Зачем люди пьют? Так, если вдуматься, глупейшее занятие. Алкоголь тупо устарел лет на тысячу. Люди скажут - чтобы расслабиться. Но алкоголь вряд ли прям так уж расслабляет и избавляет от стресса. Ещё скажут - чтобы поднять настроение. Но это у кого что на душе. Если хорошее настроение - будет весело, а если застрял отврат какой - так и будет ещё отвратней, вплоть до желания залезть в петлю. Значит, алкоголь лишь усиливает то, что есть? Пили были бы что получше, посовременней. Хотя бы регулятор настроения, элементарный РеНчик. Так нет же, заливают в себя это страшное пойло.
Техно-музыка долбит, задавая бодрое ритмичное настроение и поглощая разговоры. Можно было отправиться в их любимую комнату со звукоизоляцией, там даже сигналы связи не ловят, настолько всё изолировано. Как в глухом сейфе. Там как будто пропадаешь с радаров, никто из друзей не залипает в экраны. Остаётся только старое доброе человеческое общение - болтать, ржать над воспоминаниями, историями про общих знакомых.
Та комната была у них наподобие клуба в клубе. Тайная воровская пещера. Где они куражились, устраивали пирушки, играли в карты и строили охренительные планы. Там они и скреативили название своей банды - Маффины. Игра слов: "мафия" переплелась с тем, что они жрали в тот момент, а именно маленькие шоколадные кексики. Так получились Маффины.
Но сейчас они расположились в общем зале клуба, в мягкой угловой нише, прикрытой полупрозрачным эластичным умным экраном, с каким-то музыкальным клипом идущим поверх. Место было удобным для наблюдения: ты видишь зал целиком, а сам находишься в тени, вне поля зрения. К тому же, здесь можно вальяжно курить под мощной вытяжкой. Идеальная позиция, прямо как VIP-ложа на стадионах, откуда видно всё поле.
Тут, чтобы говорить - надо повышать голос, шёпот не канает. Играет андеграундная быстрая музыка, фишка заведения. Дозволялся и даже рекомендовался броский дресс-код в стиле китч - проще говоря, побольше яркой блескучей безвкусицы, спортивных костюмов чудных расцветок, как будто закупился в дешёвском секонд-хенде, но носишь этот трэш непременно с видом, будто разбираешься в последних писках моды. На фоне серых будней - блеснуть хотя бы яркой смешной одёжкой.
Маффины же, чтобы подчеркнуть свою общность, сплошь одевались в чёрные спортивные футболки, с крупными номерами, причём номер у каждого свой. Чёрный цвет - отверженный, анархический цвет, гангстерский, подпольный. То, что надо. Простой цвет, низовой, удобный. Не зря говорят: чёрный люд. Вот они и есть из чернового люда. С чёрного хода зашли в эту жизнь.
Из фишек тут также была продвинутая раскованная публика, никакого пуританства и традиционализма, в котором мрачно тонула страна. Это притягивало сюда разных прикольных сомнительных личностей, они приходили порешать вопросики и просто повеселиться.
Наконец, тут был стриптиз в прайм-тайм. Настоящий. А не нарисованные призрачные голограммы или ощущалки. Тела из плоти и крови. Взаправду. Как в доэлектронные времена. И другие танцы-обниманцы. Атмосфера тут располагала знакомиться. Покупать любовь, обменивать любовь на выпивку, брать любовь в кредит на обещания, арендовать с почасовой оплатой и опцией выкупа. Всё вживую. Мутить интриги и интрижки. Само название заведения "Единорог" намекало на стоячий хуй, конечно.
На закруглённом кожаном диванчике, чуть поодаль от пацанов, чтобы подчеркнуть что он один такой на свете, откинулся Барон: в цветастой шёлковой дорогой рубашке, расстёгнутой на груди, демонстрируя большой золотой крест, хотя плевал он на религию, если то не религия из золота. Барон в пиджачке-блейзере с геометрическим рисунком и в своей дурацкой шляпе, которую он снимал вряд ли даже на ночь, и мылся скорее всего тоже в ней. Шляпа скрывала лысину. Оставшиеся волосы он имел длинные полуседые, забирал их в чахлый хвост на затылке. Он был завсегда чисто выбрит, бороду или даже небритость считая признаком быдла.
Выглядел Барон хоть уже и пожилым, потёртым, но в целом достойно и умиротворённо. Как-то созерцательно, что ли. Он ведь и не пьёт почти. Но любил выпендриваться шампанским, что сейчас стояло в серебристом ведёрке со льдом на столике перед ними. И то, исключительно ради понта. Что ещё раз подтверждает мысль о тщетном бесполезном бухле.
Барона и так торчило, без алкоголя и добавок. Он был не то чтобы в данную секунду счастлив, а вообще. По жизни. В последние месяцы точно. Если точнее сказать, то "счастье" - глупое слово. Счастье - оно ведь размазанное, случаются и неудачные дни. Но у Барона ныне точно лучший фартовый период. В нём чувствуется благорастворение в атмосфере клуба, удовлетворение собой и своим проектом. Его истерзанное исцарапанное за говённую биографию эго - наконец, купалось в душевных бальзамах.
Почему Барон доволен - понять можно. Он построил магнум опус, великое дело - открыл этот клуб. Создал узнаваемый бренд. Ну ладно, не для всего города, но среди некоторой публики точно. "Единорог" стал достопримечательностью в определённых кругах. Культурной ценностью. Центром досуга. Даже некий художественный стиль имел узнаваемый - бандитское барокко.
Может в том счастье и состоит - сделать что-то значимое в жизни? Исполнить миссию? Предназначение? Вот как Барон, мудила грешный. Он ведь такой комичный засранец был раньше. Кривоногий коротышка, с пузом и лысый, три волосины отрастил длинных. Уже пенсионер по возрасту, если жуликам в принципе полагается пенсия. Озабоченный "реальным пространством", "реальным бизнесом", "реалэстейт", как он повторял попугаем, заучив звонкое словосочетание.
Но Барон таки отгрыз у этого проклятого города свою долю. Стал легендой на старости лет. Уважаемым. Состоявшимся. У него с клубом сразу круг рукопожатных связей вырос до небес. Все о нём знают. Говорят почтительно. Барон давно уже не молодой и не модный. А чертовски старый и крутой! Дорогих гостей он обычно встречал с парой похабных проституточек по бокам, хотя ему уж было не до тёлочек в силу возраста, воробушек в трусах поди совсем зачах. Но круто же.
И теперь он может вот так счастливо посиживать на диване, заложив руки за шляпу. Почивать на лаврах. Его сейчас так только и величают повсеместно - Барон. Как он и мечтал долгие годы. Заслужил своё имя, которого добивался. Перестал быть каким-то там Эманом. Каким-то, смешно сказать, Гусейновым. Эти имена - для прошлой жизни. А теперь он Барон.
Клуб он хотел назвать то "Ванильный единорог", то "Звёздный единорог", то ещё как вычурно. Но в итоге при общем совете пацанов остановились на простом "Единороге". Он же "Рогоносец", он же "Носорог", "Нарвал", "Скакун" на сленге. И теперь это культовое место.
А что сделать значимого им - молодой поросли из Маффинов? Которые засиделись на лавке запасных. Непонятно. Достижения как-то связаны с деньгами. Да. В конце концов, всё измеряется деньгами. Всё упирается в деньги. Чтобы воплотить мечту - нужны деньги. Но где взять деньги, достаточные для исполнения мечты? И в чём эта мечта состоит? И достаточно ли для неё будет денег? И для чего люди бухают? Слишком много нерешённых вопросов.
По залу шатался шальной Феликс с новой игрушкой - умными очками с установленной системой социальной коррекции "Флирт". А если проще: ИИ чтобы клеить женщин.
В итоге, совершив вояж по всем закуткам, приплясывающей походкой и с пластиковым стаканом пива в руках - Феликс добрёл к их тусовке в комфортной угловой нише, светясь идиотской детской радостью от испытанного гаджета.
Феликс: чудила с реальной припиздью в голове, голова эта почти наголо стриженная, так что видны шрамы, с торчащими ушами, сам татуирован до предела, похож на расписную гжель, последним нетронутым оплотом оставалось лишь лицо, да и то не целиком. Шалый он. Хаотичный. Когда смеётся, а скорее ржёт по обыкновению и по любому поводу - видны кривые зубы. Отец, провинциальный чекист, рано умерший от алкоголизма, натурально назвал Феликса в честь Дзержинского, надеясь на будущее в органах. Но сын пошёл по карьере скорее Мишки Япончика.
- Охренительная штуковина! Аааааа! Бомба! У меня никогда не было столько знакомств за вечер! - Даже сам тон речи у Феликса придурочный. - Про всех показывает чё-как! Ну почти... Кроме одной. Той, мрачной анорексички, которая постоянно сидит с китайцами, ну вы поняли о ком я. Про неё пусто...
Цыган: тоже по молодости ходил коротко стриженным, но решил радикально сменить имидж и с недавних пор отращивает волосы, зализывая их назад. Выглядеть стал более холёно и взросло. И даже их фирменную спортивную уличную майку с номером 13 - он носил со стильным лёгким чёрным бомбером, даже тут добавив эффектности.
- Это Ди. С ней лучше не связываться, - с некоторых пор Цыган стал говорит со своими пацанами голосом вожака. - Ты намёк не всосал, почему про неё ничего не определяется.
- Так-то сасная тянка, стройная, тоже вся в наколочках. Дракончики там, цветочки. Уважаю. Но как посмотрит - аж, сука, дрожь берёт. Она, блядь, как ведьма какая-то. Волосы синие. Губы синие...
- Ты не догнал, Девятка, - "Маффины" часто называли друг друга по номерам на футболке. - Она из "алхимиков" и ходит под Ю-Веем, если что. Если эта ведьма проклянёт тебя, то у тебя жопа отвалится!
- Не, ну чё, познакомиться нельзя? Так-то респектабе... ебабельный бабец. Может я хотел узнать: а там, внизу, у неё тоже волосы синие, бггг? Ну ладно. Нет, так нет. Не люблю неприятности.
Больше всего на свете Феликс обожал неприятности и создавал их непрерывно.
- Охладись, ёптыть, - Цыган кинул в стакан Феликсу кусочек льда из ведёрка. - Не приставай к посетительницам, дрочила, особенно к блатным.
Однажды Феликс насмотрелся на стриптиз и начал дрочить прямо за занавеской в ложе, за чем и был застукан. Теперь его часто называли "дрочилой", "рукоблудом". Но он не обижался, а тоже шутил в ответ. Не онанизм, а учения!
- Да. Оставь людей в покое, отвянь со своими происками, - флегматичным скрипучим голосом добавил Барон, противненько кривя уголком рта, как он обычно делал при раздражении. - Ты всех напрягаешь. Охотишься тут, хищный ебозавр. Не надо срать там, где ешь. Уважай чужой отдых. А вообще... ну-ка, дай сюда эту штуку.
Барон забрал у Феликса очки, брезгливо повертел в руках приблуду. Но даже ругался в последнее время как-то мило, точно мурлыча, хотя издревле обладал ворчливым характером, слыл недоволькой. Но в последнее время его мерзковатый высокий дребезжащий тон и шепелявость звучали почти мелодично. С неторопливым чувством достоинства.
- И? Как это сраная хуёвина работает? - спросил Барон у Феликса.
- Саймон сломал премиум-аккаунт "Флирта", - подсказал ему сбоку Стимул.
Стимул: сообразительное лицо, мог бы сойти за интеллигента или корпората, несмотря на гоповскую спортивную одежду. Мозговитый. Но нестабильный из-за химии, болтает его туда-сюда. Когда начинаются тики и припадки, то сменяет быстрое на медленное и успокаивается. Тем не менее, способен думать и говорить осмысленные вещи, мотивировать других. Стимулировать. Ну... пока он не переходит обратно на любимое быстрое, за что и получил своё прозвище. Он был единственным в банде, кто прочитал больше, чем текст из заставки игры. Кроме Цыгана, конечно - тот слыл за книгочея, целый год проучился в универе... Вроде бы. Так гласило древнее предание.
Стимул развернул объяснение принципов работы "Флирта":
- Идёт распознавание по лицу, высвечивается профиль девушки, её личные данные из сети, психологический портрет, в отношениях она или нет, а также подсказки для... для подката и съёма. Там даже показывается уровень убеждения.
- Придумают. Же. Хуйню!
- А дай мне погонять? - протянул руку Стимул. - Я аккуратно. Без палева. Просто интересно как работает.
- На, забирай цацку, - Барон великодушно даровал очки, Стимулу они шли гораздо больше. - В наше время такого не было. Обходились разговором с бабами. Или деньгами хотя бы.
Вот. Опять разговор про деньги. В Москве вообще всё про деньги. Неважно о чём говорят - неизменно говорят о деньгах. Тут никого ничего не интересует, только если это не про деньги. В одних городах спрашивают: "Что ты умеешь?". В других: "Кого ты знаешь?". В Москве: "Сколько ты стоишь? Сколько у тебя денег?" Даже сексуальность - тут лишь деньги.
И если этот проклятый город - сосредоточие денег страны. То Маффины - сердцевина грязных делишек и тёмных мыслишек про деньги. Не имея ничего, они мечтали обо всём. Они - воры в Городе Воров.
- Саймон всё сидит там? У себя в подвале с двадцатью экранами?
- Ага. Торчит там. Как паук, в самом адском инфернете, в самых нижних тёмных слоях. И помешался ещё больше.
- Куда уж больше?
- Бля, он окончательно отъехал на конспирологии. Говорит, что скоро армагеддец, и у него какие-то охуительно важные дела. Что сбои в магазинах и банках неслучайны. Ну, короче, его обычная песня, что правительство скрывает правду. Он что-то ещё мне гнал с подробностями, я не понял ни слова. Урок физики дал, нах! Чё-то там про магнитные поля-хуя!
- Так-то дико талантливый чувак. Он как-то раз мне показывал: как запускать демонов в сеть метро и видеть все камеры, или показывать что угодно на экранах, прикинь! Но злой он. Понятно почему. Инвалид. Внешность у него ещё такая... Неприятная! Вонючий! От него реально воняет, а он даже не замечает. Друзей нет, тёлочки не дают ему, ни с кем не общается, не знает куда себя деть. И поэтому с мозгами у него не в порядке.
- А у кого с мозгами в порядке, чувак? У тебя, может?
Цыгану нравилось слово "чувак", хоть оно уже и устарело в обиходе. Он постоянно утверждал, что слово произошло от цыганского: "čavó" - "парень".
- Если из-за этой херни с отключениями народ бросился снимать деньги с банков, тогда может надо ускорить наш проект с кардингом? Надо успеть сорвать куш, пока они всё не сняли.
- Да мы не доработали нихрена. Значит, надо в который раз же Саймона просить. А он хочет лишь одного, чтобы от него все отъебались, он занят своими тёмными хакерскими проектами! Про карты можно забыть. Я предлагал план по ставкам. Людишки сами несут тебе последние деньги. Игромания, брат! Она почти как наркомания. Правда, все ставки тоже подмяли под себя корпорации... ХЗ, короче...
- Зато все валят сюда! - Барон становился счастливее час от часу, наблюдая процветание своего детища. - Чем хуже дела с экономикой, тем охотнее они идут тратить последние деньги! Мой любимый парадокс!
А ведь Барон прав. Публика и впрямь повалила в последнее время. Люди как будто вспомнили про простые, грубые, а порой и скотские развлечения былых докомпьютерных времён.
Мажоры. Середняки. Беднота, прикидывающаяся мажорами. Прожигатели кредитов, крипто-мошенники, мелкооптовые лавочники, майнеры, крипто-трейдеры, ушлые дельцы с поддельными ультрамодными гаджетами и дримами, которые должны выйти в прокат только через полгода официально. Торгаши-базарчи нахлынувшие сюда приливной волной с огромного электронного рынка неподалёку, филиала китайского мегарынка Хуачанбей.
Тут максимально символично сходились сразу пять районов города. Пять Углов. И это место, с эстакадами, железками, перепутьем дорог транспортного кольца, пересадочным вокзалом, арендным жильём, что меняло жильцов по дюжине раз за год, а также дешёвыми капсулами-кубикулами для спанья - было своеобразным перекрёстком судеб, субкультур, криминальных шаек, земляческих кланов, этнических общин. В общем, местом весьма колоритной публики.
Надменные казахи, вальяжные узбеки, понтовые азербайджанцы, пафосные армяне - все собирались в клубе днём и вечером, хоть и предпочитали сидеть в разных концах. Вьетнамцы, китайцы, северокорейцы, индийцы, иранцы, сирийцы, встречались и чёрные чуваки. После глобальной ссоры с Европой, Москва вновь стала золотой дремотной Азией, Золотой Ордой.
Москва - это город, где приезжие не любят приезжих, но в "Единороге" царило своеобразное перемирие на водопое. Заведение сразу позиционировало себя как вавилонское смешение классов, народов и рас, на разрез глаз тут не обращали внимания. А если обращали - то старательно делали вид, что не обращают. Что привлекало посетителей ещё больше, ведь многим очень нравится чувство растворения в свободе гигантского города.
И посетители, действительно, хлынули весенним потоком в марте. Половое половодье. Словно взбесились. Отрываться. Сорить баблом. Скакать под музыку. Глазеть. Вожделеть. Пить. По какой причине люди пьют? Ведь алкашка - это же типа растянутое самоубийство. Самоупийство! Да, подходящее слово. Так что они делают? Весело упивают самих себя?
Цыган раньше бы сказал, что презирает их всех, пьяные громкие чужеродные куски мяса. Но годы смягчают категоричность суждений. И деньги, конечно.
Ведь раньше Цыган был воинственным нищуком, одно время даже с бездомными тусовался. Как там в одном музыкальном треке говорится: "Прочитал над "Пропастью во ржи". И решил пойти в бомжи..." Раньше он был неудачником-любителем... А ныне стал неудачником-профессионалом. Периодически отрастали неплохие деньги на кармане, которые затем так же быстро спускались. Но всё просто шло в дело. Цыган вытащил старинных проверенных друзяк из своего захудалого бессмысленного городишки на обочине скоростных путей между столицами, где они прозябали годами на мелком криминале. Других подтянул уже из столичных. Так сколотил банду. Окружил своими людьми.
Резкий и опасный, как бритва, умный Стимул. В некотором смысле сноб, чистюля и умник. Он даже пытался сделать офисную карьеру, но его крутой норов в итоге всё сорвал. Но голова у него, как двигатель спортивной тачки, постоянно рычала и искрилась планами. Срабатывал каждый десятый план, но всё равно ведь генератор идей, как ни крути. Плеймейкер в футболке под номером 7.
Отвязный весёлый ебанько Феликс, человек-проблема, но он задавал куражу их вечеринкам своими выходками. Чистый хаос. Но и настоящий друг, которого Цыган знал тысячу лет. Вместе они проворачивали самые первые делюги, вместе получали и давали пиздюлей, будучи провинциальной шпаной.
Цыган на минуту вспомнил, покрутил в памяти их городок детства-юности - чудесную Чудь. Там проходила крупная железнодорожная ветка, но сам город будто увяз на перепутье времён и дорог, потерялся в подпространстве прошлого. Центр жизни - вокзал, но по факту просто большая бетонная будка на асфальтовом пятаке, и она постоянно была закрыта "на обед". Автобусы часто ломались, шли по непонятному расписанию, их можно было ждать по полдня. Рядом - даже не площадь, а площадка с торговками разными тряпками. И тут же самый большой магазин, который гордо именовался "Торговым Центом", а на деле рынок со множеством прилавков, только под крышей. Они там постоянно с братвой зависали в дешёвой кафешке. Цыгане говорили наполовину на родном языке, половину на русском, но всё окружение друг друга замечательно понимало. Знакомая продавщица в кафе сбывала им просроченную еду, пирожки и сосиски в тесте за копейки, а по хорошему настроению так и даром. Денег у них не водилось отродясь, само собой. Вот оттуда они ещё дружны с доходягой Феликсом, ставили этот городок на уши. Росли как сорняки.
Белобрысый мясистый качок Беляш, похожий на финна, неудавшийся спортсмен с порванными связками - тоже чудской земляк, но с ним сошлись чуть позже. В футболке под номером 1. Его поставили кипером на ворота в клуб. Он в целом спокойный, нордический. Естественно, пока кого-нибудь не отметелит. Беляш глядел на каждого мужчину, будто думал как тому въебать, и на каждую женщину, будто думал как её выебать, но при этом никого не трогал и смотрел чтобы другие тоже не трогали. Надо сказать, на людей это и вправду действовало... впечатляюще. И все вели себя уважительно и смирно.
С ним же обычно стояла пара центральных защитников - коренастый надёжный чувак Пень и задорный толстяк Центнер, обоих вытащили из долговой ямы с неудачным бизнесом, в который они вляпались по глупости молодых лет.
Тонко понимающий музыку, молчаливый и загадочный алкаш Змей - он умел играть на десятке видов музыкальных инструментов и мог освоить любой новый за месяц. Он создал здесь интересный музыкальный дизайн, подбирал плейлисты. Но чаще надирался у стойки. Впрочем, у него имелся стоп-кран, Змей свою меру знал - тогда он переставал пить и начинал на чём-нибудь играть.
Кичливая эксцентричная модница и фемас Саша, проще говоря, девушка с натуральным мужским половым членом, а ещё с наращёнными эльфийскими ушами. На все свои операции органографики, то есть наращивания сисек, членов и ушей - она спустила миллионы денег, была в жутчайших кредитах. Но не унывала, у неё озорной нрав, вечный карнавал. Занялась делом. Организовала здесь стриптиз и логово порока, объединив несколько блядских точек округа под одной вывеской. Благодаря ей "Единорог" получил сексуальную подоплёку.
Константин СерГеич, или просто Геич - их странный крейзи-покровитель, годящийся им в отцы. Умудрённый. Словоохотливый философ, часто трындящий заумные термины, вроде "императив". Но по правде - просто олдовый развратный дядька, бывшая шишка из муниципалитета, которого занесло в их среду из-за жопных пристрастий и страсти к фемасам. Ныне Геич обеспечивал их легальное прикрытие, бумажками со стороны разных инстанций и Мосгосбосснадзоров, ибо обладал связями наверху. На плановую проверку однажды приводил своих знакомых крупнотоннажных чиновников из Северного округа. А такие от посторонних взяток не берут, им нужно премиум-обслуживание и связи. И чтобы бюрократы не были расстроены этим вертепом, Цыгану пришлось договариваться на один вечер с цыганским театром "Романс", расположенным неподалёку - на выступление. И получилось очень даже прилично и кулюторно, все остались довольны: и цыганским водевилем, и денежными подношениями. Рука руку греет!
Семён, он же Саймон, он же Crunchy Rage, он же HAMMERBOOM, PH4N70M, DR4K3 и ещё сотня его безумных хакерских имён. Вечно обожравшийся программистина для ускорения параноидальных мозгов калека, но и виртуоз в своём деле. Нелюдимый анахорет, почти всё время молящийся в каморке своим цифровым люциферам.
Однорукий Тарик, у него было какое-то сложное киргизское имя, но все называли его Тарик - мастер на все руки, однорукий бандит, ха-ха. Давным-давно отбился от своей мигрантской общины, потерял руку на стройке и совсем бы сгинул в большом городе, кабы бы не попал в надёжные руки, ха-ха. Барон ему купил навороченный лёгкий поликарбоновый протез (на самом деле перепродал у какого-то военного врача партию биомеханических протезов, а один поставили Тарику на пробу). Преисполненный благодарности Тарик стал подручным Барона, всегда под рукой, ха-ха. Но рукастый, ха-ха. Мог затюнить самую убитую тачку, довести её до ума. Строил "Единорога", когда тут были ещё бетонные голые стены. Искренне любит работать руками, ха-ха. Но если без глумлений, то отличный чувак. Само спокойствие и исполнительность.
Барон опять же. Он дал им кой-какие занятия, кров, пристроил. Барон хоть и престарелый самовлюблённый дуботряс, изображающий из себя супер-воротилу, но так-то его надо канонизировать. Он же реально святой. Если не считать нелепой внешности и жуткого характера. Только Барону Цыган позволял называть себя по имени - Лекса.
Вот такое его общество. Команда. Банда. Фирма. Никто из них точно не идеален. Пёстрые, странные, диковатые, торкнутые, склонные к дестрою и саморазрушению. Но свои. Проверенные. С ними можно двигаться по жизни. Люди делятся на две породы: с кем можно делить дела, и с кем нельзя. А остальные - фон. Массовка.
С помощью денег можно отгородиться от лишних людишек в жизни. Плевать на них. А ещё больше денег совсем окончательно решило бы вопрос пересечения с ненужными людьми и их никчёмностью. Мысли неизбежно возвращались к деньгам. Там, где деньги - там всегда нечёткая граница между у-силием и на-силием. В деньгах - корень проблем и решение проблем. Ключевое понятие: ДЧЛ - деньги чужих людей. Чужих. Проблемы твои, а деньги чужие. А можно сделать наоборот. Мафия не ворует, мафия берёт своё. Маффины придут к этому однажды. Придут к деньгам. Перейдут в высшую лигу, или хотя бы во вторую за высшей.
Ну и Китти, конечно. Она тоже здесь. Она своя в доску. Родная душа. Китти отрывалась на танцполе... Тоже характерный для их круга человечек, с тёмными и светлыми пятнами судьбы.
Её притащила Саша, вроде как её знакомая, подруга, хотя у Саши сто подруг и тысяча знакомых, и куча случайных связей, включая интимные. Кажется, Саша отсосала уже по три раза каждому из их тусовки. Саша умеет это делать. Ещё никто не жаловался, зато многие нахваливали. Кажется, один лишь Цыган остался нетронутым, поскольку приберегал себя. Для кого? Оказалось, для Китти.
У Китти тоже отчасти шлюшная биография, полная невзгод и унижений, но тот выбор был не по собственной воле. Так вышло. Сначала было заметно, что Китти озлоблена на всех из-за боли и обид, сидевших внутри. Но постепенно она обвыкла в их тусовке, оттаяла. И стала своей.
Китти выросла в нищете, где-то на юге страны - она неохотно болтала о себе и вообще мало говорила. Голодная серая юность обычно стягивает не столько желудок, а сердце, делая его чёрствым и циничным. Она сбежала от родни и своей местечковой бедности с каким-то заезжим московским хахалем, который бросил её через месяц. Затем хлебнула горя в столице и никому сразу не доверяла, как одичавшая кошка. Но вот ему постепенно доверилась.
Она говорила так мало, что производила впечатление немой или незнающей язык. За своей немногословностью казалась беззащитной, но эта молчаливая бестия вполне могла постоять за себя перед любым агрессивным жлобьём, не терялась перед опасностью.
Трудно сказать, любил ли её Цыган - ему всегда казалось, что он не создан для подобных сопливых чувств. Была ли то хотя бы влюблённость или романтизированный секс. Что вообще есть любовь? Слово-заменитель похоти?
Но он точно был очарован Китти, как удивительным созданием. Даже не внешностью. Не сказать, что она прям красавица, хотя Китти умела подкрасить личико. Ещё у неё был довольно смешной утиный носик, временами кажущийся то изъяном, то очаровательным.
Характер её нравился. Поведение. Магическая грация. Непогрешимое изящество, которому прощаются остальные шероховатости. Как она держалась. Как одевалась в разноцветные аляповатые одежды их клубного стиля, но которые на ней удивительно гармонировали. Как она гадала на таро в их воровской пещере и заглядывала в глаза при этом, как в душу, сверяясь там с ответом. Как самозабвенно танцевала на их рейвах, заводя и остальных вокруг себя. Как будто последний день живёт на свете и отдаётся сверхважному ритуалу. В этот момент Китти точно находилась в другом мире. Трахалась она так же самозабвенно. Аккомпанировала ему. Руки до сих пор помнили как трепещет её молодое тело в сладкой трясучке.
Всё в ней выглядело как-то... Свободолюбиво. Китти ласкала его взор. В ней чувствовалось нечто стоящее жить. Словно очищала сердце, что ли. От шелухи дней. Словно антидот от отравы озлобленности, который она в себе выработала.
Короче, то были самые высокие отношения за его жизнь. Они с ней не только спарились, но и срифмовались. Как два удачных слова в панче. Оба чем-то похожи между собой, одновременно, непохожи на других. Китти. Само её имя было приятно катать на языке, сглаживало невзгоды. Избавляло от сомнений. Возвращало на правильный путь.
Ведь часто простой прямой путь - самый правильный. Порой слишком долго сомневаешься, ломаешь голову, чем только окончательно запутываешь себя. Перегораешь. Зачем-то отбрасываешь верные решения, кажущиеся слишком очевидными. Ты видишь перед собой толпу, идущую навстречу, и думаешь только о том, к какой стенке прижаться, почему ты идёшь не в ту сторону, почему ты не как все. Стадо подавляет тебя. Так не стоит думать. А иногда и вообще не надо думать, раздумывать, пережёвывать в сотый раз - это только мешает. Нужно без тени сомнения пойти прямо, прямо через толпу, сквозь толщу проблем. И ты увидишь - как стадо расступается. Как, внезапно, проблемы сами собой перетекают в решения. Как твои слабые карты, шестёрки да десятки - складываются в сильные комбинации, о которых ты и не подозревал. Сама судьба ведёт тебя за руку. Иногда даже тащит. А люди ей глупо сопротивляются, всё ноют чего-то, жалуются, бухают. Зачем люди пьют? Так, если вдуматься, глупейшее занятие. Алкоголь тупо устарел лет на тысячу. Тем не менее, все его пьют.
Цыган встал и пошёл на танцпол к Китти, как самонаводящаяся ракета на цель, не замечая никого и ничего кроме неё.
