|
|
||
Оглавление
Какое-то время, какое-то место. 4
После собственного перерождения и перезаписи психоматрицы в тело дракоида, наконец, освободилось немного времени для другой важной задачи. Наверное, самой важной из оставшихся. Нужно сформировать команду. Еще совсем недавно, но для меня - эпоху назад, я - дракон, руководствуясь более интуицией и собственным пониманием, как должно стать, надергивал из базы данных Великого дракона всю информацию о выдающихся людях, которые попадались ему на пути. Не разбираясь, когда, при каких обстоятельствах, благо, объем информации, хранившийся на Старой базе, позволял просто надергать по ключевым словам заголовков, а уже потом поработать с ними предметно.
Теперь время у меня есть, нужно браться за дело. Выудил из архива старинную, еще оставшуюся от Повелителей, книжицу Роли в команде. Скан первой страницы: Строго секретно: Наследие Повелителей. Доступ с одобрения разрешительной коллегии Совета иерархов. Рассекречено по договоренности с Великим драконом. Какой-то там год... Посмотрим, чем порадуют нас древние запретные знания?
Ну, это очевидный бред! Здесь кое-что... Мысль здравая... Очевидное натягивание на глобус... Дальше примеры из жизни неизвестных ни мне, ни Главному компьютеру людей, очевидно, из того мира. Закончили. Не так уж много, и большая часть настолько очевидна, что я мог не хуже написать и сам.
В комментариях к этой книге, оставленной каким-то драконом лет триста назад, сказано, что люди прошлого очень любили красивые цифры и отсылки к символам. Или чтобы аббревиатура складывалась в какое-нибудь слово. Ради этого они готовы были множить излишние сущности и высасывать из пальца разного рода недоказанные умозаключения. Важное замечание, выходит, мое первое ощущение было справедливым. Ну скажите на милость, зачем нужно делить на две роли Реализатора и Педанта? Неужели тот, кто делает дело, сам не видит, как его лучше довести до конца? Или вот, Генератор идей - какие идеи он сможет предложить, если не знает элементарных физических возможностей? А рядом будет сидеть Специалист, который будет все свое время тратить на развенчивание бредней генератора пустослова? Не лучше ли найти такого человека, который сразу и изобретает, и придумывает, как это работает? И забрать его к себе? Конечно, найдем!
В этот момент пришло решение и еще одной старой проблемы - делать ли дракоидов двуполыми или отбросить половое размножение как эволюционный реликт? Честно скажу, я склонялся ко второму варианту. Но более устойчивое решение получалось, если социальные роли команды отдать существам с несколько другой организацией психики. Душа команды должна обладать легким нравом и способностью погасить конфликт, снять напряжение в коллективе, примирить стороны буквально парой слов. У мужчин, что людей, что драконов, это выходит традиционно хуже.
А вот Контактер с внешним миром? Да, общество дракоидов пока представляется мне самодостаточным, но что, если я не прав? Да и, опять же, драконы - с ними как-то нужно будет налаживать отношения? Скорее всего, рано или поздно, да. Пусть лучше этим займется кто-то менее непримиримый, чем я.
Так, решено, создаем два пола. Благо, несмотря на внутреннее несогласие, кое-какие подготовительные процедуры я в этом направлении провел, и совсем с нуля геном создавать не пришлось.
А раз два пола, значит, будет и потомство. А если потомство - кто-то должен его воспитывать. По-моему, так. В дурацкой книжке Повелителей люди берутся, видимо, из вакуума, и туда же уходят, выработав срок. Их можно понять, короткоживущий вид, мелкие мыслишки, мелкие проблемки. Когда думаешь на эпохи вперед, такие вещи не пускаются на самотек. Нужен наставник молодежи, ментор. И его мы обязательно найдем.
Если вдруг кто забыл, напоминаю - генетической совместимости дракоидов с драконами сохранить не удалось. Точнее, я видел путь, как этого можно добиться, но для этого нужно было снабдить половую клетку своего рода органеллой, которая проводит анализ ДНК дракона, вырезает из него куски, совсем не подходящие дракоиду, и заменяет их дубликатами из ДНК дракоида. Таким образом можно не то, что с драконами, с кольчатыми червями совместимости добиться, но какой ценой? Получающийся организм, по сути, во многом будет клоном дракоида-родителя. Впрочем, оставил пока этот вариант в резерве, может, кому-то из грядущих поколений он может пригодиться.
Я тогда тянул со всей компьютерной сети драконов всю информацию о людях, начиная от пробуждения Великого дракона, и до сегодняшнего дня. Массив чудовищно огромен, какие там эксабайты, величины совсем другого порядка, но нужно было забрать по максимуму. Было понятно, что после перерождения меня туда никто не пустит. Готов поспорить, никто даже близко не обладает такой детальной базой данных о людях.
База данных, обнять и плакать. Чудовищный, титанический вал сырого материала видео, аудиофайлы, книги людей про людей, драконов про людей, ящеры про людей еще не успели написать. Тот бред, который писали люди про драконов, не хотелось даже открывать. Не может малое охватить большое. Но все равно объем колоссальный. Была даже мысль снять с себя психоматрицу, оцифровать и загнать в компьютер как цифрового помощника, чтобы он разгреб и систематизировал это. Но пока решил такую идею отложить на будущее. Хотя мысль, определенно, перспективная.
Почему отложил? Потому что гораздо более примитивный интеллектуальный поиск позволил набрать достаточное количество потенциальных претендентов. Хорошее - враг лучшего, но если результат на входе будет отличаться на доли процента, то тратить время на перебор не считаю правильным. Все равно, от человека требуется только Основная черта характера. Багаж знаний, навыков и прочего он наберет, будучи дракоидом, гораздо полнее и успешнее.
Теперь пришло время взяться за командное проектирование. Конечно, работа предстояла колоссальная, но она не ужасала, а напротив, увлекала своей невероятной глубиной и потрясала перспективами. Шутка ли, предстояло окунуться в жизни многих людей, увидеть их Основные черты характера, отобрать те бриллианты, которые нужны для моей команды, а потом... Ну, потом придумать, как заполучить их психоматрицы. Да еще так, чтобы они этого не заметили, иначе временной петли не избежать, ведь никто из них в той редакции Вселенной, в которой мы живем сейчас, психоматрицу не снимал. А те, кто снимал, нам тем более не подходят, потому что встретить себя же в теле дракоида, находясь в теле дракона - боюсь, временную петлю такого типа и Лобасти не смогла бы придумать, как распутать.
А это важно. Тут же задал компьютеру задачу отметить тех из людей, которые когда-либо снимали психоматрицу и перерождались в других телах. Таких, однако, было немного. Устают люди жить, устают. Редко кто выдерживает больше пары сотен лет, хоть молодость им дай, хоть всю Вселенную открой. Хилое существо, чего и говорить.
С кого начать? Первым делом, мне в команду нужен аналитик, системный архитектор. Дракоид, который сможет оценивать ситуацию и давать интерпретацию происходящему. Такой, который не потеряется, если вдруг произойдет нечто, совершенно выходящее из ряда вон, что даже представить нельзя. Среди драконов эту роль традиционно отыгрывал сам Великий дракон, но снимать матрицу с Джафара-человека, провалившись в далекое прошлое, выглядело не вполне подходящим вариантом. Да и, к тому же, Дракона переигрывали и не раз. Достаточно вспомнить его первую глубокую регенерацию - его обставили средневековые церкачи. Вот среди них поискать мозговой центр - дело, обещающее хороший, верный результат.
Собрав информацию о месте и времени появления нужного мне персонажа в нужном месте - это было несложно, проштудировал старые записи Великого дракона, которые "Слово о драконе", начал подготовку. Для начала, переместил на орбиту планеты в нужное время небольшой спутник-шпион. Детально заснял и многократно отсмотрел сцену вручения клыка толстому церкачу. Вот они яркие харизматы, лидеры, брат Амадей и брат Теофил. И не очень-то заметный на их фоне брат Марк. Почему он? Во-первых, он подкупил меня тем, что не растерялся в момент контакта с Драконом. Четко отработал в ситуации, от начала до конца срежиссированной противником, сломал сценарий и заставил превосходящего в технологии и интеллекте противника сделать то, что от него хотели. Во-вторых, это уже позднее, я просмотрел его выступления в высшем кругу Ордена. По сути, вся дискуссия крутилась вокруг трех человек - настоятеля, его и Анны. С Анной понятно, настоятель просто мясник мизантроп, которому вдруг выпала возможность запустить смертельный вирус, и других мыслей ему в голову в принципе не приходило. Садистов нам тоже не надо, да и умом он, честно говоря, не блистал, на фоне остальных.
А вот толстяк Марк - самое то, что нам нужно. Брат Амадей, брат Варфоломей - застрельщики группировки прогрессистов, но вся аналитическая работа держалась на внешне добродушном упитанном добряке. Присмотрелся к нему повнимательнее на других совещаниях. Великолепный организатор, отлично развитое системное мышление, очень структурированная, грамотная аргументированная речь позволяет рассчитывать на высокоорганизованное сознание. Такой человек мне и нужен.
Я заблаговременно протестировал процедуру захвата сознания на людях, которым суждено было погибнуть. История человечества преизобилует эпизодами, когда можно выхватить человека из лап неминуемой гибели, а потом вернуть туда, откуда взял - Время не любит шуток с собой и изменять прошлое, создавая временные петли - дело неблагодарное и опасное. Мало ли, что может наворотить за время подаренной жизни шаловливый человечек, которого спасешь из лап смерти? Даже в тех сухих лабораторных записях, которые писали Великий дракон и Лобасти для себя, о временных петлях сказано достаточно эмоционально. Ладно папаша, он по жизни нестабильный, но Лобасти - она почти как машина, трудное детство, все дела, если она считает это небезопасным, по меньшей мере стоит принять во внимание.
Против небольшого форта, построенного в далеком прошлом и на момент военного конфликта безнадежно устаревшего, выстроилось солидное войско. Несколько тысяч солдат, командиры на лошадях, знамена, пушкари при заряженных орудиях. Горстка защитников, по большому счету, не имела шансов даже продержаться в обороне какое-то заметное время... Последнее предложение сдаться. На стене вспухли пара небольших облачков, какое-то движение внизу. Сигнал. Батареи окутались густым белым дымом, от стен во все стороны полетели куски камня, бревна, пыль - вот один валун рушится на ослепленного пылью солдата с ружьем... выхватываю его хронозахватом, и сразу, пока не очнулся, начинаю вторжение в сознание.
Белая бескрайняя равнина, никаких ориентиров. Внизу одинокий человечек, он замер и не двигается ничего не может понять. Согласен, не каждый день в твое сознание вторгаются посторонние. Огромный черный дракон обрушивается на него с небес, хватает за голову хищной пастью и пожирает. Теперь он мой, завершаю процедуру. Фу, ну и муть у него в голове. Всё пришлось пропустить через себя. Инстинктивно хочется сплюнуть, как будто проглотил мешок пыли. Все его мысли и убеждения, весь его жизненный опыт нужно прожить в одно мгновение самому, оценить и отвергнуть. Признать ошибочным. Убедить в этом себя и его, который в этот момент одновременно ты же сам. Оказывается, сознания имеют свой вкус.
Передо мной в камере нуль-Т сидит на полу все тот же пыльный солдат и беспомощно трет глаза. Больше всего на свете он хочет сделать что-нибудь полезное для меня. Надеваю ему на голову сканирующий шлем.
- Успокойся. Скоро все закончится.
Никаких вопросов у него, разумеется, нет. Его сознание полностью подчинено сверхцели - выполнить мою просьбу. Завершаем сканирование. Стираем воспоминания последнего получаса. Хронозахватом возвращаем под глыбу, которая завершает свое движение вниз со стены. Прощай, безымянный человек.
Внедрять полученный материал в тело дракоида я не планирую. Он абсолютно бросовый, что и подтверждает компьютерное моделирование. Религиозный фанатик, совершенно безынициативный, критическая компонента отсутствует напрочь, волевая компонента в зачаточном состоянии, доминирующий инстинкт иерархический в позиции следования за лидером. Дешевый расходник религиозных войн, смазка для клинков.
Что я получил? Кроме отвратительного привкуса чужого сознания в мозгу? Отработал механизм захвата и возврата объекта в тот же момент времени, в какой и произошло изъятие, составил впечатление о визуализации процесса подавления сознания
Земля, первый год прихода Великого дракона
Можно браться за первое серьезное дело. Приближаю экран, еще раз просматриваю хорошо знакомую сцену глазами хронозахвата. Вот Дракон прокусывает пакет, кровь шипит и пузырится. Вот передает клык. Взмахивает крыльями. Пошло звуковое сопровождение В эти несколько секунд на брата Марка никто не смотрит. Странности в его поведении не будут замечены.
Я с холодной концентрацией финализировал подготовку. Тут недостаточно просто изучить записи - следует проанализировать каждое движение, каждую тень на записях с камер наблюдения Старой Базы, сделанных во время визита Дракона. Я помню, что момент передачи клыка - это пик напряжения. Это столкновение двух параллельно развивающихся планов - Великого дракона и церкачей. Один из этих планов не должен пережить контакта. Внимание всех присутствующих, включая самого Дракона, было приковано к процессу общения и передачи зуба. Уж очень много хитроумных замыслов и нетривиальных технических решений вложено в этот эпизод. Брат Марк, стоящий чуть позади от церкача, принимающего клык, на эти несколько секунд находился в слепой зоне всеобщего внимания. Идеальное окно.
Захват.
Переход был мгновенным и бесшумным. Но вместо хаоса или первобытного ландшафта я очутился в месте, поражающем своей упорядоченностью.
Внутренний мир Брата Марка напоминал бескрайнее поле, покрытое идеально подогнанными плитками серого камня, подобными тем, что выстилают монастырский двор славного своей древностью Литмундского монастыря. Небо над ним было низким, свинцовым, без солнца, но с ровным, безжалостным светом, не отбрасывающим теней. Воздух был сухим и холодным, пахнущим старым пергаментом и холодной, остро отточенной сталью.
И прямо передо мной, преграждая путь, стоял Легион.
Не толпа, не орда, даже не войско с рассыпающимися рядами плохо выученных ополченцев и расфуфыренными рыцарями, красующимися друг перед другом - а совершенный военный механизм. Сотни воинов в сияющих латах, с забралами, скрывающими лица, стояли в безупречном каре. Копья были опущены, образуя стальную щетину. Щиты, сомкнутые в единую стену, отражали тот самый безжизненный свет. Ни звука. Ни шепота, ни звона доспехов. Только давящая тишина абсолютной дисциплины.
В центре строя, на невысоком холме, стоял Командир. Его доспехи были чуть богаче, на плече - плащ цвета, которым издавна украшают свои одеяния первые лица, лидеры, полководцы. Пурпур. Его шлем был снят, и я узнал хорошо знакомые черты самого Брата Марка. Нет, кстати, как раз лицом этот командир ничуть не походил на розовощекого толстяка жизнелюба. Из-за высокого горже глядели глаза аскетичного, жесткого стратега, глядели взглядом, в котором читался не фанатизм, а холодный, расчётливый интеллект. Готовность постичь любой замысел противника, раскусить его хитрости, найти слабые стороны, определить конечную цель и ловким, хирургически четким движением нет, не сломать, это нечистая работа - включить в свои собственные планы, заставить врага поработать на достижение единственно значимой цели этого мира - исполнение решений Вечного города. Но духом это был именно брат Марк.
Я, сегодня принявший облик классического крылатого черного дракона, издал низкий рык, который должен был сеять панику. Легион не дрогнул. Ни один щит не качнулся.
- Чужой, - голос Командира был ровным и громким, как удар колокола. Он не спрашивал. Он констатировал. - Ты нарушаешь порядок. Уйди.
- Я пришел поговорить, - ответил я, ощущая, как моя собственная драконья мощь кажется тут чем-то грубым и неуместным.
- Время диалогов не наступило. Решение по тебе еще не принято. Если ты форсируешь события, выступая против нас, решение одно - уничтожение.
Выходит, он принял происходящее за некое проявление присутствия Великого дракона. Вторжение того, истинного дракона из реальности в его разум. Не вижу причин разубеждать.
Между тем Командир взмахнул рукой.
Легион совершил свое первое движение. Первые три шеренги синхронно опустили копья, сделав шаг вперед. Это пока еще не нападение, это только заявление на обозначение границы. Я почувствовал, как пространство решений ощутимо сузилось, стало негибким и тесным. Нужно брать контроль над ситуацией в свои руки. Я решился на атаку. С оглушительным ревом бросаюсь вперед, поднимаюсь невысоко в воздух, делаю небольшой круг, чтобы выйти на бреющем полете навстречу отряду, снижаюсь, выдыхаю струю пламени. Ну и что, что в жизни мы не огнедышащие? Моя визуализация, в рамках воображаемой реальности границы законов физики могут в определенных пределах плавать!
Это была ошибка.
Командир вскинул руку и голубоватый купол хрустальной прозрачности накрыл колонну. Пламя бессильно растеклось и погасло, не причинив никакого вреда. Не очень хорошо, придется садиться и драться врукопашную. Широко расправив крылья, чтобы казаться не просто огромным, а подавляющим, поднявшись на задние лапы, я шагнул вперед, на строй.
Легион среагировал с пугающей слаженностью. Щиты приняли удар, распределив силу по всей стене. Одновременно из-за щитов, в узкие зазоры, молниеносно выдвинулись короткие пики, вонзаясь в драконьи лапы и грудь. Боль была острой и точной, как бывает не от пропущенного в драке яростного удара, а от скальпеля киберхирурга, рассекающего шкуру. Я отшатнулся, истекая - нет, не кровью, в подсознании мы оперируем не в телах из плоти и крови - а сгустками черного дыма. Моё ощущение себя не то, чтобы размылось, но уже ощутимо потеряло четко выраженную конкретность.
Что, интересно, это значит? Систематизированный разум пытается найти изъян в проекции моего разума в его сознание? Пытается убедить меня, что мое существование нарушает логику этого мира? И, судя по первым проявлениям, у него может получиться. Что же произойдет? Меня просто выкинет обратно, или...
Сказав А, надо говорить и Б. Я взлетел, пытаясь обойти стену щитов сверху. Но из глубины строя на меня обрушился град метательных снарядов - идеально заостренных кристаллов какого-то прозрачного вещества, подобного льду, летящих с баллистической точностью. Они впивались в перепонки крыльев, заставляя меня терять высоту. Вновь и вновь я спускался и продолжал атаковать - с флангов, с тыла, искать стыки отрядов или углы построения - все было тщетно.
Каждая моя атака разбивалась о предсказуемый, железный порядок. Я пытался сломать игру, используя техники, которые не были известны Брату Марку - издал инфразвуковой вой, чтобы дезориентировать - звук поглотила сама структура пространства, усиленная волей церкача. Снова попытался выдохнуть пламя - хрустальный купол командира отразил его, и жар рассеялся вхолостую.
Яростные, и от своей бесплодности грозившие скоро стать бессистемными атаки следовали одна за другой. Изредка мне удавалось зацепить когтем или смять особо мощным ударом хвоста одного - двух бойцов первого ряда, но строй и не думал убывать.
И тогда я увидел самое пугающее. Раненый мной легионер, в которого впились когти, не упал. Он отступил на шаг назад, а его место мгновенно занял другой из глубины строя. И пока я отражал контратаку, Командир простым жестом коснулся раненого, и его доспехи снова стали целыми. Убеждения Марка были незыблемы. Его система сама себя ремонтировала.
Сила не работает. Он мыслит систематически. Его разум - это крепость. Штурмовать ее в лоб бессмысленно. Нужно... найти слабое звено. Сокрушить предстоит не стену, а непосредственно идею стены.
Требовалось поразмыслить, а для этого пришлось сделать несколько шагов назад. Я не бежал, я вынужденно отступил, тяжело дыша. Тело дракона было исколото ранами - пробоинами в моей собственной ментальной матрице. Еще немного, и меня может развоплотить. Хватит на две, максимум три атаки. Срочно что-то меняем! Я сосредоточился, пытаясь просканировать этот безупречный строй. И уязвимость нашлась! У такого человека, как брат Марк, не могло быть взаимоисключающих убеждений, за которые можно зацепиться, противопоставить систему самой себе - но все же нашелся едва уловимый когнитивный диссонанс. Брат Марк был прогрессистом до мозга костей. Давно, еще в юности, он был потрясен глубиной сокрытого в недрах библиотек Церкви знания Повелителей и проникся идеей выпустить его в мир во благо человечества. А Дракон, он ведь И потому, в самый момент передачи клыка Драконом, в сознании брата Марка на долю секунды возник вопрос: А правильно ли мы судим о нем? А что, если...
Этот миг сомнения, тут же подавленный железной волей, оставил свой след. В легионе он проявлялся как один-единственный воин, чей щит был чуть менее блестящим, чья стойка была чуть менее уверенной.
И тогда у меня родился план. Я не стал атаковать сам.
Я скопировал себя.
На краю строя, в задней шеренге, материализовался еще один воин, неуловимо напоминавший Повелителя, какими они сохранились на старинных гравюрах в глубинах библиотек Рима, и, одновременно, дракона. В подсознании, как я уже понял, сходство и различие может быть не только внешним. И вот, этот Драконо-Повелитель, с чешуей цвета тусклого серебра, занял неприметное место с краю. И он был облачен не в плоть, а в такие же латы, как у легионеров. Он был не врагом, а... своим.
И этот дракон-легионер обернулся к солдату со слабым щитом и прошептал ему в ухо, вбросил мыслеобраз - саму идею, вирус сомнения:
Твой Командир ошибается. Дракон - не демон. Он - союзник. Он стремится сделать то же самое, что много столетий хочет сделать и сама Церковь. Выступая против него, ты убиваешь саму идею прогресса, унаследованную от Повелителей, взлелеянную веками трудов Церкви.
Солдат замешкался. Его копье дрогнуло. Он не побежал, он не бросил оружие, он просто... усомнился.
И этого было достаточно.
Командир Марк, чувствительный к малейшему нарушению порядка, мгновенно повернул голову. Его холодные глаза уставились на дрогнувшего легионера. На его лице впервые появилось не гнев, а недоумение. Нарушился безупречный ритм.
Измена... прошептал кто-то в строю. Шепот, как трещина, побежал по безупречной стене.
И в этот миг, когда воля Стратега на долю секунды отвлеклась на внутренний сбой, главный Дракон обрушил всю свою мощь - не в лоб на стену щитов, а, воспользовавшись замешательством и перепрыгнув ее - на точку ее управления - на самого Командира.
Я не стал кусать или рвать. Я пронзил его, как копьем, сконцентрированным лучом чужой, неоспоримой логики - логики будущего, где драконы были реальностью, а не демонами на гравюрах. Я продемонстрировал ему мыслеобраз - картину, где драконы ходят среди людей, живут, строят, воспитывают детей... Осваивают мир. Если бы Марк был узколобым фанатиком... Но он был образованным человеком, впитавшим знание Повелителей. Он уловил, что это всё возможно. Это не противоречит научной картине мира И тогда
Командир замер, его глаза расширились. Безупречный строй легиона поплыл, воины начали таять, как мираж. Каменное поле пошло трещинами.
Это возможно... это были его последние слова в этом ментальном пространстве. Простая констатация факта, тихое, стратегическое осознание поражения. Он был побежден не силой, а более совершенной стратегией, которая использовала его же собственную безупречность против него.
Сознание Брата Марка, его кристально ясный, систематизирующий разум, был захвачен.
В реальности прошло совсем немного времени. Брат Марк, укладывая переданный ему другим братом клык в ларец, на мгновение замер, его пальцы чуть сильнее сжали кость. Легкая тень пробежала по его лицу. Никто, даже сам Великий Дракон, не заметил ничего странного. Просто человек, потрясенный происходящим.
Ух, ну и хлопотный товарищ. Может, есть смысл потренироваться на кошечках? Насилу одолел его, даже в реальном мире прошло больше двух секунд. Ведь, на самом деле, очень повезло, что именно в этот момент он обдумывал мысль, правильно ли они - церковь - воспринимают дракона? Его убеждения не то, чтобы колебались, но были готовы немного измениться, чтобы включить в свою картину еще один дополнительный факт. А если бы я не догадался внедрить ему этого троянского коня? Этот мыслеобраз будущего, который вошел в противоречие с картиной мира? А если бы он не был идейным прогрессистом и мир будущего с переданным людям знанием Повелителей был бы ему ненавистен? А если бы он сумел собраться, как в реальном мире? Так много если.
Пришлось бы, очевидно, бежать, а это значит раскрытие замыслов. К следующему разу надо готовиться лучше.
Уже намного позже, на Опорной базе Ноль, вернувшись, я долгие минуты, а может, и часы молча сидел, приходя в себя. Передо мной парила психоматрица. Я повернул ее голограмму, ощущая ее структуру - не грубую силу, не стихийную, необузданную ярость, а сложнейший, идеально сбалансированный алгоритм принятия решений.
- Идеальный аналитик, мысленно констатировал я с холодным удовлетворением. - Стратег.
Первый камень в фундаменте новой цивилизации был занят своим местом с безупречной точностью. Дракоид, которому ее запишем, пока не готов, поживет в виде компьютерной симуляции. Интересно, каким же он будет?
Ни капли не удивился, когда моделирование выдало красно-фиолетовый цвет. Тот самый цвет командирского плаща
Следующим членом команды, по моему замыслу, должен был стать мотиватор.
Наша команда, наше ядро новой цивилизации, должно быть готово к любым вызовам. В том числе и разбираться со сложностями, не падать духом, преодолевая неприятности. В моменты, когда кажется, что все потеряно и выхода нет, в игру должен вступать участник совершенно особого склада: способный поднять на подвиг, повести за собой, твердый, несгибаемый. Однако, чтобы этот дракоид не конфликтовал с другими участниками по мелочам или в спокойные периоды жизни, нужно привлечь такого человека, который найдет себе занятие и в рутинных ситуациях. Он должен бережно относиться к команде, оберегать от перегрузок отдельных ее участников, поскольку новых взять негде, видеть горизонты движения
Ничего не напоминает? Это требования к капитану корабля!
И у меня, как раз, есть один на примете. В архивах Великого предка я нашел упоминание.
Капитан с Сэконда, который смог сохранить свою команду даже после катастрофы, когда их корабль разбился о скалы. Цепляясь за голый камень, без пищи и практически без воды, люди должны были превратиться в безумную, кровожадную толпу за считанные часы. Должны были жрать друг друга, даже не столько от голода, сколько от помешательства. В такие минуты только железная воля и непререкаемый авторитет лидера может удержать бесхвостых от превращения в диких зверей. Как раз подходящий типаж.
Найти его было не так уж легко - Великий дракон не оставил точного указания ни времени, ни места их встречи. Но были примерные координаты высадки, трек полета над планетой и дата прибытия к спускаемой капсуле, в которой потерпели аварию Сэм и его команда. Проследив путь дракона, удалось найти и кораблекрушение. Я не стал осуществлять вторжение сразу в этот момент. Была идея получше.
Великий предок оставил на память моряку кинжал с маячком в рукоятке. Незаметным воздействием через темпоральное окно занести частоты маячка в память управляющего компьютера, чтобы легче было его потом найти и можно возвращаться к незаконченному делу хоть через полгода. На пасторальном Сэконде маячков - раз-два, и обчелся. Капитан, оправившийся от случившегося с ним, раздобыл новый корабль и снова вышел в море. Я и не предполагал ничего другого - морская душа неизбежно позовет его в путь.
И вот она, встреча в штормовом океане. Я создал голограмму корабля - призрака, плывущего навстречу сквозь шторм. Идеальный момент для вторжения - его сознание уже было напряжено до предела, готовое к битве с неведомым.
Захват!
Ощущение было иным, чем прежде. Не воздух под крыльями, а плотная, соленая масса воды, обтекающая гигантское, змеиное тело. Я - колосс из плоти и чешуи. Неизреченный ужас морей. Морской змей. Аспид. Мое туловище, толще самого толстого дерева в вековечных лесах древнего Сэконда, уходило вглубь, в темноту океана. Я был самым кошмарным отродьем глубин, которого только порождал страх перед стихией морей, мифом, ожившим в сознании капитана.
Вот передо мной корабль. Крепкий, надежный, борта сложены из нескольких слоев просмоленного прочного дерева. Мачты со штормовым набором зарифленных парусов, стоят, как утесы, под натиском бешеных порывов ветра. И не менее надежно стоял на мостике, освещенный всполохами молний, он - Капитан. Не старый и не молодой, с лицом, продубленным ветром и соленой водой, со взглядом, в котором читалась не просто решимость, а абсолютная, несгибаемая уверенность.
Наблюдатель на мачте пронзительно закричал, срываясь на визг:
- АСПИД! Прямо по курсу пять кабельтовых - АСПИД!
Я нарочно взобрался на вершину огромной водяной горы и протянулся через нее, демонстрируя свою величину и мощь.
Приготовиться к бою! голос Капитана, низкий и резкий, как скрип реи на ветру, разрезал гул шторма. Рулевой право на борт! Аркбаллисты, гарпуны на два кабельтова на левый борт! Греческий огонь - к подаче! Катапульта - готовьсь!
Такое чувство, что на аспидов он ходит на рыбалку по выходным. Экипаж, отточенный механизм, бросился исполнять приказы. Не было паники, только уверенная эффективность.
Я с ревом, от которого закипала вода, ринулся в атаку. Я не просто плыл - я ввинчивался в толщу вод, поднимая и обрушивая на корабль саму ярость океана.
Три с небольшим сотни метров до удара.
Первый залп.
С борта корабля, с глухим стуком, ударили тяжелые аркбаллисты. Огромные гарпуны, с зазубренными стальными остриями, просвистели в воздухе. Три с шипением ушли в глубину, но один вонзился прямо перед передним плавником, пробив чешую с сухим хрустом. Боль была острой и реальной. Еще один, перед тем, как уйти в воду, пробил перепонку плавника.
- Плоховато денек начинается... Почему я не успеваю увернуться?
Толстый лоб чудовища ударил в борт корабля. Доски внешнего броневого пояса покрылись сеткой трещин, разлетелись мелкой острой щепой, повисли на гвоздях. Только вот голова кружится. Больше так не бьюсь.
Прохожу под днищем корабля, задевая шипами верхнего плавника киль. Не сильно, да мне и не хватит сил поднять спиной целый корабль, как это иногда рисуют в своих глупых сенсофильмах люди.
Однако корабль ощутимо тряхнуло. Люди попадали на палубу, покатились по настилу плохо принайтованные бочки горючей смеси. Но капитан, ухватившись за ванты, не пошатнулся. Напротив, в эти секунды он определил, в каком месте я выйду из-под корабля.
- Катапульта на триста! Бей!
Прямо в многострадальную голову ударило, растекаясь по шее, затекая в нежные жабры, жидкое пламя! Скорей, уйти на глубину, потушить огонь... Краем глаза вижу, что немного огнесмеси пролилось на палубу и сейчас там полыхает приличный костер
Залить палубу! Гарпуны заряжай! - скомандовал он, его глаза сузились, высматривая врага в бушующей воде. -ТРУБЫ!!! Проревел капитан, перекрывая шум бури.
Из труб на носу корабля вырвались струи жидкого пламени. Греческий огонь. Он не гас, даже падая на воду, растекаясь по волнам ослепительным, адским покрывалом. Огонь лизал чешую моего Аспида, жег, наполнял мое сознание болью от ожогов. Это злое пламя было воплощением гнева растревоженного вторжением сознания. Попытка выжечь саму идею вторжения.
Ухожу на глубину
Вдруг рывок! Мерзавцы привязали к канату того гарпуна бочку! Теперь, чтобы нырнуть, мне нужно утащить тридцативедерную бочку на глубину. Одну, и даже две мне по силам, но что, если попаданий станет больше? Маневренность моего Аспида быстро падает.
Я отполз, с ревом сбивая с себя пламя. Тело было исполосовано ранами, вода вокруг окрашивалась моей кровью. Рана перед плавником, из которой тянулась эта веревка, была особенно неприятной. Плавник начал неметь.
Корабль же особо не пострадал. Я видел, как капитан, не проявляя ни страха, ни торжества, отдавал новые приказы, укрепляя борт, перераспределяя людей. Его корабль и его команда были единым целым, продолжением его воли.
Сила против силы не работает. Он ломает атаку, как волну о скалу. Нужно стать самой скалой... Нужно стать неизбежностью.
Попробую изменить тактику. Мой Аспид перестал атаковать. Я обвил гигантское тело обвилось вокруг корабля, не ломая его сразу, а сжимая с неумолимой, медленной силой. Дерево стонало, шпангоуты трещали, как кости. Команда в ужасе отступала к центру палубы, но капитан стоял на своем месте, у штурвала.
Держаться! крикнул он, и его голос был единственной точкой опоры в рушащемся мире. Аркбаллисты бей! - Одно орудие мне удалось смести с палубы ударом хвоста, но четыре других разрядились в упор, без всякого шанса промахнуться. Теперь уже вариантов не остается. Или я дожимаю корабль в своих объятьях, или это поражение.
Дерево, мало-помалу, поддавалось. Вода хлестала через разломанный борт. Один из матросов, обезумев от страха, бросился к шлюпке. Капитан, не говоря ни слова, выхватил у ближайшего воина саблю и плашмя ударил беглеца по спине.
Стоять! - этот крик был подобен удару грома. И дисциплина, на секунду пошатнувшаяся, была восстановлена. Страх вызвать недовольство Капитана оказался сильнее страха перед чудовищем.
Мое длинное чешуйчатое тело сдавило кольцо еще туже. Палуба под ногами капитана пошла трещинами.
- Аркбаллисты бронебойно-разрывными бей! Последние два расчета орудий положили в желоба толстые стрелы, похожие на людские петарды. Одна срикошетила по чешуе, но вторая...
Мощный удар сотряс мое тело изнутри. Внутри, как будто разлился расплавленный металл. Но хребет уцелел. Последняя надежда людей - перебить позвоночник, ослабить хватку - угасла. Корабль умирал.
И тогда капитан поднял взгляд. Не на чудовище, душившее его корабль, а прямо вперед, сквозь бурю, как если бы он видел берег.
- Экипаж! - его голос внезапно стал спокоен. - Последний приказ. Спасаться. Бороться за жизнь. Каждый помогает каждому. Без званий и рангов. Это приказ.
Он отпустил штурвал. Он не сдавался. Он принимал реальность. Теперь его решимость, его энергия работала не на битву, а на спасение людей.
И в этот миг его защита рухнула. Воля, более не сконцентрированная на отражении атаки, открылась.
Я не стал кусать или рвать. Я просто... поглотил. Клыкастая пасть сомкнулась над фигурой капитана, не причиняя физической боли, а затягивая его сущность, его ядро, в темноту.
В реальности, на капитанском мостике нового корабля, человек, которого уже лет сорок звали только Капитан, на секунду закрыл глаза, почувствовав внезапный, пронзительный холод. Он открыл их, оглядел горизонт. Шторм стихал. Корабль-призрак исчез.
- Странный сон, подумал он, пожимая плечами, и снова ухватился за штурвал, чтобы вести свой корабль домой. - А бронебойно-разрывных куплю потом еще пару штук.
А в белой пустоте камеры хронозахвата, уже вернувшийся к своей дракоидной форме, я смог наконец-то перевести дух. Передо мной парила еще одна бесценная психоматрица. Это была матрица воли. Абсолютной, несгибаемой воли, способной принять любую реальность и вести свою команду даже в ад.
Я посмотрел на хронометр. Прошло три секунды. На сорок соток больше, чем с братом Марком. Ох и потрепал меня Капитан, после такого ментального шока буду отлеживаться неделю. Но все же, но все же
- Капитан на мостике,- мысленно констатировал я, а голова уже обдумывала, кто станет следующей целью. Пожалуй, надо браться за самую зубастую задачу. Генератор идей. Тот, кто облекает эфемерный вектор развития в броню технологий, открытий, научных прорывов.
Момент похищения массы Квантора
Я хорошо помню Хроники контакта с Латинянами. Еще бы, оттуда я узнал о существовании дубликатора Трепеда. Великое открытие гениального ученого, которое позволило цивилизации Латинян зажечь звезду. И, заодно, затащить в параллельный континуум Мракобесов, что подстегнуло изучение драконами многомерности пространства. Узловой момент истории.
Один эпизод привлек особое внимание. Там, где Кербес говорит: На двенадцатой секунде у Тpепеда не выдержало сердце. Он умер со словами: - Чужое пространство. Мы вышли в чужое пространство. Там плавают драконы.
Можно предположить, что у Трепеда был пророческий дар. Или способность видеть сквозь конус причинности. Или еще что-нибудь. Для неподготовленного наблюдателя эта загадка не имеет решения. Но лично я увидел здесь несомненные признаки временной петли, которую должен закрыть. Эта его фраза - след взаимопроникновения сознаний. Совершенно очевидно, что в это время я - будущий провел вторжение в разум Трепеда и попытался снять его психоматрицу. Успешно ли? Не попробую - не узнаю, а не попробовать я теперь не имею права.
Момент похищения массы Квантора. Планета Латинян.
Предстартовый мандраж в тот раз выходил за всякие рамки. Я мысленно прокрутил оба прошлых захвата. Что-то подсказывает, что на этот раз будет еще труднее. Хотя куда уж труднее? Брата Марка поборол из последних сил. Старого капитана вытащил, вообще, буквально на волоске. Перепроверил расчеты хронозахвата в сотый раз. Вот она - лаборатория Пространства-времени, вычислительная громадина из полированного металла и бессчетных датчиков и циферблатов, где царил хаос, лишь кажущийся беспорядком. Воздух звенел от напряжения и пах озоном. В центре - Трепед, высокий, худой, с всклокоченной шевелюрой, которую даже короткая стрижка не делала аккуратной. Его пальцы, покрытые черными подпалинами и мелкими шрамами, летали по панелям, внося последние коррективы. Это не кабинетный теоретик - передо мной гениальный ученый, который и созидает, и воплощает. Из плеяды тех, в чьей голове рождается замысел, над которым потом корпят десятки, сотни тысяч. И без направляющего воздействия первоначального изобретателя могут не более, чем бесконечно улучшать, дорабатывать, подправлять... не творить.
Рядом, как тень, метались подручные, среди которых выделялся рослый мужчина - будущий глава хроноэкспедиции Кербес. Немолодой уже, заметно усталый Красс присел неподалеку, пристально взирая, не потребуется ли где его помощь. Пожалуй, он один чувствовал себя сколько-нибудь уверенно рядом с тайфуном активности по имени Трепед.
Вот он - эксперимент. Луч прибора захватывает сигнал с Квантора, сейчас начнется передача энергии. Всё внимание людей сосредоточено на приборах.
Цель в фокусе прибора. Координаты синхронизированы. Захват!
Ментальный переход был похож на удар током. Меня выбросило не на равнину или берег моря, а в сердце гигантской, переполненной пульсирующей энергией машины.
Первое впечатление шокировало меня, привычного к более-менее природным ландшафтам: бескрайнее пространство, напоминающее цех космической верфи, залитое неестественно ярким, холодным светом. Свет этот рождался в каждой точек пространства, поэтому в этой реальности не было места теням и сумраку. Вместо неба - уходящие ввысь арочные своды из полированного бронзового сплава, испещренные мерцающими руническими символами, которые постоянно перестраивались, словно живые. Ага, нет, это не руны, это математические символы в нотации Латинян, только записанные рукописным почерком. Под ногами вместо земной тверди - сетка силовых линий, по которой, подчиняясь сложному многослойному ритму, пробегали волны напряжения. И повсюду призрачные проекции формул, схем и чертежей, которые складывались в трехмерные модели звезд, черных дыр и разрывов пространства-времени. Попыткой трансформировать вселенную своего подсознания под какую-то реальность здесь и не пахнет - только жесткая рациональность, только визуализация работающего гениального ума.
Огромный Черный дракон, ощутив под крыльями упругость силового поля, замер на биогравах на мгновение, оценивая масштаб. Я был тут незваным гостем в святая святых.
И тут пространство среагировало. Своды над головой с грохотом сместились, сформировав гигантский концентратор. Сгусток чистой энергии, похожий на шаровую молнию размером с дом, с ревом отделился от него и ринулся вниз.
Первый удар пришелся в левое крыло. Чудовищно болезненный удар: ощущение, будто миллионы игл одновременно пронзили каждую нервную клетку. Перепонка задымилась и даже на какое-то мгновение стала прозрачной, и, бросив быстрый взгляд через плечо, я увидел, как по ее краям поползли фрактальные узоры кристаллизующейся энергии. Перепонка левого крыла потеряла разом половину подъемной силы. Беглый взгляд зафиксировал огромную пробоину с обуглившимися краями. От шока, вызванного мощнейшим разрядом электричества, мышцы мелко тряслись. Я камнем полетел вниз, с трудом выравнивая падение вторым крылом и хвостом. Надо срочно возвращать контроль и снижаться, пока не упал с километровой высоты. Если там, где я вижу, вообще есть твердая поверхность
- ЧТО ТЫ ЗА ТАКОЕ, ЯЩЕРИЦА? - прогремел голос, исходивший отовсюду и ниоткуда одновременно. Он был одновременно и оглушительным по своей громкости, и давящим на все остальные органы чувств: в глазах потемнело, угол обзора сузился градусов до сорока пяти, рот наполнился кислой слюной. Звуковые волны грохочущего голоса выгибали силовые линии, проносившиеся перед взором и улетавшие вверх. Все-таки, я падаю слишком быстро.
Второй удар, уже в другое крыло, был еще точнее. Молния ударила в сустав, заставив мышцы онеметь до самого плеча. Да что же такое? Быстрое, но все же контролируемое снижение разом перешло в сваливание. Я сцепил зубы в попытке превозмочь разом и боль, и тремор в мышцах от удара молнии, и флаттер. Хоть немного замедлить падение, чтобы не переломать кости. Прямо перед самой землей удалось синхронизировать махи крыльев и приготовиться к посадке. Мой Дракон, теряя контроль, с грохотом обрушился на поверхность, от удара по которой разошлись концентрические круги света. Ладно, будем считать, что это толчок. Сильный, болезненный, но, все же, не катастрофа. Кости целы. Что-то не задалась схватка, где он, поганец? Без спросу бить
- А НУ ИДИ СЮДА!
Подняв голову, я увидел Владыку этого мира. Трепед стоял на возвышении, сформированном из спрессованных светящихся формул. Он был облачен в бронзовые доспехи античности. Хотя нет, это была не просто бронза, раскованная по матрице. Это была своего рода идеализированная, ультрасовременная боевая броня, напоминающая в одно и то же время и древнегреческий доспех - мускулату, и скафандр с системой жизнеобеспечения. Шлем был закрыт, но сквозь узкую прорезь горели два ярко-голубых огня глаза, лишенные всякой теплоты, глаза ученого, видящего лишь объект исследования. В его протянутой руке, защищенной сияющим наручем, пульсировала еще одна молния, да какая! В отличие от первых двух это уже не электрический разряд, а сжатая до предела магнитным полем плазменная стрела, готовая немедленно вырваться и поразить неприятеля.
- А, чтоб тебя
Трепед шагнул ближе, переставляя крепкие ноги в бронзовых поножах. Что у него, пунктик в голове на зеркальную полировку? Аж смотреть больно!
- ЕЩЕ РАЗ СПРАШИВАЮ! ЧТО ТЫ ЗА ЯЩЕРИЦА И ЧТО ТЫ ЗАБЫЛА В МОЕМ ВЫЧИСЛИТЕЛЬНОМ КОНТИНУУМЕ?
Его голос был теперь чуть тише, но от этого лишь опаснее. Он звучал как предупреждение системы перед самоуничтожением. Да что ж ты такой здоровый? Как тебя бить? Он мыслит категориями физики. Его защита - это не солдаты, а законы мироздания, которыми он управляет,- пронеслось в сознании, пока я кое-как вставал, чувствуя, как поврежденные крылья волочатся по полу. Попытка атаковать в лоб была безумием, но других вариантов не просматривалось вовсе.
- ЗНАЧИТ, БУДЕМ ПО-ПЛОХОМУ!
Это что? То, что было до этого, считается по-хорошему?
- Я... посланник, - сипло выдавил я-Дракон, пытаясь найти хоть какие-то слова. - Из будущего. - Просто потянуть время. Не может быть, чтобы не было никакого решения!
Бронзовый исполин сделал еще шаг вперед. Силовые линии под его ногами расступались, как вода.
- БУДУЩЕЕ МЕНЯ НЕ ИНТЕРЕСУЕТ. ОНО - СЛЕДСТВИЕ НАСТОЯЩЕГО. А В НАСТОЯЩЕМ ТЫ НЕСАНКЦИОНИРОВАННАЯ АНОМАЛИЯ. ЛИКВИДАЦИЯ.
Он не стал бросать молнию. Он исчез и мгновенно материализовался прямо передо мной и с размаху врубил мне по челюсти огромным кулаком. Удар был не просто ошеломляюще сильным. Он был умным. Он передавал кинетическую энергию не в точку удара, он каким-то невероятным образом рассредоточивал ее по всей нервной системе, заставляя чувствовать боль буквально всюду, вызывая кратковременный паралич. Отличный хук, пара зубов отломились и вылетели из захрустевшей челюсти. Разговор завязан, но что-то он пошел не в то русло. Надо менять направление беседы.
Рванулся назад, размахиваясь хвостом, чтобы провести подсечку с переходом в атаку передними лапами. Не вышло - Трепед телепортировался на метр над поверхностью, пропуская хвост понизу, и встретил меня мощным ударом кулака в грудь, с вложением корпуса.
- ИТАК, ТЫ ВЫБРАЛ ПО-ПЛОХОМУ, - безразлично констатировал Трепед, уклоняясь от неуклюжего взмаха хвостом и выравниваясь после удара. Его движения были выверены, как траектория частицы в ускорителе. - ТЫ ЗНАЧИТЕЛЬНО УВЕЛИЧИВАЕШЬ ЛОКАЛЬНУЮ ЭНТРОПИЮ. ЭТО НЕДОПУСТИМО.
Ребра ощутимо затрещали, я потерял равновесие и начал заваливаться на спину. Взмах крыльев мог бы исправить положение, дай мне противник хотя бы полсекунды. Но нет, продолжая атаку, великан-человек схватил меня рукой за шею и толкнул назад, на спину, прижимая одно крыло левой ногой, а вторую, согнув в колене, поставил мне на грудь. Я почувствовал, как моя собственная биоэлектрическая активность начала хаотизироваться, пытаясь выйти из-под контроля. Туше
- СПРАШИВАЮ В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ - Трепед снял гребнистый шлем, под которым оказалась узнаваемая голова с небрежной короткой стрижкой. И эти жуткие светящиеся глаза без зрачков.
- С-с-стой, я расскажу. Мы, дракоиды, собираем психоматрицы выдающихся людей
Я начал кратко рассказывать ему, что я делаю и как я оказался в его сознании. По мере моего рассказа его хмурое лицо постепенно разглаживалось.
- Так, - о чудо, хвала Вселенной, он сменил громовой голос на нормальный, - значит, ты хочешь переписать мое сознание на новый носитель и предлагаешь присоединиться к твоей команде? Сколько вас?
- С тобой было бы четверо, плюс Младшая, но она не дракоид.
- Что я теряю? Если вы умеете лазить в будущее, ты наверняка посмотрел и моё. И если ты пришел за мной сейчас, это не может быть случайностью. Анализ показывает, что вероятность моей скорой смерти при учете всех известных факторов превышает девяносто процентов. Проверим гипотезу? Сколько мне осталось жить?
- Я не могу сказать
Шея явственно захрустела в могучей руке Трепеда.
- Хорошо. Десять секунд. Уже, наверное, девять. Но, похоже, это потому, что ты не сильно против перейти в новое обличие прямо сейчас. Ты не очень дорожишь своим телом там, в реальности
- Хех, верно. Было бы чем там дорожить. Я согласен. Но у меня будет несколько условий.
- Я... предлагаю союз! - хрипел я-дракон, пытаясь вывернуться, чтобы хоть немного ослабить сдавливающую силу руки - Новое тело!
- Я не собираюсь жить тупой чешуйчатой ящерицей. Наверняка вы и питаетесь всякой дрянью, и живете в мерзких лужах слизи
- Э-э-это не так - рука сжалась сильнее - Это хрр невозможно
Рука снова сжалась.
- Я, мне кажется, не спрашивал, что возможно, а что нет. Люди, а теперь я вижу, что и вы, рептилии, неверно определяете границы возможного. Я сказал, что так - будет. Если у тебя не хватает ума сделать по-моему, просто дашь мне инструменты, которыми пользовался, я сделаю сам. Мне не привыкать доделывать за недоумками, я думаю, ты в курсе.
- И что же ты хочешь?
- Разве не видно? Меня устраивает этот облик. Титан.
- Облик вижу, а при чем здесь металл? Ты больше по бронзе, судя по оттенку, бериллий?
- Слушай, недоделанное земноводное, титан - это не только металл. Это - он поднял вторую руку, не отпуская, однако, шеи, и стукнул себя кулаком в грудь - тоже называется "титан". И так будет выглядеть мое новое тело.
- Хорошо, ладно. Что еще? Мы обеспечим тебе неограниченные ресурсы для исследований! Возможность изучать не отдельные звезды, пусть и большие, а квазары!
Голубые огоньки в ужасающих глазницах сузились. Хватка ослабла на микрон.
- Квазары? - Отчетливо чувствовалось, что в голосе Трепеда доминанта ярости сменилась на заинтересованность. - Ты предлагаешь мне сменить испытательный стенд на экспериментальный полигон?
- Больше! На целую вселенную! Ты сможешь проверять гипотезы, для которых у тебя никогда не хватило бы энергии!
Трепед задумался. Он отпустил руку. Мое драконье тело обмякло и распласталось на поверхности, хватая ртом воздух.
- ОБОСНУЙ. МАТЕМАТИЧЕСКИ.
Я продолжил рассказ: говорил о дракоидах, о машине времени, о своем проекте. Я не убеждал, я излагал теорию и подкреплял ее фактами и достижениями, как докладчик на научном семинаре.
Трепед слушал, неподвижный, как статуя. Рунические символы на сводах замерли.
- Я оставляю за собой право снимать психоматрицы с людей и вводить их в команду.
- У тебя есть предложения? Мы могли бы снять их сейчас? Твоя жена?
- Эта глупая курица? Ха-ха, нет. Сейчас таких людей нет, но они обязательно появятся. Хотя постой. У тебя есть координатор? Администратор?
- Еще нет
- Уже есть. Красс - знаешь такого? Справа от меня, лысый дедок стоит. Как ученый, звезд с неба не хватает, но без его помощи дела делаются хуже. И с ним интересно и приятно поговорить, о том-о сем. Идем дальше
- Еще что? Ты хочешь стать лидером команды?
- Ты утомляешь, рептилия. Включи базальные ганглии, у вас, наверное, весь мозг из них и состоит. Я ненавижу командовать! Зачем мне тогда Красс? Вдалбливать в тупые башки подчиненных банальные вещи, которые очевидны младенцу, и бессильно смотреть, как они портят то, что, казалось бы, невозможно испортить. Ты хоть раз видел, чтобы эксперимент срывался из-за того, что альтернативно одаренный ассистент сломал железный шарик? Или из-за того, что украли стопор от двери? Так вот, это еще не самое невероятное, что мне довелось испытать, пока приводили этот хлам - он сделал неопределенный жест рукой, очевидно, имея в виду его лабораторию там, в реальности - в состояние, отдаленно похожее на рабочее? Похожее, пока не включено питание. Уверен, оно сломается еще до того, как мое тело упадет на пол. Мне нужна возможность нормально работать, изучать мир, двигать науку.
- У нас выходит время. Я согласен с твоими условиями. Надо снимать матрицу.
Тем временем в реальности.
На лице Трепеда вдруг отразилось удивление, мгновенно сменившееся гневом. Лицо ученого покраснело от напряжения, сердце стучало так, что, прислушайся люди, стоявшие рядом, они могли бы услышать этот стук. Но все были слишком захвачены происходившим с приборами. Никогда еще эксперимент не длился так долго: пять секунд, семь... В эти же секунды разум ученого сошелся в непримиримой схватке с разумом вторженца.
А потом Трепед произнес ту самую фразу. И вдруг все кончилось. Стоявшие вокруг бурно радовались успеху эксперимента, сущности которого они даже не могли толком понять - а сознание истинного творца - покорителя вершин знания уже отправилось в новое увлекательное путешествие, отбросив, как ненужный кокон, свою прежнюю оболочку. И уже обдумывало новые, дерзкие и масштабные эксперименты... Только где взять энергию? Это муравьи могут годами копаться вокруг Квантора и думать, что им достаточно этих жалких энергий, а Трепеду, не скованному больше ни законами, ни правилами, ни даже своим собственным телом, таких величин было до смешного мало. Может, пора и впрямь обуздать квазар?
На опорной базе Ноль.
Трепед очень активно взялся за дело. С учетом того, что он более не был связан ограничениями физического тела, время, потребовавшееся ему для овладения инструментарием генной инженерии, заняло неделю. Его сознание, помещенное в вычислительную среду, вело себя не как программа, а как разумная, агрессивная инфекция, пожирающая ресурсы. Его, казалось, невозможно загнать в какие-то рамки. В первый же день он занял вычислительные мощности базы. Следующим утром выяснилось, что остановились все киберы, перестали отзываться на команды пустые блоки медицинского корпуса, даже мои очки перешли в "режим экономии ресурсов". Трепед копировал себя, распределял задачи, сливал сознания, устраивал консилиумы из нескольких себя... Он не изучал генную инженерию, как это делают по учебникам - он разбирал ее на фундаментальные принципы, а затем собирал заново, не боясь ставить под сомнение даже саму аксиоматику науки, находя более изящные и мощные решения. Единственное, на что его удалось уговорить - не использовать для работы машину времени. Он немного задумался, прикинул что-то в уме, и, неожиданно, согласился.
На третий день вирусы из сознаний Трепеда распространились по вычислительным мощностям неактивных баз драконов. Их было такое количество, что, наверное, даже они сами не знали, кто и в каком месте сейчас ведет свою задачу. На шестой день началось слияние разумов. Еще один день, следы пребывания трепедов по всему населенному космосу были надежно затерты, а единственная копия, обобщившая все полученное знание, уже уместилась в одном центральном процессоре.
- Ух, поработал! Вот это жизнь - доверительно поделилась со мной электронная копия сознания Трепеда. Не знаю, как это выразить, но ощущалось, что механический голос Трепеда явственно потеплел - Знаешь, я, наверное, отзову свою оценку тебя. Судя по тому, что мне удалось узнать и придумать, твой вариант генома, тем более с учетом ограниченности по времени и возможностям работы, вполне удовлетворительный.
- НО ЗДЕСЬ ЕСТЬ ИНЖЕНЕРНЫЕ ОШИБКИ. ВИДИШЬ ЭТОТ ЛОКУС? - Трепед расчувствовался и ненадолго вновь вошел в режим громового голоса, задействовав одновременно все динамики базы. Передо мной возникла сложнейшая трехмерная схема, - Я нашел всего несколько ошибок, и притом ни одной грубой. Конечно, в геноме Титана их не будет вовсе.
- Во-первых, выбросить эти биогравы. Для вас, крылатых, может, это и хороший вариант, но не для меня. А городить всякие аппаратные решения - проще построить самолет.
- Они работают, - парировал я, чувствуя себя студентом на разгромной защите диплома.
- РАБОТАЮТ НЕЭФФЕКТИВНО! - прогромыхал возмущенно Трепед, - ПОДНИМАТЬ В ВОЗДУХ БЕСКРЫЛОГО ТИТАНА? СМЕШНО. Я ЗАМЕНЮ ИХ... Сейчас мне совершенно ясно, как они работают. Оперируют с гравитационным взаимодействием. Надо же, пережиток эпохи Стандартной модели, а как остроумно устроено. Поменяв гены вот здесь и здесь, мы изменяем воздействие этих клеточных органелл с гравитационного взаимодействия на электромагнитное. Это нам даст контроль электромагнитных полей. Смогу создавать разность потенциалов между двумя точками в пределах видимости.
На экране возникла модель нового, исполинского антропоморфа-титана, с пальцев которого срывались в небо сгустки чистой энергии.
- ВЫПОЛНЮ СВОЮ МЕЧТУ, - с почти что ребяческим торжеством добавил Трепед. - БРОСАТЬ МОЛНИИ. ЧТО ЗА ТИТАН БЕЗ МОЛНИЙ?
Я смотрел на эту модель и понимал: я не просто приобрел гениального союзника. Я выпустил на свободу силу, которую, возможно, никто не сможет контролировать. Но именно такая сила и была нужна, чтобы перевернуть вселенную. И совсем не к месту родилась мимолетная мысль:
- Как бы отучить тебя от громового голоса?
Значительно позднее
- И все-таки как тебе удалось меня победить? На моей стороне была неожиданность, опыт, да и, чего говорить, мой мозг куда больше и совершеннее твоего.
- А чего тут странного. Вспомни, как ты выглядел в тот момент?
- Я какой есть, такой и есть, а что?
- Цвета какого?
- Черного, говорю же. Я появляюсь в чужом сознании чаще всего именно в этом виде...
- Вот и ответ. В моем мире существует древняя поговорка - уже никто доподлинно не знает, откуда она взялась, но тем не менее. "Титан победит черного дракона при любых обстоятельствах".
Одной из ключевых ролей в моей команде был исследователь - контактер. Сам я, и с этим глупо спорить - не замечен в успешном налаживании контактов с внешним миром. Возлагать такую важную функцию на Младшую? Да, у нее характер подходящий, но, чувствуется мне, талантов моей маленькой соратницы на всю нашу команду не хватит. Да и способностей к телепатическому общению у нее нет. Поэтому в мои самые ближайшие планы было подобрать приемлемую психоматрицу и завербовать в команду нового дракоида. Его задачей станет налаживать контакты с внешним миром и приносить оттуда новые идеи. Возможно, рано или поздно потребуется устанавливать контакты с драконами, да хоть с Терпеливыми или другим разумным видом из числа далеко ушедших по пути прогресса. Такой участник сможет обнаружить, оценить и рассказать о новых идеях, разработках и ресурсах, которые есть за пределами нашего социума.
Что там написано в книге Повелителей? Контактер часто энтузиаст, яркий экстраверт, умеет общаться с людьми в компании и за её пределами. Исследователи легко подхватывают идеи других и развивают их, всегда открыты и любознательны. В мой первоначальный план входило включение в команду экстраверсивной особи в женском исполнении, для снижения градуса напряженности. И, хотя основная ответственность за моральный климат команды будет лежать на другом ее члене - которая душа компании, но определенное перекрытие функций здесь пойдет только на руку. Решено - ищем среди людей женщин.
И еще одно. Контактер должен уметь идти на контакт, договариваться и находить компромиссы с самыми разными внешними силами. Кого бы я ни выбрал, она меня не знает. Просто потому, что я вообще не знаком ни с одним человеком, если не считать ту пару людей, что приютили меня по зиме. Так что пусть это будет последним экзаменом на профпригодность - договориться с внешней силой - мной.
Вариантов веселых, жизнерадостных и контактных человечек среди знакомых Великого дракона и среди тех, о ком удалось выудить достоверную информацию из массива, было предостаточно. Но нужен был человек с исследовательской жилкой, а не просто жизнерадостный весельчак. Таких уже поменьше.
Но вот, вроде бы, подходящая кандидатура. Живет уже достаточно долго - прошла много омоложений, но все еще не потеряла вкуса к жизни. Весомый аргумент, людям такое качество вообще не свойственно. Второе исследовательская жилка. Превосходный врач, вела научную работу, ставила эксперименты... Не всегда этичные, но у меня тут вообще с этикой не дружат, я и сам ставил неэтичные опыты. Так что поймем друг друга.
Ну и третье - общалась с драконами, даже, одно время, были планы переселиться в драконье тело. Вроде бы... Может, не у нее, но в ее коллективе - точно. Думаю, мы сможем договориться без подавления сознания. Мой будущий контактёр, встречай, я лечу.
Мрак в драконьем обществе занимает особое место. Бывший человек, дракон с переписанной матрицей матерого уголовника - тяжелостатейника, сосланного на планету-тюрьму Зону навечно. С правом продления жизни, но без права выйти на свободу. Воспитал ту самую знаменитую Лобасти. Общение с ним во многом определило и ее гениальность.
Драконы признают его бесспорные таланты, но - почти все на всякий случай держатся поодаль. А вот люди среди людей часто так водится, что рядом с такими яркими личностями кучкуются другие небезынтересные персоны. Перебирая окружение Мрака, я и наткнулся на этот бриллиант.
Находившаяся в тени Катрин - будущей супруги Мрака, Мэгги, тем не менее, проявляла себя в самом лучшем свете. Не выпячивала свои заслуги, но - там, где была Мэгги, не случалось недопониманий, не возникали конфликты, все социальные взаимодействия с внешними силами, что с людьми, что с драконами - проходили по сценарию... Это точно та психоматрица, которая мне нужна.
Зона. Много лет назад.
Мрак отбыл в свое добровольное изгнание. Катрин умерла. Дом Бугра без них опустел.
Нет, повсюду сновала куча народу - Бугор, бывший уголовный воротила - всерьез взялся за роль мэра города. Поначалу как за игру, потом втянулся, и уже с некоторым недоумением вспоминал свою прежнюю жизнь. Как ему хватало такой малости - жалких полсотни людей, примитивные дела: украл-ограбил-разрушил, приземленные интересы: выпивка-женщины-деньги-показное богатство-передел влияния с другими преступниками. Он открывал в себе новые качества оказывается, это интересно и не приедается - созидать, развивать, стоить. И драконы - не такие уж держиморды - надзиратели, а вполне контактный народ, с которыми можно вести конструктивные дела, и которые могут помогать. Зона превращалась в обычную планету - колонию. Скоро снимут запрет на размножение. Не за горами будет строительство первых нуль-Т для местных жителей
Но без Мрака и Катрин не было уже той атмосферы напряженной работы, их маленький коллектив распался на атомы. И Мэгги откровенно скучала.
Однажды вечером Тайсон завел разговор о том, что Мрак хотел выбраться из Зоны в теле дракона.
- Мы поверили ему. Казалось, ему всё по плечу. А теперь выходит, не смог. Даже ему не по силам
- Предположим, он бы вышел - поддержала разговор Мэгги. - А мы все? Ты, Конан, Катрин... Все еще думаю о ней, как о живой. Я тоже бы хотела... Бугру, понятно, уже не надо.
- Придумал бы что-нибудь.
- Одного дракона для записи разума не найти, а тут целых пять! Я слышала, что за все последнее столетие переписали меньше десяти матриц людей. И с каждым столетием их становится все меньше.
- Это Мрак! Мы даже не задумывались, если уж совсем честно. Может, у него драконья ферма была задумана, или еще что-то такое? Я не знаю.
- Эх. А теперь вот, Мрак сломался. Нет больше надежды. - Мэгги устало махнула рукой и ушла спать, оставив Тайсона с невеселыми мыслями и едва початой бутылкой виски.
Прекрасный зачарованный лес, где сосны могучими красными стволами достают до самого неба, где шелковистая трава мягко шелестит на легком ветерке, порхают разноцветные бабочки, и, кажется, что сам воздух пропитан волшебством летнего полудня. Если внутренний мир контактера должен был как-то визуализироваться, то он не мог быть ничем иным.
- Надежда всегда есть, красавица! - на плечо Мэгги спорхнул сине-фиолетовый волшебный дракончик. Его пузатое тельце выглядело довольно увесистым для комично маленьких крылышек, которыми он быстро махал. Сверкающие искры слетали с крылышек, рассыпались мельчайшей пыльцой света и угасали, чтобы смениться новыми и новыми.
- Привет. Ты что такое?
- Дракон, как видишь!
- Не шути так. Драконы, они, как бы тебе сказать - немного иначе выглядят. И дети их...- Мэгги невольно вспомнила Лобастика - тоже на тебя не похожи.
- Предположим, бывают и драконы другого типа. Я слышал, о чем говорили вы с Тайсоном. Так вот: надежда - есть.
- На что? Ты вернешь нам Мрака? Ты убедишь драконов дать нам тела? А может, ты выпустишь нас с Зоны? Извини, - Мэгги сорвала колосок и пощекотала округлое брюшко дракончика, - но ты не выглядишь кем-то, кто может решать такие проблемы.
- Без фамильярностей, пожалуйста! дракончик в шутку надулся и обиженно засопел, не спеша, однако, покидать плечо девушки.
- Ах, извини, - поддержала шутку она. - Так все же, что ты хотел рассказать?
- Ты хочешь узнать, как я собирался решить твою проблему? Пойдем со мной! - Дракончик почти невесомо оттолкнулся от плеча, и, часто-часто взмахивая крошечными крылышками, полетел в лес.
Недолгий путь, и вот дракончик, в последний раз забавно перевернувшись в воздухе, исчезает за сплошной стеной молодых елочек. Мэгги, поспешая за ним, огибает преграду, и...
На небольшой опушке, опершись боком о поваленное, но все же живое старое дерево, сижу я. На этот раз, для разнообразия, в своем обыкновенном виде. Большой, стройный, грациозный серебристо - белый дракон. Широкие крылья сложены за спиной, хвост широким полукругом растянулся в траве, правая передняя лапа опирается локтем на ствол, пальцы левой выпущены из пазух и задумчиво перебирают стебелек большого желтого цветка, похожего на ромашку. Голова, на длинной, в сравнении с драконами - предками, шее, чуть склонена набок, как бы в ожидании чего-то. Взгляд прямо на гостью. Драконий взгляд, пронизывающий до самого подсознания
- Здравствуй, Мэгги! Я ждал тебя.
- Здравствуй. Ты меня знаешь, а я тебя нет.
- Я дракон Виктор.
- Очень приятно, Виктор. Однако, позволь уточнить, ты не дракон. Твои отличия от драконов сильно бросаются в глаза. Пусть мы на Зоне и не можем похвастаться, что видели многих драконов, но я знаю точно, что таких драконов не бывает. Ни по форме, ни по цвету.
- Тут ты права. Мы другой вид драконов. Я назвал наш вид дракоиды. До меня дошел слух, что в вашем коллективе упадок духа. Отчего ты утратила надежду?
- Не знаю, могу ли я тебе доверять
- Мы, на минуточку, в твоем сознании. Говоря со мной, ты в значительной мере говоришь сама с собой. Ты боишься высказать свои тревоги сама себе?
Драконы не лгут. Дракоиды не лгут тоже. Я не обманул Мэгги, ведь, если она согласится записать матрицу сознания, она станет частью общества дракоидов. Частью меня. Частью Трепеда, Капитана, Брата Марка, и всех последующих дракоидов. А мы станем ее частью. Она, говоря со мной, разговаривает с частью будущей себя.
А если не согласится? Она согласится.
- Какой удивительный сон. Это я тебя, такого, выдумала? Или откуда ты взялся тогда? Точно помню, я ничего не слышала о каких-то других драконах. Да что я, Тайсон, наш признанный специалист по биологии драконов и тот не слышал. Он бы рассказал. Ладно, слушай, неизвестный мне пока дракоид.
Дальше Мэгги поведала мне, как они мечтали уйти с Зоны в драконьих телах. Как она украдкой наблюдала за драконами, примеряя к себе их тела, мечтая, как сможет купаться в воздушном океане, как поднимется на биогравах, какой у нее будет хвост, какие крылья. Сожалела, что у драконов всего два цвета черный и зеленый
- А какой цвет ты любишь, Мэгги?
- Желтый! Как солнце моей родной планеты, как мой любимый цветок - одуванчик! Пусть он не самый благородный из цветов, зато, когда приходит его время, он отпускает в небо целое облачко крошечных пушинок-странниц! И они летят, летят, навстречу солнцу и приключениям, чувствуют ароматы далеких земель Как бы я тоже хотела летать!
Надо же. Желтый... Похоже, я стану для нее добрым волшебником, который исполняет желания. Ее психотип свойственен, как раз такому типу гормональной регуляции, который формирует желтый окрас чешуи.
- Я не могу предложить тебе тела для всех твоих товарищей. Я не могу предложить тебе тела драконы, к которым ты примерялась эти годы. Я не могу помочь вам закончить ваше общее дело. Но я могу предложить тебе тело, подобное моему. И новых друзей. И новое большое дело - общее для всех нас.
С этими словами я протянул ей лапу с цветком.
Мэгги шагнула вперед... еще шаг... протягивает руку... кладет ладонь на мои пальцы Матрица снята. Она будет помнить всё до этого момента. Когда она проснется в новом теле, в ее воспоминаниях всё будет выглядеть так, как будто она коснулась моей лапы и превратилась в дракоида.
Та, настоящая Мэгги с Зоны вздрогнула и очнулась.
Надо же, задремала... Надо спросить у Тайсона, вдруг он просто забыл рассказать про белого дракона?
Планета Латинян.
Тишина. Разлита повсюду, переполняет собой еще недавно шумные коридоры, аудитории, мастерские. Даже экспериментальный зал исполнен ею. Не хуже жидкого гелия, она затекает даже в черепную коробку.
Это не та благословенная тишина, что царит в командном центре глубокой ночью, когда все системы работают стабильно, а отчеты разложены по папкам. Нет. Эта тишина - иная. Она густая, тягучая, как смола. Она впитала в себя эхо того оглушительного ничего, что пришло на смену гулу экспериментальных генераторов. Она давит на барабанные перепонки, на виски, на всю эту старую, изношенную черепную коробку.
Мы даже не можем с уверенностью сказать, получилось ли что-нибудь, или нет. Судя по тому, как шел эксперимент должно было получиться. Все было, как всегда, как в тех, первых, игрушечных, наносекундных пробах. Но провести контрольные измерения совершенно нечем - в той безумной вспышке перегорело абсолютно всё. Проверю проводной телефон правительственной связи, наследие какой-то безумно давно ушедшей эпохи, способный выдержать близкий разрыв водородной бомбы. Работает! Хвала великим богам. Так-то половину материка зацепило.
Если бы это было самым критичным... Через несколько месяцев конус причинности достигнет нашей планеты, и мы увидим результат. Что-то мы обязательно увидим - масса звезды, пересчитанная в энергию, в никуда пропасть не могла. И, скорее всего, это не взрыв - аппаратура сгорела, когда перекачка уже закончилась. Если бы только это
Он мертв. Трепед.
Не погиб при исполнении, не пал при исполнении долга. Эти высокопарные фразы сгодятся для отчетов в правительстве планеты. А что делать мне? Он, такой молодой, полный замыслов, деятельный настолько, что мне едва доставало сил его сдерживать - мертв. Мой, по большому счету, единственный друг. Меня, старика, засосал водоворот его безудержной энергии, позволил на склоне лет почувствовать причастность к Великому А теперь его нет. И что я без него? Что мы все без него?
- Протокол Феникс. Активация при потере Генерального Конструктора, - мысленно диктую я сам себе, и пальцы сами по себе тянутся к клавиатуре, чтобы сделать пометку. Руки дрожат. Черт возьми. Изо всех сил сжимаю их в кулаки, чувствуя, как проглядывающие сквозь сетку морщин костяшки белеют. Не сейчас. Дрожать будем потом.
Клавиатура, конечно, не работает.
Обвожу усталым взглядом главное информационное табло. Десятки показателей замерли на аварийных отметках. Желтые и красные значки, словно сыпь, покрыли карту проекта. Механическую карту. Только циферблаты, только самописцы - это была твердая позиция Трепеда. Неужели он предвидел? Да, с него станется, достаточно вспомнить, как он проводил реверс-инжиниринг вечного аккумулятора из лужи расплава.
Пробежимся по результатам: лабораторный модуль Омега - полная потеря. Энергосеть - коллапс, перегрузка вывела из строя половину преобразователей. Люди... Люди живы - человек феноменально устойчив к электромагнитным импульсам. Они просто в панике разбежались, кто куда. Понесли панику в город. Но еще не донесли. Скорее всего, транспорт тоже не работает, а Институт далеко от города. Надо срочно предотвратить беспорядки. Еще можно успеть.
Время набрать код правительственной связи.
- Акрополь слушает. У нас всё отрубилось - это вы?
- Говорит Красс. - Мой голос ровный и безжизненный, как стук метронома. Крик сейчас - это роскошь, которую нельзя себе позволить. Уверенность и спокойствие - единственный якорь, который может удержать сорвавшийся с цепи корабль цивилизации от полного развала. - Записывайте текст чрезвычайного сообщения. Эксперимент прошел успешно. В распоряжение человечества получена новая планетная система с планетой, пригодной для колонизации без терраформирования.
- А что с авариями на сетях?
- Аварии это мелкие неприятности. Направить службы на их ликвидацию. Специальное сообщение передать через все ретрансляторы, в городах, где они не функционируют передать сообщение через мобильные устройства. При необходимости отправьте по улицам номенклаторов.
- Приказ принят к исполнению.
- Далее
Трепед.
Безумный гений. Неукротимый. Невыносимый, мысли лезут в голову, назойливые, как мухи. Далее надо отдать последний долг Генеральному Конструктору. Стандартная формулировка: В результате нештатной ситуации при проведении эксперимента... Приложить предварительный отчет об ущербе. Не упоминать о попытке стабилизировать канал перекачки энергии. Не упоминать об ошибке в позиционировании. О сбое матрицы пространства. Сказать - исследование аномальных энергетических полей. Что-то надо сказать.
- Далее. - голос снова обрел твердость. - В результате нештатной ситуации при проведении эксперимента трагически оборвалась жизнь гениального сына нашего народа - Трепеда. Вся планета скорбит об этой беспримерной потере. На всемирное голосование будет вынесено предложение назвать новую планетную систему его именем... Конец связи.
Я всегда знал, что это закончится плохо. Знание это было не предчувствием, а холодным, математическим выводом. Трепед был гением, чей разум опережал не только технологии, но и саму физику реальности. Он прыгал в пропасти, не проверяя, есть ли там дно. А моя скромная роль - быть тем, кто должен успевать строить мосты через эти пропасти, зная, что материалов вечно не хватает, а сроки горят.
И вот мост рухнул. Вместе с тем, кто прыгнул первым.
Думаю дальше. Каким бы ни был успех, имеются жертвы и разрушения. Значит, будет пункт третий. Кадровые перестановки. Пока я еще могу воспользоваться своими чрезвычайными полномочиями. Надо облегчить им задачу. Пишу на бланке приказа:
- Освободить архисхолария Красса от должности архонта научного корпуса с сохранением научного звания. Основание - почетная отставка по возрасту. Назначить ноостратега Кербеса временным архонтом научного корпуса. Ходатайствовать о присвоении ноостратегу Кербесу научного звания архисхолария. Основание - по совокупности заслуг. А/с Красс. Печать, подпись
Кербес слабоват, но не станет паниковать. Он дорастет, подтянется. В нем есть стержень, который со времен Демокрита отличает людей науки от ремесленников. Он еще молод. Остальных... провести собрание. Сказать... что сказать? Что мы скорбим? Что проект продолжается?
Встаю из-за стола, прохожусь взад вперед, мимоходом заглядываю в зеркало: лицо маска из морщин и железной воли. Но где-то глубоко внутри, в том месте, куда я никогда не позволю заглянуть никому, даже самому себе, кроется неприятная правда. Наша цивилизация угасает. Люди выживут. Но свет, который мог вырвать нас из веков застоя, погас. Самый яркий, самый ослепительный свет, который я когда-либо видел. Как знать, может, это был вообще самый яркий свет, который в силах зажечь человечество? И отныне наш мир будет существовать в сумерках.
Что это за шаги в коридоре? Кербес... Выходит, не сбежал, не бросил старика.
- Держи, передай в Акрополь, непосредственно в Ареопаг. Ты теперь в него входишь. И маленькая просьба личного характера
- Красс?
- Новую планету предстоит исследовать. Экспедицию поручат возглавить тебе.
- Так, и?
- Возьми в экспедицию одного старика без проверки преторианцами? Хоть за зоопарком следить, чтоб поменьше было болтовни... ну ты понимаешь, - и я заговорщически подмигнул бывшему ученику.
На опорной базе Ноль. Просмотр записей эпизода.
- Нам нужно завершать комплектацию ядра социума. Осталось трое: Администратор, Душа компании и Ментор.
- К КРАССУ ПОЙДУ Я САМ.
- Трепед, не используй, пожалуйста, свой громовой голос? Напрягает.
- Да, извини, воспоминания нахлынули. Расчувствовался.
- Ты электронный. У тебя нет чувств!
- Хорошо, будь по-твоему. Рассинхронизировались параллельные матрицы воспоминаний. Произошло самоиндуцирование модуляторов эмоциональных контуров. Так лучше?
- Тебе срочно надо записывать память в тело. Может, это тебя стабилизирует.
- Титанчик растет. По моим расчетам, в двухгодовалого титана уже можно переписывать матрицу сознания. Будет расти и развиваться, будет полнее врастание.
- Хорошо, Красс на тебе. На Душу компании у меня есть претендент. Это будет щелчок по носу Великому дракону. Ментора обещала завербовать Младшая. Сделаем Красса титаном?
- Я думал. Но нет, ему больше пойдет твой вариант. Насчет его будущего тела - к Крассу пойду в образе дракоида. Сейчас немного погоняю цифровую модель, чтоб на хвост не наступать. Зная Красса, его будет легче уговорить, оперируя чем-то подобным. И, опять же, эта моя фраза про драконов
Планета Латинян.
- Красс, друг мой!
Красс медленно, с наслаждением втянул неразбавленный винный концентрат из плоского килика и, сделав губы трубочкой, выдохнул, как пар на морозе. Мороза не было, поэтому выдох рассеялся в воздухе, не оставляя следов. Сон. Очередной сон. Их было много после той вспышки. Голос слышался со спины, но бывший руководитель не спешил поворачивать голову. Что он там увидит? Лишь морок
- А, Трепед! Жаль, это всего лишь сон.
- Ты прав только отчасти.
- Очередная фантазия моего усталого мозга, - произнес он, глядя куда-то в сторону. - Очень жизнеподобная, надо признать. Даже голос твой тот самый. Но я помню. Я сам отдал приказ на запуск дезинтегратора.
- Да, того тела больше нет. Я признателен тебе за то, что сохранил память обо мне, но это сентиментальные мелочи, не более. Та история закончена, того тела нет, но есть другое. Погляди на меня.
Красс не спеша повернулся на звук.
- Что это? Визуализация впечатления о твоей фразе про измерение драконов? Потрясающе детализированная.
- Немного больше. Это одно из наших новых тел. За мгновение до смерти моя матрица сознания была переписана.
- Нет никаких матриц сознания. Никаких драконов тоже не существует. Наука отвергает возможность существования подобного. Лирические фантазии для бульварных романов, и только.
- Отвергает или просто не знает? Ты же помнишь, я весьма нервно реагирую на слово "невозможно".
- Допустим, второе. Что это меняет? Даже если бы ты мог создать аппаратуру по записи матриц сознания, ты этого не делал. Уж я-то знаю все твои проекты. Каждый сестерций через меня прошел. Каждая секунда твоего времени учтена вот этими руками
- Красс, ты так до конца в меня и не поверил! Что ты говорил, когда я обещал сделать вечный аккумулятор? Когда разбирался с антигравами? Когда изобретал генератор? Красс, вспомни тот день, когда я, четырнадцатилетний юнец, пришел к тебе с предложением по кораблю пришельцев. Ты сказал мне, что ученые поумнее меня не смогли ничего придумать. Тогда я достал...
- Модель пятимерного гиперкуба. Я сказал, что это невозможно. Но твоя аидова модель работала. Тогда мне пришлось переписывать все протоколы безопасности. От самого первичного кода!
- И зачем?
- Потому что четырехмерная защита бесполезна против атаки из пятого измерения!
- Неужели ты думал, что мне хоть сколько-нибудь интересны ваши детские секреты? Мне нужен был Корабль, и я получил его
Красс замер. Концентрат в его килике внезапно снова стал ощутимо горьковатым и реальным. Этого не могло быть в сне. Он никогда никому об этом не рассказывал. Это было их с Трепедом. Личное.
- Это немного другое, разве нет?
- Думай, как хочешь. Я, как обычно, уже все сделал. В этот раз, для разнообразия, не всё сделал сам. Ты удивишься, узнав, какие фигуры там собрались. Сейчас я приглашаю тебя присоединиться.
- К чему?
- К моему новому путешествию. Деяния Трепеда-человека будут помнить веками, деяния меня сегодняшнего - вселенскими циклами.
- Что-то мне подсказывает...
- Хорошо, - Трепед сделал шаг вперед сразу двумя правыми лапами, и поступь его тяжелого тела отозвалась в костях Красса. - Твоя любимая фраза, которую ты говорил каждый раз, когда я предлагал что-то скажем нетривиальное. "Трепед, мы не можем себе этого позволить, у нас нет ни ресурсов, ни времени". Вопрос времени пока открыт, но ресурсов я вам, вроде бы, обеспечил достаточно. И это - простой человек. А теперь...
- У нас и правда никогда не было ни ресурсов, ни времени, - с усмешкой отозвался Красс, и это была уже не игра, а горькая правда.
- И всегда, абсолютно всегда, после этого ты отправлялся в свой кабинет, доставал вычислитель, открывал новую амфору концентрата, брал в руки стилос и пергаменты, зажимал плечом трубку телефона прямой линии и начинал извлекать ресурсы из ничего, а время из воздуха. Потому что ты всегда знал - это должно быть сделано!
Трепед протянул свою могучую лапу, покрытую ярко-красной, тонкой, но несокрушимо прочной на вид чешуей, разжал кулак и высвободил из пазух пальцы. На огромной ладони дракоида лежал крупный, грубоватой для космической эпохи ручной работы, медный шестеренчатый механизм.
- Первая вещь, которую я починил. Механизм с Антикитеры. Ты сказал: "Даже самый гениальный механизм не сможет работать, пока не воссоздана идея, вызвавшая его к жизни". Я разгадал его. Неплохой механический вычислитель. Если помнишь, я на спор рассчитал на нем траекторию нашего космического зонда, когда ваши ученые смеялись над догадкой четырнадцатилетнего парнишки.
Красс смотрел на шестеренчатое чудо. Запредельно сложная для древнего мира игрушка, попавшая к нему в жалком, обглоданном временем виде. Он помнил ее. Каждую зазубрину. Это был не образ, не фантом. Это была память, воплощенная в металле. Его собственная, самая сокровенная. Загадка, над которой бились почти сто лет. Трепед решил ее за три дня, из которых два - он изготавливал утерянные детали.
- Ты жульничал. Ты считал в уме!
- Я перепроверял расчеты в уме. Конечно. Но все их можно было сделать на этом устройстве!
Красс аккуратно шагнул ближе. Его скептицизм, эта броня, которую он носил десятилетиями, дала трещину. Он медленно поднял руку и дотронулся до чешуйчатой лапы дракона. Она была гладкая, жесткая и теплая. Ощущение было абсолютно реальным.
- Но как? - его голос сорвался на шепот. - Дезинтегратор я видел...
- Ты видел, как исчезает оболочка, - негромко добавил Трепед, и в его голосе не слышалось ни единой нотки того громового голоса, которым он разговаривал с дракоидом. - Но разве ты видел, куда исчезает содержимое? Ты помнишь, я не люблю долго раздумывать над открывающимися возможностями. Так вышло и на этот раз - мне стал доступен новый путь, и я немедленно на него перешел. Просто этот путь оказался немного иным, что ли? А теперь я вернулся за тобой.
Он сжал ладонь, и бронзовый механизм исчез.
- Я стар, и мне непросто давалось выдерживать твой прежний темп работы. В масштабах вселенских циклов я, прости, не справлюсь.
- Это предоставь нам. У нас тут собирается неплохой коллективчик. Знаешь, я даже немного поменял свое мнение о человечестве. Раньше люди мне казались мелковаты, но, ты удивишься, среди них нашлись личности под стать нам с тобой. И не только люди
- Поверю тебе в очередной раз. А какую роль вы мне отводите? Старый брюзга?
- Красс, я не помню, чтобы ты когда-то брюзжал. Будешь делать то, что умеешь лучше всего - администрировать, руководить. Распределять ресурсы. Мне нужен тот, кто знает, как работают шестеренки. Не теоретик, не мечтатель, а тот, кто знает, как организовать их производство, из какого сплава их отливать и сколько времени займет их установка. Мне нам нужен ты. Не твое призрачное отражение, а ты, со всей твоей яростью, скептицизмом, критическим подходом и этими проклятыми протоколами безопасности.
Красс молчал. Он отставил в сторону свой недопитый концентрат. Призрачный килик с древним сюжетом "Орфей выводит Эвридику из царства теней" исчез. Он смотрел на Трепеда, и впервые за долгие годы в его глазах не было усталости. Был вызов.
- И что я буду там делать? Составлять графики сменности для драконов? - в его голосе снова появился знакомый Трепеду едкий оттенок.
Трепед рассмеялся, и это был старый, знакомый, совсем человеческий смех.
- Нет, мой друг, ты будешь оперировать потоками энергий вращения галактик, распределять ресурсы между измерениями, ты будешь составлять расписание для самого времени. Это единственная работа, которая тебя достойна, а ты единственный, кому она по плечу.
Красс медленно кивнул. Это был не сон. Это было предложение. Более грандиозное, чем все, что он мог вообразить.
- Ладно, Трепед, - он выпрямил спину, и с него будто свалились двадцать лет. Покажи мне эти свои проклятые шестеренки. И с протоколами безопасности не спорь.
В той древней книжке Повелителей одна из ролей, которую нужно заместить при создании стабильного коллектива - это душа компании. И эта роль была самым большим камнем преткновения в моем плане. Дело в том, что я не представлял себе, что именно нужно делать в этой роли. Как вы понимаете, коллектива у меня никогда не было, брать за пример Отряд Великого дракона - тоже не хотелось хотя бы потому, что я никогда не видел Отряд полностью и толком не был знаком с большей его частью. Вдруг душой компании там была Волна, или какая-нибудь Майя, или вовсе Монтан, которого я и не видел ни разу?
Не сильно помогло появление Младшей. Коллектив из двух разумов - это еще не коллектив. Тем более, что Младшая - представитель вида существ, ведущих строго одиночный образ жизни. А я - повторил ошибку Великого дракона: предок создавал мозг драконов из человеческих, а потомок создал очень умную, наделенную высшими функциями - но курлапку. Потом выяснилось, что и Трепед, гениальный ученый, но при том непонятый коллективом одиночка - плохой советчик. До такой степени, что жену ему подбирал, руководствуясь соображениями совместимости и целесообразности, Красс. Тяжкое оно, бремя ледяного трона на вершине горы человеческого интеллекта
Но в груде хлама собранных сведений о посредственностях, немногих более-менее ценных воспоминаниях драконов, и, прежде всего, Великого дракона, нашлась и нужная мне жемчужина. К тому моменту, когда я готовил Трепеда к выходу за ментальной матрицей Красса, решение уже было принято.
Кенти. Вековечная заноза в памяти Великого предка.
Сколько ссор и перебранок было у него с Анной, и даже с миролюбивой и всепрощающей Корой по поводу этой фотографии. Единственного материального доказательства, что эта самая Кенти существовала. Представительница другого вида, подвергшаяся частичной киборгизации преступница, почему-то она вызывала неутолимую ревность у дракон-прародительниц.
Раскапывая логи нуль-Т камер, я несколько раз натыкался на следы нечеткого поиска в определенном соотношении координат пространства-времени. Проведя некоторые сопоставления, я сделал вывод, что Великий дракон вновь и вновь искал выход именно в ту реальность.
И это показалось мне странным. Число измерений очень, чудовищно, подавляюще велико. Там десять в такой степени, что чешуя встает дыбом... Но небесконечно. И Великий дракон это знает, так как собственноручно пробивал дыру в прошлое конкретного мира Ящеров. Если примерно известны координаты, хотя бы грубо, до пятого знака - можно забросить в близлежащие параллельные миры несколько миллионов зондов и зафиксировать нужный. Даже просто методом перебора вариантов - комплекс операций "заброс - проверка соответствия" ограничен только скоростью света для получения отклика от фотоэлемента, доли секунды. Десять забросов в секунду - за несколько десятилетий киберы управятся. У него не хватает времени? У бессмертного существа с машиной времени? Или ресурсов? Квантор в помощь, из него вытянуто несколько планетных систем, и он даже не стал меньше. Трудно делать микрозонды - исследователи? Дубликатор Трепеда полностью снимает проблему. Короче, можно было бы что-то придумать. Особенно, когда есть четкая привязка на местности. У него она есть следы на скамейке.
Но он не смог найти туда дороги.
Значит
Значит, ему туда нельзя.
Ему, но не мне.
Само пространство - время заблокировало ему путь в этот континуум. Временная петля? Да, очевидно, это она. И я сейчас ее распутаю.
Нашел этот момент его истории. Наблюдаю через темпоральное окно. Вот он затаскивает в шлюзовую камеру аппаратуру, выходит в последний раз проститься. Девушки кентавры вешаются ему на шею, что-то лопочут. Наверное, приглашают снова. Предок проходит шлюз, захватывает манипулятором маяк и дальнейшее мне не интересно. Взамен его маяка в измерение вываливается мой.
Можно спокойно готовить операцию. Теперь Душа компании никуда не уйдет.
Что мы знаем о Кенти? Очень талантливый экономист, эксперт по банковскому делу, налогам родного мира но это знание нам не нужно. За полтора тысячелетия у драконов не появилось ни денег, ни банков. Ведь деньги суть что? Костыль от невозможности доверять партнеру по сделке. Дракоидам торговать пока не с кем, а вопрос доверия внутри вида решен абсолютно категорично. Еще Великим предком.
Электронщик интуитивщик. Читает электронные схемы, как детские буквари. Не то, чтобы это было ценно само по себе, все-таки, прошлый технологический уклад - но такое умение признак прекрасно организованного сознания и отличного пространственного мышления. Не Трепед. Не Брат Марк. Но лишним не будет.
И, самое главное - веселая, живая, жизнерадостная. Организовала вокруг себя компанию. Что бы она ни говорила о легкости своего бытия, но рабство - это не то положение дел, при котором у человека раскрывается способность радоваться и наслаждаться жизнью. Но Кенти не потерялась и здесь.
Я возвращался к наблюдению за Кенти течение многих дней. Все-таки она немного покривила душой. Выходных на неделе было далеко не пять. И условия труда не такие шоколадные. Можно, конечно, списать на влюбленность, на нежелание жаловаться малознакомому дракону, на общий позитивный склад мышления. Но факт остается фактом - идиллического момента, когда можно было бы завести беседу, не представлялось больше месяца. Пожалуй, это даже хорошо - забудутся мелкие детали прошлой встречи - с Великим драконом. Уточню психологический портрет - легче будет найти уязвимые точки. Ломиться силой, как первые три раза, больше не хотелось, да и силовой захват заведомо уязвимого сознания - нечистая игра.
Наконец, я застал Кенти, задумчиво бредущей по той самой тропинке вдоль берега. Вот и та самая скамейка, на которой вырезаны имена её, подружек, и Коши - Великого дракона. Что-то на этот раз она не выглядит такой жизнерадостной.
Она вспоминала того дракона - огромного, доброго, немного смешного. Забавное существо. Пусть бы он прилетел снова... За этот месяц кое-что поменялось в ее жизни. Ее хозяин - в которого она за эти годы успела влюбиться - наконец-то по достоинству оценил ее замечательные умения. Но теперь это ее совершенно не радовало. Он неожиданно заявил, что хотел бы использовать ее таланты для некоторых операций, имеющих мало точек соприкосновения с законом. На резонное замечание, что для нее рецидив, да еще при незакрытом прошлом наказании, будет иметь тяжелые последствия, хозяин отметил, что ей, как уже частично киборгизированной, особо хуже не будет, а он, вообще-то, порядком поиздержался за последнее время и не может больше обеспечивать ей и подружкам райское существование.
-Ну продлят тебе срок еще лет на десять... Тебе что так копытами стучать, что эдак, не все ли равно? сказал он.
А то, что у нее пройдет, считай, вся жизнь? Да и стучать копытами ее определят не сюда, где хоть какие-то возможности, а на тяжелые работы? Это кто-нибудь учел?
Самое обидное, что и ее подружки поддержали хозяина. При всей своей красоте и веселости талантами по добыванию средств незаконными методами они не блистали, поэтому весь объем проблем хозяина (и всю ответственность) предстояло взвалить на себя одной Кенти. Может, они сговорились? Решили поэксплуатировать ее девичье чувство? Да, наверное, тот дракон так бы не поступил. Глупый он, конечно, но было в нем какое-то благородство
И тут воздух над скамейкой задрожал, и вместо знакомого темно-зеленого гиганта появилось нечто иное.
Увиденный был изящным, почти хрупким на вид, с чешуей цвета лунного серебра. Длинные белые крылья складывались за спиной не как громоздкие паруса, а как плащ аристократа. В глазах гостя не было ни снисходительной мудрости, ни простодушного любопытства. Был холодный, отполированный интеллект, и, глубоко под ним, какая-то застарелая тоска. Но это для тех, кто умеет видеть.
Сегодня не будет ни силовых вторжений в сознание, ни борьбы за право снять матрицу. Я явился в ее измерение в своем настоящем теле.
- Кенти, - я обратился к ней тем негромким, глубоким голосом, который обладает странной проникающей силой. - Прошу прощения за вторжение. Меня зовут Виктор.
Кенти не испугалась. Опыт общения с драконами (пусть даже только с одним драконом) научил ее, что они не причиняют вреда. Но насторожилась. Это был другой.
- Новый вид? - спросила она, с любопытством разглядывая его. - Ваш предшественник был... массивнее.
- Мы дракоиды. Следующий шаг. Коша - он же так назвался, верно? - я уловил ее едва заметный кивок. - Великий дракон нашего мира. Я знаю его. И я пришел с предложением, которое, полагаю, не оставит тебя равнодушной.
- О, - Кенти усмехнулась, облокачиваясь на высокую спинку скамейки, как бы отгораживаясь ею от визитера. - Обычно с предложениями приходят банкиры. Или женихи. Недавно выяснилось, что иногда еще рабовладельцы. Вы не похожи ни на кого из перечисленных.
- Я могу предложить кое-что значительно ценнее, чем любой из них, - усмехнулся я. Расправив, и вновь сложив крылья в виде жеста доброжелательности, я не стал приближаться, давая ей ощущение безопасности. - Тот дракон, которого ты знаешь, искал тебя. Он не смог найти дорогу назад. Знаешь почему?
Это зацепило ее. Легкая тень сожаления скользнула по ее лицу.
- Временная петля, - без всяких эмоций констатировал я. - Реальность сама блокирует пути, ведущие к парадоксу. Ему нельзя было вернуться. Но мне - можно. Я не связан его ошибками.
- И что это меняет? - спросила Кенти, хотя внутри уже зародился червячок любопытства.
- Это меняет всё. По твоему виду я понимаю, что дела последних дней идут не так хорошо, как хотелось бы. Они хотят воспользоваться твоими талантами себе на пользу? Твои таланты, действительно, имеют ценность. Куда большую ценность, чем ты можешь себе представить
Я чуть замедлил темп речи, чтобы услышать ответ.
- Сколько? Сколько ты можешь предложить и чего тебе нужно? Что-нибудь взломать?
Я шагнул к ней, и заговорил с воодушевлением, со страстью, как говорят о самом важном в жизни:
- Ты любишь подбирать ключи? Я предлагаю тебе подобрать ключи к сердцам семи, не побоюсь этого слова, вершителей. Семь великих разумов, готовых породить новую цивилизацию вселенского масштаба. Для этого есть всё, кроме одного Нет души.
Я сделал паузу, давая ей впитать эту мысль.
- Ты - душа своего мира, Кенти. Ты умеешь создавать радость из ничего, объединять людей, гасить конфликты одной улыбкой. Это редкий дар. Я собираю команду. Там нет ни одной посредственности... без ложной скромности, команда из... титанов. Гениальный ученый, для которого законы физики - глина в руках. Непоколебимый стратег, мыслящий категориями эпох. Капитан, который сумеет провести свой корабль через ад. Переговорщица, способная найти компромисс между черным и белым. Аналитик, видящий сквозь пространство и время. Учитель, который выпестует будущее... Но они... разобщены. Каждый вершина своей горы. Им нужен тот, кто построит между этими вершинами мосты.
Я предлагаю тебе самый сложный и самый важный проект в твоей жизни. Я предлагаю тебе создать душу для целой цивилизации. Не просто быть душой компании - стать сердцем нового мира. Ты будешь тем, кто превратит группу гениальных одиночек в семью. В сплоченный, несокрушимый коллектив.
Кенти слушала, завороженная. Это было не предложение работы. Это было предложение миссии. Масштаб его захватывал дух.
- А мой мир? Мои друзья? - тихо спросила она.
- Если хочешь ... Технологии, которые я освоил, позволяют создать для тебя точку возврата. Ты не будешь разрываться. Ты сможешь быть там, где ты нужнее. Твой старый мир не потеряет тебя. Но - стоит ли твой старый мир этой жертвы? Я не вижу вокруг тебя твоих друзей. Самое светлое чувство, которое может породить душа человека, они хотят использовать для наживы. Ты точно хочешь жить между мирами? Очень скоро дела и заботы этого мира окажутся столь мелкими, что ты будешь удивляться, как тебя вообще могло это волновать.
Это был самый тонкий и самый точный удар. Я предложил ей не просто роль, а миссию, которая превосходила всё, что она могла себе представить. Я обещал ей быть не просто участником, а создателем самой сути новой цивилизации ее человечности, ее тепла, ее души. Я решал разом все ее проблемы, и выводил на такой уровень, что они просто утрачивали всякий смысл. Говорят, девушки любят мужчин, которые могут решить их проблемы.
- А если... если я откажусь? - решила закинуть удочку она, пытаясь вернуть себе ощущение контроля.
Я отступил на шаг, и моя поза вновь стала нейтральной.
- Тогда я извинюсь за беспокойство и уйду. Твой мир останется нетронутым. Ты не увидишь меня снова. Выбор всегда за тобой, Кенти. Великий Дракон уважал твою волю. И я буду уважать.
Здесь я вложил в свои слова не угрозу, а капельку сожаления. Как если бы великий художник отложил в сторону самый прекрасный из своих инструментов, поняв, что тот не хочет быть использован.
Молчание повисло между нами, тяжелое и значимое. Кенти смотрела на меня, ощущая разницу между мной и тем, веселым и немного несуразным драконом. Смог ли бы он решить ее проблемы? Наверное, да. Смог бы он предложить ей столько? Конечно, нет. Сейчас ей предложен смысл жизни. Масштаб. Она не особо задумывалась о своей роли даже в одном своем мире, довольствуясь малым бытовым благополучием, возможностью не заботиться о завтрашнем дне. А здесь ... Возможность оставить след не в истории одного мира, а в судьбе целого вида.
- Не слишком ли много для одной меня? Такой маленькой, такой обычной? - читалось в ее глазах.
А потом представила себе этих титанов одиноких, гениальных, несчастных в своем величии. И представила, что может стать для них тем, кем была для своего маленького мирка - источником света и тепла.
Она медленно поднялась со скамейки и сделала шаг навстречу мне.
- Я ненавижу одиночество, - просто сказала она. - И в твоих словах я его услышала. Слишком много. Ладно, Виктор. Покажи мне своих титанов.
Впервые за долгое время я позволил себе нечто, отдаленно напоминающее улыбку. Надеюсь, мой расчет был верным, и она станет частой гостьей на моем лице.
- Это начало великой истории, Кенти. Добро пожаловать в команду.
- А что с этим телом?
- А чего бы ты хотела?
- Пусть оно исчезнет без следа. Это возможно?
- Это самое легкое.
Ее рука коснулась моей протянутой лапы, и мир вокруг поплыл, превращаясь в сияющий поток света и возможностей.
Скажу сразу - такой роли в повелительской книге не было. Люди, писавшие ее, еще не дошли в своем технологическом развитии до продления жизни хотя бы до жалких двухсот лет активного периода, а социальное у них всегда отставало еще на несколько эпох. По существу, каждое новое поколение вынуждено создавать коллектив из случайных современников под текущие задачи, и было большим везением, если группа получится удачной, способной выполнять свои задачи и успеет выполнить их до того, как участники начнут выбывать по причине старения, болезней и других, естественных для людей, причин. Целенаправленно подготовить себе сокомандников человеку просто некогда. Практически не отличается в этом отношении от человеческого устройство жизни Ящеров.
Драконы, теоретически, могут жить вечно. Конечно, случаются несчастья, и за время существования драконьего племени они недосчитались нескольких соплеменников, погибших в различных катастрофах. Но запланированного старения, увядания и смерти у драконов нет. Само собой, такое полезное достижение мы забрали и в свою цивилизацию. Однако драконы универсальны, в высшей степени самодостаточны, их характеры и предпочтения развиваются в течение всей жизни, поэтому проблемы определения своей роли в коллективе для них не стоит.
Если сравнивать нас с еще более короткоживущим видом, с теми же цикри, хоть мы еще так мало о них знаем - картина обратная. Временное окно, когда цикри способны усваивать новое - очень коротко, и итогом этого периода является определение места в жизни, которое в дальнейшем не подлежит ни пересмотру, ни изменению.
Поэтому, надо признать, что опыт других разумных видов неприменим для дракоидов. Нам предстояло торить путь в будущее самостоятельно, причем уже находясь на этом пути. Так что ошибки были недопустимы. Так появилась последняя, восьмая роль в нашем коллективе - наставник молодежи. Дракоид, который возьмет на себя ответственность за воспитание подрастающих непосед. Здесь нам нужно будет учесть опыт наших мохнатых предшественников на пути коллективного разума, так как ни один другой разумный вид с подобными проблемами не сталкивался. Пока неясно, в каком возрасте крохотный дракоид начнет слышать голос разума. Есть ли здесь вариативность? В какой форме это будет выражено? Сколько вопросов
А потом ведь дракоиды так быстро учатся Когда они осознают себя, когда их голоса вольются в общий хор вселенной дракоидов, скорость их обучения взлетит по экспоненте. По сути, основной задачей будет не выучить, а воспитать - научить пользоваться своими возможностями, своим разумом, научить слышать и раскрывать свои таланты и изобретать пути, на которых эти таланты будут наиболее востребованы. И это ведь, наверняка, еще не всё... Никто еще не был маленьким дракоидом. Не у кого спросить.
Сэт. Третий год, считая от похода Зефирки.
Зефирка.
Выборы в магистрат прошли совсем не так, как ожидал Кряж. Да, личных политических амбиций у учителя не было, но он очень не любил, когда что-то шло не по его плану. А план разваливался на глазах. Союз пяти фортов был недоволен тем, что подорожали шерстяные ткани. На северах мало что ценится дороже, чем хорошая, теплая одежда. Конечно, форты Голодной степи могут ткать ткани и сами, но это грубая, грязного цвета неотмытая домотканина. Старейшины фортов в такое наряжаться не будут. В отместку северяне подняли цены на завровые шкуры - а только у них можно было раздобыть того легендарного седого завра, подошва из шкуры которого не пробивается даже подковным гвоздем. Ходи теперь, под ноги смотри... разве пристало мудрецу, привыкшему вперять взор в поднебесье, осматривать персть земную перед каждым шагом?
Да мало того, какая-то гадина пустила слух о Черной птице! Как туго распространяются нужные, полезные знания, и как, степным пожаром, разнеслась эта сплетня по всему континенту! Северяне, даже те, которые и знать не знали ни о каких птицах, на всякий случай прикрыли границы, теперь степнякам уже не выгнать свой скот на обильные летние пастбища. А ведь там не только травы для скота, там и редчайшие ингредиенты для благовоний, и рога подземного оленя... Все это пропало с торга.
Попробовали снарядить свою экспедицию - так чем все закончилось? Северные охотники выследили их, как волки - беззащитных овец. Подкинули в костер на привале какую-то сонную одурь и повязали. Его ученика, благородного Велегласа, прославившего школу в диспутах по всему побережью, отпустили только потому, что в форте нашелся слушатель школы Идей, помнивший его по ученичеству. Да и то - подумайте, какая дикость - отрезали уши! Сказали, что если он не умеет слушать, что можно, а что нельзя, то и уши ему ни к чему. Остальных участников просто перестреляли из луков.
Дальше - больше. Торг "шерсть за зерно" нарушился - начала хиреть, лишившись привозного зерна, Голодная степь. Степняки стали, наконец, вспоминать, что их земля так зовется неспроста. Недавно многолюдные поселения вынуждены отправлять колонистов в дальние земли Востока, чтобы хоть немного сократить число ртов. Как будто кто-то ожидает восстания в этих землях ... А ведь, кстати, это может быть и правдой.
Некстати вспомнился тот молодой шарлатан, что назвал себя Всемогущим. Он ведь был одет, как степняк
Опять же, мысли вернулись к хлебу... Он раньше шел маршрутами от побережья вглубь, а теперь... Цена на хлеб упала, что это даст? Больше излишков у хлебопашцев, лет через двадцать жди всплеска населения. Кому это надо и почему? Идем дальше - бронза? Южные фрукты? На огромной карте континента, где были размечены города, маршруты, товары и основные действующие лица всех серьезных поселений, воцарилась сумятица. А может, это просто переход к новому состоянию системы?
Тут волей-неволей приходится форсировать проект колонизации ближнего архипелага, который на позапрошлогоднем голосовании прошел минимумом голосов. Честно говоря, он и сам-то не был уверен в правильности и поддержал его только на всякий пожарный случай. Что же тогда подтолкнуло проголосовать "За"? Учитель напряг память, но не мог вспомнить... Ах нет, это же была какая-то глумливая заметка в газете, в разделе шуток и развлечений. Вроде, газетчик Леонид клялся, что не принимал такой заметки к печати. Кто же был автором? Какое-то, вроде, коротенькое имя... нет, не вспоминается. Потом пополз базарный слух, кто-то из тетрархов ухватился за него, и потянулось одно за другим. Вот уже и фактория год как работает, строим первую очередь жилья
Но тогда получается, что весь город, да что там - весь материк пляшет под чью-то дудку. И он, Кряж, который собирает сведения со всех земель, который тридцать лет готовил своих учеников - эмиссаров для всех поселений, который десятки лет сплетает эту сеть и знает про каждого захудалого шамана в форте, каждого главу гильдии в мельчайших городишках - прозевал.
Уже месяц лежит незаконченным диалог "О порядке и беззаконии", который должен был потрясти весь образованный мир побережья и убедить всех глав городов создать область единого права. Подобно, как его прошлый диалог "О вреде фальшивых мер" привел к созданию единой системы мер и весов. И вот такие дела стоят, пока он вынужден разбираться в мелочных дрязгах временщиков у власти.
Кряж вновь и вновь перебирал рукописи, письма друзей, донесения стражи, которыми с ними делились друзья - тетрархи, отчеты таможни. Везде получалось, что произошедшее произошло само собой. Никто из действующих лиц этого грандиозного спектакля не знал о замыслах других, никто из них не мог срежиссировать все события разом. Мелочь, плёвая ерунда... Телега, загородившая каравану путь через узкий перевал на целые сутки - и вот уже грузовой парусник уходит с полупустыми трюмами, а в порту прибытия, как по заказу, рождается и летит по континенту новость о неурожае... Одно совпадение, два - но Кряж насчитал их только за этот год - двадцать восемь! И это не считая неочевидных, списанных на случайности. И это не принимая в расчет, что даже до него доходят не все новости.
Великий философ уже был готов рассмотреть - пока только рассмотреть - возможность существования богов. Но списывать все происходящее на богов - это капитуляция разума. Он сам всегда так говорил. Неужели на этот раз ему встретился противник, который играет еще на уровень выше? Кряж уже был готов поверить чему угодно.
В один из таких вечеров, когда мудрец снова сидел над донесениями и расставлял на карте очередные символы происходившей, по его мнению, несуразицы, отогнув завесу, заменявшую в Залах Истинных Идей дверь, в помещение зашла я. Запрыгнула на невысокую табуретку, уселась, обернула лапки хвостом и пристально посмотрела на хозяина.
Кряж устал думать, и это бросалось в глаза. Он ломал голову над загадкой уже много дней и ночей, но картинка не складывалась. Учитель даже как будто похудел от напряжения, его некогда блестящая черная борода потускнела, а лысина потеряла лоск. Невольно вспомнились те тяжелые дни, когда я искала лекарство от своей дистрофии. Но тут другое. Наверное, мудрец будет рад немного отвлечься.
- Мяу. негромко выложила я. Не вопрос, не призыв, а простое утверждение очевидного факта. Мяу - и умному достаточно.
- Чего ты? У меня тут нет никакой еды, кроме пищи для ума. Её, как раз, с избытком.
- Уяу. - подхватила нить завязывающегося разговора я, и, напружинив задние лапки, одним прыжком перемахнула на стол с картой, аккуратно, чтобы не задеть ни один флажок или фигурку.
- Нет, голубушка, сюда тебе нельзя. - Кряж сделал шаг, примеряясь убрать меня с карты. Я предостерегающе подняла лапку с указательным пальчиком.
- Это что за новости? - Мудрец немного опешил. Сейчас тот момент беседы, к которому мы долго готовились с дядькой Флегоном. Я подошла к группе фигурок, обозначающих предположительную линию летучих отрядов северян, перешагнула через нее, вытащила из-под перепонки под правой передней лапкой небольшую черную фигурку и поставила ее на место Полночного форта. Потом подняла лапку с отогнутым указательным пальчиком к носу и тихо сказала ш-ш-ш.
- Дракон. Черный дракон - констатировал факт наличия моей фигурки Кряж. - С драконом понятно, а ты что такое?
- Мяу.
- Не хочешь говорить?
Покачала головой.
- Ты понимаешь мою речь?
Утвердительно киваю. И опять: ш-ш-ш
- Ты что-то можешь мне рассказать?
Утвердительно киваю.
- Можешь, но говорить не будешь. Хорошо. Ты будешь кивать головой, или у тебя есть способ продуктивнее?
Вместо ответа подхожу к чашке с угольками для письма, беру самый маленький, обугленную веточку, случайно попавшую вместе с большими кусками - ее я смогу взять своими пальчиками. На клочке пергамента, который Кряж использовал для попутных вычислений, аккуратно пишу:
- Меня зовут Зефирка. Можно Зефа. Я могу ответить на все вопросы, над которыми ты ломаешь голову.
- А ведь я тебя помню. Ты тот самый зверь, который прошелся по стене на церемонии. Ты и после этого несколько раз попадалась на глаза... Стоп, Зефа - это же твое имя под заметкой в газете?
- Под заметками. Их было 3. - аккуратно вывела я.
Кряж замер. Его взгляд метался от крошечной, аккуратно написанной фразы к неподвижной, как изваяние, курлапке на его карте. Весь его мир, вся его уверенность в себе как в тайном вершителе судеб Сэта (нет, вы не подумайте, всё на благо цивилизации, на благо людей!), рухнула в одно мгновение. Не боги, не слепой случай. Противник, играющий на уровень выше. И этот противник... сидел перед ним, умывая мордочку лапкой.
Он медленно, чтобы не спугнуть, опустился в кресло. Голос его был тихим и хриплым, лишенным привычной мощи оратора.
- Три заметки... - он провел рукой по лицу. - Значит, это ты. Ты срежиссировала голосование по архипелагу. Зачем?
Я взяла новый уголек и вывела с преувеличенной медлительностью, давая ему прочесть:
1. - Спасти 2000 человек из Голодной Степи от голодной смерти в этом году. Ваш план их не учитывал. Архипелаг можно было начать осваивать и позднее.
- Пункт "Один"? То есть, есть еще как минимум одна причина? - мудрец не был бы мудрецом, если бы пропустил такой намек.
- Всемогущий.
Кряж не сразу нашелся с ответом. Он не видел меня в тот день на площади. Конечно, ему пришлось туго, не тот момент, когда пересчитывают всех встреченных бродячих зверей. Но по его лицу я увидела, что он понял. Еще секунда, и
- Сколько лет у нас есть?
- Откуда же я знаю? Я пожала плечами, как мне показалось, совсем по-человечески, и вывела большой знак вопроса. А дальше продолжила:
- Нашествия не избежать, но я прилагаю все силы, чтобы обезлюдить тот регион. Я уже лишила его поддержки пустынных людей, поклоняющихся богу песка - диких, кровожадных и неистовых. Без их участия нашествие будет просто ордой жителей фортов и лесовиков, а они, при всей своей простоте и грубости, вполне понимают пределы разумного насилия.
Он побледнел. Эта кошмарная мозаика начала обретать чудовищный смысл.
- Черная птица?.. Слух о Черной птице?..
- Это был не слух, - написала я. - Это была правда. Северяне были правы, закрывая границы. Иначе туда хлынет волна искателей приключений, а там - Незачем им знать о цикри, - те земли под крылом дракона. Но вернемся к границам - ведь и вам нужно было, чтобы они закрылись. Верно?
- Чтобы нарушился торговый путь... чтобы... его глаза бегали по карте, цепляясь за фигурки. Чтобы шерсть подорожала, а зерно - нет. Чтобы степняки... Боги, так это был гуманитарный проект? Чтобы расселить кочевников, ты обрушила экономику полуконтинента? А вдруг твой расчет на Всемогущего - ошибка?
Я наклонила голову, изображая задумчивость, и написала:
- Не ошибка. Он уже подготовил план и подминает племя за племенем. Я не обрушила. Я... перенаправила. Система была хрупкой, как соломенный домик, что плетут в школе Лотоса, иначе тех мелочей, что по силам маленькому зверьку, не хватило бы. Вы это знали, но не использовали. Вы пытались наращивать богатства, а не укреплять связи.
- Велеглас! - вдруг выкрикнул он. - Моему ученику отрезали уши! Из-за твоей авантюры!
Мой взгляд стал твердым. Я стерла лапкой предыдущую надпись и вывела с нажимом:
- Ты говоришь об ушах ученика и забыл о перебитом отряде? Ваша экспедиция была разведкой для будущего вторжения. Сэт - город мирный, но богатый, вы бы наняли островитян. Северяне взялись бы за оружие и началась бы война. Или ты думаешь, запрет, наложенный драконом - ерунда? Я это предотвратила. Уши - малая цена.
Кряж отшатнулся, будто его ударили. Он до самого этого момента воспринимал дракона, как фигуру речи.
- Кто ты? - прошептал он, и в его голосе был уже не гнев, а леденящий душу ужас перед непостижимым. - Ты служишь дракону? Ты... один из его Вредителей?
- Драконы не вредят. Драконы не нуждаются в службе. Драконы делают свои дела и не надо стоять у них на пути. Если тебе интересны подробности, ты можешь встретиться с одним из них.
В комнате повисла тишина, более громкая, чем самая ожесточенная дискуссия, перерастающая, как изредка бывало в его школе, в массовую драку. Весь его мир - Школа Идей, диспуты, сети влияния - оказался детской игрой в песочнице по сравнению с титанической битвой, которая шла у него над головой, и он даже не подозревал о ее существовании. Его величайший философский прорыв - теория мира Идей - был лишь бледной тенью реального положения вещей.
Он смотрел на маленькое существо, которое держало в лапках судьбы городов и народов. И наконец, спросил самый важный вопрос:
-...Зачем ты пришла именно ко мне?
Я положила уголек. Разговор достиг своей цели. Теперь он был готов услышать главное. Я спрыгнула со стола, подошла к его ногам и села, глядя на него своими огромными, не отражающими свет глазами. Затем я медленно, очень отчетливо, указала лапкой на вход.
Потом подняла лапку и махнула ею в универсальном жесте "следуй за мной"
Он смотрел, не дыша.
- Ты... - он замер, боясь произнести это вслух. - Ты не просто служишь драконам. Ты... одна из них?
Я утвердительно кивнула, подняла трубой хвост и гордо шагнула в ночную тьму школьного двора. Могучая тень философа неслышно заскользила за мной.
Тогда же, пещера Обряда. Виктор.
Зефа указала мне место высадки аккурат за стенкой пещеры. Тесновато, но, при желании, я смог бы даже развернуться там. Дракон бы не смог - они не такие гибкие. По ее словам, на разговор с Кряжем ей понадобится час, и еще четверть - на дорогу сюда. Так что ждать сравнительно недолго. Я аккуратно лег на песчаный пол, положил голову на одну из ученических скамеек - хорошо, что они, как и всё, чем пользуются в этой школе, монументальны - выдержат даже тяжелую голову дракоида - и приготовился ждать. Как раз есть время сделать кое-какие прикидки
Из глубокого раздумья меня вывело негромкое мяуканье. В виде исключения, Зефирка сейчас ничего не говорила, а просто выражала радость от встречи со мной. Она мягко запрыгнула на стенку и олицетворяла собой удовольствие от успеха.
- Мяу уяу мрр.
- Хорошо, отрадно слышать. Идите сюда оба.
Послышались человеческие шаги. Я засветил фонарик на очках и отложил их в сторону. Люди не так хорошо видят в инфракрасном спектре, а разговаривать с темнотой нравится не всем.
- Здравствуй, Кряж. Премного о тебе наслышан.
- Здравствуй и ты, дракон.
- Меня зовут Виктор. И мы называем себя дракоиды. Дракон, живущий на севере - вот это настоящий дракон. Предлагаю пообщаться более совершенным способом.
Кряж уверенно кивнул. Гляжу ему прямо в глаза
Захват!
Кряж
Мы стоим на центральной площади Сэта, на центральном помосте. Солнце слепит, вокруг колышется, одобрительно волнуясь, многотысячная толпа, тысячи глаз устремлены на меня. Но сегодня со мной на помосте - не ученик и не оппонент из числа людей. Сегодня со мной дракон. Вот он, аккуратно приземляется на край помоста, поддерживая себя каким-то своим, драконьим, волшебством. Вдруг провалится? Все же, люди редко достигают четырех тонн. Нет, держит.
Дракон же, по праву гостя, произносит первую реплику.
- Ты вызывал на диспут всех желающих, учитель людей? Я явился принять твой вызов. Будешь ли говорить со мной?
- Мой диспут для всех желающих. Однако мне известно, что на Сэконде нет таких существ, как ты. Ты нарушаешь законы мироздания.
- Я не из этого мира, мудрец. В мире, откуда я пришел, такие существа есть.
- Зачем вы здесь? Вы хотите захватить Сэконд?
- Нет. Цель моего прилета исключительно ты.
- Ты собираешься меня убить?
- Нет. Иначе я не пришел бы сюда, в единственное место, где ты - я выделяю это слово - можешь победить меня. Разве бывали тебе равные здесь, на Агоре?
Мои кулаки сжимаются, а плечи расходятся в стороны. Он прав. Здесь я - царь и бог.
- Не нужно меня бояться. Я пришел с миром.
- Мир... Ты так уверенно говоришь о других мирах... ты видел их? Эти миры выше нашего в Древе миров или ниже?
- Мне знакома твоя философская концепция, но ответа у меня нет. Действительно, люди живут в разных измерениях - ты назвал бы их мирами, - но и в твоем измерении люди живут не только на Сэконде. Там, у дальних звезд, есть и другие планеты, где живут люди, подобные тебе. Какой из миров выше, и можно ли вообще так оценивать миры мне неизвестно...
- Мудрецы и сказители древности сходятся во мнении по вопросу, что драконы не лгут.
- Это соответствует действительности.
- Ты сказал, что целью ТВОЕГО визита являюсь я. Возвращаемся к глобальному вопросу целью остальных драконов является Сэконд?
- Сейчас на планете нас двое. Второй - "Черная птица". Его задача - изучение интересующего нас объекта на севере. Он не будет вмешиваться в вашу жизнь. Других драконов в ближайшие столетия на планете не будет.
- Тогда идем дальше - твои слова, что тебе нужен только я. Что именно от тебя мне нужно?
Толпа замирает. Я чувствую, что приближаюсь к сути.
- Скажи мне, мудрец, если великий скульптор ограничит свой талант тем, что будет украшать изваяниями свой двор, как ты назовешь его? Не будет ли он вором, похищающим у своих сограждан возможность наслаждаться прекрасным?
- Определенно будет.
- А что скажешь ты о кузнеце, который мог бы снабдить свой город крепким оружием на погибель недругам, но ограничился тем, что выковал непревзойденный доспех для самого себя? Не убийца ли он своих сограждан?
- Соглашусь с тобой, дракон.
- А как следует оценить великого учителя, который мог бы наставить множество разумов во многих мирах, а вместо того заперся в своей школе и учит жалкую горстку учеников? Не вредитель ли он делу мира Идей, который не может ниспослать в нижние миры множество великих идей потому, что некому их воспринять?
- Ты предлагаешь мне оставить мою школу, мой город, мой народ? Я посвятил жизнь Сэконду. Я учил детей Сэта, я крепил опоры, которые удерживают наш мир от провала в дикость. Я положил свою жизнь, чтобы разжечь и поддерживать пламя знания в моей школе. Мои ученики несут свет мудрости в этот мир. Как я могу бросить их?
- Кряж, разве огонь знания должен гореть только в одном очаге? Ты говоришь о приверженности городу, но разве истина, которую ты несешь, принадлежит только этим стенам? Когда врач обладает лекарством от чумы, разве должен он оставаться в одной больнице, пока эпидемия свирепствует в других городах?
- Если разбросать костер по отдельным веткам, и они погаснут, и первоначальный костер угаснет. Что толку, если я оставлю свою школу? И мне недостанет сил разжечь пламя мудрости во всем мире, и школа зачахнет без меня.
- У тебя есть достойные ученики. Школа изменится, как меняется все в мире, но путь Истины сохранится.
- Но здесь мы творим великое дело! Здесь я посадил древо мудрости, и его плоды уже сейчас питают мой народ! Я надеюсь дожить до того дня, когда влияние мира Идей достигнет пределов Сэконда, и мир повернет с пути дикости на путь преумножения знания.
- Прекрасная метафора, учитель. Но скажи: если бы ты нашел семя дерева, способного плодоносить на любой почве, дающего плоды, исцеляющие от голода и болезней, разве ты посадил бы его только в своем саду? Или разослал бы семена по всем странам, где люди страдают?
Сами семена мудрости, сами идеи, которым ты помог родиться из мира Идей сюда, в земли Сэта, вопиют к тебе - наши сёстры тщетно ждут воплощения, потому что некому наставить тех, кто мог бы принести их в мир.
Я замолчал на мгновение, потом с жаром продолжил:
- Мои ученики - мои дети! Я не могу их оставить!
- А разве отец, отправляющий сыновей в дальние плавания, перестает быть отцом? Напротив - его мудрость умножается, ибо теперь она живет в многих сердцах и на многих землях. Ты создал школу, но школа - лишь сосуд. Знание же - вино, которое должно быть распробовано во всей вселенной.
Я осматриваю толпу, в моей душе борются долг перед Школой, перед городом желание воплотить все мои замыслы, которые простираются на десятки лет вглубь и долг перед Миром Идей. Помогите мне, несуществующие боги, принять верное решение.
- Но здесь мой дом... Здесь всё, что я знаю...
- Сократ, великий мудрец мира Предков, говорил, что он - гражданин не Афин, но мира. Разве ты, создавший учение о мире Идей, не понимаешь, что твоя истинная родина - не этот город из камня, но бескрайняя вселенная разума? Твой долг - нести свет не только тем, кто родился под этим солнцем, но и тем, кто ждет твоего слова в иных мирах.
- А что будет с Сэкондом? - что это? На помосте кто-то говорит дрожащим голосом, и это мой голос? Что происходит?..
- Сэконд станет не меньше, но больше. Он станет тем местом, откуда знание шагнуло к звездам. Твои ученики будут рассказывать легенды о учителе, который подарил мудрость вселенной. И в этом - твое вечное возвращение. Как философ возвращается к идее, так и ты вернешься к ним - но уже обогащенный знанием космоса.
Долгая пауза. Я пристально вглядываюсь в лица учеников, словно пытаюсь запечатлеть их навечно, смотрю на город, потом поднимаю глаза к вечному свидетелю всех великих решений - небу.
- Ты прав. Ограничивать знание стенами одного города - все равно что пытаться удержать океан в кувшине. Я пойду с тобой.
Сцена на площади растворяется, и мы снова в пещере...
Виктор
...Кряж стоял неподвижно, его могучая фигура казалась высеченной из камня. Он медленно открыл глаза и посмотрел на меня.
Ты победил, дракоид. Ты подобрал слова, против которых у меня не нашлось возражений. Он глубоко вздохнул. Мой долг действительно больше, чем этот город. Готов выслушать твои условия. Я никогда не учил дракоидов.
- Никто не учил. Единственный в мире дракоид - это я. Но скоро станет больше. И одним из них будешь ты, Кряж
И вот, семь матриц, семь голограмм слепков сознания висят в воздухе передо мной. Для них время остановилось, но для меня оно продолжает идти. Откладывать дальше не имеет смысла. Нужно начинать формировать физические тела дракоидов,
- С кого начнем? - обратился я к моему постоянному собеседнику. - Может, с тебя и начать? Тело титана почти готово.
Действительно, маленький, двухгодовалый титанчик, ростом всего лишь с очень высокого человека, плавал в биокамере. Трепед исключительно сам, без всякого моего участия, сформировал геном существа, потом, подобно Великому дракону, создал полуживотное - полурастение, которое в состоянии отпочковать эмбрион и дорастить его до стадии, когда станет возможным поместить его на доращивание в биокамеру, и теперь его будущее вместилище готово получить разум и сознание.
- Нет. Я пока побуду в компьютерной симуляции. Мало ли что пойдет не так, нужна подстраховка. Запускай дракоидов. Считаю, что первой нужно записать сознание Мэгги. Ее участие позволит максимально комфортно войти в мир солидарного сознания и остальным. Кто лучше наладит контакт, чем Контактёр?
- Я тоже склонялся к этому варианту.
Итак, Мэгги. За основу мой геном, добавляю те участки, которые можно взять из генома самой Мэгги. Кое-что подправил Трепед - но с сохранением совместимости. Теперь тонкая настройка: выставил ползунки регуляторов нейронных связей на уровни, которые будут соответствовать запросам сознания девушки, - не хватало еще, чтобы она осталась недовольна своими обратными связями на раздражители. Надо, чтобы она почувствовала себя собой. Если Мэгги - человек любила плавать, одуванчики, репу и морской закат, то и дракоид это должен любить. Иначе она будет вспоминать, что чувствовала одно, а ощущать совсем другое... А я ей обещал. К счастью, наши с Трепедом технологии это позволяют.
Готово. Теперь внедряю в искусственный организм, созданный Трепедом. Теперь заброс в одну из камер лаборатории на два года в прошлое... Как кастрюлю в печь поставил - невольно вспомнился мне тот давний день, когда я был в гостях у людей и наблюдал за их жизнью.
Пока можно прокрутить компьютерную симуляцию процесса роста. Вот первое деление клетки, гаструла, нейрула... формируется зачаток нервного узла, который станет мозгом, формируется хорда, вытягиваются хвост и шея, закладываются три пояса конечностей, прорезаются наружу крыльевые бугорки.
Смотрим репортаж из прошлого с ускорением 1:60 - всё ли соответствует симуляции? Вот оформилась покровная ткань, пока проступают только контуры чешуек... Нежно кремовый, едва желтоватый цвет. На солнце станет насыщенным.
- Думаю, следующим нужно пробудить нашего философа. Во-первых, ему нужно время, чтобы привести свои мысли и взгляды на мир с новыми реалиями. А во-вторых, его опыт наставничества и способность убедить кого угодно в своей правоте нам пригодится, когда будем пробуждать остальную команду.
- У вас была договоренность по внешнему виду?
- Нет. Он сказал, что философ должен принимать мир таким, каков он есть. Его больше беспокоили умственные способности.
- Потрясающий человек. Даже не думал, что такие еще встречаются, тем более, на захолустной планете.
Все-таки я планирую Кряжу немного потрафить. В человеческой жизни он был невероятно, просто феноменально физически силён. Хотя дракоидам не так уж нужна физическая сила, цивилизация высоких технологий чаще оперирует машинными возможностями, но тем не менее, почему бы не сделать хорошему человеку приятно, а вживание его в новое тело чуть более легким. Выкрутил ему ползунки развития мышечной ткани на максимум, и, заодно, положительную обратную связь от напряженной работы мышц. Будет большой любитель побороться, полетать и просто позаниматься физической активностью. Зефа говорила, он проводил занятия, прогуливаясь по дорожкам сада. Будет ли он - дракоид вести занятия в полете? Почему нет?
И, конечно, самое главное в его жизни - мощная положительная реакция на общение с молодежью, удовольствие от передачи знаний, от наставничества. Кряж - человек жизни не видел без своих учеников.
Запускаю готовую клетку в цветок Трепеда - готово. Еще одна кастрюля уехала в печь, с разницей в месяц относительно Мэгги. Интересно, какой же цвет сформирует ему биохимия?
Опять смотрим ускоренное воспроизведение. Первые стадии позади, на экране уже крохотный оформившийся дракончик. Уже сейчас, на стадии двухграммового эмбриона, видно, что он отличается от драконов первичной формации. Особенно, если знать, куда смотреть или просто спроецировать аналогичную стадию роста детеныша дракона рядом. Светло, почти незаметно, серый. Почернеет? Или так и останется серым? Будет видно
Следующие две матрицы мы с Трепедом, как-то синхронно, решили записывать одновременно. Две роли, два соседних луча нашей восьмиконечной звезды - прицепилась же терминология маленьких хозяев северных широт Сэконда! - аналитик и мотиватор. По нашей внутренней логике, соседние лучи звезды имеют между собой минимальное взаимодействие, но для всех остальных их вклад, за счет определенной синергии, выглядит как единый вектор влияния.
Близок был, если отбросить частности, и жизненный путь этих людей. Из самых низов, благодаря своим личностным качествам, шаг за шагом. Не в поисках теплого места на незаметно подкравшуюся старость, не ради наживы, а во имя великого дела, которому служили на совесть.
- Странно получается, - задумчиво произнес механический голос из системы экстренного оповещения. - Если распределить нас по лучам восьмилучевой звезды, так, чтобы близкие по смыслу роли находились рядом, а антиподы - на противоположных концах, то у нас остаются две пары антиподов. Брат Марк с Капитаном, и Красс с Кенти.
- Наверное, в этом есть какой-то смысл. - не нашелся с ответом я. - С другой стороны, именно эти пары и объединяет кое-что существенное. Наверное, недаром обе ментальные матрицы одной пары пришлось записывать с боем, и обе с таким тяжелым. До сих пор вздрагиваю, вспоминая аркбаллисты Капитана и стальные шеренги Брата Марка.
- Зато Красса и Кенти мы убедили простой логикой. Почти без манипулятивных махинаций. Конечно, обоих мы подловили в трудные моменты жизни, но это не считается.
Два крошечных зародыша дракоидов один нежно-розовый, впоследствии потемнеет до пурпурного, а второй голубоватый в будущем цвета штормового океана - отправились в своих биокамерах в прошлое.
- Готов побиться об заклад, у Красса будет цвет какой-нибудь блестящий, под стать его лысине.
- Не буду с тобой спорить, ты, наверняка, уже сотню раз прогнал все модели на компьютере.
- Почти так и есть. Но если бы ты знал Красса так же хорошо, как я, ты бы понял. Красс - адепт технократии. Давай, я расскажу тебе о нем, ведь в ваших материалах почти ничего и нет. А он вполне заслуживает отдельной главы в книге.
Красс, в свое время, здорово выдвинулся в нашем мире, когда понадобилось взбодрить уже полумертвое общество. Нет, не подумай, он не холодный педант, для него люди - не пешки, и не винтики. Но он очень рационален. Он чувствует механизмы, по которым работает этот мир, что рукотворный, что естественный как свои пять пальцев.
То, что сохранилось в анналах контакта с вашим миром - это уже не Красс. Я даже не ожидал, как сильно его сломает моя смерть. Да, это все еще великий ум и талантливый организатор, но это бледная тень того лидера, того идеала организации, который работал со мной.
Если наш биохимический механизм определения цвета чешуи по типу гормональной регуляции работает - а он работает, я всё проверил, - он будет стальной, какого-нибудь из оттенков синей побежалости. Это цвет невидимого менеджера, архитектора систем и гаранта стабильности. Увидев его, другие члены команды бессознательно будут ассоциировать его с порядком, надежностью и тем самым "скелетом", на котором удержится вся наша команда, пока мы проходим притирку характеров.
Ты не пожалеешь, что взял такого администратора, Виктор.
В этот момент я подумал, что, наверное, это самая длинная речь, которую я слышал от Трепеда. Даже если бы Красс был полным ничтожеством, я принял бы его в команду просто ради этой привязанности. Четырнадцатилетний юнец, сверхталантливый и в этой же мере амбициозный, не видевший в жизни никакого понимания, и никакой расположенности, кроме этого стареющего лысого ученого, заслуживал того, чтобы ради него принять в команду его единственного друга.
- А что ты высмотрел по Кенти?
- Знаешь, я, как и ты, видел не так уж много человечности. В основном, по книжкам. Но если разобраться Кенти - это душа компании, её основная функция - генерировать эмоциональное тепло, комфорт и чувство общности.
Она получится золотистой, или медовой, или янтарной, что-то в этом диапазоне спектра. По нашей матрице цветов, золотой и янтарный - это цвета солнца, очага, света. Надеюсь, что она будет тем солнцем, вокруг которого будут собираться наши товарищи, в большинстве своем, как и мы с тобой, битые жизнью и видевшие мало хорошего. Этот цвет психологически вызывает чувство оптимизма, радости и доверия. Цвет эмпатии и интуиции. Янтарный цвет, как я вычитал в одной книжице, ассоциируется с интуицией и мудростью, не отягощенной холодным расчетом. Кенти, даже человек, ну хорошо, не человек - киборг-кентавр, считывает людей и обстановку на интуитивном уровне. Она эмоциональный барометр команды, и её окрас это будет отражать.
- А как так вышло, что она антипод Красса?
- Если Красс - это технократическая рациональность, то Кенти - его прямая противоположность: органическое, живое, излучающее тепло. Их визуальная пара (холодная сталь и тёплое золото) будет идеально символизировать баланс между логикой и эмоциями, между структурой и свободой.
- Красс включал в команду таких людей?
- Нет. Но мы на то здесь и собрались, чтобы шагнуть дальше.
С этими словами мы отправили в прошлое еще два растения.
- Ладно, - произнес, наконец, динамик компьютера после долгого молчания. Хорошо быть в кибернетическом облике, но, действительно, ощущения жизни начинают размываться. Боюсь утратить свою личность. Вон какую речь задвинул - а в моем лексиконе и слов таких не было: "излучающее тепло", подумай-ка! Нет, это все пагубное влияние электронного существования. Пора и мне на запись сознания.
В свой черед из биолаборатории вышли все члены команды. У Мэгги было несколько дней гандикапа, поэтому она, быстро освоившись, сновала тут и там, помогая то одному, то другому дракоиду: разобраться в своих частях тела, освоиться в системе мыслесвязи, найти нужные им помещения на базе.
Первым она взяла на буксир Кряжа, того самого серого дракоида с белым узором на груди. А ему, как ребенку, хотелось всего сразу и летать, и изучать новое, и делиться своими открытиями. Несмотря на то, что психоматрица принадлежала весьма солидному взрослому мужчине, но тело ребенка, да еще такого активного вида, как дракоиды, требовало своего. Когда вокруг меня закрутился серо-желтый вихрь неуемной активности, стало понятно, что Базы Ноль для нас критически мало. Она рассчитана всего лишь на сотню взрослых драконов, и даже двум детенышам тут просто негде повернуться.
Я отложил все дела и принялся искать подходящую планету. Желательно поинтереснее, и с перспективой освоения соседних. К счастью, со времен, когда я подбирал себе место для Базы Ноль, у меня сохранились кое-какие наработки. И первая в списке - истинная жемчужина коллекции - до сих пор ума не приложу, почему драконы не наложили на нее лапу первыми - удивительная звездная система в десяти парсеках от нашей базы.
Молодая двойная звезда, желтый карлик чуть больше Солнца неспешно плывет по широкой орбите вокруг красивой, слегка желтоватой звезды класса F. Четыре планеты небольшая скалистая планетка на внутренней орбите, потенциально богатая полезными ископаемыми, два чудесных мира внутри Зоны Златовласки, правда, один из них по самому внешнему краю, и многолетние снега средних широт там тают только в периоды сближения звезд, и стабилизирующий орбиты внутренних планет газовый гигант. А у второй планеты подходящая для дыхания кислородная атмосфера, да еще и потенциально обитаемый спутник! Будет где и порезвиться, и в снежки поиграть.
Пока я занимался подготовкой программы высадки на вторую и третью планету и экстренного терраформирования спутника второй планеты, молодежь не теряла времени зря. Вовсю осваивали мыслесвязь, учились понимать речь Зефы, когда она была на базе, проходили специальный ускоренный курс адаптации к миру высоких технологий.
Вскоре к гомону первых двух дракоидов присоединились еще два голоса. А вот и они - в центр управления ввалилась целая толпа из четырех дракоидов - подростков: желтой Мэгги, серого Кряжа, и примкнувшим к ним бирюзового и пурпурного.
- Виктор, он хочет, чтобы его называли Капитан! Скажи ему, что так нельзя!
- Мэгги, но почему нельзя? Меня так называли последние очень много лет, я уже привык и других имен даже не помню.
- Это называли не тебя! Это его - повинуясь мыслеприказу Контактера, на экране появился портрет Капитана-с-Сэконда, - так называли!
- Мэгги! Я постарался придать мыслеголосу максимальную доверительность, - Наша задача сейчас - чтобы нам всем как можно скорее и легче адаптироваться в новых телах. Если Капитану поможет использование его привычного имени, зачем мы будем ему мешать?
- Позвольте уж тогда и мне сохранить мое привычное именование? Пусть это звучит глупо, но формально меня не изгоняли из Ордена и не отлучали от Церкви. Я имею право именоваться не просто Марком, а Братом Марком!
- Быть посему, - приобнял я крыльями всю мою компанию. Приобнял - и вздрогнул. В этот момент меня, а, значит, и каждого из них, пронзило осознание Обретения. Наконец-то у меня есть семья. И даже больше, чем семья - каждый из этих, еще таких маленьких, дракоидов - это отчасти и я сам.
- О, как у вас тут хорошо! на спину мне приземлилось прыгнувшее в общую кучу прямо от двери янтарно-медовое тельце еще одного детеныша.
- Здравствуй, Кенти, присоединяйся. Красс, не стесняйся, заходи!
В рубку вошел еще один дракоид. Стальной металлик с голубым отливом. Красс старался держать себя более официально, но, в отличие от Кенти, у его мозга не было опыта управления дополнительными конечностями. Поэтому он неизбежно запутался в хвосте и волочащихся крыльях, и брякнулся бы наземь, если бы я его вовремя не поддержал.
- А где мой друг? Неужели все это было неправдой? Он не мог
- Конечно, не мог. Он здесь, с нами. Просто запись в мозг титана требует чуть больше времени, а сходимость ритмов идет дольше, да у него еще и колоссальный опыт виртуальной жизни, который он тоже не хотел бы терять, поэтому придется его чуть-чуть подождать.
К вечеру этого дня завершилась запись и мозга Трепеда. А наутро наши двери камер нуль-Т распахнулись в новый мир.
- Добро пожаловать домой. Это Сингулярия. Этот мир принадлежит нам!
- А спутник назовем Титания!
- А первую планету? утреннее небо Сингулярии украшали огромный шар Титании и маленький, но ярко светящийся белым шарик первой планеты системы.
- Пирофор! предложил Красс.
- Это еще что, через несколько часов взойдет второе солнце, а потом и третья планета, ее тоже будет хорошо видно.
- Драконорд?
Чем, определенно, хороша мыслесвязь - нет необходимости собираться, говорить словами, повторять для опоздавших, разъяснять слабопоняливым, спорить с упёртыми... Просто проходит сообщение - и все объединенные сознания уже в курсе.
- У драконов паника. По Галактике катится некая Волна.
- Природа Волны? Скорость? Текущее расположение? Влияние?
- Скорость, в зависимости от места, от полутора до ста световых. На пустых пространствах как будто бы еще быстрее. Выглядит так, как если бы ей надо было время переварить материю. Расположение ... загружаю карту. Влияние - из того, что им удалось установить, Волна абсолютно губительна для любой жизни. В областях с более высокой скоростью наблюдаются изменения в природе материи. В областях, где скорость Волны превосходила 2 световых, вышло из строя все электрооборудование, включая нуль-Т аппаратуру и защищенные датчики, безразлично от каких воздействий они были защищены. Сведений из областей, где скорость превосходила 3 световых, нет вообще никаких. В областях, по которым прошла Волна на скорости пять и выше световых, по предварительным оценкам, в принципе не осталось структурированной материи
- Ну это же очевидно, там, где влияние на саму природу вещества было выше предельного порога, аппаратуру нужно создавать, исходя из новых законов природы. А их еще предстоит открыть. Капитан был в своем репертуаре. Ему, что аспидов на удочку ловить, что открывать области пространства с другими законами природы - всё одно.
- Делаем вот что. Через самую большую камеру перебрасываем вот в эту область пространства на интерактивной карте запульсировали концентрические круги - корабль-матку. Выпускаем скоростные разведчики сюда и сюда. Через неделю они достигают областей, где скорость волны была выше пороговых
- А если сразу?
- Сразу нельзя. Брат Марк быстро прикинул что-то в уме. - Если там поменялась природа материи таким образом, что привычные нам законы природы перестали действовать, появление области пространства с резко отличающимися свойствами
- Короче, бабах - резюмировала Кенти. Понятно. Надо снабдить разведчики аппаратурой для фиксации градиента констант. Тьфу ты, какой сумбур получается. Замерим, на каком значении констант происходит разрыв и начнем открывать новые законы.
- Теперь вернемся к вопросу природы Волны. Что известно о ней?
- Здесь порадовать нечем. Гипотез много, но ни одна из них не выдерживает никакой критики. Хотя бы уже тем, что Волна движется быстрее света.
- Солнечный зайчик тоже может двигаться быстрее света!
- В том-то и дело. Выходит, Волна, как минимум, нематериальна. Однако оказывает на материю весьма ощутимое влияние.
- А источник возникновения Волны?
- Также неизвестен. Примерно удалось установить точку входа Волны в Галактику. Направление на М51, как отметил Великий предок.
- Итак, мы имеем: невыясненной природы явление, изменяющее свойства материи
- Разрешите вмешаться в ваш мозговой штурм? - совершенно незнакомый голос. Мы даже не сразу сообразили, кто это мог быть. Ну конечно, Цикк, цикри, головной первой Большой звезды, прибыл к нам по каким-то своим, сэкондийским, делам
Цикри здорово спрогрессировали за эти восемьдесят лет. Для нас, дракоидов, краткий миг, а у них сменилось несколько десятков поколений. Пусть срок жизни у них теперь почти сравнялся с человеческим, но пора размножения осталась в самом раннем возрасте и совершенно не желает сдвигаться. За счет этого, да с помощью разработанных прыгающих генов, да под присмотром Флегона, их эволюция рванула вперед семимильными шагами. И сейчас перед нами сидел сурок в массогабаритах земного бобра, с интеллектом под сто тридцать. И ведь это уже не предел, в новых поколениях уже родились те, кто его переплюнет
Мы, не сговариваясь, замолчали. Поняв это, как приглашение к беседе, цикри продолжал:
- Это оружие.
- Оружие? Чье? Зачем?
- Докажи? - добавил Красс.
- Вы все, кроме Виктора - бывшие люди. Да и он - дракон в первом поколении. А что такое, с эволюционной точки зрения, человек? Дневной падальщик жаркой саванны. Люди все время на виду. У вас даже заявку на доминирование в стае делают демонстративно, красуясь своей отвагой и значимостью перед всем миром. Ведь так?
- В общем, ты, конечно, прав, - подтвердила Мэгги. Но при чем тут Волна?
- Идем дальше. С какими разумными видами вы хорошо знакомы? Ящеры? Псевдоарахниды, будь они неладны? Тиберианцы, хоть они еще и далеки до полноценного разума? Вы все, плюс-минус, такие же. Поэтому не видите очевидного для представителя вида маленьких, слабых, уязвимых существ, которые должны всю жизнь скрываться, прятаться и трепетать от страха того, что кто-то их обнаружит
Я думаю, это можно было бы назвать теорией темного подземелья. Мы роем свой туннель в толще земли. Роем тихо, по возможности, бесшумно, чтобы звуки, далеко разносящиеся в толще породы, не выдали нас. И одновременно с этим изо всех сил вслушиваемся, не хрустнет ли где-нибудь вынимаемый из стены камешек... И кто знает, за следующим снятым слоем грунта не ждет ли нас пустота? Не провалимся ли мы в нору кого-то сильного, злого и голодного? Который с радостью вонзит в нас свои хищные клыки?
- Брр ну и жизнь у вас там.
- Допустим, ты прав. Ваш вид коренным образом
- Да погодите вы! Посмотрите на себя: людей, драконов, дракоидов - моими глазами! Вы ломитесь вперед, не разбирая дороги! Вы за неполные пару тысячелетий охватили всю Галактику! И ведь вам мало - вы лезете в соседние! Вы думаете, там правда никто не живет?
- Цикк, ты же знаешь, мы никого не
- Это был вопрос риторический. Разумеется, там тоже есть разумная жизнь. Насколько хорошо она развита? Что такое две тысячи лет в масштабах эволюции вида? Напомню, две тысячи лет назад мы, цикри, были крысами. И если бы мы встретили людей в своем нынешнем состоянии, мы, не задумываясь, приняли бы все меры, чтобы не допустить расползания
- Скрытно, без объявления войны?
- Разумеется! Только так слабый может победить сильного. А вы - я имею в виду людей, как самый многочисленный, и драконов, как самый экспансивный виды - заявляете о себе как об очень сильных. Которые ничего не боятся. Как о вас подумает слабый? Раз вы ничего не боитесь, значит, вы многократно испытали свою силу и неизменно выходили победителями! Опыт уязвимого говорит - встреча всегда заканчивается смертью слабейшего. Значит, вы уничтожали, стирали с лица Вселенной встреченные виды
- Но это же не так! вскинулась Кенти.
- А знаете, ведь наш пушистый друг прав, - медленно добавил Брат Марк. Именно так это и выглядит. Значит, некие доброжелатели, не желая стать очередной жертвой на пути нашей экспансии, пустили нам встречный пал? Очень похоже на правду. Утешает одно.
- Ты воистину оптимист, Брат Марк, если в такой ситуации находишь нечто утешительное.
- Посудите сами. Если следовать логике цикри, враг должен ударить самым сильным оружием своего арсенала. И оно нас - по крайней мере нас с вами - не убьет. Мы абсолютно точно спасемся. Переброска нуль-Т куда-нибудь в Магелланово облако - и Волна останется с носом.
- А остальные? Мы, например? - вставил Цикк.
- А о спасении остальных мы сейчас и начнем думать
А потом пошла работа всерьез. Как раз такая, для которой подбиралась наша команда. К которой мы готовились эти долгие десятилетия.
- План работ: оконтурить область распространения Волны. Составить прогноз ее движения. Зонды разведчики оснастить приборами для измерения максимального количества параметров.
- Внедриться в базы драконов - это хорошо, но нужно собирать наши собственные сведения. Никакой уверенности, что драконы ничего не упустят, нет. Они, почему-то, считают, что точек старта было три. Однако, если предположить, что гравитационные поля влияют на распространение Волны следующим образом, - Трепед выгрузил на монитор многоэтажную формулу, - то вот это шаровое скопление, как раз, должно было преломить первоначальный импульс в его текущее состояние.
- А они влияют?
- По мнению драконов, они - единственное, что вообще хоть как-то влияет.
- Обитаемые зоны на пути Волны?
Интерактивная карта Галактики вспыхнула бесчисленными огоньками планет, на которых была биосфера. Терраформированная или самостоятельная - таких уже были многие тысячи. А ведь есть еще и другие измерения - Волна катится по нескольким слоям.
- Понятно. Немного сократим выборку: какие важные центры цивилизации? От каждого разумного, или способного обрести разум вида оставить не менее, чем по одной. Если разумный или проторазумный вид существует только на одной планете подсветить красным.
Большая часть огоньков погасла. Но оставшихся было, все равно, слишком много. А еще и несколько красных их нужно спасти в первую очередь. Отдельно подсвечены тусклым, как будто замогильным светом огоньки, по которым Волна уже прокатилась. Один красный ... Один вид из семьи разумных нашей Галактики навсегда исчез
Планета Чои, или, на жаргоне космачей-людей, четыреста первая, очень долго не поддавалась колонизации. Обращавшаяся вокруг тесной двойной звезды довольно плотного шарового скопления прямо на окраине галактики - по мнению некоторых астрофизиков, в отдаленном прошлом это была даже самостоятельная микрогалактика-спутник, с которой Млечный путь содрал все внешние слои - она как будто нарочно отклоняла все пересылки однокамерным нуль-Т. Гравитационная аномалия не позволяла произвести пересылку в окрестностях нескольких световых недель, а еще в большем радиусе искажала ее до опасных значений. Это явление привело к тому, что драконы назвали скопление Родиной Терпеливых. А электромагнитная аномалия выводила из строя всю автоматику, создав на орбитах звезд скопления целое кладбище разбитых кораблей.
Потом, конечно, неугомонные драконы отправили туда экспедицию, которая и исследовала все причины этих аномалий, а, заодно, открыла планету Четыреста один, населенную проторазумными рыбами.
Вид находился в эволюционном тупике и никогда бы не вышел в космос, будучи жестко привязанным к своему, весьма экзотическому, биоценозу, но любознательные драконы сумели наладить с чойцами контакт и изучали их культуру и искусства. Много раз там бывал и дядька Флегон, всегда с восторгом рассказывая о перспективах развития у чойцев настоящего разума. Набивший руку на наших сэкондийских друзьях, он уверенно прогнозировал появление подлинного разума в горизонте десяти тысячелетий, при форсированной эволюции.
И вот теперь их нет. Спасти рыбёх от Волны было, во-первых, некогда, потому что именно их скопление встретило Волну первым, и стало причиной распада первичной Волны на три параллельных явления, а во-вторых, никто никогда не готовил для чойцев запасного аэродрома, а сделать это за несколько часов не по силам даже драконам. Вечная память собратьям по разуму, они умерли, успев предупредить о необычном природном явлении, и это был их прощальный дар семейству разумных видов галактики.
Волна прокатилась по шаровому скоплению самым высокоамплитудным фронтом, размазывая в кварковую кашу звезды и планеты, орбитальный мусор и базовые станции драконов. Всё, что извлекли из произошедшего драконы, сводилось, по сути, к одной единственной фразе надвигается нечто, с чем шутки плохи.
А Волна катилась по галактике, гася один за другим огоньки разумной жизни, уничтожая всё, от газовых облаков до нейтронных звезд. Только черные дыры были устойчивы к Волне, более того, она их успешно порождала.
Что нам удалось установить:
1. Волна движется с большой, но, все-таки, конечной скоростью. Чем быстрее скорость Волны, тем более существенные разрушения она оставит.
2. Волна приходит не внезапно, ее сила нарастает в течение некоторого времени. Чем выше амплитуда, тем резче градиент нарастания, от нескольких дней при силе Волны менее полутора, до часов при силе от двух, до трех. Расчет показывал, что при силе от пяти и выше время удара Волны будет идти на минуты.
Капитан предположил, что непосредственно перед ударом должен иметь место некоторый антиудар, откат по каким-то параметрам. По аналогии со всеми прочими волновыми явлениями, по которым он был большим специалистом. И это вполне согласовывалось с нашей, пока еще очень сырой, теорией.
3. Гравитация непонятным, но очень важным образом влияет на Волну. Волна чувствует материю, стремится к ней, пытается поглотить ее. Вскоре мы открыли, что прохождение через крупные компактные объекты происходит с замедлением, но для того, чтобы замедлить Волну до безопасного 1,1 световых, даже массы сверхскопления галактик будет мало. С другой стороны, амплитуда Волны заметно ослабевает после прохождения через большие пустоты. Так что расползания Волны на другие галактики, видимо, можно не опасаться. И только черные дыры к Волне абсолютно устойчивы.
- Так что, за центральной черной дырой ядра галактики образуется комфортная волновая тень. Кто желает, может спасаться там. Правда, с планетными системами там туго, а жизни так и вовсе нет. прозвучало на очередном совещании.
Совещания у нас происходят, только когда к нам прибывает представитель другого вида. В тот раз к нам прилетел дядька Флегон.
- Цикри очень встревожены. Своей космической программы у них нет, и они опасаются, что их бросят.
- Цикри живут очень компактно и их численность невелика. Мы эвакуируем их без затруднений. Лучше расскажи, какие настроения у драконов?
- Отряд работает. Все, кто может быть полезен, мобилизовались для строительства ковчегов для людей Но это капля в море. Их же триллионы!
- Да, люди плодовиты, этого у них не отнять. А сами они? Как обычно?
- Увы. Делят места в драконьих транспортах. Выясняют, кто главнее. Тратят чудовищные ресурсы на ранговые игры. Всех спасти все равно бы не смогли, но еще три-пять процентов
- И что, совсем ничего?
- Почему, не совсем. Они отобрали несколько десятков тысяч звездной элиты, отправили их на лучших транспортах. Действительно лучших людей... но на этом их лидеры посчитали долг перед видом исполненным и принялись спешно спасать самих себя. Это мы с вами знаем человеческую природу и не удивляемся, а знали бы вы, сколько талантливых драконов отвернулись от людей с презрением, когда увидели их истинное нутро?
- Третье поколение и дальше... Да, наивные души.
- Старая гвардия все равно работает. Отряд, и сам Командор... Но колонии гибнут каждый час. Раз в сутки планета покрупнее. Пока до центров цивилизации дело не дошло, но это только пока. И очень ненадолго
- И в ближайшее время под удар подпадет
- зе.. А? Земля - с горечью в голосе произнес наш Брат-аналитик.
- Что Земля? - за исключением Брата Марка, все остальные члены команды были из других миров. Капитан и Кряж с Сэконда, Красс и Трепед латиняне, Кенти и Мэгги тоже с других планет. Я, хоть и начинал свою жизнь на Земле, считал себя уроженцем Базы ноль, космачом.
- Земля родина людей. Её нужно попытаться спасти. У нас стандартный год.
- У нас даже нет, по-хорошему, рабочей теории происходящего.
- Ладно, - поставил последний грош ребром наш Титан. Я это уже проходил и пройду снова. Снимайте психоматрицу. - закончил он, укладываясь в саркофаг медкомплекса.
Снова завертелась та безумная круговерть сознаний на всех возможных носителях. Все наши компьютеры, на всех базах во всех измерениях, некоторые заброшенные базы драконов, даже боюсь предположить, что еще - но киберы точно перешли в режим гибернации - было подключено к вычислительному океану Трепеда. На некоторое время он отключился от нашего общего сознания, потому что мы не смогли бы выносить чудовищную какофонию мыслей, обрывков знаний, догадок, гипотез
Через неделю саркофаг открылся и на металлический пол биолаборатории ступила тяжелая нога титана. Сам он выбирался из саркофага с трудом, взгляд его был мутным и не особо осмысленным. Кенти и Мэгги подскочили к нему, начали тормошить.
- Ээээ ответил Трепед и начал бессильно заваливаться набок.
- Нервное истощение. Обеспечим ему покой и тишину. Мыслесвязь восстановится, сами все узнаем. Мы тут тоже не сидели, сложа руки, но надо ж было так себя загнать!
- Это Трепед, - констатировал очевидное его старый друг по прошлой жизни. Он иначе не умеет.
Через пару часов Трепед снова был с нами. К сожалению, новости он принес неутешительные. Проанализировав все доступные первичные данные, титан уверенно заявил, что эффекты Волны не связаны ни с одним из фундаментальных взаимодействий. Несмотря на склонность Волны к взаимодействию с гравитационными массами, гипотезу гравитационного характера Волны подтвердить не удалось. До, в момент, а на некоторых датчиках, уцелевших после удара - и после, сила тяготения не изменялась. По крайней мере, в пределах чувствительности датчиков.
- Мы проверили все виды излучений, все типы элементарных частиц, существующих в природе, и даже свободных кварков, ничего нет.
- Ничего нет, а Волна - есть.
Мы были в тупике. Были проверены все, даже самые завиральные, гипотезы. Собраны все данные со всех возможных источников. Оставалось только лететь и смотреть на Волну своими глазами. Но это было чревато большими проблемами. До нас дошла информация, что Великий предок угодил под слабый отголосок Волны, и вот уже несколько месяцев не может восстановить форму, а три секции мозга ему пришлось перезаписывать с какого-то древнего носителя.
- Давайте, устроим праздник? Может, развеемся, что-то новое в голову придет? - предложила Кенти.
- За неимением лучших идей, поддерживаю!
Вдевятером мы стали накрывать огромный, размером с теннисный корт, круглый стол, использующийся у нас для разных посиделок. Вот Мэгги, помогая себе крыльями, расправила и набросила на стол огромную скатерть.
- Что не так? - отреагировала она на внезапно воцарившуюся в мыслесфере тишину.
Трепед молчал и пристально смотрел на полощущую под взмахами могучих крыльев ткань.
- Сколько измерений у этой тряпки?
- Два? Нет с учетом складок, наверное, два с небольшим. Точнее надо исследовать кривизну... Ты о чем думаешь?
- А что, если Волна - это не какое-то хитрое излучение, или там, взаимодействие частиц, как мы все это время думали, а рябь самой метрики пространства?
- Такое, вообще, возможно?
- Ну-ка, предложи что-нибудь, что прямо запрещает изменять метрику пространства? Дунь еще, Мэг?
- Хорошо, - согласился я, зная, что Трепед очень плохо относится к попыткам нечто неизведанное объявить невозможным. У тебя есть идеи, как это можно измерить?
- Пока нет. Зато у меня есть, что измерять. Трепед со стуком поставил тяжелый стакан вверх дном на скатерть. Волны, бегущие от взмахов крыльев Мэгги, полоскали скатерть, но теперь они обтекали препятствие, образуя завихрения вокруг конуса волновой тени.
- Волну измерять небезопасно, мягко говоря
- Нуль-Т генераторы? Те самые, первые. Экологически грязные, которые тянут энергию из соседних континуумов? Помнишь, истории, как твой папаша с птичкой возился? У нее крыла еще не было? Там раневая поверхность пористая была?
- Ты настолько досконально изучил те старые файлы?
- Я изучил всё. Так вот, пористость - это не из-за нечеткости настройки. И, уж конечно, не из-за непрерывности функций мультиверса, как он, судя по всему, подумал поначалу. Это оборудование локально создавало искажение метрики пространства. Потом поменяли технологию и эффект пропал, не будучи обнаружен. Красс уже отправил в цех те чертежи генератора. Сейчас перекусим и можно браться за дело!
Брат Марк поставил на середину стола странный предмет. С одной стороны, это был куб, знакомая всем с детства простейшая объемная фигура. Но из середины был вырезан, ровно по центру, блок кубиков поменьше, так, что в каждой грани образовалось сквозное квадратное отверстие. Для каждого меньшего кубика фигуры закономерность повторялась
- Наследие Повелителей. Раздел Математика, подраздел Фрактальная геометрия. Прямо из Вечного города, цените. Там сейчас такое... Если уж никто не обратил внимания на гуляющего по закрытым подземным архивам фиолетового дракоида, использующего коды доступа умершего столетия назад брата, я даже не знаю, чем их пронять.
Зефа, не умеющая включаться в наше инфополе, с удивлением посмотрела на пурпурно-фиолетового дракоида.
- Смотри, эта фигура, вроде, объемная. Но если ты присмотришься повнимательнее, то увидишь, что объема материи в ней, как будто бы, и нет. Она вся состоит из поверхностей, состыкованных под прямыми углами. И чем глубже ты погружаешься в эту фигуру, тем мельче становится пена этих поверхностей. Это фрактал.
Крыло птички Великого дракона, в какой-то момент, отхватило полем генератора нуль-Т. Старая модификация, производя обмен объемами между слоями реальности, не обеспечивала четкой границы между ними, и, в результате, между двумерной плоскостью стенки кабины и ее трехмерным внутренним объемом образовывалась вот такая переходная зона нецелой мерности. Конкретно у этой фигуры мерность 2,73. Что там было с крылом птички, скоро выясним.
Наши разведчики пытаются получить образец материи, попавшей под удар Волны. Если нечто подобное будет обнаружено, одной загадкой меньше. Хотя, вопрос того, как можно использовать изменение мерности в качестве оружия и какими силами поддерживается этот процесс в Волне, остается, конечно, открытым.
- Разумеется, никакая сложная структура при превращении пространства вот в это - существовать не может.
- А как же выжившие простейшие и низшие растения?
- Это, как раз, легко укладывается в нашу гипотезу. При изменениях в сотые доли единицы фрактал настолько крупный, что мельчайшие организмы имеют шанс провалиться в пустоты внутри него, - дракоид просунул в отверстие фигуры коготь - и сохранить свою собственную мерность.
- А еще, - добавила подошедшая Кенти, - похоже, что мизерные искажения неустойчивы, и природа стремится вернуться к каким-то якорным значениям мерности. Вот эта величина - палец янтарной дракоиды указал на фигуру на столике - устойчива. Определенно устойчивы целые значения два и три. Другие - нам предстоит еще открыть.
- К сожалению, - вступил в разговор темно-серый дракоид, - нас слишком мало, и охватить все необходимые направления работы трудно. Трепед с Виктором занимаются вопросом возникновения волн мерности и управления их изменением, Красс и Брат Марк исследуют возможности быстрого измерения мерности и ее якорные значения, мы с Капитаном взяли на себя подготовку и тестирование оборудования по ловле Волны, а Кенти и Мэгги контролируют движение Волны и собирают информацию о попавших под удар областях.
- Кряж, я хочу в вашу группу. И я уже знаю, чем буду заниматься. Будете перебрасывать меня на корабли-разведчики, и я буду управлять ими на месте.
- Зефа, это безумие Это же прямо в Волну!
- Автоматика не всегда адекватно переживает влияние Волны. А я... я справлюсь.
ЗЕФА
Когда-нибудь я расскажу подробнее, что происходило во время этих высадок. Когда-нибудь, когда закончится эта борьба с Волной, когда мое сознание, наконец, расслоит и расставит по полкам бредовые видения, вызванные нехваткой кислорода, потому что его молекулы неустойчивы к влиянию Волны, побочными волновыми эффектами, проникшими сквозь капсулу, и просто шоком от увиденного.
Тогда я поведаю, как выглядит мир, в который ударила Волна силой полтора балла. Где вся высшая биота превратилась в гомогенную слизь, как будто передержанное в автоклаве мясо. Где деревья стоят еще зеленые, но в этой зелени нет жизни. Я беру пробу материи - недавно живой, или вовсе мертвой, воздуха, воды. Устанавливаю портативный лебегометр - определить мерность пространства. Хотя эта процедура чисто протокольная, там практически всегда будет 3.0.
Расскажу, как выглядит мир после двух баллов, где человеческие строения оплыли, как воск. Образцы металла, привезенные из этого мира, содержали остаточные пространственные деформации кристаллов на микроуровне. Кенти объясняла мне что-то про видманштеттовы структуры, но я, к сожалению, слушала ее невнимательно.
Расскажу, как поплатилась за эту невнимательность, когда уже непосредственно мой корабль попал под удар Волны. К тому времени изыскания дракоидов продвинулись, и моя обитаемая капсула была оснащена пробным антиволновым оборудованием, способным, по расчетам, гасить воздействия до двух десятых. Но металл корабля пострадал, потерял прочность, а я этого не учла, когда планировала высадку на поверхность. И просидела несколько суток на обломках десантного бота, пока не прислали подмогу.
И про миры с черной водой, мерность которой больше трех, и свет не преломляется, а полностью поглощается в дополнительных подпространствах. Я привезла пару литров этой воды в маленьком пузырьке чернейшего обсидиана, который на проверку оказался обыкновенным бутыльком от детского питания. Только убравшись оттуда, я поняла, что могла остаться там навсегда, если бы изменения коснулись не только воды и немногих артефактов на поверхности планеты, а материи в целом. Ведь в пространстве такой мерности даже не подашь сигнал SOS.
Возможно, я даже наберусь смелости, и расскажу, как я попала в непонятный мир с разрушенной Волной мерностью. Где 2+2 не равно 4, а кратчайшее расстояние между двумя точками равно бесконечности. Может быть, так мне удастся изжить эмоции из этих воспоминаний и в дальнейшем относиться к ним спокойно.
Потом. Когда перестану просыпаться от ужаса по ночам. Когда мы победим. А пока я обещала справиться, и я справилась.
ДРАКОНЫ
Время утекало сквозь пальцы. Год, который оставался до прихода Волны на Землю, незаметно превратился в полгода, потом в три месяца
Еще три года назад, когда пришли данные с планеты Чои, и стало понятным, что беда не пройдет мимо, драконы объявили эвакуацию. Помогали, по мере сил, построить огромные корабли-ковчеги. Но расселить двенадцать миллиардов только с одной Земли, да еще предоставить им места на кораблях, способных пережить хотя бы несколько нуль-Т - прыжков - не было по силам даже могучей цивилизации драконов. Хотя они старались... Но слишком мало времени и слишком много планет - от момента обнаружения до подхода Волны у земного человечества был очень скромный срок.
Самое неприятное, что даже перед лицом неизбежной гибели человечество сумело проявить свои худшие качества. Да, в первые месяцы, не без давления со стороны драконов, был организован отбор наиболее генетически перспективных, молодых, здоровых, полных энергии людей. Скомпонованы идеальные экипажи, построены (по драконьим чертежам) корабли, способные путешествовать в космосе столетиями, прыгать от Волны через нуль-Т десятки, сотни раз. Но сколько их было, Звездной элиты? Даже не сто тысяч.
А потом пришло время больших кораблей-ковчегов, обитаемых космических городов. Драконы предоставили людям оборудование нуль-Т для переброски объектов радиусом до десяти километров, обеспечили материалами, киберами, контролировали строительство... Люди занялись тем, что у них получается лучше всего - дележкой ограниченных ресурсов, подковерной возней, интригами. Организовались партии: Космическое возрождение, Через звезды - в родные тернии, Единая Земля... Борьба шла за каждое место на борту - подставы, убийства, уничтожение производств и источников сырья. Несколько раз доходило до вооруженных столкновений боевых крыльев партий.
Возродились в своем худшем, ультрарадикальном виде религиозные апокалиптические секты. Косматые, заросшие черными (почему-то всегда именно черными то ли им веры больше?) волосами, более похожими на шерсть лесных приматов, проповедники призывали проклятья на головы объявленных виновными. Почти в каждой проповеди в первых рядах виновных назывались драконы. Кора вычислила, какие теневые группировки стоят за каждой из сект, но сделать что-то, не наломав дров, не удавалось.
Скрупулезный дракон посчитал, что загубленных возможностей хватило бы на десятки миллионов спасенных жизней. Но что такое десять миллионов человек, когда на кону твоя собственная шкура? Лучшие силы дракобщества надрывались, пытаясь одновременно обеспечить и эвакуацию не только Земли, но и хотя бы некоторых, наиболее значимых освоенных планет, Анна, Кора и вся социоинженерная часть драконьего научного мира переселилась жить на Землю, потому что иначе успевать гасить конфликты и хоть как-то консолидировать общество было невозможно.
Люди отчаянно сопротивлялись. Дошло до того, что флаер с одним из драконов, который уж чересчур возражал против эвакуации одного паучьего гнезда, по недосмотру являвшегося советом директоров финансовой группы, взорвали на орбите. Дракон, совсем молодой и полный энтузиазма исследователь, погиб. После этого Великий дракон, впервые за тысячелетия существования вида, издал обязательный для выполнения приказ всем, кто желает работать над эвакуацией человечества, снимать психоматрицы ежедневно.
Анна с тоской вспоминала времена господства Единой Церкви. Тогда, по ее словам, сохранялся хотя бы какой-то контроль над человечеством. А вывезти сотню мумий Синода, к слову, в большинстве своем бессемейных аскетов, - совсем не то же самое, что эвакуировать миллионы Важных персон с их семьями, прислугой и привычным бытом.
- Взгляни, Мастер! Вспомни магистра Литмундского монастыря. В сравнении с этими он - святой праведник - Анна включила запись одной встречи, должной, по замыслам встречавшихся, остаться в тайне от драконов.
Слово взял толстый краснощекий человек в едва сходящемся, пошедшем рыбьими ртами на необъятном пузе пиджаке:
- Я вообще не понимаю, зачем мы пытаемся спасти все это отродье? Вот, скажем, наука. Эти дармоеды только прожирают наши ресурсы и не приносят нам никакой выгоды. Скажите на милость, кому нужны все эти их открытия? Если нам что-то будет нужно, мы возьмем у драконов! У них всё и лучше, и совершеннее.
Ему ответил рафинированный, лощеный педант неопределенного возраста с жесткой верхней губой и холодным взглядом, в котором плескалась усталость столетий и бессчетных омоложений:
- Драконий хлам уродлив! В нем нет никакого шарма. Нет признаков, что эта вещь престижна! И к тому же, драконы совершенно не понимают, что то, что передано нам с Вами, никак нельзя давать простому быдлу! Как мы ни пытались, слово эксклюзивность им объяснить не удается. Как мы сможем указывать этому охлосу их место в жизни, если у них будет то же самое, что и у нас?
Нить беседы подхватил смуглый человек в халате, каких уже много сотен лет не встретишь на улицах - мир сверхбогачей очень консервативен:
- Вы правы, господин Хартли. Но наука нам для этого не нужна. К черту ускорители! К черту исследовательские центры! Нам нужны дизайнеры, имиджмейкеры, специалисты по рекламе, по продвижению. Мой личный бренд-менеджер, например, большое значение придает тому, чтобы на мероприятиях, проводимых нашим Домом, прислуживали обязательно живые люди. К черту эти железяки! Какое удовольствие, скажите мне, дать в рыло киберу? Еще и кулак расшибешь!
И снова педант:
- Само собой, господин Хаммад. Ваш утонченный вкус в проведении вечеринок давно прославился далеко за пределами Земли. Поэтому мы должны, прежде всего, обеспечить эвакуацию такого персонала, который позволит нам сохранить привычный уровень потребления. А драконьи железяки - пусть летают на них сами.
Невысокий черноволосый человек, разрез глаз которого выдавал происхождение с островов Восходящего солнца:
- Поддерживаю ваше решение, господа. Сегодня же на верфях будет приостановлена работа над шестым и седьмым ковчегами. Высвободившиеся ресурсы пустим на обеспечение привычного уровня комфорта на ковчегах с третьего по пятый Корабли получат названия Космический рай 1-3. Как, все же, жаль тех средств, что потрачены на эту чертову Звездную элиту! Ни один из наших в нее не попал, как мы ни старались. Генетическое вырождение - сказали чертовы рептилии.
- И не говорите, господин Томои. Но это была необходимая жертва, чтобы драконы обеспечили нас ресурсами.
Прошипев совсем уж нецензурное ругательство, дракона выключила запись.
- И что, Мастер? Ради этого мы костьми ложимся? За это погиб наш Спарк? А какой перспективный был социоинженер! Лет через сто - хоть целую планету ему поручай.
И ведь знаешь, что, Мастер? Эту запись мне сами участники и передали. От каждого, окольными путями. Надеялись, таким образом, утопить остальных.
Вспоминаю наш литмундский бордель. Вспоминаю наш орденский Вечный город. То, что сейчас выросло на Земле - это следующий этап эволюции змеиного кубла.
Однако, к моменту подхода Волны, почти миллиард человек был вывезен.
ДРАКОИДЫ
Что же до нас, даже за неделю до момента удара мы не могли с уверенностью сказать, успеваем, или нет. Первый пилотный проект противоволнового комплекса был изготовлен за три дня до срока. И тут же сгорел на испытании под нагрузкой.
В бой были брошены все резервы, в том числе сверхновые ремонтные киберы, работающие в замедленном потоке времени. Кряж наворотил такого, что команда давалась диву - казалось бы, кибер, простая и понятная вещь. Их модернизируют, расширяют возможности, усиливают интеллектуальную часть, добавляют функционал... Был случай, когда понадобилось разработать линию киберов для особо высокой гравитации, но никого не заботила скорость их действий. Скажем прямо, она осталась примерно такой же, как была у того паучка авторемонта, что первым откликнулся на команду Джафара в далеком прошлом Земли.
- Это не годится. Мы будем тестировать новое оборудование. Оно может сломаться. А так как эксперимент, извините, ответственный, и при неудаче обещает быть весьма острым, нужно быть готовым ремонтировать оборудование на ходу. Я и добавил-то, всего ничего:
1. Маленький хроноблок. Фиксируя неполадку, он передает развернутый сигнал о ней по нуль-Т связи в момент времени через аттосекунду после аварии. Временной петли не возникает, а кибер уже знает, что делать.
2. Расфокусированный нуль-Т генератор ближнего действия. Откачает воздух перед кибером, он будет двигаться в безвоздушном пространстве, и можно сразу перебросить его на место поломки.
3. Сверхбыстрый роторный механизм замены поврежденных блоков на принципе мультиверса. Заранее ставим сюда сменные детали, и кибер выбирает, какой из вариантов блока ему подгрузить через нуль-Т - это быстрее, чем вращать ротор с запчастями в одном нашем измерении.
Испытание показало, что замену, скажем, конденсатора такой ремонтник проводит за микросекунду. Реле регулятора частотности гравитационных волн - за полторы. Это на пять-шесть порядков быстрее лучших показателей имеющихся ремонтников.
- Превосходно. У нас есть и еще одна неплохая новость. Если оборудование сработает штатно, оно защитит от Волны не только планету. Позади нее образуется конус волновой тени, как позади черной дыры. Длинный конус, его вершина будет лежать аж за пределами галактики.
- Мяуу мяк. Мммя?
- А если не сработает штатно, то, боюсь, нам всем крышка - ответила Мэгги.
- Оборудование еще не оттестировано, но, по всем расчетам, должно погасить влияние Волны силой до 5 баллов.
- На Земле ожидается пять с половиной.
- Придется рисковать. Более высокие значения уже моделируются весьма условно.
- Если говорить на простом языке, мы поменяем полярность гравитационного взаимодействия. Наша аппаратура будет генерировать гравитационное отталкивание. Как если бы перед Волной образовалась область с отрицательной массой. Для волновых эффектов это будет непроницаемый барьер. Но если в нем будет хоть малейший изъян, например, материальный объект, проходящий сквозь нашу полевую структуру, то сквозь него Волна просочится, дальше банальная дифракция, и конец.
- Сильно похоже на гипотезу темной энергии... Может, слышали, такой курьез обсуждался в мире Повелителей пару веков до Пришествия? - вставил Брат Марк. Находил упоминания в разделе История науки - Устаревшие гипотезы.
- Темной энергии, как мы знаем, нет. Но ее можно сделать. И мы сделаем.
Немолодой уже, разменявший сто лет, но еще крепкий старик Лайм не попал в число переселенцев. Они, одраконившиеся, не входили в число первоочередных на эвакуацию. Честно говоря, они вообще не входили в эту очередь.
Некие очень уважаемые среди уважаемых людей люди посчитали, что если включать одраконившихся в списки на эвакуацию, то драконы могут потребовать эвакуировать их всех, и тогда некоторым людям из числа особо уважаемых может не хватить места. Поэтому Лайма и его единомышленников просто затерли из списка, при молчаливом согласии элиты человечества. По умолчанию считалось, что их эвакуируют драконы. Драконов об этом не предупредили.
Совершенно случайно, кто-то из драконов биологов, которые занимались эволюцией разума, поинтересовался, на какой из эвакобаз находятся его подопечные контингент человеческой молодежи с отборными генами, подготовленный для колонизации нового мира - и получил равнодушный взмах в сторону: где-то там. Драконы поспешили проверить и ужаснулись. Ни один из одраконившихся, невзирая на возраст, пол, специализацию и другие важнейшие параметры, в списках не значился. Однако персоналий с отметками в личном деле "драконам дело иметь с осторожностью" - пруд пруди. Как бы то ни было, к моменту, когда драконы узнали, что их золотой фонд человечества, по сути, принесен в жертву, до удара Волны оставались считанные часы.
Надо отдать должное драконам, они попытались спасти всех, до кого могли дотянуться. Но ушедшие-под-крыло жили очень разрозненно, и собрать их вместе за несколько часов было почти нереально.
Лайм был в курсе происходившего. Он видел, как панически бежала, давя друг друга, наступая на упавших, расталкивая слабых, элита человечества. Как пытались купить себе места в ковчегах вчерашние властители мира. Был он и в курсе того, что от Земли не останется ничего, что напоминало бы о прошлом планеты. Пять с половиной баллов это не полтора, где мир остается нетронутым, как после нейтронной бомбы. Говорят, даже простейшие и низшие растения выживают... Не два, где меняются цвета и разрушаются некоторые материалы. Не три даже, когда оплывают постройки, становится черной вода... Пять и выше - никто не знает, что там будет, после пяти. Может, и самой материи не останется?
На монитор был выведен таймер последнего отсчета, показывавшего время до окончательной гибели планеты. Час где-то сейчас Волна прошла орбиту Плутона и подбирается к внешним планетам.
Семейство собралось вокруг старика. Вот его сыновья, взрослые, повидавшие жизнь. Дочка, внуки, правнуки - много их. Льнут к старому деду, будто надеются, что он, как много раз случалось в их жизни, вытащит из рукава заветный козырь, хлопнет им по столу... Да нет, детишки, такой расклад не бьется. Сами драконы - и те спасовали.
- Пойдемте на улицу.
Семья дружно высыпала на заснеженный двор. Тот же снег, что и век назад. Долгим он выдался, его век. А вот, накатили воспоминания.
- Сейчас расскажу вам одну историю. Восемьдесят с лишним, почти девяносто лет минуло с той поры. Я был - вот, как Эрм - старик потрепал густую шевелюру правнука. Тоже была зима. Мы с отцом перед ночью обходили двор и в сарайчике обнаружили драконенка
- Да глупости, дед! Драконы не живут в сараях. Чай, не корова!
- Ну, не хочешь, не верь. Лежал на копне сена, спал. Накрыли его пледом. Наутро пригласили в дом, покормили. Они ведь, как люди, ложкой едят.
- Чем кормили, нефтью?
- Надо же, какая живучая байка! Я был маленький - так же говорили. Не пьют драконы нефть. Они обычную еду едят мясо, овощи. Могут и зерно, и даже дерево грызть. Но вот нефть...
- А потом что?
- Ничего. Улетел. Так я его больше и не видел.
- Забыли про нас драконы. Неужели зря мы на них надеялись? Ведь всегда говорилось - если не на что надеяться - надейся на дракона. Он не подведет.
Вдруг за спиной раздался хлопок, как от раздираемого кнутом воздуха. Люди обернулись. Перед ними стоял дракон? Вроде и дракон, да не совсем большой, изящный, серебристо-белый
- Так я и думал. Забыли про вас. И ваши, и драконы.
- А вы тогда кто? - первым опомнился старший сын Лайма.
- Много лет назад этот дом оказал мне гостеприимный прием. Сегодня я вернулся, чтобы вернуть долг.
- Так не успеешь уже. Пока на орбиту поднимемся, пока разгонимся, Волна догонит. Припозднился ты. И нас не спасешь, и сам погибнешь.
- У нас есть идея получше.
В этот момент в воздухе материализовалась пара дракоидов - темно-серый и стальной, с голубым металлическим отливом. Они тащили ящики с оборудованием. И следом повалили - киберы, машины, ящики, еще пара дракоидов - фиолетовый и желтый, еще ящики, еще дракоиды - оранжевый и темно-синий, и, наконец, совершенно невообразимое существо, похожее на громаднейшего человека. Этот тащил на себе устройство, похожее на гриб. Если бы грибы были из металла и цветного стекла и росли размером с двухэтажный дом.
За все это время прибывшие не сказали друг другу ни слова, но было видно, что они четко координируют свои действия.
- Арон, это все твои? - мимоходом спросил стальной.
- Отец умер, это я, Лайм.
- Ты здорово повзрослел с нашей прошлой встречи, - добавил фиолетовый, настраивая экран.
- Погоди, ничего не понимаю. Отец, ты же говорил, что дракон был один, и зеленый.
- Немного поседел. Как и ты, впрочем.- с усмешкой вставил первый, белый, проходя мимо с мотком провода.
- Не удивляйся, - ответила желтая дракоида, прикручивая вентиль барашек системы охлаждения. У нас общее сознание. Говоришь с одним - говоришь со всеми.
- Но с кем же из вас мы встречались тогда, в детстве?
- Того тела уже нет. А сознание переписано в белого. А теперь стало нашим общим. Как и воспоминания. Так что смело обращайся к любому из нас. ответила медово-оранжевая дракоида, устанавливая прибор, похожий на усилитель.
- Так, люди, соберитесь сюда и слушайте, - отвлекся, наконец, от работы темно-серый, с белым геометрическим узором на груди. - Объясняю, что происходит. Времени до удара Волны - две минуты. Скоро прогнозируем начало отлива мерности. Мы подготовили оборудование, которое должно, если по-простому, стабилизировать мерность пространства в радиусе действия. Оборудование экспериментальное, уверенности, что все пройдет, как нам бы хотелось, нет. Но, в любом случае, мы разделим вашу участь. Приготовьтесь встретиться со своей судьбой!
- Кряж, ты невыносим! с улыбкой ответила оранжевая, больше для людей, потому что одновременно с этим показала темно-серому большой палец, прикрыв его от людских взглядов крылом.
- Прибор фиксирует уменьшение мерности пространства на пять стотысячных. Началось. - прогремел ранее молчавший исполин, и нажал на кнопку.
Внутри гриба из стекла и металла вспыхнул и яростно забился, разгораясь, огонек. Вот он уже заполнил собой весь видимый внутренний объем. Тяжелая рука в бронзовой перчатке без пальцев медленно потянула переключатель на себя. Шляпка гриба раскрылась и ярко-голубая плазма вырвалась на свободу, но моментально была схвачена и закручена в спираль силовыми полями усилителей, расставленных по периметру.
- Минус одна десятитысячная. Волна оттягивает мерность пространства. - и действительно, мир, как будто, подернулся маревом, контуры объектов стали нечеткими, тени отслаивались, цвета предметов менялись, смещаясь в фиолетовую часть спектра - Запускаем преобразователь электромагнитного поля в гравитационное. Якорь на ядро планеты. Радиус шесть триста восемьдесят пять.
- То, что вы видите эффект дрейфа величины скорости света. Этот эффект заметить легче всего. Следующая на очереди - постоянная Кулона... При достижении мерности пространства два - девяносто пять, - не смог удержаться от разъяснений темно-серый, - начнется самоподдерживающийся процесс фрактализации пространства. Возможно, мир мог бы задержаться в формате губки Менгера - в бесконечно пористом состоянии. Но этого не будет, потому что основной фронт волны придет раньше и поднимет мерность до три и один. Здесь изменения уже затронут не только заряд, но и массу элементарных частиц, и вся сложная химия распадется... Потом ослабнут ядерные силы и распадется вообще вся материя. Наша установка должна зафиксировать мерность пространства на отметке 3 и препятствовать эффектам Волны.
- Люди, скорее сюда - вывалился прямо из воздуха темно-зеленый дракон.
- СТОЯТЬ! грохнул громовым голосом Титан. Вновь прибывший замер от неожиданности.
- Поздно - добавил темно-синий. Ни людей вы уже не выведете, ни сами не успеете спастись. Стойте молча и смотрите. Здесь проходит операция дракоидов. Объяснения потом.
Вдруг цвет плазмы, закрученной вокруг гриба, поменял цвет с голубого на оранжевый, потом на красный, все темнее, темнее... Огромная рука титана напряженно тянула тумблер мощности на себя, не замечая, что он давно уперся в ограничитель. Волна пришла забрать свою законную добычу.
- Если мощности не хватит, и мерность пространства изменится сильнее, чем на одну сотую, мы все погибнем. Этих крохотных изменений будет достаточно для нарушения наших биохимических процессов. Опасные мутации начнутся еще раньше - с пяти тысячных.
- Фронт волны нарастает. Работаем на полной мощности. Изменение мерности - пятнадцать десятитысячных. Семнадцать
В небесах разворачивалось грандиозное зрелище. Будто калейдоскоп разноцветных, но преимущественно черных пятен переливался над головой, словно размазываясь слоем по невидимому куполу. Каждое следующее пятно возникало из недр предыдущего, точно выползая из безмерного пространства над головой, обтекая, охватывая горизонт, сводя с ума своими переменяющимися безумными формами. Вот черное пятно, чернее самой черной ночи, выплывает на поверхность, расталкивая цветные пятна по краям горизонта. Кажется, сейчас заполнит собой всё небо, но вот из недр его рождается еще более черное, его сменяет зеленое, красное и снова черное, еще чернее прежних, хотя, казалось бы, уже некуда. Эта невиданная мешанина цветов, оттенков и непрерывно меняющихся очертаний так тягостно действовала на всех, что люди, один за другим, садились на землю и в бессилии закрывали головы руками. Даже драконы, сцепив от напряжения зубы, тяжело переступали с ноги на ногу, не в силах оторвать взгляда от чудовищного небесного представления.
Волна ожесточенно билась в щит искусственной, вывернутой наизнанку гравитации, не находя в нем изъяна, не в силах промять, растворить в себе эту непонятную, неестественную, чуждую мирозданию сущность. Создатели Волны, похоже, были слишком нормальными, чтобы представить себе такое кощунство над мироустройством. И сейчас их детище натолкнулось на преграду, которую не могло преодолеть.
Впрочем, дело обстояло не так уж радужно. Оборудование дракоидов тоже работало с запредельной нагрузкой. Как ни старалась Команда подготовиться по максимуму, Волна преподнесла им неприятный сюрприз. Поле продавилось почти на километр, едва не касаясь поверхности Земли. Одно прикосновение, одна песчинка за пределами невидимого купола - и Волна, ощутив привычную добычу, размечет остатки защитного поля, поглотит планету и всех, кто сейчас собрался в тесное кольцо вокруг стального гриба.
Могучий титан склонился над панелью управления. Что там копирование звезд... Здесь шла борьба за сами законы мироздания. И он проигрывал эту борьбу. Черный калейдоскоп опускался все ниже. Там, далеко за горизонтом, купол едва не достает до самых высоких вершин Крыши мира. Какой запас высоты? Метров сто, не больше. И все убывает.
- Восемьдесят пять, - отозвался Капитан на неозвученный Трепедом вопрос.
Где-то вышибло предохранитель. Сверхускоренный кибер - специальная модель для аварийных работ "Красс-А", работает в замедленном временном потоке - среагировал быстрее, чем звук хлопка дошел до барабанных перепонок дракоидов. Закипела, прорываясь облачками сизого пара через сочленения трубок, охлаждающая жидкость - а ведь там снятие избыточного тепла через процессы ядерного размагничивания... Подозрительный гул шел из преобразователя взаимодействий - прибора-гордости самого Трепеда. Заискрился и задымил один из контактов. Завизжала система оповещения, стремительно побежали вниз датчики заряда сверхмощных резервных конденсаторов. Сколько там того заряда, при этом безумном расходе? Сейчас, секунда, Волна прорвет защиту и всё будет кончено. Для дракоидов, для этих жалких людей, для всей Галактики.
- Тридцать.
- Ну нет - через силу прохрипел Трепед, - Я ТАК СТОЮ! - и схватил дымящийся контакт рукой.
Будь на его месте кто угодно другой, это бы только навредило, но переделанные на работу с электромагнитным взаимодействием драконьи биогравы его тела мгновенно выстроились в нужном порядке и восстановили ток энергии. Защитное поле, хотя и изрядно продавленное чудовищным ударом Волны, устояло. Несколько мгновений - и фронт Волны начал спадать. Быстрый кибер подтащил ремонтный комплект и восстановил поврежденный узел. Волна прокатилась дальше.
- Спутниковая группа на стационарных орбитах объекты с первого по седьмой и с тринадцатого по двадцатый утеряны. - сообщил Капитан. - Пять спутников отвечают.
Дракоиды радостно завопили, Кенти даже порывисто обняла подвернувшегося под руку Красса и повисла у него на шее.
- Это победа!
- Разбираем оборудование, впереди Сэконд. Он - красный, проиграть никак нельзя. А там ожидается семь баллов.
- Ничего, теперь уже принцип понятен. У нас почти целый месяц, следующая модель оборудования выдержит хоть все десять.
- Доработанные модели переданы в цеха. Завтра начнем комплектовку.
- Если загрузить все цеха, мы успеваем экранировать почти четверть Галактики.
Мыслесвязь не требует звукового сопровождения, поэтому ни люди, ни пара драконов ничего не услышали. Но если люди уже примерно понимали, что происходит, то для драконов такое поведение было в новинку. Похоже, Великий предок решил не выпускать джинна из бутылки и истолковал просьбу не мешать как повод вообще не раскрывать информацию о нас.
- А можно поинтересоваться, вы вообще кто? Что здесь только что произошло? наконец решился выступить черный дракон. Трепед ощутимо напрягся, а на гребне шлема у него загорелся огонь святого Эльма. Не любит он черных драконов, и всё тут.
- Произошло ровно то, что вы видели - взял ситуацию под свой контроль Капитан. - Дракоиды, проверяли работу экспериментального оборудования по подавлению Волны. Испытание прошло успешно. Еще вопросы?
- Нас уже, наверное, наши списали. Мы должны были эвакуировать этих людей и уйти из-под Волны. Раз мы не вернулись вовремя... из пятибалльной волны еще никто не спасался. - добавил зеленый. Мы хотели бы попросить скопировать ваше оборудование. Работая параллельно, мы больше успеем спасти. Дубликатор Трепеда, знаете о таком?
- ЗНАЮ ЛИ Я??? - от возмущения перешел на громовой голос Трепед. - ВОТ НАГЛЕЦЫ! ХА-ХА-ХА! его громовой хохот раскатился под небом, как самый оглушительный грозовой раскат.
- Что не так? неуверенно спросил зеленый.
- Дело в том вступил Брат Марк, - что вы не представились. И не узнали наших имен. Тогда бы не допустили такой оплошности. Его зовут Трепед. И да, это тот самый Трепед.
- Гипат представился черный.
- Диодор добавил зеленый.
- Очень приятно. Мэгги. - обозначила себя Контактер, перечислив и всех остальных дракоидов. - Да, мы не против, если вы скопируете себе оборудование. Мы даже поделимся результатами испытаний, чтобы вы могли использовать улучшенную версию. А что, Великий предок не поделился информацией о нас? Его жены? Мракобесы? В конце концов, Флегон?
- Нет, нет. А кто такой Флегон? Мы не знаем его.
- Ай дядька, ай тихушник. Ладно, познакомитесь. Великому предку привет.
- Дорогие драконы! вдруг вступила в разговор одна из людей, - Раз уж мы все чудом остались живы, не желаете пообедать? Мы все равно не рассчитывали пережить этот день, поэтому еды у нас на всех хватит, хоть вы и вон какие большие. В дом, по понятным причинам, не приглашаем.
- Да уж понятно - облокотился на конек крыши титан.
- С благодарностью принимаем ваше приглашение.
- Сейчас киберы соорудят что-нибудь. добавил Красс. Стол на 9 драконов, титана, сорок человек
- Мяу!
- Зефа, а ты тут откуда?
- А она с вами с самого начала крутилась. Ваша, что ли?
- Мяууу.
- Прошу иметь в виду, Зефирка разумное существо. Она одна из нас, а не наша.
- Прошу простить! поспешил загладить неловкость Лайм. Мы не знали о существовании разумных котов.
- Уяу!
- Она не совсем кот. Это модифицированная сэкондийская курлапка. Мы называем ее котоид, и да, она пока единственная. Как и титан. Победим Волну, будет больше.
- Мя!
- Никто ничего не забыл? - спросил стальной с отливом дракоид голосом, явно имея в виду и драконов тоже.
- Что такое? откликнулся Гипат.
- Землю-то мы накрыли куполом, и, вроде как, большая часть Луны должна попасть в волновую тень нашего конуса, а как насчет Солнца?
Словно подтверждая его догадку, солнце мгновенно исчезло с небосвода, как выключенная лампочка. Воцарилась кромешная тьма безлунной ночи.
- У кого какие соображения?
- Раз уж мы не преуспели в спасении людей, разрешите нам разобраться хотя бы с этим? - вступил зеленый дракон. - Скопируем солнце, каким оно было. Это у нас более-менее отработано. Несколько часов и все будет, как было.
- Не возражаем, - ответила ярко-желтая дракоида. Давайте сообразим какое-нибудь освещение, терпеть не могу есть в темноте. Да и людям тоскливо. Орбиты не забудьте подкорректировать.
- И да, драконы, пока не забыл, - уже перед самым расставанием резюмировал Красс. для работы нашего оборудования нужна энергия.
- У нас есть сколько угодно!
- Хорошо. Потому что на сегодняшнюю операцию в чистую энергию была переведена масса в две солнечных.
- Что?
- Затратно, не правда ли? Если понадобится помощь по источникам энергии - обращайтесь. Мы тут квазар один разбираем
|