August Seven
3/1: Против себя

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Типография Новый формат: Издать свою книгу
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Life-Habit-Guide-Book У неё есть только один противник - собственное отражение. Мужское - на четверть суток после полуночи.
       У него есть только одна головная боль - собственное тело. Женское - с полуночи до шести утра.
       24 часа на двоих - были для них главной проблемой. Пока Сэм и Алекс дважды не прошли через знакомство друг с другом...
Предупреждение
   Роман не претендует на достоверность. Это вольная интерпретация известной сказки в современных реалиях. Какой сказки? Узнаете, дочитав первую часть истории до конца.
  
  
  

ЧАСТЬ 1

  
  Пролог
  
  Я держусь за руку и иду. Куда иду и чью руку сжимаю... не знаю. Незнакомые стены просторной комнаты залиты светом полного диска луны. Панорамное окно, наполовину прикрытое плотными шторами. Свет сочится из той половины, что ближе к стене, оставляя кровать в полумраке. Но даже это не мешает мне видеть насколько она огромна. Ложе, где мне предстоит получить... дар? Или наказание? Где я? Кто он? Одни вопросы, которые я не задаю потому что знаю ответы. Но только во сне. Ведь это сон? Иначе я не шла бы за руку с незнакомым мужчиной - в его спальню. Он отпускает руку, подходит к окну и раскрывает шторы. Я успеваю заметить рисунок на пояснице, пока он оборачивается. Тень ложится на лицо, скрывая от меня его черты. Сажусь на кровать и смотрю как он приближается. Опускается рядом, проводит рукой по моим волосам, избавляя их от заколки. По телу пробегает дрожь, повторяя волны упавших на спину волос, и усиливается, когда я чувствую его поцелуи на плече. Я не могу обернуться, чтобы разглядеть его лицо хотя бы сейчас, в освещении полной луны, но почему-то уверена, что знаю его целую вечность. Ловлю его руку и переплетаю наши пальцы в замок. Вспышка. Моя ладонь на его лице, пальцы чертят линии, мысленно создавая портрет: брови, глаза, скулы, нос, рот. Его губы мягко касаются моей ладони, покрывая тело мурашками, побуждая мои тянуться навстречу. Вспышка. Руки сжимают простыни. Бледная в лунном отблеске кожа. Вспышка. Он обнимает, стирает слезы с моего лица, обволакивая нежностью прикосновений и взгляда. Дыхание чаще, стук в груди громче. Взрыв. Объятия крепче, чувства острее. Стук. Часы на стене бьют полночь. И сердце вновь пускается вскачь. Мой крик, подавленный в ужасе от понимания, что из груди вырвался мужской голос. Отчаяние. Боль. Сожаление. Я должна была сказать раньше. Поворачиваю голову и вижу укутанную в простыню девушку, которая прячет в ладонях лицо и кричит:
  - Ты не должна была этого видеть! Что за черт?!
  

Глава 1

"Приятно" познакомиться
   Сэм
   Есть ли смысл бесконечной стрельбы в отражение собственного фасада, заученное до дыр в сетчатке? Привычка? Либо свойственная большей части человечества легкая форма нарциссизма? Минута за минутой, час за часом, день за днем... Сеансы самогипноза становятся настолько привычными, что все перемены, наложенные отпечатком безвозвратного времени, так и остаются незамеченными. Что занимательного в чертах, которые знаешь наизусть: можешь нарисовать по памяти каждый изгиб и родинку, помнишь в точности до миллиметра длину шрама, рассекающего бровь? Все это человек способен показать на себе вслепую, в любое время дня и ночи, если не является жертвой одной из форм слабоумия.
  До пятнадцати лет, за редким исключением, я смотрела в зеркало не чаще трех раз в сутки. Не пыталась подогнать отражение под шкалу Рихтера, как это делали мои одноклассницы, мечтая достигнуть сногсшибательного идеала силой в двенадцать баллов. И, разумеется... достичь в глазах окружающих хотя бы достойной "восьмерки" было для меня непосильной задачей. Впрочем, особых страданий по этому поводу я не испытывала. Достаточно было знать, что мой нос не требует работы пластических хирургов, улыбка сияет молочной белизной слегка неровных зубов (проблему которых решило двухлетнее "сожительство" с брекет-системой), а уши далеки от размера локаторов африканского слона. Каштановые волосы с естественным красноватым оттенком я научилась принимать со спокойствием удава. Хоть яркое солнце предательски превращало их в рыжие. Цвет, который в сочетании с яркой зеленью огромных глаз, превращал меня в Ведьму. К несчастью, характером я только подтверждала шутливые подозрения окружающих о своем происхождении.
  В тринадцать меня не обошло стороной желание бросить обществу вызов, сильнее прежнего отдалив внешний вид от диктуемого индустрией красоты идеала. Я решилась на отчаянный шаг, выкрасив голову в оранжевый цвет и придумав себе прозвище Кэрри. Краска продержалась ровно две недели, уступив клубничному блонду, за которым в права вступил привычный каштан. Однако второе имя так и закрепилось за мной вплоть до окончания школы. И, вопреки предположениям озабоченных ранним пубертатом одноклассниц, "Кэрри" было позаимствовано не у тетушки Брэдшоу (мне по душе пришлось бы сравнение с героиней одноименного романа Стивена Кинга), а являло собой банальное сокращение слова "морковь" ("carrot" с английского - прим. автора). Это прозвище нравилось мне куда больше Фиби Холлиуэл - ещё одной фанатки странных причесок в армии киношных чародеек. Обычным "Сэм" меня звали редко. Для родителей я была Крошкой. Лишь в редкие моменты, когда я в полной мере проявляла характер девчонки-сорванца, они обращались к нашкодившей хулиганке-дочери полным именем - Саманта Кристина Маккалистер.
   Оно было единственным пятнадцать лет. Потом все изменилось... Нет, для остального мира я осталась прежней, как и буквы в моем имени, но для самой себя...
   19 августа, шесть лет назад, моя жизнь разделилась на две части. Четверть против трех. День против ночи. Тьма против света. Я против... себя? Зеркало стало вдруг постоянным спутником и источником надежды. Надежды, которая рушилась день за днем, при каждом взгляде на отражение.
  В тот злополучный день я узнала о своем недостатке, проклятии, которое не давало мне жить последние шесть лет, ибо жалкое существование перевертыша едва ли можно назвать полноценной жизнью...
  Ночь с четверга на пятницу. По четвергам мы традиционно устраивали день азиатской кухни с обилием морепродуктов и острых специй. Нестерпимая жажда и стала причиной полуночного пробуждения. Сначала мне показалось странным, что длинные красноватые пакли не свисают с плеч, как обычно, но спросонья я не обратила на эту мелочь внимания, спокойно направившись в сторону кухни. Выпив полбанки 'Спрайта', я возвращалась в комнату. Проходя через столовую в очередной раз, поймала в отражении зеркальной стены силуэт высокого коротко стриженого парня примерно моего возраста, одетого в точно такую же пижаму. Правда, одежда была ему маловата, но это я разглядела уже после того, как издала истошный вопль. Я не узнала свой голос. Решив, что он охрип от волнения, откашлялась, и, набравшись смелости, пошла в направлении незнакомца. Он шел навстречу. Только пройдя половину пути, я поняла, что подхожу к зеркалу... и, о, ужас, вижу собственное отражение. Я умудрилась сбежать, закрыться в своей комнате и ждать утра, решив, что это страшный сон, от которого я безусловно проснусь. Но следующей ночью я убедилась, что сон оказался слишком длинным. И едва ли поцелуй прекрасного принца выведет меня из летаргии.
  Мне приходилось слышать истории о волшебных перевоплощениях: Фиона, будучи красоткой днем, в ночи становилась троллем, наводя ужас одним своим видом; злая ведьма наслала проклятие на Якоба, превратив его в карлика. Но жизнь не сказка... И ни одна из этих историй со счастливым финалом не похожа на мою, конца которой, судя по всему, не предвидится, тем более, счастливого.
  Кто я? Саманта? Или... Сэмуэль? Дело не в гендерной дисфории. Я не отношу себя к сексуальным меньшинствам, страдающим от несоответствия половых признаков собственному восприятию. К счастью, или, к сожалению, моя проблема не поддается коррекции гормонами и операции по смене пола. Я даже не в силах дать этому подходящее название.
  Раньше я смеялась над людьми, вверявшими сокровенные тайны потрепанным тетрадкам. Мой хранитель тайн оказался не лучше. Зеркало, занимавшее половину стены, каждую ночь становилось свидетелем моего кошмара. Восхитительного для чужих глаз, ненавистного для меня.
   Первые два года я пыталась свести к минимуму общение с друзьями. Боялась новых знакомств, чреватых возникновением нежеланных симпатий и привязанностей, ставших вдруг пугающими из-за свойственной мне 'особенности'. Родители страдали, не понимая, что могло произойти с их любимой да, к тому же, единственной дочерью. Мой мир рухнул у самого основания, потянув за собой крепкий до тех пор фундамент мира родителей. Я не могла раскрыть им правду, и, видя страдания, вызванные происходившими во мне переменами, пообещала, что никому не позволю войти в моё сердце. И, тем более, впустить меня - в своё.
   Мамочка... Моих стараний уберечь её от потрясения оказалось недостаточно. Она умерла год назад от острой сердечной недостаточности, ставшей итогом многолетней борьбы с последствиями миокардита. Так и не узнав, почему утром той злополучной пятницы неуправляемый ураган в лице её дочери превратился в депрессивного подростка.
  После смерти мамы мы с отцом пытались продолжать жить так, будто ничего не изменилось...
  Я пыталась забыться, вернувшись к занятиям в универе, папа с головой ушел в бизнес, претворяясь, что все в порядке. Пока однажды я не развернула машину прямо у ворот университета, вернулась домой и нашла его в гостиной, среди осколков разбитых фужеров. Пустой взгляд покрасневших глаз, поникшие плечи и тихие извинения за свою несдержанность. И тогда меня прошибло. Настолько, что, задыхаясь от глухих рыданий, я выдала ему всю правду. Кричала, что не хочу после мамы и самой себя потерять и его. Что я готова снова стать сильной, но для этого мне нужен такой же сильный отец рядом. И эта правда спасла нас, как, возможно, могла бы хоть ненадолго, но уберечь маму... Открывшись единственному родному человеку в целом мире, я нашла в себе силы смириться с разделенной надвое жизнью.
   Папа, едва оправившись от шока, тут же решил уйму вопросов, способных облегчить мне существование. Одним из которых стал наш переезд. Жизнь в небольшом городке, где каждый шаг, каждое слово - напоминание о маме, а на лицах всех твоих знакомых при встрече скорбь и сочувствие, стала невыносима. Второй курс в университете соседнего города, куда я колесила каждое утро из-за страха занимать комнату в общежитии, рискуя быть пойманной однокурсниками, я закончила с поразительной легкостью, после чего, собрав документы, принялась оформлять перевод.
   Начинать бизнес в крупнейшем городе Штата - не самое легкое дело, особенно для приезжих. Отец открыл ресторан, продав процветающий бизнес в покинутом нами городке. Он рисковал, бросая на кон плоды многолетнего труда, но пресыщенная публика большого города быстро оценила уютную атмосферу заведения, и вскоре здесь появился с десяток постоянных клиентов. Папа полностью погрузился в работу, я же занимала время и мысли предстоящей учебой.
   Первый день в незнакомом коллективе заставил меня на собственной шкуре почувствовать, что значит быть 'новенькой'. Мне повезло оказаться в одной группе с бывшей одноклассницей, с которой мы поддерживали связь ещё с окончания старшей школы. Милли с охотой взяла на себя роль личного гида Сэм Маккалистер по бескрайним просторам университета, решив заодно представить меня хотя бы малой части из огромного числа своих знакомых, обучавшихся на других факультетах.
   Я встретила с дюжину как искренних, так и фальшивых улыбок, сквозь которые проглядывал спектр плохо скрываемых эмоций: любопытство, насмешка, чувство собственного превосходства. И за что мне дана способность читать чужие мысли по мимике?
  Знакомство с лучшими друзьями Милагрос - Джейком и Питером - стало приятной неожиданностью. Чувство юмора у ребят не хромало, как у иных 'остроумных' макак, заставлявших поверить в теорию Дарвина. И мысли парней не расходились со словами. По крайней мере, ни одной фальшивой эмоции на их лицах я не заметила. Разумеется, если мое пресловутое умение "читать" лица не потерпело полного фиаско.
   Джейк - главный редактор университетской газеты, Питер ведет собственную колонку, одновременно являясь фотографом. Парень повсюду развесил свои работы, выставив их на всеобщее обозрение. Даже не поленился сделать стенд с любимыми экземплярами. У человека, впервые попавшего в кабинет, переоборудованный под мини-редакцию, могло создаться ощущение присутствия в фотогалерее.
   С четверть часа я восторженно разглядывала снимки, сделанные в самых неожиданных ситуациях и ракурсах. Звездой коллекции была фотография, изображавшая очаровательного сенбернара. Поджав хвост и полными ужаса глазами, пёс уставился на... индюка, с разъяренным видом защищавшего котенка. Фотография подарила мне коктейль разнообразных эмоций: от смеха, вызванного комичностью сцены, до умиления к стремлению птицы спасти беззащитное животное от лап огромного, хоть и безобидного, судя по виду, пса.
   - Тут лишь малая часть фотографий, - заметил Питер после того, как я поблагодарила его за бесценные минуты неподдельного веселья.
   - Хочешь увидеть остальное - можешь заглянуть в гости, Рамирес адрес подскажет, - добавил Джейк, подмигнув при этом так непринуждённо, что захотелось и в самом деле нанести дружеский визит.
   - Так вы еще и соседи?
   - Так мы еще и братья, - сказал Питер, улыбнувшись. - Двойняшки.
   Сюрприз. Не думала, что можно так различаться, будучи рожденными одной матерью в один день.
   - Шутишь?
   - Паспорт показать? - не удержался от колючки Пит.
   Дальнейшие препирания пресекла Милли, выдав:
   - Паспорт покажешь, когда замуж позовешь. Паркер, сегодня у нас экскурсионный тур по универу. Свою минуту славы ты получил, дай девушке познакомиться с остальными "достопримечательностями".
   Паркер? Серьезно? Может в городе и радиоактивные пауки водятся? Я собиралась уже выходить вслед за новоиспеченной подругой, когда почувствовала на своем запястье чьи-то пальцы.
   - Я хоть и не Человек-паук, но место Эм Джей еще вакантно, - подмигнул Паркер, вызвав у Милли приступ гомерического хохота.
   - Оно вакантно каждые две недели. У нас уговор, забыл: к моим подругам не лезь. В универе их не так много, задача выполнимая.
   - А если это судьба?! - донеслось вслед из-за закрытой двери.
   - Не обращай внимание, Питер у нас гордо носит знамя серебряного призера в Универсиаде по соблазнению студенток всех курсов и факультетов.
   - Ммм, - кивнула, сдерживая смех, вызванный формулировкой, за которой скрывалось ёмкое слово "кобель". - Боюсь спросить, кто же у вас золотой медалист?
   - Как-нибудь покажу. Признаю, там есть на что посмотреть.
   - Заинтриговала.
   Новость о закоренелом донжуанстве Питера не испортила мое впечатление о парне. С Казановами местного розлива я сталкивалась и в прошлом, но мне всегда удавалось держать их на безопасном расстоянии.
   Мы продолжали прогуливаться вдоль бесконечных коридоров и обсуждали разные темы. Когда дело дошло до промывания косточек преподам, мы спускались по главной лестнице, ведущей в фойе - голос Милли сорвался, а в движениях появилась ощутимая скованность. Пытаясь найти причину метаморфоз в поведении подруги, я осмотрелась и заметила у основания лестницы четыре пары глаз, устремленных в нашу сторону. Я вновь включила телепата, по очереди вглядываясь в каждые. Любопытство. Ожидание. Насмешка. И четвертые. Серо-голубые, холодные, словно Антарктика, пронзительные и... абсолютно нечитаемые. Но при этом способные проникать в каждую клеточку мозга, высвобождая спрятанные в нем потаённые мысли, не оставив не единого шанса на конспирацию. Интересно, со стороны я выгляжу так же? Тут у меня явно появился конкурент... Я нервно дернула плечом, мысленно сравнив обладателя этого взгляда с порочным хозяином преисподней. Ему бы подошёл костюм Люцифера. В тот момент возникло только одно ощущение, заглушившее все остальные чувства: будто с меня сняли скальп, раскрыли черепную коробку, подробно изучили всю подноготную и вернули в прежнее состояние, не приложив никаких физических усилий. Жуть. По возвращении в " первозданное состояние", былое впечатление тут же развеялось, и я оценила другие достоинства демона-потрошителя.
   Густые светлые волосы, слегка отросшие, прикрывая шею до середины. Четко очерченные линии на лице: губы, нос, скулы, подбородок. Оценить рост объективно было сложно: он стоял облокотившись на перила, но футов там было явно не меньше шести. Он будто сошел с обложки журнала. Я мысленно съежилась, представив, как сильно он любит свое отражение,и быстро отвела взгляд, посчитав, что слишком долго разглядываю незнакомого парня. Безусловно, красивого, но... с каких пор меня интересуют блондины модельной внешности? Да, и натуральный ли это цвет? Ресницы темнее. Жаль, бровей под челкой не разглядеть...
   - Проходим мимо, не оборачиваемся,- шепнула подруга в самое ухо.
   Я и не собиралась, но дальнейшее шествие по облицованному плиткой полу длинного коридора было бессовестно прервано мужским голосом. Почему-то я сразу поняла, кому он принадлежит: по проникающей способности волны звуковых колебаний ничуть не уступали его взгляду...
  
  
  
   Алекс
  
   Гребанное начало очередного семестра. Сама учеба никогда не грозила мне чрезмерным напряжением извилин мыслящего органа, скорее, наоборот, это единственное, ради чего стоит посещать университет.
   Тошнит. Друзья, предки, просто знакомые, девушки, преподы, декан - все достали. Хочется жить в полном одиночестве: вдали от толпы приставал, не дающих покоя ни днем, ни ночью. Свое желание я исполнил наполовину, с поступлением в университет перебравшись в отдельную квартиру, но осталась немало других проблем.
   Сегодня туса в клубе в честь начала учебного года, завтра день рождения Спенсера, в выходные - загородный кэмпинг с ночевкой вместе с толпой покладистых девчонок. Надоело придумывать для ребят новые и новые отговорки, объясняющие мои постоянные отказы от участившихся ночных загулов. Не говорить же им, что по ночам у Алекса Уоррена вырастает грудь третьего размера. Да, меня на смех поднимут. После - вызовут скорую, отправят в дурку, и, увидев, что это правда, сдадут в НАСА для опытов.
   Все началось в тот день, семь грёбаных лет назад. 9 апреля. Мой день рождения. Родители не скупились на подарки и развлечения для своего единственного сына, устроив очередное негласное соревнование. Вечеринка, на которой присутствовала чуть ли не треть школы прошла на ура. Дэйв и Оливия оставили нас одних, поручив прислуге присмотреть за особо буйными ребятами.
   Танцы, крытый бассейн с подогревом, выпивка, купленная по этому случаю старшим братом одного из приятелей и предусмотрительно припрятанная в шкафу. Напились вдрызг, причем девушки похлеще парней. Как итог: после десяти многие разделились на парочки, отправившись осваивать бескрайние просторы комнат в нашем доме.
   После трех банок пива мне жутко захотелось спать, но планы были сорваны симпатичной рыжеволосой девушкой с метровыми ногами. В пятнадцать я был низкорослым неуклюжим подростком, застрявшим в пубертатном периоде, и девушки не вешались на меня так, как сейчас, поэтому её внимание стало неожиданностью. Приятной. Она пригласила меня на танец, во время которого постоянно о чем-то шептала, на что я тупо мычал в ответ. Дальнейшее наше общение продолжилось на втором этаже, в моей кровати.
   На часах было около полуночи, когда мы, потеряв остатки последних сил после вечеринки и её экспансивного продолжения, начали засыпать. Родители должны были вернуться не раньше следующего вечера, поэтому меня не беспокоило, происходящее в доме на тот момент. Лежа в постели с девушкой, рост которой превышал мой собственный почти на добрую половину фута, я чувствовал себя покорителем Вселенной. Малолетний идиот.
   В какой-то момент я вдруг понял, что даже не знаю её имени. Захотелось спросить.
   - Спишь? - поинтересовался, приподнимаясь с постели. - Что за...Что с голосом?
   Не успел я найти хоть какое-то разумное объяснение, как мой взгляд наткнулся на два полушария там, где до сих пор было плоско. Приняв увиденное за последствия выпитого алкоголя, нервно дернулся в сторону, освобождаясь от наваждения. Открыл глаза, и, не заметив изменений, осторожно коснулся груди.
   На мгновение мне показалось, что сердце остановилось. Сделало кульбит и застучало вновь в удвоенном темпе. Я вскочил с постели и, схватив одежду, ринулся в ванную.
   С зеркала на меня смотрела девушка... Не будь я уверен, что это моё собственное отражение, запал бы. Без вариантов. Но тогда во мне кипела такая ярость, что я готов был придушить это собственными руками. Схватившись за длинные волосы, доходившие до пояса, скатился по стене прямо на холодный пол. Так и просидел до утра, глядя в невидимую точку прямо перед собой. Возникло ощущение абсолютной пустоты в голове, продолжавшееся до тех пор, пока я не осознал, что со мной произошло.
  Как я должен был воспринимать этот гостинец судьбы? Плата за бурную ночь? Да, знай я, чем обернется мой первый раз, пошел бы в священники, приняв обет безбрачия. Что угодно, лишь бы не видеть вместо собственного отражения целиком и полностью чужое, незнакомое, но странным образом схожее с моим. Не заметить общую на двоих форму губ, глаза, и цвет волос не мог только слепой.
   Никогда не отличавшийся сентиментальностью, в тот раз я все-таки заплакал. Нет, это не были обычные слезы, скорее рев от безысходности и отчаяния. Удивляюсь, как мои рыдания не разбудили полдома. Я не видел выхода из сложившихся обстоятельств, задавался множеством вопросов. Рефлексия тянулась до тех пор, пока я не увидел в зеркале знакомые черты: светлые волосы до плеч, худощавую нескладную фигуру подростка и грудь... плоскую, как и прежде. Для полной уверенности я вскочил с пола, на котором успел отморозить то, на чем сидел в течение нескольких часов, и посмотрел чуть ниже живота. На месте. Другого доказательства мне не требовалось.
   Я с усилием зажмурил глаза, открывая их снова с опаской. Даже усомнился в своей дееспособности: две банки пива, разумеется, в новизну для не привыкшего к алкоголю молодого организма, но едва ли они способны вызвать белую горячку.
   Одеваться я начал с осторожностью, пытаясь не спугнуть невесть кого своей безудержной радостью. После, обещая себе, что сейчас же раздербаню к чертовой бабушке притон, который мы с ребятами вчера здесь устроили, вышел из ванной. Я с наивностью пятилетнего ребенка полагал, что это было наказание, ниспосланное мне высшими силами, жестокий урок, обязанный научить меня правилам приличия.
   Начать решил с девушки, уютно устроившейся на моей кровати. Её ничем не прикрытое тело сейчас не вызывало во мне никаких эмоций. Я схватил её за руку и потащил с кровати. Рыжая с шумом грохнулась на пол и, глядя осоловелыми глазами, недоуменно спросила:
   - Что-то случилось?
   - Случилось. Пора забирать свои шмотки и катиться на все четыре стороны. Развлекаться с тобой и дальше в мои планы не входит. Хочешь благодарности - оставь номер счета.
   Поднявшись с пола с достоинством свергнутой королевы, девушка начала одеваться, то и дело метая молнии в мою сторону.
   - Ну, ты и отморозок, - выдала перед тем как открыть дверь, - надеюсь, впредь с тобой трахаться будут только за деньги.
   Потом начался утренний обход. Я выгонял с каждой комнаты, принявшей на себя функцию гостиничного номера, своих непутевых друзей вместе с их ночными подружками. После тщательной чистки окружающей территории в радиусе ста метров от малолетних активистов, я поднялся в свою комнату. Замел следы дебоша, устроенного мной совместно с рыженькой, и, наконец-то, смог вздохнуть с облегчением. Настало время привести в порядок и собственные мысли. Я честно пытался найти ответ на вопрос, беспокоивший меня с прошедшей ночи до настоящей минуты: что это было? Так и не обнаружив ни одного более или менее вразумительного ответа, забил на все, предпочитая считать случившееся дурацким сном. Но меня не покидало ощущение того, что это был только первый раунд...
   И он действительно оказался первым, за которым последовал второй... третий... четвертый... пятый... Сегодня утром завершился юбилейный. Я считаю эти чертовы дни, отмечаю их в уме, умножаю на шесть. Чуть больше шестнадцати тысяч часов, почти два года моей жизни, потраченных впустую, в теле какой-то девки.
   Время с полуночи до шести - столько длится сеанс хоррора, в который превратилась моя жизнь. Время, когда я перестаю быть материальной составляющей этого мира, и моя бренная душа вселяется в её тело. Тогда мне остается только одно: надеть на лицо маску прожженной стервы и брать от этой гребанной жизни все то, что она у меня отняла. Я плюю на общественное мнение, что не всегда могу позволить себе в обычной жизни. Мое подростковое увлечение фильмами и играми из серии "Жажда скорости" переросли в непреодолимое стремление участвовать соревнованиях, проводимых между ребятами с различных частей города. Александр Уоррен не может осуществить свою мечту: время соревнований совпадает с выпадением его тела из реальности, но кто сказал, что это не способна сделать Александра?
  
   Александра Уоррен - моя взбалмошная сестрица. Так гласит придуманная мной легенда, и все ей беспрекословно верят, хотя никто никогда вместе нас не видел, чтобы оценить степень схожести. Мое 'второе Я' обзавелось всем, что до сих пор дает ей возможность без проблем жить в городе. Паспорт, к которому, при условии постоянного пребывания в стране, никто и не подумает придраться; водительские права, даже медицинская страховка. Удивительно, как легко можно сделать несуществующего человека реальным, заплатив крупной купюрой там, где необходимо. Для общества Александра перестала быть вымышленным персонажем год назад, когда мне в конец осточертело прятаться в периметре собственной спальни и лезть на стенку в ожидании, что вот-вот меня раскроют.
   Решение пришло спонтанно. Очередная подружка потащила меня в магазин, в надежде опустошить мою кредитку на кругленькую сумму. Пока Софи вертела задом в примерочной, я не терял времени даром. Подозвал к себе одну из консультанток, идеально соответствующую по параметрам моей 'сестричке' и попросил:
   - Мне нужно несколько нарядов для девушки примерно с такой же фигурой, как у Вас.
   - Да, конечно, что конкретно вас интересует?
   - Меня интересует все.
   Софи раскрыла свой очаровательный ротик, увидев, какое количество пакетов я набрал для своей таинственной сестры.
   - Можно я тоже побуду твоей сестрой?
   - После того, что мы делали в твоей квартире, было бы странно ею называться.
   - Типа с ней ты этого не делаешь? - прыснула, ни на минуту не поверив в то, что подарки предназначались сестре.
  
  
   Свой первый выход в свет в теле девушки я провел в клубе, где часто тусовались знакомые с универа. Приглашение было вручено мне за неделю до события, но тогда я сообщил друзьям, что у меня на эту ночь другие планы. На тот момент я состоял в неком подобии постоянных отношений с Наташей Уилсон с факультета иностранных языков, а она была одним из организаторов вечеринки. Конечно же, она довольно скоро узнала о моих ночных планах на пятницу и закатила скандал с фееричным расставанием.
   Избавление от поднадоевших отношений с экзальтированной Уилсон стало камнем, свалившимся с плеч почти без усилий с моей стороны. Хотелось отпраздновать свою свободу триумфальным появлением Алекс на вечеринке. Повод был найден. Дело оставалось за малым: сделать шаг в новую жизнь. Жизнь, где приходилось находить время и для себя, и для неё.
   Сколько заинтересованных взглядов я успел словить за первые же минуты пребывания в клубе. Их любопытство было объяснимо: Алекс была единственной, совершенно не знакомой им гостьей на вечере.
  Однако, само существование Александры никого не удивило: я часто упоминал в разговорах о том, что у меня есть родная сестра, которая учиться по обмену в Европе. Стоило лишь сказать им, что сестричка вернулась.
   Новые подруги, общение с которыми ограничивалось несколькими часами, помогли понять в женщинах многое, что до сих пор было для меня загадкой, а для друзей-парней так неизвестностью и оставалось. Иногда я ловил себя на мысли, что в чем-то наши с небезызвестным героем Мела Гибсона истории схожи, поэтому, решил извлечь как можно больше выгоды из возможности быть шпионом во вражеском стане.
   Теоретические знания, черпаемые мной в теле Александры, подкреплялись опытным путем на женской половине моего окружения.
   Я научился добиваться поставленных целей. Автомобили, скорость, адреналин, запах бензина и моторного масла, дрожание стрелки на спидометре при подходе к максимальной отметке - все это я сумел получить недавно. Алекс, наконец-то, стала полноправным участником гонок.
   Как долго я лелеял мечту попасть на соревнования не в качестве незаметной тени, скрытой под капюшоном и наблюдавшей за происходящим на трассе со стороны.
   Получить право на участие не стало для Алекс большой проблемой. Я позаботился о том, чтобы у моего 'инь' была собственная машина с полным комплектом документов. Гонки стали для меня чем-то вроде воздуха. Особенного, с высоким содержанием кислорода, способного при длительном вдыхании вызвать эйфорию, но, в то же время, таящего в себе опасность в виде отравления при чрезмерном употреблении. Выжимая предельную мощность из машины, я мог нарваться на неприятности. Авария в лучшем случае привела бы меня на больничную койку, в худшем - на операционный стол или в отделение интенсивной терапии. При любом раскладе я рисковал стать объектом оживленных споров и обсуждений ученых всего мира на ближайшие несколько лет.
   Но несмотря ни на что я продолжаю оттачивать мастерство гонщика, нажимая на педаль газа в кроссовках тридцать шестого размера. Соревнования близятся к концу, до первого чемпионского трофея нам с Алекс остается выиграть еще три гонки. Очередной выброс адреналина ждет 'нас' уже на этой неделе.
   Сегодня же у меня другие планы: чувство полной свободы и драйва испытаю на танцполе в компании подруг Александры.
   Я догадывался, что ребята захотят пригласить меня на вечеринку по случаю начала учебного года, поэтому решил, что не упущу шанса оторваться на всю катушку, хоть и придется по этому случаю натягивать на себя что-нибудь соблазнительное из гардероба 'сестры'.
   Для Александра Уоррена же придется снова придумывать что-нибудь хоть отдаленно напоминающее правду, только бы отделаться от одногруппников. Как им до сих пор не задрало звать меня на свои тусы, зная при этом чуть ли не со стопроцентной уверенностью о моем отказе.
  
   Утро было таким же, как и предыдущая сотня: подъем по будильнику, завтрак, душ.
   Путь до паркинга в соседнем здании занял четыре минуты двадцать восемь секунд. Привычным движением отключил сигнализацию, открыл дверь своего синего "монстра", сел в кресло, и вставил ключ зажигания. Краем глаза зацепил движение справа от парковочного места. Симпатичная брюнетка, с которой я познакомился на встрече с партнерами отца. Как оказалось, мы третий год учились в одном универе. А она здесь что забыла?
   - Привет, - подошла к двери ровно в тот момент, когда я опустил стекло у пассажирского сидения.
   - Не сочти за наглость, но мне нужна твоя помощь. Машина не заводится, подбросишь в универ?
   - Ты серьезно? Я похож на таксиста?
  - Таксиста с утра ждать придется минут двадцать, а я катастрофически невовремя проснулась.
   - Насколько катастрофически?
   - Профессор Блум.
  - Ладно, будешь должна, - понимающе кивнул, с ужасом вспомнив, с какой попытки я сдал экзамен этому старому маразматику в прошлом семестре.
  Весь путь до универа мы проделали в полной тишине. Шапочное знакомство не давало нам общих тем для разговора, отсутствие которого, впрочем, не сильно нас напрягало. Я был сосредоточен на дороге, а спутница что-то без конца набирала в смартфоне.
   Уже в квартале от точки прибытия, девушка посмотрела на часы, сверив их с цифрами на приборной панели и выдала:
  - Тут я, пожалуй, выйду. Сам понимаешь, появление в твоей компании мне рейтинга не прибавит. Твоя тусовка решит, что я очередное "достижение", моя - заподозрит меня в отсутствии мозгов.
   - Да, расслабься, мои радары не работают в отношении хороших девочек. Особенно, если эти девочки - дочери отцовских приятелей.
  - Рада, что ты не тугодум.
  - Будешь должна! - бросил вслед выбегающей из машины фигуре.
   - Разберёмся! - донеслось мне в ответ.
  
   - Алекс, попробуй только... - начал было Спенсер во время перерыва перед последней лекцией, но был бессовестно мною перебит.
   - Сегодня не выйдет.
   - Да у тебя никогда не выходит, всегда не вовремя.
  Вин оскалился, испепеляя меня своим взглядом из-под густых бровей. - Ты хоть в курсе, что упускаешь? Будет не только весь курс, но и самые симпатичные девчонки с младших. Прихватишь себе лакомый кусочек... Может, и два... Конечно, если причиной твоей превращения в адепты здорового сна не являются проблемы с...
   - 'Лучшим Другом', - нашелся великий сатирик всех времен и народов, Райан Портман, при этом ехидно улыбаясь и не отрывая глаз от ширинки на моих джинсах.
   Я закатил глаза, демонстрируя свое отношение к зашибленным, точно мозги в их черепной коробке, предположениям.
   - С ним у меня точно проблем нет, поэтому я не даю ему глупых прозвищ.
   Спенсер и Вин, для которых любая шутка в сторону Райана становилась безусловным раздражителем, разразились хохотом на весь коридор.
   - Я и сам начал сомневаться в тебе, парень, - вполне серьезно заметил Спенсер. - Да и с девушками тебя в последнее время вижу редко. Ты так скоро сдашь позиции. Твой ближайший преследователь уже дышит в затылок.
   Их теперь с каждой своей пассией знакомить? Френд-контроль в действии.
   - Решил вам их не показывать, вдруг какая влюбится и сбежит?
   - С каких пор тебя волнует моногамность твоих девчонок?
   - Откуда слов-то таких набрался, тупица Райан?
   - Заткни рыло, карлик Винсент.
   - Карлик у тебя в штанах сидит, лузер!
   - Заткнитесь уже! - не выдержал Спенсер препирательства двух имбецилов. - Так что скажешь, Уоррен? Проблем точно нет? И это даже не первая в твоей жизни отчаянная любовь до гроба, которую ты пытаешься скрыть, чтобы не сглазить?
   - Любовь до гроба, - прыснул, представив себя с лицом влюбленного олуха. - Скажешь тоже. Давай выберем любую девушку. Пусть будет первая, чья нога ступит на эту лестницу. Я приглашу её на свидание, плавно перетекающее в ужин и остальные бонусы в моей квартире.
   - А доказательства?
   - Надеюсь, доказательств совместного ужина будет достаточно? Интимные фото без согласия всех его участников противоречат моим принципам.
   - А если она будет не против?
   - Против буду я, - отрезал, смерив друга тяжёлым взглядом.
   - Договорились, - руки Спенсера рассекли воздух в уступающем жесте, - фото с ужина будет достаточно.
  
   Долго ждать не пришлось. Мы стояли на лестнице, заняв первые три ступени, ведущие на второй этаж. Послышался стук каблуков и оживленные голоса спускавшихся. А вот и моя должница собственной персоной. И если утром я не посчитал необходимым напрягать извилины, вспоминая её имя, то сейчас мозг стал работать в усиленном режиме. Рамирес. А имя? Жаль мы не в школе, ношение бейджа сильно облегчило бы мне задачу. Девушка что-то шепнула своей спутнице, проходя мимо нас. В ту же секунду я поймал заинтересованный взгляд Спенсера. Смекнув о направлении моих мыслей, он кивнул, одобряя мой выбор. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я посмотрел вслед удаляющимся и выдал:
   - Проходим мимо и не оборачиваемся?
  
  
  
   Сэм
  
   Не знаю, как отреагировала Милли, но у меня едва рот не раскрылся от удивления. Он расслышал наш шепот или прочитал мысли? Если первое, скажу: ну и локаторы! А, если второй вариант... плюс этот голос вкупе с пресловутым взглядом: бежать нужно отсюда и поскорее, пока демон не стал испытывать на нас свою нечеловеческую силу.
  Мне не понадобилось оборачиваться, дабы удостовериться, что речь исходила из уст Люцифера. Он сам направился в нашу сторону.
   Мы с Милли практически одного роста, и в тот момент, когда парень оказался возле нас, я стояла, наполовину прикрывая фигуру подруги, возможно, поэтому приняла следующую фразу на свой счет:
  - Сегодня в семь, бронь в "Дон Кихоте". Надень красивое платье и не опаздывай.
   Первые секунды три я пребывала в ступоре от такой наглости. Но поймав направление его взгляда, наконец, догнала, к кому он обращался. Милли упорно продолжала хранить молчание, я повернула голову в её сторону, стрельнув вопросительным взглядом. Она пожала плечами.
  - Милли, вы знакомы?
  - Не то чтобы очень. Вспомнив недавний разговор о конкуренте Паркера, решила уточнить на всякий случай:
  - Это и есть "золотая медаль"? - прошептала одними губами, стараясь быть неуслышанной третьим участником нашей беседы. Милли едва заметно кивнула, а меня было уже не остановить.
  - Ты бы поздоровался для приличия. Корона мозг придавила?
  - Какой забавный миньон, - прыснул, осмотрев меня с ног до головы. - Малыш, не лезь, взрослые сами разберутся, - тут же прошипел, метнув молнию нескрываемого раздражения в мою сторону.
   Малыш? Взрослые?
   - То-то с тебя пыль прожитых веков сыпется. Взрослый, - усмехнулась, тут же прошептав на ухо подруге:- Милли, он точно не твой друг? Как же чешутся руки двинуть по его наглой роже.
  Глаза Рамирес то и дело метались от парня к его компании. В какой-то момент я уловила невысказанную просьбу в её взгляде, обращенном к инициатору всей этой сцены.
  - Теперь моя очередь, - выдал парень, бесцеремонно заняв место возле уха Милагрос.
  Спустя несколько секунд и пары шепотом сорвавшихся с губ парня предложений, я услышала:
  - Договорились, сегодня в семь вечера в "Дон Кихоте". Надеть красивое платье и не опаздывать, - словно мантру повторила подруга.
  - А тем, кто горит желанием познакомиться, так и быть представлюсь, - ехидство так и сквозило во взгляде и в каждом сказанном им слове, - Александр...
  - Македонский, - кивнула, намекая на показное величие и чувство собственной значимости, но его свора интерпретировала все на свой лад и дружно загоготала.
   - Точно, Алекс, может, ты в активном поиске своего Гефестиона?.
   Парню с ежиком русых волос договорить не дали.
   - Ещё слово, и твой 'Лучший Друг' будет болтаться не между ног, а в анатомическом музее в качестве экспоната и примера бескорыстного служения на решение демографической проблемы.
   А сколько ярости в словах... Наверное, парень тот еще гомофоб, раз так остро реагирует на намеки о своей нетрадиционной ориентации.
  - Тогда... я буду ждать...
  -Конечно, - Милли выдавила из себя вежливую улыбку и попрощавшись дежурной фразой потянула меня к выходу. Какое-то смутное предчувствие, что я невольно стала участницей разыгрываемой постановки.
  
  
   Алекс
  Вопреки популярному в универе мнению, мне встречалось немало девушек, датчики которых не настроены в мою сторону: равнодушных как Милли Рамирес или злобных бешеных тушканчиков, подобных её подружке. Очки без диоптрий в роговой оправе круглой формы, волосы собраны в хвост и спрятаны под кепку, джинсовый комбинезон с желтой футболкой. Которого из миньонов ты решила скосплеить?
  Её реакция на сравнение с прислужниками Грю оказалась куда адекватнее чем на моё первое предложение. Видимо, попал в точку. Хотя, это было очевидно. Я не стал обращать внимание на пылающие гневом глаза, которыми девушка продолжала буравить мой лоб даже пытаясь что-то сказать своей спутнице. Протиснувшись в небольшое пространство между ними, добрался до уха Милагрос и произнес:
  - Не парься, одно липовое свидание тебе репутацию не испортит, если ты сможешь заткнуть рот своей эксцентричной подруге. Со своей компанией я разберусь.
  Согласие было получено, осталось провернуть шоу с фотографией в инсте.
  Я собирался попрощаться со своей спутницей на вечер, но уж больно сильным оказалось желание уколоть её истеричную подругу, едва не испортившую реализацию идеального плана.
  - А Миньону своему посоветуй не вклиниваться в чужие разговоры. Я могу подумать, что она не против быть третьей в нашей компании.
  Рамирес предупреждающе сверкнула глазами в мою сторону, намекая на то, что последняя фраза была явно лишней, но Миньон быстро разрядил обстановку, разбив вдребезги мои ожидания:
  - Упс, прокололась. Но... ты же не думаешь, что ты - вершина этого треугольника? - и этот оценивающий взгляд. Серьезно? Вот так прямо?
  Пока я мысленно подбирал челюсть с пола, парочка, в природе отношений которых я начал сомневаться, плавно упорхнула в сторону выхода.
  
  - А, может, позовешь вторую, - едва слышно пробубнил под ухо Спенсер, пока девушки удалялись на безопасное расстояние, - Если заставишь пересмотреть свои предпочтения лесбиянку, это будет безоговорочная капитуляция с моей стороны.
  - И ты отстанешь от меня на 2 недели, - кивнул, зная, что при желании докопаться, этого тролля не остановит даже соблазнение монашки. - Фантазии твои - сам и воплощай, если она реально по девочкам, тут даже мое обаяние бессильно.
  
  Сэм
  -Круто ты его заткнула, - Милли ни на секунду не поверила в мой любовный интерес. И слава Богу. - Я едва не послала его с черту с этим свиданием.
  - И все-таки про знакомство ты слукавила.
  - У меня должок перед Уорреном, предпочитаю расплачиваться вовремя. Пока не набежали проценты.
  - Боюсь представить, ЧТО он потребовал бы за проценты...
  - Вот и я о том же, - прыснула Милли, согласно кивая в ответ.
  - Надеюсь, к продолжению ужина он тебя принуждать не собирается.
  - Тогда я намекну ему, что храню верность своей второй половинке, - рука подруги перекочевала с моего плеча на талию. Томного взгляда, увы, не получилось: посмотрев друг другу в глаза, мы тут же зашлись от смеха.
  -Тебе же нравится Питер, - сказала это только для поддержания шутливого тона разговора, но, видимо, мои предположения были недалеки от истины.
  - А мне казалось, что я хорошо шифруюсь.
  - Ого... То есть... я попала в точку?
  - Там скорее жирный вопросительный знак.
  - Статус "все сложно"?
  - С его стороны все проще некуда. Питеру не нужны постоянные отношения, тем более с подругой.
  - А ты проверяла? Может, стоит намекнуть на роман с другим парнем? Например... с его ближайшим конкурентом.
  - Проверим сегодня вечером, - хитрый огонек в глазах подруги с потрохами выдал её планы, - жди фотографии в профиле
  - Жаль, мы не увидим в этот момент лицо Паркера.
  
  Алекс
  
  Столик в пафосном ресторане в центре города обошелся мне в натянутую до предела нервную систему.
  Кто бы мог подумать, что бронь в этом заведении нужно оформлять за полгода до планируемого ужина? Это Рамирес так решила отомстить за шпильку в адрес своего Миньона.
  Спустя 20 минут после того как мы разминулись в фойе универа, мне прилетело сообщение с незнакомого номера:
  "Пойду при одном условии: ресторан я выбираю сама. Милли".
  "Без проблем".
  "Тогда увидимся в 19:00 в "Персее"".
  "Да, хоть в "Андромеде""
  "Для тебя предпочтительнее была бы "Андромеда":DD Позвони, как забронируешь столик".
  Представляю с каким ехидством она писала последнее предложение. Кто же знал, что в её словах было столько истины? К половине шестого я почти отчаялся добиться брони в любимом местным бомондом ресторане, поймав себя на мысли, что, действительно, легче было бы "достать" Андромеду. К черту деньги, ум и обаяние. Тут могли помочь только связи. Никогда не думал, что мне пригодится знакомство с ресторанным критиком. Один звонок, 15 минут ожидания и спустя полчаса я сижу у столика на балконе выбранного девушкой ресторана и пялюсь в начищенные до блеска витражные стекла.
  - Привет, - я невольно поймал изображение электронного табло на противоположной стороне улицы. 19:00. Поразительная пунктуальность.
  - Для человека, который надеялся на сорвавшееся свидание ты выглядишь слишком довольной, - ухмыльнулся, позавидовав её приподнятому настроению.
  - Я не надеялась, - улыбнулась, с восторгом осматривая интерьер, - Давно хотела сюда заглянуть. Если кто из моих знакомых и смог бы проникнуть сюда за один вечер, то это однозначно ты. Грех не воспользоваться такой возможностью.
  - А я-то думал, что ты мне задание в отместку за под**б своей подруги придумала.
  - Кто кого ещё под**бал, - пробормотала с едва скрываемой улыбкой, делая вид, что заинтересованно изучает меню.
  Значит, подружка все-таки блефовала. Я почти поверил.
  - И, если бы я хотела отомстить тебе за подругу, потащила бы в ресторан её отца. Думаю, этот ужин ты запомнил бы надолго.
   - Не подскажешь название ресторана? Буду знать, чья кухня опасна для ля моего здоровья.
   - Не меню, а папа.
   - Ни вижу разницы.
  - Пожалуй, есть я не буду, - выдохнула Рамирес, откладывая меню в сторону со скучающим видом, - Моя диета не рассчитана на приемы пищи после шести. Закажи что-нибудь для антуража. И вино. Крепкое и дорогое. Мы же оба пришли сюда с одной целью: пустить пыль в глаза.
  Ход её мыслей мне определенно нравился.
  "Пыль" в виде двух красноречивых фотографий в инстаграме устроила нас обоих. Никаких лиц. Только руки держат ножки бокалов на фоне огней ночного города. Едва различимый на фоне окна женский силуэт - у меня, затемненный мужской профиль - у неё. Кажется, это называют "лавстаграммом". Завтра по универу точно поползут слухи. И если мне давно плевать на осуждающие взгляды некоторых святош из кампуса, то на хрена этот короткий "роман" сдался Рамирес?
  
  

Глава 2

Попробуем снова?
  Сэм
   Мой первый день в универе плавно перешёл в ночь первого знакомства с курсом, но уже "брата". Я получила приглашение на вечеринку в честь начала учебного года ещё за неделю до назначенной даты. Милли постаралась. Я могла пойти в привычном окружающим образе: тусовка начиналась часа за четыре до моего перевоплощения, но отсутствие Рамирес напрочь отбило желание продолжать знакомства в кругу подвыпивших однокурсников. Сэму приставания бойких парней не грозили, а активных девушек он был способен отвадить силой одного только взгляда.
  Подъехав к ночному клубу уже к половине первого, я достала пригласительный с аккуратно выведенным именем "Сэм Маккалистер".
   Мысленно благодаря человека, избежавшего упоминания полного имени в приглашениях, направилась к входу в клуб. По словам Милли, добрая половина курса должна была облюбовать клуб ещё вечером. Судя по выходящим из двери смутно знакомым мне людям, для кого-то вечер уже закончился. Для нас же с Сэмом все только начинается... Давно я не позволяла себе расслабиться в этом теле. И пусть алкоголь в мои планы входил в весьма незначительном количестве, но предстоящие танцы и новые знакомства определенно поднимали мне настроение.
  Уже в помещении, освещённом огнями светомузыки, я поняла, что жутко хочу пить.
  Путь к барной стойке пролегал через забитый под завязку танцпол. Сэм едва пробился сквозь толпу, то и дела получая тычки в бок.
  Облюбовав стойку, я тут же заказала безалкогольный мохито, и огляделась в поисках знакомых лиц. Пара-тройка одногруппников, староста курса и порядком поддатый Питер в паре с эффектной брюнеткой в коротких шортах. Я поймала взгляд Паркера, которому явно не понравился мой интерес к шортам его подружки, и едва не махнула ему в приветственном жесте. Рука остановилась на полпути. Черт... Я ведь для них незнакомый парень. Хоть и знаю тут некоторых, но подойти в общем-то не к кому. Знакомиться с парнями немного странно, девушки, которых я знаю, все заняты. Видимо, так и просижу всю ночь в одиночестве.
  - Безалкогольный мохито, - доносится справа.
  Я не сразу поняла, что это был заказ, а не оповещение о готовом коктейле. Повернула голову в направлении блондинки, примостившийся на соседнем стуле. Заметив мой интерес, девушка вернула мне оценивающий взгляд. Мы с четверть минуты беззастенчиво разглядывали друг друга. Длинные светлые волосы, уложенные в крупные волны, лёгкий макияж, подчёркивающий её естественную, почти подростковую красоту. На секунду я уловила в её глазах хорошо скрываемое презрение и поймала себя на мысли, что это лицо мне смутно знакомо. Глаза-то уж точно. Выражение непоколебимого превосходства в пронизывающем взгляде. Я мысленно поежилась от холода, но не подала виду, все так же рассматривая её со скучающим видом.
  - Ваш мохито, - произносит бармен, водружая бокал точно между нами. Умышленный выпад, цель которого дать Сэму возможность выбрать: забрать коктейль самому или уступить леди.
  Я проворно хватаю бокал, одновременно поймав удивленный взгляд бармена и девушки.
  - Я заказал раньше, - пожимаю плечами, напрочь забыв, что по негласному правилу мое мужское тело, наверняка, должно пойти на уступки. Но внутри-то я девушка!
  - Мог бы уступить, - с елейной улыбкой произносит слегка раздраженная блондинка, подтверждая существование в её голове тех самых правил.
   - С чего бы, - хмыкнула совсем уж бессовестно, - Я сюда не охотиться пришел, чтобы раскидывать приманки.
  
  Алекс
  
   Черный BMW Александры припарковался в нескольких ярдах от входа в клуб, откуда минутой ранее вышла привычная для этого времени целующаяся парочка, освобождая место для поздних гостей.
   У входа стояло двое охранников, лица которых были мне незнакомы. Джек сменил персонал?
   Захлопнув дверь автомобиля невозмутимо двинулся в направлении амбалов и тут же столкнулся с сопротивлением.
   - Какие-то проблемы? - я постарался источить все нерастраченное девушкой обаяние, но на лице громил не дрогнул ни один мускул при виде этого соблазнительного зрелища.
   - Ваш пригласительный, мисс, - чуть дернув налитыми свинцом губами, произнес тот, что повыше.
   - Совсем из головы вылетела эта маленькая необходимость. - отмахнулась Алекс, все так же обворожительно улыбаясь - Пожалуйста.
  
  За те несколько месяцев, в течение которых Алекс стала появляться на людях, моя женская часть завела немало знакомств, которые позволяли ей весело проводить многочисленные вечеринки, организованные студентами.
   Уже на входе в слабо освещённое помещение клуба я ответил на приветствия двух своих приятелей и одной давней поклонницы, мечтавшей сблизиться с сестрой предмета своего обожания.
  - Алекс! - махала Дженни, пытаясь перекричать биты звучавшего трека.
  Я приветливо улыбнулся губами Александры и двинулась в сторону танцпола.
  Едва ли в условиях подобного существования мне грозила крепкая дружба с адекватными девушками. Ну, что за дружба, ограниченная встречами в ночных клубах? Однако, одна приятельница у Алекс всё-таки была, в которой я поначалу подозревал далеко не дружеские претензии.
  - Доброй ночи, крошка, - приветствовала Джина, слегка дотронувшись губами до щеки.
  Её манера речи и излишне заинтересованные взгляды поначалу приводили в недоумение, но девушка долго не предпринимала активных действий по моему соблазнению, благодаря чему я расслабился, решив, что она не представляет опасности для моей целомудренной "сестрицы". Сексуальных подвигов для одного из нас вполне достаточно.
  - Ну, и ночка, - выдохнул, жалея, что никто не догадался устроить вечеринку на частной вилле с бассейном. Погода к концу лета редко баловала жарой, но, видимо, сегодня было не самое приятное исключение. - Здесь работает сплит-система?
  - Сомневаюсь, - сморщилась Джина, разглядывая потолок и стены в поисках кондиционеров.
  - Может, по коктейлю?
  - Да, пожалуй, закажем по ледяному Мохито.
  - Джи-и-ин! - знакомый мужской голос, донёсся где-то за моей спиной.
   Я обернулся, с досадой обнаружив Паркера младшего. Ещё один университетский плейбой, с которым у меня негласная конфронтация за женское внимание. Не то что бы я сильно старался удерживать первое место, но понимание того, что парня раздражает пребывание во второстепенной роли не на шутку меня забавляло. Он был в курсе, что Александра - моя сестра. Были даже попытки подкатить в первые дни знакомства, безжалостно подавленные мной ещё в зародыше.
  Джина должна была стать его очередным трофеем. Слишком отчётливо я видел в нем желание поставить галочку напротив её имени в списке своих завоеваний. Но я со всей присущей моей "Ян" женской солидарностью пытался уберечь подругу от сомнительной интрижки с этим парнем. Как бы то ни было, а девчонка она неплохая, хоть моментами и ведёт себя странно.
  - Пи-и-ит, - протянула Джина тем же тоном, едва заметно закатывая глаза.
  Я ухмыльнулся стремящимся к нулю шансам Паркера, хлопнул подругу по плечу и, чуть сократив расстояние между нами, выдал:
  - Ты обещала ему танец. Я пока пойду к бару, подходи как освободишься.
  Джина кивнула с сожалением и, нацепив ослепительную улыбку, схватилась за рукав парня и потянула его на танцпол. Я долго стоял, высматривая свободный стул у барной стойки, отчаявшись спокойно посидеть, потягивая коктейль. Сменился второй трек, а Джина с Питером так и продолжали танцевать не замечая никого вокруг. Я улыбнулся, слегка пожалев о ветрености Паркера. Не замечал в себе раньше склонностей свахи, но смотрятся они здорово.
   Бросив взгляд в сторону ближайшей барной стойки, я заметил, что одно место все же освободилось. Наконец-то.
  - Безалкогольный мохито, - бросил бармену, краем глаза улавливая пристальный взгляд слева.
  С внешностью Александры было бы странно удивляться вниманию не то что противоположного, но и своего пола. Но было в нем что-то другое. Не банальный интерес, а какая-то странная смесь удивления, оценки и... узнавания? Не припомню этого парня. Обычно, все было с точностью до наоборот. Малознакомой в кругу однокурсников всегда оказывалась Александра. Может, он новый студент? Не заметить такую тушу раньше было бы невозможно.
  Он лениво скользнул вдоль тела Александры и разве что не зевнул, чтобы показать насколько ему безразлично то, как она выглядит.
  - Ваш мохито.
  Бокал с коктейлем опустился на столешницу, отвлекая меня от мыслей о том, что я впервые сталкиваюсь с подобной реакцией на свое женское тело.
  Я уже поднял руку, чтобы потянуться за бокалом, но громила слева меня опередил, оставляя Александру с открытым ртом.
  И судя по выражению лица, с которым он донес до меня информацию о своем нежелании бросать приманку в поисках добычи, Александра Уоррен действительно не представляла для него никакого интереса.
  Если же это его уловка, чтобы обратить внимание "приманки" своим безразличием, то пусть расслабится, на меня они не действуют.
  Дождавшись-таки своей порции коктейля, залпом уничтожаю бокал в несколько глотков и иду к танцполу.
   Пит и Джина все так же резвятся среди толпы, поддразнивая друг друга какими-то до смешного глупыми движениями. Я ловлю их взгляды, поднимаю пальцы вверх и ныряю прямо в гущу танцующей толпы. Затеряться с ростом Александры, даже на каблуках, тут не так-то и трудно. Я лавирую между танцующими, сознательно выбирая те части танцпола, где больше девушек и меньше шансов наткнуться на возбужденного танцами и лишними градусами однокурсника. Впрочем, не я один оказался заинтересованным в женском обществе. Один поддатый дебилоид на мою голову всё-таки свалился. А точнее, на талию.
  - Гаррисон, лапы убери, - бросил, придав голосу и взгляду как можно больше раздражения.
  - Я не отказался бы от твоих лап, киса, - дыхнул перегаром однокурсник, явно мечтая получить кошачьими когтями прямо по роже.
   Заметив намечающуюся конфронтацию, Пит и Джина решили спасти меня от убийства и непринужденным движением плавного танца оказались точно между нами, мешая отчаявшемуся Дугласу добраться до тела Александры. Эти ребята нравились мне все больше. Я благодарно улыбнулся, сделал пару ритмичных движений и танцующей походкой направился к бару. Неудавшийся охотник у барной стойки все так же бесцельно попивал коктейли. В этот раз перед ним оказался коктейль с минимальным содержанием алкоголя. Отлично.
  - Благодарю, - бросил голосом Александры, хватая из-под носа парня оранжевую жидкость.
   В этот раз я не собирался осушать бокал несколькими глотками. Отошёл на безопасное расстояние, схватился зубами за трубочку и медленно потянул жидкость, бросая на парня взгляды со смесью благодарности и насмешки.
  - Всегда пожалуйста, - протянул все с той же скукой в подозрительно знакомых глазах. Где-то я уже видел это выражение...
  К счастью, Дуглас Гаррисон нашел себе новую жертву, которая была совсем не против его перегара.
  Опустошенный бокал вернулся на барную стойку, а Алекс - на танцпол. Сегодня диджей был как никогда щедр на мои любимые треки. Я вдоволь потряс костями "сестры" под не совсем клубную композицию Neighborhood, вслед за которым заиграл трек Chase Atlantic.
  Давно моя голова не была настолько свободной от мыслей. В какой-то момент я поймал резкий запах дорогого мужского парфюма вперемешку с парами алкоголя и сигарет. Аромат настолько плотно окутывал меня, что не осталось сомнений: кто-то наметил Александру очередной целью.
  Я пытался не обращать внимания, постепенно отдаляясь от облюбованного места, но терпкий аромат следовал за мной, и уже спустя минуту чьи-то ладони нагло схватились за талию Алекс. Я резко обернулся, но перед глазами было несколько привычных лиц, принадлежавших знакомым девушкам. Понадеявшись на то, что спугнул нахала, я продолжил танцевать, все больше приближаясь к краю танцпола, от которого было рукой подать до барной стойки со скучающим громилой на одиноком барном стуле. Мне даже стало на минуту его жаль. Может, ждёт кого-то?
  Поймав мой взгляд, Джина, схватила меня за локоть и крикнула, пытаясь заглушить музыку.
  - Тоже смотришь на этого симпатягу? Я бы подкатила, но, сама видишь, сегодня я спасаю от скуки Питера.
  - В твоей программе борьбы со скукой значится ночёвка в его постели? - бросила, решив немного охладить пыл не на шутку распалившейся подруги.
  - Через полчаса за мной приедет старший брат, - хихикнула, явно довольная своей "страховкой". - Если он и после такого будет настаивать, так и быть, схожу с ним на пару свиданий. А ты не теряй времени, пока красавчик свободен!
  Мне бы от остальных "красавчиков" отбиться...
  Шанс отбиваться предоставился мне спустя минуту: расслабившись под незамысловатые биты неизвестного мне клаб-дэнса, я не сразу понял, что филеи Алекс, прикрытой свободной юбкой не слишком-то и короткого платья касаются чьи-то руки. И делают это явно не случайно. Причём, одна уже собиралась нырнуть под юбку, когда Алекс бросилась вперёд, освобождая себя от похотливых ручищ неизвестного ещё гамадрила, и обернулась, с силой опуская ладонь на лицо... одинокого выпивохи у бара.
  
  
  Сэм
  
  Уже на третьем бокале безалкогольного коктейля я поняла, что зря решила начать веселую студенческую жизнь в теле неуча Сэмуэля с посещения вечеринки однокурсников. Понятно, что здесь все друг друга знают и я выгляжу белой вороной. Никто не обращал на меня внимания. Редкие голодные взгляды женской части однокурсниц безжалостно разбивались о камни моего равнодушного взгляда. Я всем телом Сэма пыталась показать, что флирт - не главная моя цель. Но что же делать, если простое дружеское общение никого здесь не интересовало. Разве что...
  Блондинка, которую Сэм отшил минутами ранее, снова появилась у барной стойки, в наглую забрав у меня из под носа первый же алкогольный коктейль за сегодняшний вечер. Я рискнула заказать "Текилу санрайз", решив, что небольшая доза алкоголя не сделает из меня безумца и даже позволит без приключений добраться до дома.
  Она насмешливо поблагодарила меня за коктейль и отчалила в море танцующих ребят.
  - Ещё один "Санрайз", пожалуйста, - вздохнула, смирившись с потерей.
   В какой-то момент я подумала, что неплохо было бы просто слиться с толпой. Но настроение никак не хотело подниматься.
  Я решила последить за танцующими и тут же наткнулась на плавно, точно в ритм двигающуюся фигуру своей новой знакомой. Даже на секунду решила, что завидую ей белой завистью. Я хоть и занималась танцами 5 лет, такой естественной грации добиться так и не смогла. Хороша я была только в хип-хопе и танго. Все остальное получалось слишком резко, угловато, неуклюже.
  Она одинаково хорошо двигалась и под Neighborhood, и под Бейонсе. Без заученных движений, на одних инстинктах. Завороженная движениями девушки я не сразу заметила, что возле нее долгое время крутится низкий паренёк, едва доходивший ей до макушки. Обнаглев от своей неприметности, он схватился за талию девушки, тут же исчезнув при резком повороте её головы. Я разозлилась, представив, что сделала бы с этим имбецилом, если бы наглые ручонки коснулись моего тела. Танцпол перестал меня интересовать ровно на то время, пока я пыталась распробовать хваленую "Палому" из барной карты. Сегодня у меня день текилы и цитрусовых.
  Разобравшись с коктейлем, вернулась к танцующим, с досадой отметив, что было бы здорово увидеть здесь Милли. Я бы точно нашла способ познакомить её с "братом", но судя по её сообщению в месседжере, "появление в клубе после "романтичного вечера" не предусмотрено условиями договора".
  Длиннорукий Фродо снова показался на танцполе, принявшись окучивать фигуру Блондинки. Он долго крутился сзади, выгадывая подходящий момент, поднял руки и начал целиться прямо на задницу ничего не подозревающей девушки. Злость во мне вскипела так неожиданно, что я вскочила со стула, едва не сбив стоявший возле меня бокал, и пошла прямиком на идиота. Он успел переместить вторую руку под юбку в тот момент, когда я схватила его запястье огромной клешней Сэма и с силой потянула в свою сторону. А потом... в меня прилетела мощная оплеуха хрупкой на вид синеглазой фурии.
  - Какого хрена?! - крикнули мы одновременно.
  - Ты лапал меня за задницу! - бросила девушка прямо в мое ошалевшее лицо.
  - Ты выпила мой коктейль! - крикнула, запоздало сообразив, что это совсем, абсолютно не то, что стоило говорить... Явно во мне бушевали те промилле выпитой текилы с составе безобидной на первый взгляд парочки коктейлей.
  - А ты решил, что возможность пощупать мой зад - достойная плата?!
  - Да, нахрен мне сдался твой зад, я, наоборот, хотел, чтобы этот придурок убрал от тебя руки.
  - Какой придурок? - с сомнением спросила, оглядывая окружающих.
  - Да этот же, - в тот момент, когда я обернулась, приставалы и след простыл, зато на меня во все глаза смотрела пара, ещё секунду назад самозабвенно занятая весьма звучным слюнообменом. Даже сквозь биты музыки не слышать из было невозможно.
   - Послушай, - схватив её за руку, Сэм получил очередную оплеуху. - Что ж такое-то! Да не нужно мне ничего щупать. У меня в распоряжении отличная женская задница, на которую я могу любоваться по 18 часов в день! (правда, только в зеркало, и не сказать, что я часто это делаю)
  
  В какой-то момент мне показалось, что в глазах девушки появилась смесь усмешки, зависти и даже уважения. Таким взглядом на мою фразу мог отреагировать только тот, кто знает толк в том, о чем я говорю. Может, она...
  - Алекс, серьезно, возле тебя минут десять ошивался Томсон с факультета экономики, - решила прийти на помощь спутница Питера, - не знаю, его ли это были руки, но я бы не удивилась.
  - Ладно, знаток, - сдалась Блондинка, пробежавшись оценивающим взглядом и неожиданно хлопнув меня по плечу. - Сделаю вид, что поверила. А в качестве извинений, куплю тебе коктейль.
  
  Мы довольно быстро нашли общий язык, несмотря на странное начало знакомства. И, к счастью, она, действительно не видела во мне объект вожделения. Возможно, потому что не понаслышке знала, какого быть в этой роли.
  
   - Извини за пощечину, кстати, - девушка кивнула на мою щеку, которая до сих пор горела от полученных оплеух.
  - За две, кстати, - парировала, обиженно потирая больное место, - одна из которых оказалась хорошо поставленным ударом. Ты училась этому где-то?
  - Ну... почти. Брат научил.
  - Мне бы такого брата, - вздохнула, забыв, что я все ещё парень и, вроде как могу постоять за себя сам. И заметив удивление в серо-голубых глазах, добавила - Пришлось самому всему учиться.
  - Повезло, что синяка нет.
  - Подумаешь, посидел бы пару недель дома.
  - Ты моделью работаешь?
  - Эмм, с чего ты...
  - Да, так, не бери в голову. Ты так и не представился.
  - Сэм, - на секунду мне показалось, что она вздрогнула, но напряжение во взгляде уступило место улыбке - Маккалистер.
  - Александра Уоррен.
  Тут наступил мой черед удивляться. Хотя что тут удивительного, если ещё с первых секунд я пыталась понять, где раньше видела эти глаза.
  Я на время застыла с натянутой улыбкой на лице, пытаясь понять, какие чувства во мне вызвало понимание того, что родство этой симпатичной девочки с раздражающим объектом из утреннего эпизода неоспоримо.
  И тут же поругала себя за предвзятость. В конце концов, какое отношение имеет Александра к характеру своего брата?
  - Почему безалкогольные? - спросила, нарушив затянувшееся молчание.
  Алекс с грустью рассматривала очередную порцию Мохито, когда со вздохом призналась:
  - Мне нельзя терять голову.
  - Некому доставить до дома? - спросила, смеясь про себя абсурдности этого предположения. У нее есть брат. И семья.
  - Неа.
  - А как же...брат, о котором ты говорила. Или другие родные? Неужели никого нет?
  - Они, вроде, и есть, но как бы и не мои, - вдалась в пространные объяснения, которые показались мне удивительно понятными.
  
  На часах половина четвертого - на полтора часа больше установленного мной лимита на развлечения в ночи перед рабочими буднями. Я не заметила как время пролетело за разговорами, и нехотя потянулась вслед за Александрой, когда девушка собралась уходить.
  - Поеду домой, пока не уснула прямо за барной стойкой, - протянула сонным голосом, спрятав зевок за крохотной ладонью. Я улыбнулась, неосознанно сравнив лежащие на столе руки Алекс и Сэма. Сэм был крупным. Куда выше большинства моих знакомых. Ростом с ним могли сравниться разве что Джейк и брат сидевшей передо мной почти Дюймовочки.
  Но если рядом со мной эти парни смотрелись не так устрашающе, то миниатюрная Александра казалась ещё беззащитнее на фоне "брата". Ага, беззащитна настолько, что без раздумий въедет кулаком по физиономии обидчика.
  - Пойдем провожу, мне тоже пора на боковую.
  Мы медленно шли в сторону парковки, все так же непринужденно болтая на разные темы. Я с досадой поняла, что единственный человек, помимо Милагрос, с которым я смогла бы подружиться, попался на глаза не мне, а Сэму.
  Машина Александры стояла недалеко, почти у пустующего тротуара. Я подвела девушку к двери, гадая, стоит ли просить о новой встрече. Поймет ли она, что мной движет только дружеский порыв? Я молчала, пребывая в мысленных поисках повода для встречи, когда в нескольких метрах от нас раздалась трель велосипедного звонка. В 3:30 ночи??
  Я шагнула вперёд всей тяжестью тела Сэмуэля навалившись на ногу Алекс.
  - Ты мне палец отдавил, - прохрипела девушка изменившимся голосом с едва сдерживаемой болью.
  Я быстро отшатнулась, бросив парочку смачных проклятий вслед полуночному участнику "Тур де Франс" и с некоторым опозданием извинилась, тут же добавив:
  - Иначе мне пришлось бы схватиться за грудь.
  - О, думаю, у тебя в распоряжении есть грудь куда лучше этой, - весело парировала блондинка, одарив Сэма сияющей улыбкой.
  Я опустила взгляд вниз, оценивая не слишком открытое декольте. Даже в таком, довольно консервативном платье, её грудь могла бы стать предметом женской зависти и мужского вожделения.
  Я задумалась, вспоминая свой заурядный второй размер и честно призналась:
  - Не то чтобы лучше...
  Глаза мы подняли одновременно.
  И по какой-то неведомой мне причине в голове пронеслось то тяжёлое время первых лет моего "знакомства" с Сэмом. Гормоны. Сводящие с ума, заставлявшие лезть на стенку от непонимания как с этим бороться. Не то чтобы я не знала, как справляются юноши моего возраста, но вытворять такое с телом чужого человека, да, ещё и парня?
   Мне приходилось часами просиживать в ванне с холодной водой, посещать круглосуточные спортзалы, в тайне от родителей наращивая мышечную массу, читать религиозные трактаты, поститься. И лучший способ борьбы с нарастающим желанием - гонки по загородным трассам на папиной машине, позволяющие выплескивать адреналин до предела. Пару раз я умудрилась едва не попасться полицейским с заляпанными грязью номерами, но смогла оторваться от преследователей в миле от дома. Относительное затишье наступило пару лет назад. Самый страшный период подростковой жизни завершился без жертв. Мне казалось, что Сэм давно научился контролировать свои гормоны... пока я не посмотрела в глаза этой очаровательной язве, чтобы увидеть реакцию на сказанное.
   Не знаю, кто из нас отреагировал первым: Сэм - парень, Сэм - девушка? И кем был вызван ступор, в который я впала: Александрой или... Глядя в расширенные зрачки, с потрохами выдававшие хозяйку, я не понимала, где я и что со мной происходит. На какие-то доли секунды в голове пронесся образ парня, не дававшего покоя моему оскорбленному чувству собственного достоинства. И как это понимать? Мы стояли, продолжая сверлить друг другу прожектора. Дыхание участилось, пульс глухо отдавался в висках. Краем глаза я зацепила капельку, спустившуюся на лоб девушки, и тут же почувствовала, как висок очертила влажная дорожка. Что происходит?!
   Мы очнулись почти одновременно. Наваждение исчезло, как только за спиной Алекс послышались голоса однокурсников, покидавших клуб одними из последних.
  
  - Дуй домой, уже засыпаешь с открытыми глазами, - охрипший голос Сэма разрулил ситуацию без потерь. С нее станется врезать мне в третий раз, особенно, с таким выражением лица.
  
   Алекс
   - Твою мать, - выругался, едва вернув дыханию привычный ритм .
   Маккалистер уже лавировал среди толпы, рассыпанной по периметру парковки, направляясь точно к своей вызывающе красной машине.
   И что это было? Нет, со мной-то все понятно: меня сковало ужасом от мысли, что в его ненормальном мозгу зародилась мысль поцеловать Александру. И пусть даже в этом теле я не из робкого десятка, но в тот момент моя уверенность в силах Александры слегка пошатнулась. Его затуманенный взгляд, приоткрытые губы и тяжёлое дыхание против моих расширенных глаз, парализованных мышц и беспорядочных мыслей: смогу ли я в случае чего познакомить его со своим коленом или лучше третья по счёту оплеуха? Нужно было просто щелкнуть пальцами перед его носом и развеять создавшееся вокруг нас напряжение, но я чувствовал, что конечности стали свинцовыми и не мог сдвинуться с места.
   Черта с два! Да, как я сразу не понял, что с первой секунды, с первого же взгляда это был грёбаный подкат. Продуманный до мелочей. Подкат, на который купилась девушка с мозгами первого плэйбоя универа. Да, уж, Уоррен, прав был Спенсер: ты явно сдаёшь позиции. Странная фраза про "отличный женский зад" в его почти круглосуточном распоряжении и всё его предшествующее этому поведение навела меня на мысль, что в клубе он ждал свою девушку. Уверенность в этом и сбила меня с толку. Но либо упомянутый зад накануне вильнул ему на прощание, либо он меняет их так часто, что лица их обладательниц слились воедино.
   Надежда на то, что это наша последняя встреча развеялась в тот момент, когда я запоздало вспомнил, что вечеринка была закрытой и попасть туда можно было только по приглашениям. Выходит, он всё-таки с курса? Или такой же как Алекс "чей-то знакомый". Узнаю завтра у ребят, которых, кстати, так и не поймал за все три часа пребывания в клубе. Неужели смылись ещё до полуночи? Все трое?
   Красный Ауди вырулил с парковки, и проезжая мимо, просигналил, едва не заставив меня пустить в ход средний палец. Вот же гоблин чубатый. Только попадись мне под руку в универе, узнаешь, как подбивать клинья к моей "двойняшке".
  

Глава 3

Может, кофе?
   Сэм
  
   Мелодия мобильного ознаменовала начало нового дня. Я вскочила с постели, как ошпаренная, увидев, что за окном светлее, чем обычно бывает в семь утра. Посмотрев на часы в дальнем углу комнаты, чуть не свалилась с кровати. Половина десятого! Я безнадежно опоздала. До конца первой пары осталось чуть больше получаса, хоть бы на вторую успеть. Схватив телефон с прикроватного столика, я побежала в ванную, на ходу отвечая звонившему. Милли.
   - Саманта, сколько можно спать?! Препод только что сделал перекличку. Первая лекция по веб-дизайну, читает её самый непробиваемый лектор университета, а ты умудрилась не прийти на пару.
   Милли пыталась говорить шепотом, но то и дело срывалась на крик.
   - Тише. Не пройдет и минуты, как ты окажешься вместе со мной в списке отсутствующих. Я в ванной, сейчас приму душ, переоденусь и мигом в универ.
   - Думаешь, успеешь на следующую пару?
   - Милли, ты плохо меня знаешь. Отключаю мобильник, иначе точно получу очередной пропуск.
   На сборы мне хватило пятнадцати минут. Прохладный душ в течение пяти, сушка волос с одновременной чисткой зубов - ещё четыре, поиск одежды и переодевание - две, легкий макияж - три, провести расческой по волосам - одна. Бегу к своей крошке. Хорошо, ключи не забыла. Взглянув на датчик, поняла, что горючего мне хватит ровно настолько, чтобы без проблем добраться до университета. Времени заезжать на заправку не было. С места я буквально рванула, надавливая со всей силы на педаль газа.
   Гнать по городским улицам я способна не хуже чем Хэммильтон по трассам Формулы 1. Пути, по которым можно проехаться, миновав дорожные заторы, знаю не плохо - два месяца практики пошли мне на пользу. Как результат: за семь минут до начала второй пары - я на парковке университета. Выскочив из машины, захлопнула дверь, включила сигнализацию и побежала в сторону корпуса.
   Узкое синее платье немногим выше колен и туфли на каблуке всячески мешали мне передвигаться в ускоренном темпе. Сэкономив время на поиски одежды и стянув с вешалки первое же более или менее приличное платье, я не подумала, что можно хотя бы разок снизойти до не шибко любимых мною балеток. Пожалуй, сейчас я готова была бы петь дифирамбы единственной имевшейся в моей коллекции паре.
   Я добежала до нужной кафедры, с иронией отметив, что такого рвения не наблюдала в себе даже во время зачёта по физподготовке в прошлом семестре.
   Мелисса упоминала номер аудитории, но в шёпоте, подавляемом голосом лектора на заднем фоне, я так и не различила, было на конце число "тринадцать" или "четырнадцать". Я собиралась заглянуть в ту, что располагалась ближе к началу коридора, но, заметив, что в соседнюю как раз входит высокий седоволосый мужчина с папкой в руке, бросилась вслед за ним, успев проскочить в аудиторию прямо перед его носом.
   Отдышалась, осмотрела помещение в поиске свободного места и заметила лица, знакомые по вчерашней сцене в фойе главного корпуса. Взгляд задержался на симпатичном брюнете с пирсингом в полуха, и, вспомнив, что ещё вчера он стоял в компании местной грозы венерологов, я неосознанно посмотрела на его соседа по парте. Кто бы сомневался...
   Парни облюбовали стол перед самым носом преподавателя, лениво разглядывая окружающую обстановку. Светловолосый скользнул мимо равнодушным взглядом, посмотрел на препода, погруженного в экран ноутбука и... вернулся ко мне. Прищурил глаза, пытаясь вспомнить, где меня видел. Узнал. Правая бровь парня медленно поползла вверх, аттестуя мои нижние конечности. Какая неожиданная реакция!
   - Простите, кажется, я попала не в ту аудиторию, мне нужна четыреста тринадцатая, - протараторила, заглядывая за дверь, чтобы убедиться в очевидном. Оставив в ступоре старика, так и не успевшего вымолвить хоть слово мне в ответ, выбежала в коридор и прямиком направилась в соседний кабинет.
   Мне повезло: историк задержался на несколько минут, дав возможность спокойно сесть рядом с Милли и достать тетрадь.
   - Ночевала-то дома? - хмыкнула подруга, с ехидной улыбкой подперев кулачком подбородок.
  
   - А ты? - парировала, заранее зная ответ. Их с Уорреном лавстаграмм был настолько "беспалевным", что поверить в эту чушь могли только идиоты.
   - Смеёшься?
   - И чья это была идея?
   - Моя, разумеется. Он надеялся, что после ужина я по-соседски приду к нему в гости и подыграю для фото с кофе и десертом.
   - Мы живём в одном комплексе, но на разных этажах, - добавила, заметив мой вопрос, вызванный словом "по-соседски". - Мне было лень тратить время на поездку на лифте.
   - Бесспорный аргумент, - усмехнулась, представив, какую "опасность" представляет подъем на лифте в сравнении с "дружеским" посещением потенциальной жертвой логова хищника.
   - Ну, и? - испытующий взгляд подруги красноречиво показывал её настрой на вытягивание из меня информации любыми способами. - Чего проспала-то?
   -Пришлось забирать с клуба пьяного брата, - отмахнулась, заранее зная, что это только начало городского фэнтэзи в моем исполнении.
   - Брата?! Я думала ты единственный ребенок в семье.
  - Брат двоюродный, сын папиного близнеца, - что вполне могло бы быть правдой. Кто ж знал, что дядя Джордан уйдет в католические священники?
  - Познакомишь? - хитрый прищур мог говорить только об одном: не больно-то она мне поверила.
  - Сэм - классическая сова. Если найдешь в себе силы тусить после полуночи, дам тебе как-нибудь его контакты.
   - Вы и его Сэмом зовете?
   - Ага, мы родились в один год с разницей в пару месяцев.
   - Одно на двоих?
   - Что? - отвлекшись на разглядывание незнакомого мне субъекта в лице вошедшего в аудиторию преподавателя, я не расслышала вопрос Милли.
   - Имя, говорю, у вас одно на двоих.
  Я согласно кивнула, подумав про себя, что на двоих одни у нас ещё и мозги, которым не мешало бы немного отдохнуть после четырех часов сна.
   - Винчестер Кольт?! Его предки на заводе огнестрельного оружия познакомились? - прыснула, услышав имя преподавателя.
   - А я ассоциировала его имя с компьютерами. Даже придумала позывной для его второй половины - Материнская плата.
   - Молодые леди за предпоследней партой! - кажется, дуло мистера Кольта наметило цели - Не хотите поделиться с присутствующими в аудитории причиной, вызвавшей смех?
   - Извините! - крикнула Милли. - До моей соседки только дошел смысл анекдота, рассказанного перед началом пары!
   - Ладно уж, - махнул рукой Дон Винченцо - Но предупреждаю: в следующий раз анекдоты будете травить в коридорах университета.
   Всю оставшуюся часть пары мы провели, перебрасываясь пустяковыми фразами во время пребывания Кольта в состоянии прострации и полного погружения в кобуру, сотканную из исторических фактов.
  
   Наступил долгожданный обеденный перерыв.
   Столовая сразу же начала заполняться студентами. Нам с подругой повезло оказаться в числе первых. Обнаружив свободный столик у западного окна, куда еще не добралось жаркое солнце, мы опустили свои филейные части на стулья.
   - Так торопились, что забыли взять напитки, - опустив уголки губ, пожаловалась Милли.
   - Я схожу за кофе.
   - Лучше возьми по чашке горячего шоколада. Его тут, по крайней мере, пить можно.
   - Заметано.
   Ещё издалека я обратила внимание на очередь. На мое счастье, толпа продвигалась быстро, и уже спустя три минуты я держала в руках два бумажных стаканчика с горячим напитком. Вот черт, а он действительно горячий. То-то все сюда с подносами тащатся. Жжение в кончиках пальцев, державших импровизированные чашки из многослойной бумаги заставило меня зашипеть. Я и не заметила, как передо мной нарисовалась фигура в белоснежной рубашке с закатанными до середины предплечья рукавами...
   О, нет! А такая красивая сорочка... была.
   - Твою же... Черт!
   Поднимаю виноватые глаза и... ты меня преследуешь, придурок?!
   Хорошо, что этот вопрос я не озвучила вслух, иначе ещё больше усугубила бы ситуацию.
   - Господи, - только недавно он вспоминал прислужника Дьявола - и дал же ты мозги криворуким...
   - А, по-моему, мило, - моя защитная реакция вылилась в такой скорый поток слов, что половину из них я сама не разбирала - а главное: креативно. Шоколад на снегу, горячее и холодное, темное и светлое, сладкое и...
   Я запнулась, пытаясь прикинуть, можно ли дать белой ткани вкусовое определение, что не осталось незамеченным насмешливо изогнутой бровью Уоррена.
   - Горькое?
   Я кивнула, схватившись за спасательный круг, брошенный откуда его не ждали.
   - Сочетание двух диаметральностей как отражение истинной человеческой природы: в каждом из нас есть две половины, два абсолютных контраста. Ты вполне можешь стать законодателем нового модного веяния, - добавила шепотом, отчаянно пытаясь обернуть все в шутку. - Ну, или... всегда успеешь прислать мне счёт за химчистку, - уже не так весело и даже с виноватыми нотками в голосе.
   - Ладно, проехали, - махнул парень, хватая протянутую услужливой студенткой салфетку, - в конце концов не у каждой хватает фантазии для оригинального подката.
   Я едва не поперхнулась шоколадом, который пригубила секунду назад, чтобы успокоить расшатавшиеся нервы.
   Понимая, что гневное отрицание скорее подтвердит догадки Уоррена в глазах окружающих, я сделала глубокий вдох, натянула елейную лыбу на физиономию и бросила в спину удаляющемуся однокурснику.
   - Куда мне до фантазии стареющего импотента, неотразимость которого держится на бородатых легендах и подставных фотках в Инстаграме.
   Я поймала расширенные в притворном ужасе глаза Милли, мысленно хлопнула себя по голове за импульсивный выпад, косвенно затронувший ещё и подругу, и скривила лицо в гримасе сожаления.
   Она пожала плечами и закатила глаза, тут же метнув раздражительный взгляд в сторону Уоррена - "сам напросился".
   Он откровенно веселился, оценивающе скользя по моему излишне облегающему фигуру платью.
   - Точно. Я же для тебя скорее соперник, чем трофей. Что ж, наслаждайся триумфом, думаю, после новостей о моей несостоятельности как мужчины, пара-другая моих поклонниц с горя бросится тебе в объятья.
   Кажется, кто-то уделал меня моим же оружием...
  
   - Как думаешь, много времени пройдет прежде чем нас объявят парой? - безразлично протянула Милли, распивая свежую порцию шоколада, купленную вместо злосчастного палача для доспехов Македонского.
   Я с тем же безразличием окинула столовую, пытаясь поймать хоть один заинтересованный взгляд, направленный в нашу сторону, и поняла, что всем пофиг. Кого в наше время этим удивишь?
   - Можно к вам третьим лишним? - Мы синхронно обернулись на голос Джейкоба.
   - Кажется, началось, - протянула подруга, потягивая шоколад с все тем же невозмутимым видом. - Ты тоже видел? Или уже донесли?
   - Битву Титанов? - усмехнулся, тут же поправив, - хотя, признаю, что Уоррен все-таки выиграл всухую. У Саманты не было шансов.
   - Я была о тебе лучшего мнения.
   - Сэм, без обид. Ты залезла комаром в болото, где Уоррен давно и прочно за главную лягушку. В эту чушь мог поверить только идиот.
   - В итоге идиоткой выгляжу я.
   - А еще лесбиянкой, - усмехнулся, с интересом разглядывая мои локоны и платье. - Представляешь, скольким парням ты разбила сегодня сердце. Хотя, есть ещё те, кто надеется, что даже ты падешь жертвой в неравном бою с Александром.
  - И ты в их числе, - скорее констатировала факт, чем спросила.
  - Я-то знаю, что это неправда, готов поспорить, Уоррену даже стараться особо не придется, - продолжал издеваться, едва скрывая улыбку при виде моего раздражения.
  - Окей, поспорим! Краем уха слышала, что тебе нужен зам на пару часов в неделю. Я неплохо справлялась с этой должностью в школе, а за экзамен у Фаррела можно тряхнуть стариной.
  - У меня уже есть несколько кандидатов.
  - Будем считать, что я одна из них.
  - Окей, только какая от этого выгода мне?
  - Выгоду придумаешь позже, - отмахнулась, одним предложением показывая, что это решенный вопрос. Никто за язык его не тянул...
  - Зайдешь после пар, обсудим мои условия.
  - Договорились!
  
  Алекс.
  От тотального недосыпа меня спасло отсутствие первой пары в сетке расписания и две банки энергетика.
   Добравшись до универа за 15 минут до начала второй пары, спокойно поднимался на четвертый этаж, когда через окна, открывающие вид на двор, заметил как в ворота кампуса заеждает знакомый красный Ауди. Значит, шанс поговорить с Маккалистером "по душам" мне всё-таки выпадет.
   Спенсер, видимо, так же, как и я оказавшись в числе припозднившихся на пару студентов, вынужден был занять один из передних столов. Мы с сочувствием переглянулись, представив, какая "прекрасная" возможность отоспаться на паре нас ждёт и достали тетради для записей.
  - Видимо, ночка удалась на славу, - хмыкнул Спенсер, с интересом разглядывая мои покрасневшие глаза.
  - Ты бы хоть рубашку надел, - с насмешкой кивнул на подозрительно красное пятно на шее одногруппника.
  - Завидуешь?
  - Чему завидовать? Я-то как раз догадался рубашку надеть.
  - Фото с квартиры я так и дождался. И Рамирес, кстати, с утра выглядела куда свежее тебя.
  - Может, мне было мало одной Рамирес?
  - Или ты с горя напился, решив, что в коем-то веке тебя отшила девчонка.
  - Обычно я топлю печаль не в бутылке, а в педали газа, - отмахнулся я, тут же вспомнив замеченный мною с утра красный Ауди. - Кстати, ты, случайно, не знаешь, что за перец ездит на красном R8?
  - Перец? У нас не так много студентов на Ауди. И я тем более не припомню ни одного красного. А что?
  - Да, так, - отмахнулся, ещё раз убедившись, что парень явно из новых студентов. Может, по обмену учится? - Видел утром одну, не мог вспомнить, кто на такой ездит.
  Мистер Пунктуальность Робинсон вошёл в кабинет ровно за секунду до начала семинара. Тяжёлый допотопный ноутбук приземлился точно перед моим носом, лишая нас со Спенсом последней мизерной надежды на сон хотя бы с открытыми глазами. Взглядом полным безысходности я прошёлся по аудитории, мечтая поменяться с кем-нибудь местами и поймал в дверях незнакомую фигуру. Группа у нас немаленькая, но я отлично помню всех, с кем учусь третий год. Такие ножки я бы вряд ли упустил из виду. И талию... и грудь...
  Я с сожалением отвёл взгляд от выреза, пустив глаза в исследование тонких ключиц и шеи, добрался до лица и... Да ладно! Миньон?!
  Я не успел оправиться от шока, как девушка вернула мне взгляд, наполненный презрением, и удалилась, извинившись за перепутанные аудитории.
  Под ухом печально вздохнули:
  - Жаль, я надеялся, что этот ангел пришел спасти меня от непреодолимого желания уронить голову прямо на стол.
  - Если она - ангел, то явно падший, - отмахнулся, заодно избавляя себя от предательски промелькнувшей мысли, что я не против последовать вчерашнему совету Спенсера позвать её на свидание.
  После пары мы направились прямиком за вожделенными чашками спасительного кофе.
  Толпа в столовой наводила на мысли о пришествии зомби. Тут явно была добрая половина вчерашних полуночников из клуба. Мимо шагали знакомые лица, содержимое стаканов которых становилось все темнее.
  - Нам хоть кофе останется? - паника в голосе Спенсера была неподдельной, но почему-то возможность остаться без ударной дозы кофеина пугала не так сильно, как проносящиеся мимо в поисках свободного места студенты.
  Я пару раз успел вовремя отскочить, избегая риска быть облитым горячим напитком. Толпа потихоньку поредела, автомат все так же исправно подавал порции кофе. Я окончательно расслабился, принявшись считать количество стоявших впереди студентов, когда почувствовал окатившую ребра горячую волну.
  Я громко выругался, против воли обозвав неосторожного студента криворуким и тут же пожалев о своих словах. Наверняка, какой-нибудь бедолага первокурсник, который не знает, что бумажные стаканчики в наших автоматах - это категория зла с предусмотренным за него отдельным котлом в аду. Но я не угадал. И, увидев её расширенные от ужаса глаза, закусанный уголок покрытой красной помадой губы я почувствовал раздражение. Явно вызванное реакцией моего дыхания на её присутствие в радиусе одного фута. Она пыталась извиниться, пустившись в пространные философские рассуждения. Я мог бы отпустить её с миром и зарыть едва проступившее лезвие топора войны, но мне захотелось проучить её за утренний выпад в аудитории.
  Она не смирилась с ролью моей неудачной поклонницы, во всеуслышание объявив меня импотентом. Участники вчерашней сцены в фойе были здесь в полном составе. Я не мог молча проглотить её язвительную тираду, "ненароком" вспомнив о её любви к девушкам.
  - А я её не сразу признал, - задумчиво выдал Спенсер, когда мы, наконец, добрались до автомата. Вин и Райан стояли в очереди чуть раньше и уже спокойно попивали свой американо.
  - Горячая штучка, - кивнул Винсент, отправив долгий взгляд в сторону занятого девушкой столика. - Почти такая же как её огненная машина.
  - Огненная?
  - Красная Ауди, - уточнил, заставив меня резко обернуться в сторону хозяйки автомобиля.
  - А фамилия у Сэм, случаем, не Маккалистер? - спросил так же резко, сопоставляя в уме два удивительно похожих лица.
   Впрочем, ответ мне уже не требовался. Цепкий взгляд огромных зелёных глаз, способных теряться в улыбке, затронувшей каждую мышцу лица. Словно, услышав мои мысли, она звонко рассмеялась, что-то рассказывая подруге. Саманта. Сэмуэль. И как я сразу не догадался...
  
  Сэм
  Одержав победу в неравном поединке с головным мозгом, норовившим отключиться посреди лекции, я с чувством гордости за стойкость своих едва не слипшихся век начала собираться домой. Никаких больше вечеринок до утра! И только у выхода из лекционного зала я вспомнила, что собиралась к Джейкобу.
   - Ты домой? - поинтересовалась Милли, поправляя выбившиеся из прически пряди.
   - Хочу забежать к Паркеру. Пойдешь со мной?
   - Нет, сегодня у меня намечается встреча с отцом... биологическим, - захлопнув крышку пудреницы, Милли продолжила излишне бодрым голосом: - Он тут нарисовался недавно, спустя 12 лет молчания... Мама слышать ничего не хочет, папа Рамирес злится, но скрывает свои чувства как может. Я бы послала мистера Дюрана подальше, например, в Австралию к его уже не новой семье, но, судя по тому, что обосновался он в съемной квартире, а не гостинице, настроен он решительно и пока не расскажет, зачем пролетел тысячи миль, точно не отвяжется.
  - Биологическому? В смысле, мистер Рамирес не твой...
  - Мой, - резко отрезала Милли, - настоящий отец, который отдал 12 лет жизни моему воспитанию, созданию здоровой семьи и обеспечению этой семьи материальными ценностями.
  - Выходит, того мужчину ты даже не помнишь толком?
  - Смутно, - отмахнулась, добавляя в свой голос ещё больше безразличия. - Ты ж, вроде, к Джейку собиралась?
  От резкой смены темы разговора я впала в ступор.
   - А... да, но, если тебе нужно высказаться...
   - Нет, там и обсуждать нечего. Беги скорее, а потом домой на свидание мечты со своей кроватью.
  - Воистину, свидание мечты...
  
  
  Спускаясь на второй этаж по привычно пустой для этого времени лестнице, я едва удержалась, чтобы не разлечься прямо на одном из широких подоконников.
   - Саманта?! - возглас удивления появившегося в пролете Питера вернул меня в реальность.
   - Привет, Пит, - сухо поздоровалась, с трудом сдерживая зевок.
   - Да ты... - схватив меня за руку, приподнял её над головой и стал кружить, разглядывая со всех ракурсов. - Отпадно выглядишь! Моя камера истосковалась по хорошим кадрам.  
   - Я не в настроении, может, обсудим меланхолию, настигшую твой фотоаппарат в следующий раз?  
  - Без проблем, - сдался Паркер, поднимая руки в знак капитуляции. - Ты к брату? 
  - Да, он у себя?
  - А где ещё ему быть? Ночевать тут скоро будет. Я предлагал перевезти сюда двухместную кушетку для него и Кристен. В нашей студии с девушкой особо не развернешься, когда ещё и сосед-брат под боком. А так можно совместить приятное с полезным. И девушка, и работа... А уж сколько счастья свободного передвижения они предоставят мне...  
  - Хочешь, я предложу ему тот же вариант? Вдруг прислушается?  
  - Окажешь неоценимую услугу!  
  - О цене договоримся позже.
  - Я начал было верить в существование бескорыстных людей, - проворчал в притворном возмущении.
  - Увы, суровая реальность думает по-другому!
  
  Джейк сидел возле компьютера, напряженно вглядываясь в монитор.  
  - Проходи, садись на свободное место.  
  - Легко сказать. 
    Кругом был такой хаос, что мне на мгновение показалось, будто здесь проходили военные действия с применением канцелярских принадлежностей в качестве оружия массового поражения - повсюду лежали стопки листов, смятые клочки бумаги, шариковые ручки и фломастеры. На единственном свободном кресле и то лежала пара футболок и спортивная куртка неизвестной мне фирмы.
  - Ты здесь работаешь или живешь?
  - Предложи ещё перетащить сюда двуспальную койку, - видимо, со своим предложением я слегка припозднилась.
  - Зачем же? Соедини несколько стульев, разложи пару десятков слоев бумаги. Делов-то. 
  - А куда прикажешь девать Кристен?  
  - А вы всегда делаете это на разложенном диване?
  От неожиданности Джейк поперхнулся глотком кофе, сделанным из забавной кружки в форме слоника с громадными ушами. 
  - Ну... А спать?  
  - Не думаю, что уважающая себя девушка будет здесь спать, - заметила, окинув кабинет придирчивым взглядом. 
  - Крис сказала даже больше: ' Ни одна уважающая себя девушка не будет здесь этим заниматься '.
  - Возможно... Но, разговор сейчас о другом. 
  - Пришла обсудить условия пари?  
  - А ты свои уже придумал?
  - Придумал, - взгляд с хитрецой должен был насторожить меня сразу, но в тот момент я даже не рассматривала хоть тысячной возможности своего проигрыша, потому его условия меня слабо волновали. Я и Уоррен? В следующей жизни! 
  
  - Для начала определимся со сроками. 20 октября? Подойдёт?
  Надо же, какая точность в выборе даты.
  - Почему 20-е?
  - Потому что 20 октября тебе предстоит фотосъёмка для коллекции моего приятеля.
  - Шутишь? А твой приятель в курсе, что ты собрался подсунуть ему в качестве модели одну из самых заурядных своих однокурсниц.
  - Не волнуйся, он в курсе. Видел твои студийные фото в Инстаграме, и, кстати, ему ты заурядной не показалась. Про мнение с десяток парней с универа, которых интересовало, свободна ли ты для отношений, я промолчу, чтобы не разбивать скорлупу иллюзий, в которой ты удобно спряталась, окружив себя дополнительной броней.
  Я фыркнула, живописным выражением лица демонстрируя свое недоверие.
  - Допустим. В чем же подвох?
  Мне было сложно поверить, что в случае проигрыша я получала то, за что половина девушек в универе удавится. Фотографии для коллекции целого дизайнера. Правда, не факт, что эта коллекция выйдет за пределы пары-другой местных торговых центров, но все же... А может?..
  - Коллекция чего? Нижнего белья?!
  - Как ты догадалась!
  - Джейк!
  - Шутка. Сэм, нет никакого подвоха. Хотя... - продолжил в тот момент, когда я уже почти расслабилась - один нюанс всё-таки есть.
  - Какой?
  - Вас будет двое. И я пока не знаю, какой концепт придумают для фотосессии. Вполне возможно, что вам придется играть на камеру любовь.
  - Ладно, Паркер, порукам, - выдала усталым голосом, все отчётливее представляя перед глазами вожделенную кровать со свежим постельным бельем. - А насчёт игры в любовь... Не придется, - отчеканила, добавляя уверенности своему тону, - Я не собираюсь проигрывать.
  
  - Сэм, подожди!
  Я удивилась, обнаружив Милагрос у парковки. Она сидела на одной из ступенек, тыкая быстрыми движениями пальцев в экран смартфона.
  - Ты ещё здесь?
  - Я отменила встречу.
  - Почему?
  Милли молчала, пряча глаза за опущенной головой, словно рассматривая что-то на своей обуви.
  - Боюсь... Мне кажется, что я... скучала по нему, - последние слова дались ей с трудом. Я еле разобрала их сквозь плохо сдерживаемые подругой слезы.
   Слова утешения не самая сильная моя сторона. Я понимала, что мне нечего посоветовать, но одно я всё-таки могла ей предложить.
  - Иди сюда, плакса, - протянула, сгребая её в охапку.
  Милли обвила меня руками и засопела, что-то бормоча в ткань моего платья.
  - Да, да, я все прекрасно слышу.
  - Говорю, что мне нужно время, чтобы потренировать перед зеркалом лицо обиженного ребенка.
  - Ты уже не ребенок, Милли.
  - Но и взрослой меня назовешь с натяжкой, судя по тому из-за чего я тут сопли жую.
  - Кхм...
  Мы резко отстранились друг от друга, испугавшись резкого звука мужского голоса, но окончание наших невинных дружеских объятий было растолковано на свой лад неожиданно появившимся зрителем.
  Алекс Уоррен усмехнулся, едва заметно качнув головой, и отсалютовав Милли чуть заметным кивком направился к своей машине. Следом плелся увлеченный разговором по телефону Буцефал Македонского.
  - Привет, - от неожиданности обращённого ко мне приветствия я ответила не сразу.
  - Привет...
  - Я Спенсер, - рука парня повисла в ожидании ответного жеста.
  - Саманта.
  - Рамирес, надеюсь, ты придёшь завтра на мой день рождения? Я хотел бы видеть там вас с подругой.
  - У Рамирес есть имя, - прогундосила подруга, метнув в брюнета взгляд, горящий от не высохших до конца слез.
  - Милли. Милагрос Паулина.
  - Надо же, и второе знаешь, - хмыкнула, так же как и я удивившись его осведомленности.
  - Не напомнишь, когда это мы с тобой стали звать друг друга на дни рождения?
  - Сегодня, - засиял, переводя взгляд от сердитого лица подруги на все ещё удивлённое мое.
  - Там будет половина курса. Вас ведь не было вчера. Нужно наверстать.
  - Ну, раз половина курса, - кивнула Милли, соглашаясь, - можно и пойти.
  - Сэм, ты с нами?
  Я молчала, размышляя о том, какая причина для отказа не вызовет споров со стороны подруги. Две фигуры застыли в ожидании.
  - Зачем ей туда идти? - оживилась третья, до сих пор представлявшая собой молчаливую статую - Там и приударить-то не за кем. Все симпатичные девушки давно и прочно заняты.
  Шутки о моей ориентации начинали терять свою актуальность, но парень до сих пор наслаждался своим маленьким утренним триумфом. Я не подала виду, что его фраза вызвала во мне непреодолимое желание треснуть этим до омерзения правильным лицом по лобовому его симпатичной машины. Улыбнувшись со всей теплотой, на которую оказалась способна, я трижды взмахнула ресницами и протянула:
  - Неужели не поделишься? Тебе же все равно со всеми не справиться, в твоём-то возрасте...
  - Мне воспринимать это как согласие? - оживился Спенсер, явно довольный поворотом, который принял наш разговор с Уорреном.
  - Я подумаю, - проворковала, бросив кокетливый взгляд в сторону улыбающегося парня.
  Милли слегка задержалась, обсуждая с будущим именинником место вечеринки. Вспомнив, что машину подруги до сих пор латают в сервисе, я заняла водительское сидение и прислонилась к спинке кресла в ожидании. Может, прямо здесь поспать? Кажется, мне уже не принципиально...
  - Я собиралась такси вызвать, - выдохнула подруга, занимая соседнее кресло спустя две минуты.
  - Да, ладно, нам все равно по пути. - Вообще-то я переехала на прошлой неделе... - при виде неподдельного выражения страдания на моем лице, она поспешно добавила: - Но сегодня я с радостью погощу у родителей, раз такое дело!
  

Глава 4

Потанцуем?
  
  Алекс
  
   Отметить свой двадцать первый день рождения Спенсер решил в очередном клубе. После неудачной попытки обольщения "первой появившейся на лестнице девушки" я не рискнул подбрасывать новый повод для разговоров, отказываясь от приглашения. К тому же, Спенс - лучший друг. Дотошный, цепкий как пиявка. Временами придурок, каких свет не видывал, но друг. Который не раз вытягивал меня из, казалось бы, безнадёжных ситуаций, не задавая лишних вопросов.
   Я даже не удивился, когда Чарлз объявил о том, что вечеринка начинается в шесть часов - по меркам ребят в нашем универе время совсем детское.
  Он точно догадывался о том, что я что-то скрываю, но все так же не хотел задавать вопросов. Слишком явно я показал однажды, что не хочу на них отвечать...
   В этом клубе я был впервые. Удобные диваны, выпивка на любой вкус, девочки... Танцы волновали меня в последнюю очередь: хватило и безумной ночки в "Роял" в прошлую среду.
   Я приехал чуть позже остальных ребят из нашей четверки. В клубе во всю звучал трек Жасмин Салливан, напоминая мне о давно забытой любви к танго. Я улыбнулся, вспомнив свое выступление на выпускном старших классов танцевальной школы. Последнее выступление, кстати. Школу я так и не окончил. Но танго танцевал ещё долго. Лет до шестнадцати точно...
   Ещё издалека я заметил компанию, которая разместилась на диванах вокруг небольшого стеклянного столика. Парни успели найти себе спутниц на вечер, среди которых я узнал только Лорен с факультета журналистики под боком у Райана.
  Вин и Спенсер чуть ли не с рук кормили двух похожих на близнецов блондинок в гламурных розовых платьях.
  
  
   - Здорово, Алекс!
   - Садись, мы тут и тебе местечко оставили, - крикнул Вин, хлопая по синей бархатной обивке.
   - Тут и с моим-то задом особо не развернешься, - возмутился в шутку, хоть места было более чем достаточно - Может, я не один пришел?
   - О-о-о, - послышалось стройным хором с разных сторон.
   - Мы, наконец, познакомимся с твоей девушкой? - засиял Райан, крепче прижимая к себе тело улыбчивой Лорен.
  - Кстати, о девушках: ты так и не показал фотографии ужина в своей квартире. Подставные фотки в инсте не в счёт. Даже подружка Рамирес догадалась, что это липа!
  - Подружка Рамирес увидела то, во что ей хотелось верить.
  - Ничего не знаю, фотографии не те. Спор ты продул, теперь проставляйся, - Вин не сдавался, все больше доводя градус моей злости до кипения.
   - А мы делали ставки? - Спенсер пробежался взглядом вокруг стола в поисках ответа у каждого из участников спора.
   Повисло молчание, я пожал плечами.
   - Вот, черт, ребята, а мы реально облажались, - Вин с досады смачно треснул себя по лбу и тут же с насмешкой добавил:
   - Зато теперь можно считать, что наши подозрения не были беспочвенными.
   Как же все осточертело! Я отразил ироничный взгляд Брауна, показав, что не в настроении на очередной повтор избитой мелодии. Поток охлаждённого кондиционерами воздуха покрылся осязаемым инеем ледяного напряжения. Но напряжение тут же исчезло, когда у столика появился объект моего самого громкого провала в амплуа Казановы. В компании единственной причины этого провала.
  Я оценил яркое платье Рамирес, вспомнил мелодию, которая сопровождала мое появление в клубе и, поднявшись с дивана, схватил её за руку и потащил на танцпол.
  - Ты вовремя, - бросил, избегая встречи с её взглядом. - Раз уж не справилась с задачей и растрепала про наш договор своей подруге, будешь отдуваться сегодня. Уж танго танцевать ты, наверняка, умеешь лучше, чем молчать в тряпочку.
   - Танго? - удивление на её лице было слишком естественным. - Смеёшься? Где по-твоему я должна была ему научиться? Думаешь, в латиноамериканских семьях танцуют танго по умолчанию?
  - А разве нет?
  - Так же как каждый американец рождается с любовью к фастфуду? Что-то ты мало похож на поклонника гамбургеров.
  - Во мне столько кровей намешано, что я и забыл каких традиций должен придерживаться. Одно знаю точно, собак я не ем. Но вряд ли родственники моей прабабки до сих пор этим злоупотребляют.
   - Я не умею танцевать ничего, что даже отдаленно напоминает танго, - вздохнула Милагрос, остановившись и неуверенно потянув меня назад.
  - Но я знаю, кто может тебе помочь.
  
  Она стояла и с улыбкой протягивала имениннику подарок в коробке, традиционно повязанной бантом. Восторженный взгляд Брауна скользил вдоль её открытых ног в свободных кожаных шортах.
  - Сэм! - на голос Рамирес обернулись все, кроме увлеченного не на шутку Вина. - Помнишь, ты говорила, что училась танцевать танго в старшей школе?
  - Да, так, брала пару уроков.
  - А сейчас сможешь?
  - Сейчас? - в её взгляде слишком явно читалась фраза "что ты несёшь?".
  - Пара уроков в старшей школе? Думаешь, она справится лучше тебя? - я смерил Саманту недоверчивым взглядом и вернулся к Рамирес. - Пошли, по ходу объясню.
  - Алекс, ты собираешься танцевать?! - глаза Спенсера едва на лоб не полезли от удивления.
  - Танго?! - проснулся даже околдованный внезапно нагрянувшей любовью Портман.
  - Собираюсь! - я рявкнул, всей силой своего голоса показывая то, как они меня достали.
  - Костей-то досчитаешься потом? - съязвила Маккалистер, явно обиженная на мою оценку её способностей к танцам.
  Милагрос стояла в центре театра-экспромта, развернутого посреди рядового ночного клуба, и наблюдала за каждым из героев постановки.
  - Так, Сэм и Алекс, за мной! Спенс, Вин, Райан - идут следом!
  Командные нотки в голосе девушки отрезвили всю нашу удалую компанию.
  Мы добрались до пульта диджея, когда Рамирес схватила нас с Самантой за руки и тоном, не терпящим возражения, протянула:
  - Вы сейчас пойдете танцевать. Вместе. Выпустите пар, иногда это здорово помогает. Я бы предложила кое-что поприятнее, но вы ещё слишком мало знакомы, к тому же, Сэм ещё ни разу...
  - Милли!
  - ... ни с кем не танцевала танго, - улыбнулась, невинно хлопая ресницами. - На людях. В клубе.
  - Почему же? - в этот раз настала моя очередь поязвить - Так плохо справлялась?
  - Уж наверняка лучше тебя...
  - Окей, если ты в этом уверена...
  Через минуту музыка резко оборвалась звонким голосом диджея.
  Объявление о подарке, подготовленном главному герою сегодняшнего вечера, было встречено волной восторженного гвалта. Я выбрал все ту же Салливан с "Осколками твоих стекол". И с первыми же нотами песни поймал напряжённый взгляд зелёных глаз. Она будто что-то вспомнила. Тут же избавилась от наваждения, едва махнув головой, и подошла ко мне с выражением лица гипсовой статуи и вызовом в змеиных глазах. До сих пор я считал, что в этом танце может быть только один лидер. Эти глаза зародили во мне справедливые сомнения. <
  
  
  Сэм
  
   Пара уроков в старшей школе? Почти правда. В неделю. Четыре года. Я могла танцевать с закрытыми глазами. Танец страсти и печали. Пятнадцать лет стали слишком тяжёлым периодом моей жизни. Я искала способ найти выход своей боли. И нашла то, что удивительным образом дарило мне освобождение.
  Много ли он знает о танго? Несколько красивых сцен из фильмов, снятых с Голливудским лоском?
  Я встала напротив, и приготовилась к поединку. Это для него танец был спасением. Битвой, итогом которой стала бы безоговорочная победа над противником. Но он нарвался не на ту партнёршу. И, к счастью, пока даже не догадывался, какую свинью ему подложила Милли.
  Конечно же, я не ждала, что в недрах клуба зазвучит классика аргентинского танго , но то, что прорезало аккордами потоки воздуха было для меня слишком знакомо и... неожиданно. Мой первый танец с первым учителем.
  Пальцы едва уловимо подрагивали, когда я коснулась ладонью груди прямо над глухо бьющимся сердцем Уоррена. Провела рукою вверх, скользнув по плечу и посмотрела прямо в его глаза.
  Досчитала до семи прежде чем поняла, что эти невыносимо долгие для зрителей секунды мы застыли точно мраморные изваяния, играя в гляделки.
  Я очнулась первой: схватила его ладонь, шагнула назад и, повернувшись спиной, опустила голову на плечо Алекса. Он поймал мой взгляд, улыбнулся на грани насмешки и обольщения и прошептав: "а теперь начнем", включился в танец. И тут я, кажется, забыла, кто из нас посещал уроки танго четыре года.
  Мне достался серьезный соперник. Его уверенный взгляд и плавные движения вывели меня из оцепенения первых десяти секунд.
  Дорожки, шаги, повороты, вращения. Фигуры, названия которых я помнила почти так же хорошо, как технику. Но, оказавшись в этих руках я поняла, что не знаю ничего. Не помню ни одного партнёра, с которым танцевала за те четыре года своего погружения в тонкости латиноамериканского танца. Вновь оказавшись прижатой спиной к телу Алекса, я почувствовала приближение скользящей по блузке ладони к груди. Он почти коснулся там, где беспокойно стучало сердце, когда я, наконец, очнулась. Быстрым движением отбросила руку, обернулась и недовольно качнула головой. Он все с той же издёвкой улыбнулся, пожал плечами и кивнул в сторону толпы, будто предлагая мне уйти и признать поражение. Обойдешься!
  Я скопировала улыбку Уоррена, коснулась шеи ладонью и неторопливо повела согнутой в колене ногой по его бедру. Тут же ощутила скольжение мужских пальцев по коже, предательски покрытой мурашками. И пока я рисковала устойчивостью своего каблука, отводя ногу назад в полушпагате, он едва не уморил меня щекочушими движениями под коленкой. Вот же зараза!
  Правая нога все ещё была в опасной близости от бедра Уоррена. Я выпрямила левую, дотянулась губами до уха противника, мстительно ткнула в его бедро каблуком и прошептала:
  - В следующий раз это будет пах.
  Он хохотнул, и тут же спустил мое орудие мести на пол. А через секунду я поняла, что вынуждена рисовать ногами круги, пока он нагло врывается в мое пространство. Сакада. Кажется, ко мне возвращается память.
  Я обхожу его в попытке прекратить затянувшееся наступление.
  И... тут же оказываюсь оторванной от пола простым движением натренированных рук, для которых мое тело, видимо, казалось пушинкой. Мы наступали по очереди, меняясь ролями с завидным упорством. Я успела одарить его обувь памятным отпечатком подошвы своих босоножек. Он рискнул, в очередной раз поднимая меня в воздух для сложного элемента.
  Дважды повернул и отпустил, позволив мне свободно двигаться в полуметре.
  Лидер среди нас так и не определился. Я обошла его, прислонилась к спине и обхватила руками торс, ограничивая движения. Он схватил меня за руку, пытаясь освободиться, но я крепко держалась и улыбалась, глядя ему в затылок.
  - Я тоже умею давить на ноги.
  - Попробуй!
  Он принял вызов, но я отступила на шаг и повисла, крепче прижавшись к широкой спине. Мышцы живота под ладонями ритмично сокращались. Я не видела его лица, но чувствовала, что он еле сдерживает смех. Казалось, что его веселье превратилось в электрический импульс и прошло сквозь меня: начавшись лёгким покалыванием в кончиках пальцев, мягкой волной пробежалось по рукам и взорвалось в груди. Спустя несколько секунд я едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Что позволило ему освободиться от крепкого замка моих рук и перехватить инициативу. Я снова воспарила над полом. Алекс держал меня за талию, крепко прижимая к телу и позволяя сверху вниз смотреть в бездонное море серо-голубых глаз. Наше танго все больше становилось похожим на что-то другое. Сердце билось в сумасшедшем ритме, который уже никак не получалось связать с музыкой. А мы точно танцуем?
  Я отвлеклась всего на мгновенье, поймала удивленный восторг в глазах подруги и, вернувшись к танцу, быстро отвела его руку от талии. Вторую он убрал так же скоро и совершенно неожиданно. Музыка стихла с последним аккордом. В это время я покачнулась и едва удержалась от падения, успев вовремя схватиться за плечи противника. "Эффектный" финал, ничего не скажешь!
  - Я чуть ногу не подвернула! - возмутилась, сцепившись взглядом с криворуким тангеро.
  - А я тут причём? Ты сама убрала руку ещё до того как я спустил тебя на пол.
  - Одну руку!
  - А я - вторую. Пока ты не исполнила свое обещание, - прыснул, кивая на ширинку.
  - Вас только могила исправит, - вздохнула Милли, поспешно заполняя раскалившееся пространство между нами.
  - Или хороший секс, - усмехнулся Спенсер.
  - Упаси Бог, она скорее меня кастрирует.
  - Я скорее отрублю твои кривые руки.
  - Маньячка.
  - Зато танцую лучше тебя.
  Он на мгновение задумался и кивнул, соглашаясь:
  - Отлично танцующая маньячка.
  Его слова отозвались во мне теплой волной, которая накрыла и растворила тысячу колючих иголок привычного ехидства. Но я не подала виду, что мне понравилось. Что и говорить, признаться даже себе сейчас было бы преступлением.
   <
  Алекс.
  
  Чип и Дейл в женском обличье укатили спасать от скуки припозднившихся Паркеров.
  Ноги Саманты странным образом росли с каждым выпитым мною бокалом алкоголя. Или причина была в шортах, которые задирались все выше и выше.
  - Видимо, кожа сейчас стоит дорого.
  - Ты о чем? - спросил, Спенсер, стараясь незаметно забрать у меня джин.
  - Да, так... Дизайнеры, говорю, экономят по-жесткому.
  - А, ты про эту кожу? - прыснул, поймав направление моего взгляда. - По-моему, вполне прилично. Тут у половины девчонок юбки короче. Думал, она в клуб монашкой оденется.
  - Да, пусть хоть в голом платье приходит, её парни все равно не интересуют.
  - Сам-то в это веришь?
  - Не знаю.
  - Но верить в это как-то спокойнее, правда?
  - Отвали.
  Я отпиваю последний бокал. Лимит, превышение которого может стать для меня опасным. Встаю из-за стола и приглашаю подвернувшуюся под руку спутницу Спенсера. Ему явно плевать. Впрочем, глупенькой Барби - тоже.
  Голова удивительно ясная для выпитой дозы алкоголя. Я танцую три песни подряд, глядя мимо партнёрши, но почему-то взгляд все время падает на рыжие в отблесках клубной подсветки волосы. Когда распустить-то успела?
  Она умело попадает в ритм сложной мелодии, рисуя круги рядом с подругой. И я в который раз задумываюсь над тем, кто из них сказал правду. Милли или Сэм? Они дружат или встречаются? И главный вопрос: какое на хрен мне до этого дело? В последнем бокале точно был джин?
  Саманта поймала у стойки старшего Паркера и потянула на танцпол. Милли с сияющим лицом оккупировала младшего.
  - Эй, ты где? Алекс! - я очнулся, обратив крупицу внимания к невысокой блондинке, с которой вышел танцевать.
  - Сплю, - для правдоподобности я ещё и зевнул в кулак - Вертикальное выражение горизонтального желания.
  В памяти промелькнула другая интерпретация известной фразы. Танец, которым мы с Самантой зажгли тухлый в первые часы вечеринки танцпол.
  Она оказалась куда лучшим танцором. Энергия била ключом без помощи алкоголя. Треки сменяли друг друга, а она все также светилась, окрылённая своей мнимой победой.
  Ночью намечалась гонка, и меня ждал короткий сон для уставшего разума, который должен был переместиться в отдохнувшее тело.
  Я протиснулся сквозь толпу танцующих, не глядя на тех, кого задеваю, и даже успел поймать пару недовольных комментариев по пути к выходу из клуба. Сегодня я уйду по-английски.
  
   Сэм
  
  - Давно я так не веселилась! - кричала Милли, заглушая громкую музыку.
  Я кивнула, побоявшись за свои связки: перекричать звонкую подругу было слишком сложно, не стоило и стараться.
  Музыка не останавливалась с тех пор как мы с Уорреном освободили танцпол, прежде возбудив у зрителей небывалый интерес к танцам. Даже Милли удивилась тому, сколько людей крутилось поблизости, несмотря на раннее время. Обычно нужный градус они набирали ближе к полуночи и с неизменной помощью алкоголя.
   Я все время смотрела на часы. Сегодня мое мужское тело планировало присутствие на гонках. Впервые за долгое время. Я могла расслабиться, зная, что успею вернуться домой до двенадцати даже если останусь тут ещё часа на три. Завтра воскресенье. Долгожданный выходной и возможность проспать в объятьях любимого одеяла до обеда.
  Танцы удивительным образом поднимали мне настроение. Но ещё больше я улыбалась, вспоминая признание партнёра по танго. Отлично танцующая маньячка. Ха! Мне даже плевать на последнее слово в этом определении. Стоп. А почему это меня так волнует, что он думает о моих способностях к танцам. Я на секунду разозлилась собственным мыслям. Раздражение усилилось, когда я увидела Джейка и вспомнила предмет нашего спора. А вот и предмет собственной персоной. Набрался нужной кондиции и вышел-таки на танцпол. А для танго ему не нужны были спасительные градусы.
   Мы были в разных концах танцпола. Он крутился вокруг блондинки в короткой розовой комбинации. А платья поприличнее в её гардеробе не нашлось?
  Мы с Милли, Джейком и Питером держались единой цепью, обучая друг друга всем известным нам движениям в танцах.
  Пару раз я ловила на себе все тот же нечитаемый взгляд Люцифера, остротой которого можно было рассечь воздух в пространстве между нами. О чем он думает? Убить меня хочет?
  Когда заиграла медленная музыка, мы разбились не пары. Милли с довольным лицом схватилась за руку Питера, я обречённо уставилась на смеющегося Джейкоба.
  - Надеюсь, Кристен меня не убьет.
  - Обычно роль ревнивца в нашей паре играю я, - улыбнулся Паркер, чуть приобняв меня за плечи.
  - Отелло?
  - Не до такой степени!
  - Теперь я за неё спокойна.
  - Зато я за тебя - не очень, - хмыкнул, глядя с прищуром в пространство за моей спиной.
  - Твой Отелло будет явно недоволен.
  - Ты о чем? - хохотнула, представив себя в образе несчастной Дездемоны.
  - Да, так... На будущее.
  - Далёкое будущее.
  - Надеюсь, не очень.
  - Не говори загадками, Паркер!
  - Думаю, пожар разгорится раньше, чем я рассчитывал, - продолжал ухмыляться, глядя то на меня, но на танцующих.
  - Лучше молчи, я все равно не понимаю язык, на котором ты говоришь.
  Была ещё даже не середина песни, когда мимо нас пронесся осязаемый ветер. Скала, вызвавшая вихри в потоках воздуха обладала лицом и именем. Александр Уоррен. Он задел Джейка плечом, заставляя нас удивлённо глядеть ему вслед. К слову, удивление было только на моем лице. Паркер все так же подозрительно улыбался.
  - Его бы подвезти. Убьет ведь кого-нибудь.
  Я резко обернулась, считая бокалы и бутылки на знакомом столе. Половина его компании была в толпе танцующих. Именинник окучивал миловидную девушку за соседним столиком.
  Всем пофиг.
  Я извинилась перед Джейком и выбежала из клуба, сама не понимая, что собираюсь делать.
  
  Алекс
  
  - Ты обалдел? - донеслось у машины, как только я повернул ключ зажигания. - У тебя на лице написано, что ты в стельку.
  Поворачиваю голову и не вижу ничего, кроме огней ярости в зелёных глазах.
  - Ошибаешься, я ещё в здравом уме. Просто спать хочу.
  - Одно другому не мешает, правда?
  - Алкоголь и постель? Ты права, не мешает. Иногда даже помогает, знаешь ли, - хмыкнул, пробежавшись взглядом по её блузке с расстегнутыми верхними пуговицами. Кому-то стало жарко к концу вечера?
  - Пойдем.
  - Куда?
  - Подвезу. В отличие от тебя и твоей веселой компашки, я сегодня трезвая.
  - Оставишь подружку одну? На съедение Паркеру?
  - Может, она не против?
  - А ты?
  - Если её все устраивает, почему бы и нет, - пожала плечами, открывая дверь и кивком приглашая меня выйти.
  - Не понимаю: ты за меня переживаешь?
  - За несчастных пешеходов, которых ты можешь сбить на пьяную голову.
  - Можешь расслабиться, я вызвал трезвого водителя. Слышала про такую услугу?
  - Не знаю, обычно не пью до такого состояния.
  - Ну, вот... А я только подумал, что ты умеешь нормально общаться. Даже помощь предложила.
  - Нормальное общение между нами? - воскликнула в притворном ужасе. - Что ты? Я же сказала, что переживаю за пешеходов.
  - А знаешь...
  Я выдержал паузу, гадая, что может испортить ей настроение. При виде бесивших меня с самого вечера шорт мне захотелось этого особенно рьяно.
  - Если бы не твое показательное выступление в день нашей первой встречи, мы долгое время так и проходили бы мимо друг друга, не обмениваясь даже приветствиями. Ты. Не в моем. Вкусе. - прошептал прямо в ямку между ключицами, окатив шею теплым дыханием.
  Я собирался дотронуться до кнопки автоматического подъёма стекол, когда встретился с совершенно спокойным лицом девушки, имевшей наглость схватить двумя пальцами мой подбородок и выдохнуть прямо в губы:
  - Взаимно...
  
  Сэм
  Запах алкоголя был слишком слабым. Ненавязчивым. Мне даже понадобилось слегка наклониться, дабы убедиться, что он действительно выпил.
  Но я все равно не могла спокойно уйти, доверив ему его же машину и, что не менее важно - жизнь. Чью именно я не стала бы уточнять даже самой себе.
  Он попробовал успокоить меня, напомнив о существовании трезвых водителей. Конечно же, я знала. Слишком осторожным было мое поведение в теле Сэма. Но, моя фраза о том, что я не пью до такого состояния почему-то его разозлила. Мы снова включились в игру: кто кого заденет сильнее. С каждым сказанным словом, сделанным вздохом, смотреть в его глаза было все труднее, но почему-то, отводить взгляд хотелось ещё меньше. Его глаза казались прозрачным синим морем с серыми крапинками прибрежных волн. Все такое же холодное море непроницаемых мыслей. Я моргнула, избавляясь от странных ассоциаций. Поспешно заверила его в том, что предложенная мной помощь вызвана волнением за потенциальных жертв его безмерной тяги к алкоголю.
  А в ответ он сделал то, что никак не вязалось со словами, которые сопровождали эту странную выходку
   Почти касаясь губами ключицы, обдал мою шею теплым дыханием и произнес: 'ты' точка, 'не в моем' точка, 'вкусе'. Именно так, невидимым топором отсекая каждую часть незамысловатого предложения. Вот урод!
   Мой пульс, ни на йоту не изменив свою частоту, продолжал размеренно биться.
   А теперь проверим, насколько прочна порода, из которой вырезан ты, каменный мальчик.
   Парень, точно в замедленной съемке, поднимал лицо, не сводя взгляда с моей шеи. Плавно перемещаясь к подбородку, задержался на губах, и, решив, что пора бы уже перейти к самой обличающей части, посмотрел прямо в глаза. Нравится? Вряд ли... Ты явно ожидал другого.
   Я подняла руку к шее придурка, на мгновение остановившись в паре дюймов от места, которое так и хотелось с силой сжать до тех пор, пока он не начнет задыхаться от нехватки кислорода. Обхватила его подбородок пальцами и, подавшись вперед, томным голоском, прошептала в паре миллиметров от разомкнувшихся навстречу губ:
   - Взаимно...
  Я считала секунды, пока он смотрел на мои губы. Видимо, поэтому я не заметила, как ключ зажигания вновь повернулся в его руках, а под капотом бесшумно заработал мотор. Остальное произошло слишком быстро: Алекс тихо выругался себе под нос, схватился за руль и, утопив ногой педаль газа, умчался, оставив меня одну возле пустующего парковочного места. А как же... Он же говорил про трезвого водителя!
  
  

Глава 5

Стань моей половиной
  С наступлением полуночи Золушка превратилась в принцессу, натянула платье из кринолина, искусственный жемчуг и хрустальные туфельки... На самом деле все куда проще: Саманта перекочевала в тело Сэмуэля, натянула хлопковые спортивные брюки, футболку и кеды сорок второго размера. Прихватила любимую куртку и ключи от машины.
  - Далеко?
  Я вздрогнула, забыв на мгновенье, что папа уже почти год как в курсе моих перевоплощений.
  - Покатаюсь немного.
  - В такое время?
  Отцу было плевать на то, что перед ним стоял амбал под метр девяносто. Для него я так и продолжала быть немного безбашенной дочерью.
  - Пап, я знаю, что в такое время все приличные девочки сидят дома. Но, как видишь, сейчас я не совсем девочка. Ехидный голос внутри добавил: "И не совсем приличная."
  - Иногда я думаю, что мне было бы спокойнее, если бы ты выходила в такое время, будучи девочкой, - покачал головой, провожая меня беспокойным взглядом. К счастью, он не стал выпытывать, где именно я собираюсь кататься.
  
   Я добралась до места, где проводились гонки, за двадцать минут. Втиснулась в свободное место между черным BMW и канареечным Феррари и вышла навстречу Курту, организатору и вдохновителю ночных гонок в малонаселенном районе города. Парень выполнял свои обязанности на все сто: подобрал подходившую по всем параметрам трассу, максимально отдаленную от жилых домов и свободную от потоков автомобилей, выбрал время, решил все формальности с копами. Вряд ли у него было на руках официальное разрешение, но полицейские ни разу не устраивали облавы. Пару раз их рейды заканчивались предупреждением и удивительным образом о планируемых визитах представителей власти Курт всегда знал заранее.
   До сегодняшнего дня я присутствовала на гонках только в качестве стороннего наблюдателя, но меня не прельщала необходимость стоять в толпе зевак, не способных отличить закись азота от перекиси водорода. К сожалению, до финала нынешней серии оставалось всего три гонки.
  Следующие заезды должны были начаться уже в конце месяца. Конечно, по значимости, предстоящий гран-при, в котором я планировала участвовать, был на пару ступеней ниже того, что продолжался с ранней весны, но лучше синица в руке...
  Сегодня моей целью было сделать взнос и заполнить заявку на участие. А заодно посмотреть, группа под каким номером станет победителем в этот раз.
   - Слышал, ты искал меня в прошлый раз, - начал Курт, предпочитая, как обычно, не утруждать голосовые связки приветствием в начале диалога.
   - Хотел заявку заполнить на участие.
   - Правила знаешь?
   - Обижаешь... Машина при мне, могу сегодня же показать её твоим механикам.
   - Машину я вижу, тут и механики не нужны. Я про взнос.. Сумма немаленькая, сам знаешь, что тут участвуют в основном детки богатых родителей.
  - Так и мои не пустой хлеб едят, - отмахнулась, доставая из внутреннего кармана нужную сумму наличных.
   - Тише-тише, - произнес Курт, хватая меня под локоть и отводя в сторону от толпы. - Ты бы ещё раскидал для убедительности. Башкой тронулся?
   - Голова на месте, а терпение ни к черту. Так я могу заполнить заявку?
   - Есть ещё одно правило: нужен напарник. Сам знаешь, гонка всегда состоит из двух заездов: с разными водилами.
   Черт бы побрал эти правила! Этот неудобный для меня пункт совсем вылетел из головы.
   - Найду, - вот только где?
  - Найдешь, тогда и заполнишь заявку, куда торопиться?
  Я судорожно искала варианты решения проблемы с отсутствующим в перспективе напарником, когда к нам подошёл помощник Курта:
   - У команды лидеров форс-мажор.
   - Что за проблема?
   - Они потеряли одного из участников: парень сломал ногу во время тренировок.
   - И что ты предлагаешь? Правила, если помнишь, для всех одинаковые, и я не буду делать исключение красивым глазкам Александры Уоррен, хоть она и сестра моего приятеля. Пусть ищет себе напарника. Иначе...
   Александра участвует в гонках? Давно? Почему я раньше не замечала её среди участников? Мне и в голову не пришло бы, что эта хрупкая на вид девушка умеет не просто гнать на пределе возможностей , но и оставлять далеко позади достойных соперников. Он же сказал "команда лидеров"? А напарник, смею предположить - её брат. У меня против воли засосало под ложечкой от мысли, в каких обстоятельствах он сломал ногу. Но я избавилась он внезапно возникшей тревоги, заставив себя поверить, что нога - это единственное, что у него пострадало.
   - Я могу заменить Уоррена в команде? - сама не понимаю, зачем я это спросила.
   - Уоррен остаётся в команде. Пострадавший - Стивен Хэллвой. Если есть желание, можешь помочь, - сказал Курт, не скрывая, что рад свалившейся из ниоткуда помощи - но учти, в следующем сезоне они будут твоими соперниками.
   - Так остальные, вроде, тоже, - заметила, пожав плечами.
   Действительно, что здесь такого? О том, чтобы спасать их у меня и мысли не было. Буду считать, что это репетиция.
   - Тогда можешь идти знакомиться со своей коллегой, она на черном BMW - Курт махнул головой в направлении спортивного автомобиля.
   - Подожди... А её брат? Он не захочет выступить за Стивена?
  - Он здесь даже в качестве зрителя не появляется. Гонка начинается через пару минут, иди обрадуй девочку.
   Алекс сидела в салоне с открытой дверью и нервно стучала кончиками пальцев.
   - Привет, - начала без вступлений в виде покашливания и стука в наполовину опущенное стекло дверцы рядом с пассажирским сидением. Алекс, не оборачиваясь, посмотрела в мою сторону.
   - Ты-то что здесь потерял?
   - Напарницу. Александра Уоррен - знаешь такую?
   Она повернула голову и окинула меня недоверчивым взглядом:
   - Впервые слышу, поспрашивай среди других участников.
   - Я тебе помощь предлагаю, между прочим.
   - Обойдусь без твоего жеста доброй воли.
   - Я, конечно, выпил немного той ночью, но два коктейля едва ли способны лишить меня памяти. Я что-то сделал не так? Ты реагируешь на меня как...
   - Если бы сделал, тебя бы сейчас точно здесь не было, - произнесла с язвительной улыбкой, четко выговаривая каждое слово.
   - Алекс, мне вносить его имя в заявку? - Курт возник из-за моей спины, чуть ли не всем корпусом просовываясь в окно, - Имей в виду, две пропущенные гонки, и вы со Стивеном в пролете. Победа, в Чемпионате уйдет к кому-нибудь другому.
   Алекс сомневалась.
   - Мне долго ждать ответа?
   - Черт с тобой, - сдалась девушка спустя несколько секунд раздумий, - Вноси!
   Да ! Сегодня я получу свою дозу адреналина!
  
  
   Алекс
  
   Я взял нервы под контроль, сделал глубокий выдох и приготовился к старту. Кровь из носу мне нужна эта победа, поэтому я на некоторое время забыл, КТО разлёгся на пассажирском сидении машины. И какого хрена он сюда припёрся?! Я вспомнил, как во время второго коктейля, выпитого в компании громилы той ночью в клубе, рассказал ему о своей любви к скорости. Но ни слова о гонках. Так что мысль о том, что он пришел сюда специально отметается. Совпадение? Слишком подозрительное. Именно в тот момент, когда Стив умудрился сломать ногу?
   Как бы ни было, мы с Маккалистером оказались в одной команде. Хотя, я ни на секунду не поверил у искренность его желания спасти наше положение в чемпионате. Как бы не так. Парень протянул мне руку помощи? Уверен на 200%, этот даун сделал первый взнос, дающий ему право стать участником следующей серии. В перспективе мы конкуренты. А победив сегодня, он так и останется в тени. Может, подсадная утка от соперников? Выбора у меня в любом случае не было: отказ от участия уменьшил бы наши со Стивеном шансы на победу вдвое.
   - Волнуешься? - вопрос Сэма, привел мои нервные струны в ещё более натянутое состояние.
   - Не видишь? - усмехнулась Алекс, поворачивая макушку на девяносто градусов - Спокойна, как мышь в желудке кота.
   - Хочешь сказать, что смирилась с неизбежной смертью? По твоей сонной этого не скажешь.
  Я потянулся к шее, с удивлением считая удары пульса. Да уж, обычно, она ведет себя куда спокойнее.
   Впереди замаячили фигуры длинноногих пигалиц с неоновыми табличками в руках. Семь... Шесть... Пять... Четыре... Три... Два... Один...
   - Не дождешься, - бросил напоследок, перед тем как с силой вдавить в пол педаль газа.
   Беднягу припечатало к месту так резко, что, не успев правильно сгруппироваться, он чуть не скатился с кресла.
   - Жуткие сидения, - недовольно поморщился коллега. - А стоит как гоночный болид.
  - У гоночного болида сидение не лучше. И заметь, только одно.
   - Замечу, что он не рассчитан на езду по городским улицам, в отличие от этой железки.
   - Отвлекаешь! Если пропущу из-за твоей болтовни нужный поворот, придушу ремнем безопасности, который ты так старательно игнорируешь.
   Превратив глаза в две узенькие щелки, Сэм усмехнулся и, приложив пальцы к уголкам губ, недвусмысленным жестом провел по их поверхности. Рот на замке.
   - Ключ не забудь в окно бросить, - хмыкнула Алекс.
   В первые же секунды мы оторвались от основной массы участников, оставаясь в числе первой тройки. Сара и Майкл, Джозеф и Ирвин - основные конкуренты в борьбе за трофей победителя. Я гнал бок о бок с 'Феррари' Джозефа. Впереди, где-то в тридцати футах от нас, маячил ещё один красный 'итальянец', принадлежавший Майку. Полностью отключившись от мыслей о Блуме, который "дышал в ребра", я смотрел вперёд, стремительно сокращая отрыв. Сбоку послышался голос напарника:
   - Здесь можно было сократить дистанцию. Отыграв нужное время, получила бы ещё и пару секунд форы.
   - Вы же с семьёй недавно сюда переехали. Разве нет, Сэм Маккалистер? Откуда тебе знать, где можно сократить?
  - Надо же, - усмехнулся парень, не скрывая удивление - Вы с братом обсуждаете всех, кто вас раздражает? А о моем существовании он тоже в курсе?
  - В курсе.
  - И что же ты ему рассказала? Нет-нет, давай по-другому: что он рассказал тебе? О Саманте. Наверняка, много "хорошего".
  - Не суди по своей сестричке.
  - Моей сестре вообще на него по фиг. Я узнал о нем от общих знакомых!
   - Ч-черт! - пока мы бросались друг в друга тухлыми яйцами взаимных претензий, Джозеф проскочил вперёд, оставив нас довольствоваться третьей позицией. - Ты можешь замолкнуть хоть на минуту?!
   - Истеричка! - семейное достояние Макалистеров метало молнии.
  - Приятно познакомиться, Александра! - бросила в ответ 'сестренка'.
   В салоне воцарилась долгожданная тишина, разбавляемая ревом мотора. Двести десять. Двести двадцать. Быстрее!
   Наконец, я увидел участок трассы, на котором мне почти всегда удавалось вырваться вперёд, обеспечивая место на вершине пьедестала. Крутой поворот, рассчитанный на то, что гонщиков, рискнувших и дальше лететь на запредельной скорости, занесет при попытке свернуть влево. Моя стихия. Даже на скорости, близкой к максимальной, я мог выбраться, не принося урона для себя и машины.
   Блум начал сбавлять скорость уже на расстоянии пары сотен футов, что дало мне возможность без проблем обогнать соперника. Дело осталось за малым: подождать, пока страх вылететь с трассы остановит Майкла. Но парень решил раздербанить к черту мои радужные планы и мчаться дальше на той же скорости. Азот?! Он что - котелком об асфальт грохнулся? Желание обогнать долбаного камикадзе было не настолько сильным, чтобы повторять подвиг придурка.
   - Сбавь обороты, ненормальная! - крикнул парень у самого уха, но, поняв, что выполнять приказ я не собираюсь, вжался в сидение и выдал: - Господи, и дал же ты руки безмозглым!
  Я на секунду отвлекся, вспоминая, где слышал эту фразу. Или что-то похожее?
   А вот и поворот... Набрав в лёгкие воздуха, я резко скрутил руль и зацепил взглядом мелькнувший на обочине 'Феррари'. Майк должен благодарить небеса за то, что вообще обошёлся без крупной аварии.
  После удачного дрифта я был почти уверен: победа в первом этапе за нами. Но моя уверенность была... раздавлена. Именно так. Завалившейся набок тушей Маккалистера, которой так и не удосужился пристегнуться! . Потеряв контроль над машиной, я повторил то же, что пару секунд назад вынужден был сделать Майкл. Но, в отличие от соперника, мне повезло: толкнув со всей силы пребывающего в шоке напарника, я схватился за руль и повернул на трассу. Мимо меня пронесся автомобиль Блума. Мне даже показалось, что в лобовом стекле 'Феррари' промелькнула сверкающая во всем блеске лыба Джозефа. Ты ответишь мне за это, Макалистер!
   Этап завершился победой Блума. Мы с мешком дерьма, свалившимся мне на плечо, финишировали вторыми.
   - Ты больной?!- спросил в лоб, схватив парня за шкирку. - Какого черта ты не пристегнулся? Мы продули из-за тебя! Из-за твоей, блин, грёбаной туши в сто килограмм!
   - Легче! На 15 килограмм, - отозвался невозмутимо, будто не произошло ничего страшного.
   - Тебя только это волнует?
   - Не только. Ещё меня волнует судьба голодных детей в Африке, но не думаю, что тебе это интересно.
   - В данный момент? Не очень, - согласился, продолжая буравить во лбу дебила воображаемую дырку от пули тридцать второго калибра.
  
   Вторая часть соревнований началась спустя десять минут передышки. Глядя на своего придурковатого напарника, весь вид которого говорил о том, что ему плевать на конечный результат состязаний, я решил предостеречь парня от необдуманных действий.
   - Только попробуй проиграть, - немного подумав, все же добавил - намеренно.
   - Не уверен, что за рулём твоей каракатицы мы достигнем стопроцентного успеха. Если машина будет вести себя с водителем так же 'радушно', как с пассажиром, двигаться с привычной скоростью мне не удастся. Может, перескочим на мою 'Ауди'?
   - Ей управлять не сложнее, чем трехколесным велосипедом.
   - Я предупредил.
   - Я тоже.
   Уже на старте я почувствовал напряжение, с которым Макалистер вглядывался в огни фонарей стройной колонной уходящих вправо. Что он задумал?
   Резкий рывок вперёд отвлек меня от прищуренных глаз соседа. Я пристегнулся задолго до начала гонки, что и спасло меня от удара в боковое стекло во время резкого поворота вправо, когда Сэм попытался обогнать Криса на белоснежном Мерседесе. Ирвин оказался не таким прытким, как Блум. Я обернулся назад и увидел знакомый 'Феррари' на приличном расстоянии от лидеров. Позволил себе на секунду вспомнить, в чьем теле нахожусь и взвизгнул, как девчонка, показывая сопернику язык.
   - Мне казалось, что обычно ты пускаешь в ход, как минимум, средний палец, - хмыкнули с соседнего сидения.
   - Нравится? - расплылся в улыбке, выставив напоказ жест, которого ждал от меня парень - Могу чаще демонстрировать, лично для тебя.
   - Зачем он мне, своего...
   - За дорогой следи, - напомнила Алекс строгим тоном.
   - ... достаточно.
   Преодолев первый поворот, мы помчались вперёд. Обогнав на ходу Криса, Сэм целенаправленно двинулся за лидером. Сара сменила вышедший из строя стараниями Майкла кровавый 'Феррари' на не менее вызывающего цвета 'Мерседес'.
  - А я ведь мог показать им, кто тут королева красного.
  - Твоей "королеве" не хватает руки хорошего механика.
  - Хороший механик для балона с закисью?
  - Хотя бы для него.
   В момент, когда мы приближались к участку, где от прямой трассы отходила небольшая ветка, я заметил улыбку, скривившую губы парня.
   - Стой! - я уже было бросился к рулю, пытаясь предотвратить движение влево, но мои старания оказались тщетными. - Ты что творишь, недоумок?!
   - Обеспечиваю нам бесспорное лидерство, - с самодовольным видом покосилось в мою сторону безмозглое рыло.
   - С чего ты вообще взял, что здесь можно срезать?!
   - Немного терпения, и ты поймешь, что споры были напрасны.
   Спорить действительно было бесполезно. Уперся бараном и стоит на своем.
   - Ну-ну, - бросил, складывая руки замком на груди.
   - Вот черт.
   Его разочарованная мина заставила меня сжать челюсти ещё до того, как мой взгляд устремился вперёд. Сваленные в одну кучку покрышки прикрывали узкий проезд. Отлично.
   - Браво! Ты был неподражаем, Макалистер!
   - Алекс, - начал парень извиняющимся тоном - я не думал, что...
   - Если вспомнить, что место, которым ты думаешь, сейчас прижато к водительскому сидению, ничего удивительного!
  Немного успокоившись, я продолжил:
   - Надо же быть таким тупоголовым шимпанзе и не догадаться, что этот проезд будет закрыт на время гонки.
   - Схлопнись уже, а?! Твои оскорбления достали!
   - Что для тебя оскорбление? Шимпанзе тупоголовый? Так это самая малость из того, что у меня вертится на языке!
   - Я хотел как лучше. Раньше тут было чисто!
  А получилось как всегда.
  - Даже слушать не хочу. Можешь выйти из машины? До своей доплетешься ножками. Может, тоже где-нибудь сократишь, - сказал удивительно спокойным голосом, кивнув в сторону двери.
   - Ненормальная, - буркнул Маккалистер, выбираясь из салона.
   Оставшись в одиночестве, я со всей дури долбанул кулаком по спинке кресла водителя и, переместив туловище на свою жертву, запустил двигатель.
  

Глава 6

Никому тебя не отдам
   Сэм
  
  
  
  Утро понедельника встретило меня плеядой кислых лиц. Сначала Питер, которого явно беспокоила брюнетка, появившаяся в компании местной звезды футбола. Я пригляделась и тут же узнала в ней спутницу Паркера с памятной вечеринки, на которой впервые встретила Александру. Не думала, что все так серьезно...
  Вторым был Уоррен, раздражение которого стало слишком явным с моим появлением в зоне видимости. Окажись под рукой лимон, я бы с радостью предложила ему для пущего эффекта.
  И, наконец, Милли. О причине её плохого настроения я могла только догадываться. Помнится, вчера она писала, что всё-таки решилась на встречу с отцом.
  
  
   - Как все прошло? - поинтересовалась у подруги уже у входа в корпус.
   - Не знаю, с чего начать, - грустно отозвалась Милли.
   - Можешь опустить подробности вашего свидания и описание его жизни в течение прошедших двенадцати лет. Лучше сразу перейдем к главному: зачем вернулся?
  - Он болен.
  - Жена бросила? - откуда во мне столько цинизма...
  - Давно. Но причина не в этом. Я думаю, он... умирает.
  Хотелось посочувствовать, но почему-то после разговора с подругой по дороге домой в прошлую пятницу, сострадание к ближнему во мне упорно не желало просыпаться.
  Развод, женитьба на любовнице и раздел имущества. Он едва не обобрал их с матерью до нитки. А теперь ищет подушку, чтобы поплакаться?
  - ТЫ думаешь или ОН сказал?
  - Я уверена.
   - Милли. Сейчас-то он жив.
   - Ты не видела, на кого он стал похож, - сквозь пелену слез продолжала причитать подруга - У него гепатит самой тяжёлой формы. Мне известно кое-что об этом заболевании. И то, что перерождение в рак - самая частая причина смерти тоже.
  Я потянула её в пустующий уголок под лестницей, убедилась, что там действительно никого нет и, достав салфетки из сумки, принялась вытирать хлынувшие водопадом слезы.
  - Милли, пожалуйста... Ты же сама говорила, сколько боли он тебе уже причинил. А теперь рыдаешь так, будто потеряла самого близкого на свете человека.
   - Он доживает последние месяцы, возможно, недели. Ему необходимо получить прощение, знать, что после его смерти останутся те, кто способен его оплакивать.
   - Какой смерти, Милли?! Ты даже не знаешь насколько все плохо на самом деле! Конечно, мне жаль его, как любого другого человека, но твое состояние беспокоит меня куда больше. В конце концов, вы с матерью потеряли его ещё тогда, 12 лет назад.
  
   - Он мой отец и я могу потерять его навсегда. - Милли продолжала распинаться, пропуская мимо ушей мои слова. - Да, что ты в этом понимаешь, Сэм!
   Тишина. Она поняла, как ошиблась. Прикрыв на пару секунд искаженное гримасой ужаса лицо, Милли опустила ладони и посмотрела на меня, выражая сожаление взглядом. Сердце упало, рассыпаясь на осколки. Сколько раз оно может разбиться? Пока не остановится окончательно. Или у него, как у кошки, девять жизней? Сегодня я потеряла третью...
  Быстро-быстро моргая, в попытке смахнуть непрошенную влагу с ресниц, я выбежала из аудитории.
   - Сэ-э-эм, - раздалось где-то за спиной. Но я перестала слышать: голова гудела тысячей взорвавшихся петард.
  
   Алекс
  Очередной ненавистный мне понедельник. Одинаково паршивый вне зависимости от того, с какой ноги я встаю. Глупые приметы, в которые верят только идиоты. Причины моего поганого настроения с утра каждый раз новые. Сегодня их две, точнее, одна... Общее на двоих раздражение.
  Первая появилась на парковке почти в одно время со мной. С "голым" лицом и кучей слоев одежды на теле. Видимо, это для нее традиция - выглядеть как чучело в начале недели. Правда, в прошлый раз это был четверг, а не понедельник. Вторую причину я вспомнил при виде красного Ауди. Знакомая колымага. Машина братца. Он так уверенно называл её своей "королевой", что я почти не сомневался, что заимствует машину именно Саманта. К счастью, девушка не стала долго носиться маятником в зоне видимости, поспешно удалившись с территории парковки в сопровождении своей верной подруги.
  
  
   Побыв ещё некоторое время во дворе, я направился в аудиторию.
   Оставался единственный поворот, приближавший меня к цели, когда в конце коридора показался торнадо, сметающий все на своем пути. Ну и скорость... В духе кенийских спринтеров. Не успел я отступить на безопасное расстояние, как Ведьма добежала до меня и, тяжело дыша, остановилась в одном шаге. Она отступила вправо, я отзеркалил её движение , влево - снова олновременно. Очередной танец? В этот раз мы не касались друг друга.
   - Отойди, - глухо простонала Маккалистер.
   Я нацепил предназначенную для нее маску и усмехнулся:
   - Нет.
   - Пожалуйста... - прошептала, поднимая, наконец, зелёные глаза дикой кошки.
   Только... я никогда не видел, чтобы кошки... плакали?
   - Сэм?
  - Алекс... прошу тебя, - шепот становился все тише, слез было столько, что капли расплывались бесформенными пятнами уже на ткани блузки. Она повернулась к окну, с усилием глотая вырывающиеся всхлипы.
   Я ощущал себя последним козлом, стоя напротив и молча смотря на то, что она, наверняка, хотела спрятать. Избавился от ступора, в который впал при виде удивившей меня картины, и подвинулся в сторону, открывая ей путь к бегству. Оказалось, даже у самой язвительной Ведьмы на свете могут быть чувства, которые делают её похожей на человека. Оставшись в одиночестве, улыбнулся последней мысли, почему-то поднявшей мне настроение.
   В коридоре эхом отдавались быстрые шаги уносящегося прочь циклона.
  
   Сэм
   Видимо, слабоумие вкупе с полным отсутствием адекватности у них семейное. Один не дает житья днем, другая портит спокойное существование по ночам. Какое счастье, что они ни разу за время нашего 'сердечного' знакомства не появились на моих глазах в тандеме. Боюсь представить, во что выльется наше тройное рандеву. И, если, будучи Сэмом, я пытаюсь как-то сдерживать себя в рамках приличия, вспоминая, что при желании смогу надолго лишить её чувств одним хорошим ударом, то в стойкости нервов Саманты я не уверена. Если длинный язык блондинистой индюшки не свернется в рулеточку вовремя, даже сам Великий Македонский не сможет меня остановить.
   К слову, о моем однокурснике. Наши столкновения на территории родного кампуса проходили с завидной регулярностью. Я намеренно пробовала выбираться из дому на пятнадцать минут раньше, только бы не встретить эту поганую рожу на парковке. Задерживалась в библиотеке на полчаса дольше необходимого, чтобы не попадаться ему на глаза в сотый раз. Обходила стороной аудитории, в которых проходили семинары третьекурсников с архитектурного. Пару раз даже принесла в жертву свой обед, избегая встреч, которые могли завершиться порчей очередного произведения искусства из гардероба Его Преподобия.
   Всю неделю я пыталась вернуть своему крошечному мирку хрупкую стабильность. Мне было необходимо это равновесие, чтобы и дальше поддерживать статус счастливой беззаботной Сэм, сумевшей справится с невосполнимой потерей.
   Проснувшись в утро пятницы, я приняла ледяной душ, почистила зубы экстраосвежающей пастой, отправив в довершение ко всему две подушечки мятной резинки прямиком в рот. Холод. Свежие мысли, бодрые чувства. Старая Сэм. Я не должна была срываться в понедельник. Моя реакция на слезы подруги была слишком циничной. Наверное, я... получила по заслугам? Общение с подругой после того не самого приятного эпизода рисковало прекратиться полностью, если бы не старания наших общих друзей. Попросив друг у друга прощения, мы пожали руки и обменялись дежурными улыбками. Для начала сойдет. Мы не хотели терять друг друга, но просто так стереть из памяти некрасивую сцену тоже не получалось. Как итог, уже третий день мы точно недавно познакомились: осторожные фразы, тщательно обдуманные реплики. Хочется об стол биться, как вспомню, насколько легко общение нам давалось раньше.
  Конец второй пары. Все та же полюбившаяся студентам столовая. Сегодня мне 'подфартило' по-крупному. Изворотливый тихоокеанский угорь в лице Уоррена подплыл к столику точно напротив взятого в оккупацию мной, Милли и ещё троицей студенток с группы. Компания Македонского была неизменна. Все те же: Гефестион, Парменион, Птолемей.
   Оседлав несоответствующий Его Величеству стул с облупившейся краской, расположенный так, что взгляд сидящего все время был направлен в нашу сторону, Алекс не нашел лучшего занятия, чем попивать кофе, то и дело стреляя стальными патронами своего обжигающе-равнодушного взгляда. Равнодушного ровно до той секунды, когда парень уловил мой нездоровый интерес к чашке горячего напитка, экстремально близко находившейся вблизи очередной кипенно белой рубашки. Обжигающего с того мгновенья, когда Уоррен поймал усмешку, которую я даже не пыталась скрыть, вспоминая как здорово на этом прекрасном предмете гардероба смотрелся горячий шоколад. Он вопросительно изогнул бровь, с завидным спокойствием отложив чашку на безопасное расстояние. Едва заметно пожав плечами, я отвела взгляд, не изъявив дальнейшего желания играть в гляделки с демоном.
   - Привет, парни, - к соседнему столику подлетела Лорен, вот уже второй день как находившаяся в статусе подружки Райана Портмана. Надолго ли?
   - Привет, Лори,- нестройным хором поприветствовала компания за столом.
   - Ребят, знакомьтесь, это Надин, в Бостон перевелась из... Неважно, - интересное название у городка.
   Повернув недоумевающее лицо к девушке, расположившейся неподалеку от неё, Лорен махнула рукой, бросив:
   - В-общем, сегодня её первый день в универе, я взяла на себя обязанности гида. С половиной курса девушка уже знакома, пора представить её вам.
   Помнится, неделю назад мы с Милли оказались в той же ситуации.
   - Надин, - улыбнувшись во весь зубной ряд, продолжила Лорен - Спенсер, Вин, Райан - мой молодой человек, - о, ну, разумеется, нужно тут же оградить свою собственность от чужого заинтересованного ока - и Алекс.
   - Привет, - с не менее открытой улыбкой поздоровалась новоиспеченная студентка.
   - Присаживайся, - приглашение к столику последовало незамедлительно. Вин освободил стул рядом с Алексом, пересев ближе к углу.
   - Спасибо, - продолжала скалиться Надин. Идиотизм необратимой стадии.
   Разговор, крутившийся за нашим столом, давно перестал меня касаться. Глядя на одногруппниц, я сконцентрировала слух и все остальные, свойственные человеку чувства там, где находилось новое действующее лицо. Теперь в той части столовой находилось два безусловных раздражителя моей ранимой психики. Что меня бесило больше всего? Вынуждена признаться, что ответ рисуется только один: она оказалась красивой, нет, скорее даже примечательной своей необыкновенной экзотической внешностью. Длинные локоны темно-каштанового цвета, черные брови дугой, полные, но не бросающиеся в глаза, как у жертв ботокса, губы, темные глаза с густыми ресницами под цвет, смуглая кожа. И не было в ней ни капли искусственности, её я за милю чую. Настоящая, сверху до низу, яркая, но ненавязчивая. За грудиной неприятно кольнуло, когда я перевела взгляд с девушки на свою личную занозу на пятой точке. Мои враги удачно спелись.
   Беседа за соседним столиком затянулась. С завидной частотой звучали раскаты громоподобного смеха ржущего точно кобыла на скачках во время финального рывка Винсента. Уделив пару секунд осмотру веселившейся компании, я напоролась на умильную картину : Алекс и Надин, повернувшись лицом друг к другу, то и дело сыпали шутками, сопровождавшимися улыбками первого и приторным хихиканьем второй. Казалось, что вокруг них разверзлась Вселенная. Мне бы порадоваться тому, что парень хоть на время забудет о моем существовании, но почему-то вид этой парочки раздражал куда больше, чем одинокая физия Уоррена.
   - Девочки, пара вот-вот начнется, - напомнила, поспешно поднимаясь из-за стола.
   - Но мы ещё не закончили, - пожаловалась одна из сотрапезниц, показывая в сторону горки нетронутых пирожных.
   - Дожевывайте свои прибавки к жиру на боках, а я пошла в кабинет.
   Напоминание вечно сидящим на диете одногруппницам о предвестниках целлюлита и ожирения, произвело должный эффект: девочки грустными глазами японских анимашек посмотрели на оставшиеся десерты и нехотя поплелись за мной. Только Милли, наплевав на все упоминания о здоровом образе жизни, в два укуса уничтожила последнее кремовое пирожное, запила глотком холодного кофе и, схватив со стола ещё пару штучек бисквитных, помчалась за нами.
  
   До самой ночи день обещал быть скучнее просмотра приевшейся комедии с Нильсоном в главной роли. Спускаясь после пар на первый этаж, я традиционно скрестила взгляд исподлобья с покрытыми ледяным инеем лужицами своего неудавшегося врага. Теперь покой мне обеспечен уж точно, на долгие месяцы учебы вперед. Парень потерял всяческий интерес к своей красной тряпочке, решив, что бег за живым существом, обещавшим тебе массу положительных эмоций, намного приятнее безумной погони за куском трикотажа, в отношении которого возникает единственное желание - припечатать рогами к острой поверхности, разрывая в клочья, и растоптать.
   - Я заеду за тобой в шесть, - услышала, подходя к выходу.
   - Адрес запомнил? - кокетливо произнесла Надин.- В Бостоне не так много общежитий, уж точно не больше домов, - уточнил, смекнув, что слегка ошибся с количеством общаг в городе.
   - Ты сказал 'Ментон'?
   - У них отличная кухня и достойная винная карта. Ты не пожалеешь.
  Я преувеличенно быстро бросилась копаться к сумке в поисках телефона, чтобы сделать вид, что тема их разговора мне неинтересна. Мой порыв явно не ускользнул от проницательного взгляда Уоррена. Они могли бы обойти меня на приличном расстоянии, места в полупустом фойе было достаточно, но он решил "ненароком" задеть мое плечо, едва не познакомив телефон с серым мрамором пола.
  - Извини, - и эта гадкая ухмылка одним уголком губ.
   Как бы тебе жалеть не пришлось.Проводив знакомую спину тяжёлым взглядом, я в точности скопировала выражение его лица. Свидание, значит?
  
   Алекс
  
  Пригласить на свидание новоявленную подружку Лорен большого труда не составило. Симпатичная мордашка, фигура фигура модели "Плейбой" и весьма свободные взгляды на отношения. Не тратя времени на длительные притирки и конфетно-букетный период, решил идти напролом. Я был уверен, что организованный мной приличия ради поход в ресторан был не принципиален для девушки. С первых минут знакомства стало ясно: если Надин хочет чего-то, в данном случае речь шла о сексе с одним из самых желанных парней в новом для неё окружении, крошка не будет долго топтаться на месте, демонстрируя поддельную скромность.
   В половине седьмого "Ламборгини" стоял у ворот общежития в ожидании моей спутницы на вечер.
   Надин появилась спустя четверть часа, и, кошкой подкравшись к двери, пока я переключал музыку в проигрывателе, просунула голову в салон авто и коснулась кожи в области подбородка.
   - Давно ждешь? - спросила, оценивающе прошедшись взглядом по салону - Мог бы позвонить. Я заметила тебя минуту назад, к тому времени как раз были завершены все этапы нудного приготовления к походу в ресторан... - обреченно вздохнула и продолжила - Знаешь, я не сказала сразу, но у меня особое чувство к подобным заведениям. Ощущаю себя дорогой шлюхой, особенно, оказавшись там с мужчинами, чей список спутниц пополняется с завидной регулярностью.
   - Можем выбрать другое место, по твоему вкусу.
   - Поздно...
   - Почему же? Мы...
   - Я не хочу тратить время на поиск другого, - протянула, остановив взгляд на моих губах.
   - Тогда едем.
   Откинув вверх дверцу, я вышел из автомобиля и, обогнув его спереди, подошел к двери со стороны пассажирского сидения
   - Мог бы не утруждать себя, - качнула головой девушка.
   - Позволь мне самому решать, - улыбнулся, используя из громадного арсенала улыбок самую обворожительную.
  
  
   Полтора часа в ресторане показались мне затянутыми до такой степени, что впору было ползти под стол в предвкушении продолжения вечера. Впервые, посетив 'Ментон', я даже подумал отказаться от традиционной бутылки вина, но вопрос официанта застал меня врасплох:
   - Пить, как всегда будете свое любимое? Вам повезло, недавно были завезены несколько бутылок 'Шарлемань' урожая тысяча девятьсот девяноста девятого года.
   - Такой шанс упускать нельзя, - качнула головой в знак протеста Надин, догадавшись о ходе моих мыслей. Пожав плечами, она отправила мне сочувствующий взгляд и попросила принести бутылку.
   Уже у выхода из ресторана я скользнул по парковке, в поисках знакомой крыши и с удивлением понял, что количество автомобилей у заведения выросло практически вдвое. Среди которых затесалась одна весьма "удачно" припаркованная прямо у бампера моей малышки колымага.
  Я бросил взгляд в сторону циферблата наручных часов, оглядел машины, пытаясь прикинуть, сделано ли это было специально или "гений" парковки не осознавал, что отрезает мне все возможные пути к выезду, и направился в ресторан в попытке узнать хоть какую-то информацию о владельце корыта. Администрация ресторана с сожалением разводила руками. Я возмутился, отмечая, что стоило бы уделять больше внимания этому вопросу, и получил заверения, что публика ресторана слишком воспитана, чтобы создавать подобные проблемы.
  Серьезно? Да, половина Вашей публики - пижоны, возомнившие себя пупом земли... Отсчитав ровно 5 минут, я принялся прикидывать, стоит вызывать эвакуатор или такси.
  В конце концов, злость на придурка, возомнившего, что автомобили обладают способностью летать, оказалась чуть слабее желания провести вечер в постели с готовой на многое крошкой, и я сдался.
  - Думаю, охрана у Вас есть? Или, на худой конец, камеры, - уточнил, одновременно набирая номер службы такси, - Надеюсь, за ночь с машиной ничего не случится... Завтра утром или в течение дня я заберу её.
  - Разумеется, - облегчённо выдохнул довольный разрешившимся почти скандалом администратор. - И мы хотели бы загладить вину, пригласив Вас с леди на ужин за счёт заведения...
  - Благодарю, мы подумаем над Вашим предложением.
   Ожидание такси, к счастью, оказалось недолгим, хоть в этом нам повезло. И уже к половине десятого мы были у дома. 2.5 часа до момента Х.
  
  
  Сэм
  
  - Звонил Люк, сказал, что минуту назад наша сладкая парочка села в такси, будут минут через 20, к тому времени как раз приедет пицца.
  - А если они поедут в гостиницу? - спросила Милли, с блаженством на лице растягивая сыр на куске заказанной часом ранее пиццы.
  - Возможно, - пожала плечами, решив, что это несильно меня расстроит. После набитого изумительной пищей желудка кровожадные порывы куда-то резко улетучились. - Тогда вторая, с креветками, тоже достанется нам.
  
  Вот уже третий час я сидела в квартире подруги, обсуждая прелести жизни в элитном жилом комплексе.
  Ещё днём я решила испортить свидание не на шутку взбесившему меня Македонскому. Вспомнила про приятеля, работавшего в квартале от упомянутого Уорреном ресторана, позвонила, попросив помочь по старой дружбе. Пришлось немного соврать, сказав, что хочу насолить бывшему, от чего чувствительное сердце симпатичного гея растаяло. Парень так воодушевился идеей наказания "подлого изменника", что предложил номер с блокировкой автомобиля на парковке, вместо более серьезного правонарушения в виде спущенных шин.
  Втянуть Милли в авантюру, кстати, было не моей идеей. Увидев, меня в конце пар, уже на парковке, подруга тут же смекнула, что кто-то испортил мне настроение. Я рассказала, в красках описав эпизод в фойе универа. Решив, почему-то, что Алекс намеревался унизить меня перед новой подружкой, Милли воспылала огнем праведного гнева и добавила вторую часть нашего сумасшедшего плана.
   И сейчас, с довольными лицами дожевывая остатки огромной пиццы, мы уже ни на что не надеялись, но решили, что если все пойдет как по маслу, то так угодно самой судьбе.
  - Кстати, давно ты тут живёшь? - спросила, разглядывая вид из окна на двор.
  - С июля. Папа подарил мне ключи на 20-летие, больше года длился ремонт.
  - Почему именно тут? Я пока не вижу ничего особенного, делающего дом привлекательным для жилья. Виды из окна не в счёт, для многих квартиры в крупных городах - исключительно место для сна.
  - Он покупал её по совету хорошего приятеля, а по совместительству проектировщика этого здания - Дэвида Уоррена.
  Предупреждая мой следующий вопрос, добавила:
  - Отец того самого Уоррена, кстати. И, да, у Алекса здесь едва ли не пентхаус на последнем этаже с выходом на крышу. В соседях ещё три квартиры плюс в планах отдельный лифт с ключами.
  - И, разумеется, заработал парень на него самостоятельно.
  - И это говорит девушка, которая ездит на Ауди? - пригрозила пальчиком подруга.
  Доставщик пиццы прибыл спустя 15 минут. Передо мной стояла задача задержать несчастного, пока на горизонте не объявится Уоррен с подружкой. Милли следила за подъездной дорожкой, пытаясь поймать момент появления парочки.
  - Приехали, - визг неприкрытой радости подруги заставил нас с курьером вздрогнуть.
  Я извинилась, достала наличные и стала считать. Он удивлённо присвистнул, когда на ладони упали купюры суммой в 5 раз превосходившей стоимость пиццы.
  - К Вам обращались когда-нибудь с просьбой доставить заказ анонимно? - поинтересовалась вкрадчивым голосом. - Никакого криминала, просто хочу сделать сюрприз своему другу, который сидит на жёсткой спортивной диете. Я дочь его тренера, поэтому он воспримет мой поступок как издевку, если узнает, кто автор идеи.
  - Но пицца остынет, - с сожалением выдал, сдавшись под действием моих чар и приличной суммы чаевых.
  - Он живёт двадцатью этажами выше, - все с той же кокетливой улыбкой. - И ещё, у него...эмм... временные проблемы со слухом. Наверняка не услышит с первого раза. Уверена, сейчас он дома, так что... при отсутствии ответа на звонок - стучите. Долго и упорно. Мне жизненно важно, чтобы он получил сегодня эту пиццу.
   Парень смотрел на меня как на полоумную, но, кивнув, неуверенно улыбнулся и направился к лифтам, предварительно уточнив адрес Номер квартиры на квитанции был мною аккуратно исправлен, в конце концов, разница только в одной цифре.
  
  Алекс
  
  
   Уже на подходе к квартире, Надин выказывала все признаки нетерпения, умело справляясь с потайными пуговицами на моем пиджаке.
   - Подожди.
   - Ты меня останавливаешь? - ловя ртом воздух, возмутилась девушка. - Логичной была бы обратная реакция. К тому же, это я на чужой территории, ты должен был все давно для себя решить. Боишься, соседи станут невольными свидетелями сцены 'детям до шестнадцати'?
   - Размечталась, - отозвался в тон девушке, готовой завершить начатое тут же, на лестничном пролете - Только ключи достану.
  - Конечно, - сказала, отступив на мизерную дистанцию, будто боясь, что я передумаю.
   Дверь распахнулась, и неясно, что влетело в коридор раньше: мой пиджак или её сумочка. Потянув следом за собой хромированную ручку, громким стуком захлопнул дверь. Примостив филею девушки на тумбу с зеркалом, я отступил на шаг, опускаясь вниз, чтобы стянуть с нее босоножки. Пока я был занят второй, Надин взялась за мою шею, принявшись щекотать подбородок пальчиками, обтянутыми в тончайший шелк.
   - Прекрати, - сказал строгим тоном, после чего, улыбнувшись, добавил: - Диванная обивка намного мягче этой столешницы.
   - Мне не принципиально, туда мы тоже доберемся.
   - Потом не говори, что я не предупреждал, - прохрипел, возвращаясь к губам, ожидающим моего приглашения.
   Находясь в отключке в продолжение неизмеримого внутренними датчиками времени, я не заметил, как, избавив меня от рубашки, Надин принялась с легким нажимом проводить вдоль позвоночника, царапая кожу острыми ногтями.
   - Ведьма, - хмыкнул в самое ухо, хватая губами кожу на шее. Лучше бы я промолчал, честное слово... Тут же память подкинула образ другой девушки, до сих пор носившей это почетное звание. Кошка. Маленькая пантера. Интересно, в постели ты какая же страстная как в танце?
  Я оторвался от поцелуя, пытаясь избавиться от наваждения и посмотрел на свою красивую спутницу, убеждая себя в том, что та, которая сидит передо мной прямо сейчас , ничем не хуже.
   С призывной улыбкой она хватается за молнию на платье, не сводя взгляда с моих губ. Слегка двигает бедрами, приподнимая подол платья до талии и...
  Звонок в дверь. Я тряхнул головой, решив, что мне показалось, но реакция Надин показывала, что это не глюки.
  - Кого-то ждёшь?
  - Только тебя, - бросил, махнув рукой на продолжающиеся звонки.
  Надин пожала плечами и вернулась к поцелую.
   Чьи-то мечтавшие о переломах пальцы продолжали звонить, несмотря на тотальный игнор с нашей стороны. Я собирался отключить электронный звонок одним нажатием кнопки и увести девушку вглубь квартиры, но в дверь упрямо постучали. Раз. Два. Три. Удары становились чаще и сильнее. Дверь грохотала так, что я невольно испугался реакции даже тех немногочисленных пока ещё соседей на лестничной площадке.
  - Подожди в спальне, я быстро, - бросил, спуская девушку на ноги и лёгким движением толкая в сторону приоткрытой двери.
   Мой раздраженный, нет, скорее разъяренный взгляд упал на довольную физиономию парня в форме службы доставки.
  - Ваша пицца! - выдал с порога едва не оглушив меня своим криком.
  - Я не заказывал пиццу, - прошипел чуть менее злобным тоном, чем тот, на который рассчитывал. Его сияющее лицо обезоруживало своим непробиваемым выражением.
  - Ваш заказ уже оплачен, нужно только расписаться на квитанции - не сдавался парень, все так же эмоционально улыбаясь, словно ничего не слыша...
  Черт... Да, он же реально глухой.
  Я попытался скрыть уменьшающееся раздражение за снисходительной улыбкой.
  - Заказ не мой, я ничего не оплачивал, - сказал уже громче, отчаянно жестикулируя.
  Он засиял пуще прежнего, кивая:
  - Все верно, оплатили не Вы, а тот, кто заказал её на Ваш адрес!
  - Наверное, это ошибка, посмотрите ещё раз, - все тем же повышенным голосом и все ещё надеясь, что у соседей хорошая звукоизоляция.
  - Ошибки нет, пицца Ваша и я обязан отдать её Вам, иначе получу выговор!
  - Как все сложно, - буркнул, сдаваясь окончательно. - А где гарантия, что она не отравлена?
  - Позвоните в пиццерию и пробейте меня по ID, - отмахнулся даже не смутившись моих подозрений. Даже он понимал весь абсурд сложившейся ситуации. Кто в здравом уме заказывает кому-то пиццу, желая остаться при этом анонимным? Я думал, что такие трюки проворачивают только с цветами и другими несъедобными подарками. В крайнем случае, это мог быть шоколад, дорогие десерты, но... пицца?
  - Даже не попробуешь? - смеющееся лицо Надин появилось в кухне-гостиной в тот момент, когда я открыл дверцу холодильника, пытаясь найти ей достойное место. Судя по размерам этого кулинарного "монстра", ей предстояло занять целую полку.
  - Мы только с ресторана. И я даже не знаю, кто её отправил, - отмахнулся, пристраивая коробку на единственной свободной полке.
  - Мы почти не притронулись к еде, - заметила, грустными глазами провожая коробку.
  - У нас на то была причина.
  - Ты прав, - улыбнулась, возвращая свой хищный взгляд, - И причина никуда не делась.
  Надин прислонилась к спинке дивана, медленно провела руками по бархатной обивке, не сводя с меня откровенно раздевающего взгляда, и протянула хрипловатым голосом:
  - Иди ко мне...
  Уверенным движением, Надин потянула меня в сторону дивана, уложила на спину не сильно-то сопротивлявшееся тело и села сверху.
  Платье ловким движением оказалось на полу, рубашка - тоже.
  - Наверно, ты думаешь, что я слишком доступная, - мурлыкнула, спустившись к ушной раковине.
  - Ты чертовски честная, - заметил с улыбкой, говоря чистую правду.
   В конце концов, едва ли не каждая девушка, оказавшаяся в моей постели, думает об этом с первых же минут знакомства. Мне просто лень тратить время на тех, кого нужно добиваться. Не в моей ситуации.
  - Стало жутко интересно... сколько процентов правды в легендах, которые слагают о тебе в универе.
  - И... Сколько процентов я уже заработал?
  - 60? - кокетливо потупила глаза.
  - Сейчас добавлю ещё 10, - хмыкнул, приподнявшись. Губы прошлись по изгибу шеи, добрались до лямки бюстгальтера и, схватившись зубами за тонкий шелк, я ленивым движением спустил её вниз, обнажая аккуратную грудь.
  И снова звонок. Я с нескрываемой злостью, чертыхнулся.
  - Что на этот раз?!
  - Может, отдал не ту пиццу? - прыснула не в пример мне веселая Надин.
  - У него была всего одна.
  Звонок был ещё настойчивее. Спустя две минуты нескончаемой трели я отчаялся дождаться ухода нежданного гостя и направился к двери.
  - Чего надо?! - рявкнул, едва не отшатнувшись при виде парня в форме патрульной службы
  - Доброй ночи, - протянул мужчина, показывая мне значок. - К нам поступили жалобы на подозрительный шум, исходящий из Вашей квартиры.
  - Не знал, что полиция приезжает из-за звуков слишком громкого секса, - хмыкнул, сознательно игнорируя расстегнутую ширинку и чуть припущенные брюки.
  - Вы уверены, что секс носит добровольный характер для вашего... партнёра? - поинтересовался, слегка смутившись причине вызова.
  - Для всех троих? - ситуация стала настолько абсурдной, что я ударился в откровенную издевку. Надеюсь, он не захочет проверить истинное число участников.
  
  Проводив очередного визитера, предупредившего о необходимости соблюдения правил жизни в квартирных комплексах, я вернулся к Надин, устало вздохнул, откинулся на спинку дивана и краем глаза поймал фигуру, снова одетую в платье.
  - Прости, видимо, сегодня Луна в Стрельце, - усмехнулся, выдав первое, что пришло в голову.
  - Или... Может, ты недавно с девушкой расстался? - улыбнулась, разглядывая меня с интересом. - Думаю, легенды всё-таки не врут.
  - С чего ты взяла, что тут замешана девушка? - неужели это могла устроить Наташа. По слухам, она нашла себе нового ухажера на третий день. Да, и мозгов провернуть такое у нее не хватило бы.
  - Вряд ли это совпадения. Можем подождать минут 10, уверена, что скоро появятся проверяющие из пожарной инспекции, доставка цветов или охрана, обеспокоенная подозрительной активностью у твоей парковки. А, точно, машина сейчас заблокирована на парковке у ресторана, - продолжала с нотками веселья в голосе. - Наверно, нам не стоило торопиться.
  - Думаю, стоило отвезти тебя в отель.
  - Мне приятно, что ты привел меня к себе домой, - если бы ты знала, что я задумал, чтобы выпроводить тебя отсюда. - Но я, пожалуй, поеду в общежитие. Такси уже заказала.
  - Позволишь хотя бы проводить тебя до машины?
  - Провожай, только без прощального поцелуя. Я не до конца уверена в том, что тот, кто так печется о твоей "непорочности" не устроит мне акт возмездия.
  
  На слове "непорочность" я едва не поперхнулся от смеха.
  
  
  Сэм
  
  В 23:00 я-таки вспомнила, что ровно в полночь трансформируюсь в парня и, не поддаваясь уговорам подруги, удивленной моим решением ретироваться, натягивала пиджак.
  - Я думала, что ты останешься на ночь, и мы с утра дадим Уоррену очередной повод погадать о природе наших отношений.
  - Уоррену с утра будет не до нас. Может, мы и попортили ему середину свидания, но вряд ли один орущий доставщик заставил его отказаться от задуманного, - улыбнулась, запоздало заметив нотки грусти в своем голосе.
  - А я предлагала отправить цветы из маминого магазина.
  - Минус ещё 5 минут.
  - Плюс один взбешённый Уоррен, минус одна отчаявшаяся Надин.
  - Да, ладно, он просто подарил бы ей цветы, тем самым загладив ситуацию с пиццей.
  - Тоже верно, - согласилась подруга, больше меня обеспокоенная целомудренностью проведенной Алексом ночи.
  - Ты больше меня стараешься, - заметила с лукавой улыбкой, - неужели нравится?
  - А он тебе нравится? - удивлённо вскинулась Рамирес, заставив меня растерянно уставиться в закрытые створки лифта. Нравится ли мне этот напыщенный, самоуверенный индюк с обостренным чувством справедливости, работающим исключительно в свою сторону? Определенно, нет.
  - Нет, - ответила, не вдаваясь в перечисление многочисленных и не самых лестных эпитетов, возникших на уме.
  - Враг моего друга...
  - Какой уж там враг. Так, заноза на пятке, - бросила, с благодарной улыбкой, шагнув в кабину подъехавшего лифта.
  
  Алекс
  Захлопнув дверь такси, я сдержанно помахал своей несостоявшейся подружке и с печальным видом неудовлетворенного плэйбоя побрел в сторону лифтов. Створки одного из них раскрылись, явив моим глазам картину, которая не сразу вызвала подозрения. Рамирес и Маккалистер. Милагрос. Саманта. Сводный брат детектив у первой и ресторан у отца второй.
   Я застыл, переваривая мысль, которая никак не хотела получать логического объяснения. Зачем им это? Дойдя до середины фойе и продолжая все так же упорно не замечать моего присутствия, девушки коротко попрощались и разошлись в разных направлениях. Рамирес вернулась к лифтам, Маккалистер шагнула к выходу. Поправив сумку ленивым движением, Саманта медленно подняла взгляд до сей поры прикованный к полу, и посмотрела куда-то мимо меня. На короткое мгновение я решил, что у нее серьезные проблемы со зрением, раз она не видит знакомое лицо на расстоянии пяти... четырех... трёх... двух... одного...
  - Извини, - в притворном ужасе воскликнула Ведьма, задев меня плечом у самой двери.
  И ровно две секунды взгляда, в котором читалось плохо скрываемое веселье. Какого черта?!

Глава 7

Я тебя ненавижу?
  
   Не знаю, на что я надеялся, отправляясь на очередной этап ночных гонок, но облом на личном фронте заставил меня попытать счастья хотя бы на трассе. Дело оставалось за малым: дождаться, что второй пилот для команды свалится из ниоткуда.
   Я схватил ключ от машины, принадлежавшей "сестре", и спустился вниз. В "Ламборгини", ночующем у ресторана стараниями "талантливого"парковщика, необходимости и так не возникло бы. Я не знал ни одной достойной кандидатуры, способной заменить Стива.
   Торжество на лицах моих соперников не могла скрыть даже лицемерная маска фальшивого сочувствия. Желание расквасить парочку физиономий росло с каждой минутой. С особым удовольствием я бы потрудился над довольной рожей того недоделанного мачо с амбициями быка-осеменителя. Чертов Макдауэлл.
   - Привет, - голос Брайана прервал меня от созерцания компании во главе с братом придурковатой однокурсницы - Ты сегодня на своей?
   - Я не участвую, сам знаешь. Постою в толпе зевак. Может, даже поболею за кого-нибудь, - сказала Алекс с усмешкой.
   Вряд ли такое возможно. Разве что за парочку лузеров на "Ягуаре".
   - Я бы помог, если бы не та ваша стычка с Куртом. Все-таки ты сестра моего приятеля.
   Мы с Брайаном познакомились ещё в средней школе, когда почти одновременно попали в общую команду по картингу. К слову, ушли оттуда мы тоже в одно время: я - из-за своей "особенности", которая напрочь лишала каких-либо перспектив в спорте, Брайан - из-за травмы, что едва не лишила его жизни.
   - Правила для всех одинаковые, - пожал плечами, про себя одарив отвергнутого Александрой плейбоя парой смачных эпитетов.
   - А Макдауэлл? - вспомнил собеседник о чуде из отряда парнокопытных. - Вы же, вроде, сработались в прошлый раз.
   - Сработались?! - хохотнул, тут же скрипнув зубами от злости. - Пришлось уволить его за неспортивное поведение.
   - То есть? - удивился Брайан, - В субботу я был только на первых этапах, помню, что ты приехала третьей.
   - Тоже его стараниями, кстати. Но он решил добить наверняка. И сократил дистанцию, - скривилась Алекс, вспомнив выходку имбецила - Свернув на половине трассы влево. А там...
   - Да знаю я, что там, - прыснул парень, обрывая меня на полуфразе - Не зря старался, значит. Курт ещё с июля талдычил о том, что найдется хоть один умник, который вчитается в правила и поймет, что ни в одном из них нет слова о запрете на обходные пути. И утром в субботу я всё-таки завалил эту дорогу покрышками.
   - Выходит, он сделал это для победы? - даже узнав, что он не пытался меня подставить, я не удержался от комментария. - Ну, придурок... Хоть бы проверил перед соревнованиями.
   - Представляю как ему влетело. Бедняга Стив после того памятного четвертого места в последнем весеннем заезде всерьез подумывал сменить напарника. А за ним был куда меньший косяк. Но Сэм, вроде, мировой парень, долго злиться не будет.
   - Какая теперь разница? - отмахнулся, догадавшись, к чему клонит Брайан.
   - Разница в том, что у тебя ещё есть шанс удержать лидерство, но для этого нужен... Макдауэлл.
   - Или любой другой хороший водитель.
   Брайан оглянулся, пробежался глазами по столпившихся у трека зрителей и скривился, видимо, представив кого-то из них в роли моего напарника.
   - Назови хоть одного.
   - Я не буду просить его вернуться в команду.
   - Зря... Не думаю, что эго Сэма сильно пострадало.
   - Зато пострадает мое.
   - Тут ты сама виновата. И в конце-то концов, представь, что просишь о помощи какую-нибудь звезду Формулы-1, и твое эго тоже будет в порядке.
   - Ага, представлю, что передо мной Шумахер на минималках.
   Меня аж передёрнуло от необходимости просить его о чем-то.
   - Шумахер на минималках у нас один, - засиял Брайан, кивая в мою сторону. - Он будет за Хэммильтона.
   Прижав ладони к макушке, я опрокинулся на спинку кресла и согласился:
   - Ладно. Пусть будет Хэммильтон.
  
  
   Сэм
  
   Разъяренная физия Алекс едва ли не кричала о том, что настроение девушки явно ни к черту. И есть только одна причина, способная довести Александру до состояния на грани истерики: фиаско, грозившее команде из-за отсутствия второго участника. Сама виновата.
   Брайан подошел к черному автомобилю. Завязался диалог, в ходе которого лицо блондинки мменяло одно выражение за другим.
   Знаю, мое неприкрытое злорадство по поводу её неминуемой 'гибели' в качестве гонщика не делало меня джентльменом в чужих глазах. Но, кто сказал, что мне это нужно? Даже 'леди' Саманту Макдаууэлл можно назвать с натяжкой, куда уж там.
   Наслаждаясь состоянием нервозности, единственным виновником которого была сама Александра, Сэм одновременно общался с симпатичными близняшками Рут и Риган.
   - Сэм, - ворковала одна из девушек - Правда, что ты примешь участие в следующем сезоне?
   - Почти, - ответил, улыбаясь и не сводя глаз с пушистых ресниц брюнетки.
   - Почти? - удивилась вторая.
   - Без напарника меня не подпустят к трассе.
   - У Алексы Уоррен тоже нет напарника, - заметила Рут - Слышала, Стив получил серьезную травму и не появится в заездах ближайшие полгода. Вам бы объединиться.
   - Забей . Мы с ней характерами не сошлись, - бросил, пытаясь избежать неприятную тему.
   - Эта с**ка ни с кем ужиться не может, - злобно прошипела Риган - Не знаю, как её терпел Стив, но первых двух она "уничтожила" после первой же попытки. Тут их, кстати, больше никто не видел. Черная вдова ночных гонок.
   - Самка богомола, - хохотнула Рут.
   - Чтобы стать самкой богомола нужно для начала к себе его подпустить. А эта явно из другой лиги.
   - Может, ей есть кому хранить верность.
   В целом мне было плевать на её личную жизнь, но почему-то недавно ещё казавшиеся миловидными близнецы в одно мгновение превратились для меня в один размытый образ. Я поняла, что одинаковые у них не только черты, но и выражения на искаженных язвительной мимикой лицах.
   - В тебе умирает безнадёжный романтик, - пропела одна из двойняшек
   - Во мне умирает женское любопытство, - пробубнила под нос, так чтобы никто не расслышал.
   Александра стояла в стороне от машины и бесцельно теребила манжету куртки, под которой тикали стрелки часов. Думает, за оставшиеся до гонки 15 минут, ей помощь с неба свалится?
   Кольцо окруживших Сэма фанаток росло на глазах. Мне было плевать на их количество, пока случайные касания особенно прытких не становились слишком развязными. Я случайно поймала задумчивый взгляд Алекс и с ужасом закатила глаза, кивнув в толпу изголодавшихся поклонниц "брата"..
   Она усмехнулась и покачала головой.
   Я достала телефон, открыла текстовый редактор, и с трудом скрывая от любопытных глаз экран, набрала слово "SOS". Красными буквами. Самым крупным шрифтом. Но показать сообщение адресату было куда более сложной задачей. Я потянула руку с телефоном в ленивом жесте, для убедительности ещё и зевнув в свободный кулак. И пока девицы восхищённо разглядывали бугрившиеся под коротким рукавом футболки мышцы, повернула телефон экраном к Александре.
   Она пригляделась, словно не веря тому, что видит, пожала плечами и, повторив мой недавний жест с воздетыми к небу глазами, направилась в нашу сторону.
   - Макдаууэлл, есть разговор, - начала Александра лишенным эмоций голосом. Ледяная глыба - это их семейное состояние. Джек Фрост и Эльза в человеческом обличье.
   - Говори, - отозваласт , словно забыв, что Сэм только что просил её о помощи.
   - Без свидетелей.
   - Если начну кричать, зовите копов, - бросил Сэм, отсалютовав своим поклонницам прощальным жестом.
   Услышав звонкое хихиканье женских голосов, Алекс обернулась и прошлась острым взглядом по разом притихшей толпе.
   - Ну, что у тебя? - начал тут же, едва заняв водительское сидение.
   - Что у меня? Я не ослышалась? А кто-то пять минут назад посылал мне сигнал бедствия.
   - Мне показалось, что тебе есть что сказать.
   Я пожала плечами, безразлично уставившись в лобовое стекло, за которым начинались активные приготовления к гонке. Четверка машин была в ожидании старта. Счёт шел на минуты.
   - Я пыталась сказать, что "отличному заднице" не понравилось бы твое окружение.
   Я едва сдержала усмешку, услышав определение, которое Александра дала воображаемой девушке Сэма. Которая на деле была его сестрой, а если уж быть честной до конца - самим же Сэмом, с утра до полуночи.
   - Ты ревнуешь?
   - Завидую, - фыркнула, окатив меня уничижительным взглядом. - У меня-то такой нет.
   - Зато грудь у тебя больше, - печально вздохнула во мне типичная девочка.
   - Макдаууэлл, допрыгаешься, - угрожающе отозвалась Алекс, для убедительности с силой надавив пальцами на руль. - Останешься без шанса вернуться на трассу.
   - Подожди, уши прочищу. Мне послышалось, или ты попросила прощения?
   - Когда это?
   - Нет? Тогда что мы здесь обсуждаем? - бросила, тут же открывая дверь.
   - Стой! Сэм! - по градусу отчаяния в ее голосе было ясно, что вариантов у нее немного. - Извини.
   - Извинить за что?
   - Хорош издеваться!
   - Но я не знаю точно, за что ты извиняешься:. за то, что оскорбила или за то, что выперла из машины?
   - За то, что не поверила. Из первого вытекает все остальное.
   И все остальное, конечно, не требовало извинений. Вот же упертая!
   Мне пришлось стиснуть кулаки, чтобы сдержаться от гневной реплики в её адрес. В ответ Сэм спокойно вздохнул и отозвался:
   - И ты извини. Но я не согласен спасать ваши со Стивом задницы.
   - Стив ни на что не претендует. Он снимается с соревнований и не планирует участие в гонках до следующего года. Ты можешь спасти мою задницу, а заодно поднять на пьедестал свою.
   Значит, близняшки были правы насчёт Стива. И было безумием отказываться от такой возможности из-за досадного недорозумения в прошлую субботу. Но меньше всего мне хотелось показать, что я нуждаюсь в этом шансе едва ли не больше Александры:
   - У меня есть одно условие.
   - Какое?
   - Сможешь ради победы дать обещание поцеловать обезьяну?
   - Что?! Ты придурок?
   - Нет, Алекс, я и есть та самая обезьяна. Ты назвала меня тупоголовым шимпанзе. Пожалуй, шимпанзе почувствует себя человеком, если ты соизволишь поцеловать его в случае победы, - пробурчала, придавая голосу Сэма тон обиженного ребенка. Она смотрела на меня как на дебила. Пожалуй, даже шимпанзе в её глазах сейчас выглядел бы умнее.
   - В щёчку, конечно же, - добавила с усмешкой при виде эмоций на лице Александры.
   Маску ужаса сменила лёгкая печать недовольства. Она колебалась. Покосилась на щеку Сэма, словно пытаясь найти на ней безопасное место, и буркнула, метнув взгляд на часы с неумолимо бегущими вперёд стрелками:
   - Все губы мне поцарапаешь, чучело небритое. Черт с тобой!
   - Смотри, потом не отвертишься.
   - Легче поцеловать гориллу в зоопарке, чем от тебя отвязаться... И, кстати, - добавила, с едва различимой просьбой в голосе, - надеюсь, твоя машина готова к соревнованиям? Сегодня я на черепахе.
  
   Алекс
   - Хоть сегодня не облажайся, - сказал устало, уронив голову на сидение после победного финиша в первом этапе.
   - Нет уж, шимпанзе во мне все ещё требует справедливости.
   Я ещё раз посмотрел на чуть выступающие на щеках Макдауэлла иглы темных волос, представляя как избежать необходимости выполнять обещание. Может, позволить ему прийти к финишу вторым? Нет, слишком рискованно. Ладно, разберемся на месте.
   Бешеный рев моторов оглушил на короткие доли секунды. Изображения зданий, столбов и людей в начале трассы превратились в сплошную разноцветную полосу.
   Не сбавляя скорости, Сэм проскользнул мимо 'Феррари' и 'Мерседеса'', крутанул руль вправо, надавил на газ и сосредоточенно погнал вперед, не отвлекаясь ни на секунду. Наверняка, он заметил увлеченный процессом взгляд Александры, стреляющий то вниз - к педали, то обратно - к рулю. Но ничего не способно было отвлечь парня от цели. Алекс больше не наблюдала за ходом гонки, безбожно пялясь на Макдауэлла. Ощущая резкие толчки и повороты, обрывающие плавный полет по идеальной глади.
   - Да! - крикнул Сэм, выводя меня из состояния пребывания в астрале, во время которого я начал забывать, что нахожусь в ЧУЖОМ теле - Алекс! Мы снова на первом!
   Я даже не успел отреагировать на его восторженный вопль, как последовало стремительное движение стальной лапы, подтянувшей безвольное тело сестренки к себе.
   - Ты обещала, - прошептал сумасшедший, схватив двумя огромными лапами лицо Александры.
   Какой должна быть реакция парня в теле девушки, когда навстречу летят чьи-то губы? Не знаю... Для меня у Алекс никогда не было пола и сексуальных предпочтений. Она просто существовала как полезное в некоторых ситуациях тело. К сожалению, мое. И я считал, что могу распоряжаться им так, как хочется, но почему-то мне никогда не хотелось испытать на себе пресловутую силу женского оргазма. Ни с девушками, ни, тем более, с парнями. Но сейчас я испытывал шок, а глазами, наверняка, отдаленно напоминал один из видов аквариумных рыбок.
   Ненормальный братец Саманты, в голове которого серого вещества оказалось раз в десять меньше, чем у сестры, продолжал терзать губы Алекс, готовый вот-вот её слопать.
   Не знаю, сколько времени я находился в ступоре, но оказавшаяся на талии Александры рука дебила заставила меня очнуться. С молниеносной скоростью оттолкнув от себя Макдауэлла, я со всего маху врезал по каменной челюсти громилы. Ч-черт! Рука...
   - Мать твою, Уоррен, ты что делаешь?! - взревел придурок, хватаясь за подбородок.
   Руки Алекс метнулись к воротнику его футболки. Это смотрелось забавно: крошечные кулачки на фоне массивной шеи, которую вот-вот собираются свернуть Ну, почему, она такая субтильная?
   - Собираюсь тебя придушить, чертов ублюдок!
   Он схватил меня за руки, полностью скрывая их своими ладонями, оторвал их от футболки, не прилагая усилий, и, подался вперёд, вперившись в меня каким-то безумным взглядом.
   - Блять! Какого хрена?!
   - Вот именно, какого?! - я с силой отцепил руки и, бросив на прощание "ты ещё ответишь за это, Макдауэлл", вылетел из машины. Изумление в глазах Курта и нескольких участников можно было не анализировать: этот грёбаный поцелуй не увидел только слепой.
   Сэм
   Воздух в машине казался раскаленным. Кондиционер работал во всю мощь, но адреналин в моих венах отлично справлялся со своей задачей. Возбуждение, вызванное гонкой и вырванной на последних секундах победой точно ударило мне в мозг, напрочь лишая его способности думать. Все произошло на инстинктах. Мне хватило одного взгляда в эти глаза, и руки сами потянулись к сидевшему рядом телу. Глаза. Черт! Ненавижу. Я же смогла выдержать тогда, во время танца. И во второй раз, на парковке, возле его машины. Я держала свой пульс в узде. Но сейчас. Кого же я целовала?
   Я даже пригляделась, чтобы убедиться. Поняла, что это всё-таки Александра, и выругалась, не понимая, что меня разозлило больше? То, что это был не Алекс или то, что, наоборот, я в приступе какого-то необъяснимого безумия решила, что это он.
   Что происходит, Сэм?
  
  
  
  Сэм
  
   - Доброе утро, парни! - мое преувеличенно бойкое настроение сквозило в каждом сделанном мной движении и слове, вылетевшем из уст.
   - Доброе, Сэм, - хором поздоровались Джейк и Питер и, оторвав спины от поверхности ядовито-желтого авто, направились в сторону лестницы.
   - Как развиваются отношения с Уорреном? - шепот Джейка донесся до самого уха, - Стрелка спидометра не начала зашкаливать?
   - От чего это?
   - От скорости их развития.
   - Стоит на месте, - сказала, расплывшись в довольной ухмылке, - Так что сходи на досуге в магазин офисной мебели.
   - Зачем?
   - Подбирать новое кресло для своего зама.
   - Ты все ещё надеешься на должность в газете? Милли упоминала, что у тебя намечается собеседование в "Баскет".
   - Одно другому не мешает. Несколько часов в неделю не сильно отвлекут меня от подработки в "Баскете", зато какие привилегии ждут на экзаменах в конце семестра.
   - Что правда, то правда, - хмыкнул Джейк, тут же переключившись на тему предстоящего приема на работу, - Когда собеседование?
   - Не видишь, как нарядилась, - сказала, демонстрируя ступни, обутые в туфли на каблуке, который прибавлял дюйма три моему росту.
   - Ого, - протянул, не без подсказки обратив внимание на мой прикид. - В стриптиз-бар на работу устраиваешься?
  - Серьезно? Это тебя каблуки навели на мысли о стриптизе?
   - Декольте под рубашкой.
   Я опустила взгляд вниз и догнала, наконец, что заставляло Джейка не сводить глаз с моей груди. Если задачей майки, поверх которой я накинула свободного кроя рубашку, кокетливо оголив правое плечо, было скрыть от окружающих непривычно соблазнительное в этом белье декольте, то серое нечто явно справлялась с этим из рук вон плохо. Странно, помню, что в утренней спешке я схватила первую попавшуюся майку, но разве в моем гардеробе были настолько открытые?
   Сопровождаемая насмешливым взглядом Паркера, я застегнула несколько верхних пуговиц, превращаясь из коварной соблазнительницы в саму невинность. Для полноты картины осталось только скромно потупить взгляд и удалиться.
   - Так лучше?
  - Для тебя - определенно, для мужской половины университета - не думаю.
  Ещё чего.Ко мне и так слишком много внимания из-за перепалки с Уорреном в столовой.
   Обогнав Джейка у ступеней, ведущих к главному входу, услышала посланный вдогонку насмешливый комментарий:
   - И джинсы сидят как надо.
   Оглянувшись, я уже приготовила достойную шпильку в ответ, но меня сбил с мысли нарисовавшийся из ниоткуда Уоррен. Судя по отрешенному взгляду, что застыл чуть ниже моей спины, занимался парень тем же - оценивал задний привод.
  
  Алекс
  
  Утро субботы, безнадежно испорченное шокирующим поцелуем. Приехав за 40 минут до начала первой пары, я получил бонус в виде парковочного места у самого входа в главный корпус. Я мог бы занять оставшееся время походом в ближайшую кофейню, но мысли, забитые почти осязаемым желанием поквитаться с виновником моего состояния, напрочь отбили все остальные. Какой тут кофе? Дайте яду!
  Спустя 10 минут к воротам кампуса стали подтягиваться первые ласточки. В полку лузеров, которые учатся по субботам, прибыло.
  Я дождался звонка, оповестившего о том, что до начала занятий осталось минут 10, и вышел из машины. Поток студентов заметно вырос, кое-где встречались знакомые лица - и все с обречённой миной брели на пары. А среди всей этой тусклой процессии - ОНА. С сияющей лыбой в 32 зуба. Мой безусловный раздражитель номер 1. Идиотка, превратившая вчерашнюю ночь с эффектной мулаткой в дешёвый спектакль. Она о чем-то щебетала с редактором местной газеты, то ослепительно улыбаясь, то бросая в него возмущенные взгляды.
  Я на секунду отвлекся, кивнув Спенсеру в приветственном жесте, а когда взгляд зацепился за шагнувшую в сторону корпуса фигуру девушки, до сих пор скрытую за широкой спиной Паркера, мне с непреодолимой силой захотелось обсудить с ней вчерашнюю выходку. А заодно уточнить: как, черт возьми, я могу достать её братца?!
  Нам повезло чуточку больше, чем трети студентов, в чьем расписании были три пары в субботу. Я освободился к полудню и, нагуляв-таки аппетит, который покинул меня ещё с прошлой ночи, облюбовал столовую. Спенс составил мне компанию: мотивировал тем, что я с таким видом могу "прибить кого-нибудь в столовой, если не обслужат вне очереди".
   Не то чтобы кому-то в столовой угрожала моя расправа, но перспектива почти двухчасового ожидания в гордом одиночестве нагоняла тоску, потому я подтвердил предположения Чарлза тяжёлым взглядом тяжёлым взглядом.
   - На твоём месте, я бы прижал её к стенке и заставил ответить.
  Друг был в курсе прилетевшей ко мне прошлой ночью птице обломинго. Даже знал, кто отправил этот крылатый подарок. И, конечно же, неверно истолковал основную причину моего паршивого настроения с утра. Надин, конечно, лакомый кусочек, но несостоявшийся секс не идёт ни в какое сравнение с тем, что все же случилось. Вовремя вспомнив, что жалобы на вырванный против воли поцелуй моей женской части с парнем - далеко не то, что вызовет у друга понимание, я согласно кивнул:
   - Так и сделаю. Через 15 минут. У них как раз закончится лекция.
  - Хочешь, помогу отвлечь Рамирес.
  - Эту не отвлечешь.
   Все ещё не мог поверить, что она любезно предоставила своей больной на голову подруге поле для битвы. А ведь казалась вполне адекватной.
   - Есть у меня идея. Только номер её понадобится. И, надеюсь, она не в курсе, что по субботам библиотека закрыта.
  
  К концу третьей пары мы уже сторожили вход в аудиторию, занятую практическим занятием нужной нам группы.
  За пару минут до окончания пары Спенс отложил телефон и с довольной миной поднял палец вверх.
  - Я уже написал Рамирес. Лишних вопросов не задавала, может решила, что пишет кто-то с библиотеки.
  - Одной проблемой меньше, - кивнул отзеркалив жест своего сообщника.
  Конечно, существовала вероятность того, что Милли потащится в библиотеку в компании верной подруги, но я старался не думать о возможной проблеме, предпочитая решать её по мере возникновения.
  Поток вырвавшихся на свободу студентов заполнил коридор с первой же секундой звонка. Мы со Спенсером включили режим ястребов, выслеживая добычу с расстояния пятидесяти футов. Поток становился все реже, а цель моей охоты так и не появлялась. Впрочем, как и её постоянная спутница.
  - Они точно были на паре? - спросил напарник к началу пятой минуты активного ожидания. Дверь оставалась открытой, препод что-то бросил вглубь аудитории и, попрощавшись, направился в сторону кафедры.
  - Точно, - отмахнулся, прокручивая в уме план на случай если им всё-таки взбредёт в голову идти в библиотеку вместе - Полчаса назад машина Маккалистер была на парковке.
   Заметив в дверном проеме Рамирес, я тут же отвернулся к окну и сделал вид, что говорю по телефону.
  - Ушла в сторону библиотеки. Саманты с ней нет. - проводив Рамирес взглядом до ближайшего поворота, Спенсер похлопал меня по плечу и выдал: - Постараюсь задержать, если ей взбредёт в голову вернуться.
   Поблагодарив друга за помощь, я попрощался и нырнул в глубину опустевшего кабинета.
  
  Сэм
  
  
   - Сможешь подождать меня в аудитории? - начала Милли сразу после звонка, прозвеневшего к концу пары.
   Суббота. Большинство студентов унесло свои кости с территории универа ещё после полудня.
   - Что-то случилось?
   - Мне тут сообщение прислали, что в библиотеке за мной числится должок с прошлого семестра, - пожала плечами, наверняка пытаясь прикинуть, во что может вылиться потеря бесценного экземпляра библиотечного фонда. - Пойду узнаю, может, просто фамилии перепутали.
   - Конечно, я допишу кое-что в конспекте и догоню тебя.
  - У тебя же собеседование сегодня, - спохватилась подруга, шлепнув по лбу забывчивую макушку.
  - Я никуда не опаздываю. До него ещё часа два, а заскочить домой все равно не успею.
  - Тогда жди здесь, думаю, вопрос с библиотекой решится быстро.
  - Договорились!
  Не прошло и минуты, как тишину пустой аудитории нарушил скрип приоткрытой двери и последовавших за этим шагов.
   - Ты быстро, - бросила, краем глаза уловив движение в сторону парты, за которой сидела.
  Шаги становились все медленней, пока не затихли в нескольких футах.
  - Решила не идти в библиотеку?
  - Зачем? Ты же здесь, - лениво протянул мужской голос.
  А этой роже что здесь понадобилось?
  - Заблудился? - я продолжала делать вид, что ничего не способно отвлечь меня от изучения конспекта.
  - Я не страдаю топографическим кретинизмом.
  - На счёт кретинизма я бы поспорила, - пробурчала под нос, не желая создавать повод для очередной перепалки. Слишком хорошее настроение, чтобы портить его общением с этим гамадрилом.
   - Помниться ты отрицала свои поползновения в мою сторону. Хоть бы намекнула, что у тебя на меня планы.
  - Прости, что?! - после таких заявлений оставаться равнодушной было преступлением. - Мозги застудил?
  - А разве не поэтому ты испортила мне свидание?
  - Не понимаю, о чем ты, - после вопроса в лоб настрой воинственной Амазонки как-то сам собой сдулся. Моя торжествующая ухмылка в фойе при встрече с лишенным беспробудного секса Уорреном выдала меня с головой.
   - Идею с глухим доставщиком даже я оценил, никогда бы до такого не додумался, - я бросила осторожный взгляд в попытке оценить степень бешенства, до которого его могла довести моя тщательно разыгранная шутка.
   - Очень интересно, жаль, что я до сих пор так и не поняла, в чем ты меня обвиняешь? - елейный голосок с кротким похлопыванием ресниц.
   - А я-то подумал, что ты ревнуешь.
   - Было б кого ревновать. Ты себя в зеркало видел? - фыркнула, удостоив-таки Золотого медалиста оценивающим взглядом.
  И только сейчас заметила, что он постригся. Укоротил свои патлы, рискующие в скором времени превратиться в полноценное каре: оставил только длину челки, все так же скрывающей брови. Переключив внимание с прически на расстегнутую куртку Алекса, с досадой отметила, что рыжая кожа подходит ему ничуть не меньше синего бархата вчерашнего пиджака. И снова белая рубашка. Кто-нибудь скажет ему, что в универе не предусмотрен дресс-код? Тонкий однотонный галстук черного цвета, джинсы классического кроя под цвет. И завершающий штрих - белые кеды на черной подошве. И, если его безупречная внешность - это вопрос вкуса (далеко не каждая пускает слюни по идеально скроеным лицам Питта и Деппа), то чувство стиля в нем неоспоримо. Признаю, с фразой про зеркало я слегка погорячилась.
   - Везде посмотрела? - спросил, прервав мой интерес исследователя ровно на знакомстве с парой кроссовок.
   - Неа, - сказала, нехотя отводя взгляд от симпатичной обуви, - Остались ещё кармашки. Задние.
   - Их там нет.
   - Так я догадывалась, что там ничего нет. Ты штаны для плоскозадых в ателье заказываешь?
   - Переживу как-нибудь, - отмахнулся, не желая доказывать мне обратное, - А вот что делать с тем, чего нет у тебя под рубашкой?
   Справедливости ради, скажу, что слишком свободная одежда и расслабленные плечи делали мой бюст максимально незаметным, да, и грудь никогда не была моей выдающейся частью. Но почему-то после утренней сцены с Джейком уверенности во мне прибавилось, и я с пылкостью обиженного подростка захотела доказать обратное.
  - Уверен что нет? - я резко встала, и с негодующим лицом метнулась в сторону парня. Он продолжал невозмутимо сидеть на парте в соседнем ряду, с ленивой усмешкой наблюдая, чем закончится мое шествие.
   Я остановилась и расстегнула верхнюю пуговицу, не отрывая взгляда от удивленной физиономии Уоррена. Бровь парня поползла вверх в ту же секунду, как я уверенно отстегнула вторую. Я не смотрела вниз, в конце концов, майка, которую надела утром, никуда не могла деться.
   Когда половина пуговиц была расстёгнута и взгляд Алекса оценивающе скользнул по груди, я приготовилась к чему угодно, кроме обезоруживающей своей теплотой улыбки.
  - В чувстве юмора тебе не откажешь, - кивнул, улыба так, словно между нами и не было тех нескольких дней обмена "любезностями".
  Я опустила взгляд, пытаясь угадать, что стало причиной появления искр веселья в его глазах, и поняла. Черт... Я думала, что давно избавилась от этого "чуда". Глубокий вырез и яркая надпись на груди: "Не видно? Возьми лупу!". В четырнадцать лет там действительно было все плачевно, и этой надписью я хотела показать всем, что мне пофиг. К слову, шутки на эту тему прекратились практически сразу и спустя несколько недель, майка была забыта за ненадобностью. А к концу учебного года я "подросла" там где нужно и даже рискнула купить себе первый бюстгальтер.
   Веселье Уоррена было таким заразительным, что, не удержавшись, я улыбнулась в ответ. Мы так и стояли, окутанные непонятным теплом, которое я ни разу не ощущала в его присутствии.
   Я вдруг поняла, что выгляжу глупо, с улыбкой пялясь на вроде бы как своего врага. Сгребла со стола тетради, затолкала их в сумку и, не потрудившись вернуть себе первоначальный вид, пошла в сторону выхода.
   Улыбка с лица Уоррена исчезла, уступив задумчивому выражению. Боковым зрением я видела, что он провожает меня взглядом, словно пытаясь что-то сказать. Я ощутимо замедлила шаг, раздумывая над тем, стоит ли попрощаться. Поняла, что не сделаю этого, вздохнула и, расправив плечи, продолжила дефиле к выходу из аудитории.
  Но у Алекса были другие планы на мой счёт.
  В считанные мгновения свободная от сумки рука была сцепление заледеневшими пальцами, от холода которых меня пробрала волна дрожи.
   Я бросила вопросительный взгляд, на который тотчас последовал ответ: он подошёл ко мне, встал напротив и сделал то, на что я не знала как правильно реагировать. Пуговицы рубашки под его пальцами стали по очереди возвращаться на место, закрывая весьма обольстительную картину. Я бы, может, и возмутилась, но как объяснить свое недовольство тем, что он меня... одевает? Разобравшись с пуговицами, он отошёл на полшага - расстояние, которое было мне необходимо для того, чтобы вновь обрести чувство равновесия.
  Чувство, которое тут же развеялось пылью под действием его тягучего взгляда и внезапно охрипшего голоса:
  - Ты хоть догадываешься, какое впечатление производишь?
  Мне хотелось съязвить по поводу его впечатления обо мне во время нашего знакомства, но он сам вспомнил о нём, да, так, что...
  - Моим гормонам было спокойнее, когда ты пришла в том костюме Миньона. Может... будешь носить его чаще?
  ...меня током прошибло...
  - Твои методы подката ничем не лучше, - прошептала, нагло улыбаясь прямо в лицо парня, - Похожи на приглашение к ролевым играм. Это должно было прозвучать как шутка, но предательский голос дрогнул на половине фразы.
  - А ты согласишься? - спроси он это ещё вчера, в другой обстановке, наверняка получил бы очередную порцию отборного словесного дерьма в свой адрес. Но что-то изменилось. В его взгляде, движениях, голосе. Где-то в глубине своего воспалённого мозга я понимала, что это попытка соблазнения, но мне внезапно так захотелось... поддаться или... наоборот? Посмотрим, кто кого?
  Я подошла вплотную, подняла руку и сделала то, о чем мечтала с первых секунд нашего знакомства: отвела в сторону небрежно уложенную челку и улыбнулась, убедившись, что брови действительно чуточку темнее волос. Красивые, четко очерченные. Такие же, как и остальные черты его бессовестно идеального лица.
  Вопрос в его глазах сменился чем-то другим: непонятным и ясным как день одновременно. Мы знали, что произойдет. Стоял вопрос лишь в том, кто сделает первый шаг.
  Для раздумий было слишком мало времени: его губы коснулись моих в ту же секунду, как я подумала о том, что до одури хочу узнать какого это. Целовать Алекса Уоррена. В голове успела промелькнуть лишь одна мысль: "Я должна была сделать это первой!" В конце концов, кто кого соблазняет? Пытаясь взять реванш за решающий шаг в этой схватке, я запустила пальцы в его волосы, одновременно касаясь чувствительной мочки уха. Не прерывая поцелуя, он с силой втянул воздух и одним движением усадил меня на согретую солнцем поверхность стола. Это стало вызовом. Для него, для меня.
  Его руки на талии, мои - под рубашкой. Я перестаю понимать, где заканчиваются его пальцы и начинается рельеф мышц. Не различаю, где касается он, а где - я. Сумка с грохотом падает на пол, он отстраняется на секунду, наверняка, пытаясь понять, не сошла ли я с ума. Протестующе тяну его за галстук, возвращаясь к некстати прерванному поцелую. Он отвечает так сладко, что я теряю остатки разума: слегка ослабив узел галстука, нетерпеливо стягиваю его через голову. Его глаза, непривычно темные, что я на секунду забываю, какими холодными они могут быть.
  Словно читая мои мысли, он шепчет, проводя пальцем по распухшим от поцелуев губам:
  - Этот твой взгляд мне нравится больше всего. А ещё у меня крышу сносит от твоих...
  Я не даю ему договорить, понимая, что каждое его слово делает меня слабой. Настолько, что я теряю уверенность в возможности прекратить это.
  Хватаюсь за пуговицы его рубашки, пальцы дрожат, путаясь в бесчисленных петлях. Секунды - и рубашка падает на пол.
  - Сэм, прости, я задержа...лась. - появившаяся в дверях аудитории Милли заставила нас отшатнуться друг от друга. Сбитое дыхание, затуманенный взгляд, и абсолютное непонимание того, КАК мы дошли до такой кондиции. - Нифига вы быстрые! Ладно, не буду мешать. Только дверь заприте, вдруг кто из преподов завалится, - донеслось уже из коридора.
  - Милли! Блин, какого... - я схватилась за голову, теряясь в мыслях, как вести себя после случившегося. И чего я добилась этим поцелуем?
  - Если хочешь продолжения, адрес ты знаешь, - хмыкнул секс-гуру, с брезгливым выражением рассматривая недавно ещё белую сорочку, усилием наших рук и его обуви превратившуюся в половую тряпку. Очередная. Я так скоро весь его гардероб на свалку отправлю.
  - А телефон тебе не дать? Чтобы звонил в любое время дня и ночи, - ядовито протянула, окинув его не менее брезгливым взглядом. И кто поверит, что минуту назад мы едва не...
  - Ты сама предложила, - если в моих эмоциях наверняка читалась злость, вызванная слишком горячим ответом на поцелуи и прикосновения Уоррена, то его равнодушие удивляло. И раздражало ещё сильнее. Неужели, ему настолько плевать на то, что произошло?
  - А ты, смотрю, несильно против.
  - Все равно уже нет никого на примете, твоими стараниями. А тут такая экзотика. Гремучая. - он меня сейчас с гадюкой сравнил? - Я же не дурак, чтобы отказываться...
  - Смотри, не умри от шока, когда Гремучая экзотика прокусит твоё горло ядовитым зубом, - бросила, напоследок, проехавшись по нему разрушительным катком своего тяжёлого взгляда.
   Он не нашелся с ответом и я поспешно решила, что последнее слово осталось за мной, дав мне право покинуть поле боя в статусе победителя.
  Однако уже у выхода из аудитории до ушей донеслось веселое:
  - Эй, Кастеллана! - какой забавный выкидыш недалекой фантазии. К счастью, с биологией у парня неплохо, я бы, пожалуй, не удивилась какой-нибудь Черной Мамбе.
   - 1:1.
  На мой вопросительный взгляд он всё-таки уточнил:
  - Это мой пламенный привет твоему брату.
  Я едва удержалась, чтобы не запустить в него чем-нибудь тяжёлым.
  
  
  Алекс
  
  
  Что, черт возьми, это было?
  В глазах Ведьмы читался примерно тот же вопрос. Рамирес что-то щебетала про преподов и двери, но я не разбирал и половины её слов.
  Появившись в стенах аудитории, я представлял, что для начала выведу Маккалистер на откровенный разговор, и тонко намекну, что при следующей попытке сорвать мне свидание, отдуваться придется ей. Во всех позах и всеми способами.
   Но что-то пошло не так.
  Сначала - яркие картинки вчерашней прелюдии с Надин. Той её части, где перед глазами замаячило лицо этой Ведьмы. Затем - лёгкий стриптиз в её же исполнении, с финалом в виде майки с веселой надписью.
  Поразительный талант вызывать во мне столь яркие чувства: раздражение, смех, злость, возбуждение. И почти неспособное поддаться контролю... влечение. Но удивлял не сам факт его возникновения (только слепой будет отрицать её сексуальность), а причина, вызвавшая во мне желание коснуться её руки, застегнуть пуговицы этой долбанной сорочки и сказать, то, что не говорят девушкам, для которых твоя программа-максимум - это пара-другая бессонных ночей в постели: эта дурацкая улыбка в ответ на мое замечание о её чувстве юмора.
   Даже решив поцеловать её, я все ещё верил, что делаю это в отместку обоим Маккалистерам: ей - за Надин, ему - за Алекс. Но руки Саманты решили за меня: сначала оказавшись на волосах, чуть заметно касаясь кожи лица, потом - распаляя огонь осторожным касанием шеи и уха. А позже, где-то в районе развязанного ловкими пальцами девушки галстука, я понял, что из соблазнителя стал соблазняемым. Потому что только в её силах было прекратить это безумие.
  Ну, или в силах её подруги.
  Дверь хлопнула, оградив нас от внимания Рамирес и разбив надежды на продолжение. За пару секунд лицо Сэм сменило с полдюжины выражений: удивление, отрицание, осознание, злость, раздражение, и, наконец, оно - привычное для меня ехидное презрение.
  Мне оставалось только прикинуться равнодушным, чтобы лишить её удовольствия видеть меня проигравшим.
  Закрепить результат я решил фразой, которая лишь на долю секунды была недалека от истины:
  - 1:1. Это мой пламенный привет твоему брату.
   Судя по вспыхнувшему в глазах Ведьмы пламени бешенства, о поцелуе Сэма и Алекс ей уже известно.
  Мне готовиться к следующему раунду?

Глава 8

Призрак прошлого
  
  
  Сэм
  
   Захлопнув дверь легким толчком ладони, я поправила съехавшую вниз сумку и понеслась вперед. До начала собеседования оставалась бездна времени, но меня точно раскаленной кочергой подгоняли.
  Ноги затянуты в узкие джинсы, ступни обуты в высокий каблук, а я возомнила себя спринтером и мчусь в сторону лестницы. Подальше от аудитории, прочь от мыслей, уносящих меня обратно, туда, где осталось овенчавшее голову безумие. От дьявольской улыбки, что оказалась способной вытрясти из меня остатки самообладания.
  - Какого черта, Макдауэлл! - кричу, остановившись на ступеньках пустой лестницы. - Забудь! Забудь нахрен.
  Но разве это возможно? Воспоминания слишком яркие, словно я сижу в кинозале и смотрю эротику с эффектом присутствия: лицо горит от стыда, а я не могу даже закрыть глаза. Это пытка такая?
  Эти пальцы на коже: вначале прохладные, согретые в считанные мгновения. Дыхание в волосах. Он что-то шепчет. Слова, от которых вдоль тела проносится импульс. Внутри - взрыв фейерверка, огни которого я чувствую каждой клеточкой тела. Но почему сейчас? Почему - он?
   В паре пролетов выше послышались быстрые шаги. Я вздрогнула, представив, что это может быть виновник моего состояния. Глубокий вдох, привычная маска. Глаза. Куда деть глаза? Хватаю спасительный телефон и листаю ленту. Студент пролетает мимо. Не Алекс, другой. Слава Богу...
   Бежать. Пока следующим точно не стал Уоррен.
  
  Полупустая парковка с тройкой студентов на лестнице. Ни одного знакомого. К счастью. Я достала из сумки ключи и кликнула по кнопке, отключая сигнализацию.
  Уже в салоне обхватила ладонями руль и выдохнула, с силой сжав угольную кожу.
  - Вот же, черт, - простонала, приложившись лбом к черной поверхности.
  
  И Милли как назло убежала. В прочем, что я хотела услышать? Как смотрелась в паре с Уорреном? В голове отчаянно билось единственное желание: ни о чем не думать, просто вытрясти из мыслей непрошенные картинки и единственный образ - змея- искусителя Алекса Уоррена. Эмоции, не испытанные мною даже тогда... в первый раз... так и не доведенный до конца.
  Ни тогда, ни сейчас я бы не смогла остановиться.
   Меня спасла Милли. Уоррен пошел бы до победного. Ведь это была месть? Конечно... "Пламенный привет моему брату". За дурацкий поцелуй в машине после гонки.
  
  Ком в горле нарастал от непрошеных мыслей. Мне же плевать на него. Я получила то, что хотела. Но целовать Алекса Уоррена оказалось совсем не так как я думала. Это было слишком... горячо, осязаемо, сладко, до нехватки воздуха в лёгких, до разряда тока по венам.
  Но я смогу забыть. Как забыла тогда, с тем, кто был первым и единственным, кому я позволила довести себя до такого состояния. Чувства, задушенные мною в корне. Воспоминания, тщательно укрытые в глубоких закромах памяти. Козырной туз моего прошлого. Эйс.
   С ним я была близка, как ни с кем другим до и после. Но даже тем эмоциям в моей голове есть удобное объяснение. Как всегда. Саманта Макалистер в любое время держит на готове оправдание своим поступкам... почти всегда... До него - слишком юная, воспринимающая мальчишек в своем окружении исключительно в качестве друзей или неприятелей. После - я просто не могла себе позволить думать о парнях по-другому.
   Слишком много тараканов в голове. Секс без любви? Нет. Любовь без доверия? Ещё раз - нет. Доверие? Ха! Моя способность к доверию заканчивалось каждые сутки, ровно в полночь, когда я видела в зеркале отражение Сэма.
   Возможно, сейчас, с Уорреном, это были гормоны? А как иначе...
  
  Любовь... Она другая. Я знаю точно.
   До моего пятнадцатого дня рождения оставался месяц. Середина июля.
   Тот единственный раз, когда я разрешила нам чуть больше обычных поцелуев, не был простой прихотью и зовом любопытства. Чувство к нему было единственным в моем недолгом существовании светлым, настоящим и оттого таким болезненным, когда все закончилось... Ему - семнадцать, мне - четырнадцать. Начало почти как в шекспировской лав-стори всех времен и народов. Правда, вражда не коснулась наших семей, но масштаб "кровопролитий" был не менее грандиозным. "Долины Монтаны" и "Озеро Капитанов". Почти как Монтекки и Капулетти. Два лагеря-соседа на берегу небольшого озера. Противостояние передавалось по цепочке из поколения в поколение.
  Вражда не касалась вожатых и воспитателей, что позволяло устраивать нередкие встречи, усугублявшие наши натянутые отношения. "Товарищеские" матчи по футболу. Бейсбол, бадминтон и плавание.
  Нешуточные баталии из раза в раз сильнее походили на битву спартанцев.
  Но наши бои не ограничивались одними только физическими упражнениями. Иногда нам позволяли блеснуть интеллектом. Одна из таких битв и стала нашей с Эйсом личной Ватерлоо.
  Несложные правила: две команды, три раунда, шесть участников. Каждый из участвующей в раунде пары пишет в карточке слово. Показывают друг другу и в течении минуты выдают изречение из книги или афоризм, где использованы оба слова противников.
   На сцену, представлявшую нечто среднее между татами и боксерским рингом, я вышла в приподнятом настроении. Предыдущие два раунда завершились ничьей и победой нашей команды. Этот был решающим. И мне было достаточно хотя бы не проиграть. Встретившись взглядом со своим соперником, которого, видела на соревнованиях впервые, я вскользь пробежалась по высокой фигуре. Оценить лицо из-за низко натянутой кепки было сложно. И почему-то сейчас вырвать из памяти цельный образ было ещё сложнее. Ах, точно... Что там сказал психиатр? Посттравматическая амнезия? Очень избирательная, стоит заметить. Жаль, что она постаралась только над его лицом, превратив его черты в отдельные элементы сложного паззла. Было бы легче, изчезни из памяти добрая треть того долбаного лета.
   Он стоял в десяти футах. Свет с потолка падал на подиум. Один из прожекторов был направлен прямо в его спину, создавая светящийся ореол вокруг. Прозвучал первый гонг, мы приступили к написанию слов. Взгляд на секунду коснулся макушки соперника. Короткие волосы, едва проступавшие из-под кепки превратились в крошечные лучи. Я поборола внезапный импульс написать на бумаге "солнце", ограничившись более общим "свет".
   Время на раздумье закончилось. Повернув табличку, сосредоточила взгляд на противоположном углу, ожидая ответных действий. Тьма? Надеюсь, не я стала причиной столь мрачных мыслей?
  Он слегка оттянул козырек кепки, приподнял брови в изумлении и чуть заметно усмехнулся.
   - Кто первый? - спросила, все ещё гадая, откуда в его голове взялось это слово.
   - Мой ответ уже готов, но, если тебе нужна эта минута...
  - Раз готов - уступаю, - улыбнулась, пытаясь казаться уверенной.
  - Ты останешься без варианта, если наши мысли совпали, - продолжал улыбаться, проявляя неслыханное благородство. Так я и поверила.
   Я улыбнулась в ответ и чуть наклонила голову, с интересом рассматривая его плечи, шею и руки. Хоть бы одна часть тела говорила о том, что он волнуется и блефует.
   - Не парься, у меня в запасе их несколько, - пропела, ни на секунду не стирая с лица веселой улыбки.
   - Ладно. Тогда: свет - рука левая тьмы.
   - Тьма - рука правая света, - выдала в ту же секунду, на автомате.
  Одно вытекает из другого. Я не знала ни одного произведения с похожей цитатой, но все те изречения, которые подкинула память, оказались где-то на её задворках.
   Он кивком головы поблагодарил меня за раунд, спустился и, миновав притихшую толпу ребят из команды, вышел из помещения.
   Зная, что эта случайная встреча едва ли повторится ещё раз, я предпочла не думать о тоненькой иголочке, кольнувшей левую сторону груди на короткую долю секунды, когда юноша дружелюбно улыбнулся на прощание, спускаясь с ринга.
   Но я ошиблась. Следующая встреча состоялась в тот же день, на озере, где я часто провожала уходящее за горизонт солнце. До заката оставалось часа четыре, не меньше, но место я облюбовала заранее.
   - Привет, - поздоровался, тут же расположившись на доброй половине бревна, занятого мной у кромки берега.
   - Виделись уже, - отмахнулась, бросая камень в воду.
   Он пробежался взглядом по берегу, подошёл к воде и собрал несколько крошечных камешков. Улыбнулся в ответ на мой настороженный взгляд и шагнул навстречу:
   - Тоже фантастикой увлекаешься?
   - О чем ты?
   - "Левая рука тьмы". Сегодня ты процитировала книгу Ле Гуин. Я думал, что её сейчас мало кто читает, особенно, ребята моего возраста. Слишком сложно для восприятия.
   - Но ты же справляешься.
   - Если честно - не очень. Я осилил только две её книги. Остальное оставил на будущее.
   - А если я скажу, что впервые о ней слышу?
   Я говорила тихо, словно боясь нарушить спокойствие, царившее вокруг.
   - Логика сработала? Или фантазия? - улыбнулся, щуря глаза от солнца.
   - И то и другое. Я им зарплату плачу. По две книги в неделю. Каждой.
   - А друзья у тебя есть, книжный червь?
   - Есть. Такие же отбитые на голову ботаны.
   Интерес в его глазах становился отчётливее. Мне не нужно было спрашивать, чтобы догадаться. Видимо, уровень книжного безумия у него не намного отличался от моего.
   Я могла бы уйти. В этой прогулке я искала уединения и точно не нуждалась в собеседнике по интересам. Но не ушла и даже не сделала вид, что хочу побыть в одиночестве. Повернула голову, скопировала улыбку и спросила:
   - Она для тебя особенная?
   - Книга?
   - Да.
   - Можно сказать и так. Я обязан ей своим именем.
   - Именем ты обязан родителям, - возразила, с опозданием вспомнив, что не каждому ребенку повезло быть воспитанным родителями.
   - Не в моем случае, - качнул головой, продолжая улыбаться уголками губ.
   Я смутилась, догадавшись, что, вероятно, оказалась права. Но не стала спрашивать прямо. Дети не любят говорить на эту тему. Тем более, подростки.
   - И как же тебя зовут?
   - Эстравен.
   - Как? - удивилась, пытаясь вспомнить, слышала ли я раньше похожее имя. - Это что-то из испанского? Или немецкий?
   - Скорее что-то иноземное. Хотя среди моей разношёрстной родни есть и те, и другие.
   - Да ну тебя, - махнула, одновременно рассекая камнем водную гладь - Буду звать тебя Эсти... или Эйс, - это я так недвусмысленно дала разрешение на продолжение знакомства.
   - Эсти?
   - Неземной ( S.T. - super terrestrial (с англ) - прим. автора )
  Он хмыкнул, поворачивая лицо в мою сторону, поймал взгляд и в одно мгновенье стерев с губ улыбку, прохрипел:
   - Мне нравится.
  Я прочистила горло, отодвинулась к свободному краю "скамьи" и поинтересовалась:
   - Ты же сюда пришел не книгу обсуждать.
   - А для чего?
   - Я в курсе, что половина парней в твоём лагере меня терпеть не может. За мой острый язык и четкий удар с разворота. Решили, что отправив ко мне шпиона, в голове которого не майонез, а серая масса, и стану чуточку добрее?
   - Я бы не рискнул. Иначе удар с разворота прилетел бы ко мне - хохотнул, продолжая пялиться в мою сторону немигающим взглядом. - К тому же, мы не общаемся. На участие в состязании решился только из-за того, что нужно было задействовать мозг.
   - Как же ты без общения? Целые сутки в обществе ребят и даже словом друг с другом не перебрасываетесь?
   - Во-первых, в лагере я бываю редко. Редкие завтраки, душ, и ещё один-два приема пищи - зависит от аппетита.
   - А сон? - добавила, впервые улыбаясь за время нашей беседы.
   - Я не сплю с ними, - сказал, поморщив нос, - Там пол отряда храпит, а у меня сон чуткий.
   Я послала ему недоумевающий взгляд в ответ на который он начал рассказывать о своем тайном убежище. Домик на дереве - мечта из детства.
   Я слушала увлекательный рассказ, застыв с улыбкой на лице. Наверняка, уже тогда она выглядела глупой. В какое-то мгновенье я отвлеклась на подбородок, покрытый чуть отросшей щетиной и неосознанно потянулась рукой, будто удаляя с его лица несуществующую грязь.
   - Мошка села, - улыбнулась, прерывая его увлеченный рассказ.
   Даже тогда, заметив, что уделяю слишком много внимания лицу постороннего человека, я отказывалась признавать, что это начало неизбежной влюбленности. Чтобы понять свои чувства мне понадобилось несколько дней.
   Следующим утром он появился на том же месте, заняв отведенную ему половинку бревна. Мы обсуждали все на свете, чудесным образом избегая разговоров о своих семьях. Эйс говорил что-то о своих испано-немецких родственниках при первом нашем разговоре, но я не была уверена, что речь шла не о приемной родне, поэтому не рисковала задавать вопросы о фамилии, родителях и даже городе, в котором он жил. Большинство ребят здесь были местными, но встречались и такие как я, прилетевшие с другого конца страны.
   Был ли он из Монтаны или так же как я прилетел из Коннектикута? Я никогда не узнаю. Тогда к чему сейчас эти воспоминания?
   Остановив автомобиль перед светофором, я поймала свое отражение в зеркале заднего вида. Мягкий изгиб бровей, ясный взгляд больших зелёных глаз, тонкий слой туши на длинных ресницах. Сейчас я была куда симпатичнее той версии себя. Но Эйс сразу показал, что я ему интересна, тогда как Уоррен... Я. Не в его. Вкусе. Четко. Ясно. С расстановкой.
   Пятнадцать тридцать две. Нажав на педаль газа при виде неоновой зелени на светофоре, я вновь унеслась в воспоминания.
   Мне нравилось часами просиживать на берегу дарующего ощущение умиротворения озера, бросая камешки в воду. Объяснение моей дурацкой привычки кроилось отнюдь не в банальном успокоении расшатанных нервов. Все оказалось в разы хуже: глупая детская повадка. Месть. Я пыталась сделать больно тем невидимым существам, что затаились в толще воды и тянули меня вниз при каждой попытке научиться плавать. Банальный страх, который я так и не смогла побороть. Никто в лагере не знал, о том, что я не умею плавать. Отговорки каждый раз менялись: сначала забытый купальник, потом месячные. Пошла уже вторая неделя, и девочки с недоумением косились в мою сторону, когда я в очередной раз качала головой, касаясь живота.
   В последний день я решила оторваться от толпы ещё на половине пути, сказав, что хочу прогуляться вдоль берега. Вожатая кивнула на маячок, которым снабжали каждого подростка в лагере в целях безопасности и бросила:
  - Не теряй! И не лезь в воду, когда никого нет рядом.
  - И не подумаю, - буркнула, пиная очередной камень в сторону озера.
   Эйсу хватило нескольких проведенных вместе часов, чтобы догадаться о причине моего рвения как можно сильнее залепить булыжником по водной глади.
   - Думаешь, попадешь в него? - первый же вопрос, прозвучавший в тишине, разбавляемой редким щебетанием птиц.
   - В кого? - удивилась, прервав очередной бросок.
   - В чудище озера Лох-Несс. Ты же поэтому не плаваешь? Боишься, в воду утащит?
   - С чего ты взял, что я боюсь? Я баттерфляем перед тобой тут распинаться должна? - возмутилась, преодолевая желание треснуть его по голове камешком, сжатым в кулаке.
   - Тогда докажи, - кивнул в сторону воды. - Что я не прав.
   - Имя у тебя точно говорящее, Эс. Ти. С Марса свалился? Я же не брошусь туда в одежде. А купальника на мне нет.
   - Я дам тебе одежду, пока твоя высохнет, так что можешь пожертвовать своими фиговыми листиками, - дал явный намек на мой далекий от скромного вид: укороченный топ и такие же короткие хлопковые шорты.
   - Круто! Давай пробежимся до лагеря и поищем запасную одежду, пока весь твой отряд будет гадать, для чего нам понадобилась сменка. Может, мне ещё и переодеться при зрителях. Стриптиз они точно оценят. И даже перестанут дергать меня за косички при каждом удобном случае.
  Про косички я говорила вполне серьезно. Мой разноцветный афрогранж не раз был атакован придурками с обоих лагерей. Но, если вожатые Капитанов быстро поставили на место наглых мальчишек, то в Монтане это никого не волновало. И я исправно пускала в ход свой разъяренный хук левой или удар с разворота.
   - Ты явно не слушала, когда я рассказывал тебе о домике, - обиделся парень, сводя брови к переносице
   - Логове Тарзана?
   - А что, мне нравится, - улыбнулся, так, как ему удавалось лучше всех - сияющие глаза вкупе с совершенно прямой линией губ, - Будешь моей Джейн.
   - Зови меня Кэрри. Мы же договорились.
   - Почему Кэрри, кстати? Ты, вроде, другим именем вначале представилась, потом вдруг переправила. Я уже и забыл твое настоящее имя.
   - Оно ближе мне по духу, - подмигнула, хватая в ладошку очередной остробокий камешек.
   - Так ты пойдешь или нет? - все-таки склерозом Эйс не страдает. А жаль...
   - В воду? - переспросила, отлично понимая, куда он меня зовёт, но решив на мгновение вообразить себя жирафом.
   - И туда тоже, но после того, как я дам тебе шорты и майку.
   - Ладно уж, - согласилась на удивление быстро - Только сразу предупреждаю: буду тонуть, спасай вовремя. За попытку раздуть мои лёгкие методом 'рот в рот' получишь кулаком в нос.
   - Значит, я был прав, - расплылся в довольной ухмылке, - Не умеешь ты плавать, Кэр.
   - По ходу разберемся, - отмахнулась, избавляясь от назойливой мысли, кричащей о том, что озеро - это не то место, где стоит кому-то что-то доказывать.
   Заплыв пришлось отложить на полтора часа. Именно столько времени длился мой исследовательский интерес, с которым я принялась изучать дом, в котором жил Эйс. Взобравшись по узкой веревочной лестнице, свисавшей вниз с небольшого балкона, мы оказались в настоящем сказочном раю.
  В сказки я перестала верить ещё лет в пять, объявив маме, что Красная Шапочка с бабушкой никак не могли целиком поместиться в брюхе волка, не превратившись при этом в ливерную колбасу.
   Но в этом домике я впервые усомнилась в своих многолетних убеждениях: сказки порой происходят и в жизни, в одной из них сейчас находилась я. Приоткрыв рот от охватившего меня восторга, забралась в прихожую, где стояло плетеное кресло-качалка, и восхищенно выдала:
   - И ты это сделал сам?!
   - Если ты о лестнице, то да, - хмыкнул, осторожным движением рук усаживая меня в кресло. - Остальное появилось тут задолго до моего рождения.
   - То есть?
   - Сама подумай, как подросток смог бы соорудить дом, да ещё на дереве. У меня нет навыков плотника и даже пилы с топором нигде не припрятано.
  - Точно? - сощурилась, с подозрением заглядывая за его спину. Вдруг всё-таки припрятано? - Может тебя зовут Джон?
  - И кого же ты вспомнила? Краммера из "Пилы" или Торренса из "Сияния".
   - А ещё топор был у Раскольникова, - парировала, продолжив проверку его знаний литературы. В этот раз зарубежной классики.
  - Тогда можешь расслабиться, я же не брал у тебя деньги под проценты.
  - Ладно, сдаюсь! Экзамен пройден.
  И всё-таки... откуда здесь дом и как ты узнал о нем?
  - Дом стоит здесь давно. Отец жил в городке неподалеку, а в строительстве лагеря участвовал дед. Дом на дереве был его подарком для папы.
  - Стой. То есть, у тебя есть родители?
  - А с чего ты взяла, что у меня их нет? - он удивлённо вскинулся, словно пытаясь понять, откуда в моей голове зародилась эта странная мысль.
   - Так значит, книжным именем тебя они наградили?
  Он тут же поймал ход моих мыслей и расхохотался.
  - Ну, уж точно не в детском доме.
  - Какое облегчение, - выдохнула, про себя радуясь тому, что семья у парня всё-таки есть.
  Справившись с вызванным моей глупостью приступом веселья, он продолжил:
  - Удивляюсь, что его так никто и не обнаружил. И эта тайна передается из поколения в поколение.
  В мою первую поездку, пять лет назад, отец подарил мне карту с отмеченными на ней координатами. Тогда я понятия не имел, какой он готовит сюрприз.
   - Выходит, это твое тайное убежище, - улыбнулась, покачиваясь в удобном кресле, накрытом клетчатым пледом.
   - Теперь нет, - сказал тихо, вдруг приняв серьезный вид. - Я рассказал о нем тебе.
   - Я труп, - весело отозвалась, двумя пальцами изображая крестик над поверхностью губ.
   - Глупости... Ты живая. Настолько, что вокруг тебя все искрится энергией, - продолжал, не изменяя громкости тембра.
   - Показывай, что у тебя тут ещё спрятано от длинноносой публики, - я резво вскочила с кресла, почувствовав, что от этого голоса сердце забилось в темпе аллегро.
   В центре домика расположилась комната, в которой стоял невысокий стол с четырьмя табуретками. У широкого окна, занявшего практически всю противоположную стену - плетенная скамейка.
   - А мебель откуда брали? - поинтересовалась, переводя зачарованный взгляд с густой листвы, виднеющейся в запыленном стекле на окруженный крошечными подушками мини-диван. Господи, как же здесь было уютно.
   - Были тут раньше, видимо, сделаны в то же время, - бросил, хлопнув дверью в комнату, с интерьером которой я ещё не успела ознакомиться.
   -Эй, так нечестно, я тоже хочу посмотреть, - возмутилась, направляясь к закрытой двери.
   Схватившись за ручку, начала трясти.
   - Здесь не прибрано, - отозвались с другой стороны.
   - Пофиг, - крикнула, не желая отпускать ручку. - Откроешь? - спросила после затянувшейся тишины.
   Дверь потянулась назад вместе со мной.
   - Вообще-то, здесь и так открыто, - выдал Эйс, еле сдерживаясь, чтобы не загоготать.
   Вместо того, чтобы хоть раз толкнуть дверь в сторону комнаты, почти минуту упорно тянула её на себя. Упорно. В этом вся Саманта.
   Увиденное ввергло меня в ещё больший шок, чем то, что предстало моему любопытному взору ранее. Комната была чем-то средним между спальней и огромным балконом, на котором повсюду лежали густые ветви покрытого зеленью дерева. Справа и слева половина стены была сделана полностью из бревен, стройным вертикальным рядом опиравшихся в потолок, а вторая половина представляла деревянные массивные перила, между которыми затесались две колонны, вырезанные из того же материала. Напротив - стены не было, точнее, она представляла собой беспорядочный ворох веток и листвы, частично закрывший собой точно такие же, как и по бокам перила. Лучи солнца, пробирались сквозь листву, и мягкий свет падал на Эйса, озаряя его фигуру золотистым сиянием. Как в первую встречу.
   - Ты похож на ангела, - улыбнулась, направившись в его сторону.
  - Нет, не ангел. Кожа и мышцы, - грустно подытожила, пощупав предплечье.
   - Нравится?
   - Кожа и мясо? - спросила, стараясь сдержать улыбку.
   - Я про дом, вообще-то, - проворчал, ожидая, видимо, более ярких эмоций.
   - Нууу, - я продолжала дразнить, впав в притворные размышления.
   - Ясно, значит, идем плавать, - бодро отозвался парень, хватая меня за ладошку.
   - Не так быстро, мальчик!
   Обернувшись на мой сердитый возглас, Эйс как-то странно напрягся, некоторое время концентрируя взгляд в районе моего носа, после чего вплотную приблизился к волосам, отвел в сторону несколько косичек, прикрывавших уши, и шепнул:
   - Ошибаешься, Кэр, я давно уже не мальчик.
   Резко двинувшись в сторону я схватила парня за плечо и, притянув к себе короткостриженую макушку, беспрепятственно потянула его за ухо.
   - Ай! - раздалось где-то поблизости.
   - Больше так не делай, - сказала дружелюбным тоном, хватая из рук Эсти свободные шорты и майку.
  Он поднял руки в сдающемся жесте и отшатнулся в ту же секунду как я отпустила несчастное ухо.
  - Это мой костюм для плавания? - уточнила с иронией - Оригинальный способ меня утопить. Ко дну унесет в первую же секунду, вместе с купальным костюмом, пока я буду из него выпутываться.
   - Это мое, между прочим, - сказал, глядя на меня, как на полоумную.
   - А где мой? - бросила вслед исчезнувшему за дверцей шкафа хозяину этих сказочных хором.
   - Лови!
   Схватив полетевшую в меня узкую майку с изображением Тома и Джерри, вытянула вперед другую руку для поимки джинсовой ткани, оказавшейся коротенькими шортами, бывшими когда-то полноценными брюками.
   - Откуда у тебя женские шмотки? - спросила, подозрительно взглянув на парня.
  Вдруг у него где-то и кружевное белье завалялось, я знаю-то его всего несколько дней, и в отсутствии в нем замашек малолетнего извращенца ручаться не могу.
   - Майка - моя, привозил её три года назад. Перерос пока тусовался в лагере, и оставил тут за ненадобностью.
  Рассмотрев внимательнее, поняла, что действительно, мальчишеская. Или, скорее, универсальная одежда, одинаково подходящая и мальчикам и девочкам. С джинсами, наверняка та же история
  - Шорты... моей младшей сестры. Она отдыхала тут вместе со мной в прошлом году.
   - Ты не рассказывал о ней.
   - А нужно?
  - Сам как думаешь? Нужно ли рассказывать о семье своим друзьям?
  - Полчаса назад ты считала, что я сирота, - усмехнулся Эйс, упорно продолжая выстраивать вокруг себя непонятный мне ореол тайны.
  - Предпочитаешь, чтобы я и дальше думала так же? - чувство досады, возникшее при мысли, что я навязываю ему свою дружбу острыми коготками царапнуло под ребрами.
   Он схватил два огромных полотенца, бросил мне одно и, проигнорировав мой последний вопрос, помчался к лестнице.
  - Догоняй, Кэрри!
  Настроение было испорчено, и весь путь до озера я молчала, пребывая в состоянии резинового шарика - готова была лопнуть от возмущения при действии малейшего раздражителя.
  Эйс плелся рядом, что-то напевал себе под нос, изредка стреляя в мою сторону пытливым взглядом.
   Перекинутое через плечо полотенце к середине пути оказалось на моей голове. Я делала вид, что прячусь от солнца, на деле же, хотела укрыться от его глаз.
  - Можешь, лицо закрыть, я поведу за ручку, - выдал шутник, попытавшись спустить полотенце с моей головы до подбородка.
   Я отмахнулась, прожгла в нем парочку воображаемых дыр и, заметив кромку берега, перешла на бег.
  Футах в десяти от берега, отбросила полотенце в сторону и прыгнула в воду. Я была уверена, что глубина в этом месте не больше половины моего роста. Конечно, всегда был риск нарваться на подводные камни. Но я считала, что самое страшное, что меня ждёт - перелом, если воды всё-таки окажется мало, а камней - много. Наивная. Или скорее, злая как черт. Ничем, кроме злости на Эйса, ту свою выходку я объяснить не могу.
   Уже в воде я поняла, что угодила в омут. Первые секунды мне удавалось держаться на поверхности, но, вскоре я почувствовала, что под ногами нет опоры и меня вот-вот накроет с головой. Я успела испуганно вскрикнуть и сделать вдох. В панике я забыла, что делаю хуже, втягивая вместо воздуха воду. Дышать стало невозможно, даже за пределами водной линии, паника росла, стягивая тело обручем.
   В считанные секунды я перевела себя в разряд будущих покойников, забыв, что где-то на берегу остался человек, который дал мне обещание помочь укротить водную стихию. Теперь мне верилось в это с трудом. Единственное желание, возникшее после того, как свет перед глазами начал постепенно угасать: чтобы это произошло как можно скорее. Невыносимо было и дальше терпеть безумный страх, сковавший мои движения. Спустя некоторое время, показавшиеся мне десятком страшнейших минут в моей жизни, я почувствовала, как под грудью с силой сжались крепкие руки, пытаясь вытянуть меня из воды.
   Свет. Утробный звук недр озера за короткое мгновение сменило щебетание птиц. Густая синева воды, граничащая с беспроглядной чернотой, превратилась в лазурный оттенок раскинувшегося до самого горизонта безоблачного неба.
  Перекинутая через плечо Эстравена, я пыталась откашляться, удивляясь, как нахожу для этого силы. Я прижималась лицом к его футболке и мысленно просила прощения за то, что превратила в спасателя против воли.
  Спазмы в груди закончились, я расслабилась и уронила голову, касаясь лицом его лопатки. Эсти резво уложил меня на полотенце и прижался ладонями к моему лицу. Я едва разлепила веки, защищаясь от яркого света. Страх в его глазах был неподдельным. Я даже на мгновенье забыла о том, из-за чего три минуты назад резвой антилопой приспустила к воде.
  - Кэр?
  Эйс дотронулся до шеи в попытке прощупать пульс, облегчённо выдохнул и решил для спокойствия проверить дышу ли я. Тут-то мне и пришло а голову слегка напугать парня, задержав дыхание.
  Он дотронулся до моего живота, после чего приложился ухом к груди. Сердце стучало все громче, отголоски его симфонии отдавались по всему телу. А моя попытка и дальше сдерживать дыхание только усиливала барабанную дробь за грудиной.
  - Прости, цыпленок, но твоя жизнь для меня сейчас важнее, - выпалил Эйс перед тем как обхватить губами мой рот.
  Я тут же дернулась, в ужасе распахнула глаза и встретилась с таким же испуганным взглядом Эстравена.
   Расстояние между нами в доли секунды выросло до размеров клетчатого одеяла, на которое он уложил меня минутой раньше. Я пыталась успокоить пустившееся галопом сердце, но взгляд против воли упал на губы Эйса, и я неосознанно прикусила свою.
   Я подалась вперёд, не зная, зачем это делаю. Эйс повторил за мной, схватил в охапку, прижал к груди и прошептал:
  - Глупышка. Не нужно было мне ничего доказывать. Тем более такими методами... Ты представляешь, что случилось бы, окажись я чуть дальше от берега? Я бы даже не сразу понял, куда ты подевалась.
  Мой взгляд жадно цеплялся за черты, которые впервые удалось рассмотреть с такого близкого расстояния. Пальцы жили своей жизнью: в наглую, не спросив моего мнения, дотронулись до губ Эйса, приоткрытых в попытке поймать драгоценные крупицы воздуха.
   - Уверена, что не пожалеешь? - хмыкнул, снизив голос до еле слышного шепота.
   - Уверена.
   - Сама же назвала меня неземным. Что, если ты права? Ты же не поедешь со мной на Сатурн? Или... может, продолжим просто дружить?
   - Да, катись ты!
   Сопроводив недовольную реплику ощутимым толчком в грудь парня, я поднялась с пледа и собралась уходить.
   - Кэр, подожди, - раздалось за спиной прежде чем на предплечье опустилась рука - У нас слишком много причин не делать следующий шаг...
   - Каких же?
   - Тебе по пунктам перечислить?
   - Можно по пунктам!
   - Мы разъедемся по домам через две недели.
   - Да-а, - протянула с сарказмом - Весомый аргумент.
   - Ты ничего обо мне не знаешь...
   - Ты убийца? Маньяк?
   - Нет.
   - Тогда плевать.
   - Боже, Кэр, ты ещё такая наивная!
   - У тебя есть девушка? - осенившая меня внезапная догадка, заставила резко отскочить.
   - Нет. Я просто не хочу причинять тебе боль.
   - Ну, и ладно, - сказала, сообразив, что все стало походить на домогательство святой невинности. И, как ни странно, безгрешным недотрогой здесь выглядел Эйс, целомудрие которого я ставила под сомнение - Забудь. Наверное, мозг на секунду отключился, пока я мирилась со своей участью утопленницы. Представь, что ничего не было. Всего хорошего!
   - Подожди! - рука Эйса оказалась на моем плече. Я повернула голову и зацепилась взглядом на длинных загорелых пальцах. Взгляд продолжал скользить, повторяя движение его ладони. Я успела проводить её лишь до середины ключицы, и потеряла из виду в тот момент, когда пальцы порхнули вдоль шеи, задержались на подбородке и приподняли его вверх .
  - Прости. Боюсь, что, если не сделаю этого, жалеть буду сам.
   Внутри разгорался пожар лютого негодования, который не сразу донес до меня смысл его последней фразы. Не помню, какой поток слов собиралась выплеснуть, но мои раскрывшиеся в приступе ярости губы были без промедления заглушены другими. Я не пыталась вырваться, хоть на мгновенье в голове промелькнула мысль, что он делает это из жалости. Руки сжимали мокрую футболку, от чего по запястьям бежали струйки прохладной воды. Только она дарила мне ощущение реальности, иначе я потеряла бы голову в ту же секунду, когда он поцеловал меня далеко не по-детски. Совсем не так, как мой первый в жизни кавалер, после пятого по счету свидания. Стоит ли говорить, что после того свидания он перестал быть моим кавалером? Я целовала Эйса, забыв про опыт, возраст, место и время. Сердце стучало набатом от понимания, что только сейчас все кажется правильным. Но я любила его. Так почему же сегодня, с Алексом, я чувствовала то же самое и даже... чуточку больше?
   Потом все шло довольно прозаично. Первая любовь, первое официальное приглашение на свидание. Две недели теплых, искренних( как мне казалось в то время) чувств. Он все-таки научил меня плавать, избавив от страха перед водой. Пару раз мы проворачивали нешуточные махинации, помогая мне улизнуть с обязательной утренней зарядки, похода в горы и периодических уборок окружающей территории. Пикники каждые три дня, танцы на общих дискотеках, которые были единственным местом, где 'капитаны' и 'горцы' на время забывали о своей неизменной грызне.
   Но четче всего в памяти отложилась прогулка, учиненная Эйсом в честь одержанной мной победы над водной стихией. Соорудив плот из раскиданных по всему периметру берега бревен и досок, он водрузил на него парус, представлявший огромную футболку, способную вместить в себя три таких громилы, как Эстравен, и, посадив меня рядом, принялся грести в сторону своего лагеря.
   - Что ты задумал? - улыбнулась, заметив, что парень немного увлекся, катая меня по озеру.
   - Считай, что я беру тебя в заложники, чтобы воспользоваться преимуществом перед противниками на следующих соревнованиях, демонстрирующих наши интеллектуальные способности.
   - Думаешь, они будут впрягаться за предателя? - хмыкнула, по колено опуская ноги в прозрачную воду.
   - Тогда пусть сидят в сторонке и завидуют, - встретившись со скептическим выражением лица, задумался на пару секунд и продолжил уже менее пафосным тоном, но без тени намека на серьезность - Заберу тебя к себе жить в ветвистом замке. Забудем на время о существовании вредных 'родственников'.
   Я вздохнула. Вышло печально, даже чересчур. Эйс, приняв его за проявление усталости, предложил закругляться и отправиться по 'домам'.
   Последний день четырехнедельного пребывания в лагере стал для меня настоящим испытанием.
   Ещё утром, проснувшись раньше вожатых, начинавших стучать в комнаты, давая команду поднимать свои 'ленивые тушки' с кроватей, я вскочила на ноги, посмотрела на часы и печально констатировала, что до нашего с Эйсом расставания осталось двадцать восемь часов. Без пяти шесть. Завтра в десять за большей частью ребят отправят автобус.
  За драгоценным туловищем своего единственного отпрыска родители решили приехать лично, не дожидаясь встречи в ближайшем аэропорту.
   Спустя час я стояла на утренней линейке и ежеминутно поглядывала на часы, расположившейся справа девчонки с лагеря.
  Покончив со всеми традиционными утренними обрядами, бросилась в сторону озера, зная, что по молчаливому договору мы с Эсти условились провести наш последний день вместе, ни на секунду не расставаясь друг с другом. Я знала, что в лагере меня хватятся, потому заранее предупредила нескольких девчонок о том, где могу быть и что меня лучше не трогать до вечера.
   Вожатые долго не могли воспринимать мои исчезновения как должное, зная, что ответственность за мою жизнь лежит на них, но вскоре привыкли и даже стали делать уступки, догадываясь о причине моих частых прогулок в "одиночестве".
  Я в считанные минуты добежала до привычного места наших встреч. Расположившись на камне, Эйс склонил голову к коленям и смотрел в воду. В груди что-то болезненно сжалось, не давая возможности разорвать прочные канаты, стянувшее сердце.
   Я знала, что завтра мне придется вычеркнуть из своей жизни три прошедшие недели. Ведь он так и не стал ничего о себе рассказывать, в то же время обрывая малейшие попытки с моей стороны рассказать о себе. Не хотел давать шанс на воссоедение? Но кому? Себе или мне? Да, возможно, с кем-то другим мы смогли бы видеться и дальше, обменявшись телефонами и адресами. Электронная почта, социальные сети, да миллион других способов не потерять то, что мы сумели создать за прошедшие дни. Но что-то в его поведении, в задумчивом шоколаде глаз, полных непонятной мне таинственности и боли, заставляло четко осознавать абсурдность моих мыслей. Я существовала для него здесь и сейчас. Завтра я, возможно, навсегда сотрусь из его памяти. Понимала, что имей он хоть каплю желания остаться рядом со мной, пусть и не в прямом смысле, а лишь на тонких нитях всемирной паутины, на многогерцовых волнах звука телефонных гудков, он давно исполнил бы ту мою единственную просьбу рассказать хоть малость о своей окутанной тайной жизни, выходящей за пределы лагеря.
   И заранее предвкушая нашу разлуку, я все равно ни секунды не сомневалась в том, что делаю. Это не было попыткой привязать его к себе. Я была слишком молода и слишком влюблена, чтобы плести сети. До той секунды я и представить не могла, что одежда может быть настолько лишней в стремлении почувствовать любимого человека. Близко, насколько это возможно.
   Небольшой завтрак (или обед?), устроенный им в полюбившемся мне доме на дереве.
   Почти все время мы говорили, едва притрагиваясь до еды. Словно встретились после долгой разлуки. А осознание того, что завтра нам предстоит снова расстаться заставляло цепляться за каждое слово, из которого рождалось множество новых историй. Я понимала, что все это из его прошлой жизни. Возможно, жизни настоящей, но для меня там все ещё нет подходящего места.
   Я нашла в себе силы шутить и смеяться... Будто нас не ожидало причинявшее боль уже в те минуты расставание. Неожиданно для себя самой я прервала искрящийся смех и сказала, глядя в сосредоточенные глаза:
   - Мне пора...
   Эйс растерянным взглядом провожал меня к выходу. Я чувствовала, как последний проглоченный кусок тугим комком встал в горле. Но оказалось, что это были душившие меня слезы.
   - Кэр! - окликнули, едва я опустилась на пол, одновременно водружая ноги на первую ступеньку.
   Я повернулась и встретилась с взглядом, увидеть который уже не надеялась. - Даже не поцелуешь... на прощание?
   Кто бы знал, какой болью внутри отозвалось слово 'прощание'
   Я продолжала стойко глотать все больше стягивающие петлю на горле слезы и, исполненная решимости, поднялась навстречу.
   Расстояние между нами сократилось в считанные мгновенья. Я подошла вплотную к Эйсу и опустила ладошки ему на грудь.
   - А как, по-твоему, целуют... на прощание? - спросила, думая, что зелень в моих глазах, наверняка, приобрела осенние краски. Разве могло быть иначе, когда листья моего душевного древа опали без шанса распуститься снова?
   И только сейчас, подобравшись совсем близко, к освещенному полуденным солнцем лицу, я заметила отступивший от радужки прозрачный ободок. Но не успела в голове оформиться логическая мысль, как мягкие ненастойчивые губы в который раз нашли мои, так и оставив интересовавший меня вопрос невысказанным. Позже, я обязательно спрошу...
  
   В какой-то момент он решил прекратить тягостную муку с горько-сладким привкусом, попытавшись отстраниться от моих растворившихся в поцелуе губ, но я крепче сжала совсем ещё маленькие ладошки полутораметрового подростка на тугом пласте мышц, прикрывавшем его лопатки.
   Невесомое касание губ, заставившее меня оставить голову на расстоянии недосягаемом для занятых чужими волосами рук, стало глубже. Ощутив на коже шероховатую поверхность, я приоткрыла рот, предоставляя ему право стать полноправным лидером в нашей маленькой схватке. Но о каком противостоянии могла идти речь, если я ни на секунду не задумывалась о возможности сопротивления? В голове хаос, не меньший, чем после цунами в Юго-Восточной Азии.
   Спустя время, не подлежавшее подсчету, я, наконец, начала осознавать хоть самую малость из происходившего: то, что уже уйму времени лежу на полу, покрытом тонким одеялом, что руки лихорадочно скользят по теперь уже обнаженной поверхности его груди; что губы Эйса, минуту назад занятые моими, крошечными шагами спускаются вниз.
   Я все-таки решилась открыть глаза. Взгляд метнулся к короткому ёжику волос, открытому лбу, загорелой коже лица, губам, которые почти коснулись...
   - Эйс... - выдохнула от пронзивших низ живота ощущений. Незнакомых, пугающих, но от того не менее восхитительных. , остановившись на русом ежике волос. То, что произошло потом, спустя пару коротких минут, было неосознанным. Но таким необходимым, до ощутимого щемления в груди, возникшего в тот момент, когда он прекратил бесконечную россыпь следов от своих губ на моей коже и, зарывшись носом в ямке между ключицами, еле слышно простонал с отчаянной болью в голосе. Капелька влаги на шее. Я лишь догадывалась о её происхождении, но словно ощутила солоноватый привкус. И точно соль стягивает кожу, сердце сжалось так сильно, что я не выдержала пытки и со всей силой, на которую была способна, потянула его вверх, остановила блестящие глаза напротив и произнесла:
   - Люблю...
   И тут же наткнулась на искаженное болью лицо. Эйс переместил руки мне на плечи, и, прикрыв веки, прижался щекой к виску.
   - Прости меня... - в который раз он просил прощения за то, что вызывало во мне только счастье и благодарность.
   Он потянулся за брошенной на пол футболкой и начал прикрывать мой обнаженный верх. В глазах Эсти я увидела... стыд? Сожаление? Но ведь я ни о чем не жалела. Ни тогда, ни даже сейчас, зная, какую всё-таки тайну он скрывал все это время.
   Ни произнося больше ни слова , он схватил мою блузку, и аккуратно, будто обращаясь с фарфоровой куклой, приподнял меня за плечи. Так же молчаливо продолжил натягивать ткань через голову.
   Только, когда я вновь оказалась у выхода, он окликнул меня, и еле различимым шепотом выдавил просьбу о последнем свидании перед отъездом. Я согласилась, хоть и понимала, что она только сделает болезненней наше расставание, но что-то в его взгляде, полном молчаливой мольбы, заставило меня согласиться.
   Никаких слез, ноль эмоций. Будучи уверенной, что это не последняя наша встреча, я приберегла всевозможные проявления чувств для нашей последней встречи.
   Слова Эсти не давали крутились в голове. Мы расстались, едва солнце показалось в зените и спустя восемь часов раздумий, проводив солнце на пути к новому дню, я решила не ждать до утра. Все отчаянные поступки в моей жизни совершались под действием сиюминутного порыва.
   Пятнадцатилетней дурочке хотелось увидеть причину его решения расстаться без объяснения причин в чем угодно, кроме этого. Все оказалось настолько прозаичным...
   Первое, что попалось на глаза, когда я оказалась внутри спальни - разбросанная повсюду одежда. Майка, джинсы, юбка... топ... и... тонкое кружево, натянутое на чашечки внушительного размера.
   Переметнувшись взглядом от пола, на котором лежала пострадавшая от последствий несдерживаемого пыла своих хозяев одежда, выше, остановилась на светлых локонах, тянувшихся вниз с края кровати. Из-за деревянной спинки показалось тоненькое запястье, затем второе. Все, что принадлежало девушке, за исключением длинных волос и красивых тоненьких рук так и осталось скрытым от моих глаз. Да, мне и не понадобилось подходить ближе и заглядывать за деревянную перегородку, чтобы догадаться о том, кому они принадлежали. Лара... Браво, Эйс! Из десятка не менее соблазнительных и легкодоступных девиц в своем окружении ты выбрал куклу с самым низким уровнем IQ.
   Странно, но плакать не хотелось совсем. Все тело давила злость, еле сдерживаемая мной в пределах этого 'сказочного замка' на деле оказавшегося обыкновенным борделем для ночных утех подрастающего секс-гиганта. А в голове кружились слабые крупицы понимания, что я сама начала всю эту комедию с искусственными чувствами. Синтетика. Греет, но дышать тяжело. Только мокрые неприятные следы на теле после длительной носки.
   В восемь часов утра следующего дня, встретив родителей у ворот, я помогла папе погрузить свой скудный багаж и, сев на заднее сидение, облокотилась на мягкую спинку. В ста футах от машины показалась знакомая фигура. Первая мысль - спрятаться. Исчезнуть за тонированным стеклом папиной машины, испариться из жизни Эйса, как постылое воспоминание. Мне не нужны его надуманные, как и все, что с ним связано, оправдания. Но червь оби требовал последнего слова.
  - Я на минутку, - бросила в ответ на взгляды родителей, удивлённых моему внезапному рвению покинуть машину.
   Он смотрел на меня с улыбкой, держа что-то за спиной. Я усмехнулась представив, что это цветы. Казалось бы, как банально... Но нет. Подарком оказалась книга. "Левая рука тьмы".
   - Мне понадобилась целая ночь, чтобы решиться, - начал без приветствий, протягивая мне увесистый том. - Ты обязательно должна прочитать. А в самом конце, в примечаниях, я оставил для тебя кое-какое послание. Только обещай, что не заглянешь, пока не прочтешь.
   Улыбка на его лице была такой теплой, что сердце привычно удвоило скорость ударов. Но воспоминания прошлого вечера были слишком свежими, чтобы я оказалась обманута его улыбкой. Ты лицемер, Эйс! И мне ничего от тебя не нужно.
   - Не загляну, - хмыкнула, скривив губы в полуулыбке. - Зачем мне это? Мне было... весело. Эта дыра и в подмётки не годится тем, местам, где я привыкла проводить лето, но предкам нужно было проучить меня за интрижку со старшеклассником, - протянула тоном капризной нимфетки, - к счастью, ты появился вовремя, Эйс. А книга... знаешь, обычно я читаю их в кратком содержании.
   В довершение импровизации я счастливо улыбнулась, после чего помахала ладошкой и вернулась к родительскому внедорожнику.
   - Друг? - улыбнулась мама, поймав мой взгляд в зеркале заднего вида. - Хорошенький.
   - Правда? Не заметила, - отмахнулась, доставая из рюкзака телефон с наушниками. Он все ещё стоял, молча провожая нашу машину взглядом. Я нажала на кнопку и подняла стекло, отделявшее маленькую актрису от настоящей Саманты, которой было совсем не до веселья...
  

Глава 9

Родственные связи
  
  
  
  Алекс
  
  
  
   Забавная игрушка. В арсенале офисного планктона есть целый легион безделушек, занимающих столь необходимое иногда свободное место на столе, но этот импровизированный маятник, состоящий из металлического ободка и подвешенного на тонкой проволоке шара - маленькое исключение из правил: он приносит пользу хотя бы тем, что успокаивает расшатанные за пару последних часов нервы. "Оливия.К.Уоррен" гласила стеклянная табличка в лучших традициях киношных начальников. Мама позвонила ещё утром, объяснив свое желание непременно увидеться со мной во второй половине дня важным для меня разговором, о сути которого я мог лишь смутно догадываться.
  Но даже предстоящие переговоры волновали меня и в половину не так как произошедшее полчаса назад.
  Уже на выезде из ворот университета ко мне прилетело сообщение от Рамирес.
  " Сделаешь ей больно - отрежу яйца".
  Снова? Эта парочка частенько стала угрожать мне расправой.
  " Наши эксперименты в постели тебя должны волновать в последнюю очередь, Рамирес."
  Я мысленно поржал, представив реакцию Милли на мои непрозрачные намеки. Она весьма быстро узнает, что между мной и Самантой все закончилось в момент её появления в аудитории, но я не буду собой, если не заставлю её грызть ногти от любопытства.
  Но Рамирес, вопреки ожиданиям, пожалела свой маникюр и решила позвонить. Как ни странно - мне, а не своей подруге.
  - Так вы сделали это?! В аудитории?! - завизжали на том конце линии.
  - Даже если и так? - усмехнулся, для безопасности отдалив мобильник от уха. - Никто не узнает: мы догадались запереть дверь на ключ. Благодаря кому? Заботливой Милли Рамирес, - протянул, почему-то мысленно поругав её за появление в аудитории. Именно так и рождаются сплетни.
  
  - И она... то есть вы, - запинаясь, продолжала выпытывать уж слишком любопытная подруга Саманты. - Обалдеть! Ты, что даже не понял, что она девушка?!
  - Рамирес, конечно, я понял, - хохотнул, не сразу догадавшись, что она подразумевает под последним словом. - У парней не бывает таких объемов... сверху.
  - Ну, ты и тормоз! - пораженно воскликнула Милли, заставляя меня едва ли не ржать в трубку. Пока я действительно не почувствовал себя тормозом, догнав-таки, ЧТО она подразумевала под "девушкой".
  - Стоп. Рамирес?
  - У вас же не было ничего, правда? - осторожно уточнила, видимо, догадавшись, что я шутил, но смысл сказанного до меня-таки добрался.
  - Ты серьезно сейчас?!
  Мне понадобилось вырулить к обочине, чтобы избежать затора из плетущихся позади меня машин.
  - Конечно, нет, придурок! - выпалил а собеседница, тут же переходя на истеричные нотки из начала нашего разговора. - А как я должна была проверить, говоришь ли ты правду?!
  - Например, спросить у подруги.
  - Ты первым ответил на сообщение, - пробурчала куда более спокойным голосом.
  И все же её слова не выходили у меня из головы, даже после завершения разговора. В памяти короткими кадрами проносились события получасовой давности: я вытянул край её сорочки из пояса брюк, чтобы дотронуться кожи, провел по животу, попутно удивившись тому, что она не просто худенькая, но и вполне сносно следит за своим телом. Пресс точно качает. Мои пальцы быстро оказались на шёлке бюстгальтера, задрав ту веселую майку, но так же скоро были возвращены на талию. В ней было слишком много странной неловкости вместе с бьющей через край чувственностью. Но в тот момент я свел все к банальной внутренней борьбе. И хочется, и колется? Даже получив от ворот поворот, я спокойно признался себе, что согласен на продолжение. Она так явно показывала, что это мог быть лучший секс в её жизни. Как оказалось, он был бы не лучшим, а первым. Блять! Я чуть не трахнул девственницу! На учебном столе, в аудитории. И она даже словом не обмолвилась?! Либо у нее реально мозги отшибло от воздержания, либо она хорошая актриса и прекрасно знала, что сможет остановиться. Во внезапно нагрянувшие чувства мне верилось с трудом. Плакать Ведьма умеет красиво, но сохнуть по местному плэйбою ей гордость не позволит.
  
  От воспоминаний меня отвлекла появившаяся в кабинете Оливия. Звать себя мамой она позволяла лет до 12, пока внезапно не поняла, что сын слишком быстро растет, а молодость безвозвратно уходит. Тогда же они с отцом впервые заговорили о разводе. Делёжка единственного отпрыска переросла в шоу под стать разделу имущества. Каждый пытался купить меня подороже. Регулярные поездки за границу, едва не испортившие мои планы пройти школьный курс по ускоренной программе. Лучшие репетиторы. Первый автомобиль с личным водителем. Не знаю, что заставило их оставить идею с разводом, но, судя по тому, что сейчас мое общение с родителями свелось к минимуму по желанию всех сторон, вряд ли я стал главной причиной. Скорее, замаячили серьезные проблемы в бизнесе, которые решить можно было только совместными усилиями. Ничего их не сближало больше чем деньги.
  Пока они занимались наращиванием своего капитала, я развлекал себя образованием. Курсы, книги, пособия, тесты, все те же репетиторы. Возможно, настигший меня в пятнадцать кошмар и стал причиной, по которой я предпочел учебу куче развлечений иного толка. Один из школьных приятелей влетел на срок за хранение наркоты. Смог бы я избежать такой участи? Устойчивость моей психики на фоне постоянных ссор родителей была под большим вопросом. Возможно, Алекс спасла меня?
  В универе мало кто знает, что я получаю второе образование. Людям легче думать, что Алекс Уоррен отстал на 2 года из-за своей непроходимой тупости. А я не сильно-то и стараюсь доказать всем обратное. Учеба на курсе бизнес администрирования была условием финансирования моего первого диплома. Родители до сих пор считают, что желание обучаться программированию после школы было блажью. И даже не в курсе, что иногда я работаю и третий год почти не пользуюсь подаренными ими кредитками.
   - Здравствуй, Александр, - произнесла сухо, прижимаясь губами к щеке.
   - Здравствуй, мама, - отсалютовал намеренно растягивая слово "мама".
  Она бросила укоризненный взгляд, словно напоминая, что мы договорились называть друг друга именами. Глупость несусветная.
   - Ты ещё помнишь, что у тебя есть мать?
   Так значит?
  - А ты? Давно вспомнила, что у тебя есть сын?
   - Я звоню тебя три раза в неделю. Ответа от тебя дождешься в лучшем случае один раз в две, - неприкрытый упрек в голосе. Как обычно... Каждая встреча, как отмотанная назад сцена набившего оскомину фильма.
   - Последний пропущенный от тебя был дней десять назад. Ты забыла мой номер? - усмехнулся, поймав удивленный взгляд матери.
  - Десять дней?! Боже, как быстро летит время!
  - А время Оливии Уоррен - деньги, поэтому ближе к делу. По какому поводу встреча?
  - Отец ещё не пытался потянуть тебя в фирму для практики?
  - Зачем? Он же нашел молодое дарование, потеряв надежду на "движение шестиренок в моей голове в нужном ему направлении".
   - Что ж. Тогда за дело возьмусь я, - улыбнулась, хитро подмигнув в ответ на выражение обречённости на моем лице. - Займешься приложением для фирмы? Я помню, какую специальность ты получил два года назад.
   - Слава Богу, я думал, что ты устроишь меня к Остин на полставки, - возвел руки к небу в театральном жесте.
  - Но ты же не думаешь, что для разработки приложения я должен находиться часами в стенах этого здания?
  - Разве нет? - удивилась то ли искренне, то ли с присущим ей актерским мастерством.
  - Достаточно контракта с указанием пожеланий заказчика и исполнителя.
  - Под пожеланиями исполнителя ты имеешь в виду сумму вознаграждения?
  - Рассчитываешь на скидку?
  - Нет, - включилась в разговор, резво меняя заискиваюший тон на деловые нотки. - Я хочу увидеть твои условия. Сравнить их с другими кандидатами и сделать выбор.
  На секунду я даже удивился. Но вовремя вспомнил, что Оливия умелый манипулятор. А это была не совсем удачная попытка показать, что она ценит мои знания и считает конкурентоспособным. Знала бы мама, что тех дурачков, которых она обычно нанимает для работы с сайтом компании, одной левой уделает половина сотрудников нашей небольшой конторы.
  Передо мной появилась ручка и небольшой листок для заметок. Я написал сумму, намеренно прибавив к ней лишнюю цифру, и подвинул бумажку к Оливии.
  - Надеюсь, конечный результат хотя бы будет стоящим? - усмехнулась, едва не присвистнув от удивления.
  - А как же кандидаты? Конкурс на место хотя бы приличный? Не топчи мою гордость, мам!
  - Хватит с меня конкурсов. Остин уже затеяла один: в три этапа выбирала себе помощника. И мало мне было участия в судействе, так ещё и собеседование с финалистом провожу я! Видите ли, у Евы форс мажор с поставщиками ткани для новой модели дивана.
   - Остин как всегда головой в работе. Я уже сочувствую её помощнику.
  - Кстати, помощник будет тут в четыре, сможешь лично выразить сочувствие, - усмехнулась, поспешно выводя на бумаге незнакомые цифры. - Это номер нашего специалиста по кадрам. Он предупрежден о контракте, договорись с ним о встрече. Я, конечно, готова заплатить указанную тобой сумму, но советую быть чуть поскромнее, не хочу, чтобы в компании ходили слухи, что я нашла способ для отмывания денег.
  - Отмывают обычно суммы покрупнее.
  - Оливия, - послышался голос секретарши. - К Вам посетитель, назначено на четыре.
   - Пусть войдет, - распорядилась начальница, нажимая на кнопку коллектора.
   - Тогда, я пойду, попробую решить вопрос с контрактом сегодня, чтобы не мотаться сюда лишний раз.
   - Лишний раз? Алекс, у тебя здесь мать, между прочим, - прилетело вслед, когда я добрался до отворившейся в ту же секунду двери.
   Первыми в кабинет влетели её волосы. Этот оттенок ни с чем не перепутаешь.
   - Благодарю Вас, Мариса, - пропела Саманта, глядя в сияющее лицо секретарши матери. Повернула лицо, проскользнула взглядом мимо меня, и сконцентрировала внимание на будущем боссе.
   - Добрый день, миссис... - о, так она ещё не знает, кто будет её начальником?
   - Уоррен, - улыбнулась в ответ мама - Но в нашей компании принято обращаться друг к другу по именам. Так что можешь называть меня Оливией.
   - Уоррен? - улыбка померкла, когда девушка обратила-таки внимание на статую, стоявшую у двери, наблюдая забавную картину знакомства. Интересно, Оливия сильно удивилась бы, узнай, сколько общего у меня с этой девушкой?
   - Алекс, по поводу сочувствия я пошутила, можешь идти, - предупреждающе качнула головой, заметив мое замешательство.
   - Ладно, рад был встрече. Увидимся, ма-ам - протянул, изобразив несвойственную мне приторную улыбку. Оливия даже бровью повела от удивления. Впрочем, следующая моя реплика оставила без слов ещё и Саманту.
  - Давно не виделись, Сэм.
  Не знаю, чем закончилась эта встреча, но настроение Ведьмы явно было испорчено пониманием, что я в близком родстве с её начальником.
  
  
  
   Сэм
  
   Очнувшись от длительных воспоминаний, я поняла, что увязла в пестрящей всеми цветами радуги трясине городских пробок. Не хватало опоздать на собеседование и в первый же день испортить впечатление.
   Без двадцати четыре, а я ещё торчу в самой гуще уличного затора. С силой вдавливая клаксон, скорее для успокоения нервов, чем в ожидании эффекта, кричала на несуществующих виновников образовавшегося на улицах города кошмара.
   К счастью, спустя четверть часа мне удалось вырваться из капкана, схватившего колеса моей машины со всех позиций, а ровно в четыре я летела к входу в двадцатиэтажное здание, в котором располагался офис фирмы 'Busket'. Только в лифте вспомнила, что неделю назад перевела часы на пять минут вперед, чтобы иметь запас времени в таких вот экстренных ситуациях. Пригодилось.
   Улыбчивая девушка на ресепшн подсказала, где кабинет Евы Остин. Я расплылась в благодарной улыбке и собралась уже бежать к нужному кабинету, когда девушка вспомнила, что собеседование со мной "вместо Евы должна провести Оливия". При виде вопроса в моем взгляде она уточнила:
  - Она тут самая главная. Биг Босс.
  Круто. Мало того, что я почти опоздала, так ещё и принимать будет генеральный директор?
  У кабинета директора сидела симпатичная женщина с короткой стрижкой, одетая в бежевый костюм и шифоновую блузку фисташкового оттенка.
  - Мисс Макдауэлл? - суховатый голос и глубокие морщинки в уголках глаз выдавали в ней возраст, переваливший за пятый десяток
   - Точно, - отозвалась, пытаясь отдышаться.
   - У Оливии посетитель, придется подождать, - сказала женщина, тут же указав на диванчик у входа в приемную.
   - Конечно, эмм... как лучше к вам обращаться?
   - Мариса.
  С минуту она наблюдала за моими пальцами, нервно постукивающими по обивке дивана, ободряюще улыбнулась, нажала на кнопку коллектора и напомнила о назначенном собеседовании, назвав босса Оливией. Они здесь все друг к другу обращаются по имени?
   - Благодарю Вас, Мариса, - улыбнулась, одновременно открывая двери.
   Знакомые черты лица светловолосой женщины, занимавшей стол посреди кабинета, насторожили не сразу. Идеальная укладка, маникюр в нюдовых тонах, мастерски наложенный макияж, который, наверняка, стирал с лица с полдюжины лет. Навскидку я дала бы ей не больше сорока.
   - Добрый день, мисс... - все-таки нужно было спросить у Марисы её фамилию.
   - Уоррен. Но в нашей компании принято обращаться друг к другу по именам. Так что можешь называть меня Оливией.
   - Уоррен? - Тогда-то я и заметила знакомую фигуру слева. Сердце пропустило удар, словно приготовившись к очередному забегу на длинную дистанцию. Взгляд против воли остановился на растянутых в полуулыбке губах. Сбежать не удалось. Он достал меня даже здесь. И, чтобы убедиться в своей участи лузера, мне нужно было дождаться нескольких реплик, которыми обменялись находившиеся в кабинете собеседники.
  "Мама". Моя начальница - мама Уоррена! Господь! Если это шутка, то очень плохая...
   Я сделала вид, что парень, стоявший по левую руку интересует меня не больше окружающей обстановки, но Алекс не поленился афишировать наше знакомство. Надеюсь, Оливия Уоррен не знает, насколько тесным оно стало пару часов назад.
   - Вы знакомы? - удивленно приподняла брови Оливия, как только за Алексом закрылась дверь.
   - Поверхностно, - нервно улыбнулась, вспомнив, каким глубоким оно стало пару часов назад. - Учимся на разных факультетах одного курса.
   - Наверно, ты первая за шесть лет однокурсница моего сына, с которой мне удалось познакомиться.
  - Шесть?
  - Это его второе образование.
  То есть, шутки про туповатого "старичка" Уоррена изначально были неактуальны. Дурак оказался гением.
   - Вы можете им гордиться, - пролепетала, едва не выдав сарказм в голосе.
   - Что я и делаю, - хитро подмигнув, Оливия улыбнулась мне одним уголком губ.
   Женщина быстро переключилась от обсуждения нашего с Алексом знакомства на главную причину этой встречи.
   Мы говорили почти час, взвешивая плюсы и минусы работы в компании. Она прямо указала на недочеты в моей конкурсной работе, попутно удивившись тому, что я училась рисовать, не прибегая к помощи преподавателей. Мы быстро нашли общий язык, я даже забыла на время, что передо мной представитель так 'обожаемого' мною семейства.
   - Официально в компании три месяца испытательного срока. Тебе придется многому учиться: умение придумывать и переносить идеи на планшет даже не половина выполняемой нашими дизайнерами работы. Работа с поставщиками и подбор материалов во время стажировки - только присутствии твоего наставника - Евы. Иногда можешь обращаться за помощью к Ноэлю.
  В конце месяца стажировки - одна полностью самостоятельная работа. На основании оценки трёх таких работ принимается решение.
   - Когда могу приступить?
   - С понедельника. Выходные плавающие - зависят от сроков сдачи проекта. Обычно все успевают освободить для себя воскресенье, а самые шустрые умудряются брать ещё один выходной на неделе. Впрочем, в наш век современных технологий, опытные сотрудники иногда работают из дома.
   Я мысленно представила себя матёрым профессионалом, работающим в обнимку с планшетом на кровати, обсудила с боссом ещё пару вопросов и собралась ехать домой. После вчерашних гонок я уделила на сон всего четыре часа.
   Вежливо попрощавшись с секретаршей Оливии, я доплела до лифта. Полностью истощенная насыщенным на события днем, с трудом нажала на кнопку, всматриваясь в боковую панель с мигающими номерами этажей. За спиной послышались шаги. Я обернулась и усталость как рукой сняло, когда перед глазами появилось знакомое лицо. К счастью, Уоррен, сделал вид, что перед ним стоит человек-невидимка.
   Створки лифта бесшумно разъехались в стороны. Некоторое время мы стояли неподвижно, молча уступая друг другу. Никто из нас сдаваться не собирался. Молчание продолжалось: мы вступили в негласное соревнование на выдержку.
   Прошло пятнадцать секунд, прежде чем лифт взбунтовался, закрывая двери перед носом упрямых пассажиров. Рука Уоррена метнулась вперед, придерживая створки, но сам он так и продолжал изображать из себя столб.
   - Прошу, - кивнул, соизволив, наконец, снизойти до короткой реплики.
   - Ты так любезен.
   Молчаливый полет на первый этаж продолжался ровно до половины пути. Тишину прорезал насмешливый голос:
   - Так и будешь делать вид, что ничего не случилось?
   - Ты что-то сказал? - поинтересовалась, сделав вид, что до сих пор была увлечена разглядыванием серебристой панели с синими кнопками.
   - У фирмы 'Phonak' отличные слуховые аппараты.
   - В стоматологии за углом делают классные импланты.
   - Я-то решил, что у тебя все натуральное. Часто там зависаешь?
   - Не чаще, чем ты у парикмахера. Правда же, седину в твоём возрасте уже не скроешь.
  - Хватит завидовать моему возрасту, Ведьма.
   Толпа сотрудников одного из расположенных в здании офисов заполнила лифт на седьмом этаже. Я незаметно выдохнула, радуясь тому, что, мы, наконец, не одни в этой движущейся коробке. Уже в фойе первого этажа я ускорила шаг, отрываясь от медленно бредущего к выходу Уоррена. Но черт меня дёрнул обернуться и с улыбкой произнести:
  - Я ещё не знакома с твоей сестричкой. Какое досадное упущение. Думаю, будет правильно, если я тоже передам ей привет, - и тут же стирая улыбку с лица, отрубила: - Через брата. Помнится, я жаловалась на нечитаемость люциферовых мыслей по взгляду. Наконец-то лёд треснул. Искры разгорелись. И в адовом пламени бешеных глаз я черным по белому прочитала: " Только попробуй."
  
  
  

Глава 10

Чёрное и белое
  
  Ненавижу понедельники, и вряд ли найдется хоть процент населения планеты, который бы со мной не согласился.
   Встреча с Уорреном у входа в лекционный зал прошла без эксцессов. Я ожидала заинтересованных взглядов со стороны люциферовых Церберов, но, видимо, Алекс не успел рассказать о своём "достижении". Мы с одногруппницами стояли у окна, принявшись обсуждать проект, который нужно было подготовить для участия в конференции. Неподалеку расположилась кучка студентов с группы Алекса и чуть поодаль от основной массы стояла 'великолепная четверка'. Уоррен делал вид, что не замечает моего присутствия. Редкие встречи отточенных до безупречной остроты взглядов не меняли выражения на его лице. Ноль эмоций.
  За три минуты до звонка в конце коридора замаячила фигура Милагрос. Я оставила погрузившихся в обсуждение девчонок и пошла навстречу Милли.
   Подруга молча посмотрела на меня, затем на Алекса и, нагнувшись к самому уху, шепнула:
   - Он с тебя глаз не сводит. Конечно, когда ты не смотришь. А так как ты упорно пытаешься этого не делать, он напропалую пользуется предоставленной возможностью. А ведь я говорила тогда, на танцах: вам нужно выпустить пар. Ну, и? Надеюсь, вы вдоволь покусали друг друга и, наконец, успокоитесь?
  Мне пришлось прочистить горло, чтобы избавиться от комка, который появился при мыслях о том поцелуе. Милли не так-то и далека от истины: у меня до сих пор губа побаливает.
  - Боюсь, что это только начало.
  Спустя два часа после случившегося в аудитории мы умудрились в очередной раз пульнуть друг в друга из водяных пистолетов. Образно, конечно же, - даже я начала понимать, что наши стычки все больше напоминают детские игры. - Мы слишком разные, чтобы ужиться в одном помещении.
  - Видно, в школе ты не любила химию. Да, вы же наглядное пособие по изучению ионных связей. Катион - Сэм . Анион - Алекс.
  - Боже, Милли, - закатила глаза, на секунду вспомнив, что химия действительно была не самым любимым мною предметом. - зато я помню, что результатом такой связи может быть вещество, способное уничтожить все живое.
   - Окей. Тогда вспомним немного китайской философии. Символ мужского и женского начала. Круг, разделенный на две части - Инь и Ян. Дополняющие друг друга противоположности, в каждой из которой есть частичка собственной темной или светлой стороны. Две души в одном теле. Два тела - одно целое. Кстати, согласно этой концепции, победа в таком противостоянии невозможна. У вас есть только один шанс обрести гармонию.
  Шепот возле уха стал ещё тише, что заставило меня насторожиться. Оказалось, не зря.
  - Какой же?
  - Слиться воедино, - хохотнула подруга, легонько ткнув меня в плечо. - Ну, в этом вы, ребята, почти преуспели.
   - Ничего ты не понимаешь. Это была операция по уничтожению одной из сотни белых рубашек Уоррена.
   - Вот оно что! Видимо, ему такой способ понравился, - заключила Милли и слегка кивнула при этом в сторону Алекса - рубашка-то снова белая.
  Глаза подруги вперились в чёрное худи, которым я решила спастись от прохлады сентябрьского утра и я тут же уловила ход её мыслей. Инь - Ян?
  
  
   Мы с Евой Остин познакомились ещё в начале лета, когда я получила результаты четвертого этапа конкурса. Ева лично награждала финалистов и , кстати, именно тогда я впервые узнала, что стажировка в "Баскете" - это главный приз, о котором не знал никто из конкурсантов вплоть до финала.
  - Ого! Ты уже тут?
  Я взглянула на часы, не меньше Евы удивившись своему раннему появлению.
  - Нас отпустили с третьей пары, у профессора выступление на телевидении.
  - Здорово, мне как раз нужна помощь с сортировкой эскизов. Тут ещё и Бригман подкинул своих тряпок " по старой дружбе". Будто я что-то в этом соображаю. Попробуй заставь меня отличить втачной рукав от реглана.
  - Кое в чем я разбираюсь, на втором курсе пришлось посещать факультатив по истории костюма.
  - Я бы спала на каждой паре. Историю "люблю" почти так же, как костюмы, - прыснула, бросая мне в руки пропуск с фотографией. - Оливия просила передать, теперь тебе тоже открыт доступ туда, где не ступала нога простого смертного.
  - Даже в кабинет директора? - удивилась, вспомнив, что считыватель для магнитной карты видела еще в субботу.
  - Нет, там карта не работает. После нескольких блокировок двери у Оливии чуть не развилась легкая форма клаустрофобии.
  - Надеюсь, это у вас не частое явление. Не уверена, что смогу сохранять спокойствие будучи запертой на высоте 18 этажей.
  - Редкое. "Повезло" с этим только Оливии.
  Остин встала из-за стола и направилась ко мне со стопкой эскизов. Короткие русые завитки её кудрявых волос забавно подпрыгивали при каждом шаге. Россыпь веснушек, серые глаза и открытая улыбка. Такие люди даже осень рядом с собой превращают в лето.
  - Найди 5 отличий, - мне на стол опустились эскизы трех кресел-трансформеров. - даю подсказку: искать нужно внутри. Внешне они братья-близнецы.
  Кстати, почему ты выбрала интерьер? Я видела твои рисунки в Фэйсбуке. Там ведь все из головы? В том числе и костюмы.
  - Я ничего не выбирала, моя специализация - графический дизайнер. С таким же успехом я могла пойти иллюстратором в издательство, - пожала плечами, тут же приступив к изучению чертежей. - В выпускном классе я фанатела по азиатским комиксам и даже пыталась нарисовать собственную мангу.
  - И?
  - Не срослось с сюжетом, - прыснула при воспоминаниях о своем неудачном опыте мангаки, - меня чуть не заклевали мои же читатели.
  - То есть ты пока в поисках себя?
  - Возможно.
  - Если захочешь уйти к Ноэлю, я пойму, - протянула с напускной грустью в голосе, - Он крутой художник, но, к сожалению, давно не видит себя в интерьере. Его мечтой всегда был бренд одежды под собственным именем. А у тебя будет больше перспектив и возможностей роста. При особой сноровке место правой руки замаячит в ближайшие пару месяцев.
  - Не думаю, что наши с Ноэлем представления о моде совпадают, - возразила, вспомнив реакцию знакомых на мои наряды в редкие дни затяжной меланхолии, когда мне бывает совершенно плевать на то, как все это сочетается.
  Мы немного поколдовали над заброшенным в долгий ящик проектом кухни в прованском стиле, для которого Ева с энтузиазмом приняла на вооружение пару моих идей. Иногда для того, чтобы дело двинулось с мертвой точки, действительно нужна свежая голова. Моя в этом случае оказалась кстати. Накатившее на меня вдохновение вылилось в эскиз симпатичного дивана небесно-голубого цвета, при виде которого Ева разве что не завизжала от восторга.
  - И мой любимый механизм-трансформер со второй картинки. Сэм, такими темпами, твоя стажировка завершится к концу месяца!
  К концу рабочего дня в кабинет, к которому я успела привыкнуть за пару проведенных здесь часов, вошел молодой, чуть старше тридцати лет, мужчина в облепившей рельефное тело футболке и рваных джинсах. Чуть выступающая на лице щетина, растрепанные светло-каштановые волосы - ничего не выдавало в нем типичного модельера. Либо мои представления о том, как выглядят мужчины - дизайнеры были слишком стереотипны.
  - Слышал, у тебя появился стажер, - протянул мужчина, пробежавшись оценивающим взглядом по моей толстовке с закатанными рукавами и простым серым джинсам. Если вспомнить, что на голове у меня подобие конского хвоста, а лицо с утра успело "познакомиться" только с тушью, представляю, какой мышью я выгляжу в его глазах. - Симпатичная, но над стилем я бы поработал.
  - Драные штаны и футболка в облипку сейчас считается стилем? - усмехнулась Ева, не отрывая взгляд от чертежей.
  - Я же не на показе. Работа для меня что дом - хожу в чем придется, сама знаешь.
  - Знаю, - вздохнула Остин, - лучше, чем хотелось бы.
  Я не успела скрыть любопытство: Бригман поймал удивление в моем взгляде и пояснил:
  - Я был ее соседом долгих два года, пока пытался освоиться после переезда. А еще раньше мы были хорошими школьными приятелями. Ева считала, что я гей, а я не торопился её в этом разубеждать.
  - Пока я не застукала тебя со своей сестрой!
  - Избавьте меня от подробностей, - взмолилась, чувствуя, что вот-вот стану свидетелем почти семейных разборок.
  - Лив отправила мне твое резюме. Выходит, ты не только в интерьере разбираешься? Мне бы тоже не помешали лишние руки.
  - Обойдешься. Разберись со своими стажерами для начала, - отрезала Ева.
  - Ты невозможная. Впрочем, ничего не меняется, - возмутился и тут же посмотрел на меня, добавляя: - Ладно, я еще подумаю, как переманить тебя на свою сторону.
  С чего такое внимание?
  Он исчез за дверью так же неожиданно, как появился. Ева отложила в сторону папку с чертежами и, избавившись от очков, поинтересовалась:
   - И каковы шансы?
   - Шансы? - переспросила, не сразу догадавшись, о чем идет речь.
   - У Бригмана, - пояснила, принявшись расставлять бумаги по ящичкам, - У меня иммунитет на его смазливую мордашку, но большинство молоденьких девочек в компании с радостью согласились бы на работу под его началом.
   - Я работать пришла, - пожала плечами, не скрывая удивление в голосе.
   - Мне нравится твой настрой.
  
   После четырех насыщенных рабочих дней, в пятницу я быстро справилась с рабочими задачами, и попросила у Евы сократить мой рабочий день на пару часов.
  - Без проблем, ты и так пару раз появлялась тут раньше времени. Считай, что свою недельную норму часов ты отработала. Жду в понедельник.
  - А как же... Оливия говорила, что субботы здесь тоже рабочие, по крайней мере, для стажеров.
  - Я еду завтра в командировку. Считай, что тебе здесь делать нечего.
   Все-таки с Евой я вытянула счастливый билет.
  Три часа сна и разрывающий перепонки будильник: угораздило же уснуть в наушниках... Я порылась в ворохе одежды, чуть не схватила женский спортивный костюм, вспомнила, что собираюсь на гонки, в мужском теле, и метнулась к другой половине шкафа. Типичная спальня семейной пары. Взгляд упал на комод с зеркалом: одинокий флакон мужской туалетной воды среди дюжины тюбиков моей косметики. Интересно, мой будущий муж будет таким же аскетом в плане средств для ухода?
  - Будущий муж, - горько усмехнулась собственным мыслям. - Потрясающий оптимизм, Саманта
  
  
   Сэм
  Знакомый "Ламборгини" стоял у входа в круглосуточный супермаркет в паре кварталов от привычного места проведения гонок. Рядом - светловолосая девушка в спортивной форме, точно повторяющей оттенок машины. Алекс. Чересчур спокойная для опаздывающего, она болтала по телефону и отмеряла шаги вокруг автомобиля.
   Нажал на тормозную педаль неподалеку от продолжавшей увлеченно чесать языком Александры и вышел навстречу. Она сразу меня заметила, неодобрительно фыркнула (я даже не сомневался в такой реакции) и повернулась к стеклянной двери.
   - Я поняла, Курт, в следующую субботу, - отчеканила перед тем, как отключиться.
   - Проблемы? - спросил, догадавшись, почему она так спокойна.
   - Да. С копами. В районе сменился шериф, Курт так и не нашел способ к нему подступиться. Гонку перенесли на следующую субботу, возможно, будут менять трассу.
   - В финале?!
   - Вот именно.
  
   - С отменой гонки мы разобрались? А здесь ты что забыла? - поинтересовался, кивая в сторону магазина.
   - Средство от комаров. Есть тут один, навязчивый до исступления.
   - Чеснок не пробовала? Говорят, хорошо помогает в борьбе с кровососами.
   - Спасибо за совет, - прыснула перед тем как скрыться за стеклянными дверьми.
  Я нырнул следом. В животе призывно заурчало, одновременно напоминая и о Сахаре, в которую превратилось горло.
   - Возьми и мне чашку! Схожу за сэндвичами, - бросил пристроившейся возле кофейного автомата Александре.
   Не слишком богатый выбор для перекуса, и, судя по датам на этикетках, еда тут не первой свежести. Я схватил с полки самые безобидные на вид сэндвичи с индейкой в надежде, что Алекс не окажется вегетарианкой. На случай разыгравшегося во время еды аппетита, взял ещё и пару стаканов острой тайской лапши. Где-то у входа здесь был термопот.
   Я бы не рискнул подойти к ней, если бы не вторая кружка на столике. Она злилась, вне сомнений, но по крайней мере, не собиралась меня убивать за прошлую субботу. Или кофе - это завлекающий маневр? Кофе был не слишком горячим, и мы довольно быстро управились с небольшими стаканчиками. Сэндвичи так и лежали нетронутыми. Я открыл один и протянул Александре.
   - Поешь. у тебя такой взгляд, будто ты третий день на диете.
  - Может дело не в еде?
  - А в чем? В напитках? Ты мне до сих пор тот коктейль простить не можешь? - возмутился, попытавшись отвлечь от главной причины её злости.
  - После коктейля были руки на заднице.
  - Это были не мои руки!
  - Ну, да, про офигенную задницу я уже слышала, однако, она не помешала тебе поцеловать меня после гонок!
   Нет. Избежать щекотливой темы не получилось. Надеяться на обратное было глупо.
  - Это был выброс адреналина, сам не понимаю, как все произошло.
  - Не понимаешь? Ты же поставил условие, что в случае выигрыша я буду должна тебе поцелуй. Но поцелуй в щеку, Макдауэлл! Тебе показать, где находятся щеки?
  - Ладно, признаю. Виноват. У меня были подозрения, что тебе нравятся девушки, а тут ещё девчонки подтвердили. И я...
  - Хотел проверить? Ну, и как? Убедился, надеюсь? Что я по девушкам.
  Значит, правда? Я старался не замечать как тело окатило волной разочарования. Пожал плечами и с безупречным равнодушием в голосе выдал:
  - Не то что бы я хорошо в этом разбираюсь... Но целовалась ты охотно.
  - Я... что делала?!
  - Ещё кофе?
  - Повтори, что ты сказал? - прошипела вдогонку.
  - Паршиво, говорю, целуешься.
  - Я по-моему, ты сказал другое слово.
  - Тебе послышалось.
  - Надеюсь.
  
  
  Алекс
  Я быстро управился с сэндвичем, которым Макдауэлл пытался задобрить озлобленную фурию в лице Алексы Уоррен. Но чашка кофе и перекус были не единственной моей целью визита в круглосуточный магазин.
   Полуночный покупатель в лице Александры заставил кассиршу с неохотой подавить ладонью зевок и натянуто улыбнуться в приветствии. Она кивнула на ряд тележек, бесконечной очередью расположенных у камер хранения. Её желание поспать было объяснимо: кроме нас с Сэмом и крепкого охранника у входа здесь не было ни души. Да, и я бы давно вернулся домой, если бы не требование экономки закупиться средствами для уборки. Мисс Гордон отлично справлялась со своими обязанностями, посещая мою квартиру два, а иногда и три раза в неделю. Но главная ценность пятидесятилетней женщины, рекомендованной мне агентством ещё в первые дни после переезда в собственную квартиру - отсутствие привычки задавать ненужные вопросы. Особо любопытным не давала бы покоя одна только половина моего шкафа, не говоря уже о содержимом прикроватной тумбы и о том, что лежало на полках в ванной. Ей же было плевать, есть у меня девушка, или в свободное время я увлекаюсь ночными разгулами в женском прикиде. Но как и у всякого идеального человека, у мисс Гордон была одна странная особенность. Она ни за что не возьмётся за уборку, пока в доме не будут все принадлежности, необходимые для работы. И ей так же безразлично, хорошо ли в этом разбирается заказчик. В конце концов, от собственного незнания страдать приходилось только мне. Стоит ли говорить, что в первое свое посещение она великодушно составила список покупок, взяла сумму как за полноценную уборку квартиры и удалилась, махнув напоследок перед моим носом распечаткой электронного договора об оказании услуг.
   Курсируя в направлении стеллажей с необходимой бытовой химией, я остановился возле полки со средствами для мытья пола. Картина с посетителем, штурмующим отдел бытовой химии в первом часу ночи, и так выглядела странно. Счастье, что я делал это хотя бы не в привычном для себя образе.
   Я забросил в тележку бутыль с бледно-синей жидкостью, швабру-трансформер и освежитель, попутно вспоминая, что ещё из памятного списка закончилось либо пришло в негодное состояние. Салфетки. Таблетки для посудомоечной машины. Стиральный порошок и кондиционер. Им что нужно было закончиться одновременно?
   - Хозяюшка года, - хмыкнул появившийся за спиной Макдауэлл.
  - Ты ещё здесь?
  - Ещё бы. От меня спасет только чеснок, забыла?
  - Я ещё не добралась до продуктового отдела.
  Там-то я мог позволить себе расслабиться: готовила мисс Гордон редко, но удивительным образом могла состряпать что-нибудь съедобное даже из тех скудных припасов, что иногда появлялись в моем холодильнике.
  У полок с продуктами я долго выбирал между тремя видами мяса, когда подозрительный скрип за спиной отвлек меня от мыслей.
   - Мясом меня не напугаешь. Только чеснок. Только хардкор.
   - Вот же пристал! Ты на что-то надеешься? - спросил, выбрав-таки кроваво-красные стейки со светло-желтыми прожилками. - Новость о моих предпочтениях тебя не напугала?
  - Может, я хочу простой дружбы?
  - Тогда... Знаешь, что, подружка, - улыбнулась Алекс, разглядывая сделанные покупки, - я забыла кое-что в отделе бытовой химии. Не сгоняешь?
  - За чем?
  - За тампонами.
  - Тебе какие? - спросил, ни на секунду не удивившись моей просьбе.
  - Да, любые, - бросила вслед удаляющейся фигуре.
  Видимо, "офигенный зад" в свое время вил из этого парня веревки.
   - Ты живёшь с родителями или с братом? - донеслось сразу за звуком прилетевшей в тележку упаковки средств женской гигиены.
   - Где придется. Тебе-то что за дело? В гости приглашать не собираюсь, знаешь ли.
  - А если я приглашу? Поедешь? Приставать не буду.
  Ага. Слышали уже.
  - Изыди. Как назло, нигде не вижу чеснок.
  - Я серьезно, Алекс. Это не дом, не квартира и даже не гостиница. Хочу показать тебе одно классное место. Обычно оно многолюдное, но я давно не был там ночью, поэтому не уверен, что мы встретим так необходимую для твоего чувства безопасности толпу.
   Не знаю, почему я поверил. Был уверен, что в этот раз мой кулак вовремя окажется на его лице при повторной попытке исследовать грани чувственности Александры? Устал и потерял желание спорить? Или мое желание послать его к черту пало перед банальным женским любопытством "сестры"?
  Прежде чем согласиться, я подстраховался, чтобы предупредить возможное повторение эпизода в машине.
   - На всякий случай, напомню: у меня очень заботливый брат. И он никогда не ограничивает себя в методах, когда дело касается ответа обидчикам его сестры.
   На мгновение зелёные глаза вспыхнули, словно выпуская наружу затаившегося внутри Макдауэлла зверя.
  - Давай договоримся. Приветы друг другу впредь передавать в вежливой форме. Для этого необязательно использовать руки, - сухо отозвался Сэмуэль, поправляя капюшон спортивной куртки.
   - Согласна. Показывай свое классное место!
  
  Сэм
  
  Гавань встретила нас огнями десятка пришвартованных к причалу суден: небольшие лодки, катера, парусные яхты и теплоходы. Повсюду сновали люди, среди которых едва ли нашлась бы хоть четверть из местного населения. Это место всегда привлекало туристов.
   Алекс смиренно плелась за моей машиной и изредка привлекала внимание раздраженно сигналя. Ещё бы, я обещал показать ей что-то особенное, а привез в место поломничества тысячи приезжих зевак.
  Миновав облагороженную часть набережной, я проехал ещё полторы мили и остановился у груды нагроможденных камней. Работы тут ещё велись, с переменным успехом. Помнится, полгода назад, когда я впервые пришел сюда, высота каменной горки была такой же.
  - И что же тут классного?- проворчала Алекс, выбираясь из машины.
  - Мы только приехали. Тут ещё пройтись в сторону берега.
  Алекс выдохнула, обхватила себя обеими руками и помчалась вперёд.
  - Хоть бы предупредил, что будет холодно!
  На заднем сидении Ауди лежала пара одеял. Я планировал добраться сюда ещё до того, как планы на гонку обломились.
  Алекс быстро добежала в точности до нужного места и села на корточки, крепче сжав вокруг себя руки.
  - Держи.
  Одеяло упало ей на плечи. Она подняла удивлённые глаза и благодарно улыбнулась. Иногда и эти осколки айсберга становятся похожими на глаза обычного человека.
  - Единственное место в городе, где можно любоваться водой в отсутствии людей.
  - А говорил, что обычно тут многолюдно. Ау! Где все?
  - Ну, толпа была. Просто мы проехали мимо, - пожал плечами, снимая с себя вину одним жестом.
  - Любишь смотреть на воду?
  - Она меня успокаивает. Возможно, потому что может тушить огонь, периодически вспыхивающий внутри меня. Вода помогает мне упорядочить мысли.
  - Про мысли - в точку.
  - До пятнадцати я даже плавать не умел. Мне оставалось только смотреть, - улыбнулся, возвращаясь к воспоминаниям шестилетней давности. - Полгода назад, когда мы переехали в Бостон, я в первую же ночь отправился на поиски подходящего места. Даже катер арендовал, чтобы уединиться. Но оказалось, что и в воде уединение - непозволительная роскошь.
  Словно в подтверждение моих слов в ста футах от нас, с разницей в несколько секунд, пронеслась тройка катамаранов.
  - Сегодня тебе тоже захотелось упорядочить мысли?
  - Скорее разобраться в себе: чего я хочу, что чувствую. Кем себя вижу...
  - А я-то тебе зачем?
  - Не хотелось ехать одному. Как всегда. И... вдруг у тебя тоже есть вопросы, на которые можно найти ответы именно здесь?
  - Как всегда? Даже с Самантой здесь не бывал?
  - Ни разу. Но так и быть: можешь показать это место брату.
  - Какое великодушие, - прыснула Алекс, удобнее кутаясь в теплое одеяло.
   Мы улыбнулись друг другу и молча воззрились на водную гладь. Все так же мимо проплывали суда, оставляя за собой хвосты белоснежной пены. Горящие огнями сотен ламп высотки на противоположном берегу отражались в воде, приобретая причудливые формы.
  - Гляди, - шепнул, стараясь сохранить воцарившуюся атмосферу спокойствия и тишины. -
  Если смотреть с этого ракурса, отражение той высотки напоминает светлую часть круга Инь Ян, а неоновая вывеска ресторана в воде смотрится как круг внутри темной части.
  - Не знала, что в воде городского канала есть мужское и женское начало. По мне так почти любое философское учение придумано бездельниками для оправдания своей лени.
  - Может, не так это и глупо... - протянул задумчиво, вспомнив слова Милагрос. Что, если в них действительно есть смысл?
   - Человек, вбирающий в себя мужское и женское начало? Это как если бы внутри тебя жила девушка. Интересно, какой бы она была?
  - Такой как Сэм, - выдал с уверенностью, ни на секунду не задумываясь над ответом. Откуда ей знать, что это правда? Ни одному нормальному человеку и в голову не придет, что Сэм и есть моя "Инь".
   - А мой "Ян" был бы похож на Алекса? - она выдавила из себя улыбку, тут же обращаясь взглядом к воде.
   - Думаешь, твоя вторая сторона была бы копией Алекса? Иногда мне кажется, что Вы совсем разные.
  - Тебе-то откуда знать? Ты даже не видел его ни разу! - едва не поймала меня на очевидном. Ни разу не видел, но знаю не хуже, чем её.
  - Мне хватило того, что я о нем слышал.
  Вновь тишина. Я постелил второе одеяло на землю и усадил замерзающую девушку. Сел рядом и незаметно подвинулся. Подозреваю, что Алекс только претворялась, что ничего не видит.
  - Прости, - в этот раз заговорила она.
  - За что?
  - За поцелуй Алекса с твоей сестрой.
  - Ты-то тут каким боком? - я отмахнулся, вспоминая, что Сэм с охотой участвовала в этом фарсе.
  - Он сделал это из-за меня. Из-за моей обиды и мелочного желания поквитаться. А в итоге... - оборвавший фразу всхлип заставил меня дернуться. Я повернул её к себе, положил ладони на плечи, ни на секунду не испугавшись возможной защитной реакции.
  - Почему тебя это волнует? Мы с Самантой как-нибудь разберемся. В конце концов, они с Алексом решат этот вопрос между собой! Плакать из-за такой мелочи?!
  Где-то послышался едва уловимый голос Саманты "это что ты назвал мелочью, придурок?". Интересно, давно, мы перешли в стадию раздвоения личности? И пора ли обращаться за помощью к психиатру?
  - Я пыталась понять, почему решила оторваться на ней. Наверно, это банальная зависть. Здоровым отношениям брата и сестры. Отношениям, которых у меня никогда не будет.
   Она всхлипывала, стирая с лица нескончаемые соленые потоки.
   Все остальное происходило неосознанно. Мои ладони метнулись к лицу Александры, попутно стирая дорожки на щеках. Притянув раздираемое слезами тело к своему, я принялся поглаживать спину девушки, теснее прижимая к груди. Она и не думала вырываться, со злостью кричать и раздавать пощечины.
  В какой-то момент, тонкие руки окутали мое тело удивительно живым, объемным теплом. Она потихоньку успокоилась, подняла голову и прошептала:
  - Спасибо...
  - Я задам вопрос. Можешь не отвечать, если не хочешь.
  Это было странно. Я недолюбливал Уоррена, но даже это не оправдывало мои подозрения. Все же, последняя фраза Александры тревожной кнопкой мигала в моей голове. "Отношениям, которых у меня никогда не будет."
  - Что не так с вашими отношениями? Он... видит в тебе... не только сестру?
  Расширенные в изумлении глаза и звонкий искренний смех девушки не оставил сомнений в нелепости моих домыслов.
  - Алекс, конечно, тот ещё кобель, но не извращенец. Все намного проще: мы слишком разные, хоть внешне - одно лицо, и непохожесть характеров портит жизнь нам обоим.
  Она вытерла лицо уголком наброшенного на плечи одеяла, прищурилась, вглядываясь в мое лицо, и, вероятно, сообразив, в чьих руках уютно устроилась, резко дернулась назад, вырываясь из объятий.
  - Ну и как? Нашел ответы на свои вопросы?
  Мои руки обречённо повисли в воздухе, лишившись тепла хрупкого тела.
  - Нашел.
  - Тогда пойдем обратно, одеяло не помогает.
  Я поборол сумасшедший порыв догнать замерзшую девушку и вновь обхватить её руками, наклонился за лежавшим на земле одеялом и двинулся следом.
  Кажется, я только что переступил грань между спортивным и вполне реальным интересом. Кто-нибудь! Отмотайте назад, хотя бы часа на два! А лучше на две с половиной недели, пока мы ещё не были знакомы.
  
  
   Алекс
  
   Я вошёл в квартиру и хлопнул дверью. Ключи звякнули о поверхность винтажной полки для обуви, которая смотрелась здесь почти так же чужеродно, как отражение в зеркале. Блондинка с большими серо-голубыми глазами, маленьким ртом и в меру пухлыми губами, чистой кожей без единого изъяна. Сколько же девушек мечтают о такой внешности? И сколько мужчин хотели бы видеть такое лицо в своей квартире и своей постели. Десятки, сотни, тысячи. Но я бы отдал многое, чтобы никогда его не видеть.
   В голове закрутились отрывки нашего с Сэмом разговора и я поморщился при воспоминаниях о слезах Александры. Не думал, что есть хоть один шанс заставить меня заплакать. Невыносимая боль, обида от чувства несправедливости - какие бы ощущения меня не одолевали, я всегда находил в себе силы стиснуть зубы, проглотить подступающий к горлу комок и двигаться вперёд. Тогда чем вызвана слабость, которую я позволил Александре сегодня?
   Начинаю забывать о том, кто я? Отключаюсь от собственных мыслей, уступая тому голосу, что стал появляться в моей голове? Я едва смирился, с тем, что превращаюсь в девушку, но раздвоение личности, если это действительно оно, - слишком сильный удар, который лишит меня возможности все контролировать.
   Безупречно сыгранная партия в трагикомедии длиной в восемь с половиной лет. Моих талантов лицедея хватило ненадолго. До каких пор продлится эта игра? Ты сдаешься, Алекс. Сам не понял, как начал потихоньку мириться со своей участью.
   Но ведь каких-то пару недель назад все шло по привычному сценарию, пока не появился Макдауэлл и женская сущность во мне запротестовала. А теперь, возможно... требует отдельной жизни? Ведь по другому мои слезы и пылкие объятья с утешителем века не объяснить.
   Как он сказал? Инь и ян? А кто из нас светлое, кто - темное? Именно я сделал её циником до мозга костей, руковожу всеми её поступками, не желая признавать, что мы никогда не были одним человеком в разных телах. Во мне всегда были эти две стороны. До пятнадцати, даже несмотря на болезненный недоразвод родителей, я старался вытянуть из себя все, что делало меня ангелом в чужих глазах. Один день, или, точнее, ночь все перевернула. Срезав крылья светлого существа, наружу вышел демон. Холодный и неприкаянный. Александра была тем самым проявлением ангельской натуры во мне, но демон оказался сильнее. Моё ян подавило светлое инь. Никакой гармонии. Одно сплошное темное пятно, которое так никогда и не увидит проблеска света.
  
   Сэм
  
  Работа в Баскете занимала все свободное время. Я уставала так сильно, что в голове даже не возникало безумных мыслей отправиться на поиски ночных приключений в шкуре Сэма. Взамен я получала обалденный опыт под надзором лучшего в мире наставника.
  В тандеме с Евой мы фантанировали идеями, раз за разом приводя Оливию в приятное замешательство. Первый проект на пути к финалу стажировки мне поручили сдать уже через неделю. Планировка фасадов и мягкой мебели для маленькой двухуровневой студии в центре. И если с фасадами все было стандартно, то остальное исполнялось в единичном экземпляре.
  Сидя за планшетом, я пробегалась по сайтам мебельных фабрик, с которыми фирма сотрудничала не первый год.
  - Разве наши фабрики берутся за мебель несерийного производства?
  - Фабрики - нет. Но у нас есть немало хороших мастеров, которые работают в небольших цехах. Кто-то умудряется открывать мастерские дома. Мы каждый год обращаемся к ним за помощью для конкурсных работ.
  - Вы и в конкурсах участвуете?
  - А то! В прошлом году наша кровать-трансформер произвела фурор. В этом работы начнут принимать в начале декабря. Кстати, тоже можешь поучаствовать.
  - Я ещё даже не знаю, чем закончится моя стажировка, - качнула головой, предпочитая не бежать впереди паровоза.
  - Да, брось! Тут ежу понятно, что Оливия тебя не отпустит. Она же видит, что мы отлично сработались.
  - Я бы сказал: удачно спелись, - привычно съехидничал выглянувший из-за двери Ноа.
  Ева фыркнула, картинно закатила глаза и махнула рукой, словно говоря " или куда шел".
  - Весело у вас, - Бригман сел на свободное кресло в дальнем углу кабинета и, глядя прямо на меня, расплылся в улыбке.
  - А у меня работа на паузе. Кэйси слегла с простудой. Бездушные манекены меня не радуют. Хочу закончить платье и сегодня же увидеть его в движении. А тут такая лажа!
  - Сочувствую, но я тебе в этом не помощник. Сам говорил, что я жирная, - пробурчала Ева, - И это было три года назад, когда мне ещё не перевалил третий десяток.
  - Могу порадовать: сейчас ты на пару фунтов меньше. Но все ещё не годишься.
  - Кто бы сомневался, - беззлобно фыркнула Ева, обменявшись улыбкой с Бригманом.
  Я была слишком увлечена работой над проектом, из-за чего не обратила внимание на то, что в кабинете стало слишком тихо.
  - Сэм?
  - Да?
  Ноэль смотрел на меня с интересом, совсем иным, непохожим на тот, с которым оценивал в первый день.
  - Ты можешь помочь мне.
  Это была не просьба и даже не вопрос.
  - Помочь... с чем? - иногда я вполне сносно умею изображать жирафа.
  - Примерить платье.
  - Нет.
  Застывшая в ожидании Остин, издала короткий смешок и вернулась к работе.
  - Не больше получаса.
  - Нет.
  - Это платье будет выпущено в лимитированной версии, вдруг у тебя больше не будет возможности его примерить? - он не сдавался, обратившись за помощью к своей фирменной улыбке. Разве можно было ей сопротивляться? Оказалось, что вполне.
  - Не люблю платья.
  Для убедительности я встала и принялась потягиваться, разминая мышцы и демонстрируя хлопковую белую футболку с прямыми черными джинсами. Скучная классика для учебных будней, плавно перетекающих в рабочие.
  - Ты только меня все время динамишь или достается и остальным? - буркнул обиженный Бригман.
  - По настроению.
  Ноэль снова что-то буркнул под нос и удалился.
  Ева тут же разразилась хохотом.
  - Кажется, я снова его обидела.
  - Ты зря отказалась. Он создаёт изумительные вечерние наряды. Оливия не стала бы рисковать имиджем фирмы, не будучи уверенной в том, что коллекция Ноэля если не выстрелит, то, как минимум, будет хорошо оценена публикой.
  - Но я не модель, - пожала плечами, все ещё не понимая, почему меня вообще рассматривают в этом качестве.
  - Ты просто не пробовала.
  - Ла-а-адно, я поняла, что ты хочешь сплавить меня Бригману, - отозвалась в шутку, - но боюсь, что уже поздно: после отказа второго предложения не поступит.
  Дверь приоткрылась и явила нам невинное выражение на лице Ноэля:
  - Ты ещё не передумала? - изрёк деловым тоном, делая вид, что не слышал наш с Евой разговор.
  - Передумала, - я улыбнулась, отодвинула к краю стола стопку чертежей и направилась вслед за довольным Бригманом.
  
  Ева была права: вечерние наряды в его исполнении были восхитительны. Но то простое на первый взгляд изумрудное платье с лёгкой асимметрией прямых линий спереди и потрясающим вырезом на спине, притягивало внимание особенно сильно.
  - Тут нужно доделать пару штрихов, - улыбнулся Ноэль, протягивая мне аккуратно снятое с манекена произведение искусства. - Проходи в примерочную, Элли поможет тебе одеться.
  Помощница Бригмана быстро справилась с боковым швом, к которому, вероятно, прилагалась потайная молния, приколола несколько булавок и отпустила меня на суд главного критика.
  Даже в таком, пока ещё сыром платье, я чувствовала себя королевой бала. Выпускной, которого у меня не было. По известным причинам.
  - Всё-таки я гений, - самодовольно хмыкнул Ноэль, разглядывая мою фигуру в коконе своего творения.
  Я восхищённо разглядывала отражение в зеркале, думая о том, что моя теория о самовлюблённых поклонниках этого предмета теряет свою актуальность. Пожалуй, такое платье заслуживает того, чтобы чаще разглядывать его в зеркале.
  Ноэль оторвал меня от увлеченного созерцания:
  - Ты забыла телефон в кабинете. Оливия тебя ищет.
  - Она у Евы?
  - Уже нет. У себя.
  - Видимо, доделать последние штрихи так и не получится, - вздохнула, возвращаясь в примерочную.
  - Иди так. Тут идти несколько минут. Ну, увидит тебя парочка засидевшихся сотрудников, тоже мне проблема. Вернёшься - закончим. Она сказала, что это быстро.
  - Ты не рискуешь? Сотрудники-то свои, но мало ли кто передаст эскиз платья конкурентам.
  - Не волнуйся, я давно позаботился об этом, никто не рискнёт связываться с ребятами, которые будут отстаивать наши с Оливией интересы.
  Я довольно кивнула и зашуршала метрами ткани, направляясь на встречу с начальницей.
  Пустые коридоры вечером пятницы не удивляли. Больше половины сотрудников работала по выверенному графику и освобождалась к этому времени. Путь к кабинету Оливии проходил через длинный узкий холл, на стенах которого висели яркие постеры. Я шагала, придерживая заколотый булавками бок платья. На всякий случай.
  К счастью это был не подиум, и риск моего падения, а что ещё веселее, падения моего платья, был эфемерным, но, увидев в конце коридора высокого парня с натянутым на голову капюшоном красного гоночного бомбера, я едва не споткнулась о длинный подол.
  Я не видела его целую неделю, и, надо же, встретила его именно здесь, в этом не соответствующем обстановке платью. Его взгляд был прикован к телефону, и я с надеждой оказаться незамеченной немного изменила траекторию движения. Незамеченной. В вечернем платье. В конце рабочего дня и в пустом коридоре. Я почти проплыла мимо, когда он с удивлением в глазах оторвался от экрана и стал провожать меня взглядом.
  - А иглы сбоку - это средство самозащиты?
  Я открыло было рот, чтобы с удовольствием воспользоваться другой своей защитной иглой - словесной, но быстро взяла себя в руки. К чему мне очередная перепалка. Я же решила, что выше этого. Мне удавалось избегать его целых пять дней и ехидное замечание не станет для меня поводом начинать очередной раунд глупых детских игр.
  - Я помогаю Бригману вместо приболевшей модели, - безразлично пожала плечами.
  Он стёр с лица насмешку, удивляя меня непонятным холодом при упоминании Ноэля.
  - У этого имбецила всегда получалось хорошо ублажать женщин.
  - Ч-что?
  - Говорю, классно выглядишь, - бросил, обманчиво дружелюбным жестом хлопнув меня по плечу - Серьезно. Ты очень красивая. В этом платье.
  Алекс игриво подмигнул мне и кивнул на прощание, перед тем как уйти в сторону выхода.
  Облить помоями. Залить медом и добавить ложку дегтя. Это его манера общения со всеми или только со мной?
  
  *****
   Несмотря на привычную загруженность пятницы, я успела даже отдохнуть пару часов перед предстоящей гонкой. Прогноз не обещал сюрпризов на трассе. Вопрос с копами решили ещё во вторник. Нам оставалось только набраться сил и вовремя приехать на трассу. А там как карта ляжет.
  

Глава 11

Шаг навстречу
  
  Алекс
   Поведение Джозефа и Майкла показалось мне подозрительным при первом же взгляде в сторону Феррари, у которого вот уже несколько минут велись переговоры. Майкл старался выглядеть непринужденно, будто обсуждаемая тема мало его интересовала. Джозеф же скалился в хищной улыбке, периодически бросая в мою сторону хорошо читаемые взгляды. Если в начале сезона Алекс бесила всех безусловным лидерством в команде наиболее вероятных к концу сезона чемпионов, то сейчас, когда Стив выбыл из-за травмы, а на замену пришел никому не известный новичок, желание закатать нас в асфальт уже никто скрывать не пытался.
   Макдауэлл прибыл минуту назад. Сонный, словно, только вскочивший с постели, достал из кармана спортивной куртки 'Orbit' и метким броском отправил в рот две подушечки мятной жвачки.
   - Прости, чуть не проспал. Не было времени зубы чистить, - прохрипел заспанным голосом.
   - Ну, если ты не собираешься отмечать победу очередным поцелуем, мне по фигу, - бодро откликнулся в попытке подшутить над тем единственным темным пятном наших с напарником отношений.
   - Не собираюсь.
   - Не нравится мне эта парочка, - я кивнул на Говарда и Блума, - Скоро пойдет десятая минута из критически важного обсуждения.
   - Что бы это могло быть? - хмыкнул Макалистер, делая тщетные попытки надуть пузырь - Нашествие саранчи на пшеничные поля Оклахомы, не иначе.
  - Единственная саранча для них сейчас - это мы с тобой.
  Больше для Майкла. Блум-то свой шанс упустил ещё на четырнадцатой гонке, когда в очередной раз оказался в конце пелотона.
   Сейчас он, максимум, может повлиять на турнирную сетку, вставив палки в колеса лидерам.
   - Не забивай голову ерундой. Им не даёт покоя мысль о том, что лучший пилот самой сильной команды чемпионата - девушка. Мизогония в действии.
  
  Безусловно, это был ценный комплимент для девушки, да, ещё от кого - мужчины! Но, вспомнив свои шутки, направленные в сторону его сестры, среди которых были и такие, за которые кровожадное до скандалов общество, могло бы обвинить меня и в пресловутой мизогонии, я испытал чувство стыда. Которое быстро исчезло, стоило мне вспомнить, чем было спровоцировано большинство моих шуток: её длинным змеиным языком.
   - Осталась минута, - напомнил Сэм, взглянув на часы.
   - Хоть в этот раз не забудь пристегнутьсч.
   - Уже, - бросил, сопровождая реплику щелчком ремня безопасности. - Удачи!
   Предельная концентрация. Я смотрел прямо, пока обычно болтливый сосед сидел рядом. Это и было странным: обычно, но не сейчас. Мне пришлось скосить взгляд, чтобы поймать лицо второго пилота. Сэм напряжённо следил за соперниками на одинаковых красных машинах. А делал вид, что все нормально: каждая мышца на лице говорила о том, как сильно он им доверяет.
   Мы пролетели по прямой с лёгкостью оставив четверку соперников позади. Сравнялись с Говардом и с переменным успехом стали то вырываться вперёд, то уступать миллисекунды. Ни один из преследователей не смог бы протиснуться между нами при всем желании.
   - Майк уступил первую гонку Саре?
  - За рулём была Сара? - Я удивился не меньше напарника. - Уверен?
   - Конечно, если Майк не отрастил волосы.
  Что же заставило Говарда уступить право первой гонки, если раньше он всегда доверял решающий заезд более хладнокровной напарнице? И что всё-таки они так долго обсуждали с Блумом?
   - Разберемся.
  Исход первой гонки решился на последнем повороте: Сара ехала слева и сухая дорога позволила бы ей вырваться в лидеры на повороте по внутренней траектории. Но вечер пятницы наводнил улицы Бостона дождем. И даже эта почти безупречная трасса не стала исключением. Весьма удачным для меня исключением. Брызги полетели в лобовое стекло, но я продолжал вести, не сбавляя привычной скорости. Чего нельзя было сказать о Саре. Она замешкалась, чуть не слетела с трассы на обочину и подарила мне несколько секунд форы. Дальше я мчался с уверенностью, что вряд ли кто-то из соперников меня обгонит.
   - Есть!
  Сдержать эмоции после победы было сложно: кулак впечатался в руль. Сигнал торжества протянулся, оглушая толпу.
   Сэм был рад не меньше моего. Поднял пятерню и махнул навстречу ладошке Александры.
   - Теперь все зависит от тебя, - сказал, пытаясь отдышаться.
   - Я не меньше хочу победить.
   - Знаю, - почему-то в этом я не сомневался. Теперь уже.
   - Тогда расслабься. Сделаю все возможное.
   Сэм не подвел и действительно сделал все, в том числе и невозможное. Нам помешала моя чрезмерная осторожность, направленная совсем не в ту сторону.
   Все мое внимание занимали Майкл и Джозеф, от которых я ждал пресловутых палок в колеса. Сэм сосредоточился на гонке и ни один из нас не озадачился подозрительной активностью Мерседеса справа. Впереди маячила тачка Блума, не давая возможности Сэму прибавить газу. Небольшого зазора между догонявшим нас BMW и Феррари Джозефа не хватило бы для того, чтобы проскользнуть вперёд.
   Мы так и ехали 'дружной' колонной: стиснутый спереди и сбоку Сэм и играющие роль секьюрити Блум и Мэнсон.
   - Ты оказалась права, - зло процедил Макдауэлл, стиснув в руках руль - Только просчиталась с участниками шоу.
   - Кто-то сегодня не досчитается зубов, - бросила, демонстрируя ухмыляющемуся водителю красного "немца", что ждет его голову после соревнований.
   'Ferrari' закрывал обзор, не позволяя нам оценить положение на трассе. Начавшийся дождь и слабое освещение трассы подсыпали проблем сверху. Мы ехали почти что вслепую.
   Я мог с закрытыми глазами просчитать на каком километре или даже секунде от старта находится поворот, но в тот момент меня волновали совсем другие проблемы. Я не заметил как Крис на Мерсе стал сбавлять скорость.
   Сэм же сразу обратил внимание на образовавшийся проем, позволявший нам лавировать, выбираясь из тесного зажима. В последний момент я увидел, как Блум резко крутанул влево, освобождая нам путь. С чего бы? Впрочем, уже в следующую секунду я понял, с чего. Мы продолжали лететь на полной скорости прямо на тонкий металл невысокой ограды. Я с силой зажмурился, приготовившись встретить рассвет в аду. Если такое возможно...
   Визг тормозов. Тело потянуло влево, затем выбросило вперед. От удара в лобовое меня спас ремень безопасности.
   Потом до сознания стало смутно доходить то, что секунду назад сбоку послышался оглушительный визг и глухой удар.
   - Ч-черт... - яростно прошипел знакомый голос.
   Он и в Аду меня преследовать будет?!
   Кое-как разлепив веки, я начал оглядываться по сторонам. Мимо проносились знакомые автомобили. Никто и не думал останавливаться. Видимо, все не так плохо, раз ни у кого не проснулась совесть. Все-таки мы живы. В Аду не бывает так холодно. Хотя, откуда мне знать, если оттуда ещё никто не возвращался?
   - Какого хрена?! - гаркнул Макдауэлл, тут же извергая поток нецензурной брани. - Сколько там на кону? Полсотни каждому? Серьезно?! Моя жизнь, стоит хреновы полсотни баксов?
  - Дело не в деньгах, никто из них не бедствует, - мотнул головой, удивляясь своему спокойствию. Разве не я должен был сейчас закатывать истерику?
   Хотя... Судя по пострадавшему, это он ещё вполне спокойно реагирует.
   Голова разбита, рана на виске кровоточит, похоже, ещё и перелом в плечевом поясе. Только...зачем он повернул вправо, если мог сделать с точностью до наоборот, совершая попытку вписаться в поворот.
   Я сидел в машине, которая чудом не лишилась мотора вместе со своим хозяином. Сэм спустил стекло, оценил масштаб бедствия и присвистнул:
  - Влетели мы, конечно, по крупному. Она хоть на страховке?
  - Не помню, - пожал плечами, вспоминая, что как раз собирался продлевать полис. Да, и какая разница? За рулём был не владелец машины и даже не доверенное лицо.Мой пофигизм не поддавался объяснению. Я лишился чемпионства, любимой машины и едва не простился с жизнью, но почему-то желание прибить виновников исчезло. Осталось где-то в двух сотнях футов позади. Отличная реакция Сэма, короткий тормозной путь моей "малышки" и сумасшедшее везение. Ведь в этой ситуации есть не только минусы. Пусть празднуют свою "чистую" победу в боях без правил. Свою порцию адреналинового взрыва мы с Алекс получили: такого, что хватит на двоих. Разбираться с кучкой имбецилов законными методами было глупо: нет доказательств, гонки без лицензии, а для полноты картины пострадавшее тело даже не существует в те часы, когда работают юристы.
   Я отпустил ситуацию, впервые на своей памяти просто поблагодарив мироздание за жизнь.
   - В первую секунду после удара мне показалось, что ты спустился в Преисподнюю следом за мной.
   - Так быстро сдалась? - ухмыльнулся напарник, проверяя состояние пострадавшей конечности.
   - Если бы не твоя реакция, утро я встретила бы именно там. Странно, что ты не свернул влево. Тогда мы имели бы хоть какой-то шанс продолжить гонку. Забыл, где поворот?
   - В тот момент я не думал о поворотах. Летел в ограждение, не зная, что находится за ним. К тому же, я не был уверен, что смогу развернуть машину влево без риска столкновения.
   - А поворот вправо добавил уверенности? - прыснула 'сестренка', не отрываясь от лица парня.
   - В том, что ты не пострадаешь? Да.
   Он пытался казаться безразличным, будто так и должно быть. Что за акт самопожертвования?
   - Ты болен?
   - А по мне разве не видно, - хохотнул, кивая на повреждённое плечо в тонком джемпере.
  Типа не понял, что я про голову...
   - Я вызову неотложку. Тебе нужно в больницу.
   - Никаких скорых! Поеду на своей: сделают пару снимков и отпустят. Зачем отвлекать людей от работы из-за такой мелочи.
   - Что ты сделаешь? Поедешь на своей? С возможным переломом и сотрясением? Ладно, сам по дороге помрёшь. Пожалей тех, кто попадет под твои колеса!
   Внимательный взгляд из-под темных бровей, смешинки в глазах. Он улыбнулся каким-то своим неизвестным мне мыслям и кивнул, неожиданно быстро со мной соглашаясь.
   - Точно. Жаль, что для пришибленных не предусмотрены трезвые водители.
   - Зато есть вполне себе трезвые врачи скорой помощи. Или напарники по команде.
   - У тебя своих дел по горло. Не бросишь же ты машину прямо здесь, на трассе.
  Мобильник в моей руке тут же ожил, наполняя салон звуками знакомого рингтона. Брайан .
  - Какого черта вы застряли? Вся пятерка уже финишировала!
  - А что нам там делать? Чествовать победителей?
  - Каких победителей, если вы до сих пор плететесь где-то позади? Ребята сказали, что случилась небольшая авария. Так все серьезнее чем мы думали?
  - В смысле? Ничего, что мы последние?
  - Зато в чемпионате первые. Сара сняла свою кандидатуру за две минуты до финала. Майк финишировал первым, не зная, что очки, заработанные Сарой будут вычтены из общего зачёта. Видела бы ты его лицо!
  Я поймал заинтересованный взгляд Макдауэлла, по очереди ткнул пальцем в его и свою сторону и нарисовал на голове воображаемую корону. Ему не потребовалось объяснять дважды.
   - Да, ладно?! - оказывается, иногда шепот способен и оглушить.
  - Видимо, награждение придется отложить, - мне пришлось отбиваться от Сэма, который явно собирался получить минуту славы уже сегодня, наплевав на свое состояние. - У моего напарника пара переломов и сотрясение.
  Он закатил глаза и покрутил длинным пальцем у виска.
   Помятый бок машины и буйная пострадавшая голова под боком не помешала мне домчаться до толпы, требующей встречи с триумфаторами. Мы скромно помахали зрителям, послали два одинаково ироничных взгляда неудавшемся чемпиону и припустили к огненному Ауди Сэмуэля.
   - Брайан! - я бросил ключи прямо в руки обернувшегося приятеля. - Сможешь отогнать машину в мастерскую? Алекс приедет завтра, обсудит масштаб работ и сумму ремонта.
   - Я догадываюсь на что ты потратишь свои призовые, - обречённо выдохнул парень, пробежавшись вдоль повреждённых частей автомобиля. И тут я вынужден был с ним согласиться.
  
  
   Сэм
  Пока Милли разбиралась со списком дополнительной литературы для курсовой работы по моделированию, я спустилась в фойе. С десяток теперь уже знакомых лиц и ни одного приветствия: к концу пар всех зомбировали телефоны. Рука неосознанно нырнула в карман куртки: смартфон подмигнул парочкой непрочитанных сообщений в группах, которые мало меня интересовали, и вернулся обратно.
  Ждать подругу можно было и в приятной прохладе салона авто с исправно работающим кондиционером, но я возомнила себя маленькой ящеркой и решила погреться на солнце. Свободные ступени огромной лестницы у входа в кампус так и тянули на посиделки с чашкой американо из автомата.
   Я достала запылившиеся на самом дне сумки солнечные очки и водрузила на переносицу, скрывая глаза от палящего солнца. Осталось только включить звуки морского прибоя, закрыть глаза и представить себя на калифорнийском побережье. Но вместо шума прибрежных волн, я включила один из сотни треков привычной для ушей альтернативы.
   В голове тут же всплыли подробности ночного приключения.
   Чуть меньше удачи и утро я встречала бы героем первых колонок американских газет. Интересно, к какой из диковинок отнесли бы меня журналисты? Инопланетянин? Рептилоид? Жертва подпольных экспериментов?
   То, что пугало, но не останавливало меня во времена гиперактивного подросткового периода, едва не стало реальностью по вине неконтролируемой, но неизменно существующей во все времена зависти. Не сломай я руку во время гонки, точно разрисовала бы физиономии этой шайки мудаков краской естественного происхождения. Какое единство идей, сопряжение мыслей!
   Алекс быстро домчала нас до ближайшей больницы, хоть Сэм продолжал настаивать на легкости полученных травм.
  Тщательный осмотр травматолога, несколько снимков, для которых Сэм с радостью ослепил молоденьких медсестер идеальными пропорциями своего тела, и рекомендации остаться в больнице до получения консультации нейрохирурга. Я выслушала длинную лекцию о возможных последствиях невыявленных вовремя признаков инсульта, с минуту взвешивала, какая из проблем меня волнует больше, и, клятвенно пообещав себе, что при первой возможности сделаю томографию для многострадальной головы Сэма, подписала отказ от госпитализации.
   - Можешь дать телефон на минутку? - сведенные к переносице брови Александры без слов говорили о том, что меня ждет.
  - Сэм не возьмет трубку. А отцу лучше не звонить, иначе я останусь без прав.
  Она прикусила губу, старательно сдерживая улыбку, но, так же, как и у брата, у нее получалось весьма красноречиво смеяться одними глазами.
   - Видно, ваш домашний констебль построже тех, что ездят на тачках с мигалками. Только как ты собираешься прятать от него это? - удивленно поинтересовалась Алекс, кивнув в сторону перевязанной руки.
   - Поживу пока у друга в Коннектикуте. Папа привык, что иногда я уезжаю без предупреждения. Достаточно пары звонков по скайпу, чтобы его успокоить. Двух-трех недель для восстановления хватит, он даже не догадается.
  Алекс кивнула, теплые волны веселья во взгляде сменил непроницаемый лед. Лишь на мгновенье в глазах промелькнула тоска. Или мне показалось?
   - Подскажешь, куда ехать? - она невозмутимо сменила тему, и, заметив удивление на моем лице, уточнила: - Должна я тебя подвезти до дома или нет?
   - Домой как доберешься?
   - Поймаю такси.
   - А если маньяк? В три часа ночи.
   - Брайан заедет за мной, - улыбнулась, стерев с лица последние следы иронии.
   От улыбки этой стало даже как-то тепло. Вопрос, тут же возникший в голове, ждать себя не заставил: будь я в теле Сэмуэля дольше нескольких часов в сутки, превратись в парня, зная, что останусь в этом образе до конца своей жизни, стала бы я делать попытки к сближению с сидящей передо мной девочкой? Другой вопрос: нужно ли мне это?
  
  Я взглянула на часы, отвлекаясь от воспоминаний. Прошло 20 минут, а Милли так и увязла в болоте предстоящей курсовой.
  - Не показалось. Точно рыжая. Ведьма, - послышалось справа.
  Пока я изучала плейлист, рядом устроился Алекс.
  Я обернулась и приготовилась отразить выпад привычной уже шпилькой, но запнулась на первой же букве готового вырваться слова. Он смотрел на меня по-другому: без знакомой насмешки, леденящего холода, превосходства или надменности. Будто мы были просто знакомыми, без словесных дуэлей в анамнезе.
  - Все же больше шатенка, - улыбнулась, изо всех сил стараясь сохранить зыбкую грань между неприязнью и интересом. Обычная вежливость, не более.
  - Даже не обидишься на Ведьму?
  - С чего бы? Ты не первый придумал мне это прозвище. В итоге я сделала все, чтобы ему соответствовать.
  - Например?
  Я задумалась. Вспомнила, как в старшей школе отбивалась от назойливого поклонника, пустив слух, что приворожила его отваром из глаз летучих мышей. Пару случаев больничного у преподавателей перед контрольными, к которым я была не готова (это было простое совпадение). И самое фееричное событие: гроза в ноябре, возникшая посреди ясного солнечного дня. Сразу после нашей ссоры с лучшей подругой. И в каждом из этих случаев я не спешила отрицать свою вину.
  - Пример? Навскидку я вспомню только один эпизод, когда я нанесла тебе физический урон: кофе в столовой. Может, сам их перечислишь?
  - Урон может быть не только физическим: "корона мозг придавила", "стареющий импотент" и "хронический алкоголик" - самое безобидное из того, чем ты меня "наградила". А ещё... Рубашки было две. Вторую ты оставила без пуговиц.
  Все его откровение я слушала спокойно, не отрываясь от внимательного взгляда серо-голубых глаз. Но напоминание о второй рубашке пробежалось по коже крошечными иглами. Лицо стремительно заливалось краской. На счастье, глаза были спрятаны за стеклами темных очков. Я наклонила голову, скрываясь за пеленой сверкающих на солнце волос. Красное у меня не только лицо, буду надеяться, что не заметил.
  - Теперь я должна тебе не только за химчистку, но и за ателье.
  - Ты ничего мне не должна, Сэм. Это даже не равноценная плата за то, что я сделал. Тогда, в аудитории.
  Прочистить горло, сделать глоток остывшего кофе - мне нужно сделать хоть малость, чтобы избавиться от плотно схватившего горло комка.
  - Прости за ту выходку. Никто не узнает о том, что случилось, и ты никогда не станешь в глазах друзей очередным достижением Алекса Уоррена.
  Время шло, слова прозвучали, и я, вроде как, должна была почувствовать легкость. Но ком нарастал, превращаясь в огромный валун, н мгновенье лишил меня дыхание и скатился вниз, сдавливая все внутри. Но я ведь... хотела этого. И, кажется, хочу...
  - Ладно, ты, наверно, подругу ждешь, - он встал и собрался уходить так же неожиданно как появился.
  Валун упал, превратился в крошку из мелких камешков. Очки оказались в руках, открывая Уоррену безупречную уверенность моего взгляда. Я никогда не стану очередным достижением Алекса Уоррена. С чего ты взял, что меня это волнует?
  - Можешь рассказывать. В конце концов, мы так и не решили, кто из нас двоих мог стать достижением. Он замер. Круто развернулся на носках знакомых уже чёрно-белый кроссовок и насмешливо выгнул бровь.
  - Хорошая попытка, Макдауэлл. Но если ты планируешь беречь свою невинность до алтаря, вряд ли твоему мужу понравится, то, что я едва не опередил его.
  Что?! Какого... Кто бы знал, каких усилий мне стоила маска невозмутимости на лице. Я скопировала трюк с иронично вскинутой бровью , прислонила подбородок к раскрытой ладони и растянула губы в фальшивой улыбке.
  - Мы же разобрались с этим, Уоррен, о каком муже может идти речь, если меня интересуют девушки?
  - Вот именно, Сэм: я-то во всем прекрасно разобрался. Ещё тогда, после лекции. Когда ты стянула с меня рубашку и смотрела с ясно читаемым во взгляде желанием. Никакие девушки тебя больше не интересуют. И вряд ли когда-либо интересовали.
  - Ты прав... Ничего не могу с собой поделать. У меня крышу сносит, когда я вижу перед собой красивое мужское тело... - прошептала, поправляя невидимые складки на воротнике его сорочки. Надо же, в этот раз черная.
  
  Александр
  
  Я поймал ее во дворе, с чашкой кофе в руках, задумчиво листающую страницы в смартфоне. Вспомнил, что во вчерашней суматохе после гонки забыл поблагодарить ее брата. Потом - что они с Александрой даже не обменялись номерами, прощаясь на "две-три недели". С чего начать разговор, если последние два я как лишенный мозгов буйный подросток с разбега переходил в наступление. В этот раз вышло чуть лучше: не знаю, что Сэм увидела в моем взгляде, но ей удалось сгладить острые угла нашего общения вполне дружелюбной улыбкой. Сидеть рядом с ней оказалось совсем не страшно. И пульс не долбился в висках как в тот день, у маминого кабинета. Я завершил-таки работу с приложением и объяснял Оливии, как разобраться с настройками в личном кабинете. Потом мы обсудили рекламу предстоящей коллекции Бригмана: она без устали нахваливала шмотки гениального самородка и пару раз вскользь упомянула о том, что он до сих пор не определился с моделями. А потом звонок, несколько фраз, из которых я понял, что в момент разговора Ноэль как раз окучивал одну из кандидаток, наряжая её в свои драгоценные платья. И, судя по всему, кандидатка ещё не догадывалась, какое счастье должно свалиться ей на голову.
   Я не собирался задерживаться, наши отношения с матерью с большой натяжкой можно было бы назвать образцовыми. К тому же, ночью нас с Александрой ждала гонка. Оливия сдержанно кивнула на прощанье, заметив, как я потянулся за курткой, на миг сжала губы в тонкую линию и уткнулась в экран ноутбука. Секунда эмоций, которые, возможно, нарисовало мое воображение и снова маска. Мне было у кого учиться.
   А несколькими минутами позже, я догадался, кого Ноэль видит своей моделью. Признаюсь, что на его месте я сделал бы тоже самое. Она сияла. Даже встретившись взглядом с человеком, который был для нее безусловным раздражителем, она умудрялась выглядеть как королева. Прямая спина, открытый взгляд и идеально сидевшее на стройной фигуре платье. Я на секунду застыл, задаваясь вопросом, почему рядом с ней я продолжаю чувствовать себя малолетним придурком и в очередной раз отличился.
   Удивление на лице Сэм было понятным: откуда ей знать, что у меня есть повод недолюбливать Бригмана. Особенно, его талант окучивать женщин.
  Обиду в её глазах не смогла скрыть даже зарождающаяся ярость. И мой вполне искренний комплимент, которым я попытался подсластить пилюлю, она восприняла как издевку. Сам виноват. Обычно я не искал с ней встречи. Уверен, что она тоже. Но сегодня у меня была цель. Я не стал привлекать к себе внимание, карауля её у аудитории, вместо чего позвонил Рамирес и попросил устроить нам короткое свидание для 'обсуждения рабочих моментов'.
  Усмешка на другом конце линии была наспех подавлена кашлем. Милли сделала вид, что поверила и, как бы невзначай, заметила, что сегодня они собираются в кино, и у меня будет немного времени, чтобы поймать Сэм после занятий.
  Ведь все же было отлично: мы говорили спокойно, словно, давно знакомы друг с другом и наши мелкие ссоры - забытое прошлое. Я извинился за тот поцелуй, пообещав ей держать рот на замке. Во всех смыслах этой фразы. Взглянул на часы, отсчитав 30 минут - время, которое мне давала Рамирес, и повернулся, чтобы попрощаться. А заодно попросить у нее номер Сэма. Но в ответ прилетело это:
  - Можешь рассказывать. Мы же так и не решили, кто из нас двоих мог стать достижением.
  Это могло быть правдой. Я до сих пор вспоминаю её уверенный взгляд, когда она касалась моего лица перед поцелуем. И, даже если бы я не поцеловал её первым, вряд ли она пошла бы на попятную. Но осознание того, что для неё это было игрой 'кто кого?' пробило брешь в броне моего спокойствия. Я вспомнил тот разговор, поселивший в моей голове сомнения относительно её сексуального опыта и решил проверить, сколько правды было в случайном выкрике Рамирес. Актриса из Сэм получилась бы весьма неплохая, если бы не глаза. Держать лицо ей еще удавалось сносно, но взгляд выдал в первую же секунду. И очередные заверения в том, что парням она предпочитает девушек в этот раз меня не убедили, о чем я сообщил в довольно бескомпромиссной форме. Для начала ей бы определиться: достижение я или совсем ее не интересую.
  Милли освободилась вовремя, только благодаря её появлению мы с Самантой, возможно, избежали очередной эскалации. Она направила в мою сторону выжидающий взгляд сквозь прозрачные створки стеклянной двери, потянула за ручку и шагнула в нашу сторону. Время вышло. Черт с ним, с номером, есть много других способов достать нужную информацию. И почему я сразу не вспомнил про Брайана?
  Я позвонил ему той же ночью, дождавшись, пока мой голос приобретет привычный для девушки тембр: не хотелось шокировать его просьбой 'сбросить контакты напарника Алекс по гонкам'. Брайан долго обсуждал со мной наказание для провинившихся участников вчерашней подставы, помянул пострадавшую в гонке машину, тут же успокоив, что 'нам удалось втиснуться в половину призовых'. Но больше меня обрадовала новость о том, что ремонт не затянется дольше недели.
  Брайан удивился моей запоздалой просьбе, заметив, что я "могла бы подождать ещё недельку, чтобы Сэм наверняка не стал брать трубку". И был прав лишь отчасти: парень пострадал, на секунду возомнив себя Кларком Кентом. Кто же виноват в том, что его зовут Сэм Макдауэлл?
   Закончив разговор с Брайаном, я открыл список контактов, в котором несколько минут назад появился "Безмозглый Кал Эл*", усмехнулся и набрал сообщение.
  "Что там с головой? Сильно пострадала?"
  Хотя... Зачем спрашивать, будь она здорова, он бы повернул в другую сторону во время аварии.
  "Пишу только сейчас. Достать твой номер - тот ещё квест"
  Ответ в чате не пришлось ждать и минуты.
  "Все ок. Голова здорова, но моя левая похожа на бейсбольную биту. Счастье, что это трещина."
  "А как машина?"
  "Машине повезло чуть больше: будет в строю к концу недели."
  " Это неожиданно. И... мило))"
  "Что?"
  "Твоя забота) Не думал, что ты вообще вспомнишь о том, что случилось."
  Серьезно? Это какой же стервой он меня считает, раз думает, что мне плевать на него после такого?
  "Ты дебил. Но, думаю, после такого удара это и неудивительно..."
  " Говорю же, милашка)) Кого-то ты мне напоминаешь:D"
  " Твою сестру?;)"
  " Бинго!"
  " А она знает, ЧТО ты о ней думаешь?"
  " Ты даже не представляешь, КАК много она знает:D"
  " Читает твои мысли?"
  " Почти))"
  " И даже так вряд ли она делает это хоть в половину так хорошо, как мы с Алексом."
  Ещё немного и я проболтаюсь. С этим парнем точно нужно быть начеку.
  "Ты бы удивилась))"
  "Ты был бы в шоке;)"
  - Ну, все, Уоррен, довольно! - я резко отбросил телефон, пока действительно не выдал свой главный секрет в глупой переписке.
  
  
  

Глава 12

Когда друг оказался вдруг...
  
  
  Сэм
  Я скрывала пострадавшее тело Сэма у воображаемого друга в Коннектикуте ровно две недели. Мне дали четыре-шесть недель на восстановление, но, видимо, тело действительно было волшебным, раз на нем все зажило как на собаке. Даже травматолог, к которому я обратилась с рентгеном "брата" предлагал привести пострадавшего в больницу и сделать повторный снимок. Уж слишком странным ему казалась такая быстрая регенерация тканей.
   Голову мне удалось проверить только через неделю, хотя в переписке с Алекс Сэм уверял, что там все в порядке.
   Мы обменивались сообщениями каждую ночь. И даже днём я продолжала как идиотка хихикать на парах, пока Милли подозрительно косилась в мою сторону. После каждого такого взгляда я ждала, что она начнет задавать вопросы и, разумеется, не знала, что придумаю, если ей стукнет в голову вытянуть из меня правду. Но странным было то, что на третий день полруга не просто перестала смотреть с подозрением, а ещё и весьма умилительно улыбалась. Черт знает, что она там себе напридумывала...
   К концу второй недели, на очередной нудной лекции, которая стояла в расписании последней парой в пятницу, я вновь забежала в знакомый чат на "минутку", и набрала сообщение:
  "Почему пятницы всегда такие скучные?"
  " Ты тоже заметил? Нам явно не хватает того, чем они для нас заканчивались."
  " Когда там начало следующих? Мне нужна новая доза."
  " В конце марта(("
  Я перечитала свое последнее сообщение и быстрым взглядом оценила окружающую обстановку. "Новая доза". Переписка заядлого наркомана, не иначе. К счастью, половина зала уже клевала носом и содержание моих сообщений никого не интересовало.
  " У меня тут под боком один любопытный субъект, который успел прочитать сообщение про дозу. Кажется, я влипла..."
  Кому-то повезло меньше чем мне.
  " Ну, раз ты влипла из-за меня, считай, что за мной должок".
   " Чем платить будешь?"
  Я отвлеклась на пару минут, пока собирала сумку после звонка в конце пары. Милли на лекции не было и в моих планах значился обед в одиночестве в кофейне недалеко от универа. Я шла по коридору, и размышляла, чем сможет отплатить Сэм за мою оплошность.
  " Смотря насколько сильно ты пострадала."
   Телефон в руках так и мигал экраном с открытым мессенджером, когда я столкнулась с Алексом. Он извинился, не поднимая глаз от своего смартфона, забавно фыркнул и нажал на блокировку. И только тогда посмотрел на меня.
   - Привет.
   Не знаю, что заставило его поздороваться. Возможно, улыбка, которую я не успела стереть после переписки с его сестрой...
   - Привет...
   Мы не общались с ним с той памятной встречи на лестнице в позапрошлую субботу. Не то чтобы у меня была причина от него прятаться, но я все ещё злилась на ту фразу о моей невинности, и не была уверена, что удержусь от возможности залепить ему пощечину. Какая ему разница, даже если это правда?
   - Сэм, я хотел...
  - Дай угадаю. Хотел извиниться? А, может, лучше не говорить то, за что нужно просить прощения? Кстати, за какую часть из сказанного тобой бреда тебе стыдно?
  - Ты всегда такая болтливая? - скривился, и в одну секунду сожаление на лице сменилось негодованием.
  - Не стоит, Алекс. Это все равно ничего не изменит. И нам необязательно здороваться друг с другом.
  Я отвернулась, стараясь сделать это без лишней театральности. Хотя потухший было огонь ярости разгорелся с новой силой, заставляя тело дрожать от участившихся ударов пульса. Каблуки успели коснуться пола всего четыре раза. А потом я почувствовала знакомые пальцы, которые сковали замком мое предплечье и потянули тело назад.
  - Это тебе! - рявкнул, заставляя меня дернуться от неожиданности. Я позволяла себе много лишнего при общении с ним и раньше, но, кажется, это было впервые, когда он вышел из себя. - Это тебе необязательно, Макдауэлл. Тебя же вполне устраивает появляться передо мной раз в неделю в хорошем настроении, выносить мозг и исчезать, заставляя чувствовать себя козлом.
  Напряжение в голосе Алекса отозвалось короткой мелкой дрожью в моем теле. Я до боли закусила губу, когда поняла, что для него наши ссоры перестали быть игрой.
  Но тем не менее, я продолжала говорить то, чего не было в моих мыслях. Зачем-то мне хотелось сделать ему больнее. Возможно, так я пыталась лишить нас последнего шанса на нормальные отношения.
  - Может, причина в том, что ты и есть козел? Просто раньше никто не придавал этому значения.
  Губы Алекса растянулись в улыбке разочарования. Он закрыл глаза, все так же продолжая улыбаться, раскрыл замок из длинных пальцев и кивнул, соглашаясь со всем, что я вылила на него в порыве гнева.
  - Ты права. Необязательно. Надеюсь, что видеться мы тоже будем реже.
  Он ушел первым. Быстрым шагом, так же быстро набирая что-то на телефоне. Я провожала его, пытаясь справиться с дрожью, которая никак не хотела оставить мое тело в покое. Звук сообщения в вотс аппе подействовал как успокоительное. Я сняла блок с экрана и прочитала:
  " Когда планируешь вернуться?" "Кажется, мне нужна компания для пьяной вечеринки."
  " Считай, что это твоя плата."
  И тут же накатала ответ:
  " Кажется, мне тоже...
  "Я уже в городе. Буду свободен после полуночи."
  " Ок. К часу в "Beerect". Пойдет?"
  " Вполне!"
  И только отправив последнее сообщение, я поняла, что в качестве жилетки выбрала сестру человека, из-за которого мне понадобилось забыться в алкоголе. Наверно, так и выглядит безумие...
  
  
   Алекс
  
   Сжимая хрупкими пальцами ножку бокала, Алекс с периодичностью раз в две минуты перемещала взгляд на электронные цифры у входа в бар. Два часа ночи. Кажется, сегодня я позволил своей мужской части не вмешиваться в личную жизнь сестры наставлениями строгого братца. Больше того, как бы меня не бесила эта мысль, но инициатором встречи Алекс с Макдауэллом был мой собственный, не подверженный воздействию бабских гормонов, мозг. И, если днём для меня это была почти что дружеская встреча за кружкой-другой хорошего пива, то сейчас, вот уже полтора часа, прибыв на место раньше назначенного времени, я со вскипающей злостью считал минуты, пока на горизонте появится знакомый силуэт.
   А заодно перечислял эпитеты для заблудшего в непроходимых дебрях города напарника, который не посчитал нужным хотя бы ответить на мой звонок. Интересно, почему? Сестричка нажаловалась? Или сам мысли прочитал? Я и сам хорош. Нашел в чьей компании успокаивать нервы.
   Ладонь Алекс схватила один из бокалов в стройном ряду. Плевать, в котором из них виски, где плещется коньяк, а что заполнено водкой. Отрываться - так по полной. Напитки уже оплачены.
   Взмах - горячая жидкость полоснула горло, обволакивая пищевод приятным теплом. Все-таки водка...
   - Что там следующее на очереди! - выдала, с грохотом опуская бокал на стойку перед носом бармена.
   Восемь видов алкоголя разлиты в одинаковые емкости темно-коричневого цвета. Второй! Третий! Рулетка Александры. Да будет так!
   Последнюю фразу моя взбодрившаяся гортань выпалила вслух.
   - Вижу, ты времени даром не теряла, - произнес знакомый голос, из-за которого я громче прежнего хлопнул бокалом по стойке и медленно обернулся.
   Он успел занять пустующий стул слева, кивнул в направлении пустых бокалов и улыбнулся.
   С удивлением я обнаружил, что их уже четыре. Здорово. А организм у девочки крепкий. Столько бухла и ни в одном глазу.
   - Смотрю, ты тоже, - ответил, указывая таким же кивком на закушенную до крови губу. А ведь только сейчас внимание обратил.
   - А... это, - махнул рукой Макдауэлл, не придавая значения этой мелочи.
   Так причина не в сестре? Он не просто кинул Алекс, а решил припереться на встречу после свиданки.
   А сучка-то кобелю досталась кусачая. И судя по тому, на сколько он опоздал, ещё и требовательная.
   - Попал в небольшую заварушку по дороге.
  Я скривил губы, показывая, что верю его словам почти так же как предвыборным речам кандидатов в президенты (уровень моего доверия его словам где-то между Марианской впадиной и желобом Тонга) , но в следующую секунду взгляд упал на костяшки, сбитые до отчетливых ссадин. С одной даже сочилась кровь.
   - Что...
   Рука молнией дернулась к пострадавшей конечности Сэма, но он успел перехватить её здоровой. Если поврежденную две недели назад руку можно назвать здоровой...
   - Это пустяк, - тихо, едва уловимо для уха.
   Согласен, в сравнении прошлым его приключением пара сбитых костяшек - детский сад на выгуле. Но где он умудрился подраться?
  - Вставай, - моя попытка подняться оказалась слишком резвой. Я вернулся на стул и понял, что с поллитра спиртного не прошли бесследно для её тела. - Это нужно обработать.
  Странно, что язык ещё не заплетался.
   - У тебя под рукой столько "добра", которое сгодится для обработки, - веселился Макдауэлл, продолжая странно улыбаться.
  Нет, улыбка-то как раз была привычная. Не чета той, которую мне посылает его сестра при каждой встрече. Но то, как это тело реагирует на неё сбивает с толку.
   Уши перестают улавливать мотивы игравшей в баре музыки, тело чувствует жар, покрываясь при этом гусиной кожей. Глаза не видят ничего, кроме пары ярко-зеленых радужек на расстоянии одного шага.
   Меня тянет вперёд необъяснимая потребность быть ближе. На дюйм, второй... ещё немного...
   На расстоянии в крошечную ладонь Александры, когда взгляду действительно больше не за что было цепляться, кроме глаз напротив, я понял, на что собрался подписаться. Рванул назад, отталкиваясь от ошалевшего лица Макдауэлла, и бросился в сторону выхода.
  
   Сэм
  
   - Тридцать семь на четыре, - простой пример, на решение которого у светловолосого бармена ушла четверть минуты, - Сто сорок восемь ударов в минуту! Приятель, тебе точно не нужна помощь?
  Я бросил короткий оценивающий взгляд в отражение за спиной парня и понял, что даже в приглушённом свете мое лицо кажется слишком возбуждённым.
   Наспех выдернул руку из захвата обеспокоенного бармена и качнул головой:
   - Я в порядке.
  Если забыть то, что чуть не случилось несколько минут назад.
   В этот раз мне не показалось. И причина не в гормонах. По крайней мере, не в моих. Что там происходило в крови и голове Алексы Уоррен - одному Богу известно.
   Она же явно собиралась поцеловать меня, пока остатки разума, не вынырнули из затопившего мозг алкоголя.
  
   Её реакция сбивала с толку. Вначале непонятная ревность при виде разбитой губы.
  Я не собирался вдаваться в подробности небольшого приключения, в которое угодил по пути к бару. Пришлось объяснять пьяному в хлам романтику, что перекрывание проезжей части ради признания в любви до гроба не всегда заканчивается свадьбой. В его "фильме" главная героиня вызвала копов и влюбленный со слезами отчалил в полицейский кортеж. Губа и кулак пострадали, пока я пытался оттащить парня к обочине. Причём, рука умудрилась проехаться по асфальту, когда буйный пьянчуга попробовал сбить меня с ног.
   Пропущенные вызовы я увидел сразу же, как только смог вернуться в такси. Водила терпеливо ждал у обочины, пока на счётчике менялись цифры. Сегодня я не рискнул садиться за руль. Хоть желание набраться до беспамятства почти испарилось с появлением этого тела, я помнил, что предложила пьяную вечеринку Александра, и сегодня мне придется выйти за рамки установленных лимитов.
  Не знаю, что она представила при взгляде на мою пострадавшую губу, но ярость в её глазах стала почти осязаемой. Даже блондин за барной стойкой испуганно дернулся, когда она выразительно хмыкнула на моей фразе о том, что я попал в заварушку. Не знаю было ли это результатом одних только алкогольных паров, или они только прибавили ей толику смелости. Но тормоз слетел, взгляд припечатался к губам, она приоткрыла свои и понеслась навстречу. И черта с два, если бы я ей не ответил. Это она боролась, будто её Инь и Ян тоже были разными людьми. Битва желания и отрицания. Уж мне ли не знать, какого это. Я-то свою борьбу уже выиграл, заставив женский голос внутри занять место на галерке.
   Сэмуэль Макдауэлл. Четверть-парня. Побочный продукт угрызений совести своей "сестры". И если пока Сэм даёт мне спокойно жить, наслаждаясь свободой от её предрассудков, то, что случится, когда она, наконец-то, поймет, почему её тянуло к Александре?
  
  
  

Глава 13

Ты продула спор
  
  
   7:32
  Казалось, что легче поднять пудовую гирю, чем разлепить веки субботним утром. Я обречённо покосилась на часы в надежде, что телефон ошибся, разбудив меня на пару часов раньше. Поняла, что бездушную технику не волнуют мои физические муки и с разочарованием спрятала голову под одеялом.
   Первое октября. С начала семестра прошло больше месяца, а ощущение, будто время плетется как старая телега с ржавыми колесами.
   Одеяло полетело в сторону. Не открывая глаз, подняла с кровати свое несчастное туловище и опустила на пол непривычно тяжёлые ноги. Может, я перешла на новый уровень, и обзавелась ещё одним телом? Очевидно, на этот раз мне достался борец сумо... Саманта, Сэмуэль и Сумоист.
   - Да, ну тебя, - скривилась от повторной мелодии будильника на телефоне. Нет, все та же я - Макдауэлл Ленивая Задница.
   Рука вслепую нащупала нарушителя тишины, затолкала под ворох одеял и подушек и...
  
   9:09
  - Не-е-ет...
  И снова отгул. На паре Венеры Милосской!
  Великовозрастная мымра получила прозвище далеко не за божественную красоту. Да, и руки у нее были на месте, чего нельзя было сказать о голове в моменты её истеричных выпадов в сторону опоздавших студентов. Мисс Доусон поджимала тонкие губы, спускала очки на крючковатый нос и пронзительным голосом читала мини-лекцию об опасности беспорядочных половых связей. И каждый раз вспоминала о гневе Венеры, подарившей людям
  болезни плотской любви.
   Никакие другие причины в голову старой извращенки не приходили. Легче совсем забить на лекцию, чем смиренно терпеть её унизительные комментарии.
   Пара началась десять минут назад. Не было смысла штурмовать ванную. От импульсивных выпадов, вызванных моими бесконечными спешками на этой неделе, вид у нее и так был удручающий.
   Я немного помечтала о больничном мисс Доусон, вспомнила, что в этом возрасте, любой больничный может закончиться пенсией и отмахнулась от собственных мыслей.
  Времени для подготовки к следующей паре была достаточно.
   Может, даже в ванной прибраться успею: навык ускоренной уборки у меня развит почти так же хорошо, как скилл молниеносных сборов в универ.
   Но моего вдохновения на утреннюю уборку хватило ровно на минуту: стоило только выудить телефон из-под груды подушек и увидеть несколько сообщений.
  Милли:
  "Снова проспала? А ты рисковая:D"
  "Надеюсь, ты избавишь себя от "удовольствия" слушать лекции этой сумасшедшей..."
  "Пожалей себя и наши уши"
  "Слышала, что на один-два пропуска она не обращает внимания."
  Ох, надеюсь... Всего-то и нужно пережить один семестр.
  "Приеду ко второй"
  "Ок"
  "Тут тебя Паркер искал. Что-то по поводу вашего спора... Сказал, что подойдёт после пар."
  "Уверена, что у тебя хватит сил ещё и на эту подработку?"
  Ах, точно... Наш спор и место зама в газете.
  " Теперь не уверена..."
  
  Мучительно длинный семинар и лекция третьей парой.
   Я никогда ещё ТАК не ждала звонка. Казалось, что голова раздулась до невообразимых величин, едва удерживаясь на хлипкой шее, и удручённо упала на тетрадь.
   - Сэм, ты ещё тут? - раздался откуда-то сверху голос Джейкоба.
   - Не уверена, - промычала, не отрывая лица от скрещенных на парте предплечий.
   - Я насчет спора, - весело щебетнул в самое ухо, ещё сильнее раздражая меня своим настроением.
   - Есть что обсуждать?
  На самом деле - было. Например, то, что я собиралась отказаться от своего выигрыша. Признаюсь, свои силы я переоценила. Никакой экзамен у профессора Фаррела не заставит меня взяться ещё и за должность зама.
   - А разве нет? Ты же продула, Саманта, - так же бодро продолжил Паркер.
   Мне бы чуток его энергии...
   - Спятил?! - вскинулась, тут же вернувшись из спячки в реальность. - Когда я успела тебе продуть?
   - А то сама не знаешь, - подмигнул и перешёл на шепот, - четыре недели назад, в этой же аудитории, Сэм... Ты не выдержала и половины условленного срока.
   - Откуда... - остатки дремы, все так же тянувшей голову вниз, тут же испарились.
   Милли съежилась под гневным взглядом, направленным в её сторону, и качнула головой.
   Тогда кто?
   Было только три варианта. Если это не Милли, и не я, то остаётся только Уоррен. Который чуть ли не клялся, что будет молчать! Да-да, я помню, как сделала вид, что мне безразлично. Но неужели его настолько задели мои слова, что он решил не просто пустить слухи, но и приукрасить действительность. Мы целовались! Но по условиям он должен был соблазнить меня на большее.
   - У нас не было секса, - прошипела, схватив Паркера за футболку. - Это был. Только. Поцелуй.
  - Уверена? Наверно, ты просто помогала ему переодеться...
   И даже такие подробности знает? Сомнений не осталось. Только попадись мне под руку, Уоррен!
  
  
   Алекс
  
  Мои визиты к матери повторялись с завидной регулярностью: работа в приложением даже после завершения изредка вызывала вопросы со стороны заказчицы. Оливия находила недочёты и требовала переделки. Таких капризных клиентов на моей памяти ещё не было. Либо я постепенно терял сноровку и концентрацию. С тем образом жизни, который ведут два моих тела, ничего удивительного.
   Я плелся в знакомый офис, стараясь не думать о том, чем могла закончиться последняя пьяная вечеринка Александры. Хватило четырех часов размышлений на парах.
   Мама широко улыбнулась при взгляде на мое уставшее лицо и поспешила заверить, что в этот раз мне ничего не придется переделывать. Отлично... Тогда какого хрена я сюда припёрся?
   - У меня к тебе другое предложение, - Опять?! И этот голос-песня. Таким она даже колыбельные мне в детстве не пела.
   - Можно было обсудить по телефону.
  - По телефону ты бы отказался.
  - Значит, откажусь и так, - я даже не успел занять кресло напротив Оливии. Пожал плечами и развернулся, собравшись исчезнуть за дверью. Серьезно. Для чего придуманы телефоны? Чтобы я тратил грёбаный час в городских пробках ради нескольких минут разговора?
   - Алекс, сядь!
  Ого. Властные нотки строгой начальницы. Или всё-таки матери? Хотелось бы, чтобы она иногда вспоминала о главной своей роли.
   - Будь добр проявлять хоть немного уважения к родителям! Надеюсь, ты помнишь, что твоя квартира пока что в нашей с отцом собственности. Машину я оформила на тебя, по своей дурости, тут уже ничего не поделаешь.
   А вот теперь точно строгий родитель. Я даже улыбнулся от мысли, что мне иногда не хватало её угроз лишить меня содержания. Им всегда было плевать, на что я трачу деньги. Абсолютная свобода до первой проблемы. К их счастью, я так и не стал проблемным ребенком.
   - Надо же. А называть тебя мамой теперь тоже можно?
  - Будто ты никогда не нарушал это дурацкое правило.
   - Ну, раз даже это правило стало "дурацким", я, пожалуй, послушаю. Но не обещаю, что соглашусь, - добавил при виде её довольной ухмылки, - я пока что твой сын, а не раб.
  - Договорились.
   Она кивнула на кресло, до которого я так и не добрался и, дождавшись, пока я окажусь с глазу на глаз, отчеканила:
  - Мне нужно, чтобы ты поработал моделью. Пару часов. Через три недели.
   Наверное, с этой фразы начиналось немало головокружительных карьер. А я, идиот, шестой год грызу гранит науки, получая второе высшее.
   - Мам, ты серьезно? Модель, - фыркнул, всем видом показывая свое отношение к её просьбе.
   - Не вижу в этом ничего странного. Согласна, я довольно предвзята в этом вопросе: для меня ты всегда был во всем на голову выше своих сверстников. Но изначально это была не моя идея.
  - А чья? Только не говори, что Бригмана.
  - Ева тоже поддержала, - добавила в спешке, не отрицая при этом, что идея действительно принадлежала её дражайшему модельеру.
  - Я не поддерживаю, - бросил, поднимаясь. В этот раз чтобы с концами выбраться отсюда.
  - Алекс, ты опять? Я плохо объяснила?
  - Обещала же не принуждать. Но, если ты и дальше собираешься держать меня на поводке угрозами, могу отдать ключи. Разумеется, после того как найду себе жилье поскромнее.
  Она устало выдохнула, поняла, что выбрала неверную тактику и подняла руки в уступающем жесте.
  - Ладно. Просто подумай. Ещё есть время: дашь ответ в течение недели. В крайнем случае обратимся в агентство.
   В очередной раз я собирался возразить, сказать, что обратиться в агентство можно уже сегодня. Но мама покачала головой:
  - Неделя, Алекс. Все может измениться.
  - Вряд ли.
  
  Решив размять мышцы пешей прогулкой в восемнадцать пролетов, я шагал к лестнице.
   И на черта мне сдался этот грёбаный фотосет? Да, ещё для коллекции Бригмана. Она бы ещё на показе поработать попросила. Чтобы стоять на сцене, пока Бригман купается в лучах славы.
   Я бы подумал, будь на его месте другой дизайнер. Почти уверен, что не отказался бы помочь Еве. Кому угодно, только не этому хренову альфонсу.
   Впереди показалась дверь, за которой начинался лестничный пролет. Я с удивлением отметил пустующую стойку ресепшена и прошел мимо лифта. Но через секунду послышался звонок, оповестивший о визитере. Я остановился, чтобы сориентировать рисующего затеряться посетителя и обернулся. Едва ли не раздвигая в сторону створки многострадального лифта, из недр металлической коробки выпрыгнул черт. Нет, скорее Ведьма.
   Саманта пылала огнем безудержной ярости. Шагнула вперёд, никого не замечая вокруг. Остановилась у зеркальной стены, глубоко вздохнула. Ме-е-едленно выдохнула и взбила локоны, все больше превращаясь в колдунью. Я усмехнулся себе под нос, но тишина вокруг была такой непривычной, что Сэм услышала. Обернулась. Застыла, пригвоздив меня к месту свирепым взглядом и осторожно шагнула навстречу.
   Между нами оставалось не больше фута, когда Сэм в один шаг и короткое мгновенье преодолела оставшееся расстояние и резко дернулась, залепив мне пощечину.
   Мне даже слово вставить не дали, тут же начав вторую фазу наступления.
  - Что? Потешил самолюбие?
  - Ты охренела?! - выругался, хватаясь за пострадавшую щеку.
  - Не больше чем ты и твой длинный язык.
   Она больная?
   - Покажись психотерапевту. Он объяснит тебе значение слова " адекватность".
   - Зачем тебе это? - истеричные нотки в её голосе сошли на срывающийся, но все же довольно спокойный голос.
   - Да, объясни ты мне, наконец, в чем дело?
   - Не догадываешься? Ещё скажи, что это не ты рассказал всем о нашем неудавшемся сексе. - сморщила нос, язвительно фыркнув, - хотя, если верить твоим рассказам, секс у нас как раз удался. Ха! Да, разве могло быть иначе, если девушка первая сорвала с тебя одежду? Какой идиот от такого откажется, правда?
   Так, вот в чем проблема?dd>   - Тебе же было плевать на то, что в универе узнают? В конце концов, мы же так и не решили, кто из нас был достижением, - процитировал, умело скопировав её презрительный тон.
   На самом деле, я выполнил свое обещание, хоть мог по старой дружбе рассказать тому же Спенсеру без риска, что тайну узнает кто-то третий. Но я уже получил свое возмездие и какое-то шестое чувство во мне хотело, чтобы она и дальше считала, что пощёчина заслуженная.
   - Мне было плевать на разговоре о поцелуе, но не о сексе, Уоррен! Весь универ будет думать, что мы переспали.
   - Какая разница, - пожал плечами, продолжая распалять её бешенство до температуры поверхности ближайшего к Земле Светила.
   - Разница в том, что из-за тебя я проиграла спор Паркеру и теперь мне нечем доказать, что это неправда.
   Надо же, как все обернулось. Она спорила? И так спокойно говорит об этом человеку, который против воли стал объектом этого пари?
   - Подожди. Ты спорила с Паркером на то, что сможешь меня... что? Соблазнить и обломать?
   - На то, что у тебя не получиться затащить меня в койку, - проворчала, стушевавшись под натиском зарождающегося во мне гнева.
   - Это его так сильно впечатлила наша перебранка в столовой. Он был уверен, что все закончится в постели.
   - И ты проиграла, - я снова сдерживался от ухмылки.
   - Ты же знаешь, что это неправда.
   - Я знаю, остальные - нет. Попробуй доказать...
   - Ты издеваешься? Как я смогу доказать это, если ты утверждаешь обратное.
   - Нечем доказать? Ну, ладно...
   - Уоррен!
   - Вряд ли Паркер мне поверит. Он решит, что ты поймала меня в темном углу, прижала к стенке и соблазнила в ответ, чтобы заставить взять свои слова обратно. Нужно искать другие доказательства, - протянул, намекая на то, что при желании ей достаточно справки из женской консультации. Какой спор, такие и методы решения.
   Сэм догадалась, какие доказательства я предложил ей выдать в качестве козыря. Но либо я вбил себе в голову очередную чушь, как в ситуации с её интересом к девушкам, либо она слишком сильно стыдилась отсутствия секса в своей жизни.
   - Тогда придется соглашаться на фотосессию, - пожала плечами так просто, словно, минутами ранее это не её чуть не трясло от негодования.
   - Ты проиграла младшему?
   - Джейкобу. Буду теперь моделью для коллекции его приятеля. В этом городе, куда ни плюнь - одни модельеры, - возмутилась, видимо, намекая на Бригмана.
   И тут в голове начала выстраиваться интересная картина. Джейкоб Паркер - хороший приятель Ноэля. К сожалению, у меня было много времени и один большой повод наводить справки на Бригмана.
   Оливия Уоррен. Моя мать и его любовница. Я узнал об их связи два года назад. Случайно. Когда выходил из номера отеля после ночи с очередной однодневкой. Сколько это длилось на самом деле никому неизвестно. На работе они шифруются. Даже Остин узнала , когда я спросил прямо в лоб, как долго это продолжается.
   Было бы странно надеяться на то, что родители будут хранить друг другу верность после попытки развода, но Бригман был слишком молод, слишком амбициозен и слишком реален. Я предпочитал бы не знать, с кем спит женщина, которая все ещё остаётся моей матерью. Особенно, когда ухажёр не сильно старше её родного сына.
   С Паркером Бригмана объединяли общие знакомые, а теперь ещё и сестра Ноэля, которая носила кольцо и статус невесты Джейкоба.
   Когда Оливия предложила мне участие в фотосесии, я и не вспомнил про ту примерку вечернего платья, во время которой Саманта ещё не подозревала, с какой целью её попросили побыть моделью. А теперь выясняется, что её участие в съёмках - результат проигранного спора и она даже не знает, чьи шмотки будет рекламировать. А ещё забавнее то, что она и в кошмарном сне не смогла бы представить, кто будет её напарником на фотосете.
   Я развернулся, чтобы добраться до кабинета мамы и согласиться на прозвучавшее десять минут назад предложение. С одним условием: моя напарница по съемкам до последнего не будет знать, кто будет делить с ней место на кадрах.
   Раздались хлопки. Напротив, на расстоянии нескольких размашистых шагов, стоял Ноэль Бригман.
   - Я думал, что мне показалось: в офисе стало жарче. Да, тут же воздух искрится!
   - Постой ещё немного, будешь снег с волос лопатой сгребать, - отозвалась Саманта, наконец-то разгладив складку на лбу и спрятав затухающую ярость за широкой улыбкой.
   Почаще бы так улыбалась, колючка. Можешь ведь, когда хочешь.
  Саманта в несколько шагов сравнялась с Бригманом и коротким движением приложилась к его щеке. Милейшая картина. Ладонь Бригмана скользнула по плечу девушки, голова опустилась на несколько дюймов, а голос сбился до неразличимого шепота. И в ту секунду я понял, что горло опалила нестерпимая жажда. Пальцы покрылись дрожью сводящего с ума зуда, избавиться от которого можно было только одним способом: оторвать ЕГО голову от ЕЁ уха.
   С каждой секундой развернувшейся на моих глазах сцены уверенность в том, что через две недели мы с Ведьмой встретимся на съемочной площадке, крепла.
   - Ты же собирался уходить. - он, наконец оторвался от её уха и уставился на меня.
  - С чего бы? Я только пришел, - хмыкнул, приподняв бровь.
  Сэм отступила на шаг, позволив нам с Бригманом в полной мере "радоваться" долгожданному общению, и удивлённо перевела взгляд от Бригмана ко мне и обратно. Если минуту назад, как сказал наш единственный зритель, воздух искрился, то сейчас он по меньшей мере, был охвачен заревом зарождающегося огня.
   Улыбка на его лице стала наглее. Уверенность в своем превосходстве и безнаказанности он обрёл ещё после истории с моей попыткой сломать ему челюсть.
   Я пришел на работу к матери на следующий день после памятной встречи в отеле и разговор с Ноэлем закончился кулаками на его лице.
   Это был первый и последний раз в моей жизни, когда я заступался за женщину. "Мальчишеский поступок", за который мне едва не пришлось отвечать перед законом. По настоянию матери, кстати. Правда, заявление от пострадавшего забрали спустя неделю и Оливия отправила мне скупое сообщение о том, что это было сделано в воспитательных целях.
   Удивительно, что со временем справляться с копившейся внутри яростью стало легче. Ещё больше поражало то, что сейчас причиной просыпавшейся внутри стихии была не мама.
   - Так иди... Я не держу, - протянул Бригман, растягивая рот в омерзительной улыбке, тут же повернув лицо к Саманте и добавив: - Сэм, у меня к тебе предложение. Поговорим в кабинете.
  - Предложение?
  Тут и гадать не нужно, какое.
  
  ***
  - Интересно, - любопытство Оливии было объяснимо: слишком быстро я изменил решение, в котором был уверен почти на 100%.
  - Но у меня условие. Никто, по возможности, даже Бригман, не должен знать, что я согласился.
  - Ещё интереснее, - хмыкнула, качнув головой в недоумении, - насчёт Бригмана обещать не могу: он дизайнер и его мнение здесь важнее.
  - Тогда предупреди его, чтобы молчал. Можешь прямо сейчас, - я кивнул на телефон возле её руки, вспомнив, что сейчас Бригман с Макдауэлл как раз обсуждают её участие в фотосессии. - пока он не растрепал всей компании.
  Мое нервное постукивание пальцами по столешнице так же не осталось без внимания. Мама схватила телефон и, не сводя глаз с моей руки, сделала несколько касаний по экрану, после чего поднесла динамик к уху.
  - Ной, - протянула, тут же отвернувшись к окну, - Он согласен. При условии, что его участие останется тайной до самого дня съёмок.
   Они поговорили ещё секунд десять, Оливия развернулась, снова встречаясь с моим взглядом, и кивнула:
  - Считай, что условие выполнено.
  
  
  
  
  Сэм.
  
  
   - Садись, - бросил Ноэль, занимая кресло за широкой столешницей замысловатой формы.
   Я прошла к свободному креслу и села. И только сейчас поняла в каком напряжении было тело последнюю четверть часа. Когда-нибудь мы с Уорреном сможем спокойно появляться в одном помещении, не обращая друг на друга внимания, но точно не в ближайшее десятилетие.
   - По поводу предложения я не шутил, - смена тона с расслабленного на деловитый. - Ты можешь оказать мне услугу.
   - Какую? - поинтересовалась, встречая оценивающий взгляд вдоль фигуры.
   - Я так и не нашел никого для рекламы.
   Ещё один... Мало мне было Джейка, которому я "продула".
  - Хочешь, дам контакты модельного агентства? Я пару раз делала там тематические фотосессии. Они охотно предложат и моделей, и концепт съемок, и декорации.
   - Для концепта и декораций я обращусь в рекламное.
  - У меня уже есть предложение на ближайший месяц, - я напустила на себя вид крайне занятого и очень ценного кадра, закинула ногу на ногу и вскинула брови.
  - Так Паркер уговорил тебя? - хмурое лицо собеседника прояснилось, мое же, наоборот, покрылось холодным туманом негодования - отражение в зеркале за спиной Бригмана напугало даже меня.
  - Так ты и есть тот дизайнер? - голос сел, точно холод накрыл своими щупальцами ещё и шею. Я чувствовала ползущую вниз по телу ярость, которая отличалась от той, которой совсем недавно я встретила Уоррена. Если там тело охватывало пламя, то сейчас его сковало льдом.
   - Я и есть, - согласился Ноэль.
  Значит, он и про спор знал? И сейчас ставит перед фактом потому что уверен, что у меня нет выхода? Как бы ни так!
  - Сказала Джейкобу и повторю тебе - нет!
  Мне вдруг стало плевать: на спор, условия, возможную ссору с Бригманом и Паркером. Кто сказал, что у меня нет выхода?
  - Не понимаю, в чем проблема? - он повел плечами и чуть заметно дрогнул. Сталь в моем голосе даже для меня была неожиданной. Я старалась. - Ты фотогенична: не каждое красивое лицо умеет передавать эмоции через фотографии. Ещё в июне, когда я заметил тебя на награждении, решил, что ты финалистка, но не победитель. Собирался предложить тебе место помощницы, но Ева оказалась проворнее.
  - Какое счастье! Иначе обивала бы я сейчас пороги службы занятости.
   - Ещё не поздно. Кажется, они работают допоздна.
  - Решать не тебе. В моем договоре нет ни слова о том, что я тут ещё и в качестве модели.
  - Ты стажёр на птичьих правах! - бросил все больше раздражаясь. Он же явно рассчитывал на то, что я буду чечётку бить от счастья.
  - И даже так, я не твой стажёр, Бригман. У меня есть начальник - Ева Остин.
  - Твой начальник - Оливия Уоррен. И только ей решать, увольнять тебя или брать в штат постоянным сотрудником. Да, и... мы с Остин тут не на равных условиях, - добавил, изошбразив на лице притворное сожаление. - Нас с Оливией связывают не только рабочие отношения.
   Меня удивляла неприязнь Алекса к Бригману. Их не связывала ни работа, ни учеба, ни увлечения. Они были настолько непохожи друг на друга, что сама возможность наличия общих интересов казалась абсурдной. Что они могли не поделить? У головоломки оказалось простое решение - Оливия Уоррен.
  И если до сих пор мне удавалось защищаться, то этот ход оставил моего короля без защиты. Мат. Он не оставил мне выбора.
   Пока я искала самый безболезненный способ смягчить свою участь, телефон на столе Бригмана тронулся в вибрации. Он ухмыльнулся и повернул гаджет экраном ко мне. Ливи. Конечно. Больше никто в компании не позволял себе подобную фамильярность. Оказалось, у этой странности тоже была причина. Все та же. И как Алекс живёт с этим...
  - Да, Ли-иви.
  Я фыркнула, вперившись в наглое лицо собеседника. Дешёвка. Я не слушала его монолог. Любопытство во мне проиграло под натиском отвращения. Он продолжал говорить, когда я выпрямилась, хлопнула ладонями по столешнице и прошипела.
   - Твоя взяла, Бригман.
  
  

ЧАСТЬ 2

  

Глава 14

Ты мне нравишься?
   Алекс
   ' Привет)
   Прошло полчаса...
   'Молчишь?'
   Ещё столько же.
   "Я вижу, что ты читаешь."
   Пятнадцать минут спустя...
   " Странно, что я ещё не в черном списке"
   Отличная идея.
   Плюс три минуты.
   'Алекс! Ты жива?'
   Минута.
   'Ау'
   Пятнадцать секунд.
   'Ты дышишь?'
   'Может, тебе нужна помощь?'
   'Сделать искусственное дыхание?'
   - Дебил! - прошипел, еле сдерживаясь, чтобы не грохнуть телефон о ближайшую стену.
   - Ты не в настроении, - подытожил Спенсер, который последние минут двадцать с интересом наблюдал за растущим на моем лице возмущением.
   - Капитан Очевидность.
   - Как там Саманта? Вы все ещё в контрах или уже помирились?
   - Мы никогда не ссорились. Для нас это единственный доступный способ общения.
   - Я поймал её подружку вчера после пар.
   - Рамирес?
   - Ты знаешь других?
   - И то правда.
   - Она молчала. Даже после моих заверений, что про случившееся в аудитории я узнал лично от тебя и только после того как сплетня ушла в народ, она стойко держала оборону. Но кое-что я из нее вытянул. Пришлось пожертвовать лимитированной версией альбома BTS.
   - Надо же, как много у Вас общего, - хмыкнул, услышав фамилию нашумевшей корейской группы. - Не забудь позвать её с собой на следующий концерт.
   - Поздно. Она уже достала билеты у сцены.
   - Сочувствую. Так, что ты смог узнать?
   - Был ещё один человек, которому "повезло" в онлайн режиме наблюдать ваши брачные игры, - прыснул парень, едва не схлопотав от меня затрещину.
   - Чарлз, закрой хлебало, я сказал тебе, что мы остановились на поцелуе. Почти. Остановились. Она успела снять с меня рубашку, пока в аудитории не появилась Милли.
   - Ну, Джейкоб Паркер тоже успел увидеть все самое интересное. А что было дальше его уже не волнует. Милли встретила его недалеко от аудитории, когда возвращалась.
   - А рассказать это своей полоумной подруге нельзя было?
   - Цитирую: " Она выбежала как ошпаренная. Я поняла, кого она собирается придушить, но даже не успела отреагировать."
   - И чуть не придушила, кстати. Прямо в офисе моей матери.
   - Да, ладно! Сильно же ты её задолбал, раз она умудрилась достать тебя даже там.
   - Не поверишь, но она там работает...
   Спенсер прижал ладони ко рту и чуть не задохнулся от сотрясающего тело смеха.
   - Повезло же тебе, Уоррен... - с трудом отдышавшись, выдал спустя время.
   - Не то слово.
  
   Сэм
   Восемнадцать! Святые тапки Магдалены, даже Сэм растаяла бы после такого шквала сообщений. Но это ведь Александра Уоррен - реинкарнация Снежной Королевы. И где уж бедному Каю Макдауэллу растопить непробиваемое никакими ледоколами сердце.
   Привычная, успевшая порядком наскучить, обстановка ночного клуба. Что я тут делаю? Необъяснимое стремление принять участие в проявлении коллективного бессознательного. Я с ходу влился в односложные движения танцующей толпы. Зачем тратить время на поиски свободных диванов, если сегодня я пришел танцевать? Провести время в компании красивых девчонок, которые помогут забыть ту, что занимает слишком много мыслей.
   Соблазнительное покачивание совершенного тела справа, призывный взгляд прямо по курсу. А слева, у барной стойки...
   Распущенные светлые волосы отливали всеми цветами неоновых огней. Головокружительный изгиб ресниц; сосредоточенный на бокале с янтарной жидкостью взгляд; перекошенные в отвращении от терпкого вкуса алкоголя губы. Интерес к остальным отошел на второй план. Если не сказать больше: на третий, десятый, сотый, тысячный. Они будто мигом исчезли. Все мои мысли и чувства скопились в жалком десятке футов. Там, где сидела Алекс, которая твердо решила спиться.
   Решительный взмах рукой, и содержимое бокала залпом выливается в горло. Зачем ты это делаешь?
   Я выудил руку из захвата самой активной своей поклонницы и шагнул в сторону блондинки. Алекс, словно почувствовала мое приближение: встряхнула головой и, соскочив с высокого стула, направилась в другой конец толпы. Так и оставшись незамеченным, я отправился следом.
   Она застыла. Покрутила головой. С досадой в глазах сжала в тонкую линию пухлые губы и посмотрела прямо на меня. Я продолжал идти, в точности подстраиваясь под мелодию. Алекс держалась, ничем не выказывая эмоций: ни злости, ни раздражения, ни смущения, ни страха. Совсем ничего? Неужели, я настолько тебе безразличен?
   Я приблизился к ней, сократив расстояние до нескольких дюймов. Пришлось опуститься почти на голову, чтобы дотянуться до уха девушки.
  
  - Потанцуем? - мне хотелось дотянуться до её плеча и коснуться ладонью, но я не рискнул. Для начала хватит и вербального контакта.
  
  Алекс
  Клуб. Бар. Пять бокалов. Так и до алкоголизма недалеко. Двадцать восемь сообщений, оставшихся без ответа. С приближением ночи в сознании все чаще появлялись вспышки, в которых я угадывал несвойственные мне порывы взять в руки телефон и ответить хоть на одно. Но в привычном теле разум все же поддавался контролю, в отличие от сходящего с ума мозга Александры.
  Но я не позволю ей с размаху подавить мой разум, включая арию неуемных гормонов. Ведь больше нечем объяснить притяжение, с которым её тянет к напарнику по гонкам. А последняя встреча в клубе только подтвердила, что их отношения слишком стремительно переступили стадию дружбы.
  Я вновь сижу в том же клубе, без перерыва прошу бармена заполнять бокал и чувствую, что вскоре в ход пойдут рюмки. Мне явно требовалось что-то погорячее.
   Я ищу способ подавить её голос, не задумываясь о том, что эффект может быть прямо противоположным. Но странно то, что голоса нет. Сейчас я тот же парень в теле девчонки, и никакого раздвоения личности.
  После третьего залпа взгляд метнулся к толпе танцующих. И как я до сих пор не догадался? Нужен простой способ снять напряжение. Да, Алекс девушка. Чужое тело. Но кто сказал, что этому телу не нужна разрядка? Я же могу развлекаться так же, как и всегда? Сколько их кругом: девушек, живущих под радужным флагом! Среди огромной толпы найдется хоть одна и, да, здравствуют свободные отношения! Не дрейфь, парень, у нас сегодня намечается незабываемый дебют.
  Но не успела нога Алекс шагнуть на танцпол, как моя уверенность в ярком продолжении ночи испарилась. Типичный медляк заменил драм-н-бэйс. И несколько симпатичных девчонок в радиусе видимости быстро оказались в руках самых прытких парней.
   Я оглянулся по сторонам и тряхнул головой, избавляясь от возникшей было безумной мысли подцепить хотя бы парнишку. Затерявшегося одинокого ботана без претензий на секс. Только бы не скиснуть от скуки.
  Но на расстоянии нескольких шагов, стоял тот, кого мне меньше всего хотелось увидеть. Чьи глаза и голос вызывали во мне дрожь паники. Надеюсь, что только ее.
   Я попятилась назад, столкнулась с возмущенной моей нерасторопностью парочкой, и отвернулась. Но перед этим - сожгла Сэма энергией ненависти, исходившей от моего взгляда. Наверняка, вышло совсем не убедительно, но видит Бог, я действительно хотела, чтобы он ушёл. До последнего момента... до тех пор, пока он не оказался совсем рядом и прошептал:
  - Потанцуем?
  Разум, да, во мне оставались какие-то жалкие крупицы этого утопленника, тихо шептал "нет!нет!нет...", но все остальное во мне вопило громче гудящей в стенах клуба музыки "да...Да. ДА!".
  
  И я выдохнула:
  - Пойдём.
  Я хотела повернуться к Сэму лицом, чтобы видеть его глаза. Чтобы знать, в какой момент этот танец рискнёт превратиться во что-то иное. Но мое напряжённое тело прижали к тонкой ткани футболки, сквозь которую я чувствовала край каждой каменной мышцы, обрисовавшей тело Сэма. И я расслабилась. Положила голову ему на плечо, закрыла глаза и нырнула в волны заданного его телом ритма.
  Теплое дыхание на шее, которая тут же тянется влево, когда я позволяю его губам касаться бьющихся в неистовом ритме артерий. Пусть так. Я не могу и дальше бороться. Я хочу этого. Чувствовать его каждой клеточкой и всеми без исключения молекулами ДНК.
  - Сэм... - мой голос сорвался, стоило ему накрыть тёплыми губами пульсирующую жилку - Не дай мне сбежать...
   Он замер. Оставил короткий поцелуй на подбородке и потянул меня лицом к себе. Он знал как исполнить мою просьбу и выбрал самый действенный способ. Улыбнулся нежной, но в то же время торжествующей улыбкой, соединил руки за моей спиной, словно пытаясь лишить последнего шанса на отступление, и поцеловал. Так, что мне не хватало воздуха. Но хуже того: во мне росла уверенность, что от нехватки кислорода я скорее умру в тот момент, когда мы оторвёмся друг от друга.
   Я точно находилась в авто с отказавшими тормозами. Мчусь вперёд, вдыхая, возможно, последние литры воздуха. Знаю, что когда-нибудь все закончится: я сделаю последний вздох и умру. Но к черту страх! Зато последним мгновением жизни будет то, в котором я наконец-то живу по-настоящему. Так как должна была до сих пор.
   Но моя кислородная подушка решает оставить меня без единственного источника жизни. Ненадолго, всего на короткие доли секунды, необходимые, чтобы произнести:
  - Я так скучал по тебе...
  Глухой удар металла и звон битого стекла летящего в пропасть автомобиля. И новый виток. Новая жизнь. Любовь как кислород. И я готова поспорить с любым, кто бросится доказывать обратное
  Господи, Сэм Макдауэлл... Неужели... Я люблю тебя?
  
  
  Постылое утро. Долбаный будильник.
   Я с силой грохнул кулаком по столешнице, но, промазав с первого захода, провел рукой в сторону, чтоб наверняка.
  Жертва моей нереализованной мести убилась о скудный кусок гранита, которым был выложен пол в моей спальне. Ну, и черт с ним. Можно и мне хоть разок опоздать на пары. Жаль, что мой мозг не имеет способности отсыпаться в то время, как Александра отжигает в клубе с новым бойфрендом. Тело, как ни странно чувствует себя отлично, а сознание... Лучше бы оно отключалось полностью, раз не может контролировать либидо этой девочки
  Вчера у "сестры" была славная ночка.
   В голове тут же всплыла картина их горячего поцелуя на одном из диванов в слабо освещённом углу огромного клуба. Они даже не пытались оторваться друг от друга. На смену поцелуям приходили танцы в тесных объятьях друг друга, потом - долгие взгляды, после которых нормальные люди оказываются в постели. Но в этой паре вряд ли был хоть один нормальный.
  Странное ощущение: в тот момент я будто присутствовал рядом, возможно, чувствовал прикосновения, за которые в обычной жизни Макдауэлл схлопотал бы красочный синяк на полрожи, но сейчас я не помню ничего, кроме того, что мозг Александры погряз в безумии, возомнив, что любит этого парня!
  Я все-таки встал с постели, принял душ и натянул махровый халат, спасаясь от резко нагрянувших в Бостон холодов. И только спустя полчаса, с глотком бодрящего кофе вместо завтрака я вспомнил...
   Вот я Александра. Мое сознание отключается, и я разрешаю ей ловко орудовать языком, которым до сих пор ей доводилось только говорить. Снова я. И мысли все там же. Руки давно забыли какое тело принадлежит мне. А сам я даже не способен дать разумную трактовку безумным картинкам, мелькнувшим в момент, когда горло выдает сдавленное:
  - Сэм...
  Сэм. Саманта. Действительно, она. Я понимаю, что видение может ускользнуть, и в следующую секунду с остервенением бросаюсь в водоворот. Я хочу её. Снова. Больше, чем в прошлый раз. Сильнее, чем ту, другую, из давно позабытого прошлого.
  Ещё немного, и я потянул бы ее за собой. Куда угодно, только бы остаться с ней наедине.
  Но иллюзия исчезает. Я снова Александра, и вновь мои губы на коже Сэма. Задержавшись на подбородке, повторяют изгиб широкой шеи, спускаются ниже, чтобы оставить свой автограф на ключице и плечах.
  А дома, в стенах квартиры - ледяная струя с силой бьёт по обнаженной коже. Глаза открыты, несмотря на застившую их пелену холодных капель. Не хочу закрывать , боясь вновь представить ее в своих руках.
  Последствия богатой на эмоции ночи растворились в нескольких часах беспробудного сна. Кофе помог лишь отчасти. Я покинул постель далеко за полдень.
   Пропущенные пары - не самое страшное, за что мне придется отдуваться. В работе разработчика есть много плюсов, но даже подобным мне птицам свободного полета нужно иногда появляться на совещаниях с участием начальства.
  

Глава 15

"Случайная" встреча в клубе
  - Глазам не верю, Лекс! - подколы со стороны Брауна становились все громче, чаще и изощереннее - Неужели очередная тигрица затрахала?
   Я усмехнулся, вспомнив, как несколько недель назад он пытался подкатить к тигрице на красном спорткаре, впечатлившись длиной её ног в микрошортах.
   - Сегодня это работа, - картинно вздохнул , отстегивая верхние пуговицы наглухо застегнутой рубашки. - Раз в месяц мы пашем по воскресеньям.
  - Дресс-код у программистов? - при виде моего костюма, рубашки и начищенных до блеска туфель, Портман не удержался от комментария - В жизни не поверю!
  - Это бзик начальства. Нашему боссу важно, чтобы на совещания мы приходили в костюмах.
  - Да, бросьте! - Спенс появился чуть позже, с четверкой бокалов и непочатой бутылкой джина в руках. - Так он к себе больше внимания привлекает. - Куда уж больше, - просопел Браун, уверенный в том, что Саманта игнорирует его из-за меня.
  - То-то же, кому я нужен без рубашки и костюма, - хмыкнул, приобнимая подружку на вечер. Сара? Мишель?
  Сегодня плевать. После того, что ночью творила Алекс, мне самому понадобилось снять напряжение. Тут уж точно не до имени.
  - Ну-ужен, - протянула брюнетка, едва не цапнув меня за ухо.
  - Полегче, - возмутился немного жёстче, чем следовало. - Без уха меня оставишь.
  - Зачем тебе уши, ты все равно любишь другим местом, - заржал Портман над очередной своей мегаострой шуткой ниже пояса.
  Ребята вялым хором поддержали начинания юного сатирика и переключились на обсуждение прошедшего в субботу матча университетской команды по баскетболу.
  Тема быстро навеяла на мое лицо выражение скуки и я взялся за более интересное занятие, пытаясь уговорить спутницу найти место потише.
   Заметив "интерес" на моем лице, Спенс проявил чудеса сообразительности.
  - Парни, сворачиваем тему, Алекс у нас пловец. Будущее американской атлетики.
  - Какое будущее, в моем возрасте карьеру в спорте обычно уже завершают.
   Лиричная песня в исполнении красивого женского голоса побудила меня потянуться к танцполу, схватив в охапку подружку.
  - Кто куда, а мы танцевать, - крикнул, с сомнительным успехом пытаясь заглушить мелодию.
  Что-то изменилось. Привычная обстановка взаимных подколов и безудержного веселья, переросла в заметное напряжение. Я не сразу догадался, чем вызвано внимание, стянувшееся к чему-то за моей спиной. Спенс перевел взгляд на мое лицо, хмыкнул и кивнул в сторону так заинтересовавшего его объекта.
   - Всем привет!
  Голова на автомате потянулась вслед за плечом, оказавшимся в цепких руках нетерпеливой малышки.
  - Ну же, Алекс, - в который раз заныла под ухом брюнетка. Кажется, я забыл как танцевать... Офигеть.
   Сэм
  Это было... что-то! Описать свои эмоции сейчас, вернувшись в привычное тело, мне удастся лишь на сотую долю от пережитого.
  Они целовались гребаных четыре часа! Забыв о существовании пространства, людей и приличий. Единственное, что напоминало о себе с периодичностью раз в 30 минут - время, которое у них было ограничено. У Сэма.
  Что я чувствую сейчас? Почти ничего. Я была мужчиной. Я ощущала себя им. Отдалась охватившему меня безумию, не задумываясь о том, существо какого пола сидит рядом со мной. Касается бархатом кожи то шеи, то затылка. Спускается ниже, попадая в хитросплетение множества пуговиц на рубашке. Кажется, они пытались наверстать упущенное зазря время, впустую растраченное на бессмысленные потасовки.
  Моей мужской половине необходимо быть рядом с ней. И мне слишком сложно с этим бороться.
   Вместо того я бесстыдно возвращалась к ощущениям, вызванным в моем теле её братом. Более того, я могла с уверенностью сказать, что в момент, когда поцелуй углублялся, и быть безучастным наблюдателем становилось невозможно, я чувстввовала на плечах мужские руки. Подбородок терся о едва выступившие из-под кожи волоски и я с силой втягивала в себя воздух, испугавшись возникшего наваждения. Сдавленный шепот, произносивший мое имя, и тот принадлежал мужчине.
   Я резко дернулась и лицо Сэма наткнулось на удивлённое лицо Александры. А дальше - очередной провал, длившийся до тех пор, пока одуревший мозг не подкинул мне лёгкую эротику со мной и Уорреном в главной роли.
  Моя рефлексия продолжалась до первого перерыва. Милли.
  - То синее платье, в котором ты появилась в начале семестра, у тебя единственное?
   - С чего ты взяла?
   - Правда, не единственное? - искренне удивилась подруга.
   - Тогда почему я вижу тебя только в брюках?
   - Что тебе не нравится?
   - Твои ноги.
  Вопросительно изогнув брови, я застыла в ожидании разъяснения брошенного подругой замечания. Мне казалось, что нижние конечности у меня довольно-таки симпатичные.
  - Ты же все время их прячешь. То под широкими брюками, то за прямыми джинсами. Ах, точно, недавно была юбка восхитительной длины "прощай молодость".
   - Это называется "миди". Ми-ди. Созвучно с Милли. Могла бы и запомнить.
   - Мое имя созвучно с "мини".
   - Окей, мини-Милли. Твоя взяла. Давай, ближе к делу. Что ты задумала?
  
  - Да, так. - она ненадолго задумалась, разглядывая мое лицо и быстро пробегаясь по открытым обзору частям тела. - Я кажется задолжала тебе подарок на день рождения? Хочу, чтобы ты выходила его сегодня вечером.
   - И так, - усмехнулась при мысли о том, какой меня ждёт подарок и как я должна его выходить вечером. - Ты купила мне платье. И нас ждёт?
   - Я знаю, что у тебя сегодня выходной на работе, - и кто меня тянул за язык говорить, что я получила отгул за подготовленный в короткие сроки проект. - И мы... давно никуда не выбирались вместе. Тот дурацкий фильм в прошлый уикенд можно забыть как страшный сон.
   - Ну, раз для такого дела ты прикупила платье, - вздохнула, решив, что мне не помешает освободить голову от мыслей о прошедшей ночи.
   - Ты прелесть!
   - Надеюсь, что платье - тоже.
  
   ********
   - Знаешь... - задумчиво протянула Милли, в десятый раз разглядывая меня с головы до ног, - Не будь я таким убежденным натуралом...
   - Прекрати! Никогда не страдала гомофобией, но меня скоро начнет тошнить от этих шуток.
   Интересно, почему? Помнится, в последний раз, я схватилась за одну из подобных шуток как за спасительную соломинку.
   - Я серьезно, Сэм, - обиженно просопела подруга, - ты потрясающая в этом платье.
   В целом это сложно было назвать платьем в традиционном понимании. Скорее костюм. Короткий топ с открытыми плечами и рукавами из лёгкого тюля. Пышная юбка до колен, с высокой талией, удачно спрятавшей пупок, оставляя при этом тонкую полоску оголенной кожи на теле.
   Я попыталась прийти к компромиссу, предложив, разбавить излишнюю женственность наряда тяжёлыми ботинками или, на худой конец, кедами, но подруга была непреклонна. Гулять так гулять.
   Изящные туфли с открытым носком, неброская бижутерия, клатч. Она серьезно подготовилась. И на каждое мое возмущение очередным компонентом нарисованного в её голове образа, Милли рубила: "Это подарок! И только попробуй отказаться..."
   Во что я ввязалась...
   Пока я стояла у зеркала и наносила последние штрихи в довершение придуманного подругой образа "невинной сексуальности", она листала взявшийся изниоткуда школьный альбом.
   - Если бы мы не продолжали общаться после моего переезда, я бы ни за что не признала в тебе свою школьную подругу, - ахнула Милли, поворачивая ко мне фотографию шестилетней давности.
   - О, Боже, - прыснула, скривишись от вида разноцветного безумия на своей маленькой голове с круглощеким веснушчатым лицом. - Я бы сама себя не признала. Обезьянка.
   - Да, ладно тебе! Вполне симпатичная, кстати, обезьянка. Вытянуть такой образ под силу только тем, у кого красоты и обаяния в избытке. Я бы точно не рискнула на подобные эксперименты с внешностью.
   - Свою прическу средневекового монаха ты считаешь удачным экспериментом? - спросила, кивнув на общую фотографию класса, сделанную перед самым отъездом подруги в Бостон.
   Милли перевела взгляд в указанном направлении, закрыла ладонью лицо и удручённо покачала головой.
   - Я никогда не отмоюсь от этого позора.
   - Так и знала, что у твоего внезапного переезда была весомая причина.
   - Лучше бы я побрилась наголо.
   - Надеюсь, в новую школу ты пошла не с этой прической?
   - У меня было два месяца, чтобы отрастить волосы. К началу учебного года это был обычный боб с челкой наискосок.
   Уютно устроившись на диване в самом сердце квартиры подруги, мы на время отвлеклись от приготовлений к предстоящему вечеру.
   - Такие фотки нужно показывать парням прежде чем начинать отношения. Если их не спугнет наше темное прошлое, считай, что вид наутро после первого секса - проблема , которая не заслуживает внимания.
   - Можем отправить твою Питеру.
   - Думаю, Алекс будет в восторге от твоих косичек, - парировала Милли, ткнув меня в плечо. - И, кстати, Паркер уже в прошлом.
   От меня не ускользнуло выражение смущения на её лице. Оно удивило меня настолько, что я не удосужилась подарить ей ответный толчок за упоминание Уоррена.
   - Так-так...
   - Просто в прошлом. Это не значит, что кто-то есть в настоящем!
   - Милли?
   - Мы опаздываем в клуб.
   - Кто он?
   - И никто из нас не садиться за руль: довольно с нас безалкогольных вечеринок. Я уже вызвала такси.
   - Ты избегаешь ответа, Рамирес...
   *********
  
  - Какой повод на этот раз? - моя ухмылка утонула в звуках громкой музыки, оглушившей нас уже у входа в клуб.
   Подруга вернула мне ироничную улыбку и безразлично пожала плечами. Глупый вопрос. Разве ребятам в универе нужен повод, чтобы закатить вечеринку? И когда они учиться-то успевают?
   Пробежавшись по внешнему виду ребят в клубе, я ощутила себя белой вороной.
  
   - А я говорила, что лучше надеть кеды. Волосы-то хоть распустить можно.
  - Только попробуй! - тонкий пальчик подруги уткнулся в светлый фатин, брови сошлись у переносицы, а карие глаза стали ещё темнее.
  Убьет и бровью не поведет.
  - Чувствую себя той-терьером на выгуле, - обречённо выдохнула, догадавшись, что сопротивление бесполезно.
  - Ты кошечка. Симпатичная домашняя киса, - мурлыкнула подруга в самое ухо.
  Я оценила сравнение с кошкой - зелёные глаза, озорные стрелки и гвоздики в форме кошачьих лапок в ушах. А ведь я только сейчас догадалась, кого она из меня лепила. Мне не хватало только плюшевых ушек.
  Милли с интересом разглядывала танцующих, пока не остановилась на противоположном углу.
  - Он тоже здесь будет? - поинтересовалась, заметив, как подруга старательно высматривает кого-то.
  - Кто?
  - "Питер уже в прошлом" - передразнила, невинно хлопая ресницами.
  - Могу организовать тебе кое-кого в настоящем.
  По тому как Милли застыла в ожидании моей реакции, было понятно, чье имя она надеется услышать. Не дождешься, коза.
  - Брэда Питта?
  - Он же тебе в отцы годится!
  Стоит ли говорить, что отец у меня лет на пять младше.
   Пока подруга тянула меня мимо танцпола, я успела мельком оценить наряды с десяток танцующих и с облегчением заметила нескольких девушек в вечерних платьях. Роль белой вороны отменяется. К тому же, наряды в стиле выпускного здесь были не только на девушках. Например, вон тот высокий парень, прямо по курсу. В подозрительно знакомом окружении...
  Мой взгляд быстро прошёлся по лицам знакомой уже тройки. Метнулся к Рамирес, которая умело скопировала мой трюк с хлопающими ресницами и чуть заметно махнула пальчиками Спенсеру. Да, ладно?!
  Я разомкнула сжатые в тонкую линию губы и собралась выразить свое удивление вслух, но Милли ткнула меня в бок с натянутой улыбкой и первой поздоровалась с компанией.
  И тогда он обернулся. Скользнул оценивающим взглядом по моему прикиду, остановился там, где топ довольно откровенно переходил в юбку и закашлялся, тут же отпив из высокого бокала. И надо же мне было вспомнить, как несколько недель назад этого места касались его руки.
  Алекс обернулся к своей спутнице, но перед этим я успела расшифровать фразу, которая сорвалась с его губ: "Какого черта?"
  Тот же вопрос я собиралась задать Милли.
  И задала бы. Но она коротко бросила: "Веселись, я скоро!" и, оставив меня без комментариев, приспустила на танцпол в паре со Спенсером.
   Мне показалось или при виде спутницы Уоррена, Милагрос чуть не скривилась в разочаровании? Так вот для кого она готовила мой выход в свет. Чертова сваха. Но планы рухнули, и, к счастью, вспыхнувший в глазах подруги огонь недовольства было кому потушить.
  Спенсер Чарлз, значит?
  Наверно, я впервые оценивала его по-другому. Не как неизменное дополнение к Его Величеству Македонскому, а как вполне самодостаточного парня.
  Шесть чистых футов роста, широкие плечи, которые не скрывали даже эти его странные футболки непонятного стиля. Тату на руках и куча колец. Не только на пальцах: с пятерку в ушах и пара в брови.
   И даже эта сомнительная для меня "красота" не портила его довольно симпатичное лицо. Вот что с нами делают переживания о личной жизни подруги. А если он и есть тот, из-за кого Паркер оказался в прошлом, надеюсь, что радар на юбки у парня в долгосрочном ремонте.
   Что до меня, то я вполне могла забиться в дальний угол и в коем то веке позволить себе вечер в обнимку с несколькими коктейлями без риска продолжения в виде объятий с фаянсовым троном. Пока я задумчиво провожала к танцполу подругу с кавалером, мимо промчалась густая темная грива, минуту назад обнимавшая Уоррена.
   Райан и Вин стрельнули в друга многозначительными взглядами и удалились в сторону бара. И как это понимать?
  Ситуация была странной. Мы будто оба знали слишком много того, чего не следовало. Сверлили друг друга взглядами и молчали, раздумывая с чего начать разговор. Я выдержала ровно минуту. Невыносимо. Делать вид, что все как прежде, невозможно. При виде выступающей на лице Алекса щетины, я вспомнила о тех безумных скачках вчерашней ночью. Когда моя фантазия разыгралась настолько, что я почувствовала, как целую Алекса вместо его сестры.
  Да, я надеялась избавиться от призраков прошедшей ночи, напившись до состояния на грани беспамятства, но разве я знала, что Милли потащит меня на очередную вечеринку однокурсников, да, ещё и по явно разыгранному сценарию.
   Я отвернулась, все так же продолжая чувствовать на себе пронизывающие насквозь лазеры Уоррена . С минуту я искала в танцующей толпе свою подругу. Черта с два! Я пришла сюда из-за тебя, Рамирес! Какого хрена ты бросила меня на съедение этому тигру?
   Лиловый цвет платья Милагрос то и дело мелькал в компании лавандовой футболки Спенсера. Они даже наряды выбрали в похожей цветовой гамме.
   Музыка стала тише. Число танцующих становилось все меньше, и вечеринка все больше напоминала банкет. Для полноты картины ребятам стоило организовать шведский стол.
   - Я подозревал, что проспал сегодня все, что только мог, но не догадывался, насколько все фигово. Уже март?
   - Ляпнешь что-нибудь про кошку - выпущу когти, - предупредила, догадавшись, к чему клонит этот остряк.
   Легче было продолжать притворяться заинтересованной в танцующей паре друзей, чем говорить с ним глазу на глаз. Свой лимит наглости я исчерпала ещё во время нашей последней встречи, когда осталась без ответа после его слов о моей невинности.
  В какое-то мгновение я поняла, что веду мысленный счёт. Словно жду, на какой секунде он продолжит разговор о котах. Но Алекс молчал. А внутри меня зарождался огонек необъяснимой обиды. И это все? Неужели нам действительно нечего обсудить кроме моей ориентации, моей девственности и количества девушек в его постели?
  - Не переживай ты так, - Алекс непринужденно устроился у моего плеча и кивнул в сторону Спенса и Милли, - Рамирес себя в обиду не даст.
  Конечно же не даст. Если чувства не затмят ей разум.
  Видимо, заметив мои сомнения, Алекс сощурил глаза, улыбнулся и добавил:
  - Ну, или... Я предупрежу Спенсера, что с тобой лучше не связываться.
  - Кстати, да, у меня не только когти острые, но и меткий удар с разворота.
  Лицо Уоррена за секунды сменило калейдоскоп выражений. Брови сошлись у переносицы и всметнулись вверх, он немного подался в сторону, оценивая уже знакомый ему наряд, и усмехнулся. Наверняка, представил как я машу ногами в этой пышной юбке. Не дождешься, я пока ещё не выжила из ума.
  - Полезный навык. В такой одежде он особенно пригодится. Некоторым недостаточно глаз, чтобы любоваться.
  - Ревнуешь? - вопрос вырвался раньше, чем я догадалась, что несу, но, к счастью Уоррен, позволил мне сохранить лицо.
  - Завидую. Не думал, что доживу до того дня, когда по количеству фанатов меня обставит девушка.
  - Все дело в твоём... - и я снова чуть не повторилась, вспоминая его возраст. Да уж, нам точно пора менять пластинки.
  - Возрасте? - весело отозвался Алекс, слегка подталкивая меня в сторону танцпола.
  - Цвете волос. Блондины вышли из моды.
  - Уверен, тебе они и так никогда не нравились.
  - Как ты угадал?!
  - Слишком хорошо помню твою первую реакцию на мою голову. Будто красить волосы - это смертный грех.
  
  - Так они крашеные?
  Разве что чууууть чуть
  Серьезно?
  Шучу
  Тогда почему остальные волосы на лице темнее? По логике ты должен быть бесцветной молью с "отсутствующими" бровями и ресницами.
  - Ну, я же не удивляюсь твоему "красному дереву" как с упаковки оттеночных средств. Иногда гены шутят особенно изощрённо. И, кстати, такими светлыми они бывают к концу лета, началу осени. Когда выгорают на солнце. А, если постричь их короче, ты даже не догадаешься, что я блондин.
  - А если пострижешься налысо, я во всеуслышание объявлю, что ты красавчик.
  - Я подумаю, - хмыкнул, все так же продолжая толкать меня вперёд.
  - Уоррен, куда мы идём?
  - Танцевать.
  - Под это? - я скривилась всем лицом показывая как сильно мне по нраву песни этого исполнителя.
  - Танго - это все, что ты умеешь танцевать?
  - Не путай понятия "могу" и "хочу".
  - Не знаю, обычно мои желания совпадают с возможностями.
  И, судя по хитрому выражению в его глазах, он имел ввиду далеко не финансы.
  - А если желания нет у девушки?
  - Ты не хочешь? - я покраснела. Густо, ярко, чувствуя жар не только на щеках, но и в каждом дюйме своего тела. Но в очередной раз мне повезло: яркие огни светомузыки скрывали мое состояние от того, кому меньше всего следовало о нем знать.
  - Танцевать... - протянул Уоррен, прислонившись к моему лицу у самого уха.
  Он почти касался моего лба, пока ждал ответа и ни на секунду не отводил взгляд. Музыка гремела где-то на заднем фоне, хоть мы и стояли в центре танцпола.
  
  Последний аккорд знакомой песни плавной волной проносится мимо и резко обрывается, коротким эхом отбиваясь от высоких стен клуба. Мы удивлённо переглянулись и почти одновременно послали друг другу улыбки сожаления. В толпе едва зародился возмущенный ропот, и тут же из динамиков полились звуки следующей песни. Я поправила волосы, обернулась и поймала взглядом волны знакомого лилового платья. Шагнула в направлении единственного островка покоя в тревожном для моего сердца океане - Милли.
   - Бежишь? - спросил Алекс с улыбкой и не оставил мне выбора.
   Да, мы, вроде, собирались танцевать, но не под ЭТО! Медленная ритмичная мелодия не оставляла большого простора для фантазии. Я застыла, и с ужасом поняла, что он не собирается уходить.
  
   Ноги сами пошли навстречу, когда Алекс сократил расстояние между нами. Почему так жарко? Это и есть притяжение, с которым невозможно бороться?
   Его ладонь скользит по ткани юбки, возвращая к воспоминаниям о поцелуе. Да, что ж такое?! Он ведь был не первым! Не единственным!
   Я поднимаю глаза и останавливаюсь на губах, которые до сих пор иногда вижу во сне. Правда ведь, Сэм? Ты научилась стирать из памяти сны, которые приводят тебя в ужас. Не первая в твоей жизни удачная попытка подавить неугодные воспоминания.
   Я впервые рада тому, что у нас приличная разница в росте: будь эти губы ближе, смогла бы я сдержаться? Словно прочитав мои мысли, он улыбается и тут же прячется за маской. Чувствую как длинные пальцы осторожно проводят по обнаженной по бокам платья коже. Милли, что б тебя! За это платье убить мало!
   Он не сводит с меня глаз и все также держит за талию. Ещё и текст этой сумасшедшей песни... Почему я никого вокруг не вижу? Почему чем ближе Сэм становится к Александре, тем сильнее меня тянет к её брату?
  - Ты тоже хочешь повторить? - спрашивает Алекс.
  Я все ещё смотрю в серебристые глаза и, не задумываясь, бросаю:
  - Хочу.
  И тут же понимаю, что мысли все ещё на это чертовом поцелуе. К счастью, он имеет в виду танец, ведь первый закончился. Быстро, так, словно мы обнимали друг друга не больше минуты.
  Боже! О чем я думаю?!
   - Алекс, давно не виделись! - раздался чуть хрипловатый женский голос. Я слышала его всего пару раз, к тому же на фоне гула десятка разговоров вокруг он звучал по-другому, потому неудивительно, что я не сразу узнала его хозяйку. Надин.
  - Привет, - Уоррен приветливо улыбнулся и протянул ей руку. - Слышал, ты попала в больницу.
  - Ага, пищевое отравление.
  Они молча переглянулись, словно подумали о чем-то известном только им, и одновременно усмехнулись.
  - Как видишь, даже моя жертва не спасла меня от возмездия.
  - Надеюсь, ты шутишь.
  - Конечно. Просто заедала учебный стресс залежавшимся в холодильнике десертом.
  Весь их разговор я слушала, делая вид, что занята поиском свободного столика. Один вполне удачно оказался в нескольких метрах. Я молча кивнула Уоррену, который зачем-то продолжал держать меня за ткань юбки, натянуто улыбнулась только сейчас заметившей меня Надин, и направилась к столику.
  Ноги нещадно ныли, рыдая от тоски по любимым ботинкам. Новая обувь, да, ещё и каблуки... Милли, за что им это?
  Мягкий свободный диван был моим спасением: я освободила ступни от кожаных оков тонких ремешков туфель и спрятала их под широкой юбкой. Блаженное одиночество радовало меня недолго. Один из друзей Алекса прикатил к моему столику вместе с аперитивом.
  - Не пьешь, не танцуешь. Ты в клуб пришла или на поминки?
  - Ещё пара-другая танцев и поминки можно будет устраивать моим ногам, - вздохнула, кивая под стол.
  Вин опустил голову, сочувствующе улыбнулся и налил прозрачную жидкость в высокий бокал.
  - Обезболивающее.
  - Сомневаюсь.
  - А ты попробуй.
  Я зацепилась взглядом за несостоявшуюся пару, которая продолжала весело щебетать и рука против воли потянулась за бокалом. Уоррен словно почувствовал, как я гипнотизирую его спину, и обернулся. Я успела отвлечься на изучение жидкости в своем бокале, слегка потянула носом и отложила напиток в сторону.
  - Не настолько все серьезно...
  - Ты свободна?
  Пока я гадала, для чего именно Вину понадобилась моя свобода, он уточнил:
  - Могу достать пару удобной обуви, если сходишь со мной на чашечку кофе. Например... завтра?
  Он обернулся назад, оценил увлечение Уоррена разговором с эффектной мулаткой и пожал плечами:
  - Я думал, у вас с Алексом что-то наклевывается. Вижу, что нет. Вряд ли ты согласишься на мое предложение, но, если не спрошу, буду полным идиотом.
  - За пару удобной обуви я бы сама купила тебе чашку кофе и не одну, но я не против друга, а тебе нужна... девушка? - он пожал плечами, - Очередные сложные отношения моя психика точно не выдержит.
  - Ты про этого идиота? - беззлобно ухмыльнулся парень, махнув головой в сторону Уоррена.
  - Если даже друзья считают его идиотом...
  - Будет дважды идиотом, если упустит возможность, - буркнул, утопив последние слова в бокале крепкого алкоголя.
  
  Милли, наконец-то вспомнила, с кем пришла "отрываться" и подбежала к столику. Возбуждённая, с сияющими глазами и лёгким румянцем на щеках. Лоб покрылся мелкими каплями пота, что неудивительно при такой-то активности в танцах. Странно, что платье ещё оставалось сухим.
  - Скучаешь? А твой где?
  Что?! Когда это Уоррен успел стать моим?
  - Рамирес, ты пьяна, - другой причины для подобных выводов я не видела.
  - Вы таааак сексуально танцевали, - шепнула подруга, - с вас половина клуба глаз не сводила. Правда, Сэм! Спроси у Спенса!
  - Да, они просто наше танго со дня рождения Спенсера забыть не могут. Кстати, когда ты успела с ним сблизиться? Вы встречаетесь?
  - Мы дружим! - слишком громко возмутилась Рамирес.
  - С Питером ты тоже дружила. А ещё был Крис в восьмом классе и, дай вспомню... Лансер на первом курсе. Ты все уши мне прожужжала о вашей "дружбе" пока он не уехал в Канаду.
  - По крайней мере, у меня симпатия появляется не на почве взаимной неприязни, - сдалась возмущенная подруга. - И чем тебе помешали мои чувства, даже если это и правда?
  - Если бы эти чувства хоть раз были взаимны, я бы только порадовалась.
  - Может, мне позаимствовать твою тактику, - задумчиво протянула Милли, всматриваясь в толпу.
  - Не советую. Вряд ли на такой почве могут зародиться здоровые отношения.
  - Это ты делаешь драму на пустом месте. Парень-то уже готов. Тебе стоит только намекнуть, что загорелся зелёный свет.
  Милли махнула рукой, заметив направлявшегося к нам Спенсера, и встала с дивана, потянув меня за собой.
  - Пошли. Найдем тебе кавалера, пока твой где-то пропадает. Вижу, ты так и зависла на жёлтом.
  - Сначала найди мне удобную обувь, изверг! Я больше шагу не сделаю в этих орудиях пыток.
  - Хочешь, свои дам?
  Мне не нужно было смотреть под стул, чтобы вспомнить "ходули" этой любительницы каблуков. Если власти города когда-нибудь задумают устроить забег на шпильках, она вне сомнений выиграет соревнования.
  - Я могу и босиком танцевать.
  Спенсер тут же подхватил:
  - Или я подниму её на руки.
  Часть мозгов её друга явно растворилась под действием алкоголя.
  - Вам и вдвоем неплохо. Идите уже, пока я во второй раз за вечер не почувствовала себя третьей лишней.
  Спенс и Милли не заставили долго себя уговаривать. За музыку в этот вечер отвечал матёрый кейпопер. Давняя фанатка азиатских исполнителей довольно взвизгнула и потянула за собой не менее счастливого Спенсера. Они точно нашли друг друга...
  - Что я здесь забыла? - вопрос в пустоту. Как там сказала Милли? Мне нужно "выходить платье". Платье видно, прическу с макияжем - тоже. Ходить я не могу, приходится высиживать. Стоило вызвать такси и уехать домой, но что-то словно держало меня за подол пышной юбки, пригвоздив к мягкому дивану. Что странно, кроме Вина, никто и не подумал подбивать ко мне клинья. Видимо, старания Милли оказались напрасными.
  Рука потянулась к сумке за телефоном. Пора прекращать оправдывать себя тем, что Милли может обидеться. С начала вечера поводов для обиды на подругу у меня накопилось куда больше.
  Отдохнувшие ноги опустились на пол, пока рука вслепую пыталась найти в маленькой сумочке телефон.
  Я заметила Алекса задолго до того как поняла, что он направляется прямиком к моему столику. Ноги вновь оказались под покровом десятка слоев лёгкой ткани, а рука поправила задравшийся до неприличия топ. Хотя, куда уж неприличнее. И зачем ты это сделала, Сэм?
  
  Алекс
  
  Я обалдел. Чуть не выплюнул лёгкие, подавился глотком джина и выругался себе под нос. Что на ней надето? Ты, блин, живёшь не в Калифорнии: на улице осень и столбик термометра едва перевалил за десятку по Цельсию. Про то, как её костюм с соблазнительно выставленной на обозрение осиной талией способен действовать на мозги даже трезвых парней, и говорить не стоило. Одному вон скоро салфетки понадобятся, чтобы слюну подтирать.
  - Кто это? - моя безымянная спутница тут же почувствовала опасность.
  - Понятия не имею, - пожал плечами, попытавшись безуспешно напустить на себя ореол безразличия.
  Отмазка не прокатила. Брюнетка принялась злобно шипеть, называя меня кобелем и обвинять во всех смертных грехах.
  - Остынь, - я даже имени её не помню, а она уже готова нацепить на меня пояс верности - Салли.
  - Джессика! - выпалила с оскорблённым достоинством и, взмахнув копной густых кудрей, укатила прочь.
   Пока мы с Джессикой разрывали самые короткие в моей жизни "романтичные" отношения, Спенсер с Рамирес исчезли в толпе танцующих. Вслед за ними потерялись ухмыляющиеся Браун и Портман.
   Саманта была удивлена не меньше моего. Я долго решался начать разговор. Он должен был состояться ещё в тот день, когда Макдауэлл решила, что именно я рассказал Паркеру о нашем поцелуе в аудитории. По словам Спенсера, вопрос закрыт: Милли клятвенно заверила его в том, что все рассказала Саманте. Но я так и не дождался её извинений, потому не посчитал нужным сообщать о своем участии в фотосессии.
  Почему нам всегда требуются долгие вступления, чтобы начать говорить о серьезном. Вряд ли для нас сейчас было что-то важнее обсуждения последнего конфликта. Но пока я искал нужную ниточку, мы в привычной манере свернули в другое русло. Отношения наших друзей, мой возраст и цвет волос - мы готовы говорить о чем угодно, только бы найти повод обернуть это в шутку. И ладно бы шутки всегда были безобидными. Хотя бы такими как сегодня.
  Я быстро решил, что клуб и громкая музыка - не лучшее место для разговора и потянул её танцевать под незамысловатую песенку Бибера. Не самый любимый мой исполнитель. Хоть в этом наши с Самантой интересы совпали. Но даже тут мы отличились, препираясь половину песни. Видимо, хит-парадом сегодня командовал ещё один "поклонник" творчества старины Джастина. Песня оборвалась на полуфразе. А вскоре включили другую. Медленную. Тягучую. Мелодию, под которую можно было танцевать только одним способом: прижаться к телу партнёра и плыть по течению . Сэм попыталась уйти, но разве мог я просто взять и отпустить её.
  - Бежишь?
  Страх в её взгляде сменился уверенностью и она шагнула навстречу. Конечно, же. Храбрящийся зайчишка Макдауэлл.
  - Не отдави мне ноги, - буркнула, неуверенно хватаясь за полы моей рубашки.
  - В прошлый раз ноги давила мне ты. Я был предельно осторожен.
  - Может, не будем вспоминать прошлый раз. Я из-за тебя чуть ногу не подвернула!
  - Давай, потанцуем. Молча, - я понял, что это защитная реакция. Заболтать. Сделать вид, что ей интересно все, кроме нашего танца.
  Уже к середине песни я признал, что игра в молчанку была не лучшей идеей. Смотреть в глаза, касаться кожи и ощущать как под её хрупкими ребрами громко отбивает ритм сердце - то ещё испытание. Я осторожно притянул её ближе и приготовился встретить всплеск возмущения. Каблук на ступне, пощечину, кулак в ребра и даже колено в пах. Я ожидал от нее чего угодно, кроме того, что она собралась сделать. Пальцы Саманты сжались у меня на груди, ткань рубашки натянулась едва ли не до треска в пуговицах. Она вперилась взглядом в мои губы и потянулась вперёд.
  Ты сама этого захотела. Я же не дурак, чтобы отказываться.
  Было сложно удержаться от улыбки при воспоминании о том, в каких обстоятельствах я услышал от нее последнюю фразу. Видимо, моя улыбка её и отрезвила. Поцелуя не случилось. Танец закончился. Но мои руки все так же лежали у нее на талии.
  - Ты тоже хочешь повторить? - спрашиваю, удивленный тем, что она до сих пор не сбежала.
  - Хочу, - выдыхает, всматриваясь в мое лицо задумчивым взглядом.
   Так просто? Никаких возражений? Она отстранилась, но продолжала держаться за меня. Достаточно было притянуть её снова с началом следующей песни.
  - Алекс, давно не виделись!
   Недостаточно.
  Мы с Надин разбежались на дружеской ноте, без взаимных претензий, но именно сейчас мне меньше всего хотелось её видеть.
  Я не мог отмахнуться от нее коротким приветствием. К тому же, наши немногочисленные общие знакомые, быстро донесли до меня новость о том, что она только недавно выписалась из больницы.
  Стоя между двумя девушками, с каждой из которых у меня был довольно расплывчатый статус отношений, я чувствовал себя дураком. Ещё глупее оказалась моя попытка удержать Саманту рядом, пока мы с Надин мило болтали, не обращая на неё внимания. На что я надеялся? Поскорее свернуть разговор и махнуть на танцпол?
  Лёгкая ткань воздушного платья вырвалась из моих пальцев с заметным усилием. Вразрез её движениям, выражение лица Саманты было спокойным. Она улыбнулась и легкой походкой уплыла к ближайшему столику.
  - Ты даже не представил нас друг другу, - хмыкнула Надин с любопытством.
  - Не успел.
  - Между вами...
  - Ничего. Общие знакомые.
  - Химия точно есть. Физика - дело времени.
  Физика тоже была, но все едва не закончилось для нас ядерным взрывом.
  - Тут легче довольствоваться статусом знакомых.
  - Уверен? - кивнула, обращая мое внимание на происходящее за спиной. - Так тоже?
  Не прошло и минуты, а Браун уже пытается её напоить. Интересно, на что он рассчитывает?
  - Эй! Ты же ревнуешь! У тебя на лице все написано, Алекс, - веселилась Надин, качая головой с довольной улыбкой.
  - Знаешь, когда я увидела тебя сегодня, почти пожалела, что тогда ушла. Но потом... Эти ваши взгляды друг на друга. Говорящие. Я тебя интересовала и в половину не как она. Ты смотришь на нее так, что сразу отпадает желание тебя домогаться, - прямолинейность Надин не удивляла. Это одно из качеств, которое мне так в ней понравилось. Но оказалось, что даже этого дополнения к её потрясающей внешности для меня недостаточно. Чтобы забрать пальто, забить на друзей и забыться в её объятьях. Когда я стал таким разборчивым?
  - Жаль, а я надеялся на продолжение.
  - Сейчас ты надеешься только на одно: поскорее от меня избавиться и устранить соперника.
  Поразительная проницательность и завидное спокойствие. Джессика на её месте уже записала бы меня в длинную очередь к вратам ада.
  Она бросила ещё один быстрый взгляд в сторону ближайшего столика и слегка подтолкнула меня.
  - Иди уже. Ей явно интереснее твоя спина, чем его лицо. Меня в дрожь бросает от мысли, что вы будете вытворять сегодня ночью, если доберётесь друг до друга.
  - Эй, это уже перебор! - выпалил, подумав при этом, что мы скорее прибьем друг друга, чем окажемся в одной постели.
  - Прости-прости, это во мне иногда просыпается крепко дремлющий автор фанфиков.
  - И почему меня окружают одни сумасшедшие?
  - Может, потому что сам такой же?
  
  Надин упорхнула навстречу смутно знакомому парню с курса. Судя по интересу на его лице, с ним девушку ждали менее туманные перспективы на вечер, чем со мной.
  Браун успел испариться. Сэм повернула голову к танцующим и с улыбкой наблюдала, облокотившись на спинку небольшого дивана.
  Теплая. Уютная и... непредсказуемая как кошка. Мое лицо против воли расползлось в улыбке, когда я заметил под столом орудия пыток, которые она на себя нацепила. А как старалась казаться уверенной, едва скрывая муки при каждом шаге. К чему эти жертвы? Разве что в угоду настырной подруге. Подобная обувь как раз в стиле Рамирес.
  Я вспомнил первые выходы "в свет" в теле Александры. Мне приходилось вставать на каблук, чтобы прибавить хоть чуточку недостающего роста. Слишком странно теряться в толпе, когда привык над ней возвышаться.
  И если ходить на устойчивом каблуке или платформе Александре удавалось сносно, то водить машину - не очень. Так в моем багажнике и появилось несколько пар удобной обуви. На все случаи жизни.
  Взгляд упал на колени Саманты, едва прикрытые слоями тонкой ткани и я решил, что один из таких случаев наступил как раз сегодня.
  Прохлада ночного воздуха пробивалась даже сквозь застегнутую наглухо куртку. Уже на пути к машине я зачем-то свернул к ближайшей аптеке, вывеска которой сияла зелёным неоном в двухэтажном здании через дорогу. Женщина за прилавком оценивающе пробежалась вдоль моей фигуры и хмыкнула:
  - Резинки?
  Конечно. Что же ещё можно покупать в аптеке в преддверии длинной ночи.
  - Пластыри, - бросил в ответ, после чего замер секунды на три и добавил с серьезным лицом: - Она все время жалуется, что натирает колени.
  Удивление, возникшее было на слове "пластыри" сменило торжество. Разве этот умудренный опытом профессионал мог ошибаться?
  Для спасения маленьких ступней зеленоглазой Золушки хватило бы и пары, но мне не хотелось разочаровывать женщину, с довольным видом водрузившую на прилавок невскрытую упаковку.
  Я так и появился перед Самантой: с бумажным пакетом в одной руке и парой пластырей - во второй.
  - Как ноги?
  - Догадливый какой, - произнесла с вымученной улыбкой.
  - Я видел тебя на каблуках. Эти явно не ты подбирала.
  - И наблюдательный,- протянула, добавляя в голос все больше изумления.
  - Сегодня день комплиментов?
  - Может, ты заслужил?
  - Может, - согласился, протягивая ей пакет с кедами.
  Пластыри легли маленьким веером на стол.
  - Тут рядом аптека.
  - Ага, - кивнула, рассматривая спрятанную в пакете пару обуви, - а ещё обувной магазин. Вин подсказал?
  - Причём тут Вин? У меня в машине была пара кроссовок сестры. Она держит их в багажнике для подобных случаев.
  - Надеть тоже поможешь?
  На мне с начала вечера не было галстука, но лишними сейчас казались даже пуговицы у основания ворота рубашки. Она со мной заигрывает?
  Столик пустовал, вряд ли она успела надраться до потери своей хваленой осторожности. Пробки у её предохранителей выбило только однажды. А потом было столько взаимных упрёков, что мои сомнения в том, что она отдает отчёт своим словам были вполне оправданы.
  - Наденешь сама.
  - Ладно.
  Прическа слегка потрепалась, пока Сэм устало придерживала голову, подперев кулачком. Она попыталась вернуть выбившуюся прядь на место, но быстро поняла, что это слишком сложная задача и принялась вытягивать шпильки. Я успел занять место возле её спрятанных под платьем коленок, и все происходившее дальше действие пронеслось перед глазами яркой картинкой.
   Пряди одна за другой падали ей на шею. Касались спины и открытых плеч. Тело охватила странная тяжесть, которая становилась ощутимее с каждым освободившимся от шпильки локоном.
  - Наконец-то, - выдохнула, зарывшись пальцами в густую рыжевато-каштановую гриву.
  - Ты на машине? - мне понадобилось основательно прочистить горло перед тем как задать этот короткий вопрос.
  - Почему спрашиваешь?
  - Переживаю. Ты слишком странная, чтобы быть трезвой.
  - По плану я должна была напиться до потери сознания. Но мой собутыльник променял меня на танцы. Так что расслабься, сегодня я безопасна для пешеходов.
  Я был несказанно рад за пешеходов, но внутри посекундно росло сомнение в том, что сегодня эта потрясающая Ведьма будет безопасна и для меня.
   Она продолжала двигаться с ленивой грацией кошки. Закинула волосы на одно плечо, достала обувь из пакета и потянулась к ногам.
  - Пластыри мне не понадобятся, - улыбнулась то ли с радостью, то ли с сожалением. - Да, и вряд ли я смогла бы нацепить их через чулки.
  - Ты очень внимательна к деталям.
  - Ты очень чувствителен к упоминаниям о предметах женского гардероба.
  - Разве они не считаются бельем?
  - Ещё и разбираешься хорошо.
  Вот же оно: то самое выражение лица, к которому я успел прикипеть. Я бы назвал его привычно-саркастичным. Мне даже стало легче от мысли, что она все та же. Как справиться с той версией Саманты, которую она показала сегодня, я ещё не разобрался.
  Сообщение Спенсера я увидел с опозданием. Судя по времени в правом нижнем уголке, он прислал его, когда я вел премилую беседу с фармацевтом. А перед этим трижды пытался дозвониться.
  " Милли стало плохо. Везу домой. Пришлось брать машину у Портмана. Пока до тебя дозвонишься..."
  "Когда ты уже получишь права?"
  "Зачем, если есть ты?"
  "Иди на хер."
  "В отличие от тебя, я сегодня с девушкой;)"
   "А Рамирес в курсе твоих планов?"
   "У нее свои планы: вернуться и забрать с собой Саманту".
   "Она рядом и даже не подозревает, что поедет домой одна"
   "Но ты же позаботишься о ней?;)"
   "Конечно! Даже за такси заплачу, если напьется".
   "Я в тебя верю!"
   Саманта с интересом наблюдала за моей перепиской. Мы скрестили взгляды и одновременно улыбнулись. Непривычно много улыбок для одного вечера.
   - Милли можно не ждать. Твой событыльник свою часть плана выполнил с лихвой. Спенс потащил её домой прямо с улицы, пока приводил в чувства.
   Её реакция была молниеносной. Вскочив с дивана, Сэм схватила сумку, заглянула внутрь и,чертыхнувшись, дернулась к выходу.
   - Дорогу показать или помнишь куда ехать? - спросил, еле успев схватить её за локоть.
   - Лучше подбрось, я сегодня пешком.
   Все настолько серьезно?
   Неподдельная тревога в глазах Саманты мне не привиделась. Пока я пытался догнать промчавшийся сквозь толпу ураган, успел перебрать возможные причины, из-за которых она очертя голову бежала к подруге.
   Вариант с ревностью я отмел сразу. Их не связывало ничего кроме дружбы, и на этот счёт у меня давно не осталось сомнений.
   Переживала за её состояние? Вряд ли. Для этого достаточно было позвонить и спросить прямо. Будь все настолько серьезно, Спенсу хватило бы ума отвезти Милли в больницу.
   Я вспомнил наш с Самантой короткий разговор перед танцем этим же вечером. Ту часть, в которой мы обсуждали неожиданно возникшую дружбу между Милли и Спенсером.
   - Ты же не собираешься тренировать на Спенсере свой удар с разворота, - осторожно уточнил уже в машине, глядя на ловко разобравшуюся с ремнем безопасности пассажирку.
   - Вот ещё, - фыркнула в ответ, - Милли забрала мою сумку. Они отличаются цветом, но заметить это в клубе почти невозможно.
  
  

Глава 16

Личный водитель Городские артерии улиц с наступлением ночи избавились от тромбов километровых пробок и я наслаждался быстрой ездой, стараясь не думать о том, кого рискнул посадить на пассажирское кресло своей машины.
   Сэм демонстративно отказалась пристегивать ремень, напомнив своего сумасшедшего родственника в день их первой с Александрой гонки. Дороги были слишком свободны для опасных маневров, но на одном из поворотов я не удержался и дал газу.
   Она резво схватилась за ручку заблокированной двери и выразительно фыркнула. Мне хватило секунды, чтобы оценить мощность заряда выпущенных её глазами молний.
   - Пристегнуться не пробовала?
   - Меньше пить не пробовал? Хотя бы когда за рулём.
   Приехали. Сегодня я снова в роли хронического алкоголика?
   - Тот глоток мартини в начале вечера был единственным.
   - Да, ты сегодня трезвенник! Я уже собиралась садиться за руль.
   - Кто посадил бы тебя за руль без прав?
   - Э-эх, - вздохнула, откинувшись на спинку, - а я хотела попробовать.
   - Интересно, если бы я действительно был пьян, какой вариант для нас оказался бы безопаснее? - я пустился в рассуждения, которыми попытался разбавить затянувшуюся с начала поездки тишину.
   - Оставить машину у клуба и вызвать такси, - не по годам мудрая девушка. И как я до такого не догадался!
   - Я мог бы подвинуться, тут широкое сидение, - пошутил, подбросив ей повод для следующего укола.
   - Спасибо, что не на колени сесть предложил, - рассмеялась Саманта. - Ты решил оставить без прав обоих? Чтобы никому обидно не было?
   - За первое предупреждение я получил бы штраф.
   - А что насчёт меня?
   - Посадил бы тебя на колени и сказал копам, что ты брала уроки вождения. Но окажись она на моих коленях, уроки вождения были бы последним, на что я захотел бы тратить время.
   Тишина заполнила пространство салона, пока каждый из нас бросал друг на друга короткие взгляды. На десятой секунде взгляды встретились, и я сбавил скорость, собравшись свернуть к обочине. Для того, что я собирался сделать, мне нужны были свободные руки.
   Всего каких-то десять часов назад я проснулся с воспоминаниями, от которых хотелось избавиться любыми способами. И только сейчас понял, что за весь вечер, проведенный в её компании, вспомнил о прошлой ночи только сейчас. Когда собрался целовать ее так долго и так жарко, как той целомудренной парочке и не снилось.
   - А-лекс? - от чистого голоса, которым она ещё недавно выдавала одну колючую реплику за другой остался прерывистый шепот.
   Уже на обочине заглушил двигатель и, включив аварийные огни, потянулся к ремню безопасности. Все это время я неотрывно наблюдал за сменой эмоций на лице девушки. Она мотнула головой, видно решив, что ей показалось. Сжала пальцы на ручке двери, одновременно потянувшись в своему ремню свободной рукой, и посмотрела с таким ужасом, что я на мгновенье почувствовал себя маньяком.
   Я улыбнулся, прислонился к подголовнику кресла и спросил:
   - Нельзя?
   - У меня есть мизерный шанс избежать допроса от папы - забрать телефон у Милли не позже десяти. Как видишь, - кивнула на яркие цифры на приборной панели, - времени остаётся все меньше.
   Мастерски избежала ответа. Так все же - нельзя или... можно?
   У квартир на последнем этаже, кроме всех прочих преимуществ, было ещё одно - место возле лифта на подземной парковке. Из нас старательно лепили небожителей, повсеместно подчёркивая выдуманный статус.
   - А это наши "катакомбы". Наверно, обычно ты заходишь через парадный? Как в тот день.
   Сэм притворилась, что не поняла о каком из множества дней, прошедших с начала нашего знакомства, я говорю. Пришлось уточнить:
   - День, когда ты заботливо прислала мне огромную пиццу с креветками. Я съел больше половины, когда вернулся в квартиру, попрощавшись с Надин. Я остался без секса, но с ужином. А вот привет от Рамирес в виде настойчиво ломившегося в квартиру копа был лишним. Ей-то я чем не угодил?
   Сэм уставилась на меня с недоверием, отсканировала мое лицо и неуверенно качнула головой.
   - Но мы не отправляли к тебе копа. Милли сказала бы.
   - То есть ты признаешься, что тугоухий доставщик - ваших рук дело?
   Она поняла, что попалась как школьница и виновато кивнула головой, отвернувшись к окну.
   - И сделала ещё кое-что... Проблема с парковкой у ресторана была моей идеей. Я без труда нашла для нее исполнителя. И почему я не удивлен?
   - Скажешь зачем? Или мне самому озвучить варианты?
   - Ты нарочно задел меня в коридоре, когда проходил мимо в компании Надин. Будь Ваше свидание хотя бы на следующий день, я успела бы остыть.
   - Это было случайно.
   - Охотно верю.
   - Не веришь? - я начинал закипать, чувствуя как знакомый торнадо внутри набирает обороты - Да, пожалуйста! Пусть специально. Я же тупой старпер, с подростковым всплеском гормонов. Задел надоевшую язву, слегка ткнув её в коридоре плечом. И она могла ответить мне тем же! Придумать новую шутку для следующей встречи. Но устроить такое шоу? Так ведут себя только по уши влюбленные подростки.
   - А разве ты вел себя по-другому?!
   Тишина ограниченного пространства салона машины прерывалась нашим тяжёлым дыханием. Наверно, это можно было считать признанием? В любом другом случае, кроме нашего.
   - Я веду себя по-другому, когда влюбляюсь.
   - Мне даже интересно.
  
   Поездка на лифте прошла в напряжённом молчании.
   Мы быстро добрались до третьего этажа, минуя первые два: к этому времени для большинства жителей в лифте не было необходимости.
   Все давно сидели дома.
   Кроме... Сумасшедшей соседки Рамирес, которая взяла за привычку выгуливать своего питбуля по ночам.
   Саманта стояла у дверей, готовая выбежать из ограниченного десятью кубометрами пространства лифта. Створки медленно разъезжались, мой взгляд упал на знакомую морду, которую ещё не успели запечатать намордником и я быстро потянул Саманту к себе. Вовремя.
   Увлеченная телефоном хозяйка дернулась под натянутым поводком, пока собака, оскалив зубы, пыталась вырваться при виде незнакомого лица.
   Саманта даже не дрогнула, но дыхание стало глубже, пульс участился и я резко выругался при виде равнодушного лица этой больной на голову собачницы.
   - Вы бы скармливали своей собачке таблетки, которые пьете, - скривился, всматриваясь в наглую физиономию.
   - Какие таблетки? - удивилась женщина.
   - От бешенства, - ещё недавно её состояние вызывало сомнения у всего дома. Она готова была с остервенением броситься на любого, кто попирает права её любимого питомца. Пока после нескольких жалоб, соответствующие органы не рассказали ей о существовании ещё и обязанностей.
   Женщина пренебрежительно хмыкнула и отстранилась, пропуская нас с Самантой на площадку.
   - А если бы вместо меня был ребенок? - произнесла Сэм, поежившись.
   - Эта тварь откусила бы пол лица при первой же возможности.
   Девушка неопределенно кивнула, вынырнув из мыслей, о которых я мог только догадываться и нажала на звонок двери, безумного, как и её хозяйка, ярко-зеленого цвета. Не слишком ли много сумасшедших на одну лестничную площадку?
   - Ого!
   Я не предупредил Спенсера о том, что готовлю сюрприз для Рамирес.
   - Ещё не спите? - съязвил, оглядывая просторную студию за спиной друга. Рамирес потягивала воду из высокого стакана.
   - Сэ-э-эм, - протянула Милли жалобным голосом, бросившись навстречу подруге. - Ты пришла, чтобы поухаживать за мной?
   - Ещё чего, - возмутилась Макдауэлл, - ты укатила с моей сумкой.
   - С сумкой? О, точно! У них же цвета разные! - довольно пропела Рамирес.
   - А ещё содержимое, представляешь? Небольшой прямоугольный баул, который занимал мысли Саманты последние сорок минут, наконец, оказался в её руках. Она выудила из сумочки телефон и принялась наспех водить пальцем по экрану.
   - Папа не звонил? - я вспомнил, что ей нужно было успеть до десяти.
   - Папа? - хохотнула Милли, с недоверием глядя то на меня, то на подругу. - Сэм, с каких пор...
   - Паулина, выпей водички. К утру станет легче.
   - Какие мы злые, - фыркнула Рамирес, стушевавшись под выразительным взглядом Саманты.
   Спенсер на цыпочках обошел воображаемый круг, в котором кружились шаровые молнии, выпускаемые обиженными друг на друга девушками, и прислонился к моему плечу:
   - Я обещал, что не оставлю её одну в таком состоянии, но раз ты привез Сэм, мне тут делать нечего.
   - Думаешь, это хорошая идея?
   - Могу остаться у тебя. И каждые полчаса спускаться на разведку.
   - Ты очень заботливый, но у меня сегодня другие планы.
   Спенс проследил за моим взглядом, понимающе хмыкнул и кивнул:
   - Значит, у неё тоже? И когда вы успели?
   - Такой вдохновляющий пример перед носом, - парировал, хлопая по плечу ухмыляющегося Спенсера.
   Никаких планов у меня не было, у Макдауэлл - тем более. Нужно было как-то обезопасить себя от визита друга.
   - Ты серьезно уедешь? - недовольно пробурчала Милли.
   - Конечно, - кивнула Сэм, - такси будет здесь через 7 минут, - и ткнула экраном в сощуренное лицо подруги.
   Спенсер удивлённо вскинулся, я подался вперёд и выхватил из её рук телефон. Несколько касаний экрана и заказ такси уходит в архив.
   - Рамирес, я возьму твою куртку, - бросил, хватая подозрительно классическую для этой любительницы экстраваганщины кожанку. - Занесу завтра утром.
   - Это куртка Саманты, - отмахнулась девушка.
   Протест так и застрял где-то между приоткрытыми губами Сэм.
   - Я отвезу тебя, - предупредил её возражение тихим, но твердым голосом. - И в этот раз хотя бы накинь куртку на плечи.
   - Мне не холодно, - прошипела, энергично вытянув смартфон из моих пальцев.
   Прощание с гнусно хихикающим Спенсером и подозрительно довольной Рамирес было коротким. Саманта успела вызвать лифт, пока я обменивался рукопожатием с Чарльзом. Милли подбежала ко мне, схватилась за рукав и прошептала:
   - Не забудь проводить её до двери, у отца Сэм деловая поездка в соседний штат, мало ли кто будет поджидать её на заднем дворе.
   - Рамирес, займись уже своей личной жизнью, - скривился, представив, сколько благодарностей она услышит от Саманты за свое сводничество.
  
   Сэм
   Стоило вызвать такси ещё в клубе. Достать телефон Милли, набрать графический ключ и до кучи воспользоваться её кредиткой.
   Но под руку так "удачно" подвернулся Уоррен, что даже спустя полтора часа я никак не избавлюсь от его компании.
   Пока мы ехали к Милли, меня то и дело бросало в дрожь, причину которой я видела в своем не по погоде открытом наряде.
   Перед выходом в клуб, подруга настаивала на неуместности в моем образе кожаной куртки и безжалостно выпроводила меня из дома в коротком топе и юбке.
   Но даже вернув себе тепло любимой кожанки, я все ещё ежилась от озноба. Дрожи, которая усиливалась при виде раздражающе спокойного лица Уоррена.
   - У тебя лимит на кредитке закончился? - спросила с деланным любопытством. Мы как раз миновали шлагбаум у выезда из подземной парковки.
   - С чего ты взяла?
   - Не знаю, - пожала плечами, - может, ты решил подзаработать? Я тут спокойно катаюсь, а у тебя где-то счётчик припрятан. Я, наверно, задолжала тебе целое состояние: это же считается такси бизнес-класса?
   - Одной почкой не отделаешься, - подхватил безмятежно крутивший баранку водитель.
   - Даже так? Я надеялась ограничиться волосами. Все равно собиралась стричься.
   С лица Уоррена тут же исчезла невозмутимость: он повернул голову, пробежался быстрым взглядом по собранным в хвост волосам и сдвинул брови. Но промолчал. А я решила продолжить:
   - Думаешь мне пойдет асимметричный боб? Или лучше стричься совсем коротко? Кстати, мне нравится твоя прическа... Только челку я сделаю короче.
   С каждым моим предложением складка между бровями Уоррена становилась глубже.
   - И цвет, - продолжила, впечатлившись его реакцией, - наверно, мне будет к лицу блонд?
   - На Комик Кон собралась? - панцирь хладнокровия треснул, но голос Алекса все ещё казался спокойным.
   - Скорее на Хэллоуин, - радостно кивнула в ответ. - На Комик Коне никто не узнает, кем я нарядилась. Ты только в универе знаменитость. Зато фуррор среди студентов гарантирован. Одолжишь мне что-нибудь из своей одежды?
   - Сейчас? Может, сначала довезу до дома? А там решишь, нужна ли тебе ещё моя одежда.
   Восторженная лыба с трудом держалась на моем лице. Иногда у меня играючи получалось включать глупышку. Не в этот раз. Я живо представила, каким образом заимствую у Алекса необходимую мне одежду, и старательно натянула уголки губ. Его улыбка выглядела куда естественнее. Мелкие морщины лучами тянулись к вискам, на щеках появились задорные ямочки.
   - Дома есть одежда Сэма, - я не сдавала позиции, хотя пальцы, спрятанные в кроссовках, нервно постукивали по подошве.
   Он изменился в лице. Неужели всерьез на что-то надеялся?
   - А Сэма дома, случайно, нет?
   - Спроси, когда я в последний раз видела его дома, - равнодушно отмахнулась, тут же выруливая в сторону от опасной темы. - Признайся, ты напросился ко мне в провожающие, чтобы не мешать Спенсеру? Сам догадался или он попросил?
   - Не мешать в чем?
   - Ты же знаешь, в чем...
   - Ты себя слышишь? - раздраженно вскинулся Алекс, - У Рамирес был такой вид, что для полного счастья осталось только поскакать в страстном угаре, чтобы вытрясти из желудка остатки алкоголя. И если так переживала за подружку, могла бы сменить бедолагу Спенсера. Я что-то не заметил рвения с твоей стороны.
   - Я не ночую вне дома, - буркнула, предвкушая его комментарии.
   - Храпишь по ночам? Или ходишь во сне?
   По крайней мере, это не шутка про розовый цвет и Деву Марию.
   - Устраиваю набег на холодильник.
   - Судя по твоей фигуре, в вашем доме холодильник на ночь запирается замком.
  
  
   - Спасибо, что подвёз.
   Прощаться вот так, сидя в его машине, у ворот моего дома, было странно.
   - Спокойной ночи.
   Алекс кивнул, положил голову на руль и спросил:
   - Подождать, пока ты закроешь входную дверь? Милли несла пьяный бред про маньяка на заднем дворе твоего дома. А вдруг?
   Я рассмеялась и покачала головой, тут же указав на синий Форд у гаражных ворот.
   - Все в порядке. Папа уже вернулся.
   - Ладно.
   Нажав на ручку, я медленно толкнула дверь и тут же столкнулась с сопротивлением. Слишком высокий бордюр для этой машины.
   - Ты парковался вслепую? - махнула ладонью, демонстрируя водителю проем, в котором застрял бы даже ребенок.
   - У меня коррекция с 18 лет.
   - Видно, не помогло.
   Ему удалось показать одним взглядом, как сильно его все достало.
   - Может, покажешь как правильно? - бросил, выпрямившись в кресле.
   - Сесть тебе на колени?
   - Смелости хватит?
   Там где мне не хватает смелости, на помощь всегда приходит адреналин.
   Я дернула руку, возвращая дверь на место. Схватилась за спинку кресла водителя и потянулась прямо к удивлённо вскинувшему брови Уоррену. Я догадалась собрать юбку перед тем как опуститься ему на колени.
   Слои ткани легли между нами неплотным барьером. Переместиться на соседнее сидение оказалось легко. Чуть сложнее было решиться повернуть голову и встретиться взглядом. Пальцы слегка подрагивали, когда я тянулась к его плечам, чтобы не потерять равновесие. Сейчас мне требовалась опора даже для того, чтобы сидеть.
   - Думаю, будет удобнее, если ты пересядешь, - выдавить безмятежную улыбку - навык следующего уровня. - Или... я могу выйти через твою дверь.
   Свет в салон попадал, минуя листву по-осеннему жёлтых деревьев. Прошли секунды: дрожали не только руки, но и все тело. Я опустила глаза, пытаясь найти хоть что-то, способное помочь мне успокоиться.
   - Правда, хочешь выйти?
   Голос.
   Тело дёргается от неожиданности, когда руки Алекса хватают меня за талию и лёгким движением усаживают так, что колени упираются на сидение по обе стороны.
   Кожа.
   Глаза закрыты, дыхание срывается. Я делаю протяжный вдох, чувствуя едва уловимый аромат геля для душа.
   Запах.
   Распахнув веки, бьюсь о серебристые волны тёмно-синего моря и с головой ныряю в бездну.
   Бездну, что растет вместе с моим желанием в ней затеряться. dd>  Глаза.
  Осталось последнее. Если поцелуй будет таким же опьяняюще сладким как в прошлый раз, мне понадобится чудовищные усилия, чтобы не сорвать с него одежду. Прямо здесь - в тесном салоне машины, припаркованной напротив моего дома. С парня, чья сестра ещё ночью точно так же (хотя она все же вела себя чуть скромнее) сидела на коленях Сэма. И что мне с этим делать?..
  - Сэм... - его дыхание щекочет шею, - Ты никогда не была для меня достижением.
  - Знаю, - выдавливаю шепотом и понимаю, что в этот раз мне совсем неважно, кто из нас будет первым.
  Я поднимаю руку, провожу пальцами вдоль шеи. Змейкой огибая за ухом, касаюсь затылка и слегка тяну голову назад, одновременно накрывая его губы своими.
  Пульс скачет в каком-то неистовом рвении, пока мы пытаемся быть ещё ближе друг к другу. Юбка сползает чуть ниже, и кожа чувствует как по телу скользят его ладони. А поцелуй... потрясает настолько, что я не сразу замечаю как свет во дворе становится ярче
  Голову кружит в карусели неуправляемого безумия, с которым мы едва справляемся, чтобы оторваться друг от друга, когда что-то с надрывом скрипит справа.
  Дверь. Я же сотни раз просила его смазать, наконец, эти петли!
  - Блин! - выдыхаю с шумом, резко оторвавшись от ошеломленного лица Уоррена. Тело так же быстро возвращается на пассажирское сидение и пытается справиться со сбитым дыханием. - Папа.
  К счастью, машина стояла в тени, и чтобы разглядеть нас у обочины дома напротив, понадобилось бы хотя бы выйти за ворота: риск оказаться замеченными в недвусмысленном положении был минимальным.
  - Подъезжай прямо к дому, - бросила, избегая зрительного контакта. - Ему покажется странным, что из такси я вышла на другой стороне улицы.
  - Такси?! - кажется, Алекс только сейчас вышел из оцепенения. - Ты считаешь, что это смешная шутка?
  - Разве нет? - улыбнулась старательно натянутой улыбкой.
  - Это ни разу не весело, Саманта. То, что мы сделали...
  - Я сделала, - поспешно поправила, пока он не пустился в пугающие меня рассуждения. - Ты просто поддался. Твоей вины в этот раз нет. Просто день выдался сумасшедший, а это... вполне логичное его завершение.
  Он с недоверием всматривался в мое лицо, грозившее вот-вот красноречиво показать, что я блефую.
  - И часто ты так феерично завершаешь тяжёлые дни?
  - Не помню, - пожала плечами, будто все это не заслуживало внимания. - Давно такого не было.
  - Давно.
  Шумный выдох слева, поворот ключа в замке зажигания и мы срываемся с места, тут же вписываясь в крутой поворот. Визг шин, наверняка, разбудил бы половину улицы, но, судя по горящему в соседских окнах свету, просыпаться было некому.
  Голова папы с любопытством вынырнула из-за крыши синего Форда.
  Дверь с моей стороны распахнулась, я плотнее укуталась в кожанку и шагнула на плитку, одновременно отправляя отцу приветственный кивок.
  Алекс задумчиво смотрел в лобовое стекло, и, едва дождавшись, пока я захлопну дверь машины, помчался по улице. И вот тогда я в полной мере осознала, что натворила.
  
  - Тебя подвезли? А твоя машина где? - папа никогда не читал мне нотации за поздние прогулки, и сейчас его вопрос прозвучал, скорее, как праздный интерес.
  - В гараже. Я оставила её дома перед тем как поехать к Милли.
  - И Милли даже не вышла поздороваться? - вполне понятное удивление: обычно подруга громко оповещает о своем присутствии даже если отец во время её визитов проводит время в кабинете на втором этаже.
  - Это было такси.
  - Неплохая машина для такси.
  - Мажор какой-то подрабатывает, - безразлично пожала плечами, - Наверно, родители оставили без денег.
  Папа сделал вид, что поверил и кивком головы указал на лестницу:
  - Иди отдохни. Если захочешь поговорить, спускайся в гостиную, я ещё не скоро пойду спать.
  Видно, у меня все на лице написано.
  - Договорились ...
  Он никогда не был строг в вопросе моих отношений с парнями. Но я не хотела обсуждать с ним именно эти отношения. Потому что сама не до конца понимала, с какого хрена я полезла к Уоррену в машине.
  Обычно все ограничивалось парой свиданий. Несколько периодов короткого общения, за которые я понимала, что не стану знакомить очередного парня с родителями. Потому что на третье свидание мы уже не пойдем.
   Я глупо надеялась, что найду человека, которому смогу довериться и продолжала попытки. Все безуспешно. Самым длинным оказался роман в начале второго курса. Брэндон - симпатичный парень с параллельной группы, чьи знаки внимания я замечала ещё со дня знакомства в начале первого учебного года. У нас было с десяток свиданий, несколько мучительно долгих поцелуев и его попытка залезть мне под блузку во время вечернего сеанса в кинотеатре. Я стиснув зубы, боролась с щекоткой, от которой могла разразиться хохотом на весь зал, но, когда язык коснулся шеи и плечи передёрнуло от бессвязного шепота, стало понятно, что продолжить эту игру в постели я не смогу. Не потому что с ним что-то не так. А потому что мне нужен был тот самый тугой комок внизу живота, который способен разрастись до величины моего тела и превратить его из каменной глыбы в вязкую глину.
  Я лежала на заправленной постели, не потрудившись снять с себя куртку, и считала светящиеся звёзды на потолке. Пальцы ног нервно сжались, стоило вспомнить, какой податливой я становилась в руках человека, с которым у нас не было не то что романа, но даже единственного свидания.
  Перевернувшись на живот, я утопила лицо в подушке и со всей силы рявкнула:
  - Вот же дерьмо!
  
  Алекс.
  Только на третьей миле я догадался сбавить скорость. Половина двенадцатого - полчаса до привычных уже изменений во внешности, а я мчусь как ненормальный, забыв, что на ночных дорогах патрули встречаются чаще чем днём.
  Редкие светофоры давали мне короткие передышки на размышления. Нужно было упорядочить мысли, вихрем сбитые в бессвязный поток.
   Она дала этому простое объяснение: "сумасшедший день" и "логичное завершение". А выражаясь яснее: я не прочь тебя трахнуть, но зрители мешают.
  Даже когда Сэм уверенно села мне на колени, я все ещё думал, что она блефует и её хватит на несколько секунд. Но блеф затянулся, а мои попытки разбудить её осторожность сделали только хуже. Она должна была сбежать ещё когда я удобнее усадил её сверху, поплатившись таким возбуждением, от которого до сих пор не могу избавиться.
  Но Ведьма продолжала превращать меня в подростка, который не знал как правильно вести себя во время секса. Пятнадцатилетку, которого соблазнила старшеклассница.
  Спенсер напомнил о себе посреди ночи. Я стоял у зеркала, вглядываясь в осточертевшее меня отражение ещё одной головной боли с лицом девушки, когда экран мобильного зажёгся светом входящего сообщения.
  "Ну, как? Она разрешила хотя бы поцеловать себя в щёчку? Судя по тому, что я видел, ты сейчас спишь дома:D"
  "А вы с Рамирес, уже во всю практикуете Камасутру?"
  "И как тебе акробатика в её исполнении?"
  Ждать ответ пришлось намного дольше обычного. Я ждал остроумный шедевр от своего вечно стебущегося друга, но прилетело короткое:
  "Пошел ты."
  И этому было только одно объяснение.
  Кажется, парень влип.
  

Глава 17

Мы не можем быть друзьями
  
  Сэм.
  С памятной октябрьской ночи прошло больше двух недель. Я пребывала в таком раздрае после двух поцелуев в разных телах и с разными людьми, что предпочла забыться в работе, всеми способами избегая встреч с Алексом и сознательно игнорируя телефон его сестры.
  Той ночью я чуть не заставила Сэма трусливо сбежать со свидания, якобы отлучившись в туалет. Застряла там на десять минут, собираясь с мыслями, а, когда вернулась, нашла столик занятый незнакомой мне парочкой и прилетевшее на телефон эсэмэс
  "Пришлось ехать домой, пока не объявили розыск. Увидимся."
  Больше сообщений она не присылала, а я не сильно спешила устраивать личную жизнь своего мужского тела. Хотя, как оказалось, с некоторых пор там было не только тело, но и внушительная часть мыслей.
  Мне предстоял тяжёлый день: контрольная по коммуникациям, важная лекция и "долгожданная" фотосессия после пар.
  Облюбовав постель в непривычно ранее время, я завела будильник и попыталась уснуть. Вертелась почти два часа, пока не поняла, что попытки тщетны и вряд ли рой мыслей в голове даст мне спокойно отправиться в Морфиолэнд.
  23:40
  Телефон оказался в руках, палец бесцельно нарисовал две ступеньки, снимая блок с экрана, и коснулся зелёной иконки whats app.
  Осознание того, что это телефон Сэма пришло только когда я увидела единственный чат, в котором третью неделю не было сообщений.
  Недолго думая, я набрала новое.
  "Сегодня в "Яблоке" будут крутить " Рождественскую историю". Сеанс в 1:20. Возьму тебе билет, оставлю у проверяющего на случай, если будешь опаздывать."
  "Приезжай, если нравятся фильмы Земекиса".
  Ночные сеансы именно в этом кинотеатре не были популярны, и часто из заполняли старыми добрыми комедиями, большинство из которых сотни раз просмотрены в кругу семьи или близких друзей. В последний раз я смотрела этот фильм с родителями на Рождество, два года назад. Когда мама была ещё жива, и я даже не подозревала, что следующий сочельник я буду встречать без нее.
  Я наткнулась на афишу в субботу, когда искала фильм для ставших традицией походов в кино с Милли.
  И почему-то вспомнила сейчас. Желание окунуться в забытую атмосферу было слишком большим, но мне нужен был кто-то в чьем присутствии я сумею посмотреть фильм и не разреветься.
  "Оставь билет у контролёра." - лаконично ответила Алекс.
  Через три секунды - продолжение:
  "Фильмы Земекиса могут кому-то не нравиться?"
  "Тогда с меня попкорн и напитки"
  Я улыбнулась, дождалась пока на часах не появятся четыре нуля и приспустила в ванную, чтобы собираться.
  
  Я ожидала, что желающих смотреть "Рождественскую историю" за два месяца до праздника будет немного, но не догадывалась, что окажусь в пустом зале.
  У входа в зал, Сэм протянул контроллеру оба билета, предупредив, что второй посетитель придет позже, но парень у входа с трудом подавил зевок и вернул мне билеты, сказав, что опоздавшие смогут свободно пройти, пока он пропускает ещё пару-тройку полуночников в другие залы.
  Алекс появилась на шестой минуте от начала сеанса. Молча опустилась на соседнее кресло, протянула мне газировку и большое ведёрко попкорна.
  Мы все так же молчали, увлеченно глядя в экран и изредка похрустывая воздушной кукурузой.
  Моя была карамельной. Я с интересом покосился в ведёрко соседки и осторожно вытянул белые зёрнышки. Точно. Соленый.
  - Как ты угадала?
  - Про карамельный попкорн?
  Киваю.
  - Просто сама я всегда беру соленый. Подумала, что в случае твоей неприязни к карамельному, пожертвую своим.
  - Тебе повезло, - подмигнул, возвращаясь к поеданию сладкой кукурузы.
  - Я без проблем съела бы и карамельный, - безразлично пожала плечами. - На самом деле, это отработанная тактика. И, как ни странно, мне всегда достается соленый.
   Я весело кивнула, почему-то представив на её месте Алекса, который зовёт на свидание очередную девушку и методично откармливает её карамельным попкорном.
   - Ни разу не попадались любители сырного?
   Алекс скривилась и повела бровью, удивительно точно скопировав одно из знакомых выражений своего брата.
   - Неужели кто-то может есть эту гадость?
   - Согласен, - прыснула, в который раз за вечер поражаясь, насколько они похожи. Даже интонации в голосе. Манера говорить. Будто они, как и мы с Сэмом - две детали одного пазла. Инь и Ян.
   Взгляды встретились и задержались друг на друге дольше обычного. Секунды шли, улыбки на лицах растворялись, уступая выражению задумчивости. Первой не выдержала я. Или Сэм? Безудержный галоп бьющегося сердца, громким стуком отдавался в ребра. Теперь я даже не знаю, чье это сердце и кто заставляет его работать с такой силой...
   - Давно не виделись, - произношу тихим голосом.
   Алекс моргнула и вновь улыбнулась, в этот раз теплее.
   - Я скучал по тебе.
   - Я тоже.
   Рука лежала на подлокотнике. Я повернул её ладонью вверх и раскрыл пальцы веером.
   Взгляд устремился в экран, пока я ждал её ответ. Секунда. Вторая. Третья.
   Тело затопила волна успокаивающего тепла, когда в огромную мужскую ладонь опустилась маленькая женская и скользнула длинными тонкими пальцами, сплетая их в крепкий замок.
   Фильм мы досмотрели до финальных титров. Руки точно прирослись друг к другу, разъединились только когда мы встали с кресел и потянулись к курткам.
   Было около трёх ночи, когда мы спускались к машинам. Я задержался на лестнице, раздумывая как правильно прощаться. И нужно ли говорить о следующей встрече сейчас. Или лучше так же отправить сообщение, когда мы оба решим, в каком ключе продолжать эти отношения. И продолжать ли вообще?
   - Поедем к гавани? Это близко отсюда и там есть приличный бар с видом на залив, где можно уединиться... - Алекс запнулась и отвела взгляд, - и спокойно поговорить.
   - Покажешь дорогу?
   - Держись за мной, тут не так много поворотов.
   Бар скорее походил на полуночное кафе. С ненавязчивой музыкой и бесшумно проплывающими мимо официантами, предпочитавшими не тревожить покой посетителей без оповещения специальной кнопки.
   Мы сели за столик в отдаленном углу, попросили погасить верхний свет прямо над нашим столиком и включили настольную лампу. Официант любезно предложил свечи, но мы отказались от атрибутов навязчивой романтики. Потрясающий вид из окна компенсировал неудобство небольших диванов. Мы заказали безалкогольные напитки и лёгкие десерты. Скорее из соображений приличия, чем из чувства голода.
   - Брайан звонил на прошлой неделе, - прервала молчание Алекс, - они планируют начало сезона ближе к концу апреля. В прошлом слишком часто приходилось переносить гонки из-за погоды.
   - Мне он вряд ли позвонит. Я отказался от участия в следующем сезоне.
   - Почему? - она старалась придать голосу как можно больше безразличия, но в глазах читалось плохо скрываемое разочарование.
   - После той аварии я кое-что переосмыслил: увлечения родителей не всегда должны передаваться по наследству детям.
   Это было правдой лишь на половину. Да, основная причина зародившейся во мне жажде к скорости была в том, что Сэм росла в этой среде. С раннего детства смотрела записи триумфальных для мамы заездов, держала в руках многочисленные трофеи и какое-то время мечтала пойти по её стопам, хотя точнее было бы сказать - промчаться по следам её шин.
   Это было одно из увлечений, которое она без раздумий передала мне. Никому из нас не светила звёздная карьера в спорте. Саманта нашла себя в рисовании. Я продолжал носиться по городским улицам. И носился бы, пока чуть не разбился насмерть в погоне за сомнительным достижением. Кто о нем узнает, кроме нескольких десятков зрителей и участников соревнований?
   Для меня это предел, которого я достиг, пусть и выглядел в глазах большинства участников долбанным читером.
   - Родителей? Твой отец гонщик? - удивлённо вскинула брови.
   - Мама.
   Тут к бровям подтянулись веки с длинными ресницами.
   - Ещё интереснее. Подожди. Твою мать зовут...
   Она знала. Я сразу понял, что она догадалась по выражению тревожного напряжения на недавно ещё расслабленном лице.
   - А ты, - быстро вырулил с темы, испугавшись эмоций, которые могло вызвать упоминание о маме. - Что привело в ночные гонки тебя?
   Алекс быстро переключилась, словно секунду назад её лицо не изображало растерянность.
   - Картинг. Алекс с шести лет увлекался этими крошками. Даже выигрывал что-то. Бросил в пятнадцать. А я... пошла назло. После крупной ссоры. Он считал, что я отнимаю слишком много его личного времени, - хмыкнула, задумчиво разглядывая пришвартованные неподалеку катера. - Так что... можно сказать, начало моему увлечению автомобилями положил Алекс.
   - Тебе многое от него досталось, - улыбнулся, вспомнив реакцию Сэм на её мимику и интонации в начале вечера.
   - Точно.
   - Думаю, если бы Сэм познакомилась с тобой, она изменила бы свое мнение о твоём брате.
   Алекс долго и с сомнением всматривалась в мое лицо, прикусила губу, не выдержала и залилась звонким смехом. Спустя минуту, отдышавшись, она добавила:
   - Если бы Сэм лучше узнала самого Алекса, её мнение изменилось бы ещё больше.
  
  
   Алекс.
   Среди тысячи фильмов, на которые мы могли бы пойти, он выбрал именно этот. Ненавистная Алексу "Рождественская история".
   Просмотр кино в семейном кругу, который закончился громким спором и битьём посуды. И больше никаких посиделок перед экраном в Сочельник.
   Но за окном октябрь, и боль от детских воспоминаний Алекса давно притупилась. Впрочем, уже к половине сеанса я поняла, что перестала следить за сюжетом. А к концу фильма пожалела, что Сэм не выбрал что-нибудь продолжительное - вроде "Аватара" или экранизации комиксов от Марвел.
   Никто из нас не спешил прощаться: нам было что обсудить и без последней встречи, закончившейся поцелуем.
   Мне вспомнилось уютное кафе недалеко от гавани, о котором я узнала в одну из бессонных ночей и я, без раздумий, предложила отправиться именно туда.
   Чтобы вернуться к прежней лёгкости общения достаточно было не вспоминать о том поцелуе. Мы обсудили гонки, распробовали оригинальный десерт, единогласно присудив ему высший балл, и незаметно перешли к теме празднования все того же Рождества. Оказалось, что убежать на край света в этот день хочется не только мне. Сэм невесело хмыкнул и, стараясь казаться равнодушным, предложил бежать вместе. Отличная идея. Если не вспоминать, что в этом путешествии нас будет трое. Но я вспомнила. И это было ударом под дых - весьма отрезвляюще. Посмотрев на часы, я вскочила с дивана и напомнила:
   - Скоро утро.
   - Можно и не ложиться, - протянул Сэм сонным голосом.
   - Особенно тебе, - усмехнулась при виде смыкающихся век парня.
   - По-твоему, как быстро можно посадить сердце ударными дозами кофеина? - спросил, кивнув на четыре пустые чашки из-под американо.
   - Хочешь растянуть самоубийство?
   - Кто сказал, что я не хочу жить?
   - Тогда завязывай с этим. Проводи ночи дома, заведи нормальную девушку в конце концов. Иногда человеку нужен весомый повод, чтобы оставаться дома.
   - А что будет с тобой?
   - Со мной? Не знаю, - пожала плечами, - Я пока не решила как бороться с бессонницей.
   Я быстро подавила мелькнувшую мысль о том, что и в борьбе бессонницей я бы приняла его руку помощи, коротко попрощалась и пошла к выходу.
   Он догнал меня на лестнице. Рослая фигура перекрыла дорогу, умудрившись возвысится надо мной даже находясь на ступеньку ниже.
   - Алекс, подожди! Знаю: после того, что произошло между нами, говорить о дружбе немного... странно. Но, может, всё-таки, попробуем?
   Глаза. Эти сводящие с ума глаза, от которых я не могу спрятаться ни днём, ни ночью. Что за пургу ты несёшь, Макдауэлл? Дружба?!
   Руки потянулись к плечам в тонком джемпере - он не удосужился даже куртку надеть, пока бежал, чтобы сморозить очередную чушь. Господи, даже в этом эти двое похожи!
   Я притянула лицо Сэма на расстояние дюйма и я со злостью прошипела:
   - Дружить? А что - давай попробуем! Посмотрим, получиться ли у нас дружить после этого!
   И в следующую секунду с мятежной настойчивостью бросилась целовать его. И в этом поцелуе было все: злость, отчаяние, боль, потрясение, смирение, просьба.
   - Алекс...
   - Сэм... ты веришь в то, что между нами может быть дружба?
   Он смотрел на меня с тем же отчаянием и болью, а внутри точно шла бесконечная борьба. Глаза закрылись, руки сомкнулись на моих плечах и потянули к себе напряжённое тело. Почувствовав как ключицы коснулся шершавый подбородок, я расслабилась.
   Сэм молча покачал головой и прошептал, согрев теплым дыханием шею:
   - Хочу. Но не верю.
  
  
  
  

Глава 18

Сопротивление бесполезно Сэм
  Сквозь сон до ушей доносился заглушенный подушкой рев солиста Papa Roach. Мне нужен был будильник понадежнее. Хоть какая-то польза от моего многолетнего и почти забытого увлечения металлом.
  Глаза привычно противились пробуждению и нога взялась вслепую шарить по ковру в поисках пушистых тапочек. В Бостоне холодная осень: моему насквозь замёрзшему телу требовался хоть какой-то источник тепла и уюта. Но вместо любимых котят с огромными глазами-пуговицами пальцы встретились с ножкой высокого стула.
  - Что б тебя!
  Веки разомкнулись в ту же секунду - весьма эффективный способ проснуться. Не будь он таким болезненным, пользовалась бы им чаще.
  Я пробурчала под нос ещё парочку емких ругательств и чуть не опрокинула стул, заваленный кучей неразобранной с ночи одежды. Я, правда, планировала прибраться в шкафу, но моему "брату" ночью было не до этого.
   На пути к душу - единственному месту, которое не раздражало с самого утра - метнула мимолётный взгляд к календарю. Жирным красным кружком обведена сегодняшняя дата - 20 октября. Рекламная фотосессия. Не первый мой опыт модели, но, вероятно, обречённый на провал. Я вспомнила сценарий, прочитанный на прошлой неделе, и подавила смешок. Средневековье, подземелье и узница Синей Бороды в слоях тяжёлой одежды, под которыми скрывается истинный бриллиант коллекции Бригмана - платье из лёгкого фатина. Мне предстояло раздеться, блеснув на камеру тем, что в ту эпоху считалось бы нижним бельем. К счастью, мы живём в 21 веке, а "исподнее" моей героини едва ли откровеннее наряда, в котором я провела свой последний вечер в клубе.
   На половине пути к универу, когда на лобовое сплошной стеной хлынул водопад осеннего ливня, я в сотый раз упрекнула себя за безразличие к прогнозам погоды. А стоило всего-то потратить минуту на несколько кликов в браузере. Пальто из тонкой шерсти, белые кеды и лишь наполовину прикрытые капюшоном толстовки волосы.
   Конечно же, парковка мне светила в завидной "близости" от входа в корпус. Ни зонта, ни плаща... Ни мозгов. Я добежала до крыльца, кое как спрятавшись под плотной кожей небольшого рюкзака, спустила капюшон и подняла голову.
   - Привет...
  Джейкоб стоял под навесом и стряхивал капли с поверхности зонта. Я даже успела позавидовать ему прежде чем вспомнила, почему он смотрит на меня виноватым взглядом.
   - Отвали.
  - Ты серьезно?
  - Угадай с первого раза.
  Справедливости ради, я осознавала мизерную роль Паркера в случившемся. Он не был виноват ни в том, что у меня снесло крышу на почве вспыхнувшей на ровном месте неприязни к Уоррену, ни в том, что его друг-дизайнер оказался мерзким альфонсом на попечении Оливии. Даже не проиграй я в этом глупом споре, Бригман с Оливией сделали бы по-своему. Это не Джейкоб оставил меня без выбора. Но все же...
   - Слышал пословицу: "скажи мне кто твой друг"? Твой оказался мразью высшей пробы. Мне будет сложно общаться с тобой, не замечая за этой широкой спиной тень Бригмана.
   - А Милли ты закинешь в тот же список? - скривился Паркер в насмешкенасмешке, - Общение со мной она не прекратила. И Питера?
   - Нет, Паркер, повезло только тебе.
  Дверь распахнулась настежь под натиском моего плеча и я шагнула в пространство заполненного гулом студенческих голосов коридора. Джейк в два шага догнал меня, вернул на лицо печать сожаления и потянул к свободной колонне у входа.
  - Ты же, наверняка, не знаешь, кто будет твоим напарником по съемке?
  - Не знаю. Я не спрашивала. Это последнее, что меня волнует, - я отмахнулась от бывшего друга и направилась было в лекционный зал.
  - Алекс Уоррен, - он запнулся, встретившись с моим взглядом, и подождал пока я повернулась всем корпусом, скрестила руки на груди и приготовилась слушать, - мы с Кристен гостили вчера у Ноя. И он проговорился: случайно или нет, не знаю. Мы не такие близкие друзья, как ты думаешь. Он - брат моей девушки, а до знакомства с Крис мы с ним даже толком не знали друг друга.
  - Супер, - смех вышел с лёгким налетом истерики. - Я поплатилась за то, что раздела Уоррена, фотосессией, в которой он сделает со мной то же самое.
  - Бригман, вот придурок! - возмущение Джейкоба было слишком правдивым для человека, которому плевать. - И ты согласилась?!
  - Почему нет? На мне все равно останется одежда, - устало протянула, тут же рассказав про идею "богов" рекламного креатива из команды Бригмана.
  - Если ты ещё настроена на должность моего зама, вакансия открыта, - после секунд неловкого молчания в ход пошел подкуп, - я отфутболил всех кандидатов.
   - Какое благородство, - сарказм в моем голосе прозвучал не так категорично как в начале разговора. - Я как раз собиралась отказаться. В тот день, когда ты объявил меня проигравшей.
  - Нам стоило сойтись на ничьей.
  - Ты же был уверен, что я поддалась чарам Уоррена.
  - Был. Пока кое-кто не намекнул мне, что все не так однозначно. Правда, уже после того, как пригрозил свернуть мой язык в трубочку и заколоть степлером, если среди студентов поползут слухи.
  - Можно не спрашивать, кто, - я словно вживую увидела картину угрожающе вооруженной степлером подруги.
  - Я же предупреждал, что пожар разгорится раньше, чем ожидалось. И даже так твой Отелло превзошел все мои ожидания.
  Пожар? Отелло? И только когда довольный замешательством на моем лице Паркер, махнул на прощание, до меня, наконец, дошло, кого он имел ввиду.
  
  
  
  
  
   Алекс
  "BReeNO" - яркие буквы тёмно-синего цвета на бледно-голубом фоне - первое, что поймал взгляд в обновленной обстановке офиса. Оливия Уоррен никогда не искала лёгких путей. Зачем арендовать студию, если можно создать декорации прямо здесь? В конце концов, тут куда ни ткни - одни художники.
   Бригман Ноэль - Риган Оливия. Их общее детище, название которого ловко соединило в себе имена обоих. Девичью фамилию мама скрывала так же тщательно как и большую часть своего прошлого. Я никогда не встречал её родню и только по внешности мог догадаться, в какой из европейских стран стоит искать своих родственников. Сам я узнал какую фамилию Оливия носила до брака только во время первой попытки громкой ссоры родителей. Мне было 13. С Бригманом она знакома 4 года.
   - Как тебе? - восторженный голос главы "Баскет" отвлёк меня от воспоминаний.
   - Я думал, что фотографии в стиле Средневековья - неудачная шутка, - скривился, представив себя в роли рыцаря.
   - Отличный сценарий, не понимаю, что тебе не нравится.
  - Больше всего - моя роль в этом цирке.
  - Ты же сам согласился, - вполне справедливо удивилась мама.
  - Кто же знал, сколько раз твой дизайнер будет делать правки в сценарии.
  - Последние были утром.
  - Что на этот раз? Надеюсь, наш с Макдауэлл взаимный стриптиз не закончится постельной сценой? Даже у профессиональных актеров есть на этот повод отдельные пункты в контрактах.
  - Постельной - нет, но... - она виновато посмотрела на меня и пожала плечами, - Один короткий поцелуй придется исполнить.
  - Дерьмо...
  - Алекс!
  - Не удивляйся, если к началу съёмок вы останетесь без модели, - а ведь ей пока даже неизвестно, что её рыцаря будет играть Алекс Уоррен.
   - Что-нибудь придумаем, - подмигнула Оливия, кивая в направлении переносной вешалки с мужскими костюмами, - забери у Сойер свою одежду для съёмок. Слева - гримерка, туда можешь пойти прямо сейчас, пока Саманта не приехала.
   Невысокая девушка с короткой стрижкой услышала свое имя и точным движением выхватила из груды одежды две вешалки. Свободная рубашка цвета слоновой кости и темно-синие штаны - на одной. Замшевый жилет и длинный пояс из кожи - на второй.
   Я поблагодарил её вежливой улыбкой и побрел в гримерную.
  
  Сэм
   Мне не хватило всего-лишь квартала. Чертовой половины мили, чтобы спокойно добраться до нужного адреса.
  Я столько раз рисковала, отправляясь в дорогу с минимумом топлива в баке, но заглохнуть ей нужно было именно сегодня!
   Хоть с парковкой повезло: я успела вырулить на ближайшую, оплатила 4 часа и рванула к обочине ловить такси. Но на парковке мое везение, увы, закончилось - три жёлтых машины мимо и мелочный скряга-водитель на четвертой, который наотрез отказался въезжать в подземный паркинг здания фирмы - боялся, что придется платить за каждую минуту.
  Я вихрем ворвалась в здание и пронеслась мимо охраны, мазнув по турникету магнитной картой. Туалет на первом этаже был предназначен для посетителей, но лишняя разборчивость была ни к месту в моей ситуации.
  Остатки макияжа были стёрты с лица парой движений мыльными ладонями. С волосами я разбиралась куда дольше: опустила голову под мощную струю горячего воздуха сушилки для рук и стала энергично трясти головой. На взгляды выползающих из кабинок посетительниц старалась не обращать внимания.
   - Явилась, - возмущённо фыркнул новоиспеченный модельер, который встретил меня прямо у лифта. Над макушкой будущей звезды бледно-голубым нимбом сиял логотип "BReeNO". Лаконично и эгоистично, мистер НОэль БРигман.
   - Погода иногда преподносит сюрпризы, - безразлично повела плечами и направилась к Еве, которая быстро сориентировалась, встретив меня объятьями пушистого полотенца.
   - Круто выглядишь, - прыснула Остин, касаясь щеки в приветственном поцелуе.
   - Новый тренд, - подхватила, игриво растягивая мокрую водолазку.
   - Пойдем, приведем тебя в порядок, пока Ноэль не бросился на поиски новой модели, - так я и не против...
   Дверь в гримерку распахнулась перед самым носом. У порога стоял Уоррен. Вторую неделю я тренировала свою новую суперспособность - избегать встречу с парнем, чей лучший друг тесно общается с моей единственной подругой. После того, что едва не произошло между нами прямо перед моим домом, было сущим лицемерием продолжать игру "ты мне противен". Конечно, я могла свалить все на алкоголь, но у Уоррена не было проблем ни со слухом, ни с памятью - в мою кровь в ту ночь не попало ни капли.
   Пока я раздумывала над тем, какие слова будут уместны в этой новой главе наших непростых взаимоотношений, Алекс пронзил меня прямым как стрела взглядом и без церемоний, выдал:
   - Платье похоже на костюм, в котором ты была тем вечером. Уверен, в нем ты будешь смотреться не хуже.
   Я мимолётно пробежалась по его одежде и поняла, что идея смешения стилей была не такой бредовой как мне показалось вначале. Рубашка и брюки, знакомые мне по эскизам Бригмана, удачно мимикрировали под средневековый стиль палето, затянутого длинным поясом из кожи.
   - Тебе тоже дико идут белые рубашки, - парировала, не задумываясь.
   Плевать. Я так часто подбирала слова рядом с Уорреном, что каждая наша встреча стала казаться четко спланированной битвой затянувшейся войны.
   Был ли это флирт? Возможно. Догадался ли Алекс? Определенно. Он улыбнулся, немного придвинулся и хохотнул низким голосом перед тем как исчезнуть за дверью.
   - Тогда постарайся оставить на мне её хотя бы сегодня.
   "Если ты поможешь мне снять её позже, " - протянул внутренний голос прежде чем я поняла, что сошла с ума окончательно
   Образ дамы в беде был готов спустя двадцать минут. Мне в три руки натянули лёгкое платье с воздушной юбкой, которая действительно напоминала мой вечерний наряд с последнего выхода в клуб, накинули верхнее - в классическом средневековом стиле - с капюшоном, тяжёлыми драпировками, длинными рукавами и узким корсетом под грудью, и уложили волосы мягкими волнами.
   - Столько пыток ради нескольких фотографий, - недовольно проворчала, оглядев в зеркале туго натянутый корсет. С таким даже из Киры Найтли можно слепить Памелу Андерсон.
   - Тебя не предупредили? - Ева подозрительно покосилась в мою сторону.
   - О чем?
   - Будут не только фотографии. Ноэль позвал оператора для съемок рекламы.
   - Бригману знакомо слово "мозги" или он думает двумя извилинами с одиночной бороздкой посередине? - возмущённо выдохнула, представив с каким удовольствием я сыграла бы в кадре убийство Бригмана вместо запланированной романтики с Хорнером. - Разве о таком не предупреждают заранее? Я спала два часа! Фотографии хоть обработать можно.
   - По тебе не скажешь, что ты спала два часа... И где сейчас мои двадцать?
   **** Обстановка, достойная похвалы оформителей. Мрачные декорации жестокого Средневековья: решетка, покрытая мхом, ржавчиной и слоем высохшей грязи. Оголённые под облупившимся покрытием камни удручающе-серых стен. И тяжёлые цепи с массивными браслетами кандалов. И куда же без громилы-стражника, мирно посапывающего на крошечном табурете у входа в темницу.
   - И долго он так протянет? - усмехнулась, кивнув на беднягу, разминавшего спину. - или средневековые парни не страдают артритами и проблемами с позвоночником?
   - Предлагаешь, диван ему сюда притащить? - ехидно оскаблился Бригман.
   Алекс отвлекся от изучения сценария, перевел взгляд от Ноэля ко мне и замер в ожидании. Видно, ему доставляло удовольствие осознание того, что сегодня жертвой моих острот рискует стать кто-то другой. Наконец-то, можно было вздохнуть спокойно.
   И стрела полетела, но пустила её не я, а сам Хорнер.
   - Неплохо было бы подушку впридачу. Ортопедическую. Мне даже не пришлось бы лишать его сознания. Жаль, что в своих многочисленных правках сценария ты до этого не додумался.
   - А я думал, правки в сценарии тебе понравились, - проблеял Ноэль раздражающим голосом, - Ты же сам настаивал, чтобы твое участие было под строжайшим секретом до последнего дня. Для тебя старался.
   Я должна была удивиться. Полыхнуть костром ярости и спалить языками пламени застывшего в ожидании Хорнера. Но моя реакция была другой. Мне надоело быть предсказуемой, играя по его правилам. Сегодня я буду делать все, что попросят. Эти пару часов в опасной близости с Алексом ничего не изменят в привычной колее моей жизни.
   - Всё готово? Тогда, начинаем, - гаркнул высокий мужчина, в котором по говорящей футболке угадывался режиссер.
   - Осталось только надеть кандалы, - отозвался один из его помощников.
   Первый дубль.
   По сценарию мне полагалось, задрав руки, висеть на цепях с маской застывшего страдания на лице. Беспокойный сон в бесконечных кошмарах.
   Но в первых кадрах камера была направлена на Хорнера, а я могла спокойно наблюдать за его игрой. Средневековый рыцарь в современной интерпретации. И расстегнутая молния на брюках. Я безмолвно привлекла его внимание кротким взмахом ладони и провела пальцами снизу вверх, указав на ширинку.
   - Бригман, ты бы не экономил на фурнитуре, - буркнул ни на секунду не смутившийся "рыцарь", рывком отправляя "собачку" молнии на место.
   - Я не видел тебя здесь последнюю четверть часа. Может, ты с кем-то развлекался, пока остальные работали.
   Пошлая шутка. Совсем не для такого количества ушей. Я вспомнила нашу с Хорнером эпичную ссору в столовой в окружении гораздо большего числа зрителей и испытала запоздавшее чувство стыда. И в ту же секунду от него избавилась - тогда я извинилась за свою оплошность, но именно он решил раздуть конфликт до вселенских масштабов.
   - Вижу, ты хорошо разбираешься в развлечениях в рабочее время, - процедил Алекс сквозь натянутую улыбку.
   Ева прокашлялась, привлекая внимание режиссера, стороны конфликта обменялись взглядами с трудом сдерживаемого гнева и мы, наконец, продолжили.
   Дубль два.
   В этот раз я умудрилась надрывно чихнуть, разрушая флер романтики, навеянный разыгравшимся не на шутку Уорреном.
   Попытка номер три.
   Все шло идеально, пока длинный пояс "рыцаря" не запутался, когда Хорнер попытался перевязать развалившееся без сознания тело стражника. Я недовольно вздохнула, размяла руки танцующими движениями и устало прислонилась к декорациям. Не знаю, из чего изготовили эту стену, но вид у нее был впечатляющий.
   Четвертый
   Пока Алекс раз за разом старательно отрабатывал дубли, охранник мирно захрапел, заставив покатиться со смеху режиссера. Кажется, у кого-то началась истерика.
   С пятого раза, мы, наконец, справились. Почти.
   Главный герой тихо подкрался к громиле, тоскливо поглядывающему в потолок. И началось самое интересное.
   Крошечный флакон с эфиром, меткое движение, что заставляет верзилу забыться сном младенца, и небольшой стриптиз. Рыцарю предстояло избавиться от лишней одежды. Той, что не создавалась руками Бригмана. Ткань легла поверх тела и рук стражника. На деле он оказался не намного шире того же Алекса - полы жилета почти коснулись друг друга, когда мой спаситель туго натянул шнуровку. Длинный кожаный пояс сделал два оборота и сомкнулся морским узлом за одним из прутьев решетки.
  
  Поиски ключей заняли считанные секунды. Спаситель шагает к клетке, отворяет замок и добирается до Девы. Руки с благодарностью опускаются на плечи освободителя, но глаза пленницы все еще закрыты. Она дышит с трудом, скованная туго натянутым корсетом. Он осторожно поддевает шнурок "острым" клинком бутафорского оружия и с треском срывает с неё тесный корсет. Браво гримерам! Даже липучки они умудрились спрятать так, что не подкопаешься.
  Пленница делает глубокий вдох, поднимает голову, наполовину прикрытую капюшоном, и с благодарностью смотрит на своего Спасителя. Но в следующую секунду... Он стягивает с неё капюшон, и стремительно приближается к обалдевшей физиономии.
  Уолтер остановился, с подозрением вглядываясь в мое лицо, и неохотно повернул голову к довольно растянувшемуся в кресле Бренту
  - Ей кто-нибудь говорил про последние правки? - протянул обманчиво спокойным голосом. Но я-то чувствовала, как внутри Алекса зарождается буря. Достаточно было держаться его запястья, под кожей которого в свирепом танце зашелся пульс. - Мог для начала спросить, согласна ли она на очередные изменения в твоем долбанном сценарии!
  Фотограф щелкнул затвором, довольно потирая руки:
  - Не знаю как ролик, но снимки получились на славу. Их даже просить не надо - сами все делают в лучшем виде.
  Брент шумно выдохнул и качнул головой, зарывшись лицом в ладони.
  - Как вы собираетесь показывать чувства, не прибегая к физическому контакту? Серьезно, Алекс! Ты снимаешь с девушки одежду и даже не пытаешься её поцеловать? "Чувствам нужна свобода." - слоган рекламной компании. Какие тут чувства, если два взрослых человека стесняются друг друга как школьники!
  - Школьники сейчас и то смелее, - с насмешкой заметила амеба в кресле режиссера. - Не получается любовь, покажите ненависть. Это та же страсть, но с отрицательным знаком.
   - Хорошо, - произнесла с напускным равнодушием, тут же деловито уточнив: - Его одежду не трогаем?
  - В целом нет, - тем же тоном ответил Ноэль, - расстегни несколько верхних пуговиц, но снимать полностью не нужно, от лишних деталей мы избавились в первой половине ролика.
  Я кивнула и повернулась к Алексу, тихо уточнив:
  - Ну, что, последний?
  Он неторопливо прошелся взглядом по моему лицу, остановился на губах, вернулся к глазам, и резко отстранился, пропуская ко мне девушку-гримера.
  - Тебе решать.
  Я говорила про дубль, но он же явно имел в виду другое.
  И что это значит?
  
   Алекс
  - Хорошо, - я решил, что ослышался, - Его одежду не трогаем?
   И её все устраивает?
  Это же Сэм. Та самая разъяренная Ведьма, едва не убившая меня в этом же офисе три недели назад. За нелепый слух, который, выражаясь словами Спенсера, так и "не ушел в народ".
  Но сейчас ей было плевать. Поцелуй, так поцелуй - подумаешь, проблема. Чего не сделаешь, ради карьеры, правда, Макдауэлл? Можно надеть симпатичное платье. Снять немного одежды: с себя или с партнера по съемкам, и закончить все поцелуем. Брент с Оливией, наверняка, пообещали ей быстрый подъем по карьерной лестнице за эту небольшую услугу?
  Обсудив что-то с Брентом, она, наконец, обратила на меня внимание. Старательно выдавила из себя улыбку и неуверенно спросила:
  - Ну, что, последний?
  Последний что - дубль? Или поцелуй?
  При взгляде на покрасневшие губы, и с трудом различимый румянец на скулах, я понял, что ей не так безразлично, как она старается это показывать.
  - Тебе решать.
  Режиссер с оператором ненадолго зависли у камеры, решая, стоит ли начинать съемку сначала, или можно обрезать предыдущую запись на моменте моих попыток открыть дверь решетки. К радости "охранника" , на сегодня его работа была закончена.
  Со звуком кинохлопушки, я вернулся к заученным до автоматизма движениям. Отворил замок, шагнул к "измученной" пытками пленнице и первым делом, освободил её от оков. Сэм упала лицом мне на плечи и устало выдохнула, тихо буркнув в воротник свободной рубашки.
  - Подвесить бы сюда на пару часов самого Бригмана.
  Мне пришлось постараться, чтобы сохранить на лице выражение беспокойства, но тело потихоньку начинало потряхивать от сдерживаемого веселья. Я просто очень живо представил себе скованного кандалами Бригмана и для полноты картины запечатал кляпом его шибко говорливый рот.
  Но съемка все еще продолжалась, и нужно было вспоминать, что было по сценарию. Я с досадой разжал руки, оторвал Саманту от груди и прислонил к "каменной" стене. Повторил фокус с корсетом, дав ей возможность свободно дышать, стянул капюшон и застыл на волосах. Не знаю, что они сделали, но сегодня они выглядели еще лучше, чем обычно. Густые, мягкие волны шелком струились между пальцами. Я на секунды завис, пытаясь понять, чем для нас закончится этот поцелуй, и пришел в себя только, когда Сэм осторожно потянула меня к себе, словно давая разрешение.
   Руки охотно похвалили девушку за спину и прижали к телу. Я целую её, одновременно хватаясь пальцами за шнуровку на платье. Останавливаюсь, чтобы перевести дыхание. Платье скользит по плечам, падает на пол, и Сэм остаётся в невесомых складках зелёной ткани. Такой же яркой, как её глаза. Мы вновь тянется друг к другу и возвращаемся к поцелую. Я пытаюсь отвлечь голову посторонними мыслями, чтобы остановиться, когда режиссер даст команду, и в то же время понимаю, что слишком сильно хочу уйти отсюда. Сейчас же. Послать все на хер, взять её за руку и потянуть за собой.
   С этим напряжением нужно что-то делать.
   Чувствую легкую дрожь под пальцами. Сэм крепче хватается за мои плечи, осторожно прихватывает губу, тянет вниз и углубляет поцелуй, от чего звуки вокруг превращаются в оглушительный гул, сквозь который все же доносится слабый возглас режиссера:"Снято!"
   Круто. А теперь можете всей дружной толпой валить отсюда к чертовой...
   Мать твою!
  
   Макдауэлл, ты охренела?!
  
   Сэм
   Лицо Хорнера - эталон невозмутимости, но по глазам было видно, что все эти декорации, съемки, стафф задолбали его настолько, что скоро он перестанет понимать, где находится. Ну, поцелует Алекс меня на глазах кучки зрителей. Мы делали это в куда более приватной обстановке. К черту волнение, Сэм! Соберись!
   Веки закрылись со звуком начала нового дубля - мне предстояло открыть их только после высвобождения из кольца тесного корсета.
   Рыцарь шагает к Деве, история с выверенной точностью повторяется.
   Знакомый треск 'разрываемой' ткани, шелест стянутого с волос капюшона, осторожное касание губ перерастает в уверенное скольжение, когда я поднимаю руки к его волосам. Какого черта они такие густые? И почему в его руках так...удобно? Через секунды я уже чувствую ткань под ногами и прислоняюсь к стене, чтобы удержаться. Не расползтись бесформенной лужей, в которую меня раз за разом превращает его беззастенчивый рот. Какая уж тут застенчивость, если в момент прозвучавшей команды режиссера я четко слышу 'голос' собственных мыслей: 'Уйдем отсюда!'.
   Внутри не комок - водоворот, торнадо, цунами. Меня захлестнуло настолько, что тело трясет, и я едва справляюсь с дрожью в руках. Я еще осознаю, что пора остановиться, но продолжаю медленно перекрывать себе пути отступления. Что будет с нами, когда поцелуй закончится? Что будет с тобой, Сэм?
   Когда его пальцы поддевают край легкой ткани и касаются кожи чуть выше колена, из горла против воли вырывается глухой стон. И только звук собственного голоса приводит меня в чувство. Отрезвляет так живо, что руки спускаются с плеч Хорнера, ложатся ему на грудь и... с силой отталкивают расслабленное тело на приличное расстояние.
   Выдержать этот взгляд невозможно: я хватаю скатившееся под ноги платье, и, стараясь не смотреть в лицо Алекса, быстро шагаю к выходу. Тишина вокруг превращает тело в тугой комок нервов.
   - Всем спасибо за работу, - выдыхаю с фальшивой улыбкой.
   Рюкзак с одеждой, подготовленный для меня Евой, лежал в гримерке, у входа. Я быстро схватила его и помчалась к своему кабинету: только бы скорее избавиться от ощущения всех этих взглядов на затылке. За спиной хлопнула дверь, тело тут же избавилось от напряжения, а из глаз полноводными ручьями хлынули слезы.
   Что я наделала?
  
   Алекс
   Тишина. Взгляды впечатленных спектаклем зрителей метались от актрисы к актеру. Кто-то едва не хлопал от восторга, кому-то пора было подбирать челюсть. Я проводил устремившуюся к выходу Ведьму и переключился на Бригмана.
   - Работайте дальше, это всего лишь часть обновленного сценария, - бросил в попытке привести окружающих в чувства.
   Ноэль поднял бровь и, насмешливо скривив губы, снисходительно кивнул.
   Голоса потихоньку слились в привычном гуле, режиссер с довольным видом подошел к камере. И когда внимание ко мне растворилось в веренице бесконечных дел окружающих, я вышел из решетки и направился на поиски сбежавшей Ведьмы.
   Думала, для тебя все так просто закончится? Черта с два!
   Но она исчезла. Я обошел весь офис, открыл с десяток дверей - нигде. Будто сквозь землю провалилась. Единственным местом, где она могла спрятаться, был кабинет, который они делили с Евой. Но я посмотрел его в первую очередь: магнитный ключ, любезно предоставленный мне матерью, позволил мне пройти туда без проблем.
   Я решил вернуться и посмотреть снова, и в этот раз дверь отворилась прямо перед носом.
   Она смотрела на меня как героиня дешевого фильма ужасов: огромные глаза, лицо, парализованное страхом. Я крепко схватился за ручку и шагнул вперед, перекрывая ей выход.
   - Ты пряталась здесь? - спросил, старательно поддерживая её испуг ледяным голосом.
   - Уйди с дороги, - вскинулась, сменив потрясение яростью.
   - Топай, - киваю в сторону кабинета, - два шага назад, направо и прямиком к своему большому удобному креслу.
   - Это кресло Евы.
   Пробежавшись взглядом по кабинету в поисках её стола, я заметил неприметную дверцу, которая сливалась с окружающими стенами единым цветом. Вот, где она пряталась, пока я искал её в каждой дыре этого сраного офиса.
   Сэм продолжала храбриться. Вскинула голову и уперла руки в бока. Холод гнева и костер негодования схлестнулись в небольшом пространстве.
   Я, не оглядываясь, захлопнул дверь за спиной и повернул замок.
   - Какого черта ты вытворяешь? - спросила Ведьма, стараясь не выдавать растущую неуверенность.
   - Это был мой вопрос, Макдауэлл. Не знаю, какого черта делала ты, но я собираюсь говорить. Нет, для начала все же послушаю.
   Сэм удивлённо захлопала ресницами, будто действительно не догоняла, какие объяснения мне от нее требуются. Я обречённо выдохнул, подхватил её на руки и, пока она приходила в себя от этой выходки, усадил на ближайший стол.
   - Не хочешь на кресло, будет столешница. Ну? Что скажешь?
   Она попыталась соскользнуть на пол, но мои руки плотно обхватили прозрачное стекло, а ноги упёрлись в её колени. Поразительно быстро смирившись с положением, Сэм удручённо спросила:
   - Считаешь, что нужно было продолжить? Там, на глазах у толпы?
   - Нет. Продолжать нужно было в другом месте.
   - С чего ты взял, что я согласилась бы?!
   - Ты согласилась бы, Сэм. В первый раз, после клуба и сейчас. Каждый грёбаный раз ты хотела этого не меньше, чем я!
   - Я не хочу тебя, Хорнер! - вскрикнула, с силой толкнув меня в грудь.
   В этот раз я был готов к любому её всплеску эмоций и только крепче вцепился в край столешницы.
   - Правда? Тогда что. Это. Было?
   - Это всего лишь съёмка, Алекс. Гребаная актерская игра!
   - Вижу, ты отличная актриса. Блистательная. А раньше? Тоже была игра?
   Она не колебалась ни секунды. Вскинула взгляд и холодно отчеканила:
   - Раньше - тоже. Не льсти себе, Хорнер. Я всегда сохраняю холодную голову и могу остановиться, когда нужно.
   - Хочешь сказать, что в этой игре ты всегда будешь выходить победителем?
   - Всегда. Победителем в этой игре выходит тот, кто смог остановиться.
   Вот, значит, как?
   - Хорошо. Тогда сыграем в последний матч? Ты даёшь мне три минуты. Если через 3 минуты ты не остановишься, победителем станет тот, кто сделает это первым.
  
   Сэм
   Не знаю, что заставило меня согласиться. Возникшее чувство, что чаша ненависти на моих весах качнулась вниз?
   Наивная. Я просто не знала, насколько зыбкой может быть граница между вспыхнувшим заревом неприязни и лишающей разума симпатии.
   - Три минуты? - фыркнула, насмешливо оглядев парня, при виде которого все больше нарастало знакомое с первых дней нашей встречи бешенство.
   - Валяй.
   Я подняла голову и, обхватив его шею ладонями, приготовилась потянуть вниз. Для очередного поцелуя. К чему тянуть? Закончим здесь и сейчас! Уж три минуты я как-нибудь выдержу.
   Но Алекс вырвался из цепкого захвата, отстранился и посмотрел на дверь подсобки. Это было местом нашего с Евой отдыха. Кофемашина, небольшой стол, диван и пара барных стульев у широкого подоконника. Окно открывало красочный вид на оживленные улицы города.
   - У вас там кладовка?
   - Тебе-то что?
   - Да, так... Вдруг Еве стукнет в голову забежать за чем-нибудь в кабинет.
   - Ты запер его изнутри.
   Я спрыгнула на пол и двинулась к двери, чтобы проверить ещё раз - вдруг щелчок замка мне послышался. - К тому же, это всего лишь три минуты. Если Ева прервет нас, так и быть, начнем заново.
   Я говорила об этом с таким безразличием, что сама поверила в свою победу. Это последняя игра. Я покажу тебе, что вполне способна с этим справляться и мы навсегда и мирно разойдемся.
   - Так не пойдет, - Алекс мотнул головой, потянул ко мне руку и развернул ладонь в приглашающем жесте. - Иди ко мне.
   Голос пробил тело нервным импульсом. И даже это меня не насторожило. Я все ещё верила в собственную хладнокровность и уверенно схватилась за его руку.
   Мы оказались в подсобке. Среди лёгкого аромата молотого кофе и свежих фруктов. Алекс зажёг свет, огляделся по сторонам и снова хлопнул по выключателю. Спустя секунды почти что глухую темноту смягчил рассеянный свет диодных лент, спрятанных под нижним уровнем потолка. Алекс закрыл дверь и повернул ключ, оградив нас от чужих глаз ещё одной преградой. Нужно было оставить открытой хотя бы первую - вдруг Еве действительно понадобиться заглянуть сюда.
   - Открой таймер, - подал голос Алекс, указав на мой телефон.
   - Кстати, Хорнер, это считается спором? А какие ставки?
   - Спор? Один из тех, из-за которого ты оказалась сегодня здесь? Тебе ещё не надоело проигрывать?
   - Самонадеянный индюк.
   - Заносчивая гусыня.
   Мы могли долго и со вкусом демонстрировать друг другу свои познания в орнитологии, но время поджимало, а нам стоило поставить точку в висящем дамокловым мечом между нами вопросе: и всё-таки, кто кого?
   Я выразительно фыркнула и демонстративно взялась за поиск таймера среди десятка приложений в телефоне.
   - Нашла, - кивнула, бросая телефон на стол. - Что? Будешь совращать меня прямо здесь? Сразу возьмёшься за одежду? Или сначала залезешь в рот?
   - Фу, как грубо, Макдауэлл, - скривился в притворном отвращении. - И слишком примитивно. На тебя же такое не подействует.
   И что же, по-твоему, на меня подействует? Хотелось озвучить вопрос вслух, но Хорнеру не стоило знать, что мне это действительно интересно. Впрочем, мне не нужно было говорить, чтобы он понял - вряд ли Алекс не заметил, каким любопытством зажглись мои глаза на его последних словах.
   - Увидишь, - прошептал, потянувшись к растрепавшимся локонам, чтобы перекинуть их на одну сторону. Оставшуюся открытой кожу на шее ощутимо закололо от его изменившегося взгляда. Секунду назад он был совсем другим.
   Я собрала в плотный шар всю волю, мысли и чувства. Покрыла броней и приготовилась бороться до конца.
   Стиснуть зубы, не позволяя его языку проникнуть глубже. Думать о чем угодно. Вспомнить самую сильную боль в своей жизни и поддаться мучительным воспоминаниям на короткое время.
   Но Алекс не собирался делать ход привычным для нас способом.
   Подтолкнул меня к окну, повернул лицом к затемненным стеклам и нажал на кнопку запуска секундомера.
   - Следи.
   Да, разве можно следить за какими -то цифрами, когда с твои телом вытворяют такое?
   Кончик носа дотронулся ямки у основания шеи. Губы прошли по касательной и заскользили по коже у края волос, прокладывая к ушку влажную дорожку. Руки Алекса неплотным кольцом лежали на талии, смыкаясь под грудью. Пальцы одной потянулись к вороту блузки и неторопливо вытянули первые три пуговки из петель. Вторая нырнула под свободный край тут же осторожно касаясь живота. А говорил, что не будет снимать одежду.
   - Ты слишком плотно её застегнула, - словно в оправдание шепнул на ухо, - остальное - только если сама захочешь.
   Ткань блузки легко поддавалась, когда Алекс спускал её, открывая чуть больше доступа к шее, ключицам и плечу. Губы тут же порхнули по оголенной коже и сомкнулись на выступающем бугорке. Я поняла, что не дышу фигову тучу времени, когда из груди вырвался рваный выдох.
   Он не выдержал: повернул меня к себе, прошелся взглядом по лицу, остановился на губах, обречённо закрыл глаза и быстро заморгал, отступая в сторону.
   Что это? Ты решил сдаться? Когда я почти...
   - У тебя ещё минута, - напомнила предательски хриплым голосом, бросая взгляд на растущее число на экране.
   - Иди, - произносит едва слышно, - Дарю тебе эту минуту. Считай, что ты победила.
   Я резко обернулась и собралась бросить ему в лицо надменное "думаешь, эта минута что-то решила бы?!", но с удивлением всмотрелась в его лицо, искаженное какой-то непонятной, незнакомой мне болью.
   Я никогда не видела его таким.
   - Зачем? - спрашиваю так же тихо, незаметно сокращая дистанцию между нами.
   - Я делаю только хуже.
   - Кому?
   - Себе, - протяжный вдох, короткий выдох и выстрелом в голову это:
   - Ты адски волнуешь меня, Сэм. Прочно засела в мыслях и не выходишь из головы. Иногда это просто невыносимо.
   Я слушала и не сводила с него внимательного взгляда, пытаясь уловить хоть крупицу фальши. То, что заставило бы меня усомниться в искренности этой неожиданной исповеди.
   Не помню как телефон оказался в ладони. Две с половиной минуты. Всего 150 секунд, чтобы разобраться в том, чему было такое до абсурда простое объяснение.
   Ты мне тоже нравишься, Алекс Хорнер...
   Я с ума по тебе схожу, чертов придурок!
   Но сердце кричит, а голос вместо признания выдает приглушённое:
   - Ещё 30 секунд.
   - Я же сказал, что ты выиграла.
   Рука с глухим стуком роняет телефон на подоконник и тянется к его лицу.
   - В этот раз мы сыграем вничью, - вырывается из горла вместе со вздохом облегчения.
   И только тогда мы на полной скорости рванули навстречу друг другу, напрочь забыв про тормоза.
   В ушах точно зашумели звенья опадающих цепей, когда я почувствовала на себе его горячие губы. Горело не только лицо - все тело. Где бы мы ни касались друг друга - всюду адское пламя и бешено бьющийся пульс.
   Он тянет меня на диван, опускает спиной на мягкость бархатной обивки и целует: жарко, сладко, опьяняюще. Это так кружит голову и плавит тело, превращая его в податливый воск, что мне остаётся только крепче прижиматься к нему и отвечать. Горячо, пылко, настойчиво.
   В этот раз мы забыли про существование пуговиц. Он поднимает руки, я рывком стягиваю рубашку. Забираюсь к нему на колени, прижимаюсь к телу и позволяю стянуть с себя блузку. Адреналин жидким топливом поджигает сосуды.
   Тело накрывает раскаленной лавой, когда он опускает голову к тонкому кружеву и, задержавшись на секунды, тянет ткань ниже. Я испуганно дергаюсь и судорожно выдыхаю, почувствовав, что там он делает почти тоже самое, что минуту назад вытворял с моим ртом.
   Осторожность первых минут без следа испаряется, когда я громко выдыхаю в его шею, хватаюсь зубами за мочку уха и мягко тяну вниз.
   И, наконец, говорю, то, что вертелось на языке последние две минуты:
   - Ты сводишь меня с ума, Алекс. И для меня это тоже невыносимо.
   Я вновь спиной на диване, получаю томительно-долгий поцелуй, который от губ скачет к шее, ключицам, груди. Скользит по животу, задерживаясь на крошечном колечке в пупке, заставляет тело дрожать, мысли путаться.
   Я прихожу в себя только когда Алекс отстегивает пуговицу на моих джинсах и тянет за металлическую "собачку". Вспоминаю, что сейчас почти середина цикла, я не пью таблетки и, к своему стыду, даже не знаю, как правильно это делать. И не менее важно другое: Алекс думает, что это не первый мой опыт - тут-то я точно хорошо постаралась. Особенно, в последний раз.
   Я опираюсь ладонью на спинку дивана и пытаюсь приподняться. В тот момент в моих планах не было и мысли послать его, сказать, что это ошибка и нам стоит держаться подальше друг от друга. Я хотела его и моя неопытность была небольшим препятствием, требующим обсуждения.
   Но пока я пыталась справиться с неутихающим возбуждением, Алекс спустил мои джинсы чуть ниже, и поддел край нижней части кружевного комплекта.
   И неожиданно замер.
   Тишина казалось непривычной: впервые за время, проведенное нами в этой подсобке, я слышала что-то кроме нашего дыхания, охрипших голосов и своего громкого пульса.
   Часы. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть.
   Алекс отстранился, повернулся к окну, усаживаясь рядом, протяжно выдохнул и опустил голову на колени.
   Пятнадцать. Шестнадцать. Семнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать. Они все так же размеренно отбивали устойчивый ритм.
   - Алекс? Что-то не так?
   Казалось, что молчание тянется бесконечно, хотя часы успели отмерить ещё три секунды прежде чем он поднял голову. Ещё три - смотрел перед собой, не реагируя на мои прикосновения. А когда все-таки повернулся, то посмотрел на меня каким-то пугающим, жестоким, пробирающим до костей взглядом.
   Так не смотрят на тех, кого...
   Господи... Какая же я дура.
   - Не так? Почему же, - сильнее взгляда пугала ухмылка. Оскал хищника, загнавшего добычу в ловушку, - Все именно так, как я планировал. губы.
  
  Алекс
  Дверь в кабинет закрылась, щелкнул замок блокировки. В ту же секунду я вспомнил, что магнитная карта осталась в крошечной подсобке с таким же маленьким, но удивительно удобным диваном. Грудь распирало от рвущегося наружу бешенства. Хотелось пнуть дверь ногой, навалиться всем телом, сорвать с петель и ворваться внутрь. Плевать на все, что могло быть потом. Опрокинуть на диван, вдавить телом в мягкую обивку и с упоением трахать маленькую гордую сучку, которая умудрилась в долю секунды одним взглядом показать, что хочет меня не больше чем любого другого мужчину. И Слушать голос. Низкий, хриплый, возбуждённый. Голос, которым она бы выдыхала мое имя. Настоящее.
  Но я быстро остыл, вспомнив, что это игра. Очередное развлечение избалованной принцессы.
  "С.Х.М"
  В этот раз я внимательно разглядел каждую букву этой долбанной татуировки. Как там звучит её второе имя? Ханна? Хилари? Холли? "Х", а не "К", как мне когда-то показалось.
  
  
  Число людей на съёмочной площадке уменьшилось вдвое. Я шел прямиком в кабинет матери, когда за спиной раздался преисполненный неразделённой мной радости голос Евы.
  - Я видела химию между актерами на экране, но никогда не была во время съемок на площадке. Вы круто сыграли, - добавила, с восторгом поднимая палец вверх, - ни одна профессиональная модель с этим не справилась бы так же.
  - Как видишь, кому-то даётся врождённый талант.
  - Ты как всегда - сама скромность, - беззлобно ухмыльнулась Остин.
  - Да, я не про себя... Талант у нас - твоя протеже. Шустрая девочка. Ради карьеры и не такие способности в себе пробудит.
  - Какой карьеры? Ты о чем? -
  Ева потянула меня к вешалкам с одеждой и перешла на шёпот.
  - Что на кону? - продолжил, игнорируя удивление в голосе собеседницы. - Место заместителя Брентона в качестве бонуса? Или участие в создании следующей коллекции?
  - Она занимается дизайном мебели и интерьеров. И о каких ещё бонусах ты говоришь? Думаешь, Сэм была в восторге от фотосессии?
  - И что же мешало ей отказаться?! - тщательно выстраиваемая стена спокойствия вокруг меня треснула.
  - Брентон. Он пригрозил ей увольнением. Сэм ещё стажируются и могла вылететь из компании одним днём.
  - Меньше драмы, Ева. Если её в самом деле не интересует дизайн одежды, каким боком тут Брентон? Она же в твоём подчинении, и только тебе оценивать её профпригодность.
  - Профпригодность, - фыркнула Остин, скрестив руки на груди и закатив глаза. - Кого она волнует, когда ты отказываешь простым просьбам начальства. Ну, или приказам людей, которые состоят с этим самым начальством в очень близких отношениях.
  Ева раздраженно выдохнула на последней фразе и слегка смутилась: не то своей реакции на упомянутые отношения, не то затронутой ею темы вообще.
  
   - Но Сэм-то не знает о романе Брентона и Оливии.
  - Знает, - все так же смущённо добавила Ева. - Она пыталась намеками разузнать, в курсе ли я их отношений. Я призналась и услышала всю историю его шантажа из первых уст. Брентон заявил, что Оливия избавится от Сэм как только узнает, что ему, бедняжке, приходится чуть ли не отбиваться от её знаков внимания.
  - Ясно, - коротко кивнул, несильно подтолкнув Еву в сторону.
  Я собирался увидеть Оливию, чтобы, наконец, разорвать все существующие нити наших рабочих отношений. У меня не было желания и впредь здесь появляться.
  Я шел по знакомому маршруту, игнорируя взгляды проходивших мимо сотрудников. Что такого они видели на моем лице, от чего их физиономии вытягивались в удивлении мог только догадываться. Я не до конца понимал, что буду делать, если увижу Оливию в компании Брентона. А ведь они точно сейчас обсуждают успех этой сраной фотосессии.
  
   Они выходили из конференц-зала, всей удалой компанией: фотографы, оператор, дизайнер, директор.
   Мама сияла, Брентон слегка придерживал её за талию и благодарил режиссера.
   Взгляд метнулся к тонким запястьям с длинными, не по-мужски утонченными пальцами, а в голове почему-то возникла другая картинка из не самого далёкого прошлого: руки Брентона на спине Сэм. Откровенно раздевающий взгляд, после которого он позвал её в свой кабинет и пригрозил, что сыграет в дешёвый спектакль в случае неповиновения.
   Потоком бурной воды внутри прорвало плотину. Ярость, что копилась к Брентону два последних года, вырвалась волной и затопила меня с головой. Я сам не понял, в какой момент метнулся к Ноэлю, схватил его за горловину джемпера и одним движением припечатал к стене.
   - Алекс! - голос матери доносился словно издалека, сквозь сумасшедший гул пульсирующих артерий.
   Прежде чем она схватила меня за руку, я успел занести кулак и тут же почувствовал как под пальцами осыпается со стен декоративная штукатурка. Жаль. Это должна была быть рожа Брентона. Но гондон успел увернуться. Что не помешало мне замахнуться снова, сильнее прежнего прижимая его к стенке.
   - Только попробуй. Ещё раз. Раскрыть рот в её сторону и угрожать своими сомнительными связями. Мне плевать, с кем ты спишь. В следующий раз, это будет не стена, а твой глаз. Руки. И ноги.
   Во взгляде Брентона смешались боль, гнев и неприкрытое удивление.
   - Ты бы хоть предупредил, что лицо заинтересованное.
   - Предупреждаю, - рявкнул, развернувшись в сторону двери. В голове все смешалось от избытка навалившейся за сегодня информации.
   Мама стояла напротив, все ещё придерживая меня за руку, и я успел поймать изумление в её взгляде из-под изогнутых бровей. Брентон же пытался шумно отдышаться, не прекращая при этом раздражающе галдеть:
  - Неужели так хороша? Раз даже тебе крышу снесло, - на втором предложении брови Оливии подскочили ещё выше, - Как наиграешься, дай знать: она как раз в моем вкусе.
   Корпус развернулся на сто восемьдесят градусов, плечо вырвалось из захвата пальцев Оливии и кулак въехал прямо в скулу рассевшегося на полу Брентона. В следующую секунду, я почувствовал как кто-то с силой тянет меня назад.
   Ноэль скатился на пол, схватился за челюсть и ухмыльнулся, переводя взгляд:
   - Почему бы и нет? Я теперь человек свободный.
   Я оглянулся и отправил маме вопросительный взгляд.
   Она пожала плечами и прошептала одними губами: "Давно."
   И ты молчала?!
   - Кто сказал, что ОНА свободна?
  
  Сэм
  Оглушающая тишина прервалась с появлением звука падающих на стекла капель. Второй раз за день полил ливень. Тоскливое прощание осени - в ноябре город накроет первым снегом.
  Эти слезы природы удивительно точно повторяли мое настроение. А ведь я держалась 12 минут. Аварийное включение режима "Стерва" произошло, когда я поняла, какую игру затеял Алекс. Мы обменялись полными презрения репликами, гадкими ухмылками и выжигающими душу до тла взглядами. Потом он ушел. Сказал, что сделает все, чтобы больше со мною не сталкиваться. Его последний урок в назидание, который должен был доказать мне, что он один здесь эталон неотразимости.
  Дверь захлопнулась, я осталась одна. В полумраке небольшой подсобки и тишине, не прерываемой даже стуком часов. Оглушение, исчезнувшее с началом дождя. Поразительно знакомого мне состояния природы.
   Мелкая дрожь на губах, пронизывающий холод внутри. Только сейчас я поняла, что все ещё по пояс раздета хоть и прижимаю к груди небольшую подушку. Схватила бюстье, натянула на замёрзшее тело и попыталась застегнуть бесконечные крючки на спине. Хорнер справился с ними куда быстрее.
  Я все ещё смотрела пустым взглядом на окна, вслепую поднимая выброшенную на диван блузку, и с разрывающей сердце болью роняла слезы.
  - Рыло ублюдочное! - нога глухо въехала в подлокотник дивана, с которого я так и не слезла, - Мудак энцефалитный! - лившаяся изо рта грязь фантастически быстро очищала мысли. - Элитный манекен для красивой одежды!
  Представив Хорнера в роли живого манекена в витрине какого-нибудь люксового бренда, я весело хмыкнула, и, не удержавшись, расхохоталась.
  С концу своей длительной смехотерапии, я успела не только полностью одеться, но и освежить макияж - спасибо Еве за привычку хранить запасную косметичку в письменном столе.
  Подумать только! Я почти призналась ему чувствах. Поверила в то, что это может быть взаимно. И во второй раз в жизни без тени сомнений отдалась бы тому, кто меньше всех этого заслуживал...
  
   *******
   Ева перебирала модели коллекции, которым предстояло появится в магазинах следующей весной. К концу зимы там же будут сиять и наши с Хорнером лица. Я мысленно приложилась лбом к ближайшей двери, представив как долго мне придется избегать походов в торговые центры.
  - Надеюсь, они догадаются использовать фото, где наших лиц почти не видно, - вздохнула, передавая Остин платье, в котором была на съемках.
  - Там есть парочка, где видно только волосы, - шепотом протянула Ева, - а ещё ру-уки... Его нос и совсе-е-м немного твоей губы. Думаю, по этим деталям вас мало кто узнает.
  - А ты, смотрю, троллишь со знанием дела, - скривилась, по-дружески тыкая коллегу в бок.
  Ева пригляделась, в считанные секунды оценила мое лицо и передала неожиданно появившееся в руках зеркало.
  - Никогда не пытайся скрыть опухшие веки таким бездарным макияжем.
  Сто очков Гриффиндору за наблюдательность. Или все же за откровенность? Попытки замазать мешки под глазами были именно что бездарными.
  - Вам с Брентоном сегодня не помешала бы рука хорошего гримера. Нужно узнать, может, девчонки ещё не ушли.
  - А Брентону-то зачем? Неужто оператор запись забыл включить во время съемки? Или Ноэль рыдал из-за того, что не додумался притащить на площадку кровать?
  Хитрый прищур, с которым Ева смотрела, сохраняя при этом подозрительное молчание, стал бесить меня на исходе десятой секунды.
  - Так что там с Брентоном?
   - Ого, несвободная девушка, - помяни черта, - а ты почему ещё здесь? Хорнер, вроде, уже укатил...
  Я нехотя обернулась, чтобы соблюсти приличия и бросить едкий комментарий прямо в его физиономию, но остановилась на полуслове. Синяк. Нет, куда там... Да, это же огромный, яркий, цветущий фингал на полрожи!
  - Красивый, правда? - Брентон с усилием ухмыльнулся, тут же скривившись от боли. - А это твой мудак постарался. Знал бы, что вы вместе, притащил бы на съёмки кровать.
  Ева сдержанно прыснула и отвернулась при виде моего негодующего лица.
  - Как думаешь, на сколько дублей её бы хватило? - тихо пробубнила Остин, почти не раскрывая рот.
  К счастью, фраза предназначалась только для моих ушей.
  - Ева!
  - Прости, Сэм, - хохотнула, увернувшись от моей затрещины. И кто скажет, что она моя начальница? - Вы так ярко искрите, что я действительно переживаю за её сохранность.
  Я слишком увлеклась разборками с Остин и не сразу разгадала смысл слов Брентона. Мы вместе? Что за фантазии воспалённого мозга?
  - Ещё одна жертва просроченной прививки, - процедила сквозь зубы, - Брентон, не путай фантазии с реальностью, мы вместе только в твоём бездарном сценарии.
   32 роскошных зуба, фотографиями которых можно было бы пригнать клиентов к дверям любой стоматологии, тут же исчезли за тонкими полосками губ, одна из которых тоже оказалась разбитой.
   - Правда? - ледяным голосом прошептал Брентон, - Тогда какого хрена он кричит на весь офис, чтобы я держался от тебя подальше?
  
  

Глава 19

Маски сброшены
  Алекс
  
  Тихий подъезд в небольшом многоквартирном доме на окраине города. Здесь не было консьержа, только входная дверь с кодовым замком, который не менялся последние лет шесть.
  Вызывать лифт, чтобы подняться на третий этаж было глупо. Я медленно побрел вверх по ступеням, стараясь не создавать шум тяжёлыми шагами.
   На этаже - три квартиры с одинаковыми дверьми. Я был здесь давно, но хорошо помнил: мне нужна та, что ближе к ступенькам. Нажал на звонок, на ходу придумывая оправдания для неожиданного визита.
   В последнее время мы редко виделись. Учеба, работа, насыщенная студенческая жизнь - у меня. Работа, муж и ребенок - у неё.
  - Привет, - выдохнул, постаравшись придать голосу хоть толику сожаления за свой сюрприз.
  У нее могли быть дела. Гости. Планы, в конце концов! А тут явился пропавший на долгие месяцы друг.
  - Алекс?! - конечно, она удивилась, но далеко не так, как я ожидал. - Каким ветром тебя сюда занесло? Входи!
  Зато её радушное гостеприимство было вполне ожидаемым.
  Я ещё не успел завалиться в коридор, когда из-за двери в гостиную появилась маленькая темноволосая голова. Большие карие глаза, сузились в радостной улыбке:
  - Дядя Алекс!
  Малышка Зои выбежала навстречу, раскрыв тонкие ручки для крепких объятий.
  Я схватил её в охапку и с сожалением буркнул в густую гриву лохматого "львёнка":
  - Прости, я не был в гостях полгода и умудрился прийти без подарка.
  - Мой день рождения через месяц, - сверкнула лукавым взглядом маленькая вымогательница.
   Зои всегда сама выбирала подарки на Рождество и день рождения. Судя по всему, в этот раз мне придется попотеть в поисках желанной игрушки.
  - Вы одни? Я не испортил вам вечер с гостями?
  Миа потянулась за моей курткой, выхватила её из рук, не дав мне даже шанса на возражения, и молча повесила в шкаф. Удивительно, что в этой квартире я чувствовал себя в окружении близких больше чем где-либо.
  - Одни. У Мика выходной. Я на больничном с Зои. Планировали провести вечер с Нетфликсом и пиццей, но чай и вкусный пирог в твоей компании куда лучше.
  - Куда уж лучше, - прыснул, в который раз поругав себя за редкие встречи с друзьями.
  - Разуться не забудь, у нас не ходят в уличной обуви, - донеслось беззлобное ворчание из глубины гостиной.
  - И тебе привет, Ленивая Задница!
  Я запоздало вспомнил, что у моих ног стоит восторженный ребенок и губкой впитывает каждое слово.
  - Я назвал твоего папу Деловым летчиком (lazy ass - busy ace), - нашелся, пока малышка не записала в своей детской памяти новое ругательство.
  Деловой летчик ему подходил не меньше "Ленивой задницы". В первый год знакомства с Мией Я думал, что она мать-одиночка. Настолько редко Мик появлялся дома - частые рейсы в местной авиакомпании, большая часть которых - зарубежные направления. Но после выплаты львиной доли кредита за квартиру, он отказался от трети обычной для пилотов нагрузки и стал больше времени проводить с семьёй.
  Мия работала в частной офтальмологической клинике, в одной из которых мы и познакомились.
  Сначала это были регулярные визиты с пятнадцати лет. Наследственная миопия, подбор контактных линз каждые три месяца. Все в рамках отношений врач-пациент. Пока во время очередного визита я не заметил округлившийся живот слишком молодой на первый взгляд девушки.
  - Вы замужем? - спросил без тени смущения.
  Мия с достоинством выдержала мой испытующий взгляд и улыбнулась.
  - Два года. Мне не грозит статус матери-одиночки, если ты про это.
  - А если развод через год? Или через 10. Никогда не знаешь, в какой момент чувства остынут...
  - Ты слишком глубоко рассуждаешь для шестнадцатилетнего подростка, - улыбнулась, качая головой.
  - Может, я слишком много видел для своего возраста?
  - И? По-твоему, перспектива расставания родителей не должна давать ребенку шанс на жизнь? Думаешь, все растут в полноценных семьях? А для кого-то жизнь в полноценной семье невыносима настолько, что он мечтает поскорее вырваться на свободу.
  Тогда я впервые задумался о том, что моя проблема - это катастрофа только в рамках моего же крошечного мира. Стоило открыть глаза шире, оглядеться по сторонам и понять, что есть миллионы людей, жизнь которых в сотни раз хуже.
  Я поблагодарил Мию за короткий психологический тренинг и попрощался.
   Она задумчиво молчала, провожая меня до выхода, и окликнула в последний момент, протягивая визитку с личным номером.
  Я усмехнулся, подумав, что у милой докторши с круглым животом чрезмерное обострение материнского инстинкта. Вышел из кабинета и надолго забыл про её визитку.
   Следующий прием я проходил у другого врача: Мия к тому времени как раз ушла в декретный отпуск.
   Наша встреча произошла через 2 года. Когда мне срочно понадобился не офтальмолог, а специалист другого профиля. Психолог. И в памяти сразу же всплыл образ Мии.
  Почему-то я был уверен, что ей будет достаточно нескольких слов, чтобы я смог отпустить ситуацию. В конце концов, не я первый без памяти и безответно влюблялся.
  Мы прошли на кухню, где шипел словно дожидавшийся меня электрический чайник. Мия достала пирог из духовки, позвала Мика и положила на стол чашки с блюдцами.
  Мик появился ровно тогда, когда чашки наполнились ароматом бергамота. Подошёл и дружески хлопнул по плечу.
  - Я бы сказал, кто из нас ленивая задница, - шепнул, чуть подавшись вперёд, чтобы Зои не расслышала. - но врождённое гостеприимство не даёт мне как следует разогнаться.
  - Я звал тебя на пиво три недели назад.
  - Да, помню, я как раз был в рейсе в одной из арабских стран. "Пара банок пива" в тот момент воспринималась особенно остро.
  - Ты даже не ответил!
  - Не мог же я спустя несколько месяцев молчания с разбегу послать тебя на четыре буквы. Предпочел молчать дальше.
  - Здраво, - кивнул, соглашаясь со старшим и куда более мудрым собеседником.
  Мия быстро справилась с пирогом, разложив по большому квадратному кусочку на одинаковые тарелки, подвинула каждому по порции и села рядом с Зои.
  - Твое лицо меня пугает, - заметила после минуты пристального изучения упомянутого лица. - Сразу вспомнила выражение, с которым ты впервые появился на пороге этой квартиры.
  Это как раз и была наша первая встреча спустя два года после памятного визита в клинику.
  Я позвонил ей, представился и сказал, что не знаю, у кого попросить совета. Позже Мия рассказывала как сильно её напугала безысходность в моем голосе. Наверняка, это тоже было преувеличение, но итогом стала наша многолетняя дружба.
  - Я не видел вас с апреля! Разве это не повод для огорчения?
  Мик недоверчиво покосился, многозначительно хмыкнул и промолчал. Но голос подала Зои, которая очень ясно распознала вертевшуюся на языке Мика фразу:
  - Во заливает!
  Мия осуждающе шикнула на дочь, а мы с Миком дружно заржали. От маленькой Мисс Марпл ничего не скроешь.
   Зои поддержала непринужденное веселье мужской половины и спустя секунды к нам присоединилась хозяйка дома.
  Беседа текла так же плавно, как в кружках заканчивался чай. Мы допивали по третьей, когда Мик извинился и удалился в ванную комнату.
  Мия проводила его взглядом, дождалась, пока за дверью послышится звук льющейся из крана воды и с ожиданием уставилась на мое лицо.
  Я обречённо выдохнул и кивнул:
   - Ты угадала. В этот раз причина тоже в девушке. Её зовут Сэм. И... сегодня я узнал, что пять лет назад она представилась мне выдуманным именем.
  
  

Глава 20

  Поцелуй истинной любви
   Месяц назад
  
  Она мчалась по шоссе и с силой давила на газ, попутно смахивая с лица нескончаемые слезы.
  Проклятая сука!
  Если раньше Оливии казалось, что Мира просто психованная брошенка, то сейчас с ужасом поняла, что бред, который несла эта женщина двадцать три года назад оказался правдой.
  Наказание? Её единственному ребенку? За то, что им с Дэвидом когда-то снесло крышу от внезапно вспыхнувших чувств. И надо же было Оливии оказаться школьной подругой его бывшей. Сюжет для бульварного чтива, не меньше!
   Они познакомились в Чикаго, где подающий надежды молодой архитектор случайно облил шампанским кремовое платье миловидной студентки, прилетевшей на конференцию с докладом с того же города, что и он. До выступления оставалось 20 минут и каким-то непостижимым образом Дэвид умудрился достать другое, не менее красивое платье, которое село точно по фигуре.
  Оливия сияла, с уверенностью дочитывая доклад и отвечая на сложные вопросы. А в конце подошла к Дэвиду и поблагодарила за помощь.
   Знакомство продолжилось и зародившаяся с первых минут взаимная симпатия вскоре переросла в неожиданное для обоих решение о браке. Они знали друг друга чуть больше двух месяцев, но сомнений в необходимости этого брака не возникало ни у кого.
   Позже Лив ни единожды слышала обвинения Миры, в том, что Дэвид стал жертвой приворотного зелья, но с сомнением крутила у виска. Подруга всегда была странной: часами зависала в своей лаборатории, читала многотомники на вымерших языках и с подозрительной точностью предсказывала поведение животных. Их дружба возникла на почве взаимного сочувствия. Никто не хотел дружить с "шизофреничкой" и "нищей эмигранткой" - пришлось создавать свою коалицию, чтобы выжить в среде порой слишком жестоких подростков.
  Им было по восемнадцать, когда Миранда неожиданно стала вести себя совсем по-другому: отстригла длинные косы, покрасила волосы в карамельный каштан, научилась наносить макияж и прикупила пару симпатичных платьев в торговом центре. Не без помощи единственной подруги.
   Лив догадалась, что причина в "мальчике", но на все вопросы Мира отвечала невнятным бормотанием.
  Позже, когда Дэвид с Оливией узнали о существовании общей знакомой, история его романа с Мирандой выплыла наружу. Они встречались два месяца, пока Дэйв готовил дипломную. Ему понадобился специалист по латинскому, в котором Мира разбиралась лучше некоторых преподавателей в университете, и он нашел её в библиотеке за увлекательным чтением средневековых писаний. Их встречи сложно было назвать романом в привычном понимании, но флирта с обеих сторон было предостаточно. Конечно же, неопытная заучка Миранда воспринимала его вежливость как большое взаимное чувство, а тот случайный поцелуй, на который Дэвид ответил, но предпочел забыть, был для нее бесспорным свидетельством серьезности их отношений.
  Но отношения закончились с началом лета, когда Дэвид, наконец, сдал дипломную и приступил к подготовке к экзаменам. Мира страдала в пять раз дольше, чем длился "роман".
   Превратилась в живой труп, едва-едва начав оживать к концу следующей весны.
  Учебу она так нигде и не продолжила, а Лив успешно заканчивала первый курс одного из местных колледжей.
  Каким же было удивление, когда за три дня до своей свадьбы Оливия открыла дверь неожиданному гостю в преддверии полуночи и встретилась с поразительно живым, пылающим непонятного возбуждения взглядом Миранды.
  - Ты! - громко шикнула подруга, направив в сторону Лив тонкий указательный палец, - Иуда! Следила за мной. Сначала из любопытства. Как же так: я её единственная подруга, а она не хочет говорить, для кого наводит марафет. А потом положила глаз сама. Соблазнила его. Выкрала приворотное зелье из моей подсобки и приворожила!
  - О чем ты, Мира? - Оливия с удивлением воззрилась на подругу. - Кого соблазнила? Какое ещё зелье? Ты с ума сошла в своей коморке в окружении дохлых мышей и неизвестных науке растений?
  - Дэвид! - причитала Мира, наматывая круги по комнате. - Мой Дэвид собирается жениться! И на ком?
  - Твой Дэвид? - Оливия медленно опустилась на диван, потянулась к телефону и набрала городской номер Дэвида.
  Он добрался за считанные минуты. Едва не сорвал с петель незапертую дверь и тут же метнулся к Оливии, проверять все ли с ней в порядке. И только потом с сомнением всмотрелся в знакомое лицо.
  Ночь была длинной. Никто из них не сомкнул глаз до утра. Мира сыпала аргументами, которые тут же разбивались о доводы Хорнера. Оливия слушала и понимала, что с каждой минутой мысль отложить свадьбу и во всем разобраться кажется все более здравой. К утру она, наконец, воспользовалась правом голоса и торжественно объявила о своем решении.
  Мира победно улыбнулась, Дэвид с сомнением уставился на невесту, Лив встала с дивана и направилась в спальню. Сделала два шага и упала.
  Проснулась уже в больнице, где узнала о трёх недельном сроке.
  Откладывать свадьбу не было смысла. Через три для они всё-таки поженились.
  Флер романтики улетучился в первые же месяцы. Тяжёлая беременность с невыносимыми токсикозами в первом триместре. Отвращение к еде, неприязнь к "обманщику-мужу" и сочувствие к бедной подруге.
  С появлением на свет маленького ангелочка, Оливия немного смягчилась. В семейной жизни вновь появилось тепло, которое со стороны понимающего и терпеливого Дэвида никогда и не прекращалось. Только теперь оно было взаимным. Алексу было чуть больше месяца, когда Лив почувствовала к мужу не только духовное, но и вполне отчётливое физическое влечение. В семье наступила идиллия.
  Пока на пороге их нового дома вновь не появилась Миранда. Четыре месяца. Лив устраивала маленький семейный праздник 9 числа каждого месяца. Август не стал исключением. Дэвид задерживался на работе.
  Услышав звонок, Оливия схватила на руки малыша и бросилась к двери.
  - Сюрпри-и-из, - хлопнула в ладоши Миранда, протискиваясь в помещение без приглашения. - Стали родителями и даже не пригласили на празднование?
  - Мы не праздновали рождение ребенка, - холодно заметила Оливия.
  - Зато отмечаете каждый месяц его жизни, правда? - картинно улыбаясь продолжила Мира.
  - Следишь за нами?
  - Мне незачем это делать, Ливи, - угрожающе шепнула бывшая подруга, - Я и так знаю больше, чем ты себе можешь представить.
  - Ближе к делу, Миранда. Ты же не поздравлять сюда пришла.
  - Почему же... Я как раз-таки с подарочком.
  Оливия с сомнением покосилась на Миранду, заметив, что из-под странного головного убора выбиваются ярко-рыжие пряди. Как пить дать Ведьма. Ещё и плащ этот странный длинным шлейфом волочиться по полу. Её театральность могла бы вызвать улыбку, но при виде отблесков безумия в глазах гостьи, Оливия нервно дернулась и крепче прижала к себе малыша.
  - Говори, что тебе нужно и уходи. После твоей попытки напоить меня той дрянью и вызвать преждевременные роды, тебе должно было хватить ума не появляться на пороге нашего дома.
  - Ах... Это? Попытка была провальная, согласна... Но с тех пор я стала куда умнее, талантливее и напрочь растеряла свою кровожадность. Я ни за что не пожелаю твоему чаду смерти, болезни и несчастья! Наоборот! Мой подарок будет сказочно прекрасным.
  - Миранда, кончай уже клоунаду, давай свой презент и исчезни, пока Дэвид не вернулся и не выдворил тебя отсюда силой.
  - Прекрасный ангел, дитя любви, - с нескрываемой иронией произнесла Миранда, приблизившись к Алексу. - И пусть любовь эта ненастоящая, но в твоей жизни не будет места другой. Лишь только солнце тебе 16 отмерит, - на этой фразе, Оливия не выдержала и рассмеялась.
  - Ты серьезно? Малефисента? Не могла другой образ выбрать? Только там была девочка, Миранда, а у меня мальчик. И люди давно не ткут веретеном.
  - Лишь только солнце ему 16 отмерит, - не обращая внимания на Оливию пуще прежнего продолжала Миранда, - он станет оборотнем в двух телах.
  - Хоть какое-то разнообразие, - прыснула Оливия, с весельем вслушиваясь в бред сумасшедшей подруги.
  - И разрушить проклятье будет под силу только поцелую истинной любви!
  - Да, да, конечно, - продолжала смеяться Оливия, с усилием выталкивая Миранду за двери.
  Дэвид вернулся через час после того как ушла Мира, и Лив не стала даже упоминать о её визите. Посмеялась и забыла.
  Пока не увидела, что произошло с её сыном сегодня.
  Она пришла в квартиру без предупреждения. Незваной гостьей, как когда-то Миранда.
  Включила чайник, достала растворимый кофе и наполнила чашку кипятком. Даже свет включить не потрудилась - ей всегда удавалось хорошо ориентироваться в темноте. Почти полночь а Алекс так и не появился. Лив собиралась допить чашку и замести следы своего пребывания в гостях, когда услышала звук поворачиваемого в замке ключа.
  Забилась в угол между холодильником и шторой и украдкой посмотрела в сторону коридора. Справившись с верхней одеждой, Алекс прошел мимо кухни в ванную. Оливия отчётливо видела, что это был Алекс - в холле горел свет. Она быстро метнулась к умывальника, сполоснула чашку и вернула её на привычное место. Тихо проскользнула к коридору, в надежде сбежать до того, как сын выйдет из ванной, но испуганно дернулась, когда дверь вновь открылась и в коридоре послышались шаги. Ей пришлось пулей пересечь комнату и вновь занять наблюдательный пост.
  Шаги были медленными, почти неслышными, словно её шестифутовый гигант-сын за три минуты, проведенные в ванной, сбросил балласт весом в десятки килограмм. Оливия вышла из укрытия решив, что ни к чему прятаться. Алекс в курсе, что у нее есть ключи и в последний раз Оливия даже грозилась, что наведается в гости, чтобы узнать не превратил ли он свое жилище в бедлам. В комнате была все так же темно, Лив скрестила руки на груди и прислонилась к подоконнику. Увидела тень у порога комнаты и улыбнулась, представив, сколько "хорошего" услышит сейчас от сына. Но улыбка исчезла в доли секунды. Стоило ей увидеть в проёме знакомую фигуру. Блондинка. Поразительно похожая на Алекса, похожая на саму Лив в молодости. Девушка, которую она застала в спальне сына четыре года назад. Оливия ещё тогда удивилась тому, насколько похожую на себя подружку нашел сын. Неделю уговаривала Алекса представить девчонку официально, но получила итог в виде скорого переезда сына.
  Но тут ведь точно никого не было. Она спокойно вошла в квартиру, заглянула во все комнаты, убедилась, что в квартире уютно, убрано, и сын не нуждается в материнской опеке. А сейчас она видит перед собой девушку. В одежде, в которой пару минут назад вернулся Алекс! Оливия дернулась к шторе, когда поняла, что девушка тянется к выключателю. К счастью штора была плотной и хорошо спрятала худощавую фигуру женщины.
  Девушка тихо прошлепала к холодильнику, распахнула дверцу и замерла, заставив Оливия изрядно понервничать.
  - Да-а-а, Хорнер, жрать в твоей берлоге скоро будет совсем нечего, - протянула, звучным хлопком возвращая дверцу на место. - Ну, да, все время забываю, что жру за двоих.
  Шум работающей кофемашины привел Оливию в чувства. Она осторожно выглянула из-за шторы и продолжила наблюдать сквозь полупрозрачный тюль. Блондинка лежала на диване, опустив голову на сцепленные в замок за спиной руки и вальяжно раскинув нижние конечности.
  - Ебать ты быстрая, - выплюнула женская версия Алекса, - воззрившись на замолкнувшую спустя минуту кофемашину. - Я даже не успел поразмыслить о смысле жизни.
  Оливия смогла уйти только через час, когда Алекс, к концу пятой минуты у нее не осталось сомнений, что это был именно он, разобрался с чашкой китайской лапши, посмотрел пару коротких роликов на Ютубе. Отправил несколько сообщений в мессенджере и знакомой походкой направился в спальню.
  Ей хватило выдержки сдержать слезы истерики. Схватив умело припрятанную сумку с подоконника, Лив на цыпочках подкралась к двери, осторожно повернула замок и вышла. Щелчок закрываемой двери прозвучал чуть громче чем хотелось бы, но Лив надеялась, что толстой двери в спальню и больших размеров квартиры хватит для того чтобы сын не догадался о том, что сегодня у него были гости.
   Решение найти Миранду ударило в голову молниеносно. Лив не общалась с ней после той встречи, но у них оставались общие знакомые. Услуги гадалки, спиритические сеансы. Оливия все так же недоверчиво качала головой, когда слышала очередную историю о её способностях.
  И оказалось той, у кого не осталось и капли сомнений в её "таланте". Ведьма. Настоящая прислужница Дьявола.
  Крошечная квартира в пригороде. По слухам, Мира неплохо зарабатывала, но жила все так же скромно. Может, отдавала все на благотворительность в попытки замалить собственные грехи?
  Оливия подошла к старой деревянной двери и уверенно постучала. Третий час ночи, если на её стук не выйдет сама Миранда, то уж точно проснуться соседи.
  Стук становился громче, но Оливию совсем не волновали возможные жалобы соседей.
  Она почти отчаялась дождаться ответа, когда дверь тихо скрипнула, открываясь.
  - Входи, - тихий голос прозвучал из глубины тускло освещенной комнаты.
  Оливия осторожно толкнула дверь и шагнула в полумрак.
  - Долго же ты добиралась, - смутно знакомое лицо исказилось в ухмылке.
  - Сумасшедшая Ведьма, - Оливия бросилась к довольно развалившейся на кресле женщине и отчётливо представила как в приступе ярости царапает ей лицо.
  Это было самым меньшим злом, которого она заслуживала за то, что сотворила с её сыном.
  Но первыми под пальцами оказались волосы. Лив вцепилась в длинные гладкие волосы и с силой потянула густую копну на себя.
  - Ненавижу!
  - Зато он любит! Правда же, я молодец! Ты представить себе не можешь, насколько сильно он её любит. Настолько, что даже через пять лет не видит перед собой никого, кроме этой девочки. Даже мои попытки стереть их из памяти друг друг не помешали им снова войти в эту реку. И ещё раз.
  - Что ты несёшь? Господи, Мира, что в этот раз?
  - Успокойся, Ливи. Твой ребенок не единственный, кто вынужден жить в двух телах. Он нашел прекрасную девочку. Нежную, искреннюю, любящую... Трусиху.
  Холод, с которым Миранда закончила бессмысленную тираду заставил Оливию отшатнуться. Мира довольно улыбнулась и продолжила.
  - Ему было восемнадцать, когда он впервые сбежал из дома и вернулся спустя три недели. Наверняка, ты хорошо помнишь то лето?
   Лив молча кивнула.
  - В том лагере они и познакомились. Случайная встреча. Первая любовь. И поцелуи, разумеется, были. Но было несправедливо оставлять влюбленную девочку в неведении. Она должна была принять его именно таким. Вернуть истинный облик проклятому чудовищу.
  - Ты бы уже определилась с сюжетом выбранной сказки, Мира...
  - Все сказки написаны по одной кальке, - отмахнулась женщина, продолжая - Он не признался. Она... Увидев его неприглядную сторону, не стала разбираться, в чем дело, сделала выводы на горячую голову и разбила ему сердце. Я была в ярости. Почти идеальный Хэппи энд, разрушенный незрелой соплячкой! Алекс уже получил свое наказание, и всю силу своего гнева я обрушила на девушку. Поразительно, как у них совпал возраст. Ей вот-вот должно было исполниться 16. И, конечно же, я придумала для нее шедевральный подарок!
  - Мира, ты ненормальная... -
  - Казалось бы, в чем проблема? Теперь каждый из них должен был заново пройти путь навстречу своей истинной любви. Но их угораздило встретиться снова. Через тысячи дней и тысячи километров эти два кусочка магнита снова притянуло друг другу.
  - Хочешь сказать, что дала им второй шанс?
  - Не я. Он, - прошептала Миранда, указывая пальцем в потолок.
  - А Он не предупредил тебя, что за свои игры ты будешь гореть в аду?
  - Я надеюсь заслужить прощение...
  Оливия удручённо опустилась на соседнее кресло.
  - И что дальше? Они встретились. Узнали друг друга. Поцелуй любви ещё не произошел? Почему мой сын до сих пор превращается в девушку. И... смею предположить, она превращается в парня. Надолго? Как часто?
  - Во-первых, они не узнали друг друга. Ты невнимательно слушала, Ливи. Я наслала на них проклятие, неужели ты думаешь, мне составило бы большого труда избирательно лишить их памяти. Они помнят все до мельчайших подробностей, кроме лиц и голосов друг друга.
  Во-вторых, поцелуй был и не один. Но... они все ещё не знают главную тайну друг друга. Более того, они настолько противятся собственным чувствам, что их надо силой толкать навстречу. Ты права, она превращается в парня, собственную копию в мужском обличьи. И даже в этих телах их тянет друг к другу. Нам есть чему научиться у этих ребят. Истинной, нерушимой любви.
  - Какие ещё доказательства тебе нужны? Ждёшь пока Алекс в приступе безумия переспит с девочкой в теле мальчика и родит от нее ребенка? Тогда твой извращённый мозг будет доволен?
  - Его женское тело не способно давать потомство. Так же как и её Не в моей компетенции создавать новую жизнь.
  - Слава Богу!
  - Кстати, предупреждаю заранее. Ты не должна напрямую в это вмешиваться. Пытаться узнать, кто из знакомых твоего сына прячет по ночам второе тело. Намекать Алексу, что стоит признаться с своей особенности понравившейся девушке. Иначе. Все пойдет по новому кругу. Мне не составит труда лишить памяти и тебя, и их.
  - Не сомневаюсь, - с горечью усмехнулась Оливия.
  Мира притихла, Лив встала с кресла и молча побрела в сторону двери.
  - Ты преуспела в бизнесе, - резко сменила тему Миранда. Оливия подняла сброшенные у входа туфли, и кивнула.
  - Слышала, вы теперь не только мебелью планируете заниматься, но и одеждой.
  - Тебе-то что за дело?
  - Да, так... Совет дам. Дружеский.
  Оливия скривила губы и схватилась за ручку.
  - Алекс лучше кого-либо подойдёт на роль модели для вашей рекламной компании. Попробуй уговорить его.
  Лив обернулась, чтобы показать, как сильно ценит её полные заботы советы, но осеклась, заметив странную влагу в глазах Миранды.
  - Я подумаю...
  
  Когда шаги за дверью утихли, Мира протяжно выдохнула, вернулась в старое кресло и вытерла слезы.
   - Ну, хоть чем-то помогла. Старая кошёлка.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"