Эта прекрасная девушка, которую вы привезли на этот раз с собой, - Даруэт-Ю кивнул в сторону завешанной тканями повозки, в которой сидела Лиудау,- не очень похожа на жительницу пустыни... Скажите, достопочтимый Ю, она ведь не выдумана вами? Вы умеете проникать в небесный мир. Небесные женщины, как я вижу, прекрасны. Но даже если бы они не были таковыми... Что нам остается? В пустыне больше некому рожать.
- Слушай, давай не будем этот момент акцентировать? - Мишин скривился в невеселой усмешке, - ну, как я доложу генералу, что Коломиец и после геройской гибели остался на посту и добросовестно исполнял свой долг? Не бывает до такой степени преданных делу!
Щит отодвинулся в сторону, и Усольцев увидел небо, от которого отвык в тесных марсианских коридорах. Простор и синь заполняли все вокруг. Над головой сияло солнце. Откуда солнце-то? Неужели вышли на поверхность? Ерунда какая! Такого не может быть! На несколько секунд он обомлел, но, зазевавшись, споткнулся о труп, выпачкался в крови и стал смотреть под ноги. Несколько убитых лежали на маленькой площадке возле горного массива, из недр которого они вышли. А метрах в ста от них, перекрывая дорогу, стояли воины, изготовившие к бою пращи.
- А так? - Мальчишка присел, прислонил фонарь к стене и направил луч по касательной вверх. В каменной толще вдруг отчетливо вырисовался прямоугольник, словно оконный проем, поднятый над полом метра на полтора. Это место в стене не искрилось вкраплениями, было темным и на вид гладким, как стекло. Антон присвистнул. Приблизил лицо к "окну" чтобы лучше всмотреться в глубины марсианских апартаментов. Игорек одернул его строго, ухватив за куртку: - Не суй голову! А то... - По голосу видно было, что предупреждение не зряшное.