Харин Евгений Анатольевич
Новый Век

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Типография Новый формат: Издать свою книгу
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Зарисовки жизни в начале 21 века.
   Существует рукопись найденная в Каире под названием "Киевское письмо", где дана рекомендация от Киевской иудейской общины ее члену Яакову, попавшему в трудную ситуацию. За долг убитого брата власти держали его в тюрьме, но после выплаты части долга и освобождения, данный человек покинул Киев ради, якобы, поиска средств для выплаты остального. Историки относят документ к 10 веку, времени включения Киева в Хазарское государство. Споры идут о смысле письма и судьбе его предъявителя, видимо, так и не вернувшегося в Киев. Мне кажется, сопроводительное письмо было дано общиной ради благовидного предлога удаления неудобного человека, а не для поиска им недостающей суммы долга, так как возможность получения средств где-то в дальних местах весьма проблематична. Лучшее, что могла данная подорожная - помочь в обустройстве на новом месте.
  
   Еще когда я работал в ДК, один мой знакомый по школе М. поведал с глазу на глаз в подпитии, что является внештатным сотрудником КГБ. Мы сидели с ним в радиорубке. С малознакомыми я на политические темы не разглагольствую, а услышав такое признание, тем более, прикусил язык, но поинтересовался: "Про меня там у вас что говорят?" Чекист смутился и промычал что-то неопределенное. Не исключено, что он зашел ко мне не просто так, дело было в конце 78-го, через год после беседы с Веселковым. Сам он заводил разговоры с острой критикой властей. "Вот увидишь, что будет, когда Брежнев умрет!" - прошептал он, тут же испугавшись своих слов. Перспектива маячила безрадостная, Андропов, их шеф, рвался к власти. И это случилось.
  
   Гелон часто связывают с Бельским городищем (Украина) - территория обнесенная земляным валом до 9 м, площадью 50 кв. км, внутри нее несколько отдельных укрепленных городищ и селищ. Вероятно, оно могло служить временным пребыванием для кочевых племен и пришлых торговцев, постоянное население не велико, следов жилищ не найдено, как и вообще, деревянных строений и укреплений.
  
  
   Из всего того скучного лета 1970-го запомнился лишь один яркий денек в конце июня. Как всегда неожиданно, Алеша явился ко мне утром, на сей раз со своим шепелявым соседом, пареньком нашего возраста, но из другой школы. Прикатили они вдвоем на взрослом велосипеде. Алеша сидел на багажнике, на шее у него болтался отцовский фотоаппарат. Тут же снял меня рядом с соседом в седле. Они собрались на реку, день обещал быть жаркий. Велик оставили у нас во дворе, и втроем пошли. Стареющий Барсик, помахивая пушистым хвостом, проводил их до памятного места невдалеке от дома, где его сшибла машина. По пути заглянули в "девятый магазин" за буханкой хлеба - у Алеши предусмотрительно нашлось четырнадцать копеек. Народу в эти часы мало, зал невелик, витрины уставлены залежалыми плитками шоколадок и консервными банками, хлеб свежий, только завезли. На старый пляж из Светлиц обычно ходили через город, но сосед вызвался провести к реке более коротким путем через Александровскую дачу, где он бывал в прошлом году. Название это было на слуху, но ни я, ни Алеша не имели представления где это и как туда попасть. От магазина мы пошли на север до развилки дорог у мебельной фабрики, далее этого места я, кажется, еще не бывал. И тут была совершена ошибка, заговорившись о чем-то, мы свернули налево, вслед за основным потоком машин, тогда как надо было идти направо через Зимовку - небольшую новопостроенную слободку. Сначала наша дорога шла в гору, асфальт быстро кончился, пошел изрытый колесами песок. Справа показалась деревня Пестовы, а влево был указатель на "Совье 20 км", прямо виднелась городская свалка. Реки не было и в помине, только сейчас мы сообразили, что зашли не туда. Побрели вверх по деревенской улочке, и вскоре от встречной бабы узнали, что идем верно, и что до реки всего полчаса ходу. После небольшого леска и поля ржи вышли на крутец Верхних Кропачей - большой деревни с кое-где видневшимися кирпичными домиками. Там лаяли собаки, поэтому обошли стороной вдоль склона на простор кромки коренного берега, откуда река уже блестела вдали.
  Чтоб не тащить буханку, сосед предложил сделать привал с перекусом. Солнце жарило, разделись до пояса. Когда спустились вниз по тропе, обнаружили родник с лотком - вода, журча мощным потоком, текла из-под берега. Видимо, местные жители ходили сюда. Прямой путь к реке через болотистый луг оказался невозможен, пошли в обход по едва приметной тропе мимо крупного стада коз, при этом одна из них упрямо встала на нашем пути, пришлось с опаской посторониться. Как прошли, сосед Алеши, осмелев, гикнул на нее, но та лишь вывалила кучу горячих какашек в знак презрения. Наконец вошли в затемненный сосновый лес, по пути попалось маленькое озерко, парни попробовали в нем окунуться, но холодно, а дно вязкое и сразу глубоко. Тропа вывела к человеческому жилью, старинному особняку в два этажа, из открытых окон слышались чьи-то крики. Тут было что-то вроде общежития или коммуналки на несколько семей. Тихо обошли мимо двора и вот уже лес кончился, открылся простор реки с широченным и почти бесконечным пустынным пляжем. По горячему песку шли осторожно как на лыжах. Наконец, выбрали место для бивака, и вскоре очутились в воде. Парни неплохо плавали, чего не скажешь обо мне. К счастью, глубина начиналась далеко от берега, а далее путь преграждала цепочка бон - связанных проволокой бревен, препятствующих оседанию на береговых мелях сплавных бревен (где-то с верхов реки лес пускали самотеком в виде "моли").
   с День на солнце не прошел даром, - обгорел. Ночью изнывал от боли и жара. Загара приобретенного за лето хватило до физкультурных занятий осени: когда на втором часу мальчики нашей команды оголились до пояса для игры в баскетбол, я не выделялся среди других.
   Пожалуй, к еще одному событию того времени можно причислить такое. После ремонта дома и строительства пристроя для родственников, в старой части развелись клопы. Под дюжиной сорванных слоев обоев, обнажились газеты послевоенных времен, где они пережили двадцатилетнее заточение. Выползали из щелей по ночам почти невидимые прозрачные, и только насытившись моей кровью становились крупнее и чернее. На теле оставались десятки красных зудящих пятен. Дуст гексахлоран на них мало действовал. Но вот появилось новое средство - аэрозоль с запахом керосина. Я обрызгал им нещадно все углы комнаты и свой диван особенно. Вскоре почувствовал дурноту отравления, догадался выбраться в огород и прилег в первом укромном месте. Спустя какое-то время, голова прояснилась, и я обнаружил, что как элексир жизни вдыхал свежий воздух из помойки. Зато клопов не стало.
   Можно предположить, что представлении арабов деление русов на виды по местам проживания возникло из факта их прибытия в район торговли на Волге с разных направлений. Пока это был Булгар, разница не замечалась - русы приплывали с верховий Итиля (Волги или Камы). Но когда в сер. 10 века отношения булгар с русами ухудшились, торги перенесли в район устья Оки. Поэтому появилось деление русов на приходящих по Оке и по Волге. Первые были Киевские, вторые - Ладожские или собственно верхневолжские (Сарские и Тимиревские). Туда же, но с непонятной третьей стороны прибывали Артанские русы. Для арабских торговцев разница между торговыми русами состояла также в предметах торговли. Артан поставлял особо ценные меха, поделочную кость морских животных, олово и гнущиеся клинки. Все это указывает на северо-восток Европы. Добавлю только, что технология трехслойного пакета для клинкового оружия была известна на Вятке, по крайней мере, с 8 века, а оловоносные руды могли быть на Сев. Урале. Артания-Биармия была северным соседом булгар, но они скрывали это от арабов чтобы исключить прямую торговлю. А вот зимой купцам вису разрешалось приезжать в Булгар.
  
  
  
  
   Е.Х. - Германское племя Руги жили до 2-3 века на побережье южной Балтики между Одером и Вислой (о. Рюген?) в соседстве с готами и герулами. По сообщениям историков той поры, это были рослые, возможно, рыжеватые воины с круглыми щитами и короткими мечами. В последствии на этой территории жили зап. славяне, в которых некоторые видят славяно-германских метисов.
  
  
   В 6-7 веках именьковцы расселяются на правобережье Камы - на юге ареала Азелинской АК. Ранее отрицалось сосуществование и смешение этих культур, но ныне это явление не исключается. Вместе с тем отмечается продвижение азелинцев вверх по Вятке и формирование на их основе Еманаевской и последующих культур, в том числе, Чепецкой.
   Передвижение рогов-русов по "Меховому пути" между Прикамьем и Балтикой обусловило знакомство населения Вятки с Окой и Днепром, переселение части именьковцев-азелинцев и последующие этнокультурные связи двух вятских анклавов.
  
  
  
   К ВОПРОСУ ОБ ИДЕНТИФИКАЦИИ "РОГОВ" ИОРДАНА
   2016 А.В. Богачев
  Крупнейшим этнокультурным образованием в регионе была именьковская культура середины I тыс. н.э. В настоящее время учтено свыше 600 памятников (городища, селища, могильники) этой культуры. Они занимают территорию от низовьев р.Камы (на севере) - до устья р.Самары (на юге); от среднего течения р.Суры (на западе) - до среднего течения р.Белой (на востоке). Фактически это перекресток речных торговых путей с запада на восток и с севера на юг. Ни купцы, ни миссионеры, ни завоеватели, ни путешественники, ни переселенцы не могли 'пройти мимо' этих обширных, плотно заселенных территорий. Для сравнения скажем, что археологических объектов того периода, связываемых с мордвой, мерей и черемисами, в разы меньше. И тем не менее эти народы, в отличие от 'именьковцев', фигурируют в списке Иордана: Mordens, Merens, Imniscaris. Это противоречие можно разрешить, сопоставив дату смерти покорителя этих народов Германариха (375 г.) и раннюю дату именьковской культуры (последняя четверть IV в.). То есть вполне вероятна ситуация, при которой два эти события - походы Германариха и миграция 'именьковцев' на Среднюю Волгу - не сошлись во времени. (Е.Х. - основная масса именьковцев прибыла с Приднепровья как беженцы уже после нашествия гуннов, до того они занимали лишь Самарскую луку.)
   Н.А. Лещинская: 'есть все основания говорить о включении пришлых групп в азелинскую среду Нижнего Прикамья в III-IV вв.' Двупластинчатые наконечники ремней с зауженной средней частью, украшения с эмалями, шлемы, кольчуги, косы-бумеранги, халцедоновые диски-навершия - известны в материалах западнобалтской, вельбаркской и пшеворской культур. Носителями этой культурной традиции вполне могли быть этнические руги/роги, территория расселения которых в Западной Европе - Прибалтика, Прикарпатье, Подунавье. Азелинско-суворовские группы населения Среднего и Нижнего Прикамья (Е.Х. - точнее, Вятки и низовий Камы) с известной долей вероятности можно считать 'рогами' из списка северных народов, покоренных Германарихом.
   С точки зрения Р.Д. Голдиной, эти группы были гото-славянами: 'мигранты-завоеватели, как правило, не уничтожали местное население, а подчиняли себе его'.
  В III в. н.э. в Прибалтике, где со времен Тацита обитали ругии/ руги/роги, произошли некие события, приведшие к разделению этого народа на части, одна из которых впоследствии оказалась в Центральной Европе, а другая - в Прикамье (это событие могло произойти в догуннское время, в третьей четверти IV в.) Как в Центральной Европе, так и в Прикамье роги и готы (правители именьковцев) жили на сопредельных территориях. В пограничье азелинской и именьковской культур исследованы биритуальные могильники (Коминтерн II), на которых славянские погребения-кремации расположены чересполосно с гото-аланскими ингумациями. Судя по данным погребального обряда и инвентаря, они оказались интегрированными в местную 'азелинскую' (Вятка) и частично 'мазунинскую' (Кама) этнокультурную среду. С точки зрения А.А. Хохлова (по изучению черепов), формирование носителей азелинской культуры происходило в результате биологического смешения популяции мигрантов с запада и местного прикамского населения.
   Конец цитат.
  
   Итак, военизированная группировка Ругов-Рогов прибыла с Балтики в Прикамье в 4 веке, вероятно, для заготовки мехов и транспортировки их на Запад по "Меховому пути". Селились они вдоль речных путей, где находят характерные могильники того времени. Усилившиеся при Германарихе готы перехватили прибыльное дело, подчинив себе рогов, для чего устроили на Волге свою колонию. Наблюдается совместное проживание и метисация с местным населением (женщинами). Появление имени Русов фиксируется в финноугорских языках не позднее 8 века. Есть вятские предания о воинах-богатырях пришедших с "захода" и разбогатевших на торговле мехом. Около 370-го года в Прикамье появляются гунны (Тураевский курганный могильник), видимо, им удается частью изгнать, а частью подчинить местных рогов-готов и через некоторое время, собрав силы, двинуться за Волгу в Причерноморские степи для войны с готами и славянами. Впрочем, после их ухода именьковское (славяно-готское) население увеличивается за счет беженцев, да, и азелинская верхушка (росы-русы) продолжает существовать. Отмечается также гунский элемент в ее правящем слое. Таким образом, Волжские русы - это смешение пришлых военно-торговых сословий готов, ругов, гуннов и азелинцев (ранних финно-угров). Из этого сообщества, по моей версии, вышли окружение Одина и население Шведской правящей Уппсалы-Рослагена.
  
  
   по-славянски речная лука - варта.
  
  
   (Корень "верт" в словах "вертеть", "вертел", "вертун", "ворот". Варта - приток Одера, в ее устье жили славяне Вартабы. Варту можно рассматривать как пограничье территории проживания зап. славян, потому второе значение слова Варта - охрана, стража, караул, сторожевая башня.) На деле Самарская лука почти остров, поэ
  
  
  
  
   Д.В. Смокотина
   АРСА: МЕСТО НА КАРТЕ (К ВОПРОСУ О ЛОКАЛИЗАЦИИ ТРЕТЬЕГО ЦЕНТРА РУСИ) Заключение
  
   По сведениям арабских географов, жители Арсы прибывают для торговли, спускаясь вниз по Волге. В связи с этим важно отметить, что отнюдь не однозначна локализация Арсы в верхнем течении Волги, поскольку за основное русло Верхнего Атила арабо-персидская географическая традиция принимала, как правило, реку Каму, причем истоки Атила искали далеко на востоке. В древности считалось, что река Атил берет начало на Южном Урале (ныне это р. Белая), далее ей соответствовало течение нынешней Камы ниже впадения Белой и затем течение нынешней Волги ниже устья Камы. В связи с этим интересно отметить, что, с точки зрения гидрогеологов, арабские авторы были совершенно правы, так как Кама значительно полноводнее верхнего течения Волги и в Каспий впадает именно камский поток с третью верхневолжской воды.
   В рамках рассматриваемой версии локализации Арсы приведем известный рассказ о земле народа вису, лежащей к северу от низовьев Камы. И хотя большинство историков, основываясь на созвучии этнонимов, отождествляют вису с весью Белоозера, более вероятным кажется отождествление вису с народами Прикамья: 'На север (или по направлению к полюсу) от булгар находится страна вису (или ису), за нею народ иура и страна мрака; путь туда от булгар 20 дней (или 1 месяц, или 40 дней, или 3 месяца). Иура - народ дикий, живет в чащах, не сносится с другими людьми из-за страха перед злом, которое те могут причинить; торгует народ иура при посредстве знаков и скрытно, ввиду их дикости и страха перед людьми; вывозят от них превосходных соболей и другие прекрасные меха, - ведь они охотятся на этих зверей, питаются их мясом, одеваются в их шкуры. Булгары везут в страну вису и иура товары на санях, которые тащат собаки по сугробам снега, сами люди передвигаются на лыжах'. Севернее земли вису 'находится Черная земля, а в море водится рыба, клыки которой употребляются на различного рода поделки: ручки для кинжалов и т.д.'. Сообщение Ибн-Йакута о том, что болгары ездили в страну вису, только подтверждает предположение о продуманном введении в заблуждение конкурентов, способных 'перейти дорогу' в столь выгодном направлении торговой деятельности. Описание немой торговли, в свою очередь, говорит не только об уровне экономического развития местного населения, но и о традиционном нежелании вступать в тесные контакты с чужеземцами.
   В сущности, известие о вису - документальное подтверждение существования древнего торгового пути вверх по Каме и далее по рекам в бассейны Северной Двины, Печоры и даже Оби. Известно, что скандинавы издавна освоили речные пути, ведущие из Белого моря. Установлено, что в Ирландии, Йорке, Рибе, Хебебю, Бирке, Старой Ладоге и Рюриковом городище ювелиры применяли свинец и олово для отливки предметов в каменные и глиняные формы, использовали для изготовления как украшений, так и моделей, применяемых для различных видов копирования. Включение олова (свинца) в перечень поставляемых из Арсы товаров говорит о регулярных торговых контактах со скандинавами, проникшими в земли вису морским путем, и становится очередным свидетельством в пользу локализации Арсы в Прикамье. В дополнение к сказанному следует отметить, что письменные источники вовсе не говорят об Арсе как о торговом центре, а лишь сообщают о привозимых ценных товарах. Не сообщают источники и о том, что олово производится в Арсе, - она лишь сбывает его, т.е. является посредником. Это вовсе не противоречит сведениям о том, что с давних времен Прикамье, расположенное поблизости от Урала, было центром обработки цветных металлов, поскольку исследователи отмечают, что 'рудные источники благородных металлов (олово, свинец, цинк), в сплаве с медью образующие бронзу, в Прикамье отсутствуют'.
   Одним из 'требований' к предполагаемому расположению Арсы, как правило, является наличие месторождения олова (или свинца). Пока такого места установить не удалось, ибо предполагаемое месторождение оловянных и свинцовых руд должно быть незначительным по современным меркам. При этом представляется возможным предположить посредническую торговлю оловом.
   Достаточно категорично об Арсе сообщается, что 'неизвестно, чтобы кто-нибудь из чужеземцев достигал ее, так как там они [жители] убивают всякого чужеземца, приходящего в их земли. Лишь сами они спускаются по воде и торгуют, но не сообщают никому ничего о делах своих и своих товарах и не позволяют никому сопровождать их и входить в их страну'. Подобному положению дел отнюдь не способствовало бы транзитное расположение Арсы на торговом 'пути из варяг в арабы'. Это было бы попросту невозможно и при натиске с Севера и Востока привело бы к скорой гибели центра. Единственным объяснением в данном случае может служить лишь расположение третьего центра в стороне от активной торговой деятельности, отнюдь не на одном из торговых маршрутов. В таком ключе возможно говорить лишь о Прикамье, включенном в торговую деятельность между Севером и Востоком и в то же время имевшем возможность дистанцироваться и не пропускать в свои земли чужеземцев. Лишь располагаясь в своеобразном торговом 'тупике' и вступая в торговые контакты по мере необходимости, жители Арсы имели возможность действовать столь категорично.
   Еще одним моментом является размещение центров в восточных сочинениях: Куяба является ближайшим центром к Булгару по сравнению со Славой и Арсой. Что касается Славы, то она, бесспорно, является самым отдаленным центром в указанной системе координат. Несколько слов уже было сказано и о Куябе. К ее локализации на Днепре и отождествлении с Киевом все же следует отнестись критически. Что касается самой Арсы, то о ней восточные торговцы знают лишь из вторых (вероятно, булгарских) рук. Если до них и дошли некоторые сведения о характере торговли с жителями Арсы вису, то ни капли сведений о протяженности земли и расстоянии до Арсы к ним не просочилось. Им совсем ничего не известно о делах жителей Арсы, они никогда не бывали в их земле, да и знают или слышали они лишь то, что им было позволено. Даже говоря о расстоянии до неведомой земли, они ограничиваются лишь догадками, приводя сведения о месяце пути, 40 днях и трех месяцах.
   Таким образом, на наш взгляд, локализация третьего центра Руси - Арсы - в Прикамье в свете приведенных сведений видится наиболее правдоподобной.
  
  
   Кирпичников А.Н. Великий волжский путь и международная торговля
   и этнокультурная интеграция в эпоху раннего средневековья (отрывки из статьи)
  
   Великий Волжский путь (ВВП) сыграл особую роль в развитии славянских, финно-угорских, тюркских и скандинавских народов Европы в отношении организации городов, транспорта, ремесла, путей сообщения, международных рынков, становления государств, производственных отношений. В последней четверти I тыс. н.э. он стал основной дорогой, соединившей Европу и Азию. В результате арабской экспансии доступ европейцев в Средиземное море в течение VII-VIII вв. и их связи с Византией и Передним Востоком нарушились и торговля нашла новый путь через Восточную Европу в страны Азии, впрочем издревле известный. Переселенцы, изгнанники, искатели приключений, обуреваемые жаждой обогащения и захвата добычи норманны ринулись на континентальную Европу. Бурный период создания государств, воинственных дружин, флота, властных институтов сопровождались стремлением правящих верхов и общественных групп к переделу мира, походам, дальней торговле. Накоплению богатств и обмену ценностями способствовали сложившееся мировое естественно-географическое разделение труда, неравномерное распределение сырьевых ресурсов стран Запада и Востока, и различие стоимости изделий удаленных регионов. Для ведения караванной торговли возникли сообщества купцов. Основными явились водные дороги. Использовались не только морские, но и речные корабли (шириной примерно до 2 м и длиной не менее 8 м). Организация региональных и трансконтинентальных связей потребовала устройства береговых поселений, корабельных станций, постоянных или сезонных торжищ.
   Общий маршрут Волжской системы - от Британии и Голландии до Ирана и Ирака. Северная часть ВВП - Северное и Балтийское моря, Финский залив, река Нева, Ладожское озеро, река Волхов, озеро Ильмень. Далее кратчайшим и удобным (даже с учетом волоков) переходом к истоку Волги был 'Селигерский путь' по рекам Поле, Явони до озера Селигер и по реке Селижаровке с выходом на Волгу. Дальнейшее передвижение, что можно отнести к основной части пути, происходило по главной реке вплоть до ее устья. Южный участок плавания включал Каспийское море до его южного побережья (Джурджан). Далее шла сухопутная дорога до города Рея или дальше до Багдада. Путешественникам приходилось преодолевать волоки, а на реках Неве и Волхове - пороги.
   Волга не только не разъединяла народы, а наоборот, притягивала к своим берегам новых поселенцев. Она как бы являлась центром, вокруг которого в разные времена группировались аланы, хазары, мадьяры, печенеги, гузы, половцы, буртасы, булгары, мордва, мурома, мещера, весь, чудь, марийцы, вотяки-удмурты, славяне (включая северян, радимичей, вятичей, словен новгородских), югра, позднее - татары. Хорошо был знаком ВВП арабам, персам, азербайджанцам, армянам, евреям, балтам, скандинавам, фризам, саксам, западным славянам. Эти народы исповедывали разную веру: языческую, христианскую, иудейскую, мусульманскую, что не мешало им вступать в длительные деловые контакты и договариваться между собой. Что касается восточно-европейских населенных пунктов (в большинстве IX-X вв.), относящихся к системе ВВП, то следует назвать Ладогу и Рюриково городище, археологические комплексы Тимерево, Петровское и Михайловское. С Волгой в определенной мере связаны раннесредневековые центры Залесской земли: Сарское городище; Суздаль, Клещин, Муром на Оке. На средней Волге находились поселение, предшествующее Казани, Булгар, также Биляр, Сувар, Ощель. В дельте Волги размещалась столица Хазарии Итиль; а также построенный между 834 и 837 гг. Саркел на Дону. В зоне Прикаспия располагались Семендер, Беланджер, Дербент, Баку. На юго-востоке Каспийского моря находилась область Джурджан с портом Абескун, а из него караванные дороги вели в Рей и далее в Багдад. Другим направлением из этого места двигались через Балх и Магереннахр в Центральную Азию и Китай.
   Население торговых городов включало коренной этнос и приезжих 'гостей', состав которых мог меняться в связи с сезонностью торговли. В пору расцвета волжской торговли в ней, по словам восточных авторов, принимали непосредственное участие русы, булгары, буртасы, хазары, арабы, евреи и через перекупщиков северные вису и югра. Эти люди образовывали свои клановые купеческие сообщества. Флотилию каравана должны были охранять воины, бывшие одновременно гребцами. Перечень товаров привезенные из Булгара в Хорезм приводится в труде ал-Мукаддаси 'Наилучшее разделение для познания климатов' (ок. 985 г.): меха соболей, белок, горностаев, хорьков, ласок, куниц, лисиц, бобров, зайцев, коз; воск, стрелы, береста, высокие шапки, рыбий клей, рыбьи зубы (моржовые клыки), бобровая струя, янтарь, выделанные кожи (юфть), мед, лесные орехи, соколы, мечи (привозные франкские и древнерусские, называвшиеся сулейманскими), панцири (кольчуги), березовая древесина, славянские рабы (от 70 до 300 дирхемов), мелкий и крупный скот.
   В источниках вместе со славянами обычно упоминаются русы. Их уверенное соотнесение со скандинавами безоговорочно принять нельзя. В составе русов можно представить лиц разного происхождения: скандинавского, славянского, вполне возможно, финского. В целом, термин русы имеет не этнический, а геосоциальный смысл. Восточные авторы пишут о русах как об отважных воинственных людях, плававших по Волге (и другим рекам) и спускавшихся по этой реке на кораблях откуда-то с ее верховьев. Они определяются профессионально как особая группа торговцев, а их поведение соответствовало характерным правилам интернационального купеческого гостеприимства.
   После 737 г. прекратилась арабо-хазарская война. В отношениях между двумя государствами наступил мирный период - часть хазар приняла ислам. Уже в 730 г. купцы из Хазарии и Дербента стали расширять торговые контакты. На северном и южном полюсах ВВП появились Итиль и Ладога. В 762 г. утвердившиеся у власти в 749 г. Аббасиды перенесли столицу из Дамаска в Багдад, в котором была развернута чеканка серебряной монеты. В пределах первой половины VIII в. ряд новых городов отстраивается в регионе Балтийского моря (Рибе, Бирка, Ральсвик, Рёрик, Павикен и др.). Почти одновременное создание череды городов на торговых маршрутах не случайно, и знаменует разворот устойчивых 'всесветных' купеческих операций. Через Ладогу проходило основное караванное торговое движение и реэкспортировались в страны Балтики до половины всех попавших на Русь в IX-X вв. куфических монет. Около 900 г. происходит переориентация исламской торговли - на смену прежним лидерам, Ираку и Ирану, выдвигается государство Саманидов в Средней Азии. Соответственно усиливается приток на территорию Европейской России саманидских дирхемов. Главнейшим транзитным центром исламской торговли с Европейским миром становится Булгар и города Булгарского царства.
   Со второй четверти XI в. в связи с истощением восточных серебряных рудников, разгромом в 965 г. Хазарии, растущим внедрением в экономику европейских стран германского денария, снижением самостоятельной военной и торговой активности скандинавских викингов, усилением с начала X в. государственного значения для Киевской Руси Балто-Днепровского пути - международная транспортная миссия ВВП снижается и приобретает все более региональное значение.
  
  
  
   Мер Чура. На чувашском 'Мăн Чур' - великий или большой Чур. 'Чура' - это титул предводителя булгарских племен из рода Дуло, правильное звучание "Джура". 'мен'- тысяча
  
  
  
  
   О проживании чувашей-мусульман в 14 веке
  
   'О чувашизмах в булгарской эпиграфике'
   М.З. Закиев описывает надгробные памятники двух видов: 1) болгар-мусульман и 2) мусульман-чуваш, и дает им название 'месельмене'. 'Надгробные памятники 1-го стиля наиболее изученные и представляют собой типичные мусульманские надгробные стелы с богатой орнаментовкой и изящно оформленной арабской надписью. Верхние кромки этих стел, как правило, закруглены или же килевидно заострены, как это делалось и в других мусульманских странах. Орнаменты и надписи на них вырезаны рельефно, в виде выступов, и тщательно загравированы. Буквы выведены затейливым почерком сульс и насх. Всего таких памятников обнаружено около 150 экземпляров. Один из ранних памятников данного стиля датирован 1244 годом. Памятники 2-го стиля представляют собой небольшие надгробные плиты, размером примерно 120х60 см, имеющие обычно грубую внешнюю отделку и короткие надписи. Они сделаны не рельефными, а врезанными в камень буквами. Кроме того, в отличие от памятников 1-го стиля, памятники эти имеют форму прямоугольника , чем напоминают древние чувашские языческие надгробия. Однако, если чувашские каменные надгробия имели на лицевой стороне лишь традиционные выемки и тамгу погребенного, то для памятников 2-го стиля характерны арабская надпись и несложный орнамент.... Ниже такой арки вырезали несложный орнамент в виде восьмилепесткового цветка ромашки, а текст эпитафии писался под орнаментом. Надписи делали всегда угловатым почерком куфи или полукуфи. Как по своей внешней форме, так и по тексту эпитафий, памятники не имеют аналогов в остальном мусульманском мире, кроме как в Дагестане. Существовали они весьма недолго: в эпоху булгарского ханства их еще не было, и появились они уже после нашествия монголов: самый ранний памятник датирован 1281 годом и самый поздний 1361 годом, после чего они внезапно исчезли и больше не появлялись. Несмотря на такое кратковременное существование, было изготовлено их очень много (описано более 200 экземпляров), что намного превышает количество одновременно изготовленных памятников 1-го стиля. Наибольшее количество их было изготовлено в 1313-1342 годах, т.е. в дни царствования золотоордынского хана Узбека. Распространены они на небольшой территории, в радиусе около 150 - 200 км вокруг низовьев Камы, а на дальних окраинах Булгарии и в других улусах Золотой Орды они не обнаружены. Находятся они, как правило, на татарских кладбищах или вблизи татарских селений, а в чувашских селениях и на территории Чувашии не обнаружены, за исключением трех пограничных с Татарстаном селений (Байглычево, Байтеряково, Полевые Бикшихи). На одних и тех же кладбищах обнаружены памятники как 1-го, так и 2-го стиля. Кому принадлежали памятники 2-го стиля? Если быть объективным, то и здесь ответ довольно простой: поскольку написаны они на тюрко-чувашском языке, значит, и принадлежат они чувашам - никто же иной не смог сочинять чувашские эпитафии... не все чуваши были в прошлом язычниками, что были среди них и мусульмане. Жили они обычно среди своих единоверцев-мусульман и после утраты своего чувашского языка, естественно, растворялись среди булгар и татар. Поэтому они не сохранились'.
  
  
  
  
   Т.А.Пушкина, В.В.Мурашёва, Н.В.Ениосова. Гнёздовский археологический комплекс.
  
   Выбор места для поселения был обусловлен ландшафтной ситуацией - широкая незатапливаемая половодьем пойма правого берега Днепра с двумя небольшими внутренними озерцами и достаточно высокая и ровная терраса, образующая два мыса на обоих берегах р. Свинец. Развитие Гнёздова происходило в период так называемого средневекового климатического оптимума с более тёплыми, чем сейчас, зимами, во время которых накапливалось меньше снега. Пойменная часть была занята лесной растительностью. Поселение раннего периода первоначально было невелико по своим размерам. Возникнув не ранее рубежа IX-X вв., оно сначала занимало отдельные участки на мысах террасы на правом и левом берегах р. Свинец, а также на территории поймы.
   В ранний период наметились зоны, в пределах которых в дальнейшем концентрируются следы ремесленного производства. Достаточно уверенно датируются 20-30- ми гг. X в. остатки построек, связанных с обработкой чёрного и цветного металлов и изготовлением бытовых предметов и украшений. С этим же временем связаны самые ранние следы 'портовой' деятельности - обложенной деревом траншеи и смолокуренной ямы в районе оз.Бездонка. Внутренняя гавань была расположена на некотором отдалении от основной водной артерии (в прошлом имела водную связь с Днепром). Вытянутая от берега озера в сторону террасы (и городища) канава могла использоваться как своеобразный 'волок' для вытягивания судов на сушу. Видимо, неслучайно в ней была найдена деревянная уключина, на верхний край которой с лицевой и оборотной стороны нанесён резной узор в виде стилизованной 'лестничной' плетёнки, указывающий на скандинавское происхождение корабельной детали. В гнёздовской коллекции деревянных изделий есть также шпангоут и два фрагмента гребных вёсел. Судя по материалам раскопок, позже центр 'портовой активности' перемещается на берег Днепра, где выявлена сложная микротопография прибрежной зоны. Центральное городище (10 век) расположено на левом берегу р.Свинец при впадении его в Днепр, на мысу первой надпойменной террасы. Крутые западный и северный склоны мыса защищены ручьём и его современной болотистой поймой, южный склон менее крут и обращён к сырой пойме и старице Днепра - небольшому озерку Бездонка. Высота площадки над поймой - около 7 м, расстояние до берега Днепра - 120-150 м (в период жизни Гнёздова IX-XI вв. река располагалась на 80-90 м ближе). Площадка городища неправильной четырёхугольной формы прорезана железной дорогой, уничтожившей почти треть памятника. Общая площадь городища - около 1 га. На плане, снятом в 1901 г., отмечена валообразная насыпь вдоль западной, северной и восточной сторон площадки, до настоящего времени вал сохранился только с северной и, частично, с восточной стороны. Ров отделяет с востока городище от остальной части поселения, расположенного на террасе. В южном конце рва расположена перемычка-въезд, которая, однако, имеет позднее происхождение. Высота сохранившегося вала - 5,2 м, ширина его основания - 17,4 м. Ширина рва - 18 м, глубина - 4 м. Селище расположено на обоих берегах р.Свинец и охватывает Центральное городище с трёх сторон. Традиционными археологическими методами, то есть на основании распространения находок фрагментов керамики и развалов очагов или печей, установлено, что дворы и постройки древнего Гнёздова занимали площадь около 16га. Из 13 га, занимаемых правобережным пойменным массивом (включая пойменные озёра), культурный слой зафиксирован на площади 2,5 га. Мощность культурного слоя на территории поймы - от 0,2 до 0,8 м (хорошая сохранность на отдельных его участках органических остатков). Мощность культурного слоя террасной части селища колеблется от 0,2 до 0,8 м, мощность слоя на площадке городища - от 0,5 до 1,5 м. Жилые постройки площадью до 20 кв.м, видимо, были срубными и ставились на грунт, а иногда на столбы-стулья. Обогревались жилые постройки очагами разных конструкций. Очаги из камня и глины площадью 3,5 кв.м, сооружённые на поверхности пола аналогичны отопительным устройствам, известным в Старой Ладоге VIII-X вв.
   Огромную коллекцию находок, найденных при раскопках поселения и курганов Гнёздова, составляют более 20000 различных предметов - украшений, предметов вооружения и быта, инструментов и т.д., выполненных из железа, медных и легкоплавких сплавов, благородных металлов, камня, глины, рога и стекла. Многие из них были изготовлены на месте, часть привезена издалека. Морфология и декор украшений, представленных в Гнёздове, находят близкие параллели в материалах Северо-Запада и Северо-Востока Древней Руси, Скандинавии, Центральной Европы, Волжской Болгарии, Среднего Поднепровья и Днепровского Левобережья. Более редкими являются изделия, характерные для прибалтийских, финских и позднехазарских древностей. Скандинавская группа украшений (более 500) объединяет такие типы изделий, как браслеты ладьевидные и проволочные с завязанными концами; проволочные подковообразные фибулы и экземпляры с пирамидальными, многогранными головками; овальные, круглые, равноплечие, дуговидные, трёхлистные и кольцевидные фибулы; литые круглые подвески с зооморфным и ложнофилигранным орнаментом; подвески-амулеты и принадлежности ременной гарнитуры.
   Гнёздово занимает особое место по числу обнаруженных золотых, серебряных, бронзовых и железных предметов, связанных с культом и магией и предназначенных для персонального ношения. Отсюда происходят почти 140 находок: железные гривны с молоточками Тора; миниатюрные щиты; гривна и амулеты в форме кресал различного размера; амулеты в виде серпов; антропоморфные изображения и наборы, соединяющие миниатюрные изображения. Это число сопоставимо с размерами всей выборки по Дании и Шлезвигу, 161 экземпляр. Среди гнёздовских амулетов есть экземпляры, полностью совпадающие со скандинавскими, но морфологические и технологические особенности значительной части находок указывают на местное их производства.
   В обработке чёрного металла представлены две производственные традиции: славянская и скандинавская. Славянская объединяет цельножелезные и цельностальные предметы, изготовленные с использованием приёмов цементации и технологии наварки. К этой группе относятся ножи, кресала, ножницы, резцы, боевые и рабочие топоры. Изделия, выполненные в славянской кузнечной традиции, составляют 42% исследованной продукции.
   Для скандинавской производственной традиции характерна сварка из трёх или пяти полос, а также вварка стального лезвия. В рамках скандинавской кузнечной технологии изготовлены бытовые ножи, косы, ножницы, гарпун и некоторые категории оружия - наконечники копий и стрел, скрамасакс и топор. Часть - продукция местных мастерских, о чём свидетельствуют находки заготовок и кузнечного брака. На протяжении всего X в. скандинавская традиция была доминирующей.
   Преобладают наконечники ланцетовидной формы в разных их вариантах, наиболее характерных для скандинавских памятников IX-XI вв., второе место по числу находок принадлежит наконечникам ромбовидной формы так называемого гнёздовского типа. Кроме наконечников стрел, на территории поселения найдены обломки нескольких каролингских мечей и несколько наконечников ножен, несколько наконечников копий, сулица, втоки, топоры.
   Приёмы изготовления и орнаментации, форма лепных сосудов находят аналогии в материалах Новосёлок и Рокота, а также некоторых погребальных памятников смешанного славяно-балтского населения культуры смоленских длинных курганов и славян лесостепного Днепровского Левобережья, что подтверждает заключение о неоднородном составе населения, сделанное на основе анализа погребального обряда и вещевых находок.
   Активное участие населения Гнёздова в торговой деятельности подтверждают находки торгового инвентаря, монет и кладов. Бронзовые, железные и свинцовые гирьки различных форм и веса и значительное число восточных ( 90%), византийских ( 9%) и западноевропейских монет происходят из культурного слоя Гнёздовского поселения и курганов. На территории Гнёздова, не считая кладов, найдено 429 монет, выпущенных с VI по XI вв. С территории Гнёздова происходят 12 кладов (10 века). Среди монет абсолютно преобладают саманидские дирхемы (10 век), чеканенные в Самарканде, аш-Шаше, Мадинат ас-Саламе, Андерабе в 20-50-е гг. X в. Небольшую часть составляют монеты Аббасидов и Бувейхидов, а также болгарские подражания.
   Топография находок монетных кладов IX-X вв. на территории Смоленской земли. Все клады IX в. обнаружены на окраинных территориях, расположенных в бассейнах Верхней Волги или Западной Двины. Клады этого времени с территории бассейна смоленского течения Днепра неизвестны, тогда как из 19 кладов X в. двенадцать происходят из Гнёздова и два - из его ближайшей округи (Новосёлки и Рокот).
  
  
   Судя по материалам раскопок, в середине - второй половине X в. в Гнёздове появляется значительная часть находок византийского круга: амфоры, поливная керамика, текстиль, стекло, монеты и другие изделия из металла. Престижные вещи отражают тягу господствующей 'варварской' верхушки к богатствам империи и достаточно высокий уровень жизни гнёздовской элиты. Вместе с тем, нельзя не заметить их очевидной связи с начальным этапом распространения христианства среди высшего слоя аристократии, поддерживающего прямые контакты с Византией (крестики, энколпионы, изготовленные в Константинополе, мастерских Херсонеса или Нижнего Подунавья).
   В двадцати погребениях Гнёздовского некрополя обнаружены предметы из Византии или с территорий, на которых ощущалось её сильное влияние. Среди них есть дорогие и редкие шёлковые одежды, поливная посуда, ларец розеточного типа, амфора. По ряду критериев, традиционно используемых для выявления скандинавских комплексов, к таковым можно отнести 17 из 20 рассматриваемых курганов. Вероятно, в них похоронены люди, принадлежавшие к кругу участников военных походов, торговых и дипломатических миссий. Об их пребывании в Константинополе говорят предметы роскоши, производство которых в Византии предназначалось не для рынка, а для потребностей двора, армии, дипломатических даров, дани. Нельзя не учитывать и тот факт, что изделия дворцовых мастерских Византии могли менять своих владельцев на территории Руси в результате дарения, грабежа или торговли.
   Вопрос о времени возникновения поселка до сих пор остается открытым. В случае, если древнейшие слои Гнездова будут датированы временем не ранее X в., мы получим весомый аргумент в пользу 'перестройки древнейшей русской истории', активным сторонником которой является К. Цукерман. Опираясь на результаты анализа как письменных, так и археологических источников, он 'переносит' время появления Рюрика на 890-е гг., а время правления Олега датирует периодом от первого десятилетия X в. до 941 г.
   Ранний этап представлен археологическими материалами весьма скудно. Небольшие пятна слоя не дают возможности ответить на вопрос о том, кто в Гнездове 'нача первее' жить. Наличие отдельных находок (лучевые височные кольца, височное кольцо 'фативижского' типа) IX - рубежа IX-X вв., связанных с роменской культурой говорит как будто о существовании роменского поселения, однако, локализовать этот гипотетический поселок не представляется возможным, а все указанные находки происходят из слоев X в. В то же время из самых ранних напластований около оз. Бездонка происходит корабельная уключина скандинавского происхождения, свидетельствующая о наличии в Гнездове выходцев с севера уже на раннем этапе поселения.
  'Среднее Гнездово' - ограничивается второй четвертью X в., доля круговой керамики в ранних объектах этого периода колеблется от 4 % до 22 %, в более поздних достигает 87 %. В этот период возводится вал Центрального Городища, начинается освоение береговой линии Днепра, здесь, как и на берегу Бездонки, сооружаются 'тверди' для подхода к воде. Финал этого этапа, вероятно, связан с катастрофическими событиями в истории Гнездова. В центральной части пойменного сектора производственные сооружения гибнут в пожаре, затем происходит нивелировка поверхности (разрушенные постройки засыпаются мощным слоем супеси), а затем происходит частичная перепланировка участка.
   На характер произошедших событий указывают заметные изменения в материальной культуре, прежде всего в керамическом материале - появляется высококачественная керамика столичного 'среднеднепровского' облика. Немаловажны также и находки ременных накладок, относимых к 'черниговскому' центру изготовления ременной гарнитуры и пирофиллитовых овручских пряслиц, полностью отсутствующих в нижележащих слоях, распространение камерного обряда погребения свидетельствуют об усилении 'киевского влияния' после середины X в. На насильственный характер этих изменений указывает выпадение целой группы кладов в 950-х - начале 960-х гг. Таким образом, археологические источники дают возможность предполагать, что в середине X в., происходит перелом в отношениях между Гнездовом и Киевом - вероятно, можно говорить об установлении прямой зависимости.
   Свидетельством упадка является мощный (до 20 см) слой аллювия, отделяющий наслоения 'среднего Гнездова' от 'позднего' и указывающий на временное запустение прибрежной территории. Однако, уже первый из строительных горизонтов, перекрывающих прослойку речных отложений и содержащий 'киевскую' керамику, насыщен объектами, указывающими на прибрежную деятельность намного более разнообразную, чем в эпоху, предшествующую 'периоду запустения'. Вероятно, на берегу Днепра постепенно концентрируются мастерские, специализирующиеся на ремонте или сооружении речных судов.
   Очевидно, что процесс включения Гнездова в новую структуру управления сопровождался переселением в район Верхнего Поднепровья части подконтрольной Киеву элиты, вместе с которой появились новые черты в погребальном обряде (камерные захоронения). Наступает период максимального расцвета Гнездова, связанный со становлением и развитием Древнерусского государства, его военной и торговой активности. Вторая половина X в. - время наиболее интенсивного использования пути 'из варяг в греки', что подтверждается значительным увеличением византийских импортов в составе культурного слоя поселения.
   Почему и при каких обстоятельствах огромный - по масштабам X в. - город прекратил свое существование в начале 11 века? Ряд признаков указывает на насильственный, катастрофический характер этого события. Во-первых, финальный горизонт содержит значительные включения угля. Во-вторых, верхняя кромка напластований гнездовского времени особенно насыщена находками, некоторые из которых, такие, например, как крест-реликварий, сложно представить случайными потерями. Эти обстоятельства косвенно указывают на то, что финал Гнездова вряд ли был мирным.
  
   Судя по материалам курганного некрополя и поселений, гнёздовское общество включало в себя группы людей, связанных с воинской службой, дальней и ближней торговлей, ремеслом и сельскохозяйственной деятельностью. В Гнёздове существовала аристократическая верхушка - хорошо вооружённые воины, в большинстве своём скандинавского происхождения. Однако среди 'преуспевающих' членов социума могли быть купцы, ювелиры и кузнецы, владельцы пахотных участков, лугов и скота, а также представители их семей. Средние по размерам и обилию инвентаря погребения принадлежали, вероятно, и рядовым жителям. Результаты изучения сельскохозяйственных занятий гнёздовского населения подтверждают гипотезу, выдвинутую шведским археологом И.Янссоном в 1997 году. Он считает, что, помимо центральной части (протогорода), в огромную по площади агломерацию поселений входили неукрепленные посёлки-сателлиты, вовлечённые в аграрную деятельность, что не исключало участия их разноэтничных жителей в ближней и дальней торговле, ремесле и воинской службе. Обилие находок скандинавского происхождения на различных участках Гнёздовского комплекса, включая многочисленные женские украшения, даёт основание говорить о миграции на эту территорию свободного крестьянского населения из Скандинавии, преимущественно из Средней Швеции. Жизнь непрерывно продолжается на небольшой площади центральной части Гнёздовского комплекса до рубежа XII-XIII столетий. Вероятно, здесь, в пригороде Смоленска, располагалась феодальная усадьба.
  
   Комм. Е. Х. - И так, первопоселенцы (скандо-русы?) появляются в районе Гнездово в конце 9 века. В 920-х годах сюда прибывает новая партия скандов, построивших укрепленный городок. В 950-х годах он был погромлен Киевскими князьями-русами и вскоре для обеспечения пути на Балтику отстроен и заселен служившими им варягами шведского происхождения. Запустение поселения можно связать с упадком международной торговли и ликвидацией нежелательного скандинавского анклава.
  
  
   'Скандинавский след' в Суздальском Ополье в археологических материалах и письменной традиции
  Галкин Т.О.
   При анализе всего массива находок было выделено 3 категории североевропейского присутствия: 1) особенности погребального обряда, 2) детали этнографического женского наряда, 3) религиозные языческие символы. Всё остальное в той или иной степени можно списать на пути передачи технологий, импорт или же иные пути появления вещей на данной территории. Безусловными маркерами также являются письменность (в данном случае руническая) и сообщения летописей.
   В последние десятилетия скандинавские исследователи ушли от прямого толкования скандинавской мифологии (саги и Эдды) к 'низовому язычеству'. И оказалось, что кажущееся нам единое монолитное 'скандинавское язычество' распадается на ряд региональных религиозных культов. В частности, почитание Тора характерно в основном для Средней Швеции и Дании, культ Фрейра сконцентрирован вокруг озера Меларен (Швеция), культ Одина же в большей степени распространен в Норвегии. Не стоит также забывать весьма компактную группу шведских (скандинаво-финских?) выходцев с Аланских островов, очевидно осуществивших масштабную единовременную колонизационную активность в район Верхней Волги (Тимерево, Петрово, Михайловское) и, в том числе, частично - в районе Суздальского Ополья и Плещеева озера.
   Среди наиболее известных категорий находок скандинавского язычества на Востоке выделяются следующие.
   1. Молоточки Тора. Подвески Т - образной формы, чаще надетые на шейные гривны, но встречающиеся в слоях поселений и без них. Для Суздальского Ополья известны следующие находки: с. Весь - 2 подвески в виде 'молоточков Тора' - одна выполнена из янтаря, вторая - из железа; с. Гнездилово - железное кольцо с 3 привесками 'молоточками Тора'. Стоит отметить, что возвращение к исследованию курганного могильника около села Гнездилово в 2020 году дало новые подтверждения для интерпретации части захороненных там как скандинавов.
   2. Глиняные лапы и кольца. Обычно их связывают с культом бобра, основного промыслового животного в IX - XI вв. В раскопках А.С. Уварова в XIX веке в Суздальском Ополье было исследовано в трех могильниках: в Шекшове, Веси и Васильках - около 10 лап и колец. В 2016 году были открыты новые находки в могильнике Шекшово.
   Культ бобра достаточно характерен для Северной Европы, но не является исключительно скандинавским. Более того, рискнем утверждать, что скорее этот культ был распространен среди автохтонного финского населения. Во многом это говорит и о том, что выходцы с Аландских островов, привнесшие этот культ в Северо-Восточную Русь, по всей вероятности, являлись финно-скандинавским субстратом.
   Долгая дискуссия по вопросу: медведя это лапы или бобра - все же решается нами в пользу бобра как пушного промыслового животного, характерного и для финнов, и для скандинавов. Учитывая одномоментное движение носителей данной традиции с Аландских островов в Окско-Клязьминское междуречье (и Суздальское Ополье), мы все же склонны полагать, что глиняные слепки лап бобра, предназначенные для использования исключительно в погребальном обряде, - это явный маркер этнического скандинавского присутствия. Не так давно в дискуссию вступил А.В. Курбатов, который на огромном массиве данных, как хронологическом (неолит - Позднее Средневековье) так и вещественном показал роль культа бобра в жизни населения Волго-Окского междуречья.
   3. 'Стерженьки Одина'. В настоящее время подобный артефакт в Суздальском Ополье обнаружен только один, однако он настолько значим, что есть смысл написать о нем подробнее. Предмет представляет собой кольцо, к которому прикреплены несколько стерженьков, интерпретируемые как жезлы. Связь с Всеотцом Битв здесь следующая: Один в сагах предстает прежде всего как архетип не Воина, но Шамана. Шамана-Вождя, чьим отличительным символом является жезл. Подобный амулет был обнаружен в культурном слое поселения Большое Давыдовское 2. Это бронзовое кольцо с тремя надетыми на него железными стерженьками. Фигурки, интерпретируемые как изображения Одина, часто несут в своих руках помимо предметов вооружения еще и 1 или несколько жезлов (фигурки из Рибе, Кунгсангена, Бирки).
   Также в Шекшово были обнаружены: ладьевидный браслет, овальная подвеска со стилизованным изображением переплетенного зверя, ножи с узким клиновидным лезвием - что, по мнению акад. Н.А. Макарова, 'отражает присутствие в этом комплексе северо-западных компонентов'
   Кресты 'скандинавского' типа. Продолжая учет предметов религиозного назначения невозможно не отметить равноконечные кресты с расширяющимися к концам ветвями стремя шариками (дисками) на концах, которые по меткому наименованию А.А. Спицина вошли в отечественную археологическую литературу под названием кресты 'скандинавского' типа. Они являются древнейшими крестами на памятниках Суздальского Ополья, проникая сюда с X века, как предполагают исследователи, возможно, вместе с варягами - дружинниками, несшими службы в Византийской Империи. В суздальском Ополье известно 19 крестов, подобного типа, найденных как во время раскопок 'владимирских' курганов А.С. Уваровым и П.С. Савельевым, так и в культурном слое поселений, обнаруженных в исследованиях последних лет. Происходят они из 11 селищ, из культурного слоя города Суздаля, и из могильника Шекшово 9. Производство подобных крестов могло быть налажено в землях Суздальского Ополья, но по всей вероятности, импульс их возникновения можно связать со Скандинавией.
   Кресаловидные подвески. Являются похожими на широко распространенные по всей Европе калачевидные кресала. 'Привеска, происходящая из Суздальского уезда (Васильки?), отличается от восточноевропейского и скандинавского материала многообразием орнаментальных приемов: серебряное поле украшения почти полностью покрыто пуансонным рисунком из кружков, треугольников и штрихов, ближайшие аналогии встречены в Гнездовском кургане, в кладе у д. Скадино, на Сарском городище, на о. Готланд и на территории материковой Швеции' (Родина, 2003).
   Щитообразные подвески. Их количество, обнаруженное во Владимирских курганах Суздальской округи, составляет на данный момент 50% всех восточноевропейских находок. Несмотря на то, что аналогии подобных украшений известны с территории Восточной (Гнёздово) и Северной Европы, находки из Владимирской земли уникальны по иконографическим данным, что, возможно, объясняется их местным производством. Во Владимирских курганах они встречены в с. Васильки, Городище, Куваево, Весь.
   В кургане у села Весь обнаружена уникальная находка - изображение человека и двух птиц. По бокам две птицы с опущенными крыльями, обращенные клювами к голове человека. Существует ряд мнений, об этнической принадлежности и смысловой нагрузке изображения: одни видят здесь восточные мотивы, другие - А. Македонского с грифонами, третьи - Одина со своими вещими воронами Хугином и Мунином. Мы склонны присоединится к последней точке зрения, т.к. аналогии этой подвеске можно увидеть в находке литейной формы из Суздаля, украшенной руническими знаками, что явно даёт понять её скандинавскую принадлежность.
   Миниатюрные топорики. Подобные целые амулеты происходят из Суздаля и селищ суздальской округи. Вышеславское 12, Тарбаево 5 и 6.
   Суздаль упоминается шесть раз в скандинавской литературе интересующего нас периода. Обусловлено это торговыми и династическими связями Северо-Восточной Руси со скандинавскими странами. 'Сага о Хаконе Хаконарсоне': 'Эгмунд из Спангхейма тоже остался и отправился на восток в Судрдаларики со своими слугами и товаром', и 'Там был также с ярлом конунг Андрес из Сурдалир, брат конунга Александра из Хольмгарда'. В малодостоверной 'Саге об Одде Стреле' Суздальская Земля упоминается в контексте правления в ней скандинавского конунга: 'Эддвал звался конунг, он правил тем владением, которое называлось Сурсдаль'. Однако наиболее информативна для нас 'Hauksbơk': '... которая называется Руссия, мы называем её Гардарики. Там такие главные города: Морамар, Ростова, Сурдалар, Хольмгард, Сюрнес, Гадар, Палтескья, Кэнугард.' Первые три города - Муром, Ростов и Суздаль - читаются вполне явно и отражают представления скандинавов о географии Северо-Восточной Руси.
  
  
   Прекрасная Пора!
  
   Начало нового века вспоминается теперь как череда приятных летних праздников и городских торжеств. Времена вольных брожений с полторашками или поллитровыми стаканами пива в руках по центру города в толпах веселящихся земляков. Кладбищенская Троица плавно перетекала на городскую площадь в День Города и, далее, - в увесистый довесок к нему - День Молодёжи... В свободные викэнды на переполненном стадионе происходили выступления залетных звезд народившегося отечественного шоу бизнеса. В общем, после тоскливого безденежья 90-х наступила Прекрасная пора - Бель Эпок!
   В такие деньки компания наша собиралась у Чижа, даже если он отсутствовал. Иногда накрывали стол, но чаще обходились легкими закусками. Тяпнув пару рюмок, шли в Народ, потолкаться, прикупить пива. В тот раз мы вышли на площадь вдвоем с Греховым. Встали в очередь за пивом внутри крытого полупрозрачного киоска, по случаю праздника установленного возле "Космоса". За нами стояла слегка поддатая особа. Мой приятель разговорился с нею, узнав имя, воскликнул: "О, его тоже Женей зовут!" - и показал на меня. Так и познакомились... В следующий раз я вышел на площадь с женой. Стояли у сцены, смотрели выступления. С другой стороны ко мне пристроилась эта Женя. "Соперница" ее не смутила, и мы продолжили наш разговор, начавшийся в пивной очереди. "Это вы чо тут! Прямо при мне сговариваетесь!" - наконец, возмутилась жена. И потащила меня домой. Моя тёзка еще некоторое время сопровождала нас чуть поодаль, пока мы не выбрались на пустынную улицу...
   Чиж на этот раз подоспел ко Дню Молодежи... Стояли на площади вблизи Памятника, сами знаете, Кому. К нашей мужской компании во главе с клоуном Чижиковым прибилась какая-то щуплая девица по имени Натаха с банкой крепкого импортного пива, которое она тянула через пластиковую соломинку. Чиж, ведя ее вдоль нашей шеренги, для прикола представлял присутствующих: "Выбирай любого! Это Блинов, у него стоит два часа!" Натаха, окинув затуманенным взором мои линялые трико и футболку, без особого энтузиазма отнеслась к данному достоинству. Надо сказать, в те годы я одевался нарочито демократично и отчасти даже небрежно, обычно, в старенькие порядком поношенные, но от того удобные вещицы. В тот раз я приятно возвышался на старомодных туфлях 80-х годом с высоченным каблуком.
   "Это Николай, - продолжил Чиж, - красавец-мужчина! Жена у него есть, но дома редко бывает". Дядя Коля тоже не зацепил сердце пьяненькой девахи, слишком длинён для ее почти лилипутского ростика. "А это Михаил, предприниматель, у него свой экскаватор!" - Седовласый Мишка, одетый в приличные брюки и чистую рубашку, выступил вперед со своим легким животиком и полу деревенским говором с неизбежным матьком приветствовал мелкую особу: "Мамка тебя, поди, заругает, придешь домой пьяная!" Наверняка он произвел впечатление на шалаву, но та, услышав критику в свой адрес, махнув свободной рукой в сторону памятника, выдала: "Да, ты для меня такой же старый как этот Ленин!" Мы все хохотали до упада. Экскаватор у Мишки, точно, был. Он получил его при банкротстве пивзавода в счет долга по зарплате. Копал траншеи для водопровода, колол огромные пни во дворе церкви.
   Музыка заиграла подходящее танго, и Чиж увлек Натаху на парный танец. Это было неподражаемое зрелище, к счастью, заснятое на видео присутствующей Женей, дочкой Чижа.
  
   []
  
  
   Серёга Вальтер
  
   В 77-ом году я познакомился с Чижом, разносторонне развитым молодым человеком, отличительной особенностью которого было то обстоятельство, что он с детства проживал в самом центре нашего городка в старинном двухэтажном особняке, одной стороной глядевшим на городскую площадь с колокольней. По понятным причинам я стал частенько бывать у своего нового приятеля. Сначала при посещении центра - в кино там сходить, или просто прогуляться по нашему Бродвею. А потом, несколько позже, уже в 90-ых, - по работе кабельщика (квартал был на моем обслуживании).
   Ближайшим соседом и другом детства Чижа был Серёга Вальтер. Немецкую фамилию он получил от сосланного к нам на Вятку отца. Схожая история и у самого Чижикова. На старых фото они во дворе в компании ребят подростков. До армии Вальтер занимался в ДЮСШа боксом, был одно время лидером центровой группировки. Вино боксёрчики не пили, с забредавших в центр города лохов брали выкуп тортами...
  
   В 80-х Чиж женился и променял родину на теплые края в низовьях Дона. Впрочем, Слободской город навещал почти ежегодно. В эти развеселые и шумные приезды, когда собирались старые друзья, я и встречал Вальтера. Поначалу он вызвал у меня настороженность. Дело в том, что Вальтер, по словам Чижа, десять лет отсидел за убийство. Вернувшись в конце 90-х, жил тихо. Пил, конечно, когда были деньги. Но вряд ли часто, не помню чтоб он где-то работал. Пару раз занимал у меня на сто грамм... Обычно он сидел у Чижа один, когда тот по приезде на родину проставлялся привозным ростовским спиртом. Серега тогда имел колоритный вид: высокий, худой, с породистым лицом и чуть седеющей бородкой.
  
   Однажды я зашел в обед. Приятели сидели уже давненько, еще до меня порядочно набрались. Чиж в разговоре, как обычно, похахатывал над своими дурацкими прикольчиками. Все знали его эту повадку, а потому терпели насмешки и дружеские подколы. И вот после очередного взрыва веселья, я успел заметить, как Вальтер тихонько прихватил со стола нож. По его лицу мне стало не по себе. "Ты, чо, Серега!? Это же Чиж, твой друг!" - успел произнести я. Вальтер очнулся, рука готовая к удару повисла, нож лёг на свое место. "Да, мне, показалось, что это незнакомый мужик... насмехается... чуть не зарезал!" - лепетал он. На другой день я узнал, что эта выпивка не прошла даром. Серега, вернувшись к себе, устроил скандал, был сдан сестрой милиции и отсидел 9 суток. Я как раз появился во дворе Чижа, когда его выпустили. Понуро шатаясь на жаре, он попросил 10 рублей на "боярышник".
   Сестра его жила под Москвой, но летом навещала брата. В один из таких приездов я провел в их квартиру кабель. Вальтер выпросил у сестры на это дело некоторую сумму, но мне выдал половину, остальное пропил потихоньку. В благодарность за работу вынес из кладовки подобранный где-то старенький портфель: "Инструмент тебе носить!" Моя очередная сумка истаскалась по крышам и чердакам. Этим подарком я потом не раз удачно оборонялся от нападавших собак...
   Окна квартирки Вальтера выходили на площадь. Вид со второго этажа открывался знатный - колокольня с часами как на картине. Летом часто случались городские праздники, народ гулял, музыка бухала так, что стекла дребезжат. В такие дни Вальтер жаловался на беспокойство приехавшему Чижу, он заметно постарел и неважно себя чувствовал, ходил с палкой. В один из приездов Чижа я узнал, что сосед совсем плох. "Надо сходить сфоткать его последний раз!" - и Чижиков удалился, оставив меня одного минут на двадцать...
  
   []
  
  
  
  
  
   2003-2018
  
  
  Рассказ пожилого человека
  
   В 41-ом отца забрали на фронт. Жили мы тогда в Чирках возле Первомайского, село это Спасом звали. Мать в колхозе работала бригадиром, у нее недостачу нашли в конце года. Увезли нас с нею в город, сидели с месяц в подвале НКВД, иногда на допросы ее вызывали. Я, помню, бегал там по коридору. Дом этот, одноэтажный, кирпичный, стоял где теперь Серый дом (администрация города), в нем потом библиотека была пока не снесли...
   Арестантов поначалу было немного, часть камер пустовала. При мне пригнали этап из Кирова, человек сто, не меньше. Набили ими стоймя впритык все камеры. Душегубка! Ночь они так протолкались, не кормили, не поили, в туалет не водили, а на утро погнали дальше на север области в лагеря. На ночевки их, слыхал, в сельские церкви запирали. Но такой тесноты как в Слободской пересылке не было нигде.
   Мать посадили, а меня отправили в детдом за Киров. Кормили плохо, я подрался с кем-то, и меня отправили под Москву. Там кормили лучше, но держали как малолеток за решеткой, работать заставляли, а мне тогда 10 лет было. Два года с лишним я там отбыл и сбежал домой. Мать уже отпустили, она меня искала, но никто не знал, где я. Отец с войны не вернулся...
   2005
  
   Витя Жуков
  
   Он жил недалеко от меня всю жизнь. Но в детстве мы встречались не часто, лишь одним летом как-то сдружились и занимались своими тогдашними делами: бродили по улице от моего дома до его, менялись вещичками. Помню, однажды я выменял у него нерабочую зажигалку...
   Затем наши дорожки разошлись надолго. Только однажды (это было уже после Москвы) он попал в нашу соседскую компанию. Пили дешевое вино. Он подсел со своим пивом и влил мне полстакана в вино. После этого мне стало нехорошо. Соседка, бывшая одноклассница, сбегала за нашатырем: " Не умеешь - так не пей!"
   Снова мы сошлись через двадцать лет, когда я стал кабельщиком. Мне надо было от ближайшей пятиэтажки провести кабель к себе домой. Примерно 250 метров. Прямая трасса проходила через домик Вити. Я постучал к нему в ворота. Он вышел как спросонья, в очках, с глупой улыбочкой. Предложил провести кабельное ТВ. Он отказался, мол, на свою антенну ловит десять программ. Я видел его антенну повернутую в сторону многоэтажки, где на крыше я установил направленную передающую антенну, с помощью которой уже несколько месяцев контролировал работу сети. Витя жил рядом, и потому видел часть каналов неплохо даже на простую антенну. Сказал, что скоро халява кончится: "Как проведу себе кабель, отключу передачу!" Он засуетился и вскоре дал согласие провести линию через его чердак. Но с условием, что абонентную плату не станет давать.
   Собрали деньги на кабель с пяти соседей, включая меня и Витю, и недели через две в сентябре 98-го работа закипела. Подключали своими силами в выходной день.
  
   Витя жил один в маленькой комнатке с окошками в огород. Его мать недавно умерла. У него был домашний телефон. Через дырку в потолке спускался провод с разрывом: "Отключаю чтоб не мешал спал". Спал он до часу дня, смотрел ночные программы по нашему кабельному ТВ. У меня тогда своего телефона не было, в дом проводили по длинной очереди, а мобильных еще не придумали. Поэтому я почти каждый день стал наведываться к Вите. В хорошую погоду он сидел перед домом на лужайке, окликал меня, вечно спешащего по работе. Вскоре я сам стал открывать его запор, проходил по вечно заваленному дровами дворику, нырял в дверку черного хода, и через пристрой пробирался вверх по небольшой лесенке прямо к нему в комнату. Витя обычно валялся на кровати, но спал не крепко, скорее, просто лежал.
   Моя бесцеремонность кабельщика иногда его донимала. Как-то он спросил: "А ты знаешь, что я шизофреник!" Я догадывался, но не знал, что всё так плохо. Витя ежедневно принимал какие-то таблетки. Но много курил. А раньше и выпивал до белой горячки, с чего и началось его знакомство с психиатрией... Однажды он показал мне свой дневник. Аккуратным почерком, он в молодости учился в техникуме, Витя записывал свои ежедневные дела. Наверно, вести записи ему рекомендовали врачи. По характеру ведения дневника можно судить о состоянии больного. Впрочем, последнее время он его забросил.
   По его словам, каждый год Витя исчезал на месяц или два. Когда он чувствовал себя хуже, сам вызывал скорую и его препровождали в Кировский санаторий. Случалось такое от запоя, в который он, все-таки, иногда сваливался. Однажды я встретил его пьяного на улице, он нес что-то про знакомую бабу... Но в тот период нашего близкого знакомства этого не происходило.
   Я стал привлекать Витю к работе. Обычно он помогал мне подключать частные дома, держать второй конец подвеса. За три или четыре часа выдавал ему небольшую сумму, примерно, в размере бутылки водки. Он тратил ее на сигареты. Потом, когда пенсию прибавили, его интерес к этому делу пропал. Пару раз мы возились с тарелками на крышах пятиэтажек. Бетонировали основание, таскали наверх песок и цемент. На жаре он тогда заметно выдохся.
   Немалых трудов мне стоило уговорить его сделать тайный отвод от его телефонной линии ко мне в дом по уже проложенному телевизионному кабелю через разделительные фильтры. Опасался проверки и штрафа. Но я обещал ему немного приплачивать каждый месяц и он согласился. Эта связь прослужила около года пока шеф не выделил мне радиотелефон. Заходить к нему я стал нечасто. Строго в условленный день Витя являлся за платой ко мне домой...
  
   Последние годы я видал соседа лишь изредка, когда пробегал мимо его дома. Издалека бегло здоровались, обычно, я отказывался от приглашений зайти. Однажды от его брата узнал, что он скоропостижно умер от рака легких.
  
   2018
  
  
   Человек с парабеллумом
  
   Познакомились мы еще в самом начале 80-х, когда я увлекался иностранной музыкой и дискотекой. Помню, кто-то дал адрес, и в условленный час я зашел в пятиэтажку на Набережной. Он тогда учился в Кирове, и потому, имея больший, чем в Слободском доступ к пластинкам, привозил что-то для перепродажи. Цену предложил немалую, но я, всё-таки, взял всё еще популярный тогда альбом квинов "Ночь в Опере". Подержав с полгода, сдал по той же цене 70 рублей молодому соседу-меломану. Тот потом похвалился, что загнал этот диск за сотню! Мне так спекулировать было нельзя, - стоял на заметке у чекистов и следоков...
   Наше знакомство возобновилось только в 90-х. Как-то в июльский денёк он заявился ко мне домой: "Помнишь меня?". В сетчатой авоське покачивалась трехлитровая банка с пивом... Оказалось, что у него погиб семилетний сын, утонул... Я как мог постарался поддержать человека и отца, разговорить и отвлечь... Погода шептала, мы сидели на скамеечке у меня под березой, перебирали разное, уже и не вспомнить что. Такие ни к чему не обязывающие посиделки происходили с той поры в течение десятка лет...
   Он был грибник, любил бродить по окрестным лесам. Не раз звал меня, обещал показать места, но я к той поре уже утратил тягу к лесной романтике. Последний раз ездил за грибами на мопеде примерно в 91 году. Грехов тогда случайно купил в наших "Культтоварах" ИЖа с коляской, что в годы тотального дефицита и талонирования было редкой удачей. Первые года три гонял на нем и за грибами, и в Киров, доставляя Чижа к поезду. В тот раз я увязался за его мотоциклом на своем красавце-мопеде. Было жарковато, не обкатанный движок перегревался через каждые 7 км, приходилось отдыхать. Так и ехали на двух моторах с женами до Совья и немного дальше. Технику оставили на опушке, а сами ушли собирать грибочки. Часа через два я с содроганием вернулся, издалека моего коня совсем не видать. Но, слава богу, не утащили, стоит нетронутый!
   В общем, с грибным человеком я так и не побывал в лесу. Зато несколько раз он провел меня по своим городским маршрутам. Мой знакомый пил исключительно пиво, которое звал квасом, но в большом количестве. Впрочем, выглядел подтянуто. В поддатом виде нес околесицу, что он по происхождению немец. Черты лица, действительно, чем-то напоминали фрица из наших фильмов про войну. Но фамилия явно вятская. Надо заметить, что когда однажды в наш городок заехала делегация из Германии (показали по местному ТВ), внешность немцев напомнила мне моих старых знакомых. "Вот этот, - говорю я Чижу, - похож на Зянкина! А этот на Живухина! А таких баб - половина города!" Тот с сомнением пригляделся, но потом согласился: "А точно, что-то есть, только дороднее!"
  
   Пару раз мы торчали с ним в пивняках. Мне такой опыт хождения в народ малознаком. Пивнушки в советскую и раннюю постсоветскую пору представляла собой деревянный обшарпанный сарайчик с народным названием типа "Голубок", "Ручеёк" или "Яма". Вдоль стен у высоких столов-прилавков с пустыми кружками, нечистыми тарелками и лужицами пива притулялись парочки мужиков, они молча или под негромкое воркование выпивали свою дозу. Для закуски продавали соленые сушки или бутерброды с килькой. За стойкой с краном возвышалась пухлая буфетчица... Видимо, он никуда не спешил, предложил прогуляться. Погода осенняя, холодно к вечеру. Зашли погреться в знакомый ему теплый подъезд. Расположились на широком подоконнике, поговорили еще с полчаса пока сверху не послышались шаги, пора уходить...
   Разговор обычно шел на интеллектуальную тему. Мой приятель много читал, наверно имел неплохую библиотеку доставшуюся от покойного отца. Сыпал знакомыми мне понаслышке именами: Камю, Сартр... Один раз, после того, как он бегло просмотрел мою тощую книжную полку, мы даже сменялись книгами. "Интересно, у меня точно такой же Арциховский!" - заметил он знакомый переплет.
   Однажды я предложил ему свою статью про город недавно опубликованную в местной газетке. Сам я в это время занимался обычной тогда работой - строгал во дворе доски для затянувшегося на годы ремонта дома. Гость примостился рядом на корточках среди стружки, и неспеша прочел со вниманием, особенно ему понравилась фраза о "народах и народцах". Оказалось, что и он пишет рассказики, всего уже сто штук. Я попросил показать, и вскоре он принес папку с рукописными листами. Я бегло прочел начало, ничего не понял, какая-то философия. Но свои сочинения он мне не оставил, неожиданно забрал, когда прощались. Потом я предлагал разместить рассказы в интернете на моем сайте, но автор не поддержал идею, узнав, что ничего за это не поимеет...
   С полгода его не было. Оказалось, заядлого грибника укусил заразный клещ, валялся три месяца в больнице, но выжил, теперь оформляет временную инвалидность. Работал он в ту пору сторожем, а может уже вообще не работал. Во всяком случае, считал копейки, жил давно один, выплачивал алименты. Получив нежданный пенсион, явился ко мне радостный, но опираясь на посох. "Палка для видимости, я и без нее могу ходить, но надо делать вид, а то пенсию не продлят" - и, помахивая тросточкой как Чарли Чаплин, сделал перед моими воротами веселые антраша. Впрочем, с каждым разом его жалобы на здоровье усугублялись, и палка стала привычным атрибутом.
  
   Отчего-то он всегда появлялся некстати. Или слишком рано, или поздно. Притом почти всегда, когда мне вовсе не хотелось пить. На сей раз, он был трезвый и без пива, а значит совершенно на мели. Ничтожная пенсия, полученная после укуса заразного клеща, ушла на текущие платежи и алименты, а работы сторожа он давно лишился. Только 20 рублей могли спасти моего старого знакомца на ближайшую пару дней: "Всё подсчитал, куплю хлеба и подсолнечного масла маленькую бутылку, в девятом видел". Предложил взять у него на выбор старые ножницы, (такие теперь стоят 300 рублей!), или тугие пассатижи, или хотя бы баночку из-под импортного маргарина напичканную худосочными гвоздиками. Встречное предложение - сменять гвозди на два десятка пустых бутылок - было встречено с тоской: "Надо мыть, нести сдавать..., может, стакан своего масла нальёшь...". Но другого варианта я не смог предложить. Кое-как обтерев бутылки тряпкой, извлечённой из сумки, он удалился.
   Назавтра явился весёлый, с двухлитровой бутылкой пива в пакете. Помахивая веером из грязных бумажек, присел у моего верстака и как всегда едва различимым голосом начал свой рассказ. "Сегодня четверг, - подфартило слегка... Во втором часу по привычке прохожу мимо бани. Вижу, мужики за столом возле пивбара кучкуются. Дело будет, думаю...
   Ставят по червонцу для начала, пока не завелись. У меня как раз после вчерашних твоих бутылок один остался - на масло, всё равно, не хватало. Трое в тельняшках, - молодёжь, - уже поддали после бани, таких только и брать. Я - трезвый как собака, а вчера ещё и голодный был. Подсел, смотрю... - "Будешь?" - спрашивают. Я очки снял, глаза протёр и руку вперёд выставил. Всех троих сделал не по разу. Ставки по полтиннику были. 230 снял. Они протрезвели, вижу, отпускать меня не станут. Но я не дурак, прежде чем к ним садиться, договорился с одним в баре. Мигнул - он хай поднял, мол, менты идут. Разбежались. Мужику пришлось на пиво дать пару червонцев. А так они бы меня замучили втроём-то. Квасить будешь?"
  
   Как-то он пришел ко мне с затаенной мыслью в глазах. Я сидел за компом и что-то начикивал по истории, вернее, с появлением гостя, лишь делал вид, что начикиваю. "Завидую я тебе!" - "Чему тут завидовать?! Развлекаюсь от нечего делать!" - ответил я. Неожиданно он завел такой разговор: "От отца с войны лежит парабеллум... Продать бы его кому, и патроны есть, проверял, работает..." Я оставил комп и повернулся к нему, внимательно глядя в лицо. Иметь такую игрушку мечта каждого мужика, но вещь опасная, да, и не дешевая верно, особенно при моих доходах. "В квартире у меня бывают разные люди, закопал в лесу под деревом" - отвел он мое невольное желание взглянуть на изделие. Я пообещал предложить кому-нибудь из серьезных людей, но, поразмыслив, не очень упорствовал в этом дельце. Поэтому когда он снова зашел, я проигнорировал немой вопрос, а он сам не начал разговор на эту тему.
   Прошло лет десять. Более он не появлялся. Жив ли, нет - не знаю. Парабеллум, скорее всего, до сих пор лежит закопанным где-то в лесу...
  
   2005-2018
  
  
  
   Коля Сивков
  
   С Колей я познакомился на тогдашнем увлечении продвинутой молодежи иностранной музыкой. Произошло это при забавных обстоятельствах. После школы я несколько лет не жил дома, поэтому, когда вернулся на родину был в поисках новых знакомств. Поначалу многие принимали меня за чужака, и относились настороженно. Способствовало этому моя правильная литературная речь с московским акцентом и нетипичная внешность. Но я этого не сознавал. И вот, разговаривая с Колей (он зашел ко мне домой послушать музыку), я предложил ему рассказать о местных меломанах. При этом по глупости прямолинейно обещал заплатить за информацию. Тот смолчал, но, как оказалось, сделал свои выводы. Поэтому когда недели через две мы с Димой постучали в его дверь, Коля грубовато отказал впустить меня к себе. Я ничего не понял... Лишь полгода спустя, когда я сблизился с Чижом и тот рассказал обо мне своим друзьям, Коля повинился за тот случай. Мы сидели у Чижа в яме под сценой, немного выпивали. "Я решил, что ты стукач! А ты просто искал с кем дисками меняться!" Коля и Чиж еще со школы были в одной компании одноклассников. Дружеские отношения продолжились после армии. Я в их компанию не входил, но познакомился со всеми.
  
   []
  
   Компания Чижа в 78 году. Коля крайний справа.
  
   Потом Чиж уволился из ДК, женился и уехал. С Колей я встречался изредка, пару раз бывал у него дома в 90-х. Он тогда жил со второй женой, богатенькой и ворчливой. Однажды я зашел к нему с подругой, принес крепкого пива, и он развлекал нас разговором и рок-концертом с видеомагнитофона. В 2000-ом его супруга, привычно ругавшая мужа за безделье и пьянки, купили новую квартиру. С Колей я чаще встречался дома у Чижа, когда по приезде на родину он собирал старых друзей. Точнее, они сами собирались, проведав благую весть. Приманкой был спирт, неизменно привозимый Чижом в двух полторашках. Его хватало почти на неделю. Я заглядывал в обеденный перерыв. В этот раз хозяин "шинка" был не в духе, ворчал на Сивкова: "Приперся в семь утра, начал мерить комнату от порога до бутылки!" Чиж тогла намеревался сделать реконструкцию жилища, Коля прикинулся плотником и обещал помочь. Но аванс оказался маловат, и оттого он тосковал без полного удовлетворения. Я сходил с ним в ближайшую рюмочную, угостил стопкой.
   В общем, "абсолютный левша" порядком поднадоел Чижу. Он стал отшивать докучливого гостя. Сивков к той поре стал вечным хвостистом и безработным со стажем. Днем он обычно слонялся по городу в поисках опохмела и дружеского расположения. Я не раз видал его в окно разбавляющим спирт на уличной колонке. При нашей последней случайной встрече немного поговорили. Он сообщил, что получил инвалидность по зрению, и теперь что попало не пьёт, только рябиновую настойку или степной аперитив. Надо заметить, Коля всегда был сильно близорук и носил очки. Отслоение сетчатки он получил в драке с боксерами. Вообще, Коля был крепким парнем, - спортсмен, кандидат в мастера по конькобежному. Это он в тот памятный вечер 6 августа 78-го подошел к ментовской машине, и пытаясь разглядеть притихших внутри оперативников в касках, прислонил ладонь ко лбу и крикнул: "Мужики, чо вы там сидите!? Выходите!" После чего машину раскачали и она повалилась на бок...
   В очередной приезд Чижа мы узнали, что Коли уже нет. И немного загрустили. Люди из нашего прошлого уходили один за другим. Родной город постепенно наполнялся незнакомыми чужими лицами.
  
  2018
  
  
   Гитара на стене
  
   Приходил старый знакомец Данил. Он моложе меня на 20 лет, но когда-то мы были в близких отношениях. Об этом можно долго говорить... Он пришел с новостью: развелся с женой. Она у него какая-то баптистка, - вот зачем он с ней связался, меня не спросил!?. Вероятно, хотела вовлечь и его в секту, но не на того напала. Паренек (теперь уже мужичина) чуток не от мира сего. Его родители культурные люди, музработники, учили его играть на пианино, а он после школы пошел учиться на машиниста электровоза (романтика дальних дорог), но машинистом за низкую успеваемость не стал, получил бумагу ремонтника. Работает теперь в самом жутком цехе на фанерном. Но подрабатывает настройщиком инструментов. Между делом (мой сын скачал ему музыку) настроил гитару моей жены. Эту гитару она выпросила в подарок через пьяные слёзы. В школе она училась играть (сейчас уже всё забыла), но свою гитару мать ей тогда не смогла купить, - дефицит, хоть тресни. Наконец, за 50 р. ей купили электрогитару. Но без усиления она еле слышна, а подключать к домашней технике - морока (меня тогда не было). В общем, к очередному дню рождения выревела она мечту своего детства. Но играть так и не научилась, пару раз побренчала и бросила, сославшись, что надо настраивать...
   Данил, повертев гитару так и сяк, сказал, что гитара плывет, ее надо каждый раз поправлять. Еще он поведал, что теперь воюет за сына Матвея. Жена не хочет чтобы они встречались: "он не твой, мне его бог дал"!. Родила второго от своего брата по вере. Занята с ним, поэтому разрешает Данилу встречать сына из садика. Он скоро засобирался - едет к своей старой любви. Видал ее, катались они на машине, шестерка от отца. Я ему сразу сказал, что с плохим характером девица: проводил им по квартире кабель, придиралась не по делу. Теперь вот опять его смущает. Любовь зла. Как он ушел - так я гитару обратно на стенку повесил. Счищаю с нее пыль раз в год...
  
  
  
  
  
  День рожденья Людки
  
   Эта пятница уже с утра набухала недобрыми знамениями. Сначала по телевизору в Москве ни за что пристрелили двух ментов, прибывших на место банальной, как им казалось, бытовой ссоры. Затем там же двое военных не правильно отвинтили что-то у 700-килограммовой ракеты списанной на запчасти, и погибли. Потом пошли сообщения про пожары и другие напасти...
   А в 4 часа подъехал Живухин: "Поехали, надо немного поработать! Садись, сначала побазарим. Уезжаю 2-го в санаторий, вот, дали путевку, и для Людки есть. Ну, на 9-е приеду в Слободской, потом еще вернусь доживать в Нижне-Ивкино три недели. А пока надо сегодня машину сдать на стоянку, вот список запчастей, прикупить поможешь. Но сначала надо в сберкассу заехать, денег снять. Посиди пока, посмотри, узнаешь штуку? Теперь такие делалают, заказов уже набралось штук шесть, зря не хочешь подработать..." После потери своего кабельного ТВ бывший шеф увлекся новым бизнесом, - установкой небольших тарелок для приема телепрограмм.
   Помотались с ним по магазинам пару часов. По пути взяли с собой "вечного раба" и халявщика Мясо, и уже в темноте с бутылками пива и водки забурились на новую квартирку Живухина, - небольшой закуток с печкой в старинном доме на Володарского. Его новая сожительница работала, а пока мы в троем устроили небольшой мальчишник. Мясо после пары рюмок ушел играть на компьютере, а мы продолжили полупьяный дружеский разговор...
   - Я уважаю всякие пряности, - рассуждал шеф, подкладывая мне для закуски пахучие листочки и веточки... - Не лишай нас нашего светлого капиталистического прошлого! - с тоской он вспоминал свои веселые 90-е. Разговор как-то вдруг перешел на божественную тему. - Церковь эта проклятая, сатанинская! Её одну при коммунистах не закрыли!
   - Ты, знаешь, что-то подобное я слышал от своей бабушки. Но дело не в здании, вся русская церковь была под контролем властей, и, не похоже, что они переменились вдруг. - Я уже изрядно приложился к бутылке водки 0,7 литра, сам Живухин перешел на крепкое пиво. А потому на глазах раскисал и под конец съехал на пол, и продолжал свои разговоры уже оттуда. Почему я всегда должен платить за всё!? - сокрушался он...
  
   На другой день часов в 10 утра у моего дома настойчмво двукратно прогудел знакомый сигнал. Мой бывший подрулил и нетерпеливо высунулся из окна. Поручкались, рядом сидел Димка, на заднем сиденье его симпатичная молодая жена.
   - На хрена так делать!? - сразу огорошил меня Живухин.
   - ?!
   - Ты знаешь, что я всю ночь в реанимации в коме был?! Кололи всю ночь, только оттуда. На скорой увезли. Мог и не проснуться! Еще не опохмелился.... - добавил он, отвинчивая пробку.
   - Да ты, вроде, похож на живого, - оглядел я лицо шефа.
   - Похож! Живучий просто. Людка с работы пришла, а я лежу на кровати и не дышу! Хорошо скоро приехали. Вторую-то бутылку (водки) надо было подальше спрятать. У меня сахар в крови упал.
   -Я когда уходил, ты силел на полу в кухне, вроде не больно пьяный был, - начал оправдываться я. - В бутылке оставалось грамм сто. Мясо на компе играл, ты его помнишь ли, пивом облил, он и обиделся чуток. Это тебя с пива почело! Ты всю полторашку выпил, кроме двух полстаканов, что в Мясо плеснул...
  
   - Собирайся, поехали! Ты ведь на крючке у Кологовой сидишь! - переключил он разговор.
   Его бывшая приживалка Жанна оставила по себе плохую память, набрала кредитов и долгов для развития своего торгового дела, а когда оно занеладилось, смылась в неизвестном направлении. Одним из поручителей в ее последнем кредите был и я. По просьбе шефа я пошел на это сомнительное одолжение. И теперь он чувствовал свою ответственность и всячески старался поправить положение. Приставы приезжали ко мне домой для описи имущества. Другими товарищами по несчастью оказались брат Жанны, ее мать и ее подружка. У последней была машина, а потому уже начали вычитать из зарплаты.
   Заметив моё прохладное отношение к этому призыву, он скорчил средним пальцем "фак" и продолжил.
   - Поехали Димке квартиру смотреть! Они свою двушку продадут, ее долю пустят на кредит, а сами с матерью разъедутся, поищем им недорогое жилье! - Шеф взялся за устройство проблемы.
   2004
  
   Старики-разбойники
  
   Холодным июнем 2014-го Чижа потянуло на родину. Интерес подогревала сваленная ветром береза возле моего домика. Она всегда стояла и была уже довольно большой в моем детстве. По семейному преданию посадил ее в 1917 году мой дед, ему тогда было двенадцать лет. Если быть точным, то посадил он тогда три деревца, но одно из них пришлось убрать во время войны - дрова нужны, да, и слишком близко оно выросло к стене дома. Полусгнивший пенёк от него я хорошо помню... Две других березы росли поблизости и, в конце концов, срослись в нижней части. Так что издалека стали как одно дерево с двумя стволами. Мужское и женское слились в одну семью. К березе мы так привыкли, что почти не замечали. Только приходившие гости удивлялись ее неохватному могучему стволу и любовались мощной кроной, уходящей в синее небо. В 90-х на нее забирались мои друзья, когда помогали ставить антенну. Я любил в грозу стоять на крыльце, любовался ураганным ветром и ливнем. Береза стояла несокрушимой скалой. Лишь иногда с нее падали посохшие ветви.
   Но старость неизбежна для всего живого. Однажды в 2004 году разросшееся ввысь и отяжелевшее дерево во время очередной грозы с ураганным ветром раскололось в нижней части, стволы разошлись и стали каждый сам по себе. И началась наша Беда. Приближение каждой грозовой тучи стали ожидать с тревогой, так как в момент первого самого сильного порыва стволы расходились и разворачивались, обнажая нутро. Однажды это увидел Чиж, ужаснулся, и потом частенько поминал, пугая меня и домочадцев: "Упадет на дом, крышу новую раздавит и вас всех!"
  
   Кое-какие меры пришлось принять. За два сезона с помощью ножовки и хитростей опилили нижние боковые ветви, одна была толстая как бревно. С помощью нанятого за бутылку водки лазунчика (молодого соседа Живухина в его новом жилище на Володарского) связали стволы стальной проволокой. При сильном попутном ветре береза начала угрожающе скрипеть. Убирать ее становилось жизненной необходимостью. К счастью, период ураганных гроз прошел, и года три было затишье... Это случилось неожиданно в начале июня 2014-го. Гроза пришла уже под вечер, сильный порыв с севера поднял пыль и зашумел ветвями. Сквозь него послышался треск, но за новыми окнами не столь сильный. В окно я увидел упавшие на сарай ветви. Сын вернувшийся с крыльца сообщил: "Папа, с березой не ладно!" Один ствол уцелел, а второй сломило на высоте как раз по месту перевязки проволокой, и пять березовых бревен аккуратно легли на дровяник, где в это время укрывался от грозы наш Рекс. Сарай устоял, только шифер пропал. Надо сказать, что два основных ствола идущих от земли на высоте примерно семь и десять метров соответственно ветвились на несколько более тонких стволов. Вот они и переломились в основании. Сломилось женское дерево, оно чуть ниже, но толще в нижней части. Из шести его верховых стволов уцелел один. При этом один из пяти упавших стволов-брёвен лёг прямо на край крыши крыльца, выходить из дома было страшновато. Пока мы сидели в нерешительности, входит родственница Наташа. Она прошла через калитку в огороде во двор заваленный ветками, не заметив нависшей опасности над входом.
   Начали звонить всем кому можно. МЧС и в администрацию. Толку никакого. Дерево стоит не на земле города. Коммуникации не повреждены. Сами разбирайтесь! На другой день с утра снова начали искать концы. Прибыли электрики и спилили уцелевшую ветвь, она нависала над их линией. В огороде вершины веток завалили помидоры. Я с помощью ножовки стал разбирать завал, сильный от жары запах березового сока опьянял. За 5000 рублей нашли бригаду убрать упавшие на сарай и двор деревья. При этом был окончательно переломан шифер на крыше. Дня три мы ликвидировали последствия, пилили на дрова, уносили тонкие ветви. Осталась проблема: что делать со вторым деревом? Раньше в паре они как-то держали друг друга с помощью проволочной связки. Теперь эта страховка уже не работала, уцелевший ствол клонился в сторону дома (в полутора метрах от стены!). Около двух недель искали, кто бы отважился убрать это дерево. Местные заламывали цену или отказывались: близко к дому и провода. Взялась кировская фирма "Киров Клининг". Приехал шеф, выписал квитанцию и взял аванс 5000 р. На другой день после долгих проволочек и телефонных переговоров прибыл кран. Толстый крановщик нервничал, ожидая "бригаду" почти три часа. Наконец, приехал шеф, но привез он лишь одного человека! Это оказался уже не молодой профессиональный альпинист. Отключить электролинию проходящую вблизи дома электро контора отказалась (у них договоры с соседними магазинами). Пришлось работать под напряжением. Стрела крана протянулась чуть выше проводов. Крановщик и альпинист показали класс (в помощь им в качестве стропальщика вызвал сына). Сначала верхолаза подняли краном до середины высоты дерева. Там он привязался сам и прицепил один из стволов к тросу крана. Затем отпилил его небольшой пилой, болтавшейся на его поясе. Крупная ветка повисла на тросе и, покачиваясь, поплыла вверх и вбок. Спиленные ветви сгружали посреди улицы, пару во дворе. Последние четырехметровые бревна были особенно толстые. Потом я их измерил, оказались до 75 см в диаметре. Мы с мамой наблюдали из огорода, она всё время молилась за наших работников. Дальше была уже наша работа: пилить на дрова, колоть, убирать мелкие ветви и листву. Наверно неделя ушла на это. Березовых дров хватило на два с лишним года. Березу, конечно, жалко очень. Была она самая большая в городе. Немного до ста лет не дотянула. Двухметровый пень остался стоять на своём месте. Осенью вокруг него буйно растут рыжеватые грибы...
  
   []
  
   К приезду Чижа результаты стихии уже были ликвидированы. Второй ствол после многодневных поисков смельчаков, был также убран. Сделали это за скромную плату в 15 тысяч виртуозы из Кирова, крановщик-толстяк и верхолаз с бензопилой под руководством бандитского вида молодца из фирмы "КК".
   Чижу оставалось только показать мастер-класс по колке березовых чурок в 70 см диаметром.
   Но это было уже позже, а по прибытии, распив немного привезенного самогона, Чиж потащил меня к Грехову. Навестить больного товарища, может в последний раз, наслышавшись о его состоянии.
   Грехов встретил нас как всегда голым по пояс с нетвердой походкой: О, Чиж! На кухне выпили и поговорили, Чиж заводил разговоры про молодость, но хозяева сидели хмуро, прошлую свою жизнь помнили с трудом, и мы вскоре удалились.
   Темнело, после дождя на тротуарах стояли лужи с грязной водой, поэтому шли по проезжей части. Повернули с Гоголя на Вятскую к центру. И тут перед нами тормознула полицейская машинка. Я сразу сообразил, хотят штрафануть на 500 рэ. Учитывая наше легкое поддатие и некоторое вольнодумство, могло выйти и хуже... Я свернул в кусты, полицай выскочил из машины и окрикнул, но я уже дал стрекоча, сзади раздавался топот ног. Укрылся в кустах за гаражами, вскоре протопал кто-то похожий на моего товарища. "Чижман, ты ли?!" - окликнул я... С опаской мы вышли во двор приютившего нас дома, засады не было. "Он меня за руку схватил! А я говорю, чё ты держишь?! Молоденький такой полицай, не ожидал наглости, выпустил..." Зашли к Чижу и посидели еще немного, припоминая забавные моменты происшествия.
   2014
  
  
   Поход за славой
  
   Еще в 80-ых я стал интересоваться древней историей, поначалу только домонгольской Русью. С книгами в ту пору было негусто, кое-что малодоступное добывал Липатников, также увлекшийся древностью. В противовес официальным советским историкам в прошедших цензуру источниках мы выискивали свидетельства в пользу сторонников "норманнской теории".
   Потом началась перестройка и политические перевороты 90-х, в общем, к древней истории я вернулся только с появлением компьютера и интернета в 2002 году. Когда появилась возможность, я завел сайт, а потом и другие средства для распространения своих сомнительных взглядов и гипотез.
   В 2009 году мною была развернута оживленная дискуссия в теме "Вятка -родина казачества" на портале "Наша Вятка". Мои оппоненты обвинили меня в фальсификации истории. Возглавил борьбу краевед Мусихин, организовавший в начале 2010-го в кировской Герценке собрание на эту тему. Интересно, что мою фамилию там почти не упоминали, хотя сведущие отлично понимали против кого направлено остриё противников "фальсификации". В результате мероприятие закончилось пшиком, присутствующие переругались между собой. Негласно было принято решение замалчивать неугодные мысли и факты. Думаю, наибольшее раздражение вызывают собранные мною свидетельства о довольно позднем основании Хлынова и существовании города Вятки в другом месте. К этому можно добавить мои версии начальной истории крестных ходов на Вятке, а также событий связанных с монгольским завоеванием и причин возвышения Москвы.
   "Нашу Вятку", давшую приют моим вольным мыслям, закидали спамом, пытались оказать давление на владельца. В результате, посещаемость упала, хозяин перестал делать обновления. Сейчас сайт в запустении, но самый популярный форум "Вятка - родина казачества" продолжает висеть... Чего не скажешь о "Вольной Станице" с аналогичной темой: казачьи админы удалили большинство моих постов... В 2012 году меня пригласили вести блог на сайте "Вятского Наблюдателя", и мне удалось через него познакомить со своими взглядами более широкую аудиторию. Правда, после недавней смены руководства доступ к моим заметкам стал затруднителен, а перерегистрация маловероятна... Сейчас начал вести блог на портале "Родная Вятка", посмотрим на реакцию...
   Изредка меня публикуют местные слободские газетки. Первая статья 2002 года - "Под сенью Ильича" в Скате - уже стала классикой. Кое-что удалось разместить еще в 2005 году на старом сайте Слободской библиотеки им. Грина.
   В 2015 году побывал на конференции по истории города, организованной администрацией города и дирекцией Машстройзавода. Надо сказать, человек я не публичный, со времен дискотеки "Звуки Времени" не выступал перед людьми, да, и не стремился к этому (если не считать пение в кафешках под караоке "Гоп-стоп" и "Вези меня, извозчик"). За месяц до того состоялась наша ознакомительная беседа с директором Забарным. Часа два, прихлёбывая чаёк, загружал его своими идеями. Под конец, на предложение поучаствовать в конференции, как бы размышляя вслух заметил: "Подвести итог своим десятилетним трудам..." - "Ну, это еще рановато!" - парировал директор, но я тогда уже знал, что ничего нового более не придумаю... В общем, я согласился сделать сообщение. Правда, были выдвинуты некие условия: религии не касаться, и никого особо не поносить. Я заверил, что считаю себя верующим. Обещанное предварительное неформальное общение докладчиков отчего-то не состоялось. Хотя в целом впечатление о мероприятии и самом директоре положительное.
   Середина марта, днем греет солнце, бегут ручьи, к вечеру подстывает... Подкатил к проходной на такси. Перед началом потолкался возле раздевалки, пытался заговорить с прибывавшими известными личностями, впрочем, малоуспешно, меня никто не знал. Поздоровался с кировским краеведом Уховым, для затравки разговора несколько бестактно спросил, почему не видно его новых работ. Он ответил, что кое-что пишет. Поговорил с книголюбом Рогожниковым. Для начала справился о его самочувствии, слыхал, что он болел после недавней кончины матери. Разговор зашел о булгарской летописи. Он не признавал ее подлинности. Я спросил, а читал ли он ее! Оказалось, не читал. Я опять нетактично сострил: "Пастернака не читал, но скажу!" Наверно это ему не понравилось... Еще успел переброситься парой фраз с краеведом Рашковским. Он выразил удивление: "А вот, как по вашему, почему в Слободском такой интерес к истории Вятки?" Я в ответ брякнул, мол, в наш город последние десятилетия съезжалось население бывшего Слободского уезда. Генетическая память. Тогда как в Кирове много пришлых. Он улыбнулся и смолчал, - судя по фамилии, сам был не вятский.
   Я выступал после первого перерыва, читал с планшета, пытался хохмить (посмотрим, что я тут нафантазировал), сократил начало доклада, прошелся по присутствующим. В частности, когда говорил, что население Вятки той поры в этническом плане могло заметно отличаться от славян, а потому, возможно, напоминать так любимых Сергеем Павловичем булгар. На что Серкин с первого ряда буркнул: "С чего это они мои любимые!?" А главе города, вслед за сообщением булгарской хроники, шутя посоветовал обзавестись палками-булавами в качестве атрибутов власти слобожан.
  
   []
  
   В перерыве избранную публику ожидал приличный стол. Я сел рядом с директорами напротив мера и попов. Шел пост, обедали без мясного. Начало трапезы затянулось, стоя ожидали совершавших молитву священников. Затем слово дали "свадебному генералу" - ижевскому профессору Макарову, человеку весьма приятному и простому в обращении. Он разговорился, а после рюмки коньяка расчувствовался и затянул свои воспоминания, ввернув не к месту, что сам он неверующий. В общем, я едва успел проглотить свою водку с салатом и рыбой, как попы встали и пришлось идти на слушание докладов, хотя лучше было остаться и продолжить приятные разговорчики за столом...
  
   []
  
   Всем выступавшим подарили фарфоровые колокольни с бутылкой водки "Кристалл" внутри. В завершение мероприятия сделали общую фотографию. Сначала построились в ряд только краеведы и директор с мером, потом набежали остальные. Рядом со мной встала заместительница мера. Я шутливо и слегка двусмысленно поощрил её: "Для украшения фото!"
   Развозили по домам на автобусе. Пока его ожидали, удалось еще немного пообщаться с Макаровым. Говорил с ним Серкин, жаловался на черных копателей забиравшихся с металлоискателями на "его" Городище. Я шутя посоветовал: "А вы раскидайте по вершине металлический лом (на ремзаводе попросите - дадут) - пускай ищут!" Макаров рассмеялся...
   Куратором этого мероприятия был Алексей Чашников - молодой мужчина, немного знакомый мне. Ранее он работал на спиртзаводе, занимался выпуском газеты и музеем, человек краеведческого склада. Я тогда как раз участвовал в рекламном конкурсе, написал коротенький рассказ и получил десяток бутылок ароматной смородиновой настойки... В зале мы сидели рядом, я под конец вместо слушания докладчиков более смотрел в свой планшет... Спустя несколько месяцев он привез мне домой только что изданный сборник материалов конференции.
  
   []
  
   Спустя почти год меня заманил на заседание своего клуба краевед Сергей Пленкин. Сам он сделал интересный доклад, чем отчасти затмил мое выступление. Заседание происходило в небольшом зале, отгороженном в середине музейной экспозиции (в советское время здесь был планетарий). Собралось примерно 50 человек. Один какой-то невоздержанный мужик выкрикивал едкие реплики, мол, ничего нового. Пока Пленкин купался в лучах славы, отвечая на вопросы с мест, я торчал возле кафедры, разглядывал принесенный им музейный экспонат 17 века - небольшую латунную астролябию, предположительно, принадлежавшую геодезисту Евреинову, жившему в нашем городе на склоне лет. "Тоже учился на геодезиста, показывали нам старинные приборчики!" - не преминул вставить я для авторитетности.
   Чашников поднес мне свой экземпляр сборника подписать на память. Расходились в полутьме Городской Соборной площади. На прощанье с Рашковским помахали рукой друг другу... В общем, на этом мои походы за славой закончились. Здание музея вскоре передали церкви. Рогожникова и Рашковского уже нет.
  
   []
  
  
  
   Рублёв
  
   Однажды летом 2000-го я, как обычно, заскочил к своему другу Чижикову, ежегодно посещающего историческую родину по адресу Вятская 1. У него сидел молодой человек довольно крупных размеров. Пили спирт. Я присоединился к компании. Гость, журналист местной газеты, уже заметно захмелел, и как водится среди малознакомых выпивох, между нами произошло непонимание. Отчего-то (скорее всего, это были проделки весельчака Чижа!) он вообразил, что перед ним еврей. Из комизма ситуации, я подтвердил, что на четверть еврей, чем еще более возбудил доморощенный антисемитизм "стопроцентного удмурта". "Очень похоже! За что вы так ненавидите Россию!?" - восклицал гость. Мои исторические аргументы вызывали у него ответную агрессию. "Я окончил вуз по специальности культурология!" - мол, всё знаю. Лишь присутствие Чижа помогло избежать рукоприкладства...
   В дальнейшем мы иногда встречались с Алексеем. Он взял у меня интервью о событиях августа 78-го, потом еще раза два бывали в обществе Чижа. Помню, однажды зашел разговор о моих ранних публикациях. Алексей сказал: "Стиль напоминает Гоголя". Я остался несколько разочарован, более лестно мне тогда казалось сравнение с сатириком Войновичем... Как-то с компанией зашли в кафе в Светлицах, где я решил позабавить друзей своим пением караоке. На втором куплете мой голос ослаб. Тогда Алексей пришел на помощь со своим мощным тенором... Однажды он прокатился на моем стареньком велосипеде, и его пришлось основательно ремонтировать. При своих ста килограммах, гонял по Ленина как школьник!
   Более запомнилась одна из последних встреч. Темный январский вечерок 2006-го. Трое постучались в моё окно. Это были Мясников и Рублев с каким-то мужчиной. По случаю дня рождения Мясникова звали с собой - выпить и побазарить. Пока брели по улице к магазину, я размышлял вслух: "Чем еще заняться в Слободском!? Пить и философствовать!" Поднялись в магазинчик на Энгельса, и по моему совету на средства именинника взяли две больших бутылки популярной тогда водки "Кузьмич". Приятель Рублёва оказался татарином примерно моего возраста, бывшим учителем истории, жившим в самом центре на Володарского. Его холостяцкий покой (жена ушла давно) разделяла собака, флегматично дремавшая всё время нашего рандеву на постели хозяина.
   Разговор зашел на тему тревожащую нашего хозяина. Нашествие монголо-татар. Я кратко изложил свою "теорию", что это была Великая степная монголо-татарская революция, затронувшая и часть русских земель. Татарин задумался: "Такой версии я не слыхал..." Видимо, Рублёв ранее говорил ему обо мне и моих идеях, и тот захотел лично встретиться. Интернета с компьютером чтобы познакомиться с моими работами у него не было. Так мы беседовали и выпивали, чем-то закусывали. Алексей сбегал еще за бутылкой... Набрались изрядно, хозяин задремал рядом со своим псом. Пора было уходить. Одеваясь, Алексей рассказал, что еще не совсем оправился от недавнего происшествия. На него в его родном Первомайском поселке наехал Камаз, месяц лежал в больнице с переломами ребер, до сих пор болезненно одевать пальто...
   В центре зашли в кафешку на Вятской, где раньше был магазин "Юбилейный", взяли по сто грамм водки. После мягкого "Кузьмича" паленая разливуха в меня не пошла, отдал недопитый стаканчик Алексею. Тот, имея солидную массу тела, мог выпить всё и много. Последнее время мы с Рублевым изредка обменивались фразами в Контакте. Он жил с семьей в Ярославле, родил двоих детей. Размещал их фото и свои видео клипы с пением под гитару... Я дал ему ссылку на свою последнюю работу с версией происхождения Слободских удмуртов... Не знаю, успел ли он ее прочесть.
   Алексей погиб в 40 лет. Его нашли на улице со следами от удара по голове и алкоголем в крови. Перед тем его видели в местной рюмочной. Тело привезли на родину. На маленькое поселковое кладбище.
  
   []
  
   2018
  
  
  
  Последние радости
  
   Очередной краткосрочный отпуск с выездом на родину Чижиков удачно совместил с Троицей и перенесенным на июнь днем Слободского города. Из казачьих коммунячьих закромов привез какой-то дым-коньяк, да, голимый самогон, - продукты около ростовского винокурения. Пить можно, никто не помер. Надо сказать, накануне он прошел обследование в связи с удалением некого лишнего органа выросшего на спине. Получив результаты, стал искать в интернете, сколь ему осталось пожить. Там его не обрадовали: 5-7 лет при условии соблюдения режима. На родине он его, конечно, нарушил неоднократно.
   От подпитого Мяса узнали подробности суда над Живухиным. Тот насчитал своему вечному должнику 350 тысяч, а под залог стал требовать дарственные права на комнату в квартире. Нанял неких Совинских бандитов (в прошлом году, когда всё это случилось, он так мне их и представил, когда заезжал занять 500 рублей), те выломали входную дверь и похитили бедного Мясо... По пути на кладбище он начал сопротивляться, за что был ткнут Живухиным ножом в правую задницу. После чего, истекая кровью, подписал бумагу и сбежал в больницу. Оттуда сообщили куда надо, и дело получило законный оборот... На суде прокурор Мошкин открыто потешался над показаниями сторон. Психическая экспертиза как могла смягчила вину старого инвалида (временами может не контролировать свои поступки), - дали полторашку... Мясо красочно зачитал нам решение суда. "Завтра поеду в Киров, отвезу ему из одежды (пришел на суд без всего), он мне целое письмо написал!"
   За неделю до того Живухин заехал ко мне на новом самоходном кресле. Смутно рассказал про всё приключившееся, жаловался на Мясо, как тот подвел его с брусками во дворе роддома (мол, они ничейные), как набрал денег под обещание распилить дрова и прочие проделки... Выпили немного прямо у ворот на улице. Он угощал абрикосовкой, на дне плавали четыре плода, которые он всё пытался вытащить для меня. Я вынес остатки сваренной еще в сентябре черноплодки. Полторашка запотела, подождали когда немного согреется на солнце... Заговорили о предстоящей экспертизе. "Сергей, ты нормальный человек, это мир вокруг тебя не нормальный!" Попрощались, и он укатил вверх по улице мимо шарахающихся от него автомашин... Мы с Чижом думаем, он в колонии не пропадет, авторитетом станет, если, конечно, вернется...
   В Троицу пили у нас коньяк (0,7 литра) оставшийся с дня рождения, который нынче не отметили по причине после операционного состояния супруги. Кроме Чижа были мои родичи: тетя с дядей и сестра Наташа с мужем. "Танцор диско" (по меткому прозвищу Чижа) на вопрос с порога "Как коньячок?" - вытянул вверх большой палец и возгласом "Во!" подтвердил качество Нижегородского продукта. Впрочем, ныне Андрей не танцевал, а прихрамывал, подагра или какая иная немочь привязалась. Когда снова расселись и начался базар, я, как народный историк, прояснил смысл праздника: "В этот день души умерших спускаются со своих высот и незримо присутствуют среди нас, радуются, что мы их помним и чтим!"
   К дню города приурочили открытие на старом кладбище нового памятника земляку Катаеву, командору с крейсера "Варяг". Чиж пришел туда накануне освежиться по привычке в купели, устроенной от источника в кладбищенском овраге. Испросив ключ у сторожихи, по пути увлек за собой шнырявших возле памятника курсантов, привезенных для торжества из Владимира. В купели он приказал им полностью оголиться чтоб потом не ходить с мокрыми трусами. Вода холодненькая, не больше 12 градусов. Голые пацаны расшалились, стали кидать в омут самых мелких (лет девяти). Чиж не смог их урезонить и пошел искать старшего дабы снять с себя ответственность в случае возможных жертв...
   Сам день города был подмочен налетевшей непогодой. После обеда ветер опрокинул палатку на площади и смочил аппаратуру. Но начало вечернего торжества состоялась посуху. Я прошел с велосипедом по Советской сквозь кардон охраны. У Чижа уже собралась компания: закодированный кофеинщик Зяна, хвостист Корейко, Коля с сестрой и новый сосед, - бодренький старичок из-под Москвы, наследник квартиры Вальтера, жутко похожий на Трампа. Пили чижиковский самогон. После рюмки я, представленный соседу как писатель, начал рассуждать о слободских авторах, начиная с Грина, хоть он и не местный. На втором месте, конечно, Ивакин, пишет патриотическое фэнтези. Потом Тарасов и краевед Серкин. Себя упомянул на почетном пятом месте, хотя книг у меня практически нет, всё в интернете... Пошли шататься по концлагерю на площади. Дым от шашлыков, грохот музыки. Обошли вокруг фонтана. У одноклассниц Чижа назначена была встреча, но он не больно стремился лобызать своих школьных девок, ныне шестидесятилетних бабуль. Сосед настойчиво приглашал нас в ресторан "Италия". Нам с трудом удалось отговорить его от этого предложения... Между тем, заморосило, и, не дождавшись салюта, я укатил домой...
   На другой день Чиж пропал, не отвечал на звонки. Нашелся только спустя сутки. Спал с глубокого похмелья, попивая остатки своего самогона... Трампу, все-таки, удалось заманить его в ночные приключения. Сначала ужинали в "Италии" тамошними острыми деликатесами, но запивали исключительно местной дешевой "уржумкой", к которой гость нашего городка отдавал предпочтение. "Теперь я тебя не отпущу!" - приговаривал бывший хоккеист, цепко схватив Чижа за руку. Поехали в ночной притон на Ленина. Там начали играть в бильярд. Страшненькие девки подносили прикурить в намерении снять выгодных клиентов-пенсионеров (попыхтят, да, обслюнявят - и все дела!). Чиж вешал лапшу про дискотеку в "Севере" скучающим охранникам: "Твой отец к нам ходил!" Изображая знатока игры, раскритиковал стол: "Лузы широки!" Отправились на такси в "Пирамиду" на окраине города. С ними увязался "маклер" - разводящий на денежки подвыпивших лохов... Там Чиж показал свой класс: "Только третьим шаром!" - хоть не держал кия со времен ДК, но один шар удалось вогнать... Чтоб продлить раж, неугомонный Трамп сыпал деньгами... Когда вышли на улицу, - светит солнце, не поймешь, день или ночь. За двойной тариф увезли в центр. Трамп, как фокусник, из кустов во дворе вынул припрятанную сумку с пивом... Дальнейшее помнится Чижу с трудом... Ругань с соседкой, поднятой пьяными выкриками и шумом любителя рок-н-рола, суровые мужские поцелуи в засос... "Я так никогда не отдыхал!" - последние запомнившиеся слова псевдотрампа...
   2017, июнь
  
   Спилили!
  
   Июнь нынешний омрачён известием о смерти Живухина. После года его досрочно отпустили домой, но лучше бы он сидел дальше, лишние полгода бы пожил. Конечно, житьё в неволе не сахар. Мясо сказал, что там он начал писать в толстой тетрадке воспоминания о своей непростой жизни. Как он погиб - пока точно не известно. Разные слухи ходят. Соседка сказала Чижу, мол, нашли его в коляске возле дома со сложенными на груди ручками... Накануне он шутя поведал ей "Не пускают домой!" Ночи холодные были, попивал вино и пиво. Видели его в городе на своем средстве передвижения. Мы узнали о его возращении уже поздно.
   В добавок к этим огорчениям, на берегу спилили три чижиковские липы, знакомые ему с детства. А вместо старой бетонной ограды наставили нечто схожее со спинками кроватей. "Теперь и ездить незачем!" - в сердцах воскликнул он. Мне знакомо это чувство, лет 5 назад спилили три посаженных мною в детстве тополя...
  
   []
  
   Июнь 2018.
  
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"