-Подписчики и подписульки. Вот я, наконец, и на месте. - весело тараторил наведя на себя камеру телефона сероглазый шатен.- Впереди тот самый лес. Слухов о нём много, но сегодня я лично всё проверю. Как будет что интересное - сразу включусь. Не прощаемся.- и парень закончил трансляцию.
Засунув телефон в задний карман зауженных светлых джинсов, Глеб поправил на плечах "вырвеглазный" зелёный рюкзак, обвешанный множеством значков из аниме, и повернулся лицом к опушке. Густая мурава; переливалась изумрудным светом в лучах утреннего солнца. Тёплый ветер её ласково гладил, запуская по зелёной глади волны. На окраине леса росло всего несколько молодых берёз, но буквально через сто метров начиналась густая чащоба. Плотная, полутёмная и полная выступающих корней и мха. Глебу надо было именно туда. Засунув красные шнурки за мягкий кант новых тре;ккинговых ботинок, парень решительно двинулся от полустанка к опушке.
Глеб являлся особым человеком. Не таким как все. Целеустремлённым, особенным, не в рамках "серой массы". По крайней мере, он так считал. А вот окружающие считали иначе. Особенно те, кто его знал хотя бы пару месяцев. С горем пополам отучившись в колледже на флориста, он не пошёл работать по специальности. Цветы и букеты его не интересовали от слова "совсем". Он отучился на эту профессию назло отцу-автомеханику. Пошёл хоть куда, лишь бы никак "батёк крутить мазутные гайки". Физический труд для тупых, а Глеб ни такой. Он индивидуум со своим мировоззрением и мнением. Он всегда знает как правильно и как лучше. А опыт поколений и чужие советы только для тех, у кого нет собственных мозгов. По факту, парень являлся обыкновенной "снежинкой". Тем, кто не был приспособлен к жизни, ничего не умел, имел своё, часто, ошибочное мнение и сильно зависел от чужого, хотя этого никогда не признавал. Делал всё наперекор другим, а тем более не слушал советов старших, даже когда знал, что не прав. Одним словом - "лишь бы быть никак все".
Не желая устраиваться на работу, завёл страницу в телеграмме и стал вести в ней бурную деятельность, называя себя "журналистом улиц" и пытаясь всем доказать свою крайнюю оригинальность. Вёл репортажи с "заброшек", брал интервью у бомжей, а последнее время увлёкся одиночными походами. Что, несомненно, являлась опасным мероприятием. На уговоры родителей "взяться за голову", Глеб устраивал истерики и обвинял их в "душности" и что они ничего не понимают. Он не хочет "всю жизнь горбаться на заводе" или прозябать в бухгалтерии как мать. Если коротко, то вёл себя в 22 года, как многие себя ведут в 13. И если у большинства детский нигилизм проходил по мере взросления, то у Глеба - нет. Свой инфантилизм и незрелость он выпячивал за нечто особенное, гениальное и достойное уважение. А лучше - всеобщего признания.
И в этот раз он задумал нечто грандиозное. То, на что недодумывался никто, в здравом уме. Отправиться в одиночку в лес в центральной части России, о котором бытуют нехорошие слухи. И заснять о нём репортаж. А по факту, провести пару коротких стримов.
Чёртово урочище. Так называли местные этот лес. На просторах интернета о нём бродило много нехороших и мистических слухов. Якобы в нём пропадают люди. Без следа. Не остаётся даже вещей. Туристы уходят и назад не возвращаются. Но не в составе группы, а именно одиночки. Все тысячи человек, что передвигались не одни, спокойно покидали лес. Именно они и принесли в мировую паутину слухи. Кто-то уверял, что видел призраков, прячущихся в густой кроне деревьев. Именно в кроне, а не среди кустарников. Другие уверяли, что стволы деревьев растут криво и чуть ли не образуя петли. А третьи ведали о вертикально стоящих чёрных камнях посреди леса. Кто-то называл этим камни языческими идолами. Другие причисляли их к алтарям местных сатанистов. Хотя в лесу никто никаких сатанистов не видел. Проще говоря, в интернете обитало огромное множество сомнительных и крайне разнообразных слухов. Ну, тем и интересней. Начитавшись баек, Глеб решил раз и навсегда разгадать тайну Чёртова урочища. Ведь кто, если не он? Постя; на странице неделю, куда он намерен отправиться, парень, наконец, решился и двинулся в путь. При этом никому из близких этого не сказал. Просто проснулся рано утром и пошёл к железнодорожной станции, а оттуда на электричке до назначенного места. Благо до таинственного леса было всего три часа пути.
В то же время к походу Глеб отнёсся не ответственно. Он не взял с собой ни палатки, ни аптечки, ни даже фонарика. И еды на один приём. Объяснял это просто. Он всё равно идёт на несколько часов, а ближе к полудню выдвинется обратно. О возможных инцидентах даже не хотел думать. Различные неприятности происходят с "тупой серой массой", но никак не с ним. Всю подготовку обсуждал с немногочисленными подписчиками и на советы собраться нормально, только отмахивался. А тех, кто пытался его отговорить от сумасбродной затеи, вообще не слушал и обещал заблокировать.
Пройдя опушку, он вышел к лесу. Сделав пару фотографий, выложил их в телеграмм с подписью- "Сегодня мы всё узнаем". Но лишь переступил невидимую границу, отделяющую лесной массив от его окраины, не уверенно замер. Пробежался взором по деревьям и кустам. Тут было заметно темнее. И это настораживало. По факту, Глеб посещал только городские парки, врав подписчикам, что ночевал под открытым небом в чащобе очередного зелёного массива с дурной репутацией. И наиграно пугался шорохам и теням, которых не видел. Но в этот раз всё было иначе. Он действительно в лесу. И это его настораживало. Почему то только сейчас он подумал о возможной встрече с дикими зверями. Пух уверенности стал потихоньку облетать.
Простояв так порядка минуты, Глеб двинулся вперёд. Тем более лес не такой и густой, как могло показаться с опушки, да и света достаточно. Просто густые кроны создавали тень и мешали солнечным лучам выполнять своё предназначение. Земля оказалось другой. В лесу она была мягче, неоднороднее и будто влажнее. Не привыкший к походам, он, то запинался о торчащий корень, то наступал на мягкий зелёный мох. Но вскоре приноровился и шёл хоть немного медленнее, но на порядок внимательнее. Привыкший к городскому шуму, он пару раз вздрагивал от крика птиц. А когда на него из кустов жимолости выпорхнула дико вопящая куропатка, то чуть не скончался от "инсульта пятой точки". Обозвав птицу "пёстрым пугалом" и "пернатой ебобо;й", Глеб поднялся с земли и, смеясь над собой, продолжил путь.
Вскоре ему стали попадаться деревья с искривлёнными стволами. Притом в одну сторону. В сторону выхода из леса. И чем он уходил дальше, тем сильней были изогнуты и наклонены их остовы. Остановившись рядом с несколькими такими деревьями, Глеб вынул телефон и запустил трансляцию.
-Хай, подписчики и подписульки. Возможно некоторые байки про лес - правда. Например, их кривые стволы. Представляю вам - кособоких уродцев.- и парень перевёл камеру телефона на изогнутые деревья и показав несколько повернул объектив на себя.- Други, мне это напоминает всем известный Пьяный лес в Рязанской области. Между прочим, я там бывал. И не раз. Но там ничего особенного. - не моргнув глазом соврал "журналист".- Кто-то говорит, что это из-за сильных ветров, другие по причине каких-то там аномалий. А третьи уверяют, что во всё виноваты инопланетяне и оголтелые ведьмы. Точно не знает никто. Но лично я думаю, что это всё из-за смещения грунта во время роста этих деревьев- уродцев. Ученые, конечно, это пока не обнаружили, но помяните меня словом - так и есть. А что происходит тут - нам предстоит разобраться. Не прощаемся.
И Глеб прервал трансляцию. Версию про смещение и грунтов парень вычитал в интернете. Она показалось ему интересной, и теперь выдавал её за свою. Он часто приписывал себе чужие заслуги, но никогда в этом не сознавался. По его мнению, все, что имелось в мировой паутине, являлось общим, включая научные знания и плоды интеллектуального труда. При всём его ролики на Ю-тубе не однократно "банили" за использование чужой музыки. Именно по этому он оттуда и перешёл на телеграмм. Сделав несколько снимков деревьев с изогнутыми стволами, пошёл дальше.
Вскоре ему стали попадаться ещё более причудливые формы местно флоры. Кустарники росли низко, простирая ветки почти горизонтально, а стволы деревьев до такой степени изогнулись, что образовывали кольца и петли. Глеб не замедлил запустить трансляцию.
-Други, это невероятно. Мне это напоминает Танцующий лес Куршской косы в Калининградской области. Где я, несомненно, тоже был. Правда все два раза. - в очередной раз солгал парень. И про Пьяный лес, и про Танцующий он попросту прочёл в интернете.- Говорят, что подобный эффект деревья приобретают только в зонах геомагнитных аномалий. Но я всё также придерживаюсь своей версии о деформациях грунтов. Даже можете это записать. "Деформационное смешение грунтов имени меня". Ну а фамилия моя и так всем известна, чтобы я её ещё лишний раз называл. - и он тут же замолчал.
Чат словно взорвался. Подписчики наперебой принялись писать о возможных рисках в зонах с геомагнитными аномалиями. С их слов, что было правдой, в подобных локациях наблюдаются перебои со связью, оборудованием, а компасы и вовсе перестают работать. Но Глеб привычно отмахнулся:
-Ой. Не смешите мои трусы. Какие перебои? Говорю же вам. Это всё чушь. Это просто смешение грунта и не более того. Меньше верьте в интернет слухи. И мы тут специально, чтобы их опровергнуть. Вот видите. Трансляция идёт. Связь есть. Это всё чушь. И даже если каким-то необыкновенным чудом вылетит всё оборудование, то я и без компаса спокойно выйду из леса. Я иду чётко, прямо и никуда не сворачивая. Просто развернусь на 360 градусов и пойду обратно. И всё.
Чат забурлил с новой силой. Кто-то писал, что поворачиваться нужно на 180 градусов, чтобы пойти обратно, а кто-то предупреждал про так называемый эффект накапливающегося "шума" в сенсомоторной системе. При нём, человек не видя явных визуальных ориентиров, отклоняется от намеченного курса и начинает ходить кругами. На что Глеб наигранно рассмеялся и вспомнил старый мем:
-"Вы втираете мне какую-то дичь". Вы что? Какие сенсорные шумы? Я вам что? Смартфон. У меня нет сенсора. Меньше верьте всяким чудикам. Они отмывают гранты на этой чуши, а многие ведутся. Это всё "туфта". Нет никаких там шумов. Человек как идёт - так и идёт. И мы с вами идём дальше. Впереди нас ждут чёрные камни сатанинских язычников. - и прервал эфир.
Парень сделал несколько фотографий деревьев и кустарников и продолжил путь вглубь леса. Тут же вспомнил, что забыл выдать свою фирменную фразу в конце трансляции "Не прощаемся". Хотя один раз можно. Не пойдёт же из-за этого всё наперекосяк. В следующей трансляции обязательно скажет.
Заходя глубже, он обратил внимание, что больше не слышал птиц. Так же будто воздух стал...плотнее. К тому же деревья, уже с прямыми стволами, росли ближе друг к другу, а в лесу стало на порядок темней. Самое интересное, что это Глеба не волновало, а наоборот. Будоражило. Может он, наконец, заснимет действительно что-нибудь мистическое. А когда он вышел к поляне посреди густой чащи, то и вовсе встал как вкопанный, от удивления открыв рот.
На ней в круг вертикально стояли чёрные камни. Их было восемь. Полностью чёрные и не имеющие не единой чёрточки, выбоины или надписи. Значит в интернете не врали. Это и есть так называемое сердце Чёртового урочища. Высотой чуть больше полутора метра и одинаковые как один столбы из чёрного камня. Какого именно Глеб не знал. Так же оставалось загадкой их истинное назначение, и кто их тут закопал. Он подошёл к одному из них и приложил руку. Но, ойкнув, тут же отдёрнул. Несмотря на довольно тёплый летний день, камень оказался чрезмерно холодным. Даже можно сказать ледяным. Вспомнив про трансляцию, Глеб достал телефон и с удивлением обнаружил, что интернета нет. Так же как и связи. Пару секунд он смотрел на экран телефона, ничего ни предпринимая. Затем стал бродить вокруг камней, стараясь поймать связь. Безрезультатно. Решив, что и так нагулялся, а подписчиками придумает какую-нибудь красивую историю, парень решил идти обратно. Постарался включить компас на смартфоне, но приложение попросту не запустилось. А обычного компаса он не взял. Зачем, если есть на телефоне? Тем более, сейчас эра технологий, а все эти приблу;ды прошлого века давно бесполезны. Так он считал ровно до этой секунды.
Покрутившись на месте и найдя свои следы, Глеб двинулся обратно. По пути он пару раз вынимал из кармана телефон, но связь так и не появилась. А вскоре аппарат и вовсе вырубился и не желал больше включаться. Как многие "снежинки", оказавшись без смартфона, Глеб почувствовал себя беспомощным и чуть не поддался панике. Но вовремя себя остановил. Истерить в такой ситуации было подобно смерти. Взяв себя в руки, парень продолжил идти по своим следам.
Но вскоре они пропали. Ни то выпрямилась трава. Ни то произошли ещё какие-то процессы. То, что он попросту заблудился, Глеб признавать не хотел. К тому же его начала мучить голова. Нудной, еле заметной, тупой болью, наполняя виски тяжестью. Он брёл, как полагал, на выход и спустя час вышел к топям. Вышел и ошарашено встал.
Глеб не верил своим глазам. Он не проходил никаких топей или болот. Вообще не видел ни каких водоёмов. Но факт оставался фактом. Он стоял на мягком берегу, шокировано взирая на затянутую ряской топь, воняющую так, как может вонять только застойная болотная вода. Простояв декаду минут, Глеб пошёл обратно. До своих следов, а затем повернул немного направо, уверяя себя, что скорей всего слегка сбился с курса. Ко всему голова начинала болеть сильней, а воздух становиться ещё плотнее.
В брожениях по лесу, его стали посещать мрачные мысли. Если он не выйдет, то будет ночевать в лесу. Но как? Он не взял ни фонарика, ни палатки. Он вообще не планировал задерживаться тут даже до вечера. Так же не планировал заблудиться. Эта мысль пугала до дрожи и он впервые признался себе, что заплутал. Вскоре захотелось есть. Головная боль отпустила. Глеб решил перекусить, собраться с мыслями и продолжить выходить из леса.
Сев на первый попавшийся валежник, он вынул из рюкзака два шоколадных батончика, энергетик и кусочек клубничного чизкейка, бережно упакованный в пластиковый контейнер. Десерт он хотел демонстративно съесть на камеру в центре леса. Теперь в этом надобности нет. Не спеша он принялся за непредусмотренный к походам обед и когда приговорил его на половину, поднял взор на лес. От неожиданности Глеб вскрикнул и подскочил на месте, уронив еду на землю. А затем радостно рассмеялся.
-Чувак, ну ты и навалил крипа. Чё так подкрадываться?
В метрах десяти от Глеба стоял угрюмый парень, выглядевший как типичный "деревенщина". По мнению "журналиста". Худой и бледный он был одет в гимнастёрку и широкие штаны цвета хаки. Ноги обуты в чёрные высокие сапоги. А на вороте гимнастёрки - малиновые петлицы, на которые Глеб не обратил ни малейшего внимания. Осторожно приблизившись к незнакомцу, но так что бы их разделяли не менее трёх метров, парень произнёс:
-Привет, "селюкам". Слушай, чувак, подскажи, как тут добраться до ближайшей деревни. Ну, или там трассы. Хотя бы до полустанка. А то чё то телефон вырубился. Да и в вашем лесу нет связи.
Но бледный незнакомец никак не отреагировал. Он, слегка приоткрыв рот, не моргая, смотрел вперёд. И это настораживало. Глеб сделал ещё полшага ближе и, помахав перед глазами рукой, вызывающе вопросил:
-Аллё, колхоз. Запрашивает Земля. Ты меня слышишь?
В этот момент из носа незнакомца выползла большая чёрная муха с изумрудным брюшком. Она, нарезав круг по худой щеке, пробежала по открытому глазу, а после скрылась в полуоткрытом рту. Глеб, ошарашено сглотнул слюну и, сделав шаг назад, дрожащим голосом поинтересовался, без былой спеси:
-Всё... Всё хорошо?
Глаза незваного гостя разъехались в разные стороны, закатились, сделали круг по орбите, а после асинхронно встали на прежнее место. И он перевёл взгляд на Глеба. Не двигая ртом, незнакомец произнёс:
-Всё хорошо?- притом голосом "журналиста".
А затем стал повторять эту фразу вновь и вновь. Раз за разом. После пятого повтора, слова стали растягиваться, как тянет зажёванную плёнку старый магнитофон. На пояснице парня выступил пот, а волосы поднялись дыбом. В грудине стало холодно. Сглотнув слюну, он начал отступать, не сводя взгляда с жуткого незнакомца, мямля на ходу:
-Это... Это...Ты только подойди. Я тебе пересеку.
Но незнакомец и не торопился приближаться. А всё вторил растянутые один и те же слова. После нескольких шагов, Глеб запнулся об валежник, на котором сидел, испугано вскрикнул и упал на спину. Не медля ни мгновения, вскочил на ноги, но незнакомца уже не было. Он словно растворился. Даже не имелось его следов, где тот стоял секунду назад. Испуганно оглядываясь по сторонам, Глеб спешно собрал остатки еды и почти бегом двинулся в сторону, откуда пришёл. По крайней мере, он так думал.
Но чем дальше уходил - тем гуще и темнее становиться лес. А спустя время он стал слышать приглушенные крики. Не рядом. Издалека. И каждый раз с разных сторон. Слева, справа, со спины, но спереди - никогда. Это ещё раз убедило Глеба, что он шёл в верном направлении. А спустя час, эти редкие крики стали повторять одну и ту же фразу:
-Всё хорошо? Всё хорошо?- растянуто и будто зажевано.
Парень ускорил шаг. Теперь он не выбирал дороги. Наступал на скользкие мхи, запинался об торчащие незаметные корни, а несколько раз даже упал. Нервы начали сдавать. К тому же постепенно стало смеркаться, хотя вроде он блуждал не больше нескольких часов. Он не знал, что в лесу и темнее быстрее, и за временем особо не следишь.
Телефон не включался. Он болтался чёрным бесполезным кирпичом в кармане. Воздух казался всё плотнее и тяжелее. От выпитого сладкого энергетика хотелось пить больше обычного. А ко всем несчастьям, вернулась ноющая головная боль. Иногда он видел силуэты. Не на земле, а кронах деревьев. Но когда поворачивался в ту сторону, никого не замечал.
Предистеричная решимость ничего не дала. Так же как спешный шаг по пересеченной местности. Начиная уставать, Глеб сбавил ход. А окончательно выдохнувшись, и вовсе остановился, упёршись рукой на ствол большого покрытого мхом дерева. И в этот момент под его пальцем что-то робко шевельнулось. Затем ещё раз. Парень посмотрел на руку. Кора, вздрагивая, медленно расходилась, оголяя огромный зелёный глаз с продолговатым чёрным зрачком. Испугано вскрикнув, парень отдёрнул кисть, прижав её к груди. Тут же на вековом стволе стал разлипаться ещё один глаз, на одной горизонтальной линий с ранее открывшимся. А затем, скрипя, дерево открыло исполинский беззубый рот, и пару раз, угрожающе им щёлкнув, протянуло басом:
-Всё хорошо?... Я тебе пересеку.
Перепуганный до немоты парень, рванул с места. От испуга он даже не мог кричать. Остановился, только когда лёгкие горели огнём, а в печени пульсирующе кололо. Хотел было облокотиться на ближайшее дерево, но тут же передумал. Оперевшись на колени и согнувшись пополам, долго и глубоко дышал. А отдышавшись, пошел, куда глаза глядят.
Сколько он шёл, Глеб не знал, но спустя некоторое время в лесу окончательно стемнело. Крики до него не доносились. А силуэты на деревьях за ним больше не следили. Он просто бесцельно брёл вперёд, в надежде, что он или выйдет к опушке, с которой начался его путь, или к какой-нибудь деревне. Воздух стал не просто плотным, а жирным. Словно маслянистым. С чем это было связано, Глеб не знал. Да и если честно, ему это было не интересно. Головная боль вновь сыграла в "качели" и пока не мучила его. Но в мозгах осталась тяжесть. Думалось тяжко. Сосредоточиться не представлялось возможным. К тому же стремительно потянуло в сон. Но спать в лесу среди деревьев он не хотел. Лучше будет идти из последних сил. И когда отчаянье достигло своего апогея, Глеб, пробившись сквозь густые ветки кустарников, вышел к огромной поляне. И ему почему-то стало спокойно и немного радостно. Страх ушёл.
Сделав пару шагов вперёд, он прикоснулся к земле. Как не странно, она была тёплая и мягкая. Как согретое кем-то пуховое одеяло. Глаза закололо, словно от песка. Голова закружилось. Так хотелось спать. Продвинувшись ещё на несколько метров, Глеб сел на землю. Мурава тут была мягче, чем где либо. Не в силах бороться со сном, парень распластался на поляне, решив утром продолжить выходить из этого проклятого леса. Не прошло и двадцати секунд, как он забылся сном. А через минуту земля под ним заходила буграми. Она начала пучиться, вздыматься, втягивать в почву мирно спящего гостя. На месте этих метаморфоз воздух стал максимально жирным и, искажаясь, переливался в лучах лунного света. И поляна медленно поглотила парня. Лес получил очередную жертву.
Спустя три минуты, на месте где уснул Глеб вновь рослая тёплая и мягкая мурава. От него самого не осталось и следа. Несчастный "журналист" так и умер не проснувшись, не чувствуя как плотоядный лес его переварил живьём. В реальности не было ни незнакомца, ни дерева со ртом и глазами, ни криков. Были иллюзии навеянные лесом. Лес наводил их, испуская особый газ, от которого воздух и казался тяжелее и плотнее. Зелёный хищник специально заблудил жертву и, выведя к этой поляне, усыпил. А затем сожрал. Поляна являлась неким органом пищеварения. Круг из чёрных камней играл роль древнего святилища, сооруженного местными народами, которые прекрасно знали о хищности леса. Они пытались умилостивить его, принося жертв: куриц, хлеб, молоко. Но это не помогало. Лес питался только одинокими путниками.
Глеб пополнил список людей пропавших в лесу, что местные называют Чёртовым урочищем.