Саламандра и шашлык


Я ей писал про вечности тревогу,
Про то, как в мире тишина мертва.
Она в ответ: "Простите, ради бога,
Ваш текст - вода, пустые всё слова".
"Казнить нельзя, но где же запятая?" -
писала Муза, пряча в строчках смех.
А я, её Пегаса оседлая,
подбросил в топку угли для утех.
Изобразил ей огненную лаву,
про то, как дышит пламя в темноте.
Она в ответ: "Какого  черта, право?
Офигеваю я....и краны  все
перекрываю и ливаю. Точка".
А через  минуты - новый крик:
"Старались Вы... Сомнительные строчки...
Иль я от смыслов спятила на миг?"
"Реальность смыта. В часовом - каком я? 
Мне сердце тычет в рёбра, как в набат.
Сравнить с огнём каким-то там -  бла, бомба!
То ж, к лешему, отчаянный подкат!"
"Ничё не дам!" - финал её тирады, -
"И не проси огня у Саламандр!
Мои угли - для шашлыка награда,
А не для ваших поэтичных мантр".
 
И я молчу. Я выметаю пепел
от крыльев павшего в бою коня.
Её ответ был груб, великолепен!
Меня обжёг  - оплавилась броня.
Моих  боится слов, как бог - распятья,
как чёрт - святой воды и ладана.
И пряча нежность в складках грубых платьев,
краны перекрывает дотемна.
 
Пусть будет так. И нервные надрывы
пусть время лечит, жарится шашлык.
Я к этому молчанию привык -
в нём больше страсти, чем в любом порыве.
И если вдруг, спустя неделю... две,
она мой новый стих отметит лайком,
то значит, уголёк в её душе
еще сверкает озорной утайкой.