Аннотация: Рика поставила стакан на книжную полку. Они взялись за руки, зажмурились и хором произнесли: - Сантехник! Сантехник! Сантехник!
- Тан, помоги! - Рика выскочила из туалета с неописуемым ужасом в глазах. - Труба протекает.
- Сильно протекает? - Тан флегматично проследовал на балкон, где хранились половые тряпки; голову при этом он старался держать так, чтобы правое ухо было повёрнуто к жене: он считал, что это помогает внимательно слушать.
- Весь пол залило. Я бросила полотенце на пол, но оно тут же намокло совсем.
- Сейчас. - Тан методично сунул за пазуху три половых тряпки и не спеша направился к уборной. Рика в это время наливала себе стакан воды и долго капала в него какие-то капли.
Минуты через две Тан вышел из туалета, вытирая руки о штаны.
- Не пойдёт. Я подтёр, но тут серьёзно. Мы с тобой сами не справимся.
- Сантехника вызываем, Тан?
- Давай.
Рика поставила стакан на книжную полку. Они взялись за руки, зажмурились и хором произнесли:
- Сантехник! Сантехник! Сантехник!
- Мир вам, - произнёс Сантехник, сгущаясь из воздуха перед ними. - В чём проблема?
- Туалет протекает, - жалобно сказала Рика.
- Ну, раз протекает, пойду погляжу. Где он у вас, туалет-то?
Тан хозяйски прошествовал в сторону туалета, а за ним зашагал Сантехник с чемоданчиком. Через несколько секунд Тан вернулся один.
- Сказал не стоять над душой, - сообщил он жене в ответ на её вопросительный взгляд.
- Что будет-то? - прошептала она.
- Что будет, что будет, - ворчливо отозвался муж. - Найдёт, что у нас не в порядке, и мы всё исправим.
- Но ты помнишь, как с плитой было?
Тан не успел ответить - оказалось, что Сантехник снова возвышается над ними.
- Всё ясно, - проговорил Он, вытирая руки тряпкой. - Пробой в герметичности пáрной системы.
- То есть как? - дрожащим голосом вымолвила Рика.
- Обыкновенно, - буркнул Сантехник. - Таких у Меня за один день штук десять. Из тех вещей, что положено делать только с партнёром, кто-то из вас делает с кем-то ещё. А труба - это проекция.
Тан покачнулся.
- Вы хотите сказать, что... была измена?
- Да ничего Я не хочу сказать, - отмахнулся Сантехник. - Моё дело - найти неисправность и вам сообщить. Хотите, чтобы труба не текла - разбирайтесь сами. А у Меня ещё вызовы, конца и края не видно. Хорошо?
И, даже не дожидаясь реакции, Сантехник испарился в воздухе.
Рика и Тан молча уставились друг на друга. Как в кино, где одна сцена медленно наплывает на другую, растерянное выражение лица Рики постепенно растворялось, сменяясь новым - грозным и яростным.
- С... с... с кем это ты? А, Тан? С кем, а?
- Я... я ни с кем. Ни с кем, и ты это отлично знаешь.
- Ни одному слову твоему я не верю. Ни одному слову. Я же вижу, что труба протекает, а ты мне слова говоришь.
- А вдруг это не я, Рика? А вдруг это...
Зазвенела пощёчина. Тан схватился за скулу. В тот же момент посыпалась штукатурка: стена дала трещину.
- Погоди, Рика.
- Ты ещё смеешь...
- Рика! Ричка! Пожалуйста! Послушай на секунду. Давай попробуем разобраться, пока дом не рухнул!
- Это из-за меня он рушится? Это...
Тан шагнул, взял её за плечи.
- Если мы сейчас не хотим, чтобы наш с тобой дом лежал в развалинах, мы попробуем разобраться в этом вдвоём.
- Ты опять пытаешься встать над ситуацией? Ты - часть этой ситуации! Ты не можешь быть арбитром между собой и мной! Ты...
- Ты права, Рич. - Тан говорил почти шёпотом. - Ты совершенно права. Я прошу об одном: поверь мне сейчас, что я не вру. Всё равно меня очень легко будет во вранье уличить. Хочешь, вызовем Прокурора?
- Да ты что? - Рика вздрогнула. Вокруг треснувшей стены медленно кружилась, словно танцуя, штукатурная пыль. По полу со стороны туалета текла тонкая струйка.
- Тогда поверь мне, пожалуйста.
Он взял её руки в свои. Она переводила глаза с пола на треснувшую стену, стараясь не глядеть на него. Потом минуту шевелила губами - была у неё такая манера, прежде чем сформулировать фразу, проговаривать её самой себе - и сказала:
- Давай попробуем узнать, с чьей стороны этот пробой. Дальше разберёмся сами.
- Справочная? - спросил Тан.
- Да.
- Может, тогда спросим, в чём конкретно проблема?
- Нам не скажут, ты же помнишь, сколько раз ты пытался и что тебе на это говорили. Зачем опять нарываться?
- Ты права, - кивнул Тан. - Давай.
- Справочная! Справочная! Справочная!
* * *
- Я действительно не думала, что это что-то вредное. Ты не сердись, пожалуйста.
- Да я не сержусь совсем, - ответил Тан. - Что ты ей хоть сказала?
- Да ничего особенного, просто трепалась. Она мне о своём козле, а я...
- ...а ты ей о своём... - хихикнул он.
- Перестань. Я тебя с ним даже не сравниваю. Он у неё действительно сволочь, чуть ли не каждый вечер...
- Не надо, Рика. Я не хочу это знать.
- В кои-то веки я тебе рассказываю, а ты...
- Не хочу, чтобы завтра у твоей парикмахерши лопнула труба. Или даже не труба, а что-нибудь похуже.
- Я о тебе ничего плохого не говорила. Ворчала немного, чтобы ей не было завидно.
- Эх, Ричка... погоди. Погоди минуту.
Он поднялся и лёгким шагом направился в туалет. Она слышала, как он возится там, потом моет руки и открывает вторую дверь, ведущую в кухню.
- Всё, больше не течёт. Стену я сейчас закрашу... А это - тебе.
Рика подняла глаза. Тан шагнул к ней через порог кухни. С левой руки его свисало ведро краски, между средним и безымянным пальцем была зажата малярная кисть; а в правой руке, как цветок, болталась зелёная веточка винограда.