Уэллс Марта
Дом: среда обитания, ареал, ниша, территория (Дневники Киллербота 4.5)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Рассказ Марты Уэллс, хронологически расположен между "Стратегией отхода" и "Сетевым эффектом". Группа ученых "Сохранения" вернулась домой, но проблемы только начинаются: ведь им еще нужно легализовать на родной планете автостража - запрещенное смертельное оружие, получеловека-полубота.
  - По твоему, это была хорошая идея?
  
  Поскольку невозможно ответить на этот вопрос честно и никого не оскорбив, Айда Менса выбирает:
  
  - Если бы я знала, что исследовательскую группу едва не перебьют при попытке корпоративного саботажа, то выбрала бы другую планетарную франшизу.
  
  Они с Эфраимом, коллегой-советником, который в прошлом году занимал пост лидера планеты и должен понимать, насколько этот разговор неуместен, беседуют в офисе Планетарного Совета на станции Сохранения. Офис скромный и предназначен для временной работы: кресла удобные, но простые, стены окрашены в прохладный серебристо-голубой цвет. Впервые ей здесь почему-то неуютно. Наверное, сбились настройки климат-контроля: воздух кажется неподвижным, давящим, холодным. До мурашек по коже.
  
  Ее тюрьма на Тран-Роллин-Хайфе была такого же размера. Если бы не доступ к сети, здесь было бы совсем невыносимо.
  
  Эфраим вздыхает:
  
  - Я не это имел в виду.
  
  Она знает, что он не это имел в виду, да и в любом случае ее ответ - ложь. Даже зная, что произойдет, она бы выбрала ту же планету и ту же страховую компанию. Потому что иначе автостраж по-прежнему остался бы вещью, которую сгубили бы халатность, жадность или безразличие клиентов по очередному контракту.
  
  Если бы не автостраж, Айда Менса была мертва, а ее тело брошено в мусоросборник где-нибудь на Тран-Роллин-Хайфе или другой якобы нейтральной транзитной станции, ведь нейтральность в Корпоративном кольце означает "что угодно для того, кто заплатит больше". Эфраим, другие советники, ее родные - почти все, с кем она разговаривала после возвращения домой - не понимают. У них нет опыта, они знакомы с Корпоративным кольцом лишь как с источником карикатурных сериальных злодеев.
  
  - Никто не ставит под сомнение твои действия в сложившейся ситуации, - добавляет Эфраим.
  
  Айда потеряла нить разговора, но, в отличие от автостража, не может перемотать запись и посмотреть, что пропустила. Ей хочется предложить перебраться в офис с окнами, но для этого разговора необходима приватность. И хотя Эфраим - друг, это стало бы признаком слабости, которую она не может себе позволить. О да, она была несправедлива, когда намекнула, что он винит ее в неверном выборе объекта для исследований. Это неправда, он не это имел в виду, но ей необходимо заставить его озвучить свои мысли. Она соединяет пальцы "домиком".
  
  - Это был провокационный инцидент, - Эфраим расстроен, он хочет только лучшего для нее и для Сохранения, что делает разговор еще более неловким. Трудно спорить с тем, с кем ты на одной стороне. - Ты привезла корпора... - он прерывается и у нее мелькает мысль, не хотел ли он сказать "машину для убийства". - ...продукт, созданный для корпоративной слежки и авторитарного принуждения, в резиденцию нашего правительства. Я согласен, у тебя были веские причины, но ситуацию необходимо урегулировать.
  
  Ну что ж. С этим она может работать.
  
  Обсуждаемая машина для убийства только что отправила ей очередное сообщение. Они скапливаются в ее канале, и возможно, если она перестанет поощрять автостража, открывая их, он перестанет их посылать. Он посылает ей бесконечные заявочные бланки станционной службы безопасности на все более невероятные виды вооружений. На последний она ответила: "я даже не знаю, что это". Хорошо, что она привыкла к его чувству юмора.
  
  Эфраиму Айда отвечает:
  
  - Это не ситуация, а человек, который несколько раз спасал жизнь мне и моей команде.
  
  Человек, который не должен иметь доступа ни к формам заявок, ни к системам станционной службы безопасности вообще. Она понимает, что автостраж не столько насмехается над ней своими способностями, сколько отказывается притворяться кем-то другим. И это к лучшему, потому что честность - единственный способ двигаться вперед.
  
  Будь она честна с собой, чего не случалось с момента возвращения, она признала бы, что один вид этой комнаты заставляет ее обливаться холодным потом. Присутствие Эфраима помогает, но если бы не постоянные сообщения, ей пришлось бы встать и уйти.
  
  Эфраим хороший человек, он не станет доказывать, будто автостража нельзя квалифицировать как беженца. Потому что весь Альянс Сохранения - беженцы, потомки людей, которых бросили умирать из-за того, что их спасение сочли нерентабельным. Потому что они сидят сейчас на станции, перестроенной из корабля, который спас жизнь их бабушкам и дедушкам; корабля, который помог им просто потому, что мог.
  
  Вместо этого Эфраим спрашивает:
  
  - Ты можешь разделить этого человека и цель, ради которой он был создан?
  
  Весомый довод. Автостраж - личность, и личность потенциально весьма опасная. Но у Эфраима и других согласных с ним советников нет никаких доказательств того, что автостраж реализует этот потенциал. Проблема в том, что часть ее разума до сих пор уверена, что она в плену у корпоративных убийц на Тран-Роллин-Хайфе. Понимание должно помогать, но не помогает. Сообщения от автостража напоминают о том полученном от него запросе, когда она поняла, что спасение возможно. О мгновении, когда из разменной монеты она снова стала собой. Ей становится легче. Айда разводит руки ладонями вверх:
  
  - Я не могу. Он сделает это сам.
  
  Уголки рта Эфраима опускаются, словно ему хотелось получить более определенный ответ. Она знает, что этот разговор нравится ему еще меньше, чем ей. Им обоим хотелось бы притвориться, что все в порядке.
  
  Айда хотела бы отделить себя от всего, что с ней произошло. Но не может.
  
  Они беседуют еще минут двадцать, но приходят только к неуклюжему соглашению, что остальные члены совета тоже захотят обсудить это; возможно, несколько раз. Когда Эфраим встает и Айда может наконец выйти из проклятой комнаты, она проверяет последнюю заявку автостража. Пушка для боевого корабля размером с транзитное кольцо Порта свободной торговли.
  
  "По-моему, ты эту штуку выдумал".
  
  ***
  
  Корпоративное кольцо всегда было рабовладельческим государством, называя институциональное рабство "контрактным трудом". Создание конструктов, полулюдей-полуботов - просто следующий ужасный шаг, сочетание рабства физического и умственного. Жертвы контрактного труда по крайней мере сохраняют свободу воли. Мы успокаиваем себя тем, что конструкты не осознают своего угнетения. Однако автостраж заставил нас понять, что это ложь; они все знают, что собой представляют и что с ними сделали. Единственный выбор, который им доступен - это либо послушание, либо боль и смерть.
  
  Айда переводит взгляд с документа на сидящую напротив Бхарадвадж. Они устроились в удобных креслах в фойе ее офиса, около балкона с выходом на центральный административный купол станции. Большое пространство освещено парящими потолочными светильниками, имитирующими естественный свет планетарной системы, офисное освещение приглушено. Тут тихо, если не считать звука шагов или обрывков разговоров прохожих. Никакой музыки или бормотания рекламы.
  
  - Отличная работа. Думаю, у тебя есть шанс их убедить, - говорит Айда.
  
  Бхарадвадж слегка улыбается, глядя в сторону купола.
  
  Айда вздрагивает от внезапного воспоминания о том, как Бхарадвадж лежала на каменистой земле, заливая ее кровью из рваной раны, а где-то вне поля зрения кричал Волеску.
  
  - Думаю, я смогу убедить их дать ему убежище на нашей территории, - соглашается Бхарадвадж. - Но это кажется такой малостью.
  
  Разумеется, она права.
  
  - Пока боты не получат полную автономию, проблема никуда не денется.
  
  Проблема еще в том, что автостражи не боты и не люди; они попадают в законодательную лакуну даже в Альянсе Сохранения. Но у идеи Бхаравадж снять документальный сериал отличный потенциал. Такое шоу сможет повлиять на людей во всех уголках Альянса и, если повезет, даже в Корпоративном кольце. Но на это в лучшем случае уйдут годы. И даже тогда...
  
  - Будет непросто. Их пропаганда очень эффективна.
  
  Улыбка Бхарадвадж становится напряженной:
  
  - На нас подействовало.
  
  - Да.
  
  Айда знала, что собой представляют конструкты, но реальное понимание настигло ее только когда она услышала, как автостраж уговаривает Волеску выйти из кратера. Ужас от происшествия усугубило постепенное осознание того, что они привыкли думать об автостраже как о безликой машине, приборе, устройстве системы безопасности. Но для того, чтобы пробиться сквозь слепой ужас Волеску, требовалось живое существо, чувствующее и понимающее страх и боль.
  
  - Мы не можем проигнорировать тот факт, что автостражи опасны, - хмурится Бхарадвадж. - Если умолчать об этом, наши аргументы будет выглядеть нелепо, - она поджимает губы. - Хотя они не более опасны, чем люди.
  
  "Вот только люди не могут стрелять энергетическими импульсами из рук, рассчитать точный момент, чтобы спрыгнуть с мчащегося транспортного средства и выжить, или взломать системы всего порта транзитной станции", - думает Айда, и тут же возражает себе: "людям приходится нанять кого-то, кто сделает это за них, или поработить конструкта, наполовину человека - наполовину бота". Она записывает эту мысль в открытом файле. Бхарадвадж сможет построить на этой основе убедительные аргументы.
  
  Ей приходит уведомление о новом сообщении, адресованном им с Бхарадвадж. Ссылка на каталог какой-то фирмы-поставщика оружия.
  
  Айда почти весело выдыхает:
  
  - Он нас сейчас подслушивает.
  
  Наверное, трудно уважать частную жизнь других людей, когда приходится каждую минуту драться или планировать драку в полном одиночестве. Трудно не быть параноиком, помня все те случаи, когда паранойя была оправдана.
  
  Так всегда и происходит, когда тебя считают вещью, верно? Условной ценности заложник или дорогостоящая конструкция из механического раба с органическим мозгом, неважно: ты вещь, безопасность тебе не полагается.
  
  Она ругает себя: "Это глупо. Ты пробыла заложницей всего несколько дней, это незначительное неудобство по сравнению с тем, что Киллербот... нет, автостраж; ей не давали разрешения использовать его личное имя... с тем, что пережил автостраж".
  
  Но будь на ее месте кто-то другой, она сказала бы, насколько бесполезны подобные сравнения, потому что страх есть страх.
  
  Бхавардвадж прищуривается, читая сообщение, и со смехом признается:
  
  - Я даже не знаю, что это.
  
  Айда смотрит на изображение в каталоге. Эта штука крепится на рюкзаке или ремне безопасности и имеет огромные выдвижные шипы.
  
  "Ладно, я верю, что это настоящее, но выглядит не слишком практично", - пишет она в ответ.
  
  ***
  
  Айда находится в номере отеля, который они сняли для автостража и членов исследовательской группы, когда все отчитывались перед Советом. Пин-Ли, Ратти и Гуратин до сих пор живут здесь. Арада и Оверс ненадолго спускались на планету повидаться с семьей и уже вернулись. У Бхарадвадж есть на станции свои апартаменты, но она заскочила в гости, а Волеску, который находится на планете, отправляет свои работы через станционную связь.
  
  Теперь, когда утихла шумиха вокруг корпоративных убийств и похищений, членам экспедиции нужно доделать отчет, чтобы совет мог решить, стоит ли Сохранению отстаивать свои права на планету. Айда могла бы работать по сети из собственного офиса, но ей нравится сидеть на диване в общей комнате и разговаривать лицом к лицу с коллегами, пока всплывающие окна заполняются данными и пометками. Автостраж сидит в кресле в углу, и, вероятно, смотрит по сети сериал. Хорошо, что и он здесь.
  
  - Какое облегчение, что мы наконец-то заканчиваем, - Пин-Ли переключается на другой экран. Она работает над контрактом, который Сохранение предложит корпорации, "владеющей" данной планетой. В Корпоративном кольце все должно кому-то принадлежать.
  
  Оверс, забросившая босые ноги на колени Арады, расстроенно машет рукой:
  
  - Мы были бы ближе к завершению, если бы таблицы Ратти не занимали все пространство и не разрывали ссылки. О чем ты думал, Ратти?
  
  - Я планировал разобраться с ними в тот день, когда СерКриз попытались нас убить, это здорово отвлекало, - оправдывается Ратти.
  
  - Давай я посмотрю, - предлагает Айда. - Можешь прислать мне файл?
  
  Она не обязана этим заниматься, по крайней мере, не сейчас, так поздно по станционному времени. Ей следовало бы вернуться домой, к семье. Но здесь проще, здесь все знают, что произошло, здесь никто не чувствует необходимости задавать вопросы и не пытается заставить ее сказать, что все в порядке, и она ничуть не изменилась с того дня, когда уезжала. Работа - отличное оправдание.
  
  Пин-Ли открывает очередную папку и слегка хмурится:
  
  - Мне еще нужно проверить наши счета. Ну это же смешно, мы не обязаны платить за перерасход энергии, они не могут доказать, что это наша ...
  
  Автостраж, должно быть, подключился к ленте Пин-Ли с платежными документами, потому что внезапно в ней появляется надпись: "Вы так и не запустили протокол восстановления травм для клиентов?"
  
  Айде предлагали сделать это на боевом корабле после нападения; стандартная процедура для клиентов, переживших травматический инцидент вроде похищения и удержания в заложниках конкурирующей корпорацией.
  
  - Нет. Нет, не запускала.
  
  Она не хотела корпоративных извинений в форме психолога, копающегося в ее чувствах. Она с трудом удержалась от слов, что не нуждается в помощи, это бы выдало... "Выдало что?" - приходит ей в голову. Чего ей опасаться среди людей, которым она доверяет свою жизнь?
  
  Автостраж, как обычно, смотрит в дальний угол, но явно разглядывает ее лицо через камеры.
  
  - Почему? - спрашивает он. - Здесь это бесплатно?
  
  - А в Корпоративном кольце за это платят? - Арада, сосредоточенно нахмурившись, изучает экран над своей головой, продолжая работать над отчетом.
  
  Пин-Ли раздраженно откидывается на спинку дивана:
  
  - Дурацкая страховая компания позволяет тебя похитить, а затем требует, чтобы ты оплачивал лечение?
  
  По-прежнему не встречаясь ни с кем взглядом, автостраж позволяет себе краткую, полную красноречивой иронии гримасу. Айда скрывает улыбку. Конечно они заставят тебя за это заплатить.
  
  - У нас здесь нет протокола восстановления травм, - говорит она.
  
  - Точнее есть, но называется иначе, - удивленно вскидывая голову, поправляет Оверс.
  
   Бхарадвадж тоже отрывается от работы:
  
  - Да, в травматологическом отделении Главного госпиталя Макебы есть отделение эмоциональной поддержки. Волеску туда регулярно ходит. Станционное поменьше, но мне там очень помогли.
  
  Разговор движется в нежелательном направлении.
  
  - Возможно, я выделю время попозже, - небрежно обещает она и наливает себе еще чая.
  
  Подняв взгляд, она замечает, что автостраж смотрит прямо на нее. Их взгляды встречаются на долгое, почти бесконечное мгновение, которое, зная автостража, наверняка длится не более секунды. Когда он снова отворачивается в угол, щеки Айды горят, словно ее поймали на лжи.
  
  Что ж, это и была ложь.
  
  Гуратин встает, не отрываясь от чтения отчетов, и с отстраненным выражением лица пытается нащупать графин на буфете.
  
  - А сироп еще остался?
  
  - Я принесу, - Айда хватается за повод ненадолго сбежать, - разомну ноги.
  
  В небольшом вестибюле рядом с номером пусто и тихо. Через открытую дверь в общий холл отеля видны деревья в горшках и арт-объект: старинная палатка Сохранения из холста и древесины. Приближается вечер по станционному времени и постояльцы выходят из номеров в поиске еды и развлечений.
  
  У дальней стены расположен буфет: холодильники с напитками, супом и бутылками чая, упаковками саморазогревающихся блюд, пакетиками с приправой, сетками с выращенными на планете фруктами и овощами, нарезанными кубиками или очищенными и готовыми к употреблению. Айда провела в Корпоративном кольце достаточно времени, чтобы оценить тот факт, что еда бесплатна для любого прохожего, а не только для гостей отеля. То, какое это чудо. Как и станционные душевые, где требуется только одно: перед уходом положить полотенца в стирку. Она открывает дверцу холодильника и ищет сироп и ореховое молоко.
  
  Закрыв дверцу, она видит перед собой незнакомца. Он не носит униформу станции или бейдж, а его одежда не того цвета и покроя, которые распространены на планете. Прежде чем мозг успевает всё это обработать, она издает судорожный всхлип.
  
  - Вы доктор Менса, - говорит незнакомец. Это не вопрос. Он точно знает, кто она такая.
  
  Айда делает шаг назад и натыкается на чью-то грудь, но прежде чем она успевает запаниковать, по сети приходит сообщение: "Это я".
  
  Киллербот - точнее, автостраж - либо мониторил ее канал, либо приглядывал за ней через скрытую камеру, либо просто расслышал ее вздох за звуками голосов в номере.
  
  Незнакомец понимает, что в комнате появился еще один человек и поспешно вскидывает руки вверх:
  
  - Я журналист! Я не хотел напугать...
  
  - Служба безопасности станции будет здесь через сорок семь секунд, - автостраж выглядит спокойным и уверенным в себе человеком, привыкшим разбираться с такими проблемами. Он вклинивается между Айдой и злоумышленником, каким-то чудом успевая подхватить и поставить на прилавок буфета выпавшую из ее рук бутылку сиропа. - Сорок шесть. Сорок пять. Сорок четыре...
  
  Журналист отмахивается и убегает.
  
  Остальные заполоняют вестибюль шумной толпой, беспокоятся, засыпают ее вопросами. Ратти восклицает: "автостраж перепрыгнул через мою голову!"
  
  - Ничего страшного, - уверяет их Айда. - Просто журналист. Он меня напугал, я отвлеклась и не заметила... пустяки.
  
  Она отдает Ратти сироп и загоняет всех обратно в номер:
  
  - Я поговорю с охраной. Все в порядке, правда.
  
  Они уходят, хоть и неохотно. Тот факт, что она лидер планеты, значит для них меньше, чем то, что они привыкли выполнять ее приказы, как командира группы. Пока они шумно возвращаются в номер, служба безопасности сообщает по сети, что журналиста поймали на выходе из отеля, проверяют его личность и отпустят, если получат подтверждение. Безопасники подойдут через несколько минут, чтобы оформить официальный отчет. Ей нужно успокоиться до их прибытия. Автостраж все еще нависает над ней, излучая тепло. Кажется, он способен нагреваться по желанию; обычно он более холодный. Она дрожит. Как глупо. Ничего не произошло, журналист не хотел ей навредить. Это мог быть постоялец отеля, или проголодавшийся прохожий, или кладовщик, или...
  
  Автостраж смотрит на нее сверху вниз:
  
  - Можешь обнять меня, если хочешь.
  
  - Нет. Нет, все в порядке. Я знаю, ты этого не любишь, - она вытирает лицо. На глаза навернулись слезы, потому что она идиотка.
  
  - Это не настолько ужасно, - в его ровном тоне слышится оттенок иронии.
  
  - Тем не менее, - она не может этого сделать. Не может опираться на существо, которое не хочет, чтобы на него опирались. Из всего, в чем нуждается автостраж, она может дать ему лишь относительно безопасное место и время разобраться в себе. Сделав его опорой для возвращения пошатнувшегося душевного равновесия, она не принесет пользы никому из них.
  
  Но, возможно, она способна дать ему кое-что еще. Она поднимает голову, не отрывая глаз от его левого плеча, оставляя ему решать, встречаться ли с ней взглядом или нет.
  
  - Есть что-нибудь во всех твоих заявках, чего бы ты действительно хотел?
  
  Наступила задумчивая пауза:
  
  - Дроны. Малые разведывательные.
  
  Ну конечно, дроны. Вроде тех, что оказались чрезвычайно полезными во время экспедиции. Они стали бы глазами автостража там, где нет камер.
  
  - Я подумаю, что можно сделать.
  
  Он все еще смотрит на нее сверху вниз, и она могла бы встретиться с ним взглядом и заставить его отвернуться, но не отступить.
  
  - Это взятка?
  
  Айда не может сдержать улыбку. Действительно похоже на взятку, совсем чуть-чуть.
  
  - Сложно сказать. А что, сработало?
  
  - Не знаю. Раньше мне никогда не предлагали взятку.
  
  Она думает, что отвлекла его, но он возвращается на выбранный курс:
  
  - Возможно, тебе стоит обратиться в медицинскую службу станции, как это сделала доктор Бхарадвадж.
  
  "Я не могу, мне придется рассказать им о том, что случилось", - ее первая мысль. И да, она понимает, что в этом проблема. Она не может заставить себя солгать, поэтому говорит только:
  
  - Я постараюсь.
   Автостраж над ее головой тихо, скептично фыркает, и она понимает, что не обманула его. В гостиничном холле появляются безопасники станции и автостраж ускользает в номер до того, как они успевают добраться до дверей.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"