Аннотация: А что, неужели я уже выгляжу так, как человек, которому нужна помощь?
Похоронив страдавшую болезнью Паркинсона мать, Эрика Нестерова, посредственная художница, осталась совсем одна.
Проводив нелюбимую родительницу в последний путь, Эрика не поехала с немногочисленными соседками в поминальное кафе, а отправилась в старую часть кладбища, густо заросшую шиповником, где много лет назад упокоилась её единственная дочь Яна.
Муж Эрики, Валерий, покончивший с собой за три года до смерти Яны от истощения в связи с солевой зависимостью, был надёжно вычеркнут из доброй памяти художницы, и она всё ещё не могла простить его, хотя оставшись вдовой, замуж больше не вышла, да никого и не любила больше так сильно, как Валеру.
Закурив сигарету и не сводя глаз с гранитного портрета дочери, Эрика будто снова переживала тот кошмар, случившийся двадцать лет назад в её семье.
Светлая, чистая улыбка дочери до сих пор подкармливала ненависть безутешной матери.
Эрика опять вспоминала, как встретила Валерия впервые, на рекламных съёмках моделей подростковой одежды, куда она, как амбициозная мать, привела созревшую Яну.
Сосредоточенный молодой фотограф показался ей самым совершенным мужчиной на земле.
Чтобы не оборвать мимолётное знакомство, Эрика выпросила у Валерия все снимки дочери, солгав, что хочет написать её портрет, а дочь не усидчивая, и снимков достойных у неё нет.
Валерий не только согласился, но даже не переслал фото электронной почтой, а, приняв приглашение на чай неожиданной знакомой, пришёл к ней домой собственной персоной и подарил флешку с фотографиями.
Как же она была счастлива!
Это могло означать только одно - она всё-таки оказалась особенной, раз смогла привлечь внимание утомлённого женской красотой фотографа.
И ни один мужчина - ни до, ни после - не заставлял её так измениться в лучшую сторону.
Рассеянная, живущая одним днём, совершенно не хозяйственная Эрика, можно сказать, расцвела в ливне его внимания, как расцветает пустыня, внезапно орошённая долгожданным дождём.
Валерий был младше Эрики на десять лет и быстро нашёл общий язык с Яной. Они даже вместе смотрели глупый детский сериал "Тетрадь смерти" и ходили в кино.
Всё шло так идеально, что Эрика, заземлившись, впервые в жизни начала украшать квартиру вышивками и модными шторами, научилась готовить и не лениться вставать по утрам в выходной, чтобы порадовать близких ей людей блинчиками.
Господи, она даже купила соковыжималку, чтобы готовить апельсиновый сок из свежих фруктов.
А он не просто растоптал её любовь, не просто надругался над её заботой, он совершил самый гадкий, самый омерзительный поступок в мире.
А ведь казался святым!
И в постели у них всё происходило божественно, а когда она забеременела, и гинеколог в связи с угрозой выкидыша запретила ей половую жизнь, он мужественно терпел.
Да терпел недолго.
Пользуясь особым положением жены, совратил Яну. Такой добрый, такой внимательный, такой заботливый!
А в его ноутбуке нашли снимки обнажённой падчерицы.
Эти-то снимки и оказали ключевое давление на следствие, хотя Яна клялась, что он и пальцем её не тронул, и что-то лепетала о любви.
Только ей, малолетке, никто не поверил, Эрика, движимая местью, уж постаралась, чтобы не поверили.
Времена Шекспира давно прошли.
Жаль только, предатель не искупил наказания сполна - вскрыл вены в следственном изоляторе. А она в таких красках живописала себе его опущение в зоне!
Какой же это был позор!
Несмотря на то, что Эрика рьяно кинулась обвинять насильника, ей долго напоминали, что она сама - жена бывшего педофила - ничуть не лучше.
В подъезде стены украшались непристойными надписями, от неё отвернулись многие друзья - кто-то пустил слух, что она потворствовала болезненной страсти мужа к нимфеткам.
Зато её банальная живопись ненадолго стала невероятно популярной, особенно картина, изображающая мёртвого юношу, которого охраняет ворона.
Какой-то сетевой фигляр прозвал это полотно "Сон педофила".
Досталось и Яне.
Её откровенно презирали.
Мало кто верил, что она оказалась невинной жертвой, ссылаясь на её природную красоту и рано созревшие формы.
Да, да, в обществе нашлись обыватели, которые, брызгая слюной, утверждали, что именно юная девушка заставила фонтанировать тёмную сторону воздерживающегося мужчины.
Яна, бывшая отличница, закончила школу с тройками и даже на выпускной не пошла.
Блестяще поступила в институт культуры на факультет фото- и видеосъёмки, у неё впервые появился парень, и вдруг как обухом по голове - наркотики.
С трудом сдав первую сессию, подающая надежды студентка забросила учёбу, ушла из дома.
Эрика поначалу боролась.
Отыскивала дочь в каких-то грязных притонах, даже пыталась устроить её в лучшую клинику для наркозависимых, на своей странице в "Контакте" собрала пожертвования для лечения бывшей жертвы педофила, но это не помогло.
Второго ребёнка Эрика так и не родила. Она сделала аборт и ни разу не пожалела.
Опять полпачки выкурила.
Сколько лет прошло, а ненависть к Валерию не отпускает. И ничего не помогает: ни психолог, ни батюшка, ни объятия других мужчин.
Возможно ли простить предателя?
Нет. Только не предателя. Никогда. Ни за что.
И всё, что она будет продолжать делать - это постоянно напоминать обществу, что талантливый и модный фотограф Валерий Молчанов оказался заурядным педофилом.
Она будет мстить до последнего своего часа, будет поливать его грязью, пусть даже эта грязь образовалась в первую очередь в ответ на то, что он отвергнул её чистую, жертвенную любовь, а не оттого, что он бесстыдно надругался над беззащитным ребёнком.
С этими мыслями Эрика вернулась в пустую холодную квартиру.
После чудовищного преступления мужа она уничтожила все вышивки, все купленные ею в процессе постройки семейного гнезда вазочки, чашечки, плошечки.
В осиротевших комнатах осталось только самое необходимое.
Оглядывая спартанскую обстановку гостиной, Эрика думала о том, что, наконец-то, у неё появятся деньги от продажи материной квартиры, чтобы немного отдохнуть от преподавания и пожить в своё удовольствие.
А пока не прошло полгода, квартиру можно сдавать.
На другой день Эрика поехала на квартиру матери, чтобы разобрать вещи, ценными в квартире были богатая, но уже никому не нужная библиотека и многочисленные альбомы с чёрно-белыми фотографиями.
В ящике стола Эрика обнаружила современный дневник с замочком, щедро украшенный единорогами.
Неужели, мать на старости лет совсем спятила?
И какие у неё, обычной библиотекарши, могут быть тайны?
Эрика чуть было не отбросила дневник в сторону, но какая-то невидимая рука заставила её положить тетрадь с твёрдой корочкой в свою сумку.
Дома Эрика приняла ванную с расслабляющей солью, достала из холодильника бутылку водки и удобно расположилась на диване, собираясь насладиться материной исповедью.
Сломав дневниковый замок, она обнаружила на фронтисписе фотографию насильника и его жертвы.
Они смотрели друг на друга с такой любовью, что лицо немолодой художницы исказилось новой болью.
Значит, психолог была права: дочь, чтобы пережить надругательство, посыпала пирог воспоминаний стружкой "стокгольмского синдрома".
Она хотела было отбросить тетрадь в сторону, но опять невидимая рука заставила её перевернуть страницу.
Эрика начала читать.
***
Сегодня был офигенно жаркий день.
По дороге в школу я наблюдала, как толстый шмель кружился вокруг цветущей ветви таволги.
Как жалко, что я не могу нарисовать эту картину, у меня нет способностей, как у мамы, но у меня есть телефон.
Я так долго фотографировала полёт, что опоздала на урок.
И всё равно шмель получился расплывчатой точкой.
Я давно прошу у мамы купить мне настоящий цифровой фотоаппарат, но у неё всегда находятся отговорки.
Обидно, что на водку и ментоловые сигареты она находит деньги, а на фотоаппарат нет.
Когда я вырасту, ни за что не закурю и никогда не выпью. А когда у меня родится дочка, я буду покупать ей всё для её развития.
***
Мама сказала, что я сама могу заработать на цифровик. Ура!
Надо только сняться в рекламе подростковой одежды для местного журнала.
Мама говорит, что она посылала моё фото в агентство и именно меня отобрали! Здорово, что я красивая. Неужели у меня будет цифровик?
По химии получила за самостоятельную двойку.
Сама виновата, вместо того, чтобы вечером учить, снимала толкущиеся по грозовому небу облака, а потом предпочла созерцание ползущих по оконному стеклу капель дождя скучной химии.
И зачем мне она?
Какая мне разница, из каких элементов состоит дождевая вода? А вдруг это изменит моё к ней отношение?
Это как полюбить человека, а потом вскрыть его и посмотреть, какого цвета у него печень.
Антон всю литературу странно на меня смотрел. Неужели влюбился?
У нас в классе все девчонки влюблены во взрослых мальчиков. Я тоже вру, что переписываюсь со взрослым мужчиной, иначе будут насмехаться.
***
Сегодня был первый день съёмок рекламы для журнала. Мне так всё понравилось!
Я тоже сделала кучу снимков в студии во время перерыва, и фотограф - дядя Валера попросил разрешения посмотреть мои "шедевры"!
Вообще я стесняюсь показывать свои фото и знакомым и незнакомым людям, но дядя Валера так серьёзно попросил, что я не могла отказать!
Я с каким-то нарастающим ужасом сидела рядом, пока он листал на телефоне мои фотки.
А он восхищался и тучами, и таволгой, и даже мёртвым свиристелем, которого я нашла под яблоней возле библиотеки.
Боже, он меня похвалил, сказал, что я не только очень красивая девочка, но ещё очень талантливая, и что я когда-нибудь заткну за пояс какого-то Анри Картье-Брессона!
И ещё дядя Валера посоветовал мне разместить мои фотки на "Фотосайте", только не писать, кто я и сколько мне лет.
Чтобы не смущать профессионалов, пошутил он.
***
Сегодня дядя Валера пришёл к нам домой в гости.
И я впервые с удовольствием сидела за одним столом со взрослыми и не хотела уходить в свою комнату.
Они пили вино с конфетами, а я яблочный сок.
Дядя Валера рассказал, что в детстве у него совсем не было друзей, кроме старого ворона со сломанным крылом, который жил у него дома.
Он не мог летать и поэтому его не запирали в клетке.
Дядя Валера сказал, что ворон был первой его фотомоделью, и за фотографию с ним он получил первое место в каком-то журнале.
А когда ворон умер, дядя Валера долго горевал и похоронил его в лесу как человека.
Мама была какой-то обновлённой.
Она накрутила локоны, купила в секонд-хенде новое платье, ярко накрасилась и всё время смеялась. Я давно не видела её такой счастливой.
А когда дядя Валера ушёл, она начала писать картину и разрешила мне побыть рядом с ней.
Мама сказала, что будет рисовать умершего юношу, покой которого охраняет чёрный ворон.
Я сфотографировала маму перед мольбертом, с сигаретой в зубах и выставила на "Фотосайте", назвав снимок "Сон ворона" и буквально через минуту какой-то пользователь под ником Dozer поставил мне лайк и написал комментарий: "Оригинально!".
***
Опять проспала первый урок.
И вообще не слушала ничего из того, о чём пытались научить учителя.
Антон меня сегодня удивил! Подошёл на перемене и предложил шоколадку.
Я отказалась, Антон мне совсем не нравится, но мне было очень приятно, и я даже начала светиться, как мама в последнее время.
Антон совсем не похож на дядю Валеру.
У Антона круглое лицо, невыразительные карие глаза, а у дяди Валеры пшеничные волосы до плеч, которые он убирает в хвостик, голубые глаза, удлинённое лицо, тонкий нос.
Если я когда-нибудь влюблюсь, то обязательно в парня, похожего на дядю Валеру.
***
Сегодня на перемене ко мне подсела Камилла, самая модная девочка в нашем классе и сказала, что видела мои фотки в журнале.
Сказала, что мне очень сильно повезло, и что она тоже мечтает стать моделью, только у неё нет денег на профессиональную съёмку, и я предложила поснимать её.
После уроков мы пошли в парк, и я снимала Камиллу возле искусственного пруда в разных позах.
Фотки Камилле понравились, но она сказала, что надо ещё снять обнажёнку, и что мне она доверяет.
Мы пошли к ней домой. Я сначала сильно стеснялась, хотя голой позировала Камилла, а не я.
Чтобы меня успокоить она предложила мне выпить тоника.
А когда я сказала, что ещё ни разу не пробовала алкоголь, она мне не поверила. Сказала, что думала, раз моя мама художница, то и я вращаюсь в тусовке, а в тусовке все пьют.
После тоника дело пошло на лад.
Особенно удачным получилась фотка там, где Камилла сидит на подоконнике с голой грудью, взлохмаченными волосами и ярко накрашенными губами. Камилла сказала, что теперь я ей брат навек!
***
Наконец-то закончилась школа!
Теперь я могу спать до обеда и гулять, где мне вздумается.
1-го июня, в день защиты детей я, мама и дядя Валера пошли в парк аттракционов.