Аннотация: По мотивам трудов Роберта Говарда и Кира Булычева.
ДЕВОЧКА ИЗ НЕНАСТОЯЩЕГО
Глава 1. Стеклянный Город Солнца
Пробуждение было подобно удару молота по наковальне.
Соня рывком села, рука инстинктивно метнулась к бедру, но пальцы нащупали лишь пустоту - ее топор исчез, поглощенный бездной меж миров. Она выдохнула сквозь зубы, чувствуя, как в груди клокочет ярость, смешанная с тошнотой. В ушах все еще гремел предсмертный крик Конана и рев пиктских шаманов, но здесь...
Здесь царила тишина. Пугающая, неестественная тишина, нарушаемая лишь едва слышным шелестом, напоминающим шепот листвы под легким бризом.
Соня открыла глаза и тут же зажмурилась от невыносимого сияния. Это не был солнечный свет Ванахейма - суровый, пронзительный, отражающийся от вечных снегов. И это не был желтый зной Стигии. Свет здесь был везде. Он исходил от самой земли, от стен зданий, которые казались отлитыми из цельного жемчуга или матового стекла.
Она лежала на чем-то гладком и теплом. Ощупав поверхность, Соня поняла, что это не камень и не дерево. Это было нечто рукотворное, лишенное трещин и изъянов - "мертвый материал", как назвала бы его любая северная ведьма.
Поднявшись на ноги, воительница пошатнулась. Ее кольчуга, залитая запекшейся кровью пиктов, казалась чудовищно тяжелой в этом стерильном мире. Она выглядела как кровавое пятно на чистом холсте.
- Кром... - прохрипела она. Ее голос прозвучал чуждо и грубо. - В какое пекло ты меня забросил?
Вокруг нее простирался город, который мог бы привидеться безумному философу в лихорадочном бреду. Огромные белые башни вонзались в лазурное небо, лишенное ни единого облачка. Между ними, прямо в воздухе, бесшумно скользили странные серебристые капсулы, похожие на гигантских металлических рыб. Не было ни копоти костров, ни конского навоза, ни звона стали, ни криков торговцев. Воздух пах озоном, цветами и чем-то неуловимо сладким, отчего у воительницы закружилась голова.
Вдалеке она увидела сад. Но деревья в нем были слишком правильными, слишком пышными, словно их создавал не слепой случай, а воля колдуна-садовника.
Вдруг Соня замерла, припав к земле и обнажив кинжал - единственное оружие, оставшееся при ней.
К ней приближалось некое существо. Оно катилось по дорожке на невидимых колесах, сверкая полированным металлом. У него не было лица, лишь один круглый стеклянный глаз, мерцающий мягким голубым светом. В его манипуляторах - странных железных щупальцах - оно сжимало устройство, напоминающее метлу.
- Изыди, порождение Тьмы! - прорычала Соня, готовясь к прыжку. - Я не знаю, какому демону ты служишь, но моя сталь еще помнит вкус крови!
Существо остановилось. Его глаз мигнул.
- Обнаружен объект с высоким уровнем биологического загрязнения, - произнесло оно приятным, лишенным эмоций женским голосом на языке, который был отдаленно похож на аквилонский, но звучал мягко и певуче. - Требуется дезинфекция. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.
- Оно еще и колдует! - Соня вскочила, ее глаза сверкнули первобытным огнем. - Ну, подходи, железная тварь!
Она уже была готова броситься в самоубийственную атаку на "железного голема", когда чей-то голос - живой, человеческий голос - заставил ее замереть.
- Робот Вертер, отставить дезинфекцию! Это не биологический объект, это... это человек!
Соня резко обернулась. По белой дорожке к ней бежала девочка. На вид ей было не больше двенадцати лет. На ней был странный, облегающий костюм из переливающейся ткани, а ее коротко подстриженные волосы золотились на солнце. В ее взгляде - больших, необычайно ясных глазах - не было ни капли того страха, который Соня привыкла видеть у гражданских при виде вооруженного воина. В них было только безграничное, почти пугающее любопытство.
Девочка остановилась в трех шагах от Сони, бесстрашно рассматривая ее окровавленные доспехи, рыжую гриву и зажатый в руке кинжал.
- Ой, - сказала девочка, прижав ладошку к губам. - Ты же... ты же настоящая! Из какого ты сектора? У нас сегодня карнавал исторических реконструкций? Но почему у тебя настоящие раны?
Соня медленно выпрямилась, не опуская ножа. Она смотрела на это дитя - чистое, сытое, не знавшее ни голода, ни меча, - и чувствовала, как внутри нее нарастает холодный ужас. Это был не ад. Это было нечто гораздо более странное.
- Кто ты, маленькая ведьма? - спросила Соня, и ее голос дрогнул. - И как называется это заколдованное место?
Девочка улыбнулась. Это была самая добрая и невинная улыбка, которую Соня видела в своей жизни.
- Меня зовут Алиса, - ответила она. - А это - Москва. Двадцать первый век. А ты... ты, наверное, очень сильно заблудилась в пространстве, да?
Соня посмотрела на сияющие башни, на летающих рыб в небе, на железного раба с метлой и, наконец, на маленькую девочку, стоявшую перед ней без страха. Она поняла, что Конан остался в мире, который был реальным.
А она попала в мир, который был невозможен.
Глава 2. Призраки Великого Кольца
Алиса сделала шаг вперед, и Соня инстинктивно дернулась назад, перенося вес на носки. Ее кинжал, тусклый и зазубренный, казался неуместным обломком прошлого в этом царстве света.
- Не подходи, дитя, - прохрипела Соня. - Я не знаю, какая магия удерживает эти башни в небесах, и какой демон наделил тебя голосом, но я не дамся живой в ваши невидимые клетки. Где твой хозяин? Где жрец, что открыл Врата?
Алиса остановилась, наклонив голову набок. В ее взгляде не было страха - лишь то безграничное, почти пугающее сострадание, которое бывает только у людей, никогда не видевших, как горит их дом.
- У нас нет хозяев, - мягко сказала девочка. - И магии тоже нет. Это просто физика... ну, и немного бионики. Ты ранена. Твое плечо... из него течет кровь. Настоящая, красная кровь. Робот Вертер, принеси регенератор!
Железное существо, которое Соня приняла за голема, снова дернулось.
- Но, Алиса, - проскрипел робот, - инструкция запрещает проводить медицинские процедуры с неопознанными объектами до прибытия сотрудников Института Времени! Это может быть...
- Это человек, Вертер! - отрезала Алиса, и в ее голосе прозвучала властность, которую Соня уважала. Это был голос вождя, пусть и в теле ребенка. - Вызывай папу. Скажи, что эксперимент в Космозоо придется отложить. У нас тут... гость из глубокого ретро.
Соня тяжело дышала. Запах озона и цветов начал дурманить ей голову. Она посмотрела на свои руки - они были черными от засохшей крови пиктов и копоти. В этом мире не было грязи. Даже тени здесь казались короткими и немощными.
- Москва... - повторила она забытое имя. - Я слышала о городах на крайнем Востоке, за Гирканией, где дома строят из белого камня. Но это... это не камень. Это застывший свет.
Она сделала шаг к краю дорожки, и под ее сапогом, подбитым гвоздями, хрустнула трава. Трава была идеальной, изумрудной, словно ее выткали на станках Шема.
- Это мир без войн? - вдруг спросила Соня, глядя на Алису. - Здесь нет мечей? Нет голода?
- Войн нет уже очень давно, - Алиса подошла еще ближе. - И голода тоже. Мы учимся, путешествуем к звездам, лечим болезни...
Соня горько усмехнулась. Для нее, выросшей среди льдов Ванахейма, где каждый кусок мяса добывался в бою, а каждый вздох мог стать последним, эти слова звучали как описание посмертного рая. Но в этом раю ей не было места. Она была хищником, выброшенным на ковер в детской комнате.
- Мир без врагов - это мир без чести, - произнесла воительница, и ее рука, сжимавшая кинжал, заметно дрогнула от слабости. - Сталь тупится без дела, а человек гниет.
- У нас другие враги, - серьезно ответила Алиса. - Тайны космоса, время, забвение. Мы боремся, Соня. Просто наше оружие - это знания, а не топоры. Пойдем со мной. Папа поможет тебе. Он биолог, он видел много странных существ... Ой, прости, я не это хотела сказать!
Соня почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Грандиозное напряжение последних дней, битва в ущелье, переход через бездну - всё это обрушилось на нее разом. Сияющие башни Москвы поплыли перед глазами, превращаясь в призрачные костры.
- Конан... - прошептала она, теряя сознание. - Надеюсь, ты успел... убить того шамана...
Она рухнула на идеально чистую дорожку, и ее тяжелое, закованное в железо тело прозвучало как вызов безмолвному спокойствию двадцать первого века.
Она пришла в себя в комнате, где не было углов. Стены плавно переходили в потолок, свет лился ниоткуда. Она лежала на чем-то мягком, похожем на облако.
Соня вскочила, ища оружие, но ее кинжала не было. Вместо окровавленной кольчуги на ней была странная одежда - легкая, серебристая ткань, которая грела, но не весила почти ничего.
- Соня? Ты проснулась?
В углу комнаты, на прозрачном стуле, сидел мужчина с добрыми глазами и седеющей бородой. Рядом с ним стояла Алиса.
- Я - профессор Селезнев, - сказал мужчина. Его голос был спокойным и глубоким, как у старого воина, решившего сменить меч на плуг. - Моя дочь нашла тебя в парке. Честно говоря, мы до сих пор не можем поверить своим приборам. Ты не просто из прошлого. Ты... из реальности, которой, согласно нашим учебникам истории, никогда не существовало.
Соня подошла к прозрачному окну, которое занимало всю стену. Далеко внизу раскинулась Москва - город-сад, пронизанный каналами и заставленный фантастическими зданиями.
- Это ненастоящий мир, - глухо сказала она, прижав ладонь к прозрачной преграде. - Здесь нет запаха смерти. А значит, здесь нет и жизни. Это сон, привидевшийся богам в минуту лени.
- Для нас этот сон длится уже столетия, - ответил профессор. - И мы дорожим им. Но ты права в одном - ты здесь чужая. Твой организм... он полон антител и шрамов, которых мы не видели тысячи лет. Ты - живой памятник эпохе ярости.
- Я хочу вернуться, - Соня обернулась. В ее глазах, синих, как северное небо, застыла невыносимая тоска. - Конан... мой народ... они остались там, во тьме. Я не могу оставаться в этом сияющем склепе.
- Возвращение опасно, - Селезнев нахмурился. - Портал был нестабилен. Его открыли с той стороны с помощью... кхм... нетрадиционных методов. Мы называем это спонтанным проколом метрики. Чтобы отправить тебя назад, нам нужно вычислить координаты твоей реальности. А пока...
Он посмотрел на Алису, которая восторженно ловила каждое слово.
- Пока тебе придется пожить у нас. Алиса будет твоим проводником. Только, Соня... обещай мне одну вещь.
- Какую? - подозрительно прищурилась воительница.
- Не пытайся зарубить робота Вертера. Его ремонт обходится Институту очень дорого.
Соня посмотрела на свои пустые руки, затем на маленькую девочку из будущего.
- Я ничего не обещаю, профессор, - ответила она с тенью своей прежней дерзкой усмешки. - Но я постараюсь не проливать кровь в твоем чистом доме... пока в этом не возникнет крайней необходимости.
Глава 3. Чудовище с планеты Чумароза и шакалы космоса
Три дня в Стеклянном Городе Солнца тянулись для Сони, как три года каторги на галерах Зингары.
Ее тело, привыкшее к тяжести кольчуги и постоянному напряжению, ныло от бездействия. Эта идеальная, безопасная жизнь была ядом, медленно убивающим дух воина. Еда здесь появлялась из стены по нажатию кнопки и имела вкус мокрой бумаги, хотя профессор Селезнев уверял, что она идеально сбалансирована. Одежда была мягкой, как пух, и не могла защитить даже от комариного укуса, не говоря уж о стреле пикта.
Соня чувствовала себя тигрицей, запертой в клетке из хрусталя. Она часами бродила по квартире, сжимая и разжимая кулаки, и ее глаза, привыкшие высматривать врагов в снежной мгле, теперь с подозрением следили за летающими машинами за окном.
Единственное, что примиряло ее с этим странным миром, - это Алиса. Девочка была живой, любопытной и бесстрашной, напоминая Соне молодых волчат ее родного клана, еще не знающих, что в мире есть капканы.
На четвертый день, когда профессор Селезнев был в своем Институте, а Алиса пыталась объяснить Соне устройство "видеофона", входная дверь бесшумно отъехала в сторону.
В прихожую ввалилась тень. Огромная, многорукая, пахнущая незнакомыми пряностями и чем-то тревожно-чужим.
Инстинкт, отточенный годами выживания, сработал быстрее мысли. Соня не стала ждать, пока демон проявит свои намерения. Она схватила единственное тяжелое, что попалось под руку - массивный бронзовый бюст какого-то древнего бородатого мудреца, стоявший на полке, - и метнулась навстречу вошедшему.
- Умри, порождение Бездны! - ее боевой клич, хриплый и яростный, разорвал стерильную тишину квартиры двадцать первого века.
Она занесла импровизированную палицу для удара, способного раскроить череп быку, но замерла. Существо перед ней было кошмаром, сошедшим со страниц "Некрономикона". Оно было в два раза шире Конана, покрыто хитиновым панцирем, и у него было не то шесть, не то восемь конечностей, каждая из которых заканчивалась когтями. Множество глаз на стебельках уставились на воительницу с выражением крайнего изумления.
- Ой, мамочки! - прогудело чудовище басом, от которого задрожали стекла. - Что это за агрессивная фауна? Селезнев опять притащил домой нелегальный образец с Альтаира? Уберите это, у меня слабые нервы!
- Соня, стой! - Алиса повисла на руке воительницы, мешая нанести удар. - Это не монстр! Это Громозека! Он наш друг!
Соня медленно опустила бронзового мудреца, тяжело дыша. Ее мышцы были напряжены до предела, готовые в любой момент взорваться действием.
- Друг? - переспросила она, с недоверием глядя на гиганта. - В моем мире такие "друзья" обычно пытаются сожрать твою печень во славу Сета.
Громозека, тяжело вздыхая и обмахиваясь тремя лапами сразу, втиснулся в гостиную.
- Какая дикость, - проворчал он, плюхаясь в кресло, которое жалобно скрипнуло под его весом. - Я - профессор археологии, милейшая. Я копаюсь в пыли веков, а не в чужой печени. Хотя, должен признать, ваши манеры весьма... освежают. Давно меня никто не пытался убить бюстом Дарвина при входе.
Вечером, когда вернулся Селезнев, состоялся трудный разговор. Громозека, узнав историю Сони, пришел в состояние профессионального экстаза, смешанного с ужасом.
- Прокол метрики! - гремел он, размахивая щупальцами. - Невероятно! Это же живой свидетель Эпохи Легенд! Но Селезнев, друг мой, вы понимаете, что Институт Времени ее замучает? Они будут изучать ее годами, прежде чем решатся отправить обратно. Бюрократия!
- Я не буду сидеть в клетке, - тихо, но твердо сказала Соня. - Если ваши маги времени не могут мне помочь, я найду другой путь. Или умру, пытаясь.
Громозека задумчиво почесал одну из своих голов.
- Есть одна возможность. Я как раз лечу на раскопки. Планета Блук. Там, в секторе Пустых Земель, мы нашли руины цивилизации, которая была древней уже тогда, когда ваши египетские пирамиды еще были проектом. Там странная энергетика. Пространство тонкое, как старый пергамент. Возможно...
- Мы летим с тобой, - решил Селезнев. - Алиса, собирай вещи. Соня, мы отправляемся в космос.
Космопорт Москвы был местом, где величие будущего проявлялось во всей красе. Гигантские корабли, похожие на серебряные иглы, беззвучно взмывали в небеса, уносясь к звездам, названия которых Соня никогда не слышала.
Но даже в этом сияющем мире, где, казалось, не осталось места для теней, нашлись те, кто предпочитал жить во мраке.
Пока Селезнев и Громозека оформляли полетные документы, а Алиса завороженно смотрела на взлет лайнера на Венеру, Соня почувствовала на себе чей-то взгляд. Это было знакомое ощущение - липкое, холодное чувство, когда на тебя смотрит не враг, готовый к честному бою, а шакал, выжидающий момент, чтобы вцепиться в горло со спины.
Она резко обернулась. В толпе счастливых людей будущего мелькнули две фигуры, совершенно не вписывающиеся в этот пейзаж.
Один был огромен и жирен, его лицо лоснилось, как блин, смазанный маслом, а маленькие глазки бегали по сторонам, оценивая все вокруг. Второй был тощим и длинным, как могильный червь, в облегающем черном костюме.
Они стояли в тени посадочного терминала и смотрели прямо на нее.
- Ты видишь то же, что и я, Глисс? - прошептал толстяк Весельчак У, облизывая губы. - Это не местная. Посмотри на ее походку, на этот дикий взгляд.
- Вижу, - прошипел в ответ крыболов Глисс. - Это не просто редкость. Это уникальный экземпляр. Представь, сколько за нее дадут коллекционеры на Криэе. Живая варварка из доисторической эпохи!
- Но она с Селезневым и этим многоруким громилой, - Весельчак поморщился. - Прямой конфликт нежелателен.
- Мы подождем, - Глисс улыбнулся, обнажив острые, как иглы, зубы. - Они летят на Блук. Это свободная территория. Там меньше глаз и меньше полиции. Мы полетим следом. И когда эта дикая кошка отойдет от своих хозяев... мы набросим на нее сеть.
Соня встретилась взглядом с толстяком. Она не знала, кто они, но ее ноздри уловили запах, который она знала слишком хорошо. Запах жадности, трусости и предательства. Запах Заморы.
Она положила руку на пояс, где должна была быть рукоять меча, и криво усмехнулась. Этот стеклянный мир оказался не таким уж безопасным. И это было хорошо. Впервые за четыре дня кровь в ее жилах побежала быстрее.
"Здесь тоже есть на кого охотиться", - подумала Рыжая Соня, поднимаясь по трапу корабля, который должен был унести ее еще дальше от дома.
Глава 4. Рынок Демонов и Мертвый Камень
Космический перелет Соня перенесла с угрюмым стоицизмом человека, которого везут на эшафот. Она сидела в пассажирском кресле "Пегаса", вцепившись в подлокотники так, что обивка жалобно трещала. Когда корабль вошел в гиперпространство и звезды за иллюминатором превратились в размазанные линии безумия, она лишь закрыла глаза и начала шептать молитву Крому - не о спасении, а о том, чтобы, если эта железная птица развалится, она успела кого-нибудь придушить напоследок.
Планета Блук встретила их буйством красок, от которого у северянки заломило виски. Небо здесь было ядовито-зеленым, а солнце - тусклым и красноватым, напоминающим глаз умирающего дракона.
Они высадились в городе Палапутра, знаменитом своим межгалактическим рынком.
- Держись рядом, Алиса, - прорычала Соня, оттесняя девочку плечом, когда мимо них проплыл огромный слизень в прозрачном скафандре. - Это место смердит хуже, чем порт в Мессантии во время чумы. Здесь слишком много тварей, которых следовало бы убить при рождении.
- Это туристы, Соня! - попыталась возразить Алиса, с восторгом глядя по сторонам. - Смотри, вон тот, с тремя головами - это продавец марок с Альдебарана!
- Марки... - фыркнула ванирка. - Знаю я этих торговцев. Сначала они улыбаются тебе тремя ртами, а потом ты просыпаешься в клетке на галерах, и тебя везут на корм рыбам.
Соня чувствовала себя голой. Без кольчуги, в этом нелепом серебристом комбинезоне, без верного топора. Единственное, что ей удалось выпросить у Селезнева перед вылетом - тяжелый геологический молоток с длинной рукоятью, который она теперь сжимала в руке, вызывая косые взгляды прохожих киборгов.
Громозека вел их сквозь толпу, расталкивая зевак своими мощными тушами-щупальцами.
- Раскопки находятся в секторе Пустоши, - гудел он, сверяясь с картой. - Местные жители обходят это место стороной. Говорят, там "время течет вспять". То, что нам нужно!
Они миновали шумные ряды, где продавали все: от живых индикаторов до склиссов (летающих коров), и вышли к окраине города. Здесь веселый шум рынка стих. Пейзаж изменился. Вместо пластиковых павильонов из земли торчали черные, оплавленные скалы.
Руины были древними. Невероятно древними. Даже Соня, видевшая развалины городов, построенных до катаклизма, почувствовала холодок, пробежавший по спине. Эти стены были сложены из гигантских блоков, подогнанных друг к другу без раствора. На камнях были высечены змеи, спирали и лица существ, которые смотрели на пришельцев с нечеловеческой злобой.
- Архитектура периода Ушуан, - прокомментировал Громозека, протирая оптические оси своих глаз. - Вымерли триста тысяч лет назад. Загадочная цивилизация. Поклонялись... хм... Черному Солнцу.
Соня подошла к одной из стел. Она провела пальцем по грубому барельефу, изображавшему битву людей с существами, похожими на осьминогов.
- Я видела такие знаки, - тихо сказала она. - В Стигии, на гробницах тех, кто служил Сету. Этот камень помнит кровь. Много крови.
Внезапно ее инстинкт, тот самый внутренний зверь, который спасал ее сотни раз, вздыбил шерсть на загривке. Звуки стихли. Ветер перестал шуршать в сухой траве.
- В укрытие! - рявкнула она, сбивая Алису с ног и накрывая своим телом.
В ту же секунду камень над головой Громозеки взорвался фонтаном крошки. Тонкий, фиолетовый луч прожег воздух там, где мгновение назад стояла девочка.
- Засада! - взревел Громозека, выпуская когти на всех десяти лапах и мгновенно превращаясь из добродушного ученого в боевую машину весом в три тонны.
![[]](/img/n/nambu/alisa2026/oblozhka1.jpg)
![[]](/img/n/nambu/alisa2026/moskwa.jpg)
![[]](/img/n/nambu/alisa2026/gromozeka.jpg)