколько минут - встревоженная, с сумкой целительницы наготове.
  
  - Ашар сказал, вам нужна помощь. Что случилось?
  
  Цзин Юй молча указал на мешок.
  
  Мэйлин заглянула внутрь. Замерла.
  
  - Это что за набор отравителя? - спросила она.
  
  - Это Ашар сходил в разведку и насобирал, - с невинным видом ответил Цзин Юй.
  
  Мэйлин посмотрела на Ашара.
  
  - Это что, наш новый план сражения?
  
  - Нет! - Ашар обиженно надулся. - Я собрал всё, что было красивое. И имело интересную энергию. Люди же так делают?
  
  - Это смотря для каких целей... - Мэйлин задумчиво перебирала содержимое мешка. - Впрочем, здесь много полезных и редких трав. А вот про эту я только слышала, как интересно...
  
  - Посмотри на его руки, - сказал Цзин Юй.
  
  Мэйлин взяла руки Ашара. Увидела волдыри. Её лицо вытянулось.
  
  - Кошмар.
  
  Она достала из сумки мазь - тёмную, с резким запахом. Начала осторожно наносить на поражённую кожу.
  
  - Больно? - спросила она.
  
  - Немного, - признался Ашар. - Щиплет.
  
  - Ещё бы. - Она влила в руки золотой свет - мягкий, исцеляющий. - Больше так не делай. Не обязательно хватать всё красивое, особенно если ты с ним не знаком.
  
  - Но оно было такое яркое...
  
  - Яркое часто означает "опасное". - Мэйлин закончила обработку и выпрямилась. - В следующий раз - спрашивай, прежде чем трогать.
  
  - Хорошо.
  
  - Вы чем здесь занимаетесь?
  
  Голос от входа. Си Ень - с нахмуренными бровями, с подозрением в глазах.
  
  - Травы разбираем, - невозмутимо ответила Мэйлин.
  
  - Какие травы?
  
  - Разные. - Она указала на мешок. - Будем яды готовить.
  
  - Яды? Зачем?
  
  - Ну не пропадать же добру. - Она начала сортировать содержимое мешка. - Здесь аконит, белладонна, волчье лыко... при правильной обработке - отличное оружие.
  
  Си Ень посмотрел на Ашара. На его забинтованные руки. На мешок.
  
  - Я не хочу знать, - сказал он.
  
  - Разумное решение, - согласился Цзин Юй.
  
  ***
  
  Ночь была душной.
  
  Цзин Юй ворочался на своей постели, пытаясь уснуть. Тело устало, но разум не желал успокаиваться. Мысли кружились - об отчётах, о сектах, о том, что он видел в деревне.
  
  Наконец сон пришёл.
  
  И вместе с ним - видение.
  
  Он стоял в пещере.
  
  Огромной, тёмной, уходящей в бесконечность. Стены блестели влагой, пол был покрыт чёрной пылью. Пахло гарью и кровью.
  
  В центре пещеры - алтарь.
  
  Каменный, древний, покрытый рунами. Не магическими - другими. Искажёнными, неправильными. Рунами, которые не черпали силу из источников, а отнимали её.
  
  Вокруг алтаря - фигуры в чёрных балахонах.
  
  Двенадцать человек. Их лица скрыты капюшонами, их голоса сливаются в монотонное пение. Слова - на языке, которого Цзин Юй не знал, но понимал.
  
  "Огонь не источник. Огонь - пища. Поглоти его, стань сильнее, чем сами дети пламени".
  
  А на алтаре - двое.
  
  Человек - молодой мужчина, связанный, с заткнутым ртом. Его глаза - широко раскрытые от ужаса - метались от фигуры к фигуре.
  
  И Гарин'хар.
  
  Маленький, молодой. Скованный цепями из чёрного металла, которые впивались в его огненную плоть. Он бился, кричал, пытался вырваться - но цепи держали крепко.
  
  Человек во главе ритуала шагнул вперёд.
  
  Он был стар - очень стар. Седые волосы, сморщенная кожа, сгорбленная спина. Но его голос - его голос был молодым. Звонким. Чистым.
  
  И его глаза - его глаза были пусты. Две чёрные впадины, закрытые повязкой из чёрного шёлка.
  
  Слепой пророк.
  
  - Братья и сёстры, - сказал он, и его голос разнёсся по пещере. - Сегодня мы совершим таинство. Соединим огонь и плоть. Создадим сосуд для силы.
  
  Он поднял кинжал - чёрный, как ночь, с рунами на лезвии.
  
  - Огонь должен быть связан с человеком, - продолжал он. - Только так мы можем его поглотить. Только так - сделать своим.
  
  Цзин Юй хотел закричать. Хотел броситься вперёд, остановить, спасти.
  
  Но он был лишь зрителем. Тенью во сне.
  
  Пророк начал ритуал.
  
  Кинжал вонзился в человека на алтаре - точно в сердце. Кровь хлынула - тёмная, густая. Но человек не умер. Его тело дёрнулось, выгнулось дугой, рот раскрылся в беззвучном крике.
  
  А потом - пророк повернулся к Гарин'хару.
  
  И начал читать заклинание.
  
  Цзин Юй видел - как огненная сущность существа начала таять. Как она вытекала из него - золотой, ослепительной струёй - и втекала в раненого человека. Как два существа - огонь и плоть - сливались воедино.
  
  Гарин'хар кричал. Человек кричал. Их голоса сплетались в один - страшный, нечеловеческий вой.
  
  А потом - тишина.
  
  На алтаре лежало существо. Не человек. Не Гарин'хар. Что-то среднее. Что-то неправильное.
  
  Оно открыло глаза - один человеческий, карий. Другой - из чистого огня.
  
  - Прекрасно, - прошептал пророк. - Ещё один сосуд готов.
  
  Он повернулся - и словно почувствовал присутствие Цзин Юя. Его слепые глаза уставились прямо на него.
  
  - Я вижу тебя, серебряный мальчик, - сказал он голосом ребёнка. - Вижу твой свет. Ты тоже будешь нашим. Скоро.
  
  И он засмеялся.
  
  Цзин Юй проснулся с криком.
  
  Или попытался проснуться - но тело не слушалось. Он метался в постели, покрытый холодным потом, но не мог открыть глаза. Не мог вырваться из видения.
  
  Пророк всё ещё смеялся. Его голос - голос юноши в теле старика - звенел в ушах Цзин Юя, как колокол.
  
  "Скоро. Скоро. Скоро".
  
  Ашар почувствовал неладное.
  
  Он не спал - Гарин'харам не нужен сон - и бродил по лагерю, наслаждаясь ночной прохладой. Но что-то... что-то тянуло его к палатке Цзин Юя.
  
  Он заглянул внутрь.
  
  И увидел.
  
  Цзин Юй метался на постели. Его серебряные волосы прилипли к мокрому лбу. Его руки сжимали простыню так, что побелели костяшки. Его губы шевелились - беззвучно, лихорадочно.
  
  - Юй? - Ашар подошёл ближе. - Юй, проснись.
  
  Никакой реакции.
  
  Он тронул его за плечо - осторожно, как учила Мэйлин.
  
  - Юй, проснись. Это сон. Просто сон.
  
  Цзин Юй застонал. Его тело выгнулось, как от боли.
  
  Ашар растерялся.
  
  Как люди это делают? Как они будят друг друга от страшных снов?
  
  Он попытался вспомнить - всё, что видел, всё, чему научился за эти дни. И сделал единственное, что пришло в голову.
  
  Он поднял Цзин Юя - осторожно, бережно - и крепко обнял.
  
  - Юй, - шептал он ему на ухо. - Хватит смотреть страшные сны. Возвращайся. Слышишь меня? Юй...
  
  Он положил руку ему на лоб - тёплую, почти горячую - пытаясь передать своё присутствие. Свой огонь. Свой свет.
  
  - Вернись, - шептал он. - Пожалуйста. Вернись.
  
  Цзин Юй вздрогнул.
  
  И открыл глаза.
  
  Серебряные, яркие, почти светящиеся в темноте. Его трясло, но взгляд был абсолютно ясным.
  
  - Ашар?
  
  - Я здесь. - Ашар не отпускал его. - Ты кричал. Метался. Я не мог тебя разбудить.
  
  - Это был... сон.
  
  - Знаю.
  
  - Нет. - Цзин Юй покачал головой. - Не просто сон. Видение. Я видел их. Секту. Их пророка. Их ритуал.
  
  - Дать тебе воды?
  
  - Нет. - Цзин Юй попытался сесть. - Дай мне бумагу. И чем писать.
  
  Ашар осторожно отпустил его. Посмотрел в глаза - долго, внимательно.
  
  - Уверен, что справишься?
  
  - Да. - Цзин Юй кивнул. - Мне нужно записать. Пока не забыл.
  
  Ашар бесприкословно пошёл исполнять просьбу. Нашёл бумагу, кисть, чернила. Принёс - молча, быстро.
  
  Цзин Юй зажёг лунный шар - маленький, неяркий, едва освещающий палатку. И начал писать.
  
  Местоположение - насколько смог разглядеть. Пещера, глубоко под землёй. Каменные стены, чёрная пыль на полу.
  
  Подробности ритуала - двойная жертва, человек и Гарин'хар, слияние огня и плоти. Цепи из чёрного металла. Руны на алтаре.
  
  Лица людей - те, что успел рассмотреть под капюшонами. Двенадцать фигур, двенадцать служителей.
  
  И пророк - слепой старец с голосом юноши. С пустыми глазами, которые видели больше, чем зрячие.
  
  Он писал и рисовал - быстро, лихорадочно. Боясь упустить хоть одну деталь.
  
  - Плохо, - сказал он наконец, откладывая кисть. - Я только начал осваивать эту часть дара. У меня совсем не получается контролировать эти сны, чтобы узнать больше.
  
  - Ты узнал достаточно.
  
  - Недостаточно. - Цзин Юй покачал головой. - Нужно сопоставить это с отчётами разведчиков. Найти место, которое я видел.
  
  Он посмотрел на Ашара.
  
  - Ты можешь их принести? Отчёты?
  
  Ашар вытаращил глаза.
  
  - Ты издеваешься?
  
  - Что?
  
  - Хочешь, чтобы я проник в палатку главы и добыл отчёты? - Он покачал головой. - Он же меня за такое развоплотит.
  
  - Он спит.
  
  - Я в этом сомневаюсь. - Ашар фыркнул. - И даже если спит - его жена точно не спит. А она страшнее.
  
  Цзин Юй не смог сдержать улыбки.
  
  - Ладно. Сверю всё завтра. - Он откинулся на подушку. - А пока... пока просто посижу.
  
  - Ты должен отдыхать.
  
  - Я всё равно больше не усну. - Цзин Юй посмотрел на него. - А ты? Собираешься спать?
  
  - Я не сплю, - ответил Ашар. - Никогда.
  
  - Тогда давай разрабатывать план.
  
  Он сел, скрестив ноги. Достал свои записи.
  
  - Садись, - сказал он Ашару. - Я заварю чай.
  
  И они сели - бок о бок, при свете лунного шара. Два существа из разных миров, объединённых одной целью.
  
  Обсуждать план.
  
  Искать ответы.
  
  Вместе.
  
  Глава 83. Поглощающий свет
  
  Утром Цзин Юй представил свои находки совету.
  
  Они собрались в палатке Си Еня - он сам, Мэйлин, Ашар и старшие заклинатели. Цзин Юй разложил на столе свои записи и зарисовки.
  
  - Это не просто заклинатели, - начал он. - Это секта. Древняя, тайная. Они называют себя "Сыны Поглощающего Света".
  
  - Никогда не слышал, - нахмурился Си Ень.
  
  - И не должен был. - Цзин Юй указал на свои записи. - Они действовали в тени столетиями. Но сейчас... сейчас они активизировались.
  
  - Почему?
  
  Цзин Юй помедлил.
  
  - Много веков назад, - начал он, - когда мир ещё не был разделён на башни и стихии, существовал человек. Он не обладал собственным источником, но завидовал заклинателям. Их силе, их власти, их связи со стихиями.
  
  - И что он сделал?
  
  - Он попытался выкрасть силу у самого огня. - Голос Цзин Юя стал тише. - И почти добился успеха. Но его тело не выдержало. Оно было разорвано, а душа - заточена в камне.
  
  - Заточена в камне? - переспросил Ашар. - Это возможно?
  
  - Очевидно, да. - Цзин Юй кивнул. - С тех пор появилась ересь. Люди, которые верят, что сила не принадлежит тем, кто ею рождается. Она принадлежит тем, кто осмеливается её забрать.
  
  - Безумие, - сказал Си Ень.
  
  - Да. Но опасное безумие. - Цзин Юй указал на зарисовку алтаря. - Они разработали ритуал. Способ поглощать силу Гарин'харов.
  
  - Как это работает?
  
  - Им нужна двойная жертва. - Цзин Юй поморщился. - Человек и Гарин'хар. Они связывают их на алтаре и... сливают воедино. Огонь Гарин'хара переходит в человеческое тело.
  
  - Но человек погибает? - спросила Мэйлин.
  
  - Не сразу. - Цзин Юй покачал головой. - Он становится... сосудом. Чем-то вроде полуодержимого. Но не от духа - от украденной силы. Его можно направлять, использовать. Как оружие.
  
  - Те вспышки, - медленно сказал Ашар. - Которые мы чувствовали. Это были они? Эти... сосуды?
  
  - Скорее всего.
  
  Тишина.
  
  - Кто ими руководит? - спросил Си Ень.
  
  - Слепой пророк. - Цзин Юй показал зарисовку - старик с повязкой на глазах. - Он стар, но его голос молод. Говорят, он получил "озарение", когда впервые вдохнул пепел существа, сгоревшего в ритуале.
  
  - Что за озарение?
  
  - Он верит, что скоро наступит "Второе Горение". - Цзин Юй посмотрел на Си Еня. - Время, когда победят не заклинатели, а те, кто научился питаться силой, а не ею владеть.
  
  - И что их активизировало сейчас?
  
  - Вы. - Цзин Юй перевёл взгляд на Мэйлин. - Ваша связь. Слияние душ. Пророк увидел это сияние и понял - время пришло.
  
  Мэйлин побледнела.
  
  - Мы?
  
  - Ваша связь - знак. - Цзин Юй вздохнул. - Для них - знак того, что мир меняется. Что границы между стихиями и людьми размываются.
  
  - И что они планируют? - спросил Си Ень.
  
  Долгая пауза.
  
  - Они хотят поглотить Хранителя Искры, - сказал Цзин Юй тихо. - Они верят, что если им это удастся - они станут богами пламени.
  
  Ашар вскочил.
  
  - Что?!
  
  - Они уже нашли способ, - продолжал Цзин Юй. - Через цепочку убийств и ритуалов. Каждый Гарин'хар, которого они поглощают, даёт им больше силы. Больше знаний. Больше связи с огненным источником.
  
  - Это невозможно, - Ашар покачал головой. - Хранитель - древнее существо. Его нельзя просто... поглотить.
  
  - Они так не думают.
  
  Тишина - тяжёлая, густая.
  
  - Где они? - спросил Си Ень наконец. - Где их логово?
  
  - Я видел пещеры, - ответил Цзин Юй. - Глубоко под землёй. Но точное место... - он покачал головой. - Мне не удалось определить.
  
  - Разведчики, - Си Ень повернулся к командиру. - Искать всё. Пещеры, подземелья, заброшенные храмы. Любое место, где могла бы прятаться секта.
  
  - Да, глава.
  
  - И ещё, - добавил Цзин Юй. - Они не заклинатели. Они не излучают магии, не связаны с источниками. Поэтому вы их не чувствуете.
  
  - Пустые, - пробормотал Ашар. - Они пустые внутри.
  
  - Именно. - Цзин Юй кивнул. - Это делает их... незаметными. Для тех, кто привык полагаться на магическое чутьё.
  
  Си Ень сжал кулаки.
  
  - Найдите их, - сказал он. - Любой ценой.
  
  ***
  
  Они нашли след на третий день.
  
  Разведчик прискакал в лагерь - загнанный, пыльный, с безумными глазами.
  
  - Глава! - крикнул он, едва спешившись. - Мы нашли!
  
  Си Ень встретил его у палатки.
  
  - Что нашли?
  
  - Место ритуала. - Разведчик тяжело дышал. - Горы, в двух днях пути на север. Там пещеры. И следы... - он сглотнул. - Много следов.
  
  - Показывай.
  
  Они склонились над картой. Разведчик указал место - горный массив, изрезанный ущельями и пещерами. Древнее место, заброшенное уже много веков.
  
  - Там есть руины, - продолжал разведчик. - Старый храм. Мы не рискнули подходить близко, но видели... движение. Людей в чёрных плащах.
  
  - Сколько?
  
  - Много. Может, сотня. Может, больше.
  
  Си Ень выпрямился.
  
  - Готовьте отряд, - приказал он. - Выступаем на рассвете.
  
  Они выехали на заре.
  
  Отряд был небольшим - двадцать заклинателей, Си Ень, Цзин Юй, Ашар. И Мэйлин - несмотря на протесты Си Еня.
  
  - Там будут раненые, - сказала она твёрдо. - Тебе понадобится целитель.
  
  - Но...
  
  - Не спорь со мной, муж мой.
  
  Он не стал спорить.
  
  Два дня они ехали на север - через леса, через холмы, через заброшенные деревни. Чем ближе к горам, тем тяжелее становился воздух. Тем страннее - ощущения.
  
  - Я чувствую их, - сказал Ашар на второй день. - Моих братьев. Тех, кого убили.
  
  - Где?
  
  - Впереди. - Он указал на горы. - Там.
  
  Они добрались до пещер к вечеру.
  
  Вход был замаскирован - камни, кусты, обвалившаяся скала. Но разведчики нашли путь - узкую тропу, петляющую между валунами.
  
  - Здесь, - сказал старший разведчик. - Вход в пещеры. Мы не спускались, но...
  
  - Но что?
  
  - Там кто-то есть. - Он сглотнул. - Мы слышали голоса. Пение.
  
  Си Ень посмотрел на Цзин Юя.
  
  - Узнаёшь?
  
  - Да. - Цзин Юй кивнул. - Это то место. Из моего видения.
  
  - Тогда мы спускаемся.
  
  - Нас ждут ловушки, - предупредил Цзин Юй. - Они знают, что мы придём. Пророк видел меня во сне. Он готовится.
  
  - Мне плевать. - Глаза Си Еня вспыхнули огнём. - Мы спускаемся. Сейчас.
  
  Ашар шагнул вперёд.
  
  - Может, просто взорвать всё и сжечь? - предложил он.
  
  - Нет. - Си Ень покачал головой. - Там могут быть приготовленные жертвы для ритуала. Люди, которых ещё можно спасти.
  
  - Тогда... - Ашар вздохнул. - Тогда придётся делать по-вашему.
  
  - Именно.
  
  Си Ень повернулся к отряду.
  
  - Слушайте внимательно, - сказал он. - Мы спускаемся вниз. Держимся вместе. Никто не отходит от группы. Если увидите сектантов - не недооценивайте их. Они не заклинатели, но они опасны.
  
  - Да, глава.
  
  - Мэйлин, - он посмотрел на жену. - Ты остаёшься у входа. С охраной.
  
  - Нет.
  
  - Мэйлин...
  
  - Я иду с вами. - Её голос был твёрдым. - Если там раненые - им понадобится помощь сразу. Не через час, не через два. Сразу.
  
  Си Ень хотел возразить. Но увидел её глаза - и промолчал.
  
  - Хорошо, - сказал он наконец. - Но держись рядом со мной.
  
  - Всегда, муж мой.
  
  И они начали спуск.
  
  ***
  
  Пещеры встретили их тьмой.
  
  Не просто темнотой - тьмой. Густой, осязаемой, давящей. Даже огонь Си Еня, вспыхнувший в его ладони, едва освещал несколько шагов вперёд.
  
  - Здесь что-то не так, - прошептала Мэйлин.
  
  - Они наложили чары, - Цзин Юй нахмурился. - Не магические - другие. Чары тьмы и страха.
  
  - Можешь снять?
  
  - Попробую.
  
  Он поднял руку. Серебряный свет потёк от его ладони - мягкий, лунный. Тьма отступила - неохотно, как живое существо.
  
  - Так лучше, - сказал Си Ень.
  
  Они двинулись вперёд.
  
  Коридор был узким - двое могли идти рядом, но не больше. Стены - влажные, покрытые странным чёрным налётом. Пол - усыпанный пылью, в которой отпечатывались их следы.
  
  - Тихо, - прошептал Ашар. - Слишком тихо.
  
  Он был прав.
  
  Ни звука. Ни движения. Только их дыхание и шорох шагов.
  
  - Ловушка, - сказал Цзин Юй. - Впереди.
  
  - Какая?
  
  - Не знаю. Но я чувствую... - он не договорил.
  
  Пол под ногами первого заклинателя провалился.
  
  Он закричал - коротко, страшно. И исчез - в темноте, в бездне, которая открылась под его ногами.
  
  - Назад! - крикнул Си Ень.
  
  Но было поздно.
  
  Стены ожили. Из них полезли фигуры - чёрные, безликие. Не люди - те самые сосуды, о которых говорил Цзин Юй. Существа, созданные из украденного огня.
  
  И началась битва.
  
  Си Ень швырнул огненный шар - первый из многих.
  
  Сосуд вспыхнул, но не упал. Он шёл вперёд - горящий, воющий - пока не рассыпался пеплом у самых ног Си Еня.
  
  - Они не чувствуют боли! - крикнул кто-то.
  
  - Они уже мертвы! - ответил другой.
  
  Ашар действовал - быстро, яростно. Его руки превратились в огненные клинки, прорезающие сосуды как бумагу. Но их было много. Слишком много.
  
  - Юй! - Си Ень обернулся.
  
  Но Цзин Юй не нуждался в помощи.
  
  Он стоял в центре коридора - спокойный, сосредоточенный. Вокруг него - серебряный щит, отражающий атаки сосудов. А в его руках - меч из лунного света.
  
  Он двигался - плавно, смертоносно. Каждый удар - точный, выверенный. Каждый шаг - расчётливый.
  
  Сосуды падали один за другим.
  
  - Юй... - прошептал Ашар, замерев на мгновение.
  
  Он никогда не видел Цзин Юя в бою. Не видел, на что способен этот тихий, мягкий человек с серебряными глазами.
  
  Теперь - видел.
  
  И это было... прекрасно. Страшно и прекрасно одновременно.
  
  - Не стой! - крикнул Си Ень. - Двигайся!
  
  Ашар очнулся. Бросился обратно в бой.
  
  Они сражались - втроём, плечом к плечу. Огонь, лунный свет и древнее пламя Гарин'хара. Три стихии, три силы, три воина.
  
  И Цзин Юй - Цзин Юй не уступал им ни в чём.
  
  - Прорываемся вперёд! - крикнул Си Ень.
  
  Они прорвались.
  
  ***
  
  Пещера открылась перед ними - огромная, уходящая вверх. Та самая, из видения Цзин Юя.
  
  И в центре - алтарь.
  
  Каменный, древний, покрытый рунами. На нём - люди. Десятки людей, связанных, прикованных цепями. Их глаза - пустые, безумные. Их тела - истощённые, измученные.
  
  А рядом с алтарём - клетки.
  
  С Гарин'харами.
  
  Ашар застыл.
  
  - Мои братья, - прошептал он.
  
  - Освободим их, - сказал Си Ень.
  
  - Не успеете.
  
  Голос - молодой, звонкий - разнёсся по пещере.
  
  Из тени вышел он. Слепой пророк. Старик с голосом ребёнка. С пустыми глазами, которые видели больше, чем зрячие.
  
  - Добро пожаловать, - сказал он. - Мы ждали вас.
  
  Вокруг него - фигуры в чёрных балахонах. Сектанты. Десятки сектантов.
  
  - Особенно тебя, - пророк указал на Ашара. - Дитя Искры. Ты - наш главный приз.
  
  Ашар оскалился.
  
  - Попробуй возьми.
  
  - Возьму. - Пророк улыбнулся. - Когда придёт время.
  
  - Юй, - тихо сказал Си Ень. - Можешь сжечь их связь с алтарём?
  
  - Могу.
  
  - Тогда действуй. Мы прикроем.
  
  Цзин Юй кивнул - и двинулся к алтарю.
  
  А Ашар - Ашар бросился к пророку.
  
  - Я попробую поймать его! - крикнул он. - Или убить!
  
  - Ашар, нет! - Си Ень попытался остановить его, но было поздно.
  
  Ашар превратился в огненную стрелу - ослепительную, смертоносную. Он летел к пророку, оставляя за собой след из пламени.
  
  И сектанты бросились наперерез.
  
  Бой был страшным.
  
  Сектанты - те, что успели поглотить силу Гарин'харов - сражались как безумные. Они не чувствовали боли, не боялись смерти. Они просто шли вперёд - волна за волной.
  
  Си Ень рубил их огнём - безжалостно, методично. Рядом - стражи пламени, невидимые, смертоносные.
  
  А у алтаря - Цзин Юй.
  
  Он работал быстро - его руки двигались над рунами, разрывая связи, освобождая жертв. Серебряный свет тёк от его ладоней, исцеляя, очищая.
  
  - Глава! - крикнул он. - Мне нужна твоя сила! Эти цепи - магические!
  
  Си Ень пробился к нему - сквозь толпу сектантов, оставляя за собой пепел и пламя.
  
  - Что делать?
  
  - Сожги связь! - Цзин Юй указал на цепи, тянущиеся от людей к алтарю. - Они выкачивают из них жизнь!
  
  Си Ень вскинул руки. Огонь потёк от его ладоней - точный, контролируемый. Он пережигал цепи одну за другой, освобождая жертв.
  
  - Их много, - выдохнул он. - Слишком много.
  
  - Я знаю. - Цзин Юй держал барьер, отбивая атаки сектантов. - Делай что можешь.
  
  - А ты?
  
  - Я держусь.
  
  И он держался - серебряный щит вокруг них, лунный меч в руке. Он сражался и исцелял одновременно - и Си Ень впервые понял, насколько силён его друг.
  
  - Юй, - сказал он. - Меняемся.
  
  - Что?
  
  - Я сделал всё, что мог для этих людей. - Си Ень выпрямился. - Отправлюсь за этим ненормальным, пока он не наломал дров.
  
  - Ашар?
  
  - Именно.
  
  Цзин Юй кивнул.
  
  - Будь осторожен.
  
  - Буду. - Си Ень оглянулся на жертв - бледных, измученных, но живых. - Останься здесь. Защищай людей. Я оставлю с тобой двоих стражей пламени. Двое пойдут со мной. И двое у Мэйлин.
  
  - Хорошо.
  
  - И Юй...
  
  - Да?
  
  - Спасибо.
  
  И Си Ень бросился в глубину пещеры - туда, где горело яростное пламя Ашара.
  
  ***
  
  Бой в глубине пещеры был адом.
  
  Ашар - Ашар превратился в бурю огня. Он метался между сектантами, сжигая, испепеляя. Его тело - человеческое, хрупкое - светилось изнутри, как раскалённый металл.
  
  И сектанты - те, что напитались украденной силой - бросались на него. Снова и снова. Безумные, неостановимые.
  
  - Ашар! - крикнул Си Ень, врываясь в битву.
  
  - Глава! - Ашар обернулся на мгновение. - Пророк там! Он пытается сбежать!
  
  Си Ень увидел - в дальнем конце пещеры, у узкого прохода. Слепой старик, окружённый последними защитниками.
  
  - За ним!
  
  Они бросились вперёд - вместе, плечом к плечу. Огонь против огня, сила против силы.
  
  И тут Ашар рванул вперёд.
  
  - Я поймаю его! - крикнул он.
  
  - Ашар, стой!
  
  Но Ашар не слушал.
  
  Он превратился в сияющую молнию - ослепительную, стремительную. Прорвался сквозь защитников, отшвырнул их как соломинки.
  
  И схватил пророка.
  
  - Попался!
  
  Пророк - слепой, старый, хрупкий - улыбнулся.
  
  - Наконец-то, - прошептал он.
  
  И вцепился в Ашара.
  
  Его руки - костлявые, покрытые старческими пятнами - обхватили огненное тело Гарин'хара. И начали... втягивать.
  
  - Искра! - закричал пророк. - У меня Искра!
  
  Ашар дёрнулся - попытался вырваться.
  
  Не смог.
  
  - Отпусти его! - Си Ень рванулся к ним. - Уходи немедленно!
  
  - Я... - Ашар выглядел растерянным. - Я не могу.
  
  - Не применяй силу! - крикнул Си Ень. - Он её поглощает!
  
  Но Ашар уже применил.
  
  Он попытался сжечь руки пророка - и его огонь потёк в старика. Втянулся, как вода в песок.
  
  - Да... - пророк застонал от наслаждения. - Ещё... дай мне ещё...
  
  Сектанты бросились на Си Еня - отчаянно, буйно. Они защищали своего пророка, пока тот пил силу Гарин'хара.
  
  Си Ень сражался - яростно, безжалостно. Прорубался сквозь них, шаг за шагом.
  
  А Ашар - Ашар застыл в объятиях пророка, не в силах вырваться, не в силах атаковать.
  
  Потом - что-то изменилось в его глазах.
  
  Паника. Ярость. Отчаяние.
  
  И он - отпустил себя.
  
  Выброс энергии был страшным.
  
  Огонь хлынул из него - во все стороны, сметая всё на своём пути. Пророка отбросило к стене. Сектантов разметало как листья. И Си Еня - Си Еня тоже швырнуло назад, ударило о камень.
  
  Когда он поднялся - пророка не было.
  
  Узкий проход в стене - тёмный, уходящий куда-то вглубь. И никакого следа слепого старика.
  
  - Что ты делаешь, идиот?! - Си Ень добрался до Ашара.
  
  Тот стоял посреди выжженного пространства - шатаясь, едва держась на ногах. Его кожа - потрескавшаяся, дымящаяся.
  
  - Он исчез, - прошептал Ашар срывающимся голосом. - Пророк сбежал. Всё из-за меня.
  
  - Да, - мрачно сказал Си Ень. - Всё из-за тебя.
  
  - Я только хотел...
  
  - Я знаю, что ты хотел. - Си Ень осмотрел его. - Ты весь горишь. Уходим отсюда.
  
  - Но пророк...
  
  - Пока меня больше интересует твоё состояние. - Си Ень подхватил его под руку. - Ты идти вообще можешь?
  
  Ашар попытался сделать шаг - и едва не упал.
  
  - Помогите ему, - приказал Си Ень стражам пламени.
  
  Они подхватили Ашара - осторожно, бережно. И начали выбираться - обратно, к алтарю, где ждали остальные.
  
  ***
  
  Си Ень был очень удивлён, увидев у алтаря Мэйлин.
  
  Она склонилась над одним из освобождённых жертв, её руки светились золотом исцеления. Рядом - Цзин Юй, державший барьер вокруг них.
  
  - Что ты здесь делаешь?! - крикнул Си Ень.
  
  - Да так, - она даже не подняла головы. - Отрабатываю боевые навыки.
  
  - Мэйлин!
  
  - Дезактивируй этот чёртов алтарь, - сказала она спокойно. - И уходим отсюда.
  
  Си Ень хотел возразить. Хотел кричать. Но увидел - вокруг неё лежали тела сектантов. Много тел. А в её руке - окровавленный кинжал.
  
  - Ты...
  
  - Потом, - отрезала она. - Алтарь.
  
  Он подошёл к каменному сооружению. Руны всё ещё мерцали - тусклым, злым светом. Он поднял руки - и выпустил огонь.
  
  Не обычный огонь - очищающий. Пламя, которое сжигает скверну, не причиняя вреда невинным.
  
  Алтарь вспыхнул - ярко, ослепительно. И погас. Руны почернели, потрескались, рассыпались пеплом.
  
  - Готово, - сказал он.
  
  - Тогда уходим.
  
  Цзин Юй подошёл к ним. Его лицо было бледным, но глаза - ясными.
  
  - Что у вас случилось? - спросил он. - Что с Ашаром?
  
  Мэйлин обернулась - увидела Ашара, которого поддерживали стражи пламени. Его потрескавшуюся кожу, его потухшие глаза.
  
  - Глава! - она бросилась к нему. - Ты не мог за ним присмотреть?! Чтобы он не игрался с энергией?!
  
  - Он не виноват, - прошептал Ашар. - Я всё сам. Влез в ловушку. И упустил пророка.
  
  - А, так после всего этого вы его ещё и упустили?! - Мэйлин ругалась, но её руки уже работали - осматривая, исцеляя, облегчая боль.
  
  - Он поглощал мою силу, - сказал Ашар тихо. - Я не ожидал... не знал, что такое возможно.
  
  - Теперь знаешь. - Си Ень подошёл к ним. - Помогите людям. Нам нужно выбираться.
  
  Это было непросто.
  
  Жертвы ритуала - их было около тридцати - едва могли идти. Некоторых пришлось нести. Ашар - Ашар терял сознание каждые несколько минут, и стражам приходилось буквально тащить его.
  
  Они пробирались через пещеры - медленно, осторожно. Мимо тел сектантов, мимо выжженных коридоров, мимо разрушенных ловушек.
  
  Мэйлин шла впереди - с кинжалом в одной руке и светом исцеления в другой. Её лицо было жёстким, сосредоточенным.
  
  - В следующий раз, - говорила она, - если кому жить надоело - пусть говорит мне сразу. Убью сама, чтоб не мучались.
  
  Никто не смеялся.
  
  Потому что все знали - она не шутит.
  
  ***
  
  Они выбрались из пещер на рассвете.
  
  Солнце - нежное, золотое - встретило их, как благословение. Свежий воздух, пение птиц, шелест листвы. Всё казалось нереальным после тьмы и ужаса подземелья.
  
  Лагерь разбили у входа в пещеры.
  
  Жертв - тех, кого удалось спасти - уложили на носилки. Мэйлин и другие целители работали без остановки, исцеляя раны тела и души.
  
  Ашар лежал в отдельной палатке.
  
  Его тело - человеческое тело, которое он занял - было на пределе. Кожа потрескалась, местами обуглилась. Глаза - потухшие, почти человеческие.
  
  - Он выживет? - спросил Си Ень.
  
  - Не знаю, - честно ответила Мэйлин. - Его тело... оно разрушается. Слишком много силы, слишком много огня.
  
  - Сколько ему осталось?
  
  - Дни. Может, недели. - Она покачала головой. - Если он не найдёт новое тело...
  
  - Он не будет искать новое тело, - сказал Цзин Юй, входя в палатку. - Я спрашивал. Он сказал - хватит.
  
  - Хватит?
  
  - Он не хочет больше убивать невинных. - Цзин Юй сел рядом с Ашаром. - Он сказал... он сказал, что теперь понимает, почему это плохо.
  
  Тишина.
  
  Си Ень смотрел на Ашара - на это существо из огня, которое научилось плакать. Которое научилось чувствовать боль.
  
  - Мы упустили пророка, - сказал он наконец.
  
  - Да.
  
  - Он всё ещё там. Где-то.
  
  - Да.
  
  - И он знает, кто мы. Что мы можем.
  
  - Да.
  
  Си Ень сжал кулаки.
  
  - Это ещё не конец.
  
  - Нет, - согласился Цзин Юй. - Это только начало.
  
  Они сидели в тишине - втроём, если не считать бессознательного Ашара. Усталые, израненные, но живые.
  
  За стенами палатки - стоны раненых, голоса целителей, звуки лагеря.
  
  И где-то там, в темноте пещер - слепой пророк, который ждал своего часа.
  
  Война только начиналась.
  
  Глава 84. После боя
  
  Лагерь превратился в походный лазарет.
  
  Мэйлин носилась между ранеными - от палатки к палатке, от носилок к носилкам. Её руки светились золотом, не угасая ни на минуту. Другие целители работали рядом, но она была везде - проверяла, направляла, исцеляла.
  
  Жертвы ритуала - их было двадцать семь, выживших - лежали на расстеленных плащах. Истощённые, измученные, но живые. Некоторые уже приходили в себя, открывали глаза, спрашивали, где они.
  
  - Пей, - Мэйлин подносила чашку с зельем к губам молодой женщины. - Медленно. Вот так.
  
  - Что... что со мной было?
  
  - Потом расскажу. Сейчас - отдыхай.
  
  Заклинатели тоже были ранены - ожоги, порезы, ушибы. Бой в пещерах не прошёл бесследно. Но никто не жаловался. Все понимали - могло быть хуже. Гораздо хуже.
  
  Мэйлин работала - час за часом, не останавливаясь. Проверяла каждого, убеждалась, что никто не умирает, что все стабильны.
  
  И только когда последний раненый был перевязан, последнее зелье выпито, последняя рана залечена - она выпрямилась.
  
  Нашла взглядом Си Еня.
  
  И направилась к нему.
  
  - Муж мой, - её голос был обманчиво спокойным. - На два слова.
  
  Си Ень посмотрел на неё - и что-то в её глазах заставило его насторожиться.
  
  - Мэйлин...
  
  - Не здесь.
  
  Она взяла его за руку - крепко, почти до боли - и повела в сторону, за деревья, подальше от лагеря.
  
  Заклинатели переглянулись.
  
  - Кажется, главе сейчас достанется, - прошептал кто-то.
  
  - Я бы не хотел быть на его месте, - согласился другой.
  
  За деревьями Мэйлин остановилась. Развернулась к Си Еню.
  
  И её спокойствие рассыпалось.
  
  - Ты! - она ткнула его пальцем в грудь. - Ты хоть понимаешь, что мог погибнуть?!
  
  - Мэйлин...
  
  - Не перебивай! - она ткнула ещё раз. - Ты полез в самое пекло! Сражался с безумными сектантами! Тебя отбросило взрывом Ашара!
  
  - Я в порядке...
  
  - В порядке?! - её голос сорвался. - У тебя ожоги на руках! Ушиб рёбер! И ты называешь это "в порядке"?!
  
  - Это мелочи...
  
  - Мелочи?! - Мэйлин схватила его за отвороты одежды. - Я чувствовала твою боль через связь! Каждый удар, каждый ожог! Ты хоть представляешь, каково это - стоять снаружи и чувствовать, как тебя бьют?!
  
  Си Ень замолчал.
  
  - Я... - он опустил глаза. - Я не подумал об этом.
  
  - Конечно не подумал! - она отпустила его. - Ты вообще никогда не думаешь о себе! Бросаешься вперёд, рискуешь жизнью, а я должна стоять и молиться, чтобы ты вернулся живым!
  
  - Мэйлин...
  
  - И не смей говорить, что это твой долг! - она снова ткнула его. - Твой долг - вернуться ко мне! Живым! Целым!
  
  Она замолчала - тяжело дыша, с покрасневшими глазами.
  
  Си Ень смотрел на неё.
  
  А потом - просто обнял.
  
  Крепко. Молча. Не оправдываясь.
  
  - Прости, - прошептал он в её волосы. - Прости меня.
  
  Она не ответила. Просто уткнулась ему в грудь - и её плечи затряслись.
  
  Она плакала.
  
  Впервые за всё это время - она плакала.
  
  - Я так боялась, - её голос был приглушённым. - Так боялась тебя потерять...
  
  - Я здесь, - он гладил её по волосам. - Я живой. Я с тобой.
  
  - Обещай мне.
  
  - Что?
  
  - Что будешь осторожнее. - Она подняла голову, посмотрела ему в глаза. - Обещай, что не будешь бросаться в бой без оглядки.
  
  - Мэйлин, я глава...
  
  - Ты мой муж! - она сжала его руки. - И если ты умрёшь - я умру тоже. Ты помнишь? Наши души связаны. Твоя смерть - моя смерть.
  
  Он помнил.
  
  - Обещаю, - сказал он тихо. - Обещаю быть осторожнее.
  
  - Правда?
  
  - Правда.
  
  Она долго смотрела ему в глаза - ища ложь, сомнение. Не нашла.
  
  - Хорошо, - сказала она наконец. - Тогда пойдём. Мне ещё нужно осмотреть Ашара.
  
  - Как он?
  
  - Плохо. - Её лицо стало серьёзным. - Очень плохо.
  
  ***
  
  Ашара уложили в отдельной палатке.
  
  Его тело - человеческое тело, которое он занял - было на пределе. Кожа потрескалась, местами обуглилась. Под ней - не плоть, а тлеющие угли. Глаза - потухшие, почти человеческие - смотрели в потолок.
  
  Его мучил жар. И кое-что похуже.
  
  Он лежал неподвижно, погружённый в свои мысли. Снова и снова проигрывал бой в пещере. Свою ошибку. Свой провал.
  
  Пророк - слепой старик с голосом ребёнка - вцепился в него. Втянул его силу. Использовал его же огонь против него.
  
  И сбежал.
  
  Из-за него.
  
  Полог палатки откинулся. Вошёл Цзин Юй - бледный, с тёмными кругами под глазами, но живой.
  
  - Привет, - сказал он негромко.
  
  Ашар не ответил.
  
  Цзин Юй подошёл и сел рядом - на край походной кровати, осторожно, чтобы не потревожить.
  
  - Я с тобой посижу, - сказал он.
  
  - Зачем?
  
  - Потому что ты не должен быть один.
  
  Ашар хотел возразить - но не нашёл слов. Просто отвернулся.
  
  - Сначала - держи. - Цзин Юй достал из-за пазухи пузырёк с тёмной жидкостью. - Мэйлин приказала это выпить.
  
  - Что это?
  
  - Зелье. Охлаждающее, успокаивающее.
  
  - Может, яд? - Ашар криво улыбнулся.
  
  - Нет. - Цзин Юй серьёзно покачал головой. - Она никого не травит. Гордость целительницы не позволяет.
  
  Он помог Ашару сесть - осторожно, поддерживая. Поднёс пузырёк к его губам.
  
  Ашар выпил - медленно, морщась от горечи.
  
  - Какой ты горячий, - Цзин Юй коснулся его лба. - У меня совсем нет целительских способностей, но я могу кое-что другое.
  
  Он положил ладонь на лоб Ашара.
  
  И Ашар почувствовал - холод. Приятный, мягкий, лунный. Прохлада растекалась от руки Цзин Юя, проникала внутрь, гасила пожирающий жар.
  
  - Как ты это делаешь? - прошептал он.
  
  - Луна - противоположность огня. - Цзин Юй улыбнулся. - Иногда это полезно.
  
  Они сидели молча. Прохлада делала своё дело - жар отступал, боль утихала.
  
  - Тебе больно? - спросил Цзин Юй наконец.
  
  - Мне стыдно, - тихо ответил Ашар. - Мне очень стыдно.
  
  - Почему?
  
  - Я упустил пророка. - Его голос дрогнул. - Чуть не убил главу. И вообще всех. Если бы мой выброс был сильнее...
  
  - Но не был.
  
  - Мог быть. - Ашар закрыл глаза. - Я потерял контроль. Я - древнее существо огня - потерял контроль, как ребёнок. Это... унизительно.
  
  Цзин Юй молчал, не убирая руку с его лба.
  
  - Насколько я понимаю, - сказал он наконец, - главная претензия главы не в том, что ты упустил пророка.
  
  - А в чём?
  
  - В том, что ты чуть не убил себя.
  
  Ашар открыл глаза.
  
  - Что?
  
  - Он кричал на тебя не за пророка. - Цзин Юй улыбнулся. - Он кричал, потому что ты горел. Потому что твоё тело разрушалось. Потому что он испугался за тебя.
  
  - Это... странно.
  
  - Почему?
  
  - Он меня ненавидит. - Ашар нахмурился. - С первого дня. Он смотрит на меня как на чудовище.
  
  - Он смотрит на тебя как на идиота, который бросается в бой без оглядки. - Цзин Юй рассмеялся. - Поверь, я знаю этот взгляд. Он так на меня смотрел шестнадцать лет.
  
  - Но...
  
  - Ты стал своим, Ашар. - Голос Цзин Юя стал серьёзным. - Где-то в процессе - ты перестал быть "огненным чудовищем" и стал... одним из нас. И теперь они за тебя волнуются.
  
  Ашар молчал, переваривая услышанное.
  
  - Я должен ещё раз извиниться, - сказал он наконец. - Перед главой. За всё.
  
  Он попытался встать - и Цзин Юй мягко надавил ему на плечо.
  
  - Стой. Не надо никуда бежать.
  
  - Но...
  
  - Особенно к главе. - Цзин Юй покачал головой. - Ему сейчас не до тебя. Мэйлин устроила ему семейные разборки, и ты не хочешь попасть под её горячую руку.
  
  Ашар представил - и поёжился.
  
  - Она страшная, когда злится.
  
  - Очень. - Цзин Юй кивнул. - Так что лежи, отдыхай, приходи в себя. Извинишься потом, когда все успокоятся.
  
  - Но...
  
  - И вообще - успокойся. - Цзин Юй сжал его плечо. - Ты же не хочешь сгореть до того, как мы покончим с этой сектой?
  
  Ашар хотел возразить - но не нашёл аргументов.
  
  - А если на тебя злятся, - продолжал Цзин Юй, - то только потому, что приняли как своего. И теперь волнуются за тебя. Так что терпи.
  
  Он убрал руку со лба Ашара - прохлада осталась, впиталась в кожу.
  
  - Отдыхай, - сказал он. - Я буду рядом.
  
  И остался - сидел рядом, молча, пока Ашар не провалился в тяжёлый, беспокойный сон.
  
  ***
  
  К вечеру они собрались на совет.
  
  В палатке Си Еня - он сам, Мэйлин, Цзин Юй и старшие заклинатели. Ашар пришёл тоже - бледный, с перевязанными руками, но на ногах.
  
  - Пророк сбежал, - начал Си Ень. - Но мы уничтожили их алтарь. Освободили жертв. Убили большую часть сектантов.
  
  - Это много, - сказал один из наставников.
  
  - Это недостаточно. - Си Ень покачал головой. - Пока пророк жив - секта жива. Он найдёт новых последователей. Построит новый алтарь. Продолжит убивать.
  
  - Тогда нужно найти его.
  
  - Именно.
  
  Он повернулся к Ашару.
  
  - Ты уверен, что он сбежал? Не погиб в пещерах?
  
  - Уверен. - Ашар кивнул. - Я чувствовал его. До последнего момента. Он ушёл через тайный ход - глубже в горы.
  
  - Куда?
  
  - Не знаю точно. - Ашар нахмурился. - Но у него не может быть много убежищ. Организовать новый алтарь - не быстрое дело. Нужны материалы, нужно место силы, нужны помощники.
  
  - Сколько у нас времени?
  
  - Недели. Может, месяц. - Ашар пожал плечами. - Но чем дольше мы ждём - тем сильнее он станет.
  
  Цзин Юй склонился над картой.
  
  - В моём видении я видел пещеры, - сказал он. - Глубокие, древние. Возможно - часть старой системы подземелий.
  
  - Здесь есть такие?
  
  - Есть. - Один из разведчиков указал на карту. - Горы пронизаны тоннелями. Старые шахты, естественные пещеры, заброшенные храмы.
  
  - Сколько входов?
  
  - Десятки. Может, сотни.
  
  Си Ень нахмурился.
  
  - Слишком много.
  
  - Но мы можем сузить поиск, - сказал Цзин Юй. - Пророку нужно место силы. Что-то древнее, связанное с огнём.
  
  - Здесь есть старый храм, - разведчик указал точку на карте. - Заброшенный уже много веков. Говорят, там когда-то поклонялись огненным духам.
  
  - До разделения на башни?
  
  - До разделения.
  
  Си Ень и Ашар переглянулись.
  
  - Это может быть оно, - сказал Ашар.
  
  - Тогда едем туда.
  
  - Глава, - один из наставников поднял руку. - Может, стоит подождать подкрепления? Вызвать больше заклинателей из башни?
  
  - Нет времени. - Си Ень покачал головой. - Каждый день - это новые жертвы. Новая сила для пророка. Мы должны действовать сейчас.
  
  - Но...
  
  - Решено. - Голос Си Еня был твёрдым. - Выступаем на рассвете.
  
  Совет закончился.
  
  ***
  
  Позже - когда лагерь затих - Мэйлин пришла к Ашару.
  
  - Давай всё-таки посмотрим, что ты с собой сделал, - сказала она.
  
  Ашар не стал спорить.
  
  Она осматривала его - тщательно, внимательно. Руки, грудь, спина. Везде - ожоги, трещины, повреждения. Его тело - человеческое тело - разрушалось изнутри.
  
  - Сними рубашку, - приказала она.
  
  Он снял.
  
  Мэйлин охнула.
  
  Его грудь - там, где должно было быть сердце - светилась. Не кожа - что-то под ней. Что-то огненное, пульсирующее.
  
  - Это... - она не договорила.
  
  - Моя истинная сущность, - сказал Ашар тихо. - Она проступает. Тело больше не может её сдерживать.
  
  Мэйлин работала молча - залечивала раны, восстанавливала кожу, пропускала через него целительную энергию. Её руки светились золотом - ярко, почти ослепительно.
  
  - Вот так, - сказала она наконец. - Внешние повреждения я залечила. Внутренние... - она покачала головой. - Сделала что могла.
  
  - Спасибо, золотая госпожа.
  
  - Не благодари. - Она села рядом с ним. - Ашар... твой огонь начинает разрушать это тело. Ты знаешь это.
  
  - Знаю.
  
  - Я сделала что могла, - повторила она. - Но это нельзя остановить. И чем больше ты используешь свою силу - тем быстрее это случится.
  
  - Знаю.
  
  Она смотрела на него - долго, серьёзно.
  
  - Сколько тебе осталось?
  
  - Достаточно. - Он попытался улыбнуться. - Мне хватит времени до конца охоты. А потом... потом я всё равно должен вернуться.
  
  - Вернуться?
  
  - Домой. В Кольцо Пламени. - Он посмотрел на свои руки - потрескавшиеся, светящиеся изнутри. - Это тело - временное. Оно всегда было временным. Я знал, что оно не вечно.
  
  Мэйлин молчала.
  
  - Ты не боишься? - спросила она наконец.
  
  - Боюсь? - Ашар удивился. - Чего?
  
  - Смерти. Конца.
  
  - Это не смерть. - Он покачал головой. - Тело умрёт - но я останусь. Вернусь в огонь, откуда пришёл. Стану частью пламени снова.
  
  - Но... всё, что ты пережил здесь. Всё, чему научился. Это останется с тобой?
  
  Ашар задумался.
  
  - Не знаю, - сказал он честно. - Может быть. А может - нет. Мы, Гарин'хары... мы не помним всего. Только самое важное.
  
  - И что для тебя самое важное?
  
  Он посмотрел на неё.
  
  - Вы, - сказал он тихо. - Ты, глава, серебряный... Юй. То, что вы научили меня чувствовать. Боль. Сострадание. Дружбу.
  
  Мэйлин почувствовала, как к горлу подкатывает комок.
  
  - Ашар...
  
  - Не плачь, золотая госпожа, - он улыбнулся. - Я не умираю. Я просто... ухожу домой.
  
  - Но мы будем скучать.
  
  - И я буду. - Его улыбка стала грустной. - Это тоже новое чувство. Я не знал раньше, что можно скучать.
  
  Она обняла его - осторожно, бережно.
  
  - Спасибо, - прошептала она.
  
  - За что?
  
  - За то, что ты есть. За то, что научил нас... видеть вас по-другому.
  
  - Это вы научили меня видеть вас, - возразил он.
  
  - Тогда мы квиты.
  
  Она отстранилась. Вытерла глаза.
  
  - Отдыхай, - сказала она. - Нам ещё предстоит охота.
  
  - Да, золотая госпожа.
  
  И она ушла - оставив его одного с мыслями о том, что скоро закончится.
  
  Глава 85. Последний бой
  
  Они выехали на рассвете.
  
  Отряд был меньше, чем раньше - часть заклинателей осталась охранять спасённых жертв. Но те, кто остался, были лучшими. Закалёнными в бою, готовыми ко всему.
  
  Дорога к старому храму вела через горы - узкие тропы, крутые склоны, обрывы. Лошади шли осторожно, чувствуя опасность.
  
  Ашар ехал рядом с Цзин Юем.
  
  Он выглядел лучше - отдых и лечение Мэйлин сделали своё дело. Но в его глазах было что-то новое. Что-то... грустное.
  
  - Смотри! - вдруг сказал он, указывая куда-то в сторону.
  
  Цзин Юй посмотрел.
  
  На склоне холма, среди камней, росли цветы. Странные, яркие - алые лепестки с чёрными прожилками, зубчатые края.
  
  - Красивые, - сказал Ашар. - Подожди, я соберу.
  
  - Ашар, не надо...
  
  Но он уже спрыгнул с лошади и карабкался по склону.
  
  Цзин Юй вздохнул.
  
  Через несколько минут Ашар вернулся - с охапкой цветов в руках. Его лицо сияло.
  
  - Смотри! - он протянул букет Мэйлин, которая подъехала узнать, что случилось. - Это для тебя, золотая госпожа!
  
  Мэйлин посмотрела на цветы.
  
  И её глаза расширились.
  
  - Ашар... это же...
  
  - Красивые, правда?
  
  - Это плотоядные цветы! - она осторожно взяла букет. - Огненные венерины мухоловки! Я о них только читала!
  
  - Плотоядные? - Ашар нахмурился. - Они опасны?
  
  - Для насекомых - смертельно. - Мэйлин рассматривала цветы с восторгом учёного. - Для людей... ну, если не совать пальцы в бутоны...
  
  - Я не совал.
  
  - Молодец. - Она улыбалась. - Ашар, это невероятно! Их сок - редчайший ингредиент! Можно сделать яд, от которого нет противоядия!
  
  - Это... хорошо?
  
  - Это замечательно! - она уже прикидывала применение. - И ещё из них можно сделать мазь от ожогов. И настойку для заживления ран. И...
  
  Си Ень подъехал к ним.
  
  - Что происходит?
  
  - Ашар подарил мне плотоядные цветы! - Мэйлин сияла. - Смотри, какая красота!
  
  Си Ень посмотрел на букет. На радостную Мэйлин. На довольного Ашара.
  
  - Я не хочу знать, - сказал он.
  
  - Разумное решение, - согласился Цзин Юй.
  
  Ближе к полудню Ашар заскучал.
  
  Он ехал рядом с Си Енем - молча, задумчиво. Потом вдруг оживился.
  
  - Глава, - сказал он.
  
  - Что?
  
  - Можно мне поиграть с твоей саламандрой?
  
  Си Ень уставился на него.
  
  - Что?
  
  - Саламандра. - Ашар указал на карман Си Еня, где обычно пряталась огненная ящерка. - Она милая. Можно мне с ней поиграть?
  
  - Она не игрушка.
  
  - Я знаю. Но ей же скучно сидеть в кармане весь день.
  
  Си Ень хотел отказать. Но саламандра - словно услышав разговор - высунула голову из кармана и посмотрела на Ашара.
  
  И пискнула.
  
  - Видишь? - Ашар просиял. - Она хочет!
  
  - Она хочет есть.
  
  - Я её покормлю!
  
  Си Ень вздохнул.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Но если ты её обидишь...
  
  - Не обижу!
  
  Он осторожно взял саламандру - маленькую, огненную, с рубиновыми глазами. Она посмотрела на него, принюхалась.
  
  И тут же укусила за палец.
  
  - Ай! - Ашар чуть не уронил её. - За что?!
  
  Саламандра пискнула - явно довольно.
  
  - Она тебя не признаёт, - заметил Цзин Юй.
  
  - Но я же огонь! Мы родственники!
  
  Саламандра фыркнула и укусила его снова.
  
  - Прекрати! - Ашар пытался удержать её. - Мы же друзья!
  
  Саламандра явно придерживалась другого мнения.
  
  Следующий час Ашар провёл, споря с маленькой ящеркой. Она кусала его, он возмущался, она кусала снова. Заклинатели наблюдали за этим с плохо скрытым весельем.
  
  - Они нашли общий язык, - заметила Мэйлин.
  
  - Если считать укусы общим языком - да, - согласился Цзин Юй.
  
  В конце концов саламандра устала и уснула на плече Ашара. Он сидел неподвижно, боясь её разбудить.
  
  - Я ей нравлюсь, - прошептал он.
  
  - Она тебя ненавидит, - возразил Си Ень.
  
  - Это одно и то же.
  
  Си Ень не нашёл, что ответить.
  
  ***
  
  Они нашли храм на третий день.
  
  Он возвышался на вершине горы - древний, полуразрушенный, но всё ещё величественный. Каменные колонны, покрытые мхом. Стены, испещрённые рунами. Провалившаяся крыша.
  
  И - ощущение.
  
  Тяжёлое, давящее. Как будто сам воздух был пропитан чем-то тёмным.
  
  - Здесь, - сказал Ашар. - Я чувствую их.
  
  - Сколько?
  
  - Много. - Он нахмурился. - Больше, чем в пещерах. И... пророк. Он здесь.
  
  Си Ень спешился.
  
  - Окружить храм, - приказал он. - Никто не должен уйти.
  
  Заклинатели рассредоточились - быстро, бесшумно. Стражи пламени растворились в тенях.
  
  - План? - спросил Цзин Юй.
  
  - Входим через главный вход, - Си Ень указал на массивные двери. - Ты, я, Ашар. Остальные - прикрывают отход.
  
  - А я? - спросила Мэйлин.
  
  - Ты остаёшься снаружи.
  
  - Нет.
  
  - Мэйлин...
  
  - Нет. - Её голос был твёрдым. - Там будут раненые. Жертвы. Мне нужно быть рядом.
  
  Си Ень хотел спорить - но увидел её глаза.
  
  - Хорошо, - сказал он. - Но держись позади.
  
  - Всегда, муж мой.
  
  Они подошли к дверям - огромным, деревянным, покрытым ржавыми петлями. Си Ень толкнул их - и они распахнулись с протяжным скрипом.
  
  Внутри - тьма.
  
  И голос.
  
  - Добро пожаловать, - сказал он. Молодой, звонкий, из темноты. - Я ждал вас.
  
  Пророк.
  
  ***
  
  Огонь вспыхнул - и тьма отступила.
  
  Храм открылся перед ними - огромный зал с провалившимся потолком. Сквозь дыры в крыше лился дневной свет, смешиваясь с тенями.
  
  В центре зала - алтарь. Новый, недостроенный, но уже пульсирующий тёмной силой.
  
  А вокруг него - сектанты. Десятки сектантов в чёрных балахонах. Их глаза горели украденным огнём.
  
  И пророк.
  
  Он стоял у алтаря - слепой старик с голосом ребёнка. Его руки были подняты, его губы шевелились в беззвучной молитве.
  
  - Вы пришли, - сказал он. - Как я и предвидел.
  
  - Сдавайся, - Си Ень шагнул вперёд. - Это конец.
  
  - Конец? - пророк рассмеялся. - Нет, дитя огня. Это начало. Второе Горение близко. И вы не сможете его остановить.
  
  - Посмотрим.
  
  Бой начался - внезапно, яростно.
  
  Сектанты бросились на них - волной, безумной толпой. Те, что поглотили силу Гарин'харов, светились изнутри, их руки извергали украденное пламя.
  
  Си Ень встретил их огнём - своим, настоящим. Его пламя было ярче, чище, сильнее. Оно пожирало врагов, превращало их в пепел.
  
  Цзин Юй сражался рядом - серебряный клинок в руках, лунный щит вокруг. Он двигался как танцор - плавно, смертоносно. Каждый удар - точный, каждый шаг - выверенный.
  
  И Ашар.
  
  Ашар был огненным ураганом.
  
  Он не сдерживался - не мог, не хотел. Его тело пылало, его руки стали клинками из чистого пламени. Он прорубался сквозь сектантов, оставляя за собой пепел и выжженную землю.
  
  - К пророку! - крикнул Си Ень.
  
  Они пробивались - шаг за шагом, враг за врагом. Пророк стоял у алтаря, не двигаясь, только улыбался своей жуткой улыбкой.
  
  - Вы не понимаете, - говорил он. - Огонь - не ваш. Он принадлежит тем, кто смеет его взять.
  
  - Огонь - мой, - прорычал Ашар.
  
  И бросился к нему.
  
  - Ашар, стой! - крикнул Си Ень.
  
  Но на этот раз - Ашар был готов.
  
  Когда пророк попытался схватить его, когда его руки потянулись к огненной сущности Гарин'хара - Ашар не дал силу. Он втянул её в себя, спрятал, закрыл.
  
  И ударил - голыми руками, без огня.
  
  Пророк не ожидал этого.
  
  Удар отбросил его назад, к алтарю. Он споткнулся, упал.
  
  - Невозможно! - кричал он. - Ты не можешь...
  
  - Могу, - Ашар навис над ним. - Я учусь.
  
  Си Ень и Цзин Юй были рядом - окружили пророка, отрезали пути к отступлению.
  
  - Сдавайся, - повторил Си Ень.
  
  Пророк посмотрел на них - слепыми глазами, которые видели больше, чем зрячие.
  
  - Никогда, - прошептал он.
  
  И активировал алтарь.
  
  Тёмная энергия хлынула - из камня, из рун, из самой земли. Она потекла в пророка, наполняя его украденной силой.
  
  Он начал расти - буквально. Его тело раздувалось, менялось. Из старика он превращался в нечто другое. Что-то огромное, пылающее, ужасное.
  
  - Я стану богом! - кричал он. - Богом пламени!
  
  - Нет, - сказал Си Ень. - Не станешь.
  
  Он поднял руки - и призвал огонь.
  
  Не обычный - истинный. Огонь источника, огонь Чёрной башни, огонь, который признал его главой. Он хлынул из его ладоней - ослепительный, очищающий.
  
  Цзин Юй добавил свой свет - серебряный, лунный. Он резал тьму, разрывал связи между пророком и алтарём.
  
  И Ашар - Ашар выпустил всё, что имел. Свою сущность, свой огонь, свою жизнь.
  
  Три силы слились воедино.
  
  И ударили в пророка.
  
  Он кричал - долго, страшно. Украденная сила вырывалась из него, возвращалась к источнику. Его тело - раздутое, искажённое - сжималось, уменьшалось.
  
  И когда всё закончилось - на полу лежал просто старик. Маленький, сморщенный, мёртвый.
  
  Тишина.
  
  - Готово, - прошептал Ашар.
  
  И рухнул.
  
  Глава 86. Прощание
  
  Дорога домой казалась бесконечной.
  
  Они везли раненых - тех, кого нашли в храме, новых жертв для ритуала. Везли тела погибших заклинателей - тех, кто не вернётся. Везли победу - горькую, тяжёлую.
  
  Ашар ехал на лошади - едва держась в седле. Его тело было на пределе, каждое движение причиняло боль. Но он улыбался.
  
  - Мы победили, - говорил он. - Мы их остановили.
  
  - Да, - соглашался Цзин Юй, ехавший рядом. - Победили.
  
  - Хранитель Искры будет доволен.
  
  - Надеюсь.
  
  Чёрная башня показалась на горизонте на седьмой день - тёмная, величественная, знакомая.
  
  Дом.
  
  Их встречали - стражи у ворот, слуги во дворе, наставники на ступенях. Все знали - они вернулись с победой. Но видели и цену этой победы.
  
  - Глава! - Вэй Цзюнь, командир стражей, поклонился. - Рад видеть вас живым.
  
  - И я рад быть живым, - ответил Си Ень. - Позаботьтесь о раненых. И о павших.
  
  - Будет сделано.
  
  Они спешились - усталые, измотанные, но живые.
  
  Мэйлин сразу взяла командование над целителями - распределяла раненых, давала указания, проверяла состояние каждого.
  
  Цзин Юй помог Ашару слезть с лошади - тот едва стоял на ногах.
  
  - Тебе нужно отдохнуть, - сказал он.
  
  - Потом. - Ашар покачал головой. - Сначала - дело.
  
  - Какое дело?
  
  - Мне нужно поговорить с главой.
  
  ***
  
  Ашар пришёл к Си Еню ночью.
  
  Глава сидел в своём кабинете - усталый, но всё ещё работающий. Свитки, отчёты, донесения. Война закончилась, но работа - нет.
  
  - Глава.
  
  Си Ень поднял голову.
  
  Ашар стоял в дверях - бледный, почти прозрачный. Его кожа светилась изнутри, как бумажный фонарь. Его глаза - всё ещё огненные, но тусклые.
  
  - Мне пора уходить, - сказал он.
  
  Си Ень отложил кисть.
  
  - Уже? - он нахмурился. - Я не думал, что это будет так скоро.
  
  - Мне нужно вернуться. - Ашар пожал плечами - это движение далось ему с трудом. - Помочь Хранителю Искры составить вам благодарственное письмо.
  
  - Благодарственное письмо?
  
  - За справедливость. За то, что нашли и покарали виновных. - Ашар слабо улыбнулся. - За то, что предотвратили войну.
  
  Си Ень встал из-за стола.
  
  - Прямо сейчас? Ночью?
  
  - Ничего не поделаешь. - Ашар развёл руками. - Тело больше не держит. Если я останусь до утра... - он не договорил.
  
  Си Ень смотрел на него - долго, молча.
  
  - Я пришёл попрощаться, - сказал Ашар.
  
  - Хорошо.
  
  Си Ень подошёл к нему.
  
  - Лёгкого тебе пути, - сказал он. - И неугасимого огня.
  
  И обнял его - крепко, по-братски.
  
  Ашар замер - на мгновение. Потом обнял в ответ.
  
  - Спасибо, глава, - прошептал он.
  
  - За что?
  
  - За всё. За то, что терпел меня. За то, что научил... быть лучше.
  
  - Ты сам научился.
  
  - Нет. - Ашар отстранился. - Вы все научили. Ты, Мэйлин, Юй. Вы показали мне, что значит быть... своим.
  
  Си Ень не нашёл слов.
  
  - Счастливо оставаться, глава, - сказал Ашар.
  
  И повернулся к двери.
  
  В этот момент вошла Мэйлин.
  
  - Ты уходишь? - спросила она.
  
  - Ухожу, золотая госпожа, - ответил он. - Всего хорошего тебе и твоему дому.
  
  - Я буду скучать.
  
  Она подошла и обняла его - нежно, осторожно.
  
  - Что желают огненным? - спросила она.
  
  - Неугасимого огня.
  
  - Тогда - неугасимого огня тебе, Ашар. - Она отступила. - Тебя проводить?
  
  - Нет, не стоит. - Он улыбнулся - ослепительно, как в первый день. - Пойду попрощаюсь с серебряным.
  
  И ушёл, закрыв за собой дверь.
  
  Мэйлин и Си Ень остались одни.
  
  - Он умирает, - тихо сказала она.
  
  - Он уходит домой, - ответил Си Ень.
  
  - Это одно и то же?
  
  - Для него - нет.
  
  Они стояли молча, слушая удаляющиеся шаги.
  
  Ашар спустился в библиотеку.
  
  Цзин Юй был там - конечно, был. Сидел над книгами, как всегда. Серебряные волосы распущены, лунный свет мерцает вокруг него.
  
  - Я ухожу, Юй, - сказал Ашар.
  
  Цзин Юй поднял голову.
  
  Долгий взгляд - серебряные глаза в огненные.
  
  - Лёгкого пути, - сказал он. - И неугасимого огня.
  
  Он встал и обнял Ашара - крепко, без слов.
  
  - Я тебя провожу, - сказал он, отстраняясь.
  
  - Не стоит.
  
  - Конечно стоит. - Цзин Юй улыбнулся. - Куда идём? К источнику?
  
  - Мне не обязательно быть около источника. - Ашар помолчал. - Пойдём на крышу.
  
  - На крышу?
  
  - Я хочу посмотреть на рассвет. Над башней. - Он тихо рассмеялся. - Никогда не видел рассвет отсюда.
  
  Они поднимались по лестнице - медленно, потому что Ашар едва мог идти. Цзин Юй поддерживал его - молча, терпеливо.
  
  Крыша встретила их ночным небом - звёзды, луна, бесконечность.
  
  Они сели у стены - рядом, плечом к плечу.
  
  Цзин Юй взял Ашара за руку.
  
  - Можешь идти, - сказал он тихо. - Тебе же больно.
  
  - Ничего. - Ашар смотрел на небо. - Я хочу дождаться рассвета. Увидеть, как солнце встаёт над башней.
  
  - А потом?
  
  - Потом - уйду.
  
  Они молчали.
  
  Небо на востоке начало светлеть - едва заметно, по краю горизонта.
  
  - Ты лучше иди, - сказал Ашар. - А то я некрасиво рассыплюсь в пепел.
  
  - Это больно, - ответил Цзин Юй. - И страшно. Я тебя не оставлю.
  
  Ашар посмотрел на него.
  
  - Почему?
  
  - Потому что ты мой друг. - Цзин Юй сжал его руку крепче. - И друзья не бросают друг друга в конце.
  
  - Спасибо, - прошептал Ашар.
  
  Они сидели молча - смотрели, как темнота отступает, как небо меняет цвета. Серое, потом розовое, потом золотое.
  
  Рассвет.
  
  Первые лучи солнца коснулись башни - чёрного камня, алых знамён. Всё засияло, ожило, наполнилось светом.
  
  Ашар улыбнулся - ослепительно, радостно.
  
  - Ну, я пошёл, - сказал он. - Буду скучать, Юй.
  
  - Я тоже.
  
  Ашар закрыл глаза.
  
  И вспыхнул.
  
  Невыносимо яркая искра - золотая, ослепительная - вырвалась из его груди и унеслась ввысь. В небо, к солнцу, к огню.
  
  Тело - человеческое тело, которое он занимал - рассыпалось. Легчайший пепел, который сразу подхватил ветер. Развеял по воздуху, унёс прочь.
  
  И Цзин Юй остался на крыше один.
  
  Он сидел неподвижно - долго, глядя на рассвет. На небо, куда улетела искра. На пепел, который ещё кружился в воздухе.
  
  Потом встал.
  
  Отряхнул одежду.
  
  И пошёл вниз - в башню, к живым, к тем, кто его ждал.
  
  Но на его щеках - серебряные дорожки слёз.
  
  По другу, которого он потерял.
  
  По огню, который научился любить.
  
  ***
  
  Прошло три недели.
  
  Жизнь в Чёрной башне вернулась в привычное русло. Раненые выздоравливали, павших оплакивали, дела требовали внимания. Секта Поглощающего Света была уничтожена, пророк мёртв, угроза миновала.
  
  Но что-то изменилось.
  
  В башне стало тише. Никто больше не врывался в кабинет главы с дурацкими вопросами. Никто не собирал ядовитые цветы и не спорил с саламандрой. Никто не сиял улыбкой, от которой хотелось одновременно смеяться и закатывать глаза.
  
  Си Ень не признавался даже себе, что скучает.
  
  Вечером он сидел в своём кабинете - один, над бесконечными свитками. Мэйлин устроилась рядом, в кресле у камина, с книгой в руках.
  
  Тихо. Спокойно. Почти уютно.
  
  И тут камин вспыхнул.
  
  Не обычным огнём - ярким, золотым, почти ослепительным. Из пламени вылетел свиток - горящий, но не сгорающий.
  
  Мэйлин вскочила.
  
  - Что это?!
  
  - Письмо, - Си Ень уже шёл к камину. - Из Кольца Пламени.
  
  Он протянул руку в огонь - спокойно, привычно. Пламя не обжигало его, только ласкало, как верный пёс.
  
  Свиток лёг в его ладонь - тёплый, пульсирующий.
  
  - Я надеюсь, что это действительно благодарственное письмо, - сказал Си Ень, разворачивая его. - А не очередные претензии.
  
  Мэйлин подошла ближе, заглядывая через плечо.
  
  Си Ень начал читать.
  
  Его лицо менялось - от настороженности к удивлению, от удивления к чему-то похожему на веселье.
  
  - Даже не знаю, как к этому относиться, - сказал он наконец.
  
  - Что там? - Мэйлин нетерпеливо дёрнула его за рукав.
  
  - Это... - Си Ень хмыкнул. - Это как бы благодарственное письмо от Хранителя Искры.
  
  - Как бы?
  
  - Которое его заставил написать его сын.
  
  Мэйлин моргнула.
  
  - Что?
  
  - Слушай. - Си Ень прочистил горло и начал читать вслух:
  
  "Главе Чёрной башни, повелителю огненного источника, от Хранителя Искры, владыки Кольца Пламени.
  
  Я, Хранитель Искры, выражаю благодарность тебе и твоим людям за справедливое расследование гибели детей огня и наказание виновных. Твои действия предотвратили войну между нашими народами и восстановили честь погибших.
  
  Мой сын настаивает, чтобы я добавил, что ты и твоя жена проявили мудрость и сострадание, достойные истинных повелителей пламени. Он также настаивает, чтобы я передал привет "серебряному" и сообщил, что скучает.
  
  Однако я должен выразить глубокое неудовольствие тем, что вы сделали с моим сыном за время его пребывания среди людей. Он вернулся... изменённым. Он плачет. Он обнимается. Он говорит о "дружбе" и "сострадании". Он притащил с собой воспоминания о каких-то ядовитых ягодах и плотоядных цветах.
  
  Я не знаю, чему вы его учили, но он теперь совершенно невыносим.
  
  Также он отказывается объяснить, почему его предыдущее тело было полностью разрушено. Говорит только, что "так получилось" и "это было важно".
  
  Я требую объяснений.
  
  С уважением, которое мой сын заставил меня выразить, Хранитель Искры"
  
  Тишина.
  
  А потом Мэйлин рассмеялась.
  
  Звонко, от души, так, как не смеялась уже давно.
  
  - Ты ещё скажи, что он его не посылал! - сказала она сквозь смех. - Он сам сбежал!
  
  - А это непонятно, - Си Ень перечитывал письмо. - И даже если это так, Хранитель этого не признает.
  
  - Конечно не признает, - Мэйлин вытерла выступившие слёзы. - Он же гордый древний дух. Как он может признать, что его сын удрал к людям без разрешения?
  
  Си Ень хмыкнул.
  
  - "Он теперь совершенно невыносим", - процитировал он. - Он и раньше был невыносим.
  
  - Но теперь - по-другому.
  
  - По-другому.
  
  Мэйлин забрала у него письмо, перечитала сама.
  
  - Мне почему-то легче от этой новости, - сказала она тихо. - Хранитель всё-таки написал это письмо. Пусть его и заставили. Так что... не думаю, что Ашара там наказали.
  
  - Я вообще думаю, - Си Ень откинулся в кресле, - что он там делает что хочет.
  
  - Как и здесь?
  
  - Как и здесь.
  
  Они помолчали - но это было хорошее молчание. Лёгкое, тёплое.
  
  - Нужно рассказать Цзин Юю, - сказала Мэйлин. - Ему понравится.
  
  - Он в библиотеке?
  
  - Где же ещё.
  
  Си Ень встал, взял письмо.
  
  - Пойдём вместе.
  
  И они пошли - по тёмным коридорам Чёрной башни, к библиотеке, где их друг сидел над книгами.
  
  Нести ему весть о том, что огонь, который они полюбили, жив и по-прежнему невыносим.
  
  И что он скучает.
  
  Цзин Юй поднял голову, когда они вошли.
  
  - Что случилось?
  
  - Письмо, - Си Ень протянул ему свиток. - Из Кольца Пламени.
  
  Цзин Юй взял - осторожно, как что-то хрупкое. Развернул. Начал читать.
  
  И улыбнулся.
  
  Впервые за три недели - по-настоящему улыбнулся.
  
  - "Он говорит о дружбе и сострадании", - прочитал он вслух. - "Он теперь совершенно невыносим".
  
  - Мы его испортили, - сказала Мэйлин.
  
  - Мы его улучшили, - возразил Цзин Юй.
  
  - Это одно и то же, - хмыкнул Си Ень.
  
  Цзин Юй смотрел на письмо - долго, молча. Его пальцы касались строк, написанных огнём.
  
  - Он скучает, - прошептал он.
  
  - И мы скучаем, - ответила Мэйлин.
  
  - Но он жив. И он счастлив. - Цзин Юй поднял глаза. - Это главное.
  
  Они стояли втроём - в тихой библиотеке, при свете свечей. Трое друзей, которые прошли через многое.
  
  И где-то далеко, в Кольце Пламени, древнее существо огня вспоминало их.
  
  И улыбалось.
  
  Глава 87. Отъезд
  
  Цзин Юй объявил о своём решении за ужином.
  
  - Мне пора возвращаться, - сказал он, отставляя чашку с чаем. - В лунную академию. Я и так слишком долго отсутствовал.
  
  Си Ень и Мэйлин переглянулись.
  
  - Уже? - спросила Мэйлин.
  
  - Прошло почти два месяца. - Цзин Юй улыбнулся. - У меня там ученики. Занятия. Обязанности.
  
  - Ученики подождут, - сказал Си Ень.
  
  - Они и так ждали достаточно. - Цзин Юй покачал головой. - Я оставил академию на помощников, но это временное решение. Мне нужно вернуться.
  
  Тишина.
  
  Мэйлин теребила край рукава - верный признак того, что она волнуется.
  
  - Юй, - начала она осторожно. - Может, ещё немного побудешь? Ты только восстановился после... всего.
  
  - Я в порядке.
  
  - Ты бледный.
  
  - Я всегда бледный. Я заклинатель лунного источника.
  
  - Ты бледнее обычного, - вмешался Си Ень. - И худой. Ты вообще ешь?
  
  - Я ем прямо сейчас. - Цзин Юй указал на свою тарелку. - Вы оба видите.
  
  - Этого мало, - Мэйлин нахмурилась. - Тебе нужно больше отдыхать. Больше есть. Больше...
  
  - Больше сидеть под вашим присмотром? - Цзин Юй поднял бровь.
  
  Мэйлин замолчала.
  
  Си Ень откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.
  
  - Мы волнуемся, - сказал он прямо. - Ты там будешь совсем один.
  
  - Один? - Цзин Юй удивлённо моргнул. - С чего ты взял?
  
  - Ну... - Си Ень замялся. - Лунная академия. Ты там глава. Один.
  
  - Я там глава, - согласился Цзин Юй. - Но не один.
  
  - Но...
  
  - Там целая академия, Си Ень. - В голосе Цзин Юя появились нотки веселья. - Десятки учеников. Наставники. Слуги. Повара, между прочим, которые следят, чтобы я ел.
  
  - Это не то же самое.
  
  - Не то же самое, что вы двое, нависающие надо мной каждый день? - Цзин Юй рассмеялся. - Пожалуй, нет. Там мне хотя бы дают дышать.
  
  Мэйлин надулась.
  
  - Мы не нависаем.
  
  - Мэйлин, ты проверяешь меня трижды в день. Утром, днём и вечером. Иногда - ночью.
  
  - Это называется забота!
  
  - Это называется домашний арест, - парировал Цзин Юй. - Ты сама так сказала, когда запретила мне выходить из палатки.
  
  Мэйлин открыла рот - и закрыла. Аргументов не нашлось.
  
  Си Ень хмыкнул.
  
  - Ладно, - сказал он. - Допустим, там есть люди. Но это не мы.
  
  - Это мои ученики, - мягко возразил Цзин Юй. - Мои наставники. Моя семья, в каком-то смысле. Я строил эту академию с нуля. Эти люди доверяют мне. Зависят от меня.
  
  - Вот именно, - Мэйлин ухватилась за его слова. - Они от тебя зависят! Ты будешь заботиться о них вместо того, чтобы заботиться о себе!
  
  - А здесь я забочусь о себе? - Цзин Юй приподнял бровь. - Здесь я участвую в ваших расследованиях, сражаюсь с сектами и смотрю вещие сны, от которых теряю сознание.
  
  Пауза.
  
  - Это... другое, - неуверенно сказал Си Ень.
  
  - Чем?
  
  - Мы рядом. Мы можем помочь.
  
  - И мои ученики рядом. И они тоже могут помочь. - Цзин Юй вздохнул. - Послушайте, я понимаю, что вы волнуетесь. Правда понимаю. После всего, что случилось... после Ашара...
  
  Он замолчал.
  
  Имя повисло в воздухе - тяжёлое, болезненное.
  
  - Но я не Ашар, - продолжил Цзин Юй тихо. - Я не собираюсь исчезать. Лунная академия - в трёх днях пути. Если что-то случится - вы узнаете. Если мне понадобится помощь - я попрошу.
  
  - Ты никогда не просишь, - буркнул Си Ень.
  
  - Я учусь.
  
  Снова тишина.
  
  Мэйлин смотрела на Цзин Юя - долго, внимательно. Потом вздохнула.
  
  - Ты правда хочешь уехать?
  
  - Я правда должен уехать. - Он улыбнулся. - Это разные вещи. Хотел бы я остаться с вами подольше? Да. Но у меня есть обязанности. Люди, которые на меня рассчитывают.
  
  - Мы тоже на тебя рассчитываем, - тихо сказала Мэйлин.
  
  - И я никуда не денусь. - Цзин Юй взял её руку. - Три дня пути, Мэйлин. Это не край света. Вы можете приехать в любое время. Я могу приехать в любое время.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Си Ень молчал, глядя в сторону. Его лицо было непроницаемым, но Мэйлин чувствовала через связь - он тоже волновался. Тоже не хотел отпускать.
  
  - Си Ень, - Цзин Юй повернулся к нему. - Скажи что-нибудь.
  
  - Что ты хочешь услышать?
  
  - Что ты меня отпускаешь. Что не будешь присылать стражей проверять, жив ли я.
  
  - Я ничего не обещаю.
  
  - Си Ень.
  
  Долгий взгляд - чёрные глаза с огненными бликами в серебряные.
  
  - Хорошо, - сказал Си Ень наконец. - Езжай. Но если через месяц не пришлёшь весточку - я приеду лично.
  
  - Договорились.
  
  - И если что-то случится...
  
  - Вы узнаете первыми.
  
  - И если тебе станет плохо...
  
  - Си Ень, - Цзин Юй рассмеялся. - Я прожил десять лет за печатью. Я пережил потерю источника. Я сражался с сектой безумцев. Думаю, я справлюсь с управлением академией.
  
  - Это разные вещи, - упрямо сказал Си Ень.
  
  - Это одна и та же вещь. - Цзин Юй встал. - Жизнь. Я живу её. Иногда - рядом с вами. Иногда - отдельно. Но всегда - зная, что вы есть.
  
  Он подошёл к Си Еню и положил руку ему на плечо.
  
  - Ты мой лучший друг, - сказал он тихо. - Уже шестнадцать лет. Это не изменится от того, что я уеду в академию.
  
  Си Ень не ответил. Просто накрыл его руку своей - крепко, молча.
  
  Мэйлин подошла к ним.
  
  - Когда ты уезжаешь? - спросила она.
  
  - Завтра утром.
  
  - Так скоро?!
  
  - Чем дольше я откладываю, тем труднее будет уехать. - Цзин Юй улыбнулся. - И тем больше вы будете волноваться.
  
  - Мы будем волноваться в любом случае, - сказала Мэйлин.
  
  - Знаю. Но это нормально. - Он обнял её. - Это значит, что вы меня любите.
  
  - Конечно любим, дурак, - пробормотала она ему в плечо.
  
  - И я вас люблю. - Он отстранился, посмотрел на обоих. - Поэтому - до встречи. Не прощаюсь.
  
  - До встречи, - эхом отозвался Си Ень.
  
  - И пришли весточку, когда доберёшься! - крикнула Мэйлин ему вслед. - Иначе я сама приеду!
  
  - Пришлю! - донеслось из коридора.
  
  И он ушёл - собираться, готовиться к отъезду.
  
  А Си Ень и Мэйлин остались - вдвоём, в тихой комнате.
  
  - Он будет в порядке, - сказала Мэйлин.
  
  - Знаю.
  
  - Там целая академия. Его ученики.
  
  - Знаю.
  
  - Мы не можем держать его здесь вечно.
  
  - Знаю.
  
  Пауза.
  
  - Но ты всё равно волнуешься.
  
  - Конечно волнуюсь, - Си Ень вздохнул. - Он мой друг. Я всегда буду волноваться.
  
  Мэйлин прижалась к нему.
  
  - Я тоже, - прошептала она.
  
  И они стояли так - вдвоём, в тишине вечера. Думая о друге, который уезжал. О друге, который ушёл навсегда. О том, как странно устроена жизнь.
  
  И о том, что любовь - это всегда немного страх.
  
  Страх потерять тех, кого любишь.
  
  ***
  
  Цзин Юй уехал на рассвете.
  
  Они проводили его до ворот - втроём, как всегда. Обнялись, пообещали писать, помахали вслед. Смотрели, как серебряная фигура скрывается за поворотом дороги.
  
  А потом вернулись в башню.
  
  И впервые за долгое время - остались вдвоём.
  
  Вечер опустился на Чёрную башню мягко, как шёлковое покрывало.
  
  Си Ень сидел у окна в их покоях, глядя на закат. Небо пылало - алое, золотое, багровое. Цвета огня, его цвета.
  
  Дверь тихо открылась.
  
  - Все дела закончены, - сказала Мэйлин, входя. - Раненые в порядке. Отчёты отправлены. Стражи на местах.
  
  - Хорошо.
  
  Она подошла и села рядом - не в кресло напротив, а прямо на подлокотник его кресла, прижавшись плечом к плечу.
  
  - Тихо, - сказала она.
  
  - Да.
  
  - Непривычно.
  
  - Да.
  
  Они помолчали, глядя на догорающий закат.
  
  - Когда мы в последний раз были одни? - спросила Мэйлин. - Просто... одни. Без расследований, без сражений, без гостей.
  
  Си Ень задумался.
  
  - Не помню.
  
  - Вот и я не помню.
  
  Она положила голову ему на плечо. Он обнял её - привычно, естественно, словно они были созданы, чтобы сидеть именно так.
  
  - Я скучала, - тихо сказала она.
  
  - По мне? - он усмехнулся. - Я же был рядом всё время.
  
  - Рядом - да. Но не... - она замялась, подбирая слова. - Не так. Всё время люди, дела, проблемы. Ты был главой. Я была целительницей. Мы были... функциями.
  
  - А сейчас?
  
  - Сейчас ты мой муж. - Она подняла голову, посмотрела ему в глаза. - Просто муж. И я - просто твоя жена.
  
  Что-то тёплое разлилось в его груди. Не огонь - другое. Мягче, глубже.
  
  - Иди сюда, - сказал он.
  
  Он потянул её к себе - и она оказалась у него на коленях, обхватив руками за шею. Лёгкая, тёплая, пахнущая травами и мёдом.
  
  - Так лучше, - сказал он.
  
  - Гораздо лучше.
  
  Она провела пальцами по его волосам - чёрным, с огненными прядями. Он закрыл глаза, наслаждаясь прикосновением.
  
  - Ты устал, - сказала она тихо.
  
  - Немного.
  
  - Врёшь. - Она коснулась его виска. - Я чувствую через связь. Ты измотан.
  
  - И ты тоже.
  
  - И я тоже, - согласилась она. - Но я хотя бы признаю это.
  
  Он открыл глаза - посмотрел на неё. На её лицо в закатных лучах, на золотые искры в карих глазах, на губы, изогнутые в мягкой улыбке.
  
  - Ты красивая, - сказал он.
  
  Она рассмеялась.
  
  - Это сейчас к чему?
  
  - Просто так. - Он провёл пальцами по её щеке. - Я редко говорю тебе это. Но думаю - часто.
  
  - Грозный глава Чёрной башни думает о красоте своей жены? - она притворно удивилась. - Какой скандал.
  
  - Ужасный скандал, - согласился он. - Моя репутация будет разрушена.
  
  - Какая именно репутация?
  
  - Жестокого и беспощадного правителя.
  
  - А, эта. - Мэйлин фыркнула. - Её давно пора разрушить. Ты ужасно жестокий. Вчера ты позволил котёнку с кухни спать в твоём кресле.
  
  - Это было стратегическое решение.
  
  - Ты гладил его за ушами.
  
  - Это была... проверка боеспособности.
  
  - Ты называл его "маленький воин".
  
  Си Ень замолчал, поняв, что проигрывает.
  
  Мэйлин рассмеялась - звонко, счастливо. Он смотрел на неё и думал, что ради этого смеха отдал бы всё.
  
  - Иди сюда, - повторил он.
  
  И поцеловал её.
  
  Не быстро, не жадно - медленно, нежно. Как будто у них впереди вся вечность. Как будто ничего не существует, кроме этой комнаты, этого заката, этого момента.
  
  Она ответила - так же мягко, так же неторопливо. Её пальцы зарылись в его волосы, его руки обхватили её талию.
  
  Через связь он чувствовал её - всю. Её усталость и облегчение. Её любовь и тоску по близости. Её счастье - простое, тихое счастье от того, что они вместе.
  
  И она чувствовала его.
  
  Они разорвали поцелуй - не потому что хотели, а потому что нужно было дышать.
  
  - Си Ень, - прошептала она.
  
  - М?
  
  - Давай никуда не пойдём завтра.
  
  - Никуда?
  
  - Никуда. - Она прижалась лбом к его лбу. - Ни советов, ни отчётов, ни аудиенций. Пусть Вэй Цзюнь справляется сам. Один день.
  
  - Ты предлагаешь главе Чёрной башни прогулять работу?
  
  - Я предлагаю моему мужу провести день со мной.
  
  Он улыбнулся.
  
  - Это звучит как государственная измена.
  
  - Ужасная измена, - согласилась она. - Тебя следует наказать.
  
  - И как ты собираешься меня наказывать?
  
  Она наклонилась к его уху.
  
  - Заставлю тебя спать до полудня, - прошептала она. - Потом - завтрак в постель. Потом - прогулка в саду. Потом...
  
  - Потом?
  
  - Потом придумаю.
  
  Он рассмеялся - тихо, глубоко. Этот смех он позволял себе только с ней.
  
  - Ты ужасная женщина.
  
  - Я знаю.
  
  - Я люблю тебя.
  
  Она отстранилась - посмотрела ему в глаза. В её взгляде - что-то мягкое, открытое.
  
  - Повтори, - попросила она.
  
  - Я люблю тебя, - повторил он. - Мэйлин. Моя жена. Моё сердце.
  
  Она не ответила словами.
  
  Просто поцеловала его снова - глубже, жарче. И он чувствовал через связь: я тоже, я тоже, я тоже.
  
  За окном догорал закат.
  
  Башня погружалась в темноту - но в их покоях было светло. Тепло. Правильно.
  
  Впервые за долгое время - они были дома.
  
  Вместе.
  
  Позже - много позже - они лежали в темноте, переплетясь.
  
  Мэйлин чертила пальцами узоры на его груди. Он перебирал пряди её волос - чёрных, отливающих золотом в лунном свете.
  
  - Си Ень.
  
  - М?
  
  - Спасибо.
  
  - За что?
  
  - За всё. - Она приподнялась на локте, посмотрела на него. - За то, что ты есть. За то, что выбрал меня. За то, что... остался.
  
  Он потянул её обратно - к себе, в свои объятия.
  
  - Это ты меня выбрала, - сказал он. - Я просто был достаточно умён, чтобы не отказаться.
  
  - Неправда. - Она уткнулась носом ему в шею. - Ты мог выбрать кого угодно. Любую знатную даму. Дочь другого главы. Кого-то... подходящего.
  
  - Ты подходишь, - он сжал её крепче. - Ты - единственная, кто подходит.
  
  Тишина - тёплая, уютная.
  
  - Я рада, что Юй уехал, - вдруг сказала Мэйлин.
  
  - Что?
  
  - Не так! - она тут же поправилась. - Я имею в виду... я рада, что он достаточно силён, чтобы уехать. Что он не сломался. Что он... живёт.
  
  - Я тоже рад.
  
  - Но, - она помедлила. - Я рада, что мы одни. Хотя бы ненадолго.
  
  - Ненадолго?
  
  - Ну, зная нашу жизнь... - она вздохнула. - Завтра прилетит очередной пылающий свиток. Или нападут демоны. Или Юй попадёт в неприятности.
  
  - Он только уехал.
  
  - Это никогда его не останавливало.
  
  Си Ень фыркнул.
  
  - Тогда давай ценить то, что есть, - сказал он. - Сейчас. Эту ночь.
  
  - И завтра, - напомнила она. - Ты обещал.
  
  - Я обещал?
  
  - Ты не отказался. Это то же самое.
  
  Он повернул голову, нашёл её губы в темноте.
  
  - Хорошо, - прошептал он. - Завтра - наш. Только наш.
  
  - Обещаешь?
  
  - Обещаю.
  
  Она улыбнулась - он почувствовал это губами.
  
  - Спи, муж мой, - сказала она. - Завтра будет долгий день.
  
  - Долгий и ленивый.
  
  - Самый лучший.
  
  Он закрыл глаза.
  
  И впервые за долгое время - уснул спокойно.
  
  С её теплом под боком.
  
  С её сердцем, бьющимся в унисон с его.
  
  С её любовью, обнимающей его через связь.
  
  Дома.
  
  Глава 88. Три огня
  
  I. Чёрная башня
  
  Луна висела над Чёрной башней - полная, серебряная, словно монета, брошенная богами в тёмный бархат неба.
  
  Си Ень стоял на балконе своих покоев, глядя на спящий мир. Внизу, во дворе, перекликались ночные стражи. В окнах казарм мерцали редкие огоньки. Башня дышала - спокойно, размеренно, как спит уставший воин после долгого сражения.
  
  Позади скрипнула дверь.
  
  - Ты опять не спишь, - сказала Мэйлин, выходя на балкон. Она куталась в его халат - слишком большой для неё, волочащийся по полу.
  
  - Думаю.
  
  - О чём?
  
  Он не ответил сразу. Протянул руку - она подошла, прижалась к его боку. Тёплая, родная, пахнущая травами и домом.
  
  - Обо всём, - сказал он наконец. - О том, что было. О том, что будет.
  
  - И что будет?
  
  - Не знаю. - Он обнял её крепче. - Но впервые за долгое время... я не боюсь этого.
  
  Мэйлин подняла голову, посмотрела на него.
  
  - Ты изменился, - сказала она тихо.
  
  - Правда?
  
  - Раньше ты бы сказал, что знаешь всё. Что контролируешь всё. Что ничего не боишься.
  
  - Раньше я врал.
  
  Она рассмеялась - тихо, чтобы не разбудить спящую башню.
  
  - Знаю.
  
  Они стояли молча, глядя на луну. Где-то там, под этим же небом, был Цзин Юй - в своей академии, среди своих учеников. Где-то там, в пламени, недоступном смертным глазам, горел Ашар - изменённый, "невыносимый", живой.
  
  - Я скучаю по ним, - сказала Мэйлин.
  
  - И я.
  
  - Но это... правильно. Что мы не вместе. Что у каждого - своя дорога.
  
  - Да, - согласился Си Ень. - Правильно.
  
  Он повернул её к себе. В лунном свете её глаза казались почти золотыми - как в тот день, когда он впервые её увидел. Маленькая травница, которая не боялась грозного главу Чёрной башни. Которая смотрела ему в глаза и говорила правду.
  
  - Спасибо, - сказал он.
  
  - За что?
  
  - За то, что ты есть. За то, что осталась. За то, что... спасла меня.
  
  - Я не...
  
  - Спасла. - Он коснулся её щеки. - От меня самого. От того, кем я становился. Ты и Юй - вы оба.
  
  Она не ответила. Просто встала на цыпочки и поцеловала его - нежно, легко.
  
  - Пойдём спать, - прошептала она. - Завтра будет новый день.
  
  - И новые проблемы.
  
  - И новые радости.
  
  Он улыбнулся - той улыбкой, которую она видела так редко. Настоящей.
  
  - Пойдём.
  
  И они ушли - в тепло их комнаты, в тишину их ночи.
  
  А луна продолжала светить над Чёрной башней - серебряным стражем, хранящим их сон.
  
  II. Лунная академия
  
  За три дня пути на запад, в горах, окутанных вечным туманом, стояла Лунная академия.
  
  Цзин Юй сидел в своём кабинете - небольшой комнате с видом на горы. На столе - стопка непроверенных работ. На полках - книги, свитки, артефакты. В углу - узкая кровать, на которой он так редко спал.
  
  Он читал письмо.
  
  "Юй,
  
  Мэйлин заставила меня написать тебе, потому что "ты обещал прислать весточку, а прошла уже неделя". Я напоминаю, что ты обещал. И что прошла уже неделя.
  
  Как твоя академия? Ученики не сводят тебя с ума? Ты вообще ешь? Мэйлин говорит, что ты наверняка забываешь есть, и она права.
  
  У нас всё спокойно. Слишком спокойно. Я начинаю скучать по временам, когда кто-нибудь пытался нас убить.
  
  Шучу.
  
  Почти.
  
  Саламандра тоже передаёт привет. Она кусает всех, кто пытается её погладить, и я думаю, что она скучает по Ашару. Хотя она его тоже кусала.
  
  Пиши чаще. Или Мэйлин приедет лично. И привезёт яды.
  
  Это тоже шутка.
  
  Почти.
  
  Твой друг (который не умеет писать нормальные письма, по словам Мэйлин), Си Ень"
  
  Цзин Юй улыбнулся.
  
  Он отложил письмо, потянулся за кистью. Нужно ответить - и не через неделю, а сейчас. Иначе Мэйлин действительно приедет. И действительно привезёт яды.
  
  Он начал писать - о своих учениках, о занятиях, о том, как красиво рассветает над горами. О том, что он не забывает есть (почти). О том, что скучает.
  
  За окном - туман и горы. Где-то внизу - спящая академия, его дом, его семья. Десятки молодых заклинателей, которые смотрят на него с надеждой и доверием.
  
  Он не одинок.
  
  Он никогда не был по-настоящему одинок - даже за печатью, в темноте, на грани смерти. Потому что где-то там, далеко, был Си Ень, который оплакивал его. Была Мэйлин, которая ещё не знала его, но уже шла к нему - через лес, через судьбу.
  
  Он закончил письмо, запечатал его лунным светом. Завтра отправит с почтовой птицей.
  
  А сейчас - сейчас он вышел на балкон.
  
  Луна светила над горами - та же луна, что светила над Чёрной башней. Та же, что отражалась в глазах его друзей, когда они смотрели на небо.
  
  - Спокойной ночи, - прошептал он.
  
  И где-то далеко - он почти верил в это - они его услышали.
  
  III. Кольцо Пламени
  
  В месте, где нет ни дня, ни ночи, где огонь горит вечно и души древних существ танцуют в пламени, Ашар смотрел на мир людей.
  
  Он не мог видеть его по-настоящему - Кольцо Пламени было слишком далеко от смертных земель. Но он помнил. Каждый закат над Чёрной башней. Каждый рассвет над горами. Каждое лицо, каждый голос, каждое прикосновение.
  
  - Ты опять думаешь о них.
  
  Хранитель Искры возник рядом - огромный, древний, пылающий. Его голос был как рокот подземного огня.
  
  - Да, - ответил Ашар.
  
  - Это бессмысленно. Они смертны. Они умрут - через мгновение по нашим меркам.
  
  - Я знаю.
  
  - Тогда зачем?
  
  Ашар помолчал.
  
  - Потому что это мгновение - важно, - сказал он наконец. - Для них. И для меня.
  
  Хранитель не ответил. Но и не ушёл.
  
  - Ты изменился, - сказал он через некоторое время.
  
  - Да.
  
  - Это... - долгая пауза. - Это плохо?
  
  Ашар повернулся к отцу - впервые за долгое время посмотрел ему в глаза. В глаза существа, которое горело тысячелетиями, которое видело рождение и смерть империй, которое не знало, что такое слёзы.
  
  - Нет, - сказал он. - Это хорошо.
  
  И улыбнулся.
  
  Хранитель смотрел на него - долго, непонимающе. Потом отвернулся и ушёл, бормоча что-то о "невыносимых детях" и "дурном влиянии смертных".
  
  Ашар остался один.
  
  Он думал о Цзин Юе - о серебряных глазах, о руке, которая держала его до самого конца. О словах: "Я тебя не оставлю".
  
  Он думал о Мэйлин - о её смехе, о её ругани, о букете плотоядных цветов, который она приняла с такой радостью.
  
  Он думал о Си Ене - о грозном главе, который оказался не таким уж грозным. Который обнял его на прощание и пожелал неугасимого огня.
  
  Я вернусь, подумал он. Когда-нибудь. Я найду вас снова.
  
  Или тех, кто придёт после вас.
  
  Потому что теперь я знаю, что значит - быть своим.
  
  И пламя Кольца вспыхнуло ярче - на мгновение, на вздох - словно отвечая его мыслям.
  
  IV. Эпилог эпилога
  
  Три огня горели в ту ночь.
  
  Огонь в камине Чёрной башни - где Си Ень и Мэйлин спали, обнявшись, связанные душами и судьбами.
  
  Огонь свечи в Лунной академии - где Цзин Юй писал письмо друзьям, улыбаясь в темноте.
  
  Огонь в Кольце Пламени - где древнее существо впервые в жизни думало о смертных с любовью.
  
  Три огня - разных, далёких, связанных невидимыми нитями.
  
  И пока они горели - мир был в безопасности.
   Пока они горели - история продолжалась.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"