Скрипел снежок поверх булыжин 
центральной улицы родной.
Я в ногу шёл, мотивом движим,
и шли ровесники со мной.

Птенцы, затерянные в "массе",
по шесть отладившейся в ряд -
мы думали тогда о мясе,
что по цехам распределят.

Гремел фанерой знаменитый
путиловский броневичок.
(И были столики накрыты 
для нас в кафе "Вино. Харчо").

Хрипел оркестрик  у трибуны. 
И полный дикции трибун
вещал о том, как было трудно
без Ленина высоких дум.

В фабричный "пазик" мы садились.
Там сменный мастер, деловой,
бутылку тряс, чтоб пузырилось.
"А ну-ка, парни, по одной!"

И комсомольско-молодёжной
бригаде нашей были впрок
и мифы Партии острожной...
и спирта каждый пузырёк...