Орлов Денис Евгеньевич. Маленький Саша. Прода. 108

27 августа 1829, Вильманстранд

Великий князь вошёл в класс, подошёл к столу и поздоровался:

-- Доброго вам дня, господа. Прошу садиться.

Здесь же вчера проходила аттестация, а сегодня собралось более двух десятков человек. В первом ряду по центру сидело начальство и учителя офицерской легионной школы. На задних рядах теснились слушатели. Великий князь сложил из бумаги пирамидку и поставил её на угол стола.

-- В качестве вступления, хочу напомнить, что вчера из шести человек к командованию взводом было аттестовано только трое. И это обстоятельство побудило меня собрать вас здесь. Командир взвода отличается от нижних чинов не только своим знанием и образованностью, но и умением свои знания применять, в том числе и необычным образом. И если к знанию наставления по стрельбе, устава, правил несения караульной службы и прочему у меня нет замечаний, то к пониманию сути, того же наставления по стрельбе, к творческому применению заложенного в него знания, у меня есть что вам сообщить, -- Великий князь отошёл дальше от стола и повысил голос. -- Для улучшения понимания особенностей несения службы офицерами и командирами разных уровней, я учреждаю в школе легионный комитет по улучшениям. Для него будет выделен раздел в легионном журнале. Целью является, путём совместных обсуждений всех заинтересованных лиц, находить наилучшие решения по всяким вопросам, связанным с несением службы. Шефом комитета я назначаю генерала второго ранга Дениса Васильевича Давыдова. Членом же комитета может стать всякий, имеющий отношение к службе. Председатель и секретарь будут избраны из их числа. И я первым заявляю о своём участии в комитете. В качестве своей работы, я намерен провести с вами беседу на предмет правильного понимания и применения легионного наставления по стрельбе.

Великий князь сделал паузу, давая возможность людям немного пошуметь. Когда же аудитория несколько затихла, он продолжил:

-- Это не лекция и даже не семинар. Это беседа. В ней я выступаю в качестве ведущего докладчика, но всякий может остановить меня, чтобы задать вопрос или высказаться. Чтобы это не было совсем уж неорганизованно, для того чтобы прервать меня нужно поднять руку. Я замечу и остановлюсь, чтобы выслушать. А теперь начну свой доклад. Наставление известно всем присутствующим. Как показала аттестация, есть люди знающие его наизусть. Однако, важно не просто знать его, но и понимать почему в нём написано то или иное, а главное находясь в бою умело видоизменять своё решение в соответствии со смыслом наставления, а не просто следовать его указаниям. Кхм, -- великий князь сделал паузу, прежде чем продолжить. -- Если оценить всё наставление в целом, то легко можно заметить что оно различает технические показатели стрельбы, практические и боевые. Первым посвящена, наверное, пятая часть всего текста. Третьим чуть больше одной страницы. А всё остальное это пояснение о практических показателях. Это разделение введено не случайно, и объём текста также имеет свои причины. Для того, чтобы правильно применять наставление в бою нужно понимание, почему сделано именно так. И вот сейчас, я, как один из авторов наставления, всё это вам поясню. Технические показатели призваны описать оружие в руках стрелка как вещь, обладающую определёнными, присущими именно ей, свойствами. Посмотрим на некоторые из них. Наибольшая дальность выстрела. В наставлении указывается, как на стрельбах было получено значение и каким было принято для нужд наставления. Не меняя пулю, заряд, саму винтовку мы можем быть уверены, что выстрелив под указанным углом получим туже дистанцию. Дальность убойного выстрела, хоть и зависит от цели, в качестве которой прията дюймовая сосновая доска, но также описывает свойства, прежде всего, оружия. А теперь посмотрим на техническую скорострельность винтовки. Этот показатель уже меняется не только от качеств винтовки, но и от умения стрелка. И мы можем подумать, что он не относится к техническим. Но за счёт многократности испытаний, а за основу взяты аттестационные стрельбы по окончании рекрутской школы легиона, мы можем свести к незначительной величине влияние личных умений стрелка и оценить удобство заряжания, как свойство оружия. Аттестационные испытания подходят для этого лучше всего, ведь стрелок спокоен и на него ничего не влияет. В тоже время наставление содержит данные и о практической скорострельности. Эти измерения являются результатом упражнений на полевых манёврах, в ходе них стрелок осуществляет не только заряжание, но и предусмотренные наставлением по легионной тактике перемещения, как часть звена. Так скорострельность из трёх с половиной выстрелов в минуту падает почти до двух. И это различие имеет глубокий практический смысл для командира.

Великий князь сделал паузу, но поскольку вопросов не последовало, продолжил:

-- Как известно носимый запас патронов у стрелка составляет шестьдесят штук. Если ваш взвод ведёт несложный бой, обстреливая безответных повстанцев, то патроны у стрелков иссякнут примерно через полчаса и к этому времени командир должен озаботиться о поднесении им припасов из взводной тележки. Если же взвод занял редут, и защищенные стенами стрелки, стоя на месте, ведут непрерывную стрельбу уже с технической скорострельностью, то пополнение запаса им потребуется уже через семнадцать минут. Но здесь необходимо вспомнить и о боевой скорострельности. Ведь в нормальном бою стрелок вполне может оказаться после долгого марша, он устал. По нему стреляют, и потому он охвачен волнением. В безветрии дым застилает всё вокруг, и ему сложно прицелится. И оказывается, что в обычном бою скорострельность может упасть и до одного выстрела в минуту и даже до одного в две. А это означает, что запаса патронов может хватить и на час и на два. Однако ни на манёврах, ни на полигоне мы не сможем предугадать, какова окажется боевая скорострельность. А существенного опыта боёв у легиона пока нет. Потому наставление, в части посвящённой боевым показателям, столь мало по объёму. Оно лишь напоминает офицерам, какое воздействие может оказывать бой и не только на скорострельность, но и, например, на дальность эффективной стрельбы. Прежде чем заговорю о ней, хочу отметить, что с нетерпением жду возвращения нашей команды с Турецкой войны. Это позволит дополнить наставление свежими сведениями. Теперь, если вопросов нет, перейду к практическим дистанциям.

Слушатели молчали.

-- Дальность действенного, или как его иногда называют действительного, огня, является достаточно условной величиной. Фактически она обозначает, с какой дистанции огонь производит на противника должное впечатление. В отличие от дистанции убойного выстрела она связана с качествами противника. И первое, что приходит на ум, это наличие у него защитного доспеха. Если противник это сапёрная рота, которая строит некий мост и люди облачены в кирасы и шлемы, то действенным на них огонь может оказаться лишь шагов с двухсот. И второе, это траектория пули. При стрельбе на дальние расстояния пуля опускается на землю под очень большими углами. На девятистах шагах ошибка определения прицела в тридцать шагов приведёт к промаху даже не по одиночной мишени. Допустить же такую ошибку в определении расстояния слишком просто. Чтобы оказать действие на врага, в него необходимо попадать. Поэтому дальность действенного огня принята меньшей относительно дальности убойного выстрела. Разумеется, я, как один из авторов наставления, принял решение на какой дистанции вероятность попадания достаточна, чтобы оказать влияние на противника. В реальном бою оный может не впечатлиться даже выстрелами в упор. Всё же принимая решение, офицерам нужно опереться на какие-то значения. Примерно из тех же соображений определялась дальность эффективного огня. На более близких дистанциях убойность пуль уже не вызывает сомнений, за исключением особых случаев, потому внимание уделяется вероятности попадания в цель. Я принял решение, что поражение противника одной пулей из четырёх достаточно, в большинстве случаев. Так в наставлении была указана дальность в шестьсот шагов. Но уже при написании наставления мною была сделана оговорка для целей в виде больших толп или глубоких колонн. И я не раз её слышал от многих, что возможно эффективное применение и на восемьсот шагов. Но за этим утверждением я не чувствовал понимания. Боевая дальность эффективной стрельбы может оказаться и не более двухсот шагов, если вы обстреливаете сапёров в кирасах. И даже быть ещё меньшей. А может оказаться сравнимой с дальностью действенного огня. Вы спросите меня: "Почему?", и я вынужден буду напомнить вам суть принятого мной, как одним из авторов наставления, решения. А именно о том, какие затраты патронов приемлемы для поражения противника. Почему четыре патрона на одного врага? Представьте, что ваш взвод занял редут. Командование выдало вам несколько возов патронов и сказало: "Делай что хочешь, но редут удержи". В этом положении вы можете позволить себе тратить пять патронов и даже десять на одного врага. И тогда дальность, на которой вы сможете поражать противника с приемлемой вероятностью, сравняется с дальностью действенного огня. Если же вы взяли редут в тяжёлых боях. И у ваших стрелков осталось по десять патронов на винтовку, неприемлемым окажется даже один единственный промах. Боевая дальность эффективного огня именно для вашего взвода в таких условиях сократится до двухсот шагов. И это по-прежнему будет дальность эффективного огня, но переосмысленная для конкретного боя. И вам, господа, предстоит в каждом конкретном бою самостоятельно решать на какой дистанции допустимо открывать огонь в данном бою. Я слушаю ваши вопросы.

2 сентября 1829, Лодейное Поле

* * *

В кабинете управляющего верфью собралось небольшое совещание.

-- Я заметил на рейде стоит катер, когда намереваетесь перевести его в Гельсингфорс? -- поинтересовался великий князь.

-- Катер готов к выходу полностью. Пятого я намеревался вывести его, -- ответил мичман Кондратьев.

-- А почему задержались? Поломки?

-- Да. Мы уже отправили сообщение в столицу. Выявилась недостаточная прочность поворотных кругов. Сейчас, усилили механизм отработки ветрового крена, но в будущем потребуется полная переделка.

-- Это хорошо, -- кивнул великий князь, -- ваш катер первый. Надо на нём выявить все недостатки. Следующим летом хочу спустить на воду такие же. Ваши, Фёдор Иванович, наблюдения за первым катером очень важны. А вы, Серафим Павлович, готовьтесь в следующем году для меня нужно сделать ещё один катер и речной пароход.

-- Верфь готова, -- кивнул Томяков, -- но хотел бы просить ваше высочество следующий корпусной набор делать иначе. Я знаю, что в этот раз вы использовали отбракованную Сестрорецком железную полосу. Эти склёпанные из полос шпангоуты очень ненадёжны. Да и сборка их трудоёмка.

-- Это было вынужденное решение. В следующем году я постараюсь найти другое железо. Для сборки корпусов нам понадобится около двух тонн на катер и трёх на пароход. Надеюсь, вы закончите чертежи к октябрю.

-- Они уже готовы. Я хотел их направить в столицу пятого.

-- Я понял. Фёдор Иванович, я прошу вас задержаться до восьмого. Я хотел бы вернуться в столицу вместе с вами. Ко всему, у меня появится время ещё раз осмотреть катер.

-- Слушаюсь.

-- В таком случае я поспешу в Кончезёрск.

* * *

Великий князь разместился в видавшей виды четырёхместной колымаге, сразу достал планшет с прикреплённым к нему листом и приготовился рисовать. На минуту он отвлёкся на своего секретаря:

-- Харитина Герасимовна, помните, я просил вас подыскать себе компаньонок для путешествий. Скоро мы приедем во Дворцы, Василий Васильевич уже набрал актёров. Я бы хотел, чтобы вы присмотрелись к актрисам. Возможно, они подойдут для таких целей.

-- Слушаюсь, -- Евагренкова еле заметно покраснела.

-- Постарайтесь сейчас меня не беспокоить.

С этими словами великий князь принялся рисовать эскиз револьвера. Движения его были неуверенны, поскольку мысли толпились в голове. Он часто останавливался, вступая во внутреннюю дискуссию с самим собой:

"... Лучше всё же многоствольный револьвер. Не имея опыта производства, придётся напрячься, чтобы выпускать по тысяче штук в год. Не хотелось бы осложнить производство выточкой барабана малыми люфтами и щелями со стволом. Пусть выйдет потяжелее, но без особых требований к точности в изготовлении. Шесть вращающихся стволов. Каждый со своей капсюльной трубкой. Весить будет, правда, килограмма два. Шесть стволиков длиной по шесть дюймов. Калибр возьму поменьше. Четыре линии достаточно. Если с пулей похитрить, то вполне может оказаться достаточная энергетика. Толщина стенок миллиметра четыре в среднем. Тогда объём ствола... примерно... двадцать семь тысяч. плотность у железа около восьми тонн на метр. Перемножим... где-то двести десять грамм. Возьмём двести пятьдесят. Таких шесть. Полтора кило одних стволов. Хорошая гантель получается. Для сравнения пистолет образца девятого года весит тоже около полутора кило. На тридцать шагов вполне годен. А это собственно наибольшая рабочая дистанция. Револьвер оружие самообороны. Дальше двадцати метров стрелять не требуется. Потому если обеспечить убойность на пятидесяти, будет просто великолепно. Пулю придётся подобрать и заряд. В пистолет девятого года сыпят полтора золотника. Он при выстреле наверно половину выплёвывает несгоревшим. В легионную винтовку сыпем один золотник, думается и в револьвер либо половину золотника, либо три четверти. И пулю весом золотника два или три. Ствол сделать нарезным, чтобы пуля тормозилась и давала пороху раскрыться на коротком стволе. А вот как заряжать...

Например, по старинке, через дуло. Тут сложность, расширяемая пуля не успеет сработать. Ствол короткий. Можно её внутрь утрамбовать шомполом. А вынимать как? Ведь пистолет оружие случая с ним можно месяц ходить. А за это время и порох отсыреет. Не вредно бы иметь возможность разрядить...

Тогда заряжаем с казны. Отдельный казённик, в него сыпем порох, укладываем пулю и одеваем ствол. Можно просто одеть, без всякой резьбы... Да, просто одеваем, центровки особой не надо, пуля мягкая. А чтобы всё это не рассыпалось, объединим стволы в блок стяжкой у казённика и ещё одной у дула. Сквозь эти стяжки пропустим ось вращения. Её можно сделать ввинчиваемой, чтобы использовать для чистки как шомпол. Надо, чтобы ось стягивала стволы и казённики. Вместе будут вращаться на подшипнике скольжения вокруг оси, вделанной в рукоять... люфт будет на короткой оси большой. Это не хорошо. Можно сделать рамку. Приобретём лишний вес, зато добавим жёсткости, и можно будет наладить прицельные. Пустить рамку поверху, а стрелять из ствола, что чуть левее. Тогда за ось-шомпол будет дополнительная поддержка блока стволов Главное вращение согласовать с направлением резьбы. Да, рамку сделаем закрытой. Курок сместить влево, а толкатель барабана вправо. А вот как быть с самовзводом это вопрос. С одной стороны надо, с другой крутить полтора килограмма указательным пальцем взводя при этом курок, это каким спортсменом надо быть. Впрочем, ни что не мешает реализовать оба варианта. Никаких лишних деталей при этом не требуется, только правильно увязать курок со спусковым крючком. Хотя есть вариант взвода курка и поворота стволов движением скобы, как в винчестере. Вот тут уже надо подумать Это в кино можно лихо одной рукой карабин перезаряжать. А в жизни думается...

Глупость какая-то. Взведение скобой без рывка рукой невозможно. Если есть время для таких выкрутасов, проще ударом второй руки взвести курок, как это делали ковбои со своими не самовзводными писмейкерами. Ладно, обычный самовзвод спусковым крючком для тех, кому это действительно нужно. Теперь предохранитель, чтобы не носить один ствол пустым, как это было у первых револьверов. А это снова можно решить сопряжением курка и крючка. Тогда он в положении предохранения упрётся в выступ и не дойдёт до капсюля. Сопряжение получается довольно сложного профиля тут и самовзвод, и предохранительный упор, и ход курка для ручного взвода. Это реализуемо, если обе детали вырубать штампом. Несущую раму тоже лучше вырубать, а поскольку она толстая, то из горячего металла. Точность пострадает, но для большинства поверхностей она и не важна. Места посадок на металлообработке доведём...

Капсюль придётся делать колпачком. Скорострельные трубки хороши, когда надо кремнёвый замок переделать. При желании, работа осуществляется напильником на коленке. А вот для револьвера трубочки не удобны. Слишком много обвеса они требуют. Колпачок надел на штырь и готово к выстрелу. Разумеется, нужно предусмотреть щёчки, чтобы колпачки не слетали случайно с брандтрубки. Колпачки... Впрочем, во всём плохом, есть хорошее. С одной стороны теряем в универсальности, и как следствие нет возможности заимствовать капсюля у ружей. С другой, револьвер вспомогательное оружие, расход должен быть не большой, можно потерпеть. А главное, за колпачком будущее. Наступит время, придётся вводить что-то вроде игольчатого замка, и тут капсюль колпачок ловко впишется в патрон. А к этому времени мы, никуда не торопясь и не напрягаясь, на револьверных капсюлях, натренируемся изготовлять их. Останется лишь увеличить выпуск. Технологические сложности лучше всего решать последовательно и не спеша.

И ещё есть один плюс. Нужно максимально безопасно для дела нагружать армейскую логистику. Номенклатура поставок в войска растёт из года в год, это непременное требование времени. Система должна адаптироваться к этому росту и не стенать о появлении новой единицы в снабжении. И чем раньше система адаптируется, тем лучше. Начнём сейчас, к временам первой мировой наберём опыт. Разумеется, злоупотреблять нарушениями универсальности не стоит, но и бояться тоже. Нужен разумный баланс. Я считаю, что важнее всего тренировать производство. Последовательно давать на него нагрузку. Именно в этом достоинство малокалиберной легионной винтовки. И в этом же достоинство ствола револьвера в четыре линии. А логистика и армия пусть подстраиваются и терпят. Сейчас на коротком стволике научимся сверлить пруток. Затем его цементировать. Потом дойдёт дело и до длинноствольного револьвера или карабина. Вообще, десять миллиметров вполне себе хороший калибр даже для бездымного пороха, полицию вооружить...

Итак, что же у меня получается. Рамка револьвера вырубается по горячему из пластины и доводится на станках. Курок и спусковой крючок вырубаются и доводятся. Толкатель блока стволов, вырубается. Шток фиксации блока от проворота, вытачивается. Основная ось, точится и вколачивается в рамку... Или ввинчивается. Нагрузка поперёк и в распор... Вколачивается. Дальше пружины. Курка, крючка и одна общая толкателя и штока. Щёки гнутые из вырубленного листа, чтобы прикрывать капсюля. Далее накладки на рукоятку. Ко всему этому три комплекта винт обычный и с внутренней резьбой. Тот, что с внутренней резьбой будет одновременно осью. Этими винтами стягиваем щёки и накладки рукоятки. Теперь блок стволов. Шесть стволов и казёнников, точим. Шесть брандтрубок, точим и опиливаем под ключ. Потом их вкручиваем в казённик и прижимаем его к основанию блока, вырубленному из пластины. А как его крепим к оси?

Отставить вколачивание оси в рамку. Ось ввинчиваем. Перед тем, на ось одеваем шестерню поворота блока. На оси делаем головку, чтоб не соскакивало. Шестерня прижимается к основанию блока брандрубками. В центре основания впрессовываем втулку с резьбой большого шага. Туда будет ввинчиваться ось-шомпол. Стволы с казённика на одну треть длины будут толщиной стенок две линии, а после одну. На эту ступеньку будет опираться прижимная пластина, которая придавит стволы, одетые на казённики, к последним. Собственно, прижимная пластина это шайба с шестью большими отверстиями по периферии и маленьким по центру. Вырубается. Шомпол сначала вырубается, а потом обтачивается. На одном конце резьба, на другой барашек. В рамке сделать отверстие и через него шомпол заводить в центр блока стволов. Он будет допонительно его поддерживать. Ну, вот так...

А для того чтобы подобрать пулю, заряд, длину ствола и прочее, надо изготовить четыре одиночных ствола с разным шагом для экспериментов. Эти стволы собрать на стенде и пусть будущие специалисты по внутренней баллистике проводят лабораторные работы..."

5 сентября 1829, Дворцы

* * *

К вечеру, уже смеркалось, великий князь приехал во Дворцы. Евагренков встретил его на центральной площади. Обменявшись приветствиями, великий князь приступил к делу:

-- Распорядитесь об ужине для моих людей, Василий Васильевич. Мы сейчас быстро перекусим и направимся в Кончезёрск. А пока стол готовят, Харитина Герасимовна поговорит с актёрами, а мы посмотрим нашу стройку.

-- Слушаюсь, -- Евагренков поклонился и суетливо побежал отдавать распоряжения.

Директор вернулся примерно через две минуты в сопровождении четверых мужичков. Одного он отправил вместе с Евагренковой в рабочий барак А вместе с остальными намерился показывать великому князю свои достижения.

-- Ваше Императорское Высочество, это Тихон, старшина местных артелей. И ему сподручнее показать и ответить на вопросы.

-- Здравствуй, Тихон, -- великий князь приветствовал коренастого мужика лет тридцати.

-- Здоровья вам, Ваше Императорское Высочество, -- Тихон, сжал шапку здоровенными ручищами, -- извольте посмотреть нашу работу.

-- Сейчас пойдём, -- кивнул великий князь и обратился к Евагренкову. -- Так, что успели сделать Василий Васильевич?

-- И половины месяца не прошло. Поставили барак для рабочих, сейчас строим столовую. Дальше будет быстрее. к концу октября закончим. Возможно, не успеем мебель и всякое другое внутри.

-- Хорошо. Пойдём в столовую.

Возле стройки великий князь заметил сложенные под навесом ошкуренные брёвна и спросил:

-- Из этого строите?

-- Нет, это свежий лес. Вылёживается. Для начала я занял лес в Кончезёрске. Там уже пять лет восстанавливают завод после пожара. Леса скопилось предостаточно. А в следующем году вернём. Кончезёрский лес с другой стороны сложен. Желаете посмотреть?

-- Нет времени. Поспешим к столовой.

Недострой представлял собой сруб около десяти метров шириной и пятидесяти длиной, пустыми глазницами окон и дверей встречая гостей. Судя по невысокой временной крыше из лапника, сруб ещё не подняли на полную высоту, но взрослый уже мог ходить внутри без боязни приложиться головой.

-- Здесь четыре входа. С этого торца кухонный, далее первый по стене офицерской компании. Затем общий и с того торца театральный, -- пояснил Тихон.

-- Позволю себе напомнить, Ваше Императорское Высочество, -- встрял Евагренков, -- пока нет отдельного театра, актёры будут выступать в столовой. Для чего с того конца трапезной устроена сцена, а за ней рабочие помещения. Желаете посмотреть?

-- Нет, самое интересное в столовой это кухня. С неё и начнём.

-- Извольте, -- Евагренков взял у одного из мужиков фонарь и подбежал к дверному проёму, -- половая основа уже накатана.

Один за другим, все взобрались по временному крыльцу и осторожно, стараясь не завалиться на слегка подтёсанных брёвнах, зашли внутрь.

-- Всё сделано по единому подходу, -- пояснил Тихон, поднимая свой фонарь повыше. -- В середине большая печь. Здесь она чуть отличается. Вокруг неё возведён сруб. Поскольку он очень широкий, под основным полом сделаны подклети. Они же служат для хранения припасов и инструмента. Подклети сделаны двумя кругами вокруг печи, что позволит лучше сохранять тепло. В столовой есть ещё вторая небольшая печь за сценой. В кухне же непосредственно к печи примыкают поварские плиты.

-- Давайте посмотрим печь и плиты внимательней, -- предложил великий князь, --Тихон, продолжай.

-- Так, вот. Печь сделана по-особому. Её горнило служит не только для прогрева помещения, но в неё может устанавливаться достаточно много горшков для варки. Потому она сделана достаточно длинной и сбоку проделаны печурки для посуды...

Великий князь заглянул в устье топки, в котором при желании мог поместиться целиком. Топка была глубокой около двух метров, и по её стенам с обеих сторон имелось четыре просвета примерно в полметра высотой и шириной.

-- Хорошо, а это? -- спросил он, указывая на какие-то пристроенные к стене кирпичные корыта.

-- Это плиты для приготовления еды. Они соединены в общий дымоход, но могут топиться каждая отдельно по мере надобности. Это пока кирпичные основания. Колошники, дверцы, заслонки и прочий печной чугун мы должны в ближайшие дни получить из Кончезёрска, тогда печь будет быстро закончена. Пока чугуна нет, мы поднимаем сруб. Осталось уложить ещё четыре венца и можно ставить крышу.

-- Хорошо, -- кивнул великий князь. -- А как будет производиться выдача еды? Достаточно ли здесь места для поварских столов.

-- Всё согласно утверждённым планам, -- засуетился Евагренков. доставая из папки бумаги. -- Вот расстановка столов.

-- Ну, понятно, -- почесал подбородок великий князь, глядя на план. -- Заглянем в подклети.

6 сентября 1829, Кончезёрск

* * *

Вместо завтрака наскоро перекусив, великий князь поспешил на завод. Евагренкову он оставил углублять знакомство с отобранной ей в компаньонки крепостной актрисой Екатериной и её тринадцатилетней дочерью Елизаветой. Он предположил, что женщинам нечего делать в литейном цеху, ведь именно сегодня ему удастся наблюдать загрузку расплава чугуна в выжигатель. Директор завода Смит встретил шефа у дверного проёма почти достроенного цеха:

-- Здравствуйте, Ваше Императорское Высочество.

-- Доброго вам утра, Александр Адамович. Вижу дверей ещё нет.

-- Не успели. Домну закончили чуть раньше, к двадцать первому, и сразу стали строить цех вокруг неё, дабы гуляющий ветер не остужал чрезмерно расплав. Стены и загрузочную площадку возвели быстро. С двадцать девятого уже даёт чугун. А третьего начали пробовать в деле выжигатель.

-- Прекрасно, и как вы оцениваете результаты? Где журнал плавок?

-- Здесь, -- Смит указал рукой внутрь цеха, -- слева у оконца стоит стол. Там я веду записи.

-- Сколько плавок домны успели сделать? -- на ходу поинтересовался великий князь, устремляясь к заветному журналу. -- А сколько плавок выжигатель?

Смит поспешил следом.

-- Тридцать шесть плавок из домны и пять выжигатель. Чугун удаётся выпускать почти в два раза чаще. Я это связываю с подачей подогретого воздуха. Качество чугуна привычное для Кончезёрска. Озёрные руды дают ломкий металл. По вашему совету я пробую менять состав шихты. Увеличиваю количество известняка, пробую добавлять песок. Есть более удачные плавки. В журнале вы можете видеть, что последние шесть плавок весьма не плохи...

Смит посмотрел на песочные часы, закреплённые на стене, и крикнул:

-- Дежурный!

Подбежал молодой рабочий, директор указал ему на часы:

-- Внимательней будь.

-- Слушаюсь.

-- Извините, Ваше Императорское Высочество, -- вернулся к прерванному разговору Смит и пояснил, указывая на трое песочных часов и счёты, закреплённые на стене: -- Это отмеряем время. Для домны первые тридцатиминутные часы и верхние две палочки на счётах, для подогревателей воздуха вторые и третья палочка, для выжигателя пятнадцати минутные и четвёртая палочка. Дежурный переворачивает часы и передвигает костяшку на счётах. В журнале я отмечаю время как одно из условий плавки. Мы сначала выпускали металл из домны по старинке, раз в восемь часов, но с подогреваемым воздухом плавки получались слишком большие. И мы стали выпускать металл каждые шесть часов. Подогреватели сейчас переключаем через два часа, но возможно время потом изменится. Сейчас я стараюсь последовательно менять условия плавок, дабы можно было получить требуемый опыт. Состав шихты я пока не меняю. По вашему совету, я увеличил долю извести, но с самого начала держу означенный состав неизменным. Меняю только время плавки. Целью вижу добиться объёма выпуска несколько большего, чем вмещает в себя выжигатель. А также проверить зависимость качеств чугуна от времени плавки.

-- Прекрасно, -- отметил великий князь. -- Полагаю полезными ещё одни часы. А точнее оценивая качество чугуна, я бы задумался не только о плавке, но и об остывании отливок после разлива чугуна по формам. Понимаю, что традиционно вы разливаете чугун в земляные формы, и он остывает на воздухе. Но, как и в случаях с закалкой стали, время остывания полагаю крайне важным. Не исключаю, что для улучшения качеств чугуна отливка и вовсе должна остывать в специальной печи, которая сделает остывание особо плавным. И я предлагаю вам, по возможности поставить такую печь и провести ряд опытов с ней. Разумеется, основной задачей остаётся получение из выжигателя стали.

-- Хорошо. В выжигатель помещается до пятидесяти пудов расплава. Домна сейчас выдаёт сто за выпуск. Излишек разливаем по литьевым формам. Вчера отливали печные колошники и плиты для Дворцов. Таким образом, выжигатель должен давать до двух сотен пудов стали в сутки. Время для выплавки я задаю разное. В самом начале я давал час, но мы заметили, что активность расплава спадает через тридцать минут, и он начинает заметно густеть...остывать. Метал отливаем в полосы и пробуем на излом. При длительном выжигании получается довольно приличная железная полоса. Совершенно очевидно, что подбирая время выжигания можно получить и более твёрдую или мягкую сталь. Я устанавливаю полчаса и получаю сталь, напоминающую мне пудлинговую. Сейчас, я сосредоточен на поиске наилучшего воздушного напора. После этого собираюсь заняться присадками. Пока же мы перед заливом металла в выжигатель закладываем туда известь. Возможно количество её, установленное в два пуда, не является лучшим. Так же я обдумываю добавление белого песка.

-- Готовься! -- раздался крик дежурного.

Рабочие засуетились. Смит ограждающе выставил руки, мешая великому князь податься к домне.

-- Включай продувку, -- скомандовал Смит.

-- Выжигатель чист. -- отрапортовал рабочий осмотрев внутренности опрокинутого на бок выжигателя.

-- Известь!

Рабочий из ведра сыпанул в выжигатель какого-то порошка.

-- Продувка!

Через выжиггатель со свистом пошёл воздух, поднимая пылевое облако.

-- Закрывай!

Отверстие выжигателя было закрыто колпаком с приёмником для литьевого жёлоба. Колпак быстро закрепили

-- Сейчас, пятнадцать минут прогреем тёплым воздухом выжигатель, -- пояснил Смит, -- Потом вскроем литок. Наиболее опасное это замена жёлоба под струёй металла, чтобы после наполнения выжигателя излишек отправить в литейные формы.

К домне подтащили висящий на цепях жёлоб и разместили его между литком и выжигателем, предварительно сместив отводящий к литейным формам жёлоб.

-- А может известь добавлять непосредственно перед заливкой металла? -- поинтересовался великий князь.

-- Я думал об этом, -- пояснил Смит. -- Действительно воздух частично выдувает её. Но возникают другие проблемы. Продувка нужна не только для прочистки сопла перед заливкой, но и прогрева выжигателя. Чтобы засыпать потом известь, необходимо снять весьма горячий колпак. Кроме того, засыпать известь против движения воздуха неудобно, рабочий может пострадать.

-- А если в колпаке сделать отдельный патрубок для засыпки извести.

-- Получится очень сложно. При том, что колпак сцепляется с жёлобом и пропускает через себя расплав.

-- А насколько вообще нужен этот колпак?

-- Без него при продувке будет чрезмерно большой расход воздуха.

-- Ну, это, если прогревать остывший выжигатель.

-- Домна делает выпуск раз в шесть часов. Выжигатель работает полчаса. Остальные пять с половиной часов его готовят к работе. Чистят, поправляют футеровку, продувают. Чтобы работать с ним, он должен быть остывшим. Возможно, в будущем, когда я буду уверен в надёжности этого устройства, как я уверен в доменной печи, я смогу заставить выжигатель беспрерывно получать расплав от разных домен. Но пока его необходимо осматривать всякий раз, и вы можете увидеть в журнале отметки о замеченных повреждениях.

10 сентября 1829, Санкт-Петербург

* * *

В специально выделенном классе заводской школы великий князь посетил занятия будущих телеграфисток. Большая комната была разделена пополам перегородкой. Посередине каждой половины стоял огромный три метра на метр стол с телеграфным аппаратом, возле которого громоздился питающий его полутораметровый вольтов столб. Девять барышень под руководством бывшей преподавательницы игры на фортепьяно в Смольненском институте Фикер, Александры Францевны, уже вторую неделю осваивали работу с телеграфным ключом, написанным на основе азбуки Морзе. Великий князь вошёл, поздоровался и, усадив дам, приступил к экзаменации.

-- Итак, сударыни, вы поступили на особую государственную службу. Вот уже две недели вы обучались работе на телеграфе, и скоро вам предстоит показать своё умение государю. А пока все аппараты находятся здесь, я хочу проверить, чему в вы научились за это время. Прошу передать вот такой текст.

Великий князь написал на листе бумаги три предложения и положил его перед барышней лет двадцати сидящей за аппаратом.

-- Выходим на вторую половину. и готовимся записывать, -- потребовал он.

Когда дамы уселись на места и приготовились писать, он разрешил начать передачу.

Девушка отбивала ключом сообщение, а на втором аппарате молоточек отбивал мелодию. Девицы по звуку должны были определить передаваемые символы. Евагренкова специально поручила Фикер отобрать девиц с хорошим музыкальным слухом, чтобы им было легче освоить работу на ключе. Когда, передача окончилась, великий князь проверил полученные результаты и остался доволен. Он похвалил телеграфисток и поспешил на Выборгскую сторону в артиллерийское училище, где через два часа должна будет начаться его беседа с юнкерами.

* * *

В относительно небольшом классе собралось более двух десятков человек, ожидавших великого князя. Он даже испугался когда увидел такое количество людей и шёпотом спросил у Анкудовича:

-- Кто эти люди? Почему их так много?

-- Это юнкера, обучающиеся прапорщики и преподаватели училища. Они узнали о теме вашей, кх-м, беседы и им интересно вас послушать.

--Понятно... -- тихо проговорил великий князь и громко объявил: -- Господа, я приехал рассказать изучающим особый курс внутренней баллистики историю создания винтовки и пехотного ружья образца двадцать восьмого года. Здесь артиллерийское училище, учреждение армейское и университетские порядки, дозволяющие всем желающим посещать лекции, я не приветствую. Потому прошу впредь, желающих, присутствовать на моих беседах с учащимися, заранее обращаться ко мне за дозволением. Разумеется, это не относится к великим князьям, а так же к вам, Иван Григорьевич.

Великий князь широко улыбнулся генералу Гогелю и продолжил:

-- Вас, Иван Григорьевич, я рад видеть всегда, а для остальных... пусть я буду не вежлив, но всех, не имеющих касательства к особому курсу, прошу покинуть этот зал. Чернявский! Помоги господам.

Последние слова он обратил к конвойным, которые внесли оружие, назначенное быть наглядными пособиями. Гусары сложили оружие на преподавательский стол и принялись наводить порядок.

Вскоре в помещение осталось четыре прапорщика, Гогель, Мердер и Андукович. Гусары разместились возле дверей, а великий князь принялся раскладывать оружие на столе,

-- Вот так будет лучше, а то собралась целая толпа. Зачем. Меня попросили рассказать вам историю появления винтовки и ружья образца двадцать восьмого года, поскольку я был непосредственным участником этих событий. Впрочем, Иван Григорьевич тоже приложил немало усилий, но я согласился потому, что эта история может быть полезна вам, изучающим особый курс. Полагаю, она послужит уроком о благотворности размышлений. Свой рассказ я предпочитаю назвать беседой, а не лекцией, так как предполагаю для слушающих возможность останавливать меня и уточнять касающиеся дела подробности. Я считаю, что это пойдёт на пользу, хоть и отнимет некоторое время. Итак, началось всё с них.

Великий князь достал небольшой мешочек и вынул из них три пули.

-- Если кто не видел ружейную, винтовочную и штуцерную пули образца двадцать восьмого года, я дам их рассмотреть. Последняя возможно сейчас лишняя, но почему, вы поймёте из моего рассказа, -- он поставил пули на крайний левый стол перед чернявым прапорщиком. -- Если память меня не подводит, то началось всё в двадцать шестом году. Меня тогда сильно впечатлил рассказ о залповой стрельбе на поле боя, и я стал задумываться. Почему солдату на ста шагах попасть во врага не так и просто, а охотнику не попасть в цель размером с человека не менее сложно. В чём разница. Ведь и там и там гладкоствольное ружьё. И тогда я подумал. дело скорее всего в пуле и её заряжании. Охотник подбивает пулю войлочным пыжом. Сама пуля отливается им в размер калибра и потому входит плотно. Он делает выстрел, другой и чистит оружие. Солдат же швыряет пулю на порох. В лучшем случае прибивая бумагой патрона. Ведь в отличие от охотника в него стреляют, и он должен делать три выстрела в минуту. Ружьё ему чистить тоже некогда. Чтобы пуля быстро досылалась в грязный от нагара ствол, её делают меньшей, чем калибр. Отсюда такой результат. В солдатском ружье пороховые газы сквозь неплотности прорываются и обгоняют пулю. Сама пуля при этом скачет между стенками ствола и вылетает из дула с непредсказуемым направлением. Так я думал, и сделал вывод о необходимости придумать так, чтобы пуля свободно опускалась в ствол и не мешала заряжанию, а там как-то расширялась и заполняла зазоры. Сразу я подумал и о штуцерной стрельбе, когда пуля для уплотнения в стволе оборачивается пластырем и вминается в нарезы при досылании. Ведь свинец мягкий. Я тут же сообразил, что сминая пулю можно заряжать и пехотное ружьё. В казённик вколотить штырь, на который свинцовая пуля будет наколачиваться шомполом и расширяться. Так родилась идея, лежащая в основе этих пуль. Всё это было исключительно плодом моих размышлений, коим я предавался в свободное время. Я гулял по парку и размышлял, чувствуя себя не готовым воплотить это новшество в жизнь. Меня очень смущал этот штырь в казённике. Как его вколотить? Как потом чистить от нагара казённик? Что будет, если находящийся прямо посреди порохового огня штырь не выдержит и сломается или погнётся? Эти вопросы донимали меня. И я подумал, а почему бы не сделать штырь одноразовым. Пусть он будет вместе с пулей вылетать из ствола. Это мне показалось не сложным. нужно сделать круглый пятак из него будет торчать штырь упираемый прямо в пулю. В казённик надо будет установить вкладыш, чтобы создать выступ на который обопрётся пятак когда пулю бросят в ствол. Далее ударом шомпола пулю насадят на штырь, и мягкий свинец заполнит все неплотности. Хорошая идея, подумалось мне, но пятак и штырь должны быть прочными. Их надо делать из железа. А далее пришло понимание сложности. В полку около трёх тысяч ружей. Для них всех изготавливают патроны прямо в полку. Делать десятки тысяч штук железных пятаков со штырями в полковой мастерской немыслимо. Нужно избавиться от этого элемента в пуле. Я оказался в тупике, пока счастливая мысль не вывила меня из него. Я представлял себе заряжание ружья новой пулей, и мне подумалось, а если не разбивать пулю шомполом, а так и оставить, что будет? Ведь свинец не только мягкий, но и тяжёлый. А пятак со штырём лёгкий и прочный. Пороховые газы надавят на пятак и, возможно, сами вгонят штырь в тяжёлую пулю раньше, чем она сдвинется с места. И это была прекрасная мысль. Теперь отпала необходимость во вкладыше в казённик, но она не устраняла главное неудобство в собирании патрона в полку. Тогда я подумал, а почему железо. Ведь штырь с пятаком это гвоздь и его можно заменить более толстым деревянным клином. Если сделать клин единым штырём, то прочности будет достаточно чтобы не быть сломанным. Твёрдости у дерева вполне хватит. А ещё он легче железа. А значит, будет двигаться газами ещё раньше, чем тяжёлая пуля. И чем больше разница в весе между клином и пулей, тем лучше. Можете взглянуть на штуцерную пулю. Именно она состоит из широкого деревянного клина и свинцовой пули и, тем самым, является, в каком-то смысле, плодом всех этих размышлений. Хотя появилась она существенно позже. А в то время, в своих фантазиях я истончал деревянный клин и увеличивал количество свинца в пуле, пока не понял, что и бумага может быть клином. И даже она не нужна. Работу по расширению пули делает не сам клин, а газы, их давление. Клин лишь направляет усилие в нужное место. Если выемку в донце пули сделать достаточно большой, а свинец по краям тонким, то газы надуют пулю как пузырь, без всякого клина. Это было наилучшим решением. Оставалось теперь определить размеры этой выемки, толщину свинца и вес пули. Всё это должно было гармонично сочетаться. Поскольку заранее рассчитать это я не мог, настало время провести опыты. И тут я вспомнил про винтовальные ружья, про волчок что вам показывал ранее и понял, что в нарезном ружье длину пули, а следовательно и вес, можно увеличивать очень сильно в отличии от гладкоствольного ружья. Запущенная волчком пуля не развернётся. И тогда именно с нарезных штуцеров, винтовальных ружей я и решил начать. Разумеется, мне помогали. Так путём множества опытов удалось определить наилучшие значения. Эту пулю я назвал "тип один". Одновременно с этим я определился и с пулей "тип два" для гладкоствольных ружей. Суть второй пули была примерно той же, но поскольку она в полёте не закручивалась волчком, то не было возможности сделать её достаточно длиной. Она должна была в целом попадать в размерения шара. Всё её преимущество залучалось лишь в том, что она, имея утончённый свинцовый край, лучше прилегала к стенкам ствола. Но и это оказалось существенным. Так приобрели своё изначальное очертание винтовочная и ружейная пуля. В дальнейшем они всё более совершенствовались. Но свой основной вид они приобрели тогда в двадцать седьмом году, когда от размышлений я перешёл к опытам. Для того чтобы свинец легче мялся и было куда разместить сало, для размягчения нагара, в пулях сделаны кольцевые канавки. В тоже время изучая Военный журнал я нашёл статью уважаемого Ивана Григоровича об ударных ружьях. Я сразу почувствовал достоинства ударного замка и принялся обдумывать его применение в войсках. Причём, вариантов замков было множество. Иван Григорьевич даже изготовил свой, и мне удалось испытать его ружьё в деле...

Великий князь на мгновение замер. Потом улыбнулся и сказал:

-- Вы долго и внимательно меня слушали. Настало время дать вам проявить себя. Итак, я сказал, что сразу почувствовал достоинства ударного замка. Попробуйте назвать мне, какими недостатками обладает привычный кремнёвый замок, а какие у него есть достоинства. Разумеется, при этом необходимо учитывать все возможные моменты связанные и с его производством и с использованьем в войсках. В тех же случаях когда необходимо дать сравнительную оценку можно ориентироваться на любой из известных вам ударных замков. А когда мы закончим, то проделаем тоже с последними. Мне хочется увидеть, как вы умеете оценивать удачность или неудачность конструкции. С кого начнём? Есть желающие?

-- Дозвольте, Ваше Императорское Высочество, -- поднялся высокий худощавый юноша, -- Прапорщик Фадеев.

-- Прошу. -- улыбнулся великий князь.

-- К недостаткам кремнёвого замка для ружей образца двадцать шестого года, а также иным замкам подобного вида, следует отнести высокое число осечек. У неумелых солдат, не могущих надлежаще выставить кремень, каждый третий спуск курка может быть осечным. У опытных солдат такое случается намного реже, но на втором десятке выстрелов непременно произойдёт. Насколько мне известно, ударные замки более надёжны.

-- Согласен. Ещё.

-- При непогоде, увлажнение не только пороха, но и кресала или камня приводит к осечке.

-- Согласен. Ещё.

-- Возгорание пороха происходит при открытой полке, дым и искры мешают стрелку удерживать ружьё на цели.

-- Согласен. Ещё.

-- М-м, насыпанный на полку порух может протруситься при ходьбе, потому всегда надлежит иметь холостой патрон для того чтобы досыпать порох на полку.

-- Ну-у, -- задумчиво протянул великий князь, -- готов согласится. От себя же добавлю ещё один недостаток. Порох на полку отсыпается из патрона без уверенной мерки. А потому количество пороха толкающего пулю оказывается всякий раз иным. Для дальнобойных винтовок это существенный недостаток. Итого мы вспомнили пять. Давайте перечислим достоинства.

-- Для выстрела достаточно иметь обычный порох.

-- Согласен. Ещё к расходам следует отнести кремень, он не очень редок и может быть легко изыскан полком. А также кремень переживает значительное число выстрелов. Причём это достоинство я полагаю можно засчитать за два. Первое это то, что нет нужды поставлять в полк для изготовления патрона ничего кроме свинца, пороха и бумаги. Второе, что пороха достаточно для того чтобы выстрелить. И всякому солдату, даже оказавшемуся в осаждении, достаточно иметь порох. Ведь и пулю он может заменить камнем. Только порох является незаменимым. Можете ли назвать ещё?

--Хм, затрудняюсь.

-- Тогда я. Это не очень важно, но при поломке замка... например, пружины курка, можно поджечь порох иным способом. Это неудобно, но возможно. Для сравнения во многих ударных замках отсутствие ударного пороха или поломка механизма делает выстрел невозможным. Просто нет иного доступного способа поджечь заряд. Это обстоятельство я упоминаю потому, что, выбирая вид замка для винтовки, обдумывал это. И ещё одно достоинство, которое по важности своей в наших обстоятельствах также можно засчитать за два. Кремнёвые замки есть. Они уже есть в армии и для того чтобы стрелять не нужно осуществлять никаких переделок и нести дополнительных издержек. Можете также рассуждать об ударных замках или лучше мне рассказать, о чём я думал, когда выбирал замок для винтовки?

-- Я буду счастлив, выслушать вас, -- вытянувшись смирно, заявил Фадеев.

-- Хорошо, садитесь. Итак, какие достоинства ударного замка я увидел тогда и почему выбрал именно такой замок для винтовки. Главная особенность, что на ударный порох нужно воздействовать силой, а не огнём. Это обстоятельство существенно влияет на надёжность. Нет более необходимости делать порох доступным, его можно спрятать внутри сминаемого металла, а тот и вовсе засунуть под какую-нибудь крышку лишив влагу всякой возможности повлиять на него. Поскольку более не требуется высекать искр, то и детали замка более не боятся тумана или дождя. Поскольку ударный порох можно разместить в строго определённом месте и делать курок бьющим именно туда, то это устраняет осечки привычные для кремёвого замка и связанные с непопаданием достаточного числа искр или неумелым закреплением камня. Упомяну и ещё одно обстоятельство мною тогда не понимаемое и пока не используемое, но могущее в будущем быть полезным. Ударный порох сильнее обычного. А потому он даёт больше пламени и увереннее поджигает заряд. Возможно, в будущем это позволит уменьшить содержание серы в пороховом заряде или позволит помещать порох в казённик прямо в патронной бумаге, ведь огонь ударного пороха сможет прожечь её. Кроме того, количество пороха в основном заряде теперь можно считать одинаковым. И это очень желанные достоинства ударных замков. Но есть и недостатки. И главный из них можно засчитать за два или три сразу. В полки необходимо поставлять ударный порох, а лучше сразу снабжённые порохом скорострельные трубочки. И это очень существенный недостаток. Все мы помним суворовское из поучения солдатам: "пуля дура, штык молодец". Но начиналось поучение со слов: "Береги пулю на три дня, а иногда на целую кампанию, когда негде взять". Хотя в те времена, можно было надеяться использовать захваченный турецкий порох и перелить свои пули из турецкого свинца. А что бы сказал великий полководец, если бы к его ружьям прилагались скорострельные трубочки, которые иначе как получить с русского порохового завода нельзя. Они лёгкие, их можно много взять в запас, но их число конечно. А значит, армия становится зависимой от постоянного подвоза ударного пороха из России. Принятый мной замок немного смягчает данное обстоятельство, но лишь немного. Ведь, в крайнем случае, вместо трубочки можно насыпать на полку порох и поджечь фитилём. Однако назвать такую стрельбу неким выходом из положения не представляется возможным. Вспоминая достоинство кремнёвого замка, можно назвать ещё один недостаток ударного. Его тоже засчитаем за два. Замка не существует, и нужно затратить значительные деньги и время на то чтобы перевооружить армию. Желая сделать последнее обстоятельство менее значимым, я специально выбрал такой тип замка, чтобы переделка старых ружей была наиболее лёгкой. Результат вы можете видеть на предельном пехотном ружье двадцать восьмого года. Для переделки замка в ударный потребовалось изготовить всего четыре детали. А сами работы по переделке могут быть проведены даже в полковой мастерской при самом скудном наборе инструмента Полагаю это существенно повлияло на решение государя когда в конце двадцать седьмого года я показал ему образцы легионных винтовок с ударным замком. Думаю вам, не составит труда пояснить, почему ружейная пуля благословленная государем не была принята сразу в двадцать седьмом году, а только в двадцать восьмом? Попробуйте вы?

Великий князь указал на невысокого прапорщика.

-- Прапорщик Кнорринг, Ваше императорское Высочество, -- резво вскочил с места молодой человек. -- Полагаю, использование пули при старых прицелах было бессмысленным. Когда же приняли решение переделывать замки, одновременно устанавливали и новые прицелы.

-- Верно. Прицел старых ружей представляет собой пропил в наплыве возле казённого винта или прорезь шлица винта, крепящего ствол к ложе. При стрельбе на двести шагов с прицел соответствовал точности пули. Но новая пуля позволяла весьма сносно стрелять на четыреста. Поскольку траектория была весьма крута, потребовался новый прицел. В ходе переделки на ружья устанавливают штуцерный прицел с тремя подъёмными пластинами, позволяющий стрелять на сто, двести, триста и четыреста шагов. Вместе с предельными ружьями, изготовляемыми в специальных мастерских, Тульский и Ижевский заводы изготавливают новые ружья образца двадцать восьмого года. Осталось показать вам новые патроны для ружей и объяснить способ заряжания.

Великий князь вынул из мешочка два бумажных патрона.

-- Государем благословлен патрон с ружейной пулей. К нему проволокой присоединяется скорострельная трубочка. Солдат вставляет её в замок, закрывает полку и отрывает проволоку от патрона. Надкусывает патрон зубами, чтобы высыпать порох в дуло. Следом опускает пулю, высвободив её от бумаги. После чего засовывает следом и бумагу, дослав её шомполом. Бумага мешает пуле сместиться, если нужно бежать с ружьём. Кроме этого патрона есть ещё один. Я называю его штурмовой. Это особый патрон, в котором круглая пуля меньше калибра ствола и сочетается с тремя картечинами. Патрон предназначен для стрельбы до ста пятидесяти шагов. Отличие при заряжании заключается в том, что пуля с картечинами опускается в ствол в бумажной обёртке патрона. Если у вас нет вопросов о гладкоствольных ружьях, я перейду к рассказу о винтовках и предельных штуцерах.

Выждав некоторое время, великий князь продолжил:

-- Когда приняли решения о переделки старых ружей, я вспомнил о штуцерах. Дело в том, что несмотря на то, что винтовочная пуля усовершенствовалась именно стрельбой из них. Ведь винтовки в двадцать седьмом году ещё не было. Я понимал, что два обстоятельства делают применение винтовочной пули в штуцерах не самым правильным решением. Прапорщик Кнорринг пробуете их определить?

-- Хм, насколько мне известно, Ваше Императорское Высочество при изобретении винтовки потребовало от Сестрорецкого завода сделать широкие нарезы и уменьшить калибр ствола до пяти линий. Таким образом, могу заключить, что для винтовочной пули штуцерные нарезы были неудобны, и при таком калибре пуля оказывалась чрезмерно тяжёлой.

-- Верно, но я хочу, чтобы вы уточнили, почему нарезы неудобны и чем плох большой вес пули.

-- М-м-м, -- прапорщик потупился и неуверенно продолжил: -- В штуцерах применяется треугольная форма нареза. Она удобна тем, что нагар, откладываясь в вершине нареза, не мешает пуле в пластыре закручиваться по ним. Однако, при расширении пули при выстреле свинец, очевидно, не сможет надлежаще заполнить эти вершины, и газы могут по ним прорываться. Большой вес пули при сохранении заряда порождает более сильную отдачу. А уменьшение заряда повлияет на дальность выстрела.

-- Всё правильно, именно это я и отметил, когда проводил опыты. Чтобы пуля хорошо расширялась, она должна была быть тяжёлой, но при этом штуцер с калибром шесть с половиной линий слишком лягался в плечо. Когда же мы отстрелили пули в воду и изучили их. Было видно, что следы от нарезов имеют скруглённую форму, значит, нарезы заполнялись не полностью. Эти обстоятельства заставили меня вернуться к идее о пуле разбиваемой шомполом. Суть переделки штуцеров и винтовальных ружей под штуцерную пулю сводится к тому, что откручивается казённый винт и в ствол вставляется свёрнутая трубкой вставка, имеющая пропил под затравочное отверстие. После чего винт снова вкручивается. Слегка вытянутая пуля, весом чуть больше шара калибра шесть с половиной, имеет широкий деревянный клин. При заряжании после засыпания пороха, патрон разворачивают пулей к дулу и вставляют, не освобождая пулю от бумаги. Вставив её в ствол, излишек остаток патрона обрывают. Бумага предохраняет клин от выпадения при заряжании, кроме того этот конец при изготовлении патрона обмакивают в растопленное сало. Таким образом, нагар в стволе размягчается, а сама бумага служит своеобразным пластырем, предохраняя нарезы от свинцевания. Пуля опускается клином на вкладыш казённика, после чего ударом шомпола свинец раздавливается, заполняя нарезы. Таким образом, удаётся добиться расширения пули, не увеличивая при этом её вес и не уменьшая заряд. Если вопросов нет, я перейду к винтовке.

-- Дозвольте, Ваше Императорское Высочество, -- поднялся темноволосый юноша, -- прапорщик Рагозинский. Неужели пуля не стала лучше, что не пришлось переделывать прицелы на штуцерах?

-- Прицелы штуцеров размечались до четырёхсот шагов, а убойность сохранялась до шестисот. Новый патрон, имеющий почти того же веса пулю и пороховой заряд, убойность сохраняется до тех же шестисот шагов, но точность несколько возросла. Отличия столь невелики, что переделка прицелов нецелесообразна. Их только пристреливают для новых пуль. Основное достоинство переделанных штуцеров это лёгкость заряжания. Ещё вопросы?

Выждав немного великий князь продолжил:

-- Учитывая эти особенности штуцеров, когда потребовалось изготовлять оружие для легиона, я сразу предложил сделать нарезы более широкими и плоскими, а калибр существенно уменьшить. Совершенно очевидно, что более широкие нарезы легче заполняются, а главное количество свинца в них входящее больше чем в штуцерах. Чем больше свинца в нарезах, тем сложнее пуле с них сорваться, тем более крутыми эти нарезы могут быть, или же тем большую скорость можно сообщить пуле без опасений. Уменьшенный же калибр позволяет иметь более лёгкую пулю сохраняя её вытянутую форму и стало быть позволяет сообщить более высокую скорость. Тем самым траектория полёта становится более пологой. Изначально я хотел иметь винтовки калибром четыре линии, но Амосов, Николай Алексеевич, охладил мой пыл. Для меня лишняя точка в калибре, это некие условные сажени выгоды при стрельбе. Для него же каждая точка это дополнительный брак при производстве, приводящий к потерям времени и денег. В результате обсуждений мы сошлись на калибре четыре линии и четыре точки. Однако, взявшись за изготовление, Николай Алексеевич убедился, что такие стволы требуют слишком больших затрат и изготовил пробную серию в калибре четыре и шесть. Именно эти винтовки были представлены государю на стрельбах в декабре двадцать седьмого года. Государь благосклонно одобрил их в качестве винтовок легиона, но понимая сложности оружейных заводов, установил калибр в размере пять линий. Так была утверждена легионная винтовка образца двадцать восьмого года. Здесь её нет. Но я принёс винтовку калибром четыре и шесть из пробной серии. Сейчас эти винтовки используются для обучения в легионной школе. Хочу остановиться подробнее на этой винтовке. Про замок ничего нового не скажешь, но есть другие интересные мелочи. Прицел у этих винтовок был привычный штуцерный из одной постоянной и четырёх поднимаемых пластин. У винтовок пять линий прицел уже был заменён на планочный. Его можно у видеть на этой особой стрелковой винтовке.

Великий князь взял в руки винтовку длинной под два метра и показал слушателям её прицел. -- Планка с прорезью поднимается между щёками прицела и закрепляется винтом в нужном положении. Чем выше планка поднята, тем на большее расстояние можно выстрелить. Данный прицел размечен до полторы тысячи шагов. Ещё одна деталь, это конусообразная воронка на дульном срезе. Калибр небольшой и засыпать порох через дуло в бою несколько затруднительно. Чтобы облегчить стрелку заряжание, сделан конус, который позволяет почти на ощупь найти канал ствола. Далее пуля прибивается шомполом. Для того чтобы не деформировать пулю излишне и обеспечить одинаковое досылание шомпол имеет ограничитель в виде диска свободно передвигающегося по стержню шомпола. Лишь в самом конце диск упирается в свинчиваемый нарост. В прикладе сделана прикрытая затыльником камора хранения принадлежностей для чистки. К винтовке полагается накручиваемый на шомпол медный ерш, отвёртка, маслёнка. Дополнительно вкладывается ветошь. Винтовка имеет специальный прилив для крепления егерского тесака. Заряжается винтовка на манер гладкоствольного ружья. Её патрон имеет заряд пороха один золотник, при весе пули шесть. Когда государь повелел увеличить калибр. Мы провели стрельбы и убедились, что, при возросшем до шести с половиной весе пули, можно оставить прежний заряд без существенного для практических стрельб ухудшения. Несомненно, настильность траектории уменьшилась, но дистанция убойного выстрела, можно сказать, не изменилась. После того как винтовки стали поступать в легион, государь повелел предоставить одной из рот Лейб-гвардии Финляндского полка нужное количество винтовок на апробирование. Финляндские стрелки дали положительный отзыв, и на вооружение была утверждена винтовка образца тысяча восемьсот двадцать восьмого года. От легионной винтовки она отлична лишь тем, что предусматривает крепление пехотного игольчатого штыка, а не тесака. А вот эта огромная винтовка является специальным оружием, изготовленным для взвода террора третьего штурмового батальона Лейб-гвардии Павловского полка. Она отличается увеличенной длинной ствола и толщиной его стенок. Винтовка предназначена для стрельбы утяжеленной пулей на значительные расстояния. Вес пули семь с половиной золотников. Заряд один с четвертью. Разумеется, штык к такой винтовке не предусматривается. Вот так и было придумано и принято на вооружение это оружие. В заключение, я хочу рассказать про ещё одно обстоятельство, которое возможно изменит в будущем винтовочную пулю двадцать восьмого года. Винтовки в калибре четыре и шесть активно используются. Потому один из офицеров легионной школы заметил, что по мере износа стволов точность стала падать. С моего благословения он провёл опыты и убедился, что если всё же снабжать винтовочную пулю клином, то это позволяет преодолеть последствия износа. Им были предложен клин из обожженной глины. Винтовки двадцать восьмого года, поступившие в войска не имеют такого износа, а потому сейчас надобности так усложнять снаряжение патрона не имеется, но через пару лет возможно новая пуля заменит нынешнюю.

Комментарии: 744, последний от 12/05/2026. © Copyright Орлов Денис Евгеньевич (Lit.D.E.Orlov@yandex.ru) Размещен: 27/09/2015, изменен: 11/05/2026. 63k. Статистика. Глава: Фантастика Маленький Саша Скачать FB2		Оценка: *6.80148** Ваша оценка:
Аннотация: Здесь публикуются проды. Буду стараться публиковать два раза в месяц: 5 и 20 числа.

Орлов Денис Евгеньевич Маленький Саша. Прода. 108

Орлов Денис Евгеньевич
Маленький Саша. Прода. 108