Он отстранился - и в следующую секунду уже сидел напротив меня. Я даже не уловила самого движения. Только что был за спиной - и вот уже передо мной, локти на столе, пальцы сцеплены в замок, подбородок лежит на руках. Спокойный, будто это не он секунду назад прижимался губами к моей шее так, что у меня сердце чуть не остановилось.
- Давай кое о чём договоримся, - ровно сказал он. - Я не люблю ругаться, Саша. Но разговаривать со мной таким тоном - плохая идея.
Я смотрела на него молча и только сейчас начала понимать, как сильно у меня дрожат руки. Адреналин всё ещё шарашил по организму. Меня трясло изнутри - мерзко и неконтролируемо. Я попыталась что-то ответить, но вместо этого вдруг почувствовала, как глаза начинает жечь.
Твою мать.
Только не это.
Я резко отвернулась, стиснув зубы.
Нет.
Нет-нет-нет.
Только не при нём.
- Саша.
- Да пошёл ты, - выдохнула я хрипло.
Я вытерла лицо ладонями, только сильнее размазав по щекам слёзы. Сердце всё ещё колотилось где-то под рёбрами так сильно, что меня подташнивало. Господи, да что с ним вообще не так? И зачем он здесь? Зачем пришёл? Зачем влез в мою жизнь снова, перевернул всё вверх дном и теперь сидит напротив так, будто имеет право здесь находиться?
За спиной послышался тихий звон. Я резко обернулась. Вампир спокойно поднял миску, которую сам же швырнул несколько секунд назад, будто вспышки ярости вообще не было. Сполоснул её у умывальника, поставил рядом с остальной посудой. Потом молча подошёл к котелку, снял его с огня и отставил в сторону.
Каждое движение - ровное, точное, спокойное. Словно это не он только что стоял у меня за спиной так близко, что я чувствовала его дыхание кожей. Меня от этого спокойствия бесило ещё сильнее. Он вернулся за стол, сел напротив и несколько секунд просто смотрел на меня. Уже без злости, но и без привычной холодной насмешки тоже. Просто внимательно.
Я взяла ложку и молча начала есть. Легкий ветер шуршал по верхушкам деревьев. За спиной шумела река. Постепенно меня отпускало. Конечно, не до конца, но хотя бы пальцы перестали дрожать.
- Чем ты собиралась заниматься дальше? - вдруг спокойно спросил вампир.
Я нахмурилась. Ложка застыла на пол пути в рот.
- В смысле?
- Ты же не планировала сидеть здесь весь день и орать на меня?
- Пока это был мой основной план.
Он едва заметно усмехнулся.
- Понятно.
Я демонстративно уткнулась обратно в тарелку, давая понять, что разговор окончен. Намёк был понят и слава богу. Я доела суп уже почти остывшим, отнесла миску к умывальнику, быстро сполоснула её холодной водой и поставила сушиться рядом с остальной посудой. Вампир всё это время сидел молча. Я зашла в зимовьё, переоделась в старую растянутую футболку и тёмные походные штаны. Волосы быстро собрала в хвост, накинула сверху лёгкую куртку и присела возле рюкзака. Так. Силки. Я вытащила моток тонкой стальной проволоки, старые перчатки, нож и небольшой холщовый мешок. Подумав пару секунд, сунула туда же кружку и мешок под грибы. На обратной дороге можно будет посмотреть склон возле ручья. После дождей там наверняка полезли подберёзовики.
Когда я вышла обратно на улицу, он всё ещё сидел за столом. Молча прошла мимо, спустилась к соседнему зимовью, где валялись остатки каких-то досок и ржавого туристического хлама, покопалась среди ящиков, вытащила короткую деревянную палку для распорки и уже собиралась идти к тропе, когда за спиной послышались шаги. Я даже не обернулась.
- Только не говори, что тебе внезапно стало интересно ставить силки.
- А вдруг.
Я только закатила глаза и пошла дальше по тропе, специально не сбавляя шаг. Тропинка уходила вверх между соснами, мимо источников, от которых тянуло влажным теплом и минералами. После дождей тайга будто ожила - воздух пах мокрой хвоей, землёй и прогретой солнцем древесиной. И где-то позади совершенно спокойно шёл вампир, который опять чуть не довёл меня до сердечного приступа. Прекрасный день.
Что-то мне подсказывало, что идёт он специально громко. Потому что, когда ему нужно двигаться тихо, я вообще его не слышу. А сейчас - хруст веток, тяжёлые шаги, шуршание травы. Будто специально давал понять: я здесь. Первые минут пять мы шли молча, потом он вдруг спросил:
- Ты действительно собиралась остаться здесь до зимы?
Я даже не повернула головы.
- А тебя это сейчас зачем волнует?
- Мне интересен твой план.
- У меня был отличный план ровно до того момента, пока сюда не прилетел один слишком разговорчивый вампир.
За спиной послышался тихий смешок. Я раздражённо сжала ремень мешка на плече. Через какое-то время он снова пытался заговорить, но я молчала. Мы вышли на поляну, которая пересекала звериная тропа - примятая трава, следы, чуть влажная земля у корней. Я сбросила с плеча мешок, присела на корточки и вытянула из него проволоку. Согнув, начала делать первую петлю. Пальцы ещё были чуть напряжены после всего утра, но это как раз помогало - движения получались резкими, точными. Он подошёл ближе.
- И часто ты этим занимаешься? - снова его голос.
- Достаточно.
Я закрепила петлю, воткнула прутик в землю. Он сел напротив - не рядом, не в стороне, а именно так, чтобы видеть мои руки. Слишком внимательно для человека, которому якобы "просто интересно".
- Научишь? - сказал он наконец.
Я подняла глаза.
Несколько секунд просто смотрела на него, будто пыталась понять, это издевка или очередной способ вывести меня из равновесия.
- Тебе-то это зачем?
Его лицо не изменилось, только угол губ едва заметно дрогнул.
- Никогда не знаешь, что может пригодиться.
Я выдохнула через нос, коротко.
- Ладно.
И снова вернулась к работе.
- Смотри. Вот так делаешь основу. Если петля слишком тугая - зверь просто её обойдёт.
Я подняла вторую проволоку, показала движение. Реард смотрел внимательно, как будто запоминал не действие, а меня в момент действия.
- Так? - он повторил движение.
- Нет. Ниже.
Я наклонилась чуть вперёд, чтобы поправить угол проволоки, и на секунду его пальцы оказались рядом с моими. Слишком близко. Я резко убрала руку. Не демонстративно - просто быстро, на автомате. Реард чуть наклонил голову, продолжая смотреть. Я сделала вид, что ничего не произошло, и сильнее затянула петлю.
- Дальше закрепляешь здесь, - сказала я, втыкая прутик в землю. - Иначе он её просто сдвинет.
Он кивнул. Я протянула ему кусок проволоки.
- На. Теперь попробуй сам.
Он взял её спокойно, без лишних движений, опустил взгляд на петлю и повторил всё практически сразу. Без суеты и ошибок. Проволока легко скользнула между пальцами, петля затянулась ровно так, как надо. Я нахмурилась.
- Ты умеешь это делать?
Он поднял голову. И это спокойствие в его лице опять начинало раздражать.
- Нет.
Короткая пауза. Потом он чуть повернул проволоку в пальцах и добавил:
- Я делаю это первый раз в жизни.
И глядя прямо мне в глаза, добавил:
- Честно.
Почему-то это "честно" прозвучало странно. Не насмешливо или холодно, наоборот - слишком спокойно. Слишком мягко для того, кто ещё час назад прижимался губами к моей шее так, что у меня сердце чуть не остановилось от страха. Я отвела глаза первой. Потому что выдерживать этот взгляд становилось уже просто невозможно. Господи, что он вообще хочет? То смотрит так, будто сейчас свернёт мне шею. То разговаривает так, словно мы старые знакомые и обсуждаем будничные проблемы.
Когда с силками было окончено я поднялась выше по склону. После дождей земля всё ещё была мягкой, пружинила под ботинками, а воздух пах мокрой травой, мхом и грибами так сильно, что от этого запаха немного кружилась голова. Внизу шумел ручей. Вампир шёл следом. Не вплотную. Но я всё равно постоянно чувствовала его присутствие.
- И что у нас дальше? - спокойно спросил он.
Я даже не обернулась.
- У меня дальше грибы.
Специально выделила это "у меня" пусть не забывает. Я остановилась возле старого пня, присела, осторожно срезая ножом крепкий подберёзовик. Хороший, чистый, даже не червивый. Сразу следом заметила ещё два. Ну хоть что-то сегодня отлично. Я кинула грибы в мешок и полезла еще выше по склону, машинально отмечая взглядом коричневые шляпки в траве. Голова постепенно начала забиваться привычными мыслями. Надо будет вечером разложить всё сушиться в столовой. Баню бы ещё затопить. И воды натаскать. И посмотреть, сколько вообще осталось муки.
Жизнь снова становилась понятной, когда раскладывалась на простые вещи.
Найти. Принести. Высушить. Приготовить. Не думать о вампирах. Не думать о том, как несколько часов назад сердце колотилось так, будто сейчас разорвёт рёбра.
- Ты собираешь только подберёзовики? - вдруг раздалось за спиной.
- Поздравляю. Наблюдательность у тебя работает.
- А остальные не берёшь почему?
Я закатила глаза и полезла через поваленное бревно. Ветка царапнула ладонь.
- Потому что не разбираюсь в них.
- Но если...
- Ты можешь просто не разговаривать? - я резко перебила вампира.
Я всё-таки обернулась на него. Он стоял чуть ниже по склону, засунув руки в карманы комбинезона и смотрел на меня этим своим спокойным взглядом, от которого было невозможно понять вообще ничего. Ни о чём он думает, ни насколько сейчас опасен, ни зачем вообще продолжает идти за мной. Реард хмыкнул.
Я шагнула выше по склону, цепляясь пальцами за влажную траву. Под ногами мягко пружинил мох, где-то рядом стрекотали кузнечики, а между корней торчали крепкие шляпки подберёзовиков. Я потянулась за грибом, наступила на гладкий камень - и нога резко поехала вниз.
- Чёрт-
Мир дёрнулся. Колено ударилось о землю, ладонь скользнула по сырой траве, и меня уже потащило вниз по склону, когда чьи-то пальцы резко сомкнулись на моём локте. Жёстко и надёжно. Меня дёрнуло назад так быстро, что я почти врезалась в него. Реард стоял ниже по склону, удерживая меня одной рукой так легко, будто я вообще ничего не весила. Сердце дёрнулось где-то под рёбрами.
Он медленно скользнул взглядом по моей съехавшей вниз ноге, по траве на колене, по растрёпанным волосам и только потом спокойно произнёс:
- Если ты решила свернуть себе шею, выбери хотя бы менее глупый способ.
Не насмешливо, но уголок его губ всё равно дрогнул. Резко выдернула руку из его пальцев и отступила на шаг вниз по склону.
- Обойдусь без твоих советов.
Я выпрямилась, стряхивая с ладоней землю, и в тот же момент почувствовала знакомую тянущую боль в ноге. Да чтоб тебя. Только ведь перестало ныть. Я осторожно перенесла вес на здоровую ногу, поморщилась и уже без прежнего энтузиазма посмотрела выше по склону. Нет. Всё. На сегодня хватит. Ещё немного - и потом опять полдня хромать. Поэтому дальше я уже не полезла вверх. Медленно пошла по диагонали вниз, выбирая места, где трава была суше, а земля - плотнее. Мешок постепенно тяжелел от грибов, солнце грело затылок, а позади почти бесшумно двигался вампир. Потому что, кажется, после моей маленькой истерики он действительно начал идти тише и больше не лез с разговорами. За что я была ему почти благодарна.
К старой столовой мы вернулись после обеда. Здание всё ещё пахло сыростью, деревом и старым дымом. Я сгрузила грибы на длинный деревянный стол у окна и, не глядя на Реарда, закатала рукава.
- Сейчас переберем, - пробормотала себе под нос.
Он молча прислонился плечом к косяку двери, наблюдая. Я принесла ведро воды, быстро промыла грибы от земли и хвои, разложила на старом полотенце. Маленькие крепкие подберёзовики сразу отложила отдельно, остальные начала нарезать тонкими пластинами. Нож ритмично стучал по доске.
- И что дальше? - спустя какое-то время спросил он.
Я мельком подняла глаза.
- Сушить.
- Это я уже понял.
- Поздравляю.
Он едва заметно усмехнулся. Я вздохнула и всё-таки ответила:
- Сначала они немного полежат у печки. Лишняя влага уйдёт. Потом нанизываю на верёвку и подвешиваю под потолком. Там теплее всего.
Реард медленно перевёл взгляд на натянутую под потолком старую проволоку.
- Ты это откуда знаешь?
Я на секунду замерла, разглядывая гриб в руках.
- Тетя Люда так делала, которую вы, как и всех остальных, забрали на вертолёте.
Я отчеканила каждое слово отдельно и подняла на него взгляд, чтобы увидеть хоть что ни будь. Неловкость, раздражение, вину, да что угодно. Но его лицо оставалось совершенно спокойным, впрочем, как всегда.
***
Я толкнула дверь плечом и шагнула внутрь. Баня была переделана из старого зимовья - маленькая, приземистая, с потемневшими от времени брёвнами и низким потолком, в который высокому человеку пришлось бы пригибаться. Возле стены стояла широкая лавка, у печки - ведро, старый ковш, какие-то забытые тряпки. Дерево пахло сырым теплом, золой и чуть-чуть дымом, въевшимся в стены за десятки лет. Я заглянула в бак возле печки и тихо выругалась. Воды почти не было.
- Ну конечно, - пробормотала я себе под нос.
После склона нога всё ещё ныла, неприятно, тянуще, и мысль о том, что сейчас придётся таскать воду самой, вообще не радовала. Я вышла наружу и пошла к реке. Вода уже заметно посветлела по сравнению с утром - холодная, быстрая, с мутноватым ледниковым оттенком, но уже не та сплошная серая взвесь, которая была после дождей. В принципе, нормальная. Для бани сойдёт. Я постояла пару секунд на берегу, глядя, как течение перекатывает солнечные блики по камням.
Ладно. Вернулась обратно, взяла ведро и снова пошла к воде. Когда я выпрямилась с полным ведром, ручка сразу врезалась в ладонь.
- Ты серьёзно сейчас собираешься таскать это сама?
Я даже не дёрнулась, только закатила глаза.
Ну конечно, куда же без тебя.
Реард стоял чуть выше по берегу, прислонившись плечом к сосне. Всё такой же невозмутимый. Красный комбинезон расстёгнут у горла, рукава закатаны до локтей.
- Я не просила помощи.
- Да, я заметил, - спокойно ответил он. - Особенно по тому, как ты хромаешь.
Я раздражённо поджала губы и попыталась пройти мимо него с ведром, но он просто молча забрал его у меня из рук. Легко будто оно вообще ничего не весило.
- Эй.
- Поздно возмущаться.
Он ушёл к бане, а я осталась стоять на берегу, скрестив руки на груди. Ну и пожалуйста. Через минуту он вернулся уже без ведра, окинул взглядом реку, потом баню, потом снова реку - и, кажется, пришёл к какому-то своему выводу.
Потому что дальше он молча вернулся в баню, а ещё через пару секунд вытащил оттуда старую пластиковую бочку.
- Ты сейчас издеваешься?.. - не выдержала я.
Он уже шёл к воде и даже не замедлившись, зашёл прямо в неё. В ботинках, в своём этом красном комбинезоне, который, кажется, вообще существовал отдельно от законов нормальной одежды. Вода дошла ему почти до бёдер. Он наклонился, утопил бочку, придерживая её одной рукой, дождался, пока та наполнится, потом выпрямился. Вот тут уже стало видно вес. Не показушно и не как, будто он сейчас героически надорвётся. Просто под тканью комбинезона напряглись плечи, руки, мышцы живота - короткое сосредоточенное движение человека, который действительно поднимает тяжёлую вещь. И всё равно вынес он её так спокойно, будто таскал столитровые бочки каждый день. Я смотрела, как он проходит мимо меня с этой чёртовой махиной и в голове совершенно некстати мелькнула мысль:
Господи.
Ручной вампир.
Причём не просто "ручной", а опасный, сильный, жуткий - и при этом таскающий воду для моей бани так, будто это совершенно естественное положение вещей.
Я невольно проследила взглядом, как он снова поднимает бочку, как напрягаются пальцы на крае, как солнце цепляется за красную ткань комбинезона.
Да твою ж мать.
Только этого мне ещё не хватало. Реард вдруг на секунду покосился на меня. И на его лице появилась едва заметная ухмылка. Подозрительно довольная и я прищурилась.
- Что-то ты больно довольный.
- Да?
- Смотри, я тебе сейчас ещё какое-нибудь задание придумаю.
Он поставил бочку возле стены бани и повернулся ко мне.
- Напугала.
- Да ну?
- Конечно. Ещё немного - и заставишь меня работать.
Я хмыкнула, стараясь не улыбнуться.
- Тогда можешь ещё дров наколоть.
- Это уже серьёзная угроза, - но топор он всё-таки взял.
Я зажгла щепку от старой зажигалки и присела возле печки. Сухая палочка занялась сразу жадно и с треском. Я подкинула ещё щепок, потом пару небольших поленьев, открыла заслонку и замерла, глядя, как внутри медленно разгорается оранжевый свет. Снаружи почти сразу раздалось:
Тук.
Тук-тук.
Тук.
Я подняла глаза к двери бани и невольно хмыкнула.
- Уже.
Тук.
Тук-тук-тук.
С каким-то совершенно ненормальным ритмом. Без остановок. Без передышки. Будто не человек дрова колол, а какая-то машина, которой просто задали темп.
Я подкинула ещё полено, закрыла дверцу печки и снова услышала:
Тук.
Тук.
Тук-тук.
Быстро. Чётко. Ровно. Я сидела на корточках возле печки, слушала, как потрескивает огонь и как за стеной с нечеловеческой скоростью разлетаются поленья, и думала только об одном:
Господи, ручной вампир.
Эта мысль была настолько абсурдной, что я тихо фыркнула себе под нос.
Потом представила, как он с этим своим невозмутимым лицом таскает бочки с водой, а теперь ещё и дрова мне колет, и улыбка сама полезла на лицо. Вот же...
Я подбросила ещё пару поленьев и поднялась на ноги. В бане уже начинало пахнуть горячим деревом, дымом и влажным старым срубом. По полу тянуло теплом. Ведро с водой поставила на печку. А снаружи всё продолжалось:
Тук.
Тук.
Тук-тук-тук.
Без остановки. Минут через двадцать я наконец вышла наружу - и просто застыла на пороге.
- Охренеть...
Возле стены лежала целая гора дров. Нет, не гора, а горища. Аккуратно сложенная, ровная, будто её не кололи, а печатали на станке. Реард как раз докладывал сверху последние поленья. Рукава комбинезона были закатаны до локтей, волосы растрепались от ветра, а на скулах остались светлые следы древесной пыли. Он повернул голову ко мне.
- Этого хватит?
Я молча смотрела на всё это богатство. Да я бы одна неделю этим занималась.
Минимум.
- Ты... - я даже не сразу нашлась с ответом.
- Я.
И вот ведь гад. Сказал это совершенно самодовольно. Я фыркнула, качнула головой и всё-таки по-настоящему улыбнулась. А потом поймала себя на этой улыбке - и внутри сразу вспыхнула тревожная мысль.
Нет.
Нет-нет-нет.
- Смотри, я тебе сейчас ещё какое-нибудь задание придумаю.
- Ну тогда можешь ещё месяц тут пожить. Пользы от тебя, оказывается, больше, чем я думала.
Он посмотрел на меня поверх этой своей чудовищной поленницы - спокойно, внимательно. Я уже открыла рот, чтобы съязвить что-нибудь ещё, но взгляд сам собой снова упал на эту ненормальную гору дров. Да он мне тут за вечер весь быт закроет. Мысль мелькнула раньше, чем я успела её поймать. И, кажется, по моему лицу опять всё прекрасно читалось, потому что у Реарда дёрнулся уголок рта. Вот же зараза. Я демонстративно сложила руки на груди.
- Ладно. Раз такой полезный... - протянула я. - Вон ту лавку возле столовой видел?
Он обернулся через плечо. Старая длинная скамейка возле стены столовой давно перекосилась. Одну ножку повело после зимы, и теперь она шаталась так, что на неё страшно было садиться.
- Видел.
- Она разваливается. Я собиралась её перебрать.
- И?
- И не перебрала, как видишь.
Он молча смотрел на меня, ожидая продолжения. Я сама не заметила, как начала втягиваться в это. В это странное ощущение, что рядом есть кто-то, кому можно просто сказать: "сделай". И он сделает без лишних вопросов, без "потом", без "я устал". Просто возьмёт и сделает. От этой мысли внутри что-то неприятно дрогнуло. Потому что привыкать к такому - очень плохая идея.
- Там доски под навесом лежат, - всё-таки сказала я. - Если подобрать нормальные и заново закрепить, ещё долго простоит.
Он кивнул так спокойно, будто мы обсуждали что-то совершенно обычное. Потом выдернул топор из колоды и направился к столовой. Я проводила его взглядом.
Высокий. Красный комбинезон уже местами был в древесной пыли. Топор он нёс одной рукой так легко, словно тот вообще ничего не весил. И у меня опять мелькнула совершенно дурацкая мысль:
Да это же не вампир, это какой-то... идеальный мужик из отдела "сделаю всё по хозяйству". Я тут же поморщилась от самой себя.
Нет.
Нет-нет-нет.
Потому что нормальные мужики не швыряют тарелки в стену и не шепчут тебе угрозы в шею. Он как раз наклонился над лавкой, что-то там спокойно подгоняя, сосредоточенный, абсолютно невозмутимый, будто вообще ничего не произошло утром. Господи.
У меня что сейчас вообще?
Стокгольмский синдром?
Это же так называется, да? Когда жертва начинает привязываться к своему... похитителю? Преследователю? Психу? Я нахмурилась. Хотя... Я перевела взгляд на его спину и неожиданно задумалась.
А он вообще сделал мне хоть что-то такое, чтобы это действительно было "оно"?
Ну да, напугал. Очень. Но... Он меня не тронул, не ударил, не заставлял ничего делать. Наоборот - таскает воду, колет дрова, чинит лавку и ведёт себя так, будто это совершенно нормально.
Я тихо выдохнула и тут же сама себе раздражённо ответила:
Нет. Нет, Саша. Даже не начинай искать ему оправдания. Это плохо закончится.
*** ***
Реард провёл ладонью по новой лавке, проверяя, не цепляется ли где-нибудь дерево, потом чуть отступил назад и окинул результат взглядом. Скамейка теперь выглядела так, будто её только привезли из мастерской, а не собрали из старых досок посреди тайги.
- Ну? - спокойно спросил он. - Какие дальше будут указания?
Я фыркнула.
- Ты сейчас звучишь так, будто нанялся ко мне разнорабочим.
- Разве нет?
Я подозрительно на него прищурилась. Вот опять. Вот это его состояние, когда непонятно - он серьёзно говорит или издевается.
- Раз уж мы сегодня столкнулись с водой, - пробормотала я, - тогда пошли дальше по воде. Надо к зимовью бочки перетащить. Сделать запас.
Он просто кивнул. Без "зачем", без "потом", без "сама справишься". Просто пошёл следом.
Бочки стояли за зимовьём - старые, потёртые, но крепкие. Две большие, литров по сто, и ещё несколько поменьше. Я ухватилась за одну, собираясь покатить её по земле к берегу, но Реард молча забрал её у меня из рук.
- Я вообще-то сама собиралась.
- Не сомневаюсь.
И всё. Ни насмешки, ни нравоучений. Он просто понёс её к реке. Я шла следом, всё ещё немного прихрамывая после склона. Нога снова ныла, тупо и противно, особенно когда приходилось наступать на камни.
Реард снова молча подхватил пустую бочку и пошёл к воде, даже не пытаясь закатать штаны или хотя бы снять ботинки. Ледяная вода с плеском сомкнулась вокруг его ног, течение ударилось о красный комбинезон, но он будто вообще этого не замечал. Зайдя глубже, он наклонил бочку и несколько секунд ждал, пока та наполнится до краёв, выпрямился. Плечи напряглись, лицо на мгновение закаменело, будто тело просчитало нагрузку. И всё равно выглядело это... до невозможности легко. Маленькие бочки он вообще таскал так, будто они пустые.
Я стояла возле зимовья, скрестив руки на груди, и смотрела, как он раз за разом проходит мимо меня с очередной полной бочкой. И где-то в голове совершенно некстати мелькнула мысль:
Блин, а ведь прикольно, когда в доме есть мужик.
Я тут же мысленно отвесила себе подзатыльник. Потому что этот "мужик" пару часов назад швырнул тарелку в стену. Потому что этот "мужик" вообще-то вампир. Потому что нормальные люди не двигаются с такой скоростью и не смотрят иногда так, будто видят тебя насквозь. Но мозг предательски продолжал фиксировать совсем другое. То, как легко он справляется с тем, на что у меня ушёл бы, наверное, целый день. Просто берёт и делает. Последнюю бочку он поставил возле стены зимовья и вопросительно посмотрел на меня.
- Ещё что-нибудь?
- Вообще-то да.
Я хотела зайти в зимовьё, взялась за ручку и дёрнула дверь на себя. Та даже не шелохнулась. Нижняя часть снова разбухла от сырости, и теперь её каждый раз приходилось буквально выламывать.
- Да чтоб тебя...
Я дёрнула сильнее. Реард молча наблюдал за этим секунд десять. Потом коротко произнёс:
- Надоело.
Я даже сказать ничего не успела. Он просто взялся за дверь, одним движением снял её с петель и поставил к стене. Я уставилась на него.
- Ты...
Он уже не слушал. Подхватил топор, потом нож, быстро провёл ладонью по разбухшему нижнему краю, прикинул что-то в голове и начал спокойно стёсывать лишнее дерево длинными ровными движениями. Стружка посыпалась на землю.
Я стояла рядом и смотрела на всё это с каким-то странным ощущением внутри.
Потому что за последний год здесь было полно мужчин. Нормальных, человеческих, сильных. Но большинство из них вели себя одинаково: пока не попросишь три раза - никто ничего не сделает. Не потому, что плохие, просто... это было не их место. Не их дом. Поэтому все эти мелочи - скрипящая дверь, покосившаяся лавка, заедающий замок - вечно оставались "на потом", ведь рано или поздно ушли бы. А тут... Этот вообще ничего не спрашивал, не рассуждал. Просто видел проблему - и делал. Я смотрела, как он спокойно подтачивает нижний край двери, как рядом с ботинком собирается светлая стружка, и никак не могла отделаться от одной мысли:
Откуда он вообще всё это умеет? Он же не человек.
Но в движениях у него сейчас было столько обычной, спокойной бытовой уверенности, что внутри становилось как-то... тепло.
- Вау, - вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.
Реард даже головы не поднял. Так и сидел на корточках возле двери, спокойно проводя ладонью по уже обтёсанному краю, будто ничего особенного сейчас не произошло. Будто это не он за пять минут исправил то, что меня бесило почти месяц. Никакой реакции. Вообще. Ни довольства, ни самодовольной ухмылки, ни этого мужского "ну да, я молодец". Каменное лицо.
Я смотрела на него и никак не могла понять, что вообще творится у него в голове. Вот как? Как можно быть одновременно настолько... внимательным - и настолько непонятным? Он поднялся, легко поставил дверь обратно на петли, толкнул её ладонью, та открылась мягко и ровно. Я машинально тоже её дёрнула.
И снова посмотрела на него.
- Ты издеваешься.
- Над чем?
- Над законами нормального существования.
Он только чуть склонил голову набок, будто не совсем понял, серьёзно я сейчас или нет. Господи. Какой же всё-таки странный.
*** ***
Я поймала себя на том, что желудок неприятно свело от голода. За весь день я только и делала, что таскалась по лесу, ползала по склону, ставила силки, собирала грибы и ругалась с вампиром. А потом восхищалась? Организм наконец вспомнил, что вообще-то его надо кормить.
Суп, наверное, уже холодный. Я провела ладонью по лицу, вздохнула и пошла к очагу. По пути машинально собрала пару щепок, присела возле костровища и зажгла огонь. Налила в миску суп и поставила на решетку ближе к теплу и только потом, уже почти не думая, бросила через плечо:
- Ты будешь?
И тут же замерла. Сердце дёрнулось так резко, будто кто-то изнутри схватил его рукой. Я медленно покосилась назад. Реард стоял чуть в стороне, прислонившись плечом к столбу навеса, и смотрел на меня с каким-то очень странным выражением лица.
- Саша, - спокойно произнёс он, - я не собираюсь кидаться на тебя каждый раз, когда ты спрашиваешь меня про еду.
Я тут же отвела взгляд.
- Я не это имела в виду.
- Конечно.
Вот теперь в его голосе точно мелькнула насмешка.
Совсем лёгкая.
Я недовольно нахмурилась и подвинула миску ближе к огню.
- Так ты будешь или нет?
- Нет.
- Совсем ничего человеческого не ешь?
- Совсем.
Я помолчала пару секунд, потом всё-таки спросила:
- А животные?
Он чуть задумался.
- В критической ситуации - да, - спокойно ответил он. - Но это примерно, как если бы ты выпила болотной воды. Технически - вода, но удовольствия мало и пользы тоже.