Ана Стейси
Глава 8

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Не прошло и полтора столетия после окончания Эпохальных войн и истребления магов, как убийство эльфийского наследника ставит Орбиол на грань нового кровопролития, угрожающего поглотить весь континент. Ниара, юная адептка ордена Сказителей, хранителей знаний и тайн прошлого, вместе с наставником пытаются убежать прочь от войны. Но вместо этого оказываются втянуты в самую гущу противостояний и интриг. Действительно ли Эпохальные войны окончены или призраки прошлого пришли потребовать свое? Кому выгодно начало новой войны? Какие неожиданные союзы сложатся в этот раз, а кто из друзей окажется способен на предательство? Чтобы развеять тучи, угрожающие будущему, героям придется заглянуть в скрытое туманом тайн прошлое. Смогут ли они преодолеть все опасности на Пути Сказителя?
  ***
  
  Церитэль надеялся прибыть в Портовую до полудня. По его расчетам, это было самое подходящее время - в середине дня улицы, скорее всего, были полны местными жителями, которые непременно обратили бы на подозрительного эльфа чересчур много внимания. Ближе к вечеру в корчме наверняка собиралась толпа любопытных завсегдатаев. А одинокий ночной посетитель явно не обрадует корчмаря. Так что выбор пал на позднее утро. Однако, непостоянная в это время года погода спутала офицеру все планы.
  
  Церитэль в который раз проклинал свою осторожность, все сильнее налегая на весла. Путешествие на амистре заняло бы в четверть меньше времени и протекало бы в десятки раз приятнее. И к началу шторма офицер бы уже давно достиг Портовой. Но боевой крылатый конь свел бы на нет всю маскировку под путешественника и искателя приключений, а потому от этой заманчивой идеи пришлось отказаться.
  
  Ветер нещадно трепал парус маленькой лодки, грозя оставить от него одни лохмотья. Через какое-то время Церитэль был вынужден свернуть полотнище. Волны жадно бились о деревянные борта то с одной стороны, то с другой, то сразу с обеих. Плащ и сапоги Церитэля давно промокли, замерзшие пальцы словно приросли к веслам. Пару раз офицер позволил себе оглянуться, чтобы оценить расстояние до берега, и снова продолжал грести изо всех сил.
  
  Его усилия не остались тщетны. Медленно, но верно Церитэль приближался к суше. Добравшись до берега, эльф выбрался из лодки, втащил ее на каменистую отмель и тут же без сил упал рядом. Стихия продолжала бушевать над морским простором. Несколько раз волны хищно бросались на берег, пытаясь дотянуться и утащить эльфа с собой в пучину.
  
  Немного отдышавшись, Церитэль сумел подняться на ноги и осмотреться. Вокруг было пустынно. Узкая полоска отмели переходила в отвесный скальный утес высотой около двадцати ярдов. Шторм снес эльфа на пару лиг южнее бухты. Церитэль вздохнул, предвкушая радости пути по каменистому берегу, обдуваемому холодным яростным ветром, вытащил из лодки мокрую насквозь поклажу и двинулся в путь.
  
  Было нечто волнующее в том, чтобы идти по узкой границе между могущественным бушующим морем и величественным неподвижным камнем. Сколько же штормов видела эта скала? Сколько ударов волн и ветра она приняла на себя? Церитэль обернулся. Где-то там, за пеленой соленых брызг, виднелась Обитель. Может быть когда-то остров и скала были единым целым? Но с тех пор минул не один век, и отныне камень и море надежно хранили древнюю тайну.
  
  Церитэль медленно двигался вперед. Ноги проваливались в каменистую крошку, изрядно потяжелевший мокрый плащ тянул к земле. Радовало только то, что одежда под ним оставалась сухой и хоть немного согревала. Время от времени на пути эльфа встречались каменные глыбы и валуны, которые приходилось обходить. Кое-где в расщелинах виднелись остатки снега и льда, как напоминание о том, что зима еще не окончательно отступила.
  
  В бухте Церитэля ожидало жестокое разочарование. Эльф предполагал, что Портовая расположена прямо на побережье, но ошибся. На берегу вместо деревни его встретил лишь старый деревянный пирс и с десяток рыбацких посудин, все как одна облупившиеся и прохудившиеся. От пирса к вершине утеса тянулась извилистая тропа, выдолбленная прямо в скале. Эльф поднял голову. С вершины скалы в небо поднимался дымок и виднелись очертания домов. Церитэль сжал зубы. Он изо всех сил надеялся, что подъем по узкой и скользкой тропинке будет последним испытанием на пути к Портовой.
  
  ***
  
  До деревни Церитэль добрался, когда солнце уже клонилось к закату. Стоило уставшему, промокшему и продрогшему до костей эльфу переступить порог корчмы, как на него уставились с десяток пар глаз. Некоторые из присутствующих удостоили вновь прибывшего лишь беглым взглядом и тут же отвернулись. Другие же, наоборот, с каждой секундой всматривались в гостя все подозрительнее.
  
  Четверо рыбаков, судя по их перепачканной чешуей одежде, сидели за столиком у окна и бросали кости. Время от времени с их стороны доносились заковыристые ругательства. В углу молодой парень наслаждался обществом двух распутных девок и одной почти допитой бутылки непонятного пойла в темном стекле. Компания выпивох болтали с неприятным типом за стойкой. Судя по хромоте и характерному постукиванию, которое доносилось всякий раз, стоило типу сделать пару шагов, это и был хозяин корчмы, Безногий Джун.
  
  Церитэль хотел было сесть за какой-нибудь столик подальше от любопытных глаз, но, заметив, что корчмарь не выходит из-за стойки, направился прямиком к нему.
  
  - Чего изволите? - выдавил из себя Джун, не потрудившись прибавить к вопросу гостеприимную улыбку.
  
  - Два стакана эля, - проговорил Церитэль заученную фразу, стараясь стучать зубами как можно меньше, - неразбавленного.
  
  - Я жду друга, - добавил эльф мгновение спустя будто бы между прочим.
  
  - Конечно, неразбавленного, - проворчал Джун, - другого и не держу.
  
  Хозяин щелкнул пальцами. Мальчишка-поваренок, который только-только притащил из зала целый поднос пустых бутылок, тут же скрылся в кухне.
  
  - Можете подождать своего друга там, - неопределенно кивнул Джун, когда пару минут спустя парнишка поставил перед офицером две кружки чего-то светло-желтого и едва пенящегося.
  
  Церитэль молча бросил на стойку монету, взял кружки и расположился за столиком, стоящим чуть в отдалении от остальных. Эльф то и дело жадно поглядывал на свободное место у камина, но садиться в опасной близости от других постояльцев не рискнул и ограничился тем, что снял и развесил на спинке стула мокрый плащ. Одежда под ним действительно оказалась сухой, да и припасы в сумке, к счастью, не сильно пострадали от вынужденного купания, что немного приподняло эльфу настроение.
  
  Стоило Церитэлю занять место за столиком, как интерес завсегдатаев корчмы к его персоне тут же угас. Эльф словно слился с окружением, стал его частью, такой же естественной, как и все вокруг. Похоже, странные посетители "У Безногого" были в порядке вещей.
  
  К вечеру погода немного наладилась. Солнце великодушно одарило жителей Портовой длинными закатными лучами. За исключением тех, кто провожал день, сидя в темной и унылой корчме, сквозь грязные окна которой не смог бы пробиться даже самый яркий полуденный свет.
  
  Церитэль устало потянулся и перевел взгляд на стол. Две стоящие перед офицером кружки были по-прежнему полны до краев. Уже в третий раз эльф думал о том, что стоит попробовать это пойло, вдруг оно на вкус лучше, чем на вид. И в третий же раз, взглянув на едва пенящуюся жидкость, отгонял мысль прочь.
  
  - Он не так плох, как ты думаешь.
  
  Церитэль поднял взгляд. Рядом стояла одна из тех девок, что чуть раньше вместе с подругой обхаживала пьяного гуляку.
  
  Её вид вызывал у эльфа смешанные чувства. Поношенное платье, перепачканное подозрительными пятнами, не раз пытались безуспешно отстирать. Соломенного цвета волосы были растрепаны и спутаны. От девушки исходил резкий неприятный запах дешевых духов, который, однако, не мог замаскировать непередаваемую смесь ароматов сигаретного дыма, пота и подгнившей рыбы - всего того, чем славятся приморские города. Все это вызывало скорее отвращение, нежели желание познакомиться. Но, в то же время, правильная речь незнакомки, манера двигаться, изящные жесты, уверенный взгляд и блеск глаз ясно давали понять, что девушка далеко не так проста, как кажется.
  
  - Откуда тебе знать, что я думаю?
  
  Взгляд Церитэля невольно скользнул по кокетливо приспущенным лямкам и не до конца зашнурованному лифу, который больше показывал, нежели скрывал.
  
  - О, я много, что знаю.
  
  Девушка присела на соседний стул, закинув ногу на ногу и выставив напоказ изношенный кружевной чулок в разрезе юбки. Офицер демонстративно отвернулся в другую сторону, всеми силами выражая отсутствие интереса к персоне напротив.
  
  - Например, я знаю, что эль, который ты заказал, неразбавленный, - незнакомка изящным движением притянула одну из кружек, и Церитэль заметил с десяток тонких браслетов, обвивающих ее запястья, - и что ты ожидаешь друга.
  
  Эльфа начинал утомлять этот разговор и то, к чему он ведет. Но девушка продолжала.
  
  - А, может, - она провела пальчиком по кромке кружки и слизала прилипшую пену, - этот друг уже ожидает тебя?
  
  Церитэль, который собрался было забрать напиток обратно, насторожился и внимательно посмотрел на собеседницу. Ее глаза хитро поблескивали в полумраке корчмы, на подкрашенных губах замерла игривая улыбка.
  
  - Хотелось бы убедиться, что это действительно друг, - осторожно ответил офицер.
  
  - Непростая задача, - девушка откинулась на спинку стула, открывая вид на глубокое декольте. - Говорят, дружба проверяется временем. Но никто не говорит, сколько времени для этого нужно: год, день, час.
  
  Незнакомка покачивала кружку с элем из стороны в сторону в такт словам.
  
  - Что уж говорить о дружбе между мужчиной и женщиной. Мне кажется, это что-то совершенно невозможное. Ты так не думаешь?
  
  Девушка вопросительно изогнула бровь. Церитэль не ответил. Незнакомка пожала плечами и перегнулась через стол.
  
  - Может, продолжим разговор в твоей комнате? - томно выдохнула она, приблизившись к эльфу.
  
  - Я не договорился о комнате, - Церитэль, не ожидавший подобного поворота, немного растерялся.
  
  - Не страшно. Уверена, у Джуна есть свободные, - незнакомка кивнула на хозяина. - Это место не пользуется особой популярностью. По крайней мере, в плане проживания.
  
  Церитэль совершенно не хотел повышать популярность корчмы своей персоной, но выбора ему не предоставили.
  
  - И захвати бутылку вина, - промурлыкала девушка, проходя мимо эльфа, - не люблю разговоров, когда нечем промочить горло.
  
  ***
  
  Сокрытая, выдававшая себя за распутную девку, с которой полчаса назад познакомился Церитэль, представилась как Даян. Девушка внимательно выслушала эльфа и задала несколько уточняющих вопросов, вроде внешности беглецов и того, где их видели в последний раз. Велев ждать встречи здесь, в корчме, сокрытая выпорхнула из комнаты, не забыв прихватить набитый кошель и бутылку самого дорого вина, которое нашлось в закромах Джуна.
  
  Церитэль мельком увидел изящный силуэт за окном, когда девушка пересекала улицу, но потерял за следующим же поворотом. Эльф покачал головой. Кто бы мог подумать, он-таки сумел разыскать Сокрытых.
  
  Теперь у Церитэля, наконец, появилось время, чтобы отдохнуть и набраться сил, пока Даян не вернется с какими-нибудь известиями о беглецах. Дрова, лежавшие в очаге, были сыроваты, но со второй попытки эльфу все-таки удалось разжечь их. Треск поленьев добавил комнате немного уюта.
  
  Церитэль присел на кровать и тут же почувствовал невероятную усталость. Борьба со штормом, прогулка под пронизывающим ветром, подъем по склону и томительное ожидание не прошли бесследно. Эльф со вздохом сожаления поднялся с кровати, проверил ставни, запер дверь и подпер ее стулом. Только после этого офицер, не раздеваясь, лег на постель, зажав в ладони кинжал, и позволил себе короткий, но столь необходимый отдых.
  
  ***
  
  Раайз, Ниара, Фениас и Карагиуз устроили совет прямо в Зале Творцов. К моменту возвращения сказителя Ниара успела пересказать старому магу и фениксу все злоключения, которые им довелось пережить с наставником.
  
  - Кто бы ни командовал эльфами, он должен быть последним глупцом, чтобы нападать на Обитель, - высказал свое мнение Карагиуз, выбирая из подвявшей грозди наиболее симпатичную виноградинку.
  
  Ненадолго повисла тишина, присутствующие явно разделяли мнение старого мага.
  
  - Это был Прэсс-Торрелль, - после небольшой паузы произнес Раайз, и, встретив полные удивления взгляды, пояснил. - Прэсс-Торрелль теперь беллатор эльфийского войска.
  
  - Вы знакомы? - по выражению лиц собеседников Ниара поняла, что все, кроме нее, прекрасно представляют, о какой персоне идет речь.
  
  - Мы были друзьями много лет назад, а потом, как часто случается с друзьями детства, дороги наших судеб разошлись, - Раайз глотнул вина, словно старался запить только что произнесенные слова. - Прэсс-Торрелль нашел себя на военном поприще, а я - на магическом. Но провидению и этого было мало. И к окончанию войны мы сражались по разные стороны крепостной стены.
  
  - Не удивляйся, девочка, - Карагиузу не составило труда верно истолковать изумление в глазах Ниары. - Во время Эпохальных войн и не такое случалось. Бывало, друг против друга сражались и родные братья, а дети отрекались от собственных матерей за то, что в их груди билось не одно сердце.
  
  Ниара замолчала, пытаясь осознать и принять услышанное. Ее наставник тем временем продолжал.
  
  - Когда война закончилась, Прэсс-Торрелль оказался на стороне победителей. Я много лет ничего не слышал о нем. Да и не хотел слышать. Но не удивился, узнав, что он-таки дослужился до беллатора.
  
  - Ему понадобилось для этого каких-то два столетия, - феникс, сидевший напротив Ниары, фыркнул, отчего его волосы на миг ярко вспыхнули. - Просто поразительный успех на службе.
  
  - Прэсс-Торрелль подозревает сказителей в пособничестве убийству наследника Деорсума, - Раайз пропустил сарказм феникса мимо ушей, хотя, судя по мимолетной ухмылке, разделял мнение друга. - Беллатор полон горя и ярости и жаждет мести.
  
  - Как и весь эльфийский народ, - вставил свое слово Карагиуз. - Не уверен, что Обитель была первым городом, который подвергся нападению. До меня давно доходят тревожные слухи. В основном, из ГрахКарта. Из других же - наоборот, не поступает никаких слухов. И это тревожит гораздо сильнее.
  
  В зале воцарилось задумчивое молчание. Ниара заметила, как феникс обменялся взглядами с Раайзом. Наставник вздохнул и склонил голову, словно соглашаясь со старым другом.
  
  - У нас есть и другие причины для беспокойства, кроме воинственно настроенных эльфов, - в голосе Фениаса слышалось сомнение и неуверенность.
  
  Сделав неловкую паузу, парень все же собрался с силами и протянул адептке сложенный вчетверо листок бумаги.
  
  - Ниара, ты должна кое-что увидеть.
  
  Девушка развернула послание и пробежала глазами по написанным строчкам. Затем оторвала взгляд от бумаги и перечитала еще раз.
  
  - Я не понимаю, - потрясенно произнесла адептка мгновение спустя.
  
  Фениас кратко пересказал, когда и каким образом получил загадочное послание.
  
  - Мы полагаем, это Первая Сказительница, прародительница нашего ордена, взывает к тебе, - добавил Раайз, когда феникс закончил говорить.
  
  Ниара не знала, что ответить. Первая Сказительница? Мифическая прародительница ордена, о которой говорили с неизменным почтением и уважением, но вряд ли кто-то по-настоящему верил в ее существование. Взывает к ней? Обыкновенной адептке, даже не прошедшей инициации. Неужели такое возможно?
  
  Девушка снова вернулась к посланию. Нет, ошибки не было, вот ее имя, написанное четко и ясно.
  
  Адептка взглянула на присутствующих, в глубине души надеясь, что это всего-навсего какой-то непонятный странный розыгрыш. Но серьезные и напряженные лица Раайза и Фениаса не давали повода усомниться в том, что происходящее - не шутка.
  
  - Но зачем? - тихо проговорила Ниара, обращаясь к наставнику.
  
  Она скорее машинально, нежели осознанно, сложила листок и положила перед собой на стол. Карагиуз, оказавшийся единственным, кто ничего не знал о происходящем, поспешил исправить эту несправедливость. Бережно взяв послание, он углубился в чтение.
  
  - Я не знаю, - покачал головой Раайз. - Похоже, наша прародительница жаждет поделиться с тобой какими-то скрытыми знаниями, но у меня нет ни малейшего предположения, о чем ее песнь. Так же как нет ответа на вопрос, почему Первая Сказительница обращается именно к тебе.
  
  В голосе наставника звучало сожаление с примесью отеческой заботы и беспокойства.
  
  - Это будет непростой путь, - проговорил эльф несколько мгновений спустя, серьезно глядя на адептку, - но если ты решишь узнать все ответы сама и отправиться к гробнице Первой Сказительницы, я буду рад стать твоим проводником.
  
  Зал окутала тишина. Ниара чувствовала, как мысли лихорадочно мечутся в голове. От нее ждут решения. Ждут, что сейчас она, юная адептка, встанет и твердо скажет: "Да, я готова отправиться на поиски мифа, веди меня" или "Нет, с меня хватит странствий и лишений, за последнее время их и без того было чересчур много". Наставник и новые знакомые примут любой ответ. Молча согласятся с ее выбором. Не осудят, не попытаются переубедить. Вот только этот выбор еще нужно сделать.
  
  Адептка вдруг почувствовала, что стены залы давят на нее. Впервые за время пребывания в замке девушке стало неуютно. Захотелось выйти наружу, на воздух, прочь от этих тяжелых мраморных стен и громадных статуй.
  
  - Мне нужно подумать, - прошептала Ниара.
  
  Девушка поднялась и направилась к резным дверям. Краем глаза адептка заметила, что Фениас дернулся, видимо хотел последовать за ней, но Раайз удержал парня. Ниара мысленно поблагодарила наставника. Сейчас она хотела обдумать все в одиночестве.
  
  ***
  
  Когда Ниара скрылась за порогом Залы Творцов, среди друзей воцарилась тишина. Не только девушке нужно было многое обдумать, взвесить и решить.
  
  "Не слишком ли поспешно я согласился?" - спрашивал себя Раайз.
  
  Несколько минут назад, когда сказитель смотрел на растерянную и испуганную девочку, предложить ей свою помощь, обнадежить, поддержать, казалось единственным верным решением. Но теперь эльф сомневался, правильно ли он поступил.
  
  Решение стать проводником Ниары, указать путь к Первой Сказительнице было нарушением всех клятв, принесенных Раайзом ордену. Сказители наблюдают, а не вмешиваются в события. Не вершат историю, а переносят ее на пергамент.
  
  Раайз сильно сомневался, что прародительница имеет своей целью передачу знаний. Нет, разумеется, она только расскажет, что знает, чем и подтолкнет Ниару к действиям. Возможно, именно из-за этого Первая Сказительница и обратила свой призыв к адептке - девочка, не прошедшая инициацию, вполне могла повлиять на судьбу мира. В отличие от ее наставника, который скован клятвой по рукам и ногам. Впрочем, как заметил Прэсс-Торрелль, это далеко не первая клятва, от которой Раайз отречется. Так, может быть, и он сам на роль проводника был выбран не случайно?
  
  Выбран? Кем выбран? Первая Сказительница даже среди членов ордена считалась мифом, легендой. Очень почитаемой легендой, достойной того, чтобы косвенно стать частью инициации, но, тем не менее, всего лишь легендой. Обрядом. Символом. И, если Ниара примет решение отправиться к ней, не получится ли так, что это будет путешествием в поисках сказки? Где гарантии, что послание и таинственный голос - не бред поврежденного Хаосом рассудка Фениаса?
  
  Но даже если представить на секунду, что все правда и Первая Сказительница существует и взывает к ним. И Раайз нарушит все принесенные клятвы и поведет адептку в обход инициации, выдав непосвященной сакральное знание, где находится гробница прародительницы ордена сказителей. Путникам предстоит пересечь половину Орбиола, чтобы добраться до Неизведанных земель. Половину воюющего Орбиола. Потому что нет ни малейшей надежды, что эльфы отступят и прекратят сражаться. Более того, Раайз подозревал, что рано или поздно обескровленное людское правительство будет вынуждено обратиться за помощью к Барии. И когда в противостояние вступят гномы, пламя войны окончательно захлестнёт весь Орбиол. Так не лучше ли переждать надвигающуюся бурю?
  
  Эльф в который раз оглядел залу. Germ`Inaret, сокрытый от посторонних глаз больше сотни лет, сможет послужить надежным убежищем. Замок и они сами заплатили предостаточно кровавой дани Госпоже Войне в прошлом. Не разумнее ли укрыться здесь? Раайз обоснованно полагал, что сможет убедить Ниару и своих друзей в правильности такого решения. Маг с грустью понял, что в глубине души очень боится новых потерь.
  
  Эльф перевел взгляд на друзей, стараясь понять, о чем же размышляют они. Феникс сидел, забравшись в кресло и обнимая себя за колени. Парень не шевелился и неотрывно смотрел на полыхавший в камине огонь. Казалось, Фениас даже не дышал. По его лицу было непонятно, что феникс видит в отблесках пламени и о чем думает. Но Раайз и без лишних вопросов знал, парень сорвется с места и отправится в странствие хоть сию секунду. На поиски Первой Сказительницы, на освобождение Обители, на захват Прэсс-Торрелля - на что угодно. Его не будет волновать цель, главное - стремление, движение и действие. Но, в то же время, если Ниара решит укрыться в замке, Фениас согласится, хотя и расстроится, что подобное приключение миновало его стороной.
  
  Карагиуз тоже молчал. Старый маг складывал и снова раскрывал послание. Заботливо проглаживая линии сгибов и вновь их расправляя. Делал это, по-видимому, машинально, лишь бы занять руки, пока мысли блуждали где-то далеко. Эльф смотрел на бородатого старика и не мог узнать в нем того рубаху-парня, которым Карагиуз был столетие назад. Не только война меняет людей, но и ее последствия. Несмотря на то, что Карагиуз - наполовину эльф, минувшие годы не обошли его стороной. Карагиуз выглядел изрядно постаревшим. И уставшим. Раайз сомневался, что друг отправится в путешествие с ними. Но, впрочем, в решении Карагиуза остаться сказитель тоже сомневался. Слишком много времени прошло с их последней встречи. Эльф не был уверен, что знает этого человека, который некогда приходился ему почти братом.
  
  ***
  
  Ниара покинула дом четыре года назад. Отец сам отвез дочь до границы Обители. Тетя не поехала - не могла надолго оставить без присмотра маленьких сыновей. Несмотря на то, что Ниара с самого детства знала, что ей предстоит покинуть родные стены. Отъезд дался девочке тяжело. Ее разрывало надвое. Одна половина жадно стремилась навстречу предназначению, долгу, знаниям и странствиям. Другая же - с не меньшим пылом цеплялась за отчий дом, уют, семью и привычный быт.
  
  Девушка помнила слезы в глазах отца, когда он обнимал дочь на прощание перед тем, как посадить ее в лодку у причала. А еще лучше она помнила вкус собственных слез, когда лодка, наконец, отплыла достаточно далеко. Так далеко, чтобы Ниара могла плакать, не страшась показаться отцу слабой и напуганной. Чтобы он не винил себя в том, что сдерживает обещание, данное супруге на смертном одре. Обещание дать этому миру нового сказителя взамен ушедшего. Сказителя, которым должна была стать Ниара, первенец погибшей через неделю после родов Лаиры. Матери, которую девушка даже не помнила.
  
  Слова послания одно за другим всплывали в памяти адептки.
  
  Из плена я зову тебя.
  
  - Почему именно меня? - тихо проговорила Ниара. - Зачем я тебе, прародительница? Что я могу сделать? Что я вообще могу?
  
  Узнаешь, что произошло.
  
  - Узнаю ли?
  
  К чему мир это привело.
  
  - Я и так вижу, как рушится мой мир.
  
  Сама решишь, что будет.
  
  - Но что мне делать сейчас?
  
  В голове у Ниары вертелось слишком много вопросов, обрывков мыслей и просто отдельных ощущений, которые и мыслями-то назвать было трудно. Девушке необходимо было побыть одной. Совершенно одной.
  
  Адептка пересекла внутренний двор и вышла за ворота замка. Теперь, лишившись своего ледяного облачения, Germ`Inaret, выглядел еще более чуждым и одиноким, серой каменной громадой возвышаясь в заснеженной долине среди окружающих горных пиков и немногочисленных деревьев. Не было видно ни следов ведущей к вратам дороги, ни намека на ров или оборонительный вал. Казалось, будто твердыня здесь не на своем месте. Словно горшок с цветком в овощной теплице, вроде бы и уместный, но все же другой, чужой.
  
  - Вот и мне кажется, что я здесь чужая, - вздохнула Ниара, проводя рукой по шершавому камню замковой стены, - что все это происходит не со мной. Что я сейчас проснусь в своей келье в Обители, и все будет как прежде.
  
  Обитель. Мысль отозвалась в сердце Ниары болезненным уколом. Ее лучшие друзья стали узниками эльфов. Живы ли они еще? А если живы, то, какие пытки учиняют эльфы подозреваемым в убийстве наследника?
  
  Воображение одну за другой рисовало перед мысленным взором девушки ужасные картины. Вот эльфийский Беллатор истязает плетью адептов и сказителей. Вот Дане прижигают кожу раскаленными щипцами. А Лео, избитый и изможденный, стоит на коленях с приставленным к горлу клинком.
  
  Ниара вздрогнула и постаралась выбросить жуткие фантазии из головы, но они упорно не хотели уходить. Девушка закрыла глаза и попыталась прочитать молитву Единому Богу. Трюк, которому научила ее тетя еще в детстве - когда Ниару мучали кошмары, нужно было прочитать молитву, и страхи исчезали.
  
  Тетя... Слова молитвы растворились в памяти, так и не сорвавшись с губ.
  
  Картины, проносившиеся в воображении Ниары, стали еще более красочными. Девушка буквально видела, как эльфийские войны стройными рядами маршируют по дорожкам ее родной Вирты. Как полыхают дома, оставшиеся позади этого кровавого шествия. А каждый шаг наполнен стонами и криками местных жителей. Ниара представляла деревенских мужчин. Убитые или отравленные витерлиумом, их тела грудой лежали на колокольной площади. А женщин и детей ударами и угрозами сгоняли в клетки. И, будто скот на продажу, везли в ближайший лагерь или на невольничий рынок.
  
  Ниара не сразу осознала, что плачет, машинально глотая соленую влагу. Сотрясаемая рыданиями, она прижалась спиной к каменной стене и медленно опустилась на землю. Адептка снова попыталась сосредоточить на молитве, но тщетно.
  
  У самой ноги девушки что-то зашуршало. Ниара отерла пелену слез с глаз и посмотрела вниз. В ботинок тыкался сухой кленовый лист. Стоило ему отскочить прочь, как налетающий порыв ветра вновь бросал вперед. Словно щенок, который требует внимания и ласки, снова и снова утыкаясь мордочкой в колени хозяина.
  
  Ниара улыбнулась сквозь слезы и подставила листу ладонь. Ветер как будто только этого и ждал. Адептка сжала сухой листок в руке. Шершавый и на удивление теплый. Девушка подняла глаза и осмотрелась. Среди одиноких темных силуэтов елей Ниара не заметила ни одного клена. Впрочем, лист мог прилететь и с другой стороны замка.
  
  Стоило адептке поднять голову, как девушку тут же окутали нежные прикосновения ветра. Ласковые мимолетные касания приятно холодили заплаканное лицо, высушивая слезы. И Ниара чувствовала, как вместе со следами слез исчезают и ее страхи, и тревоги.
  
  - Владыка Эирис, - прошептала девушка, не уверенная, слышит ли ее повелитель воздуха, - укажи мне путь.
  
  Но Божество, если и слышало обращенные к нему слова, не снизошло до ответа. Однако, даже в этой тишине было нечто успокаивающее, проясняющее мысли и очищающее разум.
  
  "Что ж, прародительница, если ты обратила свой взор на меня, если именно сейчас тебе понадобилась моя помощь, то, пусть я и не сказитель, ответить на твой зов - это мой долг. Быть может, твои знания и тайны помогут спасти моих родных и друзей и уберечь Орбиол от очередного кровопролития. В конце концов, пока существует хотя бы призрачная надежда, нужно продолжать бороться".
  
  Печально улыбнувшись своим мыслям, Ниара поднялась на ноги и направилась обратно в замок. Девушка не была уверена, правильное ли решение приняла. Но в том, что свой выбор она сделала, Ниара не сомневалась.
  
  ***
  
  В путь решено было отправляться через два дня на рассвете. Как раз хватило времени, чтобы немного отдохнуть, подготовить все необходимое и обсудить дальнейшие действия. Опасения Раайза касательно того, что путникам придется пробираться сквозь погрязшие в войне людские княжества, разбились о самоуверенность Карагиуза.
  
  - Зачем все эти блуждания по грязи, если я могу перенести вас прямо на место? - с легким раздражением спросил старый маг, когда они поздним вечером обсуждали предстоящее путешествие. - Если не к гробнице Первой Сказительницы, то уж к границам Неизведанных земель точно.
  
  - Ты уверен, что сможешь? - Раайз с беспокойством посмотрел на друга.
  
  - Ты сомневаешься в моей силе или в моих навыках? - во взгляде старца блеснули опасные огоньки, и эльф предпочел больше ни о чем не спрашивать.
  
  В библиотеке замка Карагиуз нашел все необходимые карты. Конечно, довольно старые, но выбирать было не из чего. Впрочем, как справедливо заметил старец, вряд ли местность вблизи Неизведанных земель сильно переменилась за минувшие столетия.
  
  Тем не менее, все понимали, что создание портала и перемещение на столь далекое расстояние, да еще и с учетом того, что Карагиуз сам никогда не бывал в тех краях, и с подробными-то картами было делом опасным и непредсказуемым. Поэтому, чтобы не рисковать лишний раз, порешили открыть портал не среди Неизведанных земель, а вблизи пограничного с ними города под названием Ингер-Диантур. И уже оттуда Раайз поведет своих спутников прямиком к гробнице. На словах все казалось до крайности легко. В подробности же эльф старался не вдаваться, справедливо рассудив, что все неожиданности они предугадать не смогут и будут действовать по обстоятельствам.
  
  Путешественники переоделись в более подходящую дорожную одежду, не забыв захватить и оружие: легкие мечи и кинжалы. Ниара и Раайз прицепили на пояс честно отвоеванные трофеи, эльфийские клинки, отравленные витерлиумом, в черных ножнах. Девушка долго и с сомнением глядела на меч, который предложил ей Раайз, такой же, как у него и Фениаса, разве что с чуть более коротким лезвием, но, в конце концов, взяла и его. За плечами каждый путешественник держал сумку с провизией и необходимыми вещами.
  
  Немного поторговавшись, Раайз все-таки смог выпросить у Карагиуза некоторые из его таинственных пузырьков. Старый маг расставался со склянками с наигранным недовольством. Хотя от сказителя не ускользнуло, что старец был польщен таким вниманием со стороны друга к его навыкам в снадобьеварении.
  
  Раайз бережно упаковал пузырьки в мешочек и протянул Ниаре. Девушка клятвенно пообещала беречь снадобья, как зеницу ока, и аккуратно уложила мешочек в сумку между одеждой.
  
  - Надеюсь, вы не осудите меня за то, что я не отправляюсь с вами, - обратился Карагиуз к друзьям, в последний раз сверяясь с картами перед тем, как начать колдовать, - староват я уже для таких путешествий, что и говорить.
  
  Разумеется, никто не посмел ни в чем упрекнуть старого мага. Только Фениас не преминул отпустить колкость о том, что решение остаться Карагиуз наверняка принял не только из-за трудностей приключения. Но и из-за того, что не был до конца уверен в своих расчетах и умении открыть портал в место, где никогда не бывал. Сказав это, парень рассмеялся. Но смех его звучал несколько неестественно.
  
  - Кхм, начнем, - старый маг демонстративно прочистил горло и зачем-то, видимо для пущей уверенности, размял пальцы.
  
  Раайз с Фениасом обеспокоенно переглянулись, в них это движение старца уверенности, совсем не вселило. Карагиуз, тем временем, произносил какую-то сложную и заковыристую фразу и медленно вырисовывал ладонями фигуры в воздухе. Как и в прошлый раз, струйки дыма с кончиков его пальцев образовали сияющую золотую арку.
  
  Сделав шаг навстречу порталу, Раайз понял, что так толком и не попрощался с другом. Но затягивать длинную и прочувственную речь сейчас, когда Карагиуз полностью сосредоточен на магии, было верхом глупости.
  
  - Иди уже, - сквозь зубы проговорил старый маг, давая понять, что ему и без прощальных слов сейчас есть, о чем позаботиться.
  
  - Amicus`Ell, anima mea (эльф. Благодарю тебя, мой друг), - Раайз улыбнулся, чуть склонил голову, как это было принято у эльфов при выражении признательности, и шагнул в портал.
  
  - Спасибо тебе за все, - проговорила Ниара, с трудом сдерживая порыв обнять мага, и последовала за наставником.
  
  Фениас подошел к арке последним нарочито непринужденной походкой.
  
  - А я скажу тебе спасибо, только тогда, когда окажусь целым на той стороне, - подмигнул он старцу и растворился в дымке портала.
  
  - Да прибудут с вами Божества, - пробормотал Карагиуз, чувствуя, как пот стекает со лба, и как в бешеном ритме заходится маджикор.
  
  Продержав портал еще несколько мгновений, старый маг без сил опустился на пол.
  
  "Магия, конечно, не имеет срока годности, а вот маги очень даже", - подумал Карагиуз, устало закрывая глаза и стараясь выровнять ритм дыхания, а вместе с ним и двух сердец.
  
  ***
  
  В корчме "У Безногого" Рейни с трудом втянул вязанку дров на второй этаж и привалился к стене, переводя дух. Работа у Джуна - последнее место, где хотел бы оказаться мальчишка двенадцати лет, но в Портовой выбор был не велик. Здесь же сироте досталась крыша над головой, теплая печурка на кухне и вполне сносная еда. Временами можно было даже получить пару монет от завсегдатаев, если спешно поднести им выпивку или закуску.
  
  Только из таких соображений Рейни и тащил сейчас свою ношу вверх по лестнице, в номер новых постояльцев. До двери оставалась пара шагов, и парнишка уже хотел было протянуть руку и постучать, когда из комнаты вдруг раздался безудержный кашель. Этот кашель не был похож на то, как кашляют пропитые и прокуренные насквозь рыбаки, приходящие в корчму после тяжелого дня. Мужчина в комнате словно задыхался в предсмертной агонии, перемежая кашель с сиплыми вздохами и свистами, настолько громкими, что Рейни услышал их даже из-за двери.
  
  Парнишка вздрогнул и вспомнил, как некоторые постояльцы жаловались на странные звуки, доносящиеся из комнаты номер четыре. Но здешние гости всегда на что-то жаловались, и Рейни тогда не предал особого значения их словам. И только сейчас понял, что напрасно.
  
  Поваренок отлично помнил гостей, для которых он подготовил эту комнату: красивая девушка и ее больной спутник, закутанный в плащ с ног до головы. Они заявились в корчму вчера посреди ночи. И с тех пор Рейни их почти не видел.
  
  Размышления парнишки прервал очередной приступ кашля за дверью, и Рейни окончательно убедился, что ни за какие коврижки не переступит порог комнаты. Даже дверь открывать не будет. Мало ли какую иноземную заразу притащили на себе эти бродяги.
  
  - Будь добр, кашляй в одну подушку. Не хватало еще перепачкать всю комнату твоей кровью, - на мгновение кашель заглушил холодный голос девушки. - И не смотри на меня так, я предупреждала, что будут последствия.
  
  От ее голоса Рейни бросило в дрожь. Спутник девушки страдает и мучается, а она, вместо заботы и поддержки, отчитывает его за грязные простыни.
  
  Послышались шаги и скрип рам. Похоже, девушка открывала окно.
  
  Рейни с опаской поглядел на груду дров, которую он привалил к стене. Поленья угрожающе поскрипывали и еле заметно сползали вниз.
  
  - Не корчись так сильно, не так уж там и холодно, - вновь заговорила девушка. - Трубу здесь, кажется, никогда не чистили. Еще немного, и я задохнусь от дыма.
  
  Вновь раздался кашель, но уже более приглушенный. Незнакомец наверняка кашлял, уткнувшись в подушку.
  
  Дрова грозились вот-вот упасть и раскатиться по полу. Рейни попытался их поддержать, но сделал только хуже, приблизив падение.
  
  - О, смотри, - воскликнула девушка, - кажется, у нас новый сосед.
  
  Она немного помолчала и добавила.
  
  - Надо бы с ним познакомиться. Думаю, он может оказаться интересным собеседником.
   Вязанка со скрежетом преодолела последние несколько сантиметров и съехала на пол. Скрывать свое присутствие дольше было уже невозможно, и Рейни поспешил подхватить дрова и, нарочито громко топая около двери, постучал.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"