Аннотация: "Литературная газета", N 51 (6050), 7-13 декабря 2005 года
- Что обычно вызывает у Вас усмешку ?
- В основном человеческая глупость.
- Ну и как, материала хватает?
- Сколько угодно.
- Значит, день и ночь смеётесь?
- Нет, изредка. Потому-что надоедает. Глупость существует в таком несметном количестве, что к ней привыкаешь и уже не обращаешь на неё внимания.
- А раньше её было меньше?
- Ничуть. Помню, как в артиллерийском училище, в котором я должен был прочитать лекцию, увидел лозунг: "Наша цель - коммунизм". Сопровождающему меня офицеру показываю. Он не понимает. Пришлось растолковать, что для артиллеристов призыв довольно двусмысленный. Кажется, сопровождающий понял, поскольку, выходя из училища, лозунга больше не видел.
- Те, кто читал Ваши "Зияющие высоты", знают Вас как мастера гротеска, умеющего создавать атмосферу жутковатого юмора. Откуда у Вас эти качества?
- С детства. В нашем доме, несмотря на бедность, всегда гостило много разного люда: портные, сапожники, валяльщики валенок... Среди них находились весельчаки, которые с шутками и прибаутками рассказывали много интересного, вызывая у слушающих улыбки, часто и гомерический смех. Они-то и разбудили, наверное, во мне сатирика. Кроме того, я унаследовал от отца умение рисовать. Причём у меня получались не портреты, не точные изображения, а скорее карикатуры. За эти мои качества меня постоянно привлекали к созданию стенгазет: в школе, в армии, в университете, в Институте философии, где я работал. Подписи в стихах тоже часто придумывал сам.
- Например...
- Это было во время войны. Штурмовики, как известно, подходили к цели на большой высоте, а затем для нанесения более точного удара снижались. Но у земли нас поджидал огонь зениток. Так вот, один наш лётчик, не желая подвергаться опасности, предпочитал отбомбиться на высоте.
Комполка дал мне задание "проработать" его в "Боевом листке". И вот я нарисовал Ил-2 в облачке разрывов, а под ним написал стишок:
Себя от "мессеров" страхуя,
Всегда держуся наверху я,
Но вот беда: дал маху я -
И наверху их... очень много.
Вся Вторая воздушная армия потом долго потешалась над моим рисунком и стишком.
- А ещё, я знаю, была история с парашютом.
- Это произошло, когда я учился в Ульяновской школе лётчиков. Инструктор объяснил нам, как пользоваться парашютом. Сказал, что, если не раскроется главный, нужно дёрнуть за кольцо запасного. Кто-то спросил, что делать, если и запасной парашют не раскроется. Я тут же ответил за растерявшегося инструктора: надо зайти на склад и обменять на новый. Позднее я узнал, что инструктор взял мою хохму на вооружение для оживления своей лекции.
- Но не только человеческие качества были в прицеле Вашей иронии...
- Ещё в школе у меня обнаружилась склонность к шуткам касательно социальных аспектов жизни общества. Высмеивать святыни марксизма и основы - коммунизма стало моим хобби. Ну, например, определение "Марксизм не догма, а руководство к действию" я исправил на "Марксизм не догма, а руководство к ней". Эта шутка стоила мне неприятных разговоров с некоторыми ответственными лицами. Но она выражала серьёзную научную истину: советская идеология действительно играла роль руководства к действию, но лишь в догматической форме.
Расхожими стали и другие мои "афоризмы": "Производственные отношения есть отношения людей в процессе их производства", "Женщина есть объективная реальность, данная нам в ощущениях", и другие.
- Увы, смена экономической формации не принесла нашему народу счастья.
- К сожалению, идеальных государственных устройств не бывает. И хорошо, что есть юмор и смех. Они спасают людей от уныния и невзгод, неизбежных в любом обществе.
Измучил писателя вопросами Владимир Красовский.
[Предисловие.]
Этого человека многие, в том числе читатели "ЛГ", знают как публициста, философа. Ещё он сатирик, что убедительно доказал своими знаменитыми "Зияющими высотами". И, наконец, Александр Зиновьев - художник. Эти две стороны дарования он сегодня и демонстрирует читателям 16-й страницы.