Рассвет на поле Куликовом
и полной чашей тишина.
В душе покой... Но зреет слово,
чья суть не будет холодна.

Мильон теней в янтарном свете.
И показалось, вижу я -
идут, за руки взявшись, дети
в зарю  иного бытия.

Суть миража, но я поверил:
счастливых дней - не миновать!
Вот поле, где Донской умерил
до праха Золотую рать...

Вдыхая терпкий запах крови,
не слыша хо́ры воронья, 
глядел со скорбью и любовью
князь на далёкого - меня.

Шептал: "Засеем поле хлебом!" -
и даль в глаза ему текла.
Светает... Но ещё полнеба
ночная занимает мгла.

Плывёт луна, как знак вопроса:
что будет? сбудется? сбылось?
И дарит горечь папироса,
и в сердце - нежное до слёз.