WARNING: уровень пафоса приближается к 11.5 по 12-балльной шкале.

     Оригинальные персонажи принадлежат владельцам авторских прав.

     Далее везде.

     Это 203-е тысячелетие.

     

     Вот уже почти 1400 веков Император Человечества восседает на золотом Трооне — волшебной планете в системе могучей звезды Канопус. Он — повелитель великой Средне-Галактической Империи и правит миллионом миров благодаря мощи своих неисчислимых флотов и армий. Просторы Галактики бороздят сверхсветовые боевые звездолеты — могучие линкоры, быстрые крейсера, смертоносные эсминцы. Покой мирных планет охраняют грандиозные мониторы; в глубинах пространства до поры, до времени затаились невидимые фрегаты-призраки, готовые в любой момент появиться из тени и обрушить всю ярость своих атомных орудий на врагов Императора; а в мрачных подвалах императорского дворца на Трооне хранится самое страшное оружие во Вселенной — Разрушитель Бренн Бира, способный уничтожать само пространство и время.

     

     Император — самый могущественный из властелинов известной Вселенной, но далеко не единственный. Человеческим родом, рассеянным по всей Галактике, правят многочисленные звездные короли и бароны, подчас враждебные друг другу. Со всех сторон человечеству грозят смертельные враги. В Маркизатах Внешнего Космоса бесчисленные орды негуманоидов-ксеносов точат свои когти и зубы в приступах безумного гнева и неутолимой жажды крови. В темных и пылевых газовых туманностях скрываются бледнолицые еретики-облачники, протоплазменные мутанты, ксенофилы из Дома Тейн и другие предатели человечества. Далеко за пределами Млечного Пути, в таинственных Магеллановых Облаках, чудовищные и мерзкие рептилоиды, телепаты-Х’харны, денно и нощно строят планы о том, как обратить в безжалостное рабство весь род людской до скончания времен.

     

     Их первой жертвой стало маленькое королевство Фомальгаут на западных границах человеческого содружества. На древних улицах Хатхир-Сити, великой королевской столицы, разгорелось жестокое сражение между варварами из Внешнего Космоса и воинами, преданными принцессе Лианне, законной правительнице Фомальгаута. Самые разные люди и нелюди из разных миров и эпох подняли свое оружие на защиту принцессы. Среди них были: Джон Гордон, американский солдат Второй Мировой Войны, путешественник во времени, пришелец из ХХ века; Хелл Беррел, краснокожий уроженец системы Антарес и капитан Имперского Флота; Шорр Кан, бледнолицый интриган-облачник, беглый диктатор Лиги Темных Миров; Коркханн, птицеголовый чужак-телепат с планеты Кренс; суровый и мрачный Зу Ризаль, верховный барон Скопления Геркулеса и многие другие.

     

     Великую Орду Язычников возглавляли жестокий и хладнокровный граф Син Кривер из Марки Внешнего Космоса, сумевший сколотить из своих бурных и непокорных вассалов армию неудержимых фанатиков, готовых умирать с его именем на устах; безумный принц Нарат Тейн из туманности Маралла, кузен Лианны, влюбленный в своих негуманоидных союзников, плативших ему той монетой; и Врил-магелланиец, рептилоид, пожиратель разумов, истинный предводитель этой чудовищной армии.

     

     Несколько дней и ночей кипела смертельная битва. Только мужество защитников Фомальгаута, несколько маленьких чудес и союзники, прибывшие в самый последний момент, позволили одержать победу. Враги были разгромлены, их вожди пали в бою, а немногие уцелевшие варвары признали свои поражение и отступили.

     

     Белое солнце Фомальгаута скрылось за линией горизонта.

     

     Что будет завтра?..

     Несколько дней спустя по одной из центральных улиц Хатхир-Сити медленно брели двое. Один из них был человеком, судя по бледно-розовой коже — землянином, родом из Северного полушария; другой, покрытый перьями и сверкавший большими янтарными глазами, являлся великолепным представителем расы разумных аквилоидов с планеты Кренс. Примерно за пять миллионов лет до описываемых событий его дальние родственники жили на Земле и были известны как Titanis walleri [1]. Человек и негуманоид никуда не торопились, они просто степенно шли по улице и тихо беседовали.

     

     В сумрачное от пожаров небо над Городом Вечного Ноября [2] поднималось белое солнце Фомальгаута, но не грело оно жителей Хатхир-Сити. По обе стороны от проезжей части тянулись развалины. Неделю назад здесь шли особенно жестокие бои. Принц Нарат Тейн бросил против королевских гвардейцев, оборонявших этот столичный квартал, свою элитную кентаврическую кавалерию и три полных легиона войск СС [3]. Каждый дом приходилось брать штурмом. Когда у защитников кончились боеприпасы, в ход пошли штыки, приклады, битый кирпич и металлическая арматура. Наспех возводимые баррикады укрепляли мертвыми телами только что убитых врагов, а иногда даже тяжело раненными, неспособными двигаться и сопротивляться. Легко раненных превращали в неподвижных. Обе стороны старались пленных не брать. Теперь, когда сражение завершилось, уцелевшие горожане копались в руинах домов, пытаясь спасти хоть что-нибудь из своего имущества. Рядом с ними работали пожарные, спасатели и добровольцы из ККК [4], искавшие под завалами уцелевших или грузившие на транспортные платформы изрядно распухшие и смердевшие трупы. Часть работ выполняли пленные варвары, за которыми следили солдаты, полицейские и вигиланты из городской милиции. Время от времени над руинами там и здесь звучали выстрелы, когда из-под развалин выползал какой-нибудь чудом выживший негуманоид, не пожелавший сдаться в плен даже сейчас, когда было заключено перемирие и объявлено прекращение огня. Чуть реже выстрелов гремели взрывы — в руинах осталось немало неразорвавшихся боеприпасов, над которыми работали или ошибались саперы.

     

     — Некоторое время назад, дорогой Коркханн, — говорил человек, — вы поделились со мной любопытной теорией про лишнюю хромосому принца Нарата, которая досталась ему в наследство чуть ли не от его мезозойских предков. Но мне кажется, корни его безумия следует искать совсем в другой эпохе. Надеюсь, вы не будете против, если я изложу свою точку зрения на данную проблему?

     

     — Нисколько, уважаемый профессор Лекс Вель! — отвечал титанис. — Прошу вас!

     

     — В последнее время — если можно так сказать, когда речь идет о путешествиях во времени — я посвятил немало времени… ну вот, опять, — смущенно рассмеялся землянин, — простите мне этот невольный каламбур… Так вот, я посвятил немало времени изучению эпохи, из который прибыл наш общий друг Джон Гордон. Я пытался понять, что представляет из себя эра, которая породила столь неординарную и сильную личность, оказавшую такое колоссальное влияние на нашу вселенную. И вы знаете, что я понял? В некотором роде Нарат Тейн был довольно типичным гомо сапиенсом из ХХ века. Белый привилегированный мужчина, у которого было практически все, о чем может мечтать человек — титул, богатство, власть, собственная планета, лояльные подданные, готовые ради него на все — и даже больше. Принц мог посвятить себя любому любимому делу. Но вместо этого он решил побороться за права негуманоидов.

     

     — В некотором роде, это и было его любимым делом, — заметил аквилоид, которого назвали Коркханном.

     

     — Конечно, — кивнул человек по имени Лекс Вель, — но обратите внимание, КАК он это сделал! И только посмотрите, к чему это привело! Один из величайших городов Галактики лежит в руинах, под тонким слоем радиоактивного пепла. Млечный Путь едва не стал жертвой рептилоидов из Магеллановых Облаков. Погибли сотни тысяч, если не миллионы людей и нелюдей. Негуманоиды потеряли великое множество молодых воинов, сливки своих народов, на этих улицах, на других материках Фомальгаута, на отмелях Южной Рыбы. А на Хатхире прочно обосновались «миротворцы» из Конфедерации Геркулеса — и они даже не собираются уходить домой! Было бы странно отрицать, что конфликт между людьми и негуманоидами возник не на пустом месте — вам ли этого не знать, дорогой Коркханн! — но лекарство оказалось хуже болезни!

     

     — Ну, хоть кто-то должен был выиграть от этой войны? — прищурился Коркханн.

     

     — Разумеется, — снова кивнул Лекс Вель. — Это была бы совсем плохая война, если бы от нее никто не выиграл. И мы с вами оба знаем имя победителя. Какой поворот судьбы! В одночасье из беглого военного преступника он превратился в героя галактики и спасителя цивилизации! До меня дошли слухи, что он уже занял трон Альдешара, а совсем скоро весь Внешний Космос снова окажется под властью белого (очень белого, если вспомнить, откуда он родом) привилегированного мужчины. Как вы считаете, оно того стоило?

     

     — Шорр Кан — привилегированный белый мужчина? — усомнился Коркханн. — Ну, это уже слишком! Насколько мне известно, он вырос на улице, был членом воровской шайки…

     

     — Да кто сегодня об этом помнит?! — воскликнул профессор Вель. — Все, что видит Галактика — это человека на троне. Вчера — трон Темных Миров, сегодня — трон Внешнего Космоса. Человек, который меняет престолы, как перчатки — это ли не свидетельство его привилегированности?

     

     — Быть может, — задумчиво пробормотал аквилоид, — быть может, если Маркизаты возглавит беспринципный, но прагматичный лидер, это только пойдет им на пользу? Шорр Кан не является приверженцем какой-либо религии или идеологии, не одержим мессианскими идеями как Нарат или Кривер…

     

     — Не в обиду вам будет сказано, дорогой Коркханн… — начал было Лекс Вель.

     

     — Говорите свободно, друг мой, — подбодрил его собеседник.

     

     — Вы провели рядом с Шорр Кан столько времени, но так ничего и не поняли, — укоризненно покачал головой землянин.

     

     — Вы уж простите бедного чужака, — пожал плечами уроженец планеты Кренс. — Я не стесняюсь признаться, что до сих пор плохо понимаю людей, и каждый день узнаю про них что-то новое. Судя по вашим словам, Шорр Кан не стал исключением.

     

     — Шорр Кан — такой же идеократ, какими были принц Нарат или Син Кривер, — продолжал Лекс Вель. — Просто его идея фикс выглядит иначе. Он мечтает войти в историю как величайший полководец и завоеватель. Теперь у него появился шанс. Он превратит Маркизаты Внешнего Космоса в новую Лигу. Мы знаем, как Шорр Кан заботится о своих подданных. Маргиналам и негуманоидам придется работать по 25 часов в сутки на военных заводах, шахтах и плантациях, чтобы восстановить экономическую мощь Внешнего Космоса и построить новый космический флот. А потом он использует их как пушечное мясо для завоевания целой галактики!

     

     — Вы хотите сказать, что он попробует снова?! — изумился титанис.

     

     — Не нашей галактики, — усмехнулся человек. — А Магеллановых Облаков. Да, именно так. Кто остановит его? Империя не станет ему препятствовать. Аббасиды вовсе не рвутся в бой. Они уже сами не рады, что провозгласили крестовый поход. Три войны подряд — это слишком много даже для Империи. Они откровенно устали. Принц Зарт мечтает вернуться в лабораторию. Император Джал тяжело болен — он так и не оправился толком после атомной пули, которую в него всадил предатель Орт Бодмер. От бесконечных конфликтов устали не только правители, но и народ. Солдаты хотят вернуться домой. Если новый диктатор Внешнего Космоса отправится на покорение чужих звездных материков, все космические короли вздохнут с облегчением. И у Шорр Кана есть все шансы преуспеть. Теперь, когда х’харны потеряли в нашей галактике весь свой флот, Магеллановы Облака можно брать голыми руками. Аборигены Облаков будут встречать Шорр Кана с цветами, как освободителя, и пить воду с его ног.

     

     — Таким образом, наша Галактика избавится сразу от двух источников потенциальной опасности, — констатировал Коркханн. — Шорр Кана и рептилоидов. Разве это плохо?

     

     — А как по-вашему, что станет делать Шорр Кан, когда заполучит в свои руки все ресурсы Магеллановых Облаков? — поинтересовался Лекс Вель. — Неужели он остановится на достигнутом?..

     

     Титанис с Кренса не успел ответить. Патруль военной полиции, вставший на пути у собеседников, как будто вырос из-под земли.

     — Стоять! — рявкнул офицер. — Предъявите документы!

     

     Загорелые лица, иссиня-черные мундиры, стилизованные шаровые скопления на груди и «М-13» на рукавах — нет, это были не королевские солдаты Фомальгаута, а геркулестянские «миротворцы».

     

     — Это возмутительно, — заявил Коркханн, покорно протягивая свой медальон с гербом Белого Солнца. — Я министр при дворе ее высочества. Нас останавливают уже третий раз за последний час. Я буду жаловаться вашему барону.

     

     — Это ваше право, господин министр, — пожал плечами гераклийский офицер. — Мой барон — Просперо Зу, лорд Рас Альгети. Не сомневаюсь, он охотно вас выслушает. Поверьте, нам не доставляет никакого удовольствия общение с вами. Мы просто исполняем свой долг. В развалинах до сих пор скрываются недобитые язычники из Внешнего Космоса, — гераклиец вернул королевский медальон и повернулся к Лекс Велю. — А вы кто такой?

     

     — Уж точно не чужак из Внешнего Космоса, — проворчал Лекс Вель. — Или я похож на одного из них?

     

     — Среди маргиналов было более чем достаточно хомо сапиенс, начиная с самого графа Кривера, — парировал офицер. — Назовите себя.

     

     — Профессор Лекс Вель из Имперского Ньюарского Университета на Земле, — представился землянин. — Я нахожусь здесь по личному приглашению королевы.

     

     — Все в порядке, — кивнул офицер, едва заглянув в документы Лекс Веля. — Можете идти, господа. Будьте осторожны. Как я уже сказал, в руинах все еще прячутся недобитые маргиналы. Приятного вам дня!

     

     — Освободители! — проворчал титанис, когда солдаты удалились на значительное расстояние. — У меня проверяют документы в центре собственной столицы. Неслыханно! Нельзя не признать, гераклийцы очень помогли нам, но не пора ли им возвращаться домой?

     

     — Вот еще одна партия, которая выиграла от этой войны, — тихо сказал Лекс Вель. — Бароны Геркулеса. Теперь, когда Лига уничтожена, Фомальгаут в развалинах, а магелланийцы и Внешний Космос потеряли почти все свои звездолеты, кто стал сверхдержавой номер 2 в известной нам Вселенной? Уж точно не Лебедь и не Лира.

     

     — Позвольте, я попробую угадать, — нахохлился титанис. — Неужели Империя?!

     

     — В этой шутке есть только доля шутки, — поморщился Лекс Вель. — По дороге сюда я между делом пролистал последний доклад имперской разведки о военном потенциале Конфедерации. Да, бароны пострадали при Денебе, но при Денебе пострадали все — от Империи до самого крошечного королевства. Вы представляете, сколько трофеев гераклийцы захватили в Темных Мирах? И можно только представить, сколько всего они захватили прямо сейчас на Ааре, Тейне и других пограничных планетах. Вы знаете, я не удивлюсь, если Зу Ризаль в своих мечтах уже мысленно примеряет императорскую корону. И найдутся такие, кто готов ее возложить, по обычаю древних времен, когда победоносные легионы провозглашали своего полководца императором…

     

     — То есть бросить вызов Троону?! — удивился Коркханн. — Но вы же не думаете, что Ризаль решится на открытый конфликт!

     

     — О, нет, конечно же нет — не сейчас, — согласно кивнул землянин. — Прямо сейчас новая война будет крайне непопулярна даже среди его самых верных сторонников. Но зачем воевать, если можно получить желаемое без единого выстрела?

     

     Словно возражая профессору, где-то за углом прозвучал очередной выстрел.

     

     — Нечто вроде этого не в счет, — грустно улыбнулся Лекс Вель. — Кто сказал, что в Галактике не может быть двух императоров сразу?

     

     — Кстати, про императоров, — отозвался Коркханн. — Один из них прямо сейчас идет нам навстречу. Бывший, но все-таки император. Джон Гордон! Рад вас видеть, дорогой друг! Как и вас, капитан Хелл Беррел. Решили прогуляться?

     

     — Осматривали город… или то, что от него осталось. Я должен подготовить доклад для императора Джал Арна, — признался капитан Беррел, высокий краснокожий антарианец в имперском мундире. — Джон вызвался меня сопровождать.

     

     — Лианна опять занята государственными делами, — поведал американец из ХХ века. — Ей снова не до меня.

     

     — Понимаю, — кивнул Коркханн. — Мне ли не знать. Ну, и как впечатления?

     

     — Мне уже приходилось видеть подобные города, — медленно проговорил Джон Гордон. — В первой половине ХХ века, на древней Земле. В Азии, Европе…

     

     — На спутнике Юпитера? — машинально переспросил Хелл Беррел, но Гордон не удостоил его ответом. Эта шутка устарела много столетий тому назад. Поэтому Беррел поспешил сменить тему:

     — Мы направляемся в Великий Собор. Не желаете присоединиться, джентльмены?

     

     — Право, не знаю, — засомневался Коркханн. — Я старый язычник, скептик и агностик. Когда я был молод, то верил в древних богов своего народа. Верю ли я теперь? Скорее, следую традиции. Вселенная слишком велика, чтобы быть созданной одним богом. Я так думаю.

     

     — Храм открыт для всех, — развел руками Хелл Беррел, и титанис с далекого Кренса не стал с ним спорить.

     

     Великий Собор Хатхир-Сити заметно пострадал — так же, как и окружавший его город. Уцелевшие после сражения храмовые прислужники успели убрать тела защитников и захватчиков, и кое-как расставить скамейки — и на этом все. Фрески, некогда украшавшие стены собора, были сорваны или разбиты; сами стены — изуродованы многочисленными выстрелами; в зеркальном куполе зияла огромная дыра, пробитая удачным попаданием. Но людей и чужаков, собравшихся в храме в тот день, это не смущало. Здесь были горожане, потерявшие своих близких и пришедшие помолиться об их спасении в том или ином мире; многочисленные беженцы из других городов планеты, нашедшие за стенами собора временное убежище; солдаты в разноцветных мундирах — фомальгаутцы, дагонийцы, гераклийцы, империанцы, и даже несколько расконвоированных маргиналов. К своему удивлению, Гордон увидел в зале несколько облачников. Но потом вспомнил, как поминали всуе имя Всевышнего его старые знакомые Линн Кайл или Холл Вонн — и больше не удивлялся.

     

     Старый первосвященник погиб во время вторжения, поэтому никто из гостей не знал, кто будет руководить сегодняшним богослужением — а потом на кафедре появилась принцесса Лианна собственной персоной: не только царствующая правительница Фомальгаута, но и Защитница Веры. Кому, как не ей? Ее высочество была одета подчеркнуто скромно — в полевую униформу собственной гвардии. Пышные золотые волосы королевы скрывались под таким же скромным черным платком — кажется, здесь так было принято. В храме и до того было тихо, но теперь воцарилась совсем уже мертвая (как ни двусмысленно это звучало в нынешних обстоятельствах) тишина. Лианна заговорила, и благодаря искусству древних строителей собора ее негромкий голос можно было отчетливо слышать в каждом уголке зала:

     

     — Слушай, народ мой, слово твоего Бога; слушайте, братья и сестры мои, которые пришли сюда, чтобы вручить свои жизни, судьбы и бессмертные души Господину Вселенной…

     

     Нет, на первый взгляд этот обряд мало походил на знакомое Джону Гордону старое доброе англо-саксонское христианство из ХХ века — если походил вообще. Но чем дольше Гордон прислушивался к словам своей принцессы, тем больше общего он находил между верой своих современников и этим странным монотеизмом далекого космического будущего.

     

     — Я клянусь следовать справедливым законам…

     

     — Я не совершу убийства из корыстных побуждений…

     

     — Я не посмею причинить боль живому существу…

     

     — Я не посмею присвоить чужое имущество…

     

     — Я не стану разрушать чужие семьи…

     

     — Я не поклонюсь ложным идолам…

     

     — Я не оскверню имени Бога…

     

     — Как странно, — тихо сказал Джон Гордон, когда служба подошла к концу. — Я жил в эпоху, которую мой народ называл веком торжества науки. Религия постепенно теряла свои позиции. Многие из моих соплеменников были уверены, что придет время — и люди вообще перестанут верить в Бога. Появление религий было неизбежно, говорили они, в темные века, на заре человечества, когда невежественным людям не хватало знаний, чтобы объяснить то или иное явление природы. И поэтому даже самую банальную молнию или землетрясение — то есть электрический разряд в атмосфере или движение материковых плит — они считали божественным чудом. И вот я стою здесь, на краю Галактики, две тысячи веков спустя, — и вижу, что люди все еще верят! Как такое возможно?

     

     Гордону показалось, что Лианна, Лекс Вель и Коркханн одновременно собирались что-то сказать, но всех опередил — и удивил — Хелл Беррел:

     

     — Джон, ты помнишь, как мы стояли рядом друг с другом, на капитанском мостике имперского флагмана, в лучах могучего Денеба, в тот день, когда Разрушитель уничтожил половину вражеского флота — и едва не погубил половину Галактики? Ты помнишь свое путешествие в Темные Миры, едва освещенные колдовским светом умирающих красных светил? Помнишь магические джунгли Туманности Ориона и древние руины Аара? Помнишь Песню Хрустальных Вершин, которая звучит в час, когда солнце Канопуса поднимается в небо над Трооном? Помнишь, как мы пересекли Разбитые Звезды? Помнишь орды Внешнего Космоса на этих самых улицах — орды, которые нам удалось остановить? Мы все еще живем в век торжества науки, Джон Гордон. Мы подчинили пространство и время. Мы владеем оружием богов; мы способны гасить солнца и разрушать миры; мы сражались в туманности Дендрид [5] против богини смерти самой — и убили ее. Мы покорили Млечный Путь с его миллионами планет — и готовимся покорить соседние галактики.

     

     А теперь скажи мне, Джон. Ответь на один простой вопрос.

     

     Как же мы можем не верить?

     

     

     _________

     _________

     

     [1] — Titanis walleri (лат.) — один из крупнейших видов вымерших хищных нелетающих птиц из семейства фороракосовых, единственный в роде Titanis. Видовое название дано в честь коллекционера Бенджамина Уоллера (Benjamin I. Waller).

     Птица достигала высоты 250 см и предположительно весила до 150 кг. Клюв широкий и довольно мощный. Шея толстая и мускулистая. Передние конечности маленькие, не могли использоваться для полёта. Кости крыла образовывали необычную, подобную суставу структуру. Данная анатомическая структура не позволяла конечности сгибаться назад, как у других птиц.

     

     Палеонтологом R. M. Chandler была выдвинута гипотеза, что передняя конечность использовалась птицей в качестве когтистой лапы, наподобие передних лап у хищных динозавров группы тероподов. Но впоследствии данная теория была признана ошибочной.

     

     Обитала в плиоцене и плейстоцене в Северной Америке на территории современной Флориды и Техаса. Titanis walleri является одним из редких примеров миграции южноамериканских видов на север после образования панамского перешейка.

     

     Образ жизни Titanis walleri подобен другим представителям семейства фороракосовых. Он был хищником, подстерегающим добычу в засаде. Мог охотиться на животных весом 80—100 кг. Ранее считалось, что Titanis walleri дожили до прихода современных людей на Американский континент и вымерли между 15 и 12 тыс. лет назад. Но последние исследования показали, что, вероятнее всего этот вид вымер ещё в начале плейстоцена (2,0-1,8 млн. лет назад), так как более поздних достоверно датированных ископаемых остатков пока не обнаружено (из Википедии).

     

     [2] — Хатхир — третий месяц древнего египетского календаря, примерно совпадал с ноябрем.

     

     [3] — воины Социальной Справедливости.

     

     [4] — Космический Красный Крест.

     

     [5] — Здесь автор допустил явный сознательный анахронизм — сражение галактических союзников против Богини Смерти состоялось на несколько месяцев или даже лет позже описанных событий.

     "Страсти по Спартаку"

     http://samlib.ru/m/magnum/spartak1.shtml

     "Солнце и Крест"

     http://samlib.ru/n/nambu/sunandcross.shtml

     "Кровь, мясо, огнеметы"

     http://samlib.ru/n/nambu/abissinija.shtml

     "Смертельные джунгли геноцида"

     http://samlib.ru/n/nambu/deadly-jungle-of-genocide.shtml

     _________