Низовцев Юрий Михайлович
Слово и дело

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Без поступления информации развитие невозможно. Но сам по себе термин "развитие" применим лишь к живому, поскольку воспринимать, обрабатывать, хранить, использовать и передавать информацию способны только живые существа, имеющие соответствующий аппарат для этого, да и к бессмысленному неживому термин "развитие" неприменим. Неодушевленное способно только меняться под чьим-то воздействием. Поэтому, если взглянуть на мир с позиции влияния на него информации, то оно обнаруживается везде, и даже само время есть ее продукт.
  .
  
  Ключевые слова: информация, человек, сознание, самосознание, развитие.
  
  Оглавление
  
  Часть 1. Почему без слова нет дела?
  Часть 2. Что в действительности представляет собой интеллект?
  Часть 3. Почему мирозданию без человека не обойтись?
  Часть 4. Движущая сила и источник развития человека и его сообществ.
  Часть 5. Человек во сне и наяву.
  Часть 6. О происхождении и проявлении личности.
  Часть 7. О сходстве и различии людей умных и людей творческих.
  Часть 8. Стоит ли "лечиться" от глупости!?
  Часть 9. О роли неравенства в человеческих сообществах.
  Часть 10. Какова основная причина появления государств?
  Часть 11. Революция как следствие подъема самосознания на высокий уровень.
  Часть 12. Возможно ли создание справедливого народного государства?
  Часть 13. Когда и почему появляется равновесная экологическая цивилизация?
  Часть 14. Время как проявление процесса получения информации.
  Часть 15. Как соотносятся мышление и сознание?
  Часть 16. И всё-таки, мыслю и поэтому существую, или наоборот
  Часть 17. Конечное как способ реализации бесконечного в бытии
  Часть 18. Ощущения как непреодолимая граница между живым и неодушевленным.
  Часть 19. Об индивидуализме и коллективизме в виду нынешнего кризиса.
  Часть 20. О соотношении ощущений, информации и разума в триединой системе мироздания
  Часть 21. Бытие как инфраструктура для живого в текущем времени.
  Часть 22. О сознании человека в пограничных ситуациях.
  
  Часть 1. Почему без слова нет дела?
  Различие человека и животных особенно ярко проявляется в коммуникации тех и других. В частности, даже самые высокоразвитые животные не владеют словом, заменяя его в общении жестом и нечленораздельным звуком. Поэтому имеет смысл выяснить, почему и каким образом жесты и звуки, которые только и представляют средства общения для животных, дополнились словами и осмысленной связной речью, а в дальнейшем к ним присоединилась и письменность, и какую роль здесь играет образ и коллективный труд?
  Для того, чтобы выяснить, почему и каким образом жесты, звуки, приобретающие иногда также и символическое значение, которые используются животными в качестве средств коммуникации, дополнились словами и осмысленной связной речью, надо, по-видимому, сначала обратиться именно к животным, наиболее продвинутыми из которых являются, в отношении сообразительности и коммуникативности, шимпанзе.
  Люди, и вряд ли с этим стоит спорить, наследники приматов.
  Поэтому они, как и приматы, стремятся к питанию, собственной репродукции, улучшению своего положения среди сородичей и комфорту, используя такие основные свойства своей индивидуальности, выработанные за миллионы лет эволюции, как сообразительность, чувствительность, впечатлительность, решительность, ту или иную степень общительности, любопытство, доминантность, настойчивость, кооперация в действиях, составляющие в своей совокупности, уровне и взаимоотношениях индивидуальность животной части сознания вместе с его нажитыми или генетическими признаками - такими, как внешний облик, темперамент, добавляя только к ним приобретенные в своей нише существования жизненный опыт, навыки, манеру поведения.
  Более детально об индивидуальности, характеризующей животных, и личности совместно с индивидуальностью, определяющих поведение человека, и об основах данных свойств можно узнать в моем эссе "Почему и как индивидуальность и личность конкурируют в человеке?" (Монография "О происхождении и проявлении личности". Глава 1. 2024. Litres.ru).
  Для приматов в их протяженно-пространственном адаптивном мире, поскольку время ими не осознается из-за направленности их воображения на окружающие их конкретные объекты, а сами они чувствуют себя и ощущают собственное окружение тоже в качестве объектов без включения любой формы обобщения или отвлечения. Понятийный мир для них заменен набором ощущений, которых они не желают лишаться, так как на примере собственного сна понимают, что такое безысходная пустота.
  Они проводят свои дни, за редким исключением, крайне однообразно: насыщаются, играют, занимаются сексом и, при случае, пытаются занять более высокое, а значит, приятное по роду ощущений, место в стае.
  Для этих занятий им хватает инстинктов и рефлексов, а также наработанных навыков, и не требуется особых размышлений при подобном ежедневном повторении, в сущности, того, что уже было, с крайне малым числом изменений и практическим отсутствием коллективного труда.
  Такого рода вялому приспособительному существованию в почти неизменной протяженной пространственной среде джунглей в течение десятков миллионов лет должны соответствовать и, действительно, соответствуют достаточно примитивные и немногочисленные средства коммуникации.
  Голосовую коммуникацию шимпанзе используют, прежде всего, как сигнал о наличии потенциальных угроз.
  Подобная информация выражается в форме ворчания, визга, воплей, но членораздельные звуки эти обезьяны произносить не способны.
  Всего произносимых звуковых сочетаний было выделено 12. В частности, одиночное хрюкание шимпанзе издавали при виде пищи, а серию хрюканий - в знак покорного приветствия, отмечая свой пониженный социальный статус.
  Однако для целенаправленного сообщения шимпанзе используют преимущественно не звуки, а жесты, побуждая себя к тем или иным действиям и даже ведя диалог. Всего лишь 66 жестов оказывается для обезьян достаточным для подачи 19 разных информационных сигналов.
  Тем не менее, разнообразные звуки и жесты используются обезьянами преимущественно для общения, а не для координации совместных действий, что указывает на их эгоцентризм и незначительный интерес к кооперации, которая нужна для облегчения труда и повышения его эффективности, что вовсе не требуется этим бездельникам, для жизни которых хватает нечленораздельных звуков и нескольких десятков жестов.
  Неизменность подобного рода общения приматов в течение десятков миллионов лет, пожалуй, самое убедительное доказательство того, что их вполне удовлетворяет собственное адаптивное существование в протяженном пространстве, в котором мало что меняется.
  То есть в их уме не присутствует понимание собственного пребывания в текущем времени, которое не требуется в мирке, как правило, повторяющихся каждый день занятий собственного обслуживания, тогда как понимание своего нахождения во времени побуждает к наблюдению за изменениями собственного окружения и соответственно - мыслям о приспособлении этих изменений, которые можно инициировать и самим, к собственным нуждам, в отличие от простого приспособления к тому, что есть без особых размышлений.
  Интересно, что природа, в сущности, не пошла дальше приматов в ходе эволюции, представляющих предельный, самый высокоорганизованный вариант эволюционного развития живых существ в рамках приспособления к окружающей среде, который бесполезно усовершенствовать дальше, что и показывает неизменность организма приматов и их поведения в течение десятков миллионов лет.
  ***
  Тем не менее, довольно-таки бессмысленное, точнее, приятно-бездумное адаптивное существование здоровенных приматов, у которых в густых джунглях фактически и врагов то нет, всё же оказалось преодолимым, но не только чисто природными силами.
  Довольно-таки внезапно, и до сих пор непонятно как для науки, в параллель с обезьянами возникло существо, которое наконец довольно быстро по меркам эволюции поняло, что оно находится в текущем временив, и поэтому так же быстро стало меняться.
  Оно, конечно, не оставило втуне приспособительную тактику, но стало всё больше использовать стратегию и тактику осуществления перемен собственными коллективными усилиями вокруг себя, сравнительно быстро добившись немалого не только рядом с собой, но и в собственном организме, увеличив, в частности, свою сообразительность за счет роста объема мозга и перестройки его структуры в сторону ассоциативных, абстрактных и креативных размышлений для достижения первоначально сугубо утилитарных целей: всех остальных перехитрить и использовать.
  То есть эти новые существа вышли из одного только адаптивного пребывания в одном только по их ощущениям протяженном пространстве в текущее время благодаря приходу понимания того, что они находятся и в нем, что подтверждается их умением расчетливо распоряжаться им, строя различные планы, иногда далеко идущие.
  Одно это понимание предоставляет возможность в череде событий целенаправленно изменять окружающую среду, расширяя диапазон приятных ощущений и достигая большей безопасности.
  Естественно, совместная коллективная деятельность, планово-проектная в своей основе, требует более четких, разнообразных и качественно иных форм общения для организации и координации совместного труда. Жестов и нечленораздельных звуков оказывается недостаточно.
  Фиксируем поэтому, что шимпанзе, как, впрочем, и все остальные живые существа, не владеющие временем, в отличие от человека, находятся только в пространстве повторяющихся однородных отношений, руководимые инстинктами и рефлексами, и пользуясь, как правило, методом проб и ошибок в своем стремлении сохранить ощущения и сделать их, по возможности, более приятными, что ведет к существенному ограничению в потреблении и выработке информационных потоков, не позволяя раскрыть наиболее полно возможности живых существ в отношении развития сознания.
  Пространство этого полусонного существования для них ограничивается только собственными ощущениями без особых размышлений, которые в основном служат сохранению тех же ощущений, а об окончании этих ощущений они не догадываются, но, опять же, только чувствуют его по собственному одряхлению, если удастся дожить до старости.
  Протяженность этого однородного пространства ощущений определяется для них реалиями собственного окружения, наработанными инстинктами, рефлексами и геномом, включающем в себя программу, роста, развития, размножения и способов взаимодействия со средой для пребывания в ней.
  Таким образом, опорой всех этих адаптивных существ, включая и самых продвинутых, являются только ощущения, а их мышление в основном обслуживает стремление этих существ сохранить свои ощущения, среди которых наличествуют и приятные, на что автоматически указывает неудовлетворенность имеющимся вокруг с формированием всегдашнего стремления к более сытному, теплому и безопасному.
  Тому, кто не знает о времени, а значит, и о существовании будущего, остается только пребывать в ограниченном пространстве настоящего с добавлением запомнившегося прошлого без надежды проникнуть мысленно в будущее.
  Поэтому все эти существа обречены не более чем на приспособление к тому, что имеется вокруг них и рядом с ними. У них просто не может быть идей о преобразовании этого окружения для своей хоть сколько-то отдаленной пользы, то есть они не способны целесообразно преобразовывать окружающую среду по составленным заранее проектам и графикам, подлежа тем самым достаточно случайным изменениям в ходе эволюции, и пределом этих изменений по сообразительности и сложности самого организма являются высшие млекопитающие.
  Предел этот определяется программой, заложенной в геном, в соответствии с которой для этих существ возможна только адаптивная форма существования в рамках сохранения ощущений.
  Условия существования способны уничтожить вид, улучшить или ухудшить его приспособляемость к среде, но они не могут кардинально поменять его программу в геноме на действие противоположного типа- планомерную борьбу со средой, сохранив, к тому же, отчасти, адаптивность действий.
  Поэтому предположение современной науки о том, что антропогенез (превращение человекоподобных обезьян в человека) мог начаться с возникновением определенных природных условий на планете, оказывается совершенно несостоятельным - эволюция отнюдь не революция, а случайность не способна породить в каких-то изменившихся условиях столь необычную, как это было указано выше, программу в геноме, а способна только уничтожать или как-то менять живое существо без коренного преобразования его сознания.
  Лишение же адаптивной формы сознания на основе инстинктов и рефлексов его руководящей роли и есть коренное изменение живого существа и его поведения, что возможно лишь в результате такого изменения программы в геноме, которое инициирует еще и появление самосознания, характерное произвольным мышлением.
  Другими словами, в случае отсутствия этого изменения программы, живые существа, достигнув своего предела в высокоразвитых млекопитающих, так ими и остаются до сих пор, несмотря на всё происшедшее за десятки миллионов лет, включая и различные метаморфозы окружающей среды и даже катастрофы, что и проявляется в их нежелании выбраться их этого приятного в целом адаптивного протяженного пространства связей вне времени для себя.
  А вот человек, отчасти выпавший из этой адаптивной протяженности, благодаря, как мы считаем. появлению в его геноме дополнительной программы, провоцирующей произвольные действия в окружающей среде, довольно быстро осознал, что он находится в текущем времени в котором можно со знанием дела распоряжаться собой и своим окружением, так или иначе изменяя его по собственным задумкам.
  Правда, он также понял, что живет он только до определенной поры, и с ее завершением для него пропадает то, что он создал в течение жизни. И этому он не может не ужасаться, завидуя животным, которые не понимают неизбежного прихода смерти, пасясь, например, со всей приятностью ощущений, на своих зеленых лужайках. Но вместе с тем понимание человеком своей временности так же идет на пользу развития его сознания, поскольку он желает, чтобы его потомство, в котором он как бы продлевает себя, жило лучше него и прикладывает все силы для этого.
  ***
  Как это было упомянуто выше, контрадаптивная дополнительная программа в геноме не могла появиться под влиянием условий или случайно именно в то время, то есть синхронно с возникновением наиболее развитого из всех живых существ - примата, еще и вследствие своей невообразимой сложности.
  К тому же, программы, как это известно из компьютерных технологий, создаются людьми-программистами, не возникая сами по себе неизвестно откуда, а также не заменяются вдруг кардинальным образом.
  Иначе говоря, вероятность самосборки подобного биологического носителя программы практически равна нулю, и, соответственно, сколь убедительным доказательством естественного происхождения генома быть не может при всем старании эволюционистов.
  Так же и появление такого, в значительной степени отделившегося от окружающей среды, то есть, отчасти, внеприродного, осознающего себя существа в текущем времени, выглядит не закономерным продуктом этой среды, а своего рода нонсенсом, что доказывается его единственностью: ни одно из высокоразвитых существ на планете само по себе, то есть в результате лишь естественного отбора в течение миллиардов лет, не превратилось в столь противоречивое создание, сочетающее в себе адаптивно-эгоцентричную индивидуальность вместе с альтруистичной и креативной личностью.
  Кроме того, доказательством появления человека на основе генома обезьяны благодаря искусственному изменению этого генома является факт необычно быстрой перестройки генома, противоречащий обычно констатируемой эволюционистами скорости эволюционного развития.
  Отсутствие подобного плавного эволюционного перехода подтверждается данными исследования, проведенного международным консорциумом ученых. В него входило 67 учёных из 23-х научных учреждений 5-ти стран - США, Израиля, Испании, Италии и Германии.
  В ходе исследования они использовали компьютерное наложение карты генома шимпанзе на карту генома человека, что позволило им выделить три категории так называемых ДНК-дупликаций - тех, что имеются в геноме человека, но отсутствуют в геноме шимпанзе, тех, что имеются в геноме шимпанзе, но отсутствуют в геноме человека, и тех, что имеются в геноме обоих видов. ДНК-дупликация - это одна из форм мутации, при которой участок хромосомы удваивается. В данном случае учитывались сегменты ДНК длиной не менее 20-ти тысяч нуклеотидных пар. Оказалось, что примерно треть ДНК-дупликаций, обнаруженных у человека, отсутствуют у шимпанзе. Эта цифра изрядно удивила генетиков, поскольку она свидетельствует об очень высокой частоте мутаций за короткий - по эволюционным меркам - промежуток времени (См., напр., dw.de» расшифровка генома...и...сравнение его...человеческим).
  Отсюда видно, что предлагаемое эволюционистами объяснение возникновения человека в результате плавного перехода одного из видов приматов в человека, связанного с трудом и проявлением общения (социализация) с помощью слов, непонятно почему не признающееся для остальных видов приматов, не выдерживает критики.
  Остается единственное объяснение сравнительно быстрого трансформирования примата в человека - внесение в его геном (индуцирование) отнюдь не случайным образом программ, способствующих выработке у него в результате общения с себе подобными отвлеченных от конкретных вещей понятий, различных способов оценки собственных действий, что способствует появлению у него возможности взглянуть на мир со стороны, оценить его полезность для себя и пытаться целенаправленно менять его под себя.
  Известно, что луч света может быть модулирован сигналом, несущим информацию, которая способна задавать определенные программы развития или корректировать имеющиеся программы. В частности, в Институте проблем управления РАН образец ДНК помещали между лазером и внешним зеркалом. И прямой и отраженный лучи не только воспринимали генетическую информацию, но и излучали ее в соответствующем диапазоне.
  Очевидно, для возникновения у приматов осознания собственного существования во времени должны были произойти какие-то фундаментальные внутренние изменения, которых не было за все время существования организмов на Земле. Какие же это изменения, если человек своим обликом, строением органов и даже структурой генома близок к шимпанзе?
  Констатировать можно следующее: таким внутренним изменением может быть только дополнительное программирование генома еще и к осознанной, в том числе и к произвольной деятельности, включающей отчасти и креативную, в то время как геном в течение миллиардов лет до появления человека был запрограммирован у всех живых существ только к инстинктивно-рефлекторной деятельности с использованием метода проб и ошибок, пригодной только для адаптивного существования в протяженном пространстве связей.
  Поэтому преобразование наиболее совершенного примата, а это мог быть шимпанзе или еще более совершенный примат, в прототип человека возможно только в результате дополнения имеющейся адаптивной программы, иной, способной спровоцировать существо еще и на достаточно произвольные действия за рамками инстинктов и рефлексов.
  По-видимому, под эту новую программу, объединяющую прежнюю и введенную, и был перестроен геном только одного типа шимпанзе или подобной ей обезьяны, как известно, на 99% совпадающий с геномом человека, что технически облегчает дело.
  В противном случае, то есть при плавном эволюционном развитии, возможность выхода высокоразвитых приматов из адаптивного состояния просто отсутствует. И действительно, так они и пребывают до сих пор в этом бесперспективном качестве параллельно с человеком.
  Таким образом, наиболее вероятной причиной появления человека является искусственное изменение генома высокоразвитого примата, что принудило его изменить сугубо адаптивный образ жизни на, своего рода, двойственный - адаптивно-произвольный, то есть с возможностью осознанных действий, которые могут быть и творческими.
  Сначала эта изобретательность по целенаправленному изменению окружающей среды в свою пользу выглядела спорадической (использование огня, изготовление примитивных орудий труда, изобретение колеса), но с течением времени она настолько расширилась, что привела к возникновению такого общественного сооружения как цивилизации, своего рода оболочка которой в определенной степени оградила человека от дикой природы.
  Тем не менее, адаптивная часть общей программы из генома никуда не делась и по-прежнему влияет на поведение человека, конкурируя с дополнительной программой в геноме, характерной уже большей частью не эгоцентричностью, а провоцируя довольно частое проявление в человеке изобретательности и альтруизма.
  Проявление подобной конкуренции этих по-разному кодированных частей общего генома и есть то, что вывело наконец одного из представителей живых существ за пределы адаптивного существования, обеспечив для него многократно более значительное потребление информационных потоков и соответствующее этому развитие сознания, доведя человека до гордого представления себя в качестве перла создания.
  Правда, человек до сих пор не понял, что он стал таким не сам по себе, а в результате действия такой программы в каждой клетке собственного организма, которая гарантирует ему и способность приспосабливаться, и возможность креативных действий.
  В результате, в сознании человека в результате подобного преобразования генома возникло как бы два полюса, ориентированных противоположно - эгоцентризм и альтруизм, что дало возможность вместо длительных эволюционных изменений производить буквально взрывные осознанные деяния человеческими сообществами на этой базе двойственного противоречивого сознания, стимулирующего борьбой этих составляющих сознания как в каждом человеке, так и в его сообществах развитие не только общества в целом вплоть до возникновения цивилизации, но и развитие самосознания человека, свидетельством чего является увеличение массы мозга человека по сравнению с высокоразвитым приматом в 3 раза.
  Детально ознакомиться с проблемой движущей силы общественного развития, основой которой является взаимодействие животной (адаптивной) составляющей сознания человека и его изобретательного самосознания, можно в моей работе "Движущая сила и источник развития человека и его сообществ". Низовцев Ю.М. 2018. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  ***
  Если кратко сформулировать объяснение сторонниками эволюционной теории Дарвина преобразования рефлекторно действующих приматов в сознательно действующего человека, то оно сводится к следующему.
  Они указывают на то, что любые высшие животные не обладают способностью к понятийному мышлению, т. е. к формированию отвлеченных, абстрактных представлений о предметах, в которых обобщены основные свойства конкретных вещей. Мышление животных, если о таковом можно говорить, всегда конкретно; мышление человека может быть абстрактным, отвлеченным, обобщающим, понятийным, логичным.
  Благодаря способности к понятийному мышлению, человек сознает, что он делает, и понимает мир. Вторым главным отличием является то, что человек обладает речью. У животных может быть очень развитая система общения с помощью сигналов, но только у человека есть вторая сигнальная система - общение с помощью слов. В естествознании предполагается, что речь произошла из звуков, произносимых при работе, которые потом становились общими в процессе совместного труда. Таким же путем в процессе общественного труда постепенно мог возникнуть разум.
  Эволюционисты полагают, что теория Дарвина получила в XX веке генетическое подтверждение, поскольку из всех животных по генетическому аппарату ближе всего к человеку оказались шимпанзе, геном которой на 99% совпадает с геномом человека.
  Отметим со своей стороны, что, как это ни парадоксально, но оба аргумента эволюционистов: труд создал человека и генетически человек почти не отличается от шимпанзе, на самом деле приводят к обратным выводам.
  Сами биологи говорят, что поведение животного представляет собой одну из форм функционирования его организма. Структура орќганизма определяет потребности животных и программы их поведения. Всякое животное рождается на свет, уже будучи наделенным набором инстинктов, которые обеспечивают его приспособленность к условиям обитания и ограничивают индивидуальные вариации поведения.
  Иначе с человеком. Все люди, жившие на Земле последние 35 - 40 тыс. лет, относятся к одному и тому же биологическому виду Homo sapiens (человек разумный).
  Таким образом, за годы изменения организмов от простейших до приматов, рефлекторная система их реакции на воздействие окружающей среды фактически осталась той же. Иначе говоря, программы их действий подобны друг другу. И вдруг, за незначительный срок, в результате сравнительно кратковременного воздействия внешних условий у одних видов приматов появилось самосознание, то есть понимание своего нахождения в текущем времени, а другие так и остались обезьянами вне этого понимания. При этом не известно, какие из этих обезьян больше "трудились", а на самом деле, обезьяны ни тогда, ни сейчас к осознанной коллективной деятельности не имели и не имеют отношения, просто подбирая готовую еду в богатых разнообразной пищей тропиках.
  Сам этот факт отрицает самопроизвольное стремление обезьян к коллективному труду и формирование между ними словесного общения.
   В настоящее время теория Дарвина признана, по меньшей мере, спорной именно потому, что объяснить, как обезьяна эволюционировала в человека, с позиции современной науки не представляется возможным.
  Очевидно, для возникновения у приматов сознания должны были произойти какие-то фундаментальные внутренние изменения, которых не было за все время существования организмов на Земле. Какие же это изменения, если человек своим обликом, строением органов и даже структурой генома близок к шимпанзе?
  Констатировать можно следующее: таким внутренним изменением может быть только изменение генома, запрограммированного к инстинктивно-рефлекторной на геном, запрограммированный еще и на осознанный коллективный труд.
  Поэтому преобразование наиболее совершенного примата - это мог быть шимпанзе или еще более совершенный примат - в прототип человека возможно только при смене программы
  Одна из гипотез полагает, что наиболее близким предком человека была лагунная обезьяна из Эфиопии. Она имела меньший волосяной покров, хорошо плавала, ходила значительную часть суток вертикально, имела "опущенную гортань", появление которой, по-видимому, связано с полуводным образом жизни. Важно то, что подобная гортань позволяет контролировать дыхание и, как следствие, дает способность говорить.
  После подобной перестройки становится возможной преобразование этого существа из адаптивного в адаптивно-креативное, то есть способное не только к приспособлению, но и к преобразованию окружающей среды в своих целях. Эта процедура, заключающаяся изначально во введении в геном существа дополнительной программы, создающей возможность произвольны и даже креативных действий, приносит этому новому существу возможность проявлять себя в текущем времени с известными нам последствиями такого преобразования генома.
  Все остальное: способность к труду совместно с соплеменниками, связная речь, творческое мышление и т. д. вырабатывается как следствие за определенный и сравнительно не очень длительный срок, закрепляя двойственный характер сознания и соответствующие действия этого нового субъекта истории живых существ уже не столько в пределах пространственной адаптивной протяженности с его ничтожной изменяемостью, основанной на случайности, сколько в текущем событийном времени разнообразных изменений, влекущих за собой не только возможность целенаправленного преобразования окружающей среды человеком утилитарно, но и обратное - стремление человека в его самосознании к пониманию самого себя и окружающего мира.
  Становится также понятным, почему переходное звено от приматов к человеку до сих пор не найдено. Все остальные - примерно такие же приматы, не затронутые указанным преобразованием, так и остались в своем прежнем животном качестве. Хотя, по сути дела, условия их существования мало чем отличались от существования первоначального "кандидата" в человека.
  Таким образом, можно сказать, что у существа, способного только на инстинктивно-рефлекторные действия, программа - одна, а у этого нового существа - программа другая, более сложная и противоречивая по своему воздействию на его поведение человека. Благодаря ей возникает возможность проектировать на будущее свои действия, обрабатывать их результаты для последующей корректировки, пользуясь уже накопленной памятью из гораздо большей базы данных, чем у приматов. Вместе с тем адаптивно эгоцентричное влияние программы на поведение человека так же не исчезает.
  Детальнее проблема появления человека рассмотрена в моей работе "Низовцев Ю. М. Человек - продукт эволюции?! Журнал "Топос". РФ. 12.10.2022.
  ***
  В результате длительного эволюционного развития живых существ, наиболее продвинутые из них, то есть предельно сложные создания - приматы, довольно-таки комфортно расположились в своем адаптивном пространстве, поскольку у них появился не только развитой мозг, способный контролировать выполнение разнообразных действий, облегчающих жизнь, но и, в отличие, например, от дельфинов, - органы в виде рук захватами- пальцами, которыми было удобно добывать пищу различными способами, забираться на деревья в целях безопасности, отбиваться от врагов и делать много чего еще.
  Вот так, по нашему мнению, появился кандидат на неадаптивный в определенной степени образ жизни, тем более что одного из подвидов этих обезьян - африканской лагунной обезьяны, вследствие ее полуводного образа жизни сформировалась, так называемая "опущенная гортань". Она позволяет контролировать дыхание и тем самым предоставляет возможность не только кричать и мычать, но и произносить членораздельные звуки с гласными и согласными.
  Однако, как это было отмечено выше, образ жизни обезьян не способствовал организации их кооперативных действий в той или иной форме труда. А для общения им вполне хватало жестов и нечленораздельных звуков.
  В противоположность этому, при наличии программы, позволяющей действовать достаточно произвольно, подобный кандидат становится способным выйти за рамки инстинктивных и рефлекторных действий, расширяя тем самым свои возможности по взаимодействию с окружающей средой.
  Но для наиболее эффективного труда требуются не индивидуальные или разрозненные действия, а организация достаточно продуманных и скоординированных действий сообща, которые могут быть наиболее эффективными, если их заранее спланировать, предусмотрев обход или ликвидацию тех или иных препятствий к достижению поставленной цели, например, во время коллективной охоты или сборе плодов.
  Между тем, нечленораздельные крики и жесты не самые эффективные методы передачи информации в ходе сложных коллективных действий.
  Поэтому возникла потребность в формировании звуковых членораздельных сигналов, обозначающие как многочисленные отношения, действия, конкретные предметы, так и обозначающие разнообразные типы отношений, действий и предметов.
  Подобное обобщение означало не только постепенное формирование логики событий и отношений, связи предметов в настоящем, но перенос их на будущее в виде планово-проектных заготовок.
  Появление такого рода целесообразной деятельности, захватывающей наряду с прошлым и настоящим также будущее, означало выход из пространственной адаптивной протяженности повторяющегося каждый день инстинктивно-рефлекторного режима действий, в текущее время, в котором череда событий инициируются этими новыми существами осознанно и целенаправленно.
  Другими словами, эти наследники приматов обрели, в определенной мере, регулируемое собственное время в рамках внешнего (астрономического) времени, поскольку это собственное время в значительной степени создается ими самими в результате осознанных трудовых усилий по достижению разнообразных целей, которые сначала диктуются только насущными потребностями, а затем эти цели направляются в сторону совершенствования культуры жилища, культуры игр, культуры секса и культуры поклонения идолам.
  В результате коллективной деятельности по преодолению сопротивления среды, а не только пассивного подчинения ей, постепенно у каждого сообщества появился достаточно простой поначалу членораздельный язык, вместо пещер и деревьев более удобные жилища из подручных материалов, возникла дифференциация труда с соответствующими орудиями.
  Заметим также, что для появления словесного языка общения у этих наследников приматов имелась определенная база, поскольку жизнь их прародителей в значительной степени была основана на использовании различных образов.
  Дело в том, что высшие млекопитающие способны удерживать сравнительно длительное время своем уме, то есть в виртуальном виде, образы конкретных вещей в отрыве от самих вещей, что повышает вероятность удержания этих животных в существовании, правда, только на уровне ощущений в рамках приспособления к среде, но, тем не менее, выполняя роль экстраполирования данных из памяти в образы ближайшего будущего.
  Например, приматы хранят в своей памяти образы хищников, которые могут напасть на них во время сбора плодов с деревьев и поэтому предусмотрительно выставляют сторожей, контролирующих подходы к месту сбора.
  Тем не менее, сознание приматов в отношении создания образов будущего, настроено в программе собственного генома только на адаптивность в отношении этой среды, акцентируя свое внимание только на пище, размножении и улучшении положения в занимаемой нише.
  Как бы то ни было, самым убедительным доказательством присутствия у всех живых существ программы, рассчитанной только на приспособление к собственному окружению, служит, отсутствие в течение десятков миллионов лет существенных изменений в поведении высших млекопитающих, которые сохранились до сего времени (шимпанзе, гориллы, орангутанги).
  ***
  Всё это ясно показывает основополагающее значение слова. И не зря "Новый завет" (Евангелии от Иоанна) начинается так: "В начале было Слово"
  Именно слово, сначала в виде кода новой двойственной программы, предоставившее возможность произвольных действий, извлекло преобразованных тем самым существ из приспособительного пространственного мира животных, привязавшего животных к однотипным повторяющимся действиям, и поместила в мир быстротекущего времени с его непрерывной чередой разнообразных событий, страстей, борьбы, осознанных коллективных действий.
  Именно в этом мире понимания собственного пребывания в текущем времени у живых существ наконец появилась способность осознанно менять его коллективными действиями, опирающимися на план, то есть опять же, на слово.
  Слово, в сущности, сформировалось из образного, то есть бессловесного, виртуального отражения предметов, явлений и отношений в ходе коллективных усилий по изменению собственного окружения, позволив прозревать даже отдаленное будущее благодаря преобразованию образов в уме соответствующей кодировкой в виде слова с переносом в дальнейшем на соответствующий носитель информации.
  Да и сама информация для нас в основном есть слово, проявляющееся не только как символ предмета, то есть в виде разнообразных и многочисленных звуковых отражений образов тех или иных предметов (явлений) или определенной совокупности предметов (дерево - лес), но и как живой образ меняющейся реальности, что особенно впечатляюще проявляется в искусстве, которое в речах со сцены еще со времен античности вызывает наружу тайный мир чувств, переживаний, борьбы и впечатлений, заставляя зрителей плакать и смеяться, переживать и страдать, удаляя их от однообразной животной сытой жизни, в которой ничего значимого не происходит.
  Поэтому осмысленное произношение членораздельных звуков, конкретно или отвлеченно отражающих предметный мир со всеми его отношениями, перевело живой мир в лице существ, владеющих словом, из пребывания в пространстве неосознанных связей предметов и явлений в мир осмысленных действий по изменению этого мира для своих целей.
  Однако чисто звуковая передача информации существенно ограничивала общение рамками всего нескольких поколений, часто сильно искажаясь.
  Поэтому каждое звуковое слово нашло со временем свое отражение на различных носителях в виде рисунков и разнообразной графики, сохранившихся в некоторых странах до сих пор в виде иероглифов, но, большей частью зафиксированного в максимально упрощенных рисунках - буквах, дающих в своем сочетании требуемое, что фактически соединило отдаленное прошлое с настоящим и позволило людям с успехом развивать культуру, науку и технологии, опираясь сначала на рукописные, а потом и печатные тексты, обучаясь, так сказать, грамоте по ним с детства.
  Слово, преобразуя образы возможных действий в конкретную процедуру коллективного труда, делает процесс изменения реальности осмысленным и даже творческим не только в искусстве, но и в исследовании этой реальности, позволяя постигать ее закономерности и на этой основе усовершенствовать реальность искусственно, меняя саму жизнь. Это делает ее как более комфортной, так и развивает ум человека, который захватывает всё новые сферы деятельности, останавливаясь, правда, при достижении им предела своих органических возможностей, но пытаясь выйти за эти пределы с помощью искусственного интеллекта и объединения всех людей в единой информационной сети-паутине.
  Однако, человек застревает в этой паутине, поскольку она не предоставляет ему возможности дальнейшего развития и принуждает совершать ошибки из-за невозможности воспринимать потоки информации, избыточные для адекватного понимания их сущности, возникающие вследствие его же действий, и созданный им искусственный мир цивилизации разрушается, что демонстрирует дискретность появления тех же цивилизаций, возникающих, функционирующих и распадающихся, тем не менее, бесконечно (см., напр., Низовцев Ю. М. "О цикличности цивилизаций в их множественности". Журнал "Топос". РФ. 30.04.2025).
  Как бы то ни было, слово, запечатленное на носителях, соединяет нас с предшествующими поколениями, расширяя нашу память всеми их достижениями, и в соединении с настоящими деяниями постоянно умножает поток информации, захватывающей нас, ускоряя ход собственного времени человеческих сообществ в чередующихся поколениях, в котором мы становимся более гуманными и всё более благополучными, но органическая связь слова с делом, с коллективными трудовыми усилиями, их взаимозависимость, не позволяет рассечь слово и дело, успокоившись в достигнутом благополучии приятного безделья виртуального мира.
  Результатом подобного успокоения мира, отделенного тем самым от труда, от свершений, от развития является крушение цивилизации вместе с своим временем, но она восстанавливается через некоторую паузу снова, опять же, в соединении слова с делом через образ этого дела, потому что слово во всех его значениях и бесконечных множественных смысловых сочетаниях - это зашифрованная самим человеком информация о всех его возможностях и достижениях, а образ - проявленная в сознании человека информация, представляющее его окружение, доступное для него на соответствующем уровне развития, а сам предметный мир есть овеществленная информация, предназначенная для использования человеком.
  Поэтому слово, образ и коллективный труд неразрывно связаны в сознании человека, создавая наиболее насыщенный информационный поток по сравнению с информацией, производимой миром животных, не владеющих словом, без которого осознанный коллективный труд, создающий события, а значит, быстротекущее продуктивное собственное время, проявиться не может.
  Часть 2. Что в действительности представляет собой интеллект?
  I
  Чтобы усомниться в том, что интеллект человека и есть его ум, или сознание, стоит сопоставить его с искусственным интеллектом. Тогда становится понятным, что интеллект и сознание в целом существенно разнятся и следует сделать попытку прояснить сущность интеллекта и его связь с сознанием вообще и человеческим сознанием, в частности.
  До сего времени в большинстве умов господствует заблуждение, связанное с приравниванием интеллекта (от латинского intellectus - познание, понимание, рассудок) уму, который в свою очередь ассоциируется с сознанием.
  Несколько десятилетий назад в США даже в качестве теста на сообразительность, под которой понимался уровень умственного развития, был использован так называемый коэффициент интеллекта IQ (intelligence quotient), который впервые ввел в обиход немецкий исследователь Вильгельм Штерн в 1912 году.
  Этот коэффициент, по мнению ряда ученых, количественно показывает уровень интеллекта, а стало быть, как они полагали, и ума, по сравнению с уровнем ума среднестатистического человека. Среднестатистическим человеком считается тот, который имеет тот же возраст и развитие, что и человек, у которого этот коэффициент измеряют, то есть IQ показывает соответствие или отклонение уровня интеллекта от среднего.
  Иначе говоря, с помощью этого показателя сделана попытка выявить степень глупости или ума у данного человека с помощью определенных методик (тестов), в которые включаются задания на рассуждения, память, логику, приобретенные знания. Средний балл считается равным 100, а тесты разрабатываются так, с чтобы большинство результатов соответствовали этому показателю. С этим средним результатом сравниваются результаты тестируемых.
  Результаты менее 70 баллов считаются признаком отсталости в умственном развитии, а результаты выше 130 баллов показывают якобы повышенные умственные способности. По данным одного из исследователей (Стюарт Ричи - США - привел их в книге "Интеллект: всё, что имеет значение") среднему уровню IQ соответствовало 68,2% тестируемых, а высокий уровень интеллекта имелся только у 2,2% тестируемых.
  Предполагается, что интеллект способствует познанию и решению различных задач, включая в себя ощущения, восприятия, память, представления, мышление и воображение.
  Полученные исследователями данные не позволяют однозначно связать интеллект с национальностью, расой, наследственностью, полом, характеристиками мозга, что само по себе указывает на сомнительность IQ в качестве адекватного показателя оценки ума испытуемых, хотя исследователи в этом не признаются.
  Как оказалось, единственно, что отражает величина IQ по результатам исследований С. Ричи, это то, что персоны с более высоким IQ быстрее улучшают свои навыки и чаще становятся профессионалами [1].
  Несмотря на явную несостоятельность ориентирования на IQ в определении ума или глупости, в США довольно долго тесты на IQ использовали для выявления детей, которых имеет смысл обучать по более сложной программе или же давать им только минимально необходимые знания.
  Однако практика использования этих тестов в США привела к тому, что с течением некоторого времени число креативных персон в этой стране сократилось до того предела, что пришлось заманивать в эту страну специалистов высоких технологий из тех стран, в частности, из Индии и России, где IQ не использовался в процессе оценки ума и способностей детей при их обучении, то есть, где в соответствии с ним не отсекались дети, якобы со слабым умственным развитием.
  Неадекватность использования IQ для определения умственных способностей сравнительно недавно (2012 год) была подтверждена Эдриеном Оуэном, Адамом Хэмпширом и Роджером Хайфилдом [2].
  Эти исследователи обнаружили, что интеллект человека определяется в основном возможностями кратковременной памяти, способностью логически рассуждать и адекватно излагать собственные суждения.
  То есть их вывод о возможностях IQ представлять интеллект как человеческий разум был пессимистичен в силу экспериментально проявившихся ограниченных возможностях IQ.
  Действительно, эти исследователи показали своими экспериментами, связанными с IQ, что интеллект отнюдь не равноценен уму, или мыслительным способностям, или сознанию.
  Что же тогда представляет собой интеллект, если он не разум, под которым авторы "Толкового словаря русского языка" понимают способность творчески и логически мыслить, обобщать результаты познания [3], и не сознание, если под ним те же авторы понимают способность к воспроизведению действительности в мышлении [3].
  Авторы философского энциклопедического словаря [4] так же полагают, что разум выступает как творческая, познавательная деятельность, раскрывающая сущность действительности, а сознание они трактуют в качестве генератора новых идей, продуктивного воображения и управления практической деятельностью.
  В том же словаре Ожёгова С. И. [3] интеллект определен как мыслительная способность, умственное начало у человека. Философский энциклопедический словарь, в сущности, дает аналогичное определение интеллекту: способность мышления, рационального познания [4].
  Таким образом, конечные результаты эксперимента с IQ довольно наглядно показали, что интеллект, если его понимать в трактовке ряда исследователей как характеристику ума человека, в действительности к разуму, или к сознанию как познавательной деятельности в том или ином объеме отношения не имеет, поскольку интеллект характеризуется всего лишь тем или иным быстродействием, той или иной кратковременно памятью, и сцеплением образов (символов) того или иного вида в понятную для потребителя этих образов картину, но не более того.
  Получается, что интеллект может быть лишь более или менее действенным вспомогательным орудием для некоего потребителя информации, который способен ее оценить и использовать.
  Чтобы проиллюстрировать дополнительно сугубо технический принцип действия интеллекта человека, как, впрочем, и интеллекта остальных живых существ, имеет смысл начала обратиться к робототехнике, которая основывается на применении искусственного интеллекта, причем некоторые исследователи, в частности, Марк Ридл (Mark Riedl) считают, что искусственный интеллект обладает способностью к творческому мышлению, хотя экспериментально доказать этого не смогли [5]. И это не удивительно, если проанализировать сущность искусственного интеллекта, что отражено, например, в моей статье "Губителен ли для нас искусственный интеллект?" [6, часть 3, ј1].
  II
  Под искусственным интеллектом, по-видимому, следует понимать способность машинного (электронно-вычислительного, квантового или иного) мозга решать поставленные задачи, предоставлять запрашиваемую информацию и, используя датчики, управлять разнообразными устройствами путем моделирования ситуации в соответствии с поставленной целью.
  Основными характеристиками этого мозга являются объем памяти и быстродействие по использованию введенных в него программ, превышающие те же характеристики человеческого мозга, и тем самым позволяющие эффективно замещать человека как в решении разнообразных задач, так и в управлении сложными процессами.
  В частности, искусственный интеллект используется в математических доказательствах, анализе данных, при планировании, прогнозировании, переводе, систематизации знаний, обучении, распознавании, взаимодействии с внешней средой в соответствии с показаниями датчиков (манипулирование объектами, навигация, регулирование технологических процессов, диагностика заболеваний, обслуживание клиентов в финансах и торговле, охрана объектов, управление транспортом, вредные производства, развлечения и т. д).
  Чтобы понять, способен ли искусственный интеллект выполнять креативные функции, отметим некоторые его особенности.
  Искусственный интеллект способен лишь воспринимать поставленную ему цель, но не может сам ставить ее, и он не понимает смысла получаемых данных, которые после расшифровки превращаются в информацию для человека.
  Искусственный интеллект не способен превратиться в сознательное существо любого уровня потому, что он распознает те или иные данные по матрицам, вложенным в него человеком для человека, а не для самого себя, не понимая причину постановки задачи и ее существо, но предлагая те или иные варианты решений в соответствии с имеющимися матрицами, не выходя за их пределы. Из отобранных искусственным интеллектом вариантов человек-потребитель может выбрать наиболее действенный по его мнению.
  Искусственный интеллект не имеет самостоятельной жизни, за которую любому живому существу приходится бороться, и он не имеет возможности продолжить себя в потомстве.
  Искусственный интеллект способен работать только при посредстве человека, но вместе с тем для него не требуется обязательная коммуникация с другими искусственными интеллектами. В этом отношении он является обычной вещью, не интересующейся ничем и не интересной никому, пока ее не подключат к источнику энергии и не введут соответствующие целям человека программы, тогда как ни одно живое существо не способно жить в изоляции, и "отключается" от жизни только после смерти, то есть - ухода из тела сознания.
  Искусственный интеллект способен пользоваться только правилами формальной логики в рамках решения поставленной ему задачи, в частности, он может производить новую информацию, лишь комбинируя известную ему информацию, но не способен производить принципиально новую информацию иным способом. В частности, ему недоступен интуитивный подход и у него отсутствует воображение.
  Сравнение человеческого интеллекта с машинным (искусственным) показывает, что основными характеристиками обоих типов интеллекта является быстродействие, объем оперативной памяти, использование формальной логики для создания моделей.
  Главное отличие естественного интеллекта от искусственного состоит в несамостоятельности искусственного интеллекта, который работает на внешнего потребителя, и который, к тому же, может постоянно меняться, тогда как естественный интеллект работает на совершенно определенное живое существо: в данном случае - на конкретного человека.
  Из-за полной несамостоятельности искусственного интеллекта по сравнению с естественным (природным), который не имеет жесткой программы действий, вытекает следующее отличие: искусственный интеллект обрабатывает только те сведения, которые передаются ему по желанию потребителя только в рамках программ, заложенных в него, и искусственный интеллект не способен уклониться от желания потребителя, тогда как природный интеллект обладает определенной автономностью в своих действиях, в частности, он способен решать задачи не только по стандартным программам, но и применяться к некоторым изменениям параметров среды, окружающей живое существо, а также оперировать разнообразными и во многом произвольными сигналами, попадающими в органы чувств и от них к нему.
  Более того, искусственный интеллект не понимает смысла поступающих данных, обрабатывая их по вложенным в него матрицам. Он не понимает и цель этой обработки, предоставляя результат обработки информации потребителю в виде связанных определенным образом данных, например, сводки погоды или перевода текста на другой язык. Точно так же - механически - искусственный интеллект участвует в управлении подчиненными ему системами, например, контролируя движение конвейера или работу робота на Марсе.
  То есть искусственный интеллект является быстродействующим и хорошо организованным болваном, поскольку не только не понимает смысла своих действий, но и не заинтересован в собственном существовании, раз он функция внешнего потребителя, и этот потребитель в любой момент может отключить робот или компьютер по своему желанию.
  Именно по причине собственной бессмысленности в любой деятельности, но по виду - разумной работы (в его разум подавляющее большинство населения и даже многие ученые свято верят), запрограммированной на самом деле внешним потребителем для получения плодов его трудов, искусственный интеллект не способен быть креативным, в то время как естественный интеллект не имеет жесткой программы действий, оперируя разнообразными и во многом произвольными сигналами, попадающими в органы чувств и от них к нему, для решения задачи удержания собственного носителя (живое существо) в состоянии непосредственного потребления ощущений, в результате чего живое существо оказывается способным, как минимум, действовать по методу проб и ошибок в меняющейся обстановке. До креативности тут далеко, но всё же смысл в действиях естественного интеллекта имеется, поскольку он, как неотъемлемая часть индивидуального сознания, заинтересован в сохранении ощущений, которые дают жизнь всей системе любого организма, в том числе и ему.
  Таким образом, работая на живое существо, и находясь во внутренней структуре потребителя, интеллект становится его органической и неотъемлемой частью - своего рода блоком обработки информации и блоком управления функциями организма в его взаимодействии с окружающей средой, самостоятельно соображая в рамках подобного функционирования, без чего живое существо обойтись не может.
  Но вместе с тем живое существо не может обойтись и без другой своей части, которая принимает решения уже не по в значительной степени стандартным взаимодействиям с окружающей средой и работе каждой клетки организма, раз эта сфера действий большей частью отлажена (запрограммирована), а по решению задач коммуникации с аналогичными организмами, врагами, союзниками, по выбору более подходящего и приятного для жизни окружения и т. п., то есть тех задач, которые, если сравнить действия живого существа с работой искусственного интеллекта, решает его внешний потребитель, а не искусственный интеллект.
  Значит, любое живое существо, кроме интеллекта, который, по сути, технически обрабатывает поступающие через органы чувств сведения, управляя функционированием собственного организма, то есть превращая эти сведения в понятную для использования живым существом информацию, начиная с клеточной структуры, обязано иметь руководителя-потребителя этой информации уже для ее использования так или иначе не по обеспечению функционирования организма в окружающей среде с потреблением ощущений, а для стремления к приобретению наиболее приятных ощущений, которые можно получить, улучшив свое положение в занимаемой нише при стечении благоприятных обстоятельств.
  III
  Без этого невидимого внутреннего руководителя, распорядителя и потребителя информации ни один организм, даже если его собрать в виде точной биологической копии с геномом, не становится живым, в чем ученые уже убедились по результатам целого ряда экспериментов.
  В частности, и интеллект любого организма, представленный блоком обработки информации и блоком управления функциями организма (своего рода биологический внутренний компьютер) не включается без этого "внутреннего" руководителя и потребителя поставляемой информации.
  Другими словами, этот невидимый потребитель информации и руководитель действиями живого существа заставляет интеллект в форме биологического внутреннего компьютера работать только в момент собственного проявления в существе, точнее, в его зародыше, что тут же делает это существо живым (активным, а впоследствии и способным к размножению), а при исчезновении этого потребителя, или хозяина живого существа, либо серьезном сбое в нем или в его носителе, например, разрушение нейронных цепей, органов чувств или болезнь других важнейших органов, интеллект этого организма, несмотря на сохранение его органической структуры, лишившись своего руководителя, теряет свою активность - прекращает действовать (смерть существа) или же информация, поставляемая интеллектом этому руководителю-хозяину, не находит должного применения (сумасшествие).
  Что же касается "невидимости", точнее, почему не удается хоть как-то зафиксировать и измерить сознание, то это невозможно потому, что оно есть не что иное как голограмма [см., напр., 7, часть 1] в виде бесконечного целого, "находящегося" вне текущей реальности, которое, тем не менее, "содержит" индивидуальное сознание каждого живого существа, совпадающего с этим целым. Это целое посредством своих частей способно обеспечивать выход себе из состояния вне текущего времени в состояние текущей реальности вследствие объединения своих частей в качестве активного с пассивной материей, образующих живые существа, которые уже обладают способностью формировать текущее время, сливая в себе последовательные сигналы от бесконечности вне времени, которые формируются в голограмме, в меняющуюся картину бытия.
  Иначе говоря, каждое индивидуальное сознание, оставаясь в голограмме, представляющей единое сознание, формирует текущее время посредством живого существа, не присутствуя в нем буквально, но создавая его каждый миг, благодаря чему обеспечивается постоянная связь между индивидуальным сознанием живого существа и единым сознанием голограммы. Поэтому живое существо, являясь производным сознания, вместе с тем есть его орган, не только имеющий самостоятельную жизнь, но формирующий бытие, обеспечивая выход сознания в жизнь.
  То есть получившаяся структурированная и живая материя любого организма есть каждый момент обновляющееся образование, которое формируется сознанием как бы извне, и оно в этом образовании присутствует своего рода пекарем, который печет пирог - без него пирога быть не может, - но и в пироге пекаря явственно нет, но есть все необходимые биологические составляющие для жизнедеятельности этого "пирога", которые пекарь обновляет и контролирует их активность.
  Единое сознание голограммы также обеспечивает функционирование информационного "моста" между вневременной бесконечностью и каждым индивидуальным сознанием в запрограммированной органике. При этом тело с имеющимися в нем сенсорами и центром обработки информации является основой для процесса отбора и обработки поступающий сведений по этому информационному каналу.
  Так что, если даже собрать идеально клетку с геномом, то она никогда не оживет без вхождения в нее сознания, которое есть не что иное, как частица единого сознания голограммы, никогда не теряющая связи с ней, а значит и с вневременной бесконечностью, создавая соответствующий информационный "мост", без которого никакой жизни быть не может.
  Вместе с тем, если каждое индивидуальное сознание есть и самостоятельная частица единого сознания голограммы, и вся голограмма со всеми ее ресурсами, то тело является носителем сознания для проявления этих ресурсов в формируемом каждым живым существом времени.
  В результате, каждое индивидуальное сознание с помощью единого сознания находит соответствующую его уровню развития и искомым изменениям программу в том или ином зародыше, и начинает жизнь сначала в поисках обновленного себя с разной долей успеха, но непременными находками, которые так или иначе обнаруживаются на бесконечном пути сознания.
  Таким образом сознание не путешествует после гибели тела по каким-то закоулкам потустороннего "мира", что невозможно, так как там отсутствует текущее время, формирование которого начинается с органов чувств.
  Поэтому каждое индивидуальное сознание любого существа вынуждено возвращаться в зародыш новой жизни, находя опять себя в ней обновленным в ином теле, но без памяти о прошлой жизни.
  Как только наступает смерть тела, то есть его окончательный распад, сознание оказывается в текущей реальности, как будто оно эту реальность и не покидало, но в новом теле, точнее, его зародыше, поскольку на нем лежит обязанность не только собственного развития, но и развития единого сознания, а также удержания мироздания в стабильном состоянии вечного изменения, а всё это обеспечивают не что иное, как события, которые могут случиться с сознанием только во времени, или в бытии, которые и называется событиями и бытием от выражения "быть в делах".
  То есть индивидуальное сознание не "задерживается" в голограмме, хотя и является ее частицей. потому что оно всегда "присутствует" в ней, мало того, оно и есть не только частица голограммы, но и само единое сознание голограммы, но проявиться это сознание может только во времени, или в живом. Поэтому сознание после смерти организма тут же оказывается в новом теле для новой жизни.
  IV
  Этот как бы внутренний неосязаемый активный руководитель, оживляющий определенные структурированные компоненты материи с внесенной в них программой действий, потребляет сведения, которые поступают от органов чувств и обрабатываются соответствующими центрами живого существа, представляющими овеществленный интеллект. Таким образом, интеллект дает тот или иной уровень сообразительности этого существа, причем нельзя отрицать, что в результате действия этих центров некоторая сообразительность присуща даже бактериям.
  Тем самым этот руководитель действиями организма получает необходимое для жизни знание, которое всегда ему сопутствует, видоизменяясь и пополняясь. Поэтому данного невидимого активного руководителя и потребителя информации, и как результат, инициатора и организатора действий любого живого существа, имеет смысл именовать со-знанием, или просто сознанием.
  Именно присутствием сознания - некоей активной сторонней сущности, как бы покрывающей то или иное биологическое структурированное образование в форме зародыша с геномом (программа функционирования, роста и развития организма на белковом носителе), оживляя его, - определяется отличие даже самого совершенного робота, являющегося зависимой и нежизнеспособной системой, от самого простого живого существа, которое, тем не менее, способно самодеятельно существовать и размножаться в подходящих условиях.
  Сознание невозможно зарегистрировать, поскольку оно в отдельности не способно находиться в реальном мире (бытии), представляющем текущее время в форме настоящего, которое мы считаем пространственно-временным измерением мироздания.
  Сознание неразрывно с живым существом, точнее, сознание его непрерывно обновляет и формирует в качестве живого, в результате чего теряя сознание, тело превращается в груду обычной органики. Через органы чувств живого существа его же сознанием при поддержке единого сознания (см. ниже) производится формирование собственного времени в виде себя же и своего окружения, а также, посредством всей своей совокупности живые существа формируют общее текущее время, приобретающее форму всего бытия, в которое как бы вписывается каждое живое существо вместе со своим окружением.
  Иначе говоря, мир вокруг нас есть результат действия своего рода объединения сознания (активного) и вещественных компонентов (пассивного), в едином организме, не имея возможности проявиться без этих живых существ, и нужный только для них, точнее, для сознания в них, которое только, через живые существа оказывается способным воспринимать и использовать окружающее для собственного развития.
  Таким образом, проявление активного (сознание) в качестве действующего субъекта возможно только в форме живого существа, обеспеченного соответствующей инфраструктурой, в которой оно совместно с аналогичными существами может размещаться и проявлять себя в действиях.
  В некотором упрощении и огрублении активное (сознание) аналогично программе компьютера, но программе, способной на самостоятельную корректировку для всех видов активного и даже на креативность для высшей степени активного, в отличие от известного нам искусственного интеллекта.
  Поэтому активное, являясь как бы софтом, не может обойтись без железа - пассивного, которое, являясь бесформенным и представляя собой материю, лишенную сознания, принимает только те формы, которые нужны активному для собственного существования и развития, то есть пассивное как внутренне и внешнее окружение активного должно составлять своего рода материальный фон, точнее, инфраструктуру, или упорядоченную в том или ином отношении окружающую среду для развития и действий активного, а элементы этой среды должны быть структурно связаны и взаимодействовать друг с другом не самодеятельно, а в соответствии с закономерностями, определенными активным, которое, раз оно так или иначе соображает (перерабатывает информацию), следует признать сознанием.
  Таким образом, мироздание потенциально содержит Всё вне времени как вневременная бесконечность, но это Всё есть лишь слитое вместе и скрытое активное и пассивное, не способное к действию.
  В подобном "состоянии" Всё представляет собой Ничто, или небытие, и никоим образом выразить себя не может, если только оно не обладает проекцией, в которой Всё способно разделяться в виде копий активного и пассивного в той или иной длительности, причем копии активного "занимаются" в этой проекции тем, что обновляют как себя, так и копии пассивного, поскольку имеют соответствующую связь с вневременной бесконечностью.
  Однако процесс обновления копий активного и пассивного в проекции вневременной бесконечности является всего лишь промежуточным, поскольку сам по себе он смысла не имеет. На самом деле он есть преддверие конвертирования как активного, так и пассивного из последовательных информационных пакетов-копий во время, характерное меняющимися и движущимися в пространстве объектами (текущая реальность).
  Одна часть этих пакетов-копий проявляется как различные формы объединения в единое целое активного и пассивного в форме живого, то есть сознательного существа, способного к развитию, другая часть оказывается инфраструктурой без присутствия жизни, формирующаяся для обеспечения существования живого. Обе эти части составляют в совокупности бытие (текущую реальность).
  В свою очередь, функцией живого является отбор и восприятие своими сенсорами (рецепторами) по соответствующим программам (геном) распознанных сведений из окружения, расшифровка полученных данных в соответствующих центрах обработки информации и конвертирование расшифрованной информации в текущую реальность подобно преобразованию сигналов от передатчика (аналог бесконечности вне времени) через эфир (аналог проекции бесконечности вне времени) в телеприемнике (аналог живого организма) в движущееся изображение на экране монитора (аналог окружающей среды).
  Поэтому невозможно поставить проекцию вневременной бесконечности на ведущее место в мироздании, так как эта проекция есть своего рода информационный мост между вневременной бесконечностью и текущей реальностью, реализуемый живым. Именно сознание в живом "запрашивает" через проекцию формы для собственного обновления и обновления инфраструктуры из вневременной бесконечности.
  Данная система функционирует бесконечно, то есть ей не требуется начинаться и заканчиваться.
  Подобная система-мироздание "содержит" вневременную бесконечность с проекцией. Ничто этой бесконечной проекции, в отличие от Ничто вневременной бесконечности, носит интегральный характер, то есть проекция способна проявлять себя в собственных отдельных частях, но в совокупности частей, или в целом, эта проекция равна нулю, имея противоположные знаки своих частей.
  То есть мироздание имеет "базу снабжения" информацией (вневременная бесконечность) живого, представляющего собой объединенное активное и пассивное в текущей реальности. Информация по запросам живого, находящегося в текущей реальности, являющейся производной проекции вневременной бесконечности, поступает к живому через проекцию вневременной бесконечности. Проекция обеспечивает "проникновение" сигналов от живого во вневременную бесконечность, контроль функционирования живого в текущей реальности, бесперебойную передачу информации живому по его запросам для формирования бытия и сосредоточение вырабатываемой живым информации в своих базах данных.
  Проекция вневременной бесконечности и текущая реальность функционировать друг без друга не могут, являясь сторонами одной и той же медали, точнее, феноменом курицы и яйца, и их "обязанности" распределяются так: проекция вневременной бесконечности несет функцию информационного "моста" (его роль исполняет единое сознание проекции) между вневременной бесконечностью (источник информации) и бытием (потребитель информации в форме живого). Вместе с тем обработка информации, поступающей от вневременной бесконечности в бытие через проекцию вневременной бесконечности и конвертирование информации во время, то есть в текущую реальность со всеми ее атрибутами, в которой живое уже способно производить информацию, лежит на живом, но сосредоточение вырабатываемой живым информации обеспечивается единым сознанием проекции в соответствующих базах данных.
  Эта способность живого производить и потреблять (улавливать) информацию появляется благодаря объединению копий активного и пассивного, "поставляемых" проекцией вневременной бесконечности, конечные формы которых имеют программы действий, рецепторы и центры обработки информации. В этом отношении бытие является производным образованием проекции вневременной бесконечности.
  Подобное объединение активного и пассивного обеспечивает посредством генома запрограммированный рост, метаболизм, размножение и развитие организмов в подходящей инфраструктуре (окружающей среде).
  Ключом представленной модели мироздания является проекция вневременной бесконечности, обеспечивающая связь вневременной бесконечности и бытия, а также хранение вырабатываемой живым информации; "энергией" этой системы является активное (сознание), а материалом - бесформенное пассивное.
  Такой проекцией вневременной бесконечности может быть только голограмма [см., напр., 7, часть 1]: в голограмме любой ее участок повторяет целое. Сама же голограмма представляет собой высокочастотное образование как продукт наложения нескольких когерентных волн, дающего стационарную интерференционную картину, поскольку разность фаз волн не меняется.
  В голограмме каждая частица активного не теряет единства со всей едино-множественной бесконечной совокупностью активных частиц и поэтому может, в частности, с помощью этого единства распознавать, считывать и копировать из вневременной бесконечности имеющимися у неё средствами необходимые для собственного существования вещи в их связи, распознавая их в соответствии с имеющимся у него интеллектом вкупе с формообразующими способностями так, как хочет и может, обновляя каждый "момент", то есть дискретно, но бесконечно, голографическую проекцию как квазивременную основу для собственного существования в текущей реальности в виде живого в этом информационном процессе.
  Частицы-копии активного (сознания) в объединении с копиями пассивного в текущей реальности способны тем самым получать из вневременной бесконечности "нужные" им копии вещей (пассивное) для замены ими имеющихся копий вещей в бытии, в том числе и для замены собственной вещной основы, а также обновлять себя же.
  Этот информационный процесс взаимодействия вневременной бесконечности, где всё слитно, и голографической проекции, где активное и пассивное разделены, требует для их взаимодействия между собой, а также с вневременной бесконечностью искусственного объединения активного и пассивного в ту или иную форму (живое), основным отличием которой от всего прочего является способность переводить отдельные последовательные пакеты данных, несущие закодированную информацию, в объекты текущей реальности для их обновления, включая и сознание в живом. Эти пакеты подобны импульсным сигналам от передатчика через эфир к телеприемнику, в котором они преобразуются в меняющуюся оформленную картину на экране [7, разделы 2.1 и 2.2].
  V
  Однако, искусственный интеллект телеприемника в виде соответствующего преобразователя последовательных сигналов от антенны, способен лишь на перевод этих последовательных сигналов (пакеты информации) в столь же искусственную меняющуюся картину на экране, которую можно прервать, изменить, записать и воспроизвести вновь.
  Интеллект же живого существа входит в структуру сознания, а не существует отдельно от него, базируясь, тем не менее, для достаточно развитых существ в соответствующих нейронных комплексах. Поэтому он имеет возможность передавать обработанные сигналы не на экран, а своему потребителю, частью которого он является, - сознанию. Сознание, в свою очередь, с одной стороны, в форме интеллекта так же как и телеприемник, способно преобразовывать отдельные импульсные последовательные сигналы, содержащие информацию, в непрерывно меняющуюся картину вследствие определенной инерционности обработки сигналов, которая в сознании любого живого существа нивелирует паузы между поступающими пакетами информации (позициями обновления), создавая непрерывность изменения всей картины, а с другой стороны, каждое индивидуальное сознание живого существа имеет связь с единым сознанием, объединяющим в голограмме каждую индивидуальную форму сознания всех живых существ, составляя едино-множественную голограмму, в которой любая часть совпадает с целым и поэтому каждое индивидуальное сознание в живом существе обладает формообразующими способностями, вследствие чего может конвертировать посредством собственного интеллекта, представленного блоками переработки информации и управления, частотные информационные копии активного и пассивного в объемно-реальные - более или менее "плотные" - объекты, создавая тем самым как себя, так и собственное локальное окружение, которое как бы вписывается в общую среду, формируемую вкупе всеми прочими живыми существами, и в этой среде уже можно жить и размножаться [7, раздел 2.1].
  То есть мощная энергия сверхвысокочастотных волнообразных структур голографической проекции вневременной бесконечности, которые несут в своих гармониках соответствующую закодированную информацию, преобразуется в массу и энергию объектов текущей реальности, которые соотносятся между собой в соответствии с известной формулой E=mc².
  Тот факт, что сознание живого существа вследствие определенной инерционности передачи сигналов (пакетов информации) от органов чувств к интеллекту, представленному в организме блоком обработки информации и управления функционированием тела от клеток до органов, не может фиксировать паузы между принимаемыми последовательными сигналами в силу физиологической организации любого живого существа, ведет к созданию непрерывности процесса поступления информации для сознания живого существа, тогда как первоначально пакеты информации в форме соответствующих сигналов, поступающие один за другим последовательно в органы чувств с определенной частотой, имеют между собой разрыв.
  В результате, для сознания каждого живого существа формируется текущее время с пространством, в котором могут перемещаться и взаимодействовать объекты, приобретающие массу благодаря энергии сверхвысокочастотных волнообразных структур голографической проекции вневременной бесконечности.
  Поэтому мировое время, которое, по человеческим представлениям, существует в мире отдельно от сознания, является абсурдом, но чисто внешняя объективность этого времени не подвергается сомнению в науке, так как обратного экспериментально ей доказать не удается, но тем не менее, кроме эксперимента можно использовать наблюдение и способность анализировать определенные события. Как следствие, появляются работы, вроде этой и некоторых других, в которых показаны иные горизонты, тем более что мир без живых существ не может обнаружить своё существование. И в этом смысле, есть он или нет его - безразлично. Вместе с тем невозможно отрицать вневременную бесконечность, которая сама по себе проявиться не способна, но всё же проявляется в форме известного нам бытия. И тут же возникает вопрос: каким образом безвременное превращается в темпоральное (временное). Подробнее об этом можно прочитать в книге "Человек как голограмма" [7, раздел 2.1].
  Отметим также, что несмотря на то, что реальность для сознания живых существ проявляется в виде текущего времени, но находятся они всегда только в настоящем времени, а прошлое существует в том же настоящем в виде памяти, а будущее может проявляться тоже только в настоящем в виде воображения.
  Этот факт нахождения живых существ всегда сугубо в настоящем, или в их "сейчас", объясняется частотным характером последовательных сигналов, поступающих в органы чувств каждого живого существ от вневременной бесконечности через ее голографическую проекцию, в результате чего происходит незаметное для живого существа столь же частотное обновление реальности: она каждое мгновенье исчезает незаметно для сознания живого существа и возникает вновь в несколько измененном виде, создавая для сознания живого существа процесс изменения реальности в виде плавно текущего времени, в котором прошлое незаметно переходит в будущее.
  Именно в настоящем накапливаются сведения о прошедшем, к которым можно обратится тоже только в настоящем. И в том же настоящем имеется возможность прогнозировать будущее, но только по повторяющимся событиям в прошлом.
  Таким образом, каждое мгновенье, уступая место следующему мгновенью, остается в "настоящем" в виде той памяти, которая может быть в любой момент воспроизведена в соответствующем мгновении настоящего. Настоящее для любого сознания, в том числе и для человеческого сознания содержит в себе всё потому, что оно им же и формируется в конкретной длительности и необратимой последовательности [8].
  Формированием текущего времени, заключенного на самом деле в одно настоящее, в котором происходит обновление реальности, способен заниматься только "внутренний биологический компьютер" каждого живого существа - его интеллект, который, в отличие от искусственного интеллекта, входит в состав сознания, имея через него связь с единым сознанием голограммы. Каждый миг обновления интеллект черпает оттуда энергию для удержания всех обновляющихся объектов бытия во времени, необратимо текущем для каждого сознания в живом.
  Поэтому соображения о том, что сознание проявилось в виде живых существ само собой в ходе некоего объективного времени, когда неживая материя вдруг ожила, в сущности, объективирует случайность или некое высшее живое существо, которому стало скучно одному.
  Всё это выглядит совершенно неубедительно, особенно если вспомнить, что воспринимать, распознавать и использовать для себя определенные сведения, переводя их в информацию, способны только живые существа, в которых имеются соответствующие сенсоры (органы чувств), производящие ощущения; центры обработки поступающих данных (интеллект) и способности к созданию на основе полученной информации определенных форм.
  Получается, что без живых существ, которые представляют сознание в бытии, выбирать некие сведения и облекать их в понятную для использования форму, то есть информацию с возможностью конвертировать ее в иные материальные формы, просто некому.
  Отсюда мы снова приходим к тому, что в произведении и потреблении информации должны принимать участие, как минимум, две составляющих мироздания - активная и пассивная, известные нам как соответственно высшая форма материи - сознание, и низшая форма материи, которую можно обозначить в качестве вещественной.
  Пассивное способно быть только носителем информации, которая для него остается недоступной в силу отсутствия у него инструментария для распознавания ее, но и активное способно воспринимать, производить, нести и использовать информацию только через определенные формы пассивного, из которых оно "строит" живой организм для себя, точнее, облекается в "одежды" организма.
  Поэтому проявиться в форме бытия, в котором имеется и активное, и пассивное, обе эти составляющие мироздания могут только совместно - сознание формирует и обновляет как себя, так и собственную пассивную оболочку (тело), производя живой организм как из себя же и пассивной материи; в то время как безжизненные объекты бытия формируются и существуют не сами по себе, а они формируются в качестве инфраструктуры сознанием в облике живых существ, обеспечивая жизнь всех этих разнообразных существ.
  Естественно, для подобного существования требуется текущее время (меняющаяся реальность) в двух формах: собственное время каждого живого существа и их общее время. И то, и другое время со всеми объектами, находящимися в соответствующем пространстве и изменениях (бытие), формируется живыми существами на основе, как это было показано выше, вневременной бесконечности и ее голографической проекции.
  Если допустить, что сознания когда-то отсутствовало вообще, то кто же тогда формировал текущее время, то есть преобразовывал добываемую информацию в мир с меняющимися и движущимися в пространстве объектами?
  Ведь только живые существа имеют соответствующий инструментарий, точнее, органы, с помощью которых они способны выделять сведения, которые могут распознавать, то есть информацию, фиксировать ее и использовать для решения собственных задач, а человек - и в собственных целях.
  Для сознания нет вечности как непрерывного течения времени. Время формируется сознанием посредством конечного живого как собственное время каждого живого существа, так и общее (регулярное) время всей локальной совокупности живых существ, в которое "вписывается" собственное время каждого конкретного живого существа.
  Тем не менее, постоянное существование только настоящего в текущем времени, которое живые существа ощущают и способны действовать в нем, совсем не означает отсутствие изменений в самом сознании, поскольку каждый момент настоящего имеет длительность, в течение которой из памяти живого существа, может быть запрошена и получена та или иная информация, наподобие получения информации из баз данных компьютера. Эта информация добавляется к вновь поступающей, в совокупности меняясь непрерывно. Правда, только человек, которому доступны абстрактные формы мышления, может вообразить возможное будущее, спроектировав дальнейший ход событий, но всё же только на основе событий прошлого. Однако это проектирование тоже происходит в настоящем, а не в будущем.
  Путаница в этих понятиях возникает в результате представления настоящего мгновенья эфемерной границей между прошлым и будущим, тогда как "настоящее" есть определенная длительность, в течение которой происходит получение и обработка не только информации от источников, окружающих сознание в живом, но и уже накопленной информации, которая доступна для сознания в данный момент. Этот процесс идет последовательно - от одного мгновенья к следующему - без остановки для сознания, которое не успевает технически зафиксировать паузы между мгновениями.
  Если кратко определить "настоящее" любого живого существа, в том числе и человека, который может, в принципе, понять, что оно существует, то настоящее - это информационный процесс, представляющий изменение материальных объектов через необратимую последовательность дискретных мгновений, сливающихся внутри сознания живого существа в непрерывный поток [8].
  VI
  Особенностью воздействия сознания на структурированный материал тела является распределение этого воздействия, как минимум, на два уровня.
  Один уровень - фундаментальный - относится к функционированию каждой клетки и всей совокупности клеток организма в режиме, обеспечивающем как пребывание в окружающей среде - питание, метаболизм, так и удержание данной формы жизни в текущем времени путем ее размножения и изменения в соответствии с программой, заложенной в геноме. Подобное воздействие сознания на организм является автоматическим и обеспечивается единым сознанием голограммы в течение всей жизни любого организма через интеллект каждого индивидуального сознания, который представлен блоком обработки информации и блоком управления функционированием тела.
  В этой части интеллект обращен к организму, контролируя его адекватное функционирование, а в своей другой - внешней - части интеллект формирует локальную текущую реальность, преобразуя дискретный процесс поступления пакетов информации в непрерывно текущее время.
  Сбои в этом автоматизме могут носить внутренний и внешний характер.
  Внутренние сбои связаны со случайными ошибками в виде мутаций в геноме и нарушением клеточного обмена.
  Внешние сбои в автоматическом функционирования внутренней структуры организма возникают из-за отклонения от привычного режима, а также вследствие внезапного изменения окружающей среды, что проявляется в болезнях и трудностях в размножении.
  На этом уровне сознание в части собственного интеллекта просто-напросто предоставляет возможность организму существовать и размножаться, насколько это возможно в имеющемся окружении, то есть оказываться способным к существованию и продлению рода в подходящей среде. Тем не менее, на фундаментальном уровне сознание как хозяин организма способно вмешиваться в автоматическую работу собственного интеллекта, например, пытаясь восстановить работоспособность организма при его заболевании, вызванном внешними причинами, с помощью того или иного вида лечения или изменения обстановки.
  Заметить это фундаментальное воздействие сознания на тело, делающий его живым, можно в период спячки некоторых животных, во время обмороков, а также сна, то есть в то время, когда активная жизнь существа замирает по разным причинам (болезнь, шок, усталость, перенапряжение, стресс, неблагоприятные условия для активности, перерыв для отдыха и т.д.). Сознание в данном случае временно переходит на фундаментальный уровень функционирования, на котором управление жизнедеятельностью организма в этом "спящем" режиме осуществляется автоматически единым сознанием через интеллект каждого индивидуального сознания.
  Получается, что интеллект любого живого существа - от бактерии до человека - одинаков по принципу действия и запрограммированной функциональности.
  Мало того, по функциональности, которая определяется соответствующими программами; отсутствием самостоятельности; зависимости от оперативной памяти интеллект живого существа аналогичен искусственному интеллекту.
  И всё же, интеллект живого существа отличается от искусственного интеллекта.
  Во-первых, тем, что он является неотъемлемой частью своего хозяина - сознания, без которой сознание не способно функционировать, поскольку интеллект живого существа не только отвечает за функционирование каждой клетки организма и всего организма как единой системы, но и по сигналам от единого сознания использует формообразующие способности, заложенные в его программу, для формирования собственного времени, то есть локальной текущей реальности.
  Если по каким-то причинам интеллект организма перестает действовать, то сознание выпадает из текущего времени в собственную основу - голограмму, что означает для данного живого существа смерть. Но, поскольку от сознания в каждом живом существе зависит всё - от проявления вневременной бесконечности в форме бытия, так как оно участвует в формировании времени, до организации жизни в этом бытии, - постольку ему приходится искать подходящий его уровню развития зародыш для роста и развития вновь. И всё повторяется сначала - от рождения до нового рождения. Впрочем, подробнее об этом рассказывается в работе "Почему невозможно распознать сущность сознания?" [9, раздел 6].
  Во-вторых, естественный интеллект не имеет жестких программ действия, которые в результате мутаций генома меняются в соответствии с воздействием окружающей среды. Поэтому интеллект способен более или менее оперативно применяться к изменениям некоторых параметров среды, а также оперировать разнообразными и во многом произвольными сигналами, попадающими в органы чувств и от них к нему, для решения задачи удержания собственного носителя (живое существо) в состоянии непосредственного потребления ощущений.
  В противоположность отношению естественного интеллекта и сознания человека, слитых воедино, отношение живого существа в виде человека и искусственного интеллекта таково, что человек жил и может жить вполне сносно и без искусственного интеллекта, который, безусловно, способен облегчать его существование, но вместе с тем и довольно быстро приводит к краху всю его цивилизацию. Об этом подробнее говорится в работе "Губителен ли для нас искусственный интеллект?" [6, часть 3, ј1].
  Конечно, уровень развития интеллекта для простейших и сложных по структуре организмов разнится, но принцип действия этого биологического компьютера, его функции, реализующиеся по программам, соответствующим устройству организма и наличию у него тех или иных органов чувств, остаются неизменными.
  На другом уровне воздействия сознания на структурированный материал тела сознание в виде своей особой части организует внешнее взаимодействие организма с окружающей средой, как минимум, для выживания в ней в борьбе с конкурирующими особями, а также, при благоприятном стечении обстоятельств, придает организму стремлении к занятию в сообществе аналогичных организмов места, наиболее выгодного с точки зрения получения ощущений, желательно, наиболее приятных, вследствие всегдашней неудовлетворенности существа настоящим, вынуждающая искать лучшие условия.
  На этом - открытом - уровне в основном проявляет себя уже не единое сознание голограммы через интеллект, а другая часть индивидуального сознания каждого организма, которую можно назвать природным сознанием, решающая текущие проблемы существования в какой-то степени свободным (незапрограммированным) выбором в своей реакции на вызовы окружающей среды, который может быть ошибочным, но, в целом, именно он способствует развитию живых существа вместе с их сознанием. И помощником в этом процессе взаимодействия живого существа со средой для природного сознания является его интеллект, который предоставляет природному сознания соответствующую информацию по его запросам, как текущую, так и из памяти.
  В данном процессе взаимодействия с окружающей средой этой части сознания живого существа приходится решать разные типы задач, проявляя соответственно различные мыслительные способности, которые заключаются не только в быстроте принятия решений с использованием сохранившихся в памяти данных, подходящих к решению появившейся проблемы, но и в поиске новых - более благоприятных - условий для жизни, то есть соображать, как минимум, на низшем уровне креативности, проявляя любопытство (см., напр., статью "Почему и за счет чего проявляется интерес и интересное?"), помогающее добывать новую информацию, которая способствует, в частности, выживанию [6, часть 1, ј4], а также искажать информацию о себе (обман) для конкурентов и союзников (см., напр., статью "Истоки хитрости и ее отличие от креативности"), стремясь создать наиболее благоприятные условия для собственного существования в форме приятных ощущений [9, раздел 9].
  Иначе говоря, этой составляющей индивидуального сознания каждого живого существа - природному сознанию - приходится реагировать на вызовы собственного окружения, то есть в той или иной форме соображать, как повысить вероятность выживания, выбрать наиболее предпочтительное время для размножения, занять выгодное положение в собственное нише существования и т. п. Подобный мыслительный аппарат на основе ощущений может распределяться, в частности, по разным нейронным цепям и решать по-своему появляющиеся проблемы существования.
  Этим самым природное сознание стремится обеспечивать максимально возможное приспособление организма к окружающей среде при его открытом взаимодействии с ней.
  Правда, природное сознание, практически. не выходит за рамки инстинктов и рефлексов, в результате чего живое существо оказывается способным в основном действовать по методу проб и ошибок в меняющейся обстановке, часто погибая, но передавая потомству свойства, необходимые для жизни в новых условиях.
  Дополнительный уровень воздействия сознания на собственный организм, а также на процесс взаимодействия этого носителя сознания с другими существами, характерен из всех организмов только для человека, заключаясь в присущем ему самосознании, обеспечивающем уже использование окружающей среды в своих целях на основе понимания собственного взаимодействия с ней не только для приспособления к этой среде, но и для ее искусственного преобразования, которое постепенно дает всё больше свободного времени, предоставляя каждому человеку соответственно больше возможностей для общего развития, которое ранее тормозилось проблемой выживания.
  Эту двойственность человеческого сознания довольно четко отметил А. Шопенгауэр в своем фрагменте "Об интеллекте без разума" [6, с. 78], по-видимому, понимая под термином "интеллект" именно все мыслительные способности организма, то есть, по сути, сознание: "... у животных есть простой интеллект, у нас же - двойной, именно - наряду с созерцательным еще и рефлективный, и операции обоих часто совершаются независимо друг от друга: мы созерцаем одно, а мыслим другое, хотя часто эти операции пересекаются друг с другом".
  Действительно, в человеке проявляется как действие природного сознания, решающего с помощью интеллекта в основном проблемы выживания и наилучшего приспособления к собственному окружению, так и действие самосознания, решающего большей частью проблемы улучшения собственной жизни и состояния человеческих сообществ не только прагматически, но и преследуя в своих лучших представителях альтруистически-культурные цели, переводя собственное самосознание постепенно на более высокий уровень, то есть расширяя возможности существования до самых высоких его образцов. При этом, самосознание, так же как и природное сознание, использует интеллект в качестве поставщика информации для решения собственных проблем управления поведением человека.
  Подобная разнонаправленность решаемых задач в одном и том же сознании человека не только предполагает непредсказуемость его действий, но и непрерывную борьбу этих составляющих сознания, решающих различные задачи, что означает появление в этой форме живых существ новой движущей силы развития сознания, существенно ускоряющей развитие сознания вместе с развитием человеческих сообществ.
  Детальнее о самосознании человека можно узнать, например, из статьи "К чему привело и приведет осознание себя?" [6, часть 3, ј5].
  Библиография
  1. Stuart Richie. How clever is it to dismiss IQ tests? https ://aeon.co/ideas/how-clever-is-it-to-dismiss-iq-tests.
  2. Adrien Owen, Adam Hampshire Adam Hampshire and Roger Highfield. Scientists debunk the IQ myth: Notion of measuring one's ...
  www.sciencedaily.com »releases» 2012/12.
  3. Ожёгов С. И. и Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. Москва. 2003.
  4. Философский энциклопедический словарь. Изд-во "Советская энциклопедия". М. 1983.
  5. Mark O. Riedl. The Lovelace 2.0 Test of Artificial Creativity and Intelligence". Association for the Advancement of Artificial Intelligence, 22. 10. 2014.
  6. Низовцев Ю.М. Всё наоборот. Ответы на каверзные вопросы об интересном (сборник). 2018. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru.
  7. Низовцев Ю.М. Человек как голограмма. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru.
  8. Низовцев Ю.М. Что такое время? как и для чего оно формируется? 2015. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru.
  9. Низовцев Ю.М. Ключ к непознаваемому (сборник). 2020. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru.
  10. Шопенгауэр А. Мир как воля и представление. Том 2. 1999 г. Минск. Издательство ООО "Попурри".
  Часть 3. Почему мирозданию без человека не обойтись?
  В отличие от прочих живых существ, человек способен не только адаптироваться к окружающей среде, но и менять ее осознанно для своих целей и в своих интересах. Человек - единственное существо, понимающее свое пребывание в текущем времени, что само по себе делает его жизнь как ощущаемой, так осмысленно-трагичной, заставляя переживать ее не только в рамках конкретной выгоды, но и культуры. Подобный уровень развития сознания человека как наиболее информационно насыщенного субъекта бытия единственно вносит смысл в существование всего мироздания.
  В сущности, само проявление времени в мироздании не более чем искусственное.
  Если понимать время как ход событий, то этот ход воспринимается только информационно, то есть через органы живых существ, включая, конечно, человека.
  Определенные пакеты сведений попадают в органы чувств любого живого существа, обрабатываются имеющимся центром (центрами), соответствующим уровню его развития, а само развитие в целом осуществляется в рамках программы на белковом носителе, которая наличествует в каждой клетке организма.
  Иначе говоря, течение времени как в общем, так и в частности, зависит от отклика живых существ на поступающую информацию, и без него отсутствует.
  Попросту, без живых существ ни времени, ни зависящих от времени пространства и движения каких-либо объектов быть не может потому, что только живые существа способны благодаря своему устройству конвертировать поступающие сведения в текущее время со всеми его аксессуарами, указанными выше, в число которых входят и сами живые существа, располагаясь в образованном ими же временном потоке среди вещей теми или иными группами в подходящих для существования условиях.
  Вы скажете: а что же было до появления живых существ во вселенной?
  Да, ничего и не могло бы быть, так как без живых существ "имелось" бы только небытие.
  Более того, живое и неживое способны существовать и изменяться только благодаря тому, что живое предоставляет текущее время не только для себя, но и для неживого, так как без него для живого отсутствует сфера для изменения и развития, пригодная и вместе с тем сопротивляющаяся его воздействию, подобно тому, что без трения человек не смог бы ходить.
  Таким образом, сфера действий живых существ, или их бытие ограничивается текущим временем, которое они же и создают на основе поступающих информационных потоков, из которых они способны выделить именно то, что требуется им для жизни, создавая микросферу для жизни в виде, например, того, что существует на Земле, а также макросферу в виде бесконечного ряда вселенных с соответствующей для них же инфраструктурой.
  Вы скажете, что Земля с живыми существами одна, а вокруг ничего живого на других планетах нет.
  Однако, если здесь имеется вот такая Земля, то в бесконечности подобных планет с живыми существами может быть тоже бесконечное множество, но только при одном условии: сосуществовании живого и неживого в информационном потоке, который с одной стороны "упирается" в органы чувств живых существ, но он же не может не иметь и другую сторону, от которой исходит информация, и которая принимает и хранит наработанную живыми существами информацию.
  Другими словами, бытие со всеми его атрибутами способно существовать только в совокупности с неким потусторонним, которое для нас оказывается неизвестным и непонятным небытием - вне известного нам времени.
  Сей факт объясняется тем, что ограниченный диапазон органов чувств и степень эффективности центров обработки поступающей информации не позволяют заглянуть туда, но это небытие, как ни странно, через живые существа руководит как всем бытием, так и самими живыми существами, поскольку все живые существа есть альянс активного и пассивного, то есть сознания и неживого.
  База этого альянса находится в небытии, точнее, она "располагается" во вневременной бесконечности, которая для нас представляется как ничто, но в этом ничто потенциально имеется все, которое "выдается" в соответствии с по запросами живого по мере надобности через определенный информационный канал, которым является квази-временная проекция бесконечности вне времени в виде голограммы.
  А основным свойством голограммы является совпадение каждой ее части со всем целым, что обеспечивает их связь вне времени.
  Благодаря этому свойству все пакеты информации, обновляющие со сверхвысокой частотой каждый объект бытия, ставят это бытие как во всех его частицах, так и в целом под контроль голограммы, которая представляет собой высокочастотное образование как продукт наложения нескольких когерентных волн, дающего стационарную интерференционную картину, поскольку разность фаз волн не меняется.
  В голограмме каждая частица активного не теряет единства со всей едино-множественной бесконечной совокупностью активных частиц и поэтому может, в частности, с помощью этого единства распознавать, считывать и копировать из вневременной бесконечности имеющимися у неё средствами (живое) необходимые для собственного существования вещи в их связи, распознавая их в соответствии с имеющимся у него разумением (интеллектом) вкупе с формообразующими способностями так, как хочет и может, обновляя каждый "момент", то есть дискретно, но бесконечно, голографическую проекцию как квази-временную основу для собственного существования в текущей реальности в виде живого в этом информационном процессе.
  Частицы-копии активного (сознания) в объединении с копиями пассивного (вещей) в текущей реальности способны тем самым получать из вневременной бесконечности "нужные" им копии вещей (пассивное) в информационной форме для замены ими имеющихся копий вещей в бытии, в том числе и для замены собственной вещной основы, а также обновлять себя же.
  Этот информационный процесс взаимодействия вневременной бесконечности, где всё слитно, и голографической проекции, где активное и пассивное разделены, требует для их взаимодействия между собой, а также с вневременной бесконечностью искусственное объединения активного и пассивного в ту или иную форму живого, основным отличием которого от всего прочего является способность переводить отдельные последовательные пакеты данных, несущие закодированную информацию, в объекты текущей реальности для их обновления, включая и сознание в живом. Эти пакеты подобны импульсным сигналам от передатчика через эфир к телеприемнику, в котором они преобразуются в меняющуюся оформленную картину на экране.
  Живое так же способно преобразовывать отдельные последовательные импульсные сигналы, содержащие информацию, в непрерывно меняющуюся картину мира вследствие определенной инерционности обработки сигналов, которая в сознании любого живого существа нивелирует паузы между поступающими пакетами информации (позициями обновления), создавая непрерывность изменения всей картины, в которой появляются уже реальные - более или менее "плотные" - объекты, а не частотные информационные копии активного и пассивного.
  Тем самым для сознания живого существа возникает в движении (энергии) изменяющийся событийный мир - текущая реальность, или бытие, в котором уже можно жить в собственном настоящем, но в рамках общего времени.
  Иначе говоря, мощная энергия сверхвысокочастотных волнообразных структур голографической проекции вневременной бесконечности, которые несут в своих гармониках соответствующую закодированную информацию, преобразуется в массу и энергию объектов текущей реальности, которые соотносятся между собой в соответствии с известной формулой E=mc
  Вы спросите, а как же ничто, или бесконечность вне времени "расстается" со своими потенциально активными и пассивными объектами, слитыми друг с другом, да, к тому же, как ее проекция умудряется оставаться ничем, и вместе с тем отдает свою энергию и передает информацию бытию от бесконечности вне времени, поскольку без бытия в текущем времени ничто (бесконечность вне времени) проявиться не способно, но, как мы видим, проявляется?
  Дело в том, что материя, извлекаемая из ничто, есть не более чем копия информации из него, попадающая на носители, имеющих противоположные знаки, но которые взаимно не уничтожаются, находясь условно в разнесенном состоянии в виде проекции ничто.
  Таким образом, обе эти части могут соответственно поставлять материю в вечность (бытие) одного знака и соответственно - другого знака, интегрально являясь ничем, то есть в этом отношении бесконечная проекция бесконечного ничто не отличается от самого ничто.
  Cвязь вневременного ничто с бесконечным бытием в текущем времени (вечностью) может осуществляться информационно с помощью имеющихся в голографической проекции вневременной бесконечности материальных носителей, несущих копии информации из вневременной бесконечности, необходимой бытию в текущем времени, причем эти носители восстанавливают бытие как в целом, так и обновляют каждый его объект со сверхвысокой частотой, что ощущается каждым живым существом в бытии пребыванием в потоке этого, в сущности, искусственного времени вследствие автоматического исключения живыми существами интервала между высокочастотными импульсами.
  Такими носителями вполне могут быть, подобно радиоволнам, сверхвысокочастотные колебательные волнообразные структуры, в гармониках которых содержится соответствующая информация.
  Информация может восприниматься, обрабатываться, храниться, изменяться и передаваться только живыми существами, поскольку, по определению, информация есть сведения о состоянии материальных объектов, которые распознаются другими объектами имеющимися в их распоряжении средствами.
  Эту операцию не способны проводить неодушевленные объекты, так как они не имеют для этого соответствующих средств, тогда как воспринимать, обрабатывать, сохранять, изменять и передавать определенные сведения, перерабатывая их в информацию, то есть в понятное для себя, способны единственно живые существа благодаря тому, что они имеют датчики (органы чувств), центры обработки поступающих сигналов и программу метаболизма, роста и развития на белковом носителе (геном).
  Таким образом, информация подвластна активному (сознанию) только в объединении с пассивным составляющей в определенной форме.
  Эта форма на информационной основе и представляет собой живые объекты, входящие в состав бытия, а этой информационной основой являются волнообразные сверхвысокочастотные структуры проекции бесконечного ничто, одни из которых являются наипростейшими, составляя информационную основу неживых объектов в бытии, другие же в своих гармониках несут программы активного (сознания), благодаря которым эти объекты определенной структуры (органы чувств, центры обработки информации, геном) способны воспринимать, обрабатывать, изменять, хранить и передавать информацию, приобретая тем самым возможность для самодеятельности и саморазвития.
  Стало быть, не одно бытие, а совокупность вечности (бытие) и вневременной бесконечности с собственной проекцией, представляют полную систему мироздания, которая функционирует только благодаря объединению неживой (пассивной) материи и активной материи в виде живых существ.
  Они конвертируют информацию от вневременного ничто через ее проекцию в соответствующие объекты бытия с его текущим временем, придающим им движение и изменение в определенном пространстве, вследствие чего бесконечное ничто проявляется в известном нам виде бытия, которое формируется живыми существами бесконечно в форме ряда вселенных, то есть вечно.
  В результате, благодаря конечному живому, находящемуся вследствие своего строения в информационных потоках, воспринимаемым им, достигается как стабильное бесконечное существование всей системы мироздания, так и развитие бесконечного сознания (активного) посредством того же конечного живого.
  Следует также отметить, что основа ассоциации активного и пассивного в бытии представляет собой образование из пассивной материи в виде молекулярных комплексов, содержащее органы чувств, центры обработки информации, центры, обеспечивающие реализацию формообразующих способностей, а также геном, содержащий соответствующие программы роста существования и развития существа в определенной среде.
  Только через это структурное образование пассивной материи сознание получает возможность вливаться в потоки информации, пользуясь ими. Поэтому сознание как бы покрывает сформированное и обновляемое им структурное образование из пассивной материи, заводя своей энергией все составляющие этого образования, которые начинают согласно функционировать в соответствии с заложенной в них программой, начиная с зародыша.
  То есть активное (сознание) не объединяется непосредственно со сформированной им же структурой, являясь иной - наиболее организованной волновой материей голограммы, а, подобно источнику энергии для радиоприемника и вместе с тем антенне, подключает оживляемую структуру через себя к голограмме, являющейся информационным мостом, соединяющим оживляемую структуру с вневременной бесконечностью.
  В этом процессе формирования основы живого из пассивной материи и подключении его к голограмме состоит оживление этого образования из пассивной материи, то есть сознание делает его восприимчивым к окружению в ассоциации с собой в течение срока жизни (определенный период времени роста, развития и угасания существа), с одной стороны, создавая возможность переработки потоков информации для обеспечения стабильности мироздания, а с другой стороны, предоставляя этому образованию в ассоциации с собой возможность в отведенное ему время "наслаждаться" жизнью, базой которого являются питание, размножение и стремление к улучшению собственного существования вследствие непреходящей неудовлетворенность настоящим, не позволяющей живому существу застаиваться.
  Поэтому ассоциация сознания и пассивной материи определенной формы и структуры создает вполне автономное живое существо, которое нельзя отнести ни к пассивной материи, ни к активной, и оно поэтому, как нечто среднее, не сознавая свою основную функцию хранителя стабильности мироздания и строителя бытия, просто живет себе в виде сообществ в поколениях в соответствующих нишах, в основном пожирая друг друга, исключая человеческое сообщество, в котором этот процесс уже не практикуется.
  Однако программа роста, изменения и развития каждого живого существа, активирующаяся активным (единым сознанием) голограммы - проекции вневременной бесконечности, первоначально настраивается упрощенно - сугубо на стремление живых существ к сохранению своей жизни ради получения ими ощущений, отличающих жизнь от пустоты небытия, с которой некоторые виды животных знакомы по спячке или обморокам.
  Именно ощущения, прежде всего, дают полноту жизни, а мышление лишь регулирует их поступление по возможности.
  Поэтому для всех живых существ программа роста изменения и развития настроена на получение ощущений, дающих впечатление пребывания в жизни, но не более того.
  В соответствии с этой программой, находящейся в геноме каждой клетки организма, все живые существа борются за сохранение ощущений, а всё остальное, в частности, проблемы познания, культуры, морали не входят в их "рацион", то есть все они запрограммированы лишь к получению ощущений, что им и удается с разным успехом, приспосабливаясь к окружающей среде.
  Иначе говоря, все живые существа находятся как бы внутри среды, являясь, своего рода, атомами или динамическим составляющими этой среды, толкущимися в ней ради приза в виде ощущений, а не размышлений о такой жизни.
  Выйти наружу они не способны, но оказались бы способны, если в дополнение к первой программе в геноме появилась дополнительная программа, которая разрешала бы им произвольные соображения с соответствующими произвольными действиями для достижения поставленных целей помимо наработанных инстинктов и рефлексов.
  Именно такая программа появилась тогда, когда возник подходящий кандидат, способный на произвольное мышление и произвольные действия.
  Таковым кандидатом явилось одно из прямоходящих существ, которое было наиболее развитым в отношения производства разнообразных действий.
  Остальные живые существа не были охвачены этим нововведением и поэтому до сих пор живут, приспосабливаясь к собственному окружению ради получения ощущений, и не претендуют на большее.
  Остается только предполагать, каким образом в геноме одной или нескольких видов прямоходящих обезьян появилась эта дополнительная программа.
  Вариантов тут немного: случайное изменение генома в результате мутаций или же целенаправленное изменение генома.
  Что касается случайности, то она крайне маловероятна, поскольку геном слишком сложен для сравнительно быстрого преобразования его в нужный вид неконтролируемым способом именно тогда, когда появился достаточно развитый прямоходящий примат.
  Стало быть, тут не обошлось без постороннего конструктора.
  И этим конструктором может быть только активное (единое сознание голограммы), вследствие того. что оно способно охватить вне времени все живые существа благодаря свойству голограммы "всё в одном", а также способно поэтому ввести в геном и дополнительную программу, способствующую приобщить подходящее живое существо не только к адаптивному существованию, но и к обратному ему - целенаправленному воздействию на окружающую среду для приспособления ее к потребностям и интересам живого существа, которое тем самым уже выходит за рамки инстинктов и рефлексов.
  Эта дополнительная программа, уже обеспечивает осознанное воздействие живого существа на окружающую среду для достижения им заранее поставленных целей, соответствующих не столько потреблению приятных энергетических ресурсов, сколько удовлетворению интересов этого существа, которые постепенно становятся всё более разнообразными в ходе его активности - сначала ради повышения эффективности использования собственного окружения, а затем и достигая желания познать самого себя и окружающий мир, что, в свою очередь, еще более повышает эту эффективность.
  В этом случае объем и скорость потребляемой информации многократно возрастают, стимулируя прежде всего развитие центра обработки информации, объем которого у человека по сравнению с мозгом приматов возрос в пять раз, и структура его усложнилась в соответствии с решением новых задач, отсутствовавших ранее, а, значит, возросла и способность сознания развиваться не только в сравнительно узких рамках адаптивности, но и за ее обширными пределами, что, в свою очередь, стало отражаться всё в большем и большем поглощении потоков информации этим новым - двойственным в своем сознании - существом.
  Таким образом, введение дополнительной программы в геном предоставляет возможность дополнительного развития как самого живого существа в своем новом обличье, так и обеспечивает необозримый простор для развития сознания в этом новом существе в его поколениях и сменяющихся цивилизациях с бесконечными вариантами изменений настроения, соображений, мыслей, интересов и стремлений этих существ при их взаимодействии.
  Однако возрастающие потоки информации со временем начинают превышать возможности человеческого мозга, делая цивилизацию неустойчивой, и она распадается, сводя человека в его сообществах к прежнему состоянию отношений с природой, близкому к выживанию в ней, но, поскольку геном человека при этом не меняется, то человек в своих сообществах не теряет возможность снова использовать свою дополнительную программу в геноме для развития, столь существенно отличающегося от замедленного развития животного мира.
  И всё начинается снова, обеспечивая тем самым дискретное, но бесконечное развитие сознания в человеческих сообществах, которому нет предела, раз в человеке живым существам удалось выйти за пределы адаптивности.
  Тем не менее, возникает вопрос: что же происходит, в частности, с накопленными в ходе развития цивилизации ценностями культуры, науки и техники, не говоря бесконечных сменах настроения, соображений, мыслей, интересов и стремлений каждого из живущих, сугубо индивидуальных?
  Неужели все эти ценности, наработанные людьми, исчезают без следа?
  Но ведь по сравнению с ощущениями и соображениями остальных живых существ, они неизмеримо выше и качественно, и количественно.
  Данный факт является дополнительным доказательством существования потусторонней голограммы, не только двусторонне проводящей информационные потоки между бытием и вневременной бесконечностью, не только являющейся накопителем информации, но и представляющей собой единое сознание голограммы, которое сосредоточивает в себе в энерго-информационной форме всё, что есть в бытии, обновляя его каждый миг и, вместе с тем, единое сознание контролирует как появление (рождение) каждого живого существа, так и его существование через свою частицу - индивидуальное сознание, причем все эти частицы объединены вне времени, но в бытии каждое индивидуальное сознание не имеет связи со своей стороны с единым сознанием, позволяя, каждому живому существу действовать по собственному разумению, что, в частности, для человека составляет свободу его волеизъявления.
  Всё это делает человека в его сообществах не только перлом бытия, но и существом, вносящим максимальный вклад в информационную копилку единого сознания, изменяя и развивая его бесконечно, а также неосознанно участвуя вместе со всеми остальными живыми существами в формировании бытия и удержании всего мироздания в стабильном состоянии.
  Таким образом, изменение и развитие сознания может происходить исключительно в рамках биологической природы, вершиной которой является человек, поскольку только живые существа способны формировать текущее время, которое тем самым является искусственным, но способствующим "извлекать" тем самым и сознание, и всё остальное из небытия, поскольку реагировать на информационные потоки, конвертируя их в известные нам материальные объекты способны именно они, а не, например, искусственный интеллект, который не самостоятелен в своем функционировании и должен кем-то настраиваться, управляться и контролироваться. То есть все остальные формы материи информационно бесполезны, точнее, неживое способно быть только переносчиком информации.
  Единое сознание голографической проекции вневременной бесконечности использует каждого человека для собственного изменения и развития, поскольку покрывает его индивидуально при жизни, и вместе с тем объединяет в себе все впечатления бесчисленных жизней, тогда как сам человек, считая себя в определенной степени самостоятельным, - а это действительно так, - просто живет в соответствии со своими соображениями, способностями, обстоятельствами и окружением отмеренный ему срок, не замечая связи собственного организма с единым сознанием и не осознавая собственную роль в мироздании, которое на самом деле без живых существ не представляло бы собой ничего в полном смысле этого слова.
  Тем не менее, каждый человек осознает о своей принадлежности к единому сознанию и о своей индивидуальной роли в его развитии в момент смерти собственного тела, когда его индивидуальное сознание, разъединяясь с телом, становится единым сознанием голографической проекции вневременной бесконечности в соответствии со своей голографической сущностью, но не теряя собственной наработанной личности в течение прошедшей жизни.
  Тем самым, без живых существ, формирующих текущее время, бытие лишается этого времени и становится небытием, хотя потенциально в этом безвременном небытии, или ничто имеется всё, но оживить, то есть заставить это всё задвигаться и развиваться способны только живые существа, которым в лице человека, помимо прочего, доступна фиксация, понимание и применение текущего времени для своих целей, причем из всех живых существ только люди, единственно осознающие себя во времени, понимают собственную смертность, что само по себе делает их жизнь не только ощущаемой, но осмысленно-трагичной, заставляя их переживать ее не только в рамках конкретной выгоды, но и культуры.
  Таким образом, если принять гипотезу о голографической основе мироздания, то можно отметить, что бытие, представляющееся нам таким надежным, вещным, необозримым, сообразным определенным законам, содержащее макро- и микромир, элементарные частицы и излучения, галактики и живые существа, в своем основании имеет не более чем информацию, точнее, - высокочастотные голографические образования, несущие информацию. Они интегрально равны нулю каждую позицию обновления вследствие проявления каждого волнообразного образования совместно с таким же образованием в противофазе. Такого рода баланс голографической проекции вневременной бесконечности соответствует безвременной бесконечности, которая есть ничто, становясь всем только через собственную проекцию в квази-времени при конвертировании ее частотных образований в бытие.
  В этом процессе не может быть начала и конца потому, что дуальная система мироздания устойчива в своем функционировании и проявлении, что исключает небытие вследствие взаимодействия бесконечного и конечного.
  Эта система не только не имеет движителя, но и формально является ничем, составляя в любой позиции интегрально ноль. Поэтому ей не на что "разваливаться", незачем начинаться и кончаться.
  Пассивное, теряя форму в конечных объектах бытия, восстанавливает тем самым форму активного при их взаимодействии. Активное, таким образом, не теряет свою основную форму и формообразующие способности за счет разрушающегося пассивного в бытии, но оно же, "вызывая" пассивное из бесконечности вне времени в виде информационных копий на время существования данного конечного, восстанавливает форму пассивного и изменяет ее. Так, с помощью обращения к конечному в виде теряющего форму пассивного активное через живое становится вечным по форме, свойствам и может удерживать всю систему мироздания в актуальном существовании.
  Каждая копия вещи есть частотная обновляющаяся структура того или иного типа, которая "конвертируется" в индивидуальном сознании через органы чувств и центры обработки поступающей информации носителя сознания в конкретные вещи. При этом являющиеся вещи в своей совокупности составляют, в частности, окружение человека, а их связность и движение обусловлены спецификой прохождения информации от органов чувств к центрам обработки информации, вследствие чего паузы между импульсами (пакетами информации, поступающими в органы чувств) исключаются.
  Часть 4. Движущая сила и источник развития человека и его сообществ.
  Каковы реальный источник и движущая сила развития человека, земной цивилизации в целом и сообществ, составляющих ее, которые придают всему существующему соответствующую динамику? Этот вопрос до сих пор стоит на повестке дня, поскольку удовлетворительного ответа до сих пор не найдено, хотя различных гипотез и теорий произведено достаточно. Наша попытка решить проблему и доказательства представлены ниже.
  1. Анализ основных воззрений на движущие силы развития общества.
  Неадекватность основных концепций, претендующих на выявление движущих сил, или движущей силы развития общества можно проследить из сравнительно краткого анализа ниже.
  Подходы к выявлению источников, причин или движущих сил развития общества делятся на две основные группы: одна из них составлена из представителей идеалистической философией, другая - материалистической.
  Идеалистическая философия, в частности, Гегель, указывала на понятие, далекое от конкретности, - общественное сознание, которое, по его мнению, и есть основной источник общественного развития, и только оно одно его определяет, тогда как материалистическая философия, например, Маркс, наоборот, полагала, что только общественная жизнь и деятельность определяют общественное сознание.
  Как это видно, оба подхода не доказывают, а всего лишь декларируют свое понимание проблемы, упоминая лишь внешнее выражение скрытых антагонистичных сил, но не открывают их, и поэтому вся история определения движущих сил общественного развития показывает поиски и находки тех или иных внешних факторов, часто далеких друг от друга, более или менее воздействующих на ход развития общества, то есть антагонизм основных составляющих человеческого и общественного сознания так и остался не выявленным.
  Видимое отнюдь не означает проникновения в глубину. Поэтому даже краткий анализ приведенных ниже факторов, считающихся их авторами первичными источниками, причинами или движущими силами развития общества, показывает, что они являются не изначальными, а производными, вторичными факторами, переводящими глубинный антагонизм в человеческом и общественном сознании в общественное развитие, причем часть из них есть всего лишь условия общественного развития.
  Материалистический анализ проблемы выделяет в качестве движущих сил развития общества факторы большей частью природно-структурного характера.
  Ш. Л. Монтескье C.L. (Montesquieu) считал источником общественного развития географические условия и природную среду: "Закон, говоря вообще, есть человеческий разум, поскольку он управляет всеми народами земли... Они (законы) должны соответствовать физическим свойствам страны, ее климату - холодному, жаркому или умеренному, качествам почвы, ее положению, размерам... в странах плодородных всего чаще встречается правление одного, а в странах неплодородных - правление нескольких, что является иногда как бы возмещением за неблагоприятные природные условия" [1, c. 168, 393].
  Конечно, природные условия - важный фактор для существования, - менее или более благоприятного, но не более того, так как они - лишь один из многих внешних факторов - именно условий, которые могут так или иначе повлиять на жизнь сообществ, - но не движущие силы развития. Кроме того, как показывает история первобытных сообществ, независимо от географических условий и природной среды, в течение десятков тысяч лет для этих сообществ никакого видимого развития не наблюдалось.
  Ж.Ж. Руссо (J.J. Rousseau) полагал, что к движущим силам общественного развития следует отнести численность народонаселения: "Прежде чем изобретены были особые знаки, заменяющие всякие ценности, богатство могла состоять почти исключительно в землях и стадах скота, являвшихся единственными реальными благами, которыми могли владеть люди. Но когда поземельные владения, переходившие по наследству из рода в род, настолько увеличились в числе и размерах, что покрыли собою всю землю и соприкасались между собой, то одни могли возрастать уже только за счет других. Те люди, которые остались ни при чём, благодаря тому, что слабость или беспечность помешали им в свою очередь приобрести земельные участки, стали бедняками, ничего не потеряв, потому что не изменились, когда всё изменилось вокруг них. Отсюда возникли мало-помалу, в зависимости от различий в характере тех и других, господство и рабство или насилия и грабежи" [2, с. 83].
  Свободное занятие земельных участков, пропорциональное возрастанию населения, действительно когда-то заканчивается со всеми вытекающими последствиями, но данный факт трудно считать изначальным и определяющим в развитии сообществ, поскольку он не указывает на причину роста населения и, стало быть, является внешним фактором, а не первичным.
  Э. Дюркгейм (D.E. Durkheim) основной движущей силой развития общества считал общественную дифференциацию труда, так как полагал, что, в отличие от простых сообществ, где люди связаны личными отношениями, интересами и традициями, в современных больших сообществах люди всё более опираются друг на друга в силу различий в собственной специализации. Вместе с тем Дюркгейм ключевыми факторами развития общества считал рост населения и плотности населения [3, с. 106; 4, с. 125].
  Конечно, достаточная численность и плотность народонаселения благоприятствуют появлению различных ремесел, а затем и дифференциации труда для его облегчения и повышения производительности. Всё это, естественно, можно отнести к благоприятным условиям, способствующим возникновению и закреплению прав собственности, и соответственно - к развитию торговли, городов, государств и много чего еще, но все эти факторы есть всего лишь внешнее обрамление процесса развития человека и его сообществ. Поэтому остается открытым вопрос о том, что же всё-таки побуждает людей двигаться поступательно при возникновении благоприятных условий.
  К Маркс [K. Marx] пытался доказать, что движущей силой общественного развития является противоречие между потребностями людей и возможностями их удовлетворения, разрешающееся в борьбе производительных сил общества и орудий труда, а также - в борьбе собственников производства с классом работников на этом производстве [5].
  Тут тоже остается без определения источник появления у людей всё растущих потребностей, что заставляет их не довольствоваться необходимым, а захватывать в свою собственность, отнимая у остальных всё возможное, включая и то, что невозможно употребить в течение жизни. Поэтому данный фактор не может не исходить от какого-то скрытого, внутреннего источника, то есть он является вторичным.
  Двигателем истории является борьба за существование. Таково, в частности, мнение представителя школы социал-дарвинизма Людвига Гумпловича (L. Gumplowicz). Он полагает неустранимость конфликтов в жизни общества, поскольку люди беспощадно борются за влияние, выживание и господство. Гумплович утверждает, что общество развивается в соответствии с законом, заключающимся в "... стремлении каждой социальной группы подчинять себе каждую другую социальную группу, встречающуюся на ее пути, стремлении к порабощению, господству" [6, с. 159].
  Однако, подобная беспощадная борьба за выживание и существование всё же характеризует в наиболее полном виде не человека, а флору и фауну, тогда как для человека она соседствует, например, с альтруизмом, милосердием, чувством собственного достоинства, и именно эти человеческие особенности не всегда проигрывают борьбе человека за существование: человек в жизненных реалиях, в отличие от животных, знает о своей смертности, и во многих случаях это знание игнорирует, а это во многом влияет на прогресс в развитии сообществ, особенно в моральном аспекте. Иначе говоря, в отличие от прочих живых существ, которые ведут борьбу за выживание между собой, человек прежде всего борется сам с собой внутри себя, и только индивиды с подавляющим доминированием низшего сознания опускаются практически до животного состояния.
  Таким образом, на самом деле все отмеченные выше соображения различных ученых, придерживавшихся материалистической позиции, о движущих силах общественного развития не могут быть адекватными: они есть внешние факторы или условия, которые способны только ускорять или замедлять ход развития тех или иных сообществ цивилизации, но назвать каждое из них или даже все в совокупности источниками, причинами или изначальными движущими силами развития общества невозможно.
  Действительно, эти явления и условия в большей или меньшей мере существовали и при первобытнообщинном строе, когда десятки тысяч лет никакого видимого развития не было. Значит, их действие зависит от неких скрытых процессов, от накопления в человеческих сообществах некоторой "субстанции". Главным из этих скрытых процессов является функционирование нового - человеческого - сознания, вне которого человек так и остался бы приматом, причем эта деятельность начинает усложняться, ускоряться и проявляться с большей эффективностью с ростом самосознания человека, которого нет у остальных живых существ, и этот рост привлекает в силу своей креативности к человеку и его сообществам всё больше различных информационных потоков.
  Идеалистический подход к проблеме развития общества так же, как и материалистический, выставляет целый ряд различных факторов, но уже в основном нематериального характера, которые, по мнению их авторов, являются движущими силами общественного развития.
  Августин Аврелий (Aurelius Augustinus Hipponensis) относит к движущей силе общественного развития укоренение в человеке сознательно проявляющейся тяги к Богу: "Итак, этот небесный град, пока он находится в земном странствовании призывает граждан из всех народов и набирает странствующее общество на всех языках, не придавая значения тому, что есть различного в правах, законах и учреждениях, которыми мир земной устанавливается или поддерживается; ничего из последнего. не отменяя и не разрушая, а, напротив, соблюдая всё, что, хотя у остальных народов и различно, но направляется к одной и той же цели земного мира, если только не препятствует религии, которая учит почитанию единого высочайшего и истинного бога" [7. О граде божием. XIX, 17].
  Тяга к Богу означает прежде всего стремление человека приблизиться к совершенству, но, как известно, благие намерения могут увести в обратную сторону до такого предела, где возможности для развития исчезают полностью. Примером этого служат почти все религиозные секты и такая крупная конфессия, как мусульманская.
  Питирим Сорокин (Pitirim Sorokin) полагает основным источником развития накопление базы научных знаний, в результате чего противоречивое многообразие реально существующих социокультурных систем будет трансформироваться в некий интегральный социокультурный слой [8].
  Само по себе научное знание мертво - надо еще суметь его вовремя применить без проявления негативных результатов, не то вместо трансформации систем в прогрессивном направлении получится регресс, как это случалось несчетное число раз, и который особенно явно грозит теперь от "успехов" генетики.
  Габриель Тард (Gabriel Tarde) отмечает, что движущей силой развития общества является творческий разум в виде рационализации орудий труда и быта, включая изобретательство. Последнее Тард рассматривает как адаптационный механизм, без которого человеку сложно применяться к меняющемся условиям среды. Новое возникает как результат деятельности немногочисленных одаренных личностей. Далее включается процесс подражания. В частности, по Тарду, утверждение основных социальных институтов произошло по причине неспособности обычных людей к изобретательству, и они стали подражать новаторам [9].
  Изобретательство прежде всего развивает технологии, но практически не касается сферы духа, чувств, то есть оно монтирует своего рода оболочку, но не внутреннее - духовное и культурное - содержимое человека и его сообществ, не затрагивает его национально-бытийные особенности, а некоторые из новых технологий могут привести общество к распаду, отучая человека трудиться творчески и даже оглупляя его, что, в частности происходит сейчас в информационной сфере. Эти технологии могут вовсе уничтожить человечество применением сверхмощного оружия, генетическими экспериментами или отравляющими веществами.
  Протестантизм считает труд источником развития общества, полагая, что труд есть проявление в человеке его богоизбранности. В частности, Жак Кальвин [Jean Calvin] утверждал, что каждый христианин обязан твердо верить в богоизбранность человека и на протяжении всей жизни неустанно искать всё новые и новые подтверждения этой вере, добиваясь успехов в мирской деятельности, которые и есть критерий богоизбранности [10].
  Только одним трудом невозможно усовершенствовать как мир любого индивида, так и существенно воздействовать на развитие сообществ. Труд может не только облагораживать людей и совершенствовать быт, но и отуплять, например, своей монотонностью и несовпадением с истинными способностями и интересами человека, а, напротив, свободное от труда время может дать возможность человеку определить в себе дополнительные способности и умения, развить их, в частности, для усовершенствования того же процесса труда. И способный лентяй может пожалеть глупого трудящегося, и так усовершенствовать процесс труда, что его производительность повысится во много раз, а сам процесс станет приятнее и интереснее.
  В действительности, сознательный труд, в отличие от работы пчел или термитов, появился только с формированием самосознания, отчасти оторвавшего человека от животных компонентов среды, и позволившее ему самому с полным сознанием дела, а не инстинктивно, как ранее, формулировать себе задания и выполнять их, осознанно меняя окружающую среду для достижения поставленных целей, и обретая тем самым свободу.
   А. Тойнби (A.J. Toynbee) пришел к выводу, что движущими силами развития общества являются деятельность богоизбранных личностей, военная агрессия, невыгодное ресурсное и географическое положение [11].
  Деятельность богоизбранных личностей, как это следует из определения этой, по Тойнби, движущей силы развития сообществ, явственно указывает на ее руководителя, что, с одной стороны, выражает ее внешний характер, а с другой стороны, смыкает христианство с мусульманским фатализмом, лишая историческое развитие самодеятельности.
  Войны никак не могут быть изначальной причиной развития сообществ - они даже не второстепенные, а третьестепенные факторы, влияющие на цивилизационное развитие, поскольку, как правило, вызываются собственническими противоречиями между элитами различных государств.
  Невыгодное ресурсное и географическое положение, как это видно из реальных исторических примеров, способно не только содействовать (Япония), но и замедлять, развитие сообществ (Пакистан), а также вовсе не влиять на этот процесс (Болгария). Поэтому данные факторы невозможно квалифицировать в качестве первоначальных движущих сил общественного развития.
  П. Лавров (P. Lavrov) утверждал, что критическое сознание интеллигенции есть движущая сила социального развития.
  В этом отношении Петр Лавров отметил: "Философские идеи важны не как проявление процесса развития духа в его логической отвлеченности, а как логические формы сознания человеком более высокого или более низкого своего достоинства, более обширных или более тесных целей своего существования; они важны как форма протеста против настоящего во имя желания лучшего и справедливейшего общественного строя или как формы удовлетворения настоящим" [12, c. 19-28]; "Идеалы жизни человека осуществимы лишь в обществе; а - общество, как идеальная единица, находит свое реальное осуществление лишь в единстве личных целей. При всем разделении партий, при борьбе мнений, при борьбе интересов только тогда борьба разумна, полезна для общества и прогрессивна, когда спорящие стоят на единой почве и представляют лишь разные стороны человеческого нравственного идеала. Как только между спорящими нет ничего общего, как только человеческое достоинство потеряло свое руководящее значение в борьбе личностей и масс, только катастрофа, совершенно изменяющая общественные формы и личные отношения, может повести к прогрессивному развитию" [13, 506-507].
  Критическое сознание интеллигенции в определенных условиях может привести не к развитию, а к регрессу сообщества, к упадку всего государства.
  Существенный компромисс между властной элитой и неформальной оппозицией в лице интеллектуалов невозможен, поскольку властная элита никогда добровольно не пойдет на серьезные уступки и никогда добровольно не уступит власть.
  Однако, если в среднем уровень высшего сознания у ее представителей не слишком низок, а критика со стороны оппозиционных интеллектуалов действенна, вовлекая в протестное движение широкие массы населения, то властная элита может склониться к реформам, как это, например, происходило последние сто лет в Европе.
  В противном случае, вместо плавных реформ дело может кончиться полной сменой властной элиты со сменой государственного строя, и даже изменением экономических отношений, как это, например, произошло в России в 1917 году.
  Но Лавров ошибался относительно обязательного прогресса при подобной смене формаций. Подтверждением этому служит тот же опыт России, получившей после 1917 года эпоху войн, геноцида, жестокой диктатуры, и в конце концов развал государства.
  Тем не менее, Петр Лавров угадал внешнее выражение одной из сторон скрытых антагонистических сил, действующих в общественном сознании, а именно: доминирующего высшего сознания, выходящего на свой пик в оппозиционно настроенных, образованных и честных людях умственного труда, - оно противодействует главенствующему в управляющих структурах сообществ (властная элита) низшему сознанию, в которой люди умственного труда не отличаются честностью, чувством собственного достоинства, альтруизмом, благородством, а вынуждены в лучшем случае плыть по течению лицемерия, корысти, обмана и корпоративности.
  Что касается остального народонаселения, то оно является в основном почвой для представителей обоих интеллектуальных прослоек, из которой они сами произросли случайно, наследственно или благодаря тем или иным умениям, качествам, приподнявшим их выше среднего уровня, и которую они могут испакостить или облагородить, поскольку сам народ, как правило, пассивен из-за своей занятости монотонным трудом для выживаемости и прокормления или впадения в разряд люмпенов, которым всё безразлично; косных традиций; религиозных заблуждений; предрасположенности к негативному воздействию активной пропаганды информационных обманок, оболванивающих его; отсутствия должного уровня образования и воспитания, что не позволяет ему массово воспользоваться социальными лифтами и ставить перед собой высокие цели: подобная унылая и беспросветная жизнь отнюдь не способствует превращению всей массы людей в сообразительных, креативных, энергичных и коммуникабельных субъектов. Таковых из него выделяется всего лишь несколько процентов.
  Таким образом, безликая народная масса внешне обретает развитие в лице своих представителей во власти и в неформальной интеллектуальной оппозиции к власти. Неформалы-интеллектуалы, преследуя в основном цели, противоположные целям представителей властной элиты, вынуждены апеллировать к народу, доказывая свою правоту и антинародность элиты-угнетателя, которая в свою очередь должна оправдываться и клеймить позором гнилых фантазеров-неформалов, умеющих только говорить, а не управлять и властвовать.
  Тем самым народ волей-неволей вовлекается их энергией в поступательное движение, которое может быть и эволюционным при согласии элиты с оппозицией на те или иные компромиссы в интересах трудящихся масс, но может скачкообразно переходить в иное русло, если подобное согласие отсутствует, что в народном сознании отражается как несправедливость, трансформирующаяся в более или менее удачную попытку удаления правящей элиты от власти при наступлении подходящих условий.
  Тем не менее, народные массы, кроме того, что они есть база для развития, имеют свой собственный тренд, поскольку так же обладают самосознанием, хотя и более низкого уровня по сравнению с интеллектуалами. Поэтому, народные массы могут и самостоятельно, как это бывало неоднократно в Китае, а чаще - в союзе с неформальной интеллектуальной оппозиционной прослойкой, способствовать выходу сообщества из застойного состояния в полосу развития.
  Из представленных выше аргументов следует, что приведенные авторами-идеалистами факторы, которые они считают движущими силами развития общества, так же односторонни и ограничены: в них большей частью отсутствует дух противоречия, что указывает на то, что все они являются продуктом динамики человеческой деятельности или ее условиями, но никак не ее внутренней основой, то есть истинным скрытым источником, причиной или движущей силой развития общества.
  Краткий анализ факторов, являющихся, по мнению их авторов, движущими силами общественного развития, показывает их односторонность и внешний характер, то есть вторичность этих факторов по отношению к истинной движущей силе развития общества, которую мы постараемся выявить в последующих строках.
  2. Динамика локальных человеческих сообществ в отражении Л.Н. Гумилева.
  В этом же контексте стоит обратиться к жизненному циклу локальных человеческих сообществ.
  Этот цикл, именуя его этногенезом, то есть возникновением, развитием и угасанием отдельных объединенных сообществ, пытался с помощью введения нового понятия "пассионарность" проанализировать и объяснить Л.Н. Гумилёв.
  Официальная наука в лице таких ее представителей, как Янов А.Л., Клейн Л.С. и многих других отвергла пассионарную теорию этногенеза Гумилева вследствие ее несоответствия признанным критериям научных исследований, таким, например, как объективность и верифицируемость.
  С одной стороны, с этим трудно не согласиться, но, с другой стороны, не всё, что не соответствует критериям научных исследований является чистой фантазией, поскольку поле науки довольно ограничено, а за его пределами находится много интересного и несомненного в виде конкретных фактов и явлений, которые наука объяснить не может.
  Именно с этого запредельного поля познания мы подвергнем критике концепцию Гумилева Л.Н., но не только, а отметим как ее негативные, так и позитивные особенности, и попытаемся дать несколько иное объяснение жизненного цикла локальных человеческих сообществ в его основе, которые Гумилев Л.Н. именует этносами, а официальная наука - нациями или народами.
  Каждое локальное сообщество людей представляет собой временную, меняющуюся целостность, отличающуюся от соседних или более отдаленные сообществ, поскольку люди в них скреплены по-иному, то есть их связи, в частности, организационная иерархия, интересы, ценности, обычаи, история развития, основной язык общения, территория размещения, религиозные воззрения обязательно не сходятся хотя бы по нескольким указанным параметрам.
  Точного определения этим сообществам (этносам, народам, нациям), не отметив с очевидностью их сущность, дать невозможно - поэтому оно ни у кого и не получилось - до того момента, как станет понятной основа развития этих человеческих образований, а эта основа ни в одной из материалистических или идеалистических теорий не просматривается.
  Что же предлагает в этом отношении Л.Н. Гумилев?
  Его концепция, если быть кратким, сводится к следующему.
  1. Гумилев выдвинул следующий механизм возникновения, существования и исчезновения целостных сообществ, назвав их этносами: "... относительная длительность разных фаз этногенеза может быть весьма различной, фаза исторического становления непродолжительна; процесс идет весьма интенсивно. Фаза исторического существования у большинства этносов длиннее предыдущей, ибо именно в этом периоде складывается комплексное своеобразие этноса, заканчивается его экспансия и создаются условия для формирования суперэтнических культурных образований. Фаза исторического упадка может особенно сильно варьировать по своей протяженности, так как она зависит как от интенсивности внутренних процессов разложения этноса, так и от его исторической судьбы, определяемой степенью развития материального базиса, накопленного за предшествующий период, физико-географическими условиями ареала, и состоянием смежных этносов. Наконец, фаза исторических реликтов уже целиком зависит от историко-географических особенностей данной территории [14, c. 55].
  2. Динамика этногенеза объясняется Гумилевым присутствием в каждом человеке колебаниями некоей энергии, которая берется из биосферы Земли и преобразуется человеком в работу. Эту способность Гумилев назвал пассионарностью: "Обязательным условием возникновения и течения процесса этногенеза вплоть до затухания его, после чего этнос превращается в реликт, является его пассионарность, то есть способность к целенаправленным сверхнапряжениям. Объяснить ее мы пока можем, лишь приняв гипотезу, то есть суждение, обобщающее отмеченные факты, но не исключающее возможности появления других, более изящных объяснений: пассионарность - это органическая способность организма абсорбировать энергию внешней среды и выдавать ее в виде работы. У людей эта способность колеблется настолько сильно, что иногда ее импульсы ломают инстинкт самосохранения, как индивидуального, так и видового, вследствие чего некоторые люди, по нашей терминологии - пассионарии, совершают и не могут не совершать поступки, ведущие к изменению их окружения. Это изменение касается в равной степени окружающей среды и отношений внутри человеческих сообществ, то есть этносов. Следовательно, пассионарность имеет энергетическую природу, преломляющуюся через психические особенности, стимулирующие повышенную активность носителей этого признака, создающего и разрушающего ландшафты, народы и культуры" [15, c. 50].
  3. Толчок к повышению пассионарности Гумилев видит во внешнем факторе (всплесках космического излучения). То, что толчки имеют космическое происхождение, по-видимому проистекает из того, что Гумилев не мог земными причинами объяснить их линейную форму и огромную протяженность на поверхности Земли [16]. "Один и тот же толчок может создать несколько очагов повышенной пассионарности (и как следствие - несколько суперэтносов). Так, толчок VI задел Аравию, долину инда, Южный Тибет, Северный Китай и Среднюю Японию. И во всех этих странах возникли этносы-ровесники, причем каждый из них имел оригинальные стереотипы и культуры" [17, с. 14-17].
  Логика развития цивилизации, по Гумилеву, состоит в череде этносов, то есть в замещении погибших этносов появляющимися, причем срок жизни каждого этноса составляет 1200-1500 лет.
  Представленный Гумилевым механизм возникновения, существования и исчезновения целостных сообществ (этносов) - этногенез, как это сразу бросается в глаза, не имеет в себе прочной основы, это - скорее набор фактов, скрепленных довольно поверхностными соображениями автора.
  Но сначала посмотрим на критические замечания коллег-ученых в адрес концепции Гумилева, которые касаются основы этноса, жизненного цикла этноса, влияния на этот цикл внешних факторов, структуры жизненного цикла этноса.
  Л.С. Клейн указывает, что основу этноса, по Гумилеву, составляющую "геобиохимическую энергию живого вещества" невозможно соотнести ни с одним видом энергии, известным естествознанию [18, с. 228-246].
  Шнирельман В.А. и Панарин С.А. констатируют отсутствие ясного, отчетливого и непротиворечивого определения этноса [19, с. 5-37].
  М.И. Артамонов полагает, что Гумилев преуменьшает роль социальных, культурных, религиозных и прочих небиологических факторов в этногенезе, преувеличивая природный фактор и отождествляя этнос и популяцию [20, с. 75-77].
  Ю.К. Ефремов отмечает многочисленные ошибки Гумилева при его определении связи этногенеза с ландшафтами [21, с. 77-80].
  Л.С. Клейн не видит оснований для разбивки жизненного цикла этноса на четыре фазы и помещения этого цикла в интервал 1200-1500 лет [18, с. 237-238].
   А.Л. Янов считает, что Гумилев отождествляет события этнической и политической истории [22, с. 110-111].
  Л.С. Клейн полагает, что "пассионарии" Гумилева идентичны своего рода мутантам, приобретшим повышенную способность абсорбировать энергию биосферы, и соответственно стимулировать развитие этноса [18, с. 238]. С точки зрения психологии, "пассионарии" в представлении Гумилева - это люди, имеющие психотип с выраженным маниакальным тонусом.
  Л.С. Клейн, А.Л. Янов, Шнирельман В.А. и Панарин С.А. также скептически оценили воздействие всплесков космического излучения как толчка к повышению пассионарности [18, с. 238-239].
  Со своей стороны, к этим критическим замечаниям можно добавить следующее.
  Л.Н. Гумилев ищет основание своей концепции этногенеза во внешних факторах, таких как всплески космического излучения, ландшафты, историко-географические особенности данной территории, состояние смежных этносов и т.д., тогда как внешние факторы реально могут только проявлять, будучи противной стороной, действие на развитие как человека, так и его сообществ внутренних, скрытых сил, усиливая или ослабляя это действие, хотя, конечно, вне среды говорить о развитии чего-либо не приходится.
  Эти силы или силу Гумилев тоже не открыл. Единственное внутреннее свойство, которое Гумилев обнаруживает в человеке - это присутствием в нем колебаний некоей энергии непонятного происхождения и свойств, которая определяет отсутствие или наличие пассионарности: эта неведомая и неподдающаяся регистрации энергия непонятно как берется из биосферы Земли и преобразуется человеком в работу. При этом, факт получения дополнительной энергии проходит вне сознания человека. Выглядит данное умозаключение совершенно несерьезным. Поэтому получается: неизвестно что "ломает, - по мнению Гумилева, - инстинкт самосохранения".
  Ошибочным взглядом представляется и соображение Гумилева относительно фиксированного времени жизненного цикла (существования) этноса в интервале 1200-1500 лет. Дело даже не в том, сколько тысяч лет он может существовать - все в нашем мире конечно, - суть проблемы заключается совершенно в ином.
  Нельзя столь сложные и текучие формирования - целостные сообщества - рассматривать, по сути, аналогично жизни живого существа - с ее фиксированным циклом от рождения до периода расцвета, с последующим закатом: подъемов, спадов, стабильного существования в прерывистом развитии каждого сообщества может быть множество за тысячи лет, чему есть немало примеров, в отличие от довольно натянутых примеров, приведенных Гумилевым.
  В последнем разделе мы подробнее остановится на данной проблеме.
  Кажется, что вся эта критика полностью уничтожает концепцию Гумилева, сводя ее к дилетантской поделке на потребу полуобразованной публике.
  Тем не менее, Гумилев оказался единственной персоной из всего ученого сообщества, которая попыталась вполне оригинально разрешить проблему, до Гумилева никем не решенную, и заданные им вопросы поставили ученых и историков в тупик, так как сами они ничего нового, кроме упомянутых выше факторов, совершенно безосновательно считающимися ими движущими силами общественного развития, оказались неспособны предложить, хотя в рамках материалистического подхода к проблеме Гумилев был обречен на поражение, поскольку материалисты, опирающиеся на подходы естествознания к объяснению мировых процессов, вынуждены оперировать единственно явлениями природы, и это обстоятельство не позволяет им заняться теми явлениями, которые невозможно отнести к чисто природным, каковым, например, не может не быть человеческое сознание, источник происхождения которого наука до сих пор определить не в силах. Неспособна она разобраться и в сущности сознания, хотя, безусловно, именно сознание управляет человеческим телом, а не наоборот.
  Вопросы эти таковы.
  1. Гумилев, в отличие от упомянутых выше ученых, которые за движущие силы развития общества принимают вторичные или внешние факторы, способные на самом деле только влиять на ускорение или замедление процесса развития отдельных сообществ и цивилизации в целом, совершенно адекватно отметил необходимость присутствия в качестве движущей силы каждого разумного существа и сообществ этих существ некоего скрытого, внутреннего "движителя", назвав его пассионарностью, но свел это свойство к внутренней энергии непонятного типа, которую человек пополняет в том или ином объеме из резервуара биосферы Земли.
  Как бы то ни было, Гумилев прав в своей попытке обнаружить не какую-то внешнюю силу, а внутреннюю, исподволь создающую динамику как для человека, так и для любой объединенной общими интересами группы людей.
  2. Вполне справедливо также и утверждение Гумилева относительно того, что в каждом человеке действует некая внутренняя сущность и степень ее активности определяется ее наполненностью в человеке или уровнем. Именно эта наполненность заставляет человека впадать в пассивное состоянии или в активное, либо оба эти состояния уравновешиваются.
  3. Нельзя также не согласиться с Гумилевым в том, что каждое целостное человеческое сообщество развивается неравномерно, и эта неравномерность определяется прежде всего возникновением или спадом у активной части сообщества некоей внутренней сущности, которую он именует пассионарностью, ошибочно считая природу этой сущности энергетической.
  4. Что касается толчка, инициирующего бурное развитие сообщества (этноса), то, конечно, без внутренней готовности внешнее воздействие, например, какого-то не смертельного излучения, может остаться просто незамеченным, или же жизнь сообщества, вдруг взбаламутившись войной или землетрясением на какое-то время, снова войдет в прежнее русло, то есть сами по себе внешние воздействия или влияния способны в лучшем случае ускорять или замедлять движение сообщества вперед, возможное только при условии взаимодействия их с какой-то внутренней сущностью человека (его сообществ), но они не способны заменить эту сущность, что находит свое внешнее выражение, например, в отсутствии соответствующей реакции сообщества, если у этой сущности нет соответствующей готовности, точнее, наполненности.
  Так, например, все усилия Леонарда да Винчи внедрить свои изобретения, среди которых был даже вертолет, оказались незамеченным сообществом, в отличие от его картин.
  Нам остается только найти эту изначальную сущность человека, передающуюся его сообществам, в определенной степени влияющую на всё происходящее с ним, в том числе и на его развитие, и на развитие его сообществ.
  3. Движущая сила развития общества.
  Конечно, надуманная Гумилевым энергетическая пассионарность не имеет никакого отношения к причине развития человеческих сообществ потому, что все мы прекрасно знаем, что по жизни нас ведет ни что иное как наше собственное сознание, которое уж точно присутствует в каждом человеке, а не непонятная энергия-пассионарность или бессознательная воля Шопенгауэра.
  Проблема, правда, состоит в том, чтобы разобраться, что же сознание на самом деле такое, и каким образом оно меняется само и меняет всё мировое движение. Иначе говоря, надо понять, что в сознании является непосредственно движущей силой развития, а что изначальным источником развития, а, в общем случае, - изначальным источником активности живого существа.
  Отметим, прежде всего, что дать подобное определение далеко не просто, так как глубинные сущности, составляющие движущую силу развития человеческих сообществ на любом этапе, надевают на себя различные маски, которые принимаются за изначальные причины развития в силу ограниченности человеческого разума и вместе с тем - его самомнения.
  Однако посмотрим, что нам известно о сознании под собственным углом зрения.
  Сначала нам придется найти и определить движущую силу развития общества, поскольку источник развития является общим для человека и остальных живых существ и его следовало бы обозначить как источник активности, что, собственно, отличает живые существа от неживой материи.
  Идеалисты и материалисты совершенно четко отмечают основу бытия - материю и сознание, распределяя, тем не менее, их в иерархии бытия противоположным образом.
  Как бы то ни было, все живые существа отличаются от прочих объектов бытия присутствием в них сознания, которое, собственно, и делает их живыми. Это означает, что они, в отличие от неживых объектов, приобретают новые свойства, которые позволяют им копировать себя через размножение благодаря имеющемуся в них генетическому коду; смыкаться с окружающей средой посредством метаболизма; следуя мутациям, распределяться по различным типам живых организмов, и вместе с тем с большим или меньшим успехом видоизменяться в соответствии с переменами в окружающей среде, в частности, усложняться и т.д.
  Однако эти существа в виде флоры и фауны не имеют субъектности, проявляясь в окружающей среде лишь в виде не сознающих самих себя динамических составляющих среды, которые, хотя и действуют, придавая развитие этой среде, но действуют инстинктивно-рефлекторно., то есть их сознание ограничено потреблением ощущений, и оно не выходит за рамки окружающей среды, а само развитие оказывается очень медленным в сравнении с сознательными действиями. Поэтому такой изначальный тип сознания может квалифицироваться как низшее сознание, единственно присущее всем живым существам, кроме человека, обладающего неким дополнением к нему.
  Данное ограничение в единственности низшего сознания у любого представителя флоры или фауны снимается в человеке, чьё сознание приобретает существенное дополнение в виде осознания самого себя. Тем самым человек получает возможность стать субъектом действия: он понимает смысл своих действий, составляя проекты, корректируя их на ходу, то есть, оставаясь частью среды, он вместе с тем поднимается над ней, становясь отчасти ее хозяином и даже творцом как в различных рукотворных сооружениях, механизмах, процессах, так и творениях духа, что отражается в различных направлениях искусства и культуры.
  Подобные действия меняют существенно и с ускорением не только окружающую среду, но и содержание человека, повышая его образовательный и культурный уровень, то есть позволяя ему постепенно становиться в своем осознании себя всё выше. Поэтому такой дополнительный к низшему сознанию тип сознания может квалифицироваться как высшее сознание живых существ, или самосознание, которое присуще только людям.
  Таким образом, в человеческих существах имеется две составляющих сознания - низшее, именуемое часто бессознательным, или подсознанием, и высшее сознание, или самосознание. уровень которого может существенно отличаться в зависимости от степени развития человека или его сообществ - возьмите, например, человека каменного века и нынешнего нобелевского лауреата, - уровень самосознания и в том и другом случае существенно иной, однако самосознание присутствует и тут и там, не исчезая никуда, а вот низшее сознание, отвечающее в основном за функционирование организма (тела) для удержания его в живом состоянии и адекватным в отношении пребывания тела в окружающей среде, а также за его закрепление и распространение в ней, остается практически неизменным, то есть не зависит от времени.
  Обе эти составляющие (ипостаси) существуют и действуют в теле и через тело в неразрывной связи, причем высшее сознание существовать без низшего неспособно, так как последнее отвечает за сохранение живого существа в среде, без чего невозможно обойтись, а первое - прежде всего за осознанно-проектную деятельность существа как индивидуально, так и в человеческих сообществах, находящихся в определенной среде, и без него остальные природные существа вполне обходятся.
  Именно эти глубинные сущности в виде низшего сознания и высшего сознания, скрытые и переплетенные в каждом человеческом сознании, а, следовательно, и в общественном сознании, со всем их антагонизмом из-за необходимости решения ими различных задач, чаще всего противоречащих друг другу, реально определяют развитие человеческих сообществ на любом этапе.
  Для большей ясности приведем определение высшего и низшего сознания, а также укажем на особенности их взаимодействия.
  В каждом человеке соседствуют два непримиримых существа.
  Одно из этих существ определяется низшим сознанием, которое только одно присуще всей флоре и фауне, кроме человека; этот тип сознания проявляется в единении со средой на основе ощущений.
  Существа с этим типом сознания находятся в общем потоке жизни, но не способны над ним "приподняться", они не понимают, что живут. В этом отношении они напоминают заранее запрограммированные механизмы, способные ощущать, формируя собственную среду и приспосабливаясь к ней, но лишенные спонтанных или сознательных воспоминаний, фантазий, представлений о времени, они имеют лишь генетическую память при отсутствии устной или письменной памяти поколений, и не способны сознательно воздействовать на среду обитания.
  Эти существа даже не имеют понятия о том, что умрут, но могут лишь инстинктивно чувствовать приближение смерти. Подобное ограничение сознания для этих существ означает невозможность любого целенаправленного изменения среды даже для наиболее развитых их представителей - эти существа полностью подчинены ей, хотя, при этом, вполне разумно и эффективно взаимодействуют с окружающим с позиции поступающей от их органов чувств в обрабатывающие центры организма информации, которая для них не искажается размышлениями, реминисценциями и переживаниями, свойственными человеческому сознанию в целом.
  В этом отношении данные природные организмы являются более совершенными, чем люди, а незнание собственной сущности делает их вполне "счастливыми" в существовании, несмотря на то, что в общей природной циркуляции они только и делают, что пожирают друг друга.
  И такое "существо" непременно "сидит" в каждом человеке, и не может не определять его существование в той или иной мере, как бы ни пытался человек отдалиться от него.
  Другое "существо" в человеке представлено высшим сознанием, которое отделяет его от среды обитания и от соплеменников; оно проявляется в осознании им собственного существования, например, в виде отвлеченных представлений о мире и о себе, возврата в прошлое в виде воспоминаний, проектирования последующих действий на основе сознательно подобранных данных из памяти в сочетании их с вновь поступающей информацией, ответственности за совершенное, возможности принимать какие угодно решения, даже самые невыгодные и бесполезные, что на самом деле есть самое яркое проявление свободы сознания.
  На этой основе человек пытается ставить себе цели, решать всевозможные задачи и менять тем самым с помощью выработанных представлений-проектов окружающее. Например, это существо способно строить себе жилище не по стандарту, а так, как ему больше нравится, придумывая по ходу строительства новые способы подвоза материалов, меняя палитру стен и крыши, внося в меру своей сообразительности те или иные нововведения, в отличие, например, от неизменных стандартов муравейника.
  Новые проекты и идеи развивают ум человека, его проницательность, способствуют наиболее эффективному проявлению еще в течение жизни разнообразных способностей, приводят к мысли об украшении жизни, то есть культуре собственного бытия и бытия общественного.
  В человеке обе этих противоположных по отношению к себе и к окружающему ипостаси сознания слиты воедино. Поэтому они не проявляются отдельно, но действуют подспудно, а степень их доминирования зависит от степени развития в человеке высшего сознания. И сам человек часто не может предсказать, что в нем вдруг в следующий момент станет преобладающим - любовь или ненависть, злоба или сочувствие, искренность или лицемерие, робость или мужество, рассудительность или безрассудство.
  Низшее сознание "питается" только ощущениями, которые дают ему всё, в том числе и гармонию существования, то есть нечто приемлемое и даже приятное в нашем понимании в определенном сочетании ощущений, если, конечно, отвлечься от борьбы каждого существа за выживание. Поэтому оно ни в коем случае не желает лишаться ощущений.
  Подобное тип сознания обладает естественным эгоцентризмом, автоматически стремясь выжить, невзирая ни на что.
  В процессе развития живых существ этот тип сознания претерпевает сравнительно незначительные изменения, поскольку не способен изъять свое основное свойство - безотчетное стремление к выживанию, основанное на изначальной активности любого живого.
  Высшее сознание, содержащееся в человеке на любом уровне его развития, является коренной противоположностью низшему сознанию.
  При наличии высшего сознание в живом существе, это существо как бы прозревает, становясь не столько "влитым" в среду, сколько отделенным от нее, и, стало быть, оно обретает возможность посмотреть на нее и на себя со стороны, оценить это соотношение в попытках осознанно ставить себе цели в виду тех или иных недостатков в собственном существовании, которые, по мнению этого существа, можно было бы преодолеть, и добиваться осуществления поставленных целей в действиях.
  Всё это явно выпадает из инстинктивно-рефлекторной сферы действия низшего сознания, и даже начинает противоречить ей, поскольку высшее сознание часто пренебрегает утилитарными соображениями, гоняясь за чем-то недостижимым, но любезным сердцу и уму.
  Отделенное в самосознании от среды существо, с течением времени в своем развитии во взаимоотношениях с себе подобными начинает испытывать потребность в новых формах, отличающихся от первобытнообщинных отношений еще диких людей, полностью поглощенных борьбой за выживание. Во взаимном общении это существо достигает такого предела, при котором его разнообразные осознанные стремления начинают выливаться в существенные изменения окружающей среды, а не просто в ее использование.
  От собирательства человек переходит к скотоводству, выращиванию злаков, прочим формам хозяйствования и соответствующего обмена продуктами труда. Возникает неравенство, собственность, борьба за сохранение и приумножение собственности, за власть и т. п., что требует в свою очередь образования неких институтов порядка во избежание хаоса - появляются локальные государства в лоне растущей и совершенствующейся цивилизации.
  Новые формы, институты, с одной стороны, обеспечивают ускоренное развитие сообществ уже в структурированном виде, то есть как государств с органами управления, безопасности, судами и т. д., а с другой стороны, не дают государствам развалиться в силу раздирающих последние противоречий.
  Несмотря на определенный прогресс в развитии человеческих сообществ в соответствии с развитием самосознания, сущность человеческого сознания, выражающаяся в дуализме, точнее, в разнонаправленных жизнеустремлениях низшего и высшего сознаний (форм сознания), никуда не девается, и не может существенно модифицироваться.
  Обе эти стороны сознания непрерывно конфликтуют как внутри человека, так и в межличностных отношениях: недовольство собой, видимая неспособность быстро измениться, ощущаемая ограниченность интеллекта, способностей и т. д.; зависть и ненависть к конкурентам моментально разнесли бы в клочья любое человеческое сообщество, если бы не государство с его институтами.
  Тем не менее, каждый человек проявляет и свойства высшего сознания, которые выражаются не только в интеллектуально-производственной сфере, но и в любознательности, различных религиозных и культурных формах, а также в приязненных отношениях, как-то: дружба, любовь, переживания за близких, за отечество и т. п.
  Если отношения между людьми на основе самосознания медленно, но неуклонно развиваются, то низшее сознание в человеке остается неизменным.
  Поэтому идеальные люди не появляются, а низшее сознание, несмотря на всю замаскированность его проявлений, действует на любой стадии развития человеческого сознания, выражаясь в неискоренимом эгоизме (эгоцентризм) - личном и корпоративном; лицемерии (маскировка); подозрительности (осторожность); презрении к людям иного круга (недоверие к иным сообществам); животных инстинктах в отношении противоположного пола и т. п.
  Таким образом, высшее сознание в ходе своего роста всё эффективнее начинает противопоставлять себя низшему сознанию - борьба между ними и отличает человека от животных, проявляясь на ранних стадиях развития еле заметно, а потом всё сильнее и сильнее.
  Иначе говоря, рост самосознания, или повышение уровня высшего сознания в борьбе с низшим сознанием постепенно, но с ускорением расширяет человеческую сферу деятельности, обеспечивая перманентное развитие как отдельных персон в их поколениях, так и развитие их сообществ.
  С ростом самосознания и, тем самым, увеличения самодостаточности цивилизации все более нивелируется действие большинства отмеченных выше природных факторов, из чего следует, что они действительно проявляются в качестве необходимых внешних, но никак не фундаментальных для человеческого сознания.
  Следовательно, интенсивное развитие сообществ живых существ, - до этого бывшее едва заметным, и основной вклад в которое вносили мутации (случайные изменения в геноме), - начинается только с появлением в них самосознания, и соответственно - его взаимодействием с низшим (животным) сознанием, которое никуда не исчезает из этих живых существ. Данное взаимодействие выражается практически в непрестанной борьбе этих слитых вместе ипостасей сознания, поскольку они большей частью имеют противоположные устремления, о чем было подробно сказано выше, то есть их взаимодействие преимущественно выражается во враждебности (антагонизме).
  В качестве примера можно привести проявление антагонизма низшего и высшего сознания отнюдь не в классовой борьбе угнетенных масс и кровопийцев-угнетателей, - и в тех и других преобладает низшее сознание, стимулируя тем самым преимущественно борьбу за выживание, но не за развитие сообщества, - а неформальной интеллектуальной оппозиции и властной элиты, которые большей частью представляют противоборство высшего и низшего сознания.
  Безликая народная масса внешне обретает развитие в борьбе своих представителей во власти и в неформальной интеллектуальной оппозиции к власти. Неформалы-интеллектуалы, преследуя в основном цели, противоположные целям представителей властной элиты, вынуждены апеллировать к народу, доказывая свою правоту и антинародность элиты-угнетателя, которая в свою очередь должна оправдываться и клеймить позором гнилых фантазеров-неформалов, умеющих только говорить, а не управлять и властвовать.
  Тем самым народ волей-неволей вовлекается их энергией в поступательное движение, которое может быть и эволюционным при согласии элиты с оппозицией на те или иные компромиссы в интересах трудящихся масс, но может скачкообразно переходить в иное русло (перелом), если подобное согласие отсутствует, что в народном сознании отражается как несправедливость, трансформирующаяся в более или менее удачную попытку удаления правящей элиты от власти при наступлении подходящих условий.
  Иначе говоря, неформально оппозиционная часть интеллектуалов, к которым можно отнести разнообразных образованных выходцев из народа в том или ином поколении, - активных, честных, искренне желающих блага народу, то есть с доминантой высшего сознания, - никогда, вопреки мнению А. Тойнби, не примыкали и не примкнут к лицемерной и корыстолюбивой управляющей элите государства. Совершить подобное им не позволит уже достигнутый уровень высшего сознания, ставящий материальные блага на последнее место в ряду ценностей жизни. Поэтому они всегда будут разоблачать нечистоплотных, лицемерных и вороватых власть имущих, бороться за права и гражданские свободы трудящихся, как можно более широко привлекая их к этой борьбе.
  Для представителей власти доминантой неизбежно является низшее сознание, то есть в их сознании ощущается явный недостаток осознания себя как самоценных личностей, а не как потребителей. Власть и мало чем ограниченный доступ к привилегиям и собственности принижает их настолько, что они видят в народных массах лишь источник благ для себя и поле для проявления собственных низменных инстинктов. Однако, опасаясь гнева народа и противодействия неформальной оппозиции, они вынуждены оказывать сопротивление анархии, удерживая, в частности, с помощью реформ тот порядок, который обеспечивает функционирование и развитие общества, но, естественно, не из благородных побуждений, а всего лишь из чувства самосохранения.
  Перекос в этом противостоянии ведет либо к застою в развитии сообщества, либо - к дезорганизации системы управления и наступлению хаоса с непредсказуемыми последствиями.
  4. Первоисточник активности.
  4.1. Сущность активности человека.
  Л.Н. Гумилев, в отличие от всех остальных ученых мужей, отметил вполне адекватно необходимость присутствия в качестве основы движущей силы каждого живого существа и сообществ этих существ, в том числе и разумных существ, некоего скрытого, внутреннего "движителя", назвав его пассионарностью, но свел это свойство к внутренней энергии, неосознанно проявляющейся в человеке, заставляя совершать его поступки, непонятные для него самого.
  Подобный подход не только приравнивает живых существ к неживым объектам, каждый из которых обладает энергией, не имея жизненных сил, но и отказывает человеку в самодеятельности, раз им исподволь движет сторонняя сила, не входящая в его сознание.
  Такая сущность, или коренная особенность, действительно необходима, потому что она отличает движение живых существ от движения прочих объектов, не имеющих жизни, собственной активностью. Эта сущность превращает движение в развитие (усложнение, совершенствование, которое для человека является осознанным) собственными силами.
  Активность живых существ, в том числе и человека, в отличие от остальных объектов бытия, подчиняющихся только естественным законам: законам сохранения, закону неубывающей энтропии. законам Ньютона и т.д., должна быть в сознании - единственном отличии живых существ от прочих объектов бытия. В противном случае, активность живых существ ничем бы не отличалась от круговращения остальных объектов бытия, но мы этого не наблюдаем.
  Эта сущность, свойство, особенность заставляет человека, и вообще, всё живое не стоять на месте - развиваться, при этом она чутко реагирует на обстоятельства жизни и окружающую среду, проявляясь для человека в чувствах, мыслях и действии двояко: с одной стороны, заставляя его в любом случае не терять активности, с другой стороны, резко повышая или понижая свой уровень при определенном стечении обстоятельств, как естественных, так и рукотворных.
  Если нам удастся определить эту сущность, то колебания ее наполненности должны так или иначе воздействовать на активность человека, его сообществ, а также вообще - на активность любых живых существ, делая их или активно функционирующими, или впадающими, как медведь зимой, в спячку, то есть пассивными.
  Вся человеческая жизнь, всё бытие, всё мироздание есть вечное проявление активного, или живого среди пассивного, то есть неживых объектов [23, гл. 1.2].
  Активное отличается от пассивного - именно внутренним стремлением к изменениям себя в человеке во внешней среде, неспособностью благополучно и постоянно устроиться среди вещей, порядком которых активное (сознание) не может быть удовлетворено потому, что оно само устроило этот порядок без полной уверенности в правильности этого порядка. Сознание в человеке тут же обнаруживает в нем недостатки, которые приводят к осознанию человеческим умом его собственных недоработок и, соответственно, собственной определенной несостоятельности.
  Подобное состояние активности, или состояние сознательного разрушения и созидания, есть источник свободы, проявляющийся во всех действиях каждого человека в его отношениях с внешним миром, вещами и соплеменниками, что означает его развитие. И возможно это состояние только при осознании живым существом самого себя, то есть в случае возникновения у него самосознания. Самосознание, являющееся изначально активным, то есть неуспокоенным и недовольным собой и, следовательно, любым порядком и любыми отношениями, которых без него нет вообще, или которые на самом деле полностью зависят от него, так как внешние обстоятельства человек (его сознание), кроме глобальных, производит сам, сам и освобождается от них.
  В человеке эта активность самосознания выражается в его непреходящем стремлении выстроить идеальный порядок и устроить гармонию между людьми, чего он, естественно, никогда не достигает среди неустойчивых вещей и несовершенных людей, зато в этом стремлении он достигает главного - развития собственного сознания, что и является его истинным предназначением.
  Сущность свободы, или стремления к разрушению и созиданию всего доступного для человека, осознается только в представлениях того же человека, который есть не что иное как сочетание низшего и высшего сознания в форме органических соединений тела. Поэтому все действия человека выражаются в переплетении инстинктивного и осознанного.
  Зачаток свободы в виде неосознанного стремления любого живого существа к разрушению негодного или неудобного для него и возведения более подходящего свойственен всему живому. Иначе говоря, это зачаточное (неосознанное) внутреннее состояние сознания живого существа обусловлено непреходящей собственной активностью, без которого его просто нельзя было бы считать живым, а проявляется эта неосознанная активность в перманентной неудовлетворенности собой среди вещей и других живых существ в динамике.
  Для любого вида сознания в живом существе свобода есть внутреннее состояние сознания, обусловленное непреходящей собственной активностью в сопротивляющейся среде, а сама активность проявляется в перманентной неудовлетворенности собой, влекущей созидание и разрушение окружающего, в процессе которого происходит как изменение активности, так и изменение самого носителя активности.
  Пространство подобной неудовлетворенности расширяется в человеке осознанием этого чувства (свойства, сущности, особенности), трансформируясь уже в его осознанную деятельность, опять же сводящуюся к процессам разрушения и созидания во всем, что окружает его.
  Эта неудовлетворенность, которая присуща теперь человеческому сознанию в его самосознании, но которая никуда не уходит и из его низшего сознания, а отнюдь не воля, как полагал Шопенгауэр, и не пассионарность, как считал Гумилев, ведет любое живое существо вперед, отражаясь в осознанных и неосознанных действиях по преодолению непрестанного сопротивления среды.
  Низшим сознанием человека свобода, или действие неудовлетворенности проявляется инстинктивно, то есть без явной цели - методом проб и ошибок, в его стремлении к выживанию, размножению, удобству и безопасности. Тем не менее, в основе любых устремлений и решений низшего сознания в живом существе заложена неудовлетворенность сознания, поскольку живое, или активное существо стремится прочь от того, что у него есть, туда, где, как оно предполагает ощущениями, лучше, чем сей момент, то есть приятнее и выгоднее: сытнее, теплее, безопаснее и т.п. Но, как известно, полагаться на ощущения можно не всегда, что, например, доказывают регулярные полеты саранчи в пустыню или миграция рыбных косяков прямо в пасть хищникам на собственную гибель.
  Высшим сознанием (самосознанием) свобода, или действие неудовлетворенности проявляется как стремление к намеченной цели. Этот тип сознания уже способен квалифицировать, то есть понимать по крайней мере видимые ограничения для его стремлений к намеченным целям как неволю, а освобождение от этих ограничений как свободу "от", именуя поэтому ее независимостью, которая может быть достигнута настойчивостью в определенном направлении. Кроме того, человек приобретает способность выбирать из некоторой совокупности то, что более соответствует его интересам как в данный момент, а также на будущее. Иначе говоря, благодаря чувству неудовлетворенности в самосознании человека, он обретает способность регулировать и планировать свою жизнь так, как ему хочется, но с учетом окружения, и, оценивая заранее последствия запланированных поступков, то есть понимая, что за них придется отвечать как перед собой самим, так и перед собственным окружением.
  Однако, это существенное добавление в сознании живого существа (самосознание), которое позволяет ему осознавать себя и, как кажется, поступать разумно и ответственно, ничуть не убавляет действия низшего (животного) сознания, которое в любой момент может начать блокировать какие угодно стремления высшего сознания, если только ему покажется, что они противоречат выживанию человека или даже, если они могут ухудшить качество его жизни, или, напротив, когда низшее сознание человека накопит собственную неудовлетворенность наличными обстоятельствами до такого предела (мало еды, надоел холод и вредные соседи), при котором человек или всё сообщество бросится туда, где мелькнул горизонт лучшего, по мнению низшего сознания, которое не умеет рассчитывать, но способно, при его достаточной наполненности, отодвинуть в сторону высшее сознание со всеми его аргументами, и заставить сообщество мигрировать в непригодную местность на погибель или вывести весь народ на безнадежную войну с соседями за лучшую долю, в которой он целиком погибнет.
  Тем не менее, человек, который представляет собой слитое воедино низшее и высшее сознание в форме тела, есть вещественное проявление действия свободы как в инстинктивных, так и сознательных стремлениях. Внутренняя противоречивость этих стремлений и вместе с тем их слитность в основе не позволяет однозначно распределить действия человека на чисто сознательные и чисто неосознанные. Поэтому четко предсказать действия любого человека или предопределить их невозможно, и в этом он так же свободен.
  Тем самым свободные проявления человека, то есть его продвижение вперед происходят посредством как инстинктивных, так и осознанных действий, в основе которых, находится неизбывная неудовлетворенность собой и своим окружением. Другое дело, в каком состоянии находится это фундаментальное свойство активности, то есть его наполненность как в сфере низшего сознания, так в границах высшего сознания.
  Переполнение человека неудовлетворенностью, в частности, занимаемым им местом в обществе, например, в форме неудовлетворенного стремления к власти, что входит в сферу низшего сознания, ведет его к забвению всех моральных норм и сокрушению любыми средствами своих противников, стремящихся во власть.
  Переполнение человека неудовлетворенностью местом в жизни с позиции возможно наиболее эффективной защиты собственного достоинства, достоинства своего отечества от неправедного посягательства врагов, остававшееся втуне в обыденной жизни, а это сфера самосознания, заставляет скромного бухгалтера проявлять чудеса героизма на войне, где это свойство сознания позволяет ему, в отличие от обыденной жизни, развернуться так, как и не снилось профессиональным военным.
  Подпитывают эту неудовлетворенность сознания, обуславливающее стремление к новому, непрекращающиеся, меняющиеся информационные потоки, пронизывающие всё существо человека, которые он может интерпретировать, обладая самосознанием, по-разному, в меру своего понимания. Тем самым каждый человек неизбежно совершает все время колебания от привычки, или устоявшегося образа жизни, к разрушению создавшегося немалыми трудами порядка, освобождению от него. Установив одно и приобщившись к нему, он рано или поздно начинает тяготиться им и решается изменить его, как бы ни сопротивлялась этому его внешняя консервативная натура.
  В результате появления нового возникают дополнительные связи, расширяется познавательное окружение, что означает непрерывное прирастание информационных потоков, к которым опять же вынужден применяться каждый человек.
  В основе этого прирастания информации, а значит, и развития, находится неизбывная неудовлетворенность сознания максимальной наполненности.
  Так протекает, хочет человек этого или нет, изменение его собственного сознания вместе с изменением бытия, что на самом деле и требуется для самого сознания.
  4.2. Проявление неудовлетворенности сознания в человеке.
  Надо также отметить, что вполне справедливо утверждение Гумилева относительно того, что в каждом человеке действует некая внутренняя сущность и степень ее активности определяется ее наполненностью в человеке или ее уровнем. Именно эта наполненность заставляет человека впадать в пассивное состоянии или в активное, либо оба эти состояния уравновешиваются.
  Если в каждом человеке действует некая внутренняя сущность, или свойство, придающее активность сознанию, которую мы квалифицировали выше как неудовлетворенность сознания, то степень активности неудовлетворенности сознания, или коренного свойства сознания, так же должна определяться ее наполненностью в человеке, или уровнем.
  Для того чтобы внести большую ясность в механизм действия неудовлетворенности в сознании человека в зависимости от ее уровня, или наполненности, нужны конкретные примеры.
  В частности, примером массового проявления неудовлетворенности сознания максимальной наполненности являются экстремальные исторические события, то есть события переломного характера.
  Поэтому имеет смысл задать вопрос: когда массово и внезапно "выплывают из ничтожества" лидеры-активисты-вожди массовых движений, подобные Ленину, Троцкому, Сталину, в чем секрет их обаяния и торжества в одной ситуации и состояние изгоев в других обстоятельствах?
  Надо полагать, способствует такому "выплыванию" совпадение, или своего рода резонанс накопившейся со временем неудовлетворенности у наиболее продвинутой (интеллектуальной) части сообщества в его коллективном самосознании с неудовлетворенностью в своем самосознании отдельных личностей своим бытием в сопоставлении со своими реальными или выдуманными способностями, соображениями и достижениями в собственном развитии.
  Эта неудовлетворенность может быть осознанной в той или иной степени, то есть совокупной неудовлетворенностью низшего и высшего типов сознания, отвечающих соответственно за недовольство занимаемым положением (недостаток власти, денег, комфорта и т.п.) и за недовольство состоянием дел в обществе в отношении приведения его к более совершенному порядку, а жизни людей - к большей гармонии.
  Эта, наиболее активная часть населения, в основном интеллектуалы, может впасть в крайнее раздражение и недовольство наличным состоянием дел в обществе и государстве при его длительном упадке, при этом она считает свое положение недостаточным, а свои идеи в отношении управления государством и развития общества более адекватными по сравнению с устаревшими, на ее взгляд, воззрениями и правилами, установленными правящей элитой.
  Таково было в значительной степени вольтерьянское общество Франции перед революцией 1789 года со значительной долей богатых буржуа, отстраненных дворянством от власти, противодействующее в идеях энциклопедистов разложившейся и безыдейной элите у власти.
  Новыми лидерами всех недовольных, а потом и вождями революции стали: далекий от королевского двора, но необыкновенно амбициозный, экспансивный, широко образованный и уродливый внешне граф Оноре Мирабо, посидевший три года тюрьме, желающей более всего денег, известности, высокого положения в обществе, то есть его неудовлетворенность исходила от низшего сознания; затем заштатный адвокат и сторонник реформ Максимилиан Робеспьер, искренне считавший себя истинным и неподкупным защитником народа, рвавшийся его представлять и вместе с тем отстаивать его интересы, то есть его неудовлетворенность исходила от высшего сознания; а после них "чистильщиком", неудовлетворенным революционными "достижениями" в лице проворовавшейся Директории стал Наполеон, основным стремлением которого была власть, - желательно над всем миром, то есть его неудовлетворенность в основном исходила от низшего сознания, и, тем не менее, частично, неудовлетворенность архаичными устоями государства, исходящая от его высшего сознания, привела к установлению после прихода Наполеона к власти на появившейся в результате революции обновленной базе иного порядка в жизни народов в соответствии с имеющимися у него идеями (кодекс Наполеона), ставшими в дальнейшем основой буржуазного строя, формально предоставивший всем сословиям равенство в законах и свободу в действиях.
  Кем бы эти лидеры были без возникновения революционной волны? - не более чем вечно недовольными клерками, служаками, авантюристами или бандитами.
  Аналогичными этим деятелям французской революции были Ленин, Троцкий, Сталин.
  Иначе говоря, широкое проявление общественного недовольства тут же вызывает на подиум конкурирующих между собой малоизвестных ранее "деятелей", так же неудовлетворенных ситуацией в сообществе, начинающих "вершить" историю в том числе и потому, что, появившись из масс, и зная их чаяния, они "бросают" в толпу те лозунги, которые толпа ждет. Эти лозунги и призывы чаще всего заведомо невыполнимы, но они дают им возможность или захватить власть, или повести народ на войну, или затеять поход к "святым местам", или просто насладиться властью над массами, а потом, как Мирабо, продать революцию, прихватив взятку от власти.
  Кроме подобного "резонансного" проявления неудовлетворенности в сознании отдельных личностей, стремящихся воспользоваться ситуацией для собственной реализации, в обществе имеются индивиды, всегда переполненные глубинным чувством неудовлетворенности по отношению к окружающей их среде, которое приходит к ним от низшего сознания в его стремлении к созданию больших удобств для существования. Однако это чувство сочетается с их высшим сознанием, неудовлетворенность которого недостаточным общественным комфортом, развитием науки и искусства, достигая высокой степени, требует распространить достижения цивилизации и культуры на всех.
  Но доминирует при этом низшее сознание, поскольку активность этих индивидов проявляется большей частью инстинктивно, без особых размышлений, с минимумом разумности, давая, тем не менее, наиболее креативные персоны из всех живущих.
  Эта категория любого сообщества - своего рода "безрассудные" - предпочитает нестандартные жизненные ситуации в силу неприятия ею одних формально-логических подходов к жизни - такая жизнь для них скучна и бессмысленна, как работа на конвейере по закручиванию гаек.
  Они не любят рассуждения, логические построения, стараются избегать аналитико-синтетической работы, ненавидят действия по прагматичным выкладкам; при этом, они, как правило, отнюдь не трудоголики.
  Поэтому безрассудным легче применять целевые программы самосознания в сочетании с программами низшего сознания, если, конечно, им удается сочетать столь противоречивые формы сознания, для быстрого и решительного изменения ситуации в пользу своей задумки.
  Иначе говоря, они предпочитают не длительные размышления, не систематизацию фактов и явлений, то есть не рассудочные действия, а действия спонтанные, или действия, при которых поставленная цель может быть достигнута одномоментно как бы по наитию, хотя, конечно, им приходится предварительно потрудиться в приобретении ремесленных навыков и набирания опыта.
  Именно такого рода люди, как бы бессознательно стремясь к изменениям всего и вся любыми способами, делают открытия, создают шедевры поэзии, живописи, изобретательства, становятся выдающимися полководцами. То есть их деятельность замыкается в основном на креатив, который привлекает их отнюдь не с позиции потребления каких-то благ - им интересен сам процесс.
  Именно таких людей описывал в своих увлекательных романах Жюль Верн. О них рассказывают все научно-фантастические произведения, романы о путешественниках, художниках и т. д.
  Увы, массово результаты их деятельности весьма посредственны как в отношении качества, произведенного ими, так и в отношении приобретения потребительских ценностей (они не любят копить барахло) вследствие недостатка опыта и лени, а часто - бестолковости и невежественности; но поражения их особенно не тревожат. Им приятно пользоваться своим талантом или умением, часто весьма посредственным (графоманы) для получения результата без особого напряжения интеллекта.
  И они снова принимаются за старое, подобно карточному игроку, который никак не может отойти от ломберного стола.
  Тем не менее, именно среди них находятся создатели нового как в области технологий, так и культуры.
  Тем самым эти, можно сказать, творцы пытаются прежде всего создавать иные ценности, а не блюсти собственное благополучие, если, конечно, интуиция, которой они часто пытаются пользоваться, их не подводит [24, гл. 2.7].
  Следует всё же заметить, что при доминировании низшего сознания понижение уровня самосознания, переходящего некоторый предел, превращает полезных для развития общества креативщиков в авантюристов и мошенников, которые начинают использовать свои нестандартные и эффективные подходы к решению различных проблем или для собственного развлечения, или с корыстными намерениями.
  Особенно ярко описали этих проходимцев американский писатель О. Генри и И. Ильф, Е. Петров.
  Между бескорыстными изобретателями, художниками, путешественниками и корыстными мошенниками находится категория бизнесменов, не павших в своем самосознании до уровня политиков и прочих обманщиков, представляющих в основном властную элиту, любыми способами цепляющуюся за добытое. Нет, бизнесмены многое умеют, творчески подходя к хозяйственной деятельности, но отнюдь не забывая себя, а их бескорыстие сводится, как правило, к благотворительности для уменьшения налоговых потерь. Именно сравнительно невысокий уровень самосознания, например, в сопоставлении с изобретателями, в кризисных ситуациях превращает их в тех же мошенников. Правда, от этого они всячески открещиваются, но в большинстве своем выбирают себя родимого, а не общественное благо.
  К колеблющимся в отношении нравственности бизнесменам примыкают столь же неустойчивые в этом отношении креативщики-управленцы, которые умеют строить неплохие модели действенного управления в хозяйстве, науке и даже в политике, но которые находятся на содержании властной элиты, служат ей, и поэтому вряд ли могут быть образцом для подражания в этическом отношении, тем более что окончательные решения принимают отнюдь не они, а те же властные элиты, внутри которых всегда идет борьба за большие властные полномочия, а сами решения вызываются, как правило, не интересами страны, народа, а жаждой собственного сохранения и обогащения.
  С другой стороны, повышенный уровень самосознания при доминировании низшего сознания, дает обществу довольно редкую когорту мыслителей, философов, реформаторов и просто мудрых людей.
  Эти представители индивидов с повышенным уровнем самосознания при доминировании низшего сознания являются противоположностью авантюристам, то есть обе эти категории являются крайним выражением креативщиков.
  Для них важен не столько рассудок, интеллект (они могут быть умными или не очень) именно потому, что они практически не имеют большой надобности пользоваться собственным интеллектом, так как умудряются не попадать в критические ситуации (поэтому их и обозначают мудрецами), отмечая эти "скользкие" ситуации для себя заранее вследствие того, что почти всегда, как и шаманы, могут, так или иначе, объединять для получения верных решений и произведения адекватных действия в унисон свое высшее и низшее сознание. Этим свойством обладают и, так называемые, святые старцы, которые, в отличие от шаманов и просто мудрых людей, используют аналог транса в виде молитв.
  Подавляющее большинство людей, известных своей мудростью, не отличались молодостью. По-видимому, это означает, что верные решения не даются так просто - для подхода к ним требуются знания и умения, которые не приобретаются одномоментно. Поэтому базой для адекватного результата в озарении не может не быть предварительное осознанное накопление знаний и умений, проверенных на практике, то есть опыт.
  Вместе с тем мудрость часто ассоциировалась с непонятным (мудрёное, премудрое). Действительно, получение в озарении верного решения проблемы и сами мудрецы не могли никак объяснить, так же как шаманы, или святые старцы, и так же, как современная наука.
  Но советы мудрецов в кризисы, если они их и дают, редко влияют на имеющееся окружение, поскольку разумность не сочетается в нем с необъяснимыми прозрениями, а места у кормила власти занимают именно разумные, стремящиеся сохранять надежное старое (потребительское общество), а не стремиться к новому, которое непонятно как еще себя "поведет".
  Поэтому советы мудрецов они могут выслушать, но не способны их воспринять своим формалистическим, консервативным рассудком, в котором всё заранее расписано, известно и понятно, вследствие чего, например, разумные всегда (и напрасно) смеются над мудрецами, сулящими приход бед (эффект Кассандры).
  Поэтому разумные постоянно попадают в дурацкие ситуации, а самыми выдающимися (сообразительными) из них считаются те умники, которые способны с наименьшими потерями выбраться из неприятных ситуаций, которые они сами, как правило, и создают.
  Именно этих разумных славят историки, хотя весь ум Наполеона не помешал ему совершить глупейший поход в Россию, гениальному, как считается, Черчиллю его рассудок "помог" развалить после последней мировой войны Британскую империю, коллективный разум политбюро СССР решился на безнадежную войну в Афганистане и т. п.
  Кстати, современная наука в лице своих футурологов-умников безапелляционно заявляет в рамках стандартной логики экстраполяции сущую глупость, с которой, в общем-то, никто не спорит, о том, что человеческая цивилизация будет развиваться бесконечно, захватывая все новые миры и даже галактики. Эти футурологи не подозревают или не хотят думать о том, что вещественное конечное не способно быть непрерывной бесконечностью в принципиально неизменном качестве: рано или поздно любое образование непременно теряет свою форму, то есть рассыпается в прах или приобретает иную форму.
  В отличие от этих умных и разумных, истинные мудрецы способны оптимально сочетать по необходимости целевые программы самосознания, опыт, знания и умения с автоматическими программами жизнеобеспечения собственного низшего сознания.
  Они стараются примирить в критические (нужные) моменты программы собственного низшего сознания с целевыми программами высшего сознания, гармонизируя их работу в рамках собственного опыта, знаний и умений. Тем самым они ставят себя всегда в наиболее выгодное положение предвидением направления развития событий.
  Поэтому, на всю череду происшествий они смотрят как бы сверху, без особых размышлений, а развитие событий для них очевидно, хотя истинный механизм этого движения и его причины могут оставаться для них непонятными.
  В результате, они редко попадают впросак, заранее предвидя ловушки и соблазны, да и потребительские ценности мира для них не интересны и поэтому времени не отнимают.
  Они большей частью наблюдают и сожалеют, поскольку понимают, что умников у власти им не переубедить.
  Тем не менее, мудрецы живут не на отдельном острове, и им приходится, так же как и всем остальным, страдать от произвола и предвзятости разумных, за деревьями (пользы) не видящих леса (перспектив), но, как правило, стоящих у власти в силу своей прагматичности и неразборчивости в средствах.
  Таким образом, истинные мудрецы выполняют роль наблюдателей в бытии, являя крайнюю степень пассивности активного своей сознательной бездеятельностью. Тем самым они выказывают ограниченность даже самого продвинутого индивидуального сознания, полагающего, что мир есть нечто неуправляемое или же, напротив, считая мир управляемым неведомыми силами с целями, недоступными для понимания человеком.
  Наиболее ярким представителем этой когорты мыслителей был, пожалуй, Лев Толстой.
  Оттеснение самосознанием низшего сознания на задний план, дающее простор неудовлетворенности высшего сознания, характеризует имеющуюся во всяком обществе прослойку неформалов-интеллектуалов, которые, в отличие от мудрецов, уверены в торжестве разума, науки, справедливости, равенства, результатом чего, по их мнению, непременно будет всеобщая гармония в обществе и возникнет гармоничный человек, в частности.
  Именно они безоглядно борются за народное счастье, не подозревая, каким народ видит это "счастье.
  Тем не менее, практически, только они конструктивно критикуют властную элиту, не претендуя на вхождение во власть, которую они люто ненавидят за неправедные действия в отношении народных масс, плохое управление государством, коррупцию, глупость и бездарность.
  В основном, к неформалам-интеллектуалам относится левая образованная элита, понимающая несуразность происходящего, и вместе с тем непродажная. В частности, такими были советские диссиденты. К неформалам относятся также студенты-радикалы, которые, например, во Франции в 1968 году своим возмущением поменяли вектор развития страны, сместив его влево. В общем же, к неформалам-интеллектуалам можно отнести всех образованных людей, которые имеют достаточно высокий уровень самосознания, или чувства собственного достоинства, чтобы не идти на службу к жуликам и проходимцам, и вместе с тем имеют свои собственные идеи о совершенствовании общества, пусть даже утопичные.
  Ум, интеллект, разум, рассудок определяют одно и то же, а именно: продукт той или иной эффективности действия центров, обрабатывающих поступающую информацию от органов чувств, что вполне сопоставимо с работой компьютера, который, как известно, ни Америку, ни новые законы открыть не способен сам по себе. Хотя, конечно, присущее любому человеку самосознание влияет на обработку информационных потоков, которая в определенной степени происходит осознанно с элементами абстрагирования и логики, то есть в явной форме.
  Тем не менее, рассудок в неявных формах для любых живых существах и в дополнение к ним в явных формах для человека проявляется всегда, как орудие, позволяющее им соответствующим образом взаимодействовать со средой.
  Так что, с помощью рассудка осуществляется более-менее эффективное, но только частично осознанное взаимодействие человека с окружающей средой, еще более сужающееся вследствие того, что человек в обыденной жизни, как правило, руководствуется привычкой. Тем самым рассудок как бы примыкает к управляющему организмом низшему сознанию.
  Поэтому доминирование рассудка перед самосознанием в остальной его части, оставляя человеку понимание его самого в качестве субъекта действия, как ни парадоксально, ставит его ближе к низшему сознанию в человеке, чем к высшему, так как рассудочный человек старается большей частью приспособиться к окружению, но не пытается поменять это окружение под себя, хотя, возможно, это ему и хочется, но пересиливает боязнь риска.
  Рассудок прагматичен, более склонен к повторяющимся, уже отработанным действия, то есть стандартным алгоритмам, как бы полагая про себя - лучшее враг хорошего. Ум стремится сделать жизнь устойчивой, удобной и непротиворечивой, и этим ограничен.
  Но подобное человеческое сознание неспособно эффективно реагировать на существенные изменения в окружающей среде: оно либо погибает в лице его носителей, не выдерживая конкуренции в быстро меняющемся мире, либо в критические моменты доверяется безрассудным, которые легко подхватывают всё новое, но могут завести в непроходимые дебри.
  Под мудростью же люди интуитивно понимают владение человеком более высокого, чем только рассудок свойства.
  В действительности, мудрость есть такое сочетание рассудка как высшей части низшего сознания с самосознанием, при котором человек способен подключать целевые программы самосознания к низшему сознанию осознанно, а не спонтанно.
  Однако эффективные для развития, но часто прагматически безнадежные действия, которые мудрецы отвергают, совершаются без особых размышлений вышеописанными нами люди с изрядной долей безрассудности, которой не хватает мудрецам и находится в избытке у авантюристов.
  Рассудок же человека в "чистом" виде работает, как компьютер, по заданным программам, являясь следствием действия центров, обрабатывающих поступающую от органов чувств информацию. Поэтому перевес в сторону рассудочно-рациональной деятельности для человека означает склонность к шаблонам, то есть следование привычке и прочим уже проторенным путям указывает на сравнительно слабое развитие самосознания человека.
  Слабое развитие самосознания и столь же слабое проявление низшего сознания (низкий уровень неудовлетворенности сознания в обоих случаях), которые находятся в уравновешенном состоянии, характеризуют основную группу любых сообществ. Все члены этой группы ориентируются в основном на собственный рассудок и опыт: занятые собой и собственным благополучием, они не стремятся ни к "высоким", ни к "низким" целям, ограничиваясь желанием беспроблемной и сытой жизни, в которой неприятности желательно видеть только на экране монитора. Обыватели не испытывают стремления к новому за счет собственных усилий, добиваясь более комфортного состояния в жизни с позиции простого приобретения и потребления ее благ.
  Чаще всего, такого рода людей, составляющих подавляющее большинство населения, из вежливости именуют народом, и политики именно к нему всегда апеллируют, отлично понимая, кого обмануть легче всего.
  Невзирая на всю эту критику, осуждать народ трудно, поскольку он, как правило, занят ежедневной монотонной работой, не имея перспектив для иного рода деятельности, которая могла бы способствовать развитию у этих масс самосознания.
  Привычный стандарт диктует массам жить как все, потребляя то, что есть, создавая вокруг себя среду искусственных и естественных предметов только для того, чтобы регулярно обновлять ее, находя в этом непрестанном процессе удовлетворение.
  У населения нет понимания, что погоня за потребительскими ценностями является довольно однообразной и никогда не дает результата, полностью удовлетворяющего человека.
  При таком поведении человек фактически выказывает предпочтение монотонному существованию - как бы жизни-сну с редкими моментами пробуждения, которые, как правило, инициируются внешними обстоятельствами (женитьбы, развод, новая работа, болезни, смерть близких людей и т. п.).
  Прожив свою жизнь, большинство людей с удивлением обнаруживают в ней, в сущности, отсутствие интересного и выдающегося именно потому, что старались следовать прагматическому подходу.
  В этом отношении они удивительно схожи по поведению с животными, для которых, хотя они и не умеют рассуждать, главным является получение ощущений.
  В России XIX века подобная категория людей называлась мещанами, и к ней примыкали небедные крестьяне, мелкие торговцы, служивое сословие всех типов.
  Такого рода персоны избегают участия в каких-либо общественных движениях, интересуясь собственным благополучием, но сторонясь всякого риска. Они не сопротивляются властям и избегают любого экстремизма, но только до тех пор, пока на карту не будет поставлено их выживание - поняв это, они всё и всех сметают без всяких колебаний и размышлений.
  К обывателям примыкает довольно значительная категория лиц, имеющих некоторый перевес самосознания с оттенком разумности над низшим сознанием.
  Эти "разумные" интеллектуалы свой ум, как правило, употребляют в виде умозаключений, абстрактных форм формальной логики, и иногда использует элементы диалектики. Характерным примером подобного подхода является математика. Знаковая и устная формы общения применяются разумными в основном для достижения утилитарных целей (пользы).
  Эффективность собственных умозрительных (абстрактных) конструкций проверяется на практике, то есть в целенаправленных действиях, как правило, сообща, в том числе в культуре, потреблении естественной среды, в частности, в пищу, в изготовлении и потреблении искусственных предметов, а также в обмене всего, что есть посредством какого-то эквивалента (денег). Открытая для людей форма этого процесса отличает их от животных, инстинктивно-рефлекторное общение которых со средой им самим не открывается.
  Рассудочный подход "разумных" к жизни позволяет им открывать новые отношения предметов и явлений только в ином сочетании предметов, а новые предметы - только сочетанием известных частей по-другому - в соответствии с логическим построениями в соотнесении с собой.
  Например, они могут придумать стул, увидев, что на табурете у стены сидеть удобнее, и добавляют к табурету спинку. Они могут использовать дрова для обогрева, но придумать газовую горелку они не в состоянии, поскольку для ее конструирования сочетания известных предметов недостаточно - требуется построение новых моделей из механических конструкций с применением законов горения и теплопередачи, хотя при получении соответствующего шаблона, они могут штамповать горелки в любом количестве, и даже несколько совершенствовать их по эффективности действия и по дизайну.
  К подобным персонам относится, в частности, большая часть педагогов, работников здравоохранения, различный квалифицированный персонал, обслуживающий всё и вся именно на уровне обслуживания, а не исследования, ученые-систематизаторы и т. п.
  Такого рода субъекты не имеют особого желания выйти за пределы рассудочности, то есть шаблона, как в вещах, так и в отношениях между собой.
  С противоположной стороны к обывателям примыкает довольно значительная категория лиц, имеющих некоторый перевес низшего сознания над самосознанием.
  Даже небольшой крен в сторону низшего сознания в его стремлении к лучшей (приятной) жизни подталкивает этих "обывателей" к переводу себя в управленцы, силовики, по сути, обслуживающие властную элиту, а кто пронырливее, пытается пробиться непосредственно в эту элиту. Они отлично понимают, что в этой среде можно, не имея особых талантов, добиться значительных благ, если, конечно, обращать внимание только на начальство, служа ему, и пренебрегать остальным.
  Само же начальство отличается от подобных субъектов только тем, что быстрее и лучше соображает, отбирая от высшего сознания соответствующую долю разумности, а от низшего сознания - неплохие волевые качества и энергию, достаточную ловкость, хитрость, коварство и беспринципность, а также коммуникабельность, и поэтому подняться до моральных высот, о которых говорили Христос и Кант, хронически неспособно [25].
  Различного рода люмпены, в частности, криминалитет, хронические безработные, босяки, профессиональные нищие, "солдаты удачи", имеют такой крен с сторону низшего сознания, что у них практические остается только воспоминание о высшем сознании. Их великолепно представил в своей пьесе "На дне" Максим Горький.
  Иначе говоря, у них остаются только немногочисленные формальные связи с обществом. По этой причине они как бы возвращаются на уровень животных, точнее, - на уровень ощущений. Им не интересна ни общественная жизнь, ни богатство, ни власть - ничего. Добыв вдруг деньги, они их тут же пропивают или прогуливают, свои голоса избирателей они продают кому угодно, при удобном случае они способны убить и ограбить просто так, и в этом отношении они даже хуже животных. Тем не менее, они являются людьми, у которых во многих поколениях высшее сознание по различным причинам, например, из-за нахождения на дне общества, не получило развития, или сильный стресс или жизненный крах так деформировал их высшее сознание, что его жалкие остатки никак не способны конкурировать с животными инстинктами низшего сознания.
  Рантье, то есть особы, ничего не делающие, а живущие на проценты со своего капитала, отличаются от люмпенов только представлением в самосознании о собственной ценности, связывая ее, правда, не со своими заслугами, которых уже нет или не было, а с обладанием денег, что вынуждает их ради сохранения этой ценности всячески заботиться о сбережении капитала, превращаясь в люмпенов с его потерей.
  Кроме того, общим для всех упомянутых категорий индивидуумов в отношении проявления действия сознания на начальном этапе жизненного цикла является максимальная наполненность неудовлетворенности сознания.
  Сначала эта наполненность обеспечивает максимально быстрое и эффективное приспособление ребенка к окружающей среде - тут проявляется неудовлетворенность низшего сознания, вынуждающая ребенка стремиться максимально быстро распознавать жизненно необходимые предметы в собственном окружении, после чего эстафету познания окружающего мира перенимает неудовлетворенность высшего сознания, переносящая акцент на адаптацию к среде общественной от адаптации к естественной среде, заставляя ребенка, насколько это возможно в имеющемся окружении, стремиться, чтобы не отстать от остальных, к получению знаний, навыков, умений.
  Однако с выполнением этой адаптационной программы-минимум, то есть с завершением основной программы роста и развития и переходом к трудовой деятельности, происходит тот или иной спад неудовлетворенности сознания, и индивидуумы распределяются по категориям, которые обозначены выше, что зависит прежде всего от целенаправленного развития самосознания, соотношения высшего и низшего сознания (доминирования того или другого), а также - от окружающей индивидуума среды и его волевых качеств, которые при некоторых условиях могут способствовать перемещению индивидуум в более "высокие" страты общества.
  Это краткое рассмотрения категорий людей, обозначенных с позиции определенного соотношения низшего и высшего сознания, показывает, что наиболее эффективными для развития индивидуального сознания и развития общества являются люди из категории безрассудных без своих крайних групп, составляющие, хотя и немалое, но меньшинство, единственно креативное из всего населения, а также неформалы-интеллектуалы, реально и бескорыстно борющиеся с властью за продвижение к более гармоничному обществу.
  Именно они являются "двигателями" прогресса.
  Не кто иной, как креативщик придумал паровоз, лампочки, компьютеры, ракеты, атомную бомбу, карточные игры и футбол, кредитную политику, маркетинг и рекламу, а не остальное "болото" разумных, которые могут только штамповать по шаблону и пользоваться штамповкой, и не малочисленные мудрецы, которые, в лучшем случае, способны на советы.
  А без критики власть имущих неформалами-интеллектуалами общество погрязло бы в "разумном" бездействии, поскольку, как известно, "лучшее - враг хорошего".
  5. Определение целостного сообщества.
  Под целостным сообществом, по-видимому, следует понимать объединение индивидуумов на основе единых принципов и ценностей бытия, как материального, так и духовного, найденных ими в ходе исторического развития на некоторой территории.
  Однако данное нами определение требует конкретизации. Поэтому сначала обратимся к известным определениям целостных сообществ.
  В России подобное сообщество принято именовать этносом, что означает в переводе с греческого - народ, и поясняется оно исследователями определениями, во многом не совпадающими.
  Первое и наиболее признанное определение этносу дал С.М. Широкогоров: "Этнос есть группа людей, говорящих на одном языке, признающих свое единое происхождение, обладающих комплексом обычаев, укладом жизни, хранимых и освященных традицией и отличаемых ей от таковых и других" [26].
  Отметим, что не все известные единые совокупности людей подпадают под это определение. Например, в Китае используются два различных языка, по структуре и особенностям очень далекие друг от друга, историческое происхождение основных групп китайцев тоже различно, так же как обычаи и уклад жизни, но они уже несколько тысяч лет считают себя единым народом (этносом в отечественной терминологии).
  Л.Н. Гумилев высказался в отношении этноса следующим образом: "Члены этноса объединены общим стереотипом поведения, имеющим определенную связь с ландшафтом (место развития этноса), и, как правило, включающим религию, политическое и экономическое устройство. Этот стереотип поведения обычно называется национальным характером [16].
  К этому определению Гумилев добавляет следующие характеристики этноса в его понимании: биологическое подобие людей в этносе, подобно муравейнику; форма приспособления людей к ландшафту; противопоставление людей одного этноса другим этническим образованиям; сходное поведение людей одного этноса; общее происхождение и синхронная история; обладание устойчивыми эволюционирующими системами; определенной иерархией.
  Недостатком этого определения является неопределенность понятия стереотип поведения, указание на необязательность включения в общий стереотип поведения религии, политического и экономического устройства, что свидетельствует о размытости понятия этноса в трактовке Гумилева. Кроме того, в нем отсутствуют указание на отношение людей этноса к культуре, традициям.
  Ю.В. Бромлей в своей дуалистической теории определяет понятие этникосы (по сути, этносы) как сочетание этнического языка, бытовой культуры, обрядности, этнического самосознания и природно-географических, экономико-социальных, государственно-правовых и прочих условий формирования и существования этнических элементов. Подобные этно-социальные организмы составляют определенную социально-экономическую целостность, выступая в форме племени, народности, нации [27].
  Известно, что во многих этносах отсутствует общий этнический язык и, тем более, - нет общих обрядов, бытовой культуры, нет и общего этнического самосознания (его еще надо достигнуть), природно-географических условий. Например, первых трех особенностей нет в России, Китае, Индии, Индонезии. Кроме того, Бромлей не включил ни в каком качестве отношение людей этноса к религии.
  В соответствии с системно-статической (компонентной) теорией (Г.Е. Марков, В.В. Пименов) этнос рассматривается как исторически возникшая и эволюционирующая сложная самовоспроизводящаяся и саморегулирующаяся социальная система, обладающая многосоставной композицией (структурой). Указываются ее компоненты: воспроизводство этноса как части населения и свойственная ему демографическая структура; производственно-экономическая деятельность; система социальных отношений и институтов; язык; быт, обычаи, обряды; система личностного контактирования [28, с. 5-18].
  В этом определении много общих слов, но нет указания на главные особенности этноса, как, впрочем, и у вышеуказанных исследователей. Кроме того, во многих этносах отсутствуют общий язык, быт, обряды (Китай, Испания, Швейцария, Канада).
  В работах Арутюнова А.С. и Чебоксарова Н.Н. этносы предлагается рассматривать как ареалы повышенной плотности информации, а также констатировалась особая важность процесса межпоколенной трансляции информации для обеспечения преемственности и стабильности этнической системы во времени. Стадиальные типы общностей (племена, народности, нации) рассматриваются как три разных типа информационной плотности [29].
  Данный подход является очевидным и не несущим существенной информации, так как любое развитие предполагает как увеличение плотности информации, так и ее передачу, а вот существенные черты этноса авторы указать не смогли.
  Таким образом, все приведенные определения этноса не отражают всех его неотъемлемых особенностей, среди которых были бы выделены основные особенности и главная характеристика этноса, делающая сообщество целостным и развивающимся.
  Для того чтобы найти эти основные особенности целостного сообщества (этноса), необходимо попытаться на фактах и некоторых обобщениях выделить их.
  Материал, данный ниже по тексту, показывает, что найденные факты и их аналитико-синтетическая обработка указывают на то, что к числу основных особенностей любого целостного сообщества (этноса в терминологии Гумилева) принадлежат: историческое формирование общности на определенных территориях, создающее ее устойчивость вне зоны активности соседей; порядок общения, включающий один язык или несколько языков для связи и сношений внутри территории размещения сообщества; схожий уклад, обычаи и традиции, как правило, связываемые с религией, особая культура (фольклор), связанная с происхождением и спецификой жизни народностей сообщества, а также с ассимиляцией культуры предшествовавших сообществ и соседних сообществ.
  Но над всеми этими особенностями целостного сообщества стоит главная -самосознание сообщества, всё более находящее себя в ходе неравномерного развития сообщества и его реагирования на все внешние и внутренние факторы, и в столкновении с ними обогащающееся и толкающее тем самым сообщество вперед, выдвигая его в случае успеха в число ведущих; или же приостанавливая его в этом движении при недостаточной активности высшего сознания лидеров сообщества, и оставляя его тем самым в тысячелетней спячке; или приводя сообщество к распаду и растворению составляющего его населения в других сообществах с потерей территории, языка и даже культуры, как это случилось, например, на побережье Балтики с северо-западными славянами, ассимилированными германцами из-за слабости их самосознания, немногочисленности, непрерывном и сильном давлении агрессивных соседей, что не позволило им отстоять свою идентичность, а также хеттами, ассирийцами, в отличие, например, от поляков, датчан, голландцев, армян, грузин.
  Само же самосознание сообщества отражается большей частью в идеях, ценностях и действиях интеллектуально-элитарного слоя, непрерывно подпитываемого остальным населением, которое выделяет из себя наиболее подготовленных представителей для управляющей и креативной деятельности в качестве лидеров сообщества.
  Лидерство властной элиты кончается тогда, когда она начинает действовать против выдвинувших ее масс - исключительно в своих интересах, несмотря на помощь пропаганды и силовое давление, - отделяя и противопоставляя тем самым свое сознание сознанию масс: элита заменяется при накоплении неудовлетворенности масс как условиями быта (нищета, полувоенное или военное положение со всеми их ограничениями, препятствующими нормальному питанию, развлечениям и размножению населения), что относится к сфере стремящегося к получению приемлемых ощущений низшего сознания, так и при накоплении неудовлетворенности условиями общественной жизни (недостаток гражданских свобод, вопиющее неравенство, отсутствие социальных лифтов, препятствующих эффективному проявлению накопленных каждым человеком знаний и умений, сословные ограничения и т.п.), что относится к сфере высшего (развивающего) сознания.
  Точка кипения выражается в массовых волнениях в узловых пунктах страны, и проявившийся антагонизм разрешается в замене полностью оторвавшихся от масс лидеров управления на других, хотя они могут быть не лучше прежних (самым ярким и продолжительным примером в действии такого рода процессов является Китай).
  Из представленного нами определения следует, что сущностью целостного сообщества, или этноса как развивающейся общности людей является коллективное самосознание сообщества, без которого не существует возможность развития сообщества в его целостности при взаимодействии этого коллективного самосознания с внешним окружением и внутри самого сообщества через коллективные действия сообщества. Вместе с тем возможность развития сообщества в его целостности не существует без подключения к действию самосознания сообщества действия низшего коллективного сознания в случае существенного спада в общественном развитии для перелома курса развития на более благоприятный.
  Представленный краткий анализ сущности целостного сообщества уже сейчас способен дать представление о главных причинах распада сообществ, кажущихся с виду могучими и несокрушимыми.
  Эти причины состоят либо в отсутствии достижения сообществом общего - добровольно согласованного - для всех его национальностей самосознания, либо в недостаточном осознании им себя, что всегда требует значительного срока, и никакое искусственное его сокращение, подобно попытке сокращения срока беременности, тут не поможет.
  Поэтому, например, в СССР провозглашение советского человека лучшим образцом такового в мире оказалось фикцией. Отсутствие реальных изменений в его самосознании привело его в видимости им потери цели сообщества (построение коммунизма) к броску назад - к столь осуждаемому в СССР (и правильно осуждаемому) капитализму, где он, естественно, нашел только издевательство над собой.
  Наряду с этой причиной распада СССР, существовала и другая: отсутствовала возможность достижения в этом искусственном сообществе общего самосознания для всех его национальностей, находящихся на существенно различных стадиях развития самосознания, что явственно после развала СССР показало скатывание республик Средней Азии к феодализму или даже к азиатским сатрапиям, а республик Прибалтики, напротив, направило в сторону Евросоюза.
  Любопытно, что те же проблемы стоят перед США, поскольку общее самосознание для трех основных групп населения: выходцы из стран Европы, выходцы из Африки и выходцы из Латинской Америки, отсутствует, а об осознании себя это сообщество может и не помышлять не только вследствие собственного недавнего появления, но и из-за крысиного грабежа всех остальных сообществ мира, за счет чего, собственно, США удерживаются пока на "гребне волны потребления".
  Ниже, на примере Ассирии, показано - к чему рано или поздно приводит подобная политика. То есть не обладающие внутренней целостностью (достаточным уровнем и охватом самосознания) сообщества могут удерживаться в рамках единого государства либо силой, либо выгодой, либо их сочетанием с подключением пропаганды (обмана), разваливаясь и растворяясь в других сообществах сразу же после исчезновения того или другого.
  Возможно, еще несколькими примерами нам удастся дополнительно продемонстрировать ведущую роль коллективного самосознания в формировании и развитии целостных сообществ, а низшего коллективного сознания - в коррекции движения сообщества через его "перетряхивание" в кризисные периоды смещением властной элиты, удерживая тем самым сообщество от загнивания или распада.
  Для этого окинем взглядом нескольких известных своим длительным развитием сообществ, которые до сих пор, несмотря на многие катастрофические события в их истории, в течение тысячелетий сохраняются, не распадаясь, то есть сберегают свою идентичность (самосознание).
  Самосознание китайцев около четырех тысяч лет назад в эпоху формирования их целостного сообщества стало развиваться в условиях относительной замкнутости - близко к побережью Тихого океана, в местности, благоприятной для эффективного ведения сельского хозяйства: эта местность была отсечена горными хребтами от других территорий, где зачиналась цивилизация, которые сравнительно близко расположены к друг к другу: Индия, Месопотамия, Египет.
  Видимо, по причине обособленности, образное (иероглифическое) письмо, характерное для возникающих цивилизаций, сохранилось до сих пор в Китае, в отличие от подавляющего большинства других стран мира.
  Самосознание китайцев в подобном обособлении развивалось практически автономно. Эта автономия сохраняла образность мышления, и сформировала также повышенную восприимчивость китайцев к новому, если таковое сулит выгоду, но ограничила их возможности самим успешно стремиться к новому. Образность мышления повлияла на характерную для китайцев лицемерность ради выгоды.
  Раннее развитие культуры и формирование эффективного (конфуцианского) для развития иерархического строя государства по сравнению с архаичными структурами управления у соседей позволило китайцам, ощущая свое превосходство перед ними, считать свое окружение варварским, и это чувство превосходства они сохраняют доныне. Данный фактор не только в немалой мере повлиял на развитие самосознания китайцев до высокой степени, но и позволил удержать эту степень, несмотря на все катаклизмы в длительной истории китайского сообщества.
  Высокая плотность и численность населения; трудоемкие, постоянные ирригационные работы, требующие порядка, концентрации внимания; иерархичности и систематичности, развили в самосознании китайцев коллективистское отношение к жизни с превалированием интересов общности интересам личности, что получило свое отражение в фактическом главенстве традиций и предпочтению формы содержанию, но вместе с тем - в формированию чувства долга, а практичность, вытекающая из любви к порядку, привела к потребительскому отношению в отношении религии - к богу обращаются в основном, для того чтобы у него что-то попросить, - подобная противоречивость в характере китайцев на "свободе", если таковая достигается, ведет к предпочтению ими собственных материальных интересов общественным.
  Таким образом, самосознание китайцев развивалось во взаимодействии с указанными факторами окружающей среды, приобретая черты, которые не позволили за долгих срок при всех катаклизмах исчезнуть китайскому сообществу, а напротив, выдвинули его к настоящему времени в ведущие страны мира. Иначе говоря, появившись около 4-х тысяч лет назад в наполнении, достаточном для образования государства, самосознание сообщества китайцев не потерялось, н, благодаря указанным особенностям, постепенно укрепилось, охватив и объединив многочисленные этнические группы данного региона, несмотря на столкновения, войны, нашествия варваров и перевороты, преодолев все эти катастрофические явления не без помощи в кризисных ситуациях коллективного низшего сознания, и не дав сообществу распасться или раствориться в иных сообществах.
  Самосознание евреев около 3,5 тысяч лет назад в эпоху формирования их целостного сообщества стало развиваться на Ближнем Востоке в районе среднего течения реки Евфрат после слияния семитоязычных скотоводов-кочевников с земледельцами пустынных оазисов в условиях соприкосновения с крупными государствами - Египтом, Ассирией, Вавилоном, - имея сравнительно короткий исторически промежуток времени для существования самостоятельного государства на границе второго и первого тысячелетий до нашей эры. Тем не менее, главным достижением евреев за этот срок по сравнению с большинством остальных народов того времени было создание монотеистической религии, зафиксированной по основным позициям в Ветхом Завете. Хотя в этой религии воспроизведен только племенной бог, она всё же обратила евреев к единому источнику всего, что облегчило им развитие собственной культуры, а также их религия составила основу христианства и ислама. Это осознание себя, отраженное в Ветхом Завете, не позволило евреям растворится среди других народов, поскольку выделяло их в более высокую по религии и культуре целостность среди других целостных сообществ тех времен.
  Сравнительно небольшое по числу сообщество евреев находились на перекрестке миграции и взаимодействия различных народов. Их завоевывали, переселяли, продавали, уничтожали. Поэтому обычная практика обозначения народности по традициям и принадлежности к национально-религиозному сообществу после окончательной потери государственности была изменена обозначением евреем каждого, имеющего мать-еврейку, а принадлежность к еврейской общине определялась в первую очередь на основании признания соответствующих религиозных канонов.
  В результате попыток насильственной ассимиляции евреев соседними крупными государственными образования на Ближнем Востоке и фактическом лишении собственной территории, евреи стали постепенно расселяться по различным странам мирам, с одной стороны, применяясь к порядкам соответствующей страны, а, с другой стороны, неизменно сохраняя свои обычаи и религию (иудаизм).
  Подобная неустойчивая позиция развивала в их самосознании определенную двойственность, которую ощущали принявшие их народы, тем более что евреи, сохранявшие тысячи лет свою высокую культуру и наследственные умения, как правило, более успешно занимались сложными видами интеллектуальной деятельности, денежным обращением, искусством, торговлей и ремеслами, чем менее развитые коренные народы, и тем самым не могли скрыть своего превосходства над коренным населением, вызывая его зависть и преследования под различными предлогами. Это превосходство поддерживалось древними культурно-религиозными корнями и строгим следованием этническим корням, а также необходимостью поддерживать друг друга среди чужих народов, еще более объединяя всех евреев, несмотря на их разбросанность по миру.
  Поэтому самосознание евреев включает в себя гордость за древность их сообщества и значительный вклад в формирование мировой цивилизации в культурном и технологическом отношениях, а также верность древним традициям, вопреки давлению на них традиций принявших их народов.
  Таким образом, самосознание евреев развивалось во взаимодействии с крайне неблагоприятными факторами окружающей среды, но благодаря этому оно закалилось и достигло такого религиозно-идейного и культурного уровня, что не позволило этому сообществу раствориться при расселении среди множества чужих народов, не только преодолев на своем историческом пути многочисленные катастрофы, но и сравнительно недавно воссоздав собственное государство и восстановив общение евреев на своем собственном древнем языке - иврите. Кроме того, более высокий уровень коллективного самосознания евреев по сравнению с самосознанием остальных сообществ в сочетании с их рассеянностью по миру способствует лидерству представителей евреев в мировой элите, за что их, в частности, в качестве ведущих плутократов так ненавидел Гитлер.
  Из этого краткого обзора видно, что отнюдь не внешние факторы около четырех тысяч лет развивали сообщества китайцев и евреев. Они только служили средой, с которой взаимодействовало самосознание соответствующего сообщества, укрепляя или, наоборот, ослабляя его.
  Сформировавшись вплоть до явственных и сильных форм - языковых, культурно-религиозных, технологических, бытовых, - то есть имея за спиной мощную опору в виде собственного осознания себя как сплоченной приобретенными духовными и культурными ценностями, в частности, сообщество китайцев, несмотря на такие мощные негативные воздействия на него как междоусобные войны, неоднократные нашествия диких народностей, переход управления государством в руки иноплеменников, не распалось, так же как и сообщество евреев, несмотря на рассеяние евреев по миру без опоры на собственную территорию, преследование их всем миром в течение тысяч лет, не исчезло, а, наоборот, сплотилось, и даже ввело в качестве средства общения между собой свой древний, забытый язык - иврит, и восстановило еврейское государство.
  Аналогично сообществам китайцев и евреев, сохранить свою целостность удалось многим иным. Особенно неблагоприятные условия для этого процесса развития складывались для армян и грузин, который начался с VI века до нашей эры.
  Сформировавшееся в этих сообществах самосознание высокого уровня еще 3000 лет назад, выразившееся в высокой культуре, отчасти, заимствованной от высокоразвитых предшественников-государств Месопотамии, едином языке собственного строя, традициях, принятии христианской религии, отделившей эти сообщества от слаборазвитых соседей, горское упорство в сохранении своих обычаев и особости, позволило им даже под валом нашествий иноплеменников сохранить свои сообщества целостными и развивающимися, а к настоящему времени поднять уровень своего коллективного самосознания до способности восстановить национальные государства - Армению и Грузию.
  Слабость же самосознания, несмотря на мощное государство, благоприятные условия существования, оставляет от некогда обширных по занимаемым территориям сообществ, как, например, ассирийцы, одно время распространившие свое владычество на весь известный тогда цивилизованный мир, только воспоминания из расшифрованных клинописей.
  Конечным результатом слабости самосознания ассирийцев было исчезновение не только сообщества ассирийцев, государство которых было самым мощным на Ближнем Востоке в VII веке до нашей эры, но и финикийцев, которые были главными соперниками Рима; этрусков, от которых почти не осталось следов; хазар; гунн и т.д.
  Основной причиной исчезновения этих сообществ были, конечно, не катастрофические внешние условия, которые в достаточном числе и еще с большей силой воздействовали на китайцев, евреев, армян, грузин, но не сломили их. Уничтожил эти целостные сообщества недостаточный уровень самосознания в виде культурных, инновационных и религиозно-традиционных скреп, так как с помощью в основном лишь низшего сознания с его стремлением к эгоцентризму, выживанию любым способом, силовому давлению, полному отвержению иноплеменников, невозможно долго выдерживать натиск соседних народностей; нужна восприимчивость к новому и своевременное отвержение устаревшего, негодного в изменившихся условиях, более-менее альтруистичная мораль и вместе с тем - устоявшиеся традиции или общие религия и язык общения, что придает особость сообществу; развивающие идеи, например, идея богоизбранности, а не только одни желания захватить и охватить.
  Для примера, покажем причины распада ассирийского сообщества, исчезнувшего примерно 2,6 тысячи лет назад, в отличие от соседних еврейского и армянского.
  В начале II тысячелетия до нашей эры в верхней части Месопотамии, близко к торговым путям, возникло небольшое олигархическое государство купцов - Ассирия, находившееся под контролем попеременно более крупных государств Месопотамии.
  Ослабление больших государств этого региона предоставило возможность Ассирии, постепенно перенеся руководство страной с торговой знати к военной, перейти к политике завоеваний.
  В середине XIII века до нашей эры ассирийские войска грабят Вавилонию, в XII веке до нашей эры Ассирия подчиняет себе Северную Финикию. Опасность нашествий соседей заставила правящую ассирийскую элиту усовершенствовать организацию, техническое оснащение армии и ее численность.
  У ассирийской армии появились боевые колесницы, осадные орудия, вооружение из железа вместо бронзы, саперы, новая тактика боя и повысилась дисциплина.
  Вместе с тем никто не мог конкурировать с ассирийцами по жестокости к врагам и безжалостному ограблению завоеванных стран.
  В VIII веке до нашей эры ассирийцы разгромили Дамасское царство, в VII веке до нашей эры ими был разрушен Вавилон и захвачен Египет.
  Ассирийская властная элиты пыталась объединить насильственно захваченные территории с разнородным населением, различными языками, религиями и традициями одним - арамейским языком. Войны привели к ухудшению положения рядовых ассирийских земледельцев - основные земельные наделы отошли к царю, вельможам, храмам.
  В Ассирии к концу VII века до нашей эры стало ощущаться изнурение от бесконечных войн и восстаний в покоренных землях.
  Тогда же у Ассирии появились новые могучие соседи - Халдейское царство и Мидия. Они с двух сторон напали на центральную часть Ассирии, армия ее была разгромлена, сопротивление прекратилось, и ассирийца постепенно растворились среди других племен и народов.
  Любопытно, что в ассирийском искусстве преобладали военные сюжеты и сцены охоты.
  Гибель ассирийского сообщества отчетливо демонстрирует, что опора на силу, жестокость, являющиеся свойствами низшего сознания, в котором практически отсутствует развитие, неразборчивость в средствах, стремление заставить насильно, в частности, политикой переселения, объединить разнородные племена и народности в окружении агрессивных соседей, неизбежно приводит к гибели государства, а вслед за ним исчезает само сообщество, ассимилируясь соседними сообществами.
  Таким образом, низкий уровень культуры сообщества, опирающегося только на силу и развивающего только военные технологии, не находит с потерей этой силы нигде больше опоры для своего развития, и его члены присоединяются к другим сообществам.
  Подобных случаев ассимиляции членов некогда мощных сообществ в истории цивилизации достаточно для того, чтобы понять ведущую роль в развитии сообществ не сторонних факторов, пусть и сильнодействующих, а внутренних, наработанных особенностей: культуры, традиций, этики, часто религии, не позволяющих только животным инстинктам в виде силы, жадности, ненависти к иноплеменникам и первенству любой ценой доминировать в коллективном сознании сообщества.
  Приведенные примеры, несмотря на несхожесть содержания самосознания китайцев и евреев, а также существенные различия в окружающей их сообщества среде, показывают, что оба сообщества имеют все особенности, отмеченные в данном выше определении.
  Они формировались исторически на определенных территориях, порядок общения включает в себя выделившиеся в ходе развития один или несколько основных языков; уклад и обычаи народностей сообществ за длительную историю каждого из них существенно сблизились друг с другом; составив основу для формирования специфической культуры, при этом, племена, составляющие эти сообщества, не обязательно имеют общие биологические (генетические) корни.
  Надо полагать, что это означает корректность выделения основных особенностей целостного сообщества.
  Тем не менее, за развитие сообщества отвечает его коллективное самосознание, действие которого может быть более или менее успешным, как это видно из приведенных выше примеров.
  Надо полагать, что развитие сообщества с сохранением его целостности, как это хорошо просматривается из приведенных примеров, зависит от соответствующего содержания коллективного самосознания.
  Это содержание, отличаясь в деталях для каждого отдельного сообщества, для обеспечения развития сообщества и сохранения его целостности должно обладать следующими свойствами: опора на уровень культуры, существенно отделяющий основные стремления человека от животных инстинктов; способность отграничивать себя от соседей гордостью за свою особость, невзирая на ее специфику; адекватный выбор средств, в частности, веры и традиций, скрепляющих сообщество перед любыми угрозами; уклонение от консерватизма, или предпочтение в целом нового перед устаревшим; преобладание в кризисные времена общественных интересов перед личными; умение критично оценивать собственные действия в настоящем и адекватно прогнозировать будущее лидерами сообщества, принимая ответственные решения с тем, чтобы они коррелировали с достигнутым уровнем массового самосознания.
  Подобное содержание самосознания сообщества удерживает сообщество от распада и определяет ход его развития, отношение к внешнему окружению, весь строй жизни сообщества. В ходе этого движения вперед коллективное самосознание обогащается само, и повышает вместе с тем уровень самосознания каждого члена сообщества.
  6. Динамика активности целостного сообщества.
  Выше мы привели полное определение Гумилевым динамики целостных сообществ, который поименовал их этносами и отметил для них четыре стадии жизненного цикла: непродолжительная фаза становления, сравнительно длительная фаза существования, фаза упадка и фаза исторических реликтов. При этом длительность полного жизненного цикла этноса, по мнению Гумилева, составляет 1200-1500 лет
  Оба эти соображения представляются неадекватными по следующим причинам.
  Дело даже не в том, сколько тысяч лет целостное сообщество может существовать - все в нашем мире конечно. Суть проблемы заключается совершенно в ином.
  Каждое человеческое сообщество, образовавшись, например, из объединения племен, не имеет четко выраженного порядка фаз, через которые оно должно обязательно проходить, а также их количества.
  Сообщество может распасться сразу же.
  Оно может существовать примерно в одном и том же состоянии многие тысячи лет и даже десятки тысяч лет, как, например, австралийские аборигены.
  Сообщество также может претерпевать в течение тысяч лет различные изменения, в частности, в качестве популяции (смешиваясь с другими народностями): в изменении языка, религии, органов управления, подчиненности (внешнее управление) в разные периоды, но оставаться всё той же общностью, сохраняя культурные особенности, позволяющее ему с наибольшим успехом отделять себя в своем самосознании от животных инстинктов, а также от других сообществ; сохраняя многие первоначальные обычаи и установки, связанные со спецификой природной среды, в которой развивается сообщество, позволяющие наиболее эффективно выживать и контактировать как между членами сообщества, так и с соседями. Этим самым сообщество не теряет базу коллективного самосознания, то есть свою сущность и целостность.
  Таковыми сообществами, несомненно, являются Китай (конфуцианство, даосизм, иерархичность, коллективизм, сохранение древнего иероглифического письма, государственная замкнутость, мнение о собственной исключительности в мире), Индия (индуизм, кастовость, буддизм, претензия на место основателя мировой цивилизации и на средоточие мировой мудрости), Япония (синтоизм, преклонение перед собственными традициями, склонность к самопожертвованию ради сообщества, презрение к иным культурам и нациям), Уэльс (сохранение собственного языка, обычаев, управляющих структур в рамках иного государства в течение нескольких тысяч лет).
  Этот перечень можно было бы продолжить, но и его вполне достаточно, чтобы развенчать однозначный фазовый порядок с рамками жизненного цикла этноса 1200-1500 лет, предложенный Гумилевым в его концепции этногенеза, хотя, конечно, во многих случаях народы проходят стадии, подобные периодам человеческой жизни: юность, зрелость, увядание, но процесс развития сообществ не идентичен человеческой жизни, поскольку разнородные популяции перемещаются, смешиваются, вследствие чего процессы молодости и старости к ним неприменимы однозначно - они как бы перманентно омолаживаются.
  Не все известные нам из истории многочисленные народы полностью исчезают. Довольно часто, они, в рамках нашей цивилизации, модифицируются тем или иным образом, не теряя своей истории, культуры и обычаев, на что определенное влияние оказывают и ландшафт, и климат, и соседи, и плотность населения, и религиозные предпочтения, ускоряя или замедляя как внешние процессы, например, технологической оснащенности, так и изменяя сознание в его этическом и эстетическом наполнении. Однако решающую роль в длительном удерживании сообщества в состоянии развития играет содержание его коллективного самосознания, и сообщество при опоре лишь на силу или выгоду, как это было показано выше, быстро распадается с исчезновением того или другого.
  Гумилев также полагает, что развитие цивилизации идет посредством появления одних этносов, их исчезновения, а затем появления новых этносов и т.д., то есть через смену одних целостных сообществ другими в нашей терминологии.
  Тут он путает смену одних государств другими или смену одной социальной формации иной.
  Сколько существовало государств в Китае, и сколько различных народов приходило в Китай, который был и раздробленно-феодальным, и императорским, и капиталистическим, а теперь числит себя социалистическим.
  Тем не менее, сообщество Китая в своем развитии не перестало быть китайским и не прекратило своего существования в течение многих тысяч лет, как, впрочем, и сообщество России, которая в виде сообщества русских людей со своими обычаями, языком с кириллицей в основе, национальным характером с общинным сознанием в его глубине, и верой в "доброго" царя, языческими наклонностями, существовало сначала в рамках Московской сатрапии, а потом - Российской империи, сменившейся полуфеодальным Советским Союзом с его полурелигиозными (коммунистическими) лозунгами, придя наконец, к своему теперешнему квазикапиталистическому состоянию, но оставшись практически неизменным по качеству сообщества, которое по его "русскости", то есть сформировавшемуся исторически самосознанию, можно легко отличить от любого другого, как можно отличить от любого другого и китайское сообщество.
  Точно так же не одну тысячу лет существует еврейское сообщество, не претерпевая столь уж значительных изменений в коллективном самосознании, что заметно по следованию традициям и религиозным канонам, тогда как внешне каких только катастроф не случалось с евреями, вплоть до рассеивания их по миру.
  Эти примеры показывают отсутствие явных разрывов в развитии мировой цивилизации, которая в этом процессе не пресекается, но движется вперед в своих сообществах, хотя и с разной скоростью развития этих сообществ.
  Римская империя также не пропала бесследно, а раздвоилась в свое время на два близких по культуре крупных сообщества в виде Византии, наследником которой является Россия, и Западной Европы на месте западной части Римской империи. Корни этих сообществ близки и по языку, и по обычаям, и по религии, несмотря на возникшие в ходе развития отличия, но они в основном носят внешний характер, не являясь определяющими, что, в частности, подтверждает сравнение этих сообществ с китайским, мусульманским или индийским сообществами.
  Если перейти к динамике сообществ, то, прежде всего, следует отметить , что итог жизни в отношении развития каждого индивидуального сознания, определяется нахождением человеком оптимального сочетания неудовлетворенности в собственном самосознании в виде желаний, стремлений к тем или иным поставленным целям с имеющимся набором возможностей и собственных особенностей, которые следует использовать, от которых надо освободиться, которыми можно пренебречь, а также отношением к результатам собственной активности, за которые придется нести ответ.
  Отклонение от оптимума означает то, что человек не нашел себя в жизни, точнее, не определил истинный строй собственного сознания в отношении к окружению и не добавил к нему новых свойств.
  Поэтому изменение и развитие целостных сообществ необходимо для развития самосознания каждого человека.
  Именно это обстоятельство не позволяет активному (сознание в человеке) в бытии надолго задерживаться в тех или иных структурах, в тех или иных условиях, в том или ином порядке, следовать той или иной необходимости, активное (сознание) всегда стремится изменить их, но не хаотично, а целенаправленно, с пользой для себя, точнее, формируя иные структуры и отношения, что дает ему собственные изменения с накоплением соответствующего опыта в этом развитии. Подобное проявление активного (сознания) среди пассивного (вещей) и есть первоисточник свободы, а сама активность в ее изъявлениях и действиях в человеке есть нежелание остановок, неудовлетворенность имеющимся, стремление к изменениям, новому, то есть - к развитию, или иному выражению себя в этом процессе.
  Такого рода сознательное проявление активного максимально возможно именно в человеке, потому что он обладает самосознанием - оно и дает ему наиболее полную свободу, которую никакая необходимость ограничить не может, напротив, необходимость есть опора для свободных изъявлений человека, поскольку только на основе известного порядка человек способен осознанно установить иной порядок, выявить иные закономерности. Но это требуется не само по себе, а означает накопление знаний и умений для перехода от одного порядка к другому и так далее - последовательно - для развития и выражения сознания в меняющихся условиях.
  Таким образом, только необходимость, или сопротивление среды дают сознанию возможность проявления своей активности через мысли, чувства и действия в процессе преодолении этого сопротивления - в безвоздушной среде птицы не летают: отсутствие противоречий есть ничто; только в борьбе может проявляться свобода, и тем самым - происходить бесконечное движение сознания вперед.
  Так что подобного рода основная особенность любого активного (живого), отличающая его от пассивного (неживого) внутренней напряженностью, выражается неудовлетворенностью тем, что есть в наличности: активное созидает что-то только для того, чтобы его впоследствии разрушить. Этот переменный вектор в виде противоположных стремлений к созиданию и разрушению указывает непременно на предпочтительность иного перед сложившимся.
  Подпитывают эту неудовлетворенность сознания, его стремление к новому непрекращающиеся, меняющиеся информационные потоки, пронизывающие всё существо человека, которые он может интерпретировать, обладая самосознанием, по-разному, - в меру своего понимания. Тем самым каждый человек неизбежно совершает все время колебания - от привычки к разрушению порядка, освобождению от него. Установив одно и приобщившись к нему, он рано или поздно начинает тяготиться им и решается изменить его, как бы ни сопротивлялась этому его внешняя консервативная натура.
  Человеческим сообществам это свойство непременно передается, поэтому ход их развития представляет собой колебания от созидания к разрушению возникшего, а потом - снова к созиданию на новой основе.
  Всё это движение происходит благодаря действию как в каждом человеке, так и в его сообществах неудовлетворенности сознания, соответственно - индивидуального и коллективного.
  Поскольку в сознании человека и его сообществ присутствуют две составляющие - низшее (природно-животное), и - высшее (самосознание) сознание, постольку обе эти ипостаси человеческого сознания участвуют в развитии целостных сообществ, определяя его, тогда как разнообразные внешние условия, вызывая неудовлетворенность как низшего, так и высшего сознания, заставляют людей в их совокупности менять эти внешние условия, вплоть до смены ландшафта строительством городов, каналов, дорог, вырубать леса, развивать торговлю, повышать эффективность производства сельскохозяйственных продуктов, провоцируя тем самым рост населения, что в свою очередь влечет за собой совокупное возрастание общественных богатств, разделение труда, укрепление прав собственности и усиление расслоения общества. А расслоение общества на богатых и бедных, рабов и свободных, трудящихся и угнетателей, правителей и разного рода оппозиции им, неизбежно приводит к вечной борьбе между ними.
  Всё это, естественно, не проходит мимо человеческого сознания - персонального и коллективного, - а медленно, но всё же, меняет его с течением времени.
  Если исходить из того, что человеком живое существо делает самосознание, то понятно, что уровень осознания человеком себя и соответственно - соотношение самосознания и низшего сознания может сильно отличаться в зависимости от времени жизни человека, его окружения, образования, способностей и т.п., хотя, в среднем, этот уровень в процессе разворота цивилизации растет и не может не расти, хотя и очень медленно, так как развитие цивилизации означает постепенный прирост информационных потоков, захватывающих каждого человека, происходящий вследствие деятельности тех же человеческих сообществ, занимающих всё новые пространства, технические и научные поля, новые сектора культуры.
  Будучи в начале своего цивилизационного пути обычным каннибалом, человек постепенно начинает по-иному относиться к своим ближним и своим соседям, накапливая наряду со знанием определенные моральные установки, облегчающие жизнь и развитие сообществ, делая его всё более цивилизованным как в отношении технико-технологической оснащенности, так и по более альтруистичному отношению друг к другу, то есть отдаляя его от природно-животной сущности.
  Тем не менее, жизнь людей есть конкурентная борьба за различные блага и привилегии, облегчающие труд или избавляющие от него вовсе, а средства этой борьбы могут быть различные - от самых подлых поступков до великодушных уступок и организации взаимовыгодных отношений с собственными конкурентами.
  Также надо отметить, что имеет смысл говорить о существенных подвижках в сообществах или жизни обычного человека только в том случае, если человек или все люди сообщества не задавлены тяжелым трудом ради выживания. А подобное происходит только с появлением хотя бы у немногих людей сообщества некоторого свободного времени, которое они могут посвятить как чувственным, так и умственным занятиям, что и происходит с развитием цивилизации.
  Таких людей, которые знают, как и чем занять свое свободное время, всегда было и будет меньше остальных, потому что еще надо и уметь распоряжаться своим свободным временем, то есть быть плодотворно активными, находя себя в творчестве.
  Но только такие люди способны создавать напряжение как в себе, так и в обществе, обеспечивая его развитие, то есть увеличивая объем информационной базы сообщества. Они не способны скучать. Поэтому они пытаются всегда придумать что-то новое, плывут к неизвестным землям, погружаются в глубины океанов, затевают войны без видимой причины, организуют религиозные или светские общества, но главное - втягивают остальное население в свои предприятия, убедительно их обосновывая той или иной полезностью для всех, тогда как на самом деле "вершки" достаются немногим, да, как правило, и им не идут на пользу.
  Самосознание содержит в себе всё истинно человеческое: ощущения любви, дружбы, проявление заботливости, верность долгу, честность, совестливость, но в эти проявления сознания всё время вплетаются такие следствия неизменного эгоцентризма низшего сознания, как зависть, гордость, властолюбие, эгоизм, корыстолюбие, отчуждение и т.д.
  Если вернуться к источнику формирования и развития целостных сообществ, то необходимо отметить следующее.
  Неудовлетворенность есть коренное свойство, скорее даже - состояние активного, которое вследствие перманентного пребывания в нем не может остановиться - иначе оно уже не будет активным, а станет вещью, - поэтому человек созидает только для того, чтобы разрушить созданное, - неважно, к чему оно относится, но в этом процессе созидания-разрушения качество сознательно созидаемого в среднем становится всё выше - происходит качественное изменение окружающей среды, отношений, связей, понимания, то есть подобное взаимодействие сознания в человеке с окружающим ведет в итоге к повышению уровня самосознания, что мы и наблюдаем, глядя на самих себя в нашей цивилизации. Этот переменный вектор в виде противоположных стремлений к осознанному созиданию и разрушению, стало быть, указывает непременно на предпочтительность иного перед сложившимся, и так будет до тех пор, пока не исчезнет цивилизация со всеми ее сообществами.
  Однако, сознание человека неоднородно - в нем действует низшая (животная) ипостась, и - высшая (самосознание). Каждой из этих сущностей принадлежит собственная неудовлетворенность, соответствуя сфере деятельности обоих типов сознания.
  Неудовлетворенность низшего сознание всегда остается в четко очерченных границах потребления ощущений, но резко возрастает, требуя от человека или его сообщества немедленных действий при угрозе жизни (чувство самосохранения, присущее любому живому существу), сведению жизни к нетерпимому существованию, а также угрозе размножению, что в реальности происходит при нападении, неблагоприятных изменениях климата, ландшафта, неверных действиях лидеров, недостатке пищи и прочих факторов, относящихся к управлению органикой и ее сохранению.
  Неудовлетворенность высшего сознания, присущая только людям, и появившаяся в них вследствие осознания себя в окружающем мире, или во времени, не имеет границ в их самосознании, и пытается вести людей к наиболее полноценной и гармоничной жизни, совершенствуя отношения между ними и улучшая окружающую среду, но без возможности преодолеть влияние на поведение человека низшего сознания, тем более что низшее сознание и высшее сознание не разделены, а переплетены неразрывно, а какая сущность временно побеждает, определяется условиям существования носителей сознания и степенью их развития, точнее, достигнутым уровнем их самосознания.
  Поэтому при недостатке пищи, неблагоприятных условиях жизни, стесненности на занимаемой территории, особенно в сопоставлении с условиями жизни соседних сообществ, возникает растущая неудовлетворенность низшего сознания сообщества. Низшее сознание со всем его эгоцентризмом, замещая в критический момент высшее сознание, диктует как человеку, так и его сообществу начать бросок от гибельных условий существования к благоприятным, неважно за счет чего или кого.
  Так, эта неудовлетворенность низшего сознания бросала диких гуннов на чужие, но благодатные места, а в Китае поднимала массы голодных крестьян, превращаемых в рабов, на сокрушающие всё вокруг восстания, снижая в отдельных случаях население в несколько раз.
  В ходе этого действия сознания возникают и структурно совершенствуются сообщества, сближая примкнувшие к этому движению народности, или же объединяя восставшее население в едином порыве, которое становится сплоченным едиными интересами, то есть - целостным сообществом.
  После сравнительно кратковременных, отчаянных и кровопролитных - не всегда выигрышных - событий, вызванных действием накопившейся неудовлетворенности низшего сознания, могут возникать новые образования уже на "расчищенном" месте с улучшенными или просто иными условиями для бытия, в которых можно будет заняться организационно-структурным совершенствованием: строительством, торговлей, создать новые управляющие органы, усовершенствовать законы и т.д., то есть появляется место для развивающих действий высшего сознания, которое восстанавливает свои позиции и отодвигает сделавшее свое дело низшее сознание в сторону.
  Теперь уже проявляется во всей красе неудовлетворенность коллективного высшего сознания, которое видит разруху вокруг и начинает толкать сообщество к перестройке того, что осталось, а также - к созданию новых связей, отношений и новых форм окружающей среды. Этот процесс может затянуться на столетия.
  Однако, любое сообщество содержит бюрократические органы управления, властную элиту, а эта верхушка сообщества имеет свойство со временем замыкаться на себя, пренебрегая интересами масс. Если это пренебрежение доходит до той грани, за которой качество жизни большинства населения в этом сообществе доводится снова до неприемлемого уровня, грозящего его деградацией и даже вымиранием, то неудовлетворенность низшего сознания массы населения под угрозой гибели собственного потомства при поддержке неформальной интеллектуальной оппозиции, отражающей действие неудовлетворенности высшего сознания (недостаток фактических гражданских свобод, вопиющее неравенство, отсутствие социальных лифтов, что препятствует эффективному проявлению накопленных каждым человеком знаний и умений и т.п.), возрастает до такого предела, что бросает значительную часть населения, или, по крайней мере, достаточное число его самых активных представителей на смещение бюрократической элиты, невзирая на всю опасность для жизни, которая уже превратилась в мучения из-за негодного управления, жадности и деградации властной элиты.
  Такого рода события произошли в России в феврале 1917 года, когда широкие народные массы, утомленные бессмысленной войной, бездарностью и беспомощностью разложившихся властей, оторванностью их от масс, смели властную верхушку, но остановились в бездействии, которым воспользовалась наиболее экстремистская часть интеллектуальной элиты, воспитанная на марксистских утопиях. Новая элита преобразовала на почве общинного сознания масс Россию (СССР) в азиатскую сатрапию с верховным непогрешимым вождем. СССР, правда, достиг значительных успехов благодаря энтузиазму масс, соблазненных кисельными коммунистическими берегами; однако эта химера сравнительно быстро исчезла (1991 год), когда оппозиция в виду потери основной цели сообщества - строительство коммунизма, сместила властную элиту при полном равнодушии масс и отсутствии сопротивления силовых органов.
  Любопытно, что тут проявилось отличие по действию коллективного сознания сообщества в переломных событиях для развитых сообщества и неразвитых. В последних (Россия - февраль 1917 г.) доминирует неудовлетворенность низшего сознания - в силу существенного снижения уровня жизни населения и его уничтожения (война), а для развитых сообществ, в которых уровень жизни достаточно высок, более существенным становится отношение населения в лице его представителей в неформальной интеллектуальной элите к ставшей непригодной социальной структуре, которая больше не способна содействовать развитию сообщества из-за утраты поставленных ранее целей (СССР - 1991 г.).
  Другими словами, всё большее вмешательство неудовлетворенности коллективного высшего сознания с течением времени в переломные события означает приобретение сообществом большей свободы, так как свобода есть следствие стремления сознания к изменению себя в своем существовании в условиях сопротивления окружающей среды. А происходит это увеличение степени вмешательства высшего сознания с развитием сообщества потому. что меняться способно только высшее сознание, а низшее сознание, отвечающее в основном за органические функции, остается практически неизменным.
  Подобное изменение целостного сообщества не в результате только внешних влияний, а при взаимодействии сообщества в лице его коллективного высшего сознания с внешним окружением указывает на убывание для него энтропии.
  Экстраполируя данное явление с сообществом, которое рано или поздно распадается, на всю цивилизацию, можно отметить, что, в целом энтропия земной цивилизации со временем убывает, но, только до определенного момента (точка сингулярности), в котором она возвращается к прежнему - до возникновения цивилизации- уровню.
  Аналогичный вывод по иным данным был сделан нами ранее (см., напр., 24, гл. 6).
  Возможен и такой сценарий событий в сообществе на стадии его плавного развития.
  Удачное управление хозяйством, урожайные годы, неожиданно появившиеся дополнительные ресурсы, технологии способны привести сообщество к значительному повышению благосостояния и культуры населения в целом. Это обстоятельство в соседстве с нищими, неразвитыми, но агрессивными и воинственными, или просто конкурентными сообществами вполне может вызвать у них зависть и желание напасть и разорить процветающую страну. Если подобное желание сбывается, а это случается довольно часто, так как в процветающих странах благополучие расслабляет, то сообщество снова ввергается в материальную нищету и моральное ничтожество, часто получая внешнее управление.
  Подобная ситуация означает временное падение уровня коллективного высшего сознания, что вызывает растерянность элиты и впадение населения в ступор. Положение опять же может спасти неудовлетворенность низшего сознания ситуацией, поскольку оно инстинктивно чувствует угрозу гибели сообщества. Коллективное низшее сознание воздействует на население, мобилизуя из всей его массы наиболее активных членов, которые меняют негодную элиту и пытаются восстановить положение. Это удается не всегда, но даже при внешнем управлении при достаточной сплоченности населения, высокой культуре, неизменных обычаях, то есть в случае не фатального падения уровня высшего сознания, существует высокая вероятность выхода сообщества снова на магистральный путь развития до новых катаклизмов подобного типа.
  Особенно ярко и беспримесно этот процесс развития сообщества иллюстрируется историей Китая, которая длится почти четыре тысячи лет.
  Аналогичные процессы шли также и в Западной Европе после распада Римской империи - это как раз тот случай, когда распад государства путают с гибелью сообщества, тогда как накопившийся - высокий - уровень высшего сознания всей массы населения Римской империи (культура, традиции, язык общения, законы, мораль, способы управления государством, христианская религия) позволили не только сохраниться империи на Востоке (Византия), но и под флагом Папства христианской церкви в Риме позволил практически восстановить империю на западе Европы при определенной конкуренции находившихся там государств, образовав, в итоге, через полторы тысячи лет нынешнее единое Европейское сообщество государств.
  Иначе говоря, целостное западноевропейское сообщество никуда не исчезло, а после различных по срокам периодов стагнации, войн, переворотов пришло примерно к тому же единению, что и в Римской империи, но, естественно, на более высокой технологической и культурной основе, то есть - более высоком уровне самосознания.
  Близким к этому был и процесс трансформации Византии, переместившейся в своем сознании в православное государство русских, сообщество которых развивается до сих пор. Этот пример показывает отнюдь не первостепенное значение для целостности и развития сообщества территории, а демонстрирует превалирование таких элементов самосознания сообщества, как культура, основы языка, законы, этические нормы, способы управления, общения через религию и т.п.
  Приведем ниже примеры, иллюстрирующие жизненный цикл ряда сообществ, который отличен от предложенного Гумилевым четырехфазного этногенеза.
  В свою очередь, эти примеры, опровергая концепцию пасссионарности Гумилева, не противоречат предложенной нами концепции развития целостных сообществ на основе такого источника развития, как неудовлетворенность сознания.
  Сам по себе, исторический ход развития китайского сообщества как наиболее древнего из нынешних целостных сообществ в течение почти четырех тысяч лет, если определить переломные точки этого развития, то есть - позиции кардинальных перемен в обществе вплоть до смены всей властной элиты, показывает многократное попеременное следование сравнительно кратковременных периодов катастрофических событий различного типа (крушение империй, перевороты, нашествия с захватом власти кочевниками и т.п.) сравнительно длительным эпохам постепенного преобразования сообщества, которое не исчезло за четыре тысячи лет, сохранив основы своего самосознания, облик, территорию.
  Во II тысячелетии (примерно в XVII веке до нашей эры на территории современного Китая в Хэнани в районе среднего течения реки Хуанхэ в результате объединения племен образовалось сообщество под названием Шан с крупными поселениями и монументальными зданиями. Китайцы того времени уже начали пользоваться иероглифическим письмом.
  Правитель являлся одновременно военачальником, верховным жрецом и организатором хозяйства.
  Основным занятием в сообществе было земледелие. Большое значение имело также скотоводство. На полях работали общинники и постоянные работники, близкие по статусу к рабам. Рабов поставляли постоянные войны с соседями, но большая часть рабов истреблялась или приносилась в жертву. Успехи в войнах сообщества Шан (династия) с населением Инь, приведшие к захвату нескольких соседних территорий, можно объяснить наличием у сообщества профессионального войска с боевыми колесницами.
  Сообщество (царство) Шан просуществовало до XI века до нашей эры, и было разгромлено в неудачной войне с западным племенем Чжоу. Источником столь значительной перемены отношений после долгого правления Шан в данной случае явилась консервация в значительной степени самосознания по сравнению с подъемом до более высокой степени высшего сознания соседей, чему соответствовали их более высокая организация, технологии, и вместе с тем - стремление населения Чжоу занять более выгодное место существования, в чем явно прослеживается долго копившаяся неудовлетворенность их низшего сознания.
  Сообщество Чжоу, основу которого составляли иньцы, просуществовало до III века до нашей эры. Его территория расширилась, а освоение новых земель приводило к смешиванию населения из разных районов, создавая тем самым прототип нынешнего китайца.
  В V веке до нашей эры эпоха бронзы сменяется эпохой железа, орудия труда улучшаются, соответственно растет площадь осваиваемых земель, строятся новые ирригационные сооружения, начинают применять удобрения, усиливается разделение труда и хозяйственная специализация районов, меняется качество вооружений, развиваются ремесла.
  В связи с этим оживляется торговля, и соответственно возрастает роль купцов и ростовщиков.
  Организационное и технологическое развитие соседствует с культурным: формируются основные философские школы Китая - конфуцианство (VI- Vвв. до н. э.), моизм (V в. до н. э.), даосизм (IV в. до н. э.).
  С течением времени власть центрального правителя Чжоу ослабела, а власть удельных князей укрепилась.
  Войны между соперничающими княжествами мешали росту торговли. Объединения страны требовала и угроза со стороны кочевников-гуннов.
  К IV в. до н. э. особенно усилилось западное княжество Цинь, расширившее свою территорию на юг и на восток.
  В этом уже царстве Цинь в IV в. до н. э. были проведены реформы, в значительной степени подорвавшие устои патриархальной семьи и сельской общины: стало поощряться дробление крупных семей, раздел их имущества, кроме того, была разрешена купля-продажа общинных наделов. Сбор налогов резко возрос.
  В результате, было реорганизовано войско, и бронзовое оружие было заменено железным, боевые колесницы были заменены более маневренной конницей.
  К середине III века до нашей эры Цинь разгромило всех соперников, и верховная власть перешла от Чжоу к Цинь в лице нового императора (хуанди) Цинь Ши хуанди (первый император Цинь).
  Таким образом, царство Чжоу было разгромлено конкурентом с более высоким уровнем самосознания, которому соответствовали указанные социальные и технологические нововведения.
  Император Цинь Ши хуанди провел ряд успешных войн, в частности, с гуннами, начал постройку Великой Китайской стены, оттеснив за нее гуннов, отстранил от власти старую знать, а во главе провинций поставил собственных чиновников.
  Однако, постепенно растущие расходы на армию, бюрократически аппарат разорили землевладельцев.
  Жестокость проводимых мероприятий вызывала недовольство разоряемых общинников, а также знати, отстраненной от управления страной. К этому добавилось недовольство казарменной дисциплиной, жестокими наказаниями провинившихся, казнями конфуцианцев, выступавших против создавшегося гнета.
  Сразу же после смерти Цинь Ши хуанди (конец III века до нашей эры) началось массовое восстание землевладельцев., к которому примкнули и рабы.
  Наиболее удачливый из вождей восстания - деревенский староста Лю Бан - в 207 году до н. э сверг последнего представителя династии Цинь, и на следующий год провозгласил себя императором, основав новую династию Хань (Старшая династия Хань). В данном случае, накопившая неудовлетворенность низшего сознания всех слоев масс, которые оказались в безвыходном положении физически уничтожаемых вследствие жестоких действий правящей бюрократии с крайне пониженным уровнем высшего сознания, явилась основным источником коренных изменений отношений в китайском сообществе того времени.
  Начало правления династии Хань характеризуется реформами в пользу общинников, для которых был снижен земельный налог. Были прекращены массовые казни. К власти начали привлекать отдельных представителей потомственной аристократии, тогда как торговцы и ростовщики стали облагаться разорительными налогами.
  Жестокие нормы и бесчеловечная практика Цинь Ши хуанди были заменены конфуцианством, опирающимся на традиции. Эта идеология сохранилась до сих пор.
  Удачные войны существенно увеличили территорию Китая.
  Однако захватническая политика требовала огромных средств. Налоги стали взыматься даже с детей и стариков, цены росли. Население к концу I века до н. э. всё больше убеждалось в неспособности бюрократии изменить ситуацию к лучшему.
  Всеобщее недовольство вызвало восстание сразу в нескольких провинциях. Восставшие выкрасили брови в красный цвет в качестве отличительного знака (восстание "Красных бровей"). Они захватили столицу, убили императора-узурпатора, отстранившего от власти наследников династии Хань, и в 25 н. э. к власти пришли снова представители династии Хань (Младшая династия Хань). Данная переломная точка истории Китая представляет проявление высокой степени неудовлетворенности низшего сознания масс как основного источника смены отношений в сообществе вследствие практического уничтожения правящей элитой трудящегося населения, а также, вместе с этим, - проявление пониженного уровня высшего сознания интеллектуально-властной элиты.
  Для предотвращения в будущем подобных восстаний была проведена реформа по освобождению части рабов, было запрещено клеймить и убивать их. Отчасти, подобный либерализм был вызван новыми изобретениями: водяная мельница, водоподъемный насос, воздуходувные кузнечные мехи. В земледелии также был сделан ряд усовершенствований.
  Захват территорий, войны были довольно успешными, но главной цели - установление прямого контакта с Римской империей из-за противодействия парфян достигнуть не удалось.
  В итоге разразился кризис товарно-денежной системы и произошла натурализация хозяйства.
  Результатом стало разорение народных масс - население стало убывать. Всё это, а также нашествия варварских племен вызвали широкое восстание "желтых повязок", длившееся около 20 лет - конец II века н. э., также начались междоусобицы среди рабовладельцев, с севера нахлынули гунны.
  Последствием этих событий стал распад в 220 году н. э. Ханьской империи на три государства. Источником этого перелома в развитии китайского сообщества является одновременно пиковое проявление накопившейся неудовлетворенности низшего сознания масс, выразившееся в восстании "желтых повязок", а также - понижение уровня высшего сознания интеллектуально-властной элиты (междоусобицы). Кроме того, на эти проявления сознания китайского сообщества произошло наложение неудовлетворенности низшего сознания гуннов, которым давно хотелось, но пока неудачно, переместиться в более благоприятные условия существования за счет иноплеменников-китайцев.
  В качестве некоторых итогов примерно двухтысячелетнего существования сообщества китайцев можно отметить явный прогресс, а не застой в его существовании, несмотря на все катаклизмы.
  Технологический прогресс просматривается в замене бронзовых орудий труда и оружия на железные, появились мельницы, насосы, новые технологии сельскохозяйственного производства, были изобретен компас, сейсмограф, порох, бумага, технология изготовления шелка, многоярусные здания.
  Племенные отношения сменились строго иерархическим сословным государством, в котором в соответствии с учением Конфуция отстаивался приоритет патриархальных традиций и незыблемость социальных устоев, что было выгодно элите общества.
  Что касается самосознания сообщества, то в значительной степени усовершенствовалась система общения с помощью иероглифов - их число возросло до 18 тысяч. Наряду с культом предков широкое распространение получили разработанные в Китае конфуцианство, даосизм, сформировавшие в значительной степени особость китайцев, а также проникший из Индии буддизм. Число носителей высокого уровня знаний существенно возросло благодаря развитию ирригации и строительства.
  После 220 года н. э. началась длительная и ожесточенная борьба за власть над Китаем между тремя его провинциями (период Троецарствия), завершившийся основанием государства Цзинь (226-420 гг. н. э.).
  Однако волнообразные нашествия кочевых племен с севера и захват ими всех северных провинций Китая вынудили элиту общества (около миллиона человек) бежать в Южный Китай.
  В этот период нестабильности варваризуется жизнь китайцев с разгулом жестокости и убийств. Тем не менее, культура Китая, воздействуя на пришельцев, приводила их к поглощению китайским сообществом. Так же ассимилируются китайцами и местные жители юга Китая: упадок китайского сообщества после 220 г. н. э. сменяется подъемом. Отчасти варваризованный север объединяется с колонизованным югом страны под управлением новой династии Суй (581-618 гг. н. э.).
  Таким образом, между двумя точками перелома развития Китая - 220 г. н. э. и 581 в. н. э. за упадком следует подъем, то есть неудовлетворенность низшего сознания населения, провоцирующая разгул страстей, восстания и распад, сменяется конструктивными действиями высшего сознания преимущественно новой интеллектуально-властной элиты общества, чье внимание в значительной степени направляется уже на восстановление хозяйства.
  Во время правления династии Суй между Янцзы и Хуанхэ строится канал, восстанавливаются участки Китайской великой стены. Но эти предприятия требуют усиления поборов с населения. Оно в итоге не выдерживает тягот и восстает. Это означает, что новое накопление неудовлетворенности низшего сознания населения пришедшими тяготами опять требует разрешения.
  И оно происходит в виде смены династий (властной элиты).
  К власти в 618 году н. э. пришла династия Тан, правившая до 907 г. н. э.
  В стране воцарился порядок: получило дальнейшее развитие сельское хозяйство, а также ремесла и кустарное производство, металлургия и кораблестроение. Началось интенсивное строительство дорог между провинциями, сформировалась прогрессивная правовая система, были установлены экономические и культурные связи с Японией, Персией, Кореей, Индией, Аравией и т.д., увеличились размеры городов и численность населения, расширилась территория, снова стал действовать Великий шелковый путь
  Однако в течение последних 100 лет правления династии Тан начинают происходить конфликты месту центральной властью и наместниками в провинциях Китая. Начинаются междоусобные войны, и только в 960 г. н. э. центральная власть восстанавливается в рамках новой империи Сун (960-1279 гг. н. э.).
  Таким образом, между двумя точками перелома развития Китая - 618 г. н. э. и 960 в. н. э. - за подъемом, длящимся в течение 200 лет, следует упадок, то есть конструктивная неудовлетворенность высшего сознания населения сменяется нарастающим разрушительным действием низшего сознания, в основном, правящей элиты, инспирировавшей междоусобные войны.
  Период правления династии Сун характерен ослаблением военной мощи Китая, что повлекло захват северных провинций варварами, но это не помешало общему экономическому и культурному расцвету Китая вплоть до XII в. н. э.: распространялось книгопечатание, выводились новые сорта растений, усовершенствовалась технология изготовления фарфора, шелка и лаковых изделий.
  Поэтому можно констатировать подъем самосознания населения в этот период. При этом, самосознание ищет опору не в военных технологиях, а в инновациях в области культуры и искусства, смягчая нравы и усиливая альтруистические настроения, вследствие чего, возможно, китайцы потеряли свой прежний военный пыл, и стали с меньшим рвением уничтожать кочевников, предпочитая жить с ними в мире за счет некоторых уступок.
  То есть период между двумя точками перелома развития Китая - 960 г. н. э. и 1279 г. н. э. (в этот год Китай попал под власть монголов) - может быть отмечен в целом подъемом уровня высшего сознания населения.
  В начале XIII века н. э. началось нашествие объединившихся монгольских племен на восток, на запад и снова на восток - в Китай. К 1280 году империя Сун пала, и Китай попал под власть монголов, став частью их империи.
  Развитие страны было остановлено, хозяйство подорвано, часть жителей была обращена в рабство.
  Подобный спад вызвал постепенное накопление неудовлетворенности низшего сознания всего населения своим бедственным существованием, и оно к середине XIV века н. э. восстало.
  В 1368 г. н. э. монголы были изгнаны, и к власти пришел сын крестьянина Чжу Юаньчжан, основавший империю Мин.
  Китай возвращает себе часть северных территорий, организует ряд морских экспедиций, налаживает контакты с европейской цивилизацией, что можно считать периодом подъема.
  Однако к середине XVII века н. э. объединившиеся маньчжуры нападают на Китай, в котором тем временем разгорается крестьянское восстание.
  В итоге, в 1645 г. н. э. Китай теряет суверенитет и становится частью маньчжурской империи Цин (1645-1911 гг. н. э.).
  В отличие от монголов, маньчжуры быстро попали под влияние культуры Китая, причем императоры стали буддистами или конфуцианцами.
  В Китае стал интенсивно развиваться, его население возросло в пять раз к середине XIX в. н. н э. до 300 миллионов человек. Территориально империя расширилась, захватив часть Средней Азии.
  Однако в XIX в. н э. начался ввоз опиума в Китай европейцами, и соответственно - Опиумные войны, которые привели к поражению империи Цин и превращению Китая в полуколонию европейцев.
  Вторая половина XIX в. н. н э. проходит в Китае под знаком обширных восстаний населения, в которых погибло несколько десятков миллионов человек, но власть устояла с помощью европейских держав. Были проведены некоторые реформы.
  В результате нескольких войн контроль над Манчжурией и Кореей получила Япония.
  Все эти катаклизмы привели население в состояние крайнего раздражения, иначе говоря, "чаша" низшего сознания населения переполнилась. В 1911 г. н. э. началось восстание, империя Цин прекратила свое существования. Была провозглашена Китайская республика.
  Тем не менее, вплоть до 1926 г. н. э. в Китае продолжались волнения, завершившиеся военным переворотом Чан Кайши. Однако умиротворения не произошло, и волнения в Китае не остановились, а в 1931 году началась война с Японией, которая оккупировала Манчжурию. В борьбу вступили коммунисты Китая и их сторонники. Войска Гоминьдана, обескровленные борьбой с Японией, к 1949 году потерпели поражение от коммунистов и отступили на Тайвань. Бурный период существования для китайцев закончился.
  Под руководством коммунистов было образована Китайская Народная Республика. Наступила эпоха действия неудовлетворенности высшего сознания новой властной элиты Китая, что после некоторых отступлений привело китайское сообщество к высокому уровню технологического развития и подъему культуры всего населения. В целом, движение сообщества китайцев после 1949 года можно считать восходящим.
  Таким образом, жизненный цикл китайского сообщества включает в себя 13-ть переломных точек, между которыми находятся периоды эволюционного развития сообщества, которое после почти четырех тысяч лет развития сохранило свою целостность (самосознание) и продолжает движение вперед.
  Первая точка (XI век до нашей эры) знаменует перелом в развитии первоначального сообщества китайцев. Царство Шан, просуществовавшее около шести столетий (с XVII века до н. э.), было разгромлено войсками поднявшейся военном отношении провинции Чжоу.
  Смена властной элиты привела к хозяйственному и культурному подъему, сменившийся через несколько столетий упадком в связи с ослаблением центральной власти.
  Начались войны удельных князей, завершившиеся падением Чжоу в середине III века до н. э. под натиском провинции Цинь (длительность временного периода между двумя первыми поворотными точками составляет около семисот веков).
  Таким образом, вторая точка перелома (середина III века до н. э.) обозначает смену правящих элит - династии Чжоу династией Цинь. Первоначальным результатом замены властной элиты явился период успешных военных действий китайцев в течение нескольких десятков лет - подъем, который сравнительно быстро сменился спадом, так как войны разорили население и привели его к восстанию в конце III века до н. э., которое является 3-й точкой перелома (длительность периода между второй и третьей переломными точками составляет 50 лет).
  Третья точка перелома в развитии Китая на временной оси (207 год до н. э.) показывает интересное явление - превращение деревенского старосты в императора, который основал новую династию Хань. Благоприятные для населения реформы привели к культурному и экономическому подъему, который, как бывало и ранее, сменился спадом из-за роста налогов и цен. Этот рост был необходим для ведения захватнических войн, развязываемых властной верхушкой Китая. Итогом снижения уровня жизни было возбуждение низшего сознания всего населения, выразившееся во всеобщее восстание, завершившееся в 25 г. н. э. свержением династии Хань, которое является 4-й точкой перелома (длительность эволюционного периода развития между третьей и четвертой точками перелома составляет около 200 лет).
  Четвертая точка переломных событий в истории Китая (25 г. н. э.) формально указывает на смену одной династии другой, но, фактически, показывает удовлетворение требования народа сменить властную элиту. Как и прежде, новая власть сначала провела благоприятные для населения реформы, но через некоторое время ввязалась в войны по захвату территорий, что привело страну к кризису, а население - к разорению. Положение усугубилось нашествием гуннов. Широкое восстание население вызвало в 220 г. н. э. распад империи на три государства, который является 5-й точкой перелома. Этот период эволюционного развития китайского сообщества так же выглядит как смена первоначального подъема спадом (длительность эволюционного периода развития между четвертой и пятой точками перелома составляет около 200 лет).
  Пятая точка перелома, указывающая на приход к власти новой элиты, обозначает основание государства Цзинь (226-420 гг. н. э.). Нашествие кочевых племен и захват ими китайских территорий приводят китайское сообщество к длительному спаду.
  Оно приходит в себя, ассимилировав большую часть кочевников, только к VI в. н. э., когда вследствие определенного подъема варваризованный север объединяется с колонизованным югом страны под управлением новой династии Суй, правившей с 581 по 618 гг. н. э., что явственно представляет следующую - 6-ю - точку перелома в развитии сообщества (временной интервал между пятой и шестой точками перелома составляет более трех веков).
  Таким образом, шестой точкой перелома можно обозначить приход к власти новой элиты в лице династии Суй (581 г. н. э.). Как это уже происходило прежде, первоначальные действия новой властной элиты направлены на восстановление хозяйства. Однако этот подъем быстро завершается, так как восстановление экономического потенциала потребовало значительных средств, которые неоткуда было взять, кроме как у населения. Происходит восстание недовольных. Властная элита свергается, и ей на смену приходит новая - в виде династии Тан, правившей с 618 по 907 гг. н. э., что представляет 7-ю точку перелома (временной интервал между шестой и седьмой точками перелома составляет менее 50 лет).
  Седьмая точка перелома (618 г. н. э.) знаменует смену прежней властной элиты управляющей элитой эпохи династии Тан. Эта властная элита начинает проводить реформы во всех отраслях хозяйства, а также в области права. Тем не менее, наступивший подъем, длящийся 200 лет правления династии Тан, сменяется спадом - начинают происходить конфликты месту центральной властью и наместниками в провинциях Китая. Междоусобные войны завершаются только к середине X в. н. э., и центральная власть восстанавливается в рамках новой империи Сун, правившей с 960 по 1279 гг. н. э. - 8-я точка перелома (временной интервал между седьмой и восьмой точками перелома составляет более трех веков).
  Восьмая точка перелома в развитии китайского сообщества означает новую смену властной элиты Китая (империя Сун пришла на место империи Тан). В целом, эпоху империи Сун как интервал эволюционного развития можно охарактеризовать существенным повышением уровня самосознания всего населения, что получило отражение в культурном расцвете Китая. Это благоприятное время для развития китайского сообщества было прервано нашествием монголов и потерей Китаем государственности (1280 г. н. э.) - 9-я точка перелома (временной интервал между восьмой и девятой точками перелома составляет порядка трех столетий).
  Девятой точкой перелома является завоевание Китая монголами. Нашествие монголов и включение Китая в их империю приводят китайское сообщество к длительному спаду, так как хозяйство было разрушено, а значительная часть жителей была обращена в рабство. Менее ста лет потребовалось для накопления неудовлетворенности низшего сознания всего населения своим бедственным существованием до крайнего предела. Эта предельная неудовлетворенность не могло не привести к всеобщему восстанию против поработителей и освобождению страны от их власти (1368 г. н. э.) - 10-я точка перелома (временной интервал между девятой и десятой точками перелома составляет около 90 лет).
  Тем самым десятая точка перелома в развитии китайского сообщества знаменует восстановление суверенитета Китая после восстания и изгнания монголов в середине XIV века н. э. Новая империя Мин в лице ее властной элиты восстанавливает хозяйство, проводит ряд других прогрессивных мероприятий, но, ближе к XVII веку н. э., ее гнет усиливается. Население восстает. Вместе с тем Китай захватывают маньчжуры (1645 г. н. э.) - 11-я точка перелома. Временной интервал между десятой и одиннадцатой точками перелома составляет порядка трех столетий.
  Одиннадцатой точкой перелома является захват Китая маньчжурами в 1645 г. н. э. Китай становится частью маньчжурской империи Цин. Маньчжуры довольно быстро китаизировались, и китайское сообщество получило новое развитие. Однако в XIX в. н. н э. начался ввоз опиума в Китай европейцами, и соответственно - Опиумные войны, которые привели к поражению империи Цин и превращению Китая в полуколонию европейцев. Население Китая приходит в состояние крайнего раздражения, начинаются восстания, и в 1911 г. н. э. империя Цин прекратила свое существования. Была провозглашена Китайская республика - 12-я точка перелома. Временной интервал между одиннадцатой и двенадцатой точками перелома составляет около трех столетий.
  Двенадцатая точка перелома в 1911г. н. э. обозначает смену имперской властной элиты на республиканскую. Развитие китайского сообщества в условиях республиканского правления долго не могло начаться вследствие борьбы различных группировок, в которую вмешалась война с Японией и Вторая мировая война. В борьбе двух основных группировок - Чан Кайши и коммунистов - победили последние (1949г.) -13-я точка перелома. Временной интервал между двенадцатой и тринадцатой точками перелома составляет менее 50 лет.
  Тринадцатая точка перелома в 1949 г. н. э. знаменовала победу в гражданской войне коммунистов. Началось постепенное технологическое и культурное возрождение китайского сообщества, которое продолжается и по сей день.
  Данное рассмотрение истории китайского сообщества за почти четыре тысячи лет показывает, что целостные сообщества развиваются дискретно: эволюционные периоды в среднем в несколько сотен лет для Китая перемежаются переломными событиями, в ходе которых меняется властная элита, и соответственно, меняется, в той или иной степени, политика и хозяйственные отношения. Периоды между точками перелома могут существенно отличаться: содержать только одну фазу подъема, который может быть прерван переломом в виде внешнего воздействия; фаза подъема может перейти в фазу ровного движения (без существенных изменений), которая непременно переходит в спад, если не прерывается внешним воздействием; фаза подъема также может быстро перейти в фазу упадка в случае неверных действий властной элиты или внешнего воздействия.
  Кроме того, как показывает история китайского сообщества, переломные пункты в развитии не всегда приводят к подъему, процесс разложения может продолжаться длительное время - до нового переломного события, но только в случае достаточного резерва коллективного самосознания сообщества, которое полностью распадается при его отсутствии, как это случилось, например, с ассирийским сообществом, в отличие от китайского или еврейского сообщества.
  Для китайского сообщества частота переломных точек (13) в развитии сообщества (XVII век до н. э. - XXI век н. э.) составляет в среднем одно переломное событие на 250 лет на протяжении почти четырех тысяч лет, а периоды эволюционного развития между переломными точками колеблются от 50 до 700 лет.
  Испанское христианское сообщество формировалось с VIII века н. э. в борьбе с арабами, точнее, маврами-мусульманами, и к XI веку н. э. на северо-западе Пиренейского полуострова возникли четыре государства: Арагон, Леон, Наварра и Каталония. В 914 г. н. э. новое королевство Астурия включило в себя Леон, часть Португалии и часть Галисии, сформировав, хотя и разделенную, но всё же собственную властную управляющую элиту образовавшихся государств.
  Воевавшие вместе с рыцарями с маврами крестьяне и горожане не попали в крепостную зависимость. Напротив, они получили большие льготы: крестьяне образовывали вольные общины, а горожане пользовались большими правами, чем горожане остальных государств Европы. В борьбе с мусульманами самосознание испанцев развивалось и крепло, так как война за возвращение земель предков сплачивала испанцев, вызывая появление таких черт, как доблесть, честь, настойчивость в достижении поставленных целей, приверженность старинным традициям на основе христианской веры в противовес мусульманским обычаям и нравам.
  С образованием христианских государств в Испании и ослаблением мавританского владычества по внутренним причинам возвращение территории продолжилось с успехом, и к концу XIII века весь полуостров, кроме Гранадского эмирата, был отвоеван испанцами-христианами. В течение всего периода от начала реконкисты до ее фактического окончания продолжалось укрепление такого качества самосознания испанцев, как именно христианской особости в противовес завоевателям-мусульманам. Оба новых сформировавшихся королевства - Арагон и Кастилия - развивали свою специфическую государственность, основой которой являлась защита законами торговли и промышленности.
  В конце XV века произошло объединение обоих королевств в единое королевство Испания. Обновившаяся властная элита стала с еще большим рвением укреплять католическую церковь: была введена инквизиция, начались преследования евреев и мусульман. Вместе с тем укрепилась власть короля, стали в большем объеме поощряться науки и искусства. Была открыта Америка, и началось ее освоение испанцами. Экспансия сильной испанской армии распространилась и на Европу: был завоеван Неаполь, присоединена Наварра, в 1519 испанский король был выбран германским императором. В конце XVI века Испания расширила колонии в Южной и Центральной Америке, захватила Португалию (1580 г.), став тем самым мировой державой.
  Этот интервал развития испанского сообщества характерен продолжением как цивилизационного подъема, так и подъема коллективного самосознания испанцев, почувствовавших себя мировыми лидерами.
  Однако в конце этого периода развития испанского сообщества (середина XVI века) начинается экономический спад. Он был вызван расходами на непрерывные войны и соответствующим повышением налогов, несмотря на ограбление стран Америки.
  На регресс сообщества в целом повлияло разложение обогатившейся за счет американского золота знати (властной элиты), и соответственно - ухудшившееся качество управления страной, а также ослабление армии.
  В начале XVIII века страна становится банкротом из-за воровства чиновников и колоссальных расходов на армию. Начались восстания в провинциях. От Испании отделились Каталония и Португалия. Испания также признала независимость Нидерландов. К середине XVIII века страна пришла в полный упадок, и после смерти бездетного короля Испании началась война нескольких европейских государств за размещение на престоле Испании своего ставленника. Победила Франция, и на престоле Испании оказались Бурбоны. Властная элита полностью сменилась. Были проведены прогрессивные реформы, в частности, был оздоровлен государственный аппарат, централизовано налогообложение, стала развиваться колониальная торговля, производство мануфактуры.
  Однако в конце XVIII века при правлении слабого короля Карла IV началась война с революционной Францией. После поражения Испании страна была вынуждена стать союзником Франции. Войны за чужие интересы вызвали восстание против фаворита короля. В итоге, корона была передано брату Наполеона. Это событие вызвало возмущение народа. Началась партизанская война за изгнание захватчиков-французов. Все эти события наполеоновского периода были вызваны в основном действием низшего сознания народных масс, которое всегда отстаивает собственную обжитую территорию.
  После поражения французских войск была восстановлена власть Бурбонов.
  Однако порядок в стране восстанавливался плохо из-за слабости аппарата управления во главе с королем. Упадок Испании вызвал волнения как в самой стране, так и ее американских колониях, которые объявили себя самостоятельными.
  В результате, в 1820 г. в Испании было создано временное правительство, провозглашена более прогрессивная конституция. Тем не менее, с помощью французских войск королю была возвращена абсолютная власть.
  В Испании в течение нескольких десятилетий продолжалось брожение, неоднократная смена управляющего аппарата, вплоть до провозглашения республики, которая, правда, существовала недолго - на престол снова вернись Бурбоны (1874г.).
  С этого времени начинает подъем: было восстановлено централизованное управление страной, приведена в порядок финансовая система, введено всеобщее избирательное право, стала развиваться промышленность и торговля.
  За годы Первой мировой войны экономика Испании пошатнулась, а распространение идей социализма привело к волнениям.
  В итоге, в 1931 г. монархия была свергнута, но разногласия в испанском обществе привели к гражданской войне, которая завершилась победой консервативных военных сил (1939г.).
  Началась модернизация страны, развитие промышленности и туризма.
  В 1976 г. была восстановлена королевская власть. Стали проводиться демократические преобразования, которые продолжаются по сей день.
  Обозначим жизненный цикл испанского сообщества по точкам перелома.
  Первая точка (XI век н. э.) обозначает перелом в развитии сообщества в виде образования на полуострове христианских государств в противовес экспансии мавров, что произошло по результатам частично выигранных сражений с маврами. Из этого следует, что в испанском сообществе, начиная с нашествия мавров, возник подъем неудовлетворенности низшего сознания, поскольку оно не могло смириться с потерей собственной территории. Этот подъем - в соответствии с возбуждением коллективного низшего сознания сообщества - продолжался до XIV века, причем, по мере увеличения освобожденной территории, к воздействию низшего сознания на поведение сообщества подключилось действие высшего сознания, отразившееся в развитии своей специфической государственности, основой которой являлась защита законами торговли и промышленности.
  Вторая точка перелома (конец XV века) свидетельствует о появлении новой властной элиты в результате объединения обеих королевств Испании. Ее действия продлили подъем страны (временной интервал между первой и второй точками перелома составляет около четырех веков).
  В XVI веке Испания стала мировой державой. Практически, до этого времени продолжался подъем самосознания испанского сообщества, ощутившего себя мировым лидером.
  Однако уже в этом веке возникла тенденция к понижению уровня высшего сознания властной элиты вследствие ее разложения американским золотом.
  В связи с разложением элиты начался экономический спад - третья точка перелома (середина XVI века). Этому спаду способствовало участие Испании в непрерывных войнах с соответствующими расходами на них, что требовало повышения налогов. К этому добавилось усилившееся казнокрадство чиновников. Временной интервал между второй и третьей точками перелома составляет около столетия.
  В начале XVIII века страна становится банкротом.
  В итоге, к середине XVIII века, страна пришла в полный упадок.
  Четвертая точка перелома (середина XVIII века) обозначает внешнее воздействие на испанское сообщество, в результате которого произошла смена властной элиты (временной интервал между третьей и четвертой точками перелома составляет около двух столетий).
  Со сменой властной элиты начался подъем страны, но он продолжался недолго - в конце XVIII века Испания потерпела поражение в войне и стала сателлитом Франции.
  Пятая точка перелома характеризует смену властной элиты испанского сообщества в конце XVIII века (временной интервал между четвертой и пятой точками перелома составляет около 50 лет).
  С этого времени в стране начался спад. Народ восстал против захватчиков-французов. Они были изгнаны. К власти вернулись Бурбоны, но порядок в стране так и не восстановился. В стране продолжались волнения, происходила частая смена правящих режимов. Наконец, в 1874г. к власти снова вернулись Бурбоны - 6-я точка перелома. Период между пятой и шестой точками перелома характерен высоким уровнем низшего сознания населения, который поспособствовал освобождению страны, и низким уровнем самосознания правящих классов, дерущихся за власть (временной интервал между пятой и шестой точками перелома составляет около столетия).
  Шестая точка перелома отражает начало подъема страны после прихода к власти Бурбонов (1874г.). Хозяйственный и общественный подъем продолжался до Первой мировой войны. После нее начался спад, завершившийся свержением монархии, гражданской войной и приходом к власти консервативных сил в 1939 г. - 7-я точка перелома.
  Седьмая точка перелома (1939 г.) свидетельствует о приходе к власти новой консервативной элиты, тем не менее, постепенно развернувшей модернизацию страны. Временной интервал между шестой и седьмой точками перелома составляет несколько менее столетия).
  В результате действий консервативной властной элиты положение населения улучшилось, и в 1976 году правящий режим добровольно восстановил в Испании монархию, тем самым передав власть иным, более демократичным структурам.
  Возникновение новой властной элиты в Испании под эгидой конституционной монархии свидетельствует о происшедшем в 1976 году повороте в развитии сообщества испанцев - восьмая точка перелома. Конституционная монархия организовала демократические реформы, которые с переменным успехом продолжаются до сих пор (временной интервал между седьмой и восьмой точками перелома составляет несколько менее 50 лет).
  Таким образом, жизненный цикл испанского сообщества, который длился с VIII века н. э. и не закончился по сию пору (тринадцать веков), включает в себя 8-мь переломных точек, между которым находятся периоды эволюционного развития испанского сообщества. Эти периоды содержат в основном фазы подъема или спада, а также сочетание подъема и спада.
  Для испанского сообщества частота переломных точек в развитии сообщества составляет в среднем одно переломное событие на 150 лет на протяженности примерно 1300 лет, а периоды эволюционного развития колеблются от 50 до 400 лет.
  Подобная динамика развития сообществ характерна не только для тех сообществ, которые, как китайское или испанское, существуют в развитии уже соответственно почти четыре тысячи лет и почти полторы тысячи лет, но и для уже исчезнувших сообществ, причины распада которых были указаны выше.
  К таким сообществам относится Ассирия, возникновение которого произошло в начале II тысячелетия до нашей эры, а распалось оно в конце VII века до нашей эры.
  Город-государство Ашшур можно было в начале II тысячелетия до нашей эры отнести к небольшим торговым государствам, в которых ведущую роль играли купцы, благо государство находилось недалеко от торговых путей. Оно не было самостоятельным, находясь под господством более крупных государств региона.
  Успехи торговли зависели в немалой степени от усиления контактов с соседями, а наиболее просто этого усиления можно было достигнуть военным путем. Поэтому властная элита Ашшур предпринимала неоднократные попытки завоевательной политики в течение нескольких сотен лет, однако в конце XVI века до н. э. Ашшур было разгромлено сильным в то время государством Митания, и страна оказалась в полосе глубокого упадка.
  Поэтому в сообществе с XV века до н. э. нарастает недовольство властной элитой, представленной в основном купцами, и появляется стремление заменить ее военными.
  В середине XIV века до н. э. купцы во власти были заменены военной знатью во главе с царем. Эти события и ослабление Митании, под власть которой попала Ассирия, привели к военным успехам в виде захвата соседних территорий.
  Развитие этой политики дало возможность развернуть масштабные военные действия. В середине XIII века до н. э. ассирийцы грабят центральные районы Вавилонии, в XII веке до н. э. достигают берегов Черного и Средиземного морей.
  Однако нашествие арамеев положило конец военной экспансии Ассирии, и с XI века до н. э. до конца X века до н. э. Ассирия снова приходит в глубокий упадок: города пустеют, население бежит в горы.
  Вследствие того, что арамеи не смогли создать крупной державы, в конце X века до н. э. ассирийцы восстановили свою военную организацию и провели ряд прогрессивных военных реформ. В результате, в течение IX века до н. э. Ассирия завоевала всю Северную Месопотамию и продвинулась к берегам Средиземного моря.
  Однако в начале VIII века до н. э. войска соседнего государства Урарту наносят сильное поражение Ассирии, которая утрачивает часть своих владений. В связи с наступившим социальным и экономическим кризисом начинаются восстания населения.
  Недовольство старой знатью приводит к утрате ею власти. Новые цари во второй половине VIII века до н. э. проводят крупные реформы, реорганизуют армию и начинают новые походы для грабежа и захвата территорий.
  К середине VII века до н. э. Ассирии удается захватить Египет и всю Месопотамию.
  Захват стран с различным населением, языками и обычаями сделал ассирийское сообщество неустойчивым, тем более что положение коренного ассирийского населения существенно ухудшилось: сельские общины утратили свою самостоятельность, а земледельцы приблизились к положению рабов, посаженных на землю. Это обстоятельство, а также изнурительные войны, частые восстания в покоренных странах вызвали кризис в государстве.
  Нападение в конце VII века до н. э. на Ассирию сильных врагов с востока и юга привел к полному поражению ее армии, столица была сожжена, сопротивление прекратилось, а население постепенно растворилось среди соседей.
  Из этого краткого описания видно, что жизненный цикл ассирийского сообщества включает в себя 7-мь переломных точек, между которым находятся периоды эволюционного развития ассирийского сообщества. Последняя переломная точка фиксирует его конец.
  Первая точка (конец XVI века до н. э.) обозначает перелом в развитии сообщества в результате внешнего воздействия (разгром другим государством), после которого начался период упадка, продлившийся до середины XIV века до н. э. (примерно 150 лет).
  Вторая точка (середина XIV века до н. э.) обозначает замену властной элиты купцов на элиту военных из-за неадекватности управляющих структур государства, и, соответственно, падения благосостояния населения. Источником этого переломного события является преимущественно неудовлетворенность высшего сознания населения в целом действием управляющих структур по развитию государства. Результатом замены властной элиты является период успешной военной экспансии Ассирии вплоть до начала XI века до н. э. (примерно 250 лет).
  Третья точка (начало XI века до н. э.) обозначает перелом в развитии сообщества в результате внешнего воздействия (разгром государства вследствие нашествия). Период упадка длился до конца X века до н. э. (примерно 200 лет).
  Четвертая точка (конец X века до н. э.) обозначает перелом в развитии сообщества в форме восстановления собственной военной организации и проведения военных реформ, что гарантировало военные успехи Ассирии вплоть до начала VIII века до н. э. (примерно 100 лет).
  Пятая точка (начало VIII века до н. э.) обозначает перелом в развитии сообщества в результате внешнего воздействия (разгром другим государством). Период упадка продолжался до второй половины VIII века до н. э. (примерно 50 лет).
  Шестая точка (вторая половин VIII века до н. э.) обозначает замену властной элиты старой знати на новую военную элиту из-за поражения в войне и обнищания населения. Результатом замены властной элиты явился период успешной военной экспансии Ассирии вплоть до конца VII века до н. э. (примерно 150 лет).
  Седьмая точка (конец VII века до н. э.) обозначает окончательный перелом в развитии сообщества (полный разгром другими государствами). За ним следует распад государства и ассимиляция населения Ассирии соседями.
  Для ассирийского сообщества частота переломных точек - их всего семь - в развитии сообщества составляет в среднем одно переломное событие на 200 лет на протяжении примерно 1300 лет (с начала II тысячелетия до н. э. и до конца VII до н. э.), а периоды эволюционного развития колеблются от 50 до 250 лет.
  Судя по приведенным данным из всех трех примеров, они не находят согласия с гипотезой этногенеза, предложенной Гумилевым, представляя развитие целостных сообществ в виде эволюционных периодов развития от пятидесяти до нескольких сотен лет, в которых могут быть фазы только подъема, только упадка, или фазы подъема и упадка в разном порядке, а также обе указанные фазы совместно с фазой ровного движения. При этом, эволюционные периоды рано или поздно перемежаются сломом устоявшегося уклада как по внутренним, так и по внешним причинам, меняющим привычный ход событий, направляя развитие сообщества по новому руслу, но, не доводя его до распада, то есть сохраняя вектор развития на длительны срок для сообществ с достаточно высоким уровнем самосознания, которого не хватило ассирийскому сообществу, в отличие от китайского и еврейского.
  Для иллюстрации, приведем графическое изображение расположения точек перелома в ходе развития сообществ Китая, Испании и Ассирии по столетиям.
  
  
  
  Представленные примеры отчетливо показывают, что плавная регулярная смена правящего режима или династий (эволюция) - без особых эксцессов -происходит только до существенного ослабления центральной власти или усиления гнета населения, в частности, земледельцев в Китае, которые составляли и составляют основную часть его населения. Всё это, в свою очередь, постепенно приводит к нарастанию недовольства почти всех слоев населения. Тем самым глубинная неудовлетворенность их коллективного низшего сознания не может не нарастать, проявляясь не под воздействием непонятного космического излучения (рост пассионарности по Гумилеву), а по вполне естественным причинам: накопление недовольства постоянной нищетой, беспросветностью, голодом, казнями и т.д. до того предела, после которого начинается сильное брожение, перерастающее в восстание населения.
  В итоге происходит переворот в виде смены властной элиты, отношения в сообществе, как правило, смягчаются - обычно этому содействует проведение реформ и возникший смертельный антагонизм народа и власти отходит на задний план, уступая дорогу развитию общества.
  Судя по приведенным выше примерам, развитие сообщества после подобного перелома может начаться с некоторого подъема, потом может продолжиться по инерции некоторое время до спада, который вызывается большей частью "провальными" действиями властной элиты, поскольку элита быстро забывает о предшествовавших катаклизмах, и начинает думать только о себе, усиливая ограбление населения, развязывая войны с соседями, бюрократизируя все отношения, лишая население реального права голоса.
  В результате, происходит экономический спад, обнищание населения, ужесточается силовой (полицейский) гнет, и недовольство народа растет опять же до указанного предела, после перехода которого власть "сносится", и снова всё повторяется. В целом, происходит постепенный рост уровня экономического, социального и культурного развития сообщества, который может длиться с древних времен до сих пор в случае уверенного роста уровня высшего сознания, или прекращается с исчезновением сообщества в случае постоянного доминирования низшего сознания над высшим.
  Периоды подъема и спада могут меняться местами от одной точки перелома до другой по тем или иным - в основном внешним - причинам, или же, как это видно из приведенных примеров, между точками перелома может быть только спад или только подъем, причины которых так же могут быть внешними.
  В связи с этим, к точкам, так сказать, естественного перелома, возникающих вследствие внутренних процессов в сообществе, часто примешиваются внешние воздействия, например, нашествие кочевников, катастрофические поражения в войнах с соседями, захват центральной власти иноплеменниками и т.п., или же внешние воздействия на сообщество могут стимулировать давно копившееся в массах недовольство событиями в сообществе.
  Как бы то ни было, если в точках перелома большей частью лишь сопутствующая проявлению активности низшего сознания активность высшего сознания в форме повышения уровня его неудовлетворенности окружающим находит выражение в более-менее разумных (проектно-плановых) действиях групп людей (клики, партии, оппозиция), то неудовлетворенность низшего сознания населения (пассионарность по Гумилеву) находит выражение только в формах бунта - "бессмысленного и беспощадного" - и перемещениях больших масс людей.
  Поэтому не слишком продуктивно искать источник подобной - кажущейся на первый взгляд спонтанной - активности масс людей или же вообще всех прочих живых существ в космическом излучении, солнечной активности и т.п.
  Подобные природные явления случаются в истории довольно часто без серьезных последствий для людей. Не эти отдаленные внешние явления движут массами людей, и не непосредственные обстоятельства естественного происхождения (неблагоприятные изменение климата, ландшафта, натиск соперников, войны, извержение вулканов, наводнения, заговоры и т.п.): соперники могут уйти или их отбивают, наводнения или войны заканчиваются, и прежняя жизнь сообщества продолжается без коренных перемен.
  Поэтому очевидно, что весьма редкие переломные события в истории любого сообщества вызываются именно постепенным накоплением, - занимая, как правило, сотни лет, - своего рода общественного стресса, истинные причины которого часто остаются скрытыми, а внешнее выражение этих событий проявляется в тех или иных возмущениях, вследствие которых кардинально меняется ситуация в сообществе - происходит смена властной элиты, а не просто смена правителя или династии, начинается проведение реформ, возникают новые проекты и т.п.
  Поэтому источник активности как масс, так и отдельного человека, следует искать не снаружи - сообщество или человек не булыжник, чтобы их кто-то произвольно двигал, - а надо искать внутри, то есть - в сознании.
  Истинный источник развития событий находится в неудовлетворенности сознания теми - внутренними или внешними - факторами, которые не соответствуют его ощущениям и представлениям о собственном существовании в живом существе, что требует разрешения в действиях этого существа, меняющих условия его существования.
  К этим факторам относятся те, которые непосредственно и существенно воздействует на человека или массы людей, точнее, существенно воздействует на его или их сознание соответственно. При этом, самосознание отвечает за планово-проектные действия человека в среде и в обществе, а низшее сознание - в основном за действия человека или группы людей как организма или организмов среды (просто живого) в этой среде.
  В частности, известный факт невозможности нахождения сообщества там, где почти всё "съедено и выпито", и перемещение его в места, где, предположительно, можно выжить, находит объяснение в повышении уровня неудовлетворенности низшего сознания, вызываемом большей частью длительным изменением вполне конкретных обстоятельств естественного происхождения (неблагоприятное изменение климата, ландшафта, натиск соперников, непрекращающиеся войны, последствия извержений вулканов, наводнений, плохое качество управления и т.п.), но не в разовом воздействии на живые существа космического излучения.
  Накопленная неудовлетворенность низшего сознания под воздействием тех или иных неблагоприятных обстоятельств, являясь истинным источником коренных изменений в сообществе, производит их только через собственных носителей при достижении определенного предела "терпения", и "спусковым крючком" этих изменений может быть кажущееся незначительным событие, например, недостаток хлеба в Петрограде в феврале 1917 года, формально приведший к крушению монархии в России.
  Так что первоначальный источник внезапных переломных событий в сообществе бессмысленно искать в конкретных (разовых) естественных обстоятельствах, так как без соответствующего отклика на поступающую в сознание и накапливающуюся в нем информацию от конкретных явлений они человеком (населением) не признаются фатальными или переломными, то есть производящими угрожающие перемены в сообществе, - человек (население) принимает их в качестве рядовых - проблема решается, и жизнь течет по-прежнему. Эта позиция характерна только для эволюционного хода развития сообщества, не ломающего человеческие жизни во множестве, а также не производящего в сообществе кардинальных перемен.
  Отклик в виде существенного возмущения (исчезновение пассивности населения) происходит в следующих случаях: при постепенном накоплении недовольства крайним отягощением жизни в сообществе (повышение налогов, усиление наказаний, тотальное воровство чиновников, потеря управления властной элитой и т.п.); при внешних катаклизмах: нашествия, неурожаи, истощающие затяжные войны; а также при сочетании того и другого.
  Таким образом, существенный (поворотный) отклик невозможен без соответствующего переполнения сознания неудовлетворенностью низшего сознания, что вызывает инстинктивные действия масс людей, которые могут поддерживаться оппозицией, если таковая имеется, причем отдельные группы людей и отдельные личности могут использовать это массовое недовольство в собственных целях (Наполеон, Ленин).
  Приведенные выше примеры показывают также, что со временем в случае роста самосознания населения и соответственно - интеллектуальной элиты, последняя, в лице неформальной оппозиции, все чаще принимает участие в инстинктивных действиях масс в переломных точках, а в случае существенных компромиссов между управляющей элитой и неформальной интеллектуальной элитой ход развития сообщества может быть более плавным - без катаклизмов и даже без резких изменений. Последнее, в частности, происходило в Западной Европе после Второй мировой войны.
  В заключение, можно сказать, что из приведенных примеров, которых может быть больше, в развивающемся целостном сообществе просматривается отнюдь не четырехфазный этногенез Гумилева, завершающийся, по его мнению, через 1200-1500 тысячи лет распадом сообщества (этноса), а - прерывистое (13 переломных точек для Китая) и, в целом, поступательное движение сообщества, доходящее до многих тысяч лет (Китай).
  Сообщество, в этом жизненном цикле, который разделяется критическими (переломными) - сравнительно кратковременными - периодами, может распасться в одном из них полностью (низкий уровень коллективного самосознания), но, большей частью, в этих точках меняется коренным образом политическая и экономическая система управления вместе со сменой властной элиты. Удачная смена приводит к длительному подъему; неудачная или равноценная смена элиты - приводит либо к гибели в виде поглощения сообщества соседями, либо, в случае высокого уровня самосознания (китайское или еврейское сообщество), упадок длится до следующего перелома и возможного последующего выхода на подъем, который сменяется снова через определенное время упадком, ведущим к перелому в развитии сообщества, и т.д.
  Между точками перелома, наряду с фазами подъема и упадка могут - но не обязательно - располагаться сравнительно длительные периоды плавного (эволюционного) развития сообщества.
  Таким образом, развитие сообщества идет прерывисто, но в целом - поступательно, судя по представленным выше данным технологического и культурного роста, исключая случаи остановки роста самосознания сообщества по тем или иным причинам, например, тем, которые проявились в истории ассирийского сообщества, сосредоточившегося на применении силы без объединительного культурного подъема коллективного самосознания разнородного населения, что привело при исчезновении этой силы к полному распаду сообщества.
  Как мы уже показали, источником развития сообщества является проявление неудовлетворенности коллективного сознания двух типов - низшего сознания и высшего сознания.
  С этой позиции развитие сообщества также можно представить как неравномерное по времени низкочастотное - несколько раз за тысячу лет - проявление неудовлетворенности сознания в виде кратковременных всплесков неудовлетворенности низшего сознания населения (не всегда, но часто эти всплески неудовлетворенности низшего сознания сочетаются с всплеском неудовлетворенности высшего сознания интеллектуальной неформальной оппозиции), направленных против действий властной элиты. Подобное сочетание означает, что враждебные друг другу типы сознания смыкаются в своем проявлении из-за совпадения их интересов под угрозой гибели или распада сообщества.
  Между этими всплесками активности на оси времени проявляется сравнительно длительное (эволюционное) действие властной элиты, управляющей сообществом, для которой характерно проявление низшего сознания, поскольку элита преимущественно замыкается на собственные интересы. Однако правящая элита вынуждена сочетать собственные интересы с выживанием сообщества, то есть - его развитием и целостностью (сопротивление распаду и нашествиям), что более соответствует сфере действия высшего сознания.
  Эгоцентричное поведение властной элиты пытается корректировать неформальная интеллектуальная оппозиция. Основой действий неформалов является доминирование самосознания, оттеснившее низшее сознание на задний план.
  Продуктивность проявления неудовлетворенности высшего сознания властной элиты и неформалов, и противодействие этому проявлению неудовлетворенности низшего сознания властной элиты в периодах между переломными точками отражается на темпах и плавности развития целостного сообщества.
  Длительное, колеблющееся развитие разнообразных сообществ предоставляет в своих рамках каждому человеку возможность поиска самого себя, погружая его сознание в состояние неудовлетворенности собой, претворяющееся в выработку способов собственного изменения путем воздействия на наличное бытие с учетом его противодействия. Определенная осознанность в действиях отличает человека обладанием наивысшей степенью свободы от всех прочих существ, не осознающих себя в бытии, и поэтому лишенных возможности осознанно искать и находить себя в мире [24, гл. 7].
  Библиография
  1. Ш. Л. Монтескье. Избранные произведения. М., 1955.
  2. Ж. Ж. Руссо. О причинах неравенства. СПб., 1907.
  3. Craig J. Calhoun. Classical sociological theory. Wiley Blackwell, 2002. ISBN 978-0-631-21348-2
  4. Explorations in Classical Sociological Theory: Seeing the Social World. Pine Forge Press. ISBN 978-1-4129-0572-5
  5. К. Маркс. Манифест Коммунистической партии. Женева. 1882.
  6. Л. Гумплович. Социология и политика. М., 1895.
  7. Творения блаженного Августина Епископа Иппонийского. Части 1 - 8. Киев, 1901-1912.
  8. Питирим Сорокин. Социальная и культурная динамика. Исследование изменений в больших системах искусства, истины, этики, права и общественных отношений. Санкт-Петербург. Изд-во Русского. Христианского гуманитарного института. 2000.
  9. Г. Тард. Законы подражания. СПб., Ф. Павленков, 1892.
  10. Кальвин Ж. Наставления в христианской вере. М. Изд-во РГГУ, 1998. Т. 1 - 2. ISBN 5-7281-0083-X
  11.А. Тойнби. Цивилизация перед судом истории. Сборник. М. Рольф. 2002. ISBN 5-7836-0465-8
  12. Лавров П.Л. Философия и социология. Избранные произведения в 2-х томах, т. 2. М., 1965. Стр. 19-28.
  13. Энциклопедический словарь, составленный русскими учеными и литераторами, т. I - V. СПб. 1861-1862. Т. IV Стр. 506-507.
  14. Гумилев Л. Н. Этногенез и этносфера. "Природа", 1870, No1.
  15. Гумилев Л. Н. Этногенез и этносфера. "Природа", 1870, No2.
  16. Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. СПб. Кристалл. 2001. ISBN 5-306-00157-2
  17. Гумилев Л. Н. Тысячелетие вокруг Каспия. Баку. 1991.
  18. Клейн Л.С. Горькие мысли "привередливого рецензента" об учении Л.Н. Гумилева. Нева. 1992. No4.
  19. Шнирельман В.А., Панарин С.А. Лев Николаевич Гумилев: основатель этнологии? // Вестник Евразии. 2000. No 3(10)
  20. Артамонов М.И. Снова "герои" и "толпа"? // Природа. 1971. No 2.
  21. Ефремов Ю.К. Важное звено в цепи связей человека с природой. Природа. 1971. No 2.
  22. Янов А.Л. Учение Льва Гумилева. // Свободная мысль. 1992. No 17.
  23. Низовцев Ю.М. Всё и ничто. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  24. Низовцев Ю.М. Человек как голограмма. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  25. Низовцев Ю.М. Человек во власти. 2017. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  26. Широкогоров С.М. Этнос. Исследование основных принципов изменения этнических и этнографических явлений. / Изв. Восточного факультета Государственного Дальневосточного университета. Вып. XVIII, Т. 1. Шанхай, 1923.
  27. Бромлей Ю.В. Очерки теории этноса. М.: Наука, 1983.
  28. В.В. Пименов. Этнология: предметная область, социальные функции, понятийный аппарат. /Этнология/ Под ред. Г.Е. Маркова В.В. Пименова. М. 1994.
  29. Арутюнов А.С. Этносы и нации (Приложение 2) / Народы мира. Энциклопедия. - М. ОЛМА Медиа Групп, 2007.
  Часть 5. Человек во сне и наяву.
  Введение.
  Если не касаться физиологии, то следует отметить: процессы, происходящие во сне с человеком, до сих пор или очевидны, либо непонятны, хотя имеется достаточно предположений разного рода, но у них отсутствуют убедительные основания. Поэтому имеет смысл попытаться найти более-менее убедительные доводы, объясняющие эти процессы, и не только, имея в виду регулярное выпадение человека из активной деятельности в процессе сна.
  Отметим сначала, что за последние 2,5 тысячи лет умы ученых выдвинули различные соображения о сне и сновидениях, но, к сожалению, все их доводы о механизме и предназначении сна, кроме определения процедуры некоторых физико-химических процессов, происходящих с человеком в процессе сна, не имеют прочного основания.
  Эти соображения либо очевидны, либо правдоподобны, но не доказаны, находясь на уровне догадок, или же они ошибочны.
  Поэтому имеет смысл определить предназначение сна не только в качестве отдыха организма человека от дневной деятельности и его восстановления, но и отличие и сходство в функционировании сознания человека во сне и наяву, имея в виду время этого функционирования, а также роль сна в качестве моделирования поведения человека наяву.
  Вместе с тем сделана попытка сопоставления поведения подавляющего большинства людей наяву с процедурой их пребывания в виртуальном мире сна на основании определенных фактов.
  Известно, что около трети времени жизни развитые живые существа тратят на сон.
  Наука определяет сон как периодически возникающее физиологическое состояние, противоположное состоянию бодрствования, характеризующееся, в отличие от бодрствования, пониженной реакцией на окружающий мир.
  Банальность этого определения очевидна.
  Поэтому хотелось бы выйти за его пределы.
  В этом отношении определенных успехов достигли физиологи, но не психологи.
  В последнее время физиологи обнаружили, что мозг и гормональная система животных, в том числе и человека, вырабатывают два типа сигналов. Один из этих сигналов не дает спать, а другой заставляет организм спать.
  Колебания интенсивности этих сигналов в зависимости от суточных ритмов заставляют нас спать ночью и просыпаться утром.
  Нарушение этой процедуры ведет к следующим негативным последствиям.
  Наяву, особенно длительная и повышенная активность нейронов мозга проводит к накоплению разрывов и других повреждений ДНК.
  Эти аварии устраняются во сне, поскольку "размах" движений ДНК вырастает примерно в два раза. Из-за этих движений хромосомы начинают постоянно менять свою пространственную конфигурацию, а число молекул, участвующих в ликвидации разрывов в геноме, достигает больших значений.
  Таким образом, с точки зрений физиологов, сон и все процессы в нейронах, связанные с ним, необходимы для выживания и поддержки работоспособности организма, несмотря на то что во сне опасности, исходящие от окружающей среды, не воспринимаются.
  Правда, это открытие физиологов всего лишь подтвердило соображение еще античных греков о том, что сон нужен для отдыха и восстановления организма, в том числе, конечно, и восстановления мозга.
  Считается также, что во сне происходит перевод информации из оперативной памяти в постоянную (консолидация памяти) и реконсолидация, которая устраняет ненужные сведения, а также во сне происходит процесс формирования будущего поведения на основе полученного опыта.
  Кроме того, в ходе ряда экспериментов, ученые обнаружили существование фаз медленного и быстрого сна, и что во сне кратковременная память превращается в долговременную, а мозг избавляется от ненужной ему информации, что, отчасти, помогает приспосабливаться к изменению жизненных ситуаций.
  Что касается фаз медленного и быстрого сна, то их назначение до сих пор не определено.
  Было также отмечено, что сновидения протекают с большей скоростью по сравнению с идентичными событиями в реальности, занимая временной интервал, в несколько раз меньший, но психологи не смогли объяснить этот феномен.
  Психологи считают, что сновидения, которые представляются им как субъективное восприятие образов от органов чувств, возникающих в сознании спящего, происходят в основном в фазе быстрого сна, когда активность мозга высока. При этом психологи полагают, что невнятность образов, которые человек видит во сне, есть не что иное, как процесс образования его мыслей.
  В этом подходе психологов к сновидениям сказывается их волюнтаризм, поскольку они принимают физико-химические процессы, происходящие в мозгу человека, а именно: обработку мозгом информации в период сна, частично отражающийся в сновидениях, за субъективное восприятие образов от органов чувств, тогда как, напротив, сновидения фрагментарно, часто смешанно, но довольно точно повторяют (копируют) в тех или иных сочетаниях соответствующие отрывки событий дневного времени.
  Последние изыскания психологов привели их к идее, что сновидения не продукт воображения, а ответная реакция на актуальные проблемы и переживания, что особенно банально, потому что об этом толковали еще античные философы.
  Таким образом, успехи в изучении сна имеются только у физиологов, которые обнаружили, что сон способствует переработке и хранению информации, устранению ненужных связей нейронов, выведению из мозга вредных продуктов активности нейронов. Кроме того, они обнаружили, что сон способствует устранению повреждений нейронов, сохраняет уровень иммунитета, восстанавливает работу внутренних органов.
  Психологи же обсуждают очевидное или выдвигают одни догадки - более или менее сомнительные, вероятно, по той причине, что они изучают внешние проявления сознания, не пытаясь понять его внутреннее содержание хотя бы на уровне удобоваримых гипотез.
  Поэтому имеет смысл попытаться рассмотреть данную проблему под другим углом - с позиции потребления каждым живым существом, в том числе и человеком, информации.
  1. Исторический экскурс.
  Сначала представим то, что совершенно очевидно в процедуре сна и сновидений, а также то, что неочевидно, но представляется правдоподобным, хотя и не имеющим твердых доказательств, а затем - ошибочное, как это уже выяснилось к настоящему времени.
  Древнегреческий историк Геродот так трактовал сновидения: "Обычно ведь люди видят во сне то, о чем они думают днем" [1. Геродот. История. VII, 16. М. Наука. 1972].
  Античный философ Артемидор считал сновидения "созданием разных образов..." [2, с. 32].
  Знаменитый античный философ Платон утверждал, что во сне удается "подглядеть" иномирное пространство, а в процессе засыпания создаются яркие образы [3, с. 19-21]. Человек, как считал Платон, из сна способен "черпать вдохновение" [3, с. 353-358].
  Столь же знаменитый древнегреческий философ Аристотель полагал сновидения физическим явлением, которое не может быть следствием чувственного восприятия или мнения человека. Он также утверждает, что наша душа имеет потребность регенерации, поэтому люди спят и видят сны [4, с. 24-26].
  Сон, по мнению Аристотеля, "восстанавливает силы". Во сне "чувственная способность души бездеятельна, неподвижна и как бы связана путами, она существует в возможности, но будет готова воспринимать, когда проснется... ...Все ночные видения возникают в душе в результате ее дневной деятельности восприятия" [4, с. 454-455]. "Сны видят не только люди, но и неразумные животные... ...Во сне нельзя истинно предсказать будущее" [5, с. 169-175].
  Вещие сны Аристотель считал фикцией, хотя и указывал, что в сновидениях вообще имеется смысл, раз они отражают действительность, и поэтому в них в некоторой степени можно верить, тем более что совпадения случаются. Но вместе с тем, отсутствие рационального объяснения предсказаниям по материалам сновидений не предполагает доверия к ним [там же].
  Аристотель полагал, что сны сообщают человеку о его собственных проблемах и дают возможность обратить внимание на то, что в состоянии бодрствования осталось за пределами внимания; душа во сне от тела неотделима [4, с. 423-432].
  Гиппократ полагал, что душа во время сна не отвлекается на посторонние воздействия. Поэтому, изучая сны, мы узнаем больше о самой душе [6, IV, с. 86].
  Ницше утверждал, что каждый сон дает возможность постичь переходность вещей [7, с. 340].
  Сон, по мнению П. А. Флоренского, позволяет "предощутить" существование "иномирного" пространства. Во сне время летит с неимоверной быстротой по сравнению с временем, воспринимаемым человеком в бодрствующим состоянии [8, с. 4-16].
  Действительно, во сне проявляется некое дополнительное пространство, которое Платон и Флоренский назвали иномирным, хотя, на самом деле, это не пространство, а полная база данных - весьма обширная, которой в процессе сна пользуется интеллект сознания, тогда как наяву сознание человека ограничивается, за редким исключением, использованием оперативной памяти.
  Сновидения, по мнению З. Фрейда, представляют желания осуществившимися [9].
  Все сновидения есть не что иное как образные копии уже случившихся наяву событий, в основном в отрывочной форме. Часть из них хранится в долговременной памяти. Поэтому каждое индивидуальное сознание в процессе сна в форме собственного интеллекта (живого компьютера) способно моделировать различные ситуации на основе полученной за день информации, комбинируя с ней те или иные эпизоды прошедшего, напоминая при этом работающий по соответствующим программам компьютер, который настроен на выделение тех или иных проблемных ситуаций.
  Любой взрослый человек в то или иное время может испытывать сексуальное желание, остающееся по разным причинам неудовлетворенным. Поэтому интеллект сознания в процессе сна может отыскать в памяти образную копию события, когда это желание было удовлетворено, и продемонстрировать в форме сновидения соответствующий ролик, удовлетворив тем самым это желание виртуально. Точно так же во сне человек может получить сильный импульс к контактам с противоположным полом, если назрела такая потребность.
  Фрейд эту особенность виртуального удовлетворения желаний подметил, но гиперболизировал ее, тогда как сон в целом, но не сновидения, которые являются его образной частью, представляет собой процесс, в ходе которого интеллект сознания пытается представить модели разрешения всевозможных проблемных ситуаций, а не только отражать желания в виртуальном виде. Тем не менее, как частный случай, желания в виде сновидений иногда исполняются в утешение страждущего хотя бы в такой ложной форме, полученной, тем не менее, как отражение впечатлений и скрытых потребностей человека наяву, сохраняя его бытие в определенном равновесии.
  Перейдем теперь к явно ошибочным или совершенно недостаточным соображениям о сне и сновидениях.
  Артемидор полагал, что сновидение показывает будущее, а сон - настоящее [2, с. 32].
  Сновидения являются неотъемлемой частью процесса создания информационных моделей во сне, но только образной, отражая дневные впечатления вкупе с более ранними впечатлениями и поэтому не могут показывать будущее. Сам процесс сна всегда происходит в настоящем, но при этом в нем формируются модели поведения индивида с учетом происшедших изменений, которые можно, предположительно, применить в дальнейшем наяву с пользой.
  Аристотель полагал, что душа более сосредоточена на самой себе и отвлечена от забот о теле [4, с. 423-432].
  Во время сна всё происходит наоборот. Интеллект сознания восстанавливает нейроны мозга, управляет функционированием внутренних органов, настраивает их на адекватную работу в дальнейшем и, отчасти, восстанавливает их.
  Сновидения, по соображениям П. А. Флоренского, пролагают рубеж между сном и бодрствованием [8, с. 4-16].
  Сновидения отнюдь не "пролагают рубеж между сном и бодрствованием", а являются неотъемлемыми фрагментами образного типа тех моделей возможного поведения индивида впоследствии, которые формируются в процессе сна, представляя собой небольшую часть этих виртуальных моделей. Естественно, они никоим образом не могут служить образцом для полноценного рассмотрения только на их основе будущих событий, и тем более, делать предсказания. Сами же эти модели формируются интеллектом сознания большей частью на основе накопленной за день информации.
  З. Фрейд свел все сновидения к средству удовлетворения желаний, в основном сексуального характера, вытесненных наяву [9].
  К настоящему времени уже стало понятным, что это не так. На самом деле, исполнение желаний в образной форме сновидений есть частный случай создания моделей поведения для их возможного использования впоследствии наяву, причем эта форма копируется с увиденного человеком ранее, например, из кинофильма или из того, что произошло ранее с ним самим. Всё остальное, о чем толкует Фрейд - это его наукообразные фантазии: бессознательное, психическая энергия, движущая сила скрытого сновидения, трансформирование сексуальной энергии в другие виды энергии и т. д.
  Все эти фантасмагории Фрейда ставятся под сомнение тем фактом, что модели поведения человека впоследствии могут формироваться во сне вообще без сновидений, тем более что многим людям вообще ничего не снится, точнее, никаких сновидений, если они и были, они вспомнить не могут, не имея поэтому предмета для анализа.
  Сами же сновидения, если случаются и запоминаются, то занимают сравнительно небольшую часть периода сна - не более 20%, комбинируясь чаще всего из копий фрагментов случившихся дневных событий и копий фрагментов событий, пережитых ранее, и поэтому могут быть путаными и даже бессвязными.
  Психоанализ, выросший из фантасмагорий Фрейда, стал спекулировать на желании людей узнать о себе как можно больше из сновидений, растолковывая их наукообразно, и стараясь соответствовать их мечтаниями и сокровенными желаниями, являясь в этом отношении наследником гадалок-цыганок, то есть, исходя из выпытанной у людей информации о них, а не из бесплодных в основном в этом отношении сновидений, превращаясь тем самым в обыкновенного мошенника, зарабатывающего деньги на обмане людей своим мнимым наукообразием.
  К. Юнг полагал, что сновидения являются "прямой манифестацией бессознательного... ...незнание его языка мешает понять его послание" [10].
  Он так же считал, что сновидения связывают сознание и подсознание, осуществляя к тому же компенсацию позиции Эго. Более того, Юнг видел в сновидениях некое духовное руководство, исходящее из центра всякого бытия [11]. Из этого он сделал вывод, что сновидения самодостаточны и обладают собственной логикой, содержа важные сообщения, философские идеи, иллюзии, планы, фантазии, воспоминания, переживания и прозрения [12].
  Теория Юнга, как и Фрейда, опирается на ложную посылку, состоящую в том, что сновидения самодостаточны, тогда как они - не что иное как фрагментарно-образное и часто бессвязное отражение реальности, входящее в этом качестве в знаковые информационные модели, которые формируются в процессе сна путем обработки накопленной за день информации и информации, имеющейся в памяти интеллекта сознания, управляющего своим орудием - мозгом по соответствующим программам, настроенным на повышение вероятности выживания и статусности каждого индивида.
  Поэтому сновидения сами по себе, наоборот, недостаточны для руководства поведением человека наяву.
  Основываться на таком полуфабрикате как сновидения, возникающем в ходе формирования моделей предполагаемого поведения индивида в дальнейшем, и, тем более, рассматривать их в качестве некоего высшего духовного руководства, более чем проблематично, хотя иногда, но довольно редко, наиболее связные фрагменты сновидений способны при их вспоминании дать намек на возможность реализации того или иного выгодного плана или идеи.
  Ежедневная практика подтверждает ложность подходов как Фрейда, так и Юнга к сновидениям как системного практического средства их использования наяву.
  Сама по себе работа мозга во сне напоминает работу компьютера. Однако мозгом руководят не внешние силы в лице производителя программ и пользователя, а им руководит интеллект сознания конкретного индивида, имеющий собственную базу данных и ту или иную эффективность использования информации и имеющихся программ. Кроме того, во сне интеллект сознания, руководящей работой мозга, формирует в основном знаковые информационные модели, в которые образная часть не является наиболее значимой и самодовлеющей. Поэтому сновидения даже в связном виде не способны предоставить полноценную информацию для ее использования наяву, за редким исключением.
  Знаменитый физиолог И. П. Павлов называл сон "охранительным торможением", утверждая следующее: "...наша дневная работа представляет сумму раздражений, которые обусловливают известную сумму истощения, и тогда эта сумма истощения, дошедшая до конца, и вызывает автоматически, внутренним гуморальным путем, тормозное состояние, сопровождаемое сном" [13, с. 409].
  Павлов, указав на очевидное - отдых тела во сне в общем, не имел возможности в свое время обнаружить, что в процессе сна происходит не торможение, а, наоборот, активизация движения основы каждой клетки - хромосомы. В частности, "размах" движения ДНК возрастает в два раза, благодаря чему число молекул, участвующих в ликвидации разрывов в геноме, достигает больших значений.
  Американский психолог Кэлвин Холл трактовал создание снов как творческий познавательный процесс, в центре которого находятся мысли о себе, своих желаниях, партнерах, запретах, наказаниях, затруднениях: "...сон был просто мыслью или последовательностью мыслей, которые произошли во время сна, и что образы сновидений являются визуальными представлениями личных представлений... ...сны отражают бессознательное самовосприятие сновидца, которое часто совсем непохоже на наши сфабрикованные и искаженные автопортреты, с помощью которых мы обманываем себя в бодрствующей жизни; сны отражают самость... ...Явное содержание сновидения не является истинным отражением самого себя, но является искажением самого себя и своих желаний" [14]. То есть информация, которую дает сновидение - всего лишь предположение, имея более одного значения [там же].
  Сон, а тем более сновидения, в принципе, не способны быть познавательным процессом, так как в это время в мозгу происходит лишь обработка накопленной информации, которая, в отличие от работы того же мозга наяву, организуется интеллектом сознания, и не контролируется животной составляющей сознания человека и его самосознанием, которое одно лишь гарантирует возможность познавать мир и себя осознанно.
  По этой причине человек во сне становится посторонним себе же, временно теряя свое "Я". Он во сне представляет собой уже виртуальный продукт реализации программного обеспечения для функционирования интеллекта сознания, подбирающего варианты возможного и наиболее эффективного и безопасного поведения человека впоследствии в соответствии с накопленной за день информацией, и привлекая дополнительную информацию для создания моделей этого поведения, необходимую по его расчетам, из обширнейшей базы данных человека - всей его памяти
  То есть человек во сне становится программным отражением себя, становясь для себя посторонним, точнее, моделью, с которой могут происходить те или иные происшествия в русле последних событий: болезни, преодоление опасностей, женитьбы, развод и т. д.
  Более-менее связные и запомнившиеся сновидения вместе с остальной информацией, систематизированной программными способами в процессе сна, предоставляют человеку, находящемуся во сне в безопасности, возможность, следить за поступками собственного двойника в различных ситуациях, получая возможность после пробуждения cделать соответствующие выводы.
  Объясняется это раздвоение человека во сне тем, что интеллект его сознания получает возможность обособиться от управляющих поведением человека наяву остальных составляющих сознания, которые, так же как и человеческое тело, "засыпают", тогда как этот интеллект переходит в отдельный прогнозный режим моделирования, функционируя подобно обычному компьютеру, которого не интересует смысл задач и целей, поставленных или задуманных человеком наяву, а он просто систематизирует информацию в соответствии с этими задачами и целями в рамках имеющихся у него программ.
  Интеллект сознания ответственен за выживание человека в целом. Поэтому он посредством мозга обрабатывает информацию и моделирует ее во сне не по собственному произвольному разумению, а по программам, соответствующим его сфере деятельности, связанной с выживанием организма в окружающей среде при решении известных ему задач, в отличие от действий самосознания и животного сознания, управляющих поведением человека наяву для решения множества других задач и достижения задуманных целей вне забот об адекватном функционировании тела при этом.
  Именно по этой причине мозг человека, работающий во сне под контролем интеллекта сознания по определенным программам, то есть в качестве живого компьютера, не способен вырабатывать мысли и организовывать действия человека. Во сне интеллект сознания не руководит действиями человека, поскольку в состоянии полного покоя это не требуется, а функционирует в основном для предоставления ему после пробуждения нескольких информационных моделей, которые в соответствии с имеющимися программами могут быть наиболее полезными для человека после пробуждения. Так что этот процесс подбора информации для использования наяву вряд ли можно квалифицировать как процесс познания или даже мышления.
  Человек, уже в полном сознании, может на эти модели не обратить внимания или, напротив, обратив внимание, перестроить какую-то из них совершенно по-другому при реализации ее в своих поступках или размышлениях, поскольку наяву человек уже вполне осознает себя и способен уже не идти или, наоборот, идти на поводу своего интеллекта-компьютера по каким-то дополнительным своим соображениям, тем более что интеллект сознания есть низшая составляющая сознания человека, отвечающая за его выживание в окружающей среде, что обычно считается здравым смыслом.
  Таким образом, во сне этот интеллект сознания - живой компьютер в виде мозга систематизирует поступившую за день информацию, сочетая ее с имеющейся, для создания моделей предполагаемого поведения этого индивида по этим исходным данным в дальнейшем.
  Суть этого информационного процесса психологи не понимают, представляя его по внешней видимости процессом мышления, хотя во сне человек не думает, он спит, а его интеллект в виде мозга всего лишь обрабатывает информацию, поступившую за день, практически, в режиме обычного компьютера, то есть по определенным программам, и этот живой компьютер не принимает никаких решений, а лишь предоставляет информацию для их принятия обеими основными составляющими сознания, подключающимися для управления поведением человека только после пробуждения человека, поскольку во время сна обе они находятся в "спящем режиме".
  То есть, во сне человеку не нужно принимать решений и действовать, как это происходит в активном режиме дня. Поэтому в нем функционирует только та часть сознания, которой одной достаточно для управления всеми процессами, происходящими в организме в состоянии покоя: функционированием каждой клетки, метаболизмом, а также контролировать работу центра управления организмом - мозга, с помощью которого эта составляющая сознания, помимо прочего, обрабатывает имеющуюся информацию и моделирует ее, но не принимает на этой основе решений, что является прерогативой только управляющих человеком в активном режиме других составляющих сознания - животной и самосознания.
  Эту низшую часть сознания, которая одна обеспечивает жизнедеятельность организма в состоянии его покоя, но которая также обеспечивает жизнедеятельность организма и в его активном состоянии, функционируя совместно с обеими другими составляющими сознания, можно обозначить как живой компьютер, или интеллект сознания.
  Иначе говоря, сам процесс сна характерен тем, что в это время информационные модели возможных вариантов поведения человека в дальнейшем создаются по определенным программам без помех со стороны "спящих" животного сознания и самосознания, то есть наиболее эффективно с позиции здравого смысла, которым владеет интеллект сознания.
  В 1983 году нобелевский лауреат биофизик Френсис Крик и математик Грейм Митчисон предположили, что сновидения имеют тот позитивный потенциал, что разрушают те связи в локальны зонах мозга, в которых накапливается ненужная или даже вредная информация в виде фантазий, ложных идей и т. п., противопоставив эту позицию традиционной, в соответствии с которой с помощью сновидений решаются внутренние проблемы человека и разгружается его психика [15].
  Гипотезы Холла и Крика, основанные на ложных посылках, совершают традиционную для этого положения ошибку. Выдвинув гипотезу о преобладающем влиянии на психику человека сновидений, их авторы не задумались о том, что сновидения занимают в среднем только 20% времени сна, и что сновидения большей частью фрагментарны, часто бессвязны, и поэтому не могут показать будущее и не способны продемонстрировать воздействие прошлого на настоящее.
  Сновидения, как было отмечено выше, составляют фрагментарно-образно лишь небольшую часть тех или иных моделей на грядущее, формирующихся одним только интеллектом сознания с помощью мозга в виде, практически, компьютерной обработки информации в ночной паузе между днями, исключающей поступление внешней информации, а также - воздействие на формирование этих моделей обеих других составляющих сознания человека, руководящих его поведением наяву.
  "Сонное" состояние животной составляющей сознания человека и его самосознания обусловлено пассивностью человека во сне, когда управлять его поведением уже нет необходимости.
  Почерпнуть из производимых интеллектом сознания во сне моделей, формирующихся по стандартным программам, новые идеи невозможно, поскольку они не продукт креативности, или произвольного мышления. Поэтому эти модели можно использовать только в качестве более широкой базы по сравнению с той, которая имеется в реальности, для подсказки или намека по изменению в нужную сторону соображений, уже имеющихся у исследователей, глубоко погруженным в тему, которая по этой причине отражается в обрабатываемой ночью информации, и может быть представлена вариантами моделей, существенно отличающимися от рассматриваемых наяву.
  В ходе этой обработки информации интеллектом сознания в процессе сна, естественно, делается попытка устранить вредные связи и наладить позитивные в создаваемых по стандартными программам моделях предполагаемого поведения данного индивида, но сновидения играют подчиненную роль в этом процессе формирования моделей возможного поведения человека наяву, отражая лишь тот факт, что большая часть информации поступает в мозг через каналы зрения. Отметим к этому же, что животные, не имеющие органов зрения, создают свои модели во сне возможного поведения наяву с не меньшим успехом без всяких сновидений.
  С точки зрения психологии, сновидения представляют собой процесс визуализации наших мыслей во сне в процессе образования этих мыслей.
  Данная позиция психологов не выдерживает критики вследствие того, что сновидения отнюдь не мысли, а копии отдельных фрагментов событий, происшедших наяву, в виде образов. Они могут наводить на мысли, но мыслями не являются, представляя собой ролики-копии событий, происшедших ранее наяву, которые, как правило, являются недостаточными для тех же размышлений наяву в силу их фрагментарности.
  Кроме того, мысли во сне не появляются по той причине, что человек спит. А это само по себе означает отсутствие функционирования размышляющих и управляющих его действиями составляющих сознания - животной и самосознания.
  Человеческий мозг в это время работает в режиме компьютера, предлагая лишь информационную базу для образования мыслей в виде нескольких моделей поведения на выбор, которыми человек может воспользоваться после пробуждения для решения возникших проблем и достижения поставленных целей.
  Другими словами, интеллект сознания не размышляет во время сна, а функционирует по готовым программам.
  Таким образом, интеллект сознания, контролирующий так же и во сне свое орудие в виде мозга - живого компьютера - не способен показать будущее в сновидениях человека, которые чаще всего являются бессмысленными образными обрывками формируемых ночью знаковых моделей.
  Сами же информационные знаковые модели вкупе с запомнившимися сновидениями, могут всплыть в расшифрованном виде в момент пробуждения, если им сознательно не препятствовать, и они могут натолкнуть человека, обратившего на них внимание и способного их проанализировать, на те поступки или идеи, которые могут принести ему пользу или отвратить от него неприятности, хотя большей частью люди не обращают на них внимания, поглощенные предстоящими дневными заботами.
  Однако те, кто находит для этого время, могут получить немалую выгоду в своих делах или для своих идей. Именно этим объясняется внимание и уважение к сну со стороны многих великих мыслителей, которым много чего интересного приходило на ум поутру, а не в дневных многочасовых размышлениях, от которых толку было гораздо меньше.
  2. Сон как пауза для информационного моделирования поведения наяву.
  Сон подобен смерти. Человек как бы перестает чувствовать себя, мыслить и действовать открытым образом, лишаясь тем самым явных контактов с окружающей средой, поскольку во время сна его органы чувств переходят в режим, отсекающий прием внешних сигналов, в частности, глаза закрываются, звуки воспринимаются слабо.
  Но, в отличие от некоторых видов транса, человек во сне не подчинен чужой воле и может мгновенно проснуться, если внешние условия становятся неблагоприятными, что означает не полное отключение всех органов чувств от реагирования на сигналы, приходящие извне.
  Тем не менее, спящий человек на время сна теряет своё "Я", представленное его личностью, и даже теряет свое тело, поскольку засыпая, у него пропадает не только осознание себя, но и ощущение себя, хотя организм его функционирует в том смысле, что жизнь в нем не замирает не только в отношении протекающего в его теле метаболизма и работы каждой клетки, но и появления иногда сновидений разного рода.
  В связи с этим, возникает несколько вопросов.
  С чем же в процессе сна человек остается?
  Почему во время сна человеку не требуется собственное "Я" и даже ощущение себя?
  Появление сновидений было давно замечено, и появилось даже нечто вроде науки, трактующей сновидения как предсказание грядущих событий.
  Однако, несмотря на все усилия психологов, сущность сна осталась непонятной, кроме банального вывода, что он нужен для отдыха организма от дневного бдения.
  Чтобы разобраться с происходящим с человеком во время сна, необходимо сначала определить, что происходит во время сна с приматами, от которых произошел человек, унаследовав от них сознание, которое поэтому можно назвать животной компонентой сознания человека, но приобретя в дополнение к ней еще и самосознание, сделавшее его единственным на планете существом с множественным сознанием, в которое также входит и интеллект.
  В отличие от неживых объектов, каждое живое существо находится в информационном потоке, воспринимая определенные сведения посредством органов чувств, которые обрабатываются в соответствующих центрах - у человека основным центром обработки информации является мозг - для сохранения в потоке жизни и размножения, конкурируя в этом с другими живыми существами.
  То есть эти центры дают команды всем клеткам, всем органам тела, а также и организму в целом, вследствие чего этот организм всё время применяется к изменяющейся обстановке для того, чтобы сохранить получаемые от органов чувств ощущения и, по возможности, улучшить их качество, то есть сделать их более приятными. И все эти живые существа не желают терять получаемые ими ощущения и, благодаря им, желания ради пустого небытия, с которым они знакомы по обморокам или впадению в спячку. Сами по себе ощущения не только дают им чувство жизни со всем ее разнообразием, но и придают им импульс для сохранения этих ощущений в потомстве.
  Поэтому всё живое активно, то есть сознательно, но на чисто инстинктивно-рефлекторном уровне, использует окружающую среду для поддержания себя в действии (питание и метаболизм), стремясь оттеснить от пищи конкурентов (доминирование), в отличие от человека, активность которого не ограничивается только инстинктами и рефлексами на гормональном фоне.
  Конечность собственного существования, которое все организмы, кроме человека, не понимают, но ощущают по ухудшению функционирования тех или иных частей организма, они преодолевают продолжением рода (передача собственного генома) всеми возможными способами, вплоть до почкования, что требует особой программы роста и развития как индивидуального, так и общего (родового). Эта программа уже при зачатии закладывается в каждую клетку организма.
  В частности, приматы, как и люди, общаются между собой с большим числом разнообразных сигналов. Они способны понимать смысл звуков. которые произносят люди и использовать их в соответствии с ситуацией. Они способны выводить общие правила поведения на основе накопленного жизненного опыта и использовать их для решения еще не встречавшихся им задач. То есть приматы не только способны действовать методом проб и ошибок, но и умеют адекватно оценивать правильность собственных решений, принимаемых в неоднозначных ситуациях, повышая тем самым вероятность правомерности собственных действий в дальнейшем.
  Но это осознание ситуации, в которой они находятся, у приматов ограничивается лишь желанием потреблять ощущения, поставляемые им их окружением, для наилучшего устроения себя в этом окружении, то есть они мыслят только в рамках этого желания, не стремясь выйти за рамки желаний для осознания собственного существования во времени.
  Иначе говоря, их интересуют только проблемы питания, размножения и доминирования, и они не стремятся к осознанию факта существования себя в мире и соответствующим выводам из него для осознанного культурного и технологического развития. Они всячески борются за свое существование, концентрируя свои мысли только на ощущениях, без рефлексии на предмет того, что они существуют, но с мыслями о том, как бы подольше удержаться в этом процессе потребления ощущений, являясь в этом отношении наиболее развитыми динамическими составляющими живой среды, контактируя с окружающим только на уровне адаптивности к нему.
  Человек как прямой наследник приматов точно так же стремится всячески применяться к изменениям окружающей среды, но его осознанное отношение к ней выходит далеко за рамки адаптивности.
  Человек в своих сообществах, приобрел еще и совершенно новые особенности в отношении взаимодействия с окружающей средой: целеполагание и вариативность видения проблемы в нужном ракурсе, что позволяет ему не только подобно животным решать текущие задачи, но и ставить перед собой цели и достигать их разнообразными способами в зависимости от собственных умственных способностей, самыми эффективными из которых оказываются креативные.
  Целеполагание и креативность позволяют человеку взаимодействовать с окружающей средой в соответствии не только со своими насущными потребностями, но и с интересами, которые могут не совпадать с потребностями и все время меняются, а диапазон их расширяется.
  По сути, сон - это пауза, во время которой происходит отключение сознания от реакции на сигналы от внешней среды не только для восстановления и обновления организма, но и для переработки, архивирования информации, накопленной за истекший период времени (дневное время), которая позволяет предоставить более-менее систематизированную и откорректированную информацию человеку при его пробуждении для возможного принятия решений на ее основе, как это происходит у тех же приматов.
  Но, в отличие от приматов, сознание человека в процессе сна и сами сновидения, носят, хотя и так же скрытый, однако же, двойственный характер, отражающий воздействие на поведение человека обеих упомянутых составляющих сознания, управляющих его поведением.
  Поэтому сначала посмотрим, что происходит с человеком в его открытом общении с внешней средой, которое автоматически должно отражаться во сне, поскольку других информационных воздействий человек не имеет.
  С одной стороны, наяву человек стремится к приятным ощущениям, которые могут предоставить ему пища, самка (самец), выгодное положение в сообществе, и в этом отношении он не отличается от примата.
  С другой стороны, находясь в реальной ситуации, человек рассматривает в своем сознании варианты индивидуальных и общественных проектов, оценивает возможности достижения успехов в собственном творчестве, пытается исправить ошибки в достижении поставленных целей, что свойственно только существу, осознающему себя в облаке страстей, познания себя и мира вокруг.
  Таким образом, поступающая к человеку днем информация как бы делится на две части: одна связана с приспособлением к окружению, другая - с формированием осознанного мироощущения и миропонимания.
  Поэтому ночью ему, как и любому животному, может присниться пожирание аппетитного бифштекса с кровью, приятная самка (самец), куча почитателей, взирающих на него с умилением.
  Вместе с тем эти сны могут перемежаться видениями, которые характерны любовными переживаниями, интересными находками по усовершенствованию рабочего процесса или новыми планами по изменению строя жизни, либо ему могут приходить сны о собственных похоронах и пребывании в аду или раю, то есть всё то, что принадлежит ему как существу, окунувшемуся в мир культуры многослойных общественных отношений.
  Схожесть сновидений и яви состоит в том, что сновидения формируются из блоков накопленной информации о реальной жизни, поступающей от органов чувств, центром обработки информации, которого не может не быть у любого живого существа, даже совершенно безмозглого. У человека, как высокоорганизованного существа, таковым центром является мозг, который работает не сам по себе, а является орудием сознания, которое у человека двойственно в отношении управления поведением человека.
  Поэтому каждому человеку может в той или иной фрагментарной степени присниться только то, что происходило с ним в реальной жизни, но, в отличие от приматов, не только с позиции адаптивного животного сознания, но и в зависимости от осознанного взгляда на собственную жизнь.
  Однако, в отличие от яви, в которой животное сознание и самосознание так или иначе взаимодействуют, инициируя те или иные действия человека, во время сна обе эти составляющие сознания переходят в своего рода "спящий режим", так как во сне человеку не нужно принимать решений для того, чтобы действовать так или иначе.
  Вместо них остается только та составляющая сознания, которая способна осуществлять контроль за всеми процессами, происходящими в организма в состоянии покоя в одиночку, то есть функционированием каждой клетки, метаболизмом организма и работой центра управления организма - мозга, с помощью которого эта часть сознания обрабатывает имеющуюся информацию и моделирует ее, но не принимает на этой основе решений, что является прерогативой только управляющих человеком в целом в активном режиме других составляющих сознания - животного сознания и самосознания.
  Эту часть сознания, способную обеспечить жизнедеятельность организма в состоянии полного покоя, но которая также обеспечивает жизнедеятельность организма в любом его состоянии при жизни, и, кроме того, снабжает информацией животную составляющую сознания и самосознание, можно обозначить как интеллект, оправдывая это наименование тем, что он по своим основным функциям совпадает с известным ныне искусственным интеллектом, который так же способен обеспечивать действие совокупности разнородных механизмов, и вместе с тем снабжать информацией того или иного пользователя.
  В ходе своего функционировании для обеспечения устойчивой работы организма он действует по собственным программам, которые не предназначены для непосредственного регулирования поведения человека.
  Таким образом, интеллект сознания представляет ту часть сознания, которая руководит функционированием центра обработки ряда имеющихся и поступающих данных по соответствующим программа для обеспечения нормального функционирования организма как во сне, так и наяву, но с тем отличием, что во время сна интеллект сознания функционирует один, а наяву - совместно с животным сознанием и самосознанием, контролируя мозг человека, который, по сути, является живым компьютером у любых животных разной степени сложности как по структуре, так и программам, хотя принцип действия его один и тот же, что у крокодила, что у человека.
  Основное отличие этого интеллекта сознания от искусственного интеллекта состоит в том, что он не имеет жесткой программы действий, оперируя разнообразными и во многом произвольными сигналами, попадающими в органы чувств и от них к нему, для удержания собственного носителя (живое существо) в состоянии непосредственного потребления ощущений и сохранения организма в режиме взаимодействия всех клеток и органов организма между собой и с окружающей средой, в результате чего любое достаточно развитое существо оказывается способным наяву, как минимум, действовать по методу проб и ошибок в меняющейся обстановке.
  До креативности тут далеко, но всё же смысл в действиях этого естественного интеллекта сознания имеется, поскольку он, как неотъемлемая часть каждого индивидуального сознания, заинтересован в сохранении ощущений, которые дают жизнь всей системе любого организма, в том числе и ему.
  Таким образом, работая на живое существо, и находясь во внутренней структуре потребителя, этот интеллект не может не быть его органической и неотъемлемой частью - своего рода блоком обработки информации и блоком управления функциями организма в его взаимодействии с окружающей средой, самостоятельно функционируя в рамках имеющихся программ выживания. Без этой составляющей сознания ни одно живое существо обойтись не может, тогда как простейшим существам, например, одноклеточным, остальные составляющие сознания не требуются.
  Но вместе с тем более развитые существа не могут обойтись и без другой части собственного сознания, которая принимает решения уже не в значительной степени по стандартным взаимодействиям с окружающей средой и работе каждой клетки организма, раз эта сфера действий большей частью отлажена (запрограммирована), а по решению задач коммуникации с аналогичными организмами, врагами, союзниками, по выбору более подходящего и приятного для жизни окружения и т. п., то есть тех задач, которые, если сравнить действия живого существа с работой искусственного интеллекта, решает его внешний потребитель, а не искусственный интеллект.
  Значит, любое живое существо, кроме интеллекта, который, по сути, технически обрабатывает поступающие через органы чувств сведения, комбинируя их с уже имеющимися сведениями для контроля и управления функционированием собственного организма, то есть превращая эти сведения в понятную для использования живым существом информацию, начиная с клеточной структуры, обязано иметь руководителя-потребителя этой информации уже для ее использования так или иначе не только по обеспечению функционирования организма в окружающей среде с потреблением ощущений, но и для стремления к приобретению наиболее приятных ощущений, которые можно получить, улучшив свое положение в занимаемой нише при стечении благоприятных обстоятельств.
  Так что интеллект любого живого существа по режиму работы и обслуживанию определенного субъекта действия напоминает искусственный интеллект, имея, однако, существенные отличия от него.
  Главное отличие естественного интеллекта сознания от искусственного состоит в несамостоятельности искусственного интеллекта, который работает на внешнего потребителя, и этот потребитель, к тому же, может постоянно меняться, тогда как естественный интеллект работает на совершенно определенное живое существо: в данном случае - на конкретного человека.
  Из-за полной несамостоятельности искусственного интеллекта по сравнению с естественным (природным), который не имеет жесткой программы действий, вытекает следующее отличие: искусственный интеллект обрабатывает только те сведения, которые передаются ему по желанию потребителя только в рамках программ, заложенных в него, и искусственный интеллект не способен уклониться от желания потребителя, тогда как природный интеллект обладает определенной автономностью в своих действиях, в частности, он способен решать задачи не только по стандартным программам, но и применяться к некоторым изменениям параметров среды, окружающей живое существо, а также оперировать разнообразными и во многом произвольными сигналами, попадающими в органы чувств и от них к нему.
  По сравнению с искусственным интеллектом или компьютером, в значительной степени автономное функционирование интеллекта сознания человека обусловлены иной структурой мозга как центра обработки информации. Компьютер работает, используя устойчивые электрические импульсы, а мозг, являющийся орудием интеллекта сознания, использует электрохимические связи, позволяющие ему действовать с отклонениями от установленных программ, например, при возникновении предположительной опасности, с которой он не сталкивался, но которую предпочтительно обойти или устранить.
  Из этого видно, что во время сна сознанию не требуется руководить действиями живого существа, находящегося в покое, но оно должно, с одной стороны, поддерживать жизнь тела, а также восстанавливать и обновлять его, с другой же стороны, надо обрабатывать уже накопленную до сна информацию для формирования моделей, которые могли бы использоваться после пробуждения, так как в них учтены изменения, случившиеся за прошедший день. Какие-то фрагменты моделей могут представляться во сне для человека визуально, поскольку большая часть информации за день поступает в мозг через глаза., и, естественно, отражается в образах, проявляющихся во сне. Эти модели могут быть очень сложными, поскольку из всех живых существ мозг, являющийся центром обработки информации, наиболее развит у человека вследствие присутствия у него как животного сознания, так и самосознания, имеющих наивысший энергоинформационный уровень.
  Так как сознание человека отличается от сознания других существ тем, что сознание человека двойственно в отношении руководства его поведением, то в активном (дневном) режиме используются как программы животной составляющей сознания, решая адаптивные задачи, так и программы самосознания, допускающие целеполагание и креативное мышление в ходе решения проектно-целевых задач.
  Таким образом, во сне отключается отнюдь не сознание, оставляя за себя какое-то неведомое подсознание, как считают обыватели, и не только, а перестают активно действовать те составляющие сознания, которые управляют действиями человека наяву как в качестве животного, и вместе с тем как существа общественно-познающего, то есть в виде животной составляющей сознания и самосознания соответственно, что, собственно, и видно по пассивности спящего, который получает минимальную информацию из внешней среды за ненадобностью действовать в ней.
  Модели возможного поведения человека, формирующиеся во сне, которые включают и сновидения, попадают в оперативную память индивида, предоставляя ему возможность выбрать подходящую после пробуждения. проявляются
  Но эти модели содержат не более 20% образной информации, тогда как основная часть переработанной информации имеет знаковую форму, столь же понятную человеку при вызове ее из памяти.
  То есть в ходе систематизации и моделирования информации интеллектом, происходящему во сне по стандартным программам, непосредственное воздействие на индивида обеих составляющих сознания, управляющих его поведением в реальной жизни, в виде различного рода соображений, чувств, идей, интересов и надежд, питающие человека наяву, практически исключается, как помехи.
  Поэтому модели поведения, формируемые во сне, могут быть более адекватными для возможных действий человека наяву с позиции здравого смысла, чем его действия в реальности по соображениям его животной составляющей сознания или самосознания.
  Другими словами, "забраться" в сон сознательно невозможно, а вот подготовленные во время сна информационные модели так или иначе влияют на действия человека наяву. Тем самым сон можно представить как один из источников организации действий человека в бодрствующем состоянии, наряду с текущей дневной информацией и информацией, доступной из других источников, как, впрочем, и всех высокоорганизованных живых существ.
  Двойственность сознания в отношении управления поведением человека определяет и содержание сновидений.
  Например, человек со значительным превалированием животного сознания над самосознанием, вряд ли увидит сны, относящиеся к творческим поискам и порывам. Он способен созерцать во сне лишь бытовые аксессуары и обычные жизненные происшествия. И это неудивительно, так как в жизни он занимается рутинными делами и к творческим достижениям не стремится, тогда как художник или изобретатель, кроме обычных видений, может обнаружить в снах те образы иди знаковые модели, которые содержат ту полезную информацию, которую он наяву пропустил или не придал ей значения.
  Именно это последнее, показав не полную бесполезность сновидений для будущего использования, вызвало появление многочисленных сонников с тем или иным толкованием явлений и предметов, которые можно лицезреть во сне, хотя, на самом деле, они не предсказывают последующие события, а лишь отражают прошедшее, наиболее четко отложившееся в памяти, поскольку на них в свое время было сконцентрировано внимание данного человека для возможного использования в дальнейшем, но только возможного.
  С другой стороны, если человек наяву способен совершать необдуманные и даже фатальные поступки, то во сне это ему не удается, так как реальность отключена от его сознания, оставляя ему фантомы, но такие, которые иногда могут навести его на определенные поступки наяву в дальнейшем. То есть во время сна могут виртуально проигрываться те или иные жизненные коллизии, давая часто неплохой результат, на что и указывает пословица - "Утро вечера мудренее".
  Иначе говоря, каждые сутки человеческой жизни делятся на день и ночь, и в течение последней тело должно восстанавливаться и обновляться - именно тело, а не сознание, которое в качестве интеллекта интенсивно функционирует посредством мозга, подобного живому компьютеру, перерабатывая поступившую информацию ради последующего, возможно, более успешного использования результатов это переработки в дальнейших действиях, которыми уже непосредственно будут управлять животная компонента сознания и самосознание на основе информации, доставляемой им интеллектом сознания.
  Каждое индивидуальное сознание во время сна отражает собственную активность, проявляющуюся в дневных человеческих действиях: человек вряд ли увидит сны, в которых он находится в покое, например, спит. В сновидениях человек как бы продолжаете жить в действии: он летит, бежит, борется, с кем-то общается, что-то предпринимает, пугается, обижается, рыдает, хотя его тело покоится. Данный факт объясняется тем, что информационные знаково-образные модели готовятся в основном для действий наяву.
  Таким способом, если в дневное время человек бездеятелен или ведет однообразное существование, сознание компенсирует такое отрицание развития ночными сновидениями, насыщенными различными поступками, часто путаными и противоречивыми в отношении известных людей, то есть оно пытается хотя бы так заставить человека наконец-то приступить хоть к каким-то действиям.
  Кроме того, индивидуальное сознание в процессе сна в форме собственного интеллекта не только воспроизводить уже случившееся в жизни, оно моделирует различные ситуации на основе полученной за день информации, комбинируя те или иные эпизоды прошедшего, напоминая при этом работающий по соответствующим программам компьютер, который настроен на выделение тех или иных проблемных ситуаций, благодаря чему человек может получить хотя бы намек на решение назревшей проблемы.
  Например, во сне человек может получить сильный импульс к контактам с противоположным полом, если назрела такая потребность. Необходимость поездки тревожит человека во сне видениями самолетов, вокзалов, поездов и т. п.
  Однако наяву, то есть уже при вступлении в действие обеих составляющих сознания, управляющих человеком, значительное воздействие на поведение индивида оказывает самосознание, характерное повышенным самомнением. Поэтому индивид, озабоченный происходящими вокруг него событиями, чаще всего игнорирует информацию, пришедшую к нему после пробуждения, в чем и состоит отличие его поведения от поведения животных, полностью доверяющих этой информации.
  Тем не менее, в развитии событий наяву человек не может игнорировать животную составляющую собственного сознания, непосредственно участвующую в управлении его поведением, а она по своей сути наиболее чувствительна к тем продуктам переработанной во сне информации, которые представляют ей неблагоприятные варианты развития событий, тогда как самонадеянная составляющая сознания - самосознание, в значительной мере отягощенное ложными идеями и самомнением, игнорирует эти сигналы, вступая в противоречие со своей же животной составляющей.
  В результате, наяву происходит практически все время жизни человека своего рода борьба обеих форм сознания, управляющих поведением человека большей частью с непредсказуемым результатом.
  Особенно чувствительна животная составляющая сознания человека к гибельным решениям человека наяву, которые другой составляющей его сознания кажутся абсолютно верными. Животная составляющая сознания, всегда настроена не только на улучшение позиции человека в сообществе, но и на выживание в условиях взаимодействия с врагами и союзниками. Поэтому наяву она в этом отношении поддерживается интеллектом сознания. Во сне интеллект сознания, а при бодрствовании обе эти составляющие сознания в подобных случаях как бы подают сигналы об опасности.
  В спокойной и привычной обстановке эти сигналы от них человек не слишком часто замечает, разве только у него создается тревожное ощущение. Однако люди опасных профессий (солдаты, пожарники, летчики, полицейские), а также люди рисковых занятий (спортсмены, бизнесмены, криминалитет) прекрасно знают о внезапном ощущении опасности, возникающем как бы ниоткуда, называя его шестым чувством.
  Человек в полном сознании, то есть наяву, не способен вникнуть в работу интеллекта собственного индивидуального сознания, активизирующегося ночью, понять ее смысл, определить механизмы, то есть как бы вписаться в процесс собственного сна, поскольку обе составляющие сознания, способные размышлять, принимать решения и давать сигналы к действию, замещаются интеллектом сознания, на это не способным.
  То есть за редчайшими исключениями, появляющимися в результате сбоев в работе мозга, эта невозможность влиться в сновидения сознательно, объясняется тем, что открытые формы сознания ко всему, происходящему во сне, прямого отношения не имеют. Все процедуры сна контролирует скрытая форма сознания - его интеллект.
  В частности, сновидения протекают образно в той или иной комбинации в виде копий фрагментов происшедшего за день или ранее, занимая сравнительно небольшую долю времени всего периода сна, тогда как большую часть времени сна интеллект сознания, использующий мозг человека, занимается обработкой по соответствующим программам накопленной за день информации и ее объединением с уже имеющейся в базах данных информацией подобно рутинной компьютерной обработке с определенным быстродействием массива информации по тем или иным темам или более-менее актуальным проблемам, используя различные приемы для создания моделей.
  Такого рода обработка информации большей частью несет нагрузку обеспечения нормального функционирования организма. Тем не менее, интеллектом сознания могут использоваться частично и программы, связанные с управлением действиями человека, если они могут помочь в формировании моделей, относящихся к организации жизнедеятельности человека в соответствующих сообществах, когда жизнь человека подвергается опасности.
  Только ближе к конечной стадии сна, который занимает у человека 6-9 часов, - это одна из причин вредоносности сокращения этой продолжительности сна, - интеллект сознания накапливает модели для возможного применения в будущем, как бы вплывающие в момент пробуждения человека в его сознание, которое снова восстанавливается в полном составе. Тогда обе управляющие поведением человека составляющие сознания, еще не занятые дневной деятельностью, могут выбрать из этих моделей, если пожелают, то, что не было отмечено ими в дневное время.
  Поэтому-то именно утром в голову приходят неплохие и даже нестандартные решения, если, конечно, человек не был бездеятелен прошедшим днем.
  Стало быть, не совсем уж лживы толкователи сновидений, которые даже сумели систематизировать их по содержанию. Они, конечно, привели всего лишь перечень некоторых толкований сновидений, которые весьма ограничены, недостоверны и примитивны, поскольку основаны только на догадках и совпадениях, и в этом отношении прав Аристотель, который считал их фикцией, но, тем не менее, видел в них смысл, так как они не чистые фантазии, а отражение действительности, хотя и искаженное, и неполное.
  Понятно теперь, что образы, мелькающие во сне, как и информационные модели в целом, могут отражаться в активной жизни как осознанно, так и без особого анализа, не без успеха, хотя в основу этого успеха заложены дневные труды.
  Иначе говоря, поскольку во сне открывается без всяких помех со стороны обширнейшая база данных, накопленная индивидом в течение его жизни, а также всеми его предками, постольку он, если, конечно, находится в теме, связанной с решением тех или иных нестандартных проблем, в принципе, может увидеть или отметить то новое или необычное, но пригодное для решения его проблем, на что он не обратил внимание наяву, анализируя в момент пробуждения еще не вытесненные действительностью фрагменты сна.
  Подтверждением этого обстоятельства являются известные научные открытия ряда ученых.
  Так, Д. И. Менделеев "извлек" из сна в момент пробуждения прототип периодической таблицы химических элементов.
  А. Пуанкаре после долгой работы и тревожного сна в ранние утренние часы установил существование "автоморфных функций".
  Физик Нильс Бор, длительно размышляя над строением атома, увидел, как он сам говорил, во сне Солнце с вращающимися вокруг него планетами, и представил, что атом может иметь подобную структуру - в центре ядро, а вокруг него вращаются электроны.
  Немецкий биолог Отто Леви решал проблему передачи сигналов от одной нервной клетки к другой, не зная, что выбрать - электрический импульс или химическую реакцию. Во сне, по его утверждению, он увидел сердца двух лягушек, с которыми, как фармаколог, он проводил ранее различные эксперименты. Леви провел эксперимент на сердцах лягушек по модели из своего сна и определил, что нервный раздражитель может выделять вещества, влияющие на нервное возбуждение, а это значило, что нервный импульс передается не электрическим сигналом, а химическим путем.
  Так был открыт способ передачи сигнала от нейрона к нейрону, и, в частности, оказалось, что технология работы всей совокупности нейронов головного мозга, основывается на ином способе передачи сигналов по сравнению с работой компьютера. Это само по себе означает способность формирования в мозгу с помощью передачи сигналов электрохимическим способом каждую секунду миллиардов связей, все время меняющихся без возможности возврата к прежнему их сочетанию, позволяя тем самым за счет этого многообразия и определенной неустойчивости выходить за пределы консерватизма формальной логики к креативному мышлению, основанному на разрушении стереотипов, характерных для работы искусственного интеллекта любого типа с его ограниченными возможностями, связанными с передачей импульсов с помощью стабильных электрических сигналов, которые могут быть повторены без всякого изменения.
  Помимо ученых, любые креативные персоны способны осознанно или нет использовать продукты своего сна.
  Например, творческие люди поэтического склада прекрасно знают, что многие из их лучших стихотворений непонятно как создавались в утренние минуты, а не только в результате немногих минут вдохновения.
  В этом отношении сон, как и транс или вдохновение есть одна из форм получения новых знаний, которые именуются озарением, или интуицией, наиболее способствующих получению новых знаний в образной форме.
  Сходство всех этих процессов заключается в том, что в них человек отстраняется от всех внешних влияний и уже без посторонних помех оказывается способным погрузиться на какое-то время в собственную долговременную память.
  Правда, больших успехов в решении проблем или познавательных задач человек достигает не во время сна, а при озарении или приходе вдохновения наяву, поскольку в этих состояниях он старается сохранить вопрос, связанный с решением конкретной задачи, сформулированный заранее, надеясь получить ответ при выходе из этого состояния, тогда как на сон грядущий такие вопросы ставятся реже, да и, к тому же, их трудно не потерять в массе дневных впечатлений, отраженных во сне.
  Как бы то ни было, но сознанию, кроме приема внешней (текущей) информации в основном посредством зрения, дающего более 80% всей информации, необходимо также систематизировать, архивировать, анализировать накопленный за день объем информации, отбрасывая ненужную. Только на основе этого процесса сознание в целом способно управлять действиями человека наяву.
  В связи с этим, любое вмешательство обеих составляющих сознания, управляющих поведением человеком наяву, в работу интеллекта во время сна исключается: оно может только навредить отлаженному процессу обработки информации интеллектом в соответствии с определенными программами, существенно исказив поступившую недавно и имеющуюся информацию вследствие личностных, корпоративных, эмоциональных, культурных и прочих предпочтений, что не позволило бы интеллекту объективно подойти к систематизации всего массива накопленной информации, от адекватной обработки которой в соответствии с дневными проблемами зависит не только будущее поведение человека, но и его функционирование в качестве живого организма.
  Таким образом, во сне сознание, переключая себя на обработку накопленной информации под контролем только одного интеллекта сознания, то есть благодаря функционированию центра обработки информации, имеющегося у всех, даже самых примитивных, живых существ, старается исключить искажения, которые проявляются в человеке наяву - пусть уж это замечательное существо - человек - осознает себя только после пробуждения, когда он включается в процесс борьбы и развития, в котором ошибки могут лишь подстегивать сообразительность.
  В значительной степени, по этой причине, а не только из-за усталости, человек "переводит" себя в "спящий режим", то есть в режим, при котором информация, поступающая через его органы чувств, сводится к минимуму, в частности, отключаются органы зрения, и, как было сказано, обе составляющие его сознания, управляющие им наяву, на период сна перестают участвовать в управлении поведением человека, поскольку во сне таковое отсутствует.
  Иначе говоря, индивидуальное сознание ограничивает себя в ощущениях и размышлениях ради перехода в режим переработки накопленной информации, и в этом отношении оно работает по типу обычного компьютера по определенным программам.
  Поэтому-то вряд ли можно утверждать, что во время сна человек мыслит.
  Дело в том, что, вырабатываемые во сне модели возможного поведения наяву большей частью связаны с общей жизнедеятельностью организма, то есть его выживанием и возможным улучшением жизненной позиции человека, а не с проектно-целевой деятельностью человека, которая "проходит" в этой процедуре как бы вторым планом именно потому, что основой обеспечения жизнеспособности организма человека в окружающей среде в качестве живого существа является отнюдь не самосознание.
  Обобщая, можно сказать следующее.
  Поскольку информация, поступающая в мозг от органов зрения, составляет около 80% от всей, постольку неудивительно, что она отражается во сне в какой-то части образно, фрагментарно копируя реальность.
  Однако каждый человек, вспоминая сновидения, может заметить, что они, как правило, хаотичны, и он неспособен управлять ими.
  Эти факты указывают на то, что, с одной стороны, сновидения связаны с реальностью, но, с другой стороны, их сумбурность, невнятность и незаконченность говорят об их структурной неполноценности.
  Поэтому сновидения сами по себе не могут показать суть того или иного явления, будучи своего рода виртуальными полуфабрикатами тех моделей, которые строятся интеллектом сознания, точнее, некоторой образной частью той или иной модели, которые формируются во сне, поскольку информационные модели предполагаемого поведения человека наяву в целом в процессе сна строятся в знаковом виде, подобному созданию моделей обычным компьютером по определенному заданию.
  Но, в отличие от компьютера или искусственного интеллекта, интеллект сознания во сне такого задания не имеет, точнее, задание для него всегда одно: обеспечивать жизнедеятельность организма в любых условиях любыми способами. Поэтому он создает модели наиболее практичных вариантов поведения человека в состоянии бодрствования, но не по результатам размышлений, которых у него быть не может, так как он работает по стандартным программам, не настроенным на принятие решений, но настроенным на подбор информации с учетом определенной обстановки на данное время в меру своих способностей, исходя из того материала и информации, которые он имеет или недавно получил, не для какого-то неведомого и безразличного ему пользователя, а для самого себя, будучи неотъемлемой и безостановочной частью сознания каждого индивида, будь то человек или животное, при жизни его тела.
  Правда, в отличие от моделей поведения для животного, ориентированных только подбор условий, выгодных для его существования в имеющейся среде, предлагаемые интеллектом модели поведения для человека, созданные во сне "на завтра", могут относиться к различным познавательным проектам и поискам новых решений назревших проблем, созданию неизвестных ранее технологий и оригинальных произведений искусства, поскольку интеллект сознания и их способен включать в эти модели, но только если всё это имеет отношение к выживанию человека или улучшению его жизненных условий.
  Варианты этих проектов с большим успехом можно уловить в момент пробуждения, то есть уже осознано, пока их не успели вытеснить дневные заботы, и выбрать из них наиболее подходящий на взгляд обеих основных составляющих сознания, уже начавших наяву управлять человеком, которые, правда, могут иметь различные соображения в отношении этих проектов, если, конечно, у них имеется желание их рассмотреть или если они настроены на этот выбор.
  Если же самосознание и животное сознание человека по каким-то причинам, например, по своей слабости, отстраняются от участия в построении режима дня индивида по моделям, выработанным интеллектом сознания в процессе сна, то из этих вариантов поведения реализуется тот, который имеет наибольший здравый смысл, то есть тот, который ориентирован на сохранение особи в среде, поскольку иными смыслами интеллект сознания не владеет, стремясь в основном к созданию наиболее благоприятных условий не для человека в целом со всеми его проблемами, а для его организма.
  Если же человек наяву действует преимущественно по соображениям животной составляющей его сознания, который часто принимают за особый ум, называя его рассудком, что проявляется, например, если самосознание недостаточно развито, то, фактически, человек становится своего рода разумным животным.
  Внешне это выражается в подавляющем преобладании эгоизма над альтруизмом и в отсутствия у индивида любознательности. Такой индивид, сосредоточенный только на себе, способен лишь на рассудочные действия, которые не отличаются погоней за новыми знаниями, а более всего проявляются в стремлении к благополучию и, при малейшей возможности, к занятию выгодных позиций в отношении получения наиболее приятных ощущений в своем сообществе, независимо от того, есть ли у него способности руководителя или организатора.
  Что же касается лицезрения во сне образов, намекающих на великие открытия, то они происходят, как показала история, крайне редко, поскольку наткнуться на них во сне и вспомнить поутру можно лишь случайно или же будучи очень глубоко погруженным в тему, что случается только с наиболее креативными людьми.
  Поэтому к каким-то новым или неочевидным решениям, идеям и разработкам можно прийти с гораздо большим успехом, что опять же показывает история изобретательства и искусства, в результате создания особого настроя вхождения в конкретную тему осознанно в моменты транса, наиболее легкая форма которого именуется вдохновением, когда человек тоже в той или иной степени отвлекается от реальности, но вместе с тем не теряет вопрос, на который он хотел бы найти или получить ответ.
  Тем не менее, и в течение сна, но только произвольно могут появиться интересные и плодотворные решения тех или иных проблем, пропущенные наяву, но в основном не в виде сновидений, а в знаковой форме моделей как результата соответствующей обработки информации, которые могут быть отмечены сразу после пробуждения.
  Что касается вопроса, мыслит ли человек во сне, то сначала следует ознакомиться с принятой трактовкой понятия мышления.
  Одно из самых известных определений мысли состоит в том, что она есть не что иное, как действие ума, разума и рассудка.
  Справедливо в этом определении только то, что мысль есть действие, но вот действие чего?
  В этом определении этого "что" всё свалено в одну кучу - ум, рассудок, разум, тогда как, например, ум и рассудок не одно и то же, отличаясь своим уровнем.
  Например, бактерия действует сугубо примитивно, но эффективно, стремясь туда, где потеплее и посытнее на основе информации, поступающей в ее рецепторы, а от них - в центр обработки этой информации, отнюдь не являющимся мозгом, проявляя не ум, а как бы прикидывая, или рассуждая на основе поступающей информации, где лучше - тут или там. То есть, следуя этому определению, можно сказать, что бактерия вполне себе мыслит, получая нужный результат, если, конечно, имеются подходящие для жизни условия.
  Мысль - то, что явилось в результате размышления, идея.
  Ну, это определение не что иное, как типичная тавтология.
  Мысль - это воспринимаемая и понимаемая сознанием человеком связь понятий, связь образа цели и элементов ситуации.
  Это определение, кажущееся на первый взгляд вполне адекватным и всеобъемлющим, на самом деле имеет ограниченный смысл, относясь только к человеческой деятельности, так как, например, во сне человек никакие понятия и цели не воспринимает и не связывает. Он даже часто не помнит, что было во сне, да и себя не помнит.
  Так что это определение волей-неволей приводит к тому, что во сне человек не мыслит, хотя его авторы утверждают обратное. Тогда, что же в сознании человека во время сна происходит, и что представляет тогда сознание во сне?
  Удовлетворительного ответа на этот вопрос нет, хотя по умолчанию считается, что человек мыслит всегда, пока он жив и в здравом уме.
  Самому процессу мышления дается определение как потоку мыслей, связанных между собой в последовательности ассоциаций и идей.
  Однако в этом определении не сказано, кто или что и на каком основании создает этот поток и в какое время.
  Очевидно, тем не менее, что мысли проявляются в сознании человека в бодрствующем состоянии, когда он способен осознанно производить их и связывать между собой, а то, что происходит с ним во сне, то есть виртуально, производится не по его воле или соображениям.
  Значит, он во сне не мыслит? Что же он тогда делает во сне, и кто за него, но для него, в частности, производит сновидения в том или ином порядке?
  Явная недостаточность этих определений понятий мысли и мышления может быть устранена сопоставлением двух состояний человека, а именно: состояния покоя в виде сна и состояния бодрствования.
  По-видимому, роль сна сводится не к образованию мыслей для их реализации в ходе немедленных или планомерных действий, поскольку информация, требующая таких действий для решения неких задач, больше не поступает, а тело находится в покое.
  Что же тогда остается сознанию?
  Очевидно, что ему во сне остается только сочетать накопленную информацию в соответствии с имеющимися программами в виде моделей для их возможного использования впоследствии, когда появляются задачи, проблемы, которые надо решать в том или ином порядке на основании прошлых событий, а также с учетом неизвестных, но предполагаемых событий в будущем.
  Иначе говоря, пассивность сама по себе не имеет предмета для размышлений, в отличие от активности, но уже в последовательном их сочетании, например, сна и бодрствования, в процессе сна этот предмет для размышлений после пробуждения может быть подготовлен в виртуальном виде.
  Отсюда следует, что интеллект сознания, функционирующий во время сна в гордом одиночестве, обрабатывая информацию подобно живому компьютеру посредством мозга (а компьютер, как известно, самостоятельно мыслить не способен, функционируя по заранее введенным в него программам), всего лишь готовит модели, учитывающие изменение текущей обстановки на данный момент, для возможного рассмотрения их наяву теми составляющим сознания, которые управляют поведением человека в активном режиме, но которые находятся пока в "спящем режиме" в этой "сонной" паузе между днями действия.
  Другими словами, оперируя во сне образами и символами по определенным программам посредством мозга, интеллект сознания создает модели поведения как для животной составляющей сознания человека, так и его самосознания, в соответствии с исходными данными, ориентируясь, прежде всего, на удержание человека в существовании.
  Психологам невозможно понять разницу в функционировании сознания человека наяву и во сне, именуя сознание во сне каким-то фантастичным подсознанием, которое тоже должно, по их мнению, мыслить, но как-то скрыто, раз оно находится якобы под открытым сознанием.
  Выше было показано, что сознание едино, но выполняет три основных функции в человеке наяву, и поэтому его условно можно разбить на три условных части.
  В процессе сна сознанию не требуется выполнять функцию управления поведением человека, и поэтому оно, отстраняет себя в своих управляющих поведением человека составляющих от работы на время сна, отдавая бразды правления интеллекту, который не способен принимать решения, но способен контролировать обработку информацию, подобно живому компьютеру, посредством мозга, и представлять результаты этой обработки обеим другим составляющим сознания, которые уже решают как использовать эти результаты для конкретных действий наяву.
  То есть после пробуждения человека, когда необходимо руководить действиями человека, к интеллекту сознания присоединяются обе остальные составляющие сознания, управляющие как адаптивным, так и целевым поведением человека.
  Поэтому подобное распределение функций сознания можно условно представить в виде трех его составляющих, упомянутых выше.
  Наяву они слиты воедино, функционируя совместно, выдвигая, тем не менее, на первый план ту или иную из своих ипостасей в зависимости от сложившейся ситуации.
  Однако во сне, когда человек находится в покое, исключая себя из потока внешней информации, функционирует один интеллект сознания, умеющий обрабатывать информацию по программам, связанными большей частью с обеспечением жизнеспособности человека, но не способный руководить поведением человека наяву, когда информационные продукты стандартных программ невозможно или сложно применять в ходе всё время меняющейся обстановки.
  Тогда управление поведением человека приходится брать на себя обеим остальным ипостасям сознания, но интеллект сознания сохраняет за собой функцию обработки и предоставления им поступающей информации.
  При этом, программы, в соответствии с которыми функционирует самосознание, в отличие от программ для животной составляющей и интеллекта, допускают произвольное мышление, предоставляя человеку возможность мыслить креативно в процессе производимых им действий.
  Таким образом, процесс мышления побуждается только действием, более или менее сознательным, которого во сне не происходит. Поэтому во сне отсутствует необходимость функционировать тем составляющим сознания, которые способны принимать решения к действиям, - а формирование этих решений и есть не что иное как мышление, - тогда как функционирование интеллекта сознания сводится к поставке общего пакета информации для принятия решений пользователем, подобно компьютеру, но с тем отличием, что он сам также является пользователем, но - пассивным.
  Этот информационный процесс свойственен только живым существам, владеющими сознанием, отличая их этим от неодушевленных объектов любого вида. В частности, даже искусственный интеллект функционируют для решения задач, определенных не им. Он также не стремится сохранять себя непосредственно в потомстве, поскольку приятные ощущения ему недоступны.
  Тем не менее, искусственный интеллект в своем функционировании подобен интеллекту сознания. Оба они не размышляют, а готовят по определенным программам пакеты информации для пользователя, который вынужден мыслить, поскольку ему приходится действовать. Только у искусственного интеллекта пользователь внешний, то есть они разобщены, а у интеллекта сознания пользователь его собственный и единственный, и функционировать они могут только совместно. Само же это единство обеспечивается их сосредоточением в конкретном живом существе.
  В этом отношении мышление присуще любому живому существу вплоть до инфузории, если оно ведет себя активно, то есть кроме сна, во время которого вместо мышления, способствующего наиболее адекватным текущим действиям в изменившейся среде, наступает пауза для обработки накопленной информации по стандартным программам для корректировки будущего поведения с учетом происшедших изменений, и в этой паузе не нужно действовать, а надо лишь подобрать по определенным правилам варианты создания наиболее благоприятных условий для разрешения накопившихся проблем, что, в принципе, доступно искусственному интеллекту. Видимо, поэтому некоторые ученые считают, что он способен мыслить.
  Следует также отметить, что коренная разница между мышлением всех живых существ без изъятия, кроме человека, состоит в том, что мысли этих существ устремлены только на то, чтобы уцелеть, продлить себя в потомстве, получая, по возможности, при этом приятные ощущения, а также желая ухватить все остальные приятные ощущения в ходе приспособления к текущей реальности, в то время как человек, помимо того же, способен не только приспосабливаться к среде, но и менять ее не только для решения утилитарных задач.
  К тому же, он способен еще и осознанно приносить себе же неприятности и беды ради нелепых фантазий и прекраснодушных идей, но вместе с тем он может заставить себя волевым усилием вырываться из липкой паутины одних только ощущений на простор бесконечного познания всего вокруг себя и себя самого.
  3. Об отличии и сходстве функционирования сознания человека во сне и наяву.
  Известно, что с приоритетом сознания перед мозгом согласны далеко не все, полагая, что без мозга сознание не существует, так как именно мозг человека дает человеку ощущение жизни в объективно текущем времени, которое можно измерить определенными единицами в соответствующих периодах - сутках, месяцах, годах - в согласии с движением Земли и Солнца. С прекращением функционирования мозга человека время его жизни завершается, то есть он выпадает из него.
  Кажется, что данный факт подтверждает, что сознание есть функция мозга, и без него не существует.
  Действительно, сознание человека без мозга существовать в имеющейся реальности не способно, но приведенное выше соображение не доказывает, что сознание является функцией мозга, так как можно предположить и обратное: мозг есть орудие сознания, без которого оно не может обойтись, но работу которого регулирует именно оно, а не он сам управляет собой и телом.
  Можно ли это доказать?
  Попробуем сделать это на примере сопоставления двух процессов - сна и бодрствования.
  Несомненно, спящий человек живет во сне, дыша и ворочаясь, а не попадает, засыпая, в какой-то потусторонний мир с полной утратой времени, как это происходит после смерти. Тем не менее, заснув, человек так же теряет чувство времени, в котором он находился наяву, поскольку ход времени во сне он не ощущает, и для него промежуток календарного времени сна (6-9 часов) превращается в ноль, если он не наблюдал сновидений - уснул в какой-то момент и как бы тут же проснулся без всякого ощущаемого промежутка между впадением в сон и выпадением из сна.
  Таким образом, с одной стороны, во сне для сознания человека, время вместе с ощущением жизни исчезает, а с другой стороны, его тело под управлением мозга продолжает функционировать, не выпадая из времени, которое, случайно проснувшись, он может зафиксировать.
  Возникает противоречие: во сне человек как бы утрачивает себя, не ощущая больше жизни, себя самого и течение времени; вместе с тем время, в котором находится его тело, течет по-прежнему, тело дышит, мозг продолжает управлять всеми физико-химическими процессами, происходящим в каждой клетке организма, и даже предоставляет человеку возможность иногда находить себя в сновидениях.
  Получается, что сознание человека в процессе сна исключает себя из внешнего времени, тогда как мозг и тело во сне остаются в нем.
  Разрешить это противоречие удается признанием того факта, что человек наяву осознает свое существование в реальности, а во сне эту способность теряет. И мозг тут ни при чем, так как он временем не владеет.
  Значит, есть нечто дополнительное к мозгу и даже управляющее им, которое не регистрируется никакими приборами, но которое, тем не менее, переводит мозг в различные режимы функционирования во сне и наяву.
  Более того, это нечто способно реализовывать себя в разных состояниях.
  В процессе сна оно большей частью обеспечивает жизнь тела, а наяву оно приводит человека в состояние осознания собственного существования, принуждая его действовать, как минимум, для удержания в окружающей среде.
  Факт неосязаемого присутствия этого нечто был отмечен давно. Сначала его обозначили душой, а сравнительно недавно назвали сознанием.
  Если условно разделить сознание человека на три составляющие, ответственные за его существование в активном и пассивном режимах, в частности, наяву и во сне, то эти составляющие действуют по-разному, представляя собой следующее.
  Интеллект сознания обеспечивает функционирование организма человека и его выживание в окружающей среде, используя для этого соответствующие программы.
  Животная составляющая сознания организует действия человека по приспособлению к окружающей среде с помощью определенных программ, удерживая его в ней в состоянии стремления к приятным ощущениям.
  Самосознание, используя дополнительные программы, в значительной степени допускающие произвольное мышление, делает человека личностью, способной приспосабливать окружающую среду как для собственной выгоды, так и ради обнаружения смысла своего существования в ней.
  Таким образом, интеллект сознания, непрерывно обновляя организм человека, позволяет ему существовать; животная составляющая сознания контролирует поведение человека как адаптивного существа, которое стремится к наиболее приятному существованию; самосознание предоставляет человеку возможность узнавать самого себя в мире.
  Во сне бразды правления берет на себя один только интеллект сознания по той причине, что в это время человек никак не действует, он пассивен и его не требуется куда-то вести. Поэтому ему в процессе сна не нужно соображать или размышлять о том, как немедленно спастись, сделать себе что-то приятное или познать окружающее, как это происходит наяву и контролируется остальными составляющими сознания, управляющими его поведением в этом активном состоянии, когда проявляются его индивидуальность и личность.
  Что же тогда происходит с человеком во сне, если ему в это время никуда не надо идти, не требуется ничего делать по той причине, что он не просто отдыхает, а перестает и ощущать, и осознавать себя?
  Во сне человек, раз в это время сознание делегирует для обеспечения его существования лишь один интеллект сознания, контролирующий мозг - живой компьютер, теряет себя как субъекта действия, проявляясь только в качестве виртуального продукта реализации программного обеспечения интеллекта сознания, подбирающего варианты наиболее эффективного и безопасного поведения человека впоследствии в соответствии с накопленной за день информацией с привлечением дополнительной информации из всей обширнейшей базы данных (памяти человека).
  То есть во сне человек временно перестает быть собой, а становится своим отражением - моделью, с которой могут происходить те или иные происшествия в русле последних событий наяву, и по результатам этих происшествий во сне, человек, вновь становясь собой наяву, может судить, если захочет, о возможности их применении в своей деятельности.
  Конечно, эта модель-двойник не способна мыслить, то есть понимать смысл целей и задач, поставленных человеком наяву, но ее виртуальное поведение, сформированное интеллектом сознания, способно дать прогноз того, что может случиться с человеком по результатам его последних действий наяву, поскольку это отражение человека во сне виртуально действует в соответствии с информацией, смоделированной интеллектом сознания в русле задач и целей прошедшего дня, но только в рамках имеющихся у него программ.
  Поэтому в сновидениях человек иногда может только созерцать поведение своего двойника в разных обстоятельствах, но не мыслить за него, поскольку он лишен возможности управлять поведением своего собственного отражения.
  Сам же двойник человека в его сновидениях мыслить не способен, виртуально действуя в рамках имеющихся программ, как, впрочем, и интеллект сознания, который, несмотря на то, что он контролирует работу мозга - живого компьютера, способен только функционировать в рамках вложенных в него программ, формируя в процессе сна человека модели для обеспечения выживания и оптимального функционирования человека в собственном окружении наяву с учетом поступившей за истекший день информации.
  Именно так интеллект сознания функционирует в любом живом существе, а не только в человеке.
  В связи с этим, идеи многих философов и ученых о великом духовном предназначении сна и необыкновенном влиянии на человека сновидений основания не имеют, как и мнение психологов о том, что человек только и делает, что размышляет во сне. Видимо, к этому их подтолкнуло состояние покоя человека во сне, когда ему вроде бы нечего делать, зато можно спокойно поразмышлять о будущем или прошлом.
  Дополнительным доказательством отсутствия размышлений у человека во сне служит не только обрывистость, фрагментарность и хаотичность многих его сновидений, но и такое явление, как лунатизм.
  По-видимому, лунатизм, проявляющийся в форме спонтанного перехода человека во сне от покоя к движению, не что иное как сбой в работе интеллекта сознания, вызванный случайными или болезненными отклонениями в функционировании мозга.
  Так вот, лунатик, или сомнамбула действует на манер зомби, но не по чьему-то внушению, а вследствие указанного сбоя, и при этом он контролирует только свою двигательную активность и даже иногда речевую, не думая при этом ни о чем. Если его разбудить, то он не может ничего вспомнить о своем поведении в это время.
  Поступки сомнамбулы ничем не мотивированы, то есть не заданы ею самой первоначально, словно ее кто-то водит то туда, то сюда.
  На самом деле, интеллект сознания во сне моделирует поведение человека в соответствии с имеющимися у него программами, руководствуясь целями и задачами, поставленными наяву не им, а другими составляющими сознания.
  Поэтому при сбое в работе орудия интеллекта - мозга, человек во сне начинает повторять в движении или речи тот или иной фрагмент виртуальных действий своего двойника, смоделированных интеллектом сознания на данный момент.
  Сама по себе потеря человеком во сне собственного "Я" в форме индивидуальности и личности объясняется отключением в это время управляющими его поведением наяву животной составляющей сознания и самосознания в пользу низшей составляющей сознания - интеллекта.
  Таким образом, факт разделенности сознания во сне и вместе с тем его единства наяву подтверждает то, что каждое индивидуальное сознание не что иное как голограмма, в которой, как известно, каждая часть есть целое, несмотря на различие выполняемых функций, и наоборот.
  Упомянутый выше факт различного хода времени для человека во сне и наяву так же подкрепляется разницей во временных интервалах протекания события и отразившего его сновидения.
  Оказывается, что сновидение, идентично отразившее какое-то событие наяву, протекает по календарному времени в несколько раз быстрее.
  Результаты исследований продолжительности сновидений показали, что их длительность редко превышает 3 минуты, а часто занимает всего лишь десятки секунд, тогда как события, которые отражаются в сновидениях, как правило, не укладываются в эти временные интервалы, занимая иногда на порядок больше календарного времени.
  Психологи до сего времени этот факт объяснить не могут, произнося всего лишь ничего не значащие слова о субъективном восприятия образов, возникающих во сне в сознании человека.
  Действительно, этот феномен ускорения времени в сновидениях не вписывается в научное представление времени как объективного, постоянного и последовательного протекания происходящих явлений.
  В частности, этот поступательный ход событий физика считает формой протекания всех разнообразных процессов, или условием возможности изменений.
  Иначе говоря, наука в ее нынешнем состоянии объективирует время, полагая, что все процессы, происходящие в мире, не оказывают никакого влияния на однообразный, непрерывный и постоянный "ход" времени.
  Сам по себе процесс протекания сновидений является несомненно объективным, напоминая демонстрацию какого-то события на телеэкране.
  Но тут же возникает вопрос: почему же интервал этого, якобы, объективного и постоянного "хода" времени в процессе конкретного сновидения так существенно меняется для идентичного события, происшедшего наяву, поскольку происшедшее во сне изменение условий для одного и того же события, которое ранее случилось наяву, повлияло на "ход" времени, подрывая трактовку понятия времени наукой?
  Получается, что, якобы, объективное протекание времени на самом деле подвержено изменению в зависимости от изменения условий протекания этих процессов, в частности, тех, которые происходят с живыми существами во сне и наяву.
  Факт ускорения времени во сне вполне адекватно можно объяснить с позиции представления времени как продукта процесса обработки информации, поступающей или поступившей в обрабатывающие информацию центры от органов чувств живого существа.
  Любой центр обработки информации, и в частности, мозг, работает по определенным программам, которые предусматривают перерывы для устранения ненужной информации, систематизации и архивирование поступившей для того, чтобы с большим успехом решать те или иные задачи в дальнейшем.
  Поэтому мозг точно так же, как и любой компьютер, избавившись ночью от потока внешней информации, оказывается способным, обработав информацию, поступившую за предшествующий день и сопоставив результаты этой обработки с информацией, имеющейся в памяти, выработать по соответствующим программам варианты, или модели дальнейшего поведения человека наяву, имея в виду те изменения, которые произошли за истекшее время, совместно с организацией функционирования каждой клетки, отдельных частей и организма в целом.
  Поступающие или уже поступившие пакеты информации, подобно тому как аналогичные пакеты информации в компьютере выводятся на экран монитора через соответствующие блоки, преобразующие их в видимое изображение, точно так же выводятся в соответствующие центры мозга, отвечающие, например, за формирование зрительных образов, образуя иногда идентичное отражение того или иного события, происшедшего наяву.
  Если исходить из этой системы преобразования информации, то скорость течения времени для каждого индивидуального человеческого сознания зависит от объема информации (количества и содержания информационных пакетов), поступающей в обрабатывающие центры организма человека, и от скорости обработки поступающей информации в этих центрах.
  Вместе с тем в процессе сна уже не требуется обработка внешней информации, которая практически не поступает в организм, так как основные рецепторы человека в виде зрительных и слуховых уже не взаимодействуют с окружающей средой по-прежнему, исключая тем самым поток информации, поступавший ранее через них.
  То есть, в данном случае, мозг сосредоточивается на обработке только той информации, которая была накоплена за истекший день с возможными вкраплениями в нее информации из более ранних поступлений, не отвлекаясь на обработку внешней информации, которая в состоянии сна практически не поступает более, тогда как в дневное время мозг был вынужден работать как бы на два фронта - обрабатывать поступающую информацию, а также систематизировать и размещать ее в памяти.
  Стало быть, мощность этого живого компьютера - мозга, представляющего орудие интеллекта сознания человека, во сне уже расходуется на обработку меньших объемов информации, вследствие исключения поступления внешней информации, в результате чего обработки этих объемов происходит быстрее. По этой причине событие, происшедшего наяву, идентично отражаясь в сновидении, происходит в течение меньшего отрезка календарного времени.
  Иначе говоря, течение времени во сне, отражающее для сознания человека конкретное событие, которое произошло ранее наяву, ускоряется по сравнению с течением календарного времени.
  Тем самым в процессе сне организм человека получает дополнительное время для восстановления работоспособности каждой клетки тела и организма в целом, устранения избыточной информации, а также для формирования наиболее адекватных моделей поведения человека наяву.
  Этот примечательный факт означает, что календарное, или внешнее время для человека, в котором находится каждый человек наяву, если примерять его на событие, идентично отражающееся в сновидении, не совпадает с его собственным временем во сне, "ход" которого может существенно отличаться от календарного времени.
  Таким образом, феномен сна сам по себе указывает на вполне объективную картину существования как для человека, так и для всех живых существ двух типов времени - внешнего, или календарного, в котором находятся они все, и собственного времени каждого живого существа, непосредственно и отчетливо проявляющегося во сне, которое как бы вписывается во внешнее время, но ход этого собственного времени может существенно отличаться от течения внешнего времени для каждого живого существа в зависимости от степени его развития и от условий, в которых оно находится.
  Если перейти к проявлению сознания человека наяву, то следует отметить, что отношения в человеке самосознания и животной составляющей сознания довольно сложны и запутаны. Однако, представляется, что животное сознание, отвечающее в основном за адекватное функционирование человека в окружающей среде в плане адаптивности к ней, опираясь на рассудок (интеллект сознания), как правило, способствует рутинной деятельности человека, не требующей нестандартных подходов.
  Такого рода деятельность в силу своей трафаретности близка к инстинктивно-рефлекторным действиям животных, и поэтому неудивительно, что человеком в этом случае руководит животная составляющая сознания, оставляя на заднем плане самосознание с его возможностями к креативной деятельности, в которых нет надобности.
  Подобная повторяющаяся деятельность вызывает привыкание к ней, что и закрепляется в так называемых привычках, то есть - каждодневных действиях без особых размышлений - близких поэтому к автоматизму.
  Подавляющее число людей почти все время своей жизни проводит именно в такой монотонной деятельности, не требующей принятия важных решений и отвлеченных размышлений на основе аналитико-синтетической работы сознания, то есть осознания собственной деятельности ради целенаправленного изменения окружения и самого себя, а не подчинения рутине.
  Это безынициативное времяпровождение в работе и быту сводится тем самым к ежедневным повторам, формируя привычки, за пределы которых выйти очень сложно и удается не часто.
  Видимо, по этой причине известный английский философ Дэвид Юм полагал привычку основным свойством каждого человека [16, с. 69], хотя, конечно, это не так, но для многих обывателей, стремящихся только к сытой, приятной и беззаботной жизни привычка действительно становится второй натурой.
  Именно этим фактором объясняется то, что дни и годы для многих людей сливаются в один поток, и человек не может вспомнить, что происходило с ним летом десять лет назад или зимой прошлого года или даже месяц назад.
  Подобная жизнь фактически не требует осознания себя в виде оригинального проектирования собственной жизни, так как не несет в себе "громадья" планов, а основывается на привычке. Она даже не нуждается в постоянном контроле за ней животным сознанием.
  Поэтому такую жизнь можно уподобить дневному сну, в котором, как было показано выше, обе составляющие сознания, управляющие действиями человека наяву, практически не функционируют, переводя себя в "спящий режим", если пользоваться компьютерной терминологией.
  За себя они оставляют интеллект сознания, обеспечивающий прежде всего жизнеспособность тела, ну а для сопровождения рутинной деятельности человека вполне достаточно минимального контроля за ней животного сознания и только в самой малой степени самосознания для достижения спорадически каких-то незначительных целей, погружая человека в подобие сна, но только дневного.
  В этом состоянии человек как бы превращается в разумное животное, отыскивая, конечно, какие-то выгодные цели для улучшения качества собственной жизни, но при этом полностью подчиняясь внешнему ходу событий, всё время приспосабливаясь к нему на манер животного.
  Однако человек не был бы оным, если бы всё время "спал", то есть использовал себя в режиме привычки.
  Любой человек, даже самый униженный и неразвитый, всегда способен вспомнить, возможно, немногие, но значимые в его жизни эпизоды. Причем вспоминает он их именно потому, что в этих эпизодах он действовал креативно (творчески или нестандартно): принимал важные (проектные) решения, удивлялся чему-то неповторимому, возмущался несправедливостью, совершал фатальные ошибки, имел встречи с необычными людьми и явлениями, любил, страдал.
  В таких делах без глубинного осознания своих действий обойтись невозможно, поскольку приходится соотносить с самим собой это видимое, то есть соизмерять его с собственными способностями, волей, решимостью, впечатлительностью, и говорить себе: "И я бы так мог. И я это понимаю. И я этому способен удивляться (возмущаться)", и ставить себе цели по достижению чего-то понравившегося или - по преодолению вырисовавшихся препятствий, а не уклоняться от них, что и есть свобода, которая делает это существо человеком.
  Иначе говоря, в этих эпизодах человек теряет равнодушие, удаляется от привычек, пытается осознанно - планово или интуитивно изменить хоть что-то в себе даже в ущерб признанным им или навязанным ему ценностям. Конечно, эти события не могут не откладываться в его памяти, гордится он своим поведением в этих эпизодах или сожалеет о происшедшем.
  По этой же причине всем нам интересно читать интригующие романы, детективы, где непрерывно что-то происходит, возникают и разгадываются тайны, действуют проницательные сыщики, хитрые мошенники и умные негодяи, составляются и теряются состояния, приобретается и исчезает, как дым, власть, в общем, бурлит выдуманная жизнь, так отличающаяся от собственного "серого" существования.
  По той же причине вся человеческая история, излагаемая соответствующими учеными, представляется ими, хотя сами они этого не понимают, как деятельность фигур, находящихся вне рутины. Эти фигуры-деятели принимают чуть ли не ежечасно жизненно важные решения для племен и народов, побеждают в сражениях, теряют всё в поражениях, изобретают порох и открывают Америку, пишут вечно живые кантаты и арии, совершают реформацию религий и т. д.
  Естественно, подобные писания трудно признать наукой, тем более что на сохранившуюся фактуру в виде документов и свидетельств можно смотреть по-разному.
  Таким образом, "продуктивность" отдельной человеческой жизни в отношении коренного изменения собственного сознания, как правило, чрезвычайно низка.
  Это обстоятельство отлично понимают отдельные религиозные конфессиями (индуизм, буддизм), которые не останавливают путешествие души на одной человеческой жизни.
  Тем не менее, религиозные конфессии не подозревают об истинном предназначении этого путешествия и не видят истинной основы мироздания.
  Как бы то ни было, но периоды "пробуждения" есть самое значимые проявление самосознания в человеке, что означает его истинно свободное изъявление, то есть отказ действовать по сложившимся правилам, часто изумляющее его самого, и поэтому - запоминающееся.
  Собственно, это и есть самое значимое выражение сознания в жизни, которое вместе с тем "откладывается" в безмерную "копилку" единого сознания.
  Библиография
  1. Геродот. История. VII, 16. М. Наука. 1972.
  2. Артемидор Далдианский. Сонник. Книги I-V. Вестник древней истории. 1989. No 4. 1990. No 2-4. 1991. No 1-3.
  3. Платон. Собр. Соч. в 4 тт. М. Мысль. 1990-1994.
  4. Аристотель. О сновидениях. Материалы и исследования по истории платонизма. Вы. 6. СПб. СПбГУ, 2005.
  5. Аристотель. О предсказаниях во сне. Интеллектуальные традиции Античности и Средних веков. М. Кругъ. 2010.
  6. Гиппократ. О диете. Сочинения. Т. 2. М. Медгиз. 1944.
  7. Панченко А. А. и др. Сны и видения в народной культуре: Мифологический, религиозно-мистический и культурно-психологический аспекты. М. РГГУ. 2001.
  8. Флоренский П. А. Иконостас. Христианство и культура. Москва. АСТ. 2001.
  9. Фрейд З. Толкование сновидений. М. Современные проблемы. 1913.
  10. Jung C. G. (1902) The associations of normal subjects. In Collected Works of C. G. Jung, vol. 2. Princeton, NJ. Princeton University Press, pp. 3-99.
  11. Jung C. G. (1948) General aspects of dream psychology. In Dreams. Princeton, NJ. Princeton University Press, 1974, pp. 23-66.
  12. Jung C. G. (1934) The practice of Psychotherapy. The practical Use of Dream-analysis. P. 147. ISBN 071001645X.
  13. Полное собрание трудов И. П. Павлова, т. 1. 19940, изд. Академии. Опубликовано: ПСС. 1951. Т. 3. Кн. 2. С. 409-427.
  14. Холл К. Когнитивная теория сновидений. 1953. Журнал общей психологии, 49, 273-282.
  15. Крик Ф., Митчисон Г. Видеть сны, чтобы забывать. Nature. 1983.
  16. Юм Д. Сочинения в 2-х тт. М. Мысль. 1996. Т. 1.
  Часть 6. О происхождении и проявлении личности
  Человек, хотя и отделился от природы, но не настолько, чтобы потерять свою животную сущность. Эта сущность, точнее, животное сознание, проявляется в той или иной мере в каждом человеке в форме его индивидуальности, тогда как личность человека есть отражение его осознания себя в мире в качестве самодеятельного субъекта, проявляющего иногда себя так, что кажется - он движет историю. До сих пор по этим вопросам нашего бытия идут споры, хотя суть дела представляется довольно ясной, и она показана ниже.
  Хотя двойственность сознания человека к настоящему времени не слишком уж подвергается сомнению, но, тем не менее, характеризуя того или иного человека, чаще всего указывают на его индивидуальность, а о личности вспоминают большей частью в том случае, когда речь заходит о героях, а также о выдающихся деятелях науки, культура и великих государственных деятелях.
  Возможно, по этой причине даже возникла теория о том, что именно эти личности, а не кто или что другое являются двигателями истории.
  В частности, британский писатель, историк и философ Томас Карлейль на основе интеллектуальности стал проповедовать культ героев: "... всемирная история, история того, что человек совершил в этом мире, есть, по моему разумению, в сущности, история великих людей, потрудившихся здесь, на земле. Они, эти великие люди, были вождями человечества, воспитателями, образцами и, в широком смысле, творцами всего того, что вся масса людей вообще стремилась осуществить то, чего она хотела достигнуть. Всё, содеянное в этом мире, представляет, в сущности, внешний материальный результат, практическую реализацию и воплощение мыслей, принадлежавших великим людям, посланным в наш мир" [1, с. 7].
  С другой стороны, существует мнение, что эта теория насквозь фальшива. Например, выдающийся русский философ Фёдоров Н. Ф. отнюдь не переоценивал роль личностей в истории: "Деятельность личностей создает не историю, а комедию всемирной истории. История, которую создают особняки по принципу историософистики, есть борьба этих особняков за право руководить толпой к цели, к идеалу, который служит только приманкой, чтобы овладеть народом..." [2, часть 1, примечание 9].
  Еще более принизил личность Лев Толстой, который считал великих людей лишь орудиями провидения, рабами истории: "Человек сознательно живет для себя, но служит бессознательным орудием для достижения исторических, общечеловеческих целей. Совершённый поступок, и действие его, совпадая во времени с миллионами действий других людей, получает историческое значение. Чем выше стоит человек на общественной лестнице, тем с большими людьми он связан, тем больше власти он имеет на других людей, тем очевиднее предопределенность и неизбежность каждого его поступка... Царь есть раб истории. История, то есть бессознательная, общая, роевая жизнь человечества, всякой минутой жизни царей пользуется для себя как орудием для своих целей" [3].
  Объединить на некоем основании эти взгляды на роль личности в истории попытался Плеханов Г. В., указав на явное противоречие и недостатки как действия в истории одних общих закономерностей, так и только личностей: "Столкновение этих двух взглядов приняло вид антиномии, первом членом которой являлись общие законы, а вторым - деятельность личностей. С точки зрения второго члена антиномии история представлялась простым сцеплением случайностей, с точки зрения первого ее члена казалось, что действием общих причин были обусловлены даже индивидуальные черты исторических событий" [4, с. 32].
  Пытаясь диалектически сочетать некие "непреложные законы" с определенным влиянием на ход исторического процесса личностей, Плеханов ставит на место движущей силы исторического процесса развитие производительных сил, полагая, что именно ими "...обусловливаются последовательные изменения в общественных отношениях людей" [там же, с. 33], но вместе с тем приписывает влияние на ход исторических событий особенных причин.
  Эти причины, по его мнению, есть "та историческая обстановка, при которой совершается развитие производительных сил у данного народа и которая сама создана в последней инстанции развитием тех же сил у других народов, то есть той же общей причиной" [там же, с. 33].
  Однако эти исследователи человеческих душ даже не попытались проникнуть в их глубину, без которой невозможно разрешить данную проблему, которая упирается в различие индивидуальности и личности. А это отличие одного от другого, в свою очередь, зависит от особенностей сознания каждого человека.
  Поэтому имеет смысл показать, откуда и почему возникла индивидуальность, по крайней мере, более-менее развитых живых существ, а уж затем продемонстрировать ее отличие от личности человека, так же появившейся не на пустом месте, и показать связь индивидуальности и личности, поскольку личность не способна формироваться в отрыве от индивидуальности.
  При этом, необходимо проследить взаимодействие индивидуальности и личности, соседствующих и влияющих друг на друга в каждом человеке, как отражения влияния его животного сознания на самосознание и наоборот, отметив роль неудовлетворенности сознания как в целом, так и в ее как бы отделенных исторически частях, всегда проявляющейся в сознании человека в этом взаимодействии.
  Сама по себе индивидуальность живого существа определяется его геномом и окружающей средой, в которой живое существо оказывается динамической составляющей этой среды. Поэтому основным признаком индивидуальности любого живого существа является его адаптивность, без которой возможность выживания в собственном окружении отсутствует.
  Однако индивидуальность является вторичным признаком взаимодействия живого существа со своим окружением, за которой стоит то, что понуждает это существо вести активный образ жизни.
  Активность живых существ, в отличие от остальных объектов бытия, подчиняющихся только естественным законам: законам сохранения, закону неубывающей энтропии. законам Ньютона и т.д., должна быть в сознании - единственном отличии живых существ от прочих объектов бытия. В противном случае, активность живых существ ничем бы не отличалась от круговращения остальных объектов бытия, но мы этого не наблюдаем.
  Но активность живых существ должна чем-то проводиться, понуждая каждое живое существо не стоять на месте, а изменяться, реагируя на обстоятельства жизни и окружающую среду, понижая или повышая уровень этой активности в соответствии со складывающейся ситуацией.
  В сущности, активное отличается от пассивного спонтанным стремлением к изменениям как своего окружения, так и себя ради не только выживания, но и более полного удовлетворения себя в получаемых ощущениях, безотчетно развивая себя и свой род в поколениях.
  Таким образом. для любого живого существа активность проявляется в перманентной неудовлетворенности собой, влекущей созидание и разрушение окружающего, в процессе которого происходит как изменение активности, так и изменение самого носителя активности.
  Эта неудовлетворенность ведет любое живое существо вперед, отражаясь в неосознанных действиях по преодолению непрестанного сопротивления среды в стремлении не только выжить, но и попасть туда, где теплее, безопаснее, сытнее.
  То есть действие неудовлетворенности сознания обычного живого существа проявляется инстинктивно, без явной цели - методом проб и ошибок, в его стремлении к выживанию, размножению, удобству и безопасности. Поэтому живое, или активное существо стремится прочь от того, что у него есть, туда, где, как оно предполагает, лучше, чем сей момент, то есть благоприятнее.
  Однако обычные существа в виде флоры и фауны не имеют субъектности, проявляясь в окружающей среде лишь в виде не сознающих самих себя динамических составляющих среды, которые, хотя и действуют, придавая развитие этой среде, но действуют инстинктивно-рефлекторно., то есть их сознание ограничено потреблением ощущений, и оно не выходит за рамки окружающей среды, а само развитие оказывается очень медленным в сравнении с осознанными действиями. Поэтому такой изначальный тип сознания может квалифицироваться как низшее сознание, единственно присущее всем живым существам, кроме человека, обладающего неким дополнением к нему.
  Подобное поведение живых существ в более развитых их представителях внешне проявляется в их индивидуальности, свойства которой позволяют им лучше приспосабливаться к окружающей среде без производства, например, миллионов икринок, подавляющее большинство которых погибает ради продолжения рода.
  Как правило, приспосабливаться к среде менее сложно в группе.
  Поэтому индивидуальности существа приходится проявлять себя в стадности сообщества определенных существ, то есть индивидуализм соседствует с коллективизмом.
  При таких обстоятельствах, живое существо подчиняется тренду выживания и получения, по возможности, приятных ощущений, не стремясь понять откуда и почему приходят эти ощущения, то есть рефлексия у них отсутствует, и понимание текущего времени им не требуется - оно безотчетно влечется в этом времени подобно щепке в бурном потоке, довольствуясь лишь тем, что имеют возможность, благодаря неудовлетворенности собственного сознания, окружающим избегать, по возможности, гибели и неприятных ощущений.
  Иначе говоря, все эти существа настроены на возможность "получать", а не "отдавать" согласно собственному пониманию реальности, которое у них ограничено лишь анализом собственных ощущений.
  Восприимчивость и способность к анализу ощущений, и, как следствие, эффективность их активности внешне проявляется у этих существ в характерной для каждого из них индивидуальности.
  Индивидуальность формируется на основании генотипа, к которому добавляется воздействие соответствующей среды, которое определяется неудовлетворенностью сознания особи имеющимися условиями в отношении питания, размножения и статуса в стае или стаде.
  Сам термин "индивидуальность" явственно указывает на главное свойство любой особи - ее эгоцентризм, то есть на первостепенную заботу о себе одном как индивиде, желающем сохранить собственные ощущения, смягчающееся, правда, тем, что вынужденное пребывание особи в группе не может не отразить ее отношение к членам этой группы, выражающееся в поведении, которое диктуется групповым, то есть коллективным сознанием.
  Сознание этой более развитой особи, например, примата, то есть сознание животного, стремится только к питанию, собственной репродукции, возможному улучшению своего положения в среде и комфорту, используя такие основные свойства своей индивидуальности, выработанные за миллионы лет эволюции, как сообразительность, чувствительность, впечатлительность, решительность, ту или иную степень общительности, любопытство, доминантность, настойчивость, кооперация в действиях, составляющие в своей совокупности, уровне и взаимоотношениях индивидуальность животного сознания вместе с его нажитыми или генетическими признаками - такими, как внешний облик, темперамент, добавляя только к ним приобретенные в своей нише существования жизненный опыт, навыки, манеру поведения.
  Все эти свойства присутствуют и у человека по той простой причине, что он - полу-примат.
  Однако же, настойка на адаптивность у человека, дополнилась настройкой, которая заставляет человека иногда выбираться из одного только потока ощущений, в частности, на берег размышлений о сущности этого потока, получая знания о возможностях избирательно менять ход его течения.
  Отсюда возникает понимание прихода ощущений в определенной последовательности, которая отмечается человеком течением времени от прошедшего к будущему через настоящее, и как следствие, ограниченности срока жизни, но, вместе с тем, понимания различных возможностей изменения этой жизни в лучшую сторону, опять же, благодаря неудовлетворенности тем, что есть.
  Таким образом, это новое существо - человек - начинает понимать, что ощущения можно получать не только вынужденно, приспосабливаясь к их потоку, но и избирательно, с помощью определенных рычагов управления потоком ощущений, а на самом деле, потоком информации, отдавая соответствующие команды собственным органам и используя определенные подручные средства.
  Таким образом, постепенно к человеку приходит осознание того, что известный поток ощущений есть не более чем текущее время жизни, которая в нем как начинается, так и кончается.
  На этой новой основе понимания человеком исподволь того, что он находится во временном потоке, - не только календарном, а собственном, - который он способен осознанно изменить, внешне выраженном в постоянно сменяющихся ощущениях, в сознании человека начинают возникать соображения об изменении своей жизни в лучшую сторону не только методом проб и ошибок, а своими собственными осознанными усилиями по изменению окружающей среды, которые могут продлить или, увы, сократить его время жизни, но сделать его более насыщенным и интересным.
  С возникновением собственности некоторая часть ее владельцев, получив свободное время для обстоятельных размышлений о жизни, стала задумываться не только о ее приятных моментах, но и о ее смысле.
  Появилась культура, стали развиваться технологии, возникла наука на основе применения новых методов хозяйствования, дающих избыточный продукт для обмена и развития торговли между отдельными специализированными регионами.
  Отношения индивидов в состоянии стадности так же изменилось в сторону оценки собственного, личного существования со всеми вытекающими из этого последствиями. То есть стала формироваться личность со всеми ее отрицательными и положительными особенностями, в основе которой, тем не менее, была индивидуальность, но основное отличие личности от индивидуальности заключалось в ее стремлении не только брать, но и сознательно, а часто бескорыстно отдавать.
  Именно этим позитивным свойством осознанного альтруизма, отраженном в личности, и эгоцентричности индивидуальности в одном и том же человеке, стало создавать в большей или меньшей мере напряженность, а значит и движение для разрешения противоречия между ними, которое производилось в пользу того или другого, но, в целом, продвигало человека в его сообществах вперед, развивая его самосознание и делая общественные отношения более эффективными и благоприятными для развития общества.
  Как бы то ни было, но индивидуальность человека, за которой скрывалось его примитивное животное сознание, замыкающееся на ощущениях, никуда не делось, и вся жизнь человеческая стала протекать в непрерывных борениях индивидуализма животного сознания с альтруизмом самосознания в стремлениях получать и отдавать в ходе сознательного изменения окружающей среды, разрушая ее и созидая в ней новое, отличаясь только степенью проявления неудовлетворенности той или иной формы сознания, что конечном итоге создало всю общественную иерархию.
  В процессе развития живых существ адаптивная по настройке низшая, точнее, природная форма сознания претерпевает сравнительно незначительные изменения, поскольку ни одно существо не способно изъять свое основное свойство - безотчетное стремление к выживанию, основанное на изначальной активности любого живого.
  Высшее сознание (самосознание), всегда включающее в себя элементы альтруизма на любом уровне развития человека, является коренной противоположностью природному - эгоцентричному - сознанию.
  При наличии высшего сознание в живом существе, это существо как бы прозревает, становясь не столько "влитым" в среду, сколько отделенным от нее, и, стало быть, оно обретает возможность посмотреть на нее и на себя со стороны, оценить это соотношение в попытках осознанно ставить себе цели в виду тех или иных недостатков в собственном существовании, которые, по мнению этого существа, можно было бы преодолеть, и добиваться осуществления поставленных целей в действиях.
  Всё это явно выпадает из инстинктивно-рефлекторной сферы действия низшего сознания, и даже начинает противоречить ей, поскольку высшее сознание часто пренебрегает утилитарными соображениями, гоняясь за чем-то недостижимым, но любезным сердцу и уму.
  Из всего изложенного выше видно, что для живых организмов имеется только одна возможность выбраться из существования в качестве рабов ощущений - осознанно выработать способы собственного изменения, а именно: хотя бы частично избавиться от полного подчинения окружающей среде, став в некоторой степени над ней, и получив тем самым возможность не только адаптироваться к ней, но и приспосабливать ее под себя, соображая, как это лучше сделать сначала тоже для улучшения качества ощущений, а потом и для автономных размышлений о смысле жизни, ее курьёзах и собственном совершенствовании.
  Подобная возможность реализуется в человеке, который оставаясь животным, или адаптивным к среде существом, вместе с тем приобретает возможность сознательно воздействовать на окружающую среду, приподнимаясь тем самым над ней, то есть вырываясь из полного адаптивного рабства, и получая возможность через это осознанное воздействие ускоренно развивать собственное сознание, в основном проявляющееся через мозг, изменение которого непосредственно отражается на росте возможностей сознания воздействовать на окружающее, что, в свою очередь, меняет мозговую структуру, а следовательно, и сознание.
  Иначе говоря, человек становится по отношению к окружающей среде не ее рабом, а в некоторой степени, хозяином, то есть личностью с ее определенными и новыми по сравнению с индивидуальностью свойствами.
  По ходу дела, человек становится более сообразительным, то есть изобретательным. Леность приматов сменяется трудолюбием. Способность осознанно исправлять ошибки развивает его самокритичность и ответственность за сделанное. Стремление к познанию окружающего мира формирует в нем любознательность, абстрактное мышление и развивает воображение, что, в свою очередь, вызывает возникновение в ходе общения речь, волю и креативность.
  Трудовые усилия способствуют возникновению таких черт личности, как доброта, дружелюбие, сопереживание, сочувствие, милосердие, жертвенность, а это не что иное как бескорыстная забота о других, что можно обозначить как альтруизм.
  Вместе с тем такие свойства индивидуальности как сообразительность, чувствительность, впечатлительность, решительность, та или иная степень общительности, любопытство, властолюбие (доминантность), упрямство (настойчивость), та или иная слаженность (кооперация) в действиях, свойственные как каждому животному, так и человеку, перешли по наследству от индивидуальности животного к индивидуальности человека практически без изменения.
  Эти характеристики имеют отношение именно к индивидуальности, а не личности, в отличие от таких свойств, как осознанное трудолюбие или леность, самоуверенность или самокритичность, вежливость или грубость, ответственность или недобросовестность, убежденность или беспринципность, которые являются особенностями личности человека, большей частью производясь его умом, который, уже являясь свойством личности человека, имеет существенные отличия от сообразительности как свойства индивидуальности по своей направленности не только на питание, размножение и доминантность.
  Однако главной характеристикой личности является альтруизм, противоположный неизменному эгоизму животного сознания.
  Поэтому можно констатировать, что в каждом человеческом сознании индивидуальность, отражающая в основном эгоизм животного сознания, соседствует с альтруизмом, лежащем в основе личности каждого человека. И обе эти ипостаси сознания человека большей частью из-за различия решаемых задач всячески сражаются друг с другом, объединяясь только в критические моменты существования ради выживания. И место каждого человека в социуме определяется, как правило, преобладанием тех или иных свойств индивидуальности и личности, а также их уровнем, который существовал или был достигнут соответствующим человеком.
  Формирование личности, тем не менее, производится на основании индивидуальности. Поэтому, в частности, сообразительность (природный интеллект), являясь свойством индивидуальности человека, вместе с тем кладет начало его уму, упрямство (настойчивость) предшествует и производит волю, оставаясь так же в сознании человека в качестве особенности его индивидуальности. Оно отличается от воли тем, что в нем отсутствует целеполагание.
  Воздействие на личность индивидуальности и конкурентной среды могут производить в ней свойства, которые способствуют человеку занять место в обществе, которое он не заслуживает, если исходить из степени его ума и способностей.
  Эти свойства личности включают в себя хитрость, лицемерие, коварство, угодничество, использование любых, даже недостойных средств для достижения выгодного или ведущего положения в обществе.
  Всё это делает сообщества людей крайне разнородным и противоречивым, замедляя их развитие и приводя в итоге к краху, поскольку возможности человека в его сообществах довольно ограничены в потреблении информационных потоков, и при их избыточном объеме для возможностей человека в рамках цивилизации воспринимать эти потоки приводят цивилизации к распаду, но, как правило, не окончательно, позволяя им возродиться на той же конкурентной основе двойственного сознания.
  Библиография
  1. Карлейль Т. Герои, почитание героев и героическое в истории. М., ЭКСМО. 2008.
  2. Фёдоров Н. Ф. Философия общего дела. 1906. https://predanie.ru
  3. Толстой Л. Н. Собрание сочинений в восьми томах. Т. 3, часть 1. М., Лексика. 1996.
  4. Плеханов Г. В. Избранные философские произведения в 5-ти тт. Т. 2. М., 1956, стр. 300-334.
  Часть 7. О сходстве и различии людей умных и людей творческих.
  Умных людей часто смешивают с людьми креативными, тогда как эти творческие персоны могут быть умными или нет, но они остаются креативными значительную часть жизни, а вот люди умные, образованные, разносторонние, имеющие на всё вокруг свое мнение, очень часто креативностью не обладают, и способны только, в лучшем случае, развивать или поддерживать начинания творцов нового. Поэтому неплохо было бы найти истинное основание, на котором покоятся и те, и другие.
  Как известно, большинство ученых полагает, что ум человека, заключается в его мыслительных способностях, которые, в отличие от ума животных, ориентированы на познание окружающего мира, позволяя человеку рационально мыслить.
  Это определение, на первый взгляд кажущееся вполне адекватным, на самом деле, относится только к умным людям, которые мыслят именно только рационально, то есть не способны мыслить не рационально. Поэтому они, несмотря на свои, часто выдающиеся мыслительные способности, сказывающиеся в широком охвате и понимании массы различных предметов или, наоборот, в глубочайшем понимании отдельного предмета, значительного объема памяти, быстроте принимаемых решений, работают как бы в рамках заложенных ими самими в себя определенных программ, исключающих поиск абсолютно новых решений, изобретений, открытий, ограничиваясь лиши комбинаторикой, то есть иному сочетанию известного.
  Само по себе, это неплохо, поскольку дает выдающиеся результаты в быту и в технике, существенно улучшая и облегчая жизнь внедрением в нее кофемолок, стиральных машин, хлебоуборочных комбайнов, самопишущих ручек, всяких развлекательных игр, из которых наиболее продвинутой и популярной являются шахматы, массы занимательных литературных произведений и т. п.
  Миллионы выдающихся, умнейших, энергичнейших, высокообразованных, трудолюбивых деятелей в технике, науке, искусств, в сферах обслуживания и производства товаров занимаются подобной рациональной деятельностью, часто добиваясь отличных результатов. Тем не менее, комбинаторика не позволяет выходить на качественно иные уровни познания и развития.
  К тому же, появление компьютеров и интернета с полной очевидностью показало, что, так называемый, искусственный интеллект может делать то же самое и быстрее, и, зачастую, лучше. Более того, этот интеллект оказался способен управлять также многими сложными процессами более эффективно, чем персонал, состоящий из соответствующих специалистов.
  Иначе говоря, деятельность этих умных, образованных людей оказалась подобной работе компьютерных систем, которые так же не настроены на открытие неочевидного знания.
  Таким образом, оригинальные решения, изобретения и открытия дает не сумма накопленных знаний, не академичность, в частности, ученых, а способность привлечь к поиску нужного решения в соответствующий промежуток времени в дополнение к отмеченным какие-то иные человеческие ресурсы. В противном случае, каждый образованный человек при желании смог бы стать первооткрывателем неочевидного нового знания, и, напротив, масса простых людей без особого образования не смогла бы делать выдающиеся изобретения, что не согласуется с получением ими в ведущих странах мира десятков миллионов патентов, достигая тем самым неочевидного технического знания.
  Поэтому таинственный процесс получения нового неочевидного знания в виде изобретений и открытий не только в технической сфере, но и в области науки и культуры относительно немногими персонами был назван творческим (креативным).
  Для того чтобы понять отличие умных людей от креативных и от многочисленных обывателей, на наш взгляд, необходимо обратиться к оценке их сознания, поскольку от его уровня зависит и эффективность проявления ума, которая во многом определяется отбором и преобразованием в нужном ключе именно тех сведений, которые ведут к адекватному решению поставленных задач.
  Однако, мы знаем, что человеческое сознание не является единым, содержа своего рода животный компонент, доставшийся человеку от приматов, и самосознание, проявившееся в гоминидах, из которых через несколько миллионов лет сформировался человек.
  Правда, кроме этих составляющих сознания, отвечающих за поведение человека, в нем имеется и своего рода внутренний компьютер, или интеллект, отвечающий за сохранения и функционирование организма в целом и каждой клетки, в отдельности, организуя, в частности, метаболизм и согласованную работу как отдельных частей организма, так и в целом. Этот процесс позволяет организму быть готовым к разнообразному взаимодействую с окружающей средой, но эта форма сознания не принимает участия в обычном поведении человека, то есть в решении им различных задач и постановке целей.
  Так что, все мы являемся обладателями в плане поведения как животного (низшего) сознания, так и самосознания. Именно самосознание отделило человека от животного мира главным образом тем, что придало ему кроме адаптивности, свойственной всему живому, имеющему лишь инстинктивно-рефлекторную форму сознания, способствующую методом проб и ошибок приспосабливаться к собственному окружению, речевую форму коммуникации, абстрактное и логическое мышление и возможность проявлять креативность.
  В результате, человек, который осознал, в отличие от животных, своё существование в текущем времени, постепенно понял, что он может не только принимать во внимание окружающую среду, но и менять ее для собственных нужд, решая текущие задачи и ставя цели на перспективу, тем самым существенно ускоряя ход времени в собственных поколениях и придя в итоге к сравнительно комфортной общественной форме - цивилизации, противопоставив себя дикому миру природы
  Но вместе с тем человек остался природным существом.
  Таким образом, его сознание стало содержать обе обозначенные выше составляющие, с одной стороны, слитые воедино в одном субъекте, но, с другой стороны, в силу различных оснований этих составляющих, - адаптивного и логико-креативного - они зачастую не проявляют единства в своих намерениях, вызывая внутреннюю борьбу в человеческом сознании, в результате которой на первый план выходит постоянно или на какое-то время то одна, то другая форма сознания, то есть приоритеты и уровень у них могут быть различными.
  Результатом такого взаимодействия, а часто и противодействия друг другу, является более продуктивное соотнесение человеком себя в своих сообществах с окружающей средой, поскольку каждая форма сознания лучше знает, как действовать человеку для получения искомого результата в собственной сфере, но при разногласиях, которые неизбежны в силу различного генезиса этих форм сознания, поведение человека начинает в большей степени контролировать одна из этих форм.
  Тем самым подобное взаимодействие этих форм сознания человека проявляется как новая движущая силой его самого и его сообществ, более эффективная по сравнению с инстинктивно-рефлекторным взаимодействием с окружающей средой прочих живых существ методом проб и ошибок, в котором более проявляется случайность, а не смысл.
  А этот смысл человек постепенно приобрел за счет развития своего управляющего органа - мозга, в котором, кроме лимбической основы природного сознания появилось много других отделов, благодаря которым человек получил способность логически мыслить на основе ассоциаций и непосредственного обмена речевой информацией с соплеменниками, а затем и с помощью тех или иных носителей информации, которая в настоящее время концентрируется в интернете.
  Но, если логическое и абстрактное мышление появилось у человека благодаря возникновению самосознания, то у него не могло не остаться и инстинктивно-интуитивного отношения к реальности, способствующего выживанию любого организма, которому надо немедленно действовать, чтобы его, например, не съели.
  Поэтому человек не утерял полностью такую возможность взаимодействия с окружающей средой. Более того, помощь самосознания этому инстинктивно-интуитивному проявлению низшего сознания дала возможность человеку проникать в самую глубину окружающего мира путем как бы животного озарения, но на базе логичных умозаключений, полученных из экспериментальных данных. Но это новое свойство, проявившееся из всех живых существ только в человеке, и обозначенное креативностью, распределяется в людях неравномерно, проявляясь с особой силой в немногих, людях, а в остальных только на уровне комбинаторики.
  Однако сила, движущая любое активное существо, то есть живое существо, не может быть без источника, который есть непременное свойство активного, не присущее неодушевленной материи, и этим источником движущей силы всего живого является его неудовлетворенность окружающим, а затем и самим собой, требуя не только безопасности для жизни и собственной репродукции, но и улучшения своего положения в имеющейся нише. Потеря этого свойства или пренебрежение им в непрерывно меняющемся окружении в живой природе ведет к деградации и дальнейшей гибели существа.
  В человеке это свойство неудовлетворенности действует также в сфере самосознания, заставляя человека пытаться использовать свое окружение в собственных целях, а орудием этого свойства не могут не быть его мыслительные способности, которые у людей довольно сильно отличаются. Поэтому стабильность общества в оболочке цивилизации обеспечивается подравниванием людей единообразным воспитанием и образованием.
  Тем не менее, хозяйственная структура диктует обществу, основанному на отношениях собственности, необходимость выделения из себя различных слоев, главенствующим из которых является управляющий, ассоциированный с идеологическими, судебными и охранно-военизированными подразделениями, а, собственно, трудовой элемент в различных сферах деятельности делится на работников умственного труда и остальных, число которых технический прогресс постепенно многократно уменьшил в результате отхода от сугубо физических усилий на полях и заводах к управлению разнообразными механизмами и аппаратами.
  Однако неравномерность развития отдельных регионов и неравенство людей по умственному развитию привело к возникновению следующей ситуации.
  Большая часть населения, так называемые, обыватели, по разным причинам, которые могут заключаться в отсутствии образования, неразвитости общественных отношений, низком уровне жизненных условий, ведущим лишь к стремлению к выживанию, или же в банальном отсутствии перспектив, поскольку "мест под солнцем" не так уж много, имеет низкий уровень самосознания, который обусловливает сосредоточение человека в основном на проблемах питания, размножения и улучшения существования в собственном окружении, чем человек и удовлетворяется, не стремясь к большему, которое действительно в данных условиях оказывается для него недостижимым. Если эти условия сохраняются длительное время, то целые поколения подобных людей, несмотря на возможную одаренность, оказываются фактически исключенными из процесса развития самосознания за редким исключением.
  Подобные условия жизни также в значительной степени ослабляют и степень неудовлетворенности их животной составляющей сознания, которая не находит смертельных противников в рамках развитой цивилизации.
  Вырваться из этого болота довольно сложно даже при наличии неплохих умственных способностей, которым фактически не дается хода.
  Тем не менее, общество в своем развитии в условии конкуренции различных сообществ и государств требует всё больше учителей, врачей, инженеров, ученых, управленцев, предпринимателей, различного обслуживающего персонала, а сама жизнь не может обходиться без культуры и соответствующих специалистов в ней.
  Всех подобных работников умственного труда, конечно, невозможно назвать интеллектуалами, но они всё же имеют определенное образование, а значит, и мнения как о себе, так и об отношениях, по крайней мере, в собственном сообществе, правда, ограниченное собственной специализацией.
  Конечно, почти все они служат правящему классу, который оплачивает их труд, или делает их подчиненными этому классу. Поэтому свобода их изъявлений ограничена. Те из этих работников умственного труда, которые имеют меньше ограничений, относят себя к свободномыслящей интеллигенции.
  Почти все остальные работники умственного труда, особенно те, труд которых однообразен и бесперспективен, вливаются в ряды обывателей, а они, как известно, заинтересованы большей частью в собственном благополучии, а не проблемами познания.
  В принципе, ум работников умственного труда тех сфер деятельности, в которых не требуется креативность и которых не влечет открытие нового само по себе, может быть развита до очень высокой степени в применении к собственной сфере деятельности.
  Однако отсутствие интереса к творчеству у них обусловлено именно невысокой степенью неудовлетворенности окружающим. Следствием этого у значительной части работников умственного труда уровень и животной компоненты сознания, и самосознания не достигают значений, требующих обновления окружающей среды. То есть такие люди, что бы они о себе не помышляли, относятся к консервативно-конформистской страте общества, обращают внимание только на себя, и стараясь не замечать все беды и несчастья вокруг, а также, не выражая неудовольствия перед начальством, несмотря на все его выходки.
  Иначе говоря, такое поведение этих персон обусловлено тем. что их самосознание сравнительно низкого уровня в плане альтруизма вполне сбалансировано с их животной составляющей сознания, которая так же довольна вполне благополучным существованием.
  Поэтому, несмотря на зачастую неплохое образование и высокий коэффициент IQ, эти люди мало чем отличаются от обывателей в своем поведении и образе жизни.
  Более энергичная и властолюбивая часть образованной публики из разных слоев населения, но преимущественно из высших слоев общества, старается пробиться во властную элиту, и действительно представляет ее в значительной степени.
  Этому влечению более всего содействует не их глубокий ум, который может присутствовать или нет, а сравнительно с обывателями высокая степень неудовлетворенности их животной компоненты сознания, а также чрезвычайно низкий уровень их альтруистической компоненты самосознания.
  Вместе с тем, некоторая часть выходцев из разных слоев общества, но, большей частью, из когорты людей умственного труда, обладает высокой уровнем самосознания, возникающим вследствие высокой степени альтруистической компоненты их самосознания, и которую они дополнительно развивают в процессе получения знаний и их применения.
  Естественно, они не способны смотреть без возмущения на все несправедливости существующего общественного строя, при котором основная часть населения пребывает в нищете, а наглые нувориши купаются в роскоши, унижают всех остальных не только собственной фактической безнаказанностью, но и просто своим присутствием, концентрируя непонятно для чего фантастические богатства, которые невозможно потратить на себя за тысячу жизней.
  Конечно, эти персоны всегда задумываются об устранении этой несправедливости в пользу гармоничного общества, где всем будет равно хорошо и приятно. Таким образом, появляется неформально-интеллектуальная оппозиция властной элите, противостоящая последней, и не склонная идти на компромиссы с этими, как они считают, лицемерами, негодяями и грабителями.
  Кроме этих персон, в обществе всегда появляются выходцы из разных слоев общества, но, более всего, из людей, занимающимся умственным трудом, интерес которых, несмотря ни на что, сосредоточен на стремлении к новому и необычному. Именно такого рода творцы обеспечивают технологический и культурный прогресс общества.
  Творческие персоны, в отличие от обывателей, власть имущих и интеллектуалов из оппозиции властной элите, гораздо в меньшей степени зависят от условий жизни, проявляя себя в самой суровой обстановке своей изобретательностью, даже не имея никакого образования, а используя свою находчивость. При этом, они могут не иметь какой-то особой одаренности или объемистой памяти. Примеров таких людей множество, так как именно они берут на себя смелость придумывать выход из сложных жизненных ситуаций, изобретя в свое время колесо, рычаг, разрисовывая стены пещер изображениями собственных дальнейших действий, например, охоты, в реалистичной форме, и приручая собак для той же охоты и охраны.
  Таким образом, в чистом виде касты интеллектуалов не существует. Умные люди проявляются везде из всех слоев общества, но, большей частью, из образованной прослойки, представители которой не заняты тяжелым и утомительным трудом.
  Вопрос только в том, как они себя проявляют и почему одним из них удается придумать телефон, автомат, ядерный реактор и компьютер, изобразить Мону Лизу ("Джоконда" Леонардо да Винчи) и сочинить "Анну Каренину" (Лев Толстой), а другие волей-неволей ограничиваются всего лишь организационными мероприятиями, объяснением или толкованием придуманного другими и игрой в шахматы?
  На этот вопрос можно ответить так.
  Раз сознание ведет человека, то его уровень, зависящий от степени и направленности неудовлетворенности как животной составляющей сознания, так и самосознания на окружающее и самого себя, есть истинная основа его стремлений, независимо от внешних воздействий, в частности, образования, воспитания, а также природной одаренности.
  В результате, в обществе появляются индивиды, всегда переполненные глубинным чувством неудовлетворенности по отношению к окружающей их среде, которое приходит к ним от низшего сознания в его стремлении к созданию больших удобств для существования. Это индивидуалистическое чувство сочетается с их высшим сознанием, неудовлетворенность которого недостаточным общественным комфортом, развитием науки и искусства, достигая высокой степени, альтруистично требует распространить достижения цивилизации и культуры на всех.
  Но доминирует при этом низшее сознание, поскольку активность этих индивидов проявляется большей частью инстинктивно, без особых размышлений, с минимумом разумности, давая, тем не менее, наиболее креативные персоны из всех живущих.
  Эта категория любого сообщества предпочитает нестандартные жизненные ситуации в силу неприятия ею одних формально-логических подходов к жизни - такая жизнь для них скучна и бессмысленна, как работа на конвейере по закручиванию гаек.
  Они не любят рассуждения, логические построения, стараются избегать аналитико-синтетической работы, ненавидят действия по прагматичным выкладкам; при этом, они, как правило, отнюдь не трудоголики.
  Поэтому им легче применять целевые программы самосознания в сочетании с программами низшего сознания, если, конечно, удается сочетать столь противоречивые формы сознания, для быстрого и решительного изменения ситуации в пользу своей задумки.
  Иначе говоря, они предпочитают не длительные размышления, не систематизацию фактов и явлений, то есть не рассудочные действия, а действия спонтанные, или действия, при которых поставленная цель может быть достигнута одномоментно как бы по наитию, хотя, конечно, им приходится предварительно потрудиться в приобретении ремесленных навыков и набирания опыта.
  Именно из такого рода персон, как бы бессознательно стремящихся к изменениям всего и вся любыми способами, получаются те, которые делают открытия, создают шедевры поэзии, живописи, изобретательства, становятся выдающимися полководцами. То есть их деятельность замыкается в основном на креатив, который привлекает их отнюдь не с позиции потребления каких-то благ - им интересен сам процесс.
  Увы, массово результаты их деятельности весьма посредственны как в отношении качества всего, произведенного ими, так и из-за недостатка опыта и частой лени, а иногда - бестолковости и невежественности; но поражения их особенно не тревожат. Им приятно пользоваться своим талантом или умением, часто весьма посредственным (графоманы) для получения результата без особого напряжения собственного ума.
  И они снова принимаются за старое, подобно карточному игроку, который никак не может отойти от ломберного стола.
  Тем не менее, именно среди них находятся создатели нового как в области технологий, так и культуры.
  Таким образом, для подобного рода креативных деятелей, вырисовывается один из главных стимулов развития - стремление выбраться из рутины за счет поиска интересного, соответствующего имеющимся представлениям данного креативщика.
  Иначе говоря, креативной персоне претит то, что есть, а причина этого состояния - перманентная неудовлетворенность собой и окружающим в текущих обстоятельствах.
  Естественно, в таком случае человек стремится приступить к поиску того, чего еще нет, что еще не испытано, то есть попасть в те перемены, которые принесут, возможно, нечто приятное, а может быть, и нет, но - непременно новое: откроют какую-то тайну, отвлекут от мерзостей жизни, то есть привлекут именно своими отличиями от каждодневной рутины, и, возможно, выведут на сущность вещей и явлений.
  Получается, что за интересом всегда стоит неудовлетворенность нынешним, а интересное есть продукт интереса.
  В интересном ищется удовлетворение, но никогда не находится окончательно потому, что, остановившись на одном, можно потерять остальное, чего нельзя допустить, иначе не получить нового удовлетворения в ином интересном, да и само открытое интересное не способно принести полного удовлетворения в силу несовпадения его с первоначальным образом влекущего к себе.
  Возникшая соразмерность интереса и способностей человека в благоприятных условиях может дать персон, способных произвести революцию как в науке, так и в экономике, и культуре.
  Таким образом, если в своей основе к подобной креативной персоне добавляется образование и одаренность, которые резонируют с ее интересами, то тогда и получаются деятельные таланты, которых, конечно, сравнительно немного, так как такие совпадения, не так часто случаются.
  Зато довольно часто, хотя и не сопоставимо с числом обывателей, встречаются люди, наделенные необыкновенной сообразительность, быстротой реакции, великолепной памятью и способностью к адекватным логическим умозаключениям. Именно такого рода ум, а не иной, под названием интеллект стало возможным измерять, применяя соответствующий тестом на сообразительность, под которой понимался уровень умственного развития. Для этого был использован так называемый коэффициент интеллекта IQ (intelligence quotient), который впервые ввел в обиход немецкий исследователь Вильгельм Штерн в 1912 году.
  Этот коэффициент, по мнению ряда ученых, количественно показывает уровень ума, по сравнению с уровнем ума среднестатистического человека. Среднестатистическим человеком считается тот, который имеет тот же возраст и развитие, что и человек, у которого этот коэффициент измеряют, то есть IQ показывает соответствие или отклонение уровня ума от среднего.
  На самом деле, этот тест не был способен показывать уровень ума в плане одаренности данной персоны, которая не поддается никаким техническим измерениям, но, он вполне адекватно отражает объем памяти и быстродействие в части сообразительности. В этом отношении этот тест действительно применим к характеристике ума достаточно образованных людей, не обладающих креативностью подобно искусственному интеллекту, но имеющих, как и искусственный интеллект, неплохую кратковременную память, способность к логическим заключениям и адекватному изложению определенных суждений.
  В основе такого рода ума лежит, так же как и для ума любого человека, степень проявления и направленность неудовлетворенности животной составляющей сознания и самосознания на окружающее и самого человека.
  Довольно любопытно, что степень неудовлетворенности животной составляющей сознания для подобных "интеллектуалов" ненамного выше степени неудовлетворенности животной составляющей сознания обывателей - довольно слабой, и, к тому же, ориентированной, как и у них, как правило, на собственное благополучие. Что касается степени неудовлетворенности их самосознания, то она является более высокой, чем у обывателей, но, тем не менее, она значительно ниже степени неудовлетворенности самосознания креативных персон, поддерживая ориентацию неудовлетворенности животной составляющей сознания на всё то же личное благополучие, тогда как неудовлетворенность самосознания креативных персон направлена в сторону общественного блага.
  По этой причине страстное желание к познанию нового и упорство в его обнаружении у них отсутствует, хотя многие из этих "интеллектуалов" трудятся в сфере науки и у них могут быть определенные способности.
  Отсутствие такого рода желания не может не вести их, в частности, в науке, в лучшем случае, к проверке, обоснованию и дальнейшему развитию новых идей и явлений, обнаруженных креативными персонами, но часто они ради укрепления собственного статуса и благополучия стараются под разными предлогами или пользуясь связями, либо начальственным положением примазаться к первооткрывателям или просто имитируют творческую деятельность.
  Такого рода "интеллектуалы", действительно могут быть очень умны, обладая развитым логическим мышлением, неплохой памятью, способностью моментально ориентироваться и связно излагать те или иные суждения. Поэтому они прекрасно чувствуют себя, занимаясь обучением детей, молодежи и студентов. Их много и в среде деятелей культуры, которой они стараются руководить или, по крайней мере, наставлять художников и писателей, не понимая собственную ограниченность, но составляя довольно многочисленную в развитых странах рать, так называемой, интеллигенции, хотя они предпочитают именовать себя интеллектуалами.
  Все эти персоны могут испытывать интерес к той или иной деятельности, иметь неплохие умственные способности в плане логики, обладать сильной волей, абстрактным мышлением, прекрасной памятью, большим и разнообразным опытом и даже некоторой одаренностью. Но отсутствие креативности, основывающейся на соотношении высокой степени неудовлетворенности животной составляющей сознания и почти такой же степени неудовлетворенности альтруистической составляющей неудовлетворенности самосознания, может поднять этих "интеллектуалов" в плане познания лишь на уровень комбинаторики, а также толкового объяснения того, что уже открыто или изобретено другими.
  Поскольку мозг является наиболее действенным орудием сознания человека, постольку в его структуре можно отыскать то, что подтвердит принадлежность того или иного человека к умнейшим, но не творческим людям.
  Сравнительно недавние исследования мозга человека показали, что многократные (до 40 раз) различия морфофункциональных центров головного мозга вполне могут создавать неспособность значительного числа людей быстро и творчески соображать, тем более что совокупность характеристик мозга, обеспечивающих, в частности, высокую степень креативности или даже сообразительности, встречается не так часто.
  Таким образом, структурные особенности мозга позволяют привязать их к отдельным типам сознания, которые не просто указывают на неравенство людей по их умственным, креативным и эмоциональным способностям, но и дают возможность продемонстрировать их принадлежность к различным общественным группам, так или иначе влияющим на ход развития цивилизации.
  В частности, со стороны особенностей генома недостаточное развитие локусов ДНК может оказывать определенное влияние на влечение к творчеству, которое оказывается так же недостаточным, хотя на способность к логическому мышлению, память, сообразительность и быстродействие в принятии адекватных решений эта особенность генома не оказывает воздействия, что и показывает коэффициент IQ, который может быть высоким именно для людей, не обладающие влечением к творчеству.
  Кроме того, достаточное количество гормона радости (дофамин) так же не способствует проявлению творческих усилий с адекватным результатом, хотя и не мешает логическому мышлению.
  Размер лобной доли, отвечающей за абстрактное и творческое мышление, у таких "интеллектуалов" имеют обычные размеры, как и нижняя теменная доля мозга, отвечающая за математическое и пространственное мышление.
  Вместе с тем, такие участки мозга, которые имеют отношение к логическому мышлению, как левая префронтальная кора головного мозга, левая височная доля и левая теменная кора, могут быть более развиты у этих умных людей по сравнению с остальными.
  Внешне все эти свойства сознания для умных, но нетворческих людей отражаются в таких свойствах индивидуальности, как высокая степень сообразительности, отличная память, средний уровень чувствительности, впечатлительности, решительности, любопытства, доминантности, настойчивости, и таких свойств личности, как способность ассоциативно и вместе с тем логически мыслить, достаточные волевые качества. Но интересы их в большей степени связаны с обретением собственного благополучия, а стремление к знаниям связано большей частью не с процессом познания, а с приобретением более статусного положения в обществе.
  Если сравнить эти внешние особенности сознания подобный умных людей с внешними особенностями сознания креативных персон, то последние, в дополнение к указанным особенностей того или иного уровня, обязательно обладают со стороны индивидуальности высокой степенью любопытства, подкрепляемого со стороны самосознания столь же высокой степенью любознательности, проявляющейся в формировании интересов к новому и необычному, а их прирожденные способности, если таковые имеются, соответствуют общественным интересам.
  Отмеченное сочетание особенностей индивидуальности и личности отдельных персон с развитым логическим мышлением, но не склонных к творчеству, указывает на то, что с глубинной стороны их сознания системообразующим фактором является сочетание неудовлетворенности животной составляющей сознания, близкой к средней степени, приходящей к ним от лимбической структуры мозга, со столь же средней степенью неудовлетворенности их самосознания.
  В результате, эти "интеллектуалы", прекрасно понимающие свое творческое бессилие, не страдают избытком альтруизма собственного самосознания, и поэтому, за редким исключением, служат власть предержащим, получая соответствующие бонусы, а в науке и культуре они, как правило, играют ведущие роли, благодаря свойствам своего расчетливого ума, не распыляющегося на энергозатратные творческие свершения.
  У креативных персон с глубинной стороны их сознания системообразующим фактором является сочетание максимально возможной степени неудовлетворенности животной составляющей сознания с высоким уровнем альтруизма их самосознания, неудовлетворенность которого недостаточным общественным комфортом, развитием науки и культуры, требует распространять достижения цивилизации и культуры на всех.
  К всеобщему сожалению, со временем, довольно часто креативные персоны теряют свой творческий потенциал. Особенно хорошо это заметно по деятелям искусства - творчество писателей мельчает, художники повторяются. Объясняется это явление не какими-то существенными изменениями в их глубинном сознании, а тем, что с возрастом число нейронов мозга, в том числе и отделов, отвечающих за процесс творчества, убывает, связи между соответствующими нейронами нарушаются, и тем самым возможности мозга падают. Примеров этому несть числа. Такие люди, конечно, желают вернуться к творчеству, но сделать это уже не в состоянии, попадая в результате в категорию просто умных людей, поскольку достаточно обширные связи, обеспечивающие логическое мышление, имеют большую вероятность сохраниться.
  В частности, Альберт Эйнштейн за последние несколько десятилетий своей жизни так и ничего существенного открыть или разработать не смог, занимаясь большую часть времени политикой и общественной деятельностью. Лев Толстой на склоне лет в основном сочинял религиозные и квази-философские трактаты, а также наставления для простого народа и критиковал правительство.
  Конечно, бывают и исключения, например, Леонардо да Винчи, у которого, по-видимому, к старости структура мозга существенно не изменилась и продуктивные связи между нейронами сохранились, еще в возрасте 64 лет - за три года до смерти - работал над картиной "Иоанн Креститель", а позже занимался архитектурно-строительным проектированием в районе замка Шамбор во Франции.
  Что же касается людей умных со склонностью к логическому мышлению и высоким коэффициентом IQ, то они переместиться в прослойку людей творческих не способны при всем желании именно по той причине, что с глубинной стороны их сознания системообразующим фактором является сочетание неудовлетворенности животной составляющей сознания, близкой к средней степени, приходящей к ним от лимбической структуры мозга, со столь же средней степенью неудовлетворенности их самосознания. А этот фактор позволяет им, в лучшем случае, перетасовывать известное, то есть заниматься комбинаторикой, что особенно характерно для научных исследований, в которых принимают участие миллионы высокообразованных ученых, а открытия и эпохальные изобретения делают немногие.
  Часть 8. Стоит ли "лечиться" от глупости!?
  Есть ли цель в существовании болванов? Надо полагать, они представляют переходную стадию к более развитым млекопитающим, но, тем не менее, в дальнейшем болваны их не покидают.
  Многие выдающиеся персоны удивлялись непреходящей людской глупости, и даже оставляли любопытные заметки, правда, не о себе, а о своих знакомых, и даже писали целые трактаты об этом известном феномене, который, всё же, непонятно для них откуда взялся - ведь у животных и растений глупость отсутствует.
  Отсюда следует, что глупость - чисто человеческое свойство, и источник его - отнюдь не животный или растительный миры (фауна и флора).
  Парадоксально, но все персоны, признанные великими, были вместе с тем порядочными глупцами.
  Александр Македонский, несмотря на очевидную глупость этого предприятия, пытался завоевать весь мир, но, получив осечку в Индии, расстроился и скончался еще совсем молодым.
  Наполеон, помятуя об участи знаменитого Александра, ограничился Европой, правда, слегка затронув Африку и Переднюю Азию. Но изменение количества не означает уменьшения глупости, и конец его был тоже безвременен и печален.
  О недоработках Карла Маркса, которые невольно подтвердили Ленин и Сталин, не знает только ленивый или неграмотный. Их очевидная глупость, тем не менее, дала многим надежду, что также не указывает на ум этих многих. Однако надежда быстро сменилась разочарованием, но неизменная глупость толпы всё же никогда не изменит вере в лучшее будущее, которое на самом деле всегда остается за горизонтом.
  Философы-ортодоксы, как правило, толкут воду в ступе, выдумывая всякие глупости, которые трудно проверить, вызывая к себе, тем не менее, уважение со стороны образованной, благоразумной, и, вследствие этого ограниченной, то есть глупой общественности, которая, естественно, с благоговением воспринимает их идеи, сводящиеся, по сути, к борьбе за всё хорошее против всего плохого.
  Массы благоразумным советам ортодоксов не внемлют или просто их не замечают, инстинктивно чувствуя их глупость, но, тем не менее, в силу своей собственной глупости, всё же попадаются на удочку уже хитрых обманщиков-политиков, которые обещают кисельные берега в недалеком будущем, если немножко потерпеть и перебить противников, которых всегда можно найти.
  Правда, кисель хлебают именно обманщики-политики, радуясь собственному отличию от широких и глупых масс трудящихся. Однако эти не менее глупые обманщики не понимают, что подобное хлебание есть одно из основных свойств обезьян. Поэтому как политики, так и все власть имущие мало чем отличаются от приматов, что, конечно, обидно для них, но факт.
  Однако есть и люди благородные.
  Вот Сократ - и вел себя правильно, и говорил часто верно, пытаясь сдвинуть сограждан в сторону правды и справедливости. Глупым, но хитрым согражданам это не понравилось, и они заставили его отравиться, чтобы не мешался под ногами. Увы, глупость Сократа состояла в том, что он перепутал себя с еще не дозревшим до него обществом.
  История убедительно показала, что не только Сократ, но и прочие - явно благородные люди, видимо, по глупости, сильно заблуждались в результативном внедрении собственного благородства в массы, которые на их идеи, правда, откликались по-разному, но даже в лучшем случае понимали их сугубо превратно, и снова при удобной ситуации начинали воровать.
  Все ученые мужи тоже не обладали и не обладают великим умом. Иначе они не пытались бы раскрыть тайны бытия рассмотрением, анализом и классификацией фактов, чем можно заниматься бесконечно без особого толку, поскольку за пределы ощущений и собственных мозгов им всё равно выйти не удастся. Но они верны в своем упорстве раскрыть тайну бытия именно по глупости, так как, во-первых, вера к науке отношения не имеет, а во-вторых, в запредельное им заглянуть не удастся, точно так же, как не удается, глядя на себя в зеркало, заглянуть на его оборотную сторону.
  В противовес науке, попы с гордостью восклицают, что благодаря вере они и их паства каждый день в молениях умудряются заглянуть в потустороннее, именуя его Богом. На самом деле попы и себе, и всем остальным, в силу собственной глупости и невежества толпы, просто морочат головы, так как невыразимого, по их собственным словам, Бога ни увидеть, ни познать невозможно. Однако подобная глупость дает много полезного попам - власть над толпой и приятную мирскую жизнь на поборы с верующих, а толпе верующих существенно облегчает жизнь, позволяя временно удалиться от всех жизненных невзгод в виртуальный мир ангелов и архангелов.
  Люди искусства всегда считались остальным населением глупцами именно в силу этого недостойного по мнению любого здравомыслящего человека занятия, которое, как правило, не давало хорошего заработка и всё время заставляло художников, ваятелей, поэтов и прочую публику артистического толка унижаться перед власть имущими, перебиваясь, тем не менее, за редким исключением, с хлеба на квас. Примерами этому могут служить Леонардо да Винчи и Микеланджело, всю жизнь пресмыкавшиеся перед тиранами, Михаил Ломоносов и Александр Пушкин, сочинявшие хвалебные оды царям, великолепные балерины и актрисы, вынужденные помимо основного занятия быть наложницами аристократов или богатых купцов. Этот перечень можно продолжать бесконечно. Поэтому глупость актеров и художников, идущих на подобные издержки собственного достоинства, очевидна, раз придумать ничего иного для себя не смогли.
  О толпе обывателей и говорить нечего. Не зря их сравнивают с баранами по причине отсутствия самостоятельности и, стало быть, поддающимися увещеваниям любого сладкоречивого козла.
  Однако глупость многогранна, и она, как видно из показанного выше, хотя и в разной степени, но, тем не менее, охватывает всё население.
  В частности, есть очень позитивные глупцы, которые всю свою сознательную жизнь устремлены на изобретение "велосипеда". Большинство этих персон не обладает глубоким умом и широкими познаниями, но глупость их такова, что они всё равно устремлены на придумывание чего-то нового и необычного, терпя в этом перманентные неудачи, но не теряя оптимизма до самой смерти. Тем не менее, кое-кто из этих довольно широких творческих масс "выбивается в люди", придумывая действительно что-то полезное. Именно эта сравнительно немногочисленная когорта глупцов-изобретателей в итоге создала и продолжает двигать вперед нашу технологическую цивилизацию, придумав всё - от колеса до ракет и Интернета, от картин на стене до телевизионного экрана, от писания текстов на папирусе до электронных книжек и т. д.
  То есть, в обществе имеются глупцы, всегда переполненные глубинным чувством неудовлетворенности по отношению к окружающей их среде, которое приходит к ним от низшего (животного) сознания в его стремлении к созданию больших удобств для существования. Однако это чувство сочетается с их достаточно высоким уровнем самосознания, неудовлетворенность которого недостаточным общественным комфортом, развитием науки и искусства, достигая высокой степени, требует распространить достижения цивилизации и культуры на всех.
  Но доминирует при этом низшее (животное) сознание, поскольку активность этих индивидов проявляется большей частью инстинктивно, без особых размышлений, с минимумом разумности, давая, тем не менее, наиболее креативные персоны из всех живущих.
  Обычная жизнь с каждодневной повторяющейся работой для них скучна и нелепа, как работа на конвейере по закручиванию гаек.
  Правда, талантов среди них обнаруживается не так уж много, но это уж зависит не от образования и воспитания, а от размеров отдельных полей и подполей мозга, а также их сочетания - не слишком часто встречающегося, - благоприятного для тех или иных видов креативной деятельности.
  Однако указанное сочетание обоих типов сознания у них, независимо от наличия талантов и способностей, неизменно влечет их к творческой деятельности.
  Они всегда стараются творить, часто забывая про отдых.
  Графоманы пишут, художники рисуют, скульпторы ваяют с разным успехом, композиторы смешивают звуки, добиваясь сколько-то интересного сочетания, изобретатели и новаторы всех видов создают новые устройства, программы, получая, правда, часто тот же велосипед, но все они и прочие творцы нового или необычного. несмотря по большей частью удручающие результаты своих творческих потугов, не желают приобщаться к обычному гражданскому "болоту", опьяненные явственным для них преобразованием мира и общества, тем более что сам цивилизационный уровень, действительно, и культурно, и технологически растет благодаря именно усилиям представителей именно их компании, а не кого-то еще.
  Естественно, этим они горды, и если вдруг по независящим от них причинам их творческий запал изымается, то жизнь теряет всякий смысл.
  Имеется также еще одна категория наиболее продвинутых в культурном отношении глупцов-гуманитариев, как правило, прекрасно образованных, сообразительных, довольно энергичных и поэтому прекрасно понимающих несправедливость общественных отношений, при которых большей частью сущие остолопы или кровожадные бандиты руководят всеми остальными.
  Эти неформалы-интеллектуалы, преследуя в основном цели, противоположные целям представителей властной элиты, вынуждены апеллировать к народу, доказывая свою правоту и антинародность элиты-угнетателя, которая в свою очередь должна оправдываться и клеймить позором гнилых фантазеров-неформалов, умеющих только говорить, а не управлять и властвовать.
  То есть под неформалами-интеллектуалами следует понимать неравнодушных людей умственного труда, интеллектуалов разного рода, а также сравнительно немногочисленных представителей остального населения, сумевших так или иначе подняться в своем самосознании до того уровня, который диктует им отвращение к аморальному и корыстному поведению властной элиты.
  Эти люди питают надежду на переустройства общества в сторону гармонии, что означает по их соображениям достижение когда-то равенства, братства и вместе с тем свободы, не понимая, что свобода всегда противостоит равенству, справедливости, разрушая любую стабильность. Но эта надежда на гармоничное мироустройство не может исчезнуть в их благостном сознании никогда: они, как истинные гуманисты, не способны поверить, что ужасы нашего мира не могут перейти в благоденствие каждого человека и всего человечества в конце концов.
  Иначе говоря. обезьянья сущность проявляется в них в такого рода умствовании, когда они не могут противостоять стремлению, построенному, как им кажется, на железной логике, основанной на непосредственном видении, представляющем им явную несоразмерность бытия, и они уверены, что исправление этой "неправильности" есть закон общественного развития, не понимая, что непосредственное видение, хотя бы и оформленное в законосообразную форму, не совпадает с истинным состоянием дел: в частности, благостная идея устранить вопиющее противоречие в обществе, сделав так, чтобы не было богатых и нищих, кажущаяся абсолютно верной, приводит к полному абсурду и катаклизмам разного рода при ее реализации, то есть все их усилия обращаются в прах, так как подобное реформирование никогда не удается - общество автоматически возвращается к прежнему - антагонистическому порядку.
  Тем не менее, неформалы-интеллектуалы не успокаиваются, но их очевидная глупость, с другой стороны, оказывается позитивной, поддерживая постоянное напряжение в обществе, и выражая тем самым в открытой форме одну из движущих сил общественного развития.
  Неформально-оппозиционная часть интеллектуалов, к которым можно отнести разнообразных образованных выходцев из народа в том или ином поколении, - активных, честных, искренне желающих блага народу, то есть с доминантой высшего сознания, - никогда не примыкали и не примкнут к лицемерной и корыстолюбивой управляющей элите государства.
  Совершить подобное им не позволит уже достигнутый уровень высшего сознания, ставящий материальные блага на последнее место в ряду ценностей жизни. Поэтому они всегда будут разоблачать нечистоплотных, лицемерных и вороватых власть имущих, бороться за права и гражданские свободы трудящихся, как можно более широко привлекая их к этой борьбе.
  Противостояние неформалов-интеллектуалов властной элите не дает обществу застыть, являясь отражением противостояния соответственно высшего и низшего типов сознания в каждом человеке.
  Борьба между этими слоями общества при большей частью пассивном поведении остального населения происходит непрерывно с доминированием более энергичной управляющей элиты, провоцирующей ненависть к себе со стороны всех остальных, и тем самым образуя тот антагонизм, который не дает обществу остановиться в развитии.
  В результате, народ волей-неволей вовлекается их энергией в поступательное движение, которое может быть и эволюционным при согласии властной элиты с неформальной оппозицией на те или иные компромиссы в интересах трудящихся масс, но может скачкообразно переходить в иное русло, если подобное согласие отсутствует, что в народном сознании отражается как явная несправедливость, трансформирующаяся в более или менее удачную попытку удаления правящей элиты от власти при наступлении подходящих условий.
  На первый взгляд кажется, что уж эти неформалы-интеллектуалы точно самые умные. И это действительно так, но, увы, вместе с тем они фантастически глупы, поскольку главной в их сердцах и умах является на самом деле ничем не подкрепленная вера в создание путем всенародных усилий, якобы, в соответствии с открытыми - так же по глупости и недомыслию - ими же "законами" общественного развития, то есть чистейшей липой, абсолютной гармонии на планете - своего рода земного рая, где каждому воздастся по потребностям. Знать бы только границу этим потребностям?
  Но рай никак не получается, внося в их сердца огорчение, но глупость неформалов-интеллектуалов не имеет границ, и они продолжают свое благородное дело, хотя наиболее энергичные из них, вроде Ленина и Мао-Цзедуна натворили, так и не получив искомого, много дел, уничтожив десятки миллионов людей, настроенных весьма скептически насчет внедряемых ими идей.
  И всё же, надо как-то определиться со счастливым состоянием глупости, которое вместе с тем может принести много неприятностей, как это видно из вышеизложенного, кому угодно, невзирая на мощный интеллект или его отсутствие.
  В сущности, глупость можно определить как неадекватную реакцию на происходящее вследствие ложно понятой или недопонятой человеком ситуации, что, понятно, может произойти с каждым, и которая может привести как к фатальным результатам для данного человека и его окружения, так и просто к насмешкам над болваном, творящем невесть что.
  Проявляется глупость, по нашему мнению, в пограничном состоянии сознания, то есть в сравнительно узком поле - между инстинктивно-рефлекторным (животным) сознанием и самосознанием.
  Самосознание - это свойство, имеющееся только у человека. Оно отличает любого человека - независимо от его интеллекта - от животных проектным мышлением, способным вырываться за пределы природной среды, вполне осознанно меняя ее и себя - и не только для утилитарных целей, тогда как животное сознание требует приятной пищи и стремится лишь к доминантности для приобретения наилучших условий для жизни и размножения, но только по стандартным калькам в форме инстинктов и рефлексов, и осознание себя как самоценных субъектов деятельности не появляется у животных даже тогда, когда реакция на происшедшее приводит их к травмам и прочим негативным последствиям, но принимается во внимание подсознательно, переходя в поколения с формированием дополнительных инстинктов и рефлексов.
  Человек же, раз он имеет два состояния сознания, получает тем самым условное поле, пограничное между ними, в отличие от животных, хотя сознание неделимо, но, тем не менее, каждое их обоих отмеченных состояний сознания может проявляться в большей или меньшей степени - в разной мере влияя друг на друга. В этом, довольно "узком" поле, человек так же способен к приобретению идей и составлению проектов как продуктов самосознания, но, находясь под сильнейшим давлением животного сознания, он, подобно животным, подсознательно уверен в правильности своих действий и непосредственного видения, не понимая, что уже вышел из природной среды в иную, где, кроме тактики, требуется и стратегия с соответствующими оценками и, как минимум, аналитико-синтетическим мышлением, и где инстинкты и рефлексы (животный интеллект) перестают адекватно работать в соответствии с приходящими запросами в рамках искусственной сферы самосознания, отражающей моральные и культурные правила человеческого общежития, а не только природной среды.
  Поэтому реакция человека, находящегося в подобном пограничном состоянии сознания, которое может быть как кратковременным, так и очень длительным, не предполагает, как правило, выверенных поступков в рамках культурной среды, в частности, тщательной аналитико-синтетических работы мозга либо вследствие недостатка времени на размышления, либо слабой сообразительности, либо невежественности, либо приверженности к негодным в данный момент традициям, либо под влиянием посторонних помех и т. д.
  В результате отсутствия плана выверенных поступков в рамках культурной среды происходит их замещение поступками в соответствии с соображениями животного интеллекта по данному поводу, приводя человека к несоразмерным с культурной средой действиям, но вполне эффективным с позиции животного сознания, однако - неадекватным, то есть глупым с позиции стороннего наблюдателя этой же культурной среды. Хотя глупость свою иногда субъект действия понимает и старается замаскировать ее с разной долей успеха.
  Кто-то может довольно часто выходить из этого полу-животного состояния тактических уловок и хитрых изворотов, но таких не слишком много. Большинство ограничивается рамками привычек и веры, пребывая в жизни- полусне на манер сомнамбулы, "консервируя" себя в непреходящей тупости и умственной лени, занимаясь каждый день примерно одним и тем же.
  Хотя, в принципе, развитое самосознание дает возможность достаточно часто отстраняться от тупого, полу-животного существования; однако и животная сущность человека не дремлет, бросая даже самого умного и разборчивого, например, в объятия страсти и непредсказуемых поступков, глупее которых быть не может.
  Об этом написаны тысячи романов. Местами очень интересно.
  Так что если кто-то думает, что прогресс - сугубо дело умников, то он глубоко заблуждается, так как умники часто оказываются глупее всех остальных. Всё не так просто, поскольку глупость захватывает все слои общества и всех индивидов - вопрос только в степени и месте индивида.
  Самые изощренные умники - как считается, в основном ученые мужи, - большей частью, всего лишь хитрые и достаточно образованные обманщики, которые по глупости своей ничего оригинального придумать не способны. Поэтому они только классифицируют и обрамляют придуманное и открытое другими - сравнительно недалекими людьми креативного толка, которые, не вдаваясь в глубокий анализ, в тысячный раз, после бесплодных бдений и многих ошибок, наконец, доходят до чего-то нового и ценного, которое тут же подхватывается академическими умниками, часто приписываясь им, и тиражируется для потребления массами в том или ином объеме.
  Воистину, кажется, что массовая разнообразная глупость движет миром. Иначе не было бы отъема собственности, ведущего к войнам, раздорам, ссорам и тому подобным глупостям, требующим более совершенного оружия, солидной экономики, множества послушных солдат и т. п., то есть, как-никак, но развития технологий, что, в итоге, влечет и общий подъем хозяйства. Одним словом - всё для победы ради веселой и комфортной жизни. Мир просто не может устоять на месте под натиском перманентной глупости всей совокупности индивидов, которая, как можно видеть из истории, приводит к довольно интенсивному цивилизационному и культурному развитию.
  Философы и социологи довольно неуклюже пытаются обосновать необходимость всех этих неприятностей - от войн до нищеты, которые ничего благостного непосредственно не приносят, но раз за разом повторяются. Они выдумывают всякие циклы, социально-экономические формации, законы общежития, моральные установки и прочее, в том числе предполагая значительную роль личности в истории.
  Но какая тут может быть роль? При таких-то личностях и такой вот толпе может быть только история остолопов, которая прогрессирует и, возможно, сама удивляется происходящему на подобном идиотском фоне.
  Однако надо быть справедливым.
  Прогресс даже среди сообщества ленивых и злобных дураков, которых только обстоятельства заставляют зарабатывать на пропитание - иначе рвали бы бананы и фиги с веток - невозможно отрицать.
  А это означает, что прогрессу глупость не помеха, а вот чрезмерный ум (и соответственно чрезмерная глупость, неизменно присущая этому уму) может наделать много больше неприятностей, вплоть до ликвидации почти всего населения ради интересного научного эксперимента.
  Поэтому умников-экспериментаторов "природа" не плодит в большом количестве, и, к тому же, их действия со всем тщанием контролируют обычные дураки во власти - других там не бывает, которые не хотят лишаться добытого благополучия и власти ради каких-то экспериментов.
  В результате, мир пока как-то существует, но на грани: последнее усилие глупости в лице умников-экспериментаторов, направленное на передачу почти всего управления и разнообразных видов организации в производстве и остальной хозяйственной деятельности искусственному интеллекту, может лишить работы всё население, и что оно тогда будет делать со всей своей глупостью в тотально свободное время? По всей очевидности, оно может лишиться от безделья последнего разума, если очередной зигзаг глупости не поможет выйти из такого пикового положения.
  Но пока мир держится, и, весьма возможно потому, что болванов-консерваторов в нем достаточно.
  Имеет также смысл для порядка в распределении остолопов выделить несколько их основных групп.
  Скудоумие-тупость, как результат неразвитости тех или иных участков мозга, затрудняющее адекватную реакцию на происходящее, и тем самым ведущее к поступкам, несоразмерным с окружением, то есть глупым.
  Скудоумие-невежественность, вызванная в основном тяжелыми условиями жизни и безысходностью, например, хроническая нищета, монотонная работа на выживание и т. п., не дающие человеку раскрыться.
  Обывательская глупость.
  Она захватывает многих сравнительно обеспеченных и сообразительных людей, полагающих самым важным в жизни благополучное существование, что банально, максимально просто, и не требует серьезной аналитико-синтетической работы мозга, оглупляя человека фактическим бездействием мозга. Такого рода глупость фактически лишает обывателей самостоятельности, делая их подверженными сторонним влияниям, в частности, различных религиозных конфессий и сект, а также политиков и прочих краснобаев, и тем самым лишает возможности полноценной, то есть творческой жизни, которая невозможна без риска, и требует максимальной раскрепощенности сознания, то есть свободы.
  Глупость как сестра упрямства.
  Этот род глупости опирается на традиции и консерватизм, фактически блокируя развитие. Однако он же препятствует чрезмерной цивилизационной изменчивости, не давая прогрессистам слишком далеко оторваться от масс. Подобного рода глупость присуща практически всем людям, особенно обывателям, за исключением творческих личностей, у которых упрямство, несмотря ни на что, ориентировано в противоположную сторону - на перманентный поиск нового с целью скорейшей замены им прежнего, что тоже глупо. Но одна глупость другую уравновешивает.
  Глупость творческих личностей как оригиналов.
  Эта глупость выражается также в том, что они только и делают, что всё время ошибаются, поскольку торопятся уловить неведомое, а знаний и опыта не хватает. И всё же иногда им везет (тогда они это называют интуицией, или прозрением). И они продолжают ошибаться и работать над ошибками, добиваясь, - но массово очень редко - таких результатов, которые всё же продвигают в культурном т технологическом отношении цивилизацию так или иначе, но вперед.
  При всем этом действе, за редким исключением, глупец не замечает собственной глупости. И это вполне закономерно, раз он дурак.
  Но - не все же болваны в чистом виде! Замечают собственную глупость некоторого рода паразиты, и пытаются ее сознательно замаскировать.
  Глупость паразитическая.
  Такие вот персоны представляют довольно-таки обширную группу самых хитрых глупцов - обманщиков-паразитов, составляя ряды мошенников, власть имущих, политиков, бизнесменов, банкиров и прочих жуликов. Они отлично осознают свою умственную ограниченность, то есть тупость, и крайнюю аморальность - наследство ленивых, но хитрых и изворотливых обезьян. Они, как и все паразиты, правда. с разным успехом, замещают собственную глупость высокоинтеллектуальными советниками и помощниками, а также собственной энергией, внимательностью и хитростью, то есть создавая превратное мнение о себе, а на самом деле пытаясь обмануть всех. В результате, они обеспечивают для себя и своего потомства весьма комфортную жизнь, несмотря на умственное и культурное убожество.
  Так глупость в виде низкого интеллектуального уровня, а также недостаточности самосознания, выражающаяся в отсутствии чувства собственного достоинства, при высоком уровне доминантности, позволяющем вовремя оглядываться на себя и контролировать собственные недостатки, хорошо этим паразитам известные, сочетаясь с неплохим прагматическим (животным) разумом - хитростью, дает возможность им с успехом паразитировать на остальном населении.
  Собственно, хитрость - их вторая натура. Пользуясь ею, они вполне успешно на общем фоне остального, в основном пассивного населения, могут обеспечить себе лучшую пищу, максимально возможный комфорт и наилучшие условия для размножения. Всё остальное их мало интересует - типичные полу-животные с человеческим обличьем: хитрые, коварные, но глупые, поскольку стремятся не к высотам культуры и человеческого духа, а к самому примитивному - в сущности, обезьяньей жизни, что не обеспечивает развития социума и тем самым - их самих. Хотя, возможно, им нравится быть полу-приматами.
  Для "управителей" и власть имущих хорошо только то, что приятно и полезно для них самих. Прочих они презирают, но считают нужными тварями, которых желательно использовать для поддержания собственного замечательного существования.
  Однако осознание собственной изначальной тупости и животной сущности всегда тревожит их, тем более что конкуренты не зевают и им необходимо постоянно отстаивать, как это происходит и в животном мире, занятую нишу власти и привилегий.
  Но хитрость и глупость не способны адекватно править миром, так же, впрочем, как и выдающийся ум, в силу собственной ограниченности как в восприятии сигналов, приходящих через ощущения, так и обработке поступающей в мозг информации.
  Поэтому цивилизация развивается по объективным законам, основным из которых является борьба природного (животного) сознания со всем его эгоцентризмом, и самосознания, наиболее характерного своим альтруизмом.
  Именно эти две ипостаси человеческого сознания в своей перманентной борьбе обеспечивают развитие человеческих сообществ, не давая им застыть в полной тупости, сытости, равнодушии и лени, против чего не возражает животное сознание, но только для себя любимого - в ущерб всем остальным, чего не терпит альтруистичное высшее сознание (самосознание), желающее справедливости для всех без изъятия.
  Это желание всеобщей справедливости приятно почти всем, но, являясь обычной глупостью, приводит часто к печальным последствиям для народонаселения, но вместе с тем способствует общественному бурлению, не давая людскому роду остановиться в своем развитии.
  Глупость как утопизм гуманистов-интеллектуалов.
  Мечта самосознания с его альтруизмом в основе в лице его самых выдающихся представителей - от Платона и Кампанеллы до Ленина и Мао-Цзедуна, направлена, по сути, на уравнивание всей этой разнородной по своим способностям, интеллекту, интересам, характеру, уровню развития и образования рати. Понятно, что это даже теоретически невозможно, но хочется. И глупость этих выдающихся борцов за всеобщее счастье проявляется в форме стремления, как правило, насильно погрузить эту разношерстную толпу вместо привычных для нее раздоров в благостную гармонию для обретения всеми перманентного однородного счастья, которое в действительности никогда не настанет потому, что человек не лягушка, пригодная для жизни в застойном болоте, пусть даже из киселя.
  Эти противоположные устремления обоих форм сознания не могут не породить ускоренного движения вперед человеческих сообществ в рамках цивилизации, но - до определенного предела, за которым ограничения человеческой психики по адекватному восприятию информации приводят к информационному коллапсу, после которого наступает новый виток аналогичного цивилизационного развития на обломках прежних достижений цивилизации, накрепко забытых.
  Часть 9. О роли неравенства в человеческих сообществах
  Можно ли уравнять всех в стремлении к построению справедливого общества или это невозможно? Какую роль неравенство играет в обществе - только ли отрицательную? В каких слоях общества неравенства практически нет?
  Любопытно, что в течение нескольких тысяч лет как угнетенные, так и прогрессивная часть интеллектуалов, начиная с Платона, боролись всеми возможными тогда способами за установления справедливого общественного устройства на основе равенства всех и каждого, но безрезультатно.
  Тем не менее, насчет возможности установления равенства особенно никто не сомневался, поскольку перевороты, ротация управленческих кадров как бы со всей ясностью показывали не такое уж большое отличие в умственных способностях отдельных представителей этих кадров за редким исключением, типа Тамерлана или Наполеона.
  Так дело и шло вплоть до Карла Маркса и Иосифа Сталина, пытавшегося реально воплотить идеи Маркса в жизнь по установлению истинно справедливого общества в течение нескольких десятков лет.
  Что получилось в итоге, нам хорошо известно.
  Идея всеобщего равенства и построения справедливого общества с треском провалилась по причине самостоятельного возврата социалистических стран в лоно капитализма без возражения народов этих стран.
  Но не всё так просто, потому что представители властных элит, контролирующие непосредственно или через своих управляющих ход событий в государствах, действительно примерно равны в своей, энергичности, сообразительности, чувствительности, впечатлительности, решительности, степени общительности, любопытства, доминантности, настойчивости, кооперации в действиях, составляющих в своей совокупности, уровне и взаимоотношениях индивидуальность, а также они не обходятся без жизненного опыта, кое-каких навыков, определенной степени абстрактного мышления, способности общения в виде членораздельной речи, воли и даже некоторой доли креативности. Правда, последняя больше проявляется в интригах, войнах и хитросплетениях политики. В противном случае, эти деятели не проникли бы во властные структуры и им пришлось бы заняться иными делами, но им более подходит, как и всем животным в стае, с одной стороны, выпячивание своих достоинств, с другой стороны, уничижительное поведение перед вышестоящими, без которых к власти не удастся приблизиться и, тем более, не получится укрепиться в ней.
  Объясняется это примерное равенство представителей власти тем, что они одинаковы в своем стремлении удержаться у власти любыми средствами. Поэтому они волей-неволей заняты своими делишками в борьбе за нее и укреплению в ней, и им как-то некогда заниматься конкретными организационными делами или подумать о страждущих с позиции альтруизма, который им без надобности в силу специфики дел в этой банке с пауками. Так что приходится нанимать менеджеров, которым они поручают вести конкретные дела, но строго их контролируют и быстро меняют при малейшем отклонении от желаний этих властолюбцев.
  Все они уравниваются по своим качествам в силу содержания своей деятельности, которая в основном сводится к захвату власти, ее удержанию, а также приведению населения страны к послушанию в основном обманом и мелкими подачками, меняясь местами во властных структурах, но, тем не менее, большей частью оставаясь в них и даже протаскивая в них свое, чаще всего, бездарное потомство. То есть эта деятельность не дает возможности развернуться тем способностям, которые у них могут присутствовать, вследствие однообразных занятий по обману населения и изыскания методов как можно более длительного удержания у власти, а также довольно быстрой деградации и умственно, и эмоционально именно из-за эгоцентричной и приспособительной основы своих занятий.
  Глядя на эту публику, невольно приходишь к выводу о том, что их неплохо было бы вообще убрать со сцены, либо действительно уравнять со всеми остальными, хотя бы по доходам.
  Так что совсем неудивительна постоянная борьба как народных масс, так и лучших представителей интеллигенции за уравнивание всех и каждого на основании лозунга борьбы за справедливость в виду постоянного лицезрения этой властной, но совсем не глубокомысленной публики.
  Но, вот ведь, незадача, так ничего и не получилось с этим уравниванием ранее, и не получается теперь. И все эти хитроумные, корыстные, подлые и насквозь лживые паразиты оказываются по каким-то причинам непотопляемыми.
  Поэтому имеет смысл попытаться выяснить корневую причину этого обстоятельства, а также результаты, которые из этого выходят.
  ***
  Развитие всего живого в значительной степени зависит от случайности, которая проявляется в воздействии на геном живого существа среды, окружающей его, а также в виде ошибок в процессе репликации и рекомбинации РНК.
  В результате, происходящие мутации генома, могут воздействовать на живое существо либо гибельно, либо развивая его в сторону более успешного приспособления к меняющейся обстановке всеми доступными способами, проявляющимися в разнообразных формах.
  Известно, что живые организмы в отличие от неживых имеют совокупность признаков: обмен веществ и энергии, способность к росту и развитию, размножению, к поддержанию определённого состава. Кроме того, для них характерно наличие саморегулирующейся метаболической системы (обмен веществ), и они обладают способностью к точному самовоспроизведению собственной метаболической системы (репликация ДНК, её матричное копирование и специфически детерминированный синтез белков-ферментов).
  Собственно говоря, это развитие живых существ в рамках приспособления к окружающей среде происходит уже не совсем случайно, а под воздействием фактора активности, присущей каждому живому существу, который конкретно сводится к своего рода автоматическому соотнесению себя с окружающей средой благодаря постоянному поступлению через органы чувств сведений из этого окружения, которые обрабатываются в соответствующем центре иди центрах, предоставляя информацию о том, как следует применяться к этому окружению, чтобы не погибнуть, а также, по возможности, улучшать свое положение в нем.
  Иначе говоря, это активное и практически постоянное соотнесение себя со средой происходит по причине неудовлетворенности тем, что есть, для того чтобы попытаться попасть в более приемлемые, безопасные и, возможно, удобные для существования и воспроизводства условия.
  Подобное стремление характерно для всех живых существ, в отличие от неживых объектов, благодаря имеющейся у них возможности получать, обрабатывать, использовать и передавать информацию, которая, в частности, отражается и накапливается в геноме каждой клетки организма, постепенно усложняя и изменяя последовательно весь организм, создавая различные виды живых существ в зависимости от условий, в которых они находятся, с той или иной способностью к развитию вследствие непременно проявляющейся неудовлетворенности имеющемся ради, возможно, лучшего - более теплого, приятного, сытного, безопасного и способствующего размножению, но в условиях постоянной конкуренции, состоящей в основном в поедании друг друга.
  Таким образом, для живых существ характерно, в отличие от неживых объектов, то, что в них, благодаря указанному восприятию информации, происходит сочетание непредвиденного, то есть, случайного, и вполне определенной неудовлетворенности того или иного рода настоящим.
  Другими словами, случайность и детерминизм в форме определенности действий являются основой существования всякого живого существа, поскольку оно неизбежно подвержено воздействию собственного окружения.
  В частности, знание законов человеком, которые отнюдь не всеобъемлющи, не способно устранить эту основу, но, вместе с тем, определенность действий человека, в отличие от остальных живых существ, не зависит целиком от его окружения (исключительная адаптивность этих существ), а зависит еще и от его знаний, настроения, симпатий, фантазий, чувствительности, степени благоразумия, воли, любознательности, интересов, креативности, целеполагания и прочих свойств его самосознания, которые могут быть противоположны одной лишь направленности на приспособление к среде.
  Более детально, это состояние человека по сравнению с животными можно охарактеризовать так.
  ***
  Обычное живое, базирующееся в своих действиях на инстинктах и рефлексах, и потребляющее только ощущения, как видно, ограничено в потреблении информационных потоков и собственном наиболее полном выражении.
  Другими словами, эволюция интегрально представляет собой постепенное накопление разнообразных, более или менее сложных живых существ, появляющихся и исчезающих в ходе естественного отбора в течение миллиардов лет. Эти существа характеризуются полной слитностью с окружающей средой, то есть они не способны самостоятельно отделиться от нее именно вследствие того, что записанная в генах каждого живого существа программа действий определяет его как один из динамических элементов, составляющих живую среду, единственной опорой которого является инстинктивно-рефлекторная деятельность, но не сознательно-целевого воздействие на окружающее и себя самого.
  Понять это представление можно по аналогии с работой компьютера в соответствии с различными программами, внесение которых меняет его свойства, но которые компьютер не способен генерировать самостоятельно, так как он не взаимодействует непосредственно по своей воле и соображениям с собственным окружением, то есть сознательно, а является орудием своего хозяина, которое тот может включить и выключить.
  Если всё же допустить появление такой самостоятельности, то становится необъяснимым отсутствие подобной трансформации, например, у шимпанзе в течение миллионов лет, геном которого всего лишь на 1% отличается от генома человека.
  Примером подобного внесения изменения генетической программы может быть возникновение определенных зон коры головного мозга человека в отличие от животных, в частности, зоны, отвечающей за функцию человеческого общения, а именно: коррекция гена FOXP2 позволила гоминиду в свое время сделать имевшуюся у них звуковую коммуникацию более членораздельной, в отличие от животных [1].
  Однако, человек, отделившись от животного мира, вместе с тем не мог не остаться в нем по чисто физиологическим причинам.
  В результате, постепенно получилось существо с двойственным сознанием и соответственно - мозгом, измененным по своей структуре по сравнению со своими животными предками.
  Одна часть этого мозга сохранила особенности мозга животных с его эгоцентричной направленностью прежде всего на собственное выживание и доминирование с использование инстинктов и рефлексов, другая, изменившись в объеме и по структуре, позволила человеку выйти за рамки только инстинктов и рефлексов в сторону проектно-целевого мышления и альтруизма на основе абстрактно-образного и вместе с тем логического мышления, что позволяет в своем определенном сочетании принимать креативные решения.
  Подтверждением появления этих, только человеческих способностей показали недавние исследования мозга, в соответствии с которыми стало ясно, что такого рода познавательные способности человека обеспечиваются, в отличие от животных, наличием в мозге таких участков, которые способны не просто принимать и передавать информацию, но и создавать новую информацию на основе поступившей.
  В частности, по сравнению с обезьянами, число извилин в мозге человека, которое обеспечивает большую степень молекулярной активность в коммуникационных соединениях между нейронами, стало намного выше.
  К тому же, геном человека так же изменился по сравнению с геномом обезьян, как бы получив дополнительную программу.
  Надо полагать, что именно после подобной перестройки стал возможен своего рода симбиоз получившегося индивида и сознания более высокого уровня, чем сознание животного. Эта процедура принесла ему возможность проявить самосознание, создающее предпосылки для творческого мышления. Все остальное: способность к труду совместно с соплеменниками, связная речь, креативность, интересы, любознательность и т. д. вырабатывается как следствие за определенный и сравнительно не очень длительный срок, закрепляя симбиоз низшей (инстинктивно-рефлекторной) совместно с высшей (осознанно-целевой) форм сознания и тела, продуцируя тем самым развитой ум, укрепляя самосознание, а также производя движущую силу ускоренного развития новых существ и их сообществ благодаря возникшему антагонизму между низшей (животной) и высшей формами сознания [2].
  Иначе говоря, дополнительная программа, которая была некоторым образом введена в геном, положила начало появлению несколько миллионов лет назад прототипа человека в виде нескольких вариантов гоминидов, способных к собственному осознанию, или определению своего "я", то есть способных перейти в некоторой степени к инициативно-целевому поведению. Эти прототипы человека несколько миллионов лет менялись в соответствии с естественным отбором и, отчасти, сознательным отбором. В результате иного по сравнению с человекообразными обезьянами взаимодействия со средой их мозг увеличился, так как приходилось решать непростые задачи переустройства окружения с помощью орудий труда, охоты, домашнего хозяйства и т. д.; их конечности изменились (задние наиболее приспособились к ходьбе из-за кочующего образа жизни, превратившись в нижние конечности, передние конечности приспособились к изготовлению искусственных орудий и обращению с ними); гортань трансформировалась в сторону наибольшей пригодности к звуковому словесному общению, существенно повышающему эффективность коллективных действий при охоте, приготовлении пищи, воспитании детей и т. д.
  Представители биологов-эволюционистов считают происшедшие изменения результатом случайных мутаций.
  Мутации до появления прототипа человека проявлялись и действовали только в рамках рефлекторно-инстинктивной деятельности живых существ, и они не способны вывести эти существа за пределы подобной активности ни за какой срок.
  То есть случайный характер мутаций означает для живого существа возможность лишь приспосабливаться к среде, но не возможность выхода за пределы среды.
  По этой причине бессмысленно рассматривать мутации в качестве основного сквозного фактора, приведшего в конечном итоге бактерию к внеприродному в значительной степени существу - человеку.
  Тем не менее, на этой - преувеличенной - роли случайности настаивают эволюционисты, отказываясь понять, что источником возникновения самосознания не может быть естественный (случайный) набор такой программы в геноме, которая дает не наилучшее приспособление существа к окружению, а, напротив, в значительной степени, провоцирует в итоге стремление к полному отделению живого существа от природы.
  Мутации в живых организмах есть проявление взаимодействия организмов с окружающей средой, то есть с другими организмами и неорганическим соединениями. С помощью этого проявления организмы закрепляют в своих программах, записанных на белковых соединениях в геноме, позитивный для себя отклик этого взаимодействия, найденный как бы случайно. Однако эта "случайность" отнюдь не случайна для живых организмов, поскольку отличие живых организмов от безжизненных комплексов состоит в способности к поиску наиболее приемлемых условий для себя методом проб и ошибок вследствие всегдашнего стремления живого существа к лучшему устройству в жизни, отражающееся в неудовлетворенности настоящим, на что неживое не способно.
  Поэтому каждое позитивное случайное изменение, отражающееся в структуре генома, означает накопление количества этих спонтанных "поисковых" изменений, неизбежно приводящее с достижением определенного предела к качественным изменениям организма. Тем не менее, любые природные процессы имеют естественные границы, следствием которых является то, что переход количественных случайных изменений в качественные структурные преобразования замыкается в установленных природных рамках: в данном случае - в рамках рефлекторно-инстинктивных адаптивных действий всех организмов, что представляет собой единственно возможное проявление сознания на уровне случайных изменений (мутаций), следствием чего является лишь поиск более приемлемых условий для существования методом проб и ошибок.
  Единственно возможным это проявление сознания является, таким образом, потому что использование новых связей организмом, позитивных для размножения, означает, по сути, постепенное формирование только "условных" рефлексов на запомнившееся раздражение, отражающееся на фенотипе.
  С одной стороны, подобное явление не имеет отношения к произволу, и его нельзя назвать чисто случайным.
  С другой стороны, сознание живого организма на данном уровне развития, то есть при наличии программы, способной лишь инициировать рефлекторно-инстинктивные действия, само по себе не способно перейти на новый уровень сознания, который отличается свободным выражением себя, то есть - к самостоятельному и инициативному переводу того, что есть в то, чего нет, но хочется, чтобы было.
  Поэтому отбор на базе случайных изменений кода белковых соединений и соответствующее формирование совокупности генов, которая в свою очередь может дать миллионы дополнительных белковых соединений, а число вариантов взаимодействия этих белковых комплексов возрастает до астрономических величин, способен дать лишь основу для введения программы, открывающей возможность выхода этого самого совершенного, но еще чисто природного существа на другой уровень сознания, позволяющий этому существу превратиться из природного существа отчасти во внеприродную сущность.
  Надо полагать, вероятность случайного выбора из имеющихся миллиардов вариантов в течение любого мыслимого срока единственной компактной программы для осознанно-целевой деятельности существа, в данном случае высокоразвитого примата, близка к нулю.
  Этот фактор сам по себе, по-видимому, означает искусственный способ установки и фиксации новой программы в этой совокупности генов с миллиардами вариантов программирования, на что не способна бессмысленная эволюция.
  Случайность и высшее сознание (осознанно-целевое выражение сознания) являются антагонистами в том отношении, что, если субъект, обладающий высшим сознанием, ошибется, то он способен понять свою ошибку и исправить содеянное, существенно ускорив собственное продвижение по пути развития, тогда как случай является своего рода окраиной сознания, представляя суть именно низшей части сознания. Случаем сознание пользуется, если не знает, что и как делать на данном уровне развития, но, принимая случай во внимание, хотя и медленно - с откатами и зигзагами - всё же продвигается вперед.
  Случайность, более тяготея к хаосу, не способна быть надежной опорой структурному порядку, нарушая его всё время. Поэтому, давая непрерывные изменения живой среде, она же способствует столь же непрерывному разрушению складывающегося порядка, заставляя живые существа полностью подчиняться себе, особенно не размышляя, основой чего является рефлекторно-инстинктивный механизм действия - один и тот же для всех живых существ, что бы с ними не происходило.
  Однако мирозданию требуется как разрушение, так и более-менее успешное созидание, которое может удовлетворить сознание, придав стимул его развитию удалением от бессмысленности существования только на уровне потребления ощущений.
  Таким образом, в мироздании наиболее преуспевает в отношении приобретения смыслов в соединении их с ощущениями только то, что может сообразить, как эффективнее разрушить или создать, чему способствуют отнюдь не случайные процедуры и не какой-то порядок, непременным условием которого является стабильность, а только креативность и самодеятельность, всегда приводящие к сравнительно быстрому достижению ожидаемого или неожиданного результата, вред, пользу или даже невеликий смысл которого может понять только существо с этими свойствами, то есть сознающее себя существо.
  Это означает, что определенность действий, или детерминизм, выражающийся в неудовлетворенности настоящим, свойственный всем живым существам, в человеке дополняются инициативностью и креативностью в рамках уже осознанной неудовлетворенности настоящим.
  Поэтому наиболее эффективно созидать и разрушать, кроме субъекта, обладающего как сознанием на уровне ощущений, так и самосознанием, никто и ничто не способно.
  Таким образом. появление существа с двумя уровнями сознания как живого и наиболее свободного представителя активного, эффективно формирующего из пассивного среду (бытие) для себя в мироздании, то есть - перла бытия, является неизбежным проявлением активного (сознания) среди пассивного (неживого).
  ***
  Поскольку наибольшее выражение сознание приобретает в мозге как животных, так и человека, постольку именно в нем проявляются отличия между ними в весе самого мозга и в дополнении мозга человека структурными разделами, отвечающими за членораздельную речь, ассоциативное мышление, инициативно-креативную деятельность с получением новых знаний и т. п.
  Тем не менее, вариабельность самого мозга, результаты долговременных мутаций, наследственности, болезней, отдельных внешних факторов, таких, например, как климат, смешение различных рас или племен, отставание в развитии, вызванное окраинным расположением некоторых сообществ, приводят к значительным отличиям в структуре мозга отдельных людей как по размерам определенных отделов и подотделов мозга, так и в появлении дополнительных секций мозга.
  Число молекулярных связей между нейронами так же может существенно отличаться, тем более что непрерывное изменение триллионов возникающих и распадающихся связей между нейронами мозга человека электрохимическим способом в отличие от электрических импульсов, применяемых в компьютерах, приводит, помимо прочего, к значительным отклонениям в его структуре.
  В результате, мозг одних может иметь секции, которые позволяют человеку мыслить не только вариативно, но и проявлять немалую сообразительность, вплоть до высокой степени креативности, других - высокую степень альтруизма, или, наоборот, - повышенный эгоцентризм. Он также может отличаться и по объему памяти и прочими индивидуальными особенностями.
  По последним научным данным, различия между крайними вариантами количественной изменчивости отдельных полей неокортекса лобной области составляют примерно 300%, теменной области - 40%, лимбической и нижней теменной областей - 200-800%, количественные различия подкорковых центров мозга достигают 150-370%, что предполагает бесчисленной количество вариантов индивидуального поведения.
  Результатом этой вариабельности мозга, когда число нейронов в одинаковых структурах мозга разных людей может различаться в 15-8 раз, является уникальность каждого человека и соответственно - возможность неповторимости способов выработки конкретных решений и идей.
  В частности, известный ученый в области исследований мозга С. В. Савельев полагает, что основным источником персональной неповторимости являются подполя полей коры полушарий, что ведет за собой непонимание среди людей внутреннего мира друг друга, тем более что в части этих подполей сосредоточены центры, определяющие индивидуальные особенности характера, привычки и врожденные склонности человека. Более чем 40-кратные количественные различия морфофункциональных центров головного мозга человека создают такие изменения поведения человека, которые невозможно компенсировать образованием или воспитанием, что ведет к появлению непреодолимых барьеров между отдельными людьми. И это обстоятельство усугубляется еще и тем, что кора головного мозга может состоять из мелких и более крупных клеток [3].
  Увы, эти различия морфофункциональных центров головного мозга вполне могут создавать неспособность значительного числа людей быстро и творчески соображать, тем более что совокупность характеристик мозга, обеспечивающих, в частности, высокую степень креативности или даже сообразительности, встречается не так часто.
  Поэтому большая часть населения слабо воспринимает и понимает поступающую информацию, а некоторые и вовсе не способны к обучению вплоть до тупости ленивца, проявляя равнодушия ко всему происходящему.
  Конечно, не всегда это происходит вследствие недостатков структуры мозга, например, небольших размеров ряда отделов мозга, отвечающих за быструю и эффективную обработку поступающей информации, а из-за того, что эта информация или практически отсутствует, как это происходит на окраинах цивилизации, либо же эти потоки незначительны или в значительной степени фальсифицированы, а также вследствие того, что подавляющему большинству людей некогда творчески соображать - они заняты целый день только прокормлением себя и собственной семьи, а получить образование, стоящее немалых денежных вливаний, и вырваться тем самым из тенет проблем только выживания им не удается.
  Как бы то ни было, позитивные структурные особенности мозга в отношении способностей, которые может проявить человек, составляют природную базу талантов в разных сферах деятельности, на основе которой они сами сумеют проявить себя, или их удастся выявить в той или иной части сообщества.
  Кроме того, структурные особенности мозга позволяют привязать их к отдельным типам сознания, которые не просто указывают на неравенство людей по их умственным, креативным и эмоциональным способностям, но и дают возможность продемонстрировать их принадлежность к различным общественным группам, особенно существенно влияющим на ход развития цивилизации.
  Более того, в ходе развития цивилизации, которая возникает только на соответствующем уровне самосознания человека, он в своих сообществах начинает пытаться не только использовать вполне осознанно окружающую среду в своих целях, но и обращает внимание на самого себя как на явление, способное меняться в своих намерениях совершенно произвольно, то злобствуя, то благодушествуя, то уничтожая всё вокруг, то одухотворяя его.
  Подобное противоречивое создание в своих разнообразных "копиях" в своем двойственном сознании уже тем самым выбралось из сугубо биологической замедленной эволюции, в основе которой лежат мутации генома и неудовлетворенность природного эгоцентричного сознания, но только частично - в своем самосознании, способном на произвольное мышление. Однако это же сознание осталось в своей животной форме тем же хищным, злостным и неблагодарным.
  Как следствие, особенности сознания конкретных людей, проявляющиеся во врожденных особенностях мозга и выработанных социальных инстинктах конкурентного общества, невольно заставляют их распределяться по отдельным группам, в которых эти особенности находят наиболее эффективное применение.
  То есть в рамках цивилизации начинает действовать уже преимущественно не сугубо биологический замедленный отбор эволюционного типа, основанный более на случайности, характерный и для животного мира, а осознанное или нет выделение из общей массы населения тех особ, которых вследствие врожденных качеств, а также появившихся интересов и благоприятных обстоятельств более всего влечет к тем занятиям, которые их более всего удовлетворяют.
  Происходит своего рода экстракция из общей массы кажущегося на первый взгляд однородного населения тех особ, неудовлетворенность которых окружающим находит опору как в себе самом, так и во внешних обстоятельствах.
  Выше было проиллюстрировано то обстоятельство, что мозг одних людей может отличаться от мозга других более чем значительно. Столь же заметно в конкурентном обществе может меняться ситуация и соответственно положение, которое занимает человек.
  В результате, неординарные люди стремятся использовать как свои незаурядные качества, так и ситуацию себе во благо. А это перспективное благо для таких самобытных особ проявляется для них в соответствии с определенным сочетанием глубинного эгоцентризма их животной составляющей сознания и альтруизмом самосознания по трем основным позициям: стремление к власти, стремление к справедливости, стремление к новому.
  Сама по себе эта экстракция персон в конкурентном обществе (цивилизации), в отличие от мира животных, начинает довольно быстро менять это новое образование благодаря введению ими культурных и технических новшеств в поле перманентной конфликтной ситуации противостояния власть имущих и оппозиции ей.
  Тем самым конкурентные человеческие сообщества (цивилизация) попадают в пространство ускоренного развития, или собственное время цивилизации существенно уплотняется в сравнении с предыдущим.
  Такого рода экстракция неизменно производит сравнительно немногочисленные по сравнению с общим населением группы, более всего влияющие на развитие общества в целом, а именно:
  - слой креативных персон, обеспечивающих культурное, научное и технологическое развитие цивилизации;
  - властные элиты, руководящие сообществами любого типа;
  - неформальную оппозицию, противодействующую любой властной элите.
  Следует также отметить, что остальная часть населения, занимающаяся обычным трудом как физическим, так и умственным в сферах различных профессий, не склонна вести нервную жизнь слоев, так или иначе участвующих в развитии цивилизации. Большая ее часть озабочена банальными проблемами выживания, а остальное население предпочитает добиваться комфорта и выгодных позиций в структуре общества, перемежая удовольствия от приятного времяпровождения со столь же приятными связями с противоположным полом, всячески стараясь удалять от себя всеми возможными способами мешающих этому процессу креативщиков и прочих умников.
  Но справиться с этими возмутителями спокойствия им не удается, о чем свидетельствует развитие цивилизации, парадоксальным образом предоставляя этим, в лучшем случае нейтральным посредственностям, всё больший комфорт и спектр удовольствий.
  Однако в среде этого ординарного населения всегда находится резерв для обновления убыли развивающих слоев, поскольку в нем обязательно появляются неординарные персоны, которым скучно вести столь однообразную жизнь в рамках питания, размножения и отдохновения, благо способности для этого у них имеются, уберегая тем самым цивилизацию от застоя, хотя периодами обывателям удается развитие приостановить, но, в целом, оно идет с ускорением, что мы и наблюдаем, пока ускоряющееся собственное время цивилизации не приведет ее к точке сингулярности и соответствующему коллапсу [4].
  ***
  Что касается креативных личностей, то эффективное проявление креативности в человеке требует таких свойств индивидуальности человека, как неплохие сообразительность, чувствительность, впечатлительность, решительность, любопытство, доминантность, настойчивость, и таких свойств личности, как высокая степень любознательности; не обязательно, но желательно, светлую голову; знания, соответствующие пробудившимся интересам; сильную волю; кое-какую материальную поддержку; не слишком плохую память, а также определенные прирожденные способности, соответствующие общественным интересам и складывающейся обстановке; свободное время, а вот, официальное образование при этом не обязательно, так как существует самообразование.
  Однако главным системообразующим креативность фактором является глубинное чувство неудовлетворенности достаточно высокого уровня, приходящее к людям в основном от лимбической структуры мозга, которая составляет его основу, общую для всех животных. Она обеспечивает те стремления сознания, которые ориентированы только на питание, размножение и созданию больших удобств для собственного существования вследствие изначального эгоцентризма природного сознания, требующего доминировать там, где имеется такая возможность.
  Вместе с тем это глубинное ощущение сочетается с альтруизмом их самосознания, неудовлетворенность которого недостаточным общественным комфортом, развитием науки и культуры, достигая высокой степени, требует распространить достижения цивилизации и культуры на всех.
  Само же это чувство альтруизма формируется в мозге человека, по-видимому, в надкраевой части лобной доли мозга, слабо отмеченной у обезьян, которая ответственна и за проявление самосознания и общение с соплеменниками, в том числе и речевое, благодаря чему уже неандертальцы проявляли заботу о беспомощных соплеменниках, не способных самостоятельно добывать пищу [5, с 592].
  Но доминируют при этом свойства индивидуальности, определяющиеся животной составляющей человеческого сознания, поскольку активность этих людей проявляется большей частью инстинктивно, без особых размышлений, давая, тем не менее, наиболее творчески активные персоны из всех живущих.
  Хотя, конечно, немалую роль в эффективности проявления креативности играет своего рода резонансное совпадение интересов данного субъекта деятельности с его природными способностями, отраженными в конструкции мозга, а также умение пользоваться процедурой озарения, обеспечивающей отрыв от известных идей к новым знаниям и подходам.
  Тем не менее, отмеченное сочетание особенностей индивидуальности и личности отдельных персон, в основе которого находится ярко выраженный эгоцентризм животного сознания в сочетании с близким к нему по уровню альтруизмом самосознания, независимо от наличия талантов или даже каких-то способностей, неизменно влечет их к творческой деятельности, независимо от получаемых результатов.
  Однако такие черты личности и индивидуальности для отдельных персон, как качество ума, любознательность, воля, трудолюбие-леность, самоуверенность-самокритичность, вежливость-грубость, ответственность-недобросовестность, убежденность-беспринципность, а также сообразительность, чувствительность, впечатлительность, решительность, та или иная степень общительности могут испытывать значительные колебания,
  сказываясь, в частности, для творческих личностей в эффективности их деятельности.
  Весьма возможно так же, что на сравнительно высокую эффективность познавательной деятельности креативных личностей со стороны особенностей генома влияет развитие локусов ДНК, поскольку нарушения в них приводят к развитию шизофрении и аутизма [6].
  Кроме того, как показали недавние исследования, на эффективность познавательной деятельности влияет нехватка дофамина (гормона радости), подавляющего как бы бесполезные нейронные сигналы, что позволяет попасть в поиске решений проблемы в поле нестандартных связей и необычных отношений.
  На эффективность творческой деятельности оказывает существенное влияние феномен врожденной фотографической памяти, позволяющий воспроизводить прошедшее с абсолютной точностью. Такой памятью обладали гениальный новатор Никола Тесла и выдающийся композитор Сергей Рахманинов. За эту способность обработки зрительных сигналов длительное удержание изображений отвечает высокая степень активизации задней теменной коры (posterior parietal cortex).
  Соответствующие отделы мозга, развитые в высокой степени, могут создавать эффекты длительного запоминания изображений, что важно для живописцев; эффекты запоминания звуков, без чего невозможно обойтись композиторам и дирижерам; эффекты сохранения и распределения ароматов и запахов, что присуще, например, создателям духом (парфюмеры) и производителям вин (сомелье).
  Что касается более конкретных примеров влияния структуры мозга на креативность, то можно отметить, что препарированный после смерти мозг Альберта Эйнштейна отличался тем, что его часть - нижняя теменная доля, - отвечающая за математическое и пространственное мышления, была больше ее среднего размера. Кроме того, плотность нейронов в нем была выше средней, что вместе с развитым мозолистым средним телом предполагает активный обмен информаций между полушариями мозга.
  Недавнее исследование черепа гениального математика Рене Декарта так же показало больший размер лобной доли, отвечающей за абстрактное и творческое мышление, по сравнению с ее обычными размерами.
  Наибольшая вероятность достаточно яркого проявления креативности в людях даже без присутствия в них ярко выраженных способностей обнаруживается, в подтверждение упомянутых нами выше соображений о доминировании эгоцентричности в креативных персонах, в случае повышенной степени связи их стремлений и интересов с лимбической составляющей мозга, которая контролирует инстинктивные действия человека [7].
  Вместе с тем, эффективность творческих решений и действий зависит как от возможностей неокортекса мозга и проявления тех или способностей, так и социальной альтруистической направленности человека, без которых инстинктивное поведение приобретает сугубо негативную окраску неадекватных действий, например, в сфере криминала или уходит в сторону властолюбия в его различных формах.
  ***
  Если охарактеризовать властные элиты в их проявлении в общественной жизни, то существа, составляющие их, являются наиболее поддающимися природным влечением к наилучшему приспособлению к окружению в своем стремлении к выживанию и созданию наиболее подходящих условий для размножения и пропитания, закодированном в геноме.
  Другими словами, альтруизм в их самосознании практически отсутствует по разным причинам. Он может быть заглушен обстоятельствами, диктующими то, что ради выживания или за большое вознаграждение необходимо полностью утерять чувство достоинства и начать бесприкословно подчиняться любым вышестоящим начальникам. Но для наиболее крупных чинов во властной элите характерно и другое дополнительное основание, состоящее в неразвитости надкраевой части лобной доли мозга, ответственной за проявление самосознания в части альтруизма, что проявляется в той легкости, с которой они затевают как распри между собой, так и войны за ту или иную добычу или просто за сохранение собственной власти, невзирая на все беды и жертвы, обрушивающие на общество.
  Поэтому сознание представителей властной верхушки общества любого типа отражается в основном на таких свойствах индивидуальности, как достаточная доля сообразительности; коммуникабельность, вплоть до угодничества; склонность к обману в форме искажения информации и ловкости в ее преподнесения; нажитые профессиональные навыки; и на таких свойствах личности, как достаточно сильная воля; уверенность в себе; беспринципность, выражающейся в хитрости и коварстве; а также значительной доли безответственность, выражающаяся в кажущимися выгодными для себя, но явно вредными для населения экспериментах.
  В результате, эти субъекты получают преимущество перед остальными - более инертными членами сообщества в виде обывателей, высокоморальных интеллектуалов разного рода и прочих вялых или озабоченных другими делами представителей народонаселения, не способных ловко оттеснить или оболгать соперника, а также с толком насладиться унижением нижестоящих, и вместе с тем терпеть издевки вышестоящих.
  Личность их существенно обужена, так как альтруизм, то есть такие его черты, как доброта, дружелюбие, сопереживание, сочувствие, милосердие, выражающие в бескорыстной заботе о других, им практически не свойственны.
  Недостаток ума они компенсируют привлечением многочисленных советников, но, поскольку решения в итоге приходится принимать им, постольку они, как истинные творцы собственного счастья, сначала рассматривают их с позиции личного (корпоративного), а не народного блага с креном в сторону удержания власти, обретения большей степени собственного доминирования и приобретения всевозможных благ, засоряя к тому же руководство различных управляющих и хозяйственных структур своим большей частью бездарным потомством.
  С позиции структуры мозга столь поразительное властолюбие в сочетании со скрытым пренебрежением моралью для отдельных индивидов объясняется в некоторой степени доминированием в их сознании животной эгоцентричности в результате повышенного воздействия лимбического комплекса мозга, который контролирует инстинктивные действия, и определенным торможением альтруистической части самосознания, на что влияет неразвитость у них надкраевой части лобной доли мозга, как раз ответственной за доброту, дружелюбие, сопереживание, сочувствие, милосердие, жертвенность, бескорыстную забота о других [5, с 592].
  В качестве примера торможения альтруистической части самосознания, отраженной в лобной части мозга, и высокой степени эгоцентризма, выраженной в высокой степени доминантности, отраженной в повышенном воздействии лимбического комплекса мозга, можно привести результаты препарирования и исследования мозгов Ленина и Сталина, которые были обычного размера и веса (1330 граммов) без признаков каких-то структур, способствующих проявлению как гениальности, так и высокой степени альтруизма.
  Именно отсутствие альтруизма самосознания способствовало использовать имеющуюся у них власть для достижения явно сомнительных целей - управлять ходом истории без оглядки на колоссальные и, большей частью, напрасные людские жертвы, не гнушаясь при этом использованием разнообразных и часто убийственных интриг ради сохранения собственной власти. Более того, они оба совершили ошибку, которая заключалась в их несомненной вере в равенство всех людей, на основе которой они хотели построить гармоничное общество под наименованием коммунизм, где все окультуренные, образованные и сытые люди - без изъятия, будут решать исключительно творческие проблемы. Оба они не задумывались над тем, что человек, в меру своих индивидуальных и личностный свойств, может не захотеть ничего, потому что у него всё уже есть, и впасть в маразм вместо развития.
  ***
  В противовес властной элите в ходе общественного развития во всех развивающихся сообществах автоматически появляется своего рода неформальная оппозиция.
  Эта оппозиция не имеет никакого отношения к официальной оппозиции, и ее представители могут находиться во всех слоях общества, характеризуясь в основном следующим.
  Под неформалами-интеллектуалами следует понимать неравнодушных людей умственного труда, интеллектуалов разного рода, а также сравнительно немногочисленных представителей остального населения, сумевших так или иначе подняться в своем самосознании до того уровня, который диктует им отвращение к аморальному и корыстному поведению властной элиты.
  Эти люди питают надежду на переустройства общества в сторону гармонии, то есть равенства, братства и вместе с тем свободы, не понимая, что свобода всегда противостоит равенству, справедливости, разрушая любую стабильность. Но эта надежда на гармоничное мироустройство не может исчезнуть в их благостном сознании никогда: они, как истинные гуманисты, не способны поверить, что ужасы нашего мира не могут перейти в благоденствие каждого человека и всего человечества в конце концов.
  Неформально-оппозиционная часть интеллектуалов, к которым можно отнести разнообразных образованных выходцев из народа в том или ином поколении, - активных, честных, искренне желающих блага народу, то есть с доминантой высшего сознания, выражающейся в высокой степени альтруизма их личностей, никогда не примыкали и не примкнут к лицемерной и корыстолюбивой управляющей элите государства, тем более что именно им свойственно чувство собственного достоинства, не позволяющее угождать вышестоящим.
  Другими словами, совершать подлые поступки им не позволяет уже достигнутый уровень высшего сознания, выражающийся в альтруизме их личности, ставящий материальные блага на последнее место в ряду ценностей жизни. Поэтому они всегда будут разоблачать нечистоплотных, лицемерных и вороватых власть имущих, бороться за права и гражданские свободы трудящихся, как можно более широко привлекая их к этой борьбе.
  Противостояние неформалов-интеллектуалов властной элите не дает обществу застыть, являясь отражением противостояния соответственно высшего и низшего типов сознания в каждом человеке.
  Борьба между этими слоями общества большей частью при пассивном поведении остального населения происходит непрерывно с доминированием более энергичной управляющей элиты, провоцирующей ненависть к себе со стороны всех остальных, и тем самым образуя тот антагонизм, который не дает обществу остановиться в развитии.
  В результате, народ волей-неволей вовлекается их энергией в поступательное движение, которое может быть и эволюционным при согласии властной элиты с неформальной оппозицией на те или иные компромиссы в интересах трудящихся масс, но может скачкообразно переходить в иное русло, если подобное согласие отсутствует, что в народном сознании отражается как явная несправедливость, трансформирующаяся в более или менее удачную попытку удаления правящей элиты от власти при наступлении подходящих условий.
  Таким образом, неформалам-интеллектуалам свойственны такие особенности индивидуальности, как высокая степень чувствительности, впечатлительности, стремление к общительности с массами, любопытство, но они не слишком часто бывают решительными и сообразительными.
  Личность их так же в значительной степени противоположна личности власть имущих. Они убеждены в своей правоте в борьбе за народное благо, но не всегда критичны по отношению к своим идеям, большей частью утопичным. Ими правит альтруизм. Поэтому более всего они пекутся о благе народа, которого, правда, толком не понимают, поскольку объединяют это разобщенное и противоречивое сообщество в единое целое, представляя это целое угнетенными, которые должны победить угнетателей и успокоиться на этом в благости земного рая, наконец-то достигнутого.
  Безусловно, в основе подобных непродуктивных действий в отношении карьеры, а часто и жизни должно находиться довольно существенное основание, кроме отвращения к действиям самоуправных или демократичных правителей и их окружения.
  И это основание, так же как и у их противников, по-видимому, находится в той же надкраевой части лобной доли мозга, которая должна быть развита у них в большей степени, нежели у остальных homo sapiens, не давая покоя этим благородным альтруистам, вечно защищающих слабых, угнетенных и обиженных той или иной несправедливостью.
  Кроме того, как показали недавние эксперименты, альтруистическое поведение в определенной степени обусловлено активностью нейронов в поясной извилине мозговой коры (anterior cingulate cortex, ACC), которая отвечает за принятие решений и способность испытывать эмоции. То есть, эта часть мозга не активизируется, если предполагается сделать усилие ради своей выгоды, но активизируется, если с соответствующим эмоциональным подъемом в случае не упрочения собственного благополучия, а от устроения благополучия для страждущих его. В дополнение к этой активации нейронов было определено, что у "альтруистов" область верхней и нижней височных борозд головного мозга актируется сильнее, чем у "эгоистов".
  Подтверждением такого рода альтруистического поведения этих, большей частью нонконформистов является их уверенность в том, что решающим фактором социальной эволюции является не борьба за выживание, а борьба за существование в виде сотрудничества и взаимопомощи. То есть в их сознании доминирует сугубо альтруистическая составляющая самосознания, диктующая им прежде всего не неудовлетворенность собственным бытом, а стремление к установлению всеобщего счастья и благополучия без всяких ограничений, связанных с умственным или социальным неравенством.
  Вместе с тем, преобладание альтруизма в самосознании определяется и тем, что связь их стремлений и интересов с лимбической составляющей мозга, которая контролирует инстинктивные действия человека, существенно ослаблена. Как следствие, эгоцентризм их сознания не способен превалировать над альтруизмом и в этом отношении.
  Поэтому они, несмотря ни на какие логические доводы, верят в неизбежную победу разума в этом несправедливом мире, если за нее бороться изо всех сил с негодяями у власти, стремясь к установлению гармоничного во всех отношениях общество, столь соответствующего их благожелательному разуму, но беда в том, что разум у подавляющего большинства людей настроен прежде всего на собственное благополучие вследствие не такой уж значительной доли альтруизма в их самосознании, судя по поведению этого большинства во все времена, и общество в целом никак не поддается усилиям этих благородных людей к столь очевидному для них преобразованию его в сторону добра, ответственности, благоустроенности, справедливости, всеобщей любви друг к другу и удовлетворения всех необходимых жизненных потребностей равным образом.
  Опять же, эти благородные люди, по-видимому, были недостаточно осведомлены об исторических примерах того, что происходило с течением времени с умными, способными, предприимчивыми или просто богатыми людьми, которые вроде бы всё имели и для себя, и для своего потомства.
  Оказывается, что этих условий совершенно недостаточно для длительного развития даже в такой благоустроенной нише.
  Педантичная немецкая статистика жизни семейств этих замечательных людей в отношении их воспроизводства показала недостаточность ни талантов, ни богатства, ни ума, ни благоприятной среды для жизни дать волю к жизни наследникам этих продвинутых субъектов и хоть какому-то их развитию.
  В качестве примеров неблагоприятного развития событий для наследников этих прекрасных людей приведем следующую статистику.
  В свое время Рейбмайер изучил генеалогию 70 выдающихся и даже талантливых людей, подобранных случайным образом, и нашел, что половина из них вовсе не имела детей, или, по крайней мере, сыновей, а у другой половины мужская линия вымерла в ближайших поколениях [8].
  В свободных городах Германии семьи почетных граждан так же постепенно вымирали. В частности, Аугсбург имел в 1368 году 50 почетных фамилий, через сто лет из них осталось только 13, а в 1533 году их было только 8. В этом году было дополнительно избрано 42 новых фамилии. Из этих фамилий через сто лет осталось только 19, а из старых 8 только 6. То же было и с Нюрнбергом: из 118 почетных фамилий, бывших в 1390 году, к 1490 году осталось только 49, а к 1511 году - только 37 [9].
  До сих пор ученые гадают о причинах столь прискорбной статистики, хотя причина очевидна - развитие, в том числе и обычное размножение, теряет свою "силу" не только в числе потомства, но и в их качестве в поле, где существует минимум коллизий, борьбы, разыгрывания страстей, которые происходят из-за наличия или возникновения различных неравномерностей и противоречий, в том числе и неравенства возможностей, а также неравенства способностей, воли, любознательности, зависти, глупости и прочих человеческих качеств, указанных выше, которые не наследуются, и основанием которых является неудовлетворенность тем, что есть, проявляющаяся через мозг, а не через тело. Именно это главное свойство активности живого как мыслящего существа стимулирует его развитие, независимо от положения, родства, талантов, степени ума, глупости и всего прочего.
  Всё это недавно было подтверждено и экспериментами с крысами, которые были помещены в идеальные условия с полной для них "гармонией". В результате, они довольно быстро потеряли желание размножаться, а затем и преждевременно погибли.
  Следует также отметить, что неудовлетворенность в ощущениях и мышлении как животного сознания, так самосознания с течением времени автоматически выравнивает всех людей в их стремлениях, несмотря на те или иные недостатки и достоинства, приобретенные или имеющиеся от рождения, превращая избыток в недостаток вследствие снижения степени неудовлетворенности, а недостаток, напротив, ведя к избытку из-за повышения степени неудовлетворенности, производя своего рода колебания, которые, с одной стороны, локально замедляют развитие, но, с другой стороны, так же локально, но с расширением благодаря росту населения, распространяют его на всех во времени так же автоматически, как бы это ни было обидно самым умным и продвинутым, потомки которых чаще всего имеющееся или добытое теряют, исчезая в итоге, тем более что вышеуказанное сочетание свойств, создающее, в частности, креативность, или свойств, способствующих предприимчивости, встречается не так уж часто в силу их крайне редкого сочетания и, как показала практика, не переходит потомкам в прежнем виде, по-видимому, в значительной мере вследствие вариабельной структурной организации мозга, которую по этой причине невозможно внешне контролировать никаким отбором, напоминающим отбор собак по породам.
  Вместе с тем, пусть в сравнительно небольшом числе, но, тем не менее, вместо ушедших талантов, или просто предприимчивых людей, всегда появляются люди, которые тоже способны быть креативными и предприимчивыми, то есть потенциально обладают нужными свойствами. Именно они избавляют общество от застоя, что, опять же, демонстрирует намерение сознания использовать человека для собственного изменения и развития. То есть это изменение людей в ходе того или иного процесса отбора происходит не просто применительно к обстоятельствам, складывающимся помимо воли человека, а ради более масштабного и разнообразного изменения сознания в них посредством постепенного расширения слоя лиц, способных, в частности, к креативным действиям, которые ранее не могли проявить свои способности вследствие сосредоточения на борьбе исключительно за физическое выживание.
  Иначе говоря, вырождение некоторой креативной, образованной и предприимчивой части населения соседствует с общим ростом креативных, образованных и предприимчивых слоев населения в динамике развития цивилизации и роста населения, происходящих уже несколько тысяч лет до сего времени.
  Поэтому отрицать прогресс в творческом и альтруистическом подъеме населения, а точнее, в росте уровня его самосознания с увеличением самого населения планеты и числа потенциально креативных персон, которые получают большую возможность проявить себя в действии, довольно глупо, так как эволюция, отбирающая людей по степени их жизнеспособности в плане адаптации к среде, отходит для человека постепенно уже на второй план, поскольку появившееся у него, в отличие от животных, осознание себя во времени, создающее возможность противодействовать среде в пику адаптации, начинает меняться не только в зависимости от сиюминутных обстоятельств, но и под нарастающим влиянием приобретения населением новых знаний как о мире в целом и в частностях, так и о законах общежития, что ведет его к всё большему культурному и технологическому подъему вплоть до определенного предела в виде информационного коллапса в точке сингулярности [4].
  Если вкратце обрисовать суть предела развития цивилизации, то он определяется отнюдь не превращением человека в нечто вроде обезьяны вследствие отбора наиболее жизнеспособных особей, обладающих наилучшими адаптивными способностями, как считают некоторые ученые мужи.
  Предел в развитии цивилизации, но не сознания в целом, определяется уплотнением собственного времени цивилизации, которое зависит от степени развития как индивидуального, так и коллективного самосознания соответственно человека и человечества, а значит, и строения мозга человека, являющегося основным органом, посредством которого сознание контролирует действия человека посредством поступающих в него потоков информации.
  Как только эти потоки начинают превышать возможности мозга человека, он пытается использовать для своей поддержки искусственный интеллект, не учитывая того, что последний, не имея сознания, не способен быть полностью самостоятельным, руководствуясь только вложенными в него программами, которые составлены теми же людьми и не могут охватить непредвиденное для них.
  Поэтому окончательные решения волей-неволей приходится принимать человеку на основе бурных и часто противоречивых потоков информации, предоставляемых искусственным интеллектом. Адекватность этих решений упирается в ограниченные возможности человеческого мозга. Вследствие этого человеку приходится принимать решения не на основе истинных причин происходящих событий, которые скрыты в их толще, а воспринимая лишь имеющиеся на виду случайные симптомы, которые кажутся ему причинами происходящего. Человек направляет свои усилия на устранение симптомов, но при этом истинные причины происходящего остаются незатронутыми. Такое действие либо неэффективно, либо приводит к ухудшению ситуации. Можно с большой уверенностью сказать, что подход к решению проблем сложных социальных систем, основанный на нашей интуиции, в большинстве случаев приводит к ошибкам, а накопление ошибок чревато крушением всей системы.
  Однако распад цивилизации не означает исчезновение человека, как такового, точнее, исчезновения обретенного им самосознания. Через какое-то время цивилизация возникает вновь и начинает развиваться аналогичным образом до точки сингулярности, предоставляя сознанию возможность снова находить в этом развитии новые бесконечные изменения конечного в форме человека и его сообществ на разных планетах бесконечного мироздания, поскольку сознанию интересны не основные этапы развития цивилизации, которые повторяются, ему интересны неповторимые жизненные коллизии, происходящие с отдельными людьми, каждый из которых уникален в своем индивидуальном сознании, и группами людей, которые тоже представляют бесконечное число сочетаний коллективного сознания.
  ***
  Еще великий философ Платон более двух тысяч лет назад давал наставления в отношении гармонизации общества, но и он, как человек разносторонний и необыкновенно мудрый, сомневался в достижении подобного.
  Сомнения его заключались в следующем.
  По его мнению, государством должны управлять самые умные, независимые, непредвзятые и бескорыстные люди, к каковым он относил только философов: "Раз философы - это люди, способные постичь то, что вечно тождественно самому себе, а другие этого не могут и застревают на месте, блуждая среди множества разнообразных вещей, и потому они уже не философы, то спрашивается, кому из них руководить государством" [10. Начало].
  И далее: "Пока в государстве не будут царствовать философы, либо так называемые нынешние цари и владыки не станут благородно и основательно философствовать и это не сольется воедино - государственная власть и философия, и пока не будут в обязательном порядке отстранены те люди - а их много, - которые ныне стремятся порознь либо к власти, либо к философии, до тех пор, дорогой Главкон, государствам не избавиться от зол, да и не станет возможным для рода человеческого и не увидит солнечного света то государственное устройство, которое мы только описали словесно" [10. Книга 5].
  Но, вместе с тем Платон, судя по следующему примеру, вполне понимает проблематичность нахождения у власти философов: "По отношению к государству положение самых порядочных людей настолько тяжелое, что ничего не может быть хуже... Так вот, представь себе такого человека, оказавшегося кормчим одного из нескольких кораблей. Кормчий и ростом, и силой превосходит на корабле всех, но он глуховат, а также близорук и мало смыслит в мореходстве, а среди моряков идет распря из-за управления кораблем: каждый считает, что именно он должен править, хотя никогда не учился этому искусству... вдобавок он заявляет, что учиться этому нечего, и готовы разорвать на части того, кто скажет, что надо... Одолев благородного кормчего с помощью мандрагоры, вина или какого-либо другого средства, они захватывают власть на корабле, начинают распоряжаться всем, что на нем есть, бражничают, пируют и, разумеется, направляют ход корабля именно так, как естественно для подобных людей" [10. Книга 6].
  Именно таковые рассуждения подвигли Платона в сторону сомнений относительно реальности управления государством философами. Видимо, поэтому он назвал свою модель справедливого государства идеальной, то есть, прежде всего, не в смысле ее совершенства, а, скорее, в отношении возможности ее практической и успешной реализации.
  Подобного рода сомнения были присущи Платону и в отношении справедливости: "...одно и то же действие бывает подчас справедливым и несправедливым? Я приведу такой пример: если кто получит от своего друга оружие, когда тот был еще в здравом уме, а затем, когда тот сойдет с ума и потребует свое оружие обратно, его отдаст, в этом случае всякий сказал бы, что отдавать не следует и несправедлив тот, кто отдал бы или пожелал бы честно сказать всю правду человеку, впавшему в такое состояние... Стало быть, не это определяет справедливость: говорить правду и отдавать то, что взял..." [10. Книга 1].
  Несмотря на в общем-то понятную неоднозначность понятия справедливости и разнородность во всех отношениях всей массы людей во все времена, которые слишком часто не понимают или не хотят понимать друг друга, и пытаются делать всё всяк по-своему, невзирая на законы или составляя законы, выгодные для себя, тема установления справедливого народного государства до сих пор стоит на повестке дня, хотя продемонстрированное выше неравенство людей не только в социальном отношении, но и по структуре мозга, а значит и в их сознании, указывает на то, что понятие о справедливости у каждого своё в меру имеющихся у него врожденных и благоприобретенных свойств и условий жизни.
  Таким образом, в естественном процессе обретения власти преимущество получают не мудрецы-философы, а хитрые, беспринципные и ловкие проходимцы, рассчитывающие получить от нее немалые выгоды и готовые оттеснить всеми возможными способами честных управленцев, которые теряют преимущество в удержании своей позиции во власти в силу порядочности, неспособности оболгать ближнего, оттеснить соперников любыми доступными способами, тем более что власть имущие удерживаются в ней за счет обмана толпы эффектными, но большей частью неисполнимыми обещаниями и мелкими подачками в качестве так называемого пряника, а также нагнетанием воображаемых и реальных угроз - внешних и внутренних - в качестве кнута, на что никогда не пойдут честные и прямодушные философы.
  Так что мудрые и бескорыстные философы вряд ли долго продержатся в этой банке с пауками, которую представляют собой политика и власть, вопреки надеждам Платона, вследствие чего и с этой стороны справедливое государство никак не получается.
  Однако честные, бескорыстные, благородные философы вполне годятся на роль критиков власти, защиты угнетаемых ею, а также они, в сущности, единственные, кто способны без всяких околичностей поддерживать развитие науки и культуры. Именно в этом, а не в управлении государством состоит на самом деле их миссия.
  Философы как истинные мудрецы, искренне желающих блага народу, то есть с доминантой высшего сознания (самосознания), выражающейся в высокой степени альтруизма их личностей, на самом деле никогда не станут лицемерной и корыстолюбивой управляющей элитой государства, тем более что именно им свойственно чувство собственного достоинства, не позволяющее угождать вышестоящим.
  Совершать подлые поступки, столь характерные для политиков, которыми владеет не мораль, а интересы, им не позволит уже достигнутый уровень высшего сознания (самосознания), выражающийся в альтруизме их личности, ставящий материальные блага на последнее место в ряду ценностей жизни.
  Поэтому они всегда будут разоблачать нечистоплотных, лицемерных и вороватых власть имущих, бороться за права граждан, а не цепляться за власть, и не будут участвовать в политических играх, в основе которых лежит обман народа ради собственных привилегий и власти над ним.
  Вместе с тем эти люди всегда будут питать надежду на переустройство общества в сторону гармонии. Эта надежда на гармоничное мироустройство не может исчезнуть в их благостном сознании никогда: они как истинные гуманисты не способны поверить, что ужасы нашего мира не могут перейти в конце концов в благоденствие каждого человека и всего человечества.
  Таким образом, Платон был прав в своих сомнениях относительно гармонизации общества по той причине, что в действительности гармония и развитие в рамках технологической цивилизации противоположны друг другу, хотя относительная гармония возможна с приостановкой развития в рамках равновесной экологической цивилизации, которая может возникнуть после распада технологической цивилизации, когда оставшееся население попадает из достаточно комфортных условий жизни в ситуацию выживания.
  То есть спастись можно будет только за счет коллективных усилий с обобществлением имущества, оставив от эгоцентричности животного сознания только инициативность, но заблокировав эгоизм, подобно тому, как это вынужденно происходит в архаичных сообществах, но с большей долей альтруизма, то есть без особой дикости [4].
  Таким образом, как это ни печально для радетелей справедливости, без своего рода раздражителя и вместе с тем стимула к развитию в виде насквозь фальшивой, корыстной, паразитической и подлой властной элиты никакого развития не случается. Примером этого являются справедливые архаичные сообщества, еле-еле выживающие в суровых условиях, далеких от удобств цивилизации, тогда как последняя в силу несправедливости своего устройства достигла необыкновенных культурных и технологических высот, хотя, действительно, и ныне, большая часть населения планеты находится в полуголодном состоянии прозябания.
  Поэтому все неизбывные коллизии цивилизационного развития указывают на то, что единственное живое существо, обладающее самосознанием, позволяющим ему распоряжаться собственным временем в значительной степени свободно - по своим желаниям и соображениям, - тем не менее, в силу конечности своей быстропротекающей жизни, и вследствие этого - ограниченности, не способно быть основанием всего сущего.
  Этим основанием может быть только нечто бесконечное и всеохватывающее, находящееся как во времени, так и вне его.
  Таковым может быть только то, что неизменно присуще всякому живому существу, и оно имеет, хоть и конечное, но, всё же, собственное время для мыслей и действий в этих существах, погружаясь в него раз за разом, получая наиболее объемные и разнообразные ощущения, соображения, идеи и коллизии в человеке, избавляясь тем самым от небытия и, более того, получая непрестанное изменение и развитие в качестве этого конечного живого дискретно, оставаясь при этом бесконечным.
  Библиография
  1. Wolfgang Enard, Molly Przeworski, Simon E. Fisher, Cecilia S. L. Lai, Victor Wiebe, et. Al. 2002. Molecular evolution of FOXP2, a gene involved in speech and language. Nature. 418, 869-872.
  2. Низовцев Ю.М. Движущая сила и источник развития человека и его сообществ. 2018. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  3. Савельев С. В. Церебральный сортинг. Издательство: ВЕДИ. 2016. Гл. 1
  4. Низовцев Ю. М. Возможны ли "райские кущи" на Земле? Журнал "Топос". РФ. 11.01.2024.
  5. Дробышевский С. Недостающее звено. М. Corpus, 2017.
  6. Wolfgang Enard. 2016. The Molecular Basis of Human Brain Evolution. Current Biology. 26, R1109-R1117
  7. Савельев С. В. Нищета мозга. М. Издательство Веди. 2014. С. 174
  8. Reinbmayr. Gas Aussterben der talentierten u. genialen Familien im Mannesstamme, Politich-antrop. Revue. 1905-1906. 675-696
  9. Юдин Т. Е. Евгеника: Учение об улучшении природных свойств человека. Конституционная гигиена и профилактика. Москва. М и С. Сабашниковы. 1928. С. 14
  10. Платон. Диалоги. Государство, книга VIII. Собрание сочинений. М., 1994.
  Часть 10. Какова основная причина появления государств?
  Государство - это продукт повышения уровня самосознания человека в его сообществах. Самосознание в своем взаимодействии с природным сознанием того же человека обеспечивают ускоренное развитие сознания человека и его сообществ в целом. Условием этого ускоренного развития является государство, с одной стороны, сдерживающего эгоцентризм природного сознания человека, а, с другой - предоставляющего возможность развития альтруистического начала самосознания.
  История нынешней цивилизации показывает отсутствие периодов, в течение которых существовали и развивались формации без государственного устройства.
  В соответствии с нашей концепцией о преобладающей роли сознания, но никак не бытия, сообщества людей, существующие в равновесии с природой, в отличие от сообществ животных постепенно, но сравнительно быстро развиваются. Формируя язык, укрепляя отношения между собой, придумывая различные способы передачи накопленных знаний и умений. В определенный момент накопленный потенциал, появившийся в результате работы сознания, может перейти от того или иного внешнего толчка в отличающуюся от равновесного существования со средой форму, которая оказывается способной к различным структурным изменениям, или - к цивилизации. Таким образом, цивилизация начинается с усложнения и разрастания сообществ людей после перехода от равновесного взаимодействия с природой на основе присваивающего способа хозяйствования к производящей экономике.
  Она получает ускорение после образования государств, которые в своих жестких рамках удерживают уже разделенные по полномочиям и имущественному цензу людей в подчинении законам. Государство на четко выделенной территории с помощью четко выделенного аппарата публичной власти предотвращает хаос именно в силу крайне низкого уровня сознания у людей и, благодаря этому обеспечивает относительную безопасность населения. Вместе с тем, государство, обладающее производящей экономикой, дает возможность обществу более интенсивно развиваться не только в хозяйственном, но и в культурном отношении.
  Государство, по сути дела, решает вопрос солидарного действия людей не только для их жизнеобеспечения и сохранения, но и принуждает их, вопреки собственной воле и желаниям, работать на поставленные цели, которые могут быть очень далеки от радения благу конкретного человека, но могут содействовать экономическому и общественному развитию. Без подчинения людей государственной машине на любом этапе развития цивилизации невозможно обойтись в силу изначальной неразвитости у них самосознания и колоссального отставания его развития от темпов развития цивилизации, что не позволяет им самоорганизовываться на взаимовыгодных основах без проявления эгоизма, зависти, властолюбия, стяжательства и т.п.
  Государство является продуктом цивилизации. Цивилизация есть совокупность разумных существ, способных к собственному развитию на основе осознанного преобразования окружающей среды. Цивилизации, а вслед за ними государства, могут возникать только как результат деятельности существ, обладающих разумом, или сознанием, а не наоборот. Они способны преобразовывать окружающую среду не только для самообеспечения и размножения, как это происходит у существ, не обладающих самосознанием, а в соответствии со своими планами, задачами, целями, которые не имеют непосредственного отношения к инстинктивным действиям, характерным для теплокровных животных или насекомых. Эти осознанные действия осуществляются коллективными усилиями.
  В начальный период существования людей, в первобытном обществе, разрозненные группы людей существовали в равновесии со средой, практически, так же как и разрозненные стаи животных. Условия жизни, малочисленность, преобладание инстинктов над самосознанием позволяли им так же как и животным лишь воспроизводить и обеспечивать себя, да и то только при сравнительно благоприятных условиях. Хозяйствование у них было присваивающим, а не производящим.
  Однако различие существ, обладающих самосознанием, и высших животных, руководствующихся инстинктами и рефлексами, проявляется, главным образом, в следующем: стаи животных, например, в случае возникновения благоприятных условий для существования, способны только к более интенсивному размножению и занятию больших территорий, в то время как коллективы людей при появлении благоприятных условий способны к развитию. Более того, стимулом для развития людей может служить и появление неблагоприятных условий, лишь бы эти условия не были гибельными.
  Под развитием следует понимать планомерное воздействие на среду, усложнение и специализацию сообществ людей с целью получения дополнительной выгоды как для конкретных индивидов, так и для локальных сообществ в целом. Дополнительные выгоды эти сообщества получают при определенной кооперации и объединении. Кроме промыслов, обработки земли возникает переработка продуктов, ремесла, обмен в виде торговли. Появляются города, в которых сосредоточивается торговля и ремесла, вырабатываются правила поведения в объединенных сообществах, перерастающие в законы и уложения.
  Положение людей меняется в связи с потерей коллективного управления локальными сообществами и отказом от равномерного распределения ресурсов и продуктов труда между членами коллектива. Возникает разделение людей по степени обладания ими ресурсов, продуктов труда, властных полномочий, чем провоцируется рознь, зависть, недоверие. Образуются уже не просто управляющие структуры в лице совета старейшин, вождей племен и т.п., а властно-насильственные органы, защищающие получившее то или иное преимущество меньшинство от остальных. То есть возникает государство.
  Конечно, этот процесс перехода от первобытных общин к государству длится долгий срок, и в нем проявляются различные промежуточные формы управления сообществами.
  Местами этот процесс так и не заканчивается образованием жесткой структуры государства, а местами, в силу менталитета членов сообществ и складывающихся условий, он завершается образованием государств, в основном, в виде городов-государств. Об этом процессе уже много написано, поэтому не будем останавливаться на подробностях.
  Таким образом, глубинной причиной возникновения цивилизации, а вслед за ней государств является уровень самосознания первобытных людей, которые, в отличие от животных, могут поднять его до величины, достаточной для образования у них представлений об использовании изменений окружающей среды в своих целях.
  Под изменениями окружающей среды понимаются не только внешние, например, климатические факторы, но и накопление людьми знаний, которые при кардинальном изменении условий они могут использовать для перехода на более высокий уровень развития, а в дальнейшем использовать для борьбы с негативными изменениями природы. Характерным примером этому может быть огонь, которого животные боятся и стараются к нему не приближаться, а человек, столкнувшись с ним, не сразу, но осознает его полезные свойства и начинает использовать огонь для обогрева и приготовления пищи. Другим примером может быть получение человеком умений в результате использования различных орудий труда, благодаря чему он начинает шить одежду, толочь зерно в ступках, изготавливать орудия охоты, приручать животных, обрабатывать и засевать землю, изготавливать предметы быта, рисовать. Все это только кажется спонтанным: на деле, за этим стоит самосознание и во многом осознанное преобразование реальности, иначе бы и высшие животные действовали подобным же образом.
  При соответствующем накоплении знаний, навыков, умений для индивидуальной и коллективной работы, например, длительное похолодание, может способствовать изобретению одежды, использованию огня, строительству жилищ; исчезновение ареала для охоты, ранее вынуждавшего людей переходить на другие территории, может способствовать приручению животных и переходу от охоты к скотоводству; засуха может способствовать изобретению поливного земледелия, то есть созданию самим человеком наиболее благоприятных условий для земледелия.
  Тем не менее, на все эти факторы должны накладываться в целом благоприятные для существования человека климатические условия, наличие необходимой фауны и флоры, выгодный температурный режим в течение суток и т.п., благодаря чему сообщества людей могли бы развиваться без уничтожающих их полностью катастроф.
  Кроме кризисных факторов, как бы подстегивающих развитие человеческих сообществ к уходу от равновесного существования со средой и вызывающих появление производящей экономики, любое благоприятное изменение окружающей среды, например, климатических условий, может привести к значительному росту числа прирученных животных или к получению большего количества зерна.
  Все обозначенные факторы приводят к получению значительного избыточного продукта и появлению соблазна к его присвоению властной верхушкой общества, что, в свою очередь, вызывает необходимость защиты захваченного имущества или продукта. Появляется сначала простейшая структура в виде уже не просто управляющего, но насильственного аппарата, который постепенно обрастает всеми остальными частями для выполнения не только функций властных полномочий, но и силовой функции, правовой функции, судебной функции, функции сбора налогов и т.д.
  Таким образом, изменение природно-климатических условий в виде похолодания, произведшего примерно 10 тысяч лет назад, как считается, неолитическую революцию с последующим появлением цивилизации, отнюдь не первопричина ее возникновения. Подобные изменения на Земле происходили регулярно, н никаких существенных перемен в жизни сообществ людей не возникало. Поэтому надо констатировать: подобные климатические изменения начинают действовать только в случае накопления людьми достаточного потенциала знаний и умений, которые может приобрести только существо, обладающее самосознанием. Иначе говоря, подобные изменения могут быть не причиной, а лишь необходимыми условиями для перехода людей к новому образу жизни.
  Тем самым, первопричиной появления цивилизации внешние природные факторы быть не могут. Различные, часто катастрофические, изменения климата происходили на Земле в течение последних 400 тысяч лет (время существования кроманьонцев), как и за сотни тысяч лет существования Homo sapiens, не один раз, но цивилизация появляется только тогда, когда люди накопят в своем сознании достаточный потенциал для смены образа жизни.
  Другими словами, они должны постепенно собрать знания, умения, научиться передавать их последующим поколениям. Все это становится возможным только потому, что они обладают самосознанием, то есть памятью, программами самообучения, построения моделей, способностью к прогнозированию собственных действий и действий коллективов на основе выборочной обработки информации, выделения из нее существенных для улучшения жизни фрагментов.
  Проникнуться этой идеей о ведущей роли самосознания, а всего остального, как условий в перемене жизнедеятельности людей может способствовать достаточно простое сравнение сознания с заквашенным тестом в закрытом горшке. Оно потихоньку поднимается и, в конце концов, достигает крышки горшка, если эта крышка будет сдвинута самим тестом или ее снимут, то тесто растечется, займет новое пространство и из него можно будет приготовить блины или пироги.
  Подобные качественные перемены в жизнедеятельности локальных цивилизаций на Земле в разное время отметил Гумилев Л. Н., обозначив это свойство пассионарностью. Однако ни он, ни остальные исследователи не смогли объяснить факт внезапного возникновения пассионарных сообществ. Действительно, любые объяснения возникновения пассионарного поведения какими угодно внешними факторами не выдерживают критики. Поэтому свойство пассионарности до сих пор остается неразгаданным.
  Тогда как с нашей позиции подобное сравнительно быстрое переориентирование сообщества от одной формы жизнедеятельности к совершенно иной, которое Гумилев именует пассионарностью объясняется подспудным ростом коллективного самосознания локального сообщества до такой величины, которая заставляет людей под влиянием самых разных внешних факторов (это могут быть температурные изменения, вспышки на солнце, засухи, наводнения и т.п.) резко менять прежнюю спокойную, привычную жизнь на беспокойное, бурное существование, которое на первый взгляд не сулит выгоды для них, но на самом деле объясняется решительным отрицанием прежнего бытия ради поиска лучшего.
  В свою очередь объяснение пассионарности, например, с точки зрения различного энергетического запаса у людей является малоубедительно, поскольку ему не поддается появление пассионарности у целых народов, состоящих из самых разных людей и по возрасту, и по обладанию энергией. В то время как уровень самосознания у разных людей, как наиболее фундаментальное сущностное начало человека, в одном и том же локальном сообществе является сравнительно единообразным одинаковым, так как это начало не зависит ни от возраста, ни от наследственности, ни от пола. Этим самым оно отличается, в частности, от человеческой энергии. Уровень самосознания зависит от длительности существования сообщества и форм его деятельности, в которых это сознание может наиболее эффективно проявиться и закрепиться.
  Объяснение пассионарности с позиции причисления этого явления к подсознательной деятельности, по сути, ничего не объясняет, поскольку никто не знает, что такое на самом деле подсознание.
  Явление пассионарности поддается объяснению только как выросший потенциал самосознания, стремящегося к переменам, обусловленный резким скачком неудовлетворенности окружающим, характерным в человеческих сообществах как для природного сознания, так и для самосознания, составляющих человеческое сознание, которое является тем самым двойственным.
  Главное - это то, что подобный скачок неудовлетворенности окружающим проявляется только вследствие накопившихся изменений в сознании при возникновении определенных условий, провоцирующих этот возросший потенциал сознания выразить себя.
  Этот бурный выход дает новое приложение измененному сознанию, которое этого требует и достигает.
  Вы скажете, что и у животных отмечены своего рода пассионарные вспышки, вроде, как кажется, бессмысленных и гибельных перемещений, насекомых, рыб, китов и т.д. Но ведь существование животных определяется только рефлексами и инстинктами?
  В этом рассуждении отсутствует понимание того, что пассионарность, а на самом деле, - резкий скачок неудовлетворенности окружающим, и для людей, и для животных - явление одного порядка. Этот скачок обусловлен наличием сознания как у животных, так и у людей. Только программа действий сознания животных в среде обитания построена исключительно на рефлексах и инстинктах, а у людей программа действий построена в дополнение к этой природной программе еще и на самообучении, проектировании своих действий на различный срок в зависимости от имеющихся ресурсов. При общем основании управляющие системы у них различны.
  Появившееся у человека самосознание расширяет сферу действия неудовлетворенности сознания в целом. Поэтому с ростом потенциала самосознания, уже способного на целенаправленное изменение окружения человека, эта неудовлетворенность может в определенный момент потребовать коренного изменения условий существования на более благоприятные.
  Результатом подобного скачка неудовлетворенности, в частности, может быть переход от присваивающего хозяйствования к производящему.
  Для того, чтобы в отношении пассионарности, определенной Гумилевым в качестве неконтролируемой вспышки активности живых существ, проявилась ясность касательно ее сущности, необходимо вкратце дать пояснение этого явления.
  Гумилев объяснил эту неконтролируемую вспышку активности по истокам как энергию, пополняемую извне. Что же касается характера действия этой вспышки, то она, по мнению Гумилева управляется внешней силой.
  Гумилев полагал, что в каждом человеке действует некая внутренняя сущность и степень активности этой сущности, или способности определяется ее наполненностью в человеке. Именно эта наполненность заставляет человека впадать в пассивное состоянии или в активное, либо оба эти состояния уравновешиваются.
  Однако он свел эту внутреннюю сущность, или способность, которую он назвал пассионарностью, к внутренней энергии непонятного типа, которую человек пополняет в том или ином объеме из резервуара биосферы Земли, причем он отметил, что эта способность может давать настолько сильный импульс к изменению окружения человека, что преодолевается инстинкт самосохранения.
  Подобный подход не только приравнивает живых существ к неживым объектам, каждый из которых обладает энергией, не имея жизненных сил, но и отказывает человеку в самодеятельности, раз им исподволь движет сторонняя сила, не входящая в его сознание.
  Такая сущность, или коренная особенность, но, конечно, не внешнего наполнения, действительно необходима, потому что она отличает движение живых существ от движения прочих объектов, не имеющих жизни, собственной активностью. Эта сущность превращает движение в развитие (усложнение, совершенствование, которое для человека может быть осознанным) собственными силами, присущими любым живым существам.
  Активность живых существ, в том числе и человека, в отличие от остальных объектов бытия, подчиняющихся только естественным законам: законам сохранения, закону неубывающей энтропии, законам Ньютона и т.д., определяется собственным сознанием - единственным отличием живых существ от прочих объектов бытия. В противном случае, активность живых существ ничем бы не отличалась от круговращения остальных объектов бытия, но мы этого не наблюдаем.
  Перманентная активность живого, регулируемая неудовлетворенностью сознания живого существа, заставляет как человека, так и вообще всё живое не стоять на месте - развиваться, при этом она чутко реагирует на обстоятельства жизни и окружающую среду, проявляясь для человека в чувствах, мыслях и действиях двояко: с одной стороны, заставляя его в любом случае не терять активности, с другой стороны, резко повышая или понижая свой уровень при определенном стечении обстоятельств, как естественных, так и рукотворных.
  Таким образом, энергетическая пассионарность Гумилевым не имеет никакого отношения к причине развития человеческих сообществ потому, что все мы прекрасно знаем, что по жизни нас ведет не что иное как наше собственное сознание, которое уж точно присутствует в каждом человеке, а не вымышленная энергия-пассионарность или бессознательная воля Шопенгауэра, тем более что сознание определяет также процесс развития не только человека, но и всех живых существ.
  Любое живое существо отличается от неживых объектов направленной активностью, сводящейся к стремлению в сторону наиболее приятных ощущений, которым препятствует сопротивляющаяся среда в форме различных конкурентов и противников, а также влияет изменение внешних условий существования.
  Поэтому живое существо в своем сознании всегда пытается найти наиболее выгодные условия для выживания, размножения и питания, что определяется коренным свойством его сознания - неудовлетворенностью окружающим, желающей лучшего для организма, и влекущей тем самым созидание и разрушение окружающего, в процессе которого происходит как изменение активности, так и изменение самого носителя активности.
  Пространство неудовлетворенности расширяется в человеке, отчасти осознанно формирующим направленность собственной неудовлетворенности благодаря имеющемуся у него самосознанию, что трансформируется уже в его сознательную деятельность, опять же сводящуюся к процессам разрушения и созидания всего, что окружает его.
  Эта неудовлетворенность, которая присуща теперь человеческому сознанию в его самосознании, но которая никуда не уходит и из его природного (низшего) сознания, а отнюдь не воля, как полагал Шопенгауэр, и не пассионарность, как считал Гумилев, ведет человека в его сообществах вперед, отражаясь в осознанных и неосознанных действиях по преодолению непрестанного сопротивления среды.
  Сама по себе неосознанная неудовлетворенность, или неудовлетворенность природного сознания в ее сильнейшем выражении, которое Гумилев назвал пассионарностью, перенося также ее и на деятельность человека, не может вызываться какой-то энергией, берущейся человеком из биосферы Земли и преобразующейся в работу, так как неудовлетворенность любой формы сознания теми или иными условиями существования есть внутренняя первопричина всех его стремлений и желаний, находящая основу в перманентной активности живого.
  Внешние воздействия на человека могут быть только поводом для развертывания человеком, в частности, неосознанной повышенной активности, источником которой является неудовлетворенность природного сознания окружающим в условиях внезапных и угрожающих изменений в нем, которые пока не фиксируются основными органами чувств человека, например, в силу отдаленности этих угроз во времени или пространстве, но они могут восприниматься своего рода рудиментарными, точнее, вспомогательными органами чувств и обрабатываться лимбическим отделом мозга, подавая тем самым сигнал к спасению жизни, и этот процесс никакого отношения к самосознанию не имеет.
  Правда, человек почти полностью утерял эти способности древних существ, которые довольно хорошо сохранились у целого ряда организмов. Поэтому они заранее чувствуют землетрясения, наводнения и даже пожары, спасаясь своевременно.
  И всё же, находится довольно много людей, сохранивших способности вовремя реагировать на невидимые угрозы, и они могут увлечь за собой людские массы, если имеют власть над ними.
  Этим объясняются немотивированные ничем поначалу миграции отдельных сообществ, не говоря уж о жертвенности некоторых людей для сохранения всего сообщества.
  Кроме того, не только у людей, но даже у рыб и насекомых случаются сбои в расшифровке ощущений, вследствие чего они для спасения выбирают неверное направление или действие: так, целые стаи рыб в панике попадают в пасть хищникам, киты выбрасываются на берег, насекомые мигрируют в безводную местность и т. п.
  А уж люди всё время как индивидуально, так и коллективно умудряются довольно часто совершенно неосознанно попадать в неоправданные столкновения и войны, бессмысленные ссоры. Они также часто совершают безрассудные поступки, утверждая иногда, что якобы какой-то голос приказал им сделать эту глупость, которая часто завершается катастрофой.
  Все эти явления, кажущиеся поначалу таинственными и не поддающимися объяснению, на самом деле являются проявлением действующих в человеке двух сил - природного сознания и самосознания, слитых воедино, вследствие чего часто непонятно, какая из них и почему доминирует, но в данном случае, названным Гумилевым пассионарностью, на самом деле доминирует именно сильнейшее проявление неудовлетворенности природного (низшего) сознания как реакции на скрытую внешнюю угрозу, как правило, не отслеживающуюся человеком осознанно.
  Подробнее о неудовлетворенности обеих форм сознания и движущей силе человека и его сообществ изложено в работе "Движущая сила и источник развития человека и его сообществ", опубликованной в 2018 году (сайт www.litres.ru. Низовцев Ю. М.)
  Если вернуться к происшедшему скачку самосознания, приведшему к более продуктивной жизнедеятельности, то следует отметить, что достигнутый уровень самосознания все же недостаточен для того, чтобы люди смогли договориться о справедливом распределении избыточных ресурсов и продуктов труда. Это следует из двойственной природы человека, поскольку человек является не только сознательным, но и природным существом, которым по-прежнему в значительной степени правят природные инстинкты, а они, в свою очередь, определяются неудовлетворенностью тем, что имеется, направленность которой в подходящих условиях всегда ведет к проявлению доминантности в форме эгоцентризма (индивидуализм в человеческих сообществах), что выражается в желании захватить больше власти и имущества, обеспечив себе тем самым наиболее благоприятные условия собственного существования.
  Ранее, в первобытных сообществах, такие условия отсутствовали, поскольку сложившаяся обстановка диктовали лишь стремление к выживанию, так как избытка продуктов и ресурсов не было, и сравнительно скудные запасы более-менее равномерно распределялись на всех самыми уважаемыми членами сообщества, сохраняя его дееспособность в целом, от чего, собственно, и зависело выживание каждого локального сообщества, хотя, безусловно, на уровне индивидов неудовлетворенность тем или иным в форме индивидуалистических желаний всегда присутствовала, но она блокировалась достаточно высоким уровнем коллективистского осознания ситуации общего выживания, требующего немедленное изгнание из сообщества лиц, пытающихся присвоить себе общественное.
  По-видимому, подобное представление отсутствовало у авторов довольно многочисленных теорий возникновения государства, поскольку все они страдают односторонностью или различного рода предубеждениями.
  Поэтому одни известные теории происхождения государства имеют лишь частичные основания, а у других следствия приняты за причины.
  Покажем это на нескольких примерах в кратком анализе.
  Возьмем теорию насилия Е. Дюринга.
  Основной принцип этой теории заключается в том. что главная причина возникновения государства и права заложена не в социально-эконмическом развитии общества и возникновения классов, а в завоевании, насилии, порабощении одних племен другими (т.е. связана с факторами военно-политического характера). Предполагается, что без господства большинства над меньшинством не может возникнуть государство. По его мнению, собственность, классы и государство возникают как результат насилия одно части общества над другой.
  Действительно, без насилия государство не может возникнуть. Однако оно является лишь производным, частным основанием для возникновения государства. Насилие и соответствующий аппарат для этого на самом деле возникают как следствие изменения ситуации с производством и распределением различных благ.
  Например, насилие в условиях скудности ресурсов, что характерно для локальных первобытных сообществ, может привести только к потере жизнеспособности этих сообществ. Поэтому их члены должны были совместно заботиться о более-менее равномерном распределении ресурсов всем его членам без какого-то явного преимущества именно для сохранения стабильности сообщества. То есть интересы выживания всего коллектива в этих условиях преобладают над интересами личности.
  Появление значительного объема избыточного продукта, которое возникло в силу изменившихся условий существования человеческих сообществ, привело к смещению акцента с выживания коллектива на обеспечение лучших условий жизни отдельных индивидов и немногочисленных объединений, в основном властных. Эта перемена и обусловила необходимость обеспечения защиты для выделившихся прослоек добытых ими благ того или иного рода.
  Таким образом, насилие вторично.
  Само же по себе насилие замедляет развитие общества, разрушает человека. Однако при имеющемся низком уровне самосознания людей добровольный переход их к взаимопомощи и бескорыстному сотрудничеству невозможен. Государство же - всего лишь орудие притеснения, а не продукт насилия.
  Обратимся к теории общественного договора (Гроций, Локк, Гоббс, Руссо и др.).
  Эта теория объясняет происхождение гражданского общества, государства, права как результат соглашения между людьми.
  В этой, сугубо отстраненной от реальной жизни, теории идеализируются отношения между людьми, поскольку предполагается, что они добровольно отдают свои права, свободу, да и жизни в распоряжение кого-то, по сути, неизвестного им и, возможно, худшего, а не лучшего из них. Так что данная ситуация противоречит здравому смыслу.
  Другое дело, что уже появившееся государство старается оправдать свое паразитическое существование ссылкой на мифический общественный договор (он даже в современном, более связанном, обществе невозможен в силу разделенности, разнородности и антагонистичности общества). В связи с этим договором, якобы, принимаются справедливые законы и диктуются общие для всех правила жизни, тогда как на деле это - камуфлированное устроение такого порядка жизни, при котором получившее соответствующие рычаги и возможности меньшинство живет за счет большинства, властвуя над ним и распоряжаясь им.
  Позитивный смысл этой теории состоит только в том, что она подтверждает одну из функций государства, связанную с обеспечением определенного порядка во взаимоотношениях между людьми, к которому они должны приспосабливаться, но который избавляет их от страха произвольного насилия над ними.
  Материалистическая теория (К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин) связывает возникновение государства с появлением частной собственности, расколом общества на классы и классовыми противоречиями. По мнению сторонников данной теории, "государство есть продукт и проявление непримиримых классовых противоречий". Почему появилась частная собственность и классы, что, собственно, и может быть причиной возникновения государства, эта теория не раскрывает.
  Следует также отметить, что еще до возникновения государств, в первоначальный период формирования цивилизации, люди имели различного рода собственность, у племен существовали различные слои (старейшины, воины, жрецы), но непримиримые противоречия не возникали, все жили патриархально дружно, спорные вопросы разрешали старейшины, внутренней вражды между людьми не было, как это и сейчас происходит у некоторых народов и племен, находящихся на аналогичной стадии развития (австралийские аборигены). Вражда могла быть только между соседними племенами из-за ресурсов и продуктов труда. Однако процесс развития в подобных патриархальных сообществах практически отсутствует.
  Поэтому только при накоплении ими определенного уровня избыточного продукта в том или ином виде, как следствие изменившейся окружающей среды и выросшего потенциала самосознания, между людьми начинает проявляться сдерживаемая ранее жесткими патриархальными установками рознь. Вдруг появившаяся возможность выделиться, приобрести дополнительное имущество, власть и, совсем необязательно по заслугам, выносит на поверхность все дурные свойства человека: эгоизм, зависть, корыстолюбие, властолюбие и т.п. Патриархальное общество в результате рассыпается и заменяется государством с его жестким аппаратом принуждения.
  То есть первопричина появления государства - это двойственная природа человека, которая рельефно проявляется при возникновении условий для более интенсивного развития человека в его сообществах при достаточно высоком уровне самосознания, который всё же оказывается недостаточно высоким в своих альтруистических особенностях, чтобы преодолеть эгоцентризм собственного природного сознания, не способного превозмочь массу соблазнов при дележе образовавшегося избытка ресурсов и имущества.
  Возникающая борьба за них, во избежание хаоса, в итоге приводит к образованию структуры, способной сдержать всех противоборствующих субъектов силой и законоуложениями.
  История так же на многочисленных примерах показывает: как только развитие общества по каким-либо причинам временно пресекается, государство распадается и общество погружается в спячку или хаос.
  Например, на полуострове Индостан, значительные территории которого впали в застой несколько сотен лет назад в основном по причинам религиозного характера, были захвачены британскими колонизаторами. В свое время, такое сильное государство, как Ассирия, чья поли тика свелась к сериям захватнических войн в ущерб экономическому и культурному развитию, исчезло, а сами ассирийцы растворились в массе соседних народов. В настоящее время таким развалившимся государством является Сомали.
  Однако двойственная природа человека, проявляющаяся в сознании, скрыта от идеологов как материализма, так и идеализма. Поэтому они выстраивают формалистические теории, которые не только ничего адекватно не объясняют и не предсказывают, но и вводят общество в те или иные коллизии, приводящие к войнам, катастрофам, различным бедствиям.
  Остальные известные теории возникновения государства, на наш взгляд, так же принимают за причины возникновения государства те или иные обстоятельства, возникающие в ходе общественного развития, природные явления, другие внешние причины, или на процесс возникновения и развития государства переносятся те или свойства человека, человеческого рода.
  К таким теориям можно отнести следующие.
  Теологическая теория (Ф. Аквинский).
  В ней возникновение государства рассматривается как проявление божьей воли.
  Эта теория, в сущности, ничего не объясняет и является недоказуемой, так как основывается на вере.
  Патриархальная теория (Аристотель, Платон, Конфуций).
  Эта теория возникновение государства рассматривает как результат разрастания патриархальной семьи, что является обычной аналогией и так же не выявляет причины появления государств в определенный период. Кроме того, сами по себе, функции семьи и государства различны.
  Психологическая теория (Цицерон, Г. Тард, Л. Петражицкий).
  В ней возникновение государства рассматривается как стремление людей найти лидера и подчиниться его воле. Однако подобное стремление есть лишь один признак психики, проявляющийся не всегда и не везде, и его квалификация в качестве причины возникновения столь сложной и многозначной структуры как государства, является грубой натяжкой, не учитывающей другие условия, необходимые для возникновения государства.
  Расовая теория (Ж. Гобино).
  В ней за причину возникновения государства принимается необходимость удержания господства высшей расы над низшей, и механизмом этого господства признается жесткая структура государства.
  Это представляется неверным по основанию, поскольку люди, как сознательные существа, равны, но могут находиться на разных стадиях развития, определяемых достигнутым ими уровнем сознания, но не принадлежностью к той или иной расе, в связи с чем высших и низших рас быть не может. Причем почти все первоначально образовавшиеся государства состояли из соплеменников, а не представителей различных рас. Представление же государства как орудия насилия составляет один из его атрибутов, но никак не причину его возникновения.
  Органическая теория (Г. Спенсер, Р. Вормс).
  В ней проводится аналогия между государством и живым организмом, что отчасти, верно, поскольку государство, как любой организм или даже система, появляется, развивается и распадается, но к причинам возникновения государства эта аналогия отношения не имеет.
  В ирригационной теории (К. Вильтфогель) за причину возникновения государства принимается необходимость возведения и обслуживания сложных ирригационных сооружений для орошения земель, что требует идеального порядка, четкого управления и беспрекословного подчинения населения.
  Этот фактор действительно имел место в отдельные периоды истории и играл существенную роль, но при отсутствии засушливых земель этот фактор ничего не значит, а там государства рано или поздно также возникают. Поэтому его можно отнести к частным факторам, но не глубинным причинам возникновения любых государств на различных по условиям территориях. Кроме того, автор теории не принял во внимание наличие не менее строгой организации и регламентации жизни ряда первобытных племен, например, в суровых условиях заполярья, от чего зависело выживание племени, но государство при этом не появлялось.
  Комплексная теория происхождения государства (Х. Й. Классен).
  Эта теория выдвигает целый ряд факторов, связанных с появлением и последующем развитием раннего государства: рост населения, война, завоевание, идеология, производство избыточного продукта, влияние уже существующих государств, ирригация, торговля, природная среда. Автор теории считает, что выделить из этих факторов перводвигатель невозможно, поскольку последовательность факторов варьировала в каждом отдельном случае, а сила факторов тоже оказывалась различной. Далее автор проводит некоторое обобщение и обозначает четыре фактора, направляющих процесс социально-политической эволюции: идеологию, экономику, социальный формат, возникающие социально-политические структуры.
  Все эти факторы, кроме природной среды, являются производными, что, собственно, признает и сам автор. А сама же природная среда может быть лишь условием для возникновения государства, но не причиной. Поэтому его комплексная теория происхождения государства не выявляет истинные причины возникновения государства.
  Кризисная теория (А. Б. Венгеров).
  Кризисная теория полагает, что после тысячелетий существования человека в условиях присваивающего хозяйствования (собирательство, охота) произошло неблагоприятное изменение климата, лишившего человека многих источников питания. Это вынудило людей перейти к воспроизводящей экономике, в частности, к земледелию, скотоводству. Подобный переход обеспечил человечеству прирост, необходимый для возникновения и расцвета цивилизации.
  Эта теория, так же как и большинство остальных, рассматривает в качестве основной причины образования цивилизации, а затем государств лишь один из природных факторов, в данном случае фактор изменения окружающей среды. Однако этот фактор смог воздействовать только на обладающих самосознанием людей. Остальные живые существа, не обладающие самосознанием, при изменении окружающей среды могут только модифицироваться, но не оказываются способными к осознанным действиям. Значит, все же основным фактором возникновения цивилизации оказывается наличие самосознания, способного проявляться так или иначе при возникновении тех или иных природно-климатических условий только в том случае, если для этого проявления (возникновение цивилизации и государств) был накоплен определенный багаж знаний, умений, коллективных действий и т.п.
  Дуалистическая теория (В. С. Афанасьев, А. Я. Малыгин), подобно кризисной теории, в качестве причины возникновения государства полагала неолитическую революцию. Однако результатом этой революции считала два пути возникновения государства: азиатский, или восточный и европейский, или западный. Государства восточного пути формируются на основе органов управления, характерного для первобытного общества. Считается, что с течением времени люди, управляющие сложными хозяйственными работами, материальными фондами, культами и т.д. превратились в привилегированную касту чиновников, ставшую основой государства. Для западного пути основным образующим государство фактором считается размежевание сообществ на классы, определяющиеся отношением к собственности на землю, скот, средства производства и т.д.
  В этой теории возникновения государства за причины принимаются следствия, поскольку усложнение общества возможно только для осознанно действующих индивидов, в результате действий которых произошла неолитическая революция, в то время как, например, для стаи обезьян существование идет своим чередом, практически не претерпевая изменений, несмотря ни на какие катаклизмы, кроме гибельных.
  Теория специализации (Т. И. Кашанина) так же в образовании государства основывается на неолитической революции. Однако она делает акцент на специализацию в управленческой сфере. Автор считает, что специализация присуща, как закон развития, как биологической, так и общественной сфере. Экономическая специализация (разделение труда) привела к политической специализации, которая и явилась причиной возникновения государства.
  Теория специализации, по существу, так же ориентируется на усложнение системы отношений между людьми, которое в столь сложных формах опять же возможно только для осознанно действующих субъектов в рамках сообществ. Например, специализированные действия муравьев или пчел отнюдь не приводят их к дальнейшему развитию с достижением сознательных действий, производясь, тем не менее, в течение миллионов лет.
  Диффузная теория возникновения государства (Гребнер) считает, что государство возникает ка результат передачи опыта правления от одних народов к другим.
  Эта теория рассматривает снова только вторичный фактор, не выявляя истинные причины возникновения государства, тем более что в стаях животных тоже существует управление и его опыт также передается от одних к другим.
  Патримониальная теория возникновения государства (Галлер) считает, что в основе возникновения государства лежит закрепление права собственности на землю. Собственник земли, обладая на нее правом, стремится его сохранить. Для этого требуется специальный механизм защиты - государство. Опосредованно у собственника возникает власть над людьми, проживающими на его земле. Он решает споры между ними и т.д. Эта власть подкрепляется соответствующим аппаратом принуждения.
  Данная теория за причину возникновения государства принимает даже не вторичные, а третичные признаки, поскольку она не объясняет, откуда взялась собственность вообще и, в частности, - на землю.
  Как мы указывали выше, эти теории не в состоянии выявить первопричину появления государств именно потому, что все они не учитывают двойственную природу человека, его особое положение в системе жизни на Земле. Поэтому все они, за исключением теологической теории и теории общественного договора исходят из действий человека как природного существа, которое в виде сообществ людей проявляется и развивается естественным путем, образуя соответствующие формы, такие, например, как государство, чему могут способствовать определенные события и природные явления.
  Все эти концепции возникновения государства сознательно или неосознанно игнорируют главное свойство человека - наличие у него самосознания, что коренным образом меняет отношения между индивидами. Сообщества существ, действующих в значительной степени осознанно - противоположны сообществам (стаям, стадам) животных, чья деятельность основывается на инстинктах и рефлексах, поскольку в деятельности существ, обладающих зачатками самосознания, постепенно проявляются, а затем и начинают доминировать осознанные, проектируемые действия.
  Сначала образуется простейшее первобытное общество равных в деяниях и управлении индивидов, затем те или иные изменения в окружающем мире вынуждают работающее самосознание менять способ жизни, который через какое-то время начинает усложняться. Причем все это проявляется столь незаметно, что даже сейчас специалисты-историки, как правило, утверждают: поток событий протекает спонтанно, человек не может осознать его и повлиять на него, история есть процесс объективный, личность может только слегка модифицировать его.
  Тут снова производится перестановка или смешивание понятий естественного хода развития, сознания и осознанной деятельности.
  Конечно, все идет своим чередом, и осознанные действия отдельного человека или даже групп людей на фоне окружающего мира, складываясь вместе, составляют естественный и объективный ход событий.
  Однако это - всего лишь "верхушка айсберга". На самом деле, "естественный и необходимый" ход жизни разумных сообществ всегда протекает в соответствии с известным сценарием, который, разнясь в деталях, повторяется раз за разом. Этот сценарий состоит в помещении групп существ, обладающих самосознанием самого низкого уровня, в пригодную для выживания и деятельности среду, но среду противоречивую, во многом враждебную, чье сопротивление все время надо преодолевать.
  Увы, без этого процесса преодоления среды и самого себя никакого развития самосознания индивид получить не может.
  Иначе говоря, разумные сообщества, пригодная среда, и, как пик развития, сравнительно кратковременная технологическая цивилизация, сомнительные во многом ценности которой только унижают развитое самосознание, все это служит только одному - развитию сознания человека в его самосознании.
  Так что опосредованно естественный ход событий этого мира определяется законами развития сознания в живых существах, пиком которого является человек с его двойственной структурой сознания, которая способствует многократному ускорению развития человеческих сообществ, и, значит, самосознания человека, которое является высшей формой сознания. Именно этот фактор указывает на то, что никакие инопланетные цивилизации не могут быть на своем пике иными по структуре сознания, несмотря на какой угодно уровень технологического развития, который всегда опережает развитие самосознания, вследствие чего производящиеся технологиями и наукой информационные потоки захлестывают сознание человека.
  Неспособность охватить им эти потоки, несмотря на любые подручные средства, вроде искусственного интеллекта, так как решения принимаются человеком, а не чем-то иным, приводит к разрушению технологической цивилизации. В свою очередь, данный процесс показывает невозможность бесконечного развития человеческих сообществ в рамках любой цивилизации, то есть их временность, независимо от того, на какой планете и в каких условиях происходит процесс развития живых существ.
  Поэтому только потом, после возникновения симбиотического существа, обладающего частично животного сознанием и частично самосознанием, начинают действовать различные факторы, которые отмечены авторами теорий возникновения государства, что, в конечном итоге, приводит к преобразованию сообществ людей из равновесных, присваивающих коллективов в более сложные образования в виде государств.
  Однако на пике цивилизационного развития уровень самосознания населения, оставаясь низким, все же повышается настолько, чтобы осознать собственные пороки, сопоставить их действие с несправедливостью устройства общества и попытаться изыскать возможность в условиях надвигающегося хаоса и краха не только государств, но и всей цивилизации, отодвинуть, хотя бы временно, в сторону свои эгоистичные интересы и начать самоорганизовываться, чтобы сохранить основы культуры и технологий для поддержания функционирования общества в максимально упрощенном, но все же упорядоченном виде.
  Таким образом, распад цивилизации предоставляет обществу выбор: впадение в дикость или преобразование общественного устройства в упрощенную самоуправляющуюся доменную структуру, связанную горизонтальными и вертикальными коммуникациями, при которых отпадает надобность в государственном аппарате.
  Подробнее о самоуправляющихся ячейках равновесной экологической цивилизации изложено в работе "Когда и почему появляется равновесная экологическая цивилизация?", опубликованной 28.08.2022 (журнал "Топос". РФ. Низовцев Ю. М.).
  Часть 11. Революция как следствие подъема самосознания на высокий уровень
  Хотелось бы определить, почему, несмотря на наличие известных причин социальных революций, в азиатских странах при народных возмущениях до последнего времени не происходило скачкообразных изменений основ социального строя, в отличие, например, от возмущений, возникавших в период перехода от феодализма к капитализму в Европе? почему в одних странах этот переход ограничивался реформированием социальных устоев, а в других он не обходился без сильнейших потрясений основ? почему за революцией довольно быстро следует наступление реакции?
  До сих пор научный мир не в состоянии выяснить причины столь быстрого развития человеческих сообществ по сравнению с чисто природными процессами. Эволюция человеческих сообществ, опять же, по непонятным причинам переходила для одних сообществ в стадию стагнации, как это случилось с большинством стран Азии и Африки, или завершалась крахом с полным исчезновением государств, как это произошло с могучей Ассирией или Вавилоном, или шла прерывно - через застои и переломы, но без полного исчезновения, как это протекало в Китае до 20-го века.
  Кроме того, не появилось обоснованного объяснения факта смены одной формации другой то через революцию, как это, например, произошло во Франции в конце 18-го века, то без нее, как это протекало в Европе при смене рабовладельческого строя феодальным.
  Так же вряд ли можно признать Октябрьскую смену власти в России начала 20-го века в противовес буржуазной революции февраля того же года прогрессивной, что всегда отличает революцию, как известно, которая характерна прогрессивным скачкообразным переходом количественных изменений в качественные, тогда как в результате Октябрьской смены власти появилось военизированное полуфеодальное государство с имперскими амбициями и полунищим населением, закрепощенным во многих отношениях.
  Так называемую, революцию Мэйдзи в Японии так же нельзя назвать таковой вследствие отсутствия известных причин любой революции, а также наличия не скачкообразных изменений, а постепенных реформ в стране в течение почти полувека.
  Таким образом, сам термин "революция", подразумевающий скачкообразный переход количественных изменений в качественные, не выявляет изначальную причину этого внезапного "перерыва постепенности", поскольку проблемы в экономической сфере, отчуждение и сопротивление элит, народное недовольство, появление новых форм идеологии, благоприятная международная обстановка являются лишь внешним проявлением неких внутренних сущностей, при отсутствии которых переломные исторические события с течением времени производят всё тот же общественный строй, как это происходило в Китае две тысячи лет назад, в отличие от той же Франции конца 18-го века.
  Поэтому возникает необходимость определить эти внутренние сущности, которые, по-видимому, не могут быть вне коллективистского сознания тех или иных сообществ.
  Как известно, все живые существа отличаются от прочих объектов бытия присутствием в них сознания, которое, собственно, и делает их живыми. Это означает, что они, в отличие от неживых объектов, приобретают новые свойства, которые позволяют им копировать себя через размножение благодаря имеющемуся в них генетическому коду; смыкаться с окружающей средой посредством метаболизма; следуя мутациям, распределяться по различным типам живых организмов, и вместе с тем с большим или меньшим успехом видоизменяться в соответствии с переменами в окружающей среде, в частности, усложняться и т.д.
  Однако эти существа в виде флоры и фауны не имеют субъектности, проявляясь в окружающей среде лишь в виде не сознающих самих себя динамических составляющих среды, которые, хотя и действуют, придавая развитие этой среде, но действуют инстинктивно-рефлекторно., то есть их сознание ограничено потреблением ощущений, и оно не выходит за рамки окружающей среды, а само развитие оказывается очень медленным в сравнении с сознательными действиями. Поэтому такой изначальный тип сознания может квалифицироваться как низшее сознание, единственно присущее всем живым существам, кроме человека, обладающего неким дополнением к нему.
  Ограничение в единственности низшего сознания у любого представителя флоры или фауны снимается в человеке, чьё сознание приобретает существенное дополнение в виде осознания самого себя как некоего объекта, способного выходить за пределы среды и способного к креативным действиям. Тем самым человек получает возможность стать субъектом действия: он понимает смысл своих действий, составляя проекты и корректируя их на ходу, то есть, оставаясь частью среды, он вместе с тем поднимается над ней, становясь отчасти ее хозяином и даже творцом как в различных рукотворных сооружениях, механизмах, процессах, так и творениях духа, что отражается в различных направлениях искусства и культуры.
  Подобные действия меняют существенно и с ускорением не только окружающую среду, но и содержание человека, повышая его образовательный и культурный уровень, то есть позволяя ему постепенно становиться в своем осознании себя всё выше. Поэтому такой дополнительный к низшему сознанию тип сознания может квалифицироваться как высшее сознание живых существ, или самосознание, которое присуще только людям.
  Таким образом, в человеческих существах имеется две составляющих сознания - низшее, именуемое часто бессознательным, или подсознанием, и высшее сознание, или самосознание. уровень которого может существенно отличаться в зависимости от степени развития человека или его сообществ.
  Обе эти составляющие существуют и действуют в теле и через тело в неразрывной связи, причем высшее сознание существовать без низшего неспособно, так как последнее отвечает за сохранение живого существа в среде, без чего невозможно обойтись, а первое - прежде всего за осознанно-проектную деятельность существа как индивидуально, так и в человеческих сообществах, находящихся в определенной среде, и без него остальные природные существа вполне обходятся.
  Именно эти глубинные сущности в виде низшего сознания и высшего сознания, скрытые и переплетенные в каждом человеческом сознании, а, следовательно, и в общественном сознании, со всем их антагонизмом из-за необходимости решения ими различных задач, чаще всего противоречащих друг другу, реально определяют развитие человеческих сообществ на любом этапе.
  Высшее сознание в ходе своего роста всё эффективнее начинает противопоставлять себя низшему сознанию - борьба между ними и отличает человека от животных, проявляясь на ранних стадиях развития еле заметно, а потом всё сильнее и сильнее.
  Иначе говоря, рост самосознания, или повышение уровня высшего сознания в борьбе с низшим сознанием постепенно, но с ускорением расширяет человеческую сферу деятельности, обеспечивая развитие как отдельных персон в их поколениях, так и развитие их сообществ.
  Следовательно, интенсивное развитие сообществ живых существ, - до этого бывшее едва заметным, и основной вклад в которое вносили мутации (случайные изменения в геноме), - начинается только с появлением в них самосознания, и соответственно - его взаимодействием с низшим (животным) сознанием, которое никуда не исчезает из этих живых существ. Данное взаимодействие выражается практически в непрестанной борьбе этих слитых вместе ипостасей сознания, поскольку они большей частью имеют противоположные устремления, о чем было подробно сказано выше, то есть их взаимодействие преимущественно выражается во враждебности (антагонизме).
  Таким образом, в живой природе, характерной единственностью низшего сознания на уровне лишь ощущений, господствует случайность в форме мутаций генома организмов и использования метода проб и ошибок,
  Благоприятные изменения генома ведут к закреплению сообщества данных организмов в своей нише существования, неблагоприятные - к деградации и последующему исчезновению сообщества данных организмов, так же как и фатальные ошибки в выборе способов существования.
  Всё это делает развитие всех природных сообществ крайне медленным, в отличие от человеческих сообществ, которые получают благодаря наличию самосознания возможность осуществлять свою деятельность уже не на основе одной лишь случайности, а также вполне целенаправленно и даже креативно.
  Внешне низшее сознание проявляется в каждом человеке в форме его индивидуальности, которая, впрочем, характерна для любого живого существа, тогда как высшее сознание проявляется в каждом человеке в виде его личности.
  Индивидуальность человека проявляется в определенном уровне любопытства, настойчивости, доминантности, сообразительности, способности к кооперации в действиях, который зависит от генетических и физиологических особенностей человека, а также от его социального опыта и навыков. Кроме того, каждой индивидуальности более-менее развитых существ присуща определенная чувствительность, впечатлительность, общительность и решительность.
  Для личности, в свою очередь, характерно осознанное трудолюбие или леность, самоуверенность или самокритичность, вежливость или грубость, ответственность или недобросовестность, убежденность или беспринципность. Эти свойства личности большей частью производятся его умом, который, уже являясь свойством личности человека, имеет существенные отличия от сообразительности животных по своей направленности не только на питание, размножение и доминантность.
  Однако главной характеристикой личности является альтруизм, противоположный неизменному эгоизму животного сознания. Основными чертами альтруизма личности являются в той или иной мере наполненности доброта, дружелюбие, сопереживание, сочувствие, милосердие, жертвенность, то есть бескорыстная забота о других.
  Поэтому можно констатировать, что в каждом человеческом сознании индивидуальность, отражающая, в основном, эгоцентризм животного сознания соседствует с альтруизмом, лежащем в основе личности каждого человека. И обе эти стороны сознания человека большей частью из-за различия решаемых задач всячески сражаются друг с другом, объединяясь только в критические моменты существования ради выживания. И место каждого человека в социуме определяется, как правило, преобладанием тех или иных свойств индивидуальности и личности, а также их уровнем, который был достигнут соответствующим человеком.
  В качестве примера можно привести проявление антагонизма низшего и высшего сознания который проявляется на самом деле отнюдь не в классовой борьбе угнетенных масс со своими угнетателями, которая не интенсифицирует процесс развития сообществ - и в тех и других преобладает низшее сознание, стимулируя тем самым преимущественно борьбу за выживание и комфорт, но не за развитие сообщества, - а этот антагонизма проявляется в противостоянии неформальной интеллектуальной оппозиции и властной элиты, которые, в сущности, представляют противоборство высшего и низшего сознания.
  Для представителей власти доминантой неизбежно является низшее сознание, то есть в их сознании ощущается явный недостаток осознания себя как самоценных личностей, а не как потребителей. Власть и мало чем ограниченный доступ к привилегиям и собственности принижает их настолько, что они видят в народных массах лишь источник благ для себя и поле для проявления собственных низменных инстинктов. Однако, опасаясь гнева народа и противодействия неформальной оппозиции, они вынуждены оказывать сопротивление анархии, удерживая, в частности, с помощью реформ тот порядок, который обеспечивает функционирование и развитие общества, но, естественно, не из благородных побуждений, а всего лишь из чувства самосохранения.
  Слабое развитие самосознания и столь же слабое проявление низшего сознания (низкая степень проявления неудовлетворенности сознания в обоих случаях), которые находятся в уравновешенном состоянии, характеризуют основную группу любых сообществ - обывателей. Все члены этой группы ориентируются в основном на собственный рассудок и опыт: занятые собой и собственным благополучием, они не стремятся ни к "высоким", ни к "низким" целям, ограничиваясь желанием беспроблемной и сытой жизни, в которой неприятности желательно видеть только на экране монитора. Обыватели не испытывают стремления к новому за счет собственных усилий, добиваясь более комфортного состояния в жизни с позиции простого приобретения и потребления ее благ.
  Однако среди обывателей, составляющих подавляющее большинство народонаселения всегда находятся субъекты с несколько более высоким уровнем некоторых особенностей индивидуальности, являющейся, в основном, продуктом животного сознания, которые в данном случае способны вызвать у них стремление не только к сытой, спокойной и благополучной жизни, но и к - доминированию среди себе подобных.
  Ориентируя себя в основном на такие свойства индивидуальности, как достаточную долю сообразительности; коммуникабельность вплоть до угодничества; склонность к обману в форме искажения информации и ловкости в ее преподнесения; нажитые профессиональные навыки; и на такие свойства личности, как достаточно сильную волю; уверенность в себе; беспринципность, выражающуюся в хитрости и коварстве; а также значительную долю безответственности, выражающуюся в кажущимися выгодными для себя, но явно вредными для населения экспериментах, эти субъекты получают преимущество перед остальными - более инертными членами сообщества в виде обывателей, высокоморальных интеллектуалов разного рода и прочих вялых или озабоченных другими делами представителей народонаселения, не способных ловко оттеснить или оболгать соперника, а также с толком насладиться унижением нижестоящих, и вместе с тем терпеть издевки вышестоящих.
  Личность их существенно обужена, так как альтруизм, то есть доброта, дружелюбие, сопереживание, сочувствие, милосердие, выражающие в бескорыстной заботе о других, им практически не свойственны.
  Недостаток ума они компенсируют привлечением многочисленных советников, но, поскольку решения в итоге приходится принимать им, постольку они, как истинные творцы собственного счастья, сначала рассматривают их с позиции личного (корпоративного), а не народного блага с креном в сторону удержания власти, обретения большей степени собственного доминирования и приобретения всевозможных благ, засоряя к тому же руководство различных управляющих и хозяйственных структур своим большей частью бездарным потомством.
  Поэтому надежды наивных масс на исправление этих моральных уродов, хитрых и лицемерных проходимцев, представляющих властные элиты различных государств, конкурирующих между собой, не имеют никакого основания, независимо от строя государства и степени его развитости - от деспотии до парламентской демократии.
  Неформалы-интеллектуалы, преследуя в основном цели, противоположные целям представителей властной элиты, вынуждены апеллировать к народу, доказывая свою правоту и антинародность элиты-угнетателя, которая в свою очередь должна оправдываться и клеймить позором гнилых фантазеров-неформалов, умеющих только говорить, а не управлять и властвовать.
  Под неформалами-интеллектуалами следует понимать неравнодушных людей умственного труда, интеллектуалов разного рода, а также сравнительно немногочисленных представителей остального населения, сумевших так или иначе подняться в своем самосознании до того уровня, который диктует им отвращение к аморальному и корыстному поведению властной элиты.
  Эти люди питают надежду на переустройства общества в сторону гармонии, то есть равенства, братства и вместе с тем свободы, не понимая, что свобода всегда противостоит равенству, справедливости, разрушая любую стабильность. Но эта надежда на гармоничное мироустройство не может исчезнуть в их благостном сознании никогда: они, как истинные гуманисты, не способны поверить, что ужасы нашего мира не могут перейти в благоденствие каждого человека и всего человечества в конце концов.
  Неформально оппозиционная часть интеллектуалов, к которым можно отнести разнообразных образованных выходцев из народа в том или ином поколении, - активных, честных, искренне желающих блага народу, то есть с доминантой высшего сознания, выражающейся в высокой степени альтруизма их личностей, никогда не примыкали и не примкнут к лицемерной и корыстолюбивой управляющей элите государства, тем более что именно им свойственно чувство собственного достоинства, не позволяющее угождать вышестоящим.
  Другими словами, совершать подлые поступки им не позволяет уже достигнутый уровень высшего сознания, выражающийся в альтруизме их личности, ставящий материальные блага на последнее место в ряду ценностей жизни. Поэтому они всегда будут разоблачать нечистоплотных, лицемерных и вороватых власть имущих, бороться за права и гражданские свободы трудящихся, как можно более широко привлекая их к этой борьбе.
  Таким образом, неформалам-интеллектуалам свойственны такие особенности индивидуальности, как высокая степень чувствительности, впечатлительности, стремление к общительности с массами, любопытство, но они не слишком часто бывают решительными и сообразительными.
  Личность их так же в значительной степени противоположна личности власть имущих. Они убеждены в своей правоте в борьбе за народное благо, но не всегда критичны по отношению к своим идеям, большей частью утопичным. Ими правит альтруизм. Поэтому более всего они пекутся о благе народа, которого, правда, толком не понимают, поскольку объединяют это разобщенное и противоречивое сообщество в единое целое, представляя это целое угнетенными, которые должны победить угнетателей и успокоиться на этом в благости земного рая, наконец-то достигнутого.
  Противостояние неформалов-интеллектуалов властной элите не дает обществу застыть, являясь отражением противостояния соответственно высшего и низшего типов сознания в каждом человеке.
  Борьба между этими слоями общества при большей частью пассивном поведении остального населения происходит непрерывно с доминированием более энергичной управляющей элиты, провоцирующей ненависть к себе со стороны всех остальных, и тем самым образуя тот антагонизм, который не дает обществу остановиться в развитии.
  В результате подобного противостояния властной элиты и неформальной оппозиции ей, безликая народная масса - большей частью обыватели - внешне обретает развитие в борьбе своих представителей во власти и в неформальной интеллектуальной оппозиции к власти. Неформалы-интеллектуалы, преследуя в основном цели, противоположные целям представителей властной элиты, вынуждены апеллировать к народу, доказывая свою правоту и антинародность элиты-угнетателя, которая в свою очередь должна оправдываться и клеймить позором гнилых фантазеров-неформалов, умеющих только говорить, а не управлять и властвовать.
  Тем самым народ волей-неволей вовлекается их энергией в поступательное движение, которое может быть и эволюционным при согласии элиты с оппозицией на те или иные компромиссы в интересах трудящихся масс, но может скачкообразно переходить в иное русло (революция) если подобное согласие отсутствует, что в народном сознании отражается как несправедливость, трансформирующаяся в более или менее удачную попытку удаления правящей элиты от власти при наступлении подходящих условий под руководством деятелей неформальной интеллектуальной оппозиции.
  Перекос в этом противостоянии ведет либо к застою в развитии сообщества, либо - к дезорганизации системы управления и наступлению хаоса с непредсказуемыми последствиями.
  Иначе говоря, общественное развитие, движущей силой которого является противоборство эгоцентричного в своей основе низшего сознания и высшего сознания с его альтруистической склонностью к гармонизации общества, проявляется в зависимости от уровня коллективной альтруистической составляющей высшего сознания в сообществе в следующих фазах: плавный (эволюционный) ход технологического и культурного развития соответствующего сообщества, который может прерываться застоем, сменяющимся либо распадом сообщества с присоединением его к другим сообществам, либо переломом застоя, ведущим к коренному изменению отношений в данном сообществе.
  Поскольку эгоцентричное низшее сознание доминирует в правящей элите, а высшее сознание в его альтруистичном выражении доминирует в интеллектуальной неформальной оппозиции власти с соответствующим воздействием тех и других на народные массы, постольку именно в этих общественных слоях внешне проявляется взаимодействие низшего и высшего сознания в их коллективной форме.
  Общественное развитие в целом не теряет своего плавного хода при согласии правящей элиты с интеллектуальной оппозицией ей на те или иные компромиссы в интересах трудящихся масс, в частности, путем проведения своевременных реформ.
  Характерным примером более-менее плавного общественного и культурного развития сообщества в течение многих веков является Римская империя, в которой значительное влияние на власть оказывали философы, в частности, наиболее значительным по своему влиянию был Луций Анней Сенека Младший (Lucius Annaeus Seneca minor).
  Определенный баланс между патрициями и философами сказывался довольно позитивно на положении плебса, в который со временем могли входить в качестве полноправных граждан частично и народы завоеванных Римом территорий, исключая, конечно, попавших в рабство, хотя с течением времени многие из них становились вольноотпущенниками.
  Во всяком случае, при всех изменениях в правящей элите Римской империи, свободные граждане этой империи за всё время ее существования не выразили желания изменить строй, который этих граждан вполне устраивал. Напротив, эти граждане активно участвовали в завоевательных войнах и подавлении восстаний рабов.
  Сравнительно недавние события в Ливии и Сомали отчетливо показали возможность дезорганизации системы управления этими государствами, которые перестали существовать в результате непримиримой схватки элит этнических групп, привлекших различными посулами значительную часть населения на свою сторону и воспользовавшиеся иностранной помощью, чему фактически не могла препятствовать отсутствовавшая в них неформальная интеллектуальная оппозиция - истинный носитель культуры и альтруизма, вследствие чего отсутствовала сила, которая могла бы противодействовать распаду государств.
  Причиной наступления подобного хаоса, как это было отмечено выше, является крайне низкий уровень самосознания как элит, так и населения, вызванный значительным отставанием культуры и следованию населения многим архаичным традициям, далеким от альтруизма. Поэтому нет ничего удивительного в ожесточенной, животной борьбе за власть, дающей все желанные материальные блага ее носителям, - а о прочих они и не ведают, - гордо попирающих собственные народы, перед которой всё остальное никнет.
  Характерным примером застоя в общественном развитии является такое крупное государство, как Пакистан. В нем ничего культурно и технологически интересного не происходит, кроме периодических государственных переворотов, на которые довольно равнодушно взирает его в основном мусульманское население, тогда как довольно слабые оппозиционные силы не способны заставить властные элиты, интересующиеся только собой, интенсифицировать культурное развитие общества.
  Причиной подобного застоя является неспособность властолюбивых правителей с крайне низким уровнем альтруистического самосознания обратить внимание на едва слышные требования неформальной оппозиции больше внимания уделять образованию населения с тем, чтобы оно наконец отошло от пассивной жизни и начало проявлять креативность в науке, технике и культуре, подобно населению развитых стран мира.
  Перелом событий в сторону удаления от застоя или хаоса проявляется в форме прогрессивных реформ или революции, отражающих иную - более соответствующую реалиям жизни - форму развития общества, а руководящей силой революции, как правило, является неформальная оппозиция власть предержащим.
  Поэтому революция есть наиболее яркое проявление противостояния низшего сознания, доминирующего во властной элите, и высшего сознания с преобладанием альтруизма, доминирующего среди неформальной оппозиции властям.
  Внешне это противостояние проявляется вызывающе на фоне возникновения проблем в экономической сфере, провоцирующем народное недовольство, отчуждения и сопротивления элит, появления новых форм идеологии.
  Безусловно, революционные события могут происходить лишь при достаточно высоком уровне самосознания, которое имеется не только в рядах неформальной оппозиции властной элите, но и который охватывает значительную часть общества, следствием чего становится возможным понимание эти обществом необходимости устранения несправедливого распределения имеющихся благ и диспропорций в обществе и экономике, с чем не может не согласиться и вся масса населения, причем эту необходимость объясняют новые формы идеологии, роняющие тем самым авторитет власти, не способной к проведению назревших реформ.
  В сущности, революция отличается от переворота превосходством новых идей неформальной оппозиции над идеологией властной элитой с признанием этих идей массами. Благодаря этому высшее сознание неформальной оппозиции властной элите в ее альтруистическом выражении наконец находит согласие с крайней степенью неудовлетворенности низшего сознания масс, возмущенных невозможностью нормально существовать в создавшейся ситуации, и возложивших свои надежды на новые лозунги оппозиции.
  В свою очередь, высокий уровень самосознания появляется не сам по себе, а является продуктом достаточно высокой степени культурного и технологического развития общества, в ходе которого происходит взаимовлияние обоих факторов друг на друга.
  Поэтому революционные события отсутствовали, например, при трансформации рабовладельческого строя в феодальный, которой соответствовал длительный процесс осознания активной частью населения бесперспективности рабского труда вводящим общество в застой как для самих рабов, так и для развития технологий, Стало быть, для того чтобы труд приносил больший доход, его надо было в определенной степени освободить, то есть заинтересовать работников в результатах труда, что и произошло с течением времени постепенно.
  В качестве доказательства достоверности приведенных нами соображений о решающей роли указанных скрытых коренных причин любой социальной революции, второстепенную роль известных внешних причин можно показать на тех примерах, когда присутствие известных причин, не приводит к скачкообразному радикальному изменению общественного строя, то есть революции, а именно: в виде нескольких исторических событий-переломов в общественном движении древнего Китая. Эти события можно было бы считать революциями в соответствии с причинами, которые современные исследователи выдвинули в качестве истинных, но которые, как это будет показано ниже, оными не являются.
  Далее рассмотрим пример проведения коренных реформ в Японии, то есть без революционных событий, хотя эти события считаются революцией Мэйдзи, а также примеры контрреволюции в России и Франции, до сих пор причисляющиеся к революционным событиям, отметив при этом проявление скрытых коренных причин буржуазной революции в России и Франции совместно с внешними общеизвестными причинами революции, которая в этих странах была разнесена реакцией на многие десятки лет.
  В III веке до нашей эры император Цинь Ши хуанди провел ряд успешных войн, в частности, с гуннами, начал постройку Великой Китайской стены, оттеснив за нее гуннов, отстранил от власти старую знать, а во главе провинций поставил собственных чиновников.
  Однако, постепенно растущие расходы на армию, бюрократически аппарат разорили землевладельцев.
  Жестокость проводимых мероприятий вызывала недовольство разоряемых общинников, а также знати, отстраненной от управления страной. К этому добавилось недовольство казарменной дисциплиной, жестокими наказаниями провинившихся, казнями конфуцианцев, выступавших против создавшегося гнета.
  Сразу же после смерти Цинь Ши хуанди (конец III века до нашей эры) началось массовое восстание землевладельцев., к которому примкнули и рабы.
  Наиболее удачливый из вождей восстания - деревенский староста Лю Бан - в 207 году до н. э сверг последнего представителя династии Цинь, и на следующий год провозгласил себя императором, основав новую династию Хань (Старшая династия Хань).
  При этой династии широко развернулась удачные захватнические действия. Однако захватническая политика требовала огромных средств. Налоги стали взыматься даже с детей и стариков, цены росли. Население к концу I века до н. э. всё больше убеждалось в неспособности бюрократии изменить ситуацию к лучшему.
  Всеобщее недовольство вызвало восстание сразу в нескольких провинциях. Восставшие выкрасили брови в красный цвет в качестве отличительного знака (восстание "Красных бровей"). Они захватили столицу, убили императора-узурпатора, отстранившего от власти наследников династии Хань, и в 25 н. э. к власти пришли снова представители династии Хань (Младшая династия Хань).
  Оба эти случая переломных событий в Китае вполне можно было бы считать революциями, так как они соответствовали причинам, которые современные исследователи выдвинули в качестве истинных для возникновения революций.
  Действительно, невозможно отрицать обострение проблем в экономической сфере, отчуждение и сопротивление элит, народное недовольство. Внешние воздействия в пользу одной или другой противодействующих сторон также отсутствовали. Широко распространилось конфуцианство, не поощряющего открытое насилие и жестокое обирание населения правителями, которое можно считать идеологическим влиянием на население, противодействующим официальной идеологии правящей династии. Невозможно так же отрицать падение авторитета власти в обеих приведенных случаях.
  Тем не менее, последствия этих, казалось бы, переломных событий в форме победы восставшего народа, не принесли никакого коренного преобразования общественных отношений - управленческая и общественная структуры никак не изменились, появлялся лишь новый император, основывающий собственную династию, и обновлялся чиновничий аппарат.
  Однако отсутствие перехода от одного качественного состояния к другому в социальной сфере находит вполне достоверное объяснение путем рассмотрения проблемы переломных событий в истории развития общества с позиции определения состояния коллективистских низшей и высшей форм сознания, о чем упомянуто выше.
  В данном случае, накопившая неудовлетворенность низшего сознания всех слоев трудящихся ситуацией, которые оказались в безвыходном положении физически уничтожаемых вследствие жестоких действий правящей бюрократии, и крайне низкий уровень самосознания властных элит, которым вследствие этого не был доступен взгляд на более демократичную организацию общества, могли привести лишь к смене правящего режима, но не к коренной реорганизации общественной жизни, о которой никто не имел представления.
  Действительно, революции или конструктивные реформы возможны только на том уровне общественного развития, когда массы народа приобщены к высотам культуры, а всегда примитивной властной элите в ее замыкании на собственные привилегии должна заметно противодействовать неформальная оппозиция с высоким уровнем альтруизма в собственном самосознании и широкими взглядами на демократизации общества. Только при этих условиях возможно возникновение революционной ситуации, тогда как в древнем Китае эти условия отсутствовали: народные массы были повально неграмотны, а неформальная оппозиции правящей верхушке если и была, то в скрытом виде более-менее прогрессивного чиновничества, как правило, опасающегося проявлять себя в открытой борьбе с императорской властью.
  В свою очередь, пример Японии показывает, что говорить о произошедших во второй половине 19-го века коренных изменения в системе управления и экономике как о революции в этой феодальной стране со средневековым укладом жизни, политикой изоляции от остального мира не имеет смысла даже по формальным причинам: раздирающие страну противоречия до середины 19-го века отсутствовали, проблем в экономической сфере не отмечалось, народное недовольство было на обычном уровне, новые формы идеологии не появились, а вот международная обстановка оказалась весьма неблагоприятной из-за фактического вторжения в некоторые береговые области Японии иностранных держав - под давлением эскадры военно-морского флота США в 1854 году Япония была вынуждена заключить неравноправный торговый договор, в 1863 году бомбардировке британским флотом подвергся один из южных японских городов, а в дальнейшем еще один город Японии был обстрелян объединенным флотом Великобритании, США, Нидерландов и Франции.
  Из этого видно, что изоляционистская политика Японского руководства потерпела крах, и Япония была вынуждена перестраивать свою политику и экономику, чтобы не стать колонией Запада.
  Именно эта внешняя причина постороннего воздействия на Японию привела к отказу от политики изоляционизма, и последующей перестройке управления страной, эффективным реформам в экономике и политике в течение почти полувека, то есть к реформированию устоев со стороны власти.
  Таким образом, объяснение отсутствия возможности революции в Японии, хотя эти события и называют революцией Мэйдзи, , на наш взгляд, состоит в том, что в феодальной стране, с населением, закрепощенным господами, отсутствием хоть какой-то оппозиции правящему клану, уровень самосознания закрепощенного населения недостаточен для быстрого формирования самостоятельного стремления к новым формам бытия, вследствие чего оно крепко держится за добытый многими стараниями уклад жизни и традиции, не стремясь к новому.
  Поэтому никакой борьбы между неформальной оппозицией и властной элитой не происходило в силу отсутствия первой, собственное время подобного сообщества протекало замедленно и жизнь в нем особенно не менялась. И только происшедшее внешнее воздействие привело эту застывшую мрачную махину в движение - но, конечно, не в форме революции, а постепенных реформ, которые была вынуждена проводить гордая правящая элита после распрей, выразившихся в военных столкновениях, во избежание превращения той же элиты в жалких сателлитов развитых стран Запада.
  К 1917 году всем стало ясно, что правящая элита России, втянувшая страну в войну в качестве своего рода натуральной платы за громадные долги России странам Антанты, абсолютно равнодушна к народным жертвам и тяготам, полностью разложилась и неспособна управлять государством. Иначе говоря, уровень ее самосознания упал до максимально низкого уровня, причем альтруистичная составляющая самосознания у этой элиты, практически, отсутствовала.
  Вместе с тем интеллектуальная оппозиция властной элите полагала возможным демократизацию общества путем отстранения аристократии от власти и избрания в условиях военных действий Учредительного собрания с последующем учреждением демократической республики, основные рычаги правления которой с проведением соответствующих законов должны оказаться в руках буржуазии, а не аристократии.
  Казалось бы, в создавшихся условиях разложения царского режима все эти соображения недалеки от истины, однако, альтруистическая составляющая самосознания буржуазной оппозиции власти, неплохо зарабатывающей на войне, была ориентирована лишь на близкие ей слои населения, а не на страдающие в условиях войны народные массы, которые, естественно, не могли отнестись к этой политике с одобрением, тем более что крестьяне, одетые в солдатские шинели, у которых давно прошел патриотический экстаз, несмотря на повальную неграмотность, дошли до понимания бессмысленности участия в войне за Дарданеллы, то есть за чуждые им интересы, при отсутствии возможности вести собственное хозяйство, которое постепенно разваливалось без воюющих хозяев.
  Они желали завершения войны и земельной реформы в свою пользу. Иначе говоря, накопившая неудовлетворенность их низшего сознания гибельной ситуацией и закономерно требующее справедливости самосознание желали немедленного разрешения ситуации, тем более что это казалось возможным в силу присутствия винтовок в их руках.
  Именно это требование крестьян не было учтено буржуазной оппозицией, которая вполне успешно совершила свою буржуазную революцию в феврале 1917 года, и считала целесообразным вести войну до победного конца, отложив прогрессивные реформы до ее завершения.
  Но это требование крестьян было понято и принято на вооружение радикальной частью неформальной оппозиции марксистского толка - большевиками, грезившими захватом власти в России ради проведений идей Маркса в жизнь.
  Для этого надо было сокрушить создавшуюся буржуазную республику, руководители которой не торопились проводить демократические реформы и совершали одну ошибку за другой.
  Лозунги большевиков: конец войне, свободу народам, землю крестьянам, заводы рабочим, не могли не привлечь на их сторону массы трудящихся разных национальностей, и поэтому они - почти бескровно - захватили власть в стране в октябре 1917 года.
  Однако Октябрьская смена власти в России в 1917 году, долгое время признававшаяся прогрессивной революцией по сравнению с февральской революцией 1917 года в России, напротив, по существу, понизила общественный статус государства, превратив его со временем в типичную сатрапию азиатского типа с манией мирового господства под обманчивыми лозунгами всемирного братства и коммунистического потребительского счастья, которое вполне естественно довольно быстро развалилось из-за недостижимости поставленных компартией целей, породив вместо СССР разоренную Россию нынешнего времени. Природные богатства этой России выкачиваются ее былыми соперниками, жадная и глупая российская элита, состоящая из бывших руководящих партийцев, захлебывается в деньгах, которые не способна никуда пристроить, кроме как на дворцы и яхты, а униженный и по-прежнему нищий народ только и способен наблюдать это действо, что является типичным признаком общественной стагнации.
  Поэтому Октябрьскую попытку изменения общественных отношений в пользу трудящихся следует признать не революцией, а контрреволюцией, которую инспирировала доминировавшая в народных массах неудовлетворенность их низшего сознания при крайней слабости самосознания, вызванная существенным снижением уровня жизни населения и его уничтожением (война). Таким образом, повальная неграмотность народа, отсутствие достаточного образования и культуры в нем, и, следовательно, крайне низкий уровень самосознания, способствовали уверованию народных масс в фальшивые лозунги большевиков о прекращении войны, которая тут же перетекла в кровопролитную гражданскую. Земля в реальности была большей частью передана коллективам - сначала коммунам, а потом колхозам. Вместо обещанного перехода фабрик и заводов в управление и пользование рабочими, они перешли в собственность государства., Обещанная большевиками свобода народам через один год превратилась в однопартийный тоталитарный режим, подавляющий любое инакомыслие. Результатом этого обмана стало превращение нового государства не в народное, а в государственно-бюрократическое.
  Как известно, для революции характерен прогрессивный скачкообразный переход количественных изменений в качественные, что и произошло в России в феврале 1917 года, несмотря на ее внешнюю форму переворота и незавершенный вид, тогда как после октября того же года, случилась всего лишь видимость прихода к власти народа, так как у рычагов правления в конечном итоге оказалась ретроградная псевдосоциалистическая бюрократия, сохранившая имперское сознание царской России с претензией на мировое господство под марксистским лозунгом достижения коммунизма всеми народами планеты. Для достижения этих целей труд в стране был интенсифицирован, народы России были переведены в полукрепостное состояние, а государство - в военный механизм.
  Таким образом, государство, появившееся на месте России после Октябрьской революции, по существу, стало таким же авторитарным и бюрократичным, как и царский режим, но прикрывающимся фиговым листком общенародной собственности, за которым скрывалась принадлежность всего и вся советской бюрократии, которая могла распоряжаться этой собственностью практически бесконтрольно.
  Территория, природные богатства, высокий народный потенциал и первоначальный энтузиазм населения, поверившего в справедливость якобы народного строя, позволили за счет его сверхэксплуатации и неимоверных жертв создать сверхдержаву с ядерным оружием. Однако неповоротливость советской бюрократической машины, неконкурентоспособность экономики в сравнении с ведущими капиталистическими странами, ее амбиции сверхдержавы, требующие непосильных вложений, и постепенно угасавший энтузиазм населения, уровень жизни которого оставался крайне низким, привели и это государство к крушению в 1991 году и началу революционных событий, послуживших своего рода продолжением буржуазно-демократической февральской революции, прерванным большевистской контрреволюцией в октябре 1917 года.
  Основной причиной распада советской империи явилось то, что в самосознании населения и правящих слоев государства постепенно укоренилась идея о том, что перевода хозяйствования на рельсы конкурентной экономике, подобной западной, будет достаточно для повышения уровня жизни и обретения всеобщего счастья.
  К тому же, провозглашение советского человека лучшим образцом такового в мире оказалось фикцией. Отсутствие реальных изменений в его самосознании привело его в видимости им потери цели сообщества (построение коммунизма) к броску назад - к столь осуждаемому в СССР (и правильно осуждаемому) капитализму, где он, естественно, нашел только издевательство над собой.
  Наряду с этой причиной распада СССР, существовала и другая: отсутствовала возможность достижения в этом искусственном сообществе общего самосознания для всех его национальностей, находящихся на существенно различных стадиях развития самосознания, что явственно после развала СССР показало скатывание республик Средней Азии к феодализму, а республик Прибалтики, напротив, направило в сторону Евросоюза.
  Самомнение правящей элиты страны со крайне низким уровнем самосознания, преобладание в ней стремлений к собственному материальному обогащению, а не благу страны и народа привело к откату России на уровень второстепенного государства вплоть до превращения ее в сырьевой придаток Запада.
  Элитой России не было учтено, что мир уже давно поделен западными монополиями, в результате чего Россия, бывшая еще недавно мировой сверхдержавой, осталась не у дел. К тому же, в ней быстро по западным советам была разрушена якобы неэффективная экономика.
  В результате, Россия превратилась со своими большими запасами сырья фактически в полуколонию Запада, лишившись как рынков сбыта, так и продукции для сбыта, кроме некоторых видов сырья и до сих пор находится в состоянии стагнации.
  Таким образом, эта коммунистическая сатрапия, в отличие от древнего Китая, продлилась недолго, завершившись уже качественным преобразованием в 1991 году феодально-деспотических методов правления компартии на капиталистический лад, но снова неудачно, вследствие чего Россия потеряла статус великой державы. Причиной этих неудач является низкий уровень самосознания населения России вследствие ее долгого культурного и технологического отставания и отсутствия тем самым достаточного времени на его подъем.
  Поскольку понимание подобной ситуации в сфере сознания населения России отсутствует, постольку достоверного объяснение подобной ситуации в России до сих не найдено, о чем свидетельствует признание одной научной школой Октябрьского переворота 1917 года великой прогрессивной народной революцией, а другой - авантюристическим большевистским переворотом, который закончился крушением государства в 1991 году.
  Проведенный выше краткий анализ событий в России 1917 года, на наш взгляд, показал, что Октябрьский переворот 1917года был типичной контрреволюцией в угоду ложной марксисткой теории, которая сравнительно быстро показала свою полную недееспособность, способствовав, против ожиданий, превращению страны вместо коммунистического рая в государственно-бюрократического монстра с антидемократическими методами правления, внедрением единомыслия и постепенным отставанием в темпах развития от развитых стран мира.
  Как бы то ни было, но наряду с негативными особенностями тех или иных событий большей частью соседствуют и позитивные.
  В частности, Китай и Россия не распались ни в силу внутренних причин, ни вследствие внешнего давления держав, соперничающих с ними, сохранив свою самобытную культуру и самосознание коллективистского типа в противовес культуре, основанной на эгоцентричном типе самосознания, производящем общество с сугубо индивидуалистическими стремлениями, которое, в значительной степени, вследствие этого в лице своих элит стремится обособиться от остальных стран мира, полагая себя выше их по культуре и технологической оснащенности, и не считая зазорным обирать остальные, как они считают, слаборазвитые страны, и заодно уничтожать их культуру и национальные особенности.
  Революционные и антиреволюционные события в России длились несколько более 70-ти лет. Почти столько же длились аналогичные события во Франции, начиная с 1789 года и кончая 1870 годом, имея подобный характер.
  Попытаемся это показать.
  Возмущение парижского люда в 1789 году, завершившиеся взятием Бастилии, положили начало буржуазно-демократической революции во Франции под лозунгом "Свобода, равенство и братство", причины которой вполне соответствуют внешним причинам любой прогрессивной революции: проблемы в экономической сфере, отчуждение и сопротивление элит, народное недовольство, появление новых форм идеологии, благоприятная международная обстановка.
  Действительно, неспособность власти к проведение назревших реформ в соответствии с социально-политическими изменениями в стране, финансовый кризис, нежелание высших сословий уступить хотя бы часть своих привилегий, выросшее богатство буржуазии, требовавшей повышения своего статуса, возникновение новой идеологии Просвещения, выжимание из народа всех соков ради роскошной жизни разлагающихся верхних слоев власти не могли не привести к свержению негодного режима абсолютизма.
  В результате революции, были проведены реформа законодательной власти, центральной администрации, судов, церкви. Были отменены все привилегии, а затем была упразднена и монархия.
  Однако экономическая ситуация продолжала ухудшаться, со всех сторон шло наступление войск монархий, окружающих Францию. Буржуазное правительство не справлялось с натиском неблагоприятных обстоятельств.
  И тогда, как и сто с лишним лет спустя - в России, за дело принялись самая радикальная группа революционеров - якобинцы. Они, как и большевики в свое время, апеллировали к крестьянам за поддержкой, проведя ради них дополнительный раздел земель и закон об отмене сеньоральных повинностей и феодальных прав без всякой компенсации.
  Подобные меры позволили им захватить и укрепить свою власть, которая быстро перетекла в диктатуру с проведением политики уменьшения крупных состояний и террора ради всеобщего повиновения.
  Таким образом, демократические начинания были уничтожены и начался регресс, следующей формой которого стала политика термидорианцев, проповедовавших обогащение любыми средствами.
  В конце концов движение вправо привело к установлению империи Наполеона, а затем - к восстановлению власти Бурбонов, которая после многих потрясений сменилась властью Наполеона III, свергнутого буржуазной революцией 1870 года, подобной революции 1991 года в России.
  Причиной столь длительного и со многими жертвами установления буржуазно-демократического правления во Франции, по нашему мнению, является, прежде всего, настрой самосознания неформальной оппозиции властной элите на утопические идеи, считающие возможным образование справедливого народного государства, которые противоречат самой логике развития цивилизации в ходе борьбы коллективистской низшей и высшей форм сознания любого сообщества, выражающейся в противостоянии властной элиты и оппозиции ей, результатом которого является ускоренное развитие сообщества. Это развитие может быть как эволюционным в случае компромиссов между этими двумя силами, так и революционным, если такового не наблюдается, с вовлечением народных масс в это противостояние.
  Аналогично тому, как ложные идеи коммунистического равенства, противоречащего идее свободы, привели в России к террору и гражданской войне, последствием чего стало установление на 70 лет деспотического режима, идея внедрения повального равенства привела якобинцев к террору, вызвавшему, в свою очередь, приход к власти ретроградов с откатом государства к авторитарным методам правления более чем на сто лет.
  Со столь же необычными и даже парадоксальными взглядами не только на революцию, но и на человека, государство, бытие, цивилизацию, сновидения и прочее вы можете ознакомиться в моих статьях и эссе, опубликованных в журнале "Топос" (РФ), а также выложенных на сайте Литрес и ряде других сайтов, набрав в поисковике соответствующего сайта мои данные - Юрий Низовцев.
  Часть 12. Возможно ли создание справедливого народного государства?
  Введение.
  Лучшие умы человечества уже несколько тысяч лет бьются над решением проблемы установления справедливого народного государства. В частности, свои решения этой проблемы предлагали Платон, Кампанелла, Маркс. Однако внимательный анализ, проведенный ниже, показывает необыкновенную схожесть подходов к решению данной проблемы этих мыслителей. Но эта заманчивая цель никак не достигается, несмотря на неоднократные попытки. В чем же причина краха этих благостных надежд и почему провал всех этих решений никого ничему не научил?
  Проблема справедливого народного государства ставилась еще с давних времен.
  Именно о справедливости рассуждал Сократ в "Диалогах" Платона, полагая, что справедливость при государственном управлении возникнет, если государством будут управлять философы: "Раз философы - это люди, способные постичь то, что вечно тождественно самому себе, а другие этого не могут и застревают на месте, блуждая среди множества разнообразных вещей, и потому они уже не философы, то спрашивается, кому из них руководить государством" [1. Начало].
  И далее: "Пока в государстве не будут царствовать философы, либо так называемые нынешние цари и владыки не станут благородно и основательно философствовать и это не сольется воедино - государственная власть и философия, и пока не будут в обязательном порядке отстранены те люди - а их много, - которые ныне стремятся порознь либо к власти, либо к философии, до тех пор, дорогой Главкон, государствам не избавиться от зол, да и не станет возможным для рода человеческого и не увидит солнечного света то государственное устройство, которое мы только описали словесно" [1. Книга 5].
  Но, вместе с тем Платон, судя по следующему примеру, вполне понимает проблематичность нахождения у власти философов: "По отношению к государству положение самых порядочных людей настолько тяжелое, что ничего не может быть хуже... Так вот, представь себе такого человека, оказавшегося кормчим одного из нескольких кораблей. Кормчий и ростом, и силой превосходит на корабле всех, но он глуховат, а также близорук и мало смыслит в мореходстве, а среди моряков идет распря из-за управления кораблем: каждый считает, что именно он должен править, хотя никогда не учился этому искусству... вдобавок он заявляет, что учиться этому нечего, и готовы разорвать на части того, кто скажет, что надо... Одолев благородного кормчего с помощью мандрагоры, вина или какого-либо другого средства, они захватывают власть на корабле, начинают распоряжаться всем, что на нем есть, бражничают, пируют и, разумеется, направляют ход корабля именно так, как естественно для подобных людей" [1. Книга 6].
  Именно таковые рассуждения подвигли Платона в сторону сомнений относительно реальности управления государством философами. Видимо, поэтому он назвал свою модель справедливого государства идеальной, то есть, прежде всего, не в смысле ее совершенства, а, скорее, в отношении возможности ее практической и успешной реализации.
  Подобного рода сомнения присущи Платону и в отношении справедливости: "...одно и то же действие бывает подчас справедливым и несправедливым? Я приведу такой пример: если кто получит от своего друга оружие, когда тот был еще в здравом уме, а затем, когда тот сойдет с ума и потребует свое оружие обратно, его отдаст, в этом случае всякий сказал бы, что отдавать не следует и несправедлив тот, кто отдал бы или пожелал бы честно сказать всю правду человеку, впавшему в такое состояние... Стало быть, не это определяет справедливость: говорить правду и отдавать то, что взял..." [1. Книга 1].
  Несмотря на в общем-то понятную неоднозначность понятия справедливости и разнородность во всех отношения всей массы людей во все времена, которые слишком часто не понимают или не хотят понимать друг друга, и пытаются делать всё всяк по-своему, невзирая на законы или составляя законы, выгодные для себя, тема установления справедливого народного государства до сих пор стоит на повестке дня.
  В частности, один и собеседников Сократа говорит о справедливости так: "Устанавливает же законы всякая власть в свою пользу: демократия - демократические законы, тирания - тиранические, так же и в остальных случаях. Установив законы, объявляют их справедливыми для подвластных - это и есть как раз то, что полезно властям, а преступающего их карают как нарушителя законов и справедливости. Так вот я и говорю, почтеннейший Сократ: во всех государствах справедливостью читается одно и то же, а именно то, что пригодно существующей власти. А ведь она - сила, вот и выходит, если кто правильно рассуждает, что справедливость - везде одно и то же: то, что пригодно для сильнейшего" [там же].
  В ответ ему Сократ саркастически замечает: "Потому что ты думаешь, будто пастухи либо волопасы заботятся о благе овец или волов, когда откармливают их и холят, и что они делают это с какой-то иной целью, а не ради блага владельцев и своего собственного" [там же].
  Не придумав, как привлечь порядочных людей к управлению государством легитимным способом, без которых оно не способно быть справедливым по его мнению, Платон устами Сократа требует насильно заставлять философов управлять государством: "Так вот, хорошие люди потому и не соглашаются управлять - ни за какие деньги, ни ради почета: они не хотят прозываться ни наемниками, открыто получая вознаграждение за управление, ни ворами, тайно пользуясь его выгодами; в свою очередь и почет их не привлекает - ведь они не честолюбивы. Чтобы они согласились управлять, надо обязать их к этому и применять наказания" [там же].
  Поэтому имеет смысл рассмотреть далее соображения Платона о его модели идеального государства, созданной еще в IV веке до нашей эры, которую, несмотря на ее сомнительность по словам самого Платона, пытался усовершенствовать на основе христианских догм Томмазо Кампанелла на грани XVI-XVII веков нашей эры, а реализовать на практике в виде справедливого народного государства попробовали иезуиты среди индейцев на территории современного Парагвая в XVII-XVIII веках.
  Мало того, в сущности, аналогичную модель справедливого народного государства разработал Карл Маркс, и ее до сих пор пытаются осуществить разными способами, несмотря на очевидную бессмысленность этого занятия, что сквозит из вышеприведенных высказываний самого Платона.
  По-видимому, данный процесс в голове у этих последователей происходит в значительной степени спонтанно потому, что и им, и остальным энтузиастам-идеалистам этого очень хочется, независимо от здравых соображений.
  И их можно понять: невозможно людям, радеющим о благе каждого и всех разом, жить в этом несправедливом мире без такой благородной цели как окончательное решения проблемы справедливости наступлением всеобщей благости.
  Однако, на практике, как это ни парадоксально, отсутствие наступления этой благости в ходе борьбы за химерическую справедливость идеалистов с угнетателями-кровопийцами, то есть в условиях антагонистических государств, приводит к ускоренному развитию цивилизации, делая ее все более комфортнее, а ее аборигенов - более культурными и сознательными, а также оснащенными многими плодами столь же ускоренного технологического развития.
  Таков результат того, что справедливое народное государство не удалось осуществить, за исключением нескольких неудачных попыток, о которых будет упомянуто ниже.
  Получается, что дело не в реализации этого проекта, с осуществлением которого, кстати, человечество постепенно впало бы в маразм вследствие отсутствия стремлений к лучшему, которое уже удалось достигнуть, а в самом этом проекте как стимуле для развития всего сообщества, поскольку надо же лучшим представителям человечества в лице интеллектуалов - борцов за счастье всех прочих - за что-то сражаться и как-то защищать обиженных, а уж благороднее этой цели как обретение перманентного счастья для всех сразу вряд ли что-то может быть, несмотря на то что эта цель подобна морковке, подвешенной на удочке перед носом осла, который упорно бежит за этой морковкой, как ему подсказывает инстинкт неудовлетворенности потребляемым пока еще, таща вместе с тем кое-как тележку цивилизации.
  1. Взгляд на модель идеального государства Платона.
  Итак, Платон, дал затравку будущим поколениям, которые в лице его лучших представителей пытались осуществить проект справедливого народного государства, несмотря на то что он сам признал разработанную им модель этого государства идеальной прежде всего именно в плане сомнительности ее реализации, хотя и лелеял в душе надежду на исправление народонаселения в будущем.
  Увы, все будущие модели и схемы справедливого народного государства так же остались идеальными, то есть утопичными, а если и осуществлялись, то в виде нежизнеспособных образований, которые быстро исчезали, поглощенные соседями из-за отсутствия в них развития, или превращались в разновидность антагонистического государства с теми же проходимцами-бюрократами у власти.
  Посмотрим теперь, как Платон пытался разрешить неразрешимые противоречия в своей модели справедливого государства, которая, как это мы покажем ниже, не претерпела кардинальных изменений ни в "Городе Солнца" Кампанеллы, ни в светлом коммунистическом завтра, нарисованным Марксом, которому никак не удается превратиться в сегодня.
  Платон поставил перед собой задачу, которая заключалась установлении гармоничной организации государства как с позиции внутренней непротиворечивости жизни, где все будут всем удовлетворены, так и в обороне от внешних врагов: "... мы основываем это государство, вовсе не имея в виду сделать как-то особенно счастливым один из слоев его населения, но, наоборот, хотим сделать таким всё государство в целом. Ведь именно в таком государстве мы рассчитывали найти справедливость, а несправедливость, наоборот, в наихудшем государственном строе..." [1. Книга 4].
  Ошибочность самой постановки подобной задачи видна из недостижимости счастья как в целом, так и индивидуально, поскольку каждым человеком и в коллективе, и в отдельности, движет неудовлетворенность настоящим, стимулируя движение в будущее. То есть развитие, а значит, жизнь, возможна лишь в борьбе разноречивых и даже противоположных стремлений разных индивидов и характеров сквозь череду ошибок и разочарований, минуя тем самым удовлетворение сущим, ведущее к застою и гибели.
  Тем не менее, Платон в рамках этой обманчивой модели посчитал, что удовлетворение сущим всеми и, значит, справедливость для всех, может быть достигнута. Чтобы справедливость охватывала всех и каждого, Платон предложил установить определенный вид равенства между гражданами, которых, конечно, нельзя уравнять в общем из-за их разнообразия и многих точек приложения хозяйствования, но можно попытаться сузить это разнообразие, сведя его только к трем сословиям - аристократы-философы, стражи-силовики, земледельцы вместе с ремесленниками: "Богатство и бедность. Одно ведет к роскоши, лени, новшествам, другая кроме новшеств - к низостям и злодеяниям... ...Как бы там ни было, в них заключены два враждебных между собой государства: одно - бедняков, другое - богачей... ...что справедливость состоит в том. чтобы каждый имел свое и исполнял тоже свое... ...вмешательство этих трех сословий в чужие дела и переход из одного сословия в другое - величайший вред для государства и с полным правом может считаться высшим преступлением" [там же].
  Понимая недостаточность этого деления населения на своего рода касты для установления равенства, которое уже выглядит неравенством, Платон придумывает некие якобы достаточно наглядные критерии оценки потомства, предлагая в соответствии с ними проводить постоянную селекцию этого потомства, дабы выделить способности, качества ума и склонности каждого индивида еще в детстве и, таким образом, предварительно определить место данного индивида в рамках того или иного сословия: "Хотя все члены государства братья..., но бог, вылепивший вас, в тех из вас, кто способен править, примешал при рождении золота, и поэтому они наиболее ценны, в помощников их - серебра, железа же и меди - в земледельцев и разных ремесленников. Вы все родственны, по большей части рождаете себе подобных, хотя всё же бывает, что от золота родится серебряное потомство, а от серебра - золотое; то же и в остальных случаях. От правителей бог требует прежде всего и преимущественно, чтобы именно здесь они оказались доблестными стражами и ничто так усиленно не оберегали, как свое потомство, наблюдая, что за примесь имеется в душе их детей, и, если ребенок родится с примесью меди или железа, они никоим образом не должны иметь к нему жалости, но поступать так, как того заслуживают его природные задатки, то есть включать его в число ремесленников или земледельцев; если же родится кто-нибудь с примесью золота или серебра, это надо ценить и с почетом переводить его в стражи или в помощники. Ведь есть предсказание, что государство разрушится, когда его будет охранять железный страж или медный..." [1. Книга 3].
  "...лучшие мужчины должны большей частью соединяться с лучшими женщинами, а худшие, напротив, с самыми худшими и что потомство лучших мужчин и женщин следует воспитывать, а потомство худших - нет, раз наше небольшое стадо должно быть самым отборным. Но что это так делается, никто не должен знать, кроме самих правителей, чтобы не вносить ни малейшего разлада в отряд стражей" [1. Книга 5].
  В дополнение к селекции потомства Платон предлагает вовсе устранить частную собственность вплоть до владения женами, приведя разнообразие граждан государства в этом отношении к одному знаменателю ради их уравнения, и тем самым освободить их, как он считает, от вражды и зависти, вызываемыми неравномерным владением собственности: "...никто не должен обладать никакой частной собственностью, если в том нет крайней необходимости... ...ни у кого не должно быть такого жилища или кладовой, куда не имел бы доступа всякий желающий" [1. Книга 3].
  "Только так могли бы стражи остаться невредимыми и сохранить государство. А чуть только заведется у них собственная земля, дома, деньги, как сейчас же из стражей станут они хозяевами и земледельцами; из союзников остальных граждан сделаются враждебными им владыками; ненавидя сами и вызывая к себе ненависть, питая злые умыслы и их опасаясь, будут они всё время жить в большем страхе перед внутренними врагами, чем перед внешними, а в таком случае и сами они, и всё государство устремится к своей скорейшей гибели [там же].
  "Все жены этих мужей должны быть общими, а отдельно пусть ни одна из них ни с кем не сожительствует. И дети тоже должны быть общими, и пусть отец не знает, какой ребенок его, а ребенок - кто его отец" [1. Книга 5].
  Что касается селекции потомства, то даже сейчас не существует способов выявления лучших и худших среди детей, так как в сознании каждого человека намешано столько всего, что определить его качество не представляется возможным, особенно в отношении творческих способностей, более всего способствующих общественному, культурному и технологическому развитию.
  Если же обратиться к собственности, которую Платон предполагает устранить, уравняв в этом отношении граждан государства, то надо отметить следующее.
  Частная собственность возникла не сама по себе и не вследствие одного только совершенствования орудий труда.
  Основой для ее появления явилось дополнение общинного, или коллективистского самосознания, полностью доминировавшего ранее в первобытнообщинных сообществах, индивидуалистическим самосознанием, которое, отразив в себе появление новых технологий (металлические орудия труда), позволяющих повысить производительность труда и произвести избыточные продукты, смогло подвигнуть часть энергичных или занимающих важные посты индивидов на захват тех или иных ресурсов для подтверждения и утверждения своего более высокого положения в новом обществе.
  Вместе с тем это перераспределение собственности создало антагонизм в обществе, который не может не способствовать борьбе, а значит, и прогрессу, поскольку враждующие стороны непременно пытаются придумать и внедрить те новинки, которые поспособствуют как победе над врагами, так и приведению жизни к более приятному и облегченному времяпровождению.
  Собственнические отношения, приобретшие разные формы в различных регионах, задали совсем иной темп развитию цивилизации, и этот тип хозяйствования занял уже не миллионы лет, а всего несколько тысяч лет, существуя и ныне.
  Иначе говоря, собственнические отношения стали той внешней силой, обеспечивающей общественное развитие, за которой стояла двойственность человеческого сознания, а именно: соперничество животной формы сознания, наследованной человеком от его прародителей - приматов, и самосознания каждого человека, которое дало ему возможность отчасти отделиться от природы благодаря осознанному изменению собственного окружения, а не только применяясь к нему, как это свойственно всем природным существам.
  Результатом взаимодействия обеих форм сознания была по большей части их борьба, поскольку, соображения этих форм охватывают различные сферы жизнедеятельности - животная форма сознания ориентируется на поддержание организма в работоспособном состоянии, стремясь обеспечить его лучшим питанием и созданием для него более выгодных условий для существования и размножения, тогда как самосознание пытается определить роль человека в бытии, увлекая его к познанию нового, интересного и необычного, за счет чего, к тому же, можно существенно улучшить и условия как собственного, так и группового существования, например, благоустроив быт, создав новое оружие для побед над врагами, представив окружающий мир новыми впечатляющими красками в виде произведений искусства и т. д.
  Крайний антагонизм животной формы сознания и самосознания, проявляющийся исключительно в собственнических отношениях, которые в свою очередь инициируют возникновение цивилизации, а затем и государств, является ключевым для существования и развития государств. Поэтому с исчезновением частной собственности технологическая цивилизация теряет антагонистические устремления личностей, составляющих ее, и прекращает своё существование.
  Более детально о роли собственности в возникновении и развитии цивилизации можно узнать в моей статье "Собственность как основа ускоренного развития цивилизации" [2].
  Если вернуться к моделированию Платоном гармоничного устройства государства, то неравенство людей как врожденное, так и по воспитанию, он предложил устранять следующим образом: распределить их по трем сословиям - своего рода кастам, и уделить главное внимание воспитанию граждан, что само по себе нелепо, поскольку воспитание никак не влияет на эгоцентричную природную (животную) форму сознания, остающуюся при жизни неизменной, которая у большинства людей преобладает перед благостным во многих отношениях самосознанием, наполненным многими заблуждениями, в отличие от животного сознания, инстинктивно-рефлекторная деятельность которого формировалась у приматов многие десятки миллионов лет, достигнув своего рода совершенства.
  В главную группу управителей, по мнению Платона, должны попасть самые способные и умные, склонные не к простому потреблению различных благ, а которые интересуются устройством мироздания, отношениями между людьми, стремятся к прекрасному - сейчас бы их назвали творческими натурами.
  Платон поименовал их философами, или наиболее мудрыми из граждан, которые поэтому не могут не быть аристократами духа.
  По его мнению, именно они способны эффективно руководить государством, блюдя его интересы вследствие своей бескорыстности, широких взглядов, глубокого ума и прозрений благоприятных перспектив для руководимого ими государства: "Природа философа отличается соразмерностью и врожденной тонкостью ума... ...Основное свойство философской души - охват мыслью целокупного времени и бытия... ...Человек порядочный, не корыстолюбивый, а также благородный, не хвастливый, не робкий" [1. Начало].
  "Так разве не будет уместно сказать в защиту нашего взгляда, что человек, имеющий прирожденную склонность к знанию, изо всех сил устремляется к подлинному бытию? Он не останавливается на множестве вещей, лишь кажущихся существующими, но непрестанно идет вперед, и страсть его не утихает до тех пор, пока он не коснется самого существа каждой вещи тем в своей душе, чему подобает касаться таких вещей, а подобает это родственному им началу. Сблизившись посредством него и соединившись с подлинным бытием, породив ум и истину, он будет и познавать, и поистине жить, и питаться, и лишь таким образом избавится от бремени, но раньше - никак" [там же].
  "Философу присущи четыре основные добродетели идеального государства... ...справедливость, рассудительность, мужество и мудрость" [1. Книга 4].
  Если судить в соответствии с правилами формальной логики о выборе Платоном философов руководителями справедливого народного государства как наиболее умных, честных, не корыстолюбивых и знающих персон из всего населения, то он кажется наиболее разумным.
  Но, как Платон заметил сам, такие люди больше интересуются культурными ценностями, познанием окружающего мира, а не политикой, не управлением разнородной толпой субъектов, готовых передраться за те или иные выгоды. Поэтому Платон посчитал необходимым наказывать философов, отказывающихся заниматься управлением государством, а разнородную толпу завистливых и жадных субъектов уравнять отменой собственности.
  Всё это на первый взгляд выглядит вполне резонным и действенным, но вот на практике оборачивается своей противоположностью.
  Дело в том, что среди граждан всегда находятся субъекты с несколько более высоким уровнем некоторых особенностей индивидуальности, являющихся в основном продуктом животной формы сознания, которые в данном случае способны вызвать у них стремление не только к сытой, спокойной и благополучной жизни, но и к доминированию среди себе подобных.
  Опираясь в основном на такие свойства собственной индивидуальности, как достаточную долю сообразительности; коммуникабельность вплоть до угодничества; склонность к обману в форме искажения информации и ловкости в ее преподнесении; нажитые профессиональные навыки; а также на такие свойства личности, как достаточно сильную волю; уверенность в себе; беспринципность, выражающуюся в хитрости и коварстве, значительную долю безответственности, выражающуюся в экспериментах, кажущимися выгодными для себя, но явно вредными для населения, эти субъекты получают преимущество перед остальными - более инертными членами сообщества в виде обывателей, высокоморальных интеллектуалов разного рода, к которым относятся и философы, а также прочих вялых или озабоченных другими делами представителей народонаселения, не способных ловко оттеснить или оболгать соперника, а также с толком насладиться унижением нижестоящих, и вместе с тем терпеть издевки вышестоящих.
  Личность их существенно обужена, так как альтруизм, то есть доброта, дружелюбие, сопереживание, сочувствие, милосердие, выражающие в бескорыстной заботе о других, им практически не свойственны.
  Недостаток ума они компенсируют привлечением многочисленных советников, но, поскольку решения в итоге приходится принимать им, постольку они, как истинные творцы собственного счастья, сначала рассматривают их с позиции личного (корпоративного), а не народного блага с креном в сторону удержания власти, обретения большей степени собственного доминирования и приобретения всевозможных благ.
  Таким образом, в естественном процессе обретения власти преимущество получают не мудрецы-философы, а хитрые, беспринципные и ловкие проходимцы, рассчитывающие получить от нее немалые выгоды и готовые оттеснить всеми возможными способами честных управленцев, которые теряют преимущество в удержании своей позиции во власти в силу порядочности, неспособности оболгать ближнего, оттеснить соперников любыми доступными способами, тем более что власть имущие удерживаются в ней за счет обмана толпы эффектными, но большей частью неисполнимыми обещаниями и мелкими подачками в качестве так называемого пряника, а также нагнетанием воображаемых и реальных угроз - внешних и внутренних, в качестве кнута, на что никогда не пойдут честные и прямодушные философы.
  Так что мудрые и бескорыстные философы вряд ли долго продержатся в этой банке с пауками, которую представляют собой политика и власть, вопреки надеждам Платона, вследствие чего и с этой стороны справедливое государство никак не получается.
  Однако честные, бескорыстные, благородные философы и ученые вполне годятся на роль критиков власти, защиты угнетаемых ею, а также они, в сущности, единственные, кто способен развивать науку и строить культуру. Именно в этом, а не в управлении государством состоит на самом деле их миссия.
  Философы как истинные мудрецы, искренне желающих блага народу, то есть с доминантой высшего сознания (самосознания), выражающейся в высокой степени альтруизма их личностей, на самом деле никогда не станут лицемерной и корыстолюбивой управляющей элитой государства, тем более что именно им свойственно чувство собственного достоинства, не позволяющее угождать вышестоящим.
  Совершать подлые поступки, столь характерные для политиков, которыми владеет не мораль, а интересы, им не позволит уже достигнутый уровень высшего сознания (самосознания), выражающийся в альтруизме их личности, ставящий материальные блага на последнее место в ряду ценностей жизни. Поэтому они всегда будут разоблачать нечистоплотных, лицемерных и вороватых власть имущих, бороться за права граждан, а не цепляться за власть, и не будут участвовать в политических играх, в основе которых лежит обман народа ради собственных привилегий и власти над ним.
  Вместе с тем эти люди всегда будут питать надежду на переустройства общества в сторону гармонии. Эта надежда на гармоничное мироустройство не может исчезнуть в их благостном сознании никогда: они как истинные гуманисты не способны поверить, что ужасы нашего мира не могут перейти в благоденствие каждого человека и всего человечества в конце концов.
  Их креативность наиболее ценна не для вождизма, а для целенаправленного и инициативного развития науки и культуры, что непосредственно воздействует на массы, развивая всё в большем охвате умы и чувства людей, затрагивая самые чувствительные струны самосознания каждого человека, благодаря чему постепенно меняется как индивидуальное, так и коллективное самосознание: смягчаются нравы, растет тяга населения к знаниям, увеличивается число интеллектуально и эмоционально развитых людей.
  Рост культуры и образованности населения позволяет повысить процент выделения из него креативных персон, которые представляют собой, по сути, единственный эффективный рычаг ускорения развития общества.
  Возвращаясь к соображениям Платона об основной массе граждан, не обладающих большими способностями, которой надо руководить, следует отметить, что он предполагает занять их производством материальных благ. Эти люди в силу своей простоты и отсутствию интереса к высокой культуре и познанию окружающего мира, по его мнению, должны столь же просто потреблять обычные материальные блага вместе с их примитивным отражением в культуре и не более того, занимаясь всю жизнь только одним делом.
  Поэтому Платон отнес их к низшему сословию и определил этих граждан для производства продуктов потребления как для себя, так и для всех остальных в рамках занятий ремеслами или земледелием. Основной причиной отнесения их к низшему сословию он считал отсутствие у них стремления к умственному и эмоциональному развитию - этих людей ныне относят к обывателям - и предполагал воспитывать их в умеренности и склонности к порядку и дисциплине, а также не лезть в чужой огород, то есть всю жизнь как бы быть прикрепленным к одному занятию.
  "Смотри же, - сказал я, - каким образом государство может обеспечить себя всем этим: не так ли, что кто-нибудь будет земледельцем, другой - строителем, третий - ткачом? И не добавить ли нам к этому сапожника и еще кого-нибудь из тех, кто обслуживает телесные наши нужды?.. ...в нашем государстве мы обнаружим, что сапожник - это сапожник, а не кормчий вдобавок к своему сапожному делу; что земледелец - это земледелец, а не судья вдобавок к своему земледельческому труду и военный человек - это военный, а не делец вдобавок к своим военным занятиям; и так далее" [1. Книга 3].
  "Чтобы у нас успешно шло сапожное дело, мы запретили сапожнику лаже пытаться стать земледельцем или ткачом, или домостроителем; так же точно и всякому другому мы поручили только одно дело, к которому он годится по своим природным задаткам; этим он и будет заниматься всю жизнь, не отвлекаясь ни на что другое, и достигнет успеха, если не упустит время. А разве не важно хорошее выполнение всего, что относится к военному делу? Или оно настолько легко, что земледелец, сапожник, любой другой ремесленник может быть вместе с тем и воином?" [1. Книга 2].
  Трудно спорить с Платоном о том, что значительная часть граждан должна производить или добывать ту или иную продукцию, делясь ею с остальными гражданами, не причастными к производительной сфере деятельности, тем более что большинство граждан государства особенно и не стремятся ни к "высоким", ни к "низким" целям, ограничиваясь желанием беспроблемной и сытой жизни. Они не испытывают стремления к новым знаниям за счет собственных усилий, добиваясь всего лишь более комфортной жизни с позиции простого приобретения и потребления ее благ.
  Отсутствие стремлений к беспокойной жизни обусловливается низким уровнем сообразительности, нежеланием использовать свой ум, если даже он сравнительно неплох, слабой чувствительностью в отношении к чужим неприятностям и бедам, недостаточной впечатлительностью, решительностью, общительностью, неудовлетворительным уровнем любопытства и любознательностью, низкой степенью доминантности, вследствие чего подобного рода граждане имеют сравнительно низкосортную индивидуальность и непримечательную личность.
  Такая "растительная" жизнь, к которой они быстро привыкают, отчасти напоминает существование животных, которые, как известно, озабочены только проблемами питания, размножения и достижения, желательно, большего комфорта.
  Естественно, Платон отнес их к низшему сословию, но при этом впав в противоречие, состоящее в явной невозможности приравнять этих примитивных субъектов к мудрецам-философам.
  То есть и в этом аспекте провозглашаемое им равенство всех граждан ради установления справедливости становится эфемерным.
  Кроме того, Платон ошибся в необходимости установления постоянной привязки каждого гражданина из низшего сословия к одному виду деятельности.
  Дело в том, что это многочисленное сословие обывателей на самом деле является резервуаром для пополнения и оздоровления всех остальных страт общества по следующим причинам.
  Конкуренция и в этой, на первый взгляд, спокойной сфере, хотя бы за улучшение качества потребления и мелкие жизненные радости, заставляет этих граждан проявлять такие свойства личности, как как уверенность в себе, самокритичность, воля, но всё же их эгоизм и равнодушие в отношении чужих проблем преобладает перед альтруизмом.
  Однако такие черты их личности и индивидуальности для отдельных персон, как качество ума, любознательность, воля, трудолюбие-леность, самоуверенность-самокритичность, вежливость-грубость, ответственность-недобросовестность, убежденность-беспринципность, а также сообразительность, чувствительность, впечатлительность, решительность, та или иная степень общительности могут испытывать значительные колебания, в силу которых сравнительно небольшая - флюктуирующая - часть обывателей способна поставлять в другие страты населения продукты этих флюктуаций.
  Другими словами, обыватели являются основной почвой для представителей интеллектуальной, властной, творческой и прочих прослоек, которые из этой почвы произрастают случайно, или благодаря тем или иным умениям, способностям, сильной воле, то есть индивидуальным перекосам в сознании, внешними признаками которого и являются индивидуальность и личность. Подобные отклонения могут приподнять их выше среднего уровня представителя низшего сословия.
  Поэтому привязка Платоном граждан к одному виду деятельности, то есть фактическое лишение их свободы в изменении своей жизни, если, например, у них вдруг прорежутся способности к иной сфере деятельности, автоматически лишает общество развития, провоцируя застой и гибель государства, основанного на подобных принципах.
  Столь же проблематичной является идея Платона и о селекции граждан. В частности, особое внимание он уделяет образованию сословия стражей и поддержанию его существования как промежуточного звена между управленцами-философами и производителями материальных продуктов, поскольку стражи должны охранять государство от внешних и внутренних врагов.
  Платон предложил более способных и волевых индивидов отбирать и воспитывать в духе стремления к справедливости и устранению опасностей для государства, то есть к его сохранению постоянным напряжением воли, силы и послушанием своим руководителям, сделав этих персон своего рода стражами государства, которые могут служить также и резервуаром для извлечения из него при соответствующем воспитании руководителей государства.
  "Кто выскажет способность охранять законы и обычаи государства, тех и надо назначать стражами... ...Между тем, государственный строй будет у нас в совершенном порядке только в том случае, если его будет блюсти страж, в этом сведущий" [1. Начало].
  "Наши стражи должны отбросить все остальные занятия и заниматься лишь охраной свободы государства - самым тщательным образом и не отвлекаясь ничем посторонним" [1. Книга 2].
  Важность деятельности стражей, которая предполагает, по мнению Платона, невозможность занятия ими другими видами работы, обязывает содержать их сословию земледельцев и ремесленников: "Припасы, необходимые для рассудительных и мужественных знатоков военного дела, они должны получать от остальных граждан в уплату за то, что их охраняют. Количество припасов должно хватать стражам на год, но без излишка. Столуясь все вместе, как во время военных походов, они и жить будут сообща" [1. Книга 3].
  Однако род деятельности стражей, вопреки надеждам Платона, никак не способствует установлению равенства всех граждан. Напротив, они должны гасить сопротивление и недовольство, которое всегда проявляет часть граждан государства, имеющих свои соображения о принципах и системе управлении государством и ведения хозяйства в нем.
  Поэтому, как ни воспитывай будущих представителей этого сословия, сам род деятельности вынуждает их чувствовать свое превосходство над низшим сословием, поведение которого они должны контролировать.
  Если попытаться оценить уровень сознания этих стражей, который, в сущности, определяет их выбор, то эти силовики отличаются от представителей низшего сословия, с одной стороны, несколько более высоким уровнем животной формы сознания, характерной эгоцентризмом. Поэтому их неудовлетворенность своим подчиненным положением руководителям государства внешне выглядит склонностью к агрессии против более слабых, а, с другой стороны, некоторым ослаблением самосознания, вследствие чего их личность не страдает избыточным альтруизмом, но отличается беспринципностью, которая появляется из-за необходимости выполнять часто противоречивые или даже бессмысленные приказы начальников. Поэтому они склонны к конформизму, который не сочетается с чувством собственного достоинства.
  То есть для их индивидуальности характерна значительная доля сообразительности, решительности, общительности и доминантности по сравнению с представителями низшего сословия, но они не могут не быть по роду своей службы беспринципными, некритичными, склонными к угодничеству и обману в качествах своей личности, и кроме того, они не имеют большого желания заниматься систематическим или тяжелым трудом.
  Личность их, как правило, не обременена такими чертами, как излишняя доброта и милосердие, а их заветные мечты сводятся к карьерным соображениям.
  Интеллектуальные занятия для большинства из них недоступны из-за быстрого "усыхания" мозгов вследствие специфики службы, не требующей рефлексии, поскольку имеется твердо установленный воинский распорядок.
  Таким образом, мы видим, что Платон, который в основу этих трех сословий положил соответственно мудрость, умеренность и силу, существенно ошибся в том, что подобное распределение граждан на основе их селекции, воспитания и лишении собственности обеспечат равенство всех граждан, а также то, что что представители этих сословий станут делать то, что должно и то, к чему каждый из них более всего склонен.
  Основное упущение в модели справедливого государства Платона состоит в том, что он главное внимание уделяет воспитанию граждан всех трех сословий, обозначенных им, благодаря которому появятся якобы идеальные и равные граждане всех этих сословий, каждому из которых найдено вполне подходящее занятие на всю жизнь.
  Подобный подход не учитывает то обстоятельство, что воспитание предполагает наличие воспитателей, а ими могут быть или некие внешние силы, преследующие свои интересы, или собственные энтузиасты-радетели справедливости, так же имеющие свои соображения о справедливости, но эти соображения часто противоречат устоявшему образу жизни любого сообщества. Поэтому изменение традиций, то есть естественного образа жизни искусственным, как правило, не удается из-за его идеализации.
  Кроме того, воспитание никак не действует на ту часть сознания каждого человека, которая досталась ему от природы, и если эта животная форма сознания преобладает, то эгоцентризм всего человеческого сознания будет неизменно доминировать, несмотря на все старания воспитателей.
  Воспитать всех людей с детства в духе принадлежности к одному их трех сословий так же не удастся из-за трудности определения у потомства склонностей и способностей к философствованию, охранному делу или традиционным занятиям ремеслами, земледелием, посредничеством, тем более что к ним не сводятся все занятия человека, а прикрепление человека к одному делу без его желания и учета его интересов по не всегда адекватным соображениям воспитателей лишает его свободы действий с наибольшей отдачей и низводит его жизненные перспективы к нулю, ограничивая его в развитии, то есть фактически помещает в определенную касту, что граничит с насилием и бесправием в отношении свободных граждан.
  Следует также отметить, что частнособственнические отношения, раз они появились, можно устранить только временно и при условии, что они имеются в зачаточном состоянии или практически отсутствуют, поскольку за собственность дерутся насмерть, и никто ее так просто не отдаст, тем более, никто не отдаст свою жену соседям запросто, как считает любой собственник, - на поругание.
  Поэтому подобное государство, если и появится, то вследствие своей искусственности и надуманности оно будет нежизнеспособным и скоро исчезнет или вернется к естественному образу существования.
  К тому же, подобное государство может появиться только для неразвитых этносов, которые, обладая в основном коллективистским сознанием, доставшимся им от еще близкого по времени состояния архаики, малоспособны к индивидуалистическим, инициативным действиям и легко поддаются внушениям о грядущем счастье в сплошной справедливости для каждого и всего коллектива в виде идей, схожих с платоновскими.
  И действительно, "справедливое" государство в форме теократического патриархального образования под руководством иезуитов на территории нынешнего Парагвая было образовано в начале XVII века из индейцев в архаичном состоянии. Оно просуществовало около 150 лет без всякого духовного развития, кроме некоторых усовершенствований в сфере хозяйствования, участвуя в частых столкновениях с соседями, и было ликвидировано в результате победы над ними испано-португальских войск в 1750 году, причем сами индейцы вернулись в архаическое состояние после удаления из их среды иезуитов, что показывает искусственность данного образования.
  Так же и Советский Союз который образовался на территории России в начале XX века, имел поначалу подавляющее большинство населения в виде неграмотных и полуграмотных крестьян с коллективистским сознанием, поскольку они вели общинное хозяйство, что в результате дало первоначально государство с тремя основными сословиями: властная элита, силовики и производители материальных продуктов, где отсутствовали частнособственнические отношения почти по Платону. В основе этого государства сначала были коммуны, трансформировавшихся позже в коллективные хозяйства (колхозы).
  Энтузиазм населения с его стремлением к справедливому сообществу в форме коммунизма во всем мире, которому противились столь же агрессивные соседи, привел к тому, что это государство оказалось своего рода агрессором с нищим населением, в котором у власти оказались отнюдь не философы и мудрецы, а кондовые бюрократы, сосредоточившие в своих руках распоряжение всей собственностью и соответствующим желанием покорить за этот счет весь мир.
  Таким образом, они использовали основные ресурсы государства на борьбу с соседями за доминирование в мире, держа население в нищете и фактическом бесправии. Это образование, напоминающее персидскую сатрапию, просуществовало около 70 лет и прекратило свое существование вследствие своей искусственности и недееспособности в хозяйственном отношении по сравнению с западными соседями, а также из-за утраты населением веры в приход коммунистического завтра.
  Итогом сравнительно непродолжительного существования этого неустойчивого образования - своего рода утопии, стал его распад и возвращение оставшейся метрополии в естественное лоно капитализма в крайне ослабленном состоянии.
  Аналогичным государством оказался и Китай в середине XX века с неграмотным в подавляющем большинстве населением, ведущим полу-животный образ жизни. Правда, Китай через несколько десятков лет после мучительных коммунистических экспериментов, принесших множество жертв, сумел отойти от распределительного социализма в сторону более инициативного и сытого капитализма, правда, с окраской в виде руководства страной олигархической верхушкой под обманчивым названием компартия, приобретя после этого значительный стимул к развитию.
  Таким образом, анализ модели справедливого государства Платона, появившейся как естественный порыв этого выдающегося представителя человечества к гармонии и счастью для всех граждан без изъятия, показывает невозможность установления гармонических сообществ в условиях технологической цивилизации, развитие которой обеспечивается на основе частнособственнических отношений исключительно противоречиями практически между всеми ее составляющими.
  2. Оценка модели идеального государства Кампанеллы - "Город Солнца".
  В начале XVII века монах ордена доминиканцев Томмазо Кампанелла в своем труде "Город Солнца" фактически впервые попытался на основе модели идеального государства Платона продвинуть идею глобализации мира путем установления мирового монархического католического государства, характерного отменой частной собственности и уравниванием всех граждан, контроль за которыми должен был осуществляться с помощью их селекции.
  Кампанелла мотивирует необходимость подобного государства следующим образом: "Они ясно сознают, что в мире царит великая испорченность, что люди не руководствуются истинными высшими целями, что достойные терпят мучения, что им не внимают, и что господствуют негодяи, хотя их благополучную жизнь они называют несчастьем, ибо она есть как бы ничтожное и показное бытие, так как ведь на самом деле не существует ни царей, ни мудрецов, ни подвижников, ни святых, раз они поистине не таковы" [3].
  Утопическая модель идеального государства Платона пришлась ко двору не только Кампанелло, но и Карлу Марксу в XIX веке. Они оба, в сущности, не только взяли ее за основу, но и буквально повторили все ее основные положения, отчего их модели справедливого государства так же остались утопиями, что и продемонстрировали попытки их осуществления.
  В частности, по модели идеального государства Кампанеллы в Латинской Америке иезуиты создали в начале XVII века своего рода коммунистического государства из индейцев, просуществовавшее в непрерывных войнах более ста лет, но тут же развалившееся после изгнания с этой территории иезуитов.
  Так же по модели идеального образования Маркса в виде коммунистического сообщества, основные принципы которого были заимствованы у Платона и Кампанеллы, как это показано ниже, большевики в России в начале XX века попытались создать государство, аналогичное "Городу Солнца", с постепенным охватом всего мира на основе уже не католицизма, но близкой к ему коммунистической идеологии. Однако их попытка провалилась вследствие полной экономической и политической недееспособности этого новообразования по сравнению с соседними капиталистическими странами.
  Поэтому диктатор Сталин примерно через 10 лет после свержения царизма в России стал преобразовать страну в государство по типу управления, схожего с персидской сатрапией, а коммунистические идеалы трансформировал в бюрократические, переведя практически всю собственность в распоряжение государственной бюрократии, за исключением коллективной собственности земледельцев, прикрепив их, тем не менее, к земле на манер крепостных прямо-таки так же, как Платон предлагал прикрепить каждого гражданина на всю жизнь к одному занятию.
  Естественно, и этому своего рода квазисоциалистическому полуфабрикату не удалось просуществовать долго, и он через несколько десятков лет развалился, не выдержав конкуренции с ведущими капиталистическими странами, а также из-за перемены вектора движения в умах нищего населения России и правящей бюрократии от никак не приходящего и коммунистического завтра к сытому капиталистическому сегодня.
  "Город Солнца" мало чем отличается от идеального государства Платона, во главе которого должны были стоять мудрецы-аристократы духа.
  Главного философа-управленца Кампанелла назвал Солнцем-метафизиком, придав ему функции светского и духовного правителя, которому способствуют в управлении три помощника.
  Один из них, строго по Платону, ведает всеми силовиками, другой отвечает за ремесла, искусство и науку, третий - за селекцию потомства, земледелие и скотоводство: "Верховный правитель у них - священник, именуемый на их языке "Солнце", на нашем же мы называли бы его Метафизиком. Он является главою всех и в светском, и в духовном, и по всем вопросам и спорам он выносит окончательное решение. При нем состоят три соправителя... ...В ведении Мощи находится всё касающееся войны и мира: военное искусство, верховное командование на войне... ...Ведению Мудрости полежат свободные искусства, ремесла и всевозможные науки... ...Ведению Любви подлежит, во-первых, деторождение и наблюдение за тем, чтобы сочетание мужчин и женщин давало лучшее потомство... ...в ведении того же правителя находится воспитание новорожденных, врачевание, изготовление лекарств, посевы, жатва и сбор плодов, земледелие, скотоводство, стол и вообще всё, относящееся к пище, одежде и половым сношениям" [3].
  Кампанелла, так же как Платон, придерживается мнения о вредоносности частной собственности для существования справедливого государства, доводя это соображение, как и Платон, до абсурда, - общности жен: "...общность жен... у них самих принята на том основании, что у них всё общее. Распределение всего находится в руках должностных лиц, но так как знания, почести и наслаждения являются общим достоянием, то никто не может ничего себе присвоить. Они утверждают, что собственность образуется у нас и поддерживается тем, что мы имеем каждый свое отдельное жилище и собственных жен, и детей. Отсюда возникает себялюбие, ибо ведь, чтобы добиться для своего сына богатства и почетного положения и оставить его наследником крупного состояния, каждый из нас или начинает грабить государство, ежели он ничего не боится, будучи богат и знатен, или же становится скрягою, предателем и лицемером, когда недостает ему могущества, состояния и знатности. Но когда мы отрешимся от себялюбия, у нас останется только любовь к общине" [3].
  "...община делает всех одновременно и богатыми, и вместе с тем бедными: богатыми - потому что у них есть всё, бедными - потому что у них нет никакой собственности, и поэтому не они служат вещам, а вещи служат им. И поэтому они всячески восхваляют благочестивых христиан и особенно превозносят апостолов" [3].
  Кампанелла копирует Платона и в отношении высшей власти в справедливом государстве, полагая столь же наивно, что правителями в нем могут только мудрые и образованные люди: "Мы, несомненно, лучше знаем, что столь образованный муж будет мудр в делах управления, чем вы, которые ставите главами правительств людей невежественных, считая их пригодными для этого лишь потому, что они либо принадлежат к владетельному роду, либо избраны господствующей партией. А наш 0 (правитель), пусть он даже будет совершенно неопытен в делах управления государством, никогда, однако, не будет ни жестоким, ни преступником, ни тираном именно потому, что он столь мудр" [3].
  Подобно Платону, решающее значение для существования государства, Кампанелла придает селекции: "Когда же все, и мужчины, и женщины, на занятиях в палестре, по обычаю древних Спартанцев, обнажаются, то начальники определяют, кто способен и кто вял к совокуплению, и какие мужчины и женщины по строению своего тела более подходят друг к другу, а затем, лишь после тщательного омовения, они допускаются к половым сношениям каждую третью ночь. Женщины статные и красивые соединяются только со статными и крепкими мужами; полные же - с худыми, а худые - с полными, дабы они хорошо и с пользою уравновешивали друг друга... ...ученых сочетают с женщинами живыми, бойкими и красивыми. Людей ж резких, быстрых, беспокойных и неистовых - с женщинами полными и кроткого нрава. И они утверждают, что совершенного телосложения, благодаря которому развиваются добродетели, нельзя достичь путем упражнения: что люди порочные по природе работают хорошо только из страха перед законом или перед Богом, а не будь этого, они тайком или открыто губят государство. Поэтому всё главное внимание должно быть сосредоточено на деторождении, и надо ценить природные качества производителей, а не приданое и обманчивую знатность рода... ...Дети менее способные отправляются в деревню, но некоторые из них, оказавшиеся более успешными, принимаются обратно в город. Но в большинстве случаев, родившись под одним и тем же расположением звезд, сверстники сходствуют по способностям, и по нраву, и по наружности, отчего проистекает великое согласие в государстве, поддерживаемое неизменной взаимной любовью и помощью друг другу" [3].
  "...производство потомства имеет в виду интересы государства... и так как частные лица по большей части и дурно производят потомство, и дурно его воспитывают, на гибель государства, то священная обязанность наблюдения за этим, как за первой основой государственного благосостояния, вверяется заботам должностных лиц, и ручаться за надежность этого может только община, а не частные лица" [3].
  Дублируя Платона, Кампанелла, привязывает каждого человека к исполняемым им обязанностям, несмотря ни на что: "Каждый, на какую бы службу ни был он назначен, исполняет ее как самую почетную" [3].
  Из всего этого видно, что Кампанелла не внес существенных деталей в модель справедливого государства Платона, кроме идеи глобализации этого государства, и оно так и осталось утопией, скопированной с утопии такого же рода.
  3. Попытка реализации "Города солнца" иезуитами.
  В начале XVII века на территории нынешнего Парагвая появились испанские иезуиты, создавшие под своим руководством некоторого рода мини-государство из местных индейцев, которому пришлось за всё время его существования отбиваться от работорговцев из Бразилии, что оно делали довольно успешно.
  Иезуиты постепенно добились фактической независимости получившегося образования от метрополии, но в середине XVIII века часть поселений этого мини-государства Испания передала Португалии, что противоречило планам иезуитов. Начавшаяся война завершилась победой испано-португальских войск. Иезуиты были изгнаны из испанских владений, их государство пришло в упадок, а индейцы вернулись к архаичному образу жизни. Такова недолгая история этого государства вкратце.
  Появившиеся на этой территории иезуиты, которые руководствовались идеями Кампанеллы, воспользовавшись тем, что уровень жизни первобытных индейцев был крайне низким, довольно быстро распределили их по поселениям и организовали образ жизни в этих поселениях в основном по принципам, изложенным Кампанеллой в "Городе Солнца" с определенной коррекцией, поскольку понимали слишком идеализированную конструкцию государства, предложенную Кампанеллой.
  Как и предлагал Кампанелла, во главе каждого образования стоял духовный и светский руководитель (иезуит) с помощниками, входившими в городской совет, а индейцы под их руководством занимались ремеслами и земледелием. Работы сопровождались молитвами. В воскресные и субботние дни работы не проводились.
  Продукция собиралась в особые магазины и выдавалась всем нуждающимся в них.
  Руководителю-иезуиту подчинялся главный воинский начальник из индейцев. Ополчение под его началом использовалось для обороны и подавления восстаний на сопредельных территориях.
  Однако в общественное пользование была выделена только часть земли, а остальная земля была поделена на участки личного пользования. То есть разумные иезуиты отказались от крайности - обобществления всего, в том числе и жен, а также они отказались от селекции потомства индейцев.
  Иезуитам удалось довольно быстро изменить архаичный образ жизни индейцев, научив их многим ремеслам и введя более высокий уровень агротехники. В результате, уровень жизни индейцев в этом мини-государстве поднялся по сравнению с прежним.
  Тем не менее, жесткий распорядок жизни с частыми молитвами и прикреплением каждого индейцев к определенному участку работы под неустанным контролем местных чиновников мало напоминал справедливое государство, единственным позитивом которого было свободное распределение продуктов труда для всех нуждающихся.
  Подобное состояние, близкое к рабству, могли терпеть только индейцы, которые еще недавно вели полуголодный образ жизни в своей архаике.
  Трудно предположить, сколь долго продержалась бы эта теократическая республика, но ее дни были сочтены превосходством врагов, окружающих поселения иезуитов, Войска этого мини-государства в конце концов были разбиты, иезуиты изгнаны из этого региона, а индейцы вернулись к своему первобытнообщинному состоянию, не сумев и даже не стараясь сохранить основные принципы прежнего существования.
  Подытоживая, можно отметить, что, несмотря на довольно-таки адекватную коррекцию принципов Кампанеллы и рост благосостояния населения, руководимого иезуитами, данное образование не пошло дальше патриархально-теократического, пригодного только для населения, практически не отошедшего от архаичного образа жизни, то есть с преобладанием коллективистского самосознания.
  Именно по этой причине это искусственное образование после удаления иезуитов распалось, не удержавшись на достигнутом уровне благосостояния, и вернулось к прежнему полуголодному образу жизни, характерного для всех первобытнообщинных сообществ, соответствующему уровню его коллективистского самосознания.
  Иначе говоря, невозможно кардинально изменить образ жизни сообщества на иной, если оно само не достигло того уровня самосознания, который соответствует новому образу жизни.
  4. Марксистская утопия счастливого завтра.
  Удивительно на первый взгляд, но Карл Маркс - основоположник теории, в соответствии с которой в результате организованной борьбы угнетенных с угнетателями должен случиться приход счастливого коммунистического завтра, - а на нее повелись миллиарды людей, - всего лишь воспроизвел в ней основные принципы модели идеального государства Платона, слегка модернизировав ее в плане Кампанеллы, выдвинув, как и последний, идею глобализации мира, но уже путем установления повсеместно коммунистического режима.
  Как и Платон, и Кампанелла, Маркс ратовал за отмену частной собственности, уравнивание всех граждан, и даже за некоторого рода селекцию этих граждан, которую на практике пытался осуществить Ленин, а всем этим должны были руководить, правда, не философы или священники, как предполагали Платон и Кампанелла соответственно, а партийные мудрецы, которыми в Советском Союзе оказались всего лишь аппаратчики из ЦК партии, а их помощниками стали коммунисты, проникающие повсюду и контролирующие всё и всех.
  Получилась прямо-таки воспроизведение модели идеального государства Платона, в котором, правда, постеснялись непосредственно обобществить жен, хотя вначале такие попытки были, но Ленин после революции в России ограничился в соответствии с идеями Маркса коммунами, которые из-за их недееспособности через десять дет были заменены колхозами (коллективные хозяйства с оплатой работников трудоднями, а не деньгами), в которых земледельцы-крестьяне тоже по Платону были прикреплены пожизненно к сельскохозяйственному труду, поскольку паспорт им не выдавали и тем самым свободного перемещения они были лишены.
  В связи с этим, надо полагать, что все эти мыслители, признанные самыми выдающимися интеллектуалами-гуманитариями, не нашли иного выхода для серой массы тружеников, как только насильно привести их к повальному счастью для всех, в которое они сами безусловно верили, что довольно глупо само по себе не только потому, что счастье недостижимо в принципе, но и потому, что не все его желают, тем более в таком виде, да еще и методами, противными не только свободе, но и природному естеству каждого человека, которое может быть, особенно человеческий мозг в этом естестве, настолько далеким от другого человека, насколько куриные мозги далеки от мозга обезьяны.
  Тем не менее, хотеть не всегда вредно, хотя бы потому, что прогресс в движении технологической цивилизации обеспечивается в значительной части борьбой этих теоретиков - радетелей общего блага - с консерваторами у власти, паразитирующими на ней и за счет нее.
  Так что практика демонстрирует, что обманчивые идеи тоже годятся для прогресса.
  Эту идею о создании некоего справедливого образования Маркс и Энгельс изложили в самом начале своего знаменитого "Манифеста" вроде бы адекватно по внешней видимости: "Вся история общества была до сих пор историей борьбы классов. Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, цеховой мастер и подмастерье, короче - угнетатель и угнетаемый находились в вечной вражде друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или совместной гибелью борющихся классов" [4, с. 2].
  Однако, если проанализировать эту декларацию, то она явно грешит поверхностностью.
  Действительно, угнетатели и угнетаемые не могли не враждовать друг с другом практически непрерывно, но революции и перевороты случались не так уж часто, видимо, потому что нечто непонятное для этих мыслителей накапливалось в сознании людей и время от времени разряжалось в бунтах и революциях.
  Однако, если они и происходили, то перемена отчасти угнетателей и угнетаемых местами, как это случалось неоднократно в Китае и недавно в России, на Кубе и ряде других стран Азии и Африки, приводила к тому, что новые правители из угнетенных довольно быстро становились угнетателями населения собственной страны в той или иной бюрократической форме, часто более жестокой, чем это было ранее.
  Это положение дел, на которое указывает история, наглядно демонстрирует устойчивость антагонизма в обществе, хотя он мало кому нравится. В этом обществе, конечно, непременно враждуют разные группы и сословия, так как разнятся их интересы, да и собственность распределена отнюдь не равномерно, и захватчики всегда желают ее защитить и сохранить, а обделенные хотят обязательно ее при удобном случае отнять либо для себя, либо поделить равным образом.
  Но какие-то слои населения должны же быть ведущими в этой борьбе за власть и собственность?
  Понятно, что, структура, захватившая основную собственность и власть в государстве, так называемая, властная элита, стоит во главе этой борьбы и всеми способами пытается удержать власть со всеми ее привилегиями.
  Но кто же всегда противостоит любой власти?
  Надо полагать, вряд ли этой оппозицией могут быть все подряд угнетаемые или отдельно такие забитые жизнью и пропагандой угнетенные массы как обыватели, полуграмотный пролетариат, либо неграмотные крестьяне, которые способны только на локальные возмущения или на бунт, что и происходило в истории довольно часто, но все они имели в головах лишь расплывчатые понятия о справедливости, которую должен установить какой-то новый хороший правитель.
  То есть никакого отношения к созданию реального и четко структурированного справедливого народного государства эти так или иначе подавляемые стихийные массовые движения не имели.
  Все же остальные фундаментальны перевороты в образе жизни общества типа Французской революции 1789 года так же сводились не к созданию справедливого народного государства, а к смене властных элит в соответствии с изменением отношений собственности, которым было наплевать на справедливость и на народные бедствия.
  Тем не менее, даже эти революции, меняющие общественные отношения в тех же рамках - угнетаемые и угнетатели, - возглавляли идейные и грамотные борцы с несправедливостью, имеющие собственную концепцию справедливого государственного устройства. Однако на практике все их усилия улучшить положение низших сословий сводились к прежней модели антагонистических общественных отношений, и новая властная элита оказывалась столь же несправедливой по отношению к угнетаемым.
  Таким образом, вполне сознательной оппозицией во все времена цивилизации всегда была только некоторая часть образованных и культурных людей, которые вследствие накопленных знаний и немалой доли приобретенного альтруизма не могли не желать справедливости для всех, и им была противна жадность, лицемерие, глупость и наглость нуворишей всех времен, а таких людей, оппозиционно настроенных в отношении власть предержащих, тоже всегда хватало в более-менее культурном сообществе - даже в рабовладельческом.
  Их теории об улучшении устройства общества ради достойной жизни для всех без изъятия были различными, но все они неизменно думали о народном благе.
  Вот, Платон, Кампанелла, Томас Мор, Бакунин, Кропоткин, Чернышевский, Ленин и многие другие со своими товарищами, безусловно, не могли терпеть такую несправедливость в отношении угнетенных народных масс, а также методов управления государством только на пользу властной элиты, и они, как минимум, придумывали модели, способы и средства свержения угнетателей и установления справедливого народного государства, а часто и воевали с угнетателями, как Ян Гус.
  Другим словами, властная элита старается делать всё только для себя, плюя на всякую мораль и придумывая законы, позволяющие сохранить власть, а интеллектуальная оппозиция ей делает всё возможное, чтобы подорвать власть тиранов или хитрых олигархов, и призывает угнетаемых к возмущению и переворотам ради восстановления справедливости, которая для них, как правило, сводится к переводу общества к равенству для всех, то есть к утопии. В результате, несмотря на все усилия интеллектуальной оппозиции власти, справедливость в их понимании установить никак не удается, и антагонистическое общество по-прежнему творит несправедливость.
  Властные элиты использует для удержания власти все силовые и законодательные органы государства, оппозиционеры-неформалы взывают к борьбе угнетаемых с властью ради равенства и братства, как это провозглашали те же Платон и Кампанелла в своих утопиях. Но, как это видно из истории, от перемены мест слагаемых общественные противоречия не исчезают.
  По-видимому, Маркс, понимая по итогам прошедших еще недавно революций во Франции бесперспективность смены властных элит, и вместе с тем обнаружив отобравшийся сам собой в ходе развития капитализма довольно-таки организованный отряд пролетариев, решил обратиться к истокам.
  Неплохо зная античность, он, скорее всего, увидел в идеальном государстве Платона ту модель, которую при некоторой корректировке можно использовать для создания не обычного государства с неискоренимым неравенством граждан, а общества равных граждан, в котором отсутствуют собственнические, и, значит, антагонистические отношения.
  Но этого Марксу показалось недостаточно, и он позаимствовал еще и глобалистскую идею Кампанеллы об установлении общества без антагонистических отношений во всем мире.
  Однако Маркс, надо отдать ему должное, несколько обновил идеи Платона и Кампанеллы, предложив уже от себя осуществить плавный переход к этим своеобразным коммунам в мировом масштабе без сословий и классов посредством создания как бы промежуточных государств, в которых будет господствовать пролетариат, руководимый идеологами, подобными ему. Эти государства подготовят почву для установления уже настоящего коммунизма.
  Новизна этого подхода Маркса, состояла и в том, что он, прекрасно представляя сопротивление эксплуататоров такому повороту в общественных отношениях, предложил насильственно ниспровергнуть их с помощью того же пролетариата и устроить общество без всякого насилия не сразу, а через государства с диктатурой пролетариата, которая будет действовать для удержания собственной власти и исправления остальных граждан вплоть до постепенного построения неантагонистического общества.
  Всё эти построения Маркса выглядели впечатляюще и произвели на общество необыкновенно сильное воздействие, вдохновив его лучших представителей на подвиги во славу реализации марксовых идей.
  Однако, как сам Маркс, так и его последователи не поняли, что реального равенства граждан в их сознании и представлениях не существует и установить его невозможно никакими способами. Вместе с тем они не смогли уяснить себе, что без собственнических отношений развитие общества прекратится и технологической цивилизации со всеми ее удобствами придет конец [см., напр., 2].
  Иначе говоря, Маркс, как и предшествующие мыслители-идеалисты, попал в плен ожидания непременного прихода вместо нынешних несчастий радостного и счастливого завтра для всех разом с помощью дружного и независимого ни от кого пролетариата, если тот потрудится указанным им образом. Тогда и создастся истинно справедливое общество, основы которого он позаимствовал у Платона, хотя сам Платон не был уверен в практической реализации собственной модели идеального государства, а вот Маркс был уверен.
  Но, как это ни парадоксально для многих, в том числе и для всех последователей Маркса, темпы развития общества, точнее, нынешней технологической цивилизации в условиях непрестанной борьбы обеих страт - властных элит и неформально-интеллектуальной оппозиции, - вовлекающей остальные слои населения в эту борьбу в критические периоды существования цивилизации, нарастают, то есть собственное время этой цивилизации ускоряется: одна эпоха сменяет другую, развиваясь со всё большей скоростью, что отчетливо просматривается по столетиям их существования, и цивилизация постепенно расцветает, обретая более образованных, культурных и живущих в более комфортной обстановке граждан, находящих все больше степеней свободы в социуме при всем его антагонизме.
  Таким образом, получается, что базовое положение марксизма о решающей роли борьбы классов в общественном развитии оказывается несостоятельным, а истинным движителем развития общества является неудовлетворенность двойственного сознания в его индивидуалистической и коллективистской формах, которая отражается в борьбе властных элит с неформальной интеллектуальной оппозицией им.
  В ходе борьбы природного сознания и самосознания в каждой голове и во всех головах сразу их коллективистская форма постепенно уступает дорогу индивидуалистической, и общество от рабовладения через феодализм приходит к капитализму, в котором наиболее отчетливо выражается индивидуалистический характер всех общественных сил, приводящий в свою очередь это общество через всё углубляющиеся кризисы в силу собственного несовершенства к упадку и разложению, и оно пытается в лице своих элит под угрозой потери ими власти вернуться к былому коллективизму, процветавшему в архаике, через отмену собственности, но эта попытка не может быть удачной в силу разложения всей конструкции общества, которое должно исчезнуть подобно дому на сгнивших сваях [см., напр., 2].
  Если вернуться к основам марксизма, то можно наглядно убедиться в том, что они недалеко ушли от принципов платоновского идеального государства, сопоставив "Диалоги" Платона и "Манифест коммунистической партии" Маркса и Энгельса.
  На ведущее место из всех граждан Маркс ставит помощников главных мудрецов, вроде самого себя, проникшихся идеями этих мудрецов: "...коммунисты, на практике, представляют собою самую решительную, всегда вперед стремящуюся часть рабочих партий всех стран, а в теоретическом отношении они имеют перед остальной массой пролетариата то преимущество, что понимают условия, ход и общие результаты рабочего движения" [4, с. 17].
  Как и Платон в отношении к частной собственности, Маркс заявляет: "Коммунисты могут выразить свою теорию словами: уничтожение частной собственности" [4, с. 17].
  Правда, в утешение общественности, Маркс заявляет: "... это не будет превращение частной собственности в общественную. Изменится только общественный характер собственности. Она потеряет свой классовый характер" [4, с. 18].
  Развивая мысль об уничтожении в будущем частной собственности, Маркс признает, что тем самым уничтожается и личность, но, видимо, обезличенность его не страшит, как это не пугало и Платона, который на этой основе вводил истинное, по его мнению, равенство, против чего Маркс не возражает: "В буржуазном обществе капитал обладает самостоятельностью и индивидуальностью, между тем, как трудящийся является несамостоятельным и обезличенным. И уничтожение этих-то отношений буржуазия называет уничтожением человеческой личности и свободы. И она права. Речь идет, действительно, об уничтожении буржуазной личности, буржуазной самостоятельности и буржуазной свободы. При современных буржуазных условиях производства под свободой понимают свободу торговли, свободу купли и продажи" [4, с. 19].
  Всё это звучит звонко и убедительно как истинная борьба за справедливость для большинства трудящихся, но, увы, с подобным идеализмом в свое время столкнулся Ленин в России, когда коммуны, отмена торговли, купли и продажи привели к практическому краху государства и голоду, вынудив главного мудреца Ленина снова ввести эти буржуазные предрассудки, как оценивал их Маркс, в форме НЭПа (новая экономическая политика), которая на самом деле была спасительным возвратом к прежним методам хозяйствования.
  Прямо-таки в соответствии с соображениями Платона об идеальном государстве Маркс полагает, что уничтожение семьи решит проблему воспитания потомства в духе коллективизма, выставляя предлогом этого мероприятия то, что семья - основа буржуазного строя, предлагая так же в соответствии с идеями Платона воспитывать детей не домашним, а общественным образом: "На чем держится современная буржуазная семья? На капитале, на частной наживе. В совершенно развитом виде она существует только для буржуазии, но она находит свое дополнение в вынужденном безбрачии пролетариата и в открытой проституции. Буржуазная семья, естественно, должна будет пасть вместе с падением этого дополнения, и оба они вместе исчезнут с исчезновением капитала... Буржуазные разглагольствования о семье и о воспитании, о нежных отношениях родителей к детям, внушают тем более отвращения, чем больше разрушаются семейные связи в среде пролетариата благодаря крупной промышленности, и чем более дети рабочих превращаются в простые товары и рабочие инструменты... Коммунистов можно было бы упрекнуть разве лишь в том, что они хотят поставить официальную общность жен на место лицемерно скрываемой. Но само собой разумеется, что с уничтожением современных условий производства исчезнет и создаваемая ими общность жен, то есть официальная и неофициальная проституция" [4, с. 21-22].
  Маркс так же использует идею Платона об обязательном прикреплении гражданина к рабочему месту в следующей формулировке: "Одинаковая обязательность труда для всех, учреждение армий труда, в особенности для земледелия... Соединение земледельческого труда с фабричным, постепенное уничтожение различия между городом и деревней" [4, с. 26].
  Что же касается платоновской селекции граждан, то Маркс полагает, что капитализм сам совершил отбор наиболее решительных граждан, которые его и низвергнут. Это наемные работники на фабриках и заводах - пролетариат: "Пролетариат воспользуется своим политическим господством, чтобы рядом нападений отнять у буржуазии весь капитал, чтобы централизовать все орудия труда в руках государства, то есть организованного в качестве господствующего класса пролетариата..." [4, с. 25].
  Как ни странно, но Маркс, воспитанный на идеях Гегеля, включающих, в частности, борьбу противоположностей как движителя общественного развития, приходит к выводу об устранении в итоге этой борьбы в виде ликвидации классового антагонизма: "Когда со временем уничтожатся различия классов, и всё производство сосредоточится руках ассоциаций, общественная власть потеряет свой политический характер... Если пролетариат в борьбе своей против буржуазии объединяется как класс, достигает путем революции господства, и, как господствующий класс, насильственно уничтожает старые условия производства, то этим он уничтожает также и условия существования антагонизма классов, классы вообще, а вместе с тем и своё классовое господство. Место старого буржуазного общества с его классами и антагонизмом классов, займет ассоциация, в которой свободное развитие каждого будет условиям свободного развития всех" [4, с. 26].
  Если для Платона вера в идеальное государство была оправдана тем, что он не подозревал о необходимости борьбы противоположностей, то Маркс об этом знал, но предпочел уверовать в грядущий коммунистический земной рай, противопоставив его раю на том свете, которого грешники могут лишиться, а коммунизм останется для всех, правда, только при их жизни, но и это, как считают многие, совсем неплохо. Именно по причине отвратительной для большинства жизни и такой прекрасной в нарисованном Марксом раю эта явная утопия приобрела такую популярность у населения.
  В качестве ремарки отметим, что и сам Гегель был столь же непоследователен, как и Маркс, посчитав в конце жизни идеалом современное ему Прусское государство.
  Так что они оба вступили в противоречие с действительностью, поддавшись обаянию каждый своей утопии: Гегель, уверовав в идеал в виде Прусского государства с его, как ему казалось, совершенным порядком, а Маркс уверовал в платоновский идеал справедливого сообщества без борьбы и страстей.
  5. Попытка достижения коммунизма в России.
  Сама по себе идея о создании справедливого народного государства, вдохновляющая массы трудящихся до сего времени, появилась сразу же после возникновения частной собственности, явно несправедливо распределенной и распределяющейся по сию пору.
  Сохранившиеся китайские хроники свидетельствуют о целом ряде восстаний бесправного населения против мандаринов несколько тысяч лет назад. Некоторые из них завершились победой угнетенных. Однако эти победы вместо установления справедливости, как ее понимали обделенные ею, точнее, обделенные собственностью, приводили лишь к образованию новых династий в рамках того же антагонистичного строя, при котором массы бедняков всё так же работают на богатых и знатных.
  Придать научный характер, в сущности, извечной мечте об уничтожении угнетателей и установлении своего рода рая на Земле попытался Карл Маркс в своем Манифесте [4] и последующих многочисленных трудах.
  На этой образовавшейся основе, чарующей и вдобавок вроде бы научной, в России начала XX века была произведена масштабная попытка установить истинно справедливое государство.
  Крестьянские массы, воевавшие за чуждые им интересы, осознав данный факт после нескольких лет лишений и жертв Первой империалистической войны, повернули свои винтовки против власти, поменяв ее в итоге как бы на власть трудящихся в соответствии с учением Маркса, но, так же как в древнем Китае, вследствие низкого уровня коллективистского самосознания этой массы населения и еще более низкого уровня индивидуального самосознания, пришли постепенно к образованию подобия азиатской деспотии во главе с первыми секретарями коммунистической партии - своего рода альфа-самцами, сменяющими друг друга, и новой религии, в которой стремление к небесной благодати было заменено стремлением к земной благодати под наименованием коммунизм, где всем наконец наедятся досыта и будут жить-не тужить припеваючи без всякий забот и горестей.
  Эта наивная вера вызвала небывалый жертвенный энтузиазм населения, приведший сначала к существенному технологическому и культурному прорыву, но, как и любая утопия, завершившийся довольно скоро полным идейным крахом в виде утраты веры в коммунизм и последующим разрушением искусственно созданной якобы всенародной социалистической державы с откатом от некоторого достигнутого модерна к средневековым методам правления и существования населения, разделенного снова на сословия, и повсеместной коррупции, поскольку за короткое время невозможна замена коллективистского самосознания на его индивидуалистическую составляющую, или, по крайней мере, уравнивание коллективистского самосознания разнородного населения с его индивидуалистической составляющей, еще недавно неграмотного или полуграмотного, с его архаичными понятиями об образе жизни, основанного более всего на природном сознании, и тем более невозможно формирование у большинства населения уровня индивидуального самосознания, достаточно высокого для того, чтобы стать превалирующим над коллективистским.
  Этот сложный образовательный и воспитательный процесс, основанный на общем постепенном культурном и технологическом подъеме, как показало развитие европейский стран, ныне ведущих в мире, занимает не десятилетия, а столетия.
  Поэтому население России в целом так и не преодолело барьер между индивидуалистической составляющей самосознания и коллективистским сознанием, которое включает в себя самосознание основной части сообщества и его природное сознание, в пользу индивидуального самосознания.
  Свободные люди - персоны с высоким уровнем индивидуального самосознания - никогда не позволят управлять собой альфа-самцу - единоличному правителю, каким бы он ни был, а в России это происходило тысячу лет и происходит сейчас
  Чем же объяснить подобное развитие событий, приводящее, как правило, после революций и переворотов к восстановлению антагонистического строя?
  Оказывается, в условиях частнособственнических отношений этот строй является наиболее эффективным и даже единственно возможным, поскольку обеспечивает тот или иной темп развития, определенный порядок в государстве, страхуя его от хаоса и исчезновения, тогда как его отсутствие неизбежно приводит к стагнации и распаду государства или поглощению его другими государствами.
  Идея разумного эгоизма Гоббса, подкрепленная в дальнейшем концепцией прагматизма Пирса, по существу, является основой идеологии наиболее продвинутого антагонистического строя - капитализма.
  Гоббс утверждает, что человек, как природное существо, - эгоистичен, стремясь прежде всего удовлетворять собственные потребности, однако, он же и разумен, то есть разумом он способен понять, что учитывать интересы других людей часто оказывается выгодным.
  Для иллюстрации приведем небольшой отрывок из "Левиафана" Гоббса: "... естественные законы (как справедливость, беспристрастие, скромность, милосердие и (в общем) поведение по отношению к другим так, как мы желали бы, чтобы поступали по отношению к нам) сами по себе, без страха какой-нибудь силы, заставляющей их соблюдать, противоречат естественным страстям, влекущим нас к пристрастию, гордости, мести и т. п..." [5, с. 192].
  Что же касается прагматизма, то он характеризуется его основоположником, Пирсом, так: "Поскольку истина есть не более и не менее чем характер какой-то пропозиции, состоящей в том, что убежденность в этой пропозиции, если таковая обоснована опытом и рефлексией, приведет нас к такому поведению, которое бы способствовало удовлетворению желаний, каковые эта убежденность будет определять. Говорить, что истина значит нечто большее, значит утверждать, что она вовсе не имеет значения... Из того, причиной чего, как вам представляется, способен стать предмет вашего понятия, учтите всё представимо практическое. Это будет все ваше понятие данного предмета" [6, с. 104, 168].
  Разумный эгоизм и прагматизм, с одной стороны, раскрепощают производительные силы каждого индивида, делая его конкурентно свободным в рамках поддерживающего стремление каждого человека к улучшению жизненных условий государства. Тем самым темпы развития соответствующих сообществ становятся максимально возможными.
  С другой стороны, неравенство способностей и условий при господстве неограниченной конкуренции индивидов, стремящихся к получению выгоды для себя, не может не привести к расслоению общества по обладанию имуществом или его эквивалентов, и отличие по размерам этого владения может достигать астрономических значений.
  Естественное возникновение перманентной напряженности между "обиженными бедняками" и "зажравшимися богатеями" властная элита пытается сгладить ограблением менее развитых сообществ, средства от которого в значительной степени перебрасываются на дополнительное прокормление как обывателей, так и среднего класса во избежание социальных катаклизмов.
  В капиталистическом обществе, формируется несколько основных страт. Большинство составляют обыватели, к которым относятся служащие разного рода, производящий и технический персонал фабрик, заводов и прочих корпораций, производящих продукцию, в том числе и в сфере агрокультуры, а также пенсионеры и домохозяйки.
  Управляющей стратой является властная элита, которой противостоит неформальная оппозиция. Подпирает властную элиту бюрократические аппараты разного рода, а также ряд силовых органов и армия. Страта креативных персон, в сфере которых находится развитие науки, технологий и культуры так же подчинена властной элите.
  Кроме обывателей и властной элиты, представляющей собой главным образом организационно-управляющий контингент из высшего чиновничества и наиболее продвинутый бизнес, в каждом сообществе имеется прослойка людей умственного труда, интеллектуалов разного рода, а также -сравнительно немногочисленных представителей остального населения, сумевших так или иначе подняться в своем самосознании до того уровня, который диктует им отвращение к аморальному и корыстному поведению правящей элиты.
  Эти люди питают надежду на переустройства общества в сторону гармонии, то есть равенства, братства и вместе с тем свободы, не понимая, что свобода всегда противостоит равенству, справедливости, разрушая любую стабильность. Но эта надежда на гармоничное мироустройство не может исчезнуть в их благостном сознании никогда: они, как истинные гуманисты, не способны поверить, что ужасы нашего мира не могут перейти в благоденствие каждого человека и всего человечества в конце концов.
  Неформально оппозиционная часть интеллектуалов, к которым можно отнести разнообразных образованных выходцев из народа в том или ином поколении, - активных, честных, искренне желающих блага народу, то есть с доминантой высшего сознания, никогда не примыкали и не примкнут к лицемерной и корыстолюбивой управляющей элите государства. Совершить подобное им не позволит уже достигнутый уровень высшего сознания, ставящий материальные блага на последнее место в ряду ценностей жизни. Поэтому они всегда будут разоблачать нечистоплотных, лицемерных и вороватых власть имущих, бороться за права и гражданские свободы трудящихся, как можно более широко привлекая их к этой борьбе.
  Тем самым их противостояние властной элите не дает обществу застыть, являясь отражением антагонизма низшего и высшего типов сознания в каждом человеке.
  Борьба между ними при большей частью пассивном поведении остального населения происходит непрерывно с доминированием более энергичной и беспринципной управляющей элиты, провоцирующей ненависть к себе со стороны всех остальных, и тем самым образуя тот антагонизм, который не дает обществу остановиться в развитии.
  Именно по этой причине, любой переворот или революция, свергающая или даже уничтожающая всю властную элиту, как это происходило, например, в Китае неоднократно, сравнительно быстро приводит к воспроизводству прежнего - антагонистического - порядка в обществе, то есть восстанавливает то условие, при котором только и возможно развитие общества.
  В России, по прошествии семидесятилетних катаклизмов, произошло то же самое. Если же подобного восстановления не случается, то сообщество распадается, сливаясь с соседними государствами. Правда, места для России в ряду развитых капиталистических стран не оказалось, и она довольно быстро превратилась в полуколонию ведущих стран Запада, управляясь подкупленной ими компрадорской элитой.
  Перекос в противостоянии властной элиты и неформалов-интеллектуалов ведет либо к застою в развитии сообщества, либо - к дезорганизации системы управления и наступлению хаоса с непредсказуемыми последствиями.
  Тем самым движущей силой общественного развития, как и развития каждого человека, является скрытое взаимодействие двух форм сознания: низшего, или природно-животного, и высшего, или самосознания [7].
  Остальные, значительные по численности страты общества, кроме слоя креативных персон, обеспечивающих научный, технологический и культурный подъем, с политико-социальной точки зрения не представляют большого интереса, являясь, вследствие пониженного уровня самосознания и, следовательно - прагматичными устремлениями, более или менее близкими к обывателям. К этим конформистским или инертным слоям можно отнести силовиков, военных, мелких бизнесменов, рантье и различные криминальные элементы
  Поэтому из-за низкого уровня самосознания и, как следствие, лишь прагматических устремлений они не способны самостоятельно повлиять на ход общественного развития, но эти слои под воздействием пропаганды, а также под влиянием изменившихся условий существования могут начать действовать, либо поддерживая правящий режим, который в целом удовлетворяет их довольно убогие жизненные потребности, либо присоединяясь к противникам режима, если он лишает их сытой и размеренной жизни.
  Резюме.
  Итак, анализ показал, что коммунистические идеи Маркса, практически полностью были заимствованы у Платона: уничтожении собственности, семьи, введении трудовых коммун ради уравнивания в труде и потреблении граждан под верховным руководством мудрецов из руководства коммунистической партии, а также селекция этих граждан, одни из которых признавались вожаками и водителями народных масс - коммунистами и пролетариатом соответственно, а все остальные были призваны работать на благо трудового народа, хотя они сами и были этим народом.
  Правда, экспериментатор Ленин на практике выделил в отдельную группу бывших врагов, прежних буржуев и часть интеллигенции в качестве лишенцев, не имевших никаких прав.
  Уже через несколько лет новое справедливое государство рабочих и крестьян, созданное в соответствии с неоплатоновской моделью Маркса, показало свою полную недееспособность.
  Ради сохранения государства и спасения граждан от голода Ленину пришлось сначала ввести НЭП (примитивный торговый капитализм), а потом его преемник Сталин вернул государство в хорошо знакомую ему форму - на манер персидской сатрапии в виде диктатуры верховных вождей, в чьем ведении теперь находилась вся собственность государства, но от таких нелепостей, как уничтожении семьи, введения уравнивания всех граждан с разделением их на касты пришлось волей-неволей отказаться, стыдливо признав тем самым неоплатоновский марксизм не совсем подходящим к новой эпохе.
  С течением времени, перманентная нищета населения и участие Советского Союза в фактически непрерывных войнах и столкновениях с соседями привела население к мысли о том, что достижение коммунизма - химера, в связи с чем эта диктатура коммунистической партии через семь десятилетий после революции довольно спокойно перешла на рельсы затхлого капитализма, и пребывает пока в нем, но массы, пожив при этом капитализме, оказались снова недовольны и, несмотря на всё, опять лелеют надежду как-то произвести справедливое народное государство, поскольку справедливости большинству народа по-прежнему не хватает.
  Любопытно также, что к заманчивой утопии Платона обратились нынче и главные буржуи - наднациональная властная элита, которая почуяв скорый крах капитализма в связи с его перманентным кризисом, конечно, захотела сохранить себя по-прежнему во власти, не придумав ничего лучшего, как произвести, опять же, строго по Платону, тотальный контроль за гражданами, разрушение семей, лишение граждан собственности и ранжирование этих граждан уже в виде неких полу-бездумных существ по степени послушности властным элитам с помощью искусственного интеллекта.
  То есть провал всех упомянутых выше утопий никого ничему не учит, по-видимому, потому, что очень хочется приятного исключительно для себя в соответствии с требованиями той формы человеческого сознания - животного сознания, которая при нынешнем понижении уровня самосознания начинает превалировать и творит немыслимые глупости в своем стремлении к неплохому сохранению себя, надеясь по своему неразумию, что непременный конец никогда не придет.
  Библиография
  1. Платон. Диалоги. Государство, книга VIII. Собрание сочинений. М., 1994.
  2. Низовцев Ю.М. Собственность как основа ускоренного развития цивилизации. Журнал "Топос". РФ. 28.02.22.
  3. Т. Кампанелла. Город солнца. Издательство Амрита. 2021 г. ISBN: 978-5-413-02366-2
  4. К. Маркс. Ф. Энгельс. Манифест Коммунистической партии. Женева. Типография революционной организации "Социалдемократ".1900.
  5. Гоббс Т. Левиафан. Соч. в 2 тт. 2 т. М. 1991, с. 192.
  6. Пирс Ч. С. Начала прагматизма. Т. 1. СПбГУ. Алетейа. 2000. ISBN 5-89329-259-6.
  7. Низовцев Ю.М. Движущая сила и источник развития человека и его сообществ. 2018. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  Часть 13. Когда и почему появляется равновесная экологическая цивилизация?
  Возможно ли появление на планете иной цивилизации, в которой отсутствует развитие по сравнению с нынешней технологической цивилизацией? Кажется, что этого не может быть потому, что без развития или, по крайней мере, изменения ничего существовать не может. Однако имеется такое явление, как равновесие. Оно, конечно, рано или поздно нарушается, но вполне себе бытует. Поэтому имеет смысл показать возможность возникновения равновесной цивилизации и охарактеризовать ее.
  Как известно, ничто не вечно, и наша технологическая цивилизация непременно распадется.
  Что же последует за ней?
  По всей видимости, возможны следующие три варианта развития событий.
  Первый, и самый вероятный сценарий, если, конечно, цивилизация будет практически мгновенно снесена ядерной войной или подобными ей глобальными катаклизмами, сводится к впадению сохранившегося населения в дикость из-за полного исчезновения имевшихся ранее технологий.
  Поэтому, скорее всего, сохранившимся жителям планеты придется волей-неволей очень быстро вернуться в рамки первобытнообщинного строя, ведя полуголодное существование в перманентном положении выживания до той поры, пока уровень самосознания не поднимется до того предела, за которым у людей появится потребность в улучшении условий жизни за счет изобретения или вспоминания самых простейших технологий хотя бы в виде изготовления примитивных орудий труда, приручения животных, культивирования растений и т. п.
  Следствием этого длительного процесса является возникновение избыточного продукта, провоцирующего появление частнособственнических отношений и переход части имеющихся сообществ от состояния архаики к рабовладельческому строю и далее - к феодальному, а за ним - к капитализму, с соответствующим ускорением.
  Подробнее о роли собственности в появлении и развитии цивилизации рассказано в моей статье "Собственность как основа ускоренного развития цивилизации" [1].
  Вторым сценарием может быть обрушение цивилизации в результате менее разрушительных воздействий на нее. Этими воздействиями могут быть, например, эпидемии, широкомасштабные войны без применения ядерного оружия, природные катаклизмы значительного масштаба и т. п. В результате этих событий управляемость для государств будет потеряна, и они прекратят свое существование. Воцарится хаос, но значительное число технологий сохранится, как сохранятся и основы культуры, благодаря чему уровень самосознания населения не претерпит существенных изменений.
  Поэтому с течением времени произойдет восстановление некоторых государств на прежней основе собственности и цивилизация возобновится, оставшись скорее всего на том уровне технологий и культуры, который не был затронут происшедшим распадом.
  Третьим сценарием последствий разрушения цивилизации может быть то или иное воздействие на нее, в результате которого население планеты будет почти полностью уничтожено, но некоторые простейшие технологии сохранятся, как не исчезнут и специалисты, которым они доступны.
  Сочетание немногочисленного населения и оставшихся технологий позволит этому населению не впасть в архаику, а занять промежуточное положение между первобытнообщинным строем и технологической цивилизацией.
  То есть для этого немногочисленного уцелевшего населения появляется возможность трансформироваться после многих потерь в равновесную экологическую цивилизацию, которая лишена возможности начать собственное развитие в силу объективных причин - малочисленности населения, разобщенности сохранившихся поселений вследствие отсутствия транспортных сообщений, крайней слабости технологической базы, недостаточности энергетических ресурсов, учебных центров и специалистов-техников, налаженного производства необходимых товаров и организации оказания услуг и т. п. Тем не менее, эта квазицивилизация имеет возможность существовать некоторое время в подобном застойном режиме, сохраняя остатки технологий и культуры довольно долго, то есть без впадения в дикость.
  Иначе говоря, эти остатки прежней цивилизации имеют достаточный культурный потенциал и развитость самосознания сохранившегося населения для того, чтобы образовать своего рода равновесную цивилизацию на основе самоорганизующихся и самоуправляющихся ячеек с горизонтально-вертикальными связями. Этой цивилизации, в силу уравновешенности всех ее элементов и соответственно отсутствия антагонистических противоречий не требуется оболочка государств, сдерживающая проявление этих противоречий.
  Дело в том, что индивидуалистические (эгоцентричные) стремления животной формы сознания каждого человека и всего сообщества в целом, а также эгоистичные желания самосознания уравновешиваются коллективистской составляющей сознания, которая, тем не менее, так же как и в архаичных сообществах, выходит на первый план ради сохранения образовавшихся самоорганизующихся и самоуправляющихся ячеек, существующих в условиях крайней слабости оставшейся технологической базы, позволяющей всего лишь вести жизнь на грани голода. Тем самым эгоцентричные и эгоистичные стремления сознания каждого человека и сообщества в целом блокируются коллективистской составляющей сознания.
  В результате, эти ячейки сохраняются благодаря дружным коллективным усилиям для производства продуктов потребления, орудий производства и предметов быта, что обеспечивает бесконфликтное существование сообществ хотя бы в таком убогом виде, представляющих собой, в сущности, наследие технологической цивилизации, вырождающееся в архаику.
  Это постепенное вырождение происходит вследствие плавного падения уровня самосознания в условиях отсутствия конкурентной борьбы и, значит, в значительной степени, инициативы членов сообщества, которая не поощряется большинством членов ячейки, поскольку разрушает равенство членов сообщества, основывающееся на том, что выбираемые менеджеры по всем направлениям деятельности постоянно и часто меняются, становясь рядовыми членами сообщества, а также - на нивелировании потребностей людей, обеспечивающимся равным доступом к имеющимся продуктам и услугам.
  По сути, инициативность замещается взаимопомощью и многообразием видов деятельности, которыми каждый может заниматься в соответствии со своими интересами, умением и желанием, периодически меняя приложение своих сил к делу.
  Таким образом, каждый член этой ячейки-сообщества, во многом подобной ячейке первобытнообщинного строя, так же вынужден отказаться от сугубо индивидуальных действий и приобретения собственности в пользу работы на коллектив с помощью имеющихся не слишком эффективных технических средств ради выживания своей ячейки в условиях сопротивления могущественным силам внешнего природного окружения, стремясь к установлению наиболее благоприятного для сообщества существования в полном равновесии с природой и не конфликтуя с соседними ячейками, поскольку более выгодным в сложившихся условиях является сотрудничество в виде обмена продуктами, ресурсами и услугами.
  Подобные равновесные экологические цивилизации постепенно распадаются и исчезают, как и технологические цивилизации, но уже по другой причине. Они, вследствие отсутствия развития, то есть находясь в состоянии безынициативности и, значит, постепенно понижая уровень собственного самосознания, которое способно развиваться только в борьбе, постепенно разлагаются, теряя остатки технологий, доставшихся им от распавшейся предыдущей технологической цивилизации, а также медленно, но неуклонно утрачивая имеющиеся культурные основы.
  Основной причиной столь печальной судьбы этих квазицивилизаций - наследников технологических цивилизаций - является доминирование коллективистского сознания в каждом члене сообщества, блокирующего инициативную составляющую самосознания примерно так же, как это происходило в крестьянских общинах царской России.
  Такого рода промежуточные цивилизации, как и обычные технологические цивилизации, существовали на нашей планете ранее, как бы временно замещая распавшиеся не до конца технологические цивилизации, чему есть доказательства в виде целого ряда артефактов, которые приведены и описаны в работах М. Кремо, Р. Томпсона и М Бейджента [2, 3].
  Таким образом, причиной образования равновесной экологической цивилизации является неполный распад технологической цивилизации при почти полном уничтожение населения планеты.
  Эта квазицивилизация представляет собой слабо связанные друг с другом разнообразные по роду деятельности самоорганизующиеся и самоуправляющиеся ячейки, характерные уравнением всех своих членов как в потреблении, так и в производстве, несмотря на все их различия, но не затрагивая их интересов. Все эти ячейки в силу своей коллективисткой основы предоставляют всем своим членам равный доступ к имеющимся благам, блокируя появления частной собственности.
  Как ни парадоксально именно такая жалкая цивилизация представляет истинно справедливое сообщество равных членов, так как им не нужно бороться и проявлять инициативу ради себя, - они тратят все силы на благо коллектива, который, тем не менее, в подобном индивидуально безынициативном обществе не развивается, а пребывает в стабильно спокойном состоянии, результатом чего является однообразная жизнь ячеек. Однако эта "справедливая" жизнь приводит к постепенному отупению всех аборигенов вследствие снижения уровня их самосознания, и они в своих сообществах в конце концов опускаются на уровень архаики.
  ***
  Все идеи, радеющие о благе человека в рамках государства - от идеального государства Платона до диктатуры пролетариата - оказались утопией [4], поскольку их авторами не были учтены следующие факторы: перманентная эгоцентричность животной (природной) формы сознания и эгоистичная составляющая самосознания человека, не позволяющие проявляться бесконфликтному взаимодействию не только между людьми, но и людей с любыми управляющими структурами государства, всегда настроенного на бюрократический порядок, несправедливый к большинству граждан.
  Эти государственные структуры при своем возникновении тут же превращаются в западню для любого человека, желающего независимости от них, свободы выбора в своей инициативной деятельности по собственным интересам, а также стабильного благосостояния.
  Таким образом, в условиях любого государства-оболочки и богатый и бедный, умный и глупый, порядочный и вредный обречены на "структурную неволю", вырваться из которой они в течение жизни не в состоянии, но, тем не менее, пытаются это сделать в силу неудовлетворенности своим положением и состоянием, чему порукой являются собственнические отношения, провоцирующие каждого к переводу доступными средствами имеющейся в виду собственности в свою. И тут уж не до справедливости для каждого, но зато имеющийся антагонизм предоставляет свободу в борьбе за отъем чужой собственности, которая все время переходит от одного владельца к другому.
  Подобная борьба за собственность заставляет и людей, и государство усовершенствовать методы захвата собственности, благодаря чему, как ни парадоксально, развиваются технологии, в вслед за ними и культура.
  Что же касается всех направлений анархизма, то они не отрицают, а, наоборот, ставят на передний план "расцвет свободной индивидуальности" [5].
  Это само по себе кажется разумным и даже прекрасным для каждого человека, поскольку вряд ли любой человек откажется от использования всех своих потенций для блага и себе, и обществу.
  Однако анархисты доводят эту идею до абсурда, явно проглядывающего из тезиса одного из главных идеологов анархизма П. А. Кропоткина: "...анархист отрицает не только существующие законы, но и всякую установленную власть вообще, восстает против всякой власти, в какой бы форме она ни проявлялась" [6].
  Нелепость этого тезиса заключается в отрицании всякого порядка, но такого рода отрицание - это обращение к хаосу, то есть проявление бессмысленности в применении любому сообществу, так как координация действий и определенные властные полномочия отдельных особей, хотя бы временно, присущи даже сообществу животных.
  Такие приятные для большинства людей идеи анархизма, как взаимопомощь, свобода от принуждения, отсутствие принудительной власти противоречат их же требованиям полного равенства и братства, поскольку свобода есть постоянное стремление к освобождению от одного ради созидания другого, что часто диктуется обстоятельствами, то есть принуждением ими. Это другое оказывается не обязательно лучшим, но иным. Само по себе это стремление реализуется через осознанное или подсознательное состояние неудовлетворенности человека собой и собственным окружением, претворяющееся в выработку способов собственного изменения и изменения окружения путем воздействия на наличное бытие с учетом его противодействия.
  Свобода есть неизбывный продукт активности. Поэтому она требует последовательного предпочтения одних интересов другим, то есть отрицает братство, она же всегда действует в рамках определенного иерархического порядка, пытаясь изменить его к лучшему, поскольку вне порядка нет предмета для борьбы. И в этой борьбе сознание человека ищет и находит свои изменения, то есть развивается.
  Таким образом анархизм, в сущности, пытается вывести общество из рамок антагонистических отношений негодными средствами, поскольку они противоречат друг другу, что подтверждается практически немедленным обрушением всех попыток анархистов реализовать свои идеи на практике в имеющихся условиях.
  Объясняется это тем, что анархизм, как и справедливое народное государство не вписываются в рамки технологической цивилизации, характерной ускоренным развитием, которая требует игры противоречий, а не застоя, который не может не быть следствием из основных принципов анархизма.
  Другими словами, победа коллективистского сознания над индивидуальным, чего требуют отдельные направления анархизма, и что вытекает из принципов идеального государства Платона может быть реализовано только вне рамок вне рамок развивающейся технологической, цивилизационной, т. е. вне рамок антагонистических структур.
  Парадоксально то, вне этих рамок могут быть только те, в которых царствует именно застой, а не развитие, но которые всё же существуют даже сейчас на окраинах цивилизации. И, действительно, такого рода образования вполне себе процветают наряду с остатками народностей в архаике типа дикарей Новой Гвинеи или Южной Америки, имея, тем не менее, существенные отличия от архаичных сообществ.
  Ниже мы приведем примеры такого рода равновесных экологических образований.
  ***
  Остановимся несколько детальнее на принципах, обеспечивающих существование равновесных экологических сообществ, сопоставив в их с принципами, лежащими в основе государств.
  Итак, можно указать на две основные цели, которые преследует любое государство: сохранение существующего порядка и обеспечение развития. Всё остальное является вторичным.
  С другой стороны, возникали теории общественного строя без государства, самой известной из которых является идея анархистов о замене государства на самоуправляющееся образование, состоящее из автономных ячеек или доменов [6].
  Подобные идеи оказались так же несостоятельными в силу вышеуказанных причин. Это также было подтверждено попытками их реализации (анархистские республики эпохи гражданской войны в России в начале ХХ века, участие анархистов в управлении Испанской республики времен гражданской войны 30-х годов ХХ века).
  Неужели выхода из сложившейся ситуации нет в пользу свободной и счастливой жизни каждого человека на Земле в справедливом и радеющем о нем обществе?
  Действительно, вся известная нам историческая практика подтверждает, что это так и есть.
  Как бы то ни было, во всех вышеупомянутых концепциях государства, его роли, форм и т.д. проявляется системная ошибка.
  Она заключается в неадекватном понимании по разным причинам того, что наш конечный мир и, в частности, наша временно существующая цивилизация есть образование, в котором перманентно действуют, о чем писал еще Гегель, антагонистические тенденции, способствующие, с одной стороны, развитию, с другой, - развалу системы. Правда, сам Гегель себе не поверил и посчитал Прусское государство, современное ему, верхом совершенства и гармонии.
  Вопрос только во временных рамках существования подобных образований, или систем - от наносекунд в микромире до тысячелетий для цивилизаций и до десятков миллиардов лет для вселенных.
  Поэтому общество в состоянии цивилизации, или многоуровневой упорядоченной системы, растущей, усложняющейся, совершенствующейся, но постоянно раздираемой внутри непреходящими противоречиями и сотрясаемой снаружи непредсказуемыми изменениями условий существования, может сохраняться в подобном нестабильном состоянии только "жестким обручем" государства, всегда стремящимся лишить любого человека свободы взамен на какой-либо порядок, выгодный держателям власти.
  Договориться между собой без посредника-государства люди не состоянии: слишком много перед ними соблазнов, перед которыми они не в силах устоять.
  Тем не менее, государство не только сохраняет существующий порядок всеми доступными ему средствами, но оно также обеспечивает развитие экономики, образования, здравоохранения, обороноспособности, общественных институтов для того, чтобы не подвергнуться распаду или поглощению другим государством. В этом состоит его положительная роль.
  Поэтому можно повторить - целями любого государства являются как прямое или косвенное принуждение граждан как к соблюдению установленного порядка, так и - к обеспечению процесса развития.
  Утверждение нравственности, которое, как полагали Платон, Аристотель, Гегель, является главной функцией государства, не только не ставилось во главу угла ни одним государством за все известные времена, напротив, всеми своими насильственными деяниями государства, как прежде, так и теперь всемерно своими практическими действиями разрушают нравственные понятия у людей.
  Государство - это отнюдь не сознательно построенное образование, которое способно стремиться к высоким и благородным целям. Государство - всего лишь вынужденная оболочка, сохраняющая людей от них самих, с одной стороны, и орудие, принуждающее людей под страхом наказания производить необходимые для его собственного существования и развития действия, с другой стороны.
  Государство из-за разнородности своих неустойчивых и противодействующих друг другу составляющих, как бы кто этого ни желал, не в состоянии преодолеть базовую антагонистичность системы и привести общество к всеобщему миру, согласию, пониманию, процветанию, справедливости, благополучию. Даже если допустить, что все это было бы достигнуто, то такое состояние означало бы переход к состоянию застоя покоя, то есть - к остановке в развитии.
  Любые системы, как известно, появляются, развиваются и исчезают. Так, и цивилизации со всеми своими государственными образованиями в конечном итоге разваливаются из-за потери устойчивости на пике своего развития вследствие наступления информационного коллапса, который представляет собой, как известно, состояние сетевого информационного пространства, угрожающее его стабильности и нормальному функционированию. Информационный коллапс характеризуется резким снижением пропускной способности каналов связи и возникает при ситуации, когда существующие технологии не в состоянии передать нарастающие объемы трафика [см., напр., 7].
  Так что все идеи об усовершенствовании государства и создании в его лоне благословенного непротиворечивого общества являются абсолютно утопичными - от идеального государства Платона до государства с самой представительной демократией. На самом деле, все реально существовавшие и существующие государства, независимо от формы, всегда паразитируют на теле народа, который всегда мечтает избавиться от них, но обречен, несмотря на любые революции, сосуществовать с этими паразитами. Тут можно провести параллель с природными явлениями: еще неизвестно, что случилось бы с живой природой, если исчезли все паразиты.
  Поэтому идея об уничтожении государства означает переход от некоей упорядоченности к хаосу.
  Что же касается трансформации этой идеи в концепцию постепенного отмирания государства с развитием производительных сил и совершенствованием общественных отношений, которую развивал В. И. Ленин, то сначала, по своей видимости, она кажется осуществимой без наступления хаоса. Однако исторически, в силу уже указанных причин, эта идея показала свою полную несостоятельность и нежизнеспособность. В свое время это подметил И. В. Сталин, предложив нечто противоположное - теорию нарастания классовой борьбы в ходе строительства социализма. Действительно, основные тезисы марксистов относительно справедливого государства, в котором аппарат управления не только выбирается, но и сменяется в любое время, оплата чиновников не превышает заработной платы рабочего; осуществляется тотальный контроль и надзор за всем; оказались несостоятельными. Причина все та же: фатальное отставание самосознания от того уровня, который позволяет пренебречь материальными благами. Практически каждый желает что-то захватить с тем, чтобы это захваченное еще и нарастить, не думая о том, что жизнь слишком коротка для того, чтобы в ней все это уместить.
  Тем не менее, как это ни парадоксально, можно все же найти отдушину, или временную лакуну для установления в определенной степени справедливого общества, но только при определенном ограничении свободы индивида, точнее, ее самоограничении в пользу коллектива сообщества, или установления цивилизации без государств, несмотря на все внутренние противоречия, всегда раздирающие общество.
  Для этого потребуется установить такое общество, при котором равнодействующая всех противоборствующих сил станет практически равной нулю.
  Поскольку в развивающемся обществе, как мы показали выше, это невозможно, постольку процесс развития должен быть приостановлен или же - выражен крайне слабо. Иначе говоря, цивилизация, общество должно временно потерять возможность развития.
  В таком состоянии цивилизация может быть только равновесной.
  Естественно, сама по себе подобная цивилизация образоваться не способна, поскольку, в отличие от архаичных сообществ обладает определенным набором простых технологий, которыми с успехом пользуется, и культурой, благодаря которым может длительно не то чтобы ярко процветать, но и не существовать в уничижительно полуголодном состоянии подобно сообществам в архаике, а вести довольно своеобразный, но спокойный и бесконфликтный образ жизни с возможностью выбора занятий по способностям и интересу, где главным законом является дружелюбие и взаимопомощь, а само понятие справедливости теряет смысл, поскольку все только и делают, что заботятся о благе общины и благе каждого ее члена.
  Столь парадоксальное для нас поведение вытекает из того, что в этой квазицивилизации полностью отсутствует развитие вследствие блокировки коллективистскими началами как эгоцентричности животной формы сознания, так и эгоистичной составляющей самосознания, временно устраняя борьбу этих индивидуалистических форм сознания и альтруистических форм самосознания с их коллективистской основой за счет установления своего рода равновесия между ними и коллективистской составляющей самосознания, при котором на первый план всё же выходит коллективистские начала сознания, нарушение которых влечет за собой изгнание нарушителя из соответствующей ячейки в мир дикой природы, где он не имеет шансов на выживание.
  Тем не менее, приоритет коллективистского сознания отнюдь не устраняет полностью самодеятельность каждого члена сообщества, плоды которой полностью распределяются на всех. При этом каждый член сообщества также может пользоваться всеми имеющимися продуктами, предметами и услугами, необходимыми ему или его семье, но без ущерба для всего сообщества. И этот принцип каждый член ячейки знает и неукоснительно выполняет его не только под страхом наказания, но и вследствие воспитания в строгих рамках благостных коллективистских начал.
  Эти "кнут" и "пряник" соответственно являются в реальности демонстрацией блокировки эгоцентричности и эгоистичности обеих форм человеческого сознания каждого члена ячейки коллективистской составляющей самосознания, удерживая их от стремления к захвату той или иной общественной собственности, но, вместе с тем, не дают в полной степени проявить инициативу каждому члену домена (ячейки) из-за опасения выделиться из коллектива своими способностями или усердием, уравнивая их и в этом отношении.
  Всё это, безусловно, делает сообщество устойчивым, безопасным, бескризисным и спокойным, но позволяет действовать только в рамках имеющихся технологий, усовершенствуя их только в рамках рационализации, при котором постепенно происходит утеря части сложных технологий. В результате, творческое начало способных членов коллектива глушится и происходит постепенное снижение технической оснащенности сообщества.
  С течением времени уровень технологий и вместе с ним культуры падает, параллельно снижается и уровень самосознания, чему способствуют отмеченные препятствия в развитии, в особенности, такой характерной черты каждого человека, как инициативность, и эта квазицивилизация плавно возвращается в лоно архаических сообществ со всей их дикостью.
  Если вернуться к основным признакам равновесной цивилизации, кроме отмеченных выше, то они таковы.
  Во-первых, она должна находиться в экологическом равновесии с природой, то есть она возвращается в основном к присваивающей экономике с сохранением и добавлением некоторых ресурсосберегающих технологий.
  Во-вторых, отказавшись от сложной государственной системы управления, эта цивилизация возвращается к простейшим формам общественных отношений в виде локальных самоуправляющихся ячеек различной направленности по видам деятельности, связанных между собой не только горизонтально, но и вертикально, в отличие от первобытных общин.
  В-третьих, задачами цивилизации в силу ее равновесности и замкнутости является не развитие технологий и общественных отношений, а самообеспечение в отношении создания для каждого человека приемлемых жизненных условий, а также поддержание функционирования самоуправляющихся ячеек без появления крена в сторону их отхода от самоуправления. Для этого единственным средством является максимально частая ротация избираемого управляющего персонала.
  В этом отношении отличие данной структуры от первобытных общин состоит в более высоком уровне самосознания членов самоуправляющихся ячеек, накопленном за шесть тысячелетий предшествующего цивилизационного развития, и, в связи с этим, появления возможности сознательного решения всеми членами ячеек возникающих проблем цивилизации в рамках простейших структур.
  В-четвертых, свободное время каждого члена сообщества, которое может быть весьма значительным благодаря сохранению ряда производящих пищу и предметы быта технологий, как правило, используется для его саморазвития ради собственного блага и блага сообщества в той сфере, к которой он имеет склонности: искусству, ремеслам, борьбе с болезнями, процессу обучения соплеменников и т.д.
  Таким образом, цивилизация как бы консервируется. Конечно, рано или поздно она разложится, но время ее существования и вполне спокойной жизни людей в ней может затянуться на сотни и даже тысячи лет.
  Тому, кто скажет, что процесс развития нельзя остановить, можно привести примеры подобной приостановки в развитии человеческих сообществ. В частности, таким примером являются хорошо известные и изученные первобытные общины, существовавшие примерно в одном и том же состоянии несколько десятков тысяч лет, пока не пробудились от "спячки" примерно 10 тысяч лет назад, в результате чего, отчасти, сформировалась нынешняя цивилизация около 6 тысяч лет назад. Равновесные с природой сообщества существуют и сейчас в естественном виде, например, австралийские аборигены. Существуют они и в искусственном виде различных сект, например, духоборов. Близкие к ним общественно-производственные образования - кибуцы в Израиле так же отделяют себя от общества и государства по образу жизни, близкому к равновесному.
  Не исключено, что равновесная экологическая цивилизация, которая, возможно, по всей вероятности, появится после распада нынешней технологической цивилизации, не исчезнет со временем с лица Земли, а под воздействием того или иного толчка пробудится и начнет функционировать в другой форме.
  ***
  Возможно, такой перерыв для человеческих сообществ в форме существования равновесной экологической цивилизации, лишенной развития, необходим для своего рода отдыха от бедствий и катастроф антагонистической технологической цивилизации.
  В лоне равновесной цивилизации все события протекают размеренно, спокойно, без катаклизмов, там нет налогов, нет денег, нет министров и армии, нет преступности, нет никакого внешнего давления на человека, кроме определенной и согласованной со всеми внутренней регламентации жизни коллектива. Эту регламентацию каждый член домена поддерживает с помощью систем самоуправления своего домена, контактирующего с подобными же доменами. Несколько утрируя, можно сказать, что это есть как бы усовершенствованное первобытное общество, отделенное от первобытной дикости с его первостепенными проблемами выживаемости.
  В самом человеке доминирует покой. Он делает то, что хочет или то, что ему лучше всего удается, не требуя ничего лишнего. В этом обществе никто ни к каким свершениям не стремится, просто делает свое дело, созерцая плоды своих усилий и красоту природы. Вместе с тем, эта плавная и небогатая событиями, сравнительно бедная из-за ограниченных ресурсов жизнь все же является жизнью, а не перманентным мучением, хотя время замирает и жизнь цивилизации постепенно угасает.
  Как бы то ни было, но цивилизация в подобном равновесном состоянии может сохранять свою жизнеспособность весьма длительный срок, и если ее не снесут природные катаклизмы, то она угаснет сама по себе в результате постепенной деградации, к которой приводит отсутствие развития.
  Как мы показали выше, самым удобным временем для возникновения равновесной цивилизации является распад технологической цивилизации. Остатки этой цивилизации имеют достаточный культурный потенциал и развитость сознания для того, чтобы образовать равновесную цивилизацию на основе самоорганизующихся и самоуправляющихся ячеек с горизонтально-вертикальными связями между собой. Этой цивилизации, в силу уравновешенности всех ее элементов, не требуется сдерживающая оболочка-государство.
  Для доказательства реальности существования подобных равновесных образований приведем несколько примеров в связи с тем, что всегда возникает вопрос: можно ли хоть ненадолго приостановить эти качели антагонизма?
  Иначе говоря, можно ли временно сбалансировать свободу со справедливостью, или хаос с порядком?
  Напрашивается ответ: а почему бы и нет!
  Действительно, остановить развитие нельзя, да и ни к чему, а вот приостановить, дать своего рода передышку в бурном развитии, на наш взгляд, вполне возможно, и лучше осознанно, переведя цивилизацию ввиду начинающегося развала на какое-то время из сложной, развивающейся, но неустойчивой системы, в систему простую, равновесную, неизменную, которая, правда, тут же начинает стагнировать, однако всё же существует живет в лице ее вместе со всеми ее сознательных членов гораздо долее, чем начальная цивилизация.
  Если остатки развалившейся цивилизации не растворятся в дикости, а всё же преобразуются в равновесную систему мелких доменов, связанных между собой, и основой жизнедеятельности этих доменов станет самоорганизация и самоуправление, тогда возникнет ситуация, кардинально отличающаяся от прежней.
  Между каждым индивидуумом и его коллективом-ячейкой возникает неразрывный контакт, поскольку каждый человек реально разновременно, но с высокой степенью периодичности и управляет ячейкой и работает в ней, причем он кровно заинтересован в том, чтобы и управление, и работа выполнялись как можно лучше. В этом случае коллективное и индивидуальное, насколько это возможно, сливаются воедино. Примером этому служат кибуцы, старообрядческие общины, некоторые религиозные секты.
  Хаос исчезает, порядок устанавливается самими членами ячейки в том виде, какой им кажется наилучшим и соответственно корректируется в дальнейшем, если он поддается улучшению. Таким образом, справедливость и равенство торжествуют в работе, а свобода остается для любой творческой деятельности в нерабочее время и только приветствуется всеми.
  В этом случае, смысл экономической свободы, которая предоставляется капиталистическим государством в виде занятия любым индивидуумом приемлемой для него хозяйственной деятельностью с получением соответствующей прибыли, существенно меняется. Это изменение в определенном отношении позитивно, поскольку эта свобода есть иллюзия в обществе представительной демократии
  Дело в том, что, начав свое дело, человек попадает в путы сложных экономических отношений и, как правило, разоряется. Если же этого не происходит, то он попадает в рабство процессу получения прибыли, за которым забывает про свои человеческие качества. Образуется аморальное, угнетающее как других, так и себя существо, видящее перед собой не людей, а только денежные знаки, которое всё свое время тратит на прирастание и удержание капитала или же, что еще хуже, становится рантье, то есть паразитом, существующим за счет остальных работающих.
  В самоуправляющейся ячейке нет частной собственности, капитал приобрести невозможно.
  Поэтому смыслом экономической свобода становится более адекватное для человека стремление к тому виду работы, к которому у него больше способностей и, соответственно, - больше удовлетворения от нее. Тем более что эта хозяйственная деятельность идет на благо всем членам сообщества без всякой корысти.
  Сообщество благодарно трудящемуся человеку, и он счастлив этим признанием результатов собственного труда и старается работать еще лучше, используя все свои умения и таланты.
  Конечно, сравнительно неширокий узкий фронт работ в крошечной ячейке значительно суживает выбор человека и, тем самым, как бы ограничивает его свободу, как ограничивает его свободу и принятый регламент жизни каждой ячейки, но эта свобода для каждого человека является реальностью, а не иллюзией. Причем, если человек ты чем-то не удовлетворен, то никто тебе не запрещает ему в свободное время заниматься любым делом, которое тебе нравится. Кроме того, он ты может переместиться в другую по роду работы ячейку, заняться координирующей деятельностью и т.п.
  Возможность существования подобных равновесных цивилизаций подтверждается не только рассуждениями и примерами кибуцев, некоторых религиозных общин, но и целым рядом артефактов, которые указывают не только на существование на Земле высокоразвитых технологических цивилизаций, но и цивилизаций, технический уровень которых был примитивен, а культурный уровень был ненамного ниже того, которым обладаем мы сейчас [3].
  Отметим в сравнении основные функции государства и равновесной доменной цивилизации.
  Хозяйственно-организаторская деятельность.
  Для государства - это организация производства, регулирование предпринимательства, управление торговлей.
  Для доменной цивилизации остается только производство, если таковое имеется. Вместо торговли появляется товарообмен.
  В качестве, возможно, более существенной части, к производству добавляется добыча имеющихся природных ресурсов в виде нужных полезных ископаемых, а также ведется охота, рыболовство, занятие ремеслами, сбор плодов, ягод, грибов, разведение скота, высаживание и сбор различных сельскохозяйственных культур и т.п.
  При наличии союза доменов их хозяйственная деятельность в определенной общим советом степени координируется.
  Государство в обязательном порядке взимает налоги, сборы и т.п.
  У доменной цивилизации эта функция отсутствует, так как в ней нет денежного обращения. Эта функция замещается созданием общего фонда различных запасов, оборудования, продукции для распределения между членами ячейки и для обмена.
  Управление наукой, образованием, культурой является функцией как государства, так и доменной цивилизации. Только рамки этой деятельности неодинаковы.
  Социальная функция.
  Она из рук вон плохо исполняется государством, потому что аппарат государства, прежде всего, печется о себе. Остальное его только беспокоит в рамках гашения возмущения граждан.
  Для любого домена эта функция является первостепенной, вследствие прямой зависимости состояния ячейки от состояния каждого ее члена. Поэтому делается все возможное для создания наилучшего климата внутри коллектива.
  Защита прав и свобод, законных интересов граждан.
  Государство в основном только делает вид, что проводит эту работу. На деле, оно защищает тех, кто стоит у власти и тех, кто прислуживает им.
  Цивилизация самоуправляющихся ячеек относится к этому делу по-другому, потому что права, свободы, интересы определяются непосредственно самими членами сообществ и ими же соблюдаются. Советы самых уважаемых членов каждого сообщества только следят за соблюдением установленных правил.
  Охрана правопорядка, наказание преступников и других лиц, совершивших противоправные поступки.
  Всё это - одна из основных функций государства, так как оно боится подрыва собственных устоев, а его элита боится замены на другую элиту. Поэтому все государства являются жесткими структурами, хотя и делают вид, что все они демократичны и пекутся о благе народа, который, по сути, для них является лишь предметом использования и бесстыдного манипулирования.
  Равновесная цивилизация этими делами не занимается вовсе. Порядок там устанавливается общим советом по согласованному регламенту. Преступников там нет, а если кто-то что-то нарушает, то он сам себя и наказывает. Там люди совестливые и для них стыд не последнее понятие. Подводить других нельзя. Значит, если подвел, может быть, даже невольно, должен себя осудить. И сообщество только следит за тем, чтобы осуждение не было слишком суровым и заменяет в этом случае вынесенное самому себе наказание на более мягкое. Обратное бывает только в виде исключения.
  Защита государственных границ, организация таможни, решение вопросов государственной безопасности стоят во главе угла любого государства.
  Для равновесной цивилизации решение этих задач не имеет смысла, так как они просто не существуют.
  Между мелкими доменами, связанными между собой хозяйственными и культурными отношениями, не только не может быть никакой вражды, напротив, каждый домен всегда готов помочь другому или другим, как только может, даже поделиться последним, поскольку в каждой ячейке существуют братские отношения, которые переносятся и на отношения между доменами. Как и людям, доменам ничего не нужно захватывать. Что есть иного у одного, предоставляется другим и наоборот. Для этого создаются координационные региональные центры и объединяющий центр. Они координируют общие работы, товарообмен, вопросы здравоохранения, медицины, образования, культуры, транспорта, энергоснабжения, связи и т.д.
  Никаких правительств, кланов, групп со своими интересами не существует. Всё просто и мудро. Не делай другим плохо, так и тебе не сделают. Да и нет смысла ничего захватывать, потому что делить нечего. Все знают, что им положено и не претендуют на большее потому, что большего просто нет: всё находится в равновесии. И все домены это равновесие поддерживают..Природные ресурсы не транжирятся, а сберегаются, как только возможно. Никто не хочет возвращения к губительному прошлому.
  Так же не возникает проблем и по вопросам любого обмена между доменами. Не надо бороться за разоружение, обеспечивать контроль прав и свобод граждан, так как нет оружия, а права и обязанности у всех одинаковые: право жить со всеми в этом простом мире в равных условиях и обязанность хранить эти условия.
  Из этого сравнения видно, что всё негативное, исходящее от государства, исчезает в безгосударственной цивилизации.
  Но она как бы застывает в своем спокойном и безоблачном существовании.
  ***
  Вы можете сказать, что это утопия.
  Однако имеющиеся приведенные артефакты [2,3] наводят на определенные размышления. Надо полагать, ваши сомнения рассеются при ознакомлении с конкретными примерами локальных сообществ, подобных рассматриваемым, которые существуют в настоящее время и являются вполне жизнеспособными, несмотря на сильное давление с внешней стороны.
  Самый известный в мире пример деятельности локальных самоорганизующихся и самоуправляющихся сообществ - это кибуцы в Израиле.
  Они более ста лет назад начали формироваться в суровых условиях в основном враждебного окружения и жаркого климата на малоплодородной почве. Помощь, оказываемая поселенцам, была незначительной. Приходилось рассчитывать практически только на себя. В результате этой борьбы за выживание выработалось альтернативное известным социальным и экономическим структурам объединение свободных от угнетения работников на основе добровольного общего труда с равным распределением продуктов этого труда.
  Основной принцип жизни кибуцев: от каждого по способностям, каждому - в зависимости от возможностей кибуца.
  Зарплаты и премий в кибуце нет. Частной собственности нет. Члены кибуца получают необходимое из общего фонда независимо от трудового вклада. Принцип распределения таков: или каждому - или никому. Поэтому у членов кибуца нет дорогих вещей.
  Все кибуцники обязаны трудиться в коллективе на принципе самоуправления при распределении рабочего времени. Права у всех одинаковые. Каждый несет ответственность за себя и по отношению друг к другу. Каждый обязан соблюдать установленную общим собранием дисциплину. В отношении всего прочего предоставляется полная свобода. Наёмный труд не используется. Воспитание и питание детей производится сообща. Старость и неработоспособность обеспечиваются. Домашняя работа производится на равных основаниях всеми. Каждый член кибуца обязан помогать другим его членам.
  Каждый член кибуца участвует в решении всех общих вопросов сообщества. Высший орган власти кибуца - общее собрание. Оно формирует социальную и экономическую политику кибуца, утверждает бюджет, принимает новых членов в кибуц. На собрании выбирают комиссии по всем основным направлениям: жилищную, финансовую, планово-экономическую, здравоохранению, потреблению, культуре и др. Председатели комиссий вместе с выборным главой кибуца образуют исполнительный орган сообщества.
  Общее собрание проходит чаще всего еженедельно. Оно является высшим решающим органом и последней апелляционной инстанцией по всем делам. Текущие функции по управлению и координации осуществляются секретариатом, а в отдельных сферах деятельности - комиссиями, которые собираются не реже одного раза в две недели. В отличие от секретариата, член комиссий обязаны выполнять работу в них в свободное от регулярной работы время. В комиссиях работает около трети членов кибуца.
  В кибуце борются со складыванием формальных и неформальных иерархий различными способами. В частности, к равному распределению благ и ротации постов добавляют "статусное несовпадение", что означает несовпадение статуса работника в разных сферах деятельности, например, тот, кто занимает высокое положение в сфере труда, не получает высокого поста в социальной сфере.
  В кибуце каждый человек, несмотря на различные ограничения, более свободен, чем человек во внешнем мире. Там он вынужден "продавать" себя как рабочую силу, а в кибуце он такой же, как все, уважаемый член общества, трудящийся на благо этого общества.
  В кибуцах стремятся к оптимальному развитию каждого его члена с перевесом интересов коллектива интересам индивида при высокой самодисциплине и самоотверженности каждого члена.
  Кибуцы кооперируются между собой, работая в разных сферах, - от сельского хозяйства до промышленности, в сфере обслуживания, ремонта и т.д.
  В кибуце в отношении распределения благ исходят из того, что индивидуальные потребности различны, и связи между способностями и результатами труда не существует, как не существует и связи между способностями и потребностями. Поэтому в кибуце в целом прослеживается связь между результатами труда и удовлетворением потребностей, но на индивидуальном уровне ее не существует. Это означает, что при распределении благ не делается различий между инженерами и обычными рабочими. Такой подход позволяет избежать тяги к потребительству.
  В кибуце нет потребности в престижном потреблении, поскольку она связана с обществом анонимности. В кибуце же все знают друг друга, знают все возможности и стороны каждой личности, и поэтому нет нужды человеку стремиться к эффекту престижности.
  Существование кибуцев подтверждает неадекватность посылки буржуазных экономистов о том. что крупные результаты и экономическая эффективность возможны только в условиях конкурентности и экономического неравенства. Оказывается, и кибуцы это доказали, более важным являются высокие моральные, социальные и экономические мотивы, которые сообщество дает своим членам. Человек соглашается самоограничиться в удовлетворении индивидуальных материальных потребностей в пользу роста коллективного благосостояния, которое становится предпосылкой для удовлетворения индивидуальных потребностей. Он исходит из сознания, что индивидуальная свобода, самореализация всех зависит от коллективно организованного условия - свободы от экономического принуждения и господства. И здесь ценностные представления и ожидания отдельных членов совпадают с видом и способом коллективной структуры и организации и руководства, что означает совпадение между индивидом и коллективом. Этому же способствует коллективное воспитание, совместное питание, ротация при занятии постов и выполнении работ, обсуждение всех вопросов на совместных регулярных собраниях с принятием всеми соответствующих решений.
  Как видите, краткое рассмотрение структуры, деятельности, принципов самоорганизующихся и самоуправляющихся кибуцев, показывают эффективность подобных образований. Поэтому развал всех государственных и экономических структур совсем не означает гибель всего, так как на освободившееся место может вступить кооперация свободных самоуправляющихся сообществ.
  В кибуцах могут работать люди разных религиозных конфессий.
  Там этому не придают значения - есть, так сказать, свобода совести.
  Поэтому, для сравнения, имеет смысл рассмотреть пример самоорганизующихся и самоуправляющихся сообществ, в основе которых заложена вера, которая отделила их от стандартной цивилизации с ее известным набором традиций и религиозных направлений.
  Однако, как известно, формально признанные установления, обычаи, верования, на деле, не исполняются, наполняются другим содержанием или просто фальсифицируются. С этим истинные ревнители веры не согласны. Они образуют отдельные общины со своими правилами жизни и работы.
  Такими сообществами являются, в частности, общины духоборов.
  Правила их таковы.
  Члены общины уважают и любят Бога, как начало всему существующему.
  Уважают достоинство и честь человека как в самом себе, равно и в себе подобных.
  Члены общины смотрят на всё существующее с любовью и восхищением. В этом направлении и стараются воспитывать детей.
  Под словом Бог члены общины разумеют силу любви, силу жизни, которая дала начало всему существующему.
  Мир состоит из движения, всё стремится к совершенству и чрез этот процесс старается соединиться со своим началом, как бы возвратить созревший плод семени.
  Во всем существующем нашего мира мы видим переходные ступени к совершенству, как например, начинается с камня, переходит к растениям, потом к животным, из которых самым крайним можно считать человека в смысле жизни мыслящего создания.
  Уничтожать, разрушать что бы то ни было члены общины считают предосудительным. В каждом отдельном предмете есть жизнь, а, следовательно, и Бог, в особенности же в человеке. Лишить жизни человека ни в каком случае не позволительно.
  Члены общины в своем убеждении допускают полнейшую свободу всему существующему, в том числе и существованию человека. Всякая организация, установленная насилием, считается незаконной.
  Главная задача существования человека - энергия мысли, разум. Пищей естественной служат воздух, вода, овощи и фрукты.
  Допускается общинная жизнь в человеке, держащаяся на законе нравственной силы, правилом которого служит: чего себе не хочу, того не должен желать другому.
  Духоборы полагают, что Бог чувственно существует в природе, а духовно - в душе человека. Веруют в перерождение души после смерти, считают, что Христос должен в нас зачаться, родиться, возрастать, учить, умирать, воскресать и возноситься.
  Выполняя завет Христа, духоборы не признают внешних отличий между людьми, не клянутся, отказываясь от военной службы и присяги, отрицают всякую обрядовость.
  Делами общины управляет сходка старейшин.
  Духоборы отличаются трудолюбием и нравственностью. Их труды в сельском хозяйстве на разных континентах всегда приносили высокие результаты.
  Если сравнивать кибуцы и общины духоборов, то по результатам трудовой деятельности они схожи - результаты более чем плодотворны. Отношение друг к другу и тут и там заслуживает самых высоких похвал.
  Однако уважение к природе и нравственное совершенство более характерны для духоборов. Устои их более крепки, так как, в отличие от кибуцев, практически никто общину не покидает. Так же более крепка их сопротивляемость любым внешним воздействиям, поскольку они уповают на бога, который их за праведность покинуть не может. Эти люди наиболее искренни в своих чувствах и мыслях. Что говорят, то и делают, и не таят зла ни на кого. Души их чисты и спокойны.
  Из этого сравнения видно, что за основу, скрепляющую равновесную цивилизацию, состоящую из мелких доменов, рассеянных на пространстве Земли, возможно, будет взята имеет смысл взять искренняя и простая вера, общая для всех, неважно, какого ты цвета кожи и какими обладаешь свойствами, дарами и каким следуешь обычаям. И вера эта должна, по-видимому, базироваться на нагорной проповеди Христа, в которой он указал, к чему должны стремиться все люди. И с этим трудно спорить, потому что все недостатки людей и их нынешней цивилизации есть отклонение от заветов Христа, пусть и невольное или вынужденное. Однако и сейчас этим заветам старается следовать часть людей, несмотря на преследование властей. Этим же заветам, необходимо по всей видимости, придется с той или иной незначительной коррекцией следовать и в той простой цивилизации, которая образуется после распада нынешней. Тогда души людей будут спокойны и мир воцарится на планете до очередных катаклизмов.
  Таким образом, суть этой возможной религии, не разобщающей, а объединяющей людей, сводится к Нагорной проповеди Христа.
  ***
  Сравним действительное отношение к заповедям Христа в нашем мире и мире будущем, в мире равновесной цивилизации.
  "Блаженны нищие духом, ибо им принадлежит Царство Небесное". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 3)
  Существует много трактовок этого положения. Однако, по существу, тут речь идет о горизонте, к которому каждому человеку нужно стремиться, ибо в Царстве Небесном нет собственности, за которую здесь все цепляются, там нет борьбы за те или иные блага. В этом Царстве все понимают и любят друг друга. Более того, там всё является единым целым. [1]
  Поэтому тот, кто будет стараться отринуть соблазны материального мира, приблизится к состоянию чистого духа, и значит, к Царству Небесному.
  Понятно, что в нашем мире это невозможно, а те немногие, которые пытаются это искренне совершить, зовутся блаженными в смысле придурковатых.
  Для равновесной цивилизации это во многом не так. Там нет частной собственности. Значит, не за что цепляться. Там нет важных несменяемых чиновников и олигархов. Каждый с максимально возможной частотой участвует в управлении своей ячейкой, плохо ли, хорошо, но делает всё, что в его силах. Все помогают друг другу, потому что от этого зависит качество жизни ячейки, да часто и сам факт ее существования. Поэтому люди там становятся ближе друг к другу, как это случается на корабле в долгом плавании. У них пропадает желание что-то отнять или что-то присвоить. Наоборот, они всегда готовы поделиться всем, что у них есть. Разве такое состояние не ближе к духовному?
  "Блаженны плачущие, ибо они утешатся". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 4)
  Здесь речь идет о горе, печалях, болезнях, обидах и смертях. Тот, кто плачет и искренне печалится вместе с тобой, как минимум, сочувствует твоему горю. И это ему зачтется. А утешится он в том Царстве, где никогда не бывает невзгод.
  От горя, болезней, неприятностей всякого рода в нашем мире никуда не уйти. Но искреннего оплакивания и помощи удается дождаться не часто.
  В равновесной цивилизации также много невзгод, мало комфорта, больше работы над собой. Но люди там ближе друг к другу и горе любого из них печалит каждого члена ячейки, и он стремится оказать несчастному всякую помощь и поддержку и не может не переживать вместе с ним. Там нет равнодушных и злорадствующих. Все на виду. И ты, волей-неволей, хоронишь низменные чувства навсегда.
  "Блаженны кроткие, ибо они унаследуют землю". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 5)
  Действительно, нынешняя цивилизация подошла к своему финалу, а последующая равновесная цивилизация есть собрание кротких людей, у которых нет предмета для споров и которые спокойно живут и работают на земле.
  Далее, вплоть до п. 12 следуют очевидные высказывания, которые не требуют комментариев, кроме одного: в нашем мире хорошим людям всегда тяжело жить. Поэтому Христос утешает их, говоря, что они Бога узрят.
  В мире равновесной цивилизации люди не будут страдать за правду, так как никто им не будет препятствовать говорить ее, напротив. Все будут заинтересованы в выявлении недостатков и в предложениях по их устранению.
  "Вы - соль земли. Если соль станет безвкусной, что ею можно будет солить?..". ". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 13)
  "Вы - свет мира. Не может утаиться город, стоящий на вершине горы".
  (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 14)
  Тут Христос продолжает развивать мысль о том, что всегда трудно идти наперекор всему в этом несправедливом мире. Таких людей мало, но они есть пример для подражания, соль земли. И пусть все остальные знают, что не всё в мире плоско, подло и бессмысленно.
  Для равновесной цивилизации эта мысль весьма актуальна в плане того, что там все равняются на лучших по делам их. Корысть, безучастность там отсутствуют - нет предмета для них.
  "Вы знаете, что нашим предкам было сказано: не убивай, если же кто убьет человека, тот должен быть судим". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 21)
  "А я говорю вам, что должен быть судим каждый, кто гневается на ближнего своего; если же кто скажет ближнему своему: ты болтун, тот должен быть судим синедрионом, а кто скажет: ты глупец, тот должен быть ввергнут в геенну огненную". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 22)
  Эти слова Христа указывают на то, что каждый человек содержит в себе частицу Бога. Поэтому его не только нельзя убивать, но и нельзя оскорблять, как невозможно оскорблять Бога.
  Однако в нашем мире только это и происходит за редким исключением.
  В мире же равновесной цивилизации этого нет по той причине, что все люди конкретной локальной ячейки так тесно связаны между собой, что у них и в мыслях не может быть неуважения к ближнему, работающему из всех имеющихся у него сил на благо сообщества и не просящего ничего взамен.
  "А я говорю вам: не клянись вовсе...". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 34)
  Тут Христос указывает на переменчивость мира, фундаментальную неподвластность его человеку, несмотря на любые его клятвы.
  Что характерно, в нашем мире этот завет Христа не только забыт, но и нарушается повсеместно, даже в государственном масштабе, где присягают и клянутся в верности совершенно официально. Все эти клятвы тут же нарушаются в силу каких-то вновь появившихся причин, возникают распри, обиды и даже войны.
  Равновесная цивилизация предоставляет больше возможностей не нарушать этот завет Христа, поскольку люди в ячейке настолько тесно связаны друг с другом, настолько хорошо знают привычки и слабости каждого, что больше полагаются не на клятвы, а на установленный регламент, тем более что клятвы даются, когда кто-то что-то хочет получить взамен. В небольшой же ячейке все всё получают в равной степени и отобрать у кого-то что-либо невозможно. Значит, и нет предмета для клятв и обещаний.
  "А я говорю вам: не сопротивляйтесь злому человеку, но если кто-нибудь ударит тебя по правой щеке, подставь ему и левую". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 39)
  "Просящему у тебя - дай, а желающему у тебя взять взаймы - не отказывай". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 42)
  "Вы знаете, что было сказано: люби ближнего своего и возненавидь врага своего". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 43)
  "А я говорю Вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, творите добро ненавидящих вас, молитесь за злословящих и преследующих вас". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 44)
  "И тогда станете сыновьями Отца вашего Небесного, который повелевает солнцу всходить над злыми и добрыми и ниспосылает дождь на праведных и неправедных". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 45)
  "Ведь если вы будете любить тех, кто вас любит, какая вам польза от этого?..". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 46)
  "И если вы приветствуете только друзей своих, что такого особенного делаете?..". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 47)
  Так будьте же совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный". (Евангелие от Матфея. Гл. 5 п. 48)
  В нашем мире следовать этим заветам Христа практически невозможно, что и происходит за редкими исключениями. Как говорится: места под солнцем мало, людей много. Поэтому каждый старается ухватить всё, что можно, оттеснив ближнего или даже уничтожив его. Ухватив, не отдавать. И уж совсем смешным кажется современным людям пожелание не сопротивляться злому человеку и творить добро ненавидящим вас.
  Большинство тех, кто признает справедливость этих слов Христа, в жизни не следует им, но лицемерит, утверждая обратное.
  Действительно, в этом мире сплошного насилия, произвола, зависти и злобы сложно вести себя в соответствии с заветами Христа.
  Однако для равновесной цивилизации следование этим заветам оказывается в реальности более выгодным, чем обратное. В небольших самоуправляющихся ячейках нельзя не помочь ближнему, так как это может нанести вред всей ячейке и, значит, самому отказавшему в помощи. Злые люди появляются только в мире несправедливом, так как по своей глубинной сущности человек добр и если его не обижают, то он тоже никого обижать не будет, тем более что это и невыгодно: обидчиков действующий совет ячейки может выдворить за ее пределы в дикий мир, где нарушитель быстро погибнет.
  Так что душа человеческая живет в этом тихом мире, отдыхая от треволнений мира прежнего, близко к своему естественному состоянию, готовясь к новым испытаниям в мире грядущем.
  "Не накапливайте для себя сокровища на земле, где моль и тля поедают, где воры обкрадывают и похищают". (Евангелие от Матфея. Гл. 6 п. 19)
  "Но накапливайте для себя сокровища на небесах, где ни моль, ни тля не поедают, и где воры не обкрадывают и не похищают". (Евангелие от Матфея. Гл. 6 п. 20)
  "Ибо где сокровище твое, там и сердце твое". (Евангелие от Матфея. Гл. 6 п. 21)
  Здесь никто не боится тли и самые уважаемые члены общества уважаются именно за то, что они накопили, точнее, награбили всего столько, что этого и целому народу может хватить надолго. Действительно, накопительство глупо хотя бы потому, что жизнь человеческая слишком коротка, чтобы воспользоваться накопленным. А потерять на бессмысленное накопление целую жизнь можно с легкостью.
  В равновесной цивилизации копить нечего. Да, там и нет ничего соблазнительного. Нет ни денег, ни власти, ни яхт, ни особняков. Есть только необходимый фронт работ, деятельность по интересам, да забота о людях.
  Так что всё-таки на Земле есть возможность найти время и место для сближения такого, как считается, низкого и грубого существа как человек с Горним миром.
  "Никто не может служить двум господам, потому что одного ненавидит, а другого возлюбит, либо одному станет служить усердно, а другому - нерадиво. Не можете служить Богу и мамоне". (Евангелие от Матфея. Гл. 6 п. 24)
  "А зачем вы заботитесь об одежде? Посмотрите, как растут полевые лилии: они не трудятся, не прядут...". (Евангелие от Матфея. Гл. 6 п. 28)
  "Вы же ищите прежде правды Божией и Царства его, а всё это будет дано вам". (Евангелие от Матфея. Гл. 6 п. 33)
  Что уж говорить об обычных людях, которые, как правило, в своем стремлении выделиться, разбогатеть, при удобном случае попирают всё. Даже служители Церкви, и раньше были, а сейчас особенно стали подвержены стяжательству в значительном числе. И об этом все знают, так как скрыть подобное невозможно.
  Христос говорит всем, что есть главное и второстепенное, и нельзя их переставлять или приравнивать друг к другу
  В самоуправляющихся ячейках данной проблемы, разлагающей людей, попросту не существует. Им не надо искать богатства при всеобщей бедности и равенстве в потреблении. Зато они могут заботиться больше о своем совершенствовании, о развитии своих способностей, приобретении различных навыков.
  "Не обвиняйте, чтобы не быть обвиненными...". (Евангелие от Матфея. Гл. 7 п. 1)
  "Как же ты скажешь ближнему твоему: давай, я выну сучок из глаза твоего, если у тебя бревно в глазу?" (Евангелие от Матфея. Гл. 7 п. 4)
  Люди до сих пор игнорируют эту заповедь Христа, что само по себе удивительно, так как полтора миллиарда их считает себя христианами. Мало того, со времени возникновения государств действует специальное учреждение - суд, в котором официально обвиняют и принуждают к наказанию.
  Так что тут добавить нечего.
  Что же касается цивилизации, состоящей не из государств, а мелких доменов, то в этих доменах нет смысла кого-то обвинять, а есть смысл помогать, если появились какие-то трудности. И, вообще, там, с течением времени, выявляется, кто и на что больше способен. Поэтому каждый занимается с успехом своим делом. А уж если доходит дело до серьёзного нарушения, то человек сам осуждает себя, поразмыслив. Совет же ячейки рассматривает это решение нарушителя и утверждает его. Так что суда, официальных наказаний, тюрем и охранников там нет.
  "Просите, и будет дано вам; ищите и найдете; стучите, и отворят вам". (Евангелие от Матфея. Гл. 7 п. 7)
  "Итак, чтобы люди делали вам всё то, что хотите, то же самое делайте и вы им...". (Евангелие от Матфея. Гл. 7 п. 12)
  Пойдите в любое место. И вы обнаружите дома с закрытыми на крепкие замки дверьми, за которыми вас даже не захотят слушать, если и откроют. Все проходят мимо бездомных и несчастных, и никто не хочет им помочь. Подобная разобщенность характерна для нашего мира. А заветы Христа никого не интересуют.
  Следующая цивилизация в этом отношении будет существенно отличаться от нынешней.
  Там нет запоров, вас всегда выслушают и помогут, и вы тоже, без разговоров, поможете любому потому, что без этой взаимопомощи маленький коллектив рассыплется и все погибнут.
  В заключение скажем: не следует обольщаться обещаниями грядущего всеобщего благополучия и справедливости потому, что до этого состояния удастся дойти, если ещё и удастся, с большими потерями. Да и эта равновесная цивилизация есть всего лишь передышка в движении вперед в сопротивляющейся среде, без чего развития невозможно.
  Утешаться можно лишь тем, что так просто выразил Христос:
  "Однажды фарисеи спросили его, когда наступит Царство Божие, и он сказал им в ответ: Царство Божие наступит незаметно, и не скажут: вот оно здесь или там, ибо Царство Божие внутри вас" (Евангелие от Луки. Гл. 17, пп. 21, 22).
  Библиография
  1. Низовцев Ю. М. Собственность как основа ускоренного развития" цивилизации. Журнал "Топос". РФ. 28.02. 2022.
  2. М. Кремо, Р. Томпсон. Неизвестная история человечества. Издательство "Философская книга". Москва. 2010.
  3. М. Бейджент. Запретная археология. Эксмо, Москва, 2004. ISBN 5-699-04989-4.
  4. Низовцев Ю. М. Возможно ли создание справедливого народного государства? Журнал "Топос". РФ. . 2022.
  5. Соболь, Флешин, Шварц, Штеймер, Волин, Лия, Роман, Эрвантян. "Ответ нескольких российских анархистов на "Платформу" по поводу проекта "Организационной платформы", Опубликованной "Группой русских анархистов изгнании". Архивная копия от 11 февраля 2018 года на "Wayback Machine" (Апрель 1927г.).
  6. Кропоткин П. А. "Анархия, ее философия, ее идеал. Сочинения. М. Эксмо. 2004. С. 58.
  7. Агеев А. И., Логинов Е. П., Райков А. Н. Информационные системы управления в чрезвычайных ситуациях. Агеев А. И., Логинов Е. П., Райков А. Н. "Экономические стратегии". 2019. Т. 21. No 2 (160). С. 20-29.
  Часть 14. Время как проявление процесса получения информации.
  Фактор времени является неотъемлемым элементом сознания, не существуя вне его. Для сознания любого живого существа характерно два вида времени - собственное время каждого живого существа (его настоящее) и внешнее время, формирующееся всей совокупность живых существ. Первое как бы вкладывается во второе и поэтому не отмечается человеком.
  Известен подход, в соответствие с которым вследствие непрерывного движения, понимаемого в широком смысле как перемещение в пространстве и развитие во времени, материальные объекты изменяют свои состояния. Состояния объектов изменяются и при взаимодействиях с другими объектами.
  Отсюда вытекает, что время охватывает как простое перемещение объектов в пространстве практически без изменения их структуры, так и их структурные изменения, что проявляется во взаимодействиях различного рода и может восприниматься сознанием в виде распознаваемых им, или расшифрованных обозначений, сведений, следов, сигналов изменений материальных объектов, или информации, которая, в свою очередь, может передаваться другим сознаниям непосредственно или опосредованно.
  Информация, или расшифрованные сведения, отображения, обозначения есть непосредственное и понятное в определенной степени для сознания отражение изменения состояний материальных объектов.
  Например, наблюдение извержения вулкана формирует в определенных рамках непосредственное знание о воспринимаемом сознанием объекте и его изменении, а также информация может быть опосредованной, в частности, переданной в виде текстового описания того же извержения вулкана или в виде телевизионной картинки извержения в том или ином ракурсе.
  Вкратце, информацию можно определить как сведения о состоянии материальных объектов, которые сознание способно распознать при сканировании им окружающего имеющимися в его распоряжении средствами. Инициатива в данном процессе принадлежит сознанию человека, а не объектам, окружающим его.
  Например, текст на незнакомом языке будет для сознания просто "шумом", некими сведениями, а не обозначениями, которые поддаются расшифровке и осознанию. И если дешифровка текста невозможна по разным причинам: в частности, в силу невозможности расшифровать некоторые мертвые языки, то этот текст нельзя отнести к информации, поскольку никакого сообщения, в котором сознание могло бы найти смысл, он не несет.
  Под сознанием в общем контексте имеется в виду не только сознание человека, но и сознание любого живого существа как некая структура, способная воспринимать те или иные фрагменты окружающей его действительности как интегрально, так и отдельно. Отбираются сознанием в виде сведений только те фрагменты, которые сознание способно распознавать и, далее, использовать эти расшифрованные сведения, или информацию для собственных нужд инстинктивно для низшего (животного) сознания и частично осознанно для человеческого сознания.
  Информация, или дешифрованные сведения, обозначения, разъяснения и т.д. передаются от материальных объектов через материальные объекты, например, свет, к материальным объектам, например, приборам для конечного восприятия ее сознанием. То есть без материальных объектов, в том числе и самого сознания информация не существует. Она возникает только при выделении сознанием из общего "шума" тех сведений, которые сознание способно распознавать частично инстинктивно, частично осознанно для высшего сознания (самосознания).
  Иначе говоря, информация возникает только в сознании посредством имеющиеся у него, точнее, у носителя сознания ощущений, но не иначе, являясь понимаемой человеческим сознанием вполне материальной копией объекта или объектов, доступных через ощущения для сознания. Информацию невозможно квалифицировать как нечто нематериальное и независимое, поскольку она является выделенными и расшифрованными сознанием копиями сведений об объектах из окружающей сознание необозримой среды, своего рода "шума". Сознанием эти дешифрованные копии фрагментов материальных объектов, в частности, перерабатываются в образы, смыслы, чувства, которые так же являются вполне материальными составляющими сознания, влекущими последующие действия носителя сознания. На их основе вкупе с памятью он каждое мгновенье своего "настоящего" взаимодействует с окружающими объектами.
  Таким образом, все взаимодействия существа, обладающего сознанием, осуществляются в данном сквозном процессе только при условии поступления в его сознание соответствующих порций информации, каждая из которых обрабатывается, укладываясь в определенную длительность, составляя ряд последовательных мгновений от рождения до смерти носителя сознания.
  Собственно, сознание и состоит из образов, мыслей и чувств, подкрепленных памятью, являясь в силу своей неощутимости, по-видимому, материальной копией локального разума некоего потустороннего, из иной материи, закрепляющейся в локальном носителе известного нам бытия, оживляя его и развиваясь вместе с ним в течение земной жизни.
  Отличие высшего сознания живого существа от низшего заключается в его самосознании - способности не только осознавать свое собственное присутствие в мире как отдельного существа, но и способности сознательно менять этот мир как в соответствии со своими идеями, так и со своими чувствами, спонтанными желаниями, изменяя при этом и свою содержательную наполненность. Подобный процесс недоступен ни животным, ни роботам с любыми компьютерными программами в силу отсутствия у них осознания себя, а значит, свободы, выражающейся в стремлении к бесконечному развитию вследствие неизбывной неудовлетворенности собой.
  Несимметричность при передаче информации от объектов к сознанию, в отличие от вещественных или энергетических взаимодействий объектов нашего бытия, объясняется отчасти тем, что сознание имеет иную качественную природу, не являясь материальным объектом трехмерного измерения нашей Вселенной. Поэтому оно не может непосредственно обмениваться веществом или энергией с объектами трехмерного измерения, но способно через ощущения носителя сознания односторонне, ограниченно, избирательно, но воспринимать копии пригодных для него сведений об окружающей среде и перерабатывать их соответствующими центрами своего носителя (живое существо) для собственных нужд или целей.
  Иначе говоря, несимметричность отбора сознанием информации из среды, или получение сознанием информации без потери вещества и/или энергии источником информации объясняется односторонним сканированием сознанием через собственный носитель окружающей среды, в ходе которого сознанием как бы просматриваются объекты сканирования без их изменения благодаря только лишь копированию тех сведений о них, которые сознание способно расшифровать. В противном случае, если бы при получении сознанием информации происходил энергетический и/или вещественный обмен так же, как он происходит при обычных взаимодействиях материальных объектов, то обе стороны информационного взаимодействия разрушались бы, теряя свои первоначальные свойства, и жизнь в столь нестабильном мире не была бы возможна. Именно это происходит на уровне, не связанном с жизнью. В частности, при квантовых воздействиях прибора наблюдения на микрообъект, его первоначальные свойства становится невозможно определить в силу воздействия на него прибора.
  Разница между человеческим сознанием и сознанием иных живых существ в отборе и обработке информации состоит в том, что человек часть информации понимает и использует не на рефлекторно-инстинктивном уровне как, например, животные. При этом он себя самого осознает в этом процессе, а часть полученных сведений использует сознательно, составляя из текущих и запасенных данных мысленные проекты в качестве самодеятельного субъекта, то есть субъекта, меняющего в соответствии с ними окружающую среду, а не только лишь приспосабливаясь к ней как все остальное живое.
  Сама же складывающаяся каждое мгновение в человеческом уме суммарная и меняющаяся от мгновенья к мгновению картинка, воспринимается и понимается им как его настоящее, или текущее время. Оно притекает, как ему кажется, из какого-то неизвестного ему будущего, а утекает куда-то назад невозвратимо - в прошлое, и в этом времени проходит его жизнь.
  Как бы то ни было, ясно, что настоящее обеспечивает взаимодействие человека с окружающим, или дает ему жизнь.
  Однако прошлое и будущее существуют лишь в человеческом воображении, проявляющимся в настоящем мгновении. Грань между прошлым и будущим, представляющаяся людям невидимой, неосязаемой, нематериальной, является вполне материальным настоящим человека, создаваемым им самим. Это настоящее, или собственное время человека настолько настоящее, что заключает в себе всю его жизнь. Именно в нем он живет, а не прошлом и не в будущем.
  Отметим при этом, что каждое из последовательных мгновений, составляющих время жизни человека, и которые заключают в себе его жизнь, есть вполне материальный процесс отбора, копирования, передачи подготовленных пакетов дешифрованных сведений об объектах, обработки этих пакетов, причем дискретность данного процесса обусловлена технической паузой, разделяющей мгновения собственного времени человека.
  Пакеты информации, получаемые через ощущения, только в обработанном виде, то есть, преобразовавшись в образы окружающей среды, мысли и чувства, составляют вполне конкретное и различное по наполнению и длительности мгновение, поскольку объем поступающей информации может меняться в зависимости от состояния окружающей среды, от состояния самого сознания, от возможностей извлечения из памяти дополнительной информации. Каждое такое мгновенье, сливаясь в сознании с последующим и так далее, представляется человеку его настоящим временем жизни.
  Отсюда следует, что не время "сваливается" откуда-то на человека, а человеческое сознание само формирует собственное время, которое поэтому сам же человек назвал настоящим.
  Технические паузы между последовательными мгновениями проявления в сознании образов окружающего, а также сопровождающих их чувств и мыслей, сознанием не регистрируются.
  Поэтому все последовательные мгновения сливаются в единую меняющуюся картину, которую человек как сознание в рамках носителя, то есть совокупный действующий субъект, может не только наблюдать, но и он может взаимодействовать с окружающим.
  Для человека события происходят только в его настоящем, а прошлое и будущее возникают лишь в его воображении, проявляясь опять же только в его "теперь" в виде соответственно баз данных и проектов.
  Он думает, что в действительности существуют прошлое и будущее, разделенные настоящим, поскольку не понимает механизм формирования настоящего и считает его продуктом общего временного процесса, в котором реально существуют будущее, настоящее и прошлое.
  На самом деле, лишь одно мгновение составляет "теперь" человека.
  Однако человеку, как, впрочем, и всем другим живым существам, сознание которых в силу физиологических особенностей каждого организма неспособно отметить и зарегистрировать паузу между этими краткими мгновениями, необратимая последовательность мгновений - обрабатываемых пакетов информации, следующих друг за другом через определенную паузу, -представляется течением времени, которое заключает в себе всю его жизнь, то есть все события, происходящие с ним от его рождения и до его смерти.
  В каждом из этих мгновений идет интегральная выборка на всех уровнях сознания данных из окружающей среды, которые сознание способно распознать, и их обработка, составляя в конечном итоге понятный для сознания "кадр" на базе принятой информации с теми или иными поправками из уже накопленной информации в базах данных человека. Далее процесс повторяется. Процедура, тем самым, является по техники дискретной, но по восприятию ее сознанием - непрерывной.
  Этот односторонний по направленности (асимметричный) процесс "притягивания" сознанием информации, или процесс получения копий окружающего, состоит, таким образом, из трех основных фаз: выделение фрагментов окружающей среды (оно производится сознанием человека частично осознанно, но, в основном, автоматическим сканированием, охватывающим и дешифрующим всё доступное сознанию из окружающего для составления очередного информационного пакета), от которых последует информация; копирование и перемещение полученных данных в соответствующие центры сознания человека; ее обработка, состоящая в преобразовании информационного пакета в образы, смыслы и чувства, в ходе которого производится мгновенная оценка данных, в результате чего часть информации отбрасывается или остается скрытой, а оставшаяся часть проявляется для сознания человека наподобие кинокадра, за которым следует аналогичный кадр с так или иначе измененным содержанием. Естественно, этот процесс идет под контролем единого сознания, поскольку каждое индивидуальное сознание есть неотъемлемая часть единого сознания, представляющего собой за "пределами" бытия голограмму [1].
  Эти "кадры" сливаются в сознании в движущуюся картинку, так как промежуток между ними не фиксируется сознанием, и весь процесс кажется человеку непрерывным. Формирование отдельного "кадра" может сравнительно незначительно колебаться по длительности. Процесс идет от рождения до смерти человека, не прерываясь даже во время сна или обморока. Информация поступает как снаружи, так и от содержащихся в самом человеке органов и протекающих в них процессов.
  Эта информационная процедура является дискретной, автоматической для всего живого. В результате, осуществляется приспособление всего живого к среде. Однако человек при этом способен еще и к целевому выделению информации, то есть к восприятию интересующих его объектов для их сознательного преобразования в соответствии с заранее намеченными проектами.
  Настоящее представляется нам непрерывным процессом вследствие того, что оно подобно движению киноленты с последовательно распределенными кадрами с определенной скоростью. Тем самым создается целостное впечатление меняющейся среды в определенном порядке, которое может осмысляться и интерпретироваться различным образом, в зависимости от качества индивидуального сознания. Формирование настоящего, или собственного времени человека отличается от обычного восприятия тем, что последнее формирует отдельный чувственный образ по соответствующему заданию сознания, а остальное при этом отбрасывается. Настоящее же охватывает всё, что способно расшифровать и использовать для себя сознание в возможных для него пределах без фиксации только на чем-то одном. Процесс не прерывается даже во сне - сознание, "питающееся" информаций, функционирует в живом объекте всегда, черпая информацию изнутри и снаружи тела-носителя, покидая тело только после его смерти. Совокупность живых объектов на планете, формирующих однонаправленное перемещение информации, создает возможность для протекания информационного процесса по всем имеющимся каналам в расчете на общее потребление. Значимая информация в человеческих сообществах фиксируется так или иначе и хранится для гарантированного доступа.
  Без подобного несимметричного действия бесчисленных сознаний в бытии однонаправленное "движение", которое мы называем настоящим временем, или временем жизни, не существовало бы в известном нам виде для каждого сознания.
  При этом, только люди, в отличие от всех остальных объектов известного нам материального мира, в том числе и живых объектов, способны осознавать этот объективный процесс, хотя и очень часто в искаженном виде.
  Результатом этого искажения является их представление о том, что переработанная информация, отложившаяся в их личной памяти, общих базах данных, а также та информация, которая была отброшена как ошибочная или ненужная, является их реальным прошлым, а поступающая информация - будущим. Кроме того, настоящее представляется им неуловимым мгновеньем между прошлым и будущим, а совокупность этих неуловимых мгновений - текущим временем.
  Если вернуться к рассмотрению формирования собственного времени человека как, в значительной степени, информационному процессу, то становится объяснимым известный факт ускорения и замедления времени.
  Действительно, в сознании время может замедляться и ускоряться в зависимости от содержания мгновений. Например, практически не меняющееся содержание мгновений, или пакетов принимаемой информации (событий почти нет) создает эффект замедления времени - день тянется бесконечно; разнообразное содержание мгновений создает эффект ускорения времени - день проходит незаметно.
  Таким образом, набегающие последовательно копии тех или иных сведений от материальных объектов, окружающих сознание человека, поставляют для него информационную "пищу", которую он постоянно "переваривает", осмысливая и эмоционально переживая её. Результат этой повторяющейся процедуры из трех указанных фаз в каждом мгновении и составляет собственное время жизни человека, в котором он видит, слышит, ощущает все остальное, мыслит, действует и которое является для каждого человека его "настоящим".
  Если взять каждое мгновенье, точнее, протекающий за доли миллисекунды в нервных волокнах и нейронах мозга процесс формирования информационного пакета с его обработкой в сознании, то он является вполне материальным, и лишь представляется эфемерной границей между прошлым и будущим.
  Возможно, кому-то это покажется парадоксальным, но именно эти дискретные, последовательные информационные мгновения, отражающие соответственно все внешние события, которые способно принять сознание, являются его истинным, собственным временем.
  В этом настоящем времени и пребывает сознание в рамках внешнего, мирового времени. Настоящее время характерно только для живых существ. В этом дискретном по обработке настоящем времени только и может проявляться взаимодействие объекта со средой как жизнь. Причем отличие, например, амёбы, точно так же потребляющей и обрабатывающей информацию от окружающих её объектов, от человека состоит только в том, что человек осознает самого себя в этом процессе, отделяя себя от остального, в появляющихся у него, как результат, образах, мыслях, чувствах, а не просто автоматически реагирует на воздействие окружающей среды, приспосабливаясь к ней. Однако человек не ощущает дискретность этого информационного процесса. Как следствие, он не осознает независимость, отдельность этого процесса, возникающую из-за его асимметричности, необратимости в соотнесении с изменениями, происходящим с неживыми материальными объектами. Хотя, по существу, благодаря этой асимметричности он выпадает из ряда прочих материальных объектов и является живым, сознающим себя существом.
  Поэтому обычный человек полагает себя находящимся только в реально видимом ему внешнем, мировом времени, которое течет для него непрерывно, условно деля его для удобства жизни на интервалы между какими-либо событиями, которые именует промежутками времени. Наиболее явны и значимы для человека промежутки времени, связанные с природными циклами: сутки, отражающие полный оборот Земли вокруг своей оси, а также ночь, день, времена года, сам годовой цикл, отражающий полный оборот Земли вокруг Солнца. Мировое время, внешнее для человека, по сути, в реальной жизни человека отражает периодические изменения материальных объектов. В этом отношении оно существует объективно, точнее, в его относительных единицах, например, можно оценивать изменения материальных объектов и до возникновения живых существ на Земле.
  На самом деле, внешнее время - это ощущаемые человеческим сознанием изменения материальных объектов, на которые оно никоим образом повлиять не может. Однако человек может выделить, распознать и зафиксировать в своем сознании, помимо независимого от него, и остальные объекты собственного непосредственного окружения. Тем самым, он может формировать собственное время, отражающее все доступные его ощущениям изменения. Это время он вынужден соотносить с чем-то устойчивым. Этим устойчивым и являются все независимые от него периодические изменения.
  Однако реально все события происходят в собственном времени человека. Но в силу их текучести и вынужденного сопоставления этих событий с внешним временем, в человеческом сознании производится автоматическая привязка их к внешнему времени.
  Там, куда человеческая мысль не проникает, события, как таковые, отсутствуют - их некому фиксировать - можно только предполагать, что там происходят как обратимые, так и необратимые изменения материальных объектов. Да и эти предположения основываются только на том, что мы можем представить и понять, то есть заключить во время. Конечно, можно обозначить эти изменения временем, так как кажется, что они должны иметь длительность, но эту длительность, как справедливо заметил Аристотель, некому отсчитывать. Кроме того, неизвестно, что представляет собой бытие вне человеческого сознания. Парменид, например, полагал "бытие чистым настоящим, неподвижным, однородным, совершенным..." [2]. Мы его воспринимаем и представляем одним, для других существ оно может оказаться иным. А то, чем оно является на самом деле, не представляется возможным определить вследствие его бесконечного разнообразия, а также взгляда на него изнутри. Можно только выделить с помощью сознания как бы собственную часть бытия, то есть то, что сознание человека способно распознать в бытии, и считать эту часть меняющимся миром. Эти изменения бытия сознание уже может заключать во внешнее по отношению к нему время и, тем самым, определять их длительность.
  Сделать превращения, изменения полностью необратимыми для себя способны только живые существа. Как только они появляются, всё происходящее с ними становится необратимым. Возникает их собственное, необратимое время, параллельное в течение их жизни внешним циклическим изменениям, наблюдаемым ими, которые они, в лице человека, считают внешним и единственным видом времени, в котором они вынуждены находиться.
  Это собственное, однонаправленное время, с одной стороны, является объективным, так как оно связано с материальными объектами, в том числе и с самими живыми объектами, и внешним временем, не существуя без них и вне их. С другой стороны, оно не существует без живых существ, которые, собственно, его и "вырабатывают" в виде событий.
  В последовательности этих событий собственного времени все живые существа и живут в рамках внешнего времени, не замечая собственного времени своей жизни.
  Однако в качестве человека они не только мыслят, не только чувствуют и действуют в соответствии с происходящим, приспосабливаясь к нему, но и вмешиваются в него, тем не менее, соразмеряя его с внешним временем. Это сознательное вмешательство в события является результатом мыслительно-чувственных процессов на базе получаемой информации в собственном времени человека, но, вместе с тем, целенаправленно меняя окружающий мир и, бумерангом, себя вместе с ним, человек в значительной степени самостоятельно и сознательно производит собственную жизнь во всех ее оттенках. Однако за эту полнокровную жизнь, каждое мгновенье обновляющуюся, приходится платить необратимостью и завершаемостью всего, в том числе - и собственной жизни. Смерть есть конец собственного времени человека, или его "настоящего". Однако, так же как одно мгновенье жизни для сознания сменяется другим, одна жизнь сменяется другой для того же сознания.
  Таким образом, собственный "кусочек" бытия каждое живое существо выделяет самостоятельно на базе имеющихся у него ощущений, то есть, распознавая доступные ему сведения, копируя их и доставляя для обработки сознанием последовательно в виде отдельных информационных пакетов. Этот процесс их скрытой обработки представляются человеку следующими непрерывно друг за другом мгновениями жизни, сливающими в поток, в котором он является не статистом, а действующим персонажем. Так происходит вследствие того, что эти последовательные мгновения включают в себя не только образ окружающего, но в них последовательно формируются собственные мысли, чувства человека, претворяющиеся в его действия в рамках этих текущих мгновений.
  Всё это не только аккумулируется в памяти отдельного человека, но и предоставляется остальным людям, создавая интегральное сознание и интегральную жизнь в виде сообществ. То, что человек пока не способен в окружающем его мире распознать и превратить в информационные пакеты, не попадает в его собственное время, хотя и может находиться рядом или даже в нем самом. Однако это, пока неизвестное, с накоплением информации, а значит знаний, умений, как у человека, так и у всего сообщества людей, постепенно переходит в разряд распознаваемого. Иначе говоря, реальный процесс познания идет не только в виде накопления знаний, но и сам характер отбираемой человеком информации постоянно обогащается всё расширяющимся набором сведений, которые можно распознать, если, конечно, человек сам этого пожелает, то есть не закроется от них.
  В результате, жизнь человека всё больше становится зависимой от него самого, он всё более освобождается от гнета обстоятельств, от чистого приспособления к окружающему, от устоявшегося порядка, то есть его свобода растет.
  Необратимость этого процесса для всех живых существ доказывает фундаментальную инаковость даже чисто рефлекторно-инстинктивного сознания в сравнении с обратимыми, по-видимому, большей частью процессами обмена веществом и/или энергией в ходе превращений и взаимодействий материальных объектов.
  Необходимым условием существования живых объектов является необратимость их существования во времени, тогда как, по-видимому, большая часть известных нам процессов, происходящих с материальными объектами нашего плотного измерения Вселенной, обратима. Иначе говоря, при взаимодействии, как правило, объекты меняются, не сохраняя свое начальное (до взаимодействия) состояние, в том числе меняются и тела людей, но сознание не участвует в этом "натуральном" обмене, оно лишь снимает копии с объектов, не разрушая их, сохраняя тем самым естественный ход наблюдаемых процессов. В результате, оно не вносит в мир нестабильность и не разрушается само. То есть жизнь возможна только в условиях одностороннего информационного воздействия одного объекта на другой без разрушения последнего с приобретением первым данных от второго или при взаимном обмене данными без собственного разрушения. На такое взаимодействие, кроме обычного энерго-вещественного обмена, способны только живые существа.
  Отсюда вытекает, что условий для самопроизвольного возникновения живых объектов и, соответственно, протекания в них информационных процессов, заключающихся в распознавании одними объектами в других объектах сведений, которые можно было бы расшифровать, или превратить в информацию для собственного использования, и, тем самым, жить в собственном настоящем, или истинном времени, не существует в нашем измерении.
  Поэтому единственным правдоподобным объяснением существования жизни в бытии, то есть реализации одностороннего информационного процесса, приводящего к формирования самого времени в обеих его формах, а также присутствия программы роста и развития существ, формирующих время, в форме генома, является некое потустороннего образования, в котором отсутствует время в известном нам виде, но благодаря которому существует само бытие в скрытом взаимодействии с этим потусторонним благодаря живым существам.
  Возможность подобного альянса более детально показана в работе "Человек как голограмма" [1].
  Сознание в бытии, то есть в живых существах тем самым получает своего рода многоканальную систему для бесконечного развития. Оно последовательно фиксирует доступные ему изменения материальных объектов, часть которых накапливает, запоминая для возможного применения, и использует при необходимости.
  При этом процесс отбора сведений об объектах, их расшифровка и обработка полученной информации является, с одной стороны, объективным, поскольку идет автоматически в рамках мирового времени и не имеет отношения к фантазиям. С другой стороны, сознание, в частности, человека способно целенаправленно воспринимать ряд объектов и распоряжаться частью информации так, как ему хочется и нравится, можно сказать, "как Бог на душу положит", то есть не мотивированно. В этом отношении высшее сознание, хоть и является составляющей бытия, умудряется преодолеть его порядок, стать выше остальных компонентов бытия. Оно само находит свое настоящее и изменяет его в соответствии с собственными проектами. Это настоящее для человека продолжается сравнительно недолго, зато человек, в отличие от неживого, его ощущает, а в отличие от остального живого, в значительной степени, сам распоряжается им.
  Отсюда следует, что сознание, находясь в рамках бытия, может быть в своем высшем выражении относительно свободным в своих проявлениях, тогда как остальные живые существа отбирают информацию из окружающего только вынужденно, приспосабливаясь к среде обитания.
  Таким образом, в жизни человек, точнее, его сознание находится в собственном времени, или "настоящем". Оно как бы вложено во внешнее, или мировое время. Внешнее время для человеческого сознания отражает независимое от него течение внешних процессов, к которым оно вынуждено применяться из-за меняющихся вместе с ними условий жизни: зима, лето, ночь, день и т.д., но ход внешнего времени изменить оно никак не может, в отличие от собственного времени, которое оно может ускорить или замедлить.
  Интуитивно человеческое сознание представляет собственное время в виде настоящего для него, потому что за ним в ходе внешнего времени следует прошлое, а перед ним должно находиться будущее. Настоящее же как бы скользит калейдоскопом событий, который, на самом деле, само же сознание последовательно для себя формирует при обработке порций поступающей отовсюду информации каждое мгновение, складывающихся в жизнь в этом "настоящем". Как мы, вкратце, уже указывали выше, это информационное собственное время может замедляться или ускоряться в зависимости от плотности информационного потока.
  Например, время сна для человека проходит в один миг, хотя занимает 6-8 часов внешнего времени потому, что во сне практически отсутствует поступление внешней информации. Сознание за эти часы сна переключается на обработку накопленной и просмотренной за день информации, что не создает для него новизны: нет событий, нет и времени. Кстати, этот факт доказывает, что для человеческого сознания более существенным является не мировое время, а его собственное время.
  Ускорение "настоящего" времени, но другого знака, проявляющееся не вследствие отключения сознания от внешнего, а от поступления в течение дня каждый миг практически не повторяющихся по содержанию порций информации, производит эффект незаметно пролетающего времени: утро тут же сменяется вечером.
  Любопытно, что аналогичный процессу ускорения собственного времени человека процесс происходит и с иными объектами, в определенной степени сознающими свою деятельность и так же организующих себя через потоки информации. Например, подобным объектом является земная цивилизация. В ходе её развития, то есть не только роста населения, но и изменения сознания в сторону расширения круга распознаваемых им сведений, их накопления, происходит сокращение по закону регрессии исторических циклов.
  В 1994 году на это явление обратил внимание историк И. М. Дьяконов: "Нет сомнения, что исторический процесс являет признаки закономерного экспоненциального ускорения. От появления Homo sapiens до конца I фазы прошло не менее 30 тысяч лет, II фаза длилась около 7 тысяч лет, III фаза - около 2 тысяч лет, IV фаза - около 1,5 тыс., V фаза около тысячи лет, VI - около 300, VII фаза - немногим более 100 лет, продолжительность VIII фазы пока определить невозможно. Нанесенные на график, эти фазы складываются в экспоненциальное развитие, которое предполагает в конце концов переход к вертикальной линии или вернее, к точке так называемой сингулярности. По экспоненциальному же графику развиваются научно - технические достижения человечества..." [3].
  Этот явный факт до сего времени никто не мог объяснить, его только констатировали, тогда как в рамках данного подхода для любого сознающего себя материального объекта время ускоряется с ростом потребляемых им информационных потоков. Любопытно, что в точке сингулярности интервал времени, отпущенный нынешней земной цивилизации, завершится согласно упомянутому закону экспоненциального ускорения довольно скоро, что означает ее распад или преобразование в совершенно иное образование.
  Естественно, кроме ускорения настоящего времени может происходить и его замедление. Обычно - это результат поступления однообразной информации или слабого притока новой информации. Например, для человека, сидящего в темнице, и видящего два-три раза в день только подаваемую ему пищу и воду, время замедляется настолько, что он теряет его ощущение. Подобное наказание считалось ранее одним из самых суровых и люди, попадающие в такие условия, часто сходили с ума. Без притока свежей информации человек чувствует оскудение жизни, ощущает потерю ее смысла и поэтому стремится занять себя хоть какой-то деятельностью, хотя бы и собирая марки. Любая, даже нелюбимая работа требуется человеку не столько для физического поддержания жизни, сколько для ее наполнения и оживления хоть какими-то информационными потоками.
  Собственное время замедляется также и для сообществ, которые сознательно ограничивают себя в притоке информации. Это могут быть целые религиозные течения, например, мусульмане, секты, проповедующие идею ухода от мира, целые народы, отделенные от прогресса. Например, таким архаичным народом были русские до Петра Первого, отставшие в развитии по разным причинам от Европы на несколько сотен лет.
  Таким образом, настоящее можно представить потоком переменчивого времени в рамках стабильного внешнего времени, непосредственно не производящего события в настоящем.
  Как мы указывали выше, своё настоящее в значительной степени человек формирует сознательно сам, поскольку, во-первых, из внешних сигналов он отбирает в основном те, которые способен понять или прочувствовать после их расшифровки для того, чтобы разобраться в окружающем его, во-вторых, часть из осмысленной информации его сознание отбрасывает просто потому, что она для него не интересна и не может составить его жизнь. Сознательное формирование условий собственной жизни уникально и присуще из всех известных живых существ только человеку.
  Понятно, что все живые существа не находятся, а именно живут в том или ином времени, - собственном настоящем, которое для них необратимо, поскольку "настоящее" асимметрично по приему информации, формируясь живыми существами из "шума". Но в этом настоящем" только люди осознают себя и свои действия, а остальные живые существа - нет. Но и те, и другие нарушают закон неубывающей энтропии.
  Все материальные объекты, соприкасающиеся теми или иными своими сторонами с сознанием человека через его ощущения, точнее, сведения об этих сторонах материальных объектов, которые человеческое сознание способно расшифровать, существуют объективно во внешнем времени, и попадают в наше сознание в виде копий непосредственно или опосредованно.
  Остальное остается скрытым и как бы несуществующим для человеческого сознания. Это скрытое, тем самым, выпадает из собственного времени человека: его нет в настоящем человека, то есть - в истинном времени человека, оно не участвует в его жизни. Хотя реальное существование этого пока скрытого не подлежит сомнению.
  История наглядно демонстрирует данный факт изменением человеческих представлений о предметах мира и о самом мире: отсутствовавших ранее, появляется теперь и появится впоследствии, изменятся представления об очень многом. Хотя то, что недоступно нашим ощущениям вместе с соответствующими им представлениями и соображениями, останется скрытым навсегда. Этим, кстати, ограничиваются познавательные способности человека.
  Парадоксально, но большинство людей на Земле до сих пор полагает, что Солнце вращается вокруг Земли, а не наоборот. Папуас, никогда не видевший поезд, глядя впервые на него, кричит, что он живой. И он для него действительно живой. Поэтому каждое собственное время есть во многом искусственная, неполная, искаженная картинка, проверить и исправить которую часто не представляется возможным.
  Любые материальные объекты, попадающие в поле зрения сознания, кажутся ему именно такими, а не иными только вследствие его возможностей по распознаванию сведений о них. И только через имеющийся в сознании цельный образ какого-то предмета как совокупной переработанной информации о нем, человек может воспользоваться этим предметом. Этот образ как бы стоит между ним и реальным предметом. Причем для разных сознаний, различных способов переработки поступающей информации формируемый образ предмета, как и всё окружающее, может быть разным.
  Многие животные, например, видят или ощущают то, что человеку недоступно, в частности, магнитное поле для птиц - вполне реальный объект, и они им пользуются для ориентации при дальних перелетах. Для слепого человека не существуют заря и радуга, для глухого - музыка, для глупого, точнее, ограниченного человека не существуют наука, искусство в целом. Если подойти к данной проблеме несколько иначе и допустить, что человек обладал бы способностью видеть предметы насквозь как прозрачное стекло, то он не смог бы ориентироваться в пространстве. Иначе говоря, человеческое сознание представляет окружающее только так, как оно на это способно с точки зрения обработки информации об этом окружающем.
  Мы, например, знаем из научных исследований, что любой предмет является практически пустым - составляющие его атомы занимают в нем ничтожное пространство. Представьте себе, что произошло бы, если мы это были способны ощущать. Кроме того, основную часть действий человек проделывает без всяких размышлений, автоматически: внутренние процессы - от пищеварения до мыслительных операций в собственном мозгу - человек никак не контролирует. Более того, недавние научные эксперименты показали, что и сам мозг работает как приемник сигналов и не способен сам по себе думать.
  Всё, что окружает любое живое существо определенного вида, не только ощущается им по-своему, но и является объективно для него иным по сравнению с существами другого вида. Происходит это потому, что материальные объекты мира настолько многогранны, настолько много имеют различных уровней, которые могут восприниматься живыми существами, что мир, окружающий каждое такое существо - свой для него. Он не похож на мир другого существа иного типа, пересекаясь с ним только в плоскостях совпадающего интегрального восприятия.
  Если вернуться к формированию окружающего конкретным человеком, то оно, ко всему прочему, зависит от уровня его сознания, образования, общей подготовки, уровня развития общества, в котором он живет и т. д.
  Мир любой из цивилизаций, которая соседствует с христианской, будь то буддийская или мусульманская, оказывается чуждым христианской цивилизации.
  Что же касается роли науки в жизни человека, то опытная проверка, дополнительные исследования, наблюдения, адекватные советы и прочее дают крайне ограниченный результат, поскольку люди не сразу отказываются от собственных заблуждений, а часто сознательно упорствуют в них в течение всей своей жизни.
  Тем не менее, работа сознания на обоих уровнях - рефлекторно-инстинктивном и, собственно, сознающим себя; формируемое сознанием посредством поступающих отовсюду информационных пакетов "настоящее", или собственное время человека, позволяет людям жить практически в любых условиях не только на Земле, но и в космосе, применяясь к ним или меняя их по своим возможностям.
  Собственное время, или настоящее человека, а на самом деле, дискретный по механизму процесс получения и обработки информации в сознании, объясняет непонятный до сего времени факт проявления в ребенке сознания и сохранение сознания человеком в течение жизни.
  Нам из практики известно, что у ребенка сознание не проявляется в случае отсутствия общения с ним в детстве других людей. Действительно, общение в виде подачи ребенку поначалу довольно быстро распознаваемой им речевой и знаковой информации, связанной с приемом пищи, прогулками, развлечениями и т. п., постепенно формирует у него способность понимания окружающего и способность действовать в соответствии с этим пониманием. Для этого ему поначалу даже не надо разговаривать. Главное - это то, что он на примерах от взрослых учится отбирать из окружающего только те сведения, которые может расшифровать и осмыслить. Если подобный информационный канал отсутствует, то ребенок не может "попасть" в человеческое настоящее и остается во времени живого существа, не обладающего высшим сознанием, для которого характерны действия, основанные в основном на инстинктах и рефлексах.
  Известно, что человек, длительное время остающийся в совершенном одиночестве без притока информации, довольно быстро дичает или, как говорят, "сходит с ума". Происходит это опять же потому, что его "настоящее" формируется копиями одного и того же внешнего. Для его сознания остается только информация, получаемая им изнутри в виде некоторых воспоминаний и инстинктивно-рефлекторных реакций. В результате, "настоящее", или течение собственного времени затормаживается, что проявляется в фактической остановке времени для него, и человек постепенно дрейфует к существу, обладающему лишь первичными рефлексами и инстинктами.
  Вопрос о том, как может использоваться информация при сознательной деятельности, на пользу или во вред, остается открытым, поскольку зависит от уровня развития конкретного сознания. Однако, поскольку сознательная деятельность отличается обдуманностью и может непрерывно корректироваться самим сознанием, то процесс развития сообществ сознательных индивидуумов, в данном случае людей, в целом, является поступательным до определенного предела, когда позитивная переработка информации становится невозможной из-за неадекватной фильтрации ее избыточного количества.
  Чтобы несколько более детально разобраться с отношением сознания и информации и проникнуть в смысл как этого отношения, так и самого сознания, и информации, необходимо дополнительно обратиться к некоторым фактам и выводам из них.
  Известно, что при взаимодействиях материальных объектов происходит обмен веществом и/или энергией, то есть, если один объект теряет вещество или энергию, другой - приобретает. В этом случае проявляется симметричность взаимодействий материальных объектов трехмерного мира, или известного нам измерения Вселенной. В отличие от подобного взаимодействия информационное взаимодействие объектов не симметрично. Эта несимметричность выражается в том, что один объект получает информацию от другого, но источник информации потери при этом не испытывает.
  Объяснения это явление не находит. Поэтому информация в настоящее время квалифицируется как нечто нематериальное, что само по себе ничего не объясняет и является нонсенсом.
  Возникает вопрос, почему появляется столь кардинальное отличие взаимодействия не отмеченных жизнью материальных объектов как симметричного, а информационного воздействия на материальные объекты - как несимметричного и характерного только для живого?
  Надо полагать, что это отличие можно объяснить тем, что информационный процесс протекает только при деятельности сознания. В частности, человеческое сознание отбирает из окружающего его разнообразного и многочисленного "шума" то, что ему соответствует, что ему нужно или то, к чему его вынуждают, в соответствии с возможностями имеющихся у человека ощущений. Именно те фрагменты "шума", которые сознание способно расшифровать и в дальнейшем перевести в смыслы и образы, есть информация. Неживые объекты такой способностью к подобному подбору не обладают, осуществляя только энергетический и/или вещественный обмен при тех или иных контактах. Носитель сознания, вместе с тем, так же как и любые материальные объекты, способен и к энерго-вещественному обмену.
  Важнейшей особенностью информационного воздействия на объекты является его односторонность, или несимметричность. Сознание непосредственно или через приборы копирует только те сведения, которые оно способно расшифровать, превращая их, тем самым, в информацию, которая ему необходима для жизни. В дальнейшем эта информация может быть либо сразу переведена в образы, мысли или чувства, либо помещена в память для последующей обработки и использования. Сам же оригинал так и остается в источнике информации, никуда не перемещаясь. Этот несимметричный процесс необыкновенно важен для развития сознания, поскольку, с одной стороны, новая информация меняет сознание, обогащая его понимаемыми им знаниями и опытом, а с другой стороны, окружающая сознание реальность, исследуемые или затрагиваемые в этом процессе материальные объекты не разрушаются, окружающая среда остается относительно стабильной, то есть в ней можно жить. В противном случае, гиперболизируя, можно сказать, что только один ненавидящий взгляд мог бы просто испепелить объект ненависти.
  Конкретное сознание воздействует не только на неживые материальные объекты, черпая из них информацию, но оно взаимодействует и с подобными ему сознаниями в человеческих сообществах. Из практики известно, что ребенок становится человеком, то есть приобретает действующее сознание только в результате общения с окружающими его людьми. И вообще, известно, что люди в любом возрасте так же могут развиваться только в общении с другими людьми, или, по крайней мере, при условии предоставления им информации. Это происходит по той причине, что взаимный обмен информацией и соответствующее пополнение базы данных каждого сознания в человеке в силу своей несимметричности не разрушает обменивающиеся информацией сознания, а напротив, обогащает их.
  Таким образом, в силу подобной несимметричности человеческое сознание без ущерба для всего окружающего его может взаимодействовать с этим окружающим в целях собственного развития, которое идет с большим ускорением, чем в остальной живой природе за счет присутствия у человека самосознания.
  Все остальные известные объекты живой природы, в отличие от человека, не обладают самосознанием. Между ними и неживыми объектами информационный контакт осуществляется хотя и аналогичным образом, но только на инстинктивно-рефлекторном уровне, что является основной программой жизни как для бактерий, так и для высших млекопитающих.
  Отсюда понятно, что сознание имеет два уровня: один из них, низший, с программой воспроизводства, обмена и т.д. присущ всему живому, другой, высший уровень, означает присутствие у живого существа самосознания. По-видимому, сознание на высшем уровне обладает дополнительной самообучающейся программой, возможностью самопроизвольного выбора и всегдашним стремлением к изменению себя. Тем самым, человек, благодаря собственному сознанию, имеет возможность совершать произвольные поступки, проектировать, запоминать, корректировать свои действия не только под влиянием окружающей среды, но и по собственным, часто немотивированным желаниям, что обозначается им как свобода воли.
  Обе эти программы, точнее, соответствующие им геномы по теории вероятности не могли самособраться в нашем измерении практически за любые вообразимые сроки. Но, раз уж есть живое, в том числе и человек, то попасть в наше измерение эти программы могли в готовом виде только из другого измерения с помощью копирования и передачи их на соответствующем носителе в наше трехмерное измерение, поскольку все измерения связаны между собой. Скопированный и переданный геном послужил основой для формирования первичного уровня сознания, то есть для образования и развития живых организмов при возникновении подходящих для жизни условий на той или иной планете нашего измерения. В нашем трехмерном измерении сознание не может действовать непосредственно в силу его качественного материального отличия от материальных объектов нашего измерения. Но оно может действовать через известный нам носитель, например, в виде человеческого тела, которое является всего лишь телом высшего млекопитающего, сформировав, тем самым, своего рода симбиоз обоих образований. А появиться сознание может оттуда, где есть условия для его непосредственного существования.
  Блокировка самосознающей части человеческого сознания превращает человека в зомби. В частности, подобная блокировка на определенное время может быть осуществлена в процессе гипноза. В этом случае незаблокированная часть сознания способна воспринимать и обрабатывать информацию от гипнотизера только подобно роботу-компьютеру или дрессированному медведю, выполняя соответствующие команды, но не способна к самостоятельной деятельности, поскольку самообучающаяся программа отключена. Свобода воли тут, как таковая, не присутствует.
  Это пример показывает, что прием информации отнюдь не равноценен для просто живого и для существа, обладающего самосознанием и способностью сознательно менять как себя, так и окружающую среду.
  Для сознания важным является адекватность принимаемой им информации, отсутствие ее искажения. Например, в развитых цивилизациях финансовый рынок, предоставляющий наиболее легкий и быстрый способ зарабатывания денег, стремится оторваться от реального производства и услуг, производя различные деривативы в виде финансовых опционов, форвардных контрактов, процентных свопов, валютных свопов, фьючерсов. С течением времени результаты действий этого финансового рынка начинают все больше отклоняться в сторону превышения от объема реально производимых товаров и услуг. Подобное сознательное искажение информации, поступающей от реальных объектов, показывает низкий уровень сознания субъектов, управляющих финансовыми структурами, уклонение их от адекватных стратегий, и является признаком начала разрушения сложной системы цивилизации.
  Отдельный человек и вся нынешняя человеческая цивилизация являются конечными образованиями. Поэтому для того и другого существует предел в существовании.
  Для каждого отдельного человека этот предел, по-видимому, заложен в его жизненную программу, связанную с его генетическими особенностями, условиями существования, а также с процессом обработки им массива информации, который, возрастая с течением времени жизни, в определенный момент начинает превышать возможности человеческого мозга.
  Для цивилизации, которую составляют люди, этот объективный предел достигается тогда, когда поступающая через мозг в сознание человека информация начинает превышать возможности мозга, с помощью которого сознание принимает решения по управлению всеми системами цивилизации. В связи с этой перегрузкой и невозможностью адекватной фильтрации лавинообразно поступающей через Интернет и другие источники информации люди, ответственные за принятие адекватных управляющих решений перестают различать немногие параметры и структурные изменения, к которым сложные цивилизационные системы чувствительны и которые обычно не самоочевидны. Но без задействования этих ключевых параметров устойчивость системы не сохраняется.
  В такой ситуации, когда случайные симптомы принимаются за причины, человек в лице управляющих органов направляет свои усилия, как правило, на устранение симптомов, но при этом истинные причины остаются незатронутыми. Такое действие либо неэффективно, либо приводит к ухудшению ситуации. Фактически единственным методом упорядочения лавинообразного потока информации становится ее фильтрация, как правило, по сомнительным критериям. Это ведет к дестабилизации системы и к прекращению ее нормального функционирования. Наступает информационный коллапс, который угрожает не только стабильности и нормальному функционированию информационного пространства, но и практически полностью зависимых от него сложных, многоуровневых подсистем цивилизации. Они теряют жизнеспособность, и цивилизация разрушается: ускоренное развитие сознательных сообществ достигает своего предела, при котором, образно выражаясь, центробежные силы начинают превалировать над центростремительными.
  В заключение следует отметить, что, судя по рассмотренным особенностям информационного процесса, как такового, существовать он может только в привязке к сознательной деятельности, доставляя сознанию не только сведения о природных и общественных процессах, но и формируя его собственное время, которое вне сознания отсутствует. Само же сознание, присутствующее в любом живом объекте нашего трехмерного измерения, по-видимому, следует рассматривать как информационную копию сознания другого измерения, точнее, неотъемлемую часть единого сознания в форме голограммы вне пределов бытия [1], развивающуюся и меняющуюся совместно с телом, в которое оно "внедряется", в течение всей жизни этого тела.
  Библиография
  1. Низовцев Ю.М. Человек как голограмма. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  2. Лебедев А. В. Парменид. Новая философская энциклопедия. Институт философии РАН. М., Мысль. 2010. 978-5-244-1115-9.
  3. Дьяконов И.М. Пути истории. От древнейшего человека до наших дней. КомКнига. Москва. 2007г.
  Часть 15. Как соотносятся мышление и сознание?
  Если следовать тезису Декарта: "мыслю, следовательно, существую", который он относил исключительно к человеку, то, вопреки ему, оказывается, мыслят как приматы, так и искусственный интеллект. Однако, если это и так, то вряд ли они равноценны человеку в понимании собственного существования. Поэтому неплохо было бы разобраться, что такое есть в человеке, помимо способности мыслить, делающее его человеком по сравнению с обезьяной или роботом.
  Рене Декарт в своих "Началах философии" в разделе "Об основах человеческого познания" так рассуждает о признаке существования человека: "...мы не можем не верить, что заключение я мыслю, следовательно, я существую истинно... ...мы существуем только потому, что мы мыслим... ...мы еще сомневаемся в том, имеются ли в мире тела, но с несомненностью знаем, что мыслим" (см. напр.," Антология мировой философии". Том 2. С. 239. "Мысль". Москва. 1970.
  Далее Декарт разъясняет, что он понимает под мышлением: "Без сомнения, все виды мыслительной деятельности, отмечаемые нами у себя, могут быть отнесены к двум основным: один из них состоит в восприятии разумом, другой - в определении волей. Итак, чувствовать, воображать, даже постигать чисто интеллектуальные вещи - всё это лишь различные виды восприятия, тогда как желать, испытывать отвращение, утверждать, отрицать, сомневаться - различные виды воления..." (там же, с. 246).
  Таким образом, Декарт полагает, что совокупность указанных им видов мыслительной деятельности есть истинный признак определения человеком собственного существования.
  Со своей стороны рассмотрим, имеются ли эти виды мыслительной деятельности у животных.
  Возьмем, к примеру, кошку, о которой много чего известно потому, что она наиболее популярное домашнее животное.
  Кошка, конечно, хочет, когда проголодается, съесть что-нибудь, но она явно испытывает отвращение, если ей дадут невкусный корм, и это отвращение она подтверждает всем своим поведением. Кошка отрицательно относится к перемещению ее из знакомого места в непривычную обстановку и может выразить свое недовольство беспокойством и даже специально выполненной дефекацией на видном месте. Что касается сомнений, то это животное проблематично заставить выполнять действия, которые ему несвойственны. Об этом хорошо знают дрессировщики, так как любая кошка выражает всем своим видом сомнение или даже отрицание, если ее заставляют выполнять какие-то цирковые упражнения.
  Если обратиться к видам восприятия, на которые указывает Декарт, то не только кошки, но и все живые существа имеют те или иные органы чувств, а также органы управления своим организмом. У животных органы управления это мозг и нейронные сети, у растений и бактерий - часть их организующих клеток, что позволяет всем им существовать в окружающей среде определенное время.
  Поэтому, раз есть органы чувств, то все живые существа обладают способностью к ощущениям того или иного рода, передавая полученную этими органами данные в свои управляющие центры, которые обрабатывают эти данные, превращая их в необходимую для управления организмом информацию, и на этом основании с течением времени вырабатываются рецепты, которые в ходе развития организмов становятся инстинктами и рефлексами, в рамках которых они существует.
  То есть эти центры дают команды как клеткам, так и всем органам тела, включая его в целом, вследствие чего этот организм всё время применяется к изменяющейся обстановке для того, чтобы сохранить получаемые от органов чувств ощущения и, по возможности, улучшить их качество, то есть сделать их более приятными. И все эти живые существа не желают терять получаемые ими ощущения и, благодаря им, желания ради пустого небытия, с которым они знакомы по обморокам или впадению в спячку. Сами по себе ощущения не только дают им чувство жизни со всем ее разнообразием, но и придают им импульс для сохранения этих ощущений в потомстве.
  Таким образом, каждое живое существо прежде всего желает удержаться в информационном потоке, который оно способно воспринять и уразуметь на уровне имеющихся у него соображений, отличаясь от ничего не понимающих вещей тем, что пользуется обработанными в органах управления данными для собственной выгоды, сохранения и размножения, конкурируя в этом с прочими живыми существами.
  Поэтому всё живое активно, то есть сознательно, но на чисто инстинктивно-рефлекторном уровне использует окружающую среду для поддержания себя в действии (питание и метаболизм), стремясь оттеснить от пищи конкурентов (доминирование), в отличие от человека, активность которого не ограничивается только инстинктами и рефлексами на гормональном фоне.
  Конечность собственного существования, которое все организмы, кроме человека, не понимают, но ощущают по ухудшению функционирования тех или иных частей организма, они преодолевают продолжением рода (передача собственного генома) всеми возможными способами, вплоть до почкования, что требует особой программы роста и развития как индивидуального, так и общего (родового). Эта программа уже при зачатии закладывается в каждую клетку организма.
  Если обратиться к воображению и постижению предметов и явлений, на которые указывает Декарт как неотъемлемую часть человеческого мышления, то у кошек, как и у некоторых других животных эта составляющая мышления так же присутствует, являясь необходимым подспорьем для решения проблем выживания, как правило, во враждебной среде, без которой развитие организмов останавливается.
  Воображение, как таковое, не дает объекты во всех их деталях и многогранности, но в целом представление о вещах сохраняется, и получившимися образами некоторое время можно манипулировать и оценивать по ним собственную реакцию на воздействие окружения в следующий момент.
  Иначе говоря, в воображении проявляется своего рода материализация объектов в ментально-образном виде, то есть картинно-мысленном.
  Благодаря этому создается некоторая пауза, нужная для принятия того или иного решения, которая позволяет животному, например, при ловле кошками мышей, рассмотреть в уме те или иные варианты предстоящего действия в следующий момент, от чего иногда зависит само существование субъекта действия, который теряет по мере своего развития способность размножатся в миллиардах копий, и вынужден компенсировать эту потерю более высокой более высокой степенью сообразительности для сохранения существования как себя,, так и рода.
  Мало того, наиболее подходящую ситуацию для выживания и улучшения собственного статуса в соответствующей нише любое существо всегда пытается создать поиском наилучшей перспективы для себя в более или менее отдаленном будущем. Этот поиск, в частности, для самых развитых животных выражается в формировании виртуальных образов определенных объектов и их переборе на основе уже прошедших и отложившихся в памяти событий, благодаря чему эти животные, например, оказываются способными предвидеть опасность и могут уклониться от нее.
  Например, дикий скот собирается в стадо, сводя угрозу нападения хищников к минимуму, самки птиц в определенное время начинают строить гнезда, кошки с приближением зимы находят теплые подвалы.
  Воображая более или менее отдаленное будущее, каждое достаточно развитое существо способно материализовывать информацию ментально-образно для приемлемого выхода из настоящего в будущее, используя для этого резервы собственной памяти, вследствие чего его шансы избежать застоя или гибели повышаются.
  Данная текущая реальность, естественно, отражается в непосредственных чувствах, образах и соображениях любого животного в каждое мгновенье настоящего, составляя контур, в котором оно может действовать наиболее эффективно, ощущая то, что способны распознать имеющиеся органы чувств; воображая то, что может отразить форму и некоторые составляющие окружающих предметов в соответствии с сигналами от органов чувств, а также имеющейся памяти; соображая, что и как делать (быть) в складывающейся обстановке.
  Примером удивительных мыслительных способностей так же являются обыкновенные крысы.
  Они, как и люди, общаются между собой с большим числом разнообразных сигналов с тем отличием, что сигналы эти ультразвуковые.
  Крысы способны понимать значение целого ряда слов, которые произносят конкурирующие с ними люди, и использовать их по смыслу в соответствии с ситуацией.
  Крысы могут обобщать целый ряд ситуаций и использовать образовавшиеся в их головах абстрактные формы. Они также способны выводить общие правила поведения на основе накопленного жизненного опыта и использовать их для решения еще не встречавшихся им задач.
  Крысы даже умеют адекватно оценивать правильность собственных решений, принимаемых в неоднозначных ситуациях, повышая тем самым вероятность правомерности собственных действий в дальнейшем.
  То есть крысы способны "постигать чисто интеллектуальные вещи" в точном соответствии с приведенным тезисом Декарта (там же, с. 246).
  Аналогичные способности есть и у приматов.
  Получается, что, по крайней мере, животные с развитым мозгом, хотя и соображают в полном соответствии с видами мышления, перечисленными Декартом, и, конечно, существует, но, вопреки тезису Декарта, не осознают собственное существование, точнее, не ищут возможностей понять это, постоянно занимаясь совершенно иным - желая лишь потреблять ощущения, поставляемые им их окружением для наилучшего устроения себя в этом окружении.
  Иначе говоря, это желание полностью блокировало им возможность осознать свое существование, и это означает, что ни кошке, ни другим природным существам, подобным ей, кроме человека, подобное осознание не нужно, поскольку они полностью влиты в окружающую среду и не имеют самостоятельного значения в ней, будучи, в сущности, приспособленцами, то есть они не субъектны.
  Отсюда ясно, что тезис Декарта "мыслю, значит, существую" приводит к противоречию, поскольку, например, как высшие млекопитающих, так и люди совершенно определенно мыслят, но если люди так же определенно осознают собственное существование, то даже высшие млекопитающие далеки от этого осознания.
  Судя по тому, что они, несмотря на способность соображать, так и остались животными, то есть особями, которых занимает не анализ экзистенциальных и гносеологических проблем, а только проблемы питания, размножения и доминирования, они не стремятся к осознанию факта существования себя в мире и соответствующим выводам из него для собственного развития.
  Каково же тогда различие между ними, вследствие которого одни млекопитающие остались животными, а другие вдруг стали людьми?
  Ответ на этот вопрос может быть следующим.
  Не только высшие млекопитающие, но и все живые существа мыслят не для того, чтобы осознавать собственное существование в природной среде и делать из этого соответствующие выводы, что характерно только для людей, а все стремления этих существ направлены исключительно на проблемы выживания, создания максимально удобных условий для себя и производства потомства.
  Все виды их мышления ориентированы только на то, чтобы удержаться в этой среде для потребления ощущений, которые предоставляются ею им как ее собственным неотъемлемым компонентам, и этим бесчисленным природным составляющим дается возможность конкурировать между собой до того момента, пока их не съедят.
  А если съесть их не успеют или не смогут, то они отнюдь не осознают свою приближающуюся смерть, но только почувствуют ее из-за потери способности полноценно ощущать.
  В отличие от всех остальных существ, человек не только ощущает приближение смерти, но и знает, что он непременно умрет, поскольку, в отличие от прочих существ, понимает, что он находится в текущем времени, которое изменяет его, постепенно изнашивая организм до полной утраты им основных функций.
  Другими словами, животные всячески борются за свое существование, концентрируя свои мысли только на ощущениях, без рефлексии на предмет того, что они существуют, но с мыслями о том, как бы подольше удержаться в этом процессе потребления ощущений, и только.
  Например, отличие приматов от человека в отношение к собственному существованию коренится в том, что у них проявляется разное отношение к действиям в окружающей среде, запрограммированное уже с момента зачатия. И это событие определяет для примата сугубо адаптивные контакты с окружающим, а для человека - не только.
  Поэтому приматы стремятся не к осознанию себя в мире, а ограничиваются ощущением себя в нем с оценкой собственных действий, характерной только для животных с достаточно развитым мозгом. Тем не менее, даже они корректируют свое поведение, за редким исключением, методом проб и ошибок и только в текущих обстоятельствах, замыкаясь, кроме выживания, только на стремление потреблять ощущения, желательно, наиболее приятные. То есть они используют окружающую среду исключительно для реализации этой потребности, и не стремятся идти дальше, оставаясь только активными составляющими этой среды, полностью влитыми в нее.
  Таким образом, основное свойство животных, как, впрочем, и остальных живых существ, в отличие от человека, состоит исключительно в их адаптивности к окружающей среде, вследствие чего они являются не более чем ее активными компонентами, применяющимися к ней без всяких попыток целенаправленно изменять ее для себя.
  Поэтому программа действий любых живых существ, вплоть до приматов, находящаяся в геноме каждой клетки любого организма, настроена на выживание и наилучшее устроение в собственном окружении, а не на сознательное ее изменение на постоянной основе.
  Например, известно, что самки шимпанзе способны идентифицировать себя с отражением в зеркале, что помогает им, в частности, вычесывать паразитов из локальных мест спины без помощи других обезьян.
  Кажется, что в этом случае нет разницы между человеком, узнающим себя в зеркальном отражении, и обезьяной, тоже узнающей себя в зеркальном отражении.
  Однако поведение обезьяны сводится лишь к тому, чтобы с удовольствием почесаться и удалить со спины паразитов. Тут не происходит никакого конструктивного взаимодействия обезьянs с окружающей ее средой, в результате которого происходило бы целевой изменение этой среды.
  Человек же способен использовать зеркало не только для того, чтобы поправить прическу. Он, например, использует зеркала в автомобиле для всестороннего обзора, применяет их в телескопах и многих других приспособлениях и приборах, достигая тем самым планомерно поставленных, а не сиюминутных целей.
  Обобщая, можно сказать, что человек способен оценивать свои действия даже в отдаленном будущем, создавая различные модели и анализируя их в соответствии с поставленными целями и имеющимися ресурсами.
  Таким образом, человек в своих сообществах, в отличие от вроде бы столь же стайной обезьяны, приобрел в дополнение к ее адаптивности к природной среде еще и совершенно новые особенности в отношении взаимодействия с окружающей средой - целеполагание и вариативность видения проблемы в нужном ракурсе, позволяющая достигнуть поставленной цели разнообразными способами в зависимости от собственной сообразительности, самыми эффективными из которых оказываются креативные.
  Эти особенности предоставили ему возможность понять свое существование в мире не только благодаря мышлению, которое свойственно и кошкам, и крысам, и приматам, то есть животным, имеющим достаточно развитой мозг, но, в отличие от них, целеполагание и креативность позволяют человеку взаимодействовать с окружающей средой в соответствии не только со своими насущными потребностями, но и с интересами, которые могут не совпадать с потребностями и все время меняются, а диапазон их расширяется.
  Другими словами, программа действий человека кардинально расширилась в сторону приобретения им возможности ставить цели и достигать их, применяя появившиеся у него способности к творчеству, проникая в своих идеях в будущее, и тем самым владея временем, то есть осознавая себя в нем, тогда как животные ограничиваются всегда только настоящим в виде ощущений.
  Поэтому лишь подобного рода самосознание означает истинное очеловечивание живого существа, поскольку приводит к признанию собственного существования не только в мире ощущений, но и в мире идей, довольно гармонично объединяя в одном лице способность чувствовать и способность познавать как окружающий мир, так и себя самого.
  Объем информационных потоков в этом случае резко возрастает, окружающая среда начинает под воздействием этих существ целенаправленно изменяться, меняя вместе с тем и их самих в намного более быстром темпе, чем это происходило ранее.
  То есть человек в своих сообществах попадает в поле всё более увеличивающихся информационных потоков, которые воспринимаются его органами чувств, развивая как их, так и органы управления организма, вследствие чего, например, масса человеческого мозга по сравнению с массой мозга приматов, выросла за примерно два миллиона лет в несколько раз.
  Таким образом, эволюция интегрально представляет собой постепенное накопление разнообразных, более или менее сложных живых существ, появляющихся и исчезающих в ходе естественного отбора в течение миллиардов лет.
  Эти существа характеризуются полной слитностью с окружающей средой вследствие неспособности самостоятельно отделиться от нее именно из-за того, что записанная в генах каждого живого существа программа действий определяет его как составной элемент живой среды, единственной опорой которого является инстинктивно-рефлекторная деятельность, но никак не субъекта сознательно-целевого воздействия на окружающую среду.
  Понять это представление можно по аналогии с работой компьютера в соответствии с различными программами, внесение которых меняет его свойства, но которые компьютер не способен генерировать самостоятельно.
  Если всё же допустить появление такой самостоятельности, то становится необъяснимым отсутствие подобной трансформации, например, у шимпанзе в течение миллионов лет, геном которого всего лишь на 1% отличается от генома человека.
  Всё это указывает на отсутствие плавного эволюционного перехода слитого с природой примата в отделенного в значительной степени от природы креативного человека.
  Отсутствие подобного плавного эволюционного перехода подтверждается данными исследования, проведенного международным консорциумом ученых. В него входило 67 учёных из 23-х научных учреждений 5-ти стран - США, Израиля, Испании, Италии и Германии.
  Они обнаружили факт необычно быстрой перестройки генома, противоречащий обычно констатируемой эволюционистами скорости эволюционного развития. В ходе исследования они использовали компьютерное наложение карты генома шимпанзе на карту генома человека, что позволило им выделить три категории так называемых ДНК-дупликаций - тех, что имеются в геноме человека, но отсутствуют в геноме шимпанзе, тех, что имеются в геноме шимпанзе, но отсутствуют в геноме человека, и тех, что имеются в геноме обоих видов. ДНК-дупликация - это одна из форм мутации, при которой участок хромосомы удваивается. В данном случае учитывались сегменты ДНК длиной не менее 20-ти тысяч нуклеотидных пар. Оказалось, что примерно треть ДНК-дупликаций, обнаруженных у человека, отсутствуют у шимпанзе. Эта цифра изрядно удивила генетиков, поскольку она свидетельствует об очень высокой частоте мутаций за короткий - по эволюционным меркам - промежуток времени (См., напр., dw.de» расшифровка генома...и...сравнение его...человеческим).
  Отсюда видно, что предлагаемое эволюционистами объяснение возникновения человека в результате плавного перехода одного из видов приматов в человека, связанного с трудом и проявлением общения с помощью слов, непонятно почему не признающееся для остальных видов приматов, не выдерживает критики.
  Так что влияние труда и общения на преобразование примата в гоминида, по-видимому, есть следствие дополнительного программирование генома, который до тех пор (в течение миллиардов лет) был запрограммирован у всех живых существ только к инстинктивно-рефлекторной деятельности, вследствие чего их можно определить как рабов ощущений, поскольку за рамки приспособления (адаптивность) к окружающей среде они не выходят.
  Именно это дополнительное кодирование инициировало постепенное - в течение не менее двух миллионов лет - преобразование возникших гоминидов в людей в процессе их коллективных действий, тогда как остальные приматы по-прежнему в лучшем случае сбивают палкой бананы с деревьев так же, как десятки миллионов лет назад, не трансформируясь, как это должно быть, если верить эволюционистам, в людей.
  Таков, по-видимому, процесс превращения приматов, ориентированных только на инстинктивно-рефлекторную активность в природной среде, в гоминидов, то есть существ, способных не только на приспособление к среде, но к ее изменению целенаправленно, и более того - креативно.
  Внешне это преобразование приматов через гоминидов в человека проявилось в том, что кроме индивидуальности, которой обладают любые животные, человек в дополнение к ней стал еще и личностью.
  Индивидуальность какого угодно животного состоит в особенностях и свойствах, отличающих его от других особей подобного рода, являясь неповторимой по сравнению с остальными.
  Индивидуальность формируется на основании генотипа, к которому добавляется воздействие соответствующей среды, которое определяется неудовлетворенностью сознания особи имеющимися условиями в отношении питания, размножения и статуса в стае или стаде.
  Сам термин "индивидуальность" явственно указывает на главное свойство любой особи - ее эгоцентризм, то есть на первостепенную заботу о себе одном как индивиде, желающем сохранить собственные ощущения, смягчающееся, правда, тем, что вынужденное пребывание особи в группе не может не отразить ее отношение к членам этой группы, выражающееся в поведении, которое диктуется групповым, то есть коллективным сознанием.
  Таким образом, полу-примат - человек не мог не сохранить в себе индивидуальность животного, как и любая особь в животном мире, точнее, человек сохранил в себе животное сознание, внешне выражающееся в его индивидуальности.
  Индивидуальность особи отражается в поведении, темпераменте, характере животного, его физиологических особенностях, внешнем облике, способности ощущать, любопытстве.
  Основными свойствами индивидуальности любого животного являются сообразительность, чувствительность, впечатлительность, решительность, та или иная слаженность (кооперация) в действиях, любопытство, доминантность, упрямство.
  Все эти свойства имеются и у человека.
  Однако него появились дополнительно и те свойства, которые отсутствуют у животных, а именно: осознанное трудолюбие или леность, самоуверенность или самокритичность, вежливость или грубость, ответственность или недобросовестность, убежденность или беспринципность, которые производятся его умом, и этот ум (мышление), уже являясь свойством личности человека, имеет существенные отличия от сообразительности животного по своей направленности не только на питание, размножение и доминантность.
  Кроме того, появившиеся у человека способности к целеполаганию и креативности вывели в значительной степени человека из рабства только лишь ощущениям, дав ему уже как личности возможность наслаждаться плодами познания и искусства.
  И всё же главной характеристикой личности является альтруизм, включающий в себя доброту, дружелюбие, сопереживание, сочувствие, милосердие, бескорыстная забота о других, в противоположность неизменному эгоцентризму животного сознания, создавая тем самым противодействие одного другому, что стало самой действенной движущей силой человеческих сообществ, ускорив их развитие многократно по сравнению с замедленным временем, в котором находятся все остальные сообщества живых существ.
  Следует также отметить, что Декарт, обозначив единственно мышление в качестве определения человеком собственного существования, не указал истинного хозяина, орудием которого является любой человек, и не заметил, что мышление не единственная особенность, действительно отделяющая человека в отношении к собственному существованию от остальных живых существ в
  Выше мы показали, что мышление приматов в формах, указанных Декартом, не отличается от мышления человека, однако оно направлено только на реализацию своего желания потреблять ощущения, не выходя за рамки адаптивности к окружающей среде.
  Поэтому только способностью мыслить невозможно определить собственное существование.
  Например, современный человекообразный робот мыслит в логическом плане подобно человеку, воспринимая, обрабатывая и передавая информацию, не отвлекаясь, правда, как человек, на желания, сомнения и воображение. Тем не менее, он владеет членораздельной и осмысленной речью, четко отвечает на вопросы, решает поставленные перед ним задачи, предоставляет запрашиваемую информацию, использует датчики для управления разнообразными устройствами путем моделирования ситуации в соответствии с поставленной ему целью.
  Более того, объем памяти и быстродействие при использовании введенных в него программ, превышает те же характеристики человеческого мозга.
  Однако это мыслящее "существо" не понимает, что оно существует, да и не интересуется собственным существованием, отличаясь от животных и человека еще и тем, что ничего не желает. Хозяин робота может менять программы его действий, может отключать его и снова подключать к работе. Роботу, а в расширительном плане и искусственному интеллекту, всё это безразлично, то есть он не имеет ни индивидуальности, ни личности, и его можно отнести только бездушным предметам.
  Именно по причине полной несамостоятельности, но по виду - разумной работы, запрограммированной на самом деле внешним потребителем для получения им требуемых результатов, искусственный интеллект любого типа не способен ставить перед собой цели и быть креативным, то есть выходить за пределы формальной логики.
  Иначе говоря, этому мыслящему в указанных рамках творению человеческих рук и ума, вроде бы даже более совершенному по сравнению с человеком, безразлично собственное существование, тогда как все живые существа вполне разумно ведут себя в мире, желая жить в потоке наиболее приятных ощущений, и поэтому борются за свое существование, хотя и, в отличие от человека, являются лишь адаптивными к среде, а не самодеятельными, как человек.
  Поэтому у приматов, как и у прочих организмов, имеются те или иные способы мыслительной деятельности - от самой примитивной до самой высокоорганизованной, так как им волей-неволей приходится обрабатывать информацию в соответствующих центрах, но самосознание в смысле целеполагания, креативности и альтруизма у них отсутствует, а присутствует лишь ощущение себя в мире с оценкой собственных действий для перестройки своего поведения, чтобы удержаться в существовании, и эта оценка реализуется, как правило, только в текущих обстоятельствах в основном методом проб и ошибок, замыкаясь на стремление потреблять ощущения, желательно, наиболее приятные.
  То есть все организмы на планете, кроме человека, используют окружающую среду только для получения ощущений и исполнения своих желаний, которые проистекают из неудовлетворенности настоящим, а искусственный интеллект во всех его формах не способен ощущать, и потому никакого желания существовать не имеет.
  Поэтому опасения многих ученых и политиков о замещении человечества теми или иными формами искусственного интеллекта совершенно не оправданы.
  С другой стороны, попытка создать живое существо сборкой в виде точной биологической копии с геномом оказалась неудачной.
  Единственный вывод, который можно сделать из всех этих коллизий состоит в том, что организмы в своем многообразии способны ощущать и желать, или даже понимать собственное существование не только вследствие способности мыслить благодаря работе органа, управляющего обработкой поступающей информации, не вследствие идеальной конструкции всех частей тела, а также не в обладании ими органов чувств, а чему-то или кому-то иному.
  Дело в том, что любое живое существо, кроме интеллекта, который, по сути, технически обрабатывает поступающие через органы чувств сведения (интеллект имеется и у искусственных запрограммированных созданий), управляя функционированием собственного организма, то есть превращая эти сведения в понятную для использования живым существом информацию, начиная с клеточной структуры, обязано иметь как бы руководителя-потребителя этой информации, пришедшего со стороны, для решения этим руководителем текущих задач или достижения целей, поставленных им, будь то проблемы выживания, стремление получения наиболее приятных ощущений или осознание себя в этом мире ради познания и изменения этого мира.
  Интеллект любого организма, представленный блоком обработки информации и блоком управления функциями организма (своего рода биологический внутренний компьютер) не включается без этого "внутреннего" руководителя и потребителя поставляемой информации.
  Другими словами, этот невидимый потребитель информации и руководитель действиями живого существа заставляет интеллект в форме биологического внутреннего компьютера работать только в момент собственного проявления в существе, точнее, в его зародыше, что тут же делает это существо живым (активным, а впоследствии и способным к размножению), а при исчезновении этого потребителя, или хозяина живого существа, либо серьезном сбое в нем или в его носителе, например, разрушение нейронных цепей, органов чувств или болезнь других важнейших органов, интеллект этого организма, несмотря на сохранение его основы в виде органической структуры, лишившись своего руководителя, теряет свою активность - прекращает действовать (смерть существа) или же информация, поставляемая интеллектом этому руководителю-хозяину, не находит должного применения (сумасшествие).
  Этот руководитель, не воспринимаемый никакими средствами, использует любой организм на любом уровне его сложности для собственных целей, получая для себя жизнь во всех ее проявлениях, а посредством человека приобретая понимание собственного существования не только благодаря способности наблюдать, ощущать и мыслить, но и способности творить, решая различные задачи, ставя перед собой определенные цели и стремясь достигнуть их.
  Всё это позволяет ему коренным образом преобразовывать свое окружение на основе накопления знаний о мире и о себе в лице живого, и поэтому этот руководитель называется сознанием.
  Вкратце, о существовании и человеке позволительно выразиться так.
  Можно мыслить, не чувствуя, и быть только роботом, можно мыслить, ощущать и желать, но находиться в жизни без понимания собственного существования во времени, подобно животным.
  Человеком же достаточно развитое природное существо становится не только потому, что ощущает и мыслит, а потому, что, получая ощущения, осмысливает их не только для решения сиюминутных задач, чтобы выжить, а ставит перед собой определенные цели, чтобы узнать для чего оно живет, и пытается достигнуть их самыми разными способами.
  Всё это характерно не только для личности, но и для ребенка, который в контакте с личностями сам становится таковой.
  Значит, каждый может сказать о себе: я понимаю свое существование только потому, что способен не только чувствовать, желать и мыслить, но также ставить цели и достигать их.
  Именно такого рода понимание превратило животное с его индивидуальностью в личность без утраты индивидуальности.
  Подобные особенности психики дают возможность человеку осознать собственное существование, то есть обрести самосознание, обеспечивая тем самым для человека в лице его сообществ использование окружающей среды в своих целях на основе организации и регулирования взаимодействия с ней не только для приспособления к этой среде, но и для ее искусственного преобразования, предоставляя каждому человеку всё больше свободного времени и соответственно больше возможностей для общего развития, которое ранее тормозилось проблемой выживания, а значит, и для ускоренного развития самого сознания, которое, как это ни парадоксально, неощутимо, но существует в нас, пока мы живы.
  Часть 16. И всё-таки, мыслю и поэтому существую, или наоборот?
  Если вспомнить максиму Декарта: "мыслю, следовательно, существую", которую он отнес к человеку, то он явно несправедливо пренебрег остальными живыми существами, потому что они тоже мыслят, так как попав в существование, они, ощущая его и поэтому желая продлить, вынуждены соображать, как приспособиться к тому, что есть, чтобы остаться в нем, без чего не обходится и человек, что указывает для них на приоритет существования и вторичность мышления. Однако создавшаяся отделенность человека от животного мира указывает и на другую направленность его мышления.
  Несомненно, что общим для искусственного интеллекта, человека и прочих живых существ оказывается прием, обработка и передача информации, поскольку все они имеют сенсоры для приема информации, центр или центры обработки информации и устройства или органы для передачи информации.
  Но понимают ли все они факт собственного существования, и если понимают, то чем это понимание отличается?
  Если предположить, что искусственный интеллект (ИИ) мыслит, то его мышление заключено в рамки формальной логики, которая не более чем следствие вложенных в него программ, и он способен решать задачи, ставящиеся ему извне после подключения его к работе, в перечне, ограниченном теми же программами.
  То есть ИИ функционирует наподобие счетной машины, оперируя символами, которые не превращаются в ощущения, поскольку они ему не нужны в силу его несамостоятельности, так как он работает на определенного пользователя и этот пользователь использует результаты, полученные им, для собственных нужд, и он не выбирает этого пользователя, а пользователь выбирает его.
  Значит, ИИ, существуя в реальности, но замыкаясь на внешнего потребителя, решает задачи внешнего пользователя информации, не имея своих потребностей. Поэтому понятие "существование" для него отсутствует.
  Стало быть, ИИ не мыслит, а функционирует в рамках поставленных ему задач извне по определенным программам без понимания целевого характера этих задач, функционируя механически, и только при его подключении кем-то к внешнему источнику энергии.
  Отсюда можно сделать вывод: столь сложная и упорядоченная процедура обработки информации искусственным интеллектом не предоставляет ему возможности самостоятельно мыслить, и она может служить лишь средством для облегчения мыслительного процесса внешнего пользователя ИИ для решения им собственных задач.
  Посмотрим теперь, как некий объект, обладающий энергией, будет реагировать на неконтролируемое никем воздействие среды на себя, если он способен принимать, обрабатывать и передавать информацию дальше для вступления во взаимодействие с этой средой, являясь тем самым потребителем и источником информации для решения задачи удержания себя в этой среде.
  Таковым объектом может быть не только человек, но и все остальные живые существа, поскольку они соответствуют всем упомянутым признакам.
  Живые существа, так же как ИИ, обрабатывают информацию в своих центрах для решения задач, возникающих при их взаимодействии с внешней средой, но являясь, в отличие от ИИ, самостоятельными пользователями результатов этой обработки, вынуждены представлять эту среду не в виде символов, а предметно для собственного понимания, например, представляя колебания одной частоты в качестве тепла, другой частоты как свет, третьей как звук и т. д.
  Такого рода представление окружающей среды позволяют ощущать ее и существовать в ней, применяясь к изменениям этих ощущений - от приятных до полезных или гибельных.
  Это приспособление к полезному и приятному, а также уклонение от смертельных ощущений неизбежно приводит к формированию у живых существ соображений, что можно делать и что делать нежелательно, а это не что иное как мыслительный процесс - более или менее примитивный, в зависимости от развитости существа, который дает возможность им сохранять возможность воспринимать ощущения во всем возможном для них спектре, а среди них и приятные.
  Поэтому ни одно живое существо не желает отказываться от этого процесса, и в этом отношении прекрасным образом понимает факт собственного существования, что свидетельствует о первичности воздействия среды, вызывающей у живых существ отклик на нее в виде соображений на основе анализа ощущений как сохранить себя в этой среде.
  Другими словами, живые существа осознают факт своего существования с помощью преобразования произвольно меняющихся внешних и внутренних информационных воздействий и сигналов в ощущения, которые являются продуктом автоматического раскодирования данных частотного типа, поступающих в их органы чувств, и они получают возможность отыскивать наиболее приятные ощущения и уклоняться от неприятных или гибельных ощущений, соображая, как это сделать в этом процессе приспособления к окружающей среде, который и есть существование для них.
  Это означает, что для всех живых существ, являющихся единственными самостоятельными потребителями информации из всех объектов бытия, результаты автоматической обработки поступающих данных в форме ощущений, позволяют им ориентироваться в окружающей среде, чтобы, как минимум, удерживаться в ней, в противоположность искусственному интеллекту, который не является самостоятельным потребителем информации. К тому же, вследствие отсутствия у него ощущений, ему нечего сохранять.
  То есть живые существа обрабатывают поступающие данные, в основном частотного типа, только для преобразования их в собственные ощущения, благодаря чему они получают возможность делать выводы о способах удержания себя в окружающей среде для получения приятных ощущений, что и составляет для них процесс мышления, который, следовательно, является производным продуктом процесса обработки информации в соответствующих центрах живых существ и опирается на результаты этой обработки в форме ощущений.
  Вышеупомянутое сравнение живых существ с искусственным интеллектом продемонстрировало, что прием и обработка данных по тем или иным программам не имеет непосредственного отношения к мышлению, так как и живое существо, и искусственный интеллект или компьютер не понимают, как происходит сам процесс обработки сигналов, поступающих через сенсоры, который протекает тем самым автоматически, затем искусственный интеллект передает полученным результаты обработки информации, так же не понимая их, какому-то пользователю, будь то сводка погоды или перевод с одного языка на другой, тогда как живое существо, получая эти результаты в виде ощущений, прекрасно разбирается в них, пользуется ими и не желает их терять, вынужденно соображая, как это наилучшим способом сделать.
  Сам этот факт означает, что не мышление определяет признание любым живым существом собственного существования, а напротив, стремление существовать в форме восприятия ощущений вызывает волей-неволей соображения о способах сохранения ощущений.
  Это стремление существовать реализуется живыми существами следующим образом.
  Центры, обрабатывающие поступающую информацию, дают команды как клеткам, так и всем органам тела, включая его в целом, вследствие чего этот организм всё время применяется к изменяющейся обстановке для того, чтобы сохранить получаемые от органов чувств ощущения и, по возможности, улучшить их качество, то есть сделать их более приятными. И все эти живые существа не желают терять получаемые ими ощущения и, соответственно, желания ради пустого небытия, с которым они знакомы по сну, обморокам или впадению в спячку. Сами по себе ощущения не только дают им чувство жизни со всем ее разнообразием, но и придают им импульс для сохранения этих ощущений в потомстве.
  Таким образом, каждое живое существо прежде всего желает удержаться в информационном потоке, который оно способно воспринять на уровне имеющихся у него ощущений и осмысливать способы действий в окружающей среде, возникающие на основе ощущений, отличаясь от ничего не понимающих вещей, в том числе и искусственного интеллекта или компьютера, тем, что пользуется обработанными в органах управления данными для собственной выгоды, сохранения и размножения, конкурируя в этом с прочими живыми существами.
  Поэтому все обычные существа активны, то есть они сознательно, но в основном на инстинктивно-рефлекторном уровне используют окружающую среду для поддержания себя в действии (питание и метаболизм), стремясь оттеснить от пищи конкурентов (доминирование), в отличие от человека, активность которого не ограничивается только инстинктами и рефлексами на гормональном фоне.
  Конечность собственного существования, которое все организмы, кроме человека, не понимают, но ощущают по ухудшению функционирования тех или иных частей организма, они преодолевают продолжением рода (передача собственного генома) всеми возможными способами, вплоть до почкования, что требует особой программы роста и развития как индивидуального, так и общего (родового). Эта программа уже при зачатии закладывается в каждую клетку организма.
  Для наиболее развитых существ - млекопитающих - текущая реальность, отражается непосредственно в чувствах, образах и соображениях любого животного в каждое мгновенье настоящего, составляя контур, в котором оно может действовать наиболее эффективно, ощущая то, что способны распознать имеющиеся органы чувств; воображая то, что может отразить форму и некоторые составляющие окружающих предметов в соответствии с сигналами от органов чувств, а также имеющейся памяти; соображая что и как делать (быть) в складывающейся обстановке, применяясь к ней.
  Таким образом, смещение пользователя информацией как бы внутрь объекта, точнее, совпадение его с объектом для потребления поступающей информации, после ее обработки превращает этот объект в субъект действия, способный осознавать свое присутствие в окружающей среде, то есть свое существование, реагируя на изменение своих ощущений вырабатыванием соображений, как быть, чтобы дальше быть. Так что, волей-неволей приходится признать эту реакцию мышлением, хотя и вынужденным, производящимся исключительно для приспособления к окружающему.
  Иначе говоря, процесс создания этим уже субъектом соображений "как быть, чтобы быть" побуждается только возможными действиями в существующем окружении, представленным всей гаммой имеющихся ощущений, и для достаточно развитых существ его можно обозначить наиболее сложным типом приспособительного мышлением, придавая этому термину расширительное понятие, поскольку кроме чувствования, эти существа способны создавать виртуальные, то есть мысленные образы реальных предметов, испытывать отвращение к одним из них и симпатию к другим, решая про себя как уклоняться от одних объектов и приближать к себе другие.
  Значит, поток соображений (мыслей), связанных между собой в той или иной последовательности имеет только одну основу - осознание собственного существования через ощущения.
  Поэтому даже самое примитивное живое существо, начиная при рождении воспринимать информацию, осознает себя существующим, а теряя способность к ее восприятию, например, во сне, при обмороке или в спячке, получает пустоту небытия, в которой призывы к действию, то есть мысли о непосредственном устроении себя в окружающей среде становятся неактуальными и поэтому отсутствуют, проявляясь снова только при возвращении к реальности в форме принятия решений к тем или иным действиям ради сохранения ощущений.
  Таким образом, для всех живых существ, включая и человека, мышление обнаруживается только как производное от способности существа воспринимать информацию, вводящую его через ощущения в существование, которое провоцирует возникновения мышления разного уровня.
  Тем не менее, ни одно живое существо, кроме человека, не напрягает себя мыслями о том, что оно существует, постоянно чувствуя это.
  Однако с течением времени среди живых существ нашлись такие, которые не ограничились фактом ощущения собственного существования с использованием мышления только для того, чтобы жить в облаке этих ощущений, но и поняли факт своего существования по той причине, что они испытали потребность не только, как и все остальные ощущать себя в мире через приспособление к нему, но и испытали потребность решить обратную задачу - пытаться приспособить окружающую среду для себя любыми доступными способами, вплоть до сознательного уничтожения фрагментов этой среды, включая и таких же существ, как они, не только для удовлетворения насущных потребностей, но и для удовлетворения своих интересов, мечтаний и даже фантазий во всех мыслимых сферах, которые дает жизнь.
  По-видимому, эту новую особенность человеческого сознания отразил Рене Декарт в своих "Началах философии" в разделе "Об основах человеческого познания".
  Он так рассуждает о признаке существования человека: "...мы не можем не верить, что заключение я мыслю, следовательно, я существую истинно... ...мы существуем только потому, что мы мыслим... ...мы еще сомневаемся в том, имеются ли в мире тела, но с несомненностью знаем, что мыслим" (см. напр.," Антология мировой философии". Том 2. С. 239. "Мысль". Москва. 1970.).
  Далее Декарт разъясняет, что он понимает под мышлением: "Без сомнения, все виды мыслительной деятельности, отмечаемые нами у себя, могут быть отнесены к двум основным: один из них состоит в восприятии разумом, другой - в определении волей. Итак, чувствовать, воображать, даже постигать чисто интеллектуальные вещи - всё это лишь различные виды восприятия, тогда как желать, испытывать отвращение, утверждать, отрицать, сомневаться - различные виды воления..." (там же, с. 246).
  Таким образом, Декарт полагает, что совокупность указанных им видов мыслительной деятельности есть истинный признак признания человеком собственного существования.
  Конечно, это не так, поскольку все указанные им свойства сознания присутствуют и в сознании высших млекопитающих.
  Различие между ними и человеком, надо полагать, заложено не в мышлении, как таковом, а в направленности мышления.
  Как было указано выше, те же высшие млекопитающие, например, приматы, думают не о высоких материях, таких как познание окружающего мира, окультуривание себя, а только о том, как уцелеть и получше устроиться в собственном окружении, приспосабливаясь к нему, с передачей своему потомству свойства испытывать приятные ощущения. Больше их ничего не интересует, тогда как мышление человека направлено не только на приспособительные реакции по отношению к окружающей среде, но и на ее возможное подчинение себе.
  Для более эффективного решения последней задачи в гоминидах постепенно развилась, кроме адаптивного мышления, выраженного в основном в виде инстинктов и рефлексов, способность логически мыслить, которую в дальнейшем они усилили изобретением искусственного интеллекта уже в облике технологически развитого человека.
  Получившийся из гоминида человек также сделал вывод о том, что сочетание известных вещей и процессов иными способами может дать еще более значительный вклад в улучшение его комфорта, сделает его сильнее и значительнее, тем более что все новые достижения можно зафиксировать письменно и создать тем самым обширную базу данных, расширяя ее от поколения к поколению.
  Такого рода комбинаторика требует лишь смекалки и желания что-то изменить, то есть - проявление интереса, что свойственно любому человеку.
  Комбинаторика в сочетании с формальной логикой, конечно, существенно ускоряет технический и культурный прогресс, но крутых поворотов это сочетание не дает вследствие сравнительно незначительного прироста новой информации к имеющейся базе данных человечества.
  Однако дополнительная программа, заложенная в геном каждого человека, расширяет потенциал его мышления практически беспредельно, допуская инициирование произвольного, или алогичного мышления, которые называют креативным, в русле целеполагания.
  Этот тип мышления с помощью найденных с течением времени приемов, обозначенных в общем интуицией, способен вырвать человека из круга известного в пространство приобретения неочевидного знания, еще более ускорив развитие его материальной и культурной базы и собственного самосознания, а повышение уровня последнего сказывается более обращением к себе, а не в улучшении внешнего комфорта для себя.
  По-видимому, все эти типы мышления, и особенно креативность, подвигли Декарта к формулированию максимы: "мыслю, следовательно, существую", справедливость которой несомненна только в одном случае, если под ней он имел в виду развившуюся в человеке способность осмысленными решениями изменять существующую реальность, раскрывая тайны собственного бытия в рамках целей, возможных на том или ином уровне развития, на что другие природные создания не способны, удовлетворяясь тем, что есть.
  Часть 17. Конечное как способ реализации бесконечного в бытии.
  Картина мироздания, предположительно, носит в своей основе частотно-информационную форму, за которой, в свою очередь, скрывается взаимодействие видимого нами конечного во времени и невидимой бесконечности вне времени, представителями и действующими агентами которых являются соответственно живые существа и единое сознание-голограмма, непосредственно удерживающие мироздание в состоянии бесконечного изменения.
  Развитие, о котором все пекутся, есть всего лишь урезанный вариант изменения, необходимый периодами во избежание застоя, повторения, или регресса в вечном процессе изменения.
  Само же изменение происходит бесконечно, тогда как развитие к этому не способно, поскольку в лучшем случае сведется к дурной бесконечности, теряя не только своё качество, но и возможность к изменению по-новому, то есть вынужденно ограничиваясь повторением пройденного, или же объект развития распадается.
  Одна из самых древних религий - индуизм - к этому и пришла, признав циклическое круговращение всего с повторением пройденного, констатировав тем самым невозможность развития человека и человечества бесконечно.
  Действительно, с этим трудно спорить хотя бы в силу ограниченности ресурсов человека, хотя нынешние футурологи, произвольно отвергающие этот факт, считают, что человек и человечество имеют возможность развиваться непрерывно и бесконечно тем или иным образом.
  В частности, Аркадий и Борис Стругацкие в своем романе "Волны гасят ветер" [1] описали это развитие так:
  "Любой Разум - технологический ли, или руссоистский, или даже героический - в процессе эволюции первого порядка проходит путь от состояния максимального разъединения (дикость, взаимная озлобленность, убогость эмоций, недоверие) к состоянию максимально возможного при сохранении индивидуального объединения (дружелюбие, высокая культура отношений, альтруизм, пренебрежение достижимым). Этот процесс управляется законами биологическими, биосоциальными и специфически социальными. Он хорошо изучен и представляет здесь для нас интерес лишь постольку, поскольку приводит к вопросу: а что дальше? Оставив в стороне романтические трели истории вертикального прогресса, мы обнаруживаем для Разума лишь две реальные, принципиально различающиеся возможности. Либо остановка, самоуспокоение, замыкание на себя, потеря интереса к физическому миру. Либо вступление на путь эволюции второго порядка, на путь эволюции планируемой и управляемой, на путь к Монокосму.
  Синтез разумов неизбежен. Он дарует неисчислимое количество новых граней восприятия мира, а это ведет к неимоверному увеличению количества и, главное, качества доступной к поглощению информации, что, в свою очередь, приводит к уменьшению страданий до минимума и к увеличению радости до максимума. Понятие "дом" расширяется до масштабов Вселенной. Возникает новый метаболизм, и, как следствие его, жизнь и здоровье становятся практически вечными. Возраст индивида становится сравнимым с возрастом космических объектов при полном отсутствии накопления усталости. Индивид Монокосма не нуждается в творцах. Он сам себе и творец, и потребитель культуры. По капле воды он способен не только воссоздать образ океана, но и весь мир населяющих его существ, в том числе разумных. И всё это при беспрерывном, неутолимом сенсорном голоде.
  Каждый новый индивид возникает как произведение синкретического искусства: его творят и физиологи, и генетики, и инженеры, и психологи, эстетики, педагоги и философы Монокосма. Процесс этот занимает, безусловно, несколько десятков земных лет и, конечно же, является увлекательнейшим и почетнейшим...
  "СОЗИДАЙ, НЕ РАЗРУШАЯ!" - вот лозунг Монокосма.
  Монокосм не может не считать свой путь развития и свой модус вивенди единственно верным...
  Первое: вступление человечества на путь эволюции второго порядка означает практически превращение хомо сапиенса в Странника (сверхчеловека).
  Второе: скорее всего, далеко не каждый хомо сапиенс пригоден для такого превращения.
  ... поиск, выделение и подготовка к приобщению созревших индивидов не могут не сопровождаться явлениями и событиями, доступными внимательному наблюдателю. Можно ожидать, например, возникновения массовых фобий, новых учений мессианского толка, появления людей с необычными способностями, необъяснимых исчезновений людей, внезапного, как бы по волшебству, появления у людей новых талантов и т.д.".
  С появлением искусственного интеллекта соображение футурологов о транзите человечества в новое состояния, казалось бы, подкрепилось возможностью объединения разума человека и человечества с искусственным интеллектом, который, действительно, способен приносить очевидную пользу.
  Однако, если копнуть поглубже, то это единение человека с машинным интеллектом, не имеющим сознания, и поэтому способным работать только в соответствии с логикой и командами в строгом соответствии с вложенными в него программами, исключает с его стороны творческое мышление.
  Кроме того, замена машинным, или искусственным интеллектом работников почти во всех отраслях материального производства, сфере обслуживания и даже большей частью в сфере интеллектуальной деятельности не только выбрасывает этих трудящихся на обочину жизни, обесценивая ее для них, но и быстро делает их таким же, в сущности, болванами, как и искусственный интеллект, начисто лишенным креативности и болтающимся в лучшем случае в виртуальной реальности. Конечно, ни о каком развитии тут говорить не приходится.
  Удивительна феноменальная глупость этих неплохо образованных и говорливых футурологов, вводящих культурную общественность в заблуждение, заключающееся в том, что разум способен бесконечно развиваться именно потому, что выше него ничего нет, и он, несравненно превосходя всё остальное, не может остановиться в своем осознанном совершенствовании. Поэтому он просто вынужден перманентно пребывать в процессе познания и, кроме того, совершенствовать себя в человеке ради всевозможных свершений бесконечно.
  Этим футурологам недурно было бы вспомнить о том, что в известном нам мире всё конечно, начиная с человеческой жизни, времени существования цивилизации, планет и даже вселенной. Иначе говоря, раз было начало, будет и конец. И тут ничего не поделаешь в нашем материальном мире.
  ***
  Это обстоятельство, в отличие от футурологов, зациклившихся на таком, по их мнению, сугубо материальном создании как человек, понимали почти все служители разнообразных культов, придумывая в качестве пастырей для своих овечек нематериальные оазисы вроде рая и ада, а также и приятной нирваны, в которой, правда, личность исчезает, сливаясь с неким целым, что может быть полезно для целого, но не для личности, исчезающей безвозвратной, что, конечно, безразлично для муравья, но никак не для личности со всеми ее жизненными наработками и принципами.
  Интересно, что завиральные идеи о приходе человечества вследствие непрерывного развития разума к всеобщей благости и гармонии, хотя, понятно, что достижение подобного есть конец всего, превращая человека в глистообразное существо, завладевают и самыми умными людьми, признанными великими. Например, всем известен Карл Маркс, последствия идеи которого о неизбежном пришествии коммунизма приходится расхлебывать до сих пор.
  Однако фантазерам-футурологам, а также хитрым служителям культа и даже великому Карлу Марксу в деле развития разума и человечества запросто даст немалую фору простой и скромный русский библиотекарь Н. Ф Федоров, живший более ста лет в Москве.
  Он настолько далеко продвинулся в своих идеях о развития человека и человечества, что дальше ехать уже некуда.
  Этот мыслитель решил, что, поскольку живое умерщвляют "война, полемика, конкуренция и вообще борьба" [2. Вопрос 8], но вместе с тем обладателем высшего разума является лишь человек, надо всё сущее поставить под контроль этого разума, а именно: обеспечить всем разумным, жившим ранее, и тем, которые еще живут, то есть всем жившим и нынешним людям бесконечный поток всеобщего счастья, а заодно и бессмертие путем всеобщего воскрешения с помощью науки поначалу всех покойников с момента появления в живых существах приличного разума.
  Далее, он предполагает объединить всю эту толпу бывших покойников с пока еще живущими и наладить для них прекрасную жизнь и возможность перманентного творчества, опять же, благодаря науке, которая безусловно должна справиться и с воскрешением, и с обеспечением дальнейшего проживания этого обновленного, обильного, но стабильного по численности благодаря бессмертию человечества, распространив его по всей вселенной, которой, конечно, по мнению Федорова, способен управлять лишь разум, а он имеется только у людей, и им никуда не деться от решения этой благородной задачи, гармонизировав всё сущее, и обеспечив тем самым собственное благополучие без всяких катаклизмов: "Задача человеческого рода состоит в обращении всего бессознательного, само собою делающегося, рождающегося в сознательное, светлое, действительное, всеобщее, личное воскрешение" [3, часть 2, п. 13]. Тут и собственная личность никуда не денется, и всем остальным личностям, которых можно пересчитать и счет этот остается неизменным в силу их бессмертия, будет так хорошо, как только может быть.
  Правда, Федоров не подумал хорошенько о том, что люди будут делать в холодном и беспредельном космосе - а делать там нечего, и придется им опять поселяться на планетах и заниматься прежними делами, которые Федоров посчитал паскудными ввиду войн, конкуренции и прочих несчастий в ходе ненавидимого им прогресса, включая и краткий срок жизни, когда ничего толком не успеваешь натворить.
  Всё же, нынешние футурологи перед Федоровым просто дети - он даже не забыл про покойников, охватив тем самым весь людской род с момента его появления, а футурологи всего лишь утверждают, не додумавшись до всеобщего воскрешения, что разум и так просто обязан развиваться бесконечно в безграничном космосе, как писали Стругацкие.
  В этом, они, всё же, дошли до понимания того, что разум в человеческой оболочке неизвестно где развиваться не может, обойдя тем самым наших пастырей, поскольку в выдуманном ими бесплотном и непонятно где расположенным потустороннем ему нечего будет делать. К тому же, по соображениям футурологов, бессмертие человека в развитии должно быть хорошо материально обеспечено.
  С пастырями тоже всё понятно. Они не претендуют на обязательность бесконечного развития человека и человечества, допуская определенными конфессиями апокалипсис, рай и ад, а то, что будет в итоге они особо не комментируют, кроме, правда, прихода неизвестно откуда всеобщего счастья. То есть бесконечное развитие разума их особо не интересует, а вот всеобщее благополучие - очень даже, поскольку они вынуждены ориентироваться на громадную и полуголодную массу обывателей, а не на сытых интеллектуалов.
  Что же до оптимистичных относительно человеческого разума, футурологов, то они совершенно забыли о том, что этот разум появился не так уж давно по сравнению с миллиардами лет существования не слишком разумного, по их мнению, остального живого. Значит, раз было начало, то будет и конец. То есть бесконечное развитие разума не удается обеспечить никак, но хочется, и поэтому приходится фантазировать, а остальным развешивать на уши на всю эту благодать.
  ***
  Если человеку со всем его разумом, несмотря на измышления футурологов и им подобным, как конечному созданию, бесконечность не грозит, то возникает коварный вопрос: зачем вообще-то этот замечательный и разнообразный в своих поползновениях разум нужен, если, к тому же, этот разум конечен даже в роду человеческом?
  Пока на этот вопрос попыталась ответить только религия, упорно настаивающая до сих пор на переходе человека в иное - улучшенное состояние для его разума- - загробный мир.
  Оспаривать факт этого неизбежного транзита невозможно, хотя улучшенное состояние загробного мира отсюда незаметно. Да и если человек умер, то какое за гробом он обретет состояние, если там предметный мир отсутствует?
  Но, опять же, верить в несбыточное приятно потому, что всегда очень хочется отнюдь не неприятностей. То есть разум тут уступает место глупости, что так же свидетельствует о невозможности для него развиваться без глупости. А зачем такой несовершенный разум нужен, особенно, если он всё же достигнет бесконечной благости?
  Но, прежде чем ответить на этот коварный вопрос, надо напомнить о гильотине Юма, который еще несколько сотен лет назад наглядно разъяснил всем грамотным, что сущее не влечет за собой должное: "Я заметил, что в каждой этической теории, с которой мне до сих пор приходилось встречаться, автор в течение некоторого времени рассуждает обычным образом, устанавливая существование Бога или излагает свои наблюдения относительно дел человеческих, и вдруг я, к своему удивлению, нахожу, что вместо обычной связки, употребляемой в предложениях, а именно "есть" или "не есть", не встречаю ни одного предложения, в котором не было бы в качестве связки "должно" или "не должно". Подмена эта происходит незаметно, но тем не менее, она в высшей степени важна. Раз это "должно" или "не должно" выражает некоторое новое отношение или утверждение, последнее необходимо следует принять во внимание и объяснить, и в то же время должно быть указано основание того, что кажется совсем непонятным, а именно того, каким образом это новое отношение может быть дедукцией из других, совершенно отличных от него" [4].
  Так что, если чего-то очень хочется, то, несмотря на кажущуюся обязательность реализации этого частного, надо сначала подумать, провести эксперименты, посчитать, сравнить, а уж потом демонстрировать себя и свои идеи, переводя их в должное на адекватном основании, или, наоборот, указать на основание, в соответствии с которым так не должно быть.
  Действительно, исходя лишь из того, как устроен мир в соответствии с воспринимаемыми органами чувств объектами, нельзя без грубых логических ошибок обосновать, к чему следует стремиться людям, так как человеческие органы чувств как в числе, так и в качестве весьма ограничены, производя, с одной стороны, однобокую, точнее, чисто человеческую картину окружающего, а с другой стороны, иной картины не имеется, и приходится опытным путем в сочетании с размышлениями изыскивать более-менее адекватное решение той или иной задачи.
  Поэтому следует обращаться к уже добытым достоверным фактам, и, как на это указывал Юм, не торопиться принимать решения, кажущиеся перспективными и даже необходимыми на данный момент, в частности, о том, что людям надо всеми силами и средствами непременно стремиться к коммунизму, в космос или в рай, поскольку у них одних есть высший разум, который несомненно способен разобраться куда лучше идти - сюда или туда. Все почему-то забывают, что кроме разума, у человека глупости не меньше.
  ***
  Вот тут-то возникает еще одна проблема: практика показывает, что, вопреки максиме Декарта: "мыслю, следовательно, существую" [5], которую он отнес только к человеку, вполне себе неплохо соображают высшие млекопитающие, правда, только для того, чтобы не погибнуть, и, желательно, поприятнее существовать в определенной среде. А им о существовании говорят, прежде всего ощущения, в соответствии с которыми, например, амеба не лезет в кипяток, а не разум, который активизируется только в процессе обработки поступающей информации от органов чувств в виде более или менее длительных рассуждений.
  Как известно, мышление есть результат приема, обработки, хранения и передачи информации. Этот процесс обеспечивается органами чувств, центром обработки информации той или иной сложности с его способностью хранить и обрабатывать информацию, а также различными сигнальными системами.
  Но, вот ведь казус, то же самое имеет и искусственный интеллект, так как обладает сенсорами для приема информации, блоком обработки информации вместе с соответствующей памятью, и устройствами для передачи информации. Этот факт так смутил некоторых ученых, что они прониклись к искусственному интеллекту настолько теплыми чувствами, что произвели его в ранг мыслящего существа.
  Как это ни смешно, но эти ученые признали мыслящим существом, в сущности, усовершенствованную счетную машинку, которую собственное существование совершенно не волнует, поскольку у нее нет чувств.
  Тем не менее, получается, что мышление, если под ним понимать процесс обработки информации, в целом имеет отношение и к человеку, и к прочим живым существам, и к искусственному интеллекту.
  Выше было отмечено, что, мышление человека однотипно с мышлением высших млекопитающих. Но тогда какое имеется различие между этими двумя видами мышления?
  Тем более что следует определить - мыслит ли на самом деле искусственный интеллект или просто функционирует подобно машине настроенной, определенным образом? К тому же, его, как и машину, можно включать и выключать извне?
  Значит, надо определить в целом в этом отношении отличие человека от животных и от искусственного интеллекта.
  ***
  Что касается различия мышления человека и мышления животных, то его можно определить следующим образом.
  Само по себе мышление высших млекопитающих и человека протекает одинаковым образом, если судить по их поведению во многих ситуациях, и их IQ (intelligence quotient) ненамного ниже, чем у среднего человека.
  В чем же тогда состоит разница?
  Надо полагать, что различие между ними и человеком, заложено не в мышлении, как таковом, а в направленности мышления.
  Все эти млекопитающие, хоть и высшие, думают только о сохранении приходящих к ним из окружающей среды ощущений. Именно на это направлен их разум. Всё остальное их не интересует, поскольку смысл существования они находят не в разуме. Они используют его лишь в качестве подручного средства для сохранения ощущений путем наиболее выгодного приспособления к окружающей среде для получения наиболее приятных ощущений с передачей своему потомству свойства испытывать приятные ощущения, а также они используют разум для предотвращения внешних угроз.
  Иначе говоря, программа их действий ограничивается сохранением ощущений в себе, а познание окружающей среды у них происходит лишь в рамках приспособления к ней на основе инстинктов и рефлексов с использованием метода проб и ошибок, а не логического анализа, характерного только для человека, поскольку для аналитических и синтетических заключений он мысленно использует словесную информацию, которая отсутствует у животных, а бессловесным созданиям приходится сохранять ощущения лишь на основе инстинктов и рефлексов.
  Таким образом, не мышление определяет признание любым живым существом, кроме человека, собственного существования, а напротив, стремление существовать в форме восприятия ощущений вызывает волей-неволей соображения о способах сохранения ощущений.
  Результатом такого рода потребления информации живым существом является превращение этого динамического элемента среды в субъект действия, способный осознавать свое присутствие в окружающей среде, то есть осознавать свое существование, реагируя на изменение своих ощущений вырабатыванием соображений, как быть, чтобы дальше быть. Так что, волей-неволей приходится признать эту реакцию мышлением, хотя и вынужденным, производящимся исключительно для приспособления к окружающему.
  В отличие от высших млекопитающих, мышление человека направлено не только на приспособительные реакции по отношению к окружающей среде, но и на ее возможное подчинение себе. А для достижения этой цели требуется познание этой среды.
  В свою очередь, для эффективного познания окружающей среды необходимо формирование речевого общения и осознанная обработка этой среды, которая именуется трудом, для облегчения которого у этих новых наследников высших млекопитающих постепенно развилась, кроме адаптивного мышления на основе инстинктов и рефлексов, способность логически мыслить, а также усовершенствовалась комбинация логического мышления и инстинктивного использования информации, которая допускает инициирование произвольного, или алогичного мышления в русле целеполагания, которую называют креативным.
  Этот тип мышления с помощью найденных с течением времени приемов, обозначенных в общем интуицией, оказался способным довольно быстро вырвать человека из круга известного в пространство приобретения неочевидного знания, столь необходимого для открытия нового в процессе познания.
  По-видимому, обладание человеком как способности к логическому анализу, так и креативности, подвигли Декарта к формулированию максимы: "мыслю, следовательно, существую", справедливость которой несомненна только в одном случае, если под ней он имел в виду развившуюся в человеке способность осмысленными решениями изменять существующую реальность, раскрывая тайны собственного бытия в рамках целей, возможных на том или ином уровне развития, на что другие природные создания не способны, удовлетворяясь тем, что есть.
  ***
  В отношении различий в соображениях человека и функционирования искусственного интеллекта можно сказать следующее.
  Если предположить, что искусственный интеллект мыслит, то его мышление всегда заключено в рамки формальной логики, которая не более чем следствие вложенных в него программ, и он способен решать задачи, ставящиеся ему извне после подключения его к работе в перечне, ограниченном теми же программами.
  Человек и животные субъектны, представляя собой существ, обходящихся без внешнего руководства, тогда как искусственный интеллект находится под полным влиянием внешних источников, вносящих в него программы для решения задач, которые ему под силу, и снабжающие его для этого энергией. То есть без внешнего воздействия, созданный, к тому же, внешними силами, искусственный интеллект превращается в бессмысленную и бесполезную вещь.
  Отсюда следует, что главное отличие искусственного интеллекта от живых существ, включая человека, состоит в том, что у искусственного интеллекта отсутствуют чувства, хотя и имеются воспринимающие информацию сенсоры.
  Другими словами, искусственный интеллект не осознает свои действия, поскольку у него отсутствует непосредственная связь с окружающей средой, от которой он не зависит, подчиняясь только своим программам, которые внесены в него извне. Поэтому он не мыслит, а функционирует в рамках поставленных ему задач извне по определенным программам без понимания целевого характера этих задач, механически, и только при его подключении к источнику энергии.
  Например, искусственный интеллект, решая поставленную задачу, не помышляет, как ее решение отразится на нем самом, но способен указать на те или иные негативные последствия, возникающие в ходе решения данной задачи. То есть понятие жизни для него самого отсутствует. Однако он может так имитировать ее, что даже не одному ученому кажется мыслящим существом.
  Отсутствие у искусственного интеллекта осознанных самостоятельных действий в окружающей среде указывает на то, что он полностью лишен сознания.
  Такого рода различия между человеком и искусственным интеллектом позволяют вплотную подойти к так называемой "трудной проблеме сознания", сформулированной Д. Чалмерсом [6], а именно: почему и как физические процессы в мозгу сопровождаются субъективными переживаниями.
  Субъективные переживания - это не что иное как чувства, или определенные ощущения. Они отсутствуют у искусственного интеллекта, поскольку он оперирует не в рамках ощущений, а только в пределах цифровой среды, доводя итоги своего анализа поступающей информации до потребителя в виде понятных для него символов, например, в словесной форме, тогда как любое живое существо, а не только человек, вынуждено представлять окружающую среду, в которой оно самостоятельно действует, не в виде символов, а предметно для собственного понимания, например, представляя колебания одной частоты в качестве тепла, другой частоты как свет, третьей как звук и т. д.
  Тем самым живые существа осознают факт своего существования с помощью преобразования произвольно меняющихся внешних и внутренних информационных воздействий и сигналов в ощущения, которые являются продуктом автоматического раскодирования данных частотного типа, поступающих в их органы чувств, и они получают возможность отыскивать наиболее приятные ощущения и уклоняться от неприятных или гибельных ощущений, то есть переживая их и соображая, как это сделать в этом процессе приспособления к окружающей среде, который и есть существование для них.
  Естественно, для них этот процесс является сугубо индивидуальным и сопровождается субъективными переживаниями, например, в виде радости от победы над противником или сожаления от собственного одряхления или ощущения запаха самки, стимулирующего самцов в определенное время к размножению, накапливая соответствующий жизненный опыт, чего просто не может быть у искусственного интеллекта, но дано живым существам через ощущения, которые и есть главный признак проникновения в них сознания, тогда как мышление, являющееся в основном процессом обработки информации, вполне может быть несамостоятельным, например, если этот процесс происходит в цифровой среде при функционировании искусственного интеллекта.
  ***
  Все приведенные выше факты свидетельствуют о том, что, в отличие от мышления искусственного интеллекта, а на самом деле - электрофизической имитации мышления в виде функционирования искусственного интеллекта с использованием цифровой среды в соответствии с введенными в него программами, не позволяющими ему проявлять самостоятельность в действиях, основой мышления и действий живых существ являются ощущения, благодаря которым наиболее развитые существа получают возможность осознавать свое существование во времени, то есть они начинают понимать, что на их тело воздействует и, в определенной степени, контролирует его функции, не лишая, тем не менее, это наиболее развитое существо в форме человека самостоятельности и даже произвольности в мышлении и поведении, нечто внешнее, как бы покрывающее тело человека так, что без него оно становится неживым.
  И это таинственное внешнее, которое непосредственно не удается обнаружить никакими средствами, они обозначили бессмертной душой. Наука же теперь именует ее сознанием, но полагает - и совершенно безосновательно, - что оно является продуктом мозга. Неадекватность этой идеи ясна из того факта, что даже простейшие организмы, не имеющие мозга, способны ощущать, и, следовательно, не могут не иметь сознания, главным признаком присутствия которого в организме являются ощущения, как это было показано выше.
  Любопытно, что программист, под контролем которого находится работа искусственного интеллекта, показался бы тоже непостижимой душой этому интеллекту, если бы он мог ощущать, а не функционировать лишь в соответствии с вложенными в него программами, поскольку это нечто, возникающее как бы ниоткуда, тем не менее, заставляет его работать, включая своим появлением, то есть как бы вводя в существование, а выключая, как бы омертвляет его, выводя из существования.
  Это сопоставление опять же демонстрирует отличие самого сложного неживого от самого простого живого, которое состоит для живого именно в преобразовании поступающей информации в ощущения, в не в электрические сигналы в цифровом пространстве.
  Тем не менее, сходство, например, меняющейся картинки того, что окружает человека, и меняющегося изображения на экране телевизора, то есть виртуальной картинки той же реальности, получаемой преобразованием пакетов информации, проходящих через кабель с определенной частотой и расшифровывающихся соответствующими блоками, результатом чего является телевизионная картинка, несомненно.
  Однако действие на этой телевизионной картинке не более чем виртуальное, тогда как частотный характер сигналов, поступающих в живое существо через органы чувств, дает ему реальный мир, в котором можно действовать с полной ответственностью за свои поступки, а не просто наблюдать.
  Но самое интересное в этом частотном процессе для живых существ, что и отличает их от искусственного интеллекта, это сравнительная медлительность обработки внешних сигналов, поступающих через органы чувств любого живого существа из-за использования им электрохимического способа передачи сигналов, которые проводятся, в частности, и по нейронным цепочкам человека.
  Этот процесс представляет собой следующее.
  Сигналы в мозге передаются не электрически, а химически через нейромедиаторы в стыках между нейронами - синапсах, каждый крошечный нейрон имеет от 199 тысяч до миллиона синаптических связей. Маршруты сигналов определяются активными полями коры, которые координируют различные функции частей тела, причем образование новых синапсов есть основа долговременно памяти и творческого мышления. Неустойчивость синапсов, то есть случайный характер их образования и разрушения способен сделать при определенных усилиях мышление человека произвольным и тем самым вывести его на совершенно новые связи и отношения, что и дает возможность проявиться креативности в потоке размышлений.
  Что касается соединения мозга с компьютером, то сверхтонкие энергетические и физиологические ограничения при передаче сигналов в мозге делают это объединение невозможным.
  Таким образом, технически основой креативного мышления человека является заложенная в его центр обработки информации случайность, дающая ему возможность, в отличие от искусственного интеллекта, выходить за рамки формально-логического мышления, но, в отличие от прочих живых существ, человек также оказывается способным выходить за рамки мышления на основе одних инстинктов и рефлексов, на которое влияют случайные изменения генотипа, носящие, как правило, внешний характер.
  Результатом этой медленной обработки информации по сравнению с ее обработкой искусственным интеллектом, является автоматическое исключение центром обработки информации паузы между поступающими последовательно пакетами информации, которые в сознании любого живого существа сливаются в единый поток, подобно тому, как это происходит в кинозале, где глаза не успевают заметить промежуток между кадрами прокручивающейся в проекторе пленки, и мы смотрим на непрерывное действо на экране в течение киносеанса, попадая тем самым в собственное время этого действа.
  Примерно то же самое, что и в кинозале, происходит со всеми живыми существами при обработке информации, поступающей через органы чувств в центр обработки информации - пауза между импульсными сигналами нивелируется. В результате этого выпадения паузы, живые существа автоматически попадают в непрерывное для них действо, то есть в текущее собственное время, которое длится вплоть до смерти, вписываясь, однако, во внешнее (астрономическое) время, общее для всех живых существ, раз они его во всей своей совокупности непрестанно формируют.
  В отличие от современных физиков, которые считают время формой протекания тех или иных процессов, или условием возможности изменений, еще Аристотель более адекватно сформулировал понятие внешнего (астрономического, или календарного) времени, указав, что оно связано с "движением небесной сферы" и является в этом отношении объективным. Но, вместе с тем, Аристотель отметил, что "если время - мера движения, то это предполагает число, ибо там, где есть мера, есть и число, число же должно кем-то считаться" [7]. То есть Аристотель намекнул тут на то, что время фиксируется только сознанием. Собственно, это эквивалентно констатации факта проблематичности существования времени вне сознания.
  И. Кант, по сути, согласился с намеком Аристотеля в отношении того, что вне сознания времени нет: "Время не есть что-то объективное и реальное..., а объективное условие, по природе человеческого ума необходимое для координации между собой чувственно воспринимаемого по определенному закону, и чистое созерцание." [8].
  Отметим, в дополнение к приведенным замечаниям о времени этих необыкновенно проницательных философов, то, что определенная субъективность текущего времени подтверждается фактом его замедления и ускорения как для отдельных людей [см., напр., 9], так и для их сообществ [см., напр., 10].
  В основе этого феномена зависимости времени от сознания живых существ лежит автоматическое конвертирование пакетов информации, поступающих в органы чувств, в текущее для каждого живого существа время, в котором оно уже может полноценно жить, поскольку только время порождает события и жизненные коллизии, незаметно ускоряясь или замедляясь для живого существа в течение его жизни как из-за различных коллизий, так и в результате возрастных изменений собственного организма [9].
  Таким образом, время, производящееся указанным выше образом живыми существами, плавно и привычно протекает для них, предоставляя им пространство, в нем они могут двигаться и изменяться на фоне и в окружении неживых предметов. Сам этот уже не частотный, а предметный мир представляет собой постоянно обновляющуюся реальность как в целом, так и в частностях, поскольку в основе этой реальности находится голограмма [см., напр., 11]. Однако голограмма носит частотный характер. Поэтому, волнообразные сверхвысокочастотные образования вне времени, несущие соответствующую информацию в своих гармониках, конвертируются живыми существами в оба отмеченных типа времени - общее (календарное) и собственное (индивидуальное), создающее для них "твёрдую" реальность указанным выше образом, в которой они могут размножаться и существовать в подходящих для их органической консистенции условиях, что мы и наблюдаем на нашей планете.
  Эти конечные по сроку жизни существа формируют сообщества, развивающиеся в своем собственном текущем времени по-разному в общем астрономическом времени, но с определенным ускорением вследствие их неудовлетворенности [см., напр., 12] в собственном сознании тем, что есть, стремясь к более приятным ощущениям как качественно, так и количественно, что стимулирует их ко всё более разнообразному взаимодействию с окружающей средой, что не только развивает и усложняет их, но следствием этого, вполне естественного процесса, является расширение информационных потоков, захватывающих живых существ как индивидуально, так и в их сообществах, уплотняя собственное время с наибольшим темпом для самых сложных по составу, функциям и поведению существ - людей.
  В частности, это уплотнение, или ускорение собственного времени в рамках астрономического отчетливо просматривается в истории цивилизации, если отметить основные фазы ее развития в единицах календарного времени.
  Рабовладельческий строй, сменивший первобытнообщинную организацию человеческих сообществ, которая заняла многие десятки тысяч лет, длился уже только несколько тысяч лет вплоть до перехода к феодальному типу хозяйствования.
  В эпоху феодализма развитие цивилизации еще более ускорилось по сравнению с периодом существования рабовладельческого строя, заняв чуть больше тысячи лет в Европе.
  Капитализм занял исторический период в несколько столетий - с XVII века по XXI век, ускорив развитие цивилизации в несколько раз по сравнению с феодализмом.
  С завершением эпохи капитализма собственному времени цивилизации, как конечному образованию, приходит конец в так называемой точке сингулярности, в которой ее уплотнившееся до крайности время обнуляется в этой точке вследствие информационного коллапса, то есть невозможности для людей вследствие их ресурсной ограниченности "переваривать" всё возрастающие потоки информации.
  Правда, какие-то остатки населения развалившейся цивилизации через какое-то время могут попытаться ее восстановить, выбираясь из наступившей дикости иногда небезуспешно, что регулярно происходит на всех экзопланетах, и в том числе, как показывает археология по сохранившимся артефактам, случалось неоднократно и на нашей планете, но человечество опять попадает в тот же ускоряющийся информационный поток, завершающийся для человечества тем же коллапсом и т. д., что означает дискретность существования цивилизаций даже в благоприятных условиях для их развития.
  Сам по себе этот процесс так же довольно убедительно демонстрирует, что конечное человечество в этих дискретных проявлениях, которые никогда не бывают однообразными чисто статистически, дает раз за разом этими самыми разнообразными проявлениями с их бесконечными изменениями вечную жизнь единому сознанию голограммы, которое находится как вне времени, так и присутствует в собственном времени каждого человека, да и каждого живого существа.
  То есть живые существа не только формируют время, удерживая мироздание в состоянии постоянного изменения без впадения в хаос или в небытие, но и дают единому сознанию-голограмме мироздания вечную жизнь.
  ***
  По этой причине, живые существа, представляя в бытии сознание (активное) являются теми конечными, но появляющимися вновь и вновь элементами мироздания, которые в своей прерывистой бесконечности обеспечивает постоянное изменение бытия, колеблющегося от прогресса к стагнации, переходящей в регресс, а затем, возвращающегося к прогрессивным изменениям.
  Иначе говоря, конечные живые существа в бытии своей более или менее осознанной активностью сводят на нет закон неубывающей энтропии, действующий для вещей в замкнутых системах, переводя их бесконечное изменение.
  Этим самым, живые существа автоматически предоставляют возможность себе в бытии меняться вечно в своих дискретных подъемах и падениях, придавая единому сознанию голограммы не какую-то нирвану, общую для всех индивидуальных форм сознания вне времени, что на самом деле есть небытие, но помещая это единое сознание в своих частицах в непрерывный ход событий и отношений, происходящих вечно.
  Впадению мироздания в небытие противодействует только конечное живое, локально развиваясь в собственном времени тут, но деградируя там, однако не исчезая, а возобновляясь для неизбежного нового развития и следующего за ним падения, и т. д.
  Что касается развития живого, то оно идет вплоть возникновения человеческой цивилизации, тем не менее пресекающегося вследствие деградации как человека, так и всей системы, но снова возобновляющейся до определенного предела.
  Этот колебательных процесс изменения конечного живого протекает бесконечно, не повторяясь буквально, поскольку число возможных изменений живых существ в отношении их жизней бесконечно, несмотря на то что внешняя форма развития и деградации живого неизменна.
  Объясняется этот процесс тем, что активное в форме живых существ всегда стремится к более приятным ощущениям, не удовлетворяясь тем, что есть, а изыскивая условия, позволяющие достигнуть всё более разнообразного приятного в своих различных формах, меняясь и усложняясь в этих формах, а затем, достигнув предела в своем приспособлении к окружающей среде, начинает эту среду приспосабливать к себе, постепенно упорядочивая ее так, как ему нужно для более интересной и насыщенной жизни насколько это возможно, уменьшая тем самым локально энтропию.
  Всё это завершается формированием технологической цивилизации, захватывающей в своем развитии всё большие информационные потоки, интенсивно влияющие бумерангом на развитие ее конечных представителей.
  Тем не менее, биологическая природа этих представителей ставит предел поглощению и эффективному использованию этих потоков, делая дальнейшее развитие и совершенствование как их, так и цивилизации невозможным.
  К тому же, живые существа, формирующие через себя собственное бытие в текущем времени конвертированием пакетов информации, которая представляет собой гармоники сверхвысокочастотных колебаний голограммы, получают с ростом информационных потоков всё более искаженную информацию.
  Дело в том, что чисто статистически сверхвысокочастотные колебания, преобразующиеся в объекты бытия через живые существа, не могут быть идеальными, давая те или иные сбои или накладываясь иногда друг на друга, несмотря на то что голографическая проекция вневременной бесконечности в целом устойчивое и гармоничное образование. В связи с этим, поступающая информация не может не искажаться в той или иной степени.
  В результате, все объекты бытия как индивидуально, так и при их взаимодействии не могут не испытывать отклонения от заданного функционирования в той или иной мере.
  В частности, срок существования каждого объекта бытия в определенной форме с конкретным содержанием, в том числе и живого, ограничен наличием неизбежных сбоев в его сверхвысокочастотной голографической основе, что можно истолковывать как возрастание энтропии в данном объекте, ограничивающем его пребывание в определенной форме в бытии, то есть его жизнь,
  Иначе говоря, порядок в бытии, подчиненный определенным законам, не может выполняться однозначно, теряясь моментами тут или там, создавая тот или иной вид хаоса, который может возрастать и уменьшаться в зависимости от возможности коррекции ситуации, которая осуществляется живыми существами непосредственно или с их помощью осознанно или нет.
  Таким образом, только живые существа способны обеспечивать как функционирование мироздания в целом, придавая ему стабильность благодаря непрестанными изменениями себя же в бытии, осуществляя тем самым автоматически его коррекцию, то есть не позволяя хаосу захлестнуть бытие.
  Вместе тем бесконечно, хотя и дискретно, изменяя себя в своих отношениях, они дают единому сознанию голограммы вечную жизнь.
  Поэтому приходится констатировать: живые существа являются единственной негаэнтропийной составляющей бытия благодаря своей способности владеть информацией, которую они улавливают имеющимися у них средствами, конвертируя ее в текущее время, то есть в бытие, не давая ему впасть в хаос.
  Другими словами, подобный симбиоз в конечных живых существах бесконечного сознания (активного) и вещных органических комплексов (пассивного), позволяющий этим существам в течение их жизни более или менее осознанно меняться, автоматически транслирует эти изменения единому сознанию, наделяя его бесконечной жизнью вследствие непременного присутствия этого сознания в каждом живом существе в виде индивидуального вследствие голографической природы единого сознания - всё в одном.
  Само по себе, это означает не возникновение живого по какой-то причине в бытии, но указывает на вечное существование живого в бытии как необходимого элемента мироздания, поскольку без него оно становится небытием.
  ***
  Так, для чего же всё это происходит в таком как бы искусственном мире текущего времени в рамках "твердой" реальности, где эти конечные живые существа вполне себе способны жить отпущенный им срок, и есть ли смысл в их существовании, если попытаться ответить более детально?
  Как было отмечено выше, любое живое существо потому и живо, что в нем определенный срок присутствует невидимое для него сознание.
  Само же сознание без живых существ, особенно без людей, в которых оно особенно заинтересовано, обойтись не может вследствие собственной сверхвысокочастотной природы, не позволяющей ему присутствовать непосредственно в качестве субъекта действия в текущем времени, которое формируется на основе сравнительно низкочастотных потоков, несущих информацию.
  Поэтому для попадания в живой мир событий, а это невозможно вне текущего времени, сознанию приходится взаимодействовать с окружающей средой через определенным образом структурированный объект бытия - обязательно органического свойства, в каждую клетку которого при его появлении (рождении) вносится программа роста и развития этого организма.
  Таким образом, взаимодействие единого сознания со средой, в которой находится каждое живое существо, контролируется в течение всего срока жизни организма индивидуальной формой единого сознания, которое удаляется из него, если этот организм распадается из-за одряхления, неизлечимой болезни или от просто от поедания его другими организмами.
  Именно через запрограммированные организмы органического свойства, то есть в силу своей природы способные испытывать ощущения, сознание, являясь сверхвысокочастотным волновым образованием в виде голограммы, которая представляет собой высокочастотное образование как продукт наложения нескольких когерентных волн, дающего стационарную интерференционную картину, поскольку разность фаз волн не меняется, попадает в мир событий, без которых, то есть без текущего времени, формируемого ими, точнее, через них, никакой жизни быть не может.
  Сознание в качестве сверхвысокочастотного образования не может не быть голограммой, которая способна, как бы находясь вне времени, вместе с тем контролировать и бытие с текущим временем по следующим причинам.
  В голограмме каждая частица активного не теряет единства со всей едино-множественной бесконечной совокупностью активных частиц и поэтому может, в частности, с помощью этого единства распознавать, считывать и копировать из вневременной бесконечности имеющимися у неё средствами необходимые для собственного существования вещи в их связи, распознавая их в соответствии с имеющимся у него разумением (интеллектом) вкупе с формообразующими способностями так, как хочет и может, обновляя каждый "момент", то есть дискретно, но бесконечно, голографическую проекцию как квазивременную основу для собственного существования в текущей реальности в виде живого в этом информационном процессе.
  Частицы-копии активного (сознания) в объединении с копиями пассивного (неживого) в текущей реальности способны тем самым получать из вневременной бесконечности "нужные" им копии вещей (пассивное) для замены ими имеющихся копий вещей в бытии, в том числе и для замены собственной вещной основы, а также обновлять себя же.
  Этот информационный процесс взаимодействия вневременной бесконечности, где всё слитно, и голографической проекции, где активное и пассивное разделены, требует для их взаимодействия между собой, а также с вневременной бесконечностью искусственное объединения активного и пассивного в ту или иную форму живого, основным отличием которого от всего прочего является способность переводить отдельные последовательные пакеты данных, несущие закодированную информацию, в объекты текущей реальности для их обновления, включая и сознание в живом.
  Эти пакеты подобны импульсным сигналам от передатчика через эфир к телеприемнику, в котором они преобразуются в меняющуюся оформленную картину на экране.
  То есть живое так же способно преобразовывать отдельные импульсные сигналы, содержащие информацию, в непрерывно меняющуюся картину мира вследствие определенной инерционности обработки сигналов, которая в сознании любого живого существа нивелирует паузы между поступающими пакетами информации (позициями обновления), создавая непрерывность изменения всей картины, в которой появляются уже реальные - более или менее "плотные" - объекты, а не частотные информационные копии активного и пассивного.
  Однако, в отличие от телеприемника, который лишь расшифровывает и переводит в изображение уже подготовленную заранее картинку от соответствующего источника, живое существо имеет возможность эту картинку изменять в соответствии со своими потребностями, желаниями, а человек - еще и целями в соответствии с собственными запросами, связываясь автоматически через собственные органы чувств через голограмму с непроявленной бесконечностью, хотя, в целом, процесс обновления бытия регулируется единым сознанием голографической проекции бесконечности вне времени.
  В результате, для сознания живого существа возникает в движении (энергии) меняющийся событийный мир - текущая реальность, или бытие, в котором уже можно жить в собственном настоящем, но в рамках общего времени.
  Иначе говоря, мощная энергия сверхвысокочастотных волнообразных структур голографической проекции вневременной бесконечности, которые несут в своих гармониках соответствующую закодированную информацию, преобразуется в массу и энергию объектов текущей реальности, которые соотносятся между собой в соответствии с известной формулой E=mc².
  Таким образом, активное есть сверхвысокочастотное волнообразное образование в голограмме - проекции непроявленной бесконечности, гармоники этого образования представляют собой ряд программ, позволяющих возникать, расти, развиваться и действовать соответствующим образом структурированной материи (живого) в форме объединения частиц активного голограммы и вызванных ими из непроявленной бесконечности частиц пассивного. Голограмма также накапливает информацию, поступающую от всего живого. Каждый участок голограммы содержит информацию о всей голограмме, то есть всё содержится в каждой части, что означает вневременную связь каждой частицы активного со всей голограммой и тем самым возможность пользоваться любой информацией из баз данных голограммы.
  Активное, присутствующее во всем живом, представляет собой его сознание, находясь при нем потому, что только оно способно извлекать посредством органов чувств и центра обработки информации организма в соответствии с имеющимися формообразующими способностями собственные информационные копии и копии вещей из непроявленной бесконечности через голограмму, последовательно конвертируя их во все объекты бытия - от вселенных до микромира, от живых существ до окружающей их благоприятной среды.
  Активное в бытии, становясь в нем сознанием живых существ, преобразует, собирает, накапливает и передает информацию, действуя через живое, но только для того, чтобы жить и развиваться в форме живого в информационном потоке, проявляющимся для всего живого как текущая реальность (бытие) с движущимися в ней вещами, набор которых является производным их органов чувств как индивидуально, так и в совокупности. Вместе с тем накопленная информация от каждого индивидуального сознания в живом передается им в базы данных голограммы, то есть единому активному (сознанию) для дальнейшего совместного использования.
  Тем самым активное в бытии, то есть каждое индивидуальное сознание в форме живого есть производитель, продукт, динамичный носитель и передатчик информации о самом себе и окружающем, и оно, во избежание застоя, с одной стороны, пополняет имеющуюся информацию во взаимодействии с остальными видами индивидуального сознания в живом, непрерывно передавая ее в базы данных голограммы, а с другой стороны, каждое индивидуальное сознание в форме живого последовательно пополняет текущую информацию через голограмму из неиссякаемого резервуара бесконечности вне времени, обеспечивая собственное бесконечное развитие.
  Бытие, в котором мы находимся, в виде сложной иерархической структуры бесконечного ряда вселенных с вкрапленными в них обитаемыми планетами и прочей атрибутикой, является вещной производной сверхвысокочастотной структуры - голограммы, несущей информацию для последующего преобразования ее в разнообразные объекты, и проявления в этом окружении живых существ.
  В свою очередь, голограмма как сверхвысокочастотное образование особого типа представляет собой бесконечную проекцию вневременной бесконечности, но в голограмме уже проявляется прототип времени в виде разрывов бесконечности как следствие ее частотной структуры, несущей информацию для формирования бытия в виде пространства с движущимися объектами. Тем самым голографическая проекция служит как бы прокладкой между вневременной бесконечностью, потенциально содержащей в себе всё, то есть прошлое, настоящее и будущее, и бытием, содержащем в себе только прошлое и настоящее.
  Само по себе мироздание как система вне времени и вместе с тем во времени вечно, представляет собой бесконечное, вневременное Ничто, а также совокупность конечных объектов, проявляющаяся во времени бесконечно, которое мы именуем бытием, или существующим сущим.
  При этом, информационный мост, соединяющий вневременную бесконечность и бытие, можно считать проекцией вневременной бесконечности в виде своего рода образования, скрытого от нашего взгляда потому, что оно представляет собой сверхвысокочастотные образования, не воспринимающиеся нами никоим образом, и, к тому же, находящиеся взаимно в противоположной фазе.
  В результате, они, не будучи разнесенными, при возникновении тут же уничтожают друг друга, представляя собой в этом отношении, как и вневременная бесконечность, бесконечное ничто, но только интегрально.
  Тем не менее, каждая "половина" этих волнообразных высокочастотных образований, возникая, может служить накопителем и передатчиком информации подобно радиоволнам в эфире, связывая вневременную бесконечность и бытие.
  Таким образом, активное (сознание) и пассивное (вещи) способны "находиться" как бы в трех местах и состояниях: нераздельно во вневременной бесконечности, раздельно в ее частотной проекции в виде волнообразных структур, а также раздельно и отчасти совместно в бытии в форме более или менее плотных объектов.
  ***
  На извечный вопрос о том, как и вследствие чего возникло мироздание, пытались ответить сначала религия, а затем наука.
  Религия, в сущности, свела свой ответ к решению всезнающего и всемогущего существа, находящегося вне мира, произвести всё вдруг, то есть представила в виде случайного, ничем не мотивированного решения неизвестно откуда взявшегося существа вне мира, которое почему-то способно сделать это.
  Ученые, в свою очередь, тоже стали искать ответ на этот вопрос видимо, следуя по пути, указанному религиозными конфессиями, поскольку вечное существование мироздание не находило в их умах абсолютно никакого разрешения. Правда, ответ на вопрос о возникновении мироздания в виде различных гипотез был дан ими уже на сугубо материалистической основе, и среди этих гипотез самой модной ныне оказалась гипотеза "Матрицы", то есть виртуального (искусственного) мира - своего рода симуляции, фантома, - созданного более совершенным разумом-программистом, находящимся вне этого искусственного мира. Но вместе с тем, как полагают авторы этой гипотезы, этот совершенный разум может находиться тоже в созданной еще более совершенным разумом матрице и т. д., составляя замкнутую цепь этих симуляций.
  Эта модель возникновения нашего мира буквально скопирована с модели божественного происхождения мироздания, только Бог в ней заменен программистом, а все мы играем заданную им роль в рамках программы, заданной искусственным интеллектом, созданным неким совершенным разумом не нашего полета.
  Подобный плагиат не очень интересен, поскольку он тоже не дает ответ на всё тот же вопрос - откуда взялся этот совершенный разум-творец и где он находился до момента творения мироздания.
  Кроме того, как оказалось, подобная компьютерная игра с нами в виде симуляции мироздания просто технически невозможна ни в каком случае, поскольку сложность этого моделирования, измеряемая количеством часов работы процессора, объемом памяти и расходом электроэнергии, возрастает пропорционально количеству частиц, подлежащих моделированию, тогда как даже для хранения информации о нескольких сотнях электронов в памяти компьютера потребуется память в пересчете на атомы по численности большая, чем количество атомов, имеющихся во вселенной.
  Гипотеза "Большого взрыва" как причина возникновения нашей вселенной, на чем настаивают ученые-астрофизики, так же не несет в себе обоснованных предположений о том, что же было до этого "взрыва", неизвестно кем или чем, как и непонятно из чего и для чего произведенного первоначально, тем более что до Большого взрыва, как полагают астрофизики, не было времени.
  Однако отсутствие времени до Большого взрыва не означает, что следует уклоняться от проблемы потустороннего, поскольку начало в виде Большого взрыва, раз оно прокламируется началом, было как-то инициировано чем-то или кем-то, а само отсутствие времени до этого взрыва в понимании авторов данной гипотезы всего лишь указывает на недостаточное представление сущности времени. То есть, и эта гипотеза возникновения мира вызывает сомнение своей односторонностью и недопониманием сущности некоторых атрибутов известного нам мира.
  Почти все религиозные концепции относительно возникновения мироздания тоже базируются на внезапном решении некоего потустороннего существа произвести мир, в котором будут жить его прототипы, прославляя своего создателя.
  Гипотеза о порождении нашей вселенной в виде виртуальной реальности квантовыми состояниями так же не дает ответа о причине этого порождения.
  Общим для этих объяснений возникновения мироздания является фактическое отсутствие признания мироздание вечным, ставя его в положения инициации неким посторонним существом или образованием. И этому есть основание, заключающееся в отсутствии моделей, которые обходятся без начальной точки, из которой возникает всё сущее, за исключением мироздания индуистов в виде бесконечной череды повторяющихся, одинаковых, замкнутых кругообразных движений-циклов.
  Тем не менее, индуизм утверждает, что все эти миры так же были сотворены.
  Из самых крупных религиозных конфессий единственно буддизм не признает бога-творца, но Будда тоже не дал ответа на вопрос о том, вечно ли мироздание, видимо, понимая невозможность на том уровне знаний обнаружить убедительные доказательства этой вечности, хотя и отрицал сотворение мира.
  Более детально описание различных гипотез возникновения мироздания приведено в моей работе "Мироздание - голограмма в основе или матрица?" [13], а характеристика единого сознания-голограммы как проекции вневременной бесконечности, через которую и с помощью которой формируется бытие во времени с его определенной характеристикой дана в работе "Об источниках изменения (движения) и развития" [см., напр., 14].
  ***
  Таким образом, известный нам мир в виде вселенной со звездными системами, планетами и излучениями различной частоты, но не выше10 с показателем степени 43 в герцах, полученным через Планковское время, в котором возможно формирование текущего времени и тем самым "твердой" реальности, есть та составляющая мироздания - бытие, без которой мир событий невозможен. Поэтому бытие формируется посредством конечных живых существ и для них же, поскольку только через них, в мире событий, происходящих с ними, сознание способно меняться.
  Невозможность воспринять или зарегистрировать сознание, объясняется, по-видимому, тем, что оно находится за этой частотной границей и, значит, не может непосредственно проявляться в известным нам бытии, кроме как в виде конечных в своем существовании живых существ. Однако дискретность этих существ не означает их исчезновения, а является лишь прерывистой формой их проявления, которая, тем не менее, обеспечивает вечную жизнь как единого сознания, так и каждой ее индивидуальной формы.
  Как бы то ни было, но в нашем, сравнительно низкочастотном измерении мы попадаем в более-менее плотное окружение вещей и явлений в текущем времени. В этом мире (бытии) в пространстве проявляются и обновляются вещи, идут разнообразные процессы, и с нами - людьми - происходят различные события, возникают отношения, тогда как для потустороннего в столь высокочастотном мире вне текущего времени всё это невозможно, то есть оно не жизненно само по себе.
  Однако благодаря живым существам, которые являются своеобразным конвертером, частотная материя из бесконечности вне времени, несущая информацию и энергию, преобразуется отчасти в "твердую" материю в текущем времени.
  Информация предоставляет этой материи, главенствующей и производительной составляющей которой являются живые существа, пространство, движение и изменение, которое контролируется единым сознанием через те же сложнейшие по структуре живые органические комплексы, высшим из которых является человек - существо, способное на преобразование обычной активности в свободу.
  ***
  Что же объясняет и к чему приводит подобный подход к сущему с самой важной позиции для развития в рамках всевозможных изменений - с позиции творчества и свободы?
  Непосредственный источник свободы заключается в основном свойстве активности - неудовлетворенности сознания человека, которая, с одной стороны, проявляется строго в рамках природной активности (естественных стремлениях), а с другой стороны, - в рамках целевых (осознанных) стремлений.
  Естественные стремления человека поддерживаются его инстинктивной настойчивостью в этих стремлениях, то есть не выходят за пределы ощущений и соответствующих им способов обработки поступающей в организм информации, которые можно обозначить природным интеллектом - как бы собственный миникомпьютер, присущим даже бактериям и вирусам.
  Осознанные стремления человека поддерживаются его волей, но уже с представлением их возможного результата в виде цели, и здесь человек уже выходит за рамки ощущений в сферу представлений, идей, воображения и преображения всего.
  В итоге, человек получает взаимодействие инстинктивной настойчивости и воли в качестве внешнего выражения взаимодействия обеих типов неудовлетворенности сознания при участии индивидуального интеллекта.
  Пространство свободы при развитии живых существ постепенно меняется - от почти полного ее отсутствия, кроме самой примитивной активности у бактерий и инфузорий, к многостороннему сознанию приматов, способных к подсознательному выбору уже из намного большего набора ощущений, но, тем не менее, ограниченного лишь ими одними, и далее - от сознания приматов к самосознанию человека, позволяющему, наконец, выбраться за рамки одних ощущений, и приобрести тем самым в собственном сознании наибольший простор для его развития в поколениях.
  Подобный прогресс сознания в ходе развития организмов на Земле указывает на истинное предназначение свободы, проявляющейся благодаря неудовлетворенности сознания в действиях этих возникающих и погибающих существ - бесконечное изменение и развитие сознания через них, вершиной которого является максимальный простор для свободы в человеческом сознании, позволяющий вечному сознанию вновь и вновь через возникающие цели, проекты и фантазии человека узнавать новое для себя и о себе бесконечно.
  Таким образом, человек способен стать действительно свободным из всех живых существ только благодаря проявлению в нем высшей степени неудовлетворенности сознания в форме воли.
  Упорство, а тем более упрямство, исходящие от неудовлетворенности животной формы сознания в человеке, которые не осознаются человеком, более всего держатся за проверенное и привычное старое, удовлетворительно обеспечивающее существование человека, и, главное, - его выживание, а воля, как правило, "тащит" его вперед - к новому, неизвестному и поэтому - непредсказуемому и пугающему. Чтобы преодолеть эту боязнь нового и нужна воля, создающая устойчивость в стремлениях к новизне, то есть - к образованию дополнительных каналов для новой информации.
  Воля, как продукт неудовлетворенности самосознания, есть наиболее действенный стимул для того, чтобы эта неудовлетворенность человека нынешними обстоятельствами, которые он хотел бы сознательно улучшить, не оставалась втуне.
  То есть воля является "приводным ремнем" неудовлетворенности человека в его самосознании состоянием общества, собственным образовательным и, в целом, культурным уровнем, а значит, воля есть основной открытый способ освобождения человека от одного лишь рабства ощущений.
  Тем самым, воля как продукт неудовлетворенности самосознания человека собой и собственным окружением, отнюдь не управляет обстоятельствами, а служит в основном для преодоления препятствий по дороге к цели, которая формируется неудовлетворенностью самосознания совместно с интеллектом в данный период времени, а само их решение начать продвижение к намеченной цели означает "включение" воли для поддержания стремления человека к цели во избежание ее утери по внешним или внутренним причинам.
  Поэтому говорить о свободе воли как возможности человека делать выбор вне зависимости от обстоятельств, если воля есть продукт неудовлетворенности человека обстоятельствами и собой в его осознании себя, не имеет смысла - у воли, как таковой, самостоятельность отсутствует.
  Воля как осознанное человеком усилие к устранению проблем, мешающих достижению поставленной цели, - всего лишь итог решения интеллекта с подачи неудовлетворенности самосознания как реакции на возникающие вызовы. Само решение о продвижении к намеченной цели является командой, понуждающей человека к устойчивому продвижению к цели. Это понуждение со стороны неудовлетворенности самосознания и есть воля.
  Выбор же цели определяется также неудовлетворенностью самосознания текущими обстоятельствами (настоящим) в надежде на благоприятный результат в будущем. Однако в еще не сформировавшемся будущем пока нет никаких обстоятельств, но продвижение человека к цели их формирует, производя другое настоящее.
  То есть в своем стремлении ко всё новым целям человек попадает в иные обстоятельства, формируя тем самым другую реальность, а в кратком промежутке между прежними и будущими обстоятельствами он становится независимым вообще от обстоятельств - прежние исчезли, а новые еще не появились.
  Таким образом, кажущееся ограничение свободы в конкретных целях на самом деле непрестанно освобождает человеку пространство для всё новых и новых миров, демонстрируя наглядно, как неудовлетворенность самосознания посредством прохождения через цели превращается в свободу.
  Что касается выбора предмета стремлений (цели) человеком из множества возможностей, то он осуществляется вполне осознанно в соответствии с имеющейся информацией только благодаря неудовлетворенности самосознания человека объектами и явлениями в данный момент вне или внутри него с помощью обработки этой информации, причем методика ее обработки именуется индивидуальным интеллектом. Однако в этот процесс всегда вмешивается неудовлетворенность животного сознания человека уже неосознанно, что, с одной стороны, не дает человеку превратиться в компьютер, а с другой стороны, заставляет его часто ошибаться.
  В лучшем случае, подобный совместный процесс выбора, то есть при инстинктивном участии животного сознания, является источником креативности, допуская интеллект в необозримое подсознание, а в худшем - сближает человека либо с животным в своих потребностях в случае почти полного замещения самосознания подсознательными импульсами, либо - с компьютером, способным лишь к перебору вариантов для осуществления якобы выгодного выбора (комбинаторика на основе формально-логического подхода), делая из человека жалкое подобие искусственного интеллекта, так как очень часто определить наибольшую выгоду или потери в результате перебора возможных вариантов не представляется возможным.
  Таким образом, в основе выбора человеком способа действий или объекта устремлений лежит неудовлетворенность его сознания, без которой человек не способен иметь ни желаний, ни целей, а сама неудовлетворенность определяется изменениями в потоках информации, охватывающих субъекта.
  То есть стабильная удовлетворенность сознания или игнорирование поступающей информации производит сначала равнодушие человека ко всему, затем деградацию, вплоть до деменции, что является, если и не физической, то фактической смертью человека как деятельного существа, выпавшего из собственного времени, отказавшись от активности.
  ***
  Интересно также, что вполне работоспособная, на наш взгляд, модель мироздания в виде вневременной бесконечности, контактирующей через свою бесконечную проекцию - голограмму-сознание, - с бытием из вечно обновляющихся и меняющихся в собственном и общем времени конечных активных (живых) и пассивных (безжизненных) объектов, является, помимо прочего, ответом на один из самых неразрешимых в обычной парадигме рефлексии вопросов на базе общепризнанной доныне модели мироздания в виде вселенной или вселенных, возникающих и исчезающих во времени, - может ли единое и нераздельное целое вместе с тем быть множеством отдельных объектов?
  Выше мы также показали, что все модели мироздания на основе как бы научных подходов, а также и на основе взглядов религиозных конфессий, не проясняют более-менее правдоподобную причину возникновения мироздания или источник его вечности.
  В частности, наука ныне утверждает, что мироздание возникло, в сущности, в результате случайных флуктуаций из ничего (особого рода вакуума), а это абсолютизирует случайность, делая основой всего посторонний бессмысленный фактор, включая и причину появления живого разума.
  В свою очередь, религия ту же случайность пытается сделать осмысленной, возводя ее в ранг бога, который вдруг надумал создать всё из ничего, включая живой разум, находясь, правда, непонятно где, и, стало быть, неизвестно откуда и как сам взявшийся.
  Правда, буддизм не признает всемогущего и всезнающего бога-творца, считая каждого человека божественной частицей в потоке бесконечной энергии Вселенной, а сам Будда не дал ответа на вопрос "Вечна ли Вселенная?". Это, кстати, весьма мудро, поскольку до сих пор никто не сумел обнаружить источник вечности.
  Как бы то ни было, но голограмма-сознание в своей главной особенности - всё в одном, то есть в непреходящем единстве со всеми своими частицами (индивидуальными формами сознаниями, как бы покрывающими каждый организм), получает в облике живых существ возможность жить, то опускаясь до уровня животного потребления, то поднимаясь до пиковых высот познания красоты, совершенства, бескорыстия, самоотверженности, законов природы и общества в ходе своих деяний, и вместе с тем блаженствуя, терпя неудачи и одерживая победы, умирая и воссоздаваясь, переживая содеянное.
  Таким образом, единое сознание в своих частицах меняется вечно и бесконечно разнообразно в череде бесчисленных конечных живых существ с их пресекающимися, но тут же возобновляющимися жизнях.
  Библиография
  1. Аркадий и Борис Стругацкие. Волны гасят ветер. "Мир полудня (сборник)". Москва, АСТ. 2016.
  2. Фёдоров Н. Ф. Супраморализм, или всеобщий синтез". 1906. https://predanie.ru)"
  Супраморализм, или всеобщий синтез". 1906. https://predanie.ru)"
  3. Фёдоров Н. Ф. Философия общего дела. 1906. https://predanie.ru
  4. Юм Д. Трактат о человеческой природе, или попытка применить основанный на опыте метод рассуждений к моральным предметам. Сочинения в 2-х томах. Т. 1. М. Мысль. 1996. С. 510-511.
  5. Р Декарт. Начала философии". Раздел "Об основах человеческого познания". Антология мировой философии". Том 2. С. 239. "Мысль". Москва. 1970.
  6. Chalmers D.J. Moving Forward on the Problem of Consciousness. Journal of Consciousness Studies Imprint Academic, 1997. Vol. 4, No 1/ P 3-46.
  7. Аристотель. Метафизика. М., 1999.
  8. Кант. О форме и причинах чувственно воспринимаемого и умопостигаемого мира. - Сочинения, т. 2. М., 1964.
  9. Низовцев Ю. М. Объяснение фактов ускорения и замедления времени. 2020. Сборник "Всё наоборот. Ответы на каверзные вопросы об интересном". Часть 2. Раздел 2. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  10. Низовцев Ю. М. О причинах ускоренного развития человеческих сообществ. Журнал "Топос". РФ. 24.10.2023.
  11. 1980. David Bohm, Wholeness and the Implicate Order, London: Routledge, ISBN 0-7100-0971-2
  12. Низовцев Ю. М. Что способна неудовлетворенность обеспечить, и как она действует? 2021. Сборник "Противоречивое, но реальное". Часть 2. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  13. Низовцев Ю. М. Мироздание - голограмма в основе или матрица (критический обзор)? Журнал "Топос". РФ. 02.11.2021.
  14. Низовцев Ю. М. Об источниках изменения (движения) и развития. 2024. Сборник "Мироздание как единство вечности во времени и ничто вне времени". Раздел 9. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  Часть 18. Ощущения как непреодолимая граница между живым и неодушевленным.
  Ощущения есть единственное основание для человеческого ума, указывая на вторичность мышления. Подтверждением первичности ощущений, а не разума, является безжизненность искусственного интеллекта, который, обрабатывая информацию подобно мозгу человека, кажется мыслящим существом, но на самом деле этот бесчувственный предмет, не заинтересован в собственном существовании, а всего лишь функционирует в соответствии с приданным ему программным обеспечением до момента отключения внешним пользователем.
  
  Ключевые слова: информация, ощущения, мышление, сознание, живое, человек.
  
  Главенствующее положение ощущений для всего живого определяется тем, что без них всё тут же омертвляется.
  Кроме того, ощущения есть единственное основание для человеческого ума, на что в свое время первым обратил внимание Гоббс: "... нет ни одного понятия в человеческом уме, которое не было бы порождено первоначально, целиком или частично, в органах ощущения. Всё остальное есть производное от него" [1, с. 50-83].
  Практическое подтверждение первостепенности не разума, а ощущений для всего живого предоставил искусственный интеллект, который, вроде бы, мыслит, но не чувствует, и поэтому, несмотря на полное сходство с человеком по методике получения, обработки, хранения и передачи информации с извлечением соответствующих выводов из этого процесса, то есть по разумности, оказывается всего лишь эффективным предметом для его использования, тем более что все действия искусственного интеллекта инициируются программами, заложенными в него человеком.
  Таким образом, отсутствие ощущений, то есть способности чувствовать приятное или отвратительное в запахе, вкусе, прикосновениях, звуках, изображениях, есть главный и явный признак безжизненности даже того, что способно имитировать жизнь так удивительно похоже, как это делает искусственный интеллект.
  Однако мнение о том, что ощущения непосредственно воздействуют на мышление и, стало быть, принятие кардинальных решений, столь же ошибочно, как и соображение о первостепенном значении разума для развития живого. У каждого из этих атрибутов живого имеется свой место: ощущения есть основа и первостепенный признак всего живого, а мышление представляет собой более или менее эффективные способы удержания живого в окружающей среде, но только для того, чтобы испытывать ощущения в окружающей среде.
  Всё остальное есть не более чем следствие этих процессов.
  Тем не менее, довольно неожиданно среди бесчисленных адаптивных созданий появился человек, который оказался способным испытывать удовольствие не только от вкусной еды, власти над ближними или процесса размножения, но и от подчинения себе среды, которая его окружает, разгадывая ее тайны, усовершенствуя орудия труда и создавая шедевры зодчества.
  Именно с появление подобного креативного существа, начиная с Декарта, провозгласившего ""Мыслю, следовательно, существую" [2], и до нынешнего времени, ощущения считаются несравненно менее важным для человека по сравнению с разумом, который, как полагают многие ученые, может развиваться в человеке бесконечно, забывая о конечности всех предметов и явлений известного нам бытия.
  Таким образом, понятно, что ощущения дают пищу и удовлетворение от жизни, разум контролирует жизнеустремления. Но что же побуждает прежде всего живые существа к действию, которое безотчетно приводит их в итоге к развитию?
  Надо полагать, что этим основополагающим стимулом к совершенствованию в итоге не может не быть неудовлетворенность тем, что есть в надежде на то, что можно отыскать лучшее - более безопасное, сытное, теплое, ласковое, то есть более приемлемое или приятное по собственным ощущениям.
  К тому же, чтобы удержаться в информационном потоке, создающем для живого существа ощущение присутствия через его органы чувств в текущей реальности, которая непрерывно меняется, каждому живому существу приходится бороться с аналогичными существами за место и пищу.
  Любая остановка или промедление в этой борьбе за жизнь (ощущения) в меняющемся окружении означает смерть, что означает исчезновение ощущений, чего ни одно существо лишаться не желает.
  Поэтому каждое живое существо вынуждено во избежание застоя, а значит, гибели, пополнять собственную базу данных новой информацией, не удовлетворяясь той, которую имеет.
  Отсюда понятно, что базовое свойство активности любого живого существа состоит в неудовлетворенности его сознания и собой, и окружением, трансформирующееся в стремление к лучшей позиции или хотя бы к удержанию имеющегося.
  Иначе говоря, без неудовлетворенности невозможно не только развитие и потребление тем самым более приятных и более разнообразных ощущений, но и обычное выживание.
  ***
  Сознание в каждом живом существе реализует себя через органы чувств и центры обработки сведений (интеллект), поставляемых имеющимися органами чувств, а также оно реализует себя посредством программы на белковом носителе в каждой клетке организма (геном), отчасти проявляющей формообразующие способности существа на основе органов чувств и имеющегося интеллекта.
  Таким образом, потребление информационных потоков ограничено прежде всего имеющимися органами чувств и их возможностями.
  Однако стремление к изменению собственного положения к лучшему, то есть, помимо просто выживания, - к более приятным ощущениям, в частности, и через размножение, а не только благодаря увеличению комфорта и улучшения питания, безгранично, и проявляется всегда, а естественной помехой этому стремлению является конкуренция прочих организмов с аналогичными стремлениями.
  В результате, образуется достаточно устойчивая среда живых существ с разнообразными нишами, составляющими определенную иерархию, которая, правда, непрерывно обновляется, но структурно сохраняется.
  Тем самым, неизбывное стремление каждого существа в своей активности к лучшему положению в собственной конкурентной нише существования можно определить термином "неудовлетворенность", внешнее выражение которой довольно многогранно, поскольку активность живого существа не может удовлетвориться только выживанием и размножением - оно всегда стремится к большей сытости и разнообразию питания, более приятным внешним условиям (теплее, безопаснее, организованнее).
  Улучшить условия своего существования живое существо может и поиском перспективы для более выгодного, а значит, приятного существования в более или менее отдаленном будущем.
  Поэтому неудовлетворенность может попытаться реализовать себя через центр обработки информации (мозг у млекопитающих), который у достаточно развитых животных способен к формированию виртуальных образов определенных объектов, их перебору и извлечению на основе уже прошедших и отложившихся в памяти событий, благодаря чему эти животные, например, оказываются способными предвидеть опасность и могут уклониться от нее.
  В частности, дикий скот собирается в стадо, сводя угрозу нападения хищников к минимуму, самки птиц в определенное время начинают строить гнезда, люди готовятся к наступлению холодов, прикидывая собственные возможности для сохранения тепла в жилищах и т. п.
  В этом представлении более или менее отдаленного будущего неудовлетворенность каждого достаточно развитого существа уже способна посредством интеллекта собственного носителя материализовывать информацию ментально-образно для воображаемого выхода из настоящего в будущее, используя для этого резервы собственной памяти, вследствие чего его шансы избежать застоя или гибели значительно повышаются.
  Таким образом, основную роль в информационном контуре представления будущего у достаточно развитых существ может играть воображение, которое проявляется не как "плотная" реальность (бытие), а как "тонкая" материя - виртуальная реальность - в ряде образов, которые основаны на знании протекших событиях прошлого.
  Правда, создание образов будущего у животных настроено в соответствии с программой собственного генома только на адаптивность в отношении окружающей среды.
  Однако, данные, поступающие через органы чувств, превращающиеся после их обработки в соответствующих центрах организма в информацию (понятные сведения), могут быть недостаточными или неточными для понимания ситуации, либо живое существо оценивает их превратно, тем более что каждое живое существо, исключая человека, может использовать только свой генетический и личный опыт, собственную память и оно не способно более-менее точно прогнозировать и корректировать свои действия, поскольку не ставит себе целей развития и усовершенствования, а довольствуется только приспособлением к среде.
  Поэтому все эти существа вынуждены действовать по методу проб и ошибок, где основную роль играет случайность. Именно этим вызвано столь медленное эволюционное развитие живых существ по сравнению с ускоренным движением человеческой популяции в сторону технического и культурного прогресса.
  То есть неудовлетворенность существ мира природы всегда наталкивается на в своем стремлении к более приятному на ошибки, но преодолевает их в поколениях не только за счет стремления к наиболее комфортному устроению в своей нише обитания, не только за счет накопления генетического и личного опыта, но и благодаря проявления своей способности всё время обращаться к новому в форме любопытства, поддерживая это стремление своей настойчивостью в соответствии с сопротивлением окружающей среды.
  Само выживание всякого организма зависит от качества получаемой информации в меняющемся окружении.
  Поэтому удовлетворение нынешним, приводящее практически к нежеланию искать и потреблять новую информацию, ведет в итоге к вытеснению этого организма из занятой им ниши, деградации, и в итоге - к гибели.
  Но каждый организм хочет выжить, раз уж он появился и стал получать ощущения, а не пустоту ничтожества. Значит, он не должен удовлетворяться тем, что есть, а стремиться к чему-то иному, что может способствовать не только удержанию его в существовании, но и сможет способствовать улучшению его существования, сделав жизнь более сытной, комфортной и безопасной, что ассоциируется с приятным.
  Таким образом, каждый организм должен быть неизбежно активным в отношении получения дополнительной и, желательно, новой информации о происходящих изменениях, если он стремится к выживанию, а любая активность характерна неудовлетворенностью потому, что постоянная удовлетворенность лишает существо самостоятельного стремления к изменению как своей позиции, так и к собственному изменению, то есть существо превращается в пассивное, равнодушное, что равноценно смерти, поскольку в сообществе живых существ потеря стремления к изменению в соответствии с меняющейся средой, то есть утрата своевременного приспособления к среде, означает неминуемую гибель.
  Поэтому в основе активности всегда заложена неудовлетворенность имеющимся, которая для наиболее удобного устроения в окружающем как для самых примитивных организмов, так и для человека, ведет к постоянному и наиболее выгодному для существования приспособлению к окружающему, и утрата неудовлетворенности означает быструю и неминуемую гибель с предшествующей деградацией.
  Подобное стремление к выживанию и по возможности к наиболее приятным ощущениям в каждом организме должно поддерживаться, чтобы не угаснуть.
  И эта инстинктивная поддержка обусловливается непременной активностью живого существа, усиливающейся с ухудшением его положения, то есть с ростом подсознательной неудовлетворенности его носителя сознания собой и ситуацией, и ослабевающей с улучшением положения существа, когда ситуация восстанавливается или улучшается - своего рода отрицательной обратной связью сознания со средой, непосредственно выражающейся в его неудовлетворенности сложившимся положением, которая через интеллект дает команду действующим "механизмам" организма, в частности, усилить свое сопротивление негативным воздействиям среды в данный период. Хотя обратная связь может обратиться и в положительную при недостаточном противодействии среды организмам, что, например, прослеживается бесконтрольным размножением ряда водорослей при отсутствии врагов, поедающих их.
  Инстинктивное усилие, понуждающее живое существо действовать в соответствии со своими стремлениями, можно было бы назвать подсознательной настойчивостью, либо упорством, поскольку оно не позволяет действию затухнуть до окончания.
  Таким образом, подобный отклик на воздействие среды можно охарактеризовать соответственно большей или меньшей подсознательной настойчивостью организма в сопротивлении ей, или иными словам - природным устойчивым влечением существа к наилучшему приспособлению к окружению в своем стремлении к выживанию и созданию наиболее подходящих условий для размножения и пропитания, закодированном в геноме.
  Поэтому с изменением условий само существо автоматически пытается измениться не в худшую сторону вследствие всегдашней собственной активности, следуя способности поглощать и выдавать информацию в рамках закодированной в его геноме программы роста, развития, размножения и соответствующих им действий, чему способствуют мутации в геноме, хотя, с другой стороны, их роль как случайности может быть и гибельной.
  Кроме подсознательной настойчивости, поддерживающей стремление организма к приятным ощущениям, для более развитых организмов, которые уже понимают разницу в качестве пищи и особенностях объектов противоположного пола, характерна такое внешнее выражение неудовлетворенности сознания, как стремление к новому в форме любопытства.
  Кошка часто отворачивается от вполне съедобной, но невкусной рыбы, из любопытства узнав в свое время, что парное мясо намного вкуснее. То же любопытство в сочетании с инстинктами размножения и опытом помогает ей выбрать из полудюжины котов наиболее подходящего по репродуктивным особенностям.
  Таким образом, любопытство помогает приятнее и удобнее жить, эффективнее размножаться, и занимать тем самым более высокое положение в собственной нише существования. Это свойство неудовлетворенности естественного сознания не обходит стороной и человека, как, отчасти, представителя животного мира.
  То есть неудовлетворенность природного сознания всех живых существ, включая и подобную неудовлетворенность человека, как правило, направлена на то, что кажется ему лучшим, определяющемся имеющимся интеллектом, и которое отличается от прежнего более приятными ощущениями - для человека это лучшее представляется удовольствием, но не удовлетворением, которое есть лишь пауза перед стремлением к новым удовольствиям.
  Такая непременная активность живого существа, при которой проявляется неудовлетворенность настоящим ради лучшего устройства в будущем, обеспечивает в целом восходящее изменение как самих существ, так и их окружения. То есть благодаря активности живых существ содержание флоры и фауны, а также окружающих их предметов (вещей) меняется, усложняясь и приобретая всё большее разнообразие. Иначе говоря, живые существа противостоят росту энтропии мироздания, которое, если посмотреть и с этой стороны, существовать без них не может в стабильном состоянии.
  Эта активность живых существ со всеми ее атрибутами, главным из которых является неудовлетворенность, отличает их, например, от компьютеров, так как последние ищут и обрабатывают только те сведения, которые нужны их хозяевам, не понимая их смысл и цель поиска, действуя тем самым только на подхвате у этих хозяев по заданным программам, ничего не требуя взамен.
  Что же касается человека, то каждое индивидуальное сознание в рамках самосознания через человека и человеческие сообщества должно само разобраться в вещах, постигая их сущности на соответствующих уровнях познания в зависимости от условий. Это и есть главная задача сознания в человеке, которую оно решает в бытии, а не просто жизнь, которая дается сознанию в любом живом. В решении этой задачи в условиях сопротивляющейся среды, то есть в жизни, каждое индивидуальное сознание в человеке получает или нет собственное развитие, повышая свой статус в собственных глазах в своем бесконечном изменении, меняя условия собственного существования.
  И в этом процессе без неудовлетворенности самосознания собой и окружающим не обойтись, тем более что у неё имеются средства, с помощью которых человек в своем самосознании способен находить себя в мире в поисках истины и даже пытаться отыскать гармонию в жизни, что опять же способствует развитию его самосознания.
  Эти средства всем известны - это воля, интерес, высокий интеллект, абстрактное и образное мышление (воображение), креативность как способность к поиску неочевидного решения возникающих задач, собственная память и базы данных, накопленные человечеством за обозримое время, и соответствующий опыт.
  Конечно, определять их можно по-разному, но итогом работы этих средств проявления неудовлетворенности самосознания человека является развитие его самосознания, что мы и наблюдаем воочию, имея возможность сопоставить людей различных исторических эпох - от неолита, с ужасающей дикостью людей, при случае пожирающих побежденных противников, до стадии возникновения интернета, когда люди разных наций знакомятся, вполне понимая и уважая друг друга, несмотря на расстояния и принадлежность к разным народам.
  ***
  Основополагающее значение ощущений, а не разума, подтверждается также и тем, что именно в соответствии с отношением к ним народонаселение расслаивается по трем активным и одной пассивной группам.
  Активные страты представлены властными структурами и прочими "руководителями" (элита); неформалами-интеллектуалами, составляющими оппозицию власть предержащим, а также креативными персонами
  Четвертая основная страта состоит из индивидов, ведущих себя в значительной мере пассивно. Поэтому они именуются обывателями, составляя, однако, в отличие от активных страт, подавляющую часть населения.
  Остальные представители народонаселения, как-то: деловые люди (бизнесмены, банкиры); управленцы и экономисты; представители силовых структур; а также представители криминалитета разного рода частично или полностью подпадают под указанные выше категории населения.
  Все эти люди действуют большей частью сознательно, решая свои проблемы, а также задачи общего плана в той или иной мере.
  Естественно, они обдумывают свои решения. Но что их подталкивает к принятию этих решений?
  Поскольку каждый человек на самом деле полу-примат, постольку он, как и они, вынужден прежде всего решать задачи собственного прокормления, размножения и устройства своего положения в сообществе, а не какие-то иные.
  От успешности решения этих задач зависит степень получения им приятных ощущений. Поэтому любой человек, как правило, в той или иной мере не удовлетворяется тем, что у него есть, желая улучшить качество еды, комфорта и размножения, а также не отказывается от доминирования хотя бы и в узком кругу, например, семейном.
  Однако всё самое приятное, вместе с тем не может не быть самым редким и трудно достижимым.
  Поэтому все люди по отношению к обретению этих, в сущности, животных прелестей, которые являются вершиной приятного от еды, размножения и доминантности, распределяются следующим образом.
  Поскольку психотипы людей лежат в очень широком диапазоне, как и их способности, сила воли, особенности ума, и, стало быть, стремлений к тому или другому, что дает жизнь, постольку среди населения всегда находятся субъекты с несколько более высоким уровнем неудовлетворенности имеющимся животной составляющей собственного сознания, которая способна вызвать у них стремление к доминированию среди себе подобных.
  Успешная реализация подобного стремления автоматически дает им возможность приобщиться к вкусной еде, общению с привлекательными самками и приятному ощущению власти над более или менее узким кругом подчиненных.
  Всё остальное для таких субъектов, а именно: культура, образование, стремление к высшим ценностям человеческого общежития, благо собственного народа и т. п., интересует в гораздо меньшей степени. То есть им в наибольшей мере присущ типично животный эгоцентризм, часто сочетающийся с неплохим умом, волей, уверенностью в себе и коммуникабельностью.
  Однако, ради получения самых приятных ощущений, чего они осознанно или нет добиваются, полагая в уме, что именно они достойны занимать ведущее место в обществе, иначе его получат, по их мнению, недостойные того, подобным субъектам волей-неволей приходится волей-неволей, хотя и достаточно скрытно, отвергнуть устоявшуюся общественную мораль, так как пробиться наверх удается не только, а часто и не столько высокими умственными способностями, но и приходится прибегать к лизоблюдству, беспринципности, хитрости и коварству.
  Добившись более или менее значимого поста, они, как правило, ведут себя безответственно и воровато, стараясь протолкнуть проекты, выгодные для себя, а также они могут наслаждаться унижением нижестоящих, но вместе с тем им приходится терпеть издевки вышестоящих.
  Личность их существенно обужена, так как альтруизм, то есть такие его черты, как доброта, дружелюбие, сопереживание, сочувствие, милосердие, выражающие в бескорыстной заботе о других, им практически не свойственны.
  Возможный недостаток ума они компенсируют привлечением многочисленных советников, но, поскольку решения в итоге приходится принимать им, постольку они, как истинные творцы собственного счастья, сначала рассматривают их с позиции личного (корпоративного), а не народного блага с креном в сторону удержания власти, обретения большей степени собственного доминирования и приобретения всевозможных благ.
  То есть, как это ни удручающе выглядит для гуманных умов, во главе всё равно чего всегда распоряжаются субъекты с преобладанием свойств приматов, поскольку их более всего интересует получение приятных ощущений того же свойства, что и этих высших млекопитающих.
  Иначе говоря, эти субъекты преимущественно являются рабами ощущений, стараясь приспособиться к окружающей среде только для того, чтобы обеспечить себе наилучшее качество ощущений, в том числе и ощущение превосходства над соседями.
  От своих предков - приматов - они унаследовали, несмотря на все существенные изменения, отличающие приматов от человека, столь естественный эгоцентризм, что стремление к самым приятным ощущениям довлеет над ними, сводя все остальное в их действиях лишь к средствам для достижения самого приятного несмотря ни на что. То есть неудовлетворенность их животной формы сознания несоразмерно превосходит неудовлетворенность их самосознания степенью общественного благосостояния.
  ***
  Однако каждый человек, являясь полу-приматом, обладает и той половиной, которая за несколько миллионов его развития привела к появлению персон, довольно далеко отдалившихся от своей животной сущности.
  Появление у человека ощущения того, что он находится во времени, которое можно использовать для собственного развития, а значит и для существенного улучшения того же питания, а затем и для украшения собственного существования, осознанно меняя окружающее и получая от этого, опять же, множество других приятных, ощущения, созерцая, например, красоту мира и пытаясь создать нечто подобное ей, а также изобретая орудия труда, которые существенно облегчают его.
  При наличии высшего сознание (самосознания, характерного альтруизмом) в живом существе, оно как бы прозревает, становясь не столько "влитым" в среду, сколько отделенным от нее, и, стало быть, оно обретает возможность посмотреть на нее и на себя со стороны, оценить это соотношение в попытках осознанно ставить себе цели в виду тех или иных недостатков в собственном существовании, которые, по мнению этого существа, можно было бы преодолеть, и добиваться осуществления поставленных целей в определенных действиях.
  Всё это явно выпадает из инстинктивно-рефлекторной сферы действия животной составляющей сознания, и даже начинает противоречить ей, поскольку высшее сознание часто пренебрегает утилитарными соображениями, гоняясь за чем-то недостижимым, но любезным сердцу и уму.
  Этими наиболее альтруистичными персонами являются неравнодушные люди умственного труда, интеллектуалы разного рода, а также сравнительно немногочисленные представители остального населения, сумевших так или иначе подняться в своем самосознании до того уровня, который диктует им отвращение к аморальному и корыстному поведению властной элиты.
  Наиболее приятное для себя они видят не в изысканной еде, не в обладании прелестными девами и власти над людьми, а в помощи слабым, униженным и угнетенным с установлением в будущем строя, где всем в равной степени будет приятно жить.
  Иначе говоря, неудовлетворенность этих всегда оппозиционных властям персон устремлена к установлению всеобщей справедливости, а значит, и возможности получения всеми приятных ощущений в равной степени.
  Эти утописты питают надежду на переустройства общества в сторону гармонии, то есть равенства, братства и вместе с тем свободы, не понимая, что свобода всегда противостоит равенству, справедливости, разрушая любую стабильность. Но эта надежда на гармоничное мироустройство не может исчезнуть в их благостном сознании никогда: они, как истинные гуманисты, не способны поверить, что ужасы нашего мира не могут перейти в благоденствие каждого человека и всего человечества в конце концов.
  Неформально-оппозиционная часть интеллектуалов, к которым можно отнести разнообразных образованных выходцев из народа в том или ином поколении, - активных, честных, искренне желающих блага народу, то есть с доминантой высшего сознания, выражающейся в высокой степени альтруизма их личностей, никогда не примыкали и не примкнут к лицемерной и корыстолюбивой управляющей элите государства, тем более что именно им свойственно чувство собственного достоинства, не позволяющее угождать вышестоящим.
  Другими словами, совершать подлые поступки им не позволяет уже достигнутый уровень высшего сознания (самосознания), отсутствующего у приматов, выражающийся в альтруизме их личности, ставящий материальные блага на последнее место в ряду ценностей жизни. Поэтому они всегда будут разоблачать нечистоплотных, лицемерных и вороватых власть имущих, бороться за права и гражданские свободы трудящихся, как можно более широко вовлекая их в эту борьбу.
  ***
  Если, как это было показано выше, в сознании представителей управляющего, и значит, автоматически элитарного слоя населения, обнаруживается значительный крен в сторону животной составляющей сознания, унаследованной от приматов, с его всегда неудовлетворенной страстью к получению самых приятных ощущений, а в сознании оппозиционеров этим эгоцентристам проявляется столь же ощутимый крен в сторону альтруистичной части самосознания, склоняющих их к сугубо утопическим проектам установления всеобщей справедливости, то есть получение приятных ощущений для всех, а не для избранных, оптимальное соотношение обеих составляющих сознания можно найти в, так называемых, творческих людях, или креативных персонах.
  Им совершенно естественным образом, чему также способствует по рождению соответствующая структура мозга, удается наиболее гармонично сочетать в своем сознании эгоцентризм и альтруизм.
  Природный эгоцентризм их животной формы сознания с ее неудовлетворенностью, выражающейся в стремлении к неизбывному получению приятных ощущений, сосуществует в их самосознании с неудовлетворенностью несовершенством собственного окружения, которое следовало бы изменить в лучшую сторону подручными средствами.
  То есть их эгоизм и альтруизм почти уравновешиваются, но всё же, с некоторым преимуществом личных интересов. Тем не менее, это в значительной мере меняет стремление единственно к приятным ощущениям, характерным для приматов (еда, размножение, доминантность), гораздо более в сторону приятных ощущений, связанных с открытием загадочного нового, никем еще не постигнутого, но которое можно попытаться сотворить собственным умом и руками.
  К тому же, этим открытием можно не только гордиться, но и, как правило, использовать его для улучшения качества жизни всех остальных людей, становясь в глазах этих людей подобным в некотором отношении богу, сотворившему всё неизвестно из чего.
  Иначе говоря, в социуме благодаря указанному сочетанию особенностей сознания находятся индивиды, всегда переполненные глубинным чувством неудовлетворенности по отношению к окружающей их среде, которое приходит к ним от животной составляющей сознания в его стремлении к созданию больших удобств для собственного существования вследствие изначального эгоцентризма животной составляющей сознания. Однако это чувство сочетается с альтруизмом их самосознания, неудовлетворенность которого недостаточным общественным комфортом, развитием науки и культуры, достигая высокой степени, требует распространить достижения цивилизации и культуры на всех.
  Но доминируют при этом свойства индивидуальности каждого, определяющиеся животной составляющей сознанием, поскольку активность этих индивидов проявляется большей частью инстинктивно, без особых размышлений, давая, тем не менее, наиболее творчески активные персоны из всех живущих.
  То есть отмеченное сочетание особенностей индивидуальности (эгоцентризм) и личности (альтруизм) отдельных персон, хотя и не всегда связанное непосредственно с наличием талантов, неизменно влечет их к творческой деятельности. Поэтому она не так уж часто дает позитивный результат, то есть изобретение новых более эффективных устройств, открытие новых закономерностей, кардинальное улучшение систем жизнеобеспечения, а также создание высоких образцов культуры.
  Однако креативные персоны - это именно та сравнительно небольшая группа населения, которая обеспечивает ускоренное развитие технологической цивилизации в условиях частнособственнических отношений.
  ***
  Увы, активность всегда требует энергии, настойчивости, трудолюбия и многих других качеств, которые обнаруживаются отнюдь не у всех.
  Поэтому указанное выше сочетание особенностей, присущих этим трем слоям населения любой страны, встречается статистически не так часто, как та особенность сознания, которая характерна для большей части населения, а именно: сравнительно слабый уровень неудовлетворенности животной составляющей сознания представителей этого большинства, хотя и не выражающийся в отказе этих людей от получения приятных ощущений, но он не позволяет им владеть великими страстями, упорно бороться за свои права, желать глобальных перемен или стремиться к познанию всех тайн мира.
  Эти, не более чем обыватели, всего лишь желают спокойной беспроблемной жизни не без некоторой приятности, резонно полагая, что лучшее враг хорошего.
  Что же касается неудовлетворенности их самосознания, то она не выходит за рамки альтруизма собственного узкого круга в стремлении обеспечить приятное именно для него.
  Отметим также, что в число этих в значительной степени пассивных в своих действия индивидов, именуемых поэтому обывателями, попадают не только те, которые, слабы умом и волей, но и те, которые в силу обстоятельств или по рождению оказались в низших классах или отсталых сообществах без возможности получить образование и, стало быть, интересную работу, поднявшись к высотам науки, технологий и культуры.
  Как бы то ни было, но приходится констатировать, что этот слой населения вынужден ориентироваться в основном на собственный рассудок и опыт: занятые собой и собственным благополучием или просто стремлением выжить, они не стремятся ни к "высоким", ни к "низким" целям, ограничиваясь желанием беспроблемной и сытой жизни, в которой неприятности желательно видеть только на экране монитора. Обыватели не испытывают стремления к новому за счет собственных усилий, добиваясь более комфортного существования с позиции простого приобретения и потребления ее благ.
  Такая "растительная" жизнь, к которой они быстро привыкают, отчасти напоминает существование животных, которые, как известно, озабочены только проблемами питания, размножения и достижения, желательно, большего комфорта.
  Поэтому они напоминают стадо травоядных, которое спокойно пасется, если его особенно не тревожить.
  Таким образом, отсутствие стремлений к беспокойной жизни, как правило, обусловливается сравнительно низким уровнем неудовлетворенности их сознания в обеих его составляющих как собой, так и окружающим, следствием чего является нежелание использовать свой ум, если даже он сравнительно неплох, слабая чувствительность в отношении к чужим неприятностям и бедам, недостаточная впечатлительность, решительность, общительность, любопытство, а также доминантность.
  Тем не менее, именно эта основная масса населения есть та почва, из которой произрастают представители властной, интеллектуально-оппозиционной и творческой страт случайно или благодаря тем или иным умениям, способностям, сильной воле, то есть индивидуальным перекосам в сознании этих пассивных в своей массе индивидов.
  Таковы по отношению к получению приятных ощущений в своем широком диапазоне и, стало быть, в ощущении мира в целом, эти четыре основных слоя населения любой страны, состоящие соответственно из активных персон в рамках управляющей и владеющей собственностью элиты; неформальной оппозиции ей; совокупности творческих персон; и пассивного населения - обывателей.
  Одни активисты пытаются всем владеть и руководить; другие считают, что надо всем предоставить возможность приобщения к приятным ощущениям в равной степени; третьи, стремясь к созданию удобств для собственного существования, вместе тем распространяют свои достижения и открытия на всех; а четвертые, ограничиваются только заботой о собственном выживании, достигая приятных ощущений лишь одним потреблением, и не стремясь к большему.
  ***
  Если подойти к проблеме субъективных переживаний, особенно характерных для человека, названной Д. Чалмерсом "трудной проблемой сознания" [3], и состоящей в поиске ответа на вопрос: почему и как физические процессы в мозгу сопровождаются субъективными переживаниями, то она не может быть решена без обращения к процедуре восприятия и обработки сигналов, поступающих в органы чувств и дальнейшей их обработке в соответствующем центре любого живого существа (мозг для человека) в ее сопоставлении с аналогичным процессом получения и обработки информации искусственным интеллектом.
  В ходе этого анализа можно выявить следующее.
  Сами по себе ощущения и их последующая обработка в организме по сравнению с восприятием информации сенсорами искусственного интеллекта и обработки ее соответствующим центром имеют иную природу, существенно отличающуюся от характерных для искусственного интеллекта. электрофизических процессов, переводящих информацию в цифровое поле,
  Главный центр искусственного интеллекта, своего рода его мозг - это контроллер, управляющий другими устройствами и системами. Он следит за их состоянием и регулирует их работу по заданным алгоритмам.
  То есть искусственный интеллект переводит сигналы от собственных сенсоров в двоичный код, или в цифровую среду, доводя итоги своего анализа поступающей информации до потребителя в виде понятных для него символов, например, в словесной форме, тогда как любое живое существо, а не только человек, вынуждено представлять окружающую среду, в которой оно самостоятельно действует, не в виде символов, а предметно для собственного понимания, например, представляя колебания одной частоты в качестве тепла, другой частоты как свет, третьей как звук и т. д., оказываясь тем самым в среде, которая дает живому существу, в том числе и человеку, жизнь.
  Эффективность искусственного интеллекта в решении в решении самых разных задач определяется, по сравнению с человеческим мозгом, его намного более высоким быстродействием, сочетающимся со способностью обрабатывать громадный массив материалов практически по любым направлениям науки, техники и даже искусства.
  Однако искусственный интеллект не самостоятелен в своих действиях, работая по заложенным в него программам, и он не заинтересован в собственном существовании, поскольку нацелен извне только на решение поставленных задач, и, к тому же, у него нет чувства жизни. - он всего лишь хорошо организованная вещь (железо), действующая по заданным алгоритмам, не отличаясь, во существу, в этом отношении от своего прародителя - счетной машинки, то есть он находится в поле в поле чистой физики.
  В отличие от искусственного интеллекта, живые существа вынуждены прежде всего решать как раз задачу сохранения и улучшения собственного существования на основе сложных химико-биологических процессов, протекающих в каждой клетке, которые в итоге представляются им ощущениями, а они, в свою очередь, дают пищу для ума.
  Живые существа всеми способами стараются сохранить себя в пространстве ощущений, поскольку лишь ощущения дают им чувство жизни, являясь приятными или нет. Поэтому живые существа, стремясь к наиболее приятным ощущениям, всеми силами борются, как минимум, за сохранение ощущений.
  Иначе говоря, живые существа осознают факт своего существования с помощью преобразования произвольно меняющихся внешних и внутренних информационных воздействий и сигналов в ощущения, которые являются продуктом автоматического раскодирования данных частотного типа, поступающих в их органы чувств, и они получают возможность отыскивать наиболее приятные ощущения и уклоняться от неприятных или гибельных ощущений, то есть переживая их и соображая, как это сделать в этом процессе приспособления к окружающей среде, который и есть поле существования для них.
  Естественно, для них этот процесс адаптации к среде, а затем - в человеке - и осознанное воздействие на среду в своих целях и интересах является сугубо индивидуальным и сопровождается субъективными переживаниями - более или менее сложными и насыщенными в зависимости от степени их развития, например, в виде радости от победы над противником или сожаления от собственного одряхления или ощущения запаха самки, стимулирующего самцов в определенное время к размножению, накапливая соответствующий жизненный опыт, чего просто не может быть у искусственного интеллекта, но дано живым существам через ощущения, которые и есть главный признак проникновения в них сознания, тогда как мышление, являющееся в основном процессом обработки информации, вполне может быть несамостоятельным, например, если этот процесс происходит в цифровой среде при функционировании искусственного интеллекта.
  На подобного рода функционирование в окружающей среде способны только существа на основе органики клеточной структуры с геномом (белковым носителем программы роста и развития) в каждой клетке, в которых все процессы в нервной системе, включая мозг носят не электрофизический, а электрохимический характер.
  Благодаря этому фактору, процессы, протекающие, в частности, в мозгу человека на клеточном уровне, сопровождаются переживаниями, которые могут быть разными для каждого человека.
  Если обработка информации искусственным интеллектом никак не соотносится с его переживаниями, которых у него быть не может из-за отсутствия стремления любыми способами удержаться в существовании, и он занимается вводом, хранением, обработкой и выводом данных по заданным ему программам в виде двоичного кода (0 и 1) с использованием довольно простых и быстротекущих электрофизических процессов, то мозг человека проводит сигналы сравнительно медленно - электрохимически - через нейромедиаторы в стыках между нейронами - синапсах, причем каждый из 86 миллиардов нейронов имеет до миллиона синаптических связей.
  За миллиарды лет эволюции центра обработки частотных сигналов, поступающих от органов чувств, мозг человека всё более совершенствовался в отношении не только удержания организма в жизненном цикле, но и доставления ему различного рода ощущений, разнообразящих его жизнь, которые, в частности, человек осознает в наиболее полном объеме в виде переживаний вследствие неустойчивости синапсов (связей).
  Подобная произвольность образования и разрушения триллионов синапсов способна адекватно отражать более не быстродействие, а тонкость и изощренность всех многообразных связей между людьми, которые непрерывно меняются, то есть работа мозга практически идеально соответствует этим изменениям.
  Иначе говоря, программы роста, метаболизма, репродукции и развития, имеющиеся в каждой клетке организма (геном), не оказываются непреодолимым препятствием для достаточно произвольных действий человека, основой которых является структура и свойства его мозга.
  То есть электрохимический способ проведения и обработки сигналов в мозгу от органов чувств человека обеспечил, в отличие от электрофизического проведения и обработки сигналов, характерных для искусственного интеллекта, как тонкую чувствительность, так и возможность проявления креативности, тогда как искусственный интеллект лишен и того, и другого.
  И эта граница между ним, несмотря на надежды ученых искусственно объединить их в одно целое, непреодолима не только из-за указанной выше коренной разницы задач, решаемых ими, но и вследствие чисто технических проблем - несовместимости сверхтонких энергетических и физиологических процессов, происходящих в живых существах с электрофизическими процессами, протекающих в процессе функционирования искусственного интеллекта.
  Интересно также, что человек, являющийся чувствующим и осознанно мыслящим орудием единого сознания голограммы [4], на пике развития технологической цивилизации [5], безотчетно попытался сделать для себя подобное орудие в виде искусственного интеллекта, предполагая, что совместно с ним он станет владыкой мироздания в процессе развития этого объединенного разума.
  Однако, произведя бездушную, но эффективную машину для извлечения пользы буквально из всего, человек оказался замещенным более эффективным по производительности искусственным интеллектом, выпав тем самым из процесса развития собственного сознания, которое возможно только в процессе трудовых усилий, креативных в значительной степени.
  К тому же, всё возрастающий объем информация, предоставляемой ему искусственным интеллектом, захлестнул его мозг, уже не способный справиться с этим информационным потоком.
  Результат нетрудно предугадать: началась деградация человека, стали нарастать технологические и хозяйственные сбои и, соответственно, взаимозависимая система цивилизации оказалась перед угрозой распада.
  Библиография
  1. Гоббс Т. Избранные произведения. Т. 2. М., 1964.
  2. Р. Декарт. Начала философии". Раздел "Об основах человеческого познания". Антология мировой философии". Том 2. С. 239. "Мысль". Москва. 1970.
  3. Chalmers D. J. Moving Forward on the Problem of Consciousness. Journal of Consciousness Studies Imprint Academic, 1997. Vol. 4, No 1/ P 3-46.
  4. Низовцев Ю. М. Мироздание - голограмма в основе или матрица (критический обзор)? 2024. Сборник "Мироздание как единство вечности во времени и ничто вне времени". Глава 10. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru.
  5. Низовцев Ю. М. О соотношении сознания и технологий. Журнал "Топос". РФ. 24.08.2025.
  Часть 19. Об индивидуализме и коллективизме в виду нынешнего кризиса.
  До сих пор ведутся непрекращающиеся споры о том, что приоритетно - личность или государство. Оппоненты, пытающиеся доказать справедливость собственного мнения на практике в настоящее время, указывают соответственно на страны Запада и Китай. На самом деле спор этот не более чем схоластичен, поскольку не затрагивает глубинных основ ни личности, ни государства. Непонимание этих основ привело бурно развивавшуюся последние несколько столетий Европу к стагнации и упадку, а Китай, который в течение тысячелетий "варился в собственном соку", привел к колонизации Западом, а его нынешний подъем был достигнут, опять же, за счет технологий и научных достижений Запада.
  Мировой кризис, в который ныне погрузилась цивилизация, вполне может быть последним для нее, отличаясь от всех прошлых кризисов тем, что возможности экстенсивного развития капитализма уже исчерпаны и по ресурсам, и по финансам, и по идеологии, что отлично просматривается на практике действий элит ведущих стран мира, часть которых можно назвать безрассудными, так как они ведут к военной конфронтации глобального и бесперспективного относительно выживания уровня, а другую часть, стоит назвать шкурными, поскольку эта элита надеется на выживание и стабильное существование за счет фактического порабощения народов на основании использования искусственного интеллекта соответственно Западом в своем регионе, а Китаем - в своем, то есть вне всякого развития.
  Этот процесс распада цивилизации неизбежен и естественен в силу конечности любой развивающейся структуры, исчерпавшей средства для продолжения собственного развития.
  Однако, имеет смысл найти объяснение этому разложению цивилизации, и попытаться на этой основе отыскать возможность более-менее мирного перехода многочисленных народов планеты на иной путь функционирования цивилизации - если и не к бурному развитию, то, хотя бы, к сохранению сравнительно комфортного существования народов без полной потери технологий, например, с заменой государств на сравнительно мелкие ячейки-домены, связанные друг с другом как горизонтально, так и вертикально в производстве и торговле, если, конечно, не удастся найти выход из этого кризиса с сохранением развития цивилизации в иной форме, что весьма проблематично.
  Надо сказать, что отмеченные выше способы обеспечения комфортного процветания отдельных элит по-прежнему за счет уничтожения значительной части населения и превращения остального населения в обслуживающий персонал в сочетании с искусственным интеллектом, есть не более чем химера, что безусловно приведет к очень быстрой и полной деградации всего оставшегося населения и окончательной гибели цивилизации с впадением уцелевших в дикость.
  Крайние идейные позиции в отношении обеспечения существования постиндустриального общества, то есть разрешения текущего кризиса, занимают идеологи Запада и Китая.
  Первые, озабоченные сохранением прежде всего элит, упирают на первостепенную роль личности в истории, вторые, полагая "Срединную империю" тем единственным стержнем цивилизации, на котором она только и может удержаться - на первостепенную роль государства, сходясь, правда, в том, что, как минимум, все остальное население за пределами Запада и Китая необходимо существенно сократить, а оставшихся поработить, сделав ставку на искусственный интеллект.
  Поскольку эти крайние подходы ведут к довольно быстрому исчезновению цивилизации в силу непременной и быстрой деградации как разложившихся в бездействии элит, так и полностью оболваненных остатков населения, постольку сначала имеет смысл выяснить, что лежит в глубинной основе этих позиций, ведущих к неизбежному распаду цивилизации, а затем попытаться, проанализировав эту основу, и, возможно, найти ту "золотую середину", которая окажется способной продлить существование цивилизации с возможностью дальнейшего развития какое-то время, либо - перевести технологическую цивилизацию в равновесно-экологическую, вполне жизнеспособную для более-менее комфортного существования сравнительно немногочисленного населения длительное время в равновесии с природой без развития технологий.
  ***
  Так из какой же ложной предпосылки взялась, кажущаяся на первый взгляд столь естественной, радужной и даже закономерной, теория о первостепенной роли личности в истории, которая к настоящему времени свелась к совершенно пещерному взгляду элит на всех остальных как на быдло, которое не жалко ликвидировать ради собственного сохранения?
  Если обратиться к началу нынешней цивилизации, то в умах людей перед таинственными и превосходящими их силы возможностями природы царило сознание того, что ими управляют некие силы через собственных представителей в лице правителей, жрецов или героев.
  На стадии рабовладения эти мифологические представления о потусторонних вершителях судеб людей дополнились соображениями о возможности существенного влияния отдельных представителей человеческого рода на изменения жизни сообществ, к которым уже остальные граждане относили наиболее энергичных и самодеятельных персон, хорошо знакомых им.
  Однако в эпоху средневековья место этих граждан-личностей заняли в основном монархи и приближенные к ним, которые, якобы, движимые божественным промыслом, знали, куда надо идти обществу.
  В дальнейшем именно это представление трансформировалось в атеистическом обществе в свою противоположность - признание ведущей роли в истории личностей.
  С приходом капитализма с его формальным уравниванием прав личностей и уничтожением сословий, ведущая роль личности в истории вполне естественно сместилась с властителей на простых смертных, отличавшихся, тем не менее, героическим складом духа, который позволял им активно и эффективно противодействовать захватчикам и защищать народ от угнетателей.
  Этот героический склад духа британский писатель, историк и философ Томас Карлейль отнес к интеллектуальности. На этом основании он стал проповедовать культ героев: "... всемирная история, история того, что человек совершил в этом мире, есть, по моему разумению, в сущности, история великих людей, потрудившихся здесь, на земле. Они, эти великие люди, были вождями человечества, воспитателями, образцами и, в широком смысле, творцами всего того, что вся масса людей вообще стремилась осуществить то, чего она хотела достигнуть. Всё, содеянное в этом мире, представляет, в сущности, внешний материальный результат, практическую реализацию и воплощение мыслей, принадлежавших великим людям, посланным в наш мир" [1, с. 7].
  Развивая свои идеи о роли героев в изменении мира в историческом плане на основе интеллектуализма, Карлейль, опять же, вполне естественно для себя, утверждает, что с повышением интеллектуального уровня, то есть воспитанием и образованием на примерах великих людей, можно любого человека сделать героем: "Полный мир героев вместо целого мира глупцов... - вот чего мы добиваемся! Мы со своей стороны отбросим всё низкое и лживое; тогда мы можем надеяться, что нами будет управлять благородство и правда, но не раньше... Ты и я, друг мой, можем в этом отменно глупом свете быть, каждый из нас, не глупцом, а героем, если захотим" [2, с. 38-39].
  Таким образом, Карлейль, объединяя героев с вождями и пророками, полагает, что миром управляют именно они, а массы часто лишь орудие в их руках.
  Удивительно, но факт, то, что Карлейль не заметил или не захотел заметить принадлежность к власти отнюдь не героев и пророков, а всего лишь дорвавшихся до нее энергичных, неглупых и безнравственных проходимцев.
  Однако, как известно из истории, герои и пророки на деле не стремятся управлять миром - они всего лишь эпизодически пытаются соответственно спасти его от последствий ошибок или глупости правителей или направить на путь, который кажется им истинным, а не властвовать или управлять.
  В сущности, никакая личность, даже гениальная, не в состоянии знать знак судьбы, то есть точно знать, что лучше и что хуже для мира или страны.
  Дело в том, что в процессе поиска и обнаружения решения проблемы, которое может показаться абсолютно верным, всегда происходит не вполне адекватное толкование поступающих данных - часто противоречивых - из поступающих информационных потоков, тем более что возможности человека в полном охвате этих потоков и выборе из них нужной информации крайне ограничены как его воспитанием, образованием, объемом знаний, умением пользоваться последними, памятью, традициями, заблуждениями среды вокруг него, религией, так и способностью быстро соображать и принимать адекватные решения.
  Поэтому изменения, внесенные в историю действиями некоей личности, часто удивляют саму эту личность тем, что она предполагала совсем иное. А это означает неполноту контроля собственных действий человеком, в которые, стало быть, вмешиваются какие-то иные силы - более значимые, хотя со стороны эти силы могут представляться самой личностью.
  Но, в конечном счете, нами, и не только нами, а всеми живыми существами, управляет часто неосознанная неудовлетворенность существующим, всегда желающая лучшего, но не знающая это лучшее наверняка и, тем более, не ведающая верных путей достижение того или иного блага [см., напр., 3], тогда как воздействие личностей или каких-то групп населения на ход истории оказывается только внешним в любом отношении и зависит более не от достоинств личности или эффективности групп, а от места, времени и состояния конкретного сообщества, которые, в свою очередь, определяются не чем иным, как действиями тех страт населения, которые имеют возможность проявить себя в создании исторического процесса, а сами по себе действия и личностей, и групп имеют только одну первоначальную причину - взаимодействие обеих форм сознания человека - природного сознания и самосознания, от уровня которых зависит всё остальное, на основе неудовлетворенности этих форм человеческого сознания.
  Например, рабовладельческий античный мир в лице наиболее ярких его представителей сумел разработать как основы законодательства и демократической системы управления, так и непревзойденные образцы культуры и искусства, но остался бесплоден в отношении развития технологий, которые оказались ненужным из-за дешевизны рабского труда.
  Стало быть, в данном случае время, место и условия не соответствовали проявлению ученой и инженерной мысли, а первопричина этого обстоятельства заключается в низком уровне самосознания даже ведущей и свободной части общества в его альтруистической составляющей, не развившейся до позиции отрицания рабского состояния.
  Сущность любой управляющей элиты общества сводится к превалированию для ее членов именно природной формы их сознания с его эгоцентричностью в противовес альтруизму самосознания, находящемуся в зачаточном состоянии, поскольку он является помехой попаданию в элиту и, тем более, удержанию в ней.
  Подобный эгоцентризм с необходимостью провоцирует склонность элит к преувеличению роли выдающихся личностей в истории, которыми они, естественно, считают самих себя, полагая, что без них история пресечется.
  Поэтому в эпоху нынешнего кризиса эти элиты вполне резонно для себя полагают самым важным сохранение самих себя, а остальное, по их мнению, приложится, то есть эти элиты, считая свои личности главным двигателем истории, заботятся более о своем сохранении, а не о поиске иной конфигурации цивилизации.
  Ведущей частью этих властных элит мира, как известно, являются элиты Запада, включая наднациональную элиту, хотя и клонящегося к распаду, но пока еще не готовому сложить полномочия власти над миром,
  Наилучший способ самосохранения и процветания эти элиты, видя крушение капитализма, но не желая утратить свое политическое и экономическое превосходство, находят в устранении частнособственнических отношений.
  Действительно, капиталистический способ производства, автоматически настроенный на рост сбыта продукции, при достижении предела этого сбыта терпит крах, поскольку теряет стимул для развития.
  Образующийся застой приводит властную элиту к идее преобразования общества в форму, удобную для сохранения власти этой элиты и всех связанных с ней преимуществ.
  Нынешняя, в сущности, наднациональная властная элита, воображая себя интеллектуальной, желает принудительно поставить население под свой контроль, оцифровав население, дискредитировать семью, постепенно ликвидировав ее, и лишить население собственности. Она предполагает выдавать ему те или иные блага в зависимости от поведения конкретных индивидов, которое эта элита считает правильным, вплоть до селекции этого населения, численность которого должна быть сведена до нескольких сотен миллионов.
  То есть эта "элита" вполне естественно для себя собирается сократить население во много раз для уменьшения потребления населением оставшихся ресурсов планеты, и основным способом этого сокращения может стать, например, стерилизация населения с помощью медицинских препаратов под предлогом спасения его от якобы смертельных болезней, а оставшуюся часть населения предполагается оцифровать с помощью современных компьютерных технологий, поставив каждого ее члена под контроль для диктовки ему подходящего для себя поведения, тем более что основную работу будет выполнять не население, а искусственный интеллект.
  И всемерную помощь в этом проекте фактического геноцида населения с превращением его остатков в безгласых и бездумных рабов для удовлетворения недостойных потребностей упырей во власти, считающих, что они сохранят свою власть внедрением подобной глупости, сводящей все достижения человечества и ее культуру к нулю, оказывает наука, предоставляющая специалистов и технику для уничтожения основной массы населения и приведения оставшейся части в послушных болванов, разделенных на своего рода касты в зависимости от степени послушания.
  В этом случае, выгодном, как это кажется на первый взгляд, для властной элиты, люди превращаются в стадо, которое эта элита пасет ради получения для себя определенных продуктов от этого стада, не давая ему воли во избежание собственного уничтожения.
  Естественно, подобное искусственное образование будет крайне быстро деградировать во всех своих частях, поскольку теряет способность получать обновление в виде тех или иных инноваций как в технологической, так и в культурной сферах, тем более что это посткапиталистическое общество предполагает паразитировать на искусственном интеллекте, который, по их мнению, заместит человеческий интеллект, не подозревая, что тем самым будет устранен творческий потенциал человека, лишив общество прогресса.
  Кажется, что этому неадекватному подходу западных элит противостоит появившийся недавно по названию и флагу коммунистический Китай.
  Действительно, в отличие от индивидуалистичных правящих элит Запада, властные элиты Китая стоят на позиции коллективизма, который является для них естественным в силу развития сообщества китайцев в иных условиях, нежели европейцы.
  Сравнивая китайцев и европейцев в отношении к населению остального мира, следует прежде всего отметить, как это на первый взгляд ни парадоксально, что наиболее продвинутые государства мира, в культурном и технологическом отношениях, а именно: страны Европы и США, являются и самыми агрессивными, жестокими и кичащимися своим превосходством в отношении остальных, используя их в своих целях и интересах угрозами, посулами, обманом и прямыми агрессивными действиями.
  Очевидно, что подобная агрессивность стран не пришла со стороны, а заложена в их сознании, которое ориентировано на агрессивность и обман, как на самые эффективные методы подчинения и с использования других народов в своих интересах, как это происходит и в дикой природе.
  Стало быть, неудовлетворенность их природного сознания, унаследованного, от диких степных народностей, и нацеленная на агрессивность, которая сохранилась и удерживается в них до сих пор, судя по их жестокосердию и нежеланию считаться с традициями и мнениями иных народов планеты, доминирует над альтруистичностью самосознания сообществ Запада, несмотря на их продвинутость в образовании и технологиях [4].
  Поэтому подавляющее большинство населения этих стран не протестует, а фактически одобряет столь непрерывные и хищнические действия своих элит, использующих силу и обман, что дает им вследствие ограбления остальных стран мира более высоких уровень жизни в плане потребления различных благ
  Однако, властные элиты стран Запада, отличаются от хищников дикой природы не только коварством и склонностью к использованию всех остальных для собственного блага, но и глупостью, полагая, что сумеют сохраниться и прекрасным образом жить-поживать по-прежнему с устранением частной собственности и использованием искусственного интеллекта, а также еще не вымершими остатками прочей человеческой популяции.
  Преобладание в сознании населения стран Запада эгоцентризма природного сознания в сочетании с появившимся в этих странах еще в XV веке протестантизма с его признанием труда не повинностью, а благом, с одной стороны, привело к своего рода резонансу реформированного христианства и креативных умов, содержащих в потенции технологическую культуру, вызвав тем самым промышленную революцию в странах Запада, и доминирование их над остальным миром вследствие технического, научного, и отчасти, культурного превосходства [см., напр., 5], а, с другой стороны, в значительной степени, естественное превалирование жесткого и хищнического эгоцентризма природного сознания над альтруизмом самосознания привело мир Запада к ориентированию его населения на индивидуализм в форме разумного эгоизма и прагматизма.
  Еще в XVII веке известный английский философ Гоббс, один из основателей теории общественного договора, говорил, что "... люди по природе подвержены жадности, страху, гневу и остальным животным страстям, они ищут почета и выгод, действуют ради пользы и славы, то есть ради любви к себе, а не к другим" [6].
  Однако к этому тезису Гоббс добавляет то, что человек, как природное существо, - эгоистичен, стремясь прежде всего удовлетворять собственные потребности, однако, он же и разумен, то есть разумом он способен понять, что учитывать интересы других людей часто оказывается выгодным: "... естественные законы (как справедливость, беспристрастие, скромность, милосердие и (в общем) поведение по отношению к другим так, как мы желали бы, чтобы поступали по отношению к нам), сами по себе, без страха какой-нибудь силы, заставляющей их соблюдать, противоречат естественным страстям, влекущим нас к пристрастию, гордости, мести и т. п..." [7, с. 192].
  Идея разумного эгоизма Гоббса, подкрепленная в дальнейшем концепцией прагматизма Пирса, по существу, является основой идеологии капитализма.
  Что же касается прагматизма, то он характеризуется его основоположником, Пирсом, так: "Поскольку истина есть не более и не менее чем характер какой-то пропозиции, состоящей в том, что убежденность в этой пропозиции, если таковая обоснована опытом и рефлексией, приведет нас к такому поведению, которое бы способствовало удовлетворению желаний, каковые эта убежденность будет определять. Говорить, что истина значит нечто большее, значит утверждать, что она вовсе не имеет значения... Из того, причиной чего, как вам представляется, способен стать предмет вашего понятия, учтите всё представимо практическое. Это будет все ваше понятие данного предмета" [8, с. 104, 168].
  Естественно, американцы, как наследники европейской культуры, стали в своей деятельности руководствоваться принципом разумного эгоизма, вполне резонно добавив к нему принцип выгоды, вытекающий из концепции прагматизма.
  Благодаря этому, американцы достигли громадных успехов в своей деятельности, быстро создав процветающее государство и укрепив его.
  Но разумный эгоизм и прагматизм имеют свою оборотную сторону, заключающуюся в гипертрофированном желании во что бы то ни стало сохранить свою жизнь и улучшить ее хотя бы и в ущерб всем остальным жизням, а также - в полной "очистке" сознания от морали, которая мешает человеку в подобном обществе оттеснять любыми средствами своих конкурентов на "теплое" место для того, чтобы стать успешным.
  Всё это означает фиксацию своего внимания подобным человеком только на внешнем по отношению к нему бытию, то есть - подчинение собственной свободы той или иной необходимости, действий в строгих рамках закона, тех или иных внешних установлений.
  Но это приводит к господству над ним государства.
  Действительно, если индивидуалист ведет за себя войну против всех, то сдержать его могут только строгие рамки государства, которые он вынужден признавать и повиноваться принятым в государстве установлениям.
  Однако подобная регламентация жизни приводит к потере внутренней свободы, утрате совести, сочувствия к другим людям, даже к собственным детям. Средний американец признается, что он не совершает противозаконных поступков только из-за боязни наказания, остальное для него не имеет значения.
  Поэтому свобода понимается американцами только как внешние, гражданские свободы в рамках их взаимодействия с государством, но никак не отражается во внутренних ощущениях. А без этого не может возникнуть сочувствие ко всем несчастным, обделенным, желание оказать помощь им. Свобода, понимаемая как глубинное недовольство сознания собой, стремление к собственному изменению, совершенствованию, чужда американцам, которые довольны достигнутым и только хотят удержать собственное благополучие, не делясь ни с кем. Это означает отказ от развития сознания и, значит, ненужность, бесплодность сформировавшейся к настоящему времени западной цивилизации с позиции развития сознания, то есть - гибель ее неизбежна и ждать этого не придется долго.
  Таким образом, индивидуализм в рамках потребительской идеологии, создающей максимальную свободу для коммерческой деятельности и развития технологий, способен довольно быстро обеспечить комфортное существование населения соответствующей страны, но вместе с тем он лишает человека как внутренней свободы, так и свободы как независимости от существующего и привходящего. Помимо этого, индивидуализм толкает на закабаление более слабого ради сохранения достигнутого, разделяя мир на сытых, которые довольных собой, и голодных, вынужденных заботиться только об одном пропитании, что препятствует тем самым свободному развитию сознания и тех, и других.
  Подоплекой действий США вместе со своими союзниками по сохранению и упрочению собственного строя жизни является известная статистика, согласно которой высокий уровень жизни на Земле в настоящий период с имеющимися средствами и ресурсами может быть обеспечен только примерно одному миллиарду из восьми миллиардов жителей планеты. Этим миллиардом они считают себя и не собираются ни с кем делиться захваченными благами. Это соображение особенно укрепилось у них после поражения СССР в противостоянии двух сверхдержав.
  Таким образом, преобладание разумного эгоизма, представляющееся доминированием личности в обществе, на самом деле оказывается подменой личности индивидуальностью со всем ее эгоизмом, тогда как личность, в сущности, характерна определенным уровнем альтруизма [9].
  Конечно, преобладание индивидуальности над личностью поставило страны Запада в технологическом и научном отношении над остальными странами мира, но, вместе с тем свело, как правило, каждую личность их населения на низкий порог, выведя на высокий уровень индивидуальность, основой которой является компонента животного сознания, под эгидой государства.
  Любая индивидуальность с ее эгоизмом, в отличие от личности, нацелена на потребление ради комфорта, и в случае ее доминирования не препятствует политике правящих элит стран Запада, уже несколько веков открыто грабящих остальные страны мира, пользуясь технологическим превосходством. Естественно, всё это не могло не проявиться в постепенном разложении населения этих стран, лишив его способности развития, что особенно отчетливо проявилось в настоящее время с завершением эпохи капитализма.
  Подобный инвалидный Запад, элиты которого думают только о себе, а население тонет в потреблении, не только не способен стать инициатором поиска выхода цивилизации из кризиса, но он же невольно способствует ее быстрому распаду.
  ***
  Китайцы, которыми Запад всегда пренебрегал, и поэтому в лице США и ряда стран Европы, совершил ошибку, переведя в Китай свои основные производственные мощности, и сделав тем самым Китай "фабрикой мира", оказались для Запада отнюдь не подарком.
  Они довольно быстро переняли у США и Европы почти все новейшие технологии и заняли к нынешнему времени второе место в мире по мощности собственной экономики.
  В виду наглядного разложения еще недавно грозного Запада, китайцы резонно предполагают занять ведущее место в мире или хотя бы в его половине поначалу в качестве "Срединной империи", окруженной послушными сателлитами, работающими на нее под лозунгом "единой судьбы человечества", означающего на самом деле - единый электронный концлагерь для человечества в случае утверждения "Срединной империи" в качестве гегемона, что явится торжеством великой желтой расы над прочими варварами.
  Всё это вполне возможно, и в плане развития общества ничего перспективного не сулит вследствие сугубо коммунальной природы китайского сообщества, подобного большому муравейнику
  В нем, в отличие от стран Запада, личность полностью подчинена сообществу в лице государства, а в основе иерархичной структуры этого сообщества находится не индивидуалистическая, как на Западе, а коллективистская форма сознания населения, что само по себе означает фактическую неспособность этого сообщества к самостоятельному развитию: бюрократически-равновесное сообщество китайцев, послушных чиновникам, в сущности, сводит творческий потенциал любого человека, то есть личность вместе с достоинством, в этом сообществе к нулю, делая возможным технологическое развитие государства китайцев лишь за счет внешних источников, что и проявляется в повальном заимствовании или даже в непосредственной краже ими практически всех технологий у развитого в этом отношении Запада.
  Подобное явление носит отнюдь неслучайный характер. Оно проистекает, если взглянуть в глубину проблемы, из природно-географического расположения основного населения Китая на берегах двух рек - Янцзы и Хуанхе, в условиях сравнительно благоприятного субтропического климата.
  Эти природные факторы не могли не вызвать для сообщества китайцев двух следствий.
  Первое состоит в том, что благоприятные условия жизни создали среди населения превалирующее мнение о том, что покой и легкий труд ценнее интенсивных трудовых, что склонило большую часть населения Китая не к укоренившейся в других странах мира религиозности с признанием лучшего - потустороннего мира, к переходу в который должен готовиться каждый человек, а к стремлению к вполне ощутимой приятной жизни здесь же вместо какого-то неизвестного загробного мира.
  То есть в сознании китайцев угнездилась идея об изначальной гармоничности окружающего мира, который создан для них вполне благоприятно, и который не следует "портить" многочисленными нововведениями, а надо с наибольшей выгодой и приятностью устраиваться в нем, приспосабливаясь способами, соответствующими обстоятельствам.
  Второе следствие вытекает из столь важного для любого населения решения продовольственной проблемы. Благоприятные природные условия и наличие двух рек привели китайцев к естественному выбору выращивания такой вкусной и питательной культуры как рис с помощью создания на значительных по охвату территориях ирригационных сооружений в бассейнах обеих рек.
  Однако бесперебойное функционирование этих довольно сложных сооружений требовало ритмичного и безотказного коллективного обслуживания этих сооружений, малейших сбой, в котором мог привести к неурожаю и голоду.
  Поэтому в течение столетий происходило своего рода тренинг китайцев на этом фоне сохранения стабильности, гарантирующей им жизнь и даже процветание. Однако достигнутая устойчивость в продовольственном вопросе, не требующая коренных изменений ради достижения еще большего процветания, постепенно распространилась на жизнь китайцев с установлением в ней строгой иерархии, определенных ритуалов и следованию традициям.
  Другими словами, китайцы стремились и стремятся создать для себя удобную жизнь, установив своего рода локальную гармонию и поддерживая ее традициями, инструкциями и ритуалами, как бы повторяя всё то, что способствовало созданию достигнутого удобства.
  Эти инструкции, первоначально исходившие из сохранения ритмичности и безотказности функционирования ирригационных сооружений были зафиксированы в иероглифах, отражающих в блоках-рисунках стилизованного типа конкретные объекты, идеи и их сочетание. То есть китайцы в своей письменности стали ориентироваться не на буквы в определенном сочетании, а непосредственно на слова в виде стилизованных изображений объектов и явлений.
  Такого рода блочный тип письменности выработался так же и в древнем Египте из практики строительства и поддержания функционирования ирригационных сооружений в районе Нила в соответствии с инструкциями, которые в итоге расписывались в упорядоченно-блочной форме.
  Сохранение подобной письменности до сих пор означает всё то же стремление китайцев к жизни по инструкциям для сохранения достигнутых удобств, а не преодоления трудностей через стремления к новому, без чего не бывает развития.
  Если посмотреть на Китай с позиции потребления им информации, то можно обнаружить исторически сложившийся коллективизм в рамках послушания вышестоящим и предпочтение пользования достигнутым, которое несет с собой приемлемое благополучие, тем более что плодами научно-технических изысканий других народов, если нужно, можно воспользоваться тем или иным образом, доработав их со всей возможной тщательностью.
  Поэтому нет ничего удивительного, что ныне Китай, и его клоны - Япония, Южная Корея представляют собой на самом деле копировщиков технологий, изобретенных в других странах, и живут эти азиатские страны, кажущиеся развитыми, и по сию пору или в рамках патриархальных традиций (Япония, Южная Корея) или, в сущности, по законам муравейника (Китай), где каждому человеку отведено заранее место для деятельности и соответствующего послушания.
  То есть в упомянутых странах коллективистское сознание, в которое входят как самосознание, так и природное (животное) сознание, в значительной степени подавляет индивидуальное самосознание (личность). Именно эта причина лежит в основе отсутствия в этих странах массового изобретательского зуда, фундаментальных научных и технологических открытий, но зато присутствует аккуратность, точность в копировании новых технологий, придуманных другими народами и быстрое воспроизведение их в промышленных масштабах сравнительно недорого с некоторой доработкой.
  Наблюдение подобных феноменов, может быть, и не столь явно, но всё же указывает на то, что на процессы развития человеческих сообществ влияют как объемы и качество потоков информации, так и уровень осознания сообществом себя как целостного, с одной стороны, и как дающего в достаточной мере возможности для свободного развития и работы отдельным личностям.
  Иначе говоря, если какое-то отдельное сообщество не создает само достаточные для собственного развития потоки информации или же оно не попадает в них, а также не обладает уровнем самосознания, достаточного для предоставления хотя бы отдельным категориям индивидуумов возможностей работать на себя, то оно обречено на застой и подчинение более развитым сообществам, что и продемонстрировала существовавшая еще сравнительно недавно колониальная система.
  Некоторые всплески в развитии технологий происходили в Китае более тысячи лет назад, но они быстро затухали, так как Китай страдал автаркией, которая не предоставляет возможности расширять информационные потоки, а многочисленное население Китая фактически находилось на положении рабов, что означало низкий уровень как коллективистского, так и индивидуального самосознания населения. Всё это отнюдь не способствовало техническому прогрессу.
  В результате, отдельные изобретения, например, насосы, новые технологии сельскохозяйственного производства, компас, сейсмограф, порох, бумага, технология изготовления шелка, многоярусные здания, ракеты, сложные ирригационные сооружения, мельницы и т. п. так и не распространились по миру и не сделали погоды в самом Китае, который оставался в течение нескольких тысяч лет отсталым феодальным государством.
  В значительной степени на застой Китая повлияло конфуцианство, установившее строгие правила поведения и иерархичность общественных структур более чем на 2000 лет, с его общественной этикой, политической идеологией, научными традициями, в отличие от остального мира, который признавался китайцами, гордившимися своими культурными и структурно-социальными достижениями, варварским, что фактически отрезало Китай от остального мира и в итоге привело его к застою.
  Конфуцианская идея воздаяния, относящаяся лишь к потомкам, и не затрагивающая потустороннее, бессмертие души, являясь по существу примитивным воззрением архаичного типа, естественно, не могла содержать в себе противоречивость как мироздания, так и человеческого сознания. Поэтому китайское сообщество было более склонно к соблюдению традиций, нежели к попыткам производить новое, то есть к креативности, которое, если и проявлялось, то не получало развития. Китайское сообщество и в настоящее время практически только копирует любые инновации, не задаваясь проблемами получения принципиально новых знаний и новых технологий самостоятельно.
  То есть Китай, Япония, Южная Корея, в глубине своей, представляют собой осколки традиционных азиатских сообществ, в основе которых лежит коллективистское самосознание, которое полностью подавляет индивидуальное.
  Поэтому, анализируя китайское государство, можно отметить, что оно же и ранее, и теперь подавляет личность, несмотря на недавний внешний бурный прогресс в техническом плане.
  На самом деле, китайцы, сравнительно недавно попавшие в информационные потоки, исходящие от США и Европейских стран, стали воровать и со всей азиатской тщательностью копировать технологические новинки Запада, наладив производство этих копий в значительном объеме и с приличным качеством, но несколько дешевле.
  Что же касается принципиально новых научных, а также технологических открытий и изобретений, то их в этих странах как не было, так и нет. Китайская культура и ее японские образцы так же не распространились по миру.
  Объяснение этому феномену заключается в том, что коллективистское сознание населения этих стран в сочетании с такими пассивными формами религии как буддизм и даосизм, а также столь же ретроградным конфуцианством, не претерпело существенных изменений в своем доминировании над индивидуальным самосознанием (личностью). Каждый китаец или японец всегда послушен перед вышестоящим и старается, во избежание неприятностей, не проявлять инициативы, но проявлять старание во имя процветания своего клана или сообщества.
  Иначе говоря, стремление к стабильности и порядку, к соблюдению традиций препятствует креативной деятельности в рамках подобной локальной цивилизации, состоящей в выявлении нового и неведомого, которое как раз и может нарушить заведенный и отлаженный порядок.
  Поэтому, несмотря на бурные информационные потоки, захлестнувшие эти страны, индивидуальному самосознанию населения этих стран не удалось раскрепоститься, и Китаю не суждено рулить ни техническим, ни культурным прогрессом без внешних заимствований.
  Подобная организация жизни в целом в Китае привела к возникновению многочисленных распорядителей - чиновников и разного рода технических контролеров, - которые следят за сохранением установившего благоприятного порядка и создавшихся традиций во всех сферах жизни по аналогии с рисоводством.
  Идеологом подобного подхода к жизнеустремлениям на основе стабильности и сохранения традиций стал Конфуций, полагавший более предпочтительным не развитие, а поддержание благоприятных условий в обществе на основе традиций.
  Всё это указывает на подавляющее преобладание в сознании китайцев природного компонента сознания, то есть они прежде всего, подобно любым животных, стремятся наиболее комфортно приспособиться к имеющемуся окружению.
  Поэтому, если Китай обретет первостепенное положение в мире, воспользовавшись разложением Запада, то это будет означать не более чем застой на базе искусственного интеллекта и, соответственно, последующий быстрый распад цивилизации.
  ***
  Тем не менее, если имеются две крайности, решения которых никак не способны повлиять хотя бы на приостановку крушения цивилизации, то стоит поискать структуру, гармонично соединяющая в себе соответственно основные позитивные особенности Запада и Китая, а именно: фактор творческой личности, активность которой не подавляется полностью государством, и преимущественно коллективный характер деятельности подобных личностей.
  И тут перед взором любого исследователя возникает промежуток между Китаем и Европой от Северно-Ледовитого океана до южных границ, протирающихся от Черного моря до Тихого океана, не слишком удачный для комфортной жизни в нем вследствие возникновения в течение каждого года зимних холодов, осенней и весенней слякоти и сравнительно короткого летнего тепла, не слишком плодородной земли, непредсказуемых перепадов температуры и прочих неблагоприятных природных факторов, усложняющих жизнь в этих условиях.
  Как могут эти условия на грани выживания повлиять на народы, попавшие в них - закалить, развить, создать противодействующие этим условиям организации и образования или смириться с ними и как-то выживать на грани голода и холода, что в общем-то и происходит в животном и растительном мире?
  По-видимому, жизнь в столь сложных и неблагоприятных условиях, ставящая человека на грань выживания, должна угнетать человека, лишая большую часть населения развития и самостоятельности. Но только ли?
  Относительно недавно известный философ А. А. Зиновьев, сравнивая русского и западного человека, делает вывод не в пользу русского человека, противопоставляя инициативного, изобретательного, делового, индивидуализированного западного человека с русским человеком с "его слабой способностью к самоорганизации и самодисциплине, склонности к коллективизму, холуйской покорности перед высшей властью, склонности смотреть на жизненные блага как на дар свыше, а не как на результат собственных усилий творчества, инициативы, риска и т.п." [10].
  Однако особенности русских людей, отмеченные А. А. Зиновьевым со знаком минус, несколько преувеличенные в сопоставлении с типом западного человека, приобретают тем не менее для возникновения и структурирования равновесной цивилизации с уклоном на коллективистскую деятельность не просто положительный знак, а решающее значение, тем более что коллективизм русских людей подкрепляется также их находчивостью с творческим уклоном.
  Во-первых, достаточно эффективная деятельность русских в крестьянских общинах и артелях различного типа - от промысловых до исследовательских - в трудных погодных и ландшафтных условиях, позволившая им охватить громадную территорию от Урала до Аляски и Калифорнии, убедительно показывает высокую самоорганизацию русских людей, вопреки мнению Зиновьева.
  Во-вторых, распространение русских на Восток было невозможно без рационализации как вооружения, так и снаряжения в сочетании с усовершенствованием логистики. А это невозможно без творческого подхода к такого рода деятельности.
  Что же касается креативности русских в целом по сравнению с китайцами, то можно обратиться к изобретениям и открытиям, сделанных теми и другими соответственно за последние 200 лет.
  Достижения русских в области фундаментальный научных открытий таковы.
  Создание теории химического строения вещества Александром Бутлеровым, ставшего основоположником органической химии.
  Открытие витаминов Николаем Луниным.
  Создание Константином Циолковским теоретической космонавтики.
  Открытие вирусов Дмитрием Ивановским.
  Создание Дмитрием Менделеевым периодической таблицы химических элементов.
  Открытие Ильей Мечниковым клеточного иммунитета.
  Открытие Евгением Куниным возможности редактирования генома.
  Выявление Иваном Павловым физиологических основ пищеварения.
  Открытие Николаем Жуковским основ аэродинамики.
  Разработка Владимиром Вернадским учения о биосфере, ставшее основой современной экологии.
  Открытие Петром Капицей сверхтекучести жидкого гелия.
  Разработка Н. Г. Басовым и А. М. Прохоровым квантового генератора (лазера).
  Открытие способа лечения глаукомы.
  Создание способов распознавания полиморфных вирусов Аленой Репкиной.
  Разработка Жоресом Алферовым полупроводниковых гетероструктур, произведших революцию в электронике и оптике.
  Доказательство ранее неразрешенной гипотезы Пуанкаре о том, что пространство не трехмерно, а содержит гораздо больше измерений.
  Открытие А. Геймом и К. Новоселовым стабильного двумерного кристалла углерода (графена).
  Получение Александром Павловским сверхмощных магнитных полей.
  Доказательство того, что нефть и газ могут формироваться абиогенным (небиологическим) путем. Университет имени Губкина. Москва.
  Создание наиболее эффективной вакцины от Эболы.
  Обнаружение третьего вида предшественников людей - денисовцев.
  Нахождение нового метода обнаружения гравитационных волн.
  Старт первого в мире квантового блокчейна - способа хранения данных о совершенных транзакциях в виде последовательности информационных блоков.
  Открытие М. Емецем и А. Дроздовым создания сверхпроводимости в сероводороде при высокой температуре (-70 градусов).
  Обнаружение в Солнечной системе девятой планеты.
  Достижения русских в области фундаментальных изобретений.
  Гальванопластика. Борис Якоби.
  Электродвигатель с прямым вращением вала. Борис Якоби.
  Радиатор отопления. Франц Сан-Галли.
  Пенное пожаротушение. Александр Лоран.
  Цельнометаллическая подводная лодка. Карл Шильдер.
  Фиксирующая гипсовая повязка. Карл Гибенталь.
  Электрический омнибус - прототип троллейбуса. Ипполит Романов.
  Электродуговая сварка. Н. Бенардос и Н. Славянов.
  Нефтетрубопроводы. Дмитрий Менделеев.
  Бензиновый двигатель с карбюратором. Огнеслав Костович.
  Электрический трамвай. Ф. Пироцкий.
  Гусеничный движитель. Д. Загряжский.
  Паровые гусеничные тракторы. Ф. Блинов.
  Аэросани. С. Неждановский.
  Аппарат для наркоза. Н. Пирогов.
  Центрифуга. Константин Циолковский.
  Монорельс. Иван Эльманов.
  Электромагнитный телеграф. Павел Шиллинг.
  Консервирование крови. Василий Сутугин.
  Синтетический каучук. С. Лебедев и Б. Бызов.
  Лампа накаливания со спиралью из вольфрама. Александр Лодыгин.
  Прием и передача радиосигналов. Александр Попов.
  Способ электрической передачи изображения на расстояние. Борис Розинг.
  Стереофотоаппарат. Иван Александровский.
  Фотоэлемент. Александр Столетов.
  Универсальный клей и пластмассы. Григорий Петров.
  Электромагнитный сейсмограф. Борис Голицын.
  Кукольная анимация. Александр Ширяев.
  Комбайн. Андрей Власенко.
  Самолет. Александр Можайский.
  Киноаппарат. Иосиф Тимченко.
  Противогаз на активированном угле. Зелинский и Куммант.
  Автомат (штурмовая винтовка). Владимир Федоров.
  Сотовая связь. Леонид Куприянович.
  Трансплантация органов. Искусственное сердце. Владимир Демихов.
  Аппарат искусственного кровообращения. С Брюхоненко и С. Чечулин.
  Ионизатор воздуха. Алексей Соколов и Александр Чижевский.
  Чрезкостный компрессионный остеосинтез. Гавриил Илизаров.
  Автоматическая цифрвая вычислительная машина. И. Брук и Б. Рамеев.
  Радиозонд. Павел Молчанов.
  Водородная бомба.
  Атомная электростанция. Петр Капица.
  Атомный ледокол.
  Термоядерный реактор. И. Тамм и А. Сахаров.
  Интернет. 1956 год. Анатолий Китов.
  Ракетно-космическая техника и практическая космонавтика. К. Циолковский и С. Королев.
  Искусственный спутник Земли.
  Пилотируемый космический корабль.
  Космическое питание.
  Персональный компьютер. 1968.
  Искусственная кожа. Институт теоретической и экспериментальной биофизики.
  Сверхмощное лазерное излучение в нелинейно-оптических кристаллах. Институт прикладной физики.
  Натрий-ионные аккумуляторы.
  Обучаемая квантовая нейронная сеть.
  Достижения китайцев в сфере инноваций.
  Относительно достижений китайцев в области открытия принципиально нового можно сказать следующее.
  Никаких фундаментальных научных открытий и великих изобретений за последние.200 лет китайцы не совершили, а бумага, порох, компас и книгопечатание было открыто ими задолго до нынешних времен.
  Правда, некоторые сравнительно мелкие инновации в настоящее время ими были произведены, например, ветрогенератор с использованием магнитной подушки; новый сорт риса, позволяющий выращивать до 12 тонн риса на гектар, но никаких более фундаментальных изобретений в Китае не случилось.
  Вероятно, вследствие отсутствия в значительной мере креативности они сосредоточились на усовершенствованиях, развивая существующие технологии, а именно:
  Китай начал самостоятельно проводить пилотируемые космические полеты, начал осуществлять коммерческие запуски ракет-носителей и множество спутников.
  Китай стал лидером в области беспилотных летательных аппаратов.
  Китай построил одну из самых разветвленных сетей высокоскоростных дорог в мире.
  Сравнительно недавно Китай ввел в эксплуатацию FAST - самый большой в мире радиотелескоп, используемый для исследования галактик, темой материи и других космических объектов.
  Китай стал одним из ведущих в мире центров в разработке и внедрении технологий в области электронной коммерции (интернет-торговля), платежных систем, искусственного интеллекта и мобильных технологий (безналичный расчет через мобильные приложения)
  Также Китай развивает производство новых композитных материалов
  Китайские исследователи активно занимаются генной инженерией и персонализированной медициной.
  ***
  Это сопоставление России и Китая по креативности населения за последнее время довольно наглядно подтверждает соображения, высказанные нами выше - о склонности населения России более к творчеству, а китайцев - более к копированию существующих технологий и некоторой их доработке.
  Но вы можете задать каверзный вопрос: если Россия имеет столь высокий креативный потенциал населения, то почему же она, за некоторыми временными исключениями, находилась и находится в роли второстепенной державы?
  Объяснение этому фактору заложено, опять же, если заглянуть в глубину - в климатически-пространственных особенности страны.
  Дело в том, что довольно слабо развитые и недостаточно образованные управляющие элиты России были способны лишь кое-как и в основном бюрократически управлять столь обширной территорией после ее образования. Сил и соображений на организацию технологического и культурного развития страны у них было явно недостаточно, но вполне хватало, чтобы благодетельствовать себе в основном продажей имеющихся ресурсов, отбирая при этом у остальных часто даже необходимое и держа тем самым их в перманентной бедности. Сначала в роли этих ресурсов были пенька, лен, лес, мед, пушнина, а нынче к ним добавились нефть, газ, руда, металлы, алмазы.
  Естественно, подобная недалекая, слабая, жадная и эгоистичная элита на любом временном отрезке, заботясь не о стране, а только о себе сугубо коммерчески, а также захватом всё новых территорий, фактически игнорировала творческий потенциал русских людей, не давая ему хода. Все новые изобретения и технологии, изобретенные в России, как правило, "клались под сукно" или игнорировались. Но эти эпохальные изобретения тут же подхватывали ушлые европейцы и внедряли у себя, а затем распространяли по миру, часто выдавая их за свои.
  По сути, единственный случай подъема России до одного из двух ведущих государств мира произошел при И. В. Сталине. И немалый вклад в этот подъем страны внесла его политика в отношении управляющей элиты, которую он безжалостно прореживал, сажая нерадивых в лагеря и расстреливая пачками. Страх заставлял эту бюрократию трудиться на совесть, не препятствуя развитию страны. Результат все знают. После смерти Сталина постепенно всё в России вернулось "на круги своя", и ныне она снова является лишь региональной державой, торгуя по-прежнему в основном ресурсами, а не продуктами их переработки, насыщая ту же жадную, неблагодарную и недалекую элиту, прислуживающую западной, держа по-прежнему население в нищете и совершенно недостаточно обращая внимание на развитие науки, технологий и культуры.
  ***
  Отметим теперь основные принципы равновесной экологической цивилизации.
  То есть обозначим вкратце, что собой представляет равновесная экологическая цивилизация, в которой развитие практически не происходит, но, тем не менее, осознанная человеческая деятельность сохраняется без полного падения технологий и культуры, что более детально описано в моей работе "Коммуны как итог краха всей цивилизации" [11].
  Историческая практика наглядно показала, что все идеи об усовершенствовании государства и создании в его лоне благословенного непротиворечивого общества являются абсолютно утопичными - от идеального государства Платона до государства с самой представительной демократией. На самом деле, все реально существовавшие и существующие государства, независимо от формы, всегда паразитируют на теле народа, который всегда мечтает избавиться от них, но обречен, несмотря на любые революции, сосуществовать с этими паразитами. Дело в том, что без сдерживающего образования в виде государства, которое вместе с тем обеспечивает и развитие общества, люди, в силу неразвитости их сознания, просто будут стараться уничтожить друг друга для собственной пользы и о каком-либо общественном развитии и развитии сознания можно забыть при создании подобной ситуации.
  Поэтому идея об уничтожении государства означает переход от некоей упорядоченности к хаосу.
  Тем не менее, как это ни парадоксально, можно все же найти отдушину, или временную лакуну для установления в определенной степени справедливого общества, но только при определенном ограничении свободы личности, точнее, ее самоограничения в пользу коллектива (сообщества), или установления цивилизации без государств, несмотря на все внутренние противоречия, всегда раздирающие общество.
  Этому требованию удовлетворяет такой тип сообщества, при котором равнодействующая всех противоборствующих сил станет практически равной нулю.
  Поскольку в развивающемся обществе всегда присутствуют борьба, противоречия, столкновения - без них оно не было бы развивающимся, постольку процесс развития должен быть приостановлен или же - выражен крайне слабо. Иначе говоря, цивилизация, общество должно временно потерять возможность развития.
  В таком состоянии цивилизация может быть только равновесной.
  Ее основные признаки состоят в следующем.
  Во-первых, она должна находиться в экологическом равновесии с природой, то есть она должна вернуться в основном к присваивающей экономике с сохранением и добавлением некоторых ресурсосберегающих технологий.
  Во-вторых, отказавшись от сложной государственной системы управления, цивилизация должна вернуться к простейшим формам общественных отношений в виде локальных самоуправляющихся ячеек различной направленности по видам деятельности, связанных между собой не только горизонтально, но и вертикально, в отличие от первобытных общин.
  В-третьих, задачами цивилизации должно быть не развитие технологий и общественных отношений, а самообеспечение в отношении создания для каждого человека приемлемых жизненных условий и поддержание функционирования самоуправляющихся ячеек без появления крена в сторону их отхода от самоуправления. Для этого единственным "лекарством" является максимально частая ротация избираемого управляющего персонала.
  В этом отношении отличие данной структуры от первобытных общин состоит в более высоком уровне сознания членов самоуправляющихся ячеек, накопленном за шесть тысячелетий предшествующего цивилизационного развития, и, в связи с этим, появлением возможности сознательного решения всеми членами ячеек возникающих проблем в рамках простейших структур.
  В-четвертых, свободное время каждого члена сообщества, которое может быть весьма значительным благодаря сохранению ряда производящих пищу и предметы быта технологий, должно быть посвящено его саморазвитию в той сфере, к которой он имеет склонности: искусству, ремеслам, борьбе с болезнями, процессу обучения соплеменников и т.д.
  Таким образом, цивилизация как бы консервируется. Конечно, рано или поздно она разложится, но время ее существования и вполне спокойной жизни людей в ней может быть на порядки длительнее, чем время существования известной нам технологической цивилизации.
  Однако более вероятен безусловно, вариант полного крушения цивилизации вследствие того, что наднациональная элита, а также правящая элита США вряд ли захотят отказаться от власти над миром.
  Для равновесной экологической цивилизации индивидуализм теряет свою значимость, поскольку развитие в ней исключается. Более того, индивидуализм разрушает ее коллективистские начала.
  Поэтому напор, агрессивность, конкуренция и, отчасти, креативность отходят на второй план, а на первый выходят терпение; склонность к коллективной равноправной деятельности, заключающейся в исполнении обязательных работ всеми без изъятия с частой ротацией, но без отказа использования тех или иных способностей членов ячейки; в отсутствии требования чрезмерного, ограничивающееся тем, что доступно в условиях отказа от частной собственности; в умении не отступать перед трудностями в непосредственном общении с природой, потребляя ее блага, но без попыток преобразовывать ее коренным образом; в стремлении бескорыстно приносить пользу ближним, применяя собственные умения и способности, которые постоянно тем самым развиваются и укрепляются.
  Такого рода поведение каждого и всей ячейки не вызывает противоречий, а как бы вписывает существование каждого в общий поток скромной, но благоустроенной и благополучной жизни, который, конечно, не нирвана, но позволяет всем желающим ощущать себя довольно близко к ней благодаря единению всех в этом потоке.
  ***
  Если теперь обратиться к характеристике сложившейся исторически за тысячелетие общности людей на пространстве от Балтики до Тихого океана, костяком и системно-образующей народностью которой являются русские, то можно отметить соответствие психотипа членов общности, занимающей это пространство, психотипу личностей, составляющих ячейки равновесной экологической цивилизации.
  Действительно, освоение громадных пространств русскими в течение нескольких сотен лет происходило, в отличие, например, от освоения пространств Северной Америки переселенцами из Европы, уничтоживших аборигенов почти полностью самыми варварскими методами, практически, бескровно. Более того, русские всегда начинали развивать дикие или полудикие народности Сибири и Средней Азии, открывая школы, строя дороги и дома, приобщая аборигенов их к собственной культуре.
  Тем самым они наглядно проявляли не отторжение от коренных народностей этих регионов, а оказывали помощь этим народностям, оказавшимися теперь ближними, не разрушая их традиции и верования.
  Объяснить подобное добросердечие русских можно событиями истории русских, предки которых достаточно настрадались от набегов и войн, а они, как наследники, приобрели вечное сочувствие к страдальцам, радение обо всём "бедном" мире, и чувство отвращения к богачам и насильникам. Но не только это приобрели они, защищая многие сотни лет свою родину, не давая ее в обиду никому. Русские приобрели свойство непокорности никому и ничему: русские не уступают и не сдаются, несмотря на все препятствия и трудности на их пути.
  Сложность жизни в переменчивом климате, где плодородные почвы были редкостью, а урожай мог быстро погибнуть под натиском стихии, выработали у русских чувство взаимной поддержки, терпение, умение быстро находить возможность выхода из сложившихся неблагоприятных природные условий, умение жить скромно, без изысков, уважать природу, которая так или иначе, но приносит дары и стремиться искать эти дары в окружающем пространстве, которое как раз, в отличие от стран Европы, оказалось перед ними за Уралом, и которое они сумели освоить, не уничтожив природный рельеф и в согласии с коренными народностями.
  Русские, вынужденные постоянно преодолевать сопротивление среды, не могли удалиться от страданий, и поэтому оценивают мир не только как возможное удобное место для проживания, а как позицию для борьбы с трудностями всеми возможными способами.
  Понимая, что всё конечно, русские не могли не принять христианство, которое обещало им гармонию только после смерти, но при условии честного и справедливого поведения при жизни.
  Всё это и владение одной седьмой частью мировой суши со всеми ее богатствами, которое дает русским чувство превосходства над всем остальным миром, испытывающим в лице его правящей элиты всегдашнюю зависть к России и стремление уничтожить ее или, по крайней мере, разделить ее территорию; но это превосходство русских выражается отнюдь не в презрении к остальным народам, а в стремлении хоть как-то помочь всем "униженным и оскорбленным", поделиться с ними, хотя пока русские не могут помочь сами себе из-за предательства местных компрадоров, разоряющих страну.
  К тому же, русские люди еще не успели полностью пропитаться индивидуалистической идеологией Запада. Философ А. А. Зиновьев писал о феномене индивидуализма так: "Индивидуальность человека как самостоятельного "Я" есть изобретение западной цивилизации. Последняя разрушила коллективистские основы человеческого бытия и развила на их месте объединения людей, обладающих самосознанием "Я", то есть изобрела целесообразные и рациональные организации. Но природная потребность не умерла совсем. Она где-то дремлет, а время от времени вспыхивает в стихийных формах, в частности, - в массовых движениях. Однако в условиях западного общества эта потребность не может породить устойчивый образ жизни для большого числа людей" [10].
  Над индивидуализмом у русских, глубинно, как правило, преобладает стремление к помощи соседу, попавшему в беду, тяготение к общему равноправному труду, что существует как наследие еще недавнего общинного крестьянского прошлого в суровых условиях северной страны, где без поддержки ближнего трудно было выжить, а также того, что индивидуализм в СССР не поощрялся.
  Это и отсутствие в сознании русских людей свойства приспосабливаться ко всему, подобно японцам, смирившимися, несмотря на свою самурайскую гордыню, перед американцами, или немцам, пресмыкающихся перед недавними победителями-американцами, или свойства мимикрировать, подобно китайцам, прикидывающимися индифферентным ко всему, а на самом деле, стремящимися подобрать все, что "плохо лежит", в том числе и Африку, и русский Дальний Восток. Это благородное свойство оставаться при любых обстоятельствах самими собой выросло за многие сотни лет у русских людей потому, что они всегда отбивались от захватчиков и, плохо ли, хорошо, но жили сами по себе и никому старались не завидовать.
  Русский человек, проживая многие столетия в тесном контакте с иными многочисленными народностями, привык с уважением относиться к другим обычаям и верованиям. Он не имеет чувства расового или религиозного превосходства, и никогда не унижал и не переводил в рабское состояние более отсталое в культурном отношении нерусское население. Наоборот, русские люди во многом помогали развитию слабых или малочисленных национальностей.
  Русский человек ставит выше совестливость, а не целесообразность, не прагматизм, подспудно ощущая, что это ему в иной жизни зачтется.
  Что же будет с миром без России, который только может с изумлением смотреть на нее? Простые русские люди всегда его спасали в трудный момент и ничего не требовали взамен, уходя после очередной победы жить в свои жалкие избушки и есть свой черствый хлеб. Понятно, что мир без такого народа пропадет потому, что нет больше таких бескорыстных народов.
  Простые русские люди потому и возлюбили Христа, что он отверг соблазны этого мира, призывал помогать всем страждущим, отказаться от насилия, любить и уважать друг друга. Русские люди в массе своей искренне стремятся, осознанно или нет, но следовать заветам Христа, в отличие от лицемерных людей Запада, которые уклоняются от признания того, что их развитые и культурные государства унижают и грабят весь остальной мир во имя всего лишь собственного сытого благополучия, своими бесчестными делами опровергая собственные молитвы и славословия Христу.
  Ответ на вопрос о русской идее может быть только один: Россия в очередной раз должна стать спасителем мира.
  Что принесет все более приближающаяся к нам точка сингулярности?
  Вряд ли это можно точно спрогнозировать, но, скорее всего, современная цивилизация потребления исчезнет, и на её месте могут оказаться или только обломки и впавшие в дикость люди, уцелевшие в катаклизмах, или же может появиться новая цивилизация на иных принципах существования, которые столь близки русскому человеку.
  В развитии цивилизации индивидуализм выразившись в наиболее концентрированном виде в США, и коллективизм, - в Китае и России, показали свои негативные и позитивные стороны.
  Однако к настоящему времени, несмотря на все достижения цивилизации, доминирующий ныне индивидуализм, ранее способствовавший развитию индивидуального и общественного сознания, а вместе с тем и всей цивилизации, на пике своего развития завел ее в тупик.
  Индивидуализм перерос в забравшие всё в свои руки гигантские монополии, которые стараются стереть в каждом индивидууме всё человеческое, оставив только страсть к наживе и потреблению.
  Из этого тупика выхода быть не может потому, что развитие каждого индивидуального сознания в потребительском обществе прекращается образовавшейся цивилизационной системой, по сути, блокирующей всеми доступными средствами любые индивидуальные свободные стремления к иным ценностям, нежели потребительские: общество как бы закольцовывается и вертится в одном и том же образовавшемся кругу.
  Известный философ последних десятилетий Александр Зиновьев писал об этом феномене, названным им западнизмом, так: "Смысл жизни западоидов свелся в конечном счете к двум пунктам: 1) добиваться максимально высокого жизненного уровня или хотя бы удержаться на достигнутом; 2) добиваться максимальной личной свободы, независимости от окружающих и личной защищенности. Первое стремление делает человека прагматичным, второе толкает его на самоизоляцию... Проблему "Быть или иметь?" западнизм решил в пользу "Иметь"... Следствием сверхчеловеческих отношений является холодность и сдержанность, равнодушие к судьбе ближнего, дефицит "душевности", одиночество, ощущение ненужности..." [10].
  В данном случае неустойчивая технологическая цивилизация автоматически разваливается как сложная система, теряющая управление, подобно кораблю в бушующем океане.
  Стало быть, обезличенная капиталистическая цивилизация, достигшая значительный технологических вершин, но пропитавшая всё общество своими неконструктивными для развития сознания идеями, становится ненужной.
  Другое дело, какое общество придет ей на смену и когда? Если случится так, как изложено выше, то сохранившееся большей частью коллективистское сознание русских, которое, отличие от адаптивного сознания китайцев, имеет и значительный креативный потенциал, может оказаться отнюдь не лишним.
  Библиография
  1. Карлейль Т. Герои, почитание героев и героическое в истории. М., ЭКСМО. 2008.
  2. Карлейль Т. Этика жизни. Люди и герои. СПб. 1906.
  3. Низовцев Ю. М. Журнал "Топос". РФ. Что способна неудовлетворенность обеспечить, и как она действует? 06.11.2025.
  4. Низовцев Ю. М. Глубинные причины постоянной агрессивности Запада. Журнал "Топос". РФ. 26.02.2025.
  5. Низовцев Ю. М. Почему и когда началась промышленная революция? и именно в Европе? Журнал "Топос". РФ. 28.10.2022. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  6. Hobbes studies, ed. by K. C. Brown. Oxford. 1965.
  7. Гоббс Т. Левиафан. Соч. в 2 тт. 2 т. М. 1991, с. 192.
  8. Пирс Ч. С. Начала прагматизма. Т. 1. СПбГУ. Алетейа. 2000. ISBN 5-89329-259-6.
  9. Низовцев Ю. М. Журнал "Топос". РФ. Почему и как индивидуальность и личность конкурируют в человеке? 12.05.2022.
  10. Зиновьев А. А. Запад: феномен западнизма. М. Эксмо. 2003.
  11. Низовцев Ю. М. Коммуны как итог краха всей цивилизации.
  Част 20. О соотношении ощущений, информации и разума в триединой системе мироздания
  Живое в мироздании есть единственный приемник информации, способный не только формировать на ее основе текущее время, но и транслировать плоды ее обработки, в форме ощущений, мыслей и продуктов своих действий. Но куда? И тут возникает проблема бытия, которое не способно быть единственным, хотя бы из-за сопровождения живых существ сознанием, которое приходит из какого-то потустороннего, и неявное присутствие этого потустороннего подтверждается многочисленными фактами, которые приведены ниже.
  За всю историю человечества в ней господствовало два основных течения относительно основ бытия.
  Одни считали бытие произведением высших сил, называя их по-разному, но в основном - Богом. Правда, от них в определенной степени отделился Шопенгауэр, который, видимо, в припадке пессимизма возвел эту постороннюю силу в ранг слепой воли, не объяснив так же откуда она взялась.
  Другие полагали, что во основании всего стоит самодвижущаяся материя, которая всё произвела и производит, правда, тоже непонятно, откуда взялось и это движение, и сама материя.
  Борьба этих двух течений философской мысли, опирающихся, несмотря на их самомнение, на явно недостаточные предпосылки, шла с переменным успехом несколько тысяч лет, но в ней, особенно последние несколько сотен лет, вместо религии стала играть ведущую роль наука, довольно наглядно показав сугубую материальность всего, но, тем не менее, не ответив на ряд вопросов, в частности, о том, что собой представляет сознание, которое, несомненно имеется, по крайней мере, у человека, но в материальную структуру бытия определенно не входит.
  Отчасти, поэтому окончательный триумф науки над религией не состоялся.
  Более того, сравнительно недавние исследования субатомного мира показали, что он заканчивается не твердой материей или излучениями, а, по крайней мере, в своей основе есть практически ничто.
  В частности, масса атомов и молекул, образующих наше тело в виде массы их основы - кварков, составляет лишь 1%, а остальное находится в виде энергии (глюоны), организованной в устойчивую структуру, которая, тем не менее, представляет собой в основном не массу, а сбалансированное рождение и аннигиляцию виртуальных частиц, то есть нечто вроде вибрации энергии в определенной форме.
  Подобного рода образование, близкое к ничто, склонило многих ученых к уверованию в некие Высшие нематериальные силы, то есть к идеализму, раз, как показали исследования, в основе массы подобного объекта нет ничего законченного и "твердого", тем более что, как известно, Бог теологами был помещен в "Ничто".
  Поэтому не вызывает удивления появление гипотезы о мире-матрице, который представляет собой, по мнению шведского философа Н. Бострома, всего лишь симуляцию, подстроенную под восприятие человека, то есть нечто вроде компьютера формирует все объекты нашего мира, включая и сознание человека [1], правда, Бог здесь замещается программистом.
  Однако, в любом варианте, Ничто должно как-то что-то произвести. Этого производителя религия возводит в ранг нематериального существа - Бога, который вдруг взял-таки и всё что есть произвел, а материализм в лице науки пытается объяснить производство определенного количества материи случайным выбросом некоторых частиц из вакуума, "задержавшихся" рядом с ним уже в виде бытия.
  Несостоятельность этих антагонистов проявляется в том, что они сходятся в предпочтении случайности разуму, поскольку Богу вдруг пришла идея о создании мира, а ничто в виде вакуума случайно порождает частицы, из которых тот же мир получается в итоге.
  Оба эти подхода к объяснению возникновения бытия на основании случайности не дают вразумительного ответа ни на один вопрос об основании бытия и его функционировании, а эти вопросы таковы.
  Откуда всё же берется и для чего существует бытие, проявляющееся в текущем времени? Если оно возникает из Ничто, тогда что представляет собой Ничто, и может ли оно, вообще говоря, быть, раз оно ничто?
  Единственно ли бытие в виде вселенной или бесконечного ряда вселенных, или же имеются образования, недоступные ни нашим чувствам, ни нашим приборам, но без которых бытие функционировать не может?
  Вечно ли бытие или оно действительно случайно появилось из Ничто, представляющего собой вакуум, рождающий виртуальные частицы, либо одноактно по воле Бога, достигнув, тем не менее, в своем существовании отнюдь не случайных успехов в таком закономерном прогрессе произведенной материи, что она, опять же, непонятно как для науки облеклась в живые формы и обнаружила себя вдруг в виде человека, пытающегося понять всё, что есть перед ним и в нем?
  В связи с этим появлением человека, сразу же возникает следующий вопрос: есть ли смысл в существовании человека в бытии, и каково его предназначение, раз он столь существенно отличается от прочих живых существ, и какую роль в бытии выполняет вообще всё живое во всем своем разнообразии, как оно связано с информацией и временем, без которых живое, как таковое, существовать не может? Причем, тут же возникает вопрос: существуют ли информация и время без живых существ?
  Откуда взялось сознание, без которого мир есть не более чем небытие, и что это такое, то есть материально ли сознание или нет?
  Причем этот вопрос содержит в себе ответ, который не воспринимает современная наука, но очевидно, что без сознания материальный мир, который исследует наука и который, якобы, произвел сознание, превращается в небытие, если отсутствуют наблюдающие его. Получается, что и этот мир, и сами ученые без присутствия в нем сознания в виде живых существ существовать не должен?
  Есть ли в какой-то форме Высший разум или всё сущее обходится без него? и есть ли у этого разума, раз он способен контролировать функционирование бытия, цель, которую он преследует?
  Что происходит с любым живым существом после распада его телесной оболочки, и почему любой объект бытия оказывается конечным в своем существовании? Иначе говоря, куда сознание уходит из бытия, если уходит, после смерти живого существа? И что такое смерть для каждого индивидуального сознания.
  Чтобы ответы на эти вопросы не возводились читателями в ранг очередных домыслов, в конце статьи приведены конкретные факты существования связи некоего непроявленного для нас потустороннего и известного нам мира (бытия), существование которого дается нам благодаря ощущения и разуму, а они довольно-таки ограничены и не могут претендовать на всеохватность.
  Приведенные ниже ответы на поставленные вопросы в совокупности с приведенными фактами связи бытия и потустороннего в определенной форме, на наш взгляд, довольно убедительно, несмотря на всю парадоксальность представленной гипотезы строения мироздания на основе живого, показывают информационную сущность мироздания, которое было бы небытием без живых существ, единственно способных воспринимать информацию и формировать из нее текущее время.
  С ответами на эти вопросы в более пространной форме можно также ознакомиться в ряде моих статей и эссе, большая часть которых была опубликована в философско-литературном журнале "Топос" (РФ).
  Тем не менее, имеет смысл сгруппировать эти ответы лаконично в этой работе для того, чтобы читатель сразу смог ухватить суть рассматриваемой проблемы, в которой главная роль отводится живому как действующему представителю сознания (активного, по определению, в мироздании), а не иным материальным образованиям бытия, которые, в сущности, есть инфраструктура для живого, поскольку только живое способно меняться и менять всё остальное в текущем времени, которое оно же и производит для собственного изменения в потоке последовательных дискретных информационных пакетов, преобразующихся живым в текущее время.
  Живое анализирует в этом потоке поступающую информацию прежде всего для выживания, а потом и для собственного развития. На это откликается в целом сознание, которое есть внешний источник действий живого, предоставляющий в качестве передатчика этому приемнику локальную самостоятельность, но фиксирующий со своей стороны каждое чувство, мысль и действие любого живого существа, как бы вписываясь в этом процессе в индивидуальную жизнь всех живых существ во всей ее полноте и изменчивости.
  Иначе говоря, бесконечное сознание, или активное из потустороннего посредством конечного живого "выбирается" из своего небытия в жизнь со всеми ее меняющимися реалиями, которая длится для сознания без начала и конца в самых разных изменениях, число которых никаких ограничений не имеет, составляя для сознания не только жизнь, но и собственное бесконечное изменение и развитие через конечное живое.
  ***
  Отвечая на поставленные вопросы, прежде всего надо отметить, что отсутствие бытия, то есть текущего времени где-то, не означает отсутствия определенной сущности, которая потенциально может "находиться" в ничто.
  Однако, несмотря на свою потенцию, так как в бесконечности может "находиться" всё, в ничто отсутствует изменение и развитие, возможные только во времени.
  Идею о том, что ничто отнюдь не пустота и не отрицание бытия подтверждает математика, так как пустое, не содержащее ни одного элемента, по определению ничего не содержит, но вместе с тем это пустое множество (ничто) является подмножеством всех множеств, поскольку в любом множестве найдется место пустоте.
  Другими словами, ноль - самая значимая величины, поскольку, например, его можно представить как интегральную совокупность бесконечных отрицательных и положительных цифр.
  Так что ничто, или вневременная бесконечность способна быть непроявленным источником всего сущего, решая тем самым проблему основания мироздания.
  Действительно, конечные объекты в процессе своих изменений должны откуда-то браться.
  Но за всю историю человечества на этот вопрос было дано только два ответа без всяких доказательств, а именно: всё создал Бог, другой ответ - всё возникло спонтанно из движущейся материи.
  Как видно, ответ - откуда появился сам Бог или же движущая материя, произведшая, опять же, вдруг живые существа? - так и не был дан.
  Резонно устранить это первоначало, предположив, что всё существует бесконечно в двух связанных ипостасях - вечно во времени, и как бесконечность вне времени, или ничто.
  Однако, откуда, как, и в каком виде материя поступает в вечность, локализуясь в форме вселенных в реальности, или бытии в текущем времени, то есть откуда всё же она берется, раз кроме ничто нет ничего больше?
  Вывод может быть только один - из ничто и берется, раз больше неоткуда.
  Но тут же возникает проблема - как это происходит, да еще совместно с бытием, поскольку без бытия в текущем времени ничто проявиться не способно, причем в этом процессе проявления ничто не должно меняться, оставаясь по-прежнему ничем.
  Тем не менее, эту проблему можно решить, предположив, что материя, извлекаемая из ничто, есть не более чем копия информации из него, попадающая на носители, имеющих противоположные знаки, но которые взаимно не уничтожаются, находясь условно в разнесенном состоянии в виде проекции ничто.
  Таким образом, обе эти части могут соответственно поставлять материю в виде дискретных информационных копий в вечность (бытие) одного знака и соответственно - другого знака, интегрально являясь ничем, то есть в этом отношении бесконечная проекция бесконечного ничто (вневременной бесконечности) не отличается от самого ничто.
  ***
  Связь вневременного ничто с вечностью, или бесконечным бытием в текущем времени через проекцию вневременного ничто осуществляется информационно с помощью имеющихся в проекции материальных носителей в виде сверхвысокочастотных волнообразных образований всеохватывающей голографической структуры [2], несущих копии информации из вневременной бесконечности, необходимой бытию в текущем времени, обновляя его, причем эти носители не только восстанавливают бытие в целом, но обновляют каждый его объект, что ощущается каждым живым существом в бытии пребыванием в потоке этого, в сущности, искусственного времени вследствие автоматического исключения живыми существами интервала между поступающими в органы чувств каждого живого существа последовательными пакетами информации в соответствии с его автоматическими запросами к вневременной бесконечности через ее проекцию, диктующимися неудовлетворенностью тем или иным в собственном окружении.
  Поэтому такими носителями вполне могут быть, подобно радиоволнам, сверхвысокочастотные колебательные волнообразные структуры, в гармониках которых содержится соответствующая информация, конвертирующаяся в ходе поступления в органы чувств в текущее время и в дальнейшем, после раскодировании, в форму, подходящую для восприятия ее соответствующим живым существом, создавая определенную обстановку для него.
  Информация может восприниматься, обрабатываться, изменяться и передаваться только живыми существами, поскольку, по определению, информация есть сведения о состоянии материальных объектов, которые распознаются другими объектами имеющимися в их распоряжении средствами.
  Эту операцию не способны проводить неодушевленные объекты, так как они не имеют для этого соответствующих средств, тогда как воспринимать, обрабатывать, изменять и передавать определенные сведения, перерабатывая их в информацию, то есть в понятное для себя в плане жизнеобеспечения, способны единственно живые существа благодаря тому, что они имеют датчики (органы чувств), центры обработки поступающих сигналов и программу метаболизма, роста и развития на белковом носителе (геном).
  Таким образом, в информационный поток попадают только объединенные активная и пассивная составляющие мироздания в виде живого.
  Эти специфические компоненты, способные воспринимать информацию и реагировать на нее образуют на информационной основе в определенной ассоциации все живые объекты, входящие в состав бытия, а этой информационной основой являются волнообразные сверхвысокочастотные структуры проекции бесконечного ничто, одни из которых являются наипростейшими, составляя информационную основу неживых объектов в бытии, другие же в своих гармониках несут программы, составляющие основу для тех объектов бытия, которые способны воспринимать, обрабатывать, изменять и передавать информацию, приобретая тем самым возможность для самодеятельности и саморазвития.
  Стало быть, не одно бытие, а совокупность вечности (бытие) и вневременной бесконечности с собственной проекцией, представляют полную систему мироздания, которая функционирует только благодаря объединению неживой (пассивной) материи и активной материи в виде живых существ. Они конвертируют информацию от вневременного ничто через ее проекцию в соответствующие объекты бытия с его текущим временем, придающим им движение и изменение в определенном пространстве, вследствие чего бесконечное ничто проявляется в известном нам виде бытия, которое формируется живыми существами бесконечно в форме ряда вселенных, то есть вечно.
  В результате, благодаря конечному живому, находящемуся вследствие своего строения, в информационных потоках, воспринимаемых им, достигается как стабильное бесконечное существование всей системы мироздания, так и развитие бесконечного сознания (активного) посредством того же конечного живого.
  Таким образом, бесконечное ничто способно становиться всем, только если имеется проявитель - живое, и средство проявления - информация, которую способно воспринимать только одно живое, которое дискретно существует так же вечно, как и сознание (активное), поскольку без него бытие становится небытием.
  То есть активное или сознание в бытии способно проявляться только в форме живого определенной структуры из пассивных элементов, которая временно сопровождается и контролируется внешним источником, не входящим в структуру бытия, - сознанием, которое пользуется этим образованием-телом, делая его ощущающим, мыслящим и действующим благодаря тому, что сознание является своего рода передатчиком, тогда как тело оказывается приемником, до распада этого тела, в рамках системы мироздания, содержащей вневременные структуры и структуру с текущем временем, сосуществующие без начала и конца по той причине, что интегрально они представляют собой ничто, решая тем самым извечную проблему возникновения всего, которое никогда не возникало, будучи и вечностью в бесконечном потоке времени, и бесконечностью вне времени, будучи поэтому и ничем, и всем.
  Сам же механизм перманентного создания текущего времени, а с ним и бытия (вечности) может быть представлен в следующем виде.
  В любом живом существе имеются органы чувств, воспринимающие частотные колебания и внутренний компьютер, обрабатывающего полученные данные, преобразуя их в итоге как в образы, так и в объекты бытия, окружающие живые существа, в том числе и самих себя, то есть обновляя их и себя постоянно путем выбора некоторых частот из этого набора частот и математически преобразуя их в чувственные восприятия.
  Но этот процесс обновления, столь важный для их изменения, протекает автоматически, точнее, под управлением единого сознания (см. ниже) проекции вневременной бесконечности, а само изменение, отмечаемое живыми существами как в себе самих, так и по изменению собственного окружения, происходит в результате так же автоматического формирования ими текущего времени, которое образуется через них и для них вследствие того, что они не воспринимают паузу между приходящими в органы чувств импульсными сигналами.
  В частности, в восприятии человека пауза исчезает вследствие задержки этих импульсов при прохождении по нервным волокнам, в то же время для простейших существ эта пауза пропускается в восприятии вследствие задержки, требующейся для обработки в ней текущего пакета информации соответствующим центром обработки информации, что, конечно, характерно и для человека.
  Таким образом, для человека, как и для любого живого существа, информация формируется отдельными порциями, которые в его сознании сливаются в непрерывный поток, представляющийся ему настоящим, поскольку обработка каждого пакета информации, имеющая определенную длительность, вытесняет из сознания интервал между поступающими последовательно в органы чувств пакетами информации
  Пауза между нервными импульсами, содержащими информацию, означает, что они не идут непрерывно. Однако эта пауза вместе с еще более кратким интервалом обработки сигнала в каждом мгновении находится ниже порога ощущений и поэтому не попадает в сознание: в частности, движущаяся картинка для сознания человека обеспечивается интервалом между прогоняемыми последовательными кадрами около 0,04 секунды, что и составляет указанный порог. Его длительность, как видно, более чем на порядок превышает длительность паузы. Поэтому образующиеся дискретные последовательные мгновения собственного времени человека, заключающие в своей последовательности все картины и все события жизни для человека, сливаются в непрерывный, неразделимый поток в его сознании.
  Поэтому почти всё окружающее как для человека, так и для остальных живых существ превращается из частотной в "твердую" реальность, в которой можно жить и развиваться, но эта, своего рода, искусственная реальность, точнее, искусственное время, базируется не на чем-то иллюзорном, а на вполне материальных сверхвысокочастотных образованиях.
  Выпадение пауз между позициями обновлением копий соответствующих пакетов информации для каждого индивидуального сознания в живом эквивалентно отсутствию ощущения смены копий вещей, включая собственное тело, что означает для индивидуального сознания в живом существе "попадание" в движущийся мир со своими законами как в физической, так и химической, а также прочих сферах наличного бытия.
  ***
  Таким образом, отсутствие реального движения в проекции бесконечного ничто, "преобразуется" в бытии посредством живого в текущее время, ассоциирующееся нами с изменением и движением различных объектов бытия.
  Именно данный факт участия каждого индивидуального сознания живого существа через собственные органы чувств и управляющие центры в формирование окружающей "реальности" позволяет каждому живому существу влиться в формирующийся окружающий мир, стать его действующим лицом, в отличие от зрителя в кинозале.
  Так неподвижное становится движущимся без движителя и вопрос о перводвигателе, будь это Бог или самодвижение материи, отпадает сам собой.
  В частности, любой человек - это и вещь, и сознательное действующее существо (живое).
  Это означает, что каждое живое существо объединяет в себе активное и пассивное.
  Сама по себе бесконечность вне времени есть ничто, или нуль, но активное на то и активное, чтобы, не забывая пассивное, проецировать себя в волнообразные образования, находящиеся противофазе, оставаясь тем самым нулем по материальному балансу. Ничто не мешает активному проявлять себя так же последовательно, обновляя собственную проекцию путем ее полной замены с определенной частотой через какую-то паузу, то есть дискретно.
  Каждая обновляемая проекция неподвижна и представляет собой "развернутый" нуль, который через паузу, представляющую "чистый" нуль, сменяется нулем с несколько иным "разворотом".
  Это проявление бесконечности дискретно в конечной сверхвысокочастотной форме не требует ни пространства, ни движения, поскольку ничего не возникает, кроме "разрывов" в бесконечности, которые можно считать прототипом времени.
  Бесконечное, неподвижное ничто, таким образом, является двуединой системой вне времени, информационно объединенной с бытием в текущем времени, составляя мироздание, благодаря активному во вневременной бесконечности и его проекции, которая тоже остается такой же бесконечной, неподвижной и вечной, но уже "разорванной" конечными, последовательно обновляющимися образованиями, Поэтому эти образования в отдельности являются уже квази-временными, и при условии соединения их в себе через живое активное получает бытие, где оно может, в частности, осознать себя в реальных действиях, превращая тем самым вневременную бесконечность через свою проекцию из ничто во всё сущее.
  То есть ничто, или вневременная бесконечность выходит через проекцию в реальное существование.
  Активное, слитое с пассивным во вневременной бесконечности, в ее проекции проявляет себя как единое и как разделенное в своих информационных копиях, способных демонстрировать себя в виде живого в случае объединения с пассивным в бытии, то есть в текущем времени, формируемом, как было показано выше, живым, пропускающим паузу между позициями обновления.
  Это текущее время из-за того, что базируется на основе дискретных последовательных пакетов информации, хотя является и искусственным, безотчетно формируемым живым, становится единственно возможным полем для его изменения и развития.
  Тем самым активное в живом "создает" необратимый поток времени, в котором перемещаются и изменяются в пространстве вещи, а также сами живые существа.
  Движущийся, красочный мир становится для каждого индивидуального сознания непосредственной реальностью, вне которой оно в сочетании с собственным носителем не может функционировать в плане роста, развития, всевозможных жизненных устремлений, чувств, мыслительных процессов, которые не пресекаются, поскольку длительность позиции обновления слишком коротка для любого мыслительного процесса или переживания, но в которых, при выпадении пауз между ними, мысли, чувства, как бы цепляясь друг за друга, текут безостановочно, сменяя друг друга до самой смерти тела, в момент которой теряется связь сознания с окружающей средой, то есть когда информация от нее через органы чувств перестает поступать к сознанию. В это мгновенье исчезает база для сравнения, и чувства, мысли теряют бытие как основу, в которой можно действовать. Сознанию больше нечего делать в подобной ситуации в данном мире, и оно удаляется.
  Система мироздания разделиться на независимое бесконечное ничто, отдельную проекцию и вечность (бытие) не способна - она составляет единое целое, в котором формообразующее активное подпитывается теряющим свою форму в конечных образованиях пассивным.
  Пассивное, теряя форму в конечных объектах бытия, восстанавливает тем самым форму активного при их взаимодействии. Активное, таким образом, не теряет свою основную форму и формообразующие способности за счет разрушающегося пассивного в бытии, но оно же, "вызывая" пассивное из бесконечного ничто в виде информационных копий на время существования данного конечного, восстанавливает форму пассивного и изменяет ее. Так, с помощью обращения к конечному в виде теряющего форму пассивного активное становится вечным по форме, свойствам и может удерживать всю систему мироздания в актуальном существовании.
  Несмотря на то, что мироздание по балансу есть ноль, оно же есть всё и поэтому не может не проявляться, демонстрируя себе же в лице активного это всё последовательно и бесконечно в вечности (бытии).
  Мироздание, являясь всем и ничем, содержит в себе противоположности и отрицает себя же, поскольку в лице активного постоянно стремится к новизне, разрушая прежнее в себе и проявляя в этом свободу сознания (активного). Но всё прошедшее не исчезает бесследно, а удерживается в памяти сознания (активного).
  Свойством быть единым и вместе тем разделенным вне времени обладает лишь такое высокочастотное образование как голограмма, так как любой участок голограммы взаимосвязан с любым другим вне времени.
  Иначе говоря, каждый участок голограммы [2] содержит информацию обо всем предмете, но с пропорционально соответствующим уменьшением четкости.
  Принцип голограммы "все в каждой части" позволяет принципиально по-новому подойти к вопросу организованности и упорядоченности. Голограмма показывает, что некоторые вещи в бытии не поддаются исследованию аналитическим методом: рассечь предмет и изучить его составные части. Если будем рассекать что-либо, устроенное голографически, то не получим частей, из которых оно состоит, а получим то же самое, но с меньшей точностью.
  Сама же голограмма представляет собой высокочастотное образование как продукт наложения нескольких когерентных волн, дающего стационарную интерференционную картину, поскольку разность фаз волн не меняется [там же].
  Однако, активное, или сознание [3, гл. 1.2, 5], являясь голограммой в проекции вневременной бесконечности, не может само присутствовать явно в "твердой" реальности бытия (в текущем времени), поскольку оно его и формирует посредством сложного пассивного структурного образования на основе белков (организм), которое активное (сознание) как бы покрывает, точнее, делает приемником информационных сигналов, поступающих от вневременной бесконечности через ее проекцию, и соответственно откликаясь на них, это живое поставляет тем самым уже собственную информацию обратно.
  Именно эта информационная связь делает подобное сверхсложное по структуре белковое образование живым, то есть способным, в отличие от обычного пассивного в виде неживой материи, как минимум, ощущать и соображать.
  То есть без живых существ, формирующих текущее время, бытие лишается этого времени и становится небытием, хотя потенциально в этом безвременном небытии, или ничто имеется всё, но оживить, то есть заставить это всё задвигаться, меняться и даже развиваться способны только живые существа,
  Конечно, сознание (активное) как индивидуальное (локальное), так и единое [там же] не может быть каким-то нематериальным. Поэтому позволительно предположить, что оно просто не входит в структуру бытия из-за своей слишком высокочастотной природы. И эта частота, действительно, не фиксируется никакими приборами.
  Нам известен предел измерения времени в бытии: наш материальный мир познаваем от макрообъектов, подчиняющихся известных нам законам, до микрообъектов (квантовый мир), так же подчиняющихся определенным закономерностям, но только до некоторых пределов, которые зависят не только от возможностей мозга и органов чувств, но и от физического предела, свойственного для микромира - соотношения неопределенностей Гейзенберга.
  В частности, также невозможно измерить промежуток времени меньше 10 с показателем степени -43 секунды (Планковское время), то есть частотные структуры в известном нам мире (бытии) в герцах не могут быть больше 10 с показателем степени 43.
  Иначе говоря, для нас невозможно воспринять или зарегистрировать непосредственно то, что находится за этой частотной границей, но это "запредельное" вместе с тем со своей стороны вполне способно неявно возникать и в известном нам бытии, надо полагать, в виде сознания. И можно предположить, что именно сверхвысокочастотный строй сознания не предоставляет возможности его зарегистрировать.
  ***
  Если противопоставить торжество разума, выраженное очень ясно Декартом в его высказывании ""Мыслю, следовательно, существую" [4], и сентенцию Гоббса: "... нет ни одного понятия в человеческом уме, которое не было бы порождено первоначально, целиком или частично, в органах ощущения. Всё остальное есть производное от него" [5, с. 50-83], то, с одной стороны, можно прийти к выводу о том, что это всего лишь односторонние взгляды на вещи - своего рода крайности.
  С другой стороны, можно представить, что идея Гоббса, охватывая всё живое, совершенно справедливо делает ведущим в существовании живых существ именно ощущения, без которых мир не воспринимается. Разум же и у животных, и в амебе только заставляет их адекватно реагировать на ощущения, путем обработки информации, поступающую в соответствующий центр, раскодируя информацию так, чтобы живое существо прежде всего понимало откуда исходит то, что угрожает его существованию.
  Иначе говоря, без ощущения нет пищи не только для размышлений, но и жизни. Поэтому можно сказать: "Ощущать, значит жить". Практика показывает, что это действительно так: попробуйте прихлопнуть таракана или поймать рукой рыбку. И они, и всё остальное живое будет всеми силами уклоняться от гибели, то есть любое живое существо никоим образом не хочет лишаться ощущений, которые и есть для него самое явное отражение жизни, хотя оно может и не понимать, что значит жить.
  Поэтому, например, искусственный интеллект, лишенный любой чувствительности, но имеющий центр обработки поступающей информации, не понимает, что он существует, то есть является безразличным к тому, есть он или нет, хотя и искусственный интеллект и живые существа действуют в соответствии с вложенными в них программами, но по-разному используют из, поскольку у живых существ есть не только переработка поступающей информации в сторону ее систематизации и продуцирования выводов в соответствии с задачей, заданной программой, но имеются переживания, заботы и накопленный опыт, вызванные неудовлетворенностью тем что есть, ради улучшения безопасности и комфорта, то есть, как минимум, для сохранения ощущений.
  Из этого можно вывести заключение о том, что сознающее себя существо способно возникнуть только в форме живого, то есть, прежде всего, ощущающего и себя, и собственное окружение, и поэтому просто вынужденное познавать его сначала рефлекторно из-за неизбывного стремления удержать себя в меняющемся окружении, чтобы затем не только приспосабливаться к нему, но менять его по своим надобностям, и даже прихотям, всё более расширяя сферу познания.
  То есть, живое существо, если программы его генома дополнить программой, позволяющие ему генерировать на основе ощущений произвольных мысли, не связанных с одним лишь приспособлением к окружающей среде, со временем оказывается способным развить свой разум до степени способности понимать, где оно находится и как это место и себя можно изменить для того, чтобы не только комфортно жить и размножаться, но и познавать тайны бытия в виде открытия закономерностей его функционирования и переделывания в соответствии с ними всего сущего во всё увеличивающихся масштабах, а заодно и всё более развивая тонкость своих чувств, чтобы не просто ощущать степень угроз или благополучия, но и наслаждаться красотой мира, который, хотя и представляется человеку органами чувств, но его совершенство постигается только развитым разумом, способным оценить гармонию окружающего.
  Поэтому максима Декарта "Мыслю, следовательно, существую" [4] имеет отношение только к человеку, который лишь один из всех живых существ способен не просто пытаться удержаться всеми способами в существовании, но и может понять себя, а также свое предназначение в мире, если вдумается в это как следует.
  Однако до него об этом размышлял Локк.
  Локк развил мысль Гоббса об ощущениях, составляющих источник идей, обозначив их происхождение от ощущений, а также деятельности ума, и введя в качестве критерия истины получаемый из этих источников знаний опыт: "Все идеи приходят от ощущений или рефлексии... На опыте основывается всё наше знание, от него в конце концов оно и происходит... Объект ощущений есть один источник идей. - Во-первых, ваши чувства, будучи обращены к отдельным чувственно воспринимаемым предметам, доставляют уму разные отличные друг от друга восприятия вещей в соответствии с разнообразными путями, которыми эти предметы действуют на них... Деятельность нашего ума - другой их источник. - Во-вторых, другой источник, из которого опыт снабжает разум идеями, есть внутреннее восприятие деятельности нашего ума, когда он занимается приобретенными им идеями. Когда ум начинает размышлять и рассматривать эту деятельность, они доставляют нашему разуму идеи другого рода, которые мы не могли бы получить от внешних вещей. Таковы восприятие, мышление, сомнение, вера, рассуждение, познание, желание и вся многообразная деятельность нашего ума..." [6, с. 128-129].
  Удаление Локка от первоначала - ощущений, не могло не привести его к мысли о проверке возникающих на основе ощущений различного рода идей. В качестве критерия истины для корректировки возникающих в процессе формирования идей искажений Локк предлагает опыт. В этом подходе Локка к определению истины просматривается понимание им того факта, что продвижение к истине есть стремление к разгадке сущности предметов и явлений. Это означает понимание им невозможности обладания человеком абсолютной истины.
  С другой стороны, опытная проверка идей, предлагаемая Локком, означает отказ от концепции "врожденных идей": "... люди исключительно при помощи своих природных способностей, без всякого содействия со стороны врожденных впечатлений могут достигнуть всего своего знания и прийти к достоверности без таких первоначальных понятий или принципов" [там же, с. 82].
  В этом мнении Локк и прав, и не прав, поскольку суть дела состоит в том, к кому следует отнести эти формообразующие способности, или идеи.
  В человеческом сознании эти формообразующие способности, или идеи скрыты, точнее, непосредственно они проявляться не могут, так как человек обязан начинать действовать в жизни с "чистого листа", чтобы находить новые пути, а не находиться под влиянием заранее известного. Вместе с тем, "врожденные идеи", а на самом деле формообразующие способности единого сознания [3, гл. 1.2, 5], закладывающиеся в каждой программе генома живых существ, есть основа всего сущего, поскольку неживая материя не может производить никакие идеи, в отличие от сознания. Поэтому единое сознание, присутствующее в каждом человеке, формирует через его ощущения на основе пассивного из вневременной бесконечности (Ничто) всю окружающую его среду.
  Единое сознание в той или иной степени понимает себя и понимает, что оно хочет и может, и, как следствие, оно находит способы собственного развития как на собственном уровне, так и на уровне каждого индивидуального сознания в среде, которую кроме него некому формировать по собственным проектам.
  Наши рассуждения и экскурс в историю приводят к мысли, что имеется два уровня сознания - низший, в который входит все живое, самовоспроизводящееся, приспособляющееся к среде, изменяющееся в ней, действующее инстинктивно и рефлекторно, воспринимающее факт своего существования на уровне ощущений; и высший уровень сознания, который отличается от низшего только тем, что к восприятию ощущений добавляется осознание себя, выражающееся не только в отвлеченном и произвольном мышлении, речи, но и в воображении, памяти, различного рода переживаниях и страстях, воле, всегдашнем стремлении к свободе против любого порядка.
  Любое индивидуальное сознание, а не только человеческое, производит собственный мир, копируя и получая каждое мгновенье через каналы имеющихся у собственного носителя органов чувств, конечно, не непосредственный образ всего вневременной бесконечности, но, получая отображение тех фрагментов из неё, которые данное индивидуальное сознание способно распознать и связать со скрытой помощью единого сознания [3, гл. 1. 2, 5].
  Всё это первоначальное копирование распознанных фрагментов из вневременной бесконечности любое индивидуальное сознание осуществляет автоматически через живое существо так, как оно может в соответствии со своим уровнем развития, своими органами чувств, но в контакте с единым сознанием, поскольку индивидуальное сознание в своем носителе, будь то бактерия или человек в отрыве от единого сознания не может развернуть полную картину собственного мира в формируемом им настоящем собственном времени, да оно и не существует в отрыве от единого сознания, составляя в голографической проекции не его часть, а являясь самим единым сознанием в соответствии с основным принципом голограммы: всё в одном [2].
  Инстинктивно-рефлекторно действующее живое практически полностью подчиняется необходимости в явленном им самим посредством органов чувств мире, где во всем его разнообразии оно есть не более чем один из его динамических элементов, не осознавая собственное пребывание в текущем времени, но понимая сладость многих ощущений.
  Однако даже инстинктивно-рефлекторно действующее живое потенциально содержит в себе зародыш свободы, так как оно на своем уровне через собственные органы чувств с помощью единого сознания формирует собственный жизненный цикл, собственное окружение и стремится выжить в нем.
  Но это инстинктивно-рефлекторно действующее живое не имеет пока возможности осознать себя в этом мире, в отличие от сознающего себя существа. Тем не менее, любое живое отличается от вещи, поскольку ощущает и имеет управляющий им разум, в соответствии с которым оно может адекватно действовать в мире явлений, не углубляясь в их сущность. Этим самым любое живое есть преддверие высшего сознания, без которого последнее появиться не способно, поскольку только инстинктивно-рефлекторно действующее живое имеет органы чувств, а без ощущений никто не может "войти" в существование в реальном, движущемся мире, никогда не удовлетворяясь им.
  Самосознание проявляется в инстинктивно-рефлекторно действующем живом на самом высоком уровне его развития. Эти существа используются внедренным в него высшим сознанием с помощью соответствующей - дополнительной - программы в геноме в качестве основы для развития получившегося образования. Поэтому единое сознание сначала выступает в форме инстинктивно-рефлекторно действующего живого в бытии, создаваемом им самим в качестве единого сознания, предоставляя живому подходящие условия для постепенного развития, которое выражается в создании любым живым организмом своего "настоящего" в рамках бытия.
  Собственно, развитие живого состоит в переработке его сознанием формируемой им самим данности как обновляющегося "настоящего", в каждый момент которого сознание через ощущения на основе неудовлетворенности имеющимся "заменяет" постепенно и последовательно копии прежних объектов окружающей среды на объекты, которые обеспечивают ему лучшую приспособляемость к среде и наиболее выгодные условия жизни, конвертируя информацию из частотно-волновой формы в "твердую" реальность.
  Тем самым любое живое меняется само, борясь с другими видами живого, погибая и появляясь в новом качестве, но в целом инстинктивно-рефлекторно действующее живое находится в поступательном тренде. Всё это удовлетворительно изучено и описано эволюционной теорией, за исключением объяснения появления живого и появления в среде живых существ человека, который, обладая самосознанием, отказывается просто приспосабливаться к среде, но начинает целенаправленно менять ее.
  В результате, объем информации, получаемой каждым человеком и человеческими сообществами в целом, растет с большим ускорением, чем у инстинктивно-рефлекторно действующего живого, всё более уплотняя время и приводя в конечном итоге в нашем трехмерном измерении человеческие сообщества к распаду вследствие информационного коллапса, или накопления избыточной информации, которую сознание человека уже не в состоянии "переварить" [3, гл. 1.7].
  Таким образом, существо с самосознанием отличается от инстинктивно-рефлекторно действующего живого только пониманием себя, из которого вырастают все его стремления, и основой которых является неудовлетворенность сознания собой, означающая его изначальную активность, выражающуюся в невозможности этого существа жить, просто приспосабливаясь к среде. У него появляется потребность изменять эту среду и вместе с ней менять себя, и, значит, развиваться, не следуя лишь необходимости приспособления к существующему порядку.
  Это сознательное стремление к изменению всего существующего, к освобождению от прежнего, к замене его на иное означает обретение любым существом с самосознанием свободы. В этих осознанных решениях так или иначе проявляется свобода любого индивидуального сознания, которое обогащает по ходу дела самое себя; вместе с тем свобода дает человеку возможность жить так, как он хочет в рамках окружающей действительности, если человек, носитель сознания, сможет, точнее, способен адекватно распорядиться этим даром.
  Свободу не требуется "приписывать" человеку как "вещи в себе", то есть полагать его свободным только в умопостигаемом мире. Любое самосознающее существо свободно всегда и везде вследствие именно понимания себя, осознания собственного существования в мире: оно всегда приходит к решениям само, само же и несет за них ответственность в любой сфере - практической или умственной. И неважно, имеются на это причины или эти решения спонтанны; главное - это то, что в сознании человека как выразителя активности сознания "сидит" всегдашняя неудовлетворенность собой, без которой он превратился бы в тупую скотину, жующую одну и ту же жвачку, которая может быть очень приятной. Именно в этом выражается его свобода, и именно поэтому он получает возможность не просто жить, а сознательно развиваться и не стоять на месте.
  Не бытие "навязывает" сознанию себя в целом и не сознание делает, что пожелает с бытием, но сознание "привлекает" к себе информационные копии лишь тех объектов из вневременной бесконечности, которые оно способно через ощущения носителя сознания распознать и объединить с тем, чтобы от мгновения к мгновению для сознания им же в конечном итоге формировалась меняющаяся картина вещей. Образы вещей в сознании при данном процессе адекватны самим вещам. Остальные фрагменты из вневременной бесконечности, которые не могут пройти по имеющимся каналам органов чувств или которые имеющиеся в живом программы не способны, по крайней мере, пока распознать, выпадают из меняющейся картинки формируемого сознанием в живом фрагментарного бытия.
  В этом процессе получения адекватного отображения доступной для сознания реальности на уровне явлений посредством поступающих и обрабатываемых информационных пакетов участвуют как органы чувств, так и обрабатывающие поступающую информацию центры. При этом, в силу физиологических особенностей живого организма пауза между "моментами" копирования выпадает для сознания живого существа, в результате чего перед любым живым существом вместо частотной среды возникает движущийся и меняющийся красочный мир.
  Но уразуметь тот факт, что при этом носитель сознания попадает во временной процесс способно только высшее сознание, которое понимает себя, однако в качестве человека оно считает время независимым от него. Тем не менее, указанный процесс съема информации означает появление собственного времени или "настоящего" для человеческого сознания, в условиях которого оно получает пространственную меняющуюся картинку окружающего. В ней оно может участвовать в событиях, или жить - взаимодействовать с окружающими объектами, мыслить, переживать, искать себя, ставить цели, решать задачи, стремиться даже к недостижимому, и находить в этом удовлетворение.
  Таким образом, для человеческого сознания меняющуюся картину мира в виде явлений, но не сущностей глубоких уровней, формируют не чувства и не мышление, хотя они и являются средствами, а она в целом есть продукт процесса обработки поступающей информации в человеке, подобный тому, который происходит в компьютере или в любом другом живом; разница состоит только в том, что человеческое сознание способно отделять себя от реальности и взаимодействовать с ней уже на этой новой основе - основе собственного самосознания, целенаправленно используя память, мыслительные способности, речь, различного рода коммуникации, воображение, экспериментальные данные, и всё это - на фоне эмоций, а не с помощью только лишь программного обеспечения или инстинктивно-рефлекторных действий соответственно.
  Можно поэтому отметить, что каждый человек обладает самой высокой формой материи из всех имеющихся ее форм именно потому, что он есть самосознающее существо с максимально возможным уровнем свободы. В конечном счете, он не подчинен никому и сам распоряжается собой, так как он изначально сам в своем сознании "бросает" себя только в такой мир, в котором он может целенаправленно реализовываться так, как он пока может в условиях сопротивляющейся среды, включающей в себя и прямых его конкурентов, таких же, как и он сам. Этим человек и отличается от всего остального живого, так же обладающего сознанием, но более низкого уровня, которое только лишь приспосабливается к формируемой им при участии единого сознания среде, - от бактерий до высших млекопитающих.
  Однако потенциально любое в целом инстинктивно-рефлекторно действующее живое есть основа жизни, без которой высшее сознание не может обойтись. Инстинктивно-рефлекторно действующее живое создает не только базу для проявления высшего сознания, но и - промежуточную оболочку между ним и неживой материей, снабжая человеческое тело практически всеми энергетическими ресурсами, являясь его пищей, а также создает живой и бурлящий фон его жизни, без которого людские сообщества оказались бы в ледяной пустыне безмолвия.
  Таким образом, можно сказать, что человек содержит в себе все мироздание в настоящем не только потому, что он является частицей голографической проекции вневременной бесконечности, но и вследствие того, что он является и вещью, и сознанием инстинктивно-рефлекторно действующего живого организма, и высшим сознанием существа, сознающего самого себя.
  Вещность в человеке является материальной базой всего, составляя организм человека из элементов и компонентов, соответствующих данному измерению бытия. В этой неживой материи, пассивном проявляется знак вневременной бесконечности, без которого мироздание не состоялось бы.
  Низшее сознание, оживляющее тело в соответствии с имеющимися у него кодами и программами, позволяет ему воспроизводиться, в нем происходит обмен веществ, в нем действуют органы чувств, "поставляющие" информацию снаружи и изнутри к обрабатывающим информацию и управляющим организмом центрам. Самым значимым в инстинктивно-рефлекторно действующем живом являются ощущения, осуществляющие связь сознания в нем с окружающим.
  Высшее сознание, вступающее в интеграцию с вещными компонентами тела и инстинктивно-рефлекторно действующем живым, создает существо, обладающее самосознанием, которое является символом всего мироздания, "строящегося" для него же.
  Понятно из этого сопоставления всех трех составляющих реальности нашего мира, что знаком человека является не его материальная сущность, не его ощущения или даже не его разумность, присущая любым живым существам вследствие наличия у них управляющих центров, а этим знаком может быть только самосознание.
  Самосознание дает простор для любого творчества, обеспечивая общее развитие сознания в условиях пригодной для жизни и вместе с тем в условиях сопротивляющейся среды. Благодаря самосознанию это творчество выливается в бесконечное, осмысленное функционирование всего бытия, которое именно для этого и формируется сознанием на основе вневременной бесконечности.
  Отсюда следует, что сам человек обозначает и выражает высшее сознание, являясь его орудием, с одной стороны, как информационное звено, которое связывает бытие, голографическую проекцию вневременной бесконечности и саму вневременную бесконечность, а с другой стороны, он является полноправным представителем единого сознания, осознанно действующим в конечных реальных (с движением) образованиях в виде сообществ. Без подобных персон и коллективов, противодействующих друг другу и вместе с сотрудничающих между собой, единое сознание оказалось бы бессильным.
  ***
  Как показано выше, без живых существ ни времени, ни зависящих от времени пространства и движения каких-либо объектов быть не может потому, что только живые существа способны благодаря своему устройству конвертировать поступающие сведения в текущее время со всеми его аксессуарами, указанными выше, в число которых входят и сами живые существа, располагаясь в образованном ими же временном потоке среди вещей теми или иными группами в подходящих для существования условиях.
  Вы скажете: а что же было до появления живых существ во вселенной?
  Да, ничего и не могло бы быть, так как без живых существ "имелось" бы только небытие.
  Более того, живое и неживое способны существовать и изменяться только благодаря тому, что живое предоставляет текущее время не только для себя, но и для неживого, так как без него для живого отсутствует сфера для изменения и развития, пригодная и вместе с тем сопротивляющаяся его воздействию, подобно тому, что без трения человек не смог бы ходить.
  Таким образом, сфера действий живых существ, или их бытие ограничивается текущим временем, которое они же и создают на основе поступающих информационных потоков, из которых они способны выделить именно то, что требуется им для жизни, создавая микросферу для жизни в виде, например, того, что существует на Земле, а также макросферу в виде бесконечного ряда вселенных с соответствующей для них же инфраструктурой.
  Бытие со всеми его атрибутами способно существовать только в совокупности с неким потусторонним, которое для нас оказывается неизвестным и непонятным небытием - вне известного нам времени.
  Сей факт объясняется тем, что ограниченный диапазон органов чувств и степень эффективности центров обработки поступающей информации не позволяют заглянуть туда, но это небытие, как ни странно, через живые существа руководит как всем бытием, так и самими живыми существами, поскольку все живые существа есть альянс активного и пассивного, то есть сознания и неживого.
  База этого альянса находится в небытии, точнее, она "располагается" во вневременной бесконечности, которая для нас представляется как Ничто, но в этом Ничто потенциально имеется все, которое "выдается" в соответствии с запросами живого по мере надобности через определенный информационный канал, которым является квази-временная проекция бесконечности вне времени в виде голограммы [2].
  А основным свойством голограммы является совпадение каждой ее части со всем целым, что обеспечивает их связь вне времени.
  Благодаря этому свойству все пакеты информации, обновляющие со сверхвысокой частотой каждый объект бытия, ставят это бытие как во всех его частицах, так и в целом под контроль голограммы, которая представляет собой высокочастотное образование как продукт наложения нескольких когерентных волн, дающего стационарную интерференционную картину, поскольку разность фаз волн не меняется.
  В голограмме каждая частица активного не теряет единства со всей едино-множественной бесконечной совокупностью активных частиц и поэтому может, в частности, с помощью этого единства распознавать, считывать и копировать из вневременной бесконечности имеющимися у неё средствами (живое) необходимые для собственного существования вещи в их связи, распознавая их в соответствии с имеющимся у него разумением (интеллектом) вкупе с формообразующими способностями так, как хочет и может, обновляя каждый "момент", то есть дискретно, но бесконечно, голографическую проекцию как квази-временную основу для собственного существования в текущей реальности в виде живого в этом информационном процессе.
  Частицы-копии активного (сознания) в объединении с копиями пассивного (вещей) в текущей реальности способны тем самым получать из вневременной бесконечности "нужные" им копии вещей (пассивное) в информационной форме для замены ими имеющихся копий вещей в бытии, в том числе и для замены собственной вещной основы, а также обновлять себя же.
  Этот информационный процесс взаимодействия вневременной бесконечности, где всё слитно, и голографической проекции, где активное и пассивное разделены, требует для их взаимодействия между собой, а также с вневременной бесконечностью искусственное объединения активного и пассивного в ту или иную форму живого, основным отличием которого от всего прочего является способность переводить отдельные последовательные пакеты данных, несущие закодированную информацию, в объекты текущей реальности для их обновления, включая и сознание в живом. Эти пакеты подобны импульсным сигналам от передатчика через эфир к телеприемнику, в котором они преобразуются в меняющуюся оформленную картину на экране.
  Живое так же способно преобразовывать отдельные последовательные импульсные сигналы, содержащие информацию, в непрерывно меняющуюся картину мира вследствие определенной инерционности обработки сигналов, которая в сознании любого живого существа нивелирует паузы между поступающими пакетами информации (позициями обновления), создавая непрерывность изменения всей картины, в которой появляются уже реальные - более или менее "плотные" - объекты, а не частотные информационные копии активного и пассивного.
  Однако, в отличие от телевизора, который только расшифровывает и преобразует в изображение сцену, уже заранее подготовленную из соответствующего источника, живое существо обладает способностью изменять эту картину в соответствии со своими потребностями, желаниями, при этом человек может изменять эту картину также в соответствии со своими целями, автоматически общаясь через свои органы чувств посредством голограммы с непроявленной бесконечностью, хотя в целом процесс обновления бытия регулируется единым сознанием голографической проекции бесконечности вне времени.
  Тем самым для сознания живого существа возникает в движении (энергии) изменяющийся событийный мир - текущая реальность, или бытие, в котором уже можно жить в собственном настоящем, но в рамках общего времени.
  Иначе говоря, мощная энергия сверхвысокочастотных волнообразных структур голографической проекции вневременной бесконечности, которые несут в своих гармониках соответствующую закодированную информацию, преобразуется в массу и энергию объектов текущей реальности, которые соотносятся между собой в соответствии с известной формулой E = mc².
  Материя, извлекаемая из Ничто, есть не более чем копия информации из него, попадающая на носители, имеющих противоположные знаки, которые взаимно не уничтожаются, находясь условно в разнесенном состоянии в виде проекции ничто.
  Таким образом, обе эти части могут соответственно поставлять материю в вечность (бытие) одного знака и соответственно - другого знака, интегрально являясь ничем, то есть в этом отношении бесконечная проекция бесконечного Ничто не отличается от самого Ничто.
  Cвязь вневременного Ничто с бесконечным бытием в текущем времени (вечностью) может осуществляться информационно с помощью имеющихся в голографической проекции вневременной бесконечности материальных носителей, несущих копии информации из вневременной бесконечности, необходимой бытию в текущем времени, причем эти носители восстанавливают бытие как в целом, так и обновляют каждый его объект со сверхвысокой частотой, что ощущается каждым живым существом в бытии пребыванием в потоке этого, в сущности, искусственного времени, которое формируется живыми существами автоматически так, как показано выше.
  Информация может восприниматься, обрабатываться, храниться, изменяться и передаваться живыми существами, поскольку, по определению, информация есть сведения о состоянии материальных объектов, которые распознаются другими объектами имеющимися в их распоряжении средствами.
  Эту операцию не способны проводить неодушевленные объекты, так как они не имеют для этого соответствующих средств, тогда как воспринимать, обрабатывать, сохранять, изменять и передавать определенные сведения, перерабатывая их в информацию, то есть в понятное для себя, способны единственно живые существа благодаря тому, что они имеют датчики (органы чувств), центры обработки поступающих сигналов и программу метаболизма, роста и развития на белковом носителе (геном).
  Таким образом, информация подвластна активному (сознанию) только в объединении с пассивной составляющей в определенной форме.
  Эта форма на информационной основе и представляет собой живые объекты, входящие в состав бытия, а этой информационной основой являются волнообразные сверхвысокочастотные структуры проекции бесконечного ничто, одни из которых являются наипростейшими, составляя информационную основу неживых объектов в бытии, другие же в своих гармониках несут программы активного (сознания), благодаря которым эти объекты определенной структуры (органы чувств, центры обработки информации, геном) способны воспринимать, обрабатывать, изменять, хранить и передавать информацию, приобретая тем самым возможность для самодеятельности и саморазвития.
  Стало быть, не одно бытие, а совокупность вечности (бытие) и вневременной бесконечности с собственной проекцией, представляют полную систему мироздания, которая функционирует только благодаря объединению неживой (пассивной) материи и активной материи в виде живых существ.
  Они конвертируют информацию от вневременного ничто через ее проекцию в соответствующие объекты бытия с его текущим временем, придающим им движение и изменение в определенном пространстве, вследствие чего бесконечное ничто проявляется в известном нам виде бытия, которое формируется живыми существами бесконечно в форме ряда вселенных, то есть вечно.
  В результате, благодаря конечному живому, находящемуся вследствие своего строения в информационных потоках, воспринимаемым им, достигается как стабильное бесконечное существование всей системы мироздания, так и развитие бесконечного сознания (активного) посредством того же конечного живого.
  Следует также отметить, что основа ассоциации активного и пассивного в бытии представляет собой образование из пассивной материи в виде молекулярных комплексов, содержащее органы чувств, центры обработки информации, центры, обеспечивающие реализацию формообразующих способностей, содержащие соответствующие программы роста, существования и развития существа в определенной среде.
  Только через это структурное образование пассивной материи сознание получает возможность вливаться в потоки информации, пользуясь ими. Поэтому сознание как бы покрывает сформированное и обновляемое им структурное образование из пассивной материи, заводя своей энергией все составляющие этого образования, которые начинают согласованно функционировать в соответствии с заложенными в них программами, начиная с зародыша, будучи при жизни приемником информации из вневременной бесконечности через ее голографическою проекцию. Вместе с тем это ожившее образование автоматически поставляет информацию о всех своих чувствах и мыслях той же голографической проекции вневременной бесконечности, которая накапливается в ее базах данных.
  То есть активное (сознание) не объединяется непосредственно со сформированной им же структурой, являясь иной - наиболее организованной волновой материей голограммы, а, подобно источнику энергии для радиоприемника и вместе с тем антенне, подключает оживляемую структуру через себя к голограмме, являющейся информационным мостом, соединяющим оживляемую структуру с вневременной бесконечностью.
  В этом процессе формирования основы живого из пассивной материи и подключении его к голограмме состоит оживление этого образования из пассивной материи, то есть сознание делает его восприимчивым к окружению в ассоциации с собой в течение срока жизни (определенный период времени роста, развития и угасания существа), с одной стороны, создавая возможность передачи потоков информации от живого проекции вневременной бесконечности и от нее живому, откликаясь на его запросы, для обеспечения стабильности мироздания и, с другой стороны, предоставляя этому живому возможность в отведенное ему время "наслаждаться" жизнью, базой которого являются питание, размножение и стремление к улучшению собственного существования вследствие непреходящей неудовлетворенность настоящим, не позволяющей живому существу застаиваться.
  Поэтому ассоциация сознания и пассивной материи определенной формы и структуры создает вполне автономное живое существо, которое нельзя отнести ни к пассивной материи, ни к активной, и оно поэтому, как нечто среднее, не сознавая свою основную функцию хранителя стабильности мироздания и строителя бытия, просто живет себе в виде сообществ в поколениях в соответствующих нишах, в основном пожирая друг друга, исключая человеческое сообщество, в котором этот процесс уже не практикуется.
  Однако программа роста, изменения и развития каждого живого существа, активирующаяся активным (единым сознанием) голограммы - проекции вневременной бесконечности, - первоначально настраивается упрощенно сугубо на стремление живых существ к сохранению своей жизни ради получения ими ощущений, отличающих жизнь от пустоты небытия, с которой некоторые виды животных знакомы по спячке или обморокам.
  Именно ощущения, прежде всего, дают полноту жизни, а мышление лишь регулирует их поступление по возможности.
  Поэтому для всех живых существ программа роста изменения и развития настроена на получение ощущений, дающих впечатление пребывания в жизни, но не более того.
  В соответствии с этой программой, находящейся в геноме каждой клетки организма, все живые существа борются за сохранение ощущений, а всё остальное, в частности, проблемы познания, культуры, морали не входят в их "рацион", то есть все они запрограммированы лишь к получению ощущений, что им и удается с разным успехом, приспосабливаясь к окружающей среде.
  Иначе говоря, все живые существа находятся как бы внутри среды, являясь, своего рода, атомами или динамическим составляющими этой среды, толкущимися в ней ради приза в виде ощущений, а не размышлений о такой жизни.
  Выйти наружу они не способны, но оказались бы способны, если в дополнение к первой программе в геноме появилась дополнительная программа, которая разрешала бы им произвольные соображения с соответствующими им действиями для достижения поставленных целей помимо наработанных инстинктов и рефлексов.
  Именно такая программа появилась тогда, когда возник подходящий кандидат, способный на произвольное мышление и произвольные действия.
  Таковым кандидатом явилось одно из прямоходящих существ, которое было наиболее развитым в отношения производства разнообразных действий.
  Остальные живые существа не были охвачены этим нововведением и поэтому до сих пор живут, приспосабливаясь к собственному окружению ради получения ощущений, и не претендуют на большее.
  На организацию введения максимально сложной дополнительной программы в геном, переводящей отчасти действия живого существа из адаптивной сферы выживания в сферу осознанного развития способно только такое образование как голографическая проекция вневременной бесконечности/, включающая в себя единое сознание голограммы, вследствие того что оно способно охватить вне времени все живые существа благодаря свойству голограммы "всё в одном", а также способно поэтому ввести в геном и дополнительную программу, способствующую приобщить подходящее живое существо к целенаправленному воздействию на окружающую среду для приспособления ее к потребностям и интересам живого существа, что уже выходит за рамки инстинктов и рефлексов.
  Эта дополнительная программа, уже обеспечивает осознанное воздействие живого существа на окружающую среду для достижения им заранее поставленных целей, соответствующих не столько потреблению приятных энергетических ресурсов, сколько удовлетворению интересов этого существа, которые постепенно становятся всё более разнообразными в ходе его активности - сначала ради повышения эффективности использования собственного окружения, а затем и достигая желания познать самого себя и окружающий мир, что, в свою очередь, еще более повышает эту эффективность.
  В этом случае объем и скорость потребляемой информации многократно возрастают, стимулируя прежде всего развитие центра обработки информации, объем которого у человека по сравнению с мозгом приматов возрос в пять раз, и структура его усложнилась в соответствии с решением новых задач, отсутствовавших ранее, а, значит, возросла и способность сознания развиваться не только в сравнительно узких рамках адаптивности, но и за ее обширными пределами, что, в свою очередь, стало отражаться всё в большем и большем поглощении потоков информации этим новым - двойственным в своем сознании - существом.
  Таким образом, введение дополнительной программы в геном предоставляет возможность дополнительного развития как самого живого существа в своем новом обличье, так и обеспечивает необозримый простор для развития сознания в этом новом существе в его поколениях и сменяющихся цивилизациях с бесконечными вариантами изменений настроения, соображений, мыслей, интересов и стремлений этих существ при их взаимодействии.
  Однако возрастающие потоки информации со временем начинают превышать возможности человеческого мозга, делая цивилизацию неустойчивой, и она распадается, сводя человека в его сообществах к прежнему состоянию отношений с природой, близкому к выживанию в ней, но, поскольку геном человека при этом не меняется, то человек в своих сообществах не теряет возможность снова использовать свою дополнительную программу в геноме для развития, столь существенно отличающегося от замедленного развития животного мира.
  И всё начинается снова, обеспечивая тем самым дискретное, но бесконечное развитие сознания в человеческих сообществах, которому нет предела, раз в человеке живым существам удалось выйти за пределы адаптивности.
  Тем не менее, возникает вопрос: что же происходит, в частности, с накопленными в ходе развития цивилизации ценностями культуры, науки и техники, не говоря бесконечных сменах настроения, соображений, мыслей, интересов и стремлений каждого из живущих, сугубо индивидуальных?
  Неужели все эти ценности, наработанные людьми, исчезают без следа?
  Но ведь по сравнению с ощущениями и соображениями остальных живых существ, они неизмеримо выше и качественно, и количественно.
  Данный факт является дополнительным доказательством существования потусторонней голограммы, не только двусторонне проводящей информационные потоки между бытием и вневременной бесконечностью, не только являющейся накопителем информации, но и представляющей собой единое сознание голограммы, которое сосредоточивает в себе в энерго-информационной форме всё, что есть в бытии, обновляя его каждый миг и, вместе с тем, единое сознание контролирует как появление (рождение) каждого живого существа, так и его существование через свою частицу - индивидуальное сознание, причем все эти частицы объединены вне времени, но в бытии каждое индивидуальное сознание не имеет связи со своей стороны с единым сознанием, позволяя, каждому живому существу действовать по собственному разумению, что, в частности, для человека составляет свободу его волеизъявления.
  Всё это делает человека в его сообществах не только перлом бытия, но и существом, вносящим максимальный вклад в информационную копилку единого сознания, изменяя и развивая его бесконечно, а также неосознанно участвуя вместе со всеми остальными живыми существами в формировании бытия и удержании всего мироздания в стабильном состоянии.
  Таким образом, изменение и развитие сознания может происходить исключительно в рамках биологической природы, вершиной которой является человек, поскольку только живые существа способны формировать текущее время, которое тем самым является искусственным, но способствующим "извлекать" тем самым и сознание, и всё остальное из небытия, поскольку реагировать на информационные потоки, конвертируя их в известные нам материальные объекты способны именно они, а не, например, искусственный интеллект, который не самостоятелен в своем функционировании и должен кем-то настраиваться, управляться и контролироваться. То есть все остальные формы материи информационно бесполезны, точнее, неживое способно быть только переносчиком информации.
  Единое сознание голографической проекции вневременной бесконечности использует каждого человека для собственного изменения и развития, поскольку покрывает его индивидуально при жизни, и вместе с тем объединяет в себе все впечатления бесчисленных жизней, тогда как сам человек, считая себя в определенной степени самостоятельным, - а это действительно так, - просто живет в соответствии со своими соображениями, способностями, обстоятельствами и окружением отмеренный ему срок, не замечая связи собственного организма с единым сознанием и не осознавая собственную роль в мироздании, которое на самом деле без живых существ не представляло бы собой ничего в полном смысле этого слова.
  Таким образом, без живых существ, формирующих текущее время, бытие лишается этого времени и становится небытием, хотя потенциально в этом безвременном небытии, или ничто имеется всё, но оживить, то есть заставить это всё задвигаться и развиваться способны только живые существа, которым в лице человека, помимо прочего, доступна фиксация, понимание и применение текущего времени для своих целей, причем из всех живых существ только люди, единственно осознающие себя во времени, понимают собственную смертность, что само по себе делает их жизнь не только ощущаемой, но осмысленно-трагичной, заставляя их переживать ее не только в рамках конкретной выгоды, но и культуры.
  ***
  Судя по тому, что всё в нашем мире связано, а сами живые существа представляют собой сверхсложные материальные комплексы, которые не только способны формировать текущее время и, следовательно, бытие в целом и во всех его частностях, для собственного существования в нем, но их ценность состоит также в том, что через них автоматически проходит прямой и обратный потоки информации, фиксирующие все события в бытии, которые отсутствуют в неживом. Тем самым живое обеспечивает функционирование всего мироздания в непрерывном его обновлении, не позволяя ему впасть в небытие.
  Однако, всё это невозможно без определенного контроля и руководства из какого-то центра.
  И этим центром может быть только единое сознание голографической проекции вневременной бесконечности, охватывающей через свои локальные (индивидуальные) формы все живые существа, которые в своей совокупности формируют из пассивного (неживого), точнее, из их информационных копий, инфраструктуру для собственной жизни в ней на экзопланетах в структуре известных нам вселенных со всеми их атрибутами, также контролируемых единым сознанием.
  Если рассмотреть последовательно проблему Высшего разума и соответственно цель, которую он преследует, то можно выяснить, отталкиваясь от описанной выше тройственной модели мироздания, представляющей собой непроявленную вневременную бесконечность (ничто), ее квази-временную голографическую проекцию и бытие в текущем времени, то есть в непрерывном обновлении, следующее.
  Из представленной модели вырисовывается присутствие Высшего разума в двух ипостасях.
  1. Непроявленное единое сознание вневременной бесконечности, представляющее всё, что есть, и всё чего еще нет потенциально, но не отдельно, а в неразрывной связи с проявленным, временным единым сознанием голографической проекции вневременной бесконечности.
  2. Проявленное в голограмме единое сознание, переводящее через живое информацию в текущее время и, следовательно, в движение в пространстве, и определяющее всё в формирующемся в непрестанном обновлении бытии (множестве вселенных на различных стадиях развития) в изменениях через общее время различного типа, то есть проявляющее бесконечное через конечное бесконечно, но дискретно в виде бытия для собственного развития, жизни и выражения, и удерживая вместе с тем свое едино-множественное голографическое образование, обновляющееся со сверхвысокой частотой, в равновесии с вневременной бесконечностью посредством формирования общего времени через себя в качестве живого, формируя тем самым пространство и движущиеся в нем вещи.
  Тем самым проявленное единое сознание последовательно представляет бытие как настоящее не только в постоянном обновлении, но и сохраняет поток всего сущего в рамках бытия, производя и то, что есть, и сохраняя прошедшее.
  Вечное, но дискретное обновление и удержание бытия производится через конечные живые существа, являющиеся не только обладателями органов чувств, но и владельцами сознания. Этот процесс происходит в результате взаимодействия темпоральной голографической проекции и вневременного, бесконечного Ничто, осуществляющееся единым сознанием посредством живого. При этом, информация является тем мостом, который их соединяет, и образует в конечном итоге как окружающий живые существа мир, так и их самих. Бесконечное при этом выражается в конечном бесконечно, но дискретно.
  Не проявляться в виде подобной голографической проекции, составляя тем самым двойственную - вневременную и вместе с тем временную - систему, мироздание в лице непроявленного единого сознания не может, так как вне этого образования оно в целом не что иное, как небытие.
  Таким образом, активное (сознание) и пассивное (вещи) во вневременной бесконечности нераздельны, и вместе с тем в определенном отношении разделены в ее голографической проекции.
  Поскольку общее время формируется проявленным единым сознанием голографической проекции вневременной бесконечности через собственные частицы в живых существах не вообще, а для собственного развития, жизни и выражения, которое возможно лишь в сообществах индивидуумов, постольку в рамках общего времени каждая частица проявленного единого сознания формирует в персональном носителе (живое существо) собственное время.
  Поэтому проявленное в своих частицах единое сознание объединяет в процессе формирования собственного времени каждым живым существом вещные компоненты и компоненты сознания в определенное единение на ограниченное время жизни существа, предоставляя ему возможность действовать в соответствии с уровнем имеющегося у него сознания - высший уровень в этом отношении соответствует существам с самосознанием, обладающим свободой воли вследствие способности мыслить произвольно на основе неудовлетворенности обеих форм индивидуального сознания в человеке.
  При этом каждое живое существо из их бесчисленного множества является таковым в результате обладания генетического кода (программы), обеспечивающего тип, функционирование и размножение организмов как в качестве существ низшего сознания (одна программа), так и существ, сознающих себя, то есть существ с введенной дополнительной программой, позволяющей существу обрести способность самовыражения в собственном времени в максимальном охвате собственного окружения с его осознанным изменением в своих целях.
  Вместе с тем единое сознание голограммы [2] в течение жизни каждого существа сохраняет с ним связь со своей стороны, но отключает ее со стороны живого существа, обеспечивая тем самым автономность действий каждого индивидуального сознания в собственном носителе: связь со стороны единого сознания голограммы с каждым индивидуальным сознанием сохраняется в течение жизни живого существа как основное свойство голограммы, становясь односторонней в момент рождения, со снятием этого ограничения в момент смерти живого существа, приобщая тем самым данное индивидуальное сознание, выпадающее из текущего времени, к себе полностью.
  Формирование собственного времени каждым живым существом из их бесконечного множества автоматически конвертируется в формирование общего времени, то есть, создание каждым существом своего собственного окружения создает всем этим множеством, точнее, воссоздает, бесконечно, но дискретно всё бытие с каждым импульсом высокочастотного обновления голографической проекции вневременной бесконечности.
  Проявление данной ипостаси единого сознания голограммы в конечном бесконечно, но дискретно среди вещей и непосредственно в них (объектов бытия), подверженных разрушению в течение собственного существования, стабилизирует частицы сознания, находящиеся в живом, поскольку ядро каждой частицы сознания восстанавливается в конечном в ходе взаимодействия с ним в результате соответствующих реакций на происходящее. Тем самым каждая частица единого сознания является неизменной и вечной по своей сущности, но вместе с тем бесконечно меняющейся, как и единое сознание в целом.
  В данной ипостаси непроявленное единое сознание голограммы распространяется на всё бытие, являясь тем самым бесконечным и всепроникающим, проявляя себя среди движущихся вещей в пространственно-временном континууме, то есть используя проявленное бытие для собственного изменения и развития благодаря непрерывному изменению в формируемом им посредством живых существ времени. Поэтому оно не может быть неизменным.
  Раз в этой ипостаси единое сознание голограммы в целом непрестанно меняется, стремясь к новизне, оно не может быть всеведущим и всемогущим, но может в вечности стремиться к этому, то есть к непроявленному единому сознанию вневременной бесконечности, содержащей в потенции всё, что есть, и всё, чего еще нет, но что рано или поздно появится в том или ином виде по мере необходимости и степени развития формообразующих способностей единого сознания голограммы, которое идет бесконечно, постигая все неисчислимые и многообразные оттенки бытия, ошибаясь и исправляя содеянное, находя именно в этом прелесть собственного существования, точнее, жизни в этом вечно меняющемся бытии.
  При этом для собственной реализации единое сознание должно быть разделенным, чтобы действовать через свои частицы в конечном, в частности, в смертных существах-людях, временно оживляя их и делая разумными в той или иной степени, но не знающими, что они функционируют, хотя и по собственной воле, но при представительстве того же проявленного в них единого сознания.
  Всё же остальное в бытии является базой и условием для развития частиц проявленного в бытии единого сознания, которое как разделено и вездесуще, так и едино, и целостно, что вполне возможно на разных уровнях, поскольку нам известен соответствующий этому голографический принцип [2].
  Единое сознание голограммы не присутствует единственно в непонятно каком надмирном месте в виде непонятной бестелесности, и не образует мир своим внезапным велением. Оно в своем нераздельном единстве с непроявленным единым сознанием вневременной бесконечности, будучи его проявленной во квази-времени проекцией и вместе с тем - проявленной в текущем времени бытия в виде живых существ, есть в определенной степени ведущее звено бытия. Этим самым непрестанно формирующееся во времени бытие оказывается со-бытием для единого сознания.
  Таким образом, сознание является единым и разделенным в своих ипостасях для собственного проявления и развития в бытии, которое формируется им же через собственные частицы посредством голографической проекции бесконечного Ничто (вневременной бесконечности.
  ***
  Любопытно задать и попытаться разрешить следующий вопрос: есть ли смысл в рождении и смерти, кроме всем понятного непреложного конца, если уж случилось начало, правда, не совсем ясное? Или же автоматизм в рождении и смерти так и останется непонятым для нас - смертных?
  То есть, почему и для чего рождаются живые существ, то есть вследствие чего мироздание не обходится без них, и то, почему и для чего им приходится умирать, но не исчезать полностью, хотя бы потому что от них остается потомство, чего лишены все остальные объекты бытия. Кроме того, если мироздание неспособно проявляться без живых существ, то момент смерти и момент рождения в текущем времени не могут быть разнесены и должны совпадать.
  Все религиозные конфессии, материалисты разного рода и экзистенциалисты, которые наиболее отчетливо показали современное отношение философии к смерти, сходятся, как ни парадоксально, в одном: все они полагают, что смерть "изымает" человека из бытия.
  В частности, христиане считают смерть возвращением души из бытия к Богу, сохраняя душу в вечности, отказываясь тем самым от хоть какого-то правдоподобного объяснения того, зачем душе следует без всякого толку обретаться в вечности, побывав один раз в бытии.
  Материалисты безапелляционно утверждают, что смерть - это безвозвратный переход человека из жизни в небытие, что уж совершенно бессмысленно для сознания человека хотя бы потому, что и оно должно тоже исчезнуть, но это вполне логично для материалистов, так как они считают сознание конечным продуктом неодушевленной материи, и куда ж ему деться, как не пропасть вместе с телом, обратившись снова в неживую материю.
  То есть материалисты устраняют сознание точно так же, как и христиане душу, навсегда от последовательного участия в событиях, которые происходят только в бытии.
  Кажется, что уж экзистенциалисты, полагающие существование, то есть жизнь, единственно интересным, откроют нам правду жизни и смерти, и они действительно правы в том, что кроме жизни ничего интересного нет, но и экзистенциалисты опять же приходят к несуществованию после смерти.
  Экзистенциалисты, рассуждая о смерти, подразумевают жизнь, поскольку смерть, как они полагают, есть отсутствие существования, которое их не интересует. Значит, о смерти можно говорить только в контексте приближения к несуществованию.
  Например, Хайдеггер пишет о смерти так: "Смерть мы эксзистенциально осмыслили как характеризованную возможность невозможности экзистенции, то есть как прямую ничтожность присутствия" [9, с. 306]; "... В своей смерти присутствию предстоит себя просто "изъять" [там же, с. 308].
  Подобный перенос проблемы смерти на жизнь, во-первых, предполагает, что человек всегда должен находиться в состоянии преддверия смерти, которая может наступить в любой момент, означая конец всему, то есть - в состоянии тревоги, уничтожая тем самым разнообразные, в том числе и приятные впечатления от жизни, и, во-вторых, экзистенциалисты, подобно представителям религиозных конфессий и материалистам, не способны конструктивно заглянуть за порог смерти, поскольку не отмечают там никакого присутствия жизни.
  Объяснение столь парадоксальному совпадению по итогу таких, как кажется, совершенно разных подходов к существованию в бытии и за ним после смерти, состоит в том, что все они -гуманисты, которые, как известно, полагают, что в основе бытия находится человек.
  Поэтому христиане полагают, что после смерти душа навсегда отделяется от человека, оставляя его грешное тело в бытии, и, вероятно, вспоминая в вечности о том, как жилось ей в этом теле, так как больше вспомнить не о чем.
  Материалисты вообще отрицают присутствие души в теле, полагая, что сознание есть естественное следствие развития неживой материи, фиксируя свое внимание только на конечном человеке в обществе в качестве продукта общественных отношений. Поэтому человек для них вполне естественно исчезает после смерти, навсегда выпадая из бытия, захватывая с собой сознание.
  Экзистенциалисты вовсе не замечают сознание (душу), подменяя ее заботой в бытии о бытии: "Забота равноисходно таит в себе смерть и вину. Лишь заступающая решимость впервые понимает способность-быть-виновным собственно и цело, т.е. исходно" [9, с. 306].
  Поэтому более адекватным решением проблемы рождения и смерти, на наш взгляд, может оказаться выдвинутая нами гипотеза о голографической "прокладке" [2] между бытием и вневременной бесконечностью, поскольку следствия из нее, выглядят довольно убедительно [3].
  Действительно, основная тайна рождения и смерти состоит в том, что живое существо приходит как бы ниоткуда и уходит как бы в никуда. Очевидно, тут не обойтись без потустороннего, которое тоже надо как-то определить.
  Поэтому требуется некая удобоваримая гипотеза, чтобы объяснить хотя бы для себя, что же происходит, отвергая сугубо односторонние подходы как идеалистов, так и материалистов, в сущности, ничего не объясняющие даже с позиции обычной логики.
  В частности, идеалисты разных мастей ищут причину жизни, вещей и всего прочего в боге, мировом духе, чистых и незамутненных идеях, хотя их никогда не видели и не увидят потому, что идеального на свете не существует, да и сам этот подлунный мир отнюдь не ограничивается тем, что маячит у нас перед глазами, на что упирают материалисты, которые, точно так же, как и идеалисты, односторонни, полагая причиной всего движущуюся материю.
  Однако неодушевленная материя не имеет возможности воспринимать, отбирать, передавать и использовать данные из окружающего с пользой для себя вследствие отсутствия у нее необходимых органов для этого; да и возникновение движения материи материалисты объяснить не в состоянии, несмотря на то, что движение есть очевидное проявление текущего времени, хотя и само время не существует само по себе, на что еще Кант обратил своё внимание: "Время не есть нечто такое, что существовало бы само по себе или было бы присуще вещам как объективное определение, стало быть, оставалось бы, если отвлечься от всех субъективных условий созерцания вещей. В самом деле, в первом случае оно было бы чем-то таким, что могло бы быть действительным даже без действительного предмета. Во втором случае, будучи определением или порядком, присущим самим вещам, оно не могло бы предшествовать предметам как их условие... время есть априорное условие всех явлений вообще... если мы возьмем предметы так, как они могут существовать сами по себе, то время есть ничто. Оно имеет объективную значимость только в отношении явлений, потому что именно явления суть вещи, которые мы принимаем за предметы наших чувств..." [7, 1.1, ј6]; "Оно не что иное, как форма нашего внутреннего созерцания. Если устранить частное условие нашей чувственности, то исчезнет также понятие времени; оно присуще не самим предметам, а только субъекту, который их созерцает" [там же, ј7]; "... понятие изменения и вместе с ним понятие движения (как перемены места) возможны только через представление о времени и в представлении о времени... понятие времени объясняет возможность всех тех априорных синтетических знаний, которые излагает общее учение о движении" [там же, ј5].
  Получается, что основания для рождения, жизни и смерти до сих пор остаются в тумане, и мы пока не ведаем по какой причине рождаются и существуют, изменяясь, живые существа, в том числе и человек, и почему и для чего к ним в конце концов приходит смерть.
  Однако были мыслители, которые сумели вообразить, что человек в своем сознании есть некий приемник, получающий в силу своей конструкции и знания, и представления.
  В частности, Пирс чисто интуитивно осознал феномен процесса движения чувств и мыслей в качестве производного от взаимодействия органов чувств и сознания с окружающим, или, в современном представлении как информационный процесс взаимодействия каждого индивидуального сознания в собственном носителе со средой, в котором последовательные мгновенья времени в восприятии человека сливаются воедино в непрерывный поток, дающий ему жизнь: "В моем сознании ни в одно мгновенье нет ни знания, ни представления, однако в отношении между моими состояниями сознания в разные мгновения - есть. Коротко говоря, Непосредственное (а поэтому само по себе не подверженное опосредованию - то есть Неанализируемое, Необъяснимое, Неинтеллектуальное) протекает непрерывным потоком через наши жизни. Оно есть совокупность сознания, чье опосредование, которое и есть его непрерывность, обязано своим существованием реальной действующей силе, подразумеваемой сознанием" [8, с. 31].
  В соответствии с изложенной выше гипотезой о голографичности мироздания не может быть одинарного мироздания. Если мироздание единственно, то оно проявляться само по себе не способно без посторонней помощи - Бога, Большого взрыва неизвестно кем или чем инициированного и т. п., что само по себе указывает на беспомощность как идеалистов, так и материалистов в отношении генезиса мироздания, которое не может быть временным, то есть появляться по чьему-то хотению или случайно.
  Наша гипотеза демонстрирует вечность мироздания и соответственно - бытия, если оно формируется живыми существами, которые поэтому являются ключевым элементом бытия, не ведая о том.
  Результат подобных действий живых существ в совокупности и отдельности дает возможность этим существам не только жить, но и развиваться в этом практически идеально структурированном для них бытии по принципу биологической эволюции в течение определенного срока.
  Кроме того, сознанию живых существ, присутствие которого у них трудно отрицать, поскольку без него живое становится таким же, как и все остальные неодушевленные объекты бытия, предоставляется возможность развиваться, хотя и дискретно, то есть после смерти одного живого существа, оно появляется вновь в несколько измененном виде в другом существе, что мы и наблюдаем в эволюционной веренице усложняющихся и совершенствующихся организмов вплоть до появления существ, способных осознавать свои действия.
  Эти, последние в веренице всех разнообразных живых существ, в отличие от них уже способны менять мир, окружающий их в соответствии со своими проектами, ускоряя тем самым еще более развитие сознания, а также делая его неимоверно многоликим.
  С этой позиции живые существа в своей совокупности и индивидуально как активное в бытии своими более или менее сознательными действиями на разных уровнях есть то единственное, что способно поддерживать развитие сознания через них вечно.
  Логично поэтому предположить, что мироздание существует не как нечто случайное, спонтанное, возникшее вследствие некоей флуктуации непонятно в какой момент, если можно говорить о времени, которого тогда вообще-то и не было, но мироздание существует вечно, постоянно обновляясь посредством бытия, формируемого живыми существами, автоматически обращающимися для этого к бесконечности вне времени через ее голографическую проекцию.
  Мироздание не может быть застывшим, лишенным, стало быть, развития, поскольку оно тут же выпадает из существования.
  Мироздание не может быть и хаотичным, поскольку оно, появившись, сразу же распадется, вследствие изначальной нестабильности.
  Поэтому законы, в соответствии с которыми мироздание функционирует, не просто удерживают его от застоя, крушения или разложения, а способствуют его развитию, смысл которого не может быть заложен в мертвой материи, но находится в живом, поскольку только оно способно к развитию, раз только живое может воспринимать, обрабатывать и передавать информацию.
  Именно для удержания мироздания в стабильном состоянии, пригодном для развития присутствующего в нем сознания в живом, необходимо рождение живых существ, которые в ходе своей жизни непрерывно получают от вневременной бесконечности всё новые пакеты данных, отбирая из них в соответствии с имеющимися у них средствами ту информацию, которая необходима для их существования, а также обновляя себя.
  Кроме того, с одной стороны, живые существа как бы оживляют через себя эту непроявленную бесконечность и поддерживают ее в стабильном состоянии благодаря функционированию прикладного бытия, мотором которого являются разнообразное живое.
  С другой стороны, живые существа рождаются для того, чтобы проявляющееся в них и через них сознание не стояло на месте, а развивалось посредством их общения и действий.
  Однако обновление каждого объекта бытия имеет предел, наступающий для всех его объектов, в том числе и живых существ тогда, когда сбои в процессе этого сверхвысокочастотного обновлении, происходящего в их частотно-волновой основе приводят к дезорганизации функционирования организма, который становится теперь непригодным для пребывания в нем сознания, которое его и покидает, констатируя тем самым смерть тела, но вместе с тем - обновление сознания, которое тут же проявляется в новом теле для какой-то иной жизни, позабыв поэтому про прежнюю жизнь, что необходимо не для человека, но именно для развития сознания в новом облике и в новых обстоятельствах.
  Подобные сбои в частотно-волновой основе бытия и есть истинная причина разрушения тела, а в общем отношении - причина распада всех объектов бытия, которые поэтому не могут не быть конечными.
  Тем не менее, через эти конечные объекты бытия, а не как-то иначе, происходит проявление в форме бытия вневременной, то есть вечной, бесконечности, поставляющей через свою голографическую проекцию информационные копии всех объектов бытия, включая каждое индивидуальное сознание, которые живые существа конвертируют в само бытие.
  Помимо того, смерть живых существ означает дискретное обновление каждого индивидуального сознания, которое позволяет ему уже иначе развиваться в новом живом существе, и так далее - до бесконечности.
  Таким образом, можно представить, что мироздание состоит как бы из трех слоев - вневременной бесконечности, ее голографической проекции и бытия, в котором располагаются живые существа.
  Любопытно, что в этом варианте мироздание оказывается стабильным и проявляется в форме бытия с действующими в нем живыми существами.
  Однако, наука придерживается иного мнения о структуре мироздания. Ученые считают, что пространство вокруг нас с движущимися объектами во времени, то есть бытие, ощущаемое нами, не что иное, как одинарное мироздание, то есть объективная реальность. не имеющая каких-то совершенно скрытых для нас слоев. Они также полагают, что мироздание-бытие, в котором находятся экзопланеты, состоит из бесконечного ряда вселенных. Но они не способны удовлетворительно объяснить, как они возникают.
  Мы же, напротив, предполагаем, что мироздание не совпадает с бытием, являясь вечным и бесконечным в силу своей особой структуры, в которую вместе с бытием входят еще два указанные слоя. Все они вместе своим взаимодействием обеспечивают прежде всего не собственное существование, а существование того образования, которое способно воспринимать, обрабатывать и передавать информацию, будучи поэтому всегда активным.
  Поэтому только оно - это активное - способно быть основой мироздания, которое существует, собственно, только для развития активного (в бытии активное есть сознание).
  Активное, по определению, не может останавливаться в потреблении информационных потоков, требуя всегда дополнительные порции информации для собственного изменения в них, в чем и заключается его способность к развитию, поскольку всё остальное (пассивное) способно только поддерживать это развития, не имея самостоятельности, но являясь равноправной составляющей мироздания, которая может быть как носителем информации, так и представлять собой инфраструктуру, обеспечивающую существование и развитие сознания, без которого активное также не может проявиться, и в этом отношении активное и пассивное являются равноправными и основными объектами мироздания в поле информации.
  Именно активное (сознание в бытии), ассоциировавшись с пассивным в бытии, оказывается включенным в информационные потоки, и способно конвертировать информацию, поступающую к органам чувств носителя сознания (живого) в виде последовательных пакетов-импульсов, записанную на волнообразных образованиях голограммы, в более плотные материальные объекты, формируя тем самым как само бытие, так и живые существа в нем.
  Основа ассоциации активного и пассивного в бытии представляет собой образование из пассивной материи в виде молекулярных комплексов, содержащее органы чувств, центры обработки информации и геном, содержащий соответствующие программы роста существования и развития существа в определенной среде.
  Только через это структурное образование пассивной материи сознание получает возможность вливаться в потоки информации, пользуясь ими. Поэтому сознание как бы покрывает сформированное и обновляемое им структурное образование из пассивной материи, точнее, делает этот комплекс оживленным, соединяя его с единым сознанием проекции вневременной бесконечности и тем самым заводя энергией этой проекции все составляющие этого образования, которые начинают согласно функционировать в соответствии с программой заложенной в геном, начиная с зародыша.
  То есть активное (сознание) не объединяется непосредственно со сформированной им же структурой, являясь иной и наиболее организованной волновой материей голограммы, а, подобно источнику энергии для радиоприемника, подключает оживляемую структуру через себя к голограмме, являющейся информационным мостом, соединяющим оживляемую структуру с вневременной бесконечностью.
  Эти ожившие комплексы в виде живых существ, являющиеся ключевым элементом бытия, имеющимися у них средствами расшифровывают и отбирают из поступающих последовательных закодированных пакетов данных информацию, подходящую для их существования, а затем конвертируют ее в собственное окружение в виде объектов бытия совместно, точнее, с помощью единого сознания голограммы, участвуя также и в формировании всего бытия.
  В итоге, мироздание оказывается способным выражать себя через бесконечное множество конечных объектов бытия посредством взаимодействия активного (сознание) и пассивного (вещи) как в текущем календарном (общем) времени, так и в собственном текущем времени каждого из активных (живых) существ, то есть существ, обладающих сознанием, которые в этом текущем бытии конечных объектов в виде непреходящего настоящего не могут стать бесконечными, в отличие от сознания, лишь временно присутствующего в живом теле, точнее, сопровождая его и руководя им.
  Поэтому в момент смерти каждому индивидуальному сознанию больше некого сопровождать, и оно постепенно выпадает из бытия, восстанавливая связь со своей стороны с единым сознанием голограммы. Однако сознание, покидая текущее времени, которое формируется им только через своего носителя - живое существо, вновь обретает в момент перехода существа от жизни к полному распаду те информационные базы голограммы, которые близки ему как индивидуальности, и оказывается способным оценить возможные и интересные для собственного развития способы существования в бытии при последующем появлении в нем, которое происходит в тот же момент умирания, поскольку в голограмме отсутствует текущее время.
  Таким образом, для каждого индивидуального сознания в момент смерти живого существа восстанавливается связь с его стороны с единым сознанием голограммы, в которой отсутствует текущее время, то есть его автономное существование в теле прекращается, и оно подключается к единому сознанию голограммы для выбора дальнейшего пути собственного развития уже в новом организме, начиная с зародыша, не когда-то потом, а в момент смерти прежнего организма.
  В этом прерывистом процессе регулярного обновления разнообразных организмов, конечных в своем существовании в рамках текущего времени, только и проявляется вечная жизнь сознания во взаимодействии с пассивной материей.
  Однако, сверхвысокочастотная голографическая проекция непроявленной (вневременной) бесконечности не может действовать идеально, вследствие чего во всех объектах бытия, проявляющихся в нем вследствие конвертирования в них последовательных информационных пакетов-порций, из-за сбоев в голограмме накапливаются отклонения, мешающие этим объектам функционировать в определенном режиме, будь то планета, кирпич или человек, и они в итоге разрушаются.
  Иначе говоря, по причине накапливающихся сбоев в голограмме, все объекты бытия не могут не быть конечными, но могут проявляется благодаря формообразующим способностям единого сознания дискретно, разрушаясь и появляясь вновь, то есть существуя не непрерывно в определенном качестве, в вечном обновлении бесконечно.
  Однако в этом отношении между неодушевленными объектами бытия и живыми существами существует следующее отличие.
  Если вещь не способна сознательно корректировать происходящие с ней изменения - у нее, как пассивного, отсутствует стремление так или иначе сохранять свою особенность, которой она не сознает, у вещи имеются лишь простейшие механизмы обратной связи, предотвращающие ее хаотичный распад, то любое живое существо, а не только самосознающее существо (человек), всеми возможными способами цепляется за жизнь. Тем самым сознание в живом сохраняет свою основную особенность - активность, или неизбывное стремление к изменениям в себе и вокруг себя.
  Само по себе "погружение" сознания в конечное живое существование раз за разом и есть решение проблемы сохранения себя в качестве активного бесконечно.
  Существование в вещах и среди вещей, а также рядом с иными формами сознаниями в виде живого, с одной стороны, позволяет сознанию по реакциям окружающего на свои действия корректировать структуру собственного ядра, чтобы не утерять способность к стремлениям по сохранению своей коренной особенности - активности, а с другой стороны, позволяет пытаться использовать изменения, которые оно способно так или иначе ощущать и/или осознавать, с пользой для себя, а не во вред.
  К тому же, разнообразие ситуаций в каждом конечном существовании для любого индивидуального сознания означает обретение им в бесконечном числе частиц сознания только одному ему присущего лица.
  В итоге, исходные частотные сбои в структуре активного (индивидуальных форм сознания) не приводят его к катастрофе (распад, или потеря формы), поскольку ядро активного в форме сознания живого существа восстанавливается в конечном, что, к тому же, делает сверхвысокочастотную волнообразную голографическую проекцию вневременной бесконечности устойчивой в целом, а каждую частицу сознания - способной участвовать в формировании времени и, как следствие, вещных миров в текущем времени.
  Таким образом, конечное необходимо бесконечному не только для функционирования мироздания как вневременной и вместе с тем временной системы, которая этим самым удерживается в равновесии, но и для стабилизации активного (сознания) в мироздании, что делает активное неизменным и вечным по своей сущности, но вместе с тем бесконечно меняющимся.
  К тому же, восстановлению ядра активного в бытии способствует и то, что распадающиеся пассивные объекты бытия энергией собственного распада как бы подпитывает сознание в живом, которое и за этот счет получает возможность восстанавливать свое ядро, в свою очередь затрачивая часть этой энергии распада на восстановление пассивных объектов в иных формах, тем самым обновляя как себя, так и их.
  Таковы следствия утери формы конечными пассивными объектами, в том числе и телом человека, которое, распадаясь после смерти, становится в один ряд с прочей пассивной материей, тогда как его сознание не теряется, а продолжается в ином живом, которое оно и делает таковым. Иначе говоря, и на уровне бытия происходит процесс обновления, подобный тому, который происходит в голограмме со сверхвысокой частотой, но в бытии частота обновления несравненно меньше.
  Если каждое индивидуальное сознание есть и самостоятельная частица единого сознания голограммы, и вся голограмма со всеми ее ресурсами, то тело является носителем сознания для проявления этих ресурсов в формируемым каждым живым существом времени.
  В результате, каждое индивидуальное сознание с помощью единого сознания находит соответствующую его уровню развития и искомым изменениям программу в том или ином зародыше, и начинает жизнь сначала в поисках обновленного себя с разной долей успеха, но непременными находками, которые так или иначе обнаруживаются на бесконечном пути сознания.
  Таким образом, сознание не путешествует после гибели тела по каким-то закоулкам потустороннего "мира", что невозможно, так как там отсутствует текущее время, формирование которого начинается с органов чувств.
  Поэтому каждое индивидуальное сознание любого существа вынуждено возвращаться в зародыш новой жизни, находя опять себя в ней обновленным в ином теле, но без памяти о прошлой жизни.
  Это беспамятное возвращение не равноценно прибытию из небытия, поскольку, голограмма (потустороннее) - отнюдь не небытие (смерть) в чистом виде, а сверхвысокочастотное образование с неким подобием времени в виде разрывов бесконечности, в котором, правда, отсутствуют события.
  Воссоединившись с ней, каждое индивидуальное сознание получает возможность доступа к любой из прошедших жизней и доступ ко всем тайнам бытия только для человеческого сознания, которые оно способно постигнуть на собственном уровне. При этом сознание человека может оценить свои достижения в прошедших жизнях, и соответственно выбрать нечто новое для будущей жизни, вполне осознанно "поместив" себя в ее начало на той или иной обитаемой планете, в требуемой стадии текущей реальности. Это может быть стадия как до возникновения цивилизации, так и любой из веков цивилизации.
  Свое решение о дальнейшем продвижении в бытии каждое индивидуальное сознание человека принимает в пограничном состоянии перехода от жизни к смерти на основании блока информации, сосредоточенной в голографической проекции вневременной бесконечности, доступной для его понимания.
  Это пограничное состояние представляет собой процесс постепенного разъединения сознания с телом, которое теряет способность функционировать в нормальном режиме формирования собственного времени не сразу. В этом состоянии сознание человека еще не покинуло тело окончательно, но уже получило двустороннюю связь с голограммой вместо прежней односторонней связи с голограммой с ее стороны,
  Установив тем самым непосредственную связь с голограммой со своей стороны, сознание умирающего человека получает и соответствующий доступ к базам данных голограммы.
  Другими словами, это пограничное состояние между жизнью и смертью, длится недолго, но его времени, хотя бы и доли секунды - пока тело еще живо - вполне хватает для сознания, чтобы воспользоваться ресурсами голограммы, к которым у него уже появился доступ: ознакомиться с информацией из баз данных голограммы, которую оно распознает, для решения текущих задач, и составить соответственно программу следующего жизненного цикла для продолжения собственного развития в живом.
  Как только наступает смерть тела, то есть его окончательный распад, каждое индивидуальное сознание оказывается в текущей реальности, как будто оно эту реальность не покидало, но в новом теле, точнее, в его зародыше, поскольку на любом индивидуальном сознании лежит обязанность не только собственного развития, но и развития единого сознания, а также удержания мироздания в стабильном состоянии вечного изменения, а всё это обеспечивают не что иное, как события, которые могут случиться с сознанием только во времени/.
  То есть индивидуальное сознание не "задерживается" в голограмме, хотя и является ее частицей. потому что оно всегда "присутствует" в ней, мало того, оно и есть не только частица голограммы, но и само единое сознание голограммы, но проявиться это сознание может только во времени, или в живом. Поэтому каждое индивидуально сознание в момент смерти организма тут же оказывается в новом теле для новой жизни.
  Каждый человек осознает о своей принадлежности к единому сознанию и о своей индивидуальной роли в его развитии только в момент смерти собственного тела, когда его индивидуальное сознание, разъединяясь с телом, становится единым сознанием голографической проекции вневременной бесконечности в соответствии со своей голографической сущностью, но не теряя собственной личности, наработанной в течение прошедшей жизни, и не забывая о всех прошедших жизнях, о которых имеет смысл помнить.
  ***
  Наиболее убедительные примеры, свидетельствующие как о взаимодействии, так и непосредственной связи неявной вневременной бесконечности с ее голографической проекцией (Ничто) и известного нам бытия таковы.
  Аналогом вневременного ничто является вакуум, ассоциировавшийся всегда с пустотой, то есть с бесплодным ничто, но, как оказалось благодаря последним физическим исследованиям этого явления, вакуум представляет собой виртуальное "море" нерожденных частиц в поле нулевых колебаний. Эти вакуумные флуктуации можно рассматривать как возбуждение вакуума, вследствие чего, как считают физики, он способен порождать материю, хотя, в действительности, как мы показали выше, неодушевленная материя и материальное сознание не порождаются, а всегда находятся в бытии, то есть в текущем времени - вечном производном вневременного ничто, обновляясь с помощью активного(сознания) голограммы путем копирования того, что имеется во вневременном ничто по запросам, исходящим от живых существ как в отдельности, так и всей их совокупности.
  Иначе говоря, бытие - материя и сознание в совокупности в текущем времени, никогда не возникали, поскольку, наоборот, само время формируется альянсом неживой материи и сознания в живом под контролем единого сознания, находящемся вне времени, на основе так же вневременного ничто, для собственного изменения и развития. Вследствие этого, по отдельности ни бытие, ни вневременное ничто с его голографической проекцией проявиться не способны - так сказать, эффект яйца и курицы: без бытия вневременное ничто со своей проекцией не способно проявиться, так как только в бытии присутствует текущее время; а бытие без вневременного ничто с его проекцией не способно существовать, так как его некому обновлять и контролировать, формируя в нем время на основе информационных потоков, исходящих из вневременного ничто по запросам живых существ бытия.
  То, что голографическая проекция вневременного ничто отражается в бытии, подтверждая для нас собственное присутствие в мироздании, хотя эта проекция находится вне текущего времени, показывают исследования нейрофизиолога из США Карла Прибрама [10].
  Прибрама голографическая картина мира привлекла на основании размышлений о том, где и как в мозгу хранятся воспоминания. Многочисленные эксперименты на протяжении десятилетий показали, что информация хранится не в каком-то определенном участке мозга, а рассредоточена по всему объему мозга. В ряде решающих экспериментов в 20-х годах прошлого века исследователь мозга Карл Лэшли (Karl Lashley) обнаружил, что независимо от того, какой участок мозга крысы он удалял, он не мог добиться исчезновения условных рефлексов, выработанных у крысы до операции. Единственной проблемой оставалось то, что никто не смог предложить механизм, объясняющий свойство памяти "все в каждой части"
  Позже, в 60-х годах, Прибрам столкнулся с принципом голографии и понял, что он нашел объяснение, которое искали нейрофизиологи. Прибрам уверен, что память содержится не в нейронах и не в группах нейронов, а в сериях нервных импульсов, "оплетающих" мозг, подобно тому, как луч лазера "оплетает" кусочек голограммы, содержащий все изображение целиком. Другими словами, Прибрам уверен, что мозг есть голограмма.
  Гипотеза Прибрама также объясняет, как человеческий мозг может хранить так много воспоминаний в таком маленьком объеме. Предполагается, что человеческий мозг способен запомнить порядка 10 миллиардов бит за всю жизнь.
  Было обнаружено, что к свойствам голограмм добавилась еще одна черта - огромная плотность записи. Просто изменяя угол, под которым лазеры освещают фотопленку, можно записать много различных изображений на той же поверхности. Было показано, что один кубический сантиметр пленки способен хранить до 10 миллиардов бит информации.
  Наша сверхъестественная способность быстро отыскивать нужную информацию из громадного объема нашей памяти становится более понятной, если принять, что мозг работает по принципу голограммы. Если вас спросят, что пришло вам на ум при слове "зебра", вам не придется механически перебирать весь свой словарный запас, чтобы найти ответ. Ассоциации вроде "полосатая", "лошадь" и "живет в Африке" появляются в вашей голове мгновенно.
  Действительно, одно из самых удивительных свойств человеческого мышления это то, что каждый кусок информации мгновенно и взаимно коррелируется с любым другим - еще одно качество, присущее голограмме. Поскольку любой участок голограммы бесконечно взаимосвязан с любым другим, вполне возможно, что она является высшим природным образцом перекрестно-коррелированных систем.
  Местонахождение памяти - не единственная нейрофизиологическая загадка, которая стала более разрешимой в свете голографической модели мозга Прибрама. Другая - это, каким образом мозг способен переводить такую лавину частот, которые он воспринимает различными органами чувств (частоты света, звуковые частоты и так далее), в наше конкретное представление о мире. Кодирование и декодирование частот - это именно то, с чем голограмма справляется лучше всего. Точно так же, как голограмма служит своего рода линзой, передающим устройством, способным превращать видимо бессмысленную мешанину частот в связное изображение, так и мозг, по мнению Прибрама, содержит такую линзу и использует принципы голографии для математической переработки частот от органов чувств во внутренний мир наших восприятий.
  Мысль Прибрама о том, что наш мозг математически конструирует "твердую" реальность, полагаясь на входные частоты, также получила экспериментальное подтверждение. Было обнаружено, что любой из наших органов чувств обладает гораздо большим частотным диапазоном восприимчивости, чем предполагалось ранее. В частности, исследователи обнаружили, что наши органы зрения восприимчивы к звуковым частотам, что наше обоняние несколько зависит от того, что сейчас называется "осмотическими частотами", и что даже клетки нашего тела чувствительны к широкому диапазону частот. Такие находки наводят на мысль, что это работа голографической части нашего сознания, которая преобразует раздельные хаотические частоты в непрерывное восприятие.
  Наиболее любопытный аспект голографической модели мозга Прибрама проявляется, если сравнить её с теорией Бома. Ведь если видимая физическая плотность мира - лишь вторичная реальность, а то, что "там", на самом деле представляет собой лишь голографическую настройку частот, и если мозг - тоже голограмма, и мозг лишь выбирает некоторые частоты из этого набора и математически преобразует их в чувственное восприятие, то что остаётся на долю объективной реальности, которую наука считает единственной?
  Гипотеза голографичности мироздания может быть всего лишь каким-то приближением к истине, но она, тем не менее, наглядно иллюстрирует нашу идею о том, что, будучи разделенным на многообразные в своем развитии частицы, сознание вместе с тем остается единым.
  Голографическая модель также показывает, что сознание не функция мозга, а, наоборот, мозг контролируется сознанием, которое, таким образом, в случае смерти мозга не погибает. В голографической реальности мысль в конечном счете так же реальна, как и сознание.
  Если гипотеза о голографичности мироздания, то есть мироздания на волновой основе, близка к истине, то это явится дополнительным подтверждением использования данной реальности, в силу ее характеристик, в качестве адекватного инструмента для работы, точнее, изменения и развития частиц сознания через живое в бытии.
  Если допустить, что человек в своей основе есть голограмма из частотных пассивного и активного, то последнее не может не быть ведущим волей-неволей, иначе оно потеряло бы свою активность и "обреталось" бы в ничто, а не в существе, способном, безусловно, менять и себя, и окружающее.
  При этом, каждый человек, как известно, сочетает в себе два полярных свойства: он, с одной стороны, имеет только одному ему присущие индивидуальность и личность, но, с другой стороны он не способен существовать без себе подобных, как, впрочем, и все живые существа. Иначе говоря, человек есть отдельное и он же есть целое, так же как и все остальные во множестве, подобные ему. Подобно муравью, потерявшему свой муравейник, человек погибает в одиночестве.
  Данный факт так же позволяет предположить, что в основе человека находится голограмма, которая в любой своей части есть целое, и наоборот.
  Именно это свойство разделенности и вместе с тем всеобщности позволяет каждому человеку быть отдельным, самодеятельным, уникальным и в то же время не способным осознать себя и свое существование без общения. Подобное приобретение самосознания и самодеятельности в сообществе означает для каждого человека в борьбе и испытаниях целенаправленно делать то, на что он пока способен, стремясь в этом процессе примирить собственный эгоизм (отражение своей особости) с сочувствием к окружающим его людям, которые на самом деле есть он сам как целое.
  Как известно, темная материя, недоступная наблюдению в электромагнитном диапазоне волн, проявляется только в гравитационном взаимодействии, поскольку массы звезд и газа недостаточно для удержания видимых объектов вселенной, не участвуя в остальных видах взаимодействия и не содержа никакие элементарные частицы, относящиеся к материи вселенной.
  Темная энергия равномерно распределена в пространстве, испытывает гравитационное отталкивание вместо гравитационного притяжения, то есть отрицательное давление темной энергии порождает отталкивание, или антигравитацию, вызывая ускорение расширения вселенной.
  Предполагается, что темная энергия как сверхслабое скалярное поле после того, как достигнет состояния равновесия, замедлит расширение вселенной и, скорее всего, оно сменится сжатием, делая вселенную своего рода колеблющейся системой.
  Таким образом оба эти вида материи участвуют в управлении вселенной: антигравитация темной энергии противодействует гравитации, которою контролирует темная материя.
  По имеющимся оценкам, ускоряющееся расширение вселенной началось приблизительно 5 миллиардов лет назад, а до этого расширение замедлялось вследствие гравитационного действия в основном темной материи
  Любопытно то, что, если бы ускорение во вселенной началось ранее указанного момента, звезды и галактики не смогли бы сформироваться и жизнь во вселенной не смогла бы возникнуть.
  Все приведенные факты относительно темной материи и темной энергии указывают на противоположный характер своего воздействию на обычную материю вселенной аналогично тому, что и в голографической проекции вневременной бесконечности сверхвысокочастотные волнообразные образования так же имеют противоположный знак, и, стало быть, вполне могут проецировать это свойство из своего рода невидимого измерения соответственно на темную материю и темную энергию для создания во вселенной инфраструктуры, подходящей для возникновения и развития жизни.
  Иначе говоря, вполне возможно, что через темную материю и темную энергию мыслящая через живое материя в виде единого сознания голографической проекции вневременной бесконечности (потустороннее) проникает в нашу вселенную, точнее формирует ее, контролируя вместе с тем и ее структуру, и ее изменения ради возникновения и распространения жизни, и стало быть, изменения и развития в ней сознания.
  Земля - дом для более 8 миллионов видов живых существ.
  Если рассмотреть сами условия, сложившиеся на Земле около 4 миллиардов лет назад, то появляются значительные сомнения относительно их естественного, то есть спонтанного происхождения, так как по сравнению с остальными планетами солнечной системы и известными экзопланетами ближайших звезд галактики, практически всё, что на ней в ней и близ нее рассчитано на достаточно удобное существование и развитие живых организмов.
  Более 4 миллиардов календарных лет на Земле появилась жизнь, в связи с чем ее атмосфера и верхний слой твердой оболочки под влиянием первоначальных организмов существенно изменились в пользу дальнейшего собственного развития живых существ, повлияв, в частности, на формирование озонового слоя, который совместно с магнитным полем Земли, сформировавшимся примерно 3,5 миллиардов лет назад, что существенно ослабило вредное воздействие на живые существа внешнего излучения.
  Кроме того, фотосинтез позволил живым организмам за счет непосредственного использования солнечной энергии постепенно наполнить атмосферу кислородом, а верхние слои планеты - озоном.
  Магнитное поле Земли генерируется в ее жидком разогретом металлическом ядре. Это поле представляет собой диполь, полюсы которого расположены у географических полюсов планеты. Сформированная им магнитосфера отклоняет внешние заряженные частицы с высокой энергией, не достигающие тем самым поверхности Земли с ее обитателями.
  Земли вращается по орбите, близкой к круговой на расстоянии 150 миллионов километров от Солнца, благодаря чему ее поверхность не прогревается до высоких температур и не охлаждается до низких температур. Кроме того, молекулы водяного пара, двуокиси углерода, метана и озона сохраняют тепловую энергию, не давая ей уйти в космос, создавая "парниковый эффект". В результате, на поверхности Земли в среднем удерживается без значительных колебаний оптимальная для жизни организмов средняя температура - 14,8 градусов по Цельсию.
  Атмосфера Земли имеет достаточную плотность для защиты ее поверхности от метеоритных бомбардировок, регулируя также переносы тепла, воздушных масс, круговорот воды, без которого существование жизни на суше становится проблематичным.
  Большая часть водорода в атмосфере преобразуется в воду, не покидая планету, а концентрация кислорода, необходимого для жизни, у поверхности Земли составляет примерно 20%.
  В отличие от других известных планет, Земля имеет большие запасы воды на поверхности, а также в виде облаков и водяного пара. В воде растворены газы, необходимые для выживания морских организмов. Вода морей и океанов делает климат теплее зимой и прохладнее летом.
  Земля, равномерно вращаясь вокруг своей оси, движется вокруг Солнца со скоростью около 28 километров в секунду. В свою очередь, Солнечная система вращается вокруг центра галактики со скоростью около 220 километров в секунду в достаточном отдалении от различных звездных катаклизмов и сверхжестких космических излучений.
  Наклон земной оси от перпендикуляра к плоскости ее орбиты на 23,4 градуса приводит к смене времен года, благоприятно сказывающихся на развитии живых организмов, избегающих тем самым застоя, а также создает в течение суток смену дня ночью, что чрезвычайно важно для устойчивого развития высокоорганизованных живых организмов путем периодической смены деловой активности на пассивное состояние восстановления и моделирования дальнейшей деятельности.
  Спутник Земли Луна, появившаяся 4,5 миллиарда лет назад, своим гравитационным воздействием на Землю создает океанские приливы, в которых создаются наиболее благоприятные условия для возникновения и существования живых организмов. Кроме того, Луна стабилизирует наклон земной оси, не позволяя ей приблизиться к плоскости эклиптики, в результате чего один из полюсов был бы направлен на Солнце, а другой - в противоположную сторону, меняясь местами при вращении Земли вокруг Солнца, создавая этим крайне неблагоприятные условия для жизни.
  Органика, как известно, сохраняется в довольно узком диапазоне температур, и он обеспечивает на Земле, как и все остальные условия для существования живых существ на Земле, указанные выше.
  Вероятность случайного создания этих условий на Земле практически равна нулю, что так же позволяет отметить участие в их формировании неких посторонних сил, явно не присутствующих в известном нам бытии.
  Скептики на всё это могут возразить - если Земля такова, а вокруг нее подобных планет не отмечается, да и никаких сигналов от "братьев по разуму" ни с какой стороны не приходит, то как же тогда живое на подобных редчайших планетах всё неисчислимое сущее так вот и формирует?
  Во-первых, развитые технологические цивилизации довольно быстро распадаются в силу прихода информационного коллапса, неизбежно возникающего из-за уплотнения их собственного текущего времени. Срок, отпущенный им, вряд ли превышает 6-10 тысяч календарных лет в земном исчислении, и они не успевают добиться больших технических свершений, которые были бы заметны на межзвездных расстояниях.
  Во-вторых, число конечных вселенных бесконечно, как бесконечно и их основание - вневременное ничто, и если населенных планет в каждой вселенной неизмеримо меньше, чем безжизненных, то, тем не менее, в бесконечности число населенных планет тоже бесконечно.
  Библиография
  1. Nick Bostrom. (April 2003). "Are You Living in a Computer Simulation" Philosophical Quarterly. 53(211): 243-255.
  2. 1980. David Bohm, Wholeness and the Implicate Order, London: Routledge, ISBN 0-7100-0971-2.
  3. Низовцев. Ю.М. Всё и ничто. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  4. Р. Декарт. Начала философии". Раздел "Об основах человеческого познания". Антология мировой философии". Том 2. С. 239. "Мысль". Москва. 1970.
  5. Гоббс Т. Избранные произведения. Т. 2. М., 1964.
  6. Локк Д. Избранные философские произведения. Т. 1. М., 1960.
  7. Кант И. Критика чистого разума. Сборник произведений. (1781-1790)
  8. Пирс Ч. С. Начала прагматизма. Т. 1. СПбГУ. Алетейа. 2000. ISBN 5-89329-259-6.
  9. Хайдеггер М. Бытие и время. Москва. Ad Marginem. 1997. 5-88059-021-6.
  10. Карл Прибрам. Языки мозга. Экспериментальные парадоксы и принципы нейропсихологии, "Прогресс", 1975 г.
  Часть 21. Бытие как инфраструктура для живого в текущем времени.
  До сих считается, что мир, или бытие есть то единственное образование, которое существует именно потому, что оно находится во времени, хотя почему бы не существовать чему-то вне времени, тем более что до Большого взрыва времени не было. Этот факт свидетельствует не только о том, что вне времени может что-то существовать, но и о том, что между этими структурами - в текущем времени и вне времени не может не быть связь, потому что без нее некоторые явления в бытии не поддаются объяснению. Попытка выявить это нечто вне времени и дать объяснение этим явлениям представлена ниже.
  Интересно поставить вопрос нашем собственном существовании не в плане того, по какой причине мы появились и существуем, а для чего?
  Косвенно этот вопрос ставился некоторыми религиозными конфессиями, отмечавшими не только причину нашего существования в помыслах Бога, но и, по-видимому, подразумевая некую цель, которая могла бы быть достигнута лишь вследствие нашего, то есть человеческого существования, в частности, приближения к Богу или обретения вечного блаженства.
  Наука же в целом эту проблему упускает, занимаясь в основном поиском ответов, почему всё происходит так, а не иначе.
  Но, на самом деле, более важен вопрос: для чего мы появляемся, а не от чего это происходит.
  Без ответа на первый вопрос наше, довольно кратковременное, если иметь в виду уникальную жизнь каждого человека, существование, теряет смысл, то есть оказывается случайным, но ведь случайное в историческом процессе не только связано с необходимостью, но и очень часто является ее предвестником.
  Так, в чем же состоит необходимость человеческого существования? и действительно ли это существование необходимо, и если это так, то - для кого или для чего?
  На первый взгляд, в силу того что каждая человеческая жизнь кратка и малозначима, кажется, что какого-то высокого смысла в ней не имеется, и в этой жизни мы всего лишь участники взаимодействия с различными объектами, гордясь всё же тем, что оказываемся тут в основном качестве субъектов действия.
  Очевидно, именно по этой причине, то есть вполне рационально, ученые повергали анализу человека в соотношении с прочим как субъекта, подразумевая, тем не менее, что всю действительность, включая и человека в ней, научное, то есть рациональное мышление, рассматривает как предмет познания в сфере субъект-объект.
  Всё это длилось до появления экзистенциалистов, попытавшихся уйти от рационального в сферу иррационального, которые предложили посмотреть на человека с другой стороны, а именно, что следует исходить не из обычного взаимодействия субъекта и объекта, а из их единства в плане экзистенции, то есть сближения с границей бытия и потустороннего, в частности, рассмотрения человеком себя в пограничной ситуации, например, перед лицом смерти.
  Именно так, по мнению экзистенциалистов, можно реально познать мир, то есть понять его с помощью такого рода проникновения в потустороннее, используя в основном озарение того или иного рода, постигая собственную сущность в этом процессе становления себя же, то есть становясь собой в единстве со всем сущим [1].
  ***
  Безусловно, подобный подход экзистенциалистов к процессу познания расширяет его, но не дает ответа на вопрос - для чего и к чему более всего пригоден человек, в силу того что он способен и чувствовать, и мыслить, и применятся к обстоятельствам, и даже менять их до определенной степени по своему произволу.
  Очевидно, что для ответа на этот вопрос, к миру, точнее, бытию, его роли и роли человека в нем надо бы подойти как-то иначе - не только рационально или иррационально, то есть изнутри, а как бы снаружи.
  И в формулировании этого ответа может помочь тот факт, что наш мир конечен, как и все его составляющие. Но вместе с тем нам известно, что конечное не существует само по себе, есть еще и бесконечное.
  Например, можно допустить, что вселенных может быть бесконечно много и что каждая из них не появляется ниоткуда и не исчезает бесследно, а как бы бесконечно колеблется во времени через точку сингулярности [2].
  Такого рода подход вполне укладывается в понятие, так называемой, потенциальной бесконечности, известной со времен античности. Под потенциальной бесконечностью понимаются бесконечные совокупности объектов, а также процессы, которые могут идти нескончаемо, то есть без ограничений. Однако целостность бесконечных предметов и процессов не рассматривается.
  Что же касается актуальной бесконечности, то под ней подразумеваются бесконечные объекты и процессы, которые могут быть едиными и целостными, но неизмеримыми. В математике к актуально бесконечным объектам относят актуально бесконечные множества и актуально бесконечномерные пространства. Такой же актуальной бесконечностью людям представляется Бог, а в нашей интерпретации - единое сознание [там же].
  Известный античный философ Плотин, отлично понимая ограниченность человека, так же прекрасно представлял и его превосходство над всеми остальными живыми существами вследствие способности человека к осознанным и активным мыслительным и продуктивным действиям.
  Именно эти причины вынудили его обратиться к безначальному и бесконечному источнику всего, включая человека.
  Естественно, Плотин, уловив ту нерушимую грань, которая отличает человека от животных, не мог не обратить внимание на то, что нечто высшее и бесконечное сделало человека, по сути, самодеятельным, придав тем самым ему этим самым свои черты в лице присущей человеку души (сознания) - невидимой, но руководящей телом: "... оно (а это не что иное как Душа) отдает себя пространственным телам, сколь бы большими они ни были, оживляя их и всё мироздание в целом; и хотя Душа одна, но оказывается во многих телах, освещая их и творя животные не из себя, но, оставаясь неизменной, как бы одаряя их своими образами" [3, 1.1], отличая животных от человека тем, что последний "исследует... ...ставит вопросы и отвечает на них" [там же].
  Тут Плотин также отметил тот необходимый для всего мироздания принцип, без которого оно становится небытием, теряя возможность функционирования в изменениях, а именно: связь вне времени единого и бесконечного с отдельным и индивидуальным, которая в явном виде в наших глазах не проявляется, но, тем не менее, бытие функционирует и изменяется, но только в присутствии, опять же, невидимого и не фиксируемого нами сознания. Сравнительно недавно этот принцип обрел свое лицо в открытии голограммы, главной особенностью которой оказывается то, что любой ее участок повторяет целое [3].
  Сама же голограмма представляет собой высокочастотное образование как продукт наложения нескольких когерентных волн, дающего стационарную интерференционную картину, поскольку разность фаз волн не меняется [3].
  В голограмме каждая частица, и это может быть отнесено и к душе, то есть индивидуальному сознанию, не теряет единства со всей едино-множественной бесконечной совокупностью частиц (единое сознание), и поэтому единое сознание, "находясь" вне времени, не теряет связь со своими автономными частицами во времени, и может как воспринимать от них информацию, так и передавать ее, переживая через них всё происходящем в этом временном бытии, и тем самым получая жизнь, хотя и "находится" вне времени.
  Иначе говоря, бытие в текущем времени, находясь также в рамках голограммы, через живые существа, как бы покрываемые сознанием транслирует всё происходящее с ними в этом изменяющемся материальном пространстве в течение жизни единому сознанию, давая ему жизнь, то есть изменение и развитие, хотя оно и "пребывает" вне времени.
  Вследствие подобной связи между единым сознанием вне времени и любым живым существом, которое представляет собой определенным образом структурированное материальное образование, способное воспринимать, обрабатывать, сохранять и передавать информацию в течение жизни благодаря покрытию его частицей единого сознания, оказывается возможным формирование текущего времени живым на основе пассивного (вещей в виде информационных пакетов) и активного (сознания как такового). Только в этом временном потоке, формирующимся живыми существами благодаря поступающим в их органы чувств энергоинформационным пакетам (импульсам) из вневременной бесконечности, возможно функционирование бытия в соответствующих изменениях - своего рода вместилища живых существ.
  Поскольку эти пакеты поступают в органы чувств последовательно и требуют обработки, постольку на это требуется определенная длительность, из-за которой пауза между последовательно поступающими энергоинформационными пакетами выпадает для индивидуального сознания живого существа.
  Другими словами, пауза, которая возникает при обработке любым живым существом последовательных информационно-энергетических пакетов (импульсов), поступающих в их органы чувств как бы извне, вследствие задержки, происходящей при обработке этих пакетов, выпадает из их сознания, помещая их в собственном сознании в текущее время, в котором энерго-информационные пакеты конвертируются в известную нам изменяющуюся "твердую" реальность бытия со всеми его аксессуарами.
  Здесь время плавно и привычно протекает для них, предоставляя им пространство, в нем они могут двигаться и изменяться на фоне и в окружении неживых предметов. Сам этот уже не частотный, а предметный мир представляет собой постоянно обновляющуюся для живых существ реальность как в целом, так и в частностях, поскольку в основе этой реальности находится голограмма [4].
  Сама п себе голограмма носит частотный характер. Поэтому, волнообразные сверхвысокочастотные образования вне времени, несущие соответствующую информацию в своих гармониках, конвертируются живыми существами коллективно в общее (календарное) и индивидуально - в собственное время, создавая для них "твёрдую" реальность указанным выше образом, в которой они могут размножаться и существовать в подходящих для их органической консистенции условиях, что мы и наблюдаем на нашей планете (более детально об этом сказано в работе 1).
  ***
  Получается, что высшее и бесконечное оказывается совершенно беспомощным, то есть безжизненным в небытии, без конечного в текущем времени.
  Оспаривать это невозможно, как и отсутствие души (сознания) у человека, следствием чего является необходимость обеспечения своего рода места для конкретного выражения этого высшего и бесконечного, что возможно только в конечном, на что совершенно справедливо указывает Плотин.
  То есть душа (сознание), присущая этому высшему и бесконечному и находясь в нем, вместе с тем должна находиться и в конечном мире, где, в частности, могут находиться люди, без которых мироздание становится небытием, что и констатирует Плотин: "...она (душа) никоим образом не находится в пространстве... Поэтому, будучи везде, она существует в том, что нигде, и, таким образом, она везде" [3, V. 2, 1-2].
  Что же тогда, по соображению Плотина, делает эта душа (сознание) в том месте, где находится человек, тогда как бесконечное остается неизменным? Его ответ таков: "И эта, проистекающая из сущности активность, есть душа, ставшая этим, между тем как "то" пребывает неизменным, ибо и ум возник, в то время как предшествующее ему пребывало неизменным. Но душа создает, не пребывая неизменной, а приведенная в движение, она породила образ. Итак, взирая на то, из чего возникла, она наполняется и, вступая в иное и противоположное движение, порождает образ самой себя - ощущение... Но ничто не отнято и не отсечено от предшествующего" [там же 3, V. 2, 1-2].
  Иначе говоря, Плотин констатирует, что исследование душой (сознанием) самой себя возможно отнюдь не в бесконечном и неизменном, которое и так содержит всё, но слитно, однако, только в изменчивом, конечном мире таких же конечных живых существ, из которых единственно способным к этим осознанным исследованиям оказывается человек, наиболее широко и глубоко отражающий в своем автономном сознании (душе) бесконечную мировую душу, или единое сознание.
  Таким образом, получается, что взаимодействие субъекта (человека) и объекта (всего прочего), или рациональная сфера размышлений и действий, как и иррациональная (единство субъекта и объекта -экзистенция), причем субъектом через человека, кроме него самого, оказывается единое сознание, требуется прежде всего для вписывания единого сознания в жизнь со всеми ее событиями и человеческими переживаниями, а уже во-вторых, для познания мира, окружающего человека, а оно, в сущности, оказывается результативным только локально, вследствие ограниченности биологической природы человека, как и ограниченности самого бытия в пространстве и времени, доступным человеческим ощущениям и разуму.
  Само же реальное слияние субъекта и объекта во всем их множестве и вместе с тем единстве происходит только в лице единого сознание, получающего тем самым бесконечную полнокровную жизнь, хотя и каждый человек тоже получает своё, то есть то, на что он оказывается способным в течение собственной жизни.
  Поэтому более-менее понятное для нас бытие в форме вселенной с его космическим далями, но всё же конечное, есть не более чем место для пребывания в нем человека, отражающего дискретно в своей конечной, но живой активности бесконечно единственно возможное условие для изменения и развития единого сознания, "выбирающегося" тем самым из своей неизменной бесконечности, содержащей всё, в актуальное действо, то есть приобретая через каждое из бесчисленных индивидуальных форм сознания в живом полнокровную жизнь со всеми ее коллизиями - светом и тенью, добром и злом, всеми возможными страстями и переживаниями, радостью познания окружающего, поражениями и победами, жизнью и смертью, и всё это реализуется в конечном, то есть в сдвиге того же сознания из одного конечного в другое бесконечно.
  В частности, по этой причине идея о возможности бесконечной жизни человека или даже человеческих цивилизаций, муссирующаяся до сих пор, оказывается совершенно бессмысленной.
  Кроме того, если даже допустить такую жизнь, то она сразу же становится дурной бесконечностью, поскольку при наличии памяти о прошедшем она будет состоять из одних повторов, являясь тем самым набором стандартных ситуаций как это происходит в нашей жизни для обывателей - скучной и однообразной.
  Значит, устроение для человека бесконечной жизни приведет его довольно быстро к мечте о смерти как о благе.
  Если же поискать ответ на вопрос, можно ли жить, в принципе, в какой-то форме бесконечно, то сразу же становится очевидным, что если бесконечность состоит из ряда конечных элементов, то без введения в нее ограничений никакой жизни, опять же, не получится. Поэтому жизнь в мире конечных вещей становится так же конечной вследствие распада этих вещей, в котором тело человека так же неизбежно распадется.
  Поэтому выход из этого тупика можно найти только в дискретности этих человеческих жизней в сочетании с бесконечностью каждого индивидуального сознания, сохраняющего воспоминания в базе данных единого сознания обо всех этих разнообразных жизнях в разных обстоятельствах.
  Таким образом, само по себе бытие, если охарактеризовать его вкратце, есть не более чем вполне материальная изменяющаяся "твердая" инфраструктура на информационно-голографической основе для обеспечения существования в ней живых существ, которые, в отличие от неживого, но на его базе осознанно или нет включаются в ход событий со всеми их коллизиями. И пронизывает весь этот мир, как и то, что находится вне него, сознание, которое это самое бытие и формирует в качестве активного в форме живого из пассивного (неживого) для себя, давая, тем не менее, конкретному человеку определенный срок прожития, но вместе с тем предоставляя каждому индивидуальному сознанию жизнь бесконечную.
  Конечно, сознание (активное) как индивидуальное (локальное), так и единое [2] не может быть каким-то нематериальным. Поэтому позволительно предположить, что оно просто не входит в структуру бытия из-за своей слишком высокочастотной природы. И эта частота действительно не фиксируется никакими приборами.
  Нам известен предел измерения времени в бытии: наш материальный мир познаваем от макрообъектов, подчиняющихся известных нам законам, до микрообъектов (квантовый мир), так же подчиняющихся определенным закономерностям, но только до некоторых пределов, которые зависят не только от возможностей мозга и органов чувств, но и от физического предела, свойственного для микромира - соотношения неопределенностей Гейзенберга.
  В частности, также невозможно измерить промежуток времени меньше 10 с показателем степени -43 секунды (Планковское время), то есть частотные структуры в известном нам мире (бытии) в герцах не могут быть больше 10 с показателем степени 43.
  Иначе говоря, для нас невозможно воспринять или зарегистрировать непосредственно то, что находится за этой частотной границей, но это "запредельное" вместе с тем со своей стороны вполне способно неявно возникать и в известном нам бытии, надо полагать, в виде сознания. И можно предположить, что именно сверхвысокочастотный строй сознания не предоставляет возможности его зарегистрировать.
  ***
  Однако все вышеприведенные рассуждения о бытии и роли живого в нем могут всё же быть неубедительными для консервативного сознания, привыкшего к тому, о чем рассказывают в школах до сих пор.
  Поэтому имеет смысл привести здесь же хотя бы несколько примеров связи структур, находящихся вне текущего времени, то есть вне бытия, с ним.
  Как ни удивительно для многих, самым значимым примером информационно-голографической основы бытия является сам человек, состоящий из триллионов клеток, не имеющих понятия, для чего они трудятся в отпущенный им незначительный срок по сравнению с временем жизни человека. При этом, функционированием каждой клетки его организма управляет собственное сознание человека, как и, отчасти, его поведением, но человек не ведает каким образом это происходит.
  Поэтому, можно предположить, что единое сознание голограммы, находящееся вне текущего времени бытия, контролирует каждую свою частицу, в том числе и каждое индивидуальное сознание человека, невидимо покрывающее его тело.
  Иначе невозможно объяснить кто и как справляется с управлением, контролем и координаций действий столь сложной и непостижимой для нас системой в виде человеческого организма, не говоря уж об ощущениях, мышлении и действиях самого человека, тем более что, как недавно выяснили исследования мозга человека, мозг представляет собой всего лишь промежуточную систему управления функционированием организма и поведением человека, являясь приемником сигналов, которые он обрабатывает подобно компьютеру, используя эти сигналы в качестве средства управления функционированием организма и, отчасти, поведением человека.
  Причем, любая клеточка организма представляет собой тоже сверхсложное образование, как и геном, во многом непонятные ученым до сих пор, а сами эти клеточки не способны жить без человека, но и он не может обойтись без них.
  Что же касается вселенной, в которой находятся экзопланеты типа Земли, то она, имея конечные размеры, обладает определенной массой и энергией, которые откуда-то взялись.
  На этот вопрос ответ наука не дает, тогда как в соответствии с гипотезой голографичности мироздания энергия сверхвысокочастотных волнообразных образований, находящихся взаимно в противоположной фазе и поэтому интегрально составляющих нуль, в отдельных "половинах" этих образований бесконечна. Поэтому отпадает вопрос, откуда вселенная получила свою энергию, соответствующую ее массе - E=mc², где c - скорость света.
  Таким образом, каждая отдельная вселенная имеет, так сказать, свою долю энергии, которая является неизменной. Об этом свидетельствует закон сохранения энергии, все законы термодинамики, постоянство скорости света и т. д., нарушение которых означало бы потерю стабильности всей этой конечной системы, и, стало быть, возможности пребывания в ней живых существ.
  Отражение голографичности мироздания, принципом которой является совпадение каждой частицы голограммы с ее целым, обнаруживается так же в подобии наиболее простых структур реальности (бытия) и фрактальности ее более сложных структур.
  Для пояснения отметим, что фрактальность характеризуется усложненным подобием, точнее, самоподобием части и целого: целое полностью или почти полностью совпадает со своей частью или частями (имеет ту же форму) с размерностью, большей размерности топологических пространств.
  Разномасштабность объектов, не имеющих точных количественных характеристик, но обладающих относительным постоянством соотношений и размерностей входит в поле фракталов, независимо от того, относятся ли эти объекты к микромиру, макромиру, планетам, живому. Фрактальность объединяет практически всё, включая и самоорганизующиеся системы типа человека.
  Объекты известной нам вселенной так же располагаются в ней как самоподобные структуры, то есть фрактально.
  В человеческой деятельности так же широко применяется фрактальный анализ.
  Фрактальная геометрия изучает процессы и явления, обладающие фрагментарностью, изломанностью и искривленностью, создавая дробное (фрактальное) пространство.
  Фрактальное искусство представляет собой цифровое искусство, то есть результаты вычислений в виде неподвижных изображений, анимации и автоматически создаваемых медиафайлов. Все эти изображения отражают такие свойства фракталов, как самоподобие, алгоритмичность, многомерность, неравномерность, повторяемость, незавершенность.
  Таким образом, голографичность мироздания отражается в целом ряде конкретно ощущаемых явлений бытия, которые в соответствии с принципом фрактальности повторяют частотную волнообразную форму образований голографической проекции вневременной бесконечности, но с гораздо меньшей частотой, а также отражается в повторяемости линий и форм в неживой и живой природе.
  Предложенная нами модель мироздания также позволяет разрешить тупиковую проблему возникновения и существования вселенных.
  В рамках предложенной нами модели мироздания можно предположить, что каждая вселенная, находясь в текущем времени, испытывает своего рода периодические колебания через точку сингулярности.
  То есть каждая вселенная не образуется разово, например, в результате Большого взрыва [5] в некоей точке, а вселенные проходят через соответствующие точки перегиба (сингулярность), попарно, когда одна вселенная из материи, стянувшись в точку сингулярности и пройдя через нее, снова начинает расширяться в виде той же материи (Большой взрыв), и вместе с тем другая вселенная, но из антиматерии, так же проходит через точку сингулярности и начинает расширяться в виде той же антиматерии.
  Так что интегрально получается ноль.
  Такого рода модель исключает первоначало бытия. Этот процесс перехода вселенных через точку сингулярности или, своего рода, равновесный колебательный процесс, с позиции нашего понимания времени, идет всегда: у него не было начала и не будет конца, соответствуя в этом отношении вневременной голографической проекции бесконечности вне времени, так же представляющей по материальному балансу ноль.
  Данный вечный процесс в бытии исключает одноразовость появления вселенной как бы из ничто, что неизбежно предполагало бы такой же одноразовый конец этого образования с превращением его в ничто.
  Другими словами, бытие в виде проявленного для нас бесконечного ряда вселенных в текущем времени является лишь актуализированной копией непроявленной его основы - ничто вне этого времени, и это бытие есть проявленное вневременного ничто в динамике изменения и развития, несмотря на то, что бытие, как производное своей основы, по материальному балансу есть не более чем ноль.
  Однако непредвзятый наблюдатель может задать такой вопрос: как живые существа в любой вселенной могут созидать ее, обновляя, и удерживать в существовании, если условия для существования биологических объектов попросту отсутствуют на ранней и поздней стадиях расширения или сжатия вселенной, когда и планет-то еще не было или уже не существует?
  Ответ на данный вопрос, опять же, заключается в трехзвенной структуре мироздания, составляющие которого в виде бесконечности вне времени и его голографической проекции находятся вне текущего времени бытия, которое включает бесконечное число вселенных, по-разному проходящих свои временные циклы, и поэтому содержащие бесконечное число живых существ, обновляющих и удерживающих всю эту бесконечную систему мироздания независимо от того, в какой временной стадии находится та или иная вселенная, тем более что контролирует эту систему единое сознание.
  Подтверждением контроля мыслящей материей (единого сознания голограммы) распространения жизни и оптимального развития живых существ вместе с их сознанием, то есть самой мыслящей материи, так же является последовательность Фибоначчи, в рамках которой в той или иной степени находятся все явления и объекты во вселенной, включая галактики, микромир, кристаллы, различные природные явления в виде циклонов и гроз, а также флора и фауна. В соответствии с последовательностью Фибоначчи растут ветви и листья деревьев, ей же следует структура молекулы ДНК, пропорции различных частей человеческого тела. Короче, всё во вселенной следует этой последовательности, но с разной степенью сближения к ней, максимальный показатель которой ощущается человеком как прекрасное.
  Сама же она представляет собой: 0, 1, 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21...
  В этой числовой последовательности каждое последующее за 0 и 1 число является суммой двух предыдущих.
  Чем дальше продолжается этот ряд, тем ближе соотношение соседних чисел в нем к 1,618.
  Геометрически, что заметили еще древние египтяне, это число получается, если разделить линию на две части так, чтобы длинная часть соотносилась с короткой в такой же пропорции, как вся линия соотносится с длинной своей частью.
  В дальнейшем это число было названо золотым сечением, поскольку оно как в естественных явлениях, так и искусственных, а это показала практика даже в случае любого усложнения живого или неживого объекта, приводит к протеканию различных физических процессов с минимальными энергетическими затратами.
  По этой причине разные живые организмы развиваются не случайно, но стараясь следовать пропорции Фибоначчи, и "золотое сечение" постепенно появляется практически везде, в чем, на наш взгляд, заключается смысл эволюции живого, которая доводит его до самосознающего и самодеятельного субъекта в виде человека.
  В частности, молекула ДНК имеет длину 34 ангстрема и ширину 21 ангстрем. А эти числа являются смежными в последовательности Фибоначчи, и их отношение равно 1,618.
  Все лучшие работы и произведения в сферах архитектуры, техники, живописи, музыки, литературы, как показал их анализ в соотнесении с числом 1,618, так же следовали по мысли их авторов осознанно или нет пропорции Фибоначчи.
  Эти факты не могут не указывать на явную попытку уклонения живых организмов в своем изменении от хаоса ради обеспечения собственного экономичного и вместе с тем ускоренного роста и развития в виде любой степени сложности, что, в свою очередь, способствует развитию сознания в этом живом.
  Таким образом, подобной тип нахождения живых и неживых объектов бытия в наиболее экономичном состоянии "золотого сечения" гарантирует им максимальную устойчивость развития или существования, снижая вероятность как распада, так и застоя.
  Неизменность мировых констант и мировые законы, обеспечивая устойчивость среды, окружающей живые существа, создают условия, позволяющие возникать и функционировать живым существам, так же свидетельствует о том, что все вокруг нас работает по определенным программам, которые должны быть кем-то или чем-то определены. Недавние модельные эксперименты показали, что даже малейшее отклонение от них приводит к невозможности складывания условий для жизнедеятельности.
  Библиография
  1. Хайдеггер М. Бытие и время. Москва. Ad Marginem. 1997. 5-88059-021-6.
  2. Низовцев. Ю.М. Всё и ничто. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  3. Плотин. Эннеады. УЦИММ-ПРЕСС, 1995-96.
  4. 1980. David Bohm, Wholeness and the Implicate Order, London: Routledge, ISBN 0-7100-0971-2.
  5. Wollack E. Cosmology: The Study of the Universe. Universe 101. Big Bang Theory. NASA (10.12.2010).
  Часть 22. О сознании человека в пограничных ситуациях.
  Пограничные ситуации, в сущности, считаются необходимым злом, которое, тем не менее, не дает человеку расслабиться в борьбе с ними за приятную жизнь, которая, несмотря на эту борьбу, никогда не наступает, завершаясь смертью, что оказывается не так уж плохо для его сознания и сознания вообще, но не для конкретного человека.
  Сознание человека, если ориентироваться на возможности его мозга, имеет две составляющие - одна из них была унаследована еще от рептилий, а затем в течение сотен миллионов лет несколько изменилась в сторону усложнения, приобретя в приматах самую совершенную систему для приспособления к окружающей их среде, но, тем не менее, инстинктивно-рефлекторную, и поэтому настроенную на взаимодействие с окружающей средой всего лишь с помощью метода проб и ошибок.
  От окружающей среды этот биологический комплекс не требует ничего более чем еды для пополнения расходующейся энергии, возможности размножаться ради собственного сохранения в потомстве и получения по возможности наиболее комфортных условий для существования, которые обеспечивает такое неизбывное свойство каждого живого существа как неудовлетворенность окружающим, требующая в конкурентной борьбе захватить всё самое лучшее, создавая для этого подходящие условия, что внешне отражается в доминантности особи.
  При всем этом, основной аппарат сознания любого живого существа - мозг - может иметь даже у внешне одинаковых особей существенные отличия, дающие одним особям возможность проявлять доминантность высокого уровня, а другим всего лишь подчиняться первым.
  Внешне эти отличия выражаются в степени сообразительности, чувствительности, впечатлительности, общительности, решительности, любопытства, властолюбия, настойчивости, способности к организованной деятельности.
  Сочетание высокой степени сообразительности, решительности, настойчивости и способности к кооперации означает возможность наиболее эффективного проявления доминантности в собственном кругу и даже за его пределами.
  Поскольку человек не более чем выходец из приматов на самой поздней фазе их существования - несколько миллионов лет назад, - постольку он все эти свойства своих предков унаследовал, проявляя их в виде своего базового компонента - животной составляющей сознания с его неуемной неудовлетворенностью окружающим.
  Сама по себе эта неудовлетворенность есть тот основной фактор, который обеспечил постепенное совершенствование живых существ, то есть их эволюцию в сторону усложнения вплоть до приматов.
  Однако даже приматы не способны выйти за рамки своего адаптивно-пространственного существования, то есть осознать себя во времени и воспользоваться этим для овладения окружающей средой, а не только подчинения ей.
  Этот выход за пределы одной адаптивности удался только человеку, что обеспечило ему сначала развитие речевого общения из нечленораздельных звуков, издаваемых животными, и на этой основе организацию наиболее эффективных форм трудовых отношений и, соответственно - всё более производительный труд.
  С течением времени плоды этого труда возросли до уровня излишек, что спровоцировало появление собственности вместо уравниловки первобытнообщинной структуры отношений, Собственность требовала охраны, обоснования и закрепления ее владением, вызвав появление цивилизации с различного типа государственными образованиями.
  Возникшее разделение труда и появление свободного времени у некоторой прослойки населения постепенно отодвинули ее от грубости и невежества в сторону наслаждения прекрасным и воспроизводства его подобия в ручных изделиях, спровоцировав возникновение культа прекрасного, которым также можно наслаждаться, и он выразился в различных формах - от архитектуры до живописи и словопрений, что и стало основой культуры. Всё более растущие потребности вызвали развитие технологий, а затем и появление стремления к проникновению в тайны природных явлений, позволившего более успешно осваивать окружающую среду. В результате, появились научные знания.
  Всё это, конечно, не могло основываться на одной животной форме сознания. Поэтому, если не вдаваться в историю, становление человека началось с появлением у самых совершенных приматов в их геноме дополнительной программы, которая сделала возможным в дополнение к адаптивной деятельности этих существ контрадаптивную, позволяющую уже не только приспосабливаться к этой среде, но и менять ее по своим соображениям, то есть осознанно.
  Стало быть, сознание нового существа обрело своего рода двойственность - базовый животный компонент и, сравнительно новый компонент - самосознание, позволяющее планировать свои действия для достижения поставленных целей по преобразованию собственного окружения.
  Подобное сознание, хотя и сложилось в единую сущность, вместе с тем не могло не проявлять желания, соображения и намерения своих составляющих: животное сознание изъявляло себя в неудовлетворенности конкретной индивидуальности окружающим, как и прежде, в инстинктах и рефлексах, а самосознание - в неудовлетворенности собой как личности, которая способна формировать себя для действий в определенном окружении с помощью воспитания и образования, то есть приобщения к культуре, традициям и технологиям.
  Любая личность проявляет себя в таких отличных от индивидуальности свойствах как любознательность, способность мыслить не только конкретно, но и в отвлеченных категориях, что провоцирует возникновение и развитие в ходе общения вместо криков и жестов членораздельной речи, а затем и письменности, а также воли и креативности. Высокая степень кооперации и зачатки культуры не могли не вызвать в определенной степени появление доброты, дружелюбия, сопереживания, сочувствия, милосердия, жертвенности, то есть бескорыстной заботы о других, что можно обозначить как альтруизм.
  Естественно, в разных обстоятельствах животная составляющая сознания и самосознание человека могут как объединяться, так и противодействовать друг другу в зависимости от направленности неудовлетворенности этих составляющих.
  В рамках обычной жизни - без особых потрясений - на первый план выходит планомерная и довольно рутинная организующая и руководящая сила самосознания, которое понимает, что и как надо делать и куда стремиться для планомерного достижения поставленных целей.
  Если результаты этих стремлений не противоречат руководящей триаде животной составляющей сознания - еда, размножение, доминантность, то неудовлетворенность животного сознания не проявляет себя в дополнительной активности.
  Однако жизнь невозможна без конфликтов, стрессов, болезней, неожиданных происшествий и, наконец, смерти.
  Такого рода пограничные ситуации так или иначе рассматриваются животной компонентой сознания человека и его самосознанием со своих собственных позиций, которые иногда совпадают, но чаще расходятся, взаимодействуя в случае возникновения тех или иных пограничных ситуаций в своего рода условном поле между инстинктивно-рефлекторными (животным) соображениями животной компоненты сознания о способах выхода из создавшегося положения, и конструктивно-плановыми соображениями человека о том же самом в виде тех или иных задумок в сочетании с определенными переживаниями по этому поводу.
  Все эти соображения изначально диктуются неудовлетворенностью каждого компонента сознания в их взаимодействии в случае возникновения пограничных ситуаций.
  ***
  Итак, хотя человек, многое понимает и использует это понимание в своих целях, добиваясь иногда и довольно быстро значительных достижений в любых сферах жизни по сравнению с животным миров, где всё меняется крайне медленно и с откатами, он неизбежно попадает в зависимость от случайностей, которые как нарушают его самомнение, так и заставляют посмотреть на мир с неожиданной стороны.
  И тут, во взаимодействии со случайностями обе составляющие сознания проявляют себя по-разному.
  Запах дыма, взрыв или огонь приводят толпу в ужас, и она под действием инстинкта самосохранения бросается бежать всё равно куда, лишь бы подальше от источника опасности, часто устраивая давку с многочисленными жертвами.
  Тем не менее, последствия подобного рода пограничных ситуаций не могут не осознаваться с принятием определенных мер. В частности, в публичных помещениях утраиваются резервные выходы, во многих жилых постройках используется противопожарное оборудование.
  Однако, извержение вулкана, падение метеорита, неожиданные экономические кризисы и войны предотвращать не удается, а "новые смыслы" или "принятие этих вызовов" ради "углубления себя", а чем толкуют экзистенциалисты, в целом не меняют реальности, показывая лишь ограниченность природы человека, несмотря на осознание им собственных действий.
  То есть несовершенство человека неистребимо. И это наглядно демонстрируется пограничными ситуациями, в которые он попадает. Но вместе с тем эти ситуации приводят к разнообразным и тоже часто неожиданным переживаниям и неординарным действиям, вводя одних в ступор, а других - проявляя героизм или приводя к креативным решениям.
  Всё это представляет невообразимое поле для демонстрации столь многообразной натуры человека в лице человеческих сообществ, которое невозможно найти нигде и никогда.
  Любая другая природа, отличная от подобного двойственного сознания человека, будь то искусственный интеллект, какие угодно инопланетяне с иными свойствами по сравнению с действом человеческих сообществ и их членов, покажется стороннему наблюдателю просто убогой, если посмотреть на человеческие сообщества не с позиции сочувствия или несовершенства происходящего, а под углом наиболее полнокровной и многообразной жизни, которая стала бы пресной, жалкой и неинтересной, если бы всё было благопристойно, продуманно, сытно и без всяких потрясений.
  Кому бы это ничтожное закисание в сплошном "кисельном болоте" было нужно?
  Поэтому знаковой особенностью неординарности человека является его креативность - следствие двойственности его сознания, проявление которой отмечается даже в использовании непредвиденного и ужасного.
  Например, после изобретения нитроглицерина, крайне эффективного не только для взрывных работ, оказалось, что он очень опасен вследствие особой чувствительности к детонации. Это приводило к взрывам и жертвам во время его перевозки. Когда одна из бутылей с нитроглицерином, помещенная для большей безопасности в специальный- пористый грунт - кизельгур, всё же разбилась, но не взорвалась, вылившись на грунт, владелец завода по производству нитроглицерина Нобель стал исследовать образовавшуюся смесь.
  Оказалось, что сила взрыва смеси не изменилась, а чувствительность к детонации резко понизилась, так что взорвать эту смесь можно было только от воспламенения небольшого объема гремучей ртути. Смесь была названа динамитом, а гремучая ртуть, помещенная в капсюль, послужила детонатором для подрыва динамита.
  ***
  К самым жестким пограничным ситуациям, которых никогда не удается избежать, относятся страдания.
  Животная составляющая сознания относится к страданиям с непреходящим терпением, поскольку не ждет помощи от кого либо, пытаясь, например, в случае болезни инстинктивно или по имеющемуся опыту использовать те или иные средства самостоятельно. В частности, собаки начинают искать лечебные травы или голодать.
  К потерям близких или одиночеству животная составляющая сознания относится так же стойко, не видя возможности избежать их. То есть, неудовлетворенность этой формы сознания не находит выхода из создавшейся в этом случае ситуации в ее изменении к лучшему, и поэтому смиряется, как бы инстинктивно отстраняясь от подобной пограничной ситуации и замыкаясь в себе.
  С другой стороны, осознание ситуации позволяет предпринять те меры, которые имеются в распоряжении данного субъекта: пытаться вылечиться имеющимся в распоряжении средствами; сблизиться с новыми людьми; найти дело, которое позволит забыть об одиночестве. То есть неудовлетворенность самосознания любого человека в своем стремлении к лучшему изыскивает пути и средства для улучшения состояния человека, пользуясь не только его жизненным опытом, но и достижениями науки и культуры, а также волевым настроем и креативными находками.
  Проблема же в данном случае состоит в том, что основное различие людей заключается в неравновесности обеих составляющих сознания.
  Если уровень самосознания человека низок, а это свидетельствует о его пассивности, то есть нежелании активно противодействовать обстоятельствам, и вместе с тем это нежелание соседствует с пассивностью животной составляющей сознания данного человека, то подобного рода отношение к страданиям приводит к закреплению создавшейся ситуации, а именно: развитию болезни; замыканию человека в самом себе; неизбежности тоскливого одиночества.
  Обычно подобное отношение к болезням, потери близких, одиночеству характерно для обывателей, составляющих большую часть населения, которые и становятся таковыми вследствие низкого уровня обеих компонентов собственного сознания, что сводит обывателей к роли ожидающих того, что всё само собой утрясется и упорядочится.
  Если же уровень самосознания достаточно высок, то он проявляется в активной неудовлетворенности происходящим, что выражается в предприятии всех возможных мер для преодоления случившегося всеми имеющимися средствами, чему не препятствует его животная составляющая сознания.
  По этой причине активные и креативные люди с различными интересами не страдают от одиночества, всегда пытаются преодолеть самые тяжелые заболевания даже без гарантии успеха и активно изыскивают способы избежать хотя бы часть их. Обращать повышенное внимание на болезни, забывая про всё остальное или мазохистски погружаться в страдания от неразделенной любви, как правило, не их удел. Им просто некогда страдать в подобных пограничных ситуациях.
  Тем не менее, страданий не удается избежать, например, в случае психических расстройств, непреходящего угнетения вышестоящими или старения, сопровождающихся различными расстройствами организма.
  Обыватели всегда принимают такого рода страдания как данность и, подобно животным, терпят их без всяких мыслей об избавлении.
  Действительно, избавиться от них невозможно. И совет Ясперса: "теперь я принимаю свое страдание как выпавшую мне долю... живу в напряжении между желанием сказать "да" и вечной возможностью сказать "да" окончательно... индивид приходит к сознанию своей самости через собственное страдание, от которого не уклоняется" [1], вряд ли способен просветлить обывателя.
  А вот страдание активного типа человека с высоким уровнем самосознания и соответственно - достаточной степенью понимания себя, например, от расстройства организма с сохранением мыслительного аппарата, способны подвигнуть его к проявлению зачатков имеющейся в нем креативности, за счет чего он отделяется от настоящего экзистенции и попадает в будущее в собственных новых идеях и соображениях.
  Подобный переход от страданий к креативности поддерживается и животной составляющей сознания, которая также желает избавиться от страданий любым способом.
  Таким образом, креативный, но вместе с тем страдающий человек, как бы выпадает из существования в рамках настоящего, если стремится переместить себя в будущее в своих идеях и творческих достижениях. Примерами этого являются Блез Паскаль, Исаак Ньютон, Фридрих Ницше, Винсент ван Гог, Людвиг ван Бетховен, Рихард Вагнер.
   Они еще при жизни поместили себя навсегда в будущее и будут вместе с нами всегда именно вследствие высочайшей степени неудовлетворенности собственного самосознания тем, что с ними рядом и самими собой в стремлении к прекрасному или к познанию законов мироздания, трудясь до самой смерти столь творчески интенсивно в преодолении себя как обычного живого существа, что расстраивали функционирование собственного организма, но страдания не приводили их к унынию или депрессии, а, напротив, вырывали их из обыденного существования в вышнее.
  Все они, как и прочие творческие люди, за счет своей креативности даже в самых сложных случаях страданий и расстройств (Паскаль) не зацикливались на них, увлеченные своими делами и исследованиями, хотя страдания отражалось на их облике и самочувствии [2].
  ***
  Кроме страданий, вызываемых болезнями, неприятными случайными происшествиями, неизбежной пограничной ситуацией является смерть, которая, с одной стороны, в его самосознании ужасает своей неотвратимостью и неприглядностью, но, с другой стороны, заставляет в отпущенное ему время развивать себя с всей возможной интенсивностью в начинаниях и действиях, полезных не только ему, но и его потомству, а также и обществу, ускоряя как рост индивидуального и общественного самосознания, так и создавая многообразие отношений, чувств и переживаний. Этому не препятствует животная составляющая его сознания, которая не знает ничего о ходе времени и о неизбежности смерти. Ее интересует только в целом возможности триады - еда. размножение, доминантность, которые только расширяются.
  В сущности, смерть есть процесс оставления сознанием человека негодного более к употреблению тела.
  Упомянутая выше двойственность сознания каждого человека предполагает и соответствующее отношение каждого из этих компонентов сознания отнюдь не к смерти как таковой, а к процессу умирания, дающемуся ощущениями, поскольку сама смерть - это та граница, за которой телесные ощущения пропадают за отсутствием функционирования органов чувств.
  Животная составляющая сознания человека, которой недоступно постижение времени, но есть понимание изменения отношения к потреблению ощущений, которые не дают ему более сладости от еды, комфорта, участия в размножении вследствие необратимого телесного распада, автоматически теряет инстинкт самосохранения и просто входит в состояние ожидания окончательного угасания ощущений.
  Другое дело самосознание человека, внешне отражающееся в его личности, утеря которой представляется ему истинной катастрофой.
  Поэтому человек в своем самосознании прекрасно понимая необратимость распада тела, всё же до самого конца пытается придумать, как его "починить", используя имеющиеся возможности медицины и даже лелея мысли о вечной жизни, надеясь на науку, которая вдруг наконец найдет средства для бесконечного продления жизни.
  Получается довольно любопытная коллизия: одна составляющая сознания смирилась с потерей жизни, не понимая сути временного процесса, а другая - не желает этого, хотя и понимает этот процесс.
  Что же происходит в результате?
  В случае низкого уровня самосознания, характерного, в частности, для обывателей, неразвитая личность, толком ничего не способная сообразить в отношении этой пограничной ситуации, кроме того, что здесь ей приходит конец, примыкает к тому или иному религиозному течению, которое ей обещает в загробном мире, как минимум, сохранение приятных ощущений, с чем она, конечно, согласна. И человек умирает, сохраняя достаточно твердое убеждение, что его загробная жизнь будет похожа на прежнюю по потреблению ощущений, но лучше, потому что в ней не надо трудиться и переживать различные неприятности и беды.
  Высокий уровень самосознания, придающей при неплохом уме ощущение самости в виде отношения к себе как уникальной личности, которую жалко терять, серьезно призадумывается в отношении конца всего.
  Размышляя, этот человек, с одной стороны, понимает неизбежность конца, несмотря на все достижения медицины. С другой стороны, он полагает, что личность, наработанную с таким трудом в течении жизни, потерять нельзя.
  Поэтому ему ничего не остается делать, как измышлять все возможные способы сохранения своей личности, хотя и попадаются отчаявшиеся скептики, которые, умирая, говорят себе - пожили в этой экзистенции, и будет, а остальное нам безразлично.
  Однако позиция скептиков, полагающих достаточным удовлетворение всеми радостями одной жизни, эта ее разовость без всяких ее продолжений многих из этих личностей не устраивает именно потому, что утрата личности безусловно обессмысливает ее появление.
  Поэтому появляется масса теорий, часто чрезвычайно многословных и непонятных даже самому автору, в которых, по сути, утверждается, что загробный мир на самом деле мир самый подходящий для истинного развертывания личности.
  Именно в этом мире только и можно жить в таких размышлениях и космических обобщениях, которые трудно представить, находясь в данной экзистенции, водящейся к жалкому полу-животному существованию, которое не дает развернуться ни уму, ни истинным переживаниям от его работы, и которым уже не помешает ничтожная и позорная действительность, а вся эта экзистенция от рождения до смерти есть не более чем подготовка и формирование личности к свершениям в потустороннем, где уже можно развернуться по настоящему.
  Увы, этот взгляд на жизнь как преддверию к истинному существованию в некоем потустороннем сильно напоминает религию интеллектуального толка, ничуть не решающую самую главную проблему экзистенции: для чего живет именно в таких условиях обычный человек, как правило, не думающий о себе как преддверии к чему-то, а просто коротая в переживаниях свою жизнь до смерти, раз уж ему довелось появиться на свет.
  Как бы то ни было, проблему неизбежности смерти в позитивном ключе можно, на наш взгляд, разрешить обращением к потустороннему, которому, раз о нем немало толкуют, есть дело до бытия, в котором мы временно пребываем.
  Так что же нужно от нас в бытии-существовании этому потустороннему, если попытаться взглянуть на нас с его стороны?
  ***
  Более детально этот взгляд обнаруживается в работе "Всё и ничто" [3], но вкратце его можно привести здесь, чтобы, как правило, ленивому читателю не надо было углубляться в многостраничное описание мироздания, в котором бесконечное вполне гармонично для него сочетается с конечным [см., напр. 4].
  Наше существование (экзистенция) во вполне определенном бытии, и нигде более, в форме его слагаемых конечно, как и само бытие в форме известной нам вселенной.
  Однако также известно, что конечное дискретно может существовать бесконечно. Под такой потенциальной бесконечностью понимаются бесконечные совокупности объектов, а также процессы, которые могут идти нескончаемо, то есть без ограничений. Однако целостность бесконечных предметов и процессов не рассматривается.
  К такого рода дискретным бесконечностям можно, например, отнести существование вселенной, расширяющейся от Большого взрыва и до ее, как считается, рассеивания, с возможным возобновлением, например, после нового Большого взрыва, и т. д.
  Что же касается актуальной бесконечности, то под ней подразумеваются бесконечные объекты и процессы, которые могут быть едиными и целостными, но неизмеримыми
  В математике к актуально бесконечным объектам относят актуально бесконечные множества и актуально бесконечномерные пространства. Такой же актуальной бесконечностью людям представляется Бог, а в нашей интерпретации - единое сознание [3].
  Таким образом, кроме бытия в текущем времени не может не существовать некая бесконечность вне времени.
  Но сама по себе бесконечность без конечных элементов есть ничто. Поэтому для своего проявления в конечном мире она должна содержать эти конечные элементы потенциально, представляя собой, тем не менее, ничто, а также она может содержать конечное раздельно, но с противоположными знаками, составляя тем самым так же ничто, но интегрально вне времени.
  Кроме того, бесконечное может представлять собой, например. набор конечных элементов в виде голограммы, которая есть едино-множественная система, в которой каждая ее элемент повторяет целое в соответствии с принципом "всё в одном" [5].
  Поэтому голографическая база мироздания способна обеспечить его разнородность, единство и связность как вне времени, так и во времени.
  Но нахождение любой структуры вне времени есть не более чем небытие.
  Поэтому для выхода из небытия требуется в дополнение к нему связанная с ним структура, находящаяся во времени, которое формируется неким соединяющим обе структуры образованием, обладающим способностью воспринимать информацию от структуры вне времени, обрабатывать ее, хранить, создавать новую и передавать ее обратно. Вместе с тем это образование для обеспечения собственного нахождения в текущем времени должна создавать условия для своего пребывания в этом времени. А этими условиями может быть только "твердая" реальность, которая перманентно обновляется.
  Единственная возможность создания подобной "твердой" реальности из энергоинформационных пакетов, которые поступают к этому образованию, состоит в том, чтобы конвертировать в нее эти дискретные пакеты. На эту операцию способны только биологические комплексы с соответствующей программой, органами, воспринимающими эти пакеты и центром обработки информации благодаря задержке, возникающей при обработке каждого из поступающих пакетов.
  Эта задержка предоставляет сознанию данного биологического комплекса после обработки этих последовательных дискретных пакетов уже не отдельные информационные фрагменты, а сливает их в единый и непрерывный поток, но только в том случае, если этот комплекс объединяет в себе каркас из пассивных элементов и активный элемент, который инициирует заложенную в этот комплекс программу.
  Такого рода оживленный комплекс в своем сознании, которое есть частица голограммы, находящейся вне времени, попадает в "твердую" материальную реальность с текущим временем для него в виде пространства с предметами, которые движутся и изменяются, и в котором поэтому можно переживать события, возникающие в случае взаимодействия этих живых комплексов между собой и с неживыми объектами.
  Таким образом, сознание голограммы "помещается" как вне времени в форме информационного блока на сверхвысокочастотной основе, так и в текущем времени на основе "твердой" реальности, ключевым элементом которой являются живые существа, а самым высокоорганизованным из них - человек.
  И этим самым организуется не только выход активного сознания) из небытия, но и его вечное изменение и развитие, и самым главным действующим элементом в этом процессе является человек.
  То есть бытие, которое, хоть и связано через голограмму с бесконечностью вне времени, содержащей потенциально всё, вместе с тем и отделено от нее, поскольку бытие находится в состоянии текущего времени, создавая тем самым возможность событий, но только в том случае, если в этом бытии имеются действующие активные элементы, способные воспринимать, обрабатывать, создавать, сохранять и передавать информацию, поток которой захватывает их и несет вплоть до стадии, когда они оказываются способными осознавать себя в этом потоке и пользоваться им для собственного изменения и развития в качестве разумных и вместе с тем чувствующих существ.
  Иначе говоря, активное в бесконечности вне времени и в ее проекции - голограмме, лишено возможности изменения и развития. Для этого требуется текущее время и пассивная инфраструктура - своего рода дом, в котором можно жить.
  Подобный альянс активного и пассивного голограммы выводит бесконечное из небытия в текущее время бытия, которое есть бесконечная, но дискретная платформа для событий, случающихся с этими ожившими во времени комплексами в виде альянса пассивного и активного голограммы, единственно способными конвертировать информацию в текущее время, которое есть его импульсно обновляющееся настоящее, и оно истекая информацией, производящейся этими взаимодействующими комплексами, направляет ее в голограмму, обеспечивая активному (единому сознанию) в ней непосредственное участие в жизни этих комплексов вместе со всеми их открытиями и переживаниями.
  Совокупное конечное живое в своем настоящем, перманентно обновляясь в своей основе, вместе с тем не теряет и прошедшее, аккумулирующееся в голограмме, и не упускает будущее, которое не навязывается ему, а зависит от его собственных действий, которые лишь контролируются и воспринимаются единым сознанием голограммы.
  ***
  Поскольку голографический принцип лежит в основе функционирования всего мироздания как в текущем времени, так и вне его, постольку необходимо сказать несколько слов о голограмме.
  Голограмма представляет собой высокочастотное образование как продукт наложения нескольких когерентных волн, дающего стационарную интерференционную картину, поскольку разность фаз волн не меняется.
  В голограмме любой ее участок повторяет целое, то есть каждая частица активного не теряет единства со всей едино-множественной бесконечной совокупностью активных частиц и поэтому может, в частности, с помощью этого единства распознавать, считывать и копировать из вневременной бесконечности имеющимися у неё средствами необходимые для собственного существования вещи в их связи, распознавая их в соответствии с имеющимся у него разумением (интеллектом) вкупе с формообразующими способностями так, как хочет и может, обновляя каждый "момент", то есть дискретно, но бесконечно, голографическую проекцию как квази-временную основу для собственного существования в текущей реальности в виде живого в этом информационном процессе.
  Частицы-копии активного (сознания) в объединении с копиями пассивного в текущей реальности способны тем самым получать из вневременной бесконечности "нужные" им копии вещей (пассивное) для замены ими имеющихся копий вещей в бытии, в том числе и для замены собственной вещной основы, а также обновлять себя же.
  Этот информационный процесс взаимодействия вневременной бесконечности, где всё слитно, и голографической проекции, где активное и пассивное разделены, требует для их взаимодействия между собой, а также с вневременной бесконечностью искусственное объединения активного и пассивного в ту или иную форму живого, основным отличием которого от всего прочего является способность переводить отдельные последовательные пакеты данных, несущие закодированную информацию, в объекты текущей реальности для их обновления, включая и сознание в живом. Эти пакеты подобны импульсным сигналам от передатчика через эфир к телеприемнику, в котором они преобразуются в меняющуюся оформленную картину на экране.
  То есть живое так же способно преобразовывать отдельные импульсные сигналы, содержащие информацию, в непрерывно меняющуюся картину мира вследствие определенной инерционности обработки сигналов, которая в сознании любого живого существа нивелирует паузы между поступающими пакетами информации (позициями обновления), создавая непрерывность изменения всей картины, в которой появляются уже реальные - более или менее "плотные" - объекты, а не частотные информационные копии активного и пассивного.
  Однако, в отличие от телеприемника, который лишь расшифровывает и переводит в изображение уже подготовленную заранее картинку от соответствующего источника, живое существо имеет возможность эту картинку изменять в соответствии со своими потребностями, желаниями, а человек - еще и целями в соответствии с собственными запросами, связываясь автоматически через собственные органы чувств через голограмму с непроявленной бесконечностью, хотя, в целом, процесс обновления бытия регулируется единым сознанием голографической проекции бесконечности вне времени.
  В результате, для сознания живого существа возникает в движении (энергии) меняющийся событийный мир - текущая реальность, или бытие, в котором уже можно жить в собственном настоящем, но в рамках общего времени.
  Иначе говоря, мощная энергия сверхвысокочастотных волнообразных структур голографической проекции вневременной бесконечности, которые несут в своих гармониках соответствующую закодированную информацию, преобразуется в массу и энергию объектов текущей реальности, которые соотносятся между собой в соответствии с известной формулой E=mc².
  Таким образом, активное есть сверхвысокочастотное волнообразное образование в голограмме - проекции непроявленной бесконечности, гармоники этого образования представляют собой ряд программ, позволяющих возникать, расти, развиваться и действовать соответствующим образом структурированной материи (живого) в форме объединения частиц активного голограммы и вызванных ими из непроявленной бесконечности частиц пассивного. Голограмма также накапливает информацию, поступающую от всего живого. Каждый участок голограммы содержит информацию о всей голограмме, то есть всё содержится в каждой части, что означает вневременную связь каждой частицы активного со всей голограммой и тем самым возможность пользоваться любой информацией из баз данных голограммы.
  Активное, присутствующее во всем живом, представляет собой его сознание, находясь в нем потому, что только оно способно извлекать посредством органов чувств и центра обработки информации организма в соответствии с имеющимися формообразующими способностями собственные информационные копии и копии вещей из непроявленной бесконечности через голограмму, последовательно конвертируя их во все объекты бытия - от вселенных до микромира, от живых существ до окружающей их благоприятной среды.
  Активное в бытии, становясь в нем сознанием живых существ, преобразует, собирает, накапливает и передает информацию, действуя через живое, но только для того, чтобы жить и развиваться в форме живого в информационном потоке, который проявляется для всего живого как текущая реальность (бытие) с движущимися в ней вещами, набор которых является производным их органов чувств как индивидуально, так и в совокупности. Вместе с тем накопленная информация от каждого индивидуального сознания в живом передается им в базы данных голограммы, то есть единому активному (сознанию) для дальнейшего совместного использования.
  Тем самым активное в бытии, то есть каждое индивидуальное сознание в форме живого есть производитель, продукт, динамичный носитель и передатчик информации о самом себе и окружающем, и оно, во избежание застоя, с одной стороны, пополняет имеющуюся информацию во взаимодействии с остальными видами индивидуального сознания в живом, непрерывно передавая ее в базы данных голограммы, а с другой стороны, каждое индивидуальное сознание в форме живого последовательно пополняет текущую информацию через голограмму из неиссякаемого резервуара бесконечности вне времени, обеспечивая собственное бесконечное развитие.
  Бытие, в котором мы находимся, в виде сложной иерархической структуры бесконечного ряда вселенных с вкрапленными в них обитаемыми планетами и прочей атрибутикой, является вещной производной сверхвысокочастотной структуры - голограммы, несущей информацию для последующего преобразования ее в разнообразные объекты, и проявления в этом окружении живых существ.
  В свою очередь, голограмма как сверхвысокочастотное образование особого типа представляет собой бесконечную проекцию вневременной бесконечности, но в голограмме уже проявляется прототип времени в виде разрывов бесконечности как следствие ее частотной структуры, несущей информацию для формирования бытия в виде пространства с движущимися объектами. Тем самым голографическая проекция служит как бы прокладкой между вневременной бесконечностью, потенциально содержащей в себе всё, то есть прошлое, настоящее и будущее, и бытием, содержащем в себе только прошлое и настоящее.
  ***
  Если вернуться к самому феномену смерти, то она, кажущаяся, например, философу-экзистенциалисту Ясперсу, стеной: "как стена, на которую мы наталкиваемся, у которой мы терпим крах" [1], в действительности есть точка перехода туда и сюда, но не человека, а его индивидуального сознания. И против этого трудно возражать, так как само первоначальное появление человека в виде зародыша, способного расти и развиваться, то есть ожившего, а это может обеспечить только сознание, инициирующее заложенную в зародыше соответствующую программу, указывает на появление в зародыше сознания оттуда, а в момент смерти, опять же, это же индивидуальное сознание удаляется туда.
  Безусловно, это свидетельствует, что стеной смерть оказывается только для человека как тела, но не для сознания, которое не может просто исчезнуть, поскольку появилось оттуда в момент зарождения человека.
  Интересно, что высоколобые личности, так удрученные ее потерей в момент смерти, не понимают, что эта личность есть всего лишь внешнее отражение их индивидуального сознания, а оно в качестве частицы голограммы, если б даже захотело, исчезнуть не могло, кроме как попав в голограмму вне времени после смерти человека.
  Однако задача каждого индивидуального сознания состоит в регулярной инициации соответствующего зародыша и дальнейшего сопровождения его до самой смерти в качестве автономного временного хозяина этого тела, способного формировать собственный временной поток, вливающийся в общий поток, конвертируя соответствующую информацию, а также жить в этом потоке, который обращается в форму бытия.
  Поэтому каждое индивидуальное сознание не задерживается в голограмме вне времени, если можно так выразиться, а тут же для нас после смерти данного тела возвращается назад из состояния вне времени для обретения уже нового обличья, забыв о прежней жизни, чтобы память о ней не препятствовала новым связям и отношениям, что само по себе свидетельствует о том, что не человек как личность являет самость, а эта самость представляет его собственное сознание, в памяти которой аккумулируются все ее бесконечные жизни, а не одна, о которой так печется высоколобый индивид.
  Поэтому все рассуждения о смерти, в частности, экзистенциалистов, сводятся к переливанию из пустого в порожнее, так как они, несмотря на все свои попытки, не поняли роль потустороннего в мироздании, сосредоточившись на конечном бытии, и это ясно видно, например, из такой сентенции Хайдеггера: "Смерть мы эксзистенциально осмыслили как характеризованную возможность невозможности экзистенции, то есть как прямую ничтожность присутствия. Смерть не присовокупляется к присутствию при его "конце", но как забота присутствие есть брошенное (т.е. ничтожное) основание своей смерти. Пронизывающая бытие присутствия ничтожность обнажается ему самому в собственном бытии к смерти. Заступание делает виновное-бытие впервые очевидным из основы целого бытия присутствия. Забота равноисходно таит в себе смерть и вину. Лишь заступающая решимость впервые понимает способность-быть-виновным собственно и цело, т.е. исходно" [6, с. 306]; "... В своей смерти присутствию предстоит себя просто "изъять" [6, с. 308.
  Тем самым экзистенциалисты фактически снимают проблему смерти и переносят акценты на жизнь человека, полагая бытие со всем его конечным содержимым единственным, совершенно забыв о бесконечном, откуда "приходит" сознание, чтобы своей активностью, объединившись с пассивным, ввести этот уже живое в поток информации и переживаний в хороводе событий и отношений.
  Подобный перенос проблемы смерти на жизнь, во-первых, предполагает, что человек всегда должен находиться в состоянии преддверия смерти, которая может наступить в любой момент, означая конец всему, то есть - в состоянии тревоги, уничтожая тем самым разнообразные, в том числе и приятные впечатления от жизни, и, во-вторых, экзистенциалисты, подобно представителям религиозных конфессий и материалистам, не способны конструктивно заглянуть за порог смерти, поскольку не отмечают там никакого присутствия жизни.
  Объяснение столь парадоксальному совпадению по итогу таких, как кажется, совершенно разных подходов к существованию в бытии и за ним после смерти, состоит в том, что все они - гуманисты, которые, как известно, полагают, что в основе бытия находится человек.
  Поэтому христиане полагают, что после смерти душа навсегда отделяется от человека, оставляя его грешное тело в бытии, и, вероятно, вспоминая в вечности о том, как жилось ей в этом теле, так как больше вспомнить не о чем.
  Материалисты вообще отрицают присутствие души в теле, полагая, что сознание есть естественное следствие развития неживой материи, фиксируя свое внимание только на конечном человеке в обществе в качестве продукта общественных отношений. Поэтому человек для них вполне естественно исчезает после смерти, навсегда выпадая из бытия, захватывая с собой сознание.
  Экзистенциалисты вовсе не замечают сознание (душу), подменяя ее заботой в бытии о бытии: "Забота равноисходно таит в себе смерть и вину. Лишь заступающая решимость впервые понимает способность-быть-виновным собственно и цело, т.е. исходно" [6, с. 306].
  Поэтому более адекватным решением проблемы рождения и смерти, на наш взгляд, может оказаться выдвинутая нами гипотеза о голографической "прокладке" между бытием и вневременной бесконечностью, поскольку следствия из нее, часть которых кратко описана здесь, выглядят довольно убедительно.
  В соответствии с этой гипотезой не может быть одинарного мироздания, точнее, оно проявляться само по себе не способно без посторонней помощи - Бога, Большого взрыва неизвестно кем или чем инициированного и т. п., что само по себе указывает на беспомощность как идеалистов, так и материалистов в отношении генезиса мироздания, которое не может быть временным, то есть появляться по чьему-то хотению или случайно.
  Наша гипотеза демонстрирует мироздание как структуру вне времени, проявляющуюся через бытие с живым в текущем времени. Именно в текущем времени способен проявить себя ключевой элемент мироздания - человек, создавая события и участвуя в них, и тем самым вызывая к жизни из небытия не только себя в качестве личности, но и сознание, принимая его на себя из голограммы вне временив, окуная его в этом живом в гущу событий и переживаний, то есть давая и себе как живому, и ему как единому сознанию жизнь.
  ***
  В заключение отметим, исходя из представленной информационно-голографической гипотезы, механизм перехода индивидуального сознания из текущего времени в голограмму вне времени, и укажем причину конечности всех объектов бытия.
  Итак, живые существа, непрестанно обновляя себя в бытии через голографическую проекцию непроявленной бесконечности, используют неисчерпаемую непроявленную бесконечность для развития сознания через себя как индивидуально, так и в совокупности, поскольку сознание - это голограмма, и, кроме того, живые существа удерживают это трехслойное мироздание в состоянии постоянного и вечного дискретного обновления, вследствие чего оно не способно впасть в небытие.
  Поэтому живые существа рождаются для того, чтобы проявляющееся в них и через них сознание не стояло на месте, а вечно развивалось посредством их общения и действий.
  Подобная система постоянного обновления позволяет всему мирозданию удерживаться в существовании без входа и выхода из него, а активному (сознанию) жить и развиваться в конечном, временном живом дискретно, но бесконечно.
  Однако обновление каждого объекта бытия имеет предел, наступающий для всех его объектов, в том числе и живых существ тогда, когда сбои в процессе этого сверхвысокочастотного обновлении, происходящего в их частотно-волновой основе приводят к дезорганизации функционирования организма, который становится теперь непригодным для пребывания в нем сознания, которое его и покидает, констатируя тем самым смерть тела, но вместе с тем - обновление сознания, которое тут же проявляется в новом теле для какой-то иной жизни, позабыв поэтому про прежнюю жизнь, что необходимо не для человека, но именно для развития сознания в новом облике и в новых обстоятельствах.
  Подобные сбои в частотно-волновой основе бытия и есть истинная причина разрушения тела, а в общем отношении - причина распада всех объектов бытия, которые поэтому не могут не быть конечными.
  Тем не менее, через эти конечные объекты бытия, а не как-то иначе, происходит проявление в форме бытия вневременной бесконечности, поставляющей через свою голографическую проекцию информационные копии всех объектов бытия, включая каждое индивидуальное сознание, которые живые существа конвертируют из энергоинформационных пакетов в само бытие.
  Помимо того, смерть живых существ означает дискретное обновление каждого индивидуального сознания, которое позволяет ему уже иначе развиваться в новом живом существе, и так далее - до бесконечности.
  Таким образом, можно представить, что мироздание состоит как бы из трех слоев - вневременной бесконечности, ее голографической проекции и бытия, в котором располагаются живые существа.
  Активное (сознание в бытии), ассоциировавшись с пассивным в бытии, оказывается включенным в информационные потоки, и способно конвертировать информацию, поступающую к органам чувств носителя сознания (живого) в виде последовательных пакетов-импульсов, записанную на волнообразных образованиях голограммы, в более плотные материальные объекты, формируя тем самым как само бытие, так и живые существа в нем.
  Основа ассоциации активного и пассивного в бытии представляет собой образование из пассивной материи в виде молекулярных комплексов, содержащее органы чувств, центры обработки информации, а также геном, содержащий соответствующие программы роста, существования и развития существа в определенной среде.
  Только через это структурное образование пассивной материи сознание получает возможность вливаться в потоки информации, пользуясь ими. Поэтому сознание как бы покрывает сформированное и обновляемое им структурное образование из пассивной материи, заводя своей энергией все составляющие этого образования, которые начинают согласно функционировать в соответствии с заложенной в них программой, начиная с зародыша.
  То есть активное (сознание) не объединяется непосредственно со сформированной им же структурой, являясь иной - наиболее организованной волновой материей голограммы, а, подобно источнику энергии для радиоприемника и вместе с тем антенне, подключает оживляемую структуру через себя к голограмме, являющейся информационным мостом, соединяющим оживляемую структуру с вневременной бесконечностью.
  В этом процессе формирования основы живого из пассивной материи и подключении его к голограмме состоит оживление этого образования из пассивной материи, то есть сознание делает его восприимчивым к окружению в ассоциации с собой в течение срока жизни (определенный период времени роста, развития и угасания существа), с одной стороны, создавая возможность переработки потоков информации для обеспечения стабильности мироздания, а с другой стороны, предоставляя этому образованию в ассоциации с собой возможность в отведенное ему время "наслаждаться" жизнью, базой которого являются питание, размножение и стремление к улучшению собственного существования вследствие непреходящей неудовлетворенности настоящим, не позволяющей живому существу застаиваться.
  Поэтому ассоциация сознания и пассивной материи определенной формы и структуры создает вполне автономное живое существо, которое нельзя отнести ни к пассивной материи, ни к активной, и оно поэтому, как нечто среднее, не сознавая свою основную функцию хранителя стабильности мироздания и строителя бытия, просто живет себе в виде сообществ в поколениях в соответствующих нишах, в основном пожирая друг друга, исключая человеческое сообщество, в котором этот процесс уже не практикуется.
  В итоге, мироздание оказывается способным выражать себя через бесконечное множество конечных объектов бытия посредством взаимодействия активного (сознание) и пассивного (вещи) как в текущем календарном (общем) времени, так и в собственном текущем времени каждого из активных (живых) существ, то есть существ, обладающих сознанием, которые в этом текущем бытии конечных объектов в виде непреходящего настоящего не могут стать бесконечными, в отличие от сознания, лишь временно присутствующего в живом теле, точнее, сопровождая его и руководя им.
  Поэтому в момент смерти каждому индивидуальному сознанию больше некого сопровождать, и оно постепенно выпадает из бытия, восстанавливая связь со своей стороны с единым сознанием голограммы. Однако сознание, покидая текущее время, которое формируется им только через своего носителя - живое существо, вновь обретает в момент перехода существа от жизни к полному распаду те информационные базы голограммы, которые близки ему, и оказывается способным оценить возможные и интересные для собственного развития способы существования в бытии при последующем появлении в нем, которое происходит в тот же момент умирания, поскольку в голограмме отсутствует текущее время.
  Таким образом, для каждого индивидуального сознания в момент смерти живого существа восстанавливается связь с его стороны с единым сознанием голограммы, в которой отсутствует текущее время, то есть его автономное существование в теле прекращается, и оно подключается к единому сознанию голограммы для выбора дальнейшего пути собственного развития в новом организме, в который оно попадает в момент смерти прежнего организма.
  В этом прерывистом процессе регулярного обновления сознания через разнообразные организмы, конечные в своем существовании в рамках текущего времени, только и проявляется вечная жизнь сознания во взаимодействии с пассивной материей.
  Как мы уже отметили, сверхвысокочастотная голографическая проекция непроявленной (вневременной) бесконечности не может действовать идеально, вследствие чего во всех объектах бытия, проявляющихся в нем вследствие конвертирования в них последовательных информационных пакетов-порций, из-за сбоев в голограмме накапливаются отклонения, мешающие этим объектам функционировать в определенном режиме, будь то планета, кирпич или человек.
  Иначе говоря, по причине накапливающихся сбоев в голограмме в бытии в отношении всех проявляющихся и обновляющихся объектов бытия, все эти объекты не могут не быть конечными, но бесконечное способно проявляться через конечное дискретно, что и происходит с сознанием в бытии.
  Однако в этом отношении между неодушевленными объектами бытия и живыми существами существует следующее отличие.
  Если вещь не способна сознательно корректировать происходящие с ней изменения - у нее, как пассивного, отсутствует стремление так или иначе сохранять свою особенность, которой она не сознает, у вещи имеются лишь простейшие механизмы обратной связи, предотвращающие ее хаотичный распад, - то любое живое существо, а не только самосознающее существо (человек), всеми возможными способами цепляется за жизнь. Тем самым сознание сохраняет свою основную особенность - активность, или неизбывное стремление к изменениям в себе и вокруг себя.
  Само по себе "погружение" сознания в конечное живое существование раз за разом и есть решение проблемы сохранения себя в качестве активного.
  Существование в вещах и среди вещей, а также рядом с иными формами сознаниями в виде живого, с одной стороны, позволяет сознанию по реакциям окружающего на свои действия корректировать структуру собственного ядра, чтобы не утерять способность к стремлениям по сохранению своей коренной особенности - активности, а с другой стороны, позволяет пытаться использовать изменения, которые оно способно так или иначе ощущать и/или осознавать, с пользой для себя, а не во вред.
  Разнообразие ситуаций в каждом конечном существовании для любого индивидуального сознания означает обретение им в бесконечном числе частиц сознания только одному ему присущего лица.
  Тем самым исходные частотные сбои в структуре активного (сознания) не приводят его к катастрофе (распад, или потеря формы), поскольку ядро активного в форме сознания живого существа восстанавливается в конечном, что, к тому же, делает сверхвысокочастотную волнообразную голографическую проекцию вневременной бесконечности устойчивой в целом, а каждую частицу сознания - способной участвовать в формировании времени и, как следствие, вещных миров во времени.
  Таким образом, конечное необходимо бесконечному не только для функционирования мироздания как вневременной и вместе с тем временной системы, которая этим самым удерживается в равновесии, но и для стабилизации активного (сознания) в мироздании, что делает активное неизменным и вечным по своей сущности, но вместе с тем бесконечно меняющимся.
  К тому же, восстановлению ядра активного в бытии способствует и то, что распадающиеся пассивные объекты бытия энергией собственного распада как бы подпитывает сознание в живом, которое и за этот счет получает возможность восстанавливать свое ядро, в свою очередь затрачивая часть этой энергии распада на восстановление пассивных объектов в иных формах, тем самым обновляя как себя, так и их.
  Таковы следствия утери формы конечными пассивными объектами, в том числе и телом человека, которое, распадаясь после смерти, становится в один ряд с прочей пассивной материей, тогда как его сознание не теряется, а продолжается в ином живом, которое оно и делает таковым. Иначе говоря, и на уровне бытия происходит процесс обновления, подобный тому, который происходит в голограмме со сверхвысокой частотой, но в бытии частота обновления несравненно меньше.
  Если каждое индивидуальное сознание есть и самостоятельная частица единого сознания голограммы, и вся голограмма со всеми ее ресурсами, то тело является носителем сознания для проявления этих ресурсов в формируемым каждым живым существом времени.
  В результате, каждое индивидуальное сознание с помощью единого сознания находит соответствующую его уровню развития и искомым изменениям программу в том или ином зародыше, и начинает жизнь сначала в поисках обновленного себя с разной долей успеха, но непременными находками, которые так или иначе обнаруживаются на бесконечном пути сознания.
  Таким образом, сознание не путешествует после гибели тела по каким-то закоулкам потустороннего "мира", что невозможно, так как там отсутствует текущее время, формирование которого начинается с органов чувств.
  Поэтому каждое индивидуальное сознание любого существа вынуждено возвращаться в зародыш новой жизни, находя опять себя в ней обновленным в ином теле, но без памяти о прошлой жизни.
  Это беспамятное возвращение не равноценно прибытию из небытия, поскольку, голограмма (потустороннее) - отнюдь не небытие (смерть) в чистом виде, а сверхвысокочастотное образование с неким подобием времени в виде разрывов бесконечности, в котором, правда, отсутствуют события.
  Воссоединившись с ней, каждое индивидуальное сознание получает возможность доступа к любой из прошедших жизней и доступ ко всем тайнам бытия только для человеческого сознания, которые оно способно постигнуть на собственном уровне. При этом сознание человека может оценить свои достижения в прошедших жизнях, и соответственно выбрать нечто новое для будущей жизни, вполне осознанно "поместив" себя в ее начало на той или иной обитаемой планете, в требуемой стадии текущей реальности. Это может быть стадия как до возникновения цивилизации, так и любой из веков цивилизации.
  Свое решение о дальнейшем продвижении в бытии каждое индивидуальное сознание человека принимает в пограничном состоянии перехода от жизни к смерти на основании блока информации, сосредоточенной в голографической проекции вневременной бесконечности, доступной для его понимания.
  Это пограничное состояние представляет собой процесс постепенного разъединения сознания с телом, которое теряет способность функционировать в нормальном режиме формирования собственного времени не сразу. В этом состоянии сознание человека еще не покинуло тело окончательно, но уже получило двустороннюю связь с голограммой вместо прежней односторонней связи с голограммой с ее стороны,
  Установив тем самым непосредственную связь с голограммой со своей стороны, сознание умирающего человека получает и соответствующий доступ к базам данных голограммы.
  Другими словами, это пограничное состояние между жизнью и смертью, длится недолго, но его времени, хотя бы и доли секунды - пока тело еще живо - вполне хватает для сознания, чтобы воспользоваться ресурсами голограммы, к которым у него уже появился доступ: ознакомиться с информацией из баз данных голограммы, которую оно распознает, для решения текущих задач, и составить соответственно программу следующего жизненного цикла для продолжения собственного развития в живом.
  Таким образом, "момент" смерти является наиболее интересным для индивидуального сознания каждого человека. Именно тогда оно получает доступ ко всему, что может входит в круг его интересов, включая и некоторые прошлые жизни и вообще всё, что было и есть, до чего оно захочет "дотянуться".
  Как только наступает смерть тела, то есть его окончательный распад, каждое индивидуальное сознание снова в тот же момент оказывается в текущей реальности, как будто оно эту реальность не покидало, но в новом теле, точнее, в его зародыше, поскольку на любом индивидуальном сознании лежит обязанность не только собственного развития, но и развития единого сознания, а также удержания мироздания в стабильном состоянии вечного изменения, а всё это обеспечивают не что иное, как события, которые могут случиться с сознанием только во времени, или в бытии, которое поэтому и названо со-бытиями или бытием от выражения "быть в делах".
  То есть индивидуальное сознание не "задерживается" в голограмме, хотя и является ее частицей. потому что оно всегда "присутствует" в ней, мало того, оно и есть не только частица голограммы, но и само единое сознание голограммы, но проявиться это сознание может только во времени, или в живом. Поэтому каждое индивидуально сознание в момент смерти организма тут же оказывается в новом теле для новой жизни.
  Библиография
  1. Ясперс К. Философия. Книга вторая. Просветление экзистенции. РООИ "Реабилитация", 2012
  2. Низовцев Ю.М. Противоречивое, но реальное (сборник). Каковы истинные причины ненормальности гениев? Раздел 6. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru. or Amazon (Yury Nizovtsev)
  3. Низовцев Ю.М. Всё и ничто. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru
  4. Низовцев Ю.М. Конечное как способ реализации бесконечного в бытии. Журнал "Топос" РФ. 22 10 2025.
  5. 1980. David Bohm, Wholeness and the Implicate Order, London: Routledge, ISBN 0-7100-0971-2.
  6. Т Хайдеггер М. Бытие и время. Москва. Ad Marginem. 1997. 5-88059-021-6.
  Heidegger M. Being and Time. UK. This translation copyright (C) Blackwell Publisher Ltd. 1962. 0-631-19770-2 (pbk)
  
  
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"