Здесь собраны почти все мои стихотворения, написанные с 1985 по 2026 год. В книге два раздела: Новые стихи (2023-2026), Старые стихи (1985-2022).
(И заметьте, пожалуйста: на сайте russianeurope.ru эта подборка размещена с иллюстрациями).
Я родился в Москве в 1963 году, с 2020 года живу в Царском Селе. В 1985 году окончил МГУ, затем работал по профессии - преподавателем немецкого языка, а также переводчиком и редактором книг для осваивающих чужие языки (о 'методе чтения Ильи Франка' смотрите на сайте franklang.ru). Написал несколько пособий по немецкому языку ('Экспресс-курс немецкого языка', 'Немецкая грамматика с человеческим лицом'...) и культурологическую книгу 'Прыжок через быка' (размещена на сайте russianeurope.ru).
Новые стихи 2023-2026
Из гостей
Семья возвращается из гостей:
Мужчина из крепких костей,
С ногами, руками большими
Идет в направленьи машины.
И женщина в платье плывет,
Как светлый водоворот,
Причем движется не в одиночку,
А ведет за собой дочку.
Я смотрю на это в окно,
Уже вечер, довольно темно.
Вот и всё: они уезжают,
Из поля видимости исчезают.
Снежок (война)
Падает снежинка -
Бледная сволочь,
Точно падший ангел
С тысячью рук.
Был чудесный звук,
Но вышла запинка.
И не встанет Ванька
После этой ночи.
Картины Сурикова
Царевна Психея, расширя глаза,
Идет меж свечей и сестер.
Степан-душегуб, заморозив глаза,
Глядит на каспийский простор.
Солдатик скользит и таращит глаза
В провал и в бессмысленный бой.
Что видите вы пред смертью, глаза
Человека с больною рукой?
(Речь идет о картинах Сурикова: 'Посещение царевной женского монастыря', 'Степан Разин', 'Переход Суворова через Альпы', 'Человек с больной рукой' - портрет, выражающий душевное состояние самого художника, написанный незадолго до смерти.)
* * *
Это печальная история
О серебряных рыбках в море,
Мечущихся косяком
Над радужным песком,
А также о каплях с крыши,
Падающих в бочку всё тише
После дождя на даче,
Словно успокаиваясь от плача,
Не говоря уж о детской подруге,
Что стояла в обруче-круге,
Утверждая, что ее из плена
Нужно спасти непременно,
А в конечном счете о велосипеде,
Который никуда не поедет,
Потому что на него не сядет
Печальный дядя.
* * *
Как будто плачет в храме
Кто-то у иконы
В двух шагах перед нами,
И мы слышим стоны,
Замедление и устремление,
Шепот и восклицание -
Соловьиное будто пение
Или ручья журчание.
Мы ничего не видим,
Нам чудится то, чего нету...
Давай поскорее выйдем,
Кинув в ящик монету.
Почудилось
Да нет же, это не листья,
За открытым окном мотаясь,
Шумят так пусто-глухо,
Что страшно их понимать, -
То папа с мамой на кухне,
О чем-то опять препираясь,
Говорят непонятно-быстро,
Уложив меня спать.
Вместе
Два обнявшихся человека
Улетают, словно праздничный шарик,
В синее, детское небо,
Где висит золотой фонарик,
Где встречают их белые тени
В серебристых, лучистых одеждах,
Не будя их. Где, цвета сирени,
Воздух всё реже...
В итоге
Можно промолчать, но если
поговорить об итоге,
то человек, сидящий в кресле,
невыразимо убогий,
щурясь, видит в волшебной яви,
сияющей за окном,
как бы жемчуг в темной оправе
на теле женском родном.
Дорожка через пустырь
Перед тем как более или менее
лишаешься памяти, разума,
а также отваги,
скажем, пойти куда-нибудь одному
или купить какой-либо билет,
случается некое просветление,
словно какая-то пустынная, свободная зона,
отчасти схожая, пожалуй, с чистым листом бумаги,
путь через которую кажется знакомым,
как когда-то в Останкино через пустырь и снег.
Из Поля Гогена
Я девушка, идущая по берегу,
а не пожилой художник,
несущая в руках плод
сочный и круглый.
У меня жемчужные серьги,
брови тонкие и бестревожные,
замкнутый алый рот
и выпуклые губы.
Послышалось
Кто-то говорит: Илюш!.. -
Это мама или время.
Кто-то спрашивает: Слышишь?
Ты к могилке-то придешь?
Мы тебя совсем разденем
И увидим, что ты ложь.
Мы тут ложками-костяшками стучим
И таких, как ты, едим.
* * *
Сыграй нам песенку, сосна,
помахивая веточкой, -
и чтоб была она грустна
и завивалась ленточкой.
Пусть карие глаза коры
нас светом заливают,
ведь от природы мы добры, -
они об этом знают.
* * *
тростник иссохший у воды
прозрачной весело-огнистой
прохладно-ласковой струистой
склонился к ней ища следы
былого в бездне серебристой
* * *
дымковские райские игрушки
всадники на петушках и в шляпах
с самоваром барыни-подружки
гусики с сапожками на лапах
приходите к нам из зазеркалья
из шкафов музейных поспешите
призраки вороньи и шакальи
топотом и свистом отгоните
* * *
Вы ведь знаете картину Гирландайо:
мальчик смотрит на старика,
старик смотрит на мальчика, рука
которого покоится на старике.
Гора, цвета сгущенного неба, виднеется вдалеке,
и дорога вьется из этого далека -
нежного цвета - деревья, холмы и храм огибая.
(Речь идет о картине Доменико Гирландайо 'Портрет старика с внуком', 1490.)