Мы ходим по кругу, прижав подбородки,

Считаем потери - не вслух, не всерьёз.

Мы учимся жить, уменьшая расходы,

Сжимая дыхание, память и рост.



Я жил на износ - не красиво, а верно,

Как было велено: тихо и в срок.

Я горд был молчанием - редкая мера,

Теперь это просто зашитый мне рот.



Я разучился любить - не внезапно,

Не в драме, не в крике, не в чьей-​​то вине.

Любовь здесь ломают до формы молчания,

Чтоб ею нельзя было ранить себя.



Усталость - когда просыпаешься старым

В теле, которое числится "молод".

Когда все желания сданы по регламенту,

И сердце живёт по инструкции холода.



Мы сильные - да. До треска эмали.

Мы держим лицо, как последний кредит.

Здесь падать нельзя - это портит отчёты,

Поэтому держимся. Так требует вид.



Я не исключение - я общий остаток,

Я сумма эпохи, подъезда, страны.

И если во мне ещё теплится правда,

Она не имеет законной цены.



Мы выжили - да. По всем нормативам.

Без лишних вопросов. Без лишних себя.

Мы стали удобными, ровными, правыми -

И в этом молчании тянется мгла.



И если во мне ещё теплится правда -

Не знамя, не смысл, не полезный ресурс,

То это ошибка в расчётах системы,

Где жить - это сбой, а не выбранный курс.