Дорога к лесу лежала через поле. Мурка шла, понурив голову, словно изгнанница. Где-то в траве шныряли мышки-полёвки, но она не умела их ловить. Она привыкла к теплу домашнего очага, к корму из миски или пакетика. Инстинкты хищника пока молчали, дремали где-то глубоко внутри. Она ещё не свыклась с мыслью, что потерялась, что осталась одна в этом огромном, полном опасностей мире.
Не доходя нескольких сотен метров до леса, она уловила чутким слухом какое-то странное шуршание за спиной, а затем услышала голоса - хриплые и злобные:
- К лесу! Она идёт к лесу! Бежим скорее... может, и догоним... поживимся кошатиной!
Её обоняние уловило резкий, отвратительный запах псины, пота и грязи. Мгновенно сообразив, что к чему, она поняла: псы идут по её следу, они хотят её сожрать. От них исходила волна неприязни, страха и голода. Она вспомнила, как сидела на подоконнике дома и лениво наблюдала за выгуливаемыми хозяевами собаками. Те вели себя спокойно, были сыты и ухожены.
Нужно бежать! И как можно быстрее! Если попадётся дерево - оно станет её спасением. И она бросилась бежать. Высокие колосья хлеба хлестали по бокам, мешая.
Лай и треск ломающихся колосьев приближались с ужасающей скоростью. Мурка прибавила ходу, чувствуя, как страх подгоняет её. Вот уже и первые деревья показались вдали - спасительная зелёная стена. До них совсем немного!
Вдруг лай стал отчётливо слышен, словно псы бежали рядом. Мурка, задыхаясь, на секунду остановилась. За её спиной возникли две злобные собачьи морды, оскаленные в предвкушении добычи. Из их пастей текли зловонные слюни, а глаза горели голодным огнём. Один пёс успел схватить кошку за кончик хвоста. Резкая боль пронзила её мозг, включив древний инстинкт самосохранения. Когти сами собой вылезли из мягких подушечек, шерсть встала дыбом. Быстрым и точным движением она впервые в жизни использовала когти как оружие, а не как игрушку, полоснув обидчика по носу. Пёс взвыл от боли, на мгновение разжав челюсти.
Но второй пёс уже был готов перехватить инициативу, распахнув пасть и обдав Мурку зловонным дыханием. Но кошка, повинуясь неведомому инстинкту, вывернулась и также полоснула его когтями по уху, словно бритвой. Так продолжалось какое-то время - кошка уворачивалась от зубов, царапала морды нападавшим. Но псы не собирались сдаваться. Боль лишь усиливала их ярость и желание полакомиться кошатинкой. Мурка поняла, что так просто отвязаться от них не удастся. Силы были на исходе.
Собрав остатки энергии, она бросилась к ближайшему дереву и в мгновение ока взлетела на него, как белка, забравшись как можно выше. Псам не хватило каких-то жалких миллиметров, чтобы схватить её за лапу.
Мурка уселась на толстую ветку, тяжело дыша. Хвост ныл от боли. Она принялась вылизывать больное место, стараясь унять боль. Внизу псы бесновались, захлёбываясь слюной и исторгая проклятия.
- Мы всё равно тебя достанем! - лаял один. - Не уйдёшь от нас! - вторил ему другой.
И тут Мурка задумалась. Жить вот так, постоянно оглядываясь и боясь быть растерзанной дикими псами... Нет. Она была не готова к такой войне. Так долго не протянешь. Нужно искать убежище, место, которое убережёт её от всяких врагов и напастей. Скоро начнутся холода, дожди и снега. Это верная гибель для неё! Она, домашняя кошка, не знала, как рыть норы и где искать заброшенные домики. Всё это нужно понять и найти до наступления зимы. Мурка была умной кошкой. Суровая реальность пробудила в ней сообразительность и смекалку. Теперь ей приходилось самой искать решения сложных задач.
За размышлениями Мурка и уснула. Она уже не слышала лая собак, её измученное тело жаждало покоя. Во сне ещё какое-то время ей чудился лай, но постепенно он стихал и растворялся в тишине.
Когда она открыла глаза, вокруг царила непроглядная тьма. Ночь. Она прислушалась и принюхалась. Никого поблизости не было. В темноте её глаза видели превосходно. Она осторожно слезла с дерева. Куда идти? Вокруг - лишь зловещий, чужой лес. Оставаться на открытом месте опасно - могут заметить такие же злобные твари, как те два пса. "Нужно искать что-то подходящее в лесу, - решила она. - Может, найдётся заброшенный домик или уютная норка."
Долго ли коротко ли бродила она по лесу, неизвестно. Но она быстро поняла, что и ночью лес не засыпает, что в нём кипит своя, особая жизнь. То над ней пролетит какая-то таинственная птица, издавая странные крики "У-у-у", то что-то шуршит в кустах, то кто-то свистит вдалеке. Звуки доносились со всех сторон, но, как поняла Мурка, они не несли в себе угрозы.
Кошка углубилась в чащу. Сквозь густые кроны деревьев едва пробивался лунный свет, освещая стволы и переплетение ветвей.
Вдруг её слух уловил шум встревоженных птиц, взмывающих в небо. Кто-то, очевидно, потревожил их покой. Мурка повернула голову в сторону шума и... В нескольких метрах от неё стоял небольшой домик. Его чёрный силуэт отчётливо вырисовывался в лунном свете.
"Неужели это моё спасение? - подумала она. - Если он пуст, я займу его." И она, крадучись, направилась к домику. Оказавшись перед ним, она смогла лучше рассмотреть его.
Окна и двери были заколочены старыми досками. Стёкла в окнах - грязные и мутные. В углу двери зияла дыра, образовав нечто вроде лаза. Осторожно, чтобы не поднять шума, Мурка обошла строение по периметру. Ничего подозрительного. Решив рискнуть, она пролезла внутрь через отверстие в двери.
Внутри было темно и тихо. На полу лежал толстый слой пыли. На одной из стен висело несколько пожелтевших фотографий какого-то старика. В центре комнаты стояли стол и два стула. Кошка тщательно обследовала все углы. Кое-где валялись кости и перья птиц, какие-то объедки. В избе пахло сыростью, пылью и ещё чем-то незнакомым Мурке. Возможно, этот домик был охотничьей заимкой или сторожкой лесника.
"Неплохое убежище, - подумала она. - Здесь и останусь. Возможно, Андрейка когда-нибудь найдёт меня."
Она запрыгнула на стол, свернулась калачиком и уснула. Кошки, как известно, любят много спать.